Иванович Юрий: другие произведения.

Торговец эпохами-1. Весь роман.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 7.07*109  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Дмитрию Светозарову, живущему в Европе русскому бизнесмену, дан от природы чудесный дар - он способен путешествовать в параллельные миры. Дмитрий пользуется этой своей способностью, организуя частные тайные экскурсии для богатых людей и зарабатывая на этом миллионы. Но в неустойчивом современном мире трудно долго держать в секрете такую удивительную способность, и скоро деятельностью Дмитрия начинают интересоваться спецслужбы. А как лучше всего войти в доверие к молодому и богатому бизнесмену? Ну конечно, с помощью женщины неземной красоты и уникального актерского дара. Единственное, чего не учли боссы, подославшие обаятельного агента к Дмитрию Светозарову, - это простой человеческой любви, способной разбить любые коварные планы.

ТОРГОВЕЦ ЭПОХАМИ

  

ПРОЛОГ

   Прокоп Скауди считал себя самым знаменитым экстремалом не просто во всём мире, но и в среде миллионеров. Потому что общеизвестно: очень богатые личности могут позволить себе такое, что простым, пусть даже и очень рисковым людям, просто не снилось. И за свои миллионы Прокоп разрешал себе всё, что душа пожелает.
   Вот и сейчас он готовился испытать ещё одно, ни с чем несравнимое, по словам организаторов, ощущение. Хотя и осматривался вокруг себя с полным разочарованием и явным скепсисом. Потому что находился на открытом поле, покрытом потрескавшимся солончаком, который густо пробивали пересохшие травинки. В пятистах метрах перед ним находился холм, из-за которого и ожидалось по сценарию появление того самого обещанного экстрима. Припекало солнышко, буднично звенели цикады, лицо освежал ровный, без перепадов упругий ветерок.
   Миллионер уже с некоторым раздражением оглянулся назад. Там в трёх километрах виднелся ещё один холм, глиняный, размытый дождями и изборождённый ветром, за которым скрывался вертолёт, их сюда доставивший. А прямо на жёлтом фоне глиняного холма красовался организатор всего нынешнего представления. Молодой, но, тем не менее весьма легендарный и таинственный в узких кругах мужчина, восседающий за рулём суперовского мотоцикла с коляской. Даже с такого расстояния Прокоп заметил, как мотоциклист успокаивающе махнул обеими руками. Мол, подождите ещё немножко.
   "А чего ждать!? - всё больше раздражался миллионер. - Когда мы подлетали, я отчётливо рассмотрел пространство и за этим холмом: голая степь на многие десятки километров. Да там и суслику негде спрятаться, не то, что конному рыцарю. Разве что под землёй чего-то напрятали? Ха! Сколько они там могут поместить? А ведь этот пройдоха обещал самую, что ни на есть жуткую атаку тяжёлой рыцарской конницы полноценным королевским полком. Правда, так и не признался, сколько рыцарей состоит в этом полку. Ну, пусть только попробует мне подсунуть жалкий десяток каких-то задохликов в консервных банках! Сдеру с него всю неустойку в тройном размере! Мало того..."
   Недовольные рассуждения Прокопа прервал лёгкий вибрирующий гул, и он сразу с заинтересованностью вновь повернулся к так называемой "сцене". Как раз вовремя. По всему гребню одновременно показались вначале верхушки копий и пышные султаны, потом шлемы и конские головы, а уж затем и рыцари в полном облачении, величественно восседающие на забранных в бронированные попоны лошадях. Вернее даже не на лошадях, а на мастодонтах, словно специально выведенных для ношения невероятного по тяжести железного груза.
   У любителя экстрима глаз был натренирован не хуже чем его непомерная хватка бизнесмена, подкреплённая неисчислимой наличностью в банках. Поэтому он и с расстояния в пол километра прекрасно мог заметить некоторые несоответствия в масштабах и размерах. По его прикидкам получалось, что любой рыцарь тостом был под два метра в высоту, а их битюги и в самом деле превосходили по высоте общепринятые нормы. Чтобы достать до луки сёдел, обычному человеку следовало вытянуть руки над собой.
   Опытный Прокоп сразу разгадал загадку:
   "Да ведь они в основании холма подвели специальный газ, а теперь его пустили в воздух. Недаром так дотошно и скрупулёзно выбирали время представления, освещение и настаивали именно на этой точке. В это время лучи солнца переламываются в газу под определённым углом и создаётся увеличительный эффект. Ну что ж, пока ещё ничем не удивили особо. Хотя количество всадников впечатляет. И где только они прятались? Для такой банды надо было вырыть самолётный ангар. Или они весь гонорар тратят и ещё свои докладывают? Хе!"
   Действительно, только в первой шеренге располагалось около восьмидесяти рыцарей. Всё они выстроились идеально прямой линией и, выхватив короткие орудия наподобие булавы стали синхронно колотить по собственным щитам. Грохот даже на таком расстоянии получился ужасающий.
   "Ага! - с пренебрежением усмехнулся Прокоп. - Начинают психическую атаку шумовыми эффектами. Старо как мир..."
   Но какое-то тянущее, неприятное чувство этот грохот доставил определённо. Так и хотелось содрогнуться как собака, сбрасывая с себя давящее наваждение. На этом шумовые эффекты не окончились. Вначале с довольно мерзким, низким резонансом загудела поднятая во второй шеренге труба. С ещё более мерзким звуком ей вторила другая и в этот момент стена всадников дрогнула в едином первом шаге. Так и продолжая колотить булавами по щитам в ускоряющемся темпе, весь строй рыцарей стал накатом спускаться с холма. Как ни странно, но, при беглом подсчёте, рядов оказалось более десяти. И вот тут другой грохот стал перекрывать лязг железа - грохот огромных копыт по пересохшей земле. Когда тяжёлая конница набрала скорость, земля под ногами у Прокопа стала вибрировать и сотрясаться.
   Добавилось рёва от третьей трубы. Булавы слаженным движением оказались прикреплены к луке седла. Похоже, гигантские кони достигли максимума своей скорости, и теперь первая шеренга этих храпящих мастодонтов напоминала миллионеру широкую танковую гусеницу, которая перемалывают в пыль любой грунт не только за собой, но и прямо под собой. Белое облако уже покрывало коней, чуть ли не по грудь. Внизу просматривались только мерно вздымающиеся копыта, взбивающие, подбрасывающие комья земли.
   Четвёртая труба присоединилась, когда дистанция сократилась до ста метров. По этой команде все копья приподнялись, а затем острия опустились вниз, на линию атаки. На восьмидесяти метрах рёв усилился сразу несколькими трубами и после этого рыцари стали кричать. Причём не что-то напоминающее привычное "Ура" или просто "А-а-а!". Скорей их всеобщий берсерский крик напоминал рычание голодного динозавра.
   На пятидесяти метрах Прокоп запаниковал и нервно оглянулся: мотоцикла с коляской и самого организатора нигде не было! Быстрый взгляд на фланги подтвердил, что те, так и идут по прямой лини и в стороны, для расходящегося строя подаваться не собираются. На тридцати метрах, желающему острых ощущений миллионеру, вдруг пришла в голову только одна-единственная фраза одного из самых опасных недоброжелателей: "Ты у меня, козлина, умрёшь самой экзотической смертью!"
   На дистанции в двадцать метров Прокоп Скауди понял, что его подло и коварно подставили! За собственные деньги он добровольно угодил в смертельную ловушку! Передняя линия шла так кучно и грозно, что раздаться в стороны у рыцарей уже не получится при всём желании. А на десяти метрах стало понятно, что и остановиться они просто не успеют. Неимоверная масса железа и плоти просто по законам инерции не успевают остановиться на таком мизерном отрезке.
   И когда до тяжёлой кавалерии оставалось всего лишь пять метров, переставший дышать от страха миллионер уловил вместе с донесшейся до него пылью острый запах разогревшихся животных и кисловатый привкус падающего на него железа. И уже уходящим в небытиё сознанием отдалённо уловил непроизвольные сокращения желудка. Ноги у Прокопа подогнулись, глаза застлало кровавым туманом, и в этом красном обрамлении он увидел вздымающиеся прямо на него, огромные, с его голову копыта. А дальше - полный мрак безвременья и бесчувствия.
  
   - Ну как отдохнули? - главный исполнитель заказа выглядел невероятно учтивым, готовым выполнить любое желание клиента.
   - Нормально, - глаза лежащего человека пугливо оббежали всю комнату и вновь с подозрением уставились на стоящего у стола молодого человека: - Давно я тут валяюсь?
   - Да нет, что вы! Вас только минут пять, как раздели санитарки и уложили в постель. Ещё и доктор не успел приехать. Хотя нет, кажется, вижу его машину во дворе.... Вон, видите, часы на стене? Да и ваши наручные "Роллекс" лежат возле вас на тумбочке. Минут десять ещё потратили на дорогу. Минуты три, пока я вас отыскал в этом облаке и погрузил в коляску мотоцикла. Ну и сразу хочу принести вам самые искренние извинения. Ребята явно перестарались, подняли слишком много пыли, переборщили с шумовыми эффектами и вполне естественно, что даже ваш крепкий организм не выдержал такой концентрации впечатлений. Вдобавок на этот раз кавалерия решила не расходиться возле вас в стороны, а просто перепрыгнуть одиноко стоящего зрителя. Тренированные животные это сделать позволяли без труда. Да вот только облако пыли не рассчитали. Вы просто немного задохнулись, поэтому и случился обморок. Но суть заключённой сделки мы выполнили. Мне кажется, ощущения вы получили по максимуму. Не правда ли?
   Пока длился этот монолог, лежащий на кровати человек лихорадочно размышлял:
   "Если часы не подкручены, сходятся с моими, а мои потом сойдутся с точным временем, то действительно с начала момента обморока прошло не больше четверти часа. Следовательно, то, что я обгадился - просто фантазии моего испугавшегося воображения. Или...? - заметив, что молодой человек в процессе рассказа стал прохаживаться по комнате, и как раз отвернулся, Прокоп приподнял одеяло на груди и опустил резко коленки. Окутавшая ноздри волна запахов ни в коей мере и минимальной частичкой не напоминала пугающую вонь. - Да нет, вполне нормальный запах тела. Не могли они меня так быстро и тщательно отмыть. И трусы на мне мои, ...сухие..."
   На последний вопрос следовало отвечать, и Прокоп выдавил на своём лице покровительственную улыбку:
   - Да скрывать не стану, вам удалось меня поразить по полной программе. Аванс вами отработан с излишком, и я сию минуту подпишу давно приготовленный чек на остальную сумму.
   Миллионер протянул руку к стоящему с другой сторону кровати стулу и вытянул из своей куртки чековую книжку. При этом он опять-таки не сдержался, склонился чуть больше положенного и принюхался к своей одежде:
   "Да нет! Брюки только пропылены жутко, но запаха подозрительного нет. Что это на меня нашло...?"
   Когда чек был подписан и вручён молодому мужчине, он сделал самое серьёзное лицо и перешёл на сухой канцелярит:
   - Ещё раз хочу напомнить, что вы давали подписку о категорическом неразглашении испытанного вами удовольствия. Там указывается, что в противном случае к вам будут применены самые жёсткие меры наказания.
   - Вы меня пытаетесь запугать?! - с пафосом спросил Прокоп.
   - Ни в коем случае. Просто пытаемся сами оберегать наших уважаемых клиентов.
   - Однако! - стал непроизвольно закипать миллионер. - Хочу вам напомнить, что меня пугать нечем! Моя жизнь прозрачна и чиста, а тех нескольких грехов разврата, которые у меня имеются, мне опасаться нечего. Сам жду случая, когда о них узнают мои завистники.
   - Тем не менее, я прошу вас ещё раз устно подтвердить, подписанное ранее соглашение.
   - Хм! Подтверждаю. - После этих слов любитель экстрима ехидно усмехнулся: - Наверняка снимаете на камеру наш разговор?
   - Конечно. Чтобы потом при нежелательном развитии событий вам же об этом и напомнить.
   - Да в гробу я видел ваши пошлые намёки! - рассерчавший миллионер резко сел в кровати. Отброшенное одеяло открыло сильно заросшее чёрными волосами тело. Но похоже что хозяин такого волосяного покрова совершенно этого не стеснялся. Его ноги, словно окутанные вязанными носками из чёрных ниток, твёрдо встали на пол, а глаза едко сузились: - А своей кличкой "горилла" я даже горжусь. Понятно вам?
   - Как вы знаете, я не расист и не делю людей по внешним признакам. Толерантен ко всем честным и порядочным. Просто хочу вам напомнить один случай из нашей практики. Наверняка вы помните герцога Штаусе из Швейцарии? - дождавшись утвердительного кивка миллионера, молодой человек продолжил: - Так вот он проигнорировал подписанное с нами соглашение и растрепался о сути нашего контракта следственным структурам. В результате ему не помогли ни его прославленная родословная, ни знаменитые поручители, ни многочисленные миллионы. Сейчас он, как утверждают светила медицины, находится в сумасшедшем доме в неизлечимом состоянии. Если желаете, мы покажет для вас соответствующие документальные и видеодокументы.
   - Наверняка подделка.
   - Вам решать.
   - Нет, не желаю!
   Словно дожидаясь этого последнего восклицания, дверь в комнату открылась, и вовнутрь спешно прошёл импозантный мужчина, у которого на лбу словно было написано, что он самый уважаемый и высокооплачиваемый доктор в округе:
   - Кто тут у нас приболел?
   Молодой человек промолчал. Только деликатно перевёл взгляд на волосатого миллионера. Но тот показательно скривился:
   - Да я здоров, как бык!
   Тут же доктору принеслись самые пространные извинения за ложный вызов, подкреплённые заверениями:
   - Совершенно бесспорно, что оплата вам будет произведена, полностью. Но раз уж вы здесь, приглашаю вас на чашечку кофе.
   Местное светило медицины польщено улыбнулся и повернулся к выходу со словами:
   - Времени, конечно, в обрез, но если вы угостите ещё и тем благородным коньяком....
   - Как вы могли сомневаться? - молодой человек уже закрывал за собой дверь, когда до ушей миллионера долетели последние слова: - Лучший кофе всегда пьётся только с самым лучшим алкогольным напитком. А вот на закуску....
   Прокоп Скауди ещё раз раздражённо фыркнул, надел свой "Роллекс" себе на запястье, сверил время с настенными часами и стал спешно одеваться.
  

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ПРИМАНКА

   Кажется, если ты ослепительно красива, изумительно сложена и не по годам умна, то любое твое начинание обязательно завершится удачным воплощением в жизнь. И опять-таки, многое ещё зависит от личной натуры, характера, устремлений, чаяний и тяги к приключениям. Поэтому вполне естественно, что будь Александра просто удачно вышедшей замуж красавицей - она бы выбросила из головы все глупости, покончила со своим авантюризмом, нарожала бы детей и словно заботливая наседка радела бы над ними, воспитывала мужа да опекалась домашним очагом. И по глубокому убеждению она просто чувствовала, что и превратившись в недалёкую клушу - хранительницу домашнего очага, была бы счастлива и очень довольна своей жизнью. Потому что любое дело, за которое она бралась в свои двадцать четыре года, у неё получалось просто на "отлично". Александра и сейчас была почти счастлива, но именно это невзрачное "почти" и портило ей настроение с самого утра. Направляясь из своего дома в офис, она вела машину с такой злостью и остервенением, что наверняка нарушила весь свод дорожных правил в пятикратном размере. И только невероятным чудом не привела за собой на хвосте целое стадо полицейских машин с воющими от злости сиренами.
   А виной всему стал её шеф. Несносный старый солдафон с никчемным, атрофированным чувством юмора и извращёнными понятиями о морали, совести, любви и прочих нормальных человеческих чувствах. Ага, вдобавок ко всему он наверняка ещё в детском садике забыл о таком понятии как жалость. Иначе просто нельзя было объяснить ту жесткость, с которой он ни свет, ни заря поведал своему агенту о немедленном завершении отпуска и вызвал к себе на инструктаж. Впервые в своей жизни баловница судьбы, наездница фортуны и наипервейшая красавица всех контор и разведок решила взбунтоваться. И высказать в глаза шефу всё, что о нём и об этой долбанной работе думает. С болью в сердце она оставила на своей огромной кровати милейшего, обаятельного, особенно в спящем виде красавчика, с которым уже третьи сутки предавалась страстному и безумному блаженству, и с самым решительным настроением помчалась в офис своего непосредственного руководителя. А после разрешения войти, прикрыла плотно за собой дверь и выплеснула из себя все свои накипевшие несогласия: (выплескивающийся негатив)?
   - Да что же это творится, уважаемый Пыл Пылыч!? Не ты ли мне неделю назад лично вручал отпускные на три месяца и торжественно клялся, что никто меня за это время не потревожит? Неужели в кои веки нельзя дать мне отдохнуть и расслабиться?! Один раз в жизни повезло встретить подходящего парня и вместо устройства собственной жизни я должна подрабатывать сверхлимитно? Да имей совесть, мне ведь тоже хочется устроить личную жизнь....
   И тут на неё обрушилось такое, что при всей своей беспредельной фантазии Александра, и представить не могла. Шеф грохнул двумя кулаками по столу и заорал так, что его наверняка услышали в соседнем квартале:
   - Да мне на...рать на твою личную жизнь!!! И на твоих "подходящих" ...барей! Мы тут работать должны! А не фуйнёй в расслабухе заниматься!!! И про отпуск твой драный - забудь немедленно!!! И попробуй ещё раз на меня свой рот открыть с претензиями и назвать Пыл Пылычем! Собственноручно язык вырву!!!
   От несущегося на него рева девушка непроизвольно грохнулась в кресло и с вытаращенными глазами рассматривала сидящего перед ним мужчину. За последние два года она многое от него увидела, частенько они даже переругивались и грызлись, но чтобы так орать на свою подчиненную? Причём одну из самых лучших? Это в голове не укладывалось. Да и Пыл Пылычем она его с первых дней называла без всяких обид в ответ. А сейчас не иначе как случилось что-то страшное. Или шеф уже находится в предсмертной горячке после укуса особо крупной мухи цэцэ. Может и змею у себя за пазухой он нечаянно придавил, та его и укусила, ...прямо в левый сосок. Поэтому лучший агент женского пола сразу включила свою соображаловку, оттолкнула взбесившуюся обиду в сторону и дала слово хитрой и осторожной лисичке:
   - Павел Павлович, что случилось то? Я ведь явилась как пуля, да и поворчать, все мы любим спросонья. Но кричать зачем?
   Она и словом не намекнула, что обиделась на такое лютое и хамское поведение. Наоборот придала своему личику детскую наивность и непосредственного испуга. Да ещё и руки на груди сложила, словно в молитве. А уж как трогательно и беззащитно посмотрела в глаза разошедшегося грубияна, что даже такой монстр и ветеран психологических превращений поддался на это и подспудно сделал вид, что чуток раскаивается в содеянной вспышке гнева:
   - Ночь не спал.... Да ещё и всякие идиоты мне последние нервы рвут.
   Под классификацию идиотов он совершенно не подводил сидящую перед ним красавицу. Видимо те его доставали и выводили из себя в течении последних суток. Но уже один только факт, что шеф хоть пытался сделать вид, что оправдывается, мог заставить возгордиться собой любого агента. Но только не Александру. Она тут же попыталась закрепить успех и мастерски выдавила из своих глаз две слезинки:
   - Павлович, а ведь я к тебе как к родному отцу отношусь....
   И вот тут она, скорей всего, переиграла. Чуть расслабившиеся черты лица ее начальника вмиг окаменели и он, уже более спокойным, но при этом совершенно сухим, деловым голосом спросил:
   - Будь я в полном "бронике", куда бы ты стреляла?
   - По локтям и коленным чашечкам, - последовал профессиональный ответ.
   - Вот видишь, а говоришь "отец".... Зачем же тогда мучений мне желаешь? В глаз надо, такого как я стрелять! Только в глаз! Иначе и сама быстро копыта отбросишь.
   - Фу, как вульгарно, - томно выдохнула Александра, доставая белый платочек из внутреннего кармана курточки и жестом, отточенным многовековой женской печалью, прикладывая к глазам.
   - Хм! Зато голая правда, без всякой лжи и обманных слёз. И перестань тут передо мной кривляться, и без тебя тошно.
   - Увы, я тоже не могу похвастаться, что сдерживаю позывы к рвоте с присущей мне легкостью. - Не осталась в долгу красавица.
   - Слушай, Шурка, да у тебя с детства рвотного рефлекса не было. Уж я-то знаю!
   Когда он переходил на такое интимное обращение, значит, можно было считать его гнев успокоившимся. Поэтому Александра воскликнула с некоторым торжеством:
   - Ага! Значит все-таки, Пыл Пылыч, ты и в самом деле мне отцом доводишься, если про детство помнишь?
   - Это я так, образно....
   - Тогда переходим к делу. Раз уж отпуск закончился, то наверняка это нечто сверхординарное и благодаря моему вмешательству удастся спасти как минимум всю земную цивилизацию.
   Шеф, на такое наглое заявление, которое он по логике должен был высказать первым, ударился в препротивную молчанку и только буравил сидящую перед ним женщину тяжелым, в сто раз худшим, чем рентгеновским взглядом. При этом он умудрялся не моргать. Да только Александру давно такие взгляды не шокировали. Девушка научилась специальным приёмом перефокусировать своё зрение так, что с любой стороны казалось, будто она смотрит только на собеседника. На самом деле она почти ничего не видела, цепляясь за точку в пространстве перед собой и пребывая по своему желанию в любом собственном мирке или мечтании. И только каким-то периферийным участком зрения следила в таком случае за окружающей обстановкой. Пожалуй, это было единственное, что могло вывести шефа из равновесия. Другие его подчинённые и минуты не выдерживали при таком противостоянии. А тут эта нимфетная сексотка сидит и даже не вздрагивает.
   Тяжело вздохнув и прекращая игру в "гляделки", Павел Павлович чмокнул губами и нехотя признался:
   - Действительно, Шурка, есть в тебе некий дар предвидения или пророчества, есть.... Недаром тебя хотели разобрать в одном институте на клеточки....
   По внутренностям Александры прокатилась парализующая волна ужаса, но внешне она ничем себя не выдала. Даже рассмеялась самодовольно и нагло:
   - Чего там разбирать! Такое же дерьмо, как и в каждом уродливом обитателе этого подленького мира. А вот мою доброту и преданность, никакими клетками не измерить.
   - Это правильно, что ты не забываешь о моём к тебе участии и о том, что это именно я убедил дать тебе относительную свободу. Здесь, у нас, от тебя гораздо больше пользы, чем на разделочной колоде.
   При последнем сравнении перед внутренним взором девушки таки показалась та самая окровавленная мясницкая колода, и она слегка вздрогнула, отчётливо представив под огромным топором свои отрубленные пальцы. Теперь проснувшуюся злость она скрывать не стала:
   - Ну всё, Пыл Пылыч! Ты меня достал! Говори, что надо и не гадь в душу!
   Кажется, шеф достигнутым в разговоре эффектом остался удовлетворён. Униженная, втоптанная в грязь и обозленная страхом подчинённая ему нравилась гораздо больше, чем гордая, заумная, своенравная и непокорная. Но по всему чувствовалось, что и ему от кого-то преизрядно досталось на орехи совсем недавно. А то, что ему предстояло рассказать, не нравилось ещё больше. Будь его воля, он бы вообще отказался от дальнейшей разработки, несмотря на жуткие потери. Но выбора ему никто не давал, а действовать другими методами запретили "те самые идиоты". Придётся рассказывать всё. И начинать с самого печального:
   - Пропала "третья" группа. Эксперты утверждают их тотальную гибель.
   На этот раз Александре удалось спрятать волну дрожи, прокатившуюся по внутренностям. Но слишком сухой тон всё-таки выдал страх:
   - Всех пятерых?
   Шеф только кивнул, уставившись на свои ладони. Значит, сомнений не допускалось. Одна из самых опытных, сработанных и знаменитых команд перестала существовать. Трое мужчин и две женщины, о которых в последние пять лет шёпотом пересказывали жуткие и неправдоподобные легенды сгорели насмерть на пламени своего очередного задания. Причём скорей всего так оно и получилось в полном смысле этого неприятного слова. Ведь бесследно избавиться от трупов можно было только при нескольких обстоятельствах: под пламенем дюз реактивного бомбардировщика, сбросив в конвертор с расплавленной сталью или при закрытом, невероятном взрыве огромной силы. В противном случае отрубленные части тела давали о себе знать с помощью вживлённых чипов в течении сорока восьми часов через непомерные дали и стометровые толщи железобетона. Если пять лучших воинов современности дали себя уничтожить одним из вышеперечисленных способов, значит произошло нечто экстраординарное, совершенно не укладывающееся в рамки современных жизненных реалий. Не могли такие люди попасть в подобную западню. Но если это всё-таки случилось, то сразу становилось понятно, кто и почему "рвал последние нервы" шефу в течении последних суток.
   Девушка скомкала носовой платочек в руке, и уже собралась посочувствовать своему единственному начальнику, но вдруг так и замерла на полу вздохе. Очень, ну очень неприятные мысли забегали у неё в черепушке. Вдобавок Павел Павлович совершенно незаметно перевёл свой взгляд с шевелящихся ладоней на подчинённую и теперь рассматривал сквозь узенькие щелочки век. Словно ждал: до какого логического предела дойдут рассуждения сидящей перед ним девушки. Кажется, она не подвела ожиданий, сникла, словно продырявленная резиновая кукла. И скорей всего дала себе мысленную клятву молчать до последнего.
   Только вот по знанию психологии она никак не могла тягаться со старым, циничным монстром. Шеф с хрустом покрутил своей бычьей шеей, с сожалением почмокал губами и выдохнул:
   - Молодец, сразу догадалась...
   Александра подняла глаза, полные слёз на шефа:
   - Пыл Пылыч, я ведь не справлюсь. Если уж "третья" не смогла, то куда мне рыпаться?
   - А что тут такого, Шурка? Ты уже давно самый лучший наш агент и не раз этим даже передо мной хвасталась. Гонорары тебе выплачивали почти такие же, как всей группе.
   - Как не стыдно сравнивать? Мне только одну треть платили от их общего оклада.
   - Вот они, помню, тоже обижались...
   - Так ведь у них была самая грязная работа!
   - И я о том говорю! - шеф многозначительно хлопнул ладонью по столу. - Действовали они порой слишком прямолинейно. А в этом деле нужна именно твоя хитрость и изворотливость.
   - Уф! - видно было, что девушка сразу воспряла духом. - Так значит, никого убивать не придётся?
   При разных стечениях обстоятельств или итогах задания Александре тоже приходилось убивать. Причём не раз. Но в этом она всегда считалась наиболее неприспособленной для этого дела персоной. Потому что при виде трупа или смертельных ран она просто ...падала в обморок. Приходилось в каждом таком случае разрабатывать многоходовые комбинации для эвакуации самого ликвидатора. Чаще всего она подстраивала так, что жертва погибала после её ухода. И делала всё с таким артистизмом, фантазией и выдумкой, что смерть заказанного человека выглядела совершенно естественно, и в неё верили даже его родственники и сторонники.
   Но вот в самой исполнительницей проблемы оставались. Что только не делали в плане психологической подготовки, обучение и гипнотического внушения, но лишь только Александра видела труп - шок накрывал её с головой и потеря сознания практически гарантировалась. Причём психоаналитики утверждали возможность и полного помешательства в том случае, если бы Александра не была уверена в своей правоте и не работала на государство. Всё-таки контора выполняла деликатные заказы, в которых никак не могли быть задействованы официальные структуры.
   Вспомнив об этой неприятной, в общем-то, для любого агента особенности своей подчинённой, Павел Павлович мысленно скривился. На данном этапе устранения объекта отрицалось категорически, скорей даже сам объект требовалось охранять от нелепой смерти, но ведь чего только не бывает. Порой планы у наверху стоящих правителей меняются кардинально и тогда придётся...
   Морочить себе голову будущими проблемами не стоило, с сегодняшними разобраться следовало как можно скорей:
   - Да, Шурка, и здесь ты угадала. Но радуешься зря: "третья" ведь всё-таки пропала.
   - Порой грубая сила не срабатывает, - напомнила нравоучительно девушка, доставая из сумочки пачку шикарных дамских сигарет и вопросительно поглядывая на шефа. Тот со вздохом подвинул пепельницу к краю стола, потому что сам уже год как не курил. Глядя на клубы дыма, проворчал:
   - Когда бросишь этой гадостью травиться?
   - А вот когда мне не придётся больше под разных гадостных мужиков ложиться, тогда и брошу. - После такого откровенного ответа ещё и уточнение последовало: - Так хоть мерзкий дым - сволочной козлиный запах перебивает.
   Шеф с недоумением приподнял брови:
   - С чего это ты решила, что опять под мужиком работать придётся?
   - Любую женщину и "третья" бы обработала. Курт, Васька и Дана - это сразу три женоненавистника. Они никакой сучке доверять не станут...
   Опять повисла пауза, которую Павел Павлович прервал продолжительным утверждением:
   - Да-а-а..., - потом почмокал губами, - Слушай, красавица, может ты сразу отправишься выполнять задание без моих глупых инструктажей? Ведь и так всё знаешь, а о чём догадаться не успела - выяснишь по дороге к цели. А? Я твоему предчувствию и предвидение не устаю поражаться, как ты это делаешь?
   - Ничего сверхъестественного. Просто логически перевариваю поступающую от вас информацию, - Александра выпустила в потолок последнюю струю дыма и загасила окурок. - Но с другой стороны, меня такой подход к делу устраивает. Вы даёте наводящую фразу, я стараюсь разгадать её смысл и порассуждать о возможных вариантах. Длительный путь познания - но зато спокойный и безопасный. Мне то ведь по сути спешить некуда, а сверхурочные за работу во время отпуска мне уже идут. Так что..., я вас и дальше внимательно слушаю.
   Вопрос оплаты такого дорогостоящего агента и сотрудника для шефа всегда считался камнем преткновения. По его глубокому мнению любой патриот своей родины просто обязан был работать за самую обычную зарплату, скажем инженера. Ну ладно! Пусть за три зарплаты! Да и сам он для себя лично никогда не мздоимствовал в финансовой части. Чем частенько любил похвастаться. Но вот те суммы, которые бухгалтерия безропотно выплачивала самым "лучшим" работникам, порой вызывали у него зубовный скрежет.
   На удивление, сейчас он к этому отнёсся довольно спокойно. Ещё и покивал соглашательски:
   - И тут ты права, денежки тебе уже капают. Да только спешить в данной ситуации - никак нельзя. Это раз. Ну а два: мне и самому хочется лишний раз всё тщательно вспомнить и продумать. И по ходу ознакомления тебя с делом, послушать все твои размышления. Ещё лучше - догадки.
   - Я что, знакома с объектом?
   - Ни сном, ни духом. Даже случайно не пересеклись. Никогда. Всё проверили.
   - Вот оно как?! - девушка нервно достала вторую сигарету и на этот раз закурила, даже не спрашивала разрешения.- Значит простым наркобароном или главой преступной группировки, тут дело не ограничивается. Всё гораздо страшней и..., - она с озлоблением затянулась, - ...Мерзостней.
   Шеф самодовольно улыбнулся:
   - И тут твои логические рассуждения идут в верном направлении, в сторону усложнения задания. Но ты будешь очень приятно удивлена, когда узнаешь о социальном статусе нашего объекта и полюбуешься его внешностью.
   - Хм! Неужели такой красавчик?
   - Ну, не Аллен Делон в лучшие годы своей молодости, но по десятибалльной шкале, по оценкам женщин, тянет на семь, а то и на семь с плюсом.
   - О-о-о! - Александра томно закатила глазки, - Самый предпочтительный вариант для работы. Со всеми кто ниже пятёрки без бутылки и пачки сигарет не переспишь, а те кто выше восьмёрки - тоже скоты крайнего разлива. Тех вообще достаточно только вспомнить, как руки сами тянутся за бутылкой и сигаретами.
   - Вот видишь, как тебе повезло.
   - А если он ещё и президентом окажется.... Ну, чего молчите?
   Павел Павлович задумчиво поковырял мизинцем у себя в ухе, затем достал пухлую папку из ящика стола и взгромоздил перед собой. Сложил на ней ладони и только потом стал рассуждать вслух:
   - Президент.... Да нет, однозначно не президент. Хотя и окончательно утверждать о нём никто ничего не имеет права. Даже наши великие аналитики. Официально, он состоит на должности главы попечительского совета всемирно известного благотворительного фонда. Ну а неофициальный его статус умещается в одном простом слове: Торговец. С большой буквы. Но в то же время имеются самые веские основания утверждать, что это очень, ну очень, очень непростой торговец. И понять всю широту его характера, масштабность его силы, умений, можно даже сказать власти - мы до сих пор не в силах.
   - Интригует, - призналась девушка, расправляя плечи. - Но чем же таким можно торговать, чтобы до сих пор оставаться в такой густой тени? Наркотиками, рабами или человеческими органами? Или он продаёт любовные снадобья и привороты? Пожалуй, это было бы единственное, с чем бы не смогли справиться ребята из "третьей".
   - Почему? - подался шеф вперёд.
   Его подчинённая скривила своё личико в коротком раздумье:
   - Потому что никто из них не верил в мистику или сверхъестественные явления. Всё пятеро верили только в железную логику и суровую действительность.
   - Опять я с тобой согласен. И опять ты сама напомнила о том, что веришь в ту самую мистику. Мало того, и вся ты - не что иное, как ходячий сгусток мистики и конгломерат сверхъестественных противоречий.
   - Так прямо и вся! - Александра вновь потянулась за сигаретами. - Удалось несколько раз воспользоваться своим умением чувствовать опасность, да очень часто падаю в обморок при виде трупов. Вот и все странности. Зато как вы любите меня этим пугать, что прямо стыдно за такой мелкий шантаж!
   - Ладно, не будем ссориться, тем более что я тебя всегда ценю именно в качестве моего работника. Но вот про мистику ты правильный сделала вывод. Объект подходит под это дело с руками и ногами.
   - Значит, всё-таки, торгует любовными приворотами? Тоже не поверю, не наш это уровень. Там и участковый бы справился.
   - Вряд ли. Особенно если учесть, что клиентами нашего объекта являются самые богатые люди планеты.
   - Да..., - согласилась девушка в некоторой задумчивости. - Те в сердечных снадобьях не нуждаются. Их и так любят.
   - И ты бы любила? - не скрыл своего сарказма шеф.
   - Очень! Это ведь так здорово - иметь всё что хочешь.
   - А если бы он тебе надоел?
   Александра и единой секунды не задумывалась:
   - Подумаешь! Устроила бы ему чего-то-там-крушение и всех делов: живи и наслаждайся полной свободой.
   - Хм..., неблагодарная ты.
   - Ваше воспитание. Кто утверждал, что благодарность - путь к смерти через зависимость?
   - Было такое, не отрицаю.... Но вернёмся к нашим баранам. Или скорей всего - динозавру. Кстати, обращаются к нему только Дин, а за глаза так и называют: Динозавром.
   - Вы ещё скажите, что настоящего имени не знаете....
   - Только этого позора моей конторе не хватало. Хотя за многочисленные документы, многочисленные паспорта наивысшего качества, наш объект давно заработал пожизненное заключение.
   - Так почему его до сих пор...? - девушка сделала двумя ладошками жест, обозначающий удушение.
   - Во-первых: потому что не это его нарушение, для нас важно. А во-вторых: все его подделки не раз проходили многочисленные экспертизы и вердикт всегда оставался неизменен, подлинники. То есть Динозавр является легитимным гражданином сразу нескольких стран и везде его гражданство не вызывает сомнения. Паспорта с разными именами выданы на правовой основе с апостольским подтверждением.
   - Ещё интересней! Получается, что инкриминировать ему можно лишь незаконное ношение чужих фамилий или многочисленное гражданство?
   - Именно. По нашей же версии этот Торговец, не кто иной, как Светозаров Дмитрий Петрович, русский, тридцати четырёх лет отроду, уроженец польского города Лодзь. Хотя и тут прослеживается некоторая путаница, но ты с этим разберёшься сама чуть позже, - толстые пальцы побарабанили по пухлой папке. - Сейчас меня больше интересует твоя реакция на один небольшой фильм. Придвигайся к столу ближе!
   Пока подчинённая придвигал кресло, Павел Павлович развернул монитор своего компьютера так, чтобы видно было им обоим. Затем с церемониальным величием вставил хрупкий диск в дисковод и стал двигать мышкой. При этом он несколько отстранённо продолжал бормотать:
   - Смотри внимательно..., вряд ли чего подметишь, но всё-таки постарайся...
   Александра облокотилась правой стороной тела на стол и уставилась на монитор. Сразу стало понятно, что качество изображения оставляло желать лучшего. Примерно такое же получалось при использовании самых дорогих, на зато и самых миниатюрных видеокамер, предназначенных для шпионажа на приоритетном уровне. Но всё равно большинство деталей удавалось рассмотреть отчётливо, со всеми цветовыми оттенками. Сильно мешало только непонятное затемнение, коротко перекрывающее изображение каждые десять, пятнадцать секунд. Но в остальном наблюдательный человек мог почерпнуть для себя из фильма массу самых разнообразных впечатлений. А любитель экзотики и средневековья - воистину огромное наслаждение.
   По первому предположению снимали какой-то исторический фильм, а сам оператор находился среди зрителей. Перед трибунами простиралось турнирное поле для рыцарского боя, с другой стороны которого тоже располагались трибуны для простого народа. Их рассмотреть было трудно, да и камера на них не фокусировалась. А вот на соседях оператор сосредотачивался постоянно. Пёстро, пышно разодетые в просторные тоги люди оживлённо переговаривались на незнакомом языке, смеялись, переругивались или просто обменивались мнениями. Чаще всего присутствующие поначалу посматривали направо, где метров через двадцать располагалась королевская ложа. А судя по величию и блистательности оформления ложи, там могла восседать никак не меньше чем семья императора. Про императорские одежды, или символы власти в виде короны и боевого серебристого трезубца - можно было и не напоминать. Костюмеры и декораторы постарались на славу, всё казалось выполнено безукоризненно.
   Немного выпадала их общего плана личность императрицы. Вполне симпатичная женщина, сидящая по левую сторону от своего супруга, выглядела откровенно скучающей и недовольной. Хотя скорей всего так и предполагалось по сценарию. Ещё чуть левей, сидела обворожительная, совсем юная принцесса лет семнадцати, глядя на которую любой мужчина мог только печально и порывисто вздохнуть: такие прелестницы попадаются только на экранах самых лучших кинофильмов. Похоже оператор тоже слишком увлёкся красавицей, даже приближение сделал. Тем более удивительным показалось то, что принцесса несколько раз взглянула прямо в объектив, один раз при этом кокетливо улыбнувшись и один раз сделала еле заметный знак приветствия своими прозрачными пальчиками. Кажется, это удивило даже оператора. Потому что он резко покрутил камерой во все стороны и сосредоточил её слева от себя, на ничем не примечательном, в сравнении с другими зрителями, мужчине. Но вопрос раздался на чистом русском языке:
   - Так вы и вправду знакомы?
   Мужчина ответил с чисто одесскими интонациями:
   - Леонид Тарасович, разве я вам когда-то врал?
   - Да, - тон оператора был грустным. - Пока поймать не удалось. А устроить ужин с этой неземной красотой вы можете?
   - Не стоит ничего обещать на завтра, если и сегодняшние обещания до конца не исполнил. Всему своё время.
   На этом разговор закончился, оператор приступил к дальнейшим съёмкам. Ещё раз осмотрел императорскую семью, на этот раз остановившись бегло на остальных трех сыновьях императора, которые сидели справа от отца. Но если десяти и тринадцатилетние ребята выглядели довольно естественно и просто радовались предстоящему представлению, то старший принц, лет двадцати на вид, смотрелся как воплощение потомственного величия. Кажется, на эту роль подобрали самого талантливого и великого актёра.
   Чуть позже заиграли фанфары и начался непосредственно рыцарский турнир. Закованные в латы воины выезжали на ринг, приближались к императорской ложе и получали несколько слов напутствия и благословением опускающейся длани. Потом следовал выход на позиции, сигнал трубы и разгоняющийся бег коней вдоль бревенчатого барьера. Нарастающий рёв толпы и жуткое бряцание пробиваемых металлических лат и шлемов, треск ломающихся копий, храп разъярённых лошадей и грохот страшных, невероятных по актёрскому мастерству падений. Каскадёры действовали до невероятности красиво, кровь хлестала ручьями и чуть ли не в каждом поединке одного из соперников уносили на носилках.
   Правда, что сразу бросалось в глаза - нигде больше не виднелось даже единственной камеры. Видимо все съёмки велись только самыми современными миниатюрными. Но ведь у каждого режиссёра свои методы.
   Турнир ещё не закончился, как фильм оборвался в неожиданном месте.
   - Объёма памяти не хватило, - пояснил Павел Павлович и выжидательно уставился на своего самого лучшего агента, - Итак, что тебя здесь удивило?
   Та разочарованно отвела взгляд от экрана, поняв, что второй раз пока повторять фильм не станут. Закрыв глаза, потрогала себя указательным пальчиком за кончик носа, пытаясь сконцентрироваться и вспомнить все свои ощущения при просмотре.
   - Заметила две неправдоподобные детали.... Первое - это их одежды. Никогда таких в нашем мире не было. Ни в Древнем Риме, ни тем более в средневековье. Скорей всего вообще нигде. Остается утверждать только одно: большинство этих тог выдумано именно для этого фильма. Уверена. Пришлось как-то раз изучить всю историю одежды...
   - Знаю о том деле. И вывод твой правильный: не было таких одежд в нашей истории. Эксперты это подтвердили. Хотя ведь мы и историю не всю знаем.... Ну а вторая деталь?
   - Наверняка и вторая вам известна: некоторое различие в строении тел...
   - Где ты такое заметила?! - воскликнул шеф, хватаясь за мышку. - И у кого?
   Кажется, он был очень удивлён и обеспокоен. Но девушка не подала виду, зная высшее артистическое притворство этого солдафона:
   - Не у мужчин, не переживайте. Те вроде совершенно идентичны земным. А вот женщины отличаются, - она ещё и сама не была уверена в своих подозрениях, но судя по полыхнувшим зрачкам шефа при слове "земным", удостоверилась что она на верном пути в своих догадках: - Найдите тот кадр с принцессой. Вот, только чуть назад, где она в профиль, Стоп! Вот этот. Ничего странного не замечаете?
   - М-м? Да нет, вроде...
   - Присмотритесь к ушной раковине. Видите лишний, нависающий сверху хрящик? У нас такого нет, и мне это сразу бросилось в глаза. Люблю любоваться серьгами с бриллиантами и смотреть как они сочетаются со строением уха.
   Рука шефа уже тянулась к коммуникатору. Палец привычно надавил кнопку вызова аналитического отдела:
   - Казик, твою мать, - вкрадчиво стал говорить Павел Павлович. - Фильмец перед тобой?
   - Так точно, - раздался настороженный ответ главного эксперта и аналитика, которому недавно перевалило за шестьдесят, и он считался в конторе работником с самым большим стажем.
   - Тогда скажи мне, дорогой Казик Теодорович, куда твои глазки похотливые смотрели, что ты ушки у женщин не рассмотрел?
   - Дык..., и..., не понял я. Туда и смотрел..., - в динамиках раздавалось нетерпеливое щёлканье мышки. - Палыч, а что ещё заметили? Серьги необыкновенные? Так они вроде не выпадают из ряда классификации...
   - А лишний хрящик тебе не в жилу заметить было? А? Всё на меня надеетесь?
   Короткая пауза оборвалась ошарашенным восклицанием:
   - Ё-маё!
   - Короче! Работайте! - оборвал Казика шеф и выключил связь. Затем с хорошим настроением поощрительно кивнул подчинённой: - Молодец! И тут от тебя польза оказалась. Если доживёшь до сорока - обязательно возглавишь аналитический отдел.
   - Хм! Больно надо! Да и вообще, столько живут только клоны.
   - Ты так со мной не шути, а то я и обидеться могу.
   - Пыл Пылыч! А вы разве не знали, что вы клон? - раскрыла Александра свои глазища от искреннего удивления и получила в ответ очередное бормотание:
   - Знал, знал..., но разве от тебя что-то скроешь? Ладно, раз больше ничего не заметила, то смотри дальше и слушай мои комментарии. Здесь наши эксперты не подвели, накопали кучу всяких странных деталей и ещё полную тележку несоответствий. Но в основном это касается оружия и доспехов, так что твоя некомпетентность в этом вопросе вполне понятна. Мне самому эти детали ничего не говорили, а ведь я и на рапирах и на мечах сражаться могу.
   - Ой! Я и не знала! Теперь уж точно к вам со своей саблей прийти не решусь.
   - Какая ещё сабля? - недовольно скривился шеф, но догадавшись, что девушка продолжает шутить, перешёл на строгий тон: - Смотри внимательно! Начнём, допустим, с голени. Здесь на металлической защите торчит острый шип, в истории нашего рыцарства никогда не применяемый и кажущийся вообще неуместным элементом. Хотя аналитики доказали, что в кавалерийском сражении удар ногой по морде лошади очень эффектно поражает животное, выводя его из строя. Шип попадает чаще всего в нос лошади и та от боли сразу падает на колени. Теперь взгляни на другие различия...
   Действительно, отличительных деталей оказалось невероятное множество. А напоследок Павел Павлович продемонстрировал отдельный фильм, в котором эксперты по собранным кадрам доказали, что три рыцаря в турнире погибли бесповоротно и однозначно. Что уже само по себе отрицало сам факт какого-нибудь театрально представления или съёмки кинофильма. То есть заснятое действие было самым натуральным смертоубийством.
   Когда Александра это осознала, её стало нагонять предобморочное состояние. Да настолько, что шефу пришлось на неё прикрикнуть:
   - Возьми себя в руки! Это ведь только документальные кадры! Из жизни другой реальности. И ты свои ручки к их гибели не прилагала. На-ка, попей!
   - Значит всё-таки не Земля..., - с некоторым восторгом прошептала Александра, когда попила воды и немного успокоилась. - Неужели инопланетяне пошли с нами на контакт?
   - Ага! Щас! Так они тебе и пойдут, спешат, аж спотыкаются! Скорей это наш человечек в чужие пространства забирается без спросу. Как нашего, так и с той стороны...
   - Хотите сказать, что этот парень или сам оттуда или дорожки туда знает?
   - Вот именно поэтому мы и должны вывести этого Торговца на чистую воду. Да сделать это так, чтобы он не исчез, а согласился с нами сотрудничать полностью. Теперь ты понимаешь, что кроме тебя, с этим делом никто не справится.
   Девушка хмыкнула с присущей только ей самоуверенностью:
   - Дело не в том, конечно справлюсь. А дело в той самой мистике. Вы знаете, Пыл Пылыч, что мне как-то жутко, ураган какой-то на душе. Скорей даже радостно, что ли.... Просто не верится, что мне повезло участвовать в этом деле. Настоящая романтика...
   - Вспомни об участи "третьей" и вернись на грешную землю! - суровый голос шефа вернул в действительность не хуже холодного душа. - Малейшая твоя ошибка, и от твоей романтики даже вживлённых в тебя чипов не останется.
   - М-да, действительно. Чего-то я непозволительно воспарила в высокие сферы. Мне более важно узнать, почему "сгорела" третья группа. Вы пробовали к нему в дом подложить камеры или хотя бы "жучки".
   Пробовали, безрезультатно
   - Логично, Значить скорей всего и всю нашу легендарную пятёрку агентов он засёк по многочисленным чипам в их телах. Согласны?
   - Очень даже может быть....
   - Следовательно, придётся и из моего тела удалять все четыре маячка. Насколько я знаю, это займёт около часа. Правильно?
   Вот тут Павел Павлович замер. Для любого агента вживлённый чип не только последний шанс на спасение или своевременную помощь от своих, но и "вечный поводок" благодаря которому лучшим агентам не стоило и подумывать о возможности сбежать и залечь на дно. Начальство отыщет хоть на дне Марианской впадины. Но в данном случае видимо интересы были гораздо выше "поводковых" рассуждений и монстр спецслужб постарался, чтобы его молчание не выглядело слишком продолжительным:
   - Конечно, правильно.
   Александра тоже понимала, что из конторы она никуда не денется, но как приятно было осознавать, что хоть на короткое время данной операции она избавится от постоянной слежки за своей тушкой. А если она правильно оценила угрозу всего этого дела, то может как раз и подвернётся удачный момент, чтобы вовремя "спрыгнуть" с этого товарняка, летящего по откос.
   Радость своей маленькой победы, она спрятала за деловой озабоченностью:
   - Давайте перейдём к личности объекта. Почему его называют Торговцем? Да и ещё и с большой буквы?
   - Только по одной причине: он торгует любыми, даже самыми нереальными представлениями и удовольствиями. И по мнению наших долбаных аналитиков, объект делает для этого окна в один, а то и несколько параллельных миров. И уже так показывает требуемое самым состоятельным людям нашей планеты.
   - И те об этом молчат?
   - Как рыбы. Разве только советуют своим коллегам по клубу миллионеров обращаться, при нужде поразвлечься, к Динозавру.
   - Но ведь вы его всё-таки высчитали, - напомнила девушка, - Значит и миллионеры бывают болтливыми.
   - Естественно, они тоже люди. Да только подобная болтливость вылезет таким боком, что даже сильные мира сего крепко держат язык за зубами. Начну с самого начала. Пару лет назад один известный швейцарский герцог, растрезвонил о тех нескольких чудесах, которые ему довелось увидеть при содействии Торговца. И тут же оказался психически невменяем. Что вообще-то при таких бреднях - вполне естественное дело. Да только ты ведь знаешь: в наше время и маразматические высказывания буйнопомешанных тщательно проверяются. Поэтому Интерпол провёл тщательное расследование и быстро раскрыл всю подноготную. Динозавр ангажировал, как правило, сразу несколько трупп, как актёров, так и любителей древности. Или как их порой называют: толкиенутых. С их помощью он разрабатывал неимоверное количество спектаклей, которые ты только что видела, тратя при этом практически все доставшиеся ему при оплате деньги. А что в этом предосудительного? Вот и Интерпол поржал над глупыми миллионерами и забросил это дело. Правда, материальчик мы к себе в базу данных ввели, не поленились. И только благодаря этому обратили внимание ещё на двоих толстосумов, скандально расставшихся с жизнью.
   - Там тоже прослеживалась рука Торговца?
   - Как ни странно, его там и близко не было. Но вот некоторые слухи в той среде всё-таки расползлись и вещали они о том, что оба покойничка накануне своей смерти готовились выдать миру некое сенсационное сообщение. То есть, они сумели сопоставить свои наблюдения и догадаться об истинности увиденных представлений. Да только, не успели донести всему миру благую весть.... И материалов у них никаких не осталось. Только наши догадки.
   - Зато теперь, после такого фильма, вы наверняка и свидетеля имеете?
   - Увы..., - Павел Павлович вздохнул так тяжело, словно сам через минуту собрался в гроб ложиться. - Не уберегли... Уважаемый Леонид Тарасович так и пропал со своим самолетом где-то над Крымом. Несколько обломков нашли в морском прибое возле посёлка Весёлое.
   - Оп-па! Неужели это о Кадагове речь? - гибель известного миллионера не так давно прогремела массой скандальных статей и заметок по всем средствам массовой информации.
   - Он самый. Эту запись Кадагов успел передать нам только в самый последний момент с борта самолёта.
   - Продал?
   - Конечно! И за такие деньги, что плакать хочется. Но зато фильм того стоит.
   - Но как этому, покойному уже миллионеру удалось сделать съёмки?
   - Он то и поведал в кратком рассказе нашему представителю, что Динозавр перед спектаклем производит самый тщательный обыск клиента, вплоть до рентгена и смены одежды. Ну а наш дошлый Лёня, имел на своём теле одну великую тайну: искусственный глаз из разработок самого последнего поколения. Он и смачивается и блестит, и зрачком расширяющимся с другим зрачком синхронно поворачивает. В общем, никак не отличишь от живого. Вдобавок ещё и веко обладало экранирующими способностями, не позволившими засечь видеокамеру в глазу. Вот так и получился этот фильм.
   Александра немного подумала и выдала самое для всех желанное развитие событий:
   - Лучше бы Кадагов не турнир снимал, а сам момент перехода в другой мир.
   - На эту тему Леонид Тарасович тоже дал пояснение. Перехода как такового, он и не заметил. Долго ехали в лимузине, потом по бокам начались сплошные заросли высоких кустов, из которых и въехали в подземные помещения какого-то амфитеатра. Причём дело скорей всего происходило в хорошо знакомом с детства городе миллионера. Когда они по узким ступеням поднялись наверх, то сразу оказались на трибуне. Уходили в обратном порядке. И тогда перехода нигде заметно не было, хотя присматривался Кадагов более внимательно. С его хваткой он сразу заподозрил неладное. Дома внимательно просмотрел плёнку, а когда Динозавр отказался организовать миллионеру встречу с принцессой, решил его в отместку кинуть. Вышел на нас...
   - Отказался - ничем не аргументируя?
   - Причину назвал: категорический отказ самой принцессы. И не согласился даже после того, как миллионер утроил сумму гонорара.
   - Ещё бы! - скривилась девушка от непонятной антипатии. - Вряд ли такая..., фифа нуждается в средствах.
   - Вот и все так подумали. Но операцию стали разрабатывать сразу. А "третью" послали в окружение Торговца внедряться по ходу дела, так сказать, по собственному наитию. Пропали все пятеро одновременно из снятого неподалёку домика, когда сам объект находился в соседнем государстве. То есть наверняка вокруг него действует неизвестное нам количество помощников. Не отвергается возможность и того, что эти невидимые нам помощники действуют из параллельных миров. Если это так, то и секрет нашей конторы может быть раскрыт в любую минуту. Что будет в этом случае - мне остаётся только догадываться. Но тоже не исключаю, что в таком случае "эти", - палец шефа упёрся в потолок, - Предпримут самые решительные меря для устранения объекта.
   Александра умело сдержала готовый вырваться вопрос: "А нас?", потому что до такой степени свою логическую эрудицию показывать не стоило даже перед всезнающим шефом. Вместо этого она состроила испуганное личико и с хорошо прослушиваемым уважением спросила:
   - А сколько вообще "этих" знает об операции?
   - Двое, - не стал скрывать Павел Павлович, но сразу, словно сомневаясь, пожал плечами: - Хочу надеяться. Но нам от этого не легче, мы должны своё дело сделать без всяких скидок на сложность.
   - А кто мне будет помогать? Неужели никого не удалось внедрить в окружение Торговца?
   - Рано мечтать об удачливом внедрении. Такие дела сама знаешь, быстро не делаются. Тут года нужно, а не жалких пару месяцев. Но один вокруг него уже крутится. Стараемся делать так, чтобы это Динозавр на него всё время натыкался, организовываем такие "случайности" сплошь и рядом. А наш человек делает вид, что сторонится объекта, не доверяет, даже нагрубил один раз на тему, что все до его денег тянутся.
   - Понятно. Приходится нашему казачку засланному миллионером притворяться. Да ещё и жадным. Неплохо! Я его знаю?
   - Даже слишком. Каралюх Бориска.
   Девушка скривилась:
   - Фу! Лучше бы и не знала. Хотя именно такой глист, везде и пролезет. Но чем он собрался привлечь наш объект к себе?
   - Да тем, что Торговец слишком падок на красивых женщин. Правда в постоянные связи не втягивается, сразу их рвёт. Очень редко какая фифочка у него задерживается дольше чем на неделю. Но, почти ни одну смазливую мордашку и длинные ножки он не пропускает. Чаще всего приговаривает их чуть ли не месте знакомства, и тут же про них забывает. Бориску мы решили тоже окунуть в разврат, и он приводит в купленный рядом дом таких шикарных девочек, что даже Динозавр на это клюнул и уже два раза подкалывал соседа на предмет "поделиться". Наш Каралюх пока "держит стойку", выказывая вполне обоснованные для такого короткого знакомства подозрения. Но как только Торговец возвращается на свою виллу, то до него обязательно доносится шум очередной развесёлой оргии.
   - Однако, - Александра не могла сдержать своей ехидной улыбки, - Вот уж повезло Борюсику. Как говорится, пусти козла в огород, так он всю кассу растратит!
   - Ох! И не напоминай лучше, - жалобно застонал шеф. - Меня всего лихорадит, когда я финансовые отчёты наверх отправляю. Уже созрело твёрдое убеждение кастрировать этого гада за государственный счёт, после того, как всё закончится благополучно. Ты себе не представляешь, кого он только в свою постель не тянет.
   - Кого?
   - Да всех! Никогда не думал что знаменитые и прославленные модели, артистки и величественные красавицы согласятся лечь с таким ничтожеством.
   - Деньги решают всё! - категорически обрубила девушка словоизлияния своего шефа. Тот ехидно цокнул языком:
   - Надеюсь, тебе не придётся так тратиться?
   - Конечно. Скорей даже наоборот: я буду стараться сделать свою работу с мизерными растратами.
   - Ну, это понятно, достаточно тебе покрутить своей мордашкой поблизости возле Динозавра, а потом как можно быстрей упасть на спину...
   - Хм! Такой вариант для меня совсем не отдаёт пошлостью, и я была бы на седьмом небе от счастья, если он оказался действенным. Но, кажется, он здесь не проходит. Вряд ли он поведётся на очередную самочку, да ещё потом продолжит с ней знакомство до нужной нам стадии. Здесь нужно нечто сверх интеллектуальное.
   - Ну, Шурка, тебе видней, - согласился шеф с фривольным оскалом. - На то ты у нас и самой большой выдумщицей считаешься. И наверняка уже придумала подходящую легенду?
   - Как? С чего? Только зная о том, что он бабник и редкостный блудник? Ха! - Александра от всей души удивлялась истинно мужскому скудоумию. Тут же ей пришёл на ум один пример, который она уже неоднократно прокрутила в своей пространственной памяти: - Вот вам не кажется, что в этом фильме прослеживается явная попытка прибрать нашего Торговца под каблучок? Вспомните, как вела себя юная принцесса и подумайте: разве стала бы такая девушка бросать томные взгляды Кадагову?
   - Вряд ли...
   - Бесспорно и другое: когда наш объект отказал этой девице в очередной близости, она явно в отместку отказалась от ужина в компании с обрюзглым миллионером. И о чём это говорит?
   Лоб шефа покрылся глубокими складками, символизируя усиленную умственную деятельность:
   - О чём?
   - Что даже такая неповторимая, сказочно богатая и скорей всего умопомрачительная для любого мужчины красотка не смогла удержать возле себя присноизвестного, как его там, ага, Светозарова Дмитрия Петровича.
   - Да нет, Шурка, здесь ты перемудрила! - засмеялся Павел Павлович. - Надо же до такого додуматься! Как только и мысль такая в голову пришла.
   - Как? Давайте ещё раз начало фильма просмотрим. Только теперь я буду кадры выбирать, - мышка быстро перекочевала в женскую ручку. - Итак, вот здесь, присмотритесь, принцесса, словно отчужденно смотрит в сторону оператора, а сама надеется, причём очень сильно надеется поймать чей-то взгляд. Даже дыхание на вздохе затаила. Нам повезло, что Динозавр сидит рядом с Кадаговым и нам отчётливо заметно направление взгляда. Вот он вспыхнул и стал жарко горячим, томным, призывным. Такие посылаются только страстно желаемому любовнику. Уж поверьте мне!
   - Да я и не спорю...
   - Потом Динозавр отвернулся, видимо, и мы просматриваем во взгляде принцессы жуткую досаду и разочарование. Лицом владеть она умеет не в пример лучше всему остальному. Несколько улыбок по сторонам, ничего не значащих жестов остальным поклонникам и вновь настороженное ожидание. И вот, самый ответственный момент! Она решается на еле заметный, но хорошо понятный любовнику знак. Скорей всего он расшифровывается не как приветствие, зачем им здороваться, если они наверняка уже виделись, пусть даже издалека. Нет, он обозначает "Приди!" Присмотритесь, пальчики не в стороны качнулись, а больше к её личику. Взгляд при этом превращается из выжидающего в гневный, скорей всего по той причине, что ответного взмаха ресниц или ещё чего-то не последовало. Динозавр сделал вид, что не заметил призыва и равнодушно отвернулся. Что и подтверждает перевод камеры на него и совершенно спокойный диалог со стороны Торговца. На этом кадре он выглядит как котяра, пережравшийся отборной сметаной, лицо выражает лень и досаду от предстоящего скучного разговора. Возможно, даже предвидит скандал с надоевшей любовницей. Но нисколечко его не боится. Так что просто, без затей, соблазнить такого циника и ловеласа - почти невозможно. Тут ни моя красота, ни ножки от коренных зубов не проконают.
   Кажется, шеф осознал рациональное зерно в утверждениях Александры и полностью с ней согласился. Но после этого чуть не выломал себе челюсть, выкручивая собственный подбородок в непроизвольном мычании:
   - И этот драный Каралюх такие деньги на ветер выбрасывает!
   - Не скажите. У Бориски совсем другая задача, - вынуждена была вступиться за коллегу девушка. - Ему главное завести хоть какие-то приятельские отношения с соседом и выбранный метод действительно может оказаться действенным. Но для меня такое не подойдёт, пусть я даже сумею менять собственное тело до немыслимых по красоте стандартов, а в моем поместье будет не протолкнуться от хахалей.
   - Хорошо, я тебе уже говорил: готов слушать твоё любое предложение. И более того, мне ничего не останется делать, как сразу на него соглашаться.
   - Да я в последнем и не сомневалась, - без всякой нотки самодовольства или хвастливости, произнесла Александра. Потом указала глазами на папку: - Но мне для начала хотелось бы послушать его биографию. Именно послушать, с теми акцентами, которые расставите вы. Почитаете? Самое основное, конечно.
   Павел Павлович согласно кивнул, раскрыл папку и стал бегло читать документ за документом, порой кладя перед подчинённой некоторые листики с прикреплёнными к ним фотографиям. Наверняка всё это было и памяти компьютера, но многоопытный руководитель по себе знал, как порой важно бывает послушать информацию именно вот так, собственными ушами и полностью одобрял такой метод.
   Данные лились ручейком, лишь изредка перебиваемые наводящими или уточняющими вопросами Александры. Сведения о родителях, чьё рождение состоялось в военное лихолетье. Советские военные базы под Лодзью, где и родился маленький Дима в семье военного. Детский сад в гарнизоне, школа, ничем не примечательные юношеские годы. Потом пришла трагедия: при весьма странных и невыясненных обстоятельствах пропали родители Светозарова, которому на то время исполнилось четырнадцать лет. Пропали бесследно, вместе с тринадцатилетней сестрёнкой. Подозревали банальное бандитское ограбление с последующим устранением трупов, хотя в то время в рабочем польском городе Лодзь о таких страхах никогда не слыхивали. Да и что можно было отобрать у ничем не примечательного офицера и его близких во время прогулки по городскому парку?
   После этого события жизнь Димы Светозарова в дружественной Польше завершилась, его забрали к себе родители отца, проживавшие в Бресте. Там он окончил школу, поступил в институт, ограничивая своё становление как среднестатистический инженер-электронщик. И вот дальше началось самое странное в его жизни. Вернее не так странное, как совершенно непонятное для силовых структур "темное прошлое". Правда девяностые годы тем и отличались, что полной анархией и разгулом безответственности, но всё равно отсутствие любого упоминания про Светозарова Дмитрия Петровича настораживало. Словно кто-то всесильный и вездесущий тщательно уничтожил все следы о деятельности или существовании вышеупомянутого человека. Нет, конечно же, он кое-где мелькал: секции карате, посещение общества тибетских монахов, визиты в театры, времяпрепровождение на катке и лыжных прогулках. Но всё это - ничего не стоящие, малоприметные мелочи. Гораздо удивительнее выглядели факты, что бюрократические препоны, как таковые, для Динозавра не существовали. Паспорта ему выдавались без всяких очередей, визы на въезд в любое государство ставились быстро и без проволочек. Но именно это и настораживало больше всего. Ведь Светозарова никто не прикрывал, он не был президентским сыном, он не руководил мафиозными кланами, но всё у него делалось легко и беззаботно. Он разъезжал по другим странам, знакомился с самыми знаменитыми и влиятельными людьми, отдыхал в сообществе самых неприступных для прессы толстосумов, артистов и политиков. Причём в любую компанию он входил по-свойски, а о его друзьях, приятелях и приверженцах вскоре стали складывать легенды. Некоторое время за ним присматривали спецслужбы то одной, то другой державы, но инкриминировать ему мошенничество, или доказать, что он аферист - не смогли. Каждый раз выдавая в резюме одну, по сути своей, фразу: безобидный прожигатель жизни, паразитирующий на щедрости своих многочисленных друзей. Разве что Интерпол, после расследование дела с герцогом Штаусе, добавило в характеристику новый оттенок: "Имеет замечательные организаторские способности продюсера, режиссера и сценариста. Весьма многогранная, творческая личность".
   И всё. В остальном - полная тишина. Даже когда за него всерьёз взялись в последние месяцы - так и не смогли накопать хоть какой-нибудь стоящий компромат. Разве что незаконное многочисленное гражданство. Но тут, как и в случае многожёнства Остапа Бендера, доказывать что-либо было весьма проблематично. Да и вспугнуть объект было нельзя никоим образом. В данный момент он проживал на постоянной основе в Германии, частенько появлялся по всей Западной Европе, да время от времени наведывался в Польшу. Компании предпочитал самые интернациональные, потому что владел в совершенстве десятью европейскими языками и вдобавок мог изъясняться на китайском, как прирождённый азиат. Правда, в самом Китае замечен ни разу не был. Но в свете последних открытий - подобное слежение теряло некоторый смысл. В данный момент, уже целых два месяца, за Динозавром установили слежение со всех возможных носителей: от стационарных уличных видеокамер, до камер с наивысшей разрешимостью, установленных на космических спутниках. Информация обрабатывалась в самом современном вычислительном центре и шла непосредственно к Павлу Павловичу. Но пока ничего важного не заметили. Скорей всего объект заметил слежку и затаился наглухо. Если бы не фильм, переданный перед гибелью миллионером Кадаговым, то баснословно стоящую операцию давно бы прикрыли. А так выделили неограниченный кредит.
   Когда Александра завершила ознакомление со всеми деталями своего задания, она в который раз за день подавила непроизвольное содрогание собственного тела. Это какие надо иметь полномочия, что бы выделить невероятные, не укладывающиеся ни в какой здравый рассудок средства. Те самые загадочные "двое", о которых намекнул Павел Павлович - однозначно высокие фигуры. Ну и пришла в голову вполне логичная мысль-продолжение:
   "Если вообще не "самые высшие"! Да за такие деньжищи всю контору могут подчистить в случае неудачи. Хм..., а ведь в случае удачи - тоже могут подчистить. Причём как раз в случае удачи, скорей всего уберут всех однозначно.... Мама! Мне страшно! Где ты?! Что б тебя удавили на том свете, сучку бешенную!"
   Как всегда воспоминания о матери алкоголичке, попавшей под поезд, когда Александра оканчивала учёбу в школе, придало нужную злость и подняло боевое настроение. Девушка резко вышла из задумчивости и озорно подморгнула замершему в настороженной позе шефу:
   - Ну что, Пыл Пылыч, имеется у меня одна идейка...
   А про себя подумала: "Наверняка тоже про "зачистку" догадывается. Не может такой зубр спецслужб оставаться наивным патриотом. Поэтому и замялся, когда я предложила из меня все чипы вынуть. Вот только интересно бы узнать, что он предпринял на такой случай? Подобный тип всегда себе несколько запасных лазеек оставит. Если вдруг он исчезнет - то это сразу и для меня будет сигналом: забуриться на дно самого глубокого болота и прикинуться ветошью лет на десять. Да, так, наверное, и сделаю...."
   Старый солдафон поощрительно улыбнулся:
   - Есть идейка? Могу утвердить и без прослушивания. Но всё-таки, уважь старика.
   - Как не уважить! Вы помните, что почти везде у него стоит вот эта фотография: мать, сидящая на парковой скамейке, облокотившийся рядом отец и между ними радостно улыбающаяся сестричка. Мне кажется, через эту его ностальгическую грусть по ближайшим родственникам мы к нему и подберёмся.
   - Каким образом?
   - Присмотритесь, я похожа на его сестричку?
   - Кхе, кхе! Да не очень.... Если честно, то ты в сто раз краше.
   - Вот и хорошо. Гораздо хуже, если бы до её уровня пришлось подниматься. Ну и представьте меня гораздо проще, точно с такими же глупыми косичками. Свитер тоже вообразите такого же устарелого покроя.
   - Но ты ведь намного не дотягиваешь до тридцати трёх лет! Ведь его сестре сейчас бы исполнилось именно столько. Да и тринадцать тебе никак не дашь.
   - Неважно, здесь актуальней всего первый взгляд, душевный позыв и мистический дух оживших воспоминаний.
   - Ох! Думаешь, сработает? Уверена? - затаил дыхание Павел Павлович.
   - Вы ведь не были уверены в "третьей"? Так и я не могу быть уверена даже в себе. Но в данный момент, это единственное верное направление. Остаётся только подобраться как можно ближе к объекту и сыграть свою роль наверняка.
  
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

СВИТА ДЕЛАЕТ КОРОЛЯ

   Дело происходило три года назад.
   Только что взошедший на престол Бонзай Пятый являл собой на тот исторический момент пример заядлого, неисправимого пессимиста. Потому что лучше всех был информирован о нависших над ним лично и над его королевством опасностях. До двадцати лет он посвящал себя только науке, литературе и древней истории. И практически всё время своего взросления пропадал только в лабораториях и библиотеках. Вырабатывал в себе истинно прагматический, точно выверенный взгляд на жизнь и к любому вопросу подходил с линейкой и весами.
   Конечно, в большой жизни он тоже регулярно появлялся. И бражничал знатно порой с несколькими близкими друзьями, и на охоту выёзжал отменную, и за девицами время от времени ухлёстывал, но даже внешне он сильно отличался от отца и старшего брата. Сплошь увитые буграми мышц те выглядели как две скалы и прекрасно справлялись с управлением государства. Никто и никогда не сомневался в престолонаследовании, да и старший сын правящего короля готов был до собственной старости поддерживать и развивать все начинания своего отца. Пока не случилось явно подстроенное врагами несчастье и совершенно неожиданно для всех корону пришлось надеть младшему сыну. Учёному сухарю, как поговаривали, дотошному прагматику и расчётливому математику.
   Зато теперь реальный взгляд на окружающий мир позволял ему, чуть ли не с точностью до нескольких дней предсказать собственную смерть. Разве что на каждый из трёх вариантов смерть приходилась на неделю позже. Поневоле пришлось задуматься, когда получил на свою кудрявую голову корону, уселся на троне и с опаской принялся осматриваться по сторонам. Неожиданная смерть отца и старшего брата выдернула его из мира науки, литературы и древней истории, где Бонзай чувствовал себя как рыба в воде, и заставила подхватить рухнувший в кровь скипетр королевской власти. Причем не составило огромного труда осознать сразу при коронации, что дни его маленького королевства сочтены. Потому что никто из потенциальных союзников на неё не прибыл. Слишком давно охладели к маленькому королевству более дальние соседи, не имеющие с ними даже кусочка общей границы.
   С севера, по широко разлившимся после первых летних гроз рекам, со дня на день ожидалось воинственное наступление "ледовых берсерков". Именно так и никак иначе называли себя бородатые и дикие викинги, объявившие ещё осенью прошлого года священную вону за случайное убийство своего принца. К слову сказать, принц сам был виноват, натворил делов перед собственной смертью. Всю Вельгу на уши поставил своими скандалами и пьяными оргиями. Вполне естественно, что таки нашёлся опытный воин, вызвавших озверевшего представителя викингов на дуэль и заколол того как дикого вепря. Всё было должным образом засвидетельствовано и запротоколировано, показания очевидцев вместе с телом отправили на родину "героя". Но разве дикари знают, что такое понятие чести? Вот они и объявили войну, пообещав ворваться в королевство на "Большой" воде. Так что до момента падения практически беззащитной столицы оставалось не более двух недель. О том, чтобы серьёзно сопротивляться нашествию варваров малочисленным гарнизоном, никто и не помышлял. Само собой, что казнь правящего короля предвкушалась "ледовыми берсерками" с особым удовольствием.
   Не менее печальная участь ждала Бонзая Пятого и с Запада. Именно там правил более мощным королевством двоюродный брат отца, который ненавидел своих родственников пуще всего на свете. Не суть важно, из-за чего раздор начался, но именно дядя и довёл недавно дело до гибели отца и брата. А вслед за этим прислал послание голубиной почтой: "Беги щенок, освобождай мой трон! Иначе - посажу на кол!". Срок дальнего похода для вымуштрованного западного войска составлял всего три недели. Так что если не варвары казнят молодого короля себе на потеху, то уже гнусный садист и скотоложец дядя не откажет себе в довольствии посадить горячо ненавидимого племянника на палю.
   Казалось бы, чего медлить? Спасай своё тело, да уходи огородами в дали неведомые. Аль не тут-то было. С юга и востока над крохотным королевством нависала Визенская империя. И не далее как накануне коронации пришло письмо от самого императора Бареки Константина Сигизмундовича. И там сухим, официальным тоном предлагалось немедленно отречься от трона, а всю власть передать в руки пребывающей до этого в глубоком подполье Визенской церкви. На такое Бонзай пойти не мог даже ценой покупки собственной жизни. Слишком уж хорошо помнил он наказы отца и рано ушедшей из жизни матери не допускать эту нечеловеческую религию на родные просторы. Тут альтернативы не было. Император угрожал в противном случае прислать своё войско и стереть небольшую столицу с лица земли. Дабы не было пути назад, Бонзай первым же своим указом приказал казнить послов империи, которые охамели до того, что стали взывать на площадях к неповиновению, да выступать по тихим углам с проповедями неподчинения молодому королю. Подобный приказ народ выполнил с небывалой прытью и энтузиазмом. Слишком уж много леденящих кровь рассказов ходило про Визенскую церковь, которая использовала в своих обрядах мерзкие жертвоприношения в виде разрезаемых на алтарях младенцев и женщин. Так что подданные таким образом более чем решительно поддержали своего молодого правителя. Мало того, только что коронованному монарху люди выразили свою признательность, доверие в виде многочисленных подарков и традиционных символов. А о том, что враг скоро нагрянет, никто и не почесался. Хотя новости разошлись по столице не хуже летнего, свежего ветра.
   Оставалось только поражаться и ветрености и бесшабашности подданных, что и стал делать на следующий день после казни послов Бонзай Пятый с двумя своими наиближайшими друзьями. Они уселись в огромной пиршественной зале и решили залить свои беды чрезмерной выпивкой.
   - Всё равно сегодня ничего путного не придумаем! - восклицал один из друзей, наливая своему венценосному приятелю полный кубок креплёного вина. - Так давай просто отпразднуем в узком кругу твою коронацию. Две недели нам для этого вполне хватит. Пей!
   И они пили. Очень много пили. Потом "вышли в народ". И там продолжили пить с каждым встречным и поперечным. Такое братание с подданными понравилось всем: и самому "народу" и его правителю. Настала ночь и всеобщая гулянка распространилась на всю столицу. Благо выпивки и желающих хватало. Обычная ночь превратилась во всенародные гуляния. Потом разжигали костры и прыгали через них. Потом танцевали под крепостными стенами при свете факелов и огромных костров. И всё это время не прекращали пить. Последнее, что смутно помнил Бонзай Пятый, так это грубый толчок женской руки ему в грудь, да произнесённые с пьяным иканием слова:
   - Да иди ты..., извращенец!
   Ну, он и пошёл, заливаясь слезами от обиды, что никакая женщина его не хочет и вообще он самый паршивый король на всём континенте. Навстречу ему попался в усмерть пьяный мужик, несший на плечах бурдюк, полный вина, и чуть ли не насильно стал требовать указать на виновника, который посмел обидеть такого славного парня. Король изначально обрадовался, решил, что сейчас ту самую девицу разыщут и накажут и стал с заиканиями и мычанием жаловаться. Но когда незнакомец узнал что всё дело в женщине, искать её не стал, только что сплюнул куда-то в сторону. А потом решительно заявил:
   - Все бабы - ...нехорошие! И связываться с ними - себе дороже! Давай лучше выпьем! Смотри как удобно, и стаканов не надо.
   Кто такие "стаканы", Бонзай не понял, зато сосредоточив глаза на мужике увидел, как тот ловко подхватил горловину бурдюка рукой, второй вынул затычку и несколькими большими глотками "освежил" горло:
   - Эх! Хорошее у вас тут винцо! Хоть и не южное, но зато с кислецой и забористое! Бодрит! На...!
   Молодой король попытался было возмутиться таким панибратством со стороны неизвестного холопа и потребовать положенный по титулу кубок, но как только он решил оглянуться в поисках виночерпия, как ощутил горловину бурдюка у себя во рту. Ничего не оставалось делать, как и самому несколько раз от души глотнуть. Вино и в самом деле оказалось одно из самых лучших и редких в королевстве, далийское. Только на одной маленькой равнине рос мелкий чёрный виноград, который и использовался для приготовления этого знаменитого вина. Поставки шли только в королевский дворец, по личному заказу некоторых министров да в парочку самых фешенебельных постоялых дворов. Поэтому Бонзай сильно удивился, забыв сразу о неуважении к своей персоне:
   - И г-где ты целый бу-бурдюк прикупил?
   Незнакомец ответил с похожим заиканием:
   - М-места надо знать! А что, хорошо пошло? Давай тогда ещё п-по одной...
   И они выпили ещё. Потому что далийское вначале здорово бодрит. Потом обнялись за плечи и пошли куда глаза глядят, благо луна светила от всей души и дорогу между невысоких деревьев заметить было легко. Потом останавливались и пили, между, тостами обсуждая женскую непредсказуемость, изменчивость и бесстыдство. Затем снова шли, пели, пили, плевались при воспоминании о женщинах...
   Дальше король помнил лишь жуткое головокружение и свои безуспешные попытки подняться с четверенек.
   Проснулся он, щёлкая зубами от холода, в гуще рассветного тумана, где-то в незнакомом и густом лесу. Кое-как разогревшись интенсивными размахиваниями ладоней, он ухватился за раскалывающуюся голову и попытался позвать хоть кого-нибудь:
   - Ау..., отзовитесь...
   Никто вполне естественно не отзывался, так как крик скорей походил на испуганный шёпот. Умывшись обильной росой, уже более окрепшим голосом потерявшийся король продолжил кричать всё громче и громче. Но вместо давно ожидаемых и восторженных криков благодарного народа вдруг до Бонзая донеслось злобное рычание, а когда он окончательно расширил от испуга глаза, то различил в тумане две огромные волчьи фигуры.
   - Вот и отпраздновали две недели, - пробормотал король, вынимая чудом не потерявшийся кинжал из ножен и дрожащей с похмелья рукой выдвигая оружие вперёд. - А ведь так вчера здорово всё начиналось. Да и потом славно повеселились.... Какая же собака меня в лес вытолкала?
   При этом он сделал шаг назад и подпрыгнул от неожиданности от резкого крика:
   - Твою мать! Ты мне руку растоптал!
   Не сводя взгляда с примолкших волков, которые радостно переглядывались от удвоенного количества пищи, Бонзай пощупал рукой сзади себя и наткнулся на чью-то спутанную шевелюру. Тут же раздались новые недовольства:
   - Да ты совсем очумел?! То орал тут ни свет ни заря, то по моему телу как слон топчется, а теперь глаз выколоть норовит!
   Король сделал пару шагов в сторону и теперь в поле его зрения попал мужчина с опухшим после знатной попойки лицом. Лет на десять старше, в отменных сапогах и вполне тёплом, не по летнему сезону овчинном полушубке. Теперь стал понятен его безмятежный сон: в такой одежке ну никак не замёрзнешь. Руками мужчина долго шарил под раскиданным в траве хворостом и вдруг неожиданно завопил во всю свою лужёную глотку:
   - Вот! Вот он! Нашёлся родимый!
   От этого крика даже волки испуганно попятились. И уже в следующий момент незнакомец со страстным причмокиванием поглощал остатки жидкости из винного бурдюка. Вначале закрытые от непередаваемого блаженства глаза на пятом глотке постепенно раскрылись, и в их поле зрения попал Бонзай с явно окосевшим взглядом: он и от незнакомца не мог оторвать взгляд, но и волков оставить без внимания не рискнул. Примерно на десятом глотке до незнакомца что-то стало доходить. Он перестал пить, взболтнул емкость и с покаянным видом протянул застывшему с ножом собутыльнику:
   - Извини, сразу не сообразил.... Но там ещё и тебе похмелиться хватит.
   Молодой правитель попытался сказать об опасности, но из пересохшего горла вырвался только хрип. Он старался болезненно выдавить у себя во рту хоть пару капель слюны, фыркая и покашливая, но кажется мужик его понял по-своему. Довольно легко поднявшись на ноги, он задрал дно бурдюка кверху, а горловину довольно бесцеремонно вставил своему собутыльнику прямо в рот. Тому страшно хотелось пить, поэтому он остатки буквально высосал за восемь глотков. Просветления моментального не наступило, но зато теперь он смог говорить:
   - Волки!
   И с удовлетворением заметил, что и мужика в тулупе проняло. Тот бешено заметался взглядом по окрестностям, рука метнулась за пазуху, а губы зашептали:
   - Волки? Откуда здесь волки? - зрачки его изрядно расширись при виде двух хищников, которые с полным спокойствием уселись на круп как огромные собаки.
   - Что значит откуда? Они здесь всегда живут... И медведи.... Правда, не так близко от Вельчи....
   - Да что ты несёшь? Вельча - это столица..., ну этого королевства..., как его...
   - Королевства Ягонов! - подбоченился Бонзай левой рукой, а правой так и продолжая направлять остриё кинжала в сторону волков.
   - Не может быть! - возмутился незнакомец, вновь продолжив озираться по сторонам, - Я ведь вчера оттуда ушёл!
   Теперь уже коронованному правителю стало обидно за своё королевство. Ну никак оно не подходило своими размерами для того, чтобы выйти из него за один день, да ещё тихим шагом по ночной дороге и в дребедень пьяным. Здесь как раз к месту подошёл грозный, рычащий голос
   - Да ты никак моё королевство совсем не уважаешь?
   Обладатель тулупа, покосился на внушительный кинжал, рукоять которого была украшена большим изумрудом, и на всякий случай сделал несколько шагов в сторону. Но руку из-за пазухи так и не вынул:
   - Не, королевство мне нравится, хоть я и не знал, что там все такие патриоты. Просто ты меня не так понял. Я хотел сказать..., вернее, признаться, что ещё вчера я как бы..., хм, убраться отсюда собрался.... Только....
   Как ни подозрительно и странно звучали его слова, но в следующие минуты Бонзаю Пятому стало не до разглагольствований. Стала понятна та отсрочка, которую дали людям два присевших хищника. Они поджидали остальных членов своей стаи, которые окружали двуногую дичь со всех сторон. С глухим рычанием на мужчин с нескольких сторон бросилось ещё три волка. Два первых оставались пока на месте, но с противоположной стороны подходил ещё один кровожадный хищник. Король только и успел крикнуть:
   - Становимся спинами! - и повернуться к несущейся на него паре.
   Если бы на них напало только две зверюги, шансы на спасение оставались вполне приличные. Но вот шесть крупных хищников могли задавить свои жертвы одной только массой. Не считая мощных клыков и острейших когтей. Да только Бонзай Пятый так просто сдаваться не собирался. Первый удар его кинжала удачно пронзил волчьи челюсти снизу, доставая до самого мозга хищника. Правда, вторая серая туша сбила человека с ног, и они покатилась по трескающемуся хворосту, переплетясь единым клубком. Причём, далеко не обученному подобным боям правителю королевства Ягонов, удалось не потерять кинжал и теперь он раз за разом наносил удары по брюху сцепившегося с ним зверя.
   Постепенно серая туша обмякла, издала последнее, затухающее рычание, и отвалилась в сторону после отчаянного пинка ногой. Бонзай и не подумал расслабляться, пытаясь вскочить на ноги и размахивая перед собой кинжалом. Левой рукой он интенсивно старался стереть заливающую глаза кровь, как последнего убитого им волка, так и свою собственную, обильно бегущую из расцарапанного скальпа. Как ни странно, никто его не грыз и не атаковал. На секунду он замер на месте и прислушался. Кроме хрипло агонизирующих звуков со стороны хищников, да какого-то чертыханья, ничего слышно не было. Тогда Бонзай рискнул согнуться и вытереть лицо краем разорванной куртки. Теперь видимость улучшилась до приемлемого уровня и он заметил в пяти метрах от себя того самого незнакомца. Полушубок мужчины тоже выглядел немного изорванным, но остался сравнительно целым. Вокруг лежало три бездыханных волчьих трупа, а пасть четвёртого незнакомец как раз со стоном разжимал со своей ноги. Видимо волчара стиснул клыки в последней предсмертной судороге.
   Удивляться такому везению было некогда, хотя поразительная ловкость и умения собутыльника ошарашили Бонзая Пятого до самой глубины души. Реальности диктовали другие условие. Стая волков могла оказаться гораздо больше, да и другие хищники теперь могли подтянуться на запах крови. Поэтому он бросился к стонущему мужчине с кинжалом и лезвием, довольно умело, разжал волчью пасть
   Незнакомец застонал с некоторым облегчением:
   - Вот тварь! Надо же так вцепиться!
   - Идти сможешь? - поинтересовался король. - Желательно нам отойти отсюда как можно дальше.
   - Действительно, - согласился мужчина, - А то у меня совсем не осталось па....
   Чего там у него не осталось, понятно не было. Потому что при попытке встать на ногу, он взвыл от боли и опять рухнул наземь.
   - Э-э..., да он тебе кажется, кость сломал, - констатировал Бонзай, внимательно присмотревшись к изрядно окровавленной ноге. Затем быстро осмотрелся и решительно сунул окровавленный кинжал в руку незнакомца: - Держи! Только не урони, если вдруг на нас кто опять бросится. Понял?
   Получив немного недоумевающий утвердительный кивок, молодой король перекинул руку раненого себе через плечо, левой подхватил за ногу и крякнув, забросил тело себе на шею. Несколько раз подпрыгнул, устраивая ношу удобнее и мелкими шажками поспешил перпендикулярно дующему ветерку. Туман к тому времени почти рассеялся и в просветах между стволами блеснули лучи восходящего солнца.
   Покряхтывающий на спине незнакомец, не смог удержаться от похвалы:
   - А ты силён, бродяга!
   - Ха! Да я самый слабый во всей Вельге, - признался молодой король. - Не готовил из меня отец воина, не готовил...
   - Это ты от скромности так говоришь, - продолжались лестные утверждения. - Вон как лихо с двумя волчарами справился.
   - Хе! Ты вон четверых затоптал.... Уж не знаю как....
   Заметив, что носильщик задыхается от быстрого шага, раненый тактично примолк, но молодой король вошёл в хороший темп, жестокая схватка его взбодрила, вино с Далийской равнины разгорячило, и после окончания лёгкого подъёма он сам заговорил:
   - Тебя как зовут?
   - Дин, - последовал короткий ответ.
   - Ну вот, я так и знал, что ты не из королевства Ягонов. У нас таких имён нет.
   - Эт точно. Да я и не утверждал, что местный....
   - А что тогда в Вельге делал? - добавил немного строгости в голосе король.
   - Ничего, просто решил винца прикупить. Тем более что меня туда всю жизнь тянет, а почему, понять не могу, как не нагряну в гости, так и обопьюсь вашего Далийского. Но чаще всего с собой бурдюк брал и сразу уходил. А вчера смотрю: народные гуляния, девки симпатичные пляшут, костры полыхают. Так интересно стало, что и удержаться не смог. Но зато теперь знаю, что такое настоящий праздник. До чего ж здорово было. Кстати, а ты не знаешь: по какому поводу так буйно гуляли?
   - Знаю.... Но лучше бы не знал....
   Опять начался затяжной подъем и оба примолкли. Тем более что где-то далеко сзади отдалённо послышались волчьи завывания. Всё-таки с места своего "ночлега" они убрались очень своевременно.
   Наконец, когда добрались на более сухое и светлое место, Бонзай выбрал одно из самых развесистых деревьев и решил сделать привал возле его ствола. Осторожно усадил раненого на узловатые корни, стал растирать затёкшую шею. Поясняя при этом свой выбор, и внимательно осматриваясь по сторонам:
   - Если по нашему следу пойдут, то мы тут вполне легко на верхние ветки заберёмся. Если подсадить не смогу, то на ремнях подтяну. Так что не переживай!
   - Да я и не переживаю. Если бы не нога...
   Они совместно осмотрели распухающую ногу и пришли к мнению, что промыть рану следует немедленно. Да только ни вина, ни простой фляги с водой ни у кого не было. Да и ручья им пока по пути не попадало. Бонзай принялся нарезать вокруг маленькие круги, и делал это всё с большим раздражением и недовольством:
   - Ничего понять не могу! Неужели я совсем в своей лаборатории отупел? В трёх соснах блудить начал! Ну, сколько мы от Вельги прошли? Да ещё и на заплетающихся копытах? А ничего узнать не могу! Если солнце светит оттуда, то значит, нам надо идти туда. Ну, примерно.... А что мы там видим? Проклятья! Да там другой огромный холм стоит! И лес на нём растёт ещё более дремучий, чем этот....
   Курсируя зигзагами вокруг раненого, он вдруг услышал с его стороны восклицания:
   - Эй! Дружище! Хватит метаться. Лучше иди сюда, я кажется, догадался куда это нас занесло....
   Бонзай не заставил себя долго ждать, присев напротив:
   - Дин, ты ведь говорил, что не местный?
   - И в третий раз готов это повторить. Но тут вот какое дело..., - он немного замялся, подбирая нужные слова. - Я вообще-то очень мало знаю о вашем королевстве. поэтому мне будет трудно всё объяснить.... Кстати, а тебя как зовут?
   Опять волна подозрений захлестнула молодого короля. Вдруг перед ним шпион какой от злобного дядюшки? Или ещё хуже, какой резидент из империи пожаловал? Константин Сигизмундович ведь мог и заранее убийцу в королевство Ягонов послать. А потом только прийти с войском и завершить оккупацию без всякого боя.
   Поэтому полного своего имени не назвал:
   - Бон..., Бон меня зовут.
   - Хорошее имя, звонкое, - улыбнулся Дин и продолжил вопросы: - А вот скажи, Бон, маги у вас есть?
   - М? Что это такое?
   - Ну..., такие вот колдуны, чудесники. Они умеют делать разные и таинственные вещи, фокусы....
   - А-а-а, у нас нет таких. Ещё прапра-какой-то там дед рассказывал, что все куда-то в его молодости на юг подались. Только их у нас шафиками называли. Поговаривают, они до сих пор на крайнем юге творят чудеса разные.
   - Шафики? Очень интересно они тут названы.... И говоришь, на юге? Надо будет обязательно туда наведаться.
   - Ха! Ты о чём говоришь? Туда несколько месяцев только по морю добираться надо. Да и то уже пятьсот лет как косяки монстров всё сообщение между материками перекрыли.
   - Вот! Теперь об этом и поговорим. Понимаешь, я в некотором роде тоже один их шафиков..., - не выдержав, улыбнулся: - Смешно звучит! Так вот, я тоже могу делать некоторые чудеса и передвигаться сквозь некоторые расстояния. На самом деле я живу в совсем другом королевстве, которого нет даже в вашем мире.
   - Да...? - Бонзай конечно не поверил и не смог скрыть своего сарказма: - А где же оно?
   - В другом мире. И поверь мне - миров таких неисчислимое множество. А между мирами существуют определённые дыры, сквозь которые и могут проходить такие как я..., хм, шафики.
   - Ага, вы значит, таким образом, за вином ходите? - стал веселиться молодой король. Но ответ последовал серьёзный:
   - За вином тоже. Что мы, не люди? Тоже хочется чего-нибудь вкусненького и ядрёного. Так вот вчера, я уже возвращался в своё королевство, когда встретил тебя на дороге. Как мне помнится.... Ну и мы с тобой пересеклись. Вот.... Потом я вроде решил тебя проводить, хотя и удивился, чего это ты в лес среди глубокой ночи попёрся. Ну а когда узнал, что виновата женщина, всё понял. Затем у меня какие-то провалы в памяти, но кажется, в какой-то момент я осознал, что я уже в своём королевстве. А рядом ты идёшь, подпеваешь. Помнишь, я тебя спрашивал: не зайдёшь ли ты ко мне в гости?
   Бонзай Пятый ошарашено закивал, но ответил категорическим отрицанием:
   - Не помню...
   - Зато я помню! Ты утверждал, что очень хочешь, но очень не можешь. Потому что ждёшь в кости каких-то отмороженных барсучков, которые должны устроить твоему любимому дядечке подлянку. Правильно я помню?
   - Ну..., насчёт "любимого и барсучков" некоторая путаница, но по сути всё правильно...
   - Вот! Значит, я тебе поверил, и мы вернулись обратно в королевство Ягонов через другую дырку. А потом я тебя немного проводил и мы стали прощаться...
   - А потом?
   Лоб незнакомца покрылся глубокими морщинами от натужных воспоминаний:
   - Хм...! Потом...? А потом ты мне наступил на руку! До сих пор болит.
   Бонзай долго смотрел, как его ночной собутыльник ласково поглаживает пальцы на левой руке. Затем не выдержал:
   - Ладно, ты меня проводил, мы с тобой попрощались основательно. Всё-таки бурдюк был большой....
   - Ага, двенадцать литров...
   - ...Но как мы в таких дебрях очутились?
   - Просто! Ведь пока мы брели по дороге моего..., королевства, то успели по твоему проскочить раз в двадцать больше. Понимаешь, в разных мирах - разные плотности расстояний. Суть самого понятия "плотность" улавливаешь?
   - Издеваешься? - обиделся молодой король, - Всё-таки я - один из самых лучших учёных своего королевства. Если не самый...
   - Уф! Тогда с тобой легче.
   Он переставил раненую ногу в другое положение, со скрипом зубов коснулся запёкшейся корки крови. Бонзай тем временем лихорадочно проводил вычисления в уме, и придя к определённому выводу, он всё-таки решил уточнить:
   - Значит, мы сейчас находимся от Вельги на расстоянии не одной мили, а двадцати?
   - Плюс, минус одна, полторы.
   - Значит четыре, максимум пять часов усиленного бега. Да и зачем бежать так далеко? Можно ведь до ближайшего тракта добраться, хутора, постоялого двора. Уж мне-то лошадей любой одолжит. Посидишь тут на дереве до моего возвращения?
   Дин счастливо улыбнулся:
   - Хотел бы я иметь такого друга! Знаешь, чем ты мне больше всего понравился? Ведь ни секунды не думал, когда понял, что у меня нога сломана, сразу на карк и поволок. Да и сейчас собрался хоть пять часов бежать, но помощь приведёшь. И у меня и единого подозрения не закралось, что ты меня бросишь. Бон, ты классный парень! И я надеюсь тебя обязательно отблагодарить как самого лучшего друга.
   Он с искренней улыбкой протянул руку для рукопожатия и Бонзай Пятый её торжественно пожал. Мелькнула правда мыслишка, что почти незнакомый мужчина может и шпионом оказаться, и слишком уж корыстным хитрецом, который зная короля в лицо, просто хочет втереться в доверие. Но в душе почему-то окрепла уверенность, что перед ним и в самом деле одна из тех легендарных личностей, которых называли шафиками. Одно умерщвление четырёх волков чего стоило, хотя выглядит Дин намного мельче и стройнее короля.
   Рукопожатие кончилось, и Бонзай резко выдохнул:
   - Давай подсажу на дерево и бегу.
   Но раненый неожиданно возразил:
   - Нет. Зачем тебе потом опять переться назад в такую даль. Лучше помоги мне ещё чуть-чуть продвинуться вперёд. Хотя бы на четверть мили. Уверен, там отыщется очередная дырка в моё королевство.
   - Разве их так много?
   - Предостаточно! Я и так по пути сюда высматривал внимательно, так что пропустить никак не мог. Значит очередной радиус уже близко.
   - Они что, располагаются кругами?
   - Короткими дугами. Причём по всем векторам.
   - Хорошо, я тебя пронесу без всякого труда. Но ведь ты не сможешь сам потом идти. Кто тебе там окажет помощь?
   - Всё очень просто. Постараюсь выйти сразу возле своей..., как бы это точнее сформулировать..., ага, передвижной лаборатории. А в ней у меня такие есть средства оповещения, что вскоре появятся врачи, спасатели и за моё здоровье тогда можно не волноваться. Скорей вот я за тебя переживать буду.
   - Ха! - хвастливо подбоченился молодой король, - Не такая уж я и лабораторная крыса, коллега, чтобы за себя не постоять. Тем более что я уже прекрасно сориентировался: хоть здесь и глушь, но не настолько, чтобы бояться нападения другой такой волчьей стаи. Они вообще в эти места редко забредают. Тем более в яркий день.
   - Ну, если так...
   - Только так! В какую сторону идём?
   - Придерживайся того самого направления.
   - Тогда держись..., э-эх! И катайся!
   Бонзай опять несколько раз подкинул тело на плечах, укладывая удобнее, и с прежней сноровкой поспешил в путь. Вспотеть или устать на этот раз он не успел. Дин вскоре отозвался сиплым голосом:
   - Правее! Ещё правее! Вон к тому дубу.
   Молодой правитель королевства Ягонов, смотрел во все глаза, но никакой дыры или чего её напоминающее не заметил. Но после тщательной корректировки со спины, усадил раненого на небольшой валун. Тот очень медленно наклонился влево, и вдруг часть его настороженного лица стала исчезать. Создавалось впечатление, что он прячется за невидимой преградой. Вслед за головой спрятались плечи, левая рука и часть торса. Единственный свидетель такого чуда окаменел на месте. Но вскоре довольное лицо Дина появилось обратно:
   - Всё в порядке, моя лаборатория на месте и я в неё сползу прямо с этого валуна, - он опять протянул руку для последнего рукопожатия: - Прощай, дружище и желаю тебе здравствовать вечно. А я, как только подлечусь, так сразу к тебе и наведаюсь. Где тебя, кстати, искать в Вельчи?
   Так и не выпуская руки, король неожиданно замялся.
   "Вдруг и в самом деле наведается? Тем боле, что не простой это человек, шафик. Глядишь, воспользуется своими возможностями, какую полезную услугу окажет. - Неожиданно в голову ворвалась будоражащая мысль: - Вдруг он сумеет мне дельный совет дать, как врагов от королевства отвадить? Или чудесами какими пособит? Только вот успеет ли?"
   Вслух же начал бормотать:
   - Да что там искать, спросишь Бонзая, тебе все покажут, где меня найти. В крайнем случае, скажи, что ты шафик Дин. Бегом ко мне проведут.
   - Да...? Так шафиков у вас уважают?
   - Ха! Пусть только попробуют теперь не уважить. А вот насчёт помощи..., - он взглянул на окровавленную ногу своего собутыльника, - Ты, когда в гости нагрянешь?
   - Через недельку, две.
   - А раньше никак нельзя?
   Глядя на враз погрустневшее лицо своего нового друга, Дин постарался придать своему голосу оптимизма:
   - Да не переживай ты по поводу этих глупых баб! Вот увидишь, всё образуется. Такого парня любая красотка уважить мечтает.
   - Да пёс с ними, с бабами, - отмахнулся Бонзай. - Тут проблемы покруче на темечко давят.
   Раненый понимающе кивнул:
   - Ладно, тогда буду через три дня, максимум через четыре. У нас такие переломы быстро лечат, разве что гипс чуток мешать будет. Так что жди и разузнай, где можно будет ещё далийского вина прикупить. А то я последнее забрал на постоялом дворе.
   - Сделаем!
   Рукопожатие закончилось, и раненый стал сдвигаться на валуне в сторону. Потом вставил в невидимое пространство здоровую ногу, обо что-то там опёрся, потом скрылись руки, ухватившиеся за нечто невидимое, и плавно выскользнул из этого мира всем телом. На валуне не осталось даже влажного следа или царапинки. Только в одном месте он теперь блестел, словно кто-то тщательно вытер пыль.
   Некоторое время Бонзай Пятый с обалдением смотрел на это поблескивающее место, затем глубоко вздохнул, помотал головой, сориентировался по солнцу и с места перешёл на бег. Не менее интенсивно переваривая на ходу разнообразные мысли:
   "Если бы мне кто-то рассказал что-то подобное - ни за что бы не поверил. Вот интересно, поверят ли мне? Хотя лучше пока вообще никому ни слова, ещё примут за буйно помешанного из-за хмельной передозировки. Да и вообще, явится ли Дин в гости второй раз? Почему второй? Ну это понятно: наверняка он уже сюда и раньше за винишком хаживал. Сам ведь признался. Только бы его привели ко мне и по пути не вздумали обидеть! Надо будет обязательно объявить народу, что как только появится шафик Дин, пусть его немедленно и со всеми почестями ведут ко мне. Даже если он вообще не появится, хоть какое-то время ещё буду жить надеждой..."
   Вот так три года назад, сразу после коронации Ягона Бонзая Пятого, и началась эта крепкая дружба двух совершенно различных людей, из не менее различных эпох.
  
  

Глава третья

БОРЬБА ЗА ПЕРВЕНСТВО

   Мечта любого шпиона - прикинуться ради дела миллионером. Да не просто прикинуться или кратковременно притвориться, а сыграть эту роль от всей души и с небывалым размахом. Только вот никому из всемирно известных агентов подобное не удавалось. По крайней мере, история об этом умалчивает. Даже Джеймс Бонд просто подвизался иногда под видом удачливого бизнесмена, но никогда правительство Великобритании не давало ему безлимитный кредит и разрешение тратить любые деньги на самых прекрасных женщин.
   В этом плане Борису Викторовичу Королюхову повезло. Несказанно, баснословно и невероятно повезло. Причём счастье подвалило не на один день, и даже не на одну неделю. Уже пошёл третий месяц, как ретивый агент жил в одном из самых фешенебельных районов и считался хозяином одного из самых роскошных особняков патриархальной Европы. И привело его к этому громадное сочетание совпадений и фактов. Хотя изначально, без всякого сомнения, Борис приписывал данное выдвижение на такое немыслимое задание только себе лично. Немецкий язык он знал превосходно, разговаривая на нём как урожденный шваб. Умел уничтожить голыми руками чуть ли не каждого человека, невзирая на свой субтильный, невзрачный вид напуганного толстячка-простофили. Но в случае принятия окончательного решения действовал жёстко, беспощадно и с наводящим ужас цинизмом. Если ему поступал приказ зачистить место от свидетелей, он никогда не гнушался сделать контрольный выстрел в затылок даже малолетним детям. В конторе его за подобные поступки недолюбливали почти все коллеги, но он и с ними старался поддерживать самые приятельские отношения. Но тех обмануть было сложно, а вот простых обывателей...
   Борис талантливо, скорей даже гениально входил в любой разговор, поддерживал любую беседу и мог очаровать теоретически любого встреченного прямо на улице человека мужского пола, и девять десятых - женского пола. Одна десятая женщин, как правило самых красивых и ослепительных, его сразу отрицала. Причём это не означало, что они оказывались очень умными, хотя и таких вполне хватает среди красавиц. Но даже глупые "блондинки" от него сразу шарахались, инстинктивно чувствуя в нём смертельную опасность. И пожалуй только эта неприятная особенность в отношении себя родимого наиболее всего бесила агента Королюхова. И в случае умерщвления любой мало-мальски симпатичной женщины он действовал с редкостным садизмом и извращениями.
   А уж в обыденной жизни он всегда себя просто заставлял репетировать знакомство с любой особой женского пола.
   Пытался он в своё время "наехать" и на Александру, зажав девушку как-то раз в узком коридоре конторы. Ухватив её за аппетитную попку, он с придыханием прижал молодое тело к себе:
   - Ну что, детка, развлечёмся сегодня вечером?
   Полностью игнорируя потные ладони у себя под юбкой, девушка с отчуждённым выражением буркнула:
   - Только с моим трупом.
   - Согласен! Мне и такое понравится, - затрепетал садист. - Но ты могла бы и при жизни быть поласковее со старшим коллегой...
   В конторе его за глаза называли Каралюхом, презрительно коверкая по-польски фамилию на тараканий лад. В глаза подобное мог сказать только шеф Павел Павлович, а с того памятного часа и Александра:
   - Слышь, ты, Каралюх, если мне шеф прикажет, а финотдел расплатится, то я тебя как угодно приласкаю. На седьмом небе будешь от экстаза. Но! Деньги - вперёд!
   - Так я тебе и сам заплачу...
   Девушка заглянула прямо в мутные, словно наполненные желтоватым гноем глаза, и прошипела:
   - А свои деньги, Каралюх, засунь себе в зад! Я работаю только на родное государство.
   После чего лбом резко ударила коллегу в переносицу, и пока тот приходил в себя, спокойно удалилась. Через пять минут шеф лично поднёс своё кулачище под окровавленный нос подчинённого и глухо пригрозил:
   - Ещё раз до неё дотронешься без приказа - собственные гениталии проглотишь под моим руководством. Свободен!
   За Павловичем ходила слава самого сурового командира. Нескольких подчинённых он за свою карьеру пристрелил и нескольким свернул шеи. Причём сделал это при явном, открытом неповиновении. Но не раз упоминали, что добрый десяток агентов так и не прошёл тяжелейшие испытания боем, погибая или на полосе препятствий или в банальном тренировочном бою. Так что ещё момент произнесения угрозы Бориска Каралюх избрал единственно верную тактику поведения и неожиданно бодро ответил:
   - Каюсь, шеф! Виноват! Просто неудачная шутка. Готов просить прощения.
   Шеф уже уходил, находясь в движении, поэтому только проворчал через плечо:
   - Считай, что уже получил...
   Кровных врагов у Бориса хватало. Но с тех пор Александра выдвинулась на первое место. Хотя своим радушием и искренними беседами он сумел убедить девушку, что действительно повёл себя как последняя свинья и глубоко раскаялся. Вдобавок он и сам несколько раз безбоязненно вступился за Шурку при нескольких пикантных разговорах и пару раз интенсивно подрался с самыми пошлыми остряками. По крайней мере, со стороны, всё стало выглядеть пристойно и с искренними дружескими симпатиями. Даже шеф как-то раз очень сильно удивился, когда Каралюх при распределении ролей в одном очень опасном задании стал настаивать на постановку Александры в более безопасное место:
   - Пойдёшь вместо неё?
   - Конечно!
   И пошёл. И справился довольно неплохо. Чем ещё раз удивил начальство.
   Но Павел Павлович и догадаться не мог, что теперь он в списках личных врагов стоит на втором месте. Насолить такому зубру даже по мелочи, Борис не мог. Да и возможностей не подворачивалось. Но он умел выжидать и очень хорошо готовиться. Порой гениальностью природа и последних мразей не обделяет. А уж такой человек как Королюхов, явно причислялся к группе самых сообразительных.
   Поэтому заполучив роль миллионера и кредитные карточки с неограниченным лимитом средств, он понял, что его звёздный час настал. В мистичность и саму суть объекта наблюдения он не поверил сразу и бесповоротно. Сразу пришло осознание, что родной конторе здесь ничего не выгорит кроме неприятностей. А, следовательно, Павла Павловича за перерасход средств, в лучшем случае для него, задвинут куда-то на задворки истории. Большего не требовалось доказать. И Борис с особым изощрением принялся тратить полученные огромные средства. Его изобретательности и выдумке в этом вопросе оставалось только позавидовать.
   Ну а когда он узнал что к этому делу, после загадочного исчезновения "Третьей" присоединилась Александра, то от радости выпил за раз полбутылки водки, не отрываясь от горлышка. Ничем больше ничем не показывая своей радости и понимая, что каждое его слово и жест и так записывается на камеры. Но спиртное он пил частенько и ничего страшного, если он один раз и всосал за раз полбутылки. Да ещё и закусил словами:
   - Вот теперь засну без снотворного.
   Конечно, выполнение основного задания он ставил превыше всего. И ради установления дружеских контактов с Динозавром принимал все свои мыслимые и немыслимые умения и уникальные возможности. Но вторая его ипостась работала только над одной проблемой: как можно быстрей устранить с горизонта шефа и после этого безбоязненно уничтожить Александру. Само собой, что в идеальном варианте - не просто уничтожить, а сделать это с особыми садистскими спецэффектами, потворствуя своим самым низменным инстинктам.
   Большую роль в сложившейся ситуации играло и соперничество. Доказать, что именно он, Королюхов, разработает объект до конца, явив миру как ничего не стоящую пустышку, означало поставить себя на самую высшую ступеньку иерархии спецслужб. Развенчать таинственность этого монстрика Дина, не только придавало значимости собственным заслугам, но и позволяло оставить опасного Павловича в дураках, а его ставленницу - в покойницах. Что и требовалось доказать.
   И вчера агенту, подвизающемуся под видом миллионера, удалось сделать в этом направлении самый удачный шаг. Как всегда ему сообщили заранее, что объект по всем признакам готовится выйти из своего дома, и Борис в своём изысканном костюме поспешил на зелёный участок, расположенный между дорогой и домом. За ним тут же поспешил вызванный из тылов громадной территории садовник, и они вместе принялись интенсивно обсуждать и спорить по поводу декоративных кустов и деревьев перед домом.
   Вышедший на крыльцо соседнего особняка Дин с удовольствием вдохнул полной грудью свежий воздух, но вслед за тем сразу скривился от противного голоса садовника. Ведь он не знал, что именно из-за такого голоса и ради такого случая данный человек и подбирался агентом Королюховым.
   - Господин Бонке, - скрипел тот в сторону своего, тоже кривящегося нанимателя, - Вы должны в этом деле прислушиваться к голосу профессионала. Поверьте, со временем вы сами будете удивляться вашей несговорчивости.
   - Да в гробу я видал такой профессионализм! - с безапелляционностью простого крестьянина возражал миллионер, - Что толку, Клаус, с твоего высшего образования, когда ты не имеешь самого элементарного чувства вкуса и стиля.
   - Да как вы смеете меня оскорблять! - ещё противнее завизжал садовник. - Раз вы богатый, то не думайте что вам всё дозволено!
   Словно чрезвычайно досадуя на такое тупоумие, Борис схватился за голову и со стоном отвернулся в сторону. При этом, словно случайно, заметил бредущего к своем у автомобилю Динозавра:
   - О! Сосед, будьте нам судьёй! - воскликнуло он радостно. - Прошу вас, рассудите как лучше.
   - Если я могу быть чем-то полезен..., - сосед прошёл по аккуратно подстриженному газону, разделяющему участки, и вежливо поинтересовался: - В чём дело?
   - Вот, взгляните, - Борис, который сейчас прикрывался фамилией Бонке, подал соседу чертёж: - Мой садовник настаивает на изменении наружного дизайна. Вот эти кусты он хочет расположить вот так, деревья переместить сюда, здесь добавить островком десяток тополей, а вот на этом месте устроить большой розарий.
   Когда Дмитрий Светозаров понял замысел садовника, то чуть не расхохотался. Наружный дизайн в данный момент был просто великолепен. Чувствовалась рука истинного профессионала. Но то, что предлагал "высокообразованный" Клаус, не лезло ни в какие ворота. Скорей всего маэстро садовых ножниц просто намеревался придать себе значимости в глазах недалёкого миллионера и попутно его обобрать на дорогостоящем заказе. Это было понятно даже младенцу, обладающему хоть капелькой чувства прекрасного.
   Но наткнувшись на озлобленный взгляд садовника, Динозавр не стал высказываться со всей прямотой, а посоветовал со всей возможной дипломатичностью:
   - Мне кажется, все соседи будут против такого проекта из-за тополей. Не хватало нам здесь только туч летающего пуха, на которого о половины жителей стойкая аллергия. Это раз, А во-вторых, лично мне никоим образом не понравятся рои пчёл, которые всё тёплое время года будут залетать в мои окна. Здесь всё-таки не ферма и не скотный двор!
   Кажется такие высказывания не только насторожили, но и напугали препротивного Клауса. Проскрипев что-то нечленоразборчивое, он захватил свои разрисованные планы и скрылся за дальним углом дома.
   Бонкезамычал от удовольствия и вытер ладошкой пот со лба:
   - Уф! Ты просто не представляешь, как ты меня выручил.
   - Да чего там, - улыбнулся сочувственно Дин, - Для соседа не жалко.
   - Ты не представляешь, как он меня достал!
   - Странно. Уволь его к чёртовой матери, и всех делов!
   - Ага! Так он и уволился! - запричитал Борис, чуть не плача. - Было попробовал ему намекнуть, так он мне и профсоюзом обещал наехать, и лигой безработных, и комитетом по защите прав простого населения. Ты знаешь, я сам парень наглый и хамоватый, - но от хамства этого Клауса меня чуть кондрашки не хватили. И вот теперь он ещё и выдоить меня решил на ровном месте.
   - Если бы только выдоить! А то ведь опозоришься и в самом деле перед соседями.
   - Что же мне с ним делать? Он ведь не успокоится...
   Динозавру непроизвольно стало жалко соседа-весельчака, и он задумался всего лишь на минуту:
   - Ты вон любых красавиц в дом приводишь. Так подговори одну из них, пусть по саду прогуляется, да этого "гения по чертополохам" хоть разок к сиськам прижмёт. Сразу делай фото и подавай на него в суд за совращение твоей невесты. Ещё и сам будет проситься его уволить без выходного пособия.
   Лицо Бориса расплылось в блаженной улыбке:
   - Как просто.... Почему я раньше не догадался? Ну, сосед, спасибо! С меня причитается! - он с благодарностью потряс руку Дина и уже собрался расстаться, как вдруг сообразил, что поступает не совсем благодарно. Некоторое время на его сморщенном лбу явно читалась жаркая борьба между жадностью и мотовством, но потом всё-таки желание выглядеть гостеприимным победило: - Приглашаю ко мне на чашечку кофе. Заодно и дом посмотришь.
   - Да я в принципе твой дом осматривал, когда он стоял на продаже, - в сомнении отозвался сосед, но тут уж в господине Бонке взыграла тщательно лелеемая хвастливость:
   - Но ты его видел без мебели и всего остального! А вкус у меня всё-таки есть, хоть я и сам из простой..., - тут он замялся, подбирая слова и пытаясь скрыть оговорку, - То есть я никогда не зазнавался!
   Из чего стало понятно, что Борису Бонке просто обломилось невероятно гигантское наследство и теперь он превратился в эдакого сибарита, прожигателя жизни. Прижимистость, экономия и жадность до сих пор в нём сидели довольно крепко, но вот женщины его точно вскорости разорят, потому что на них он не жалел никаких средств. Да и не только на них, как оказалось. Немного подумав, он решительно выдохнул:
   - Ну а к настоящему бразильскому кофе я тебя угощу коньяком на твой выбор. У меня в баре сейчас скопилось три тысячи двести шестнадцать сортов и наименований.
   - Сколько?! - не поверил своим ушам сосед.
   - Сколько слышал! - продолжил хвастаться Бонке. - Причём, я собираю и пробую, только самые лучшие.
   - Ну..., - Дин развёл руками, хотя перед этим мельком взглянул на часы, - Как говорила моя очень гулящая бабушка, от таких предложений не отказываются. Тем более что коньяки и бренди я просто обожаю и сам в них неплохо разбираюсь.
   - Правда?! - Борис с самым искренним дружеским восторгом подхватил соседа под локоть и потянул в свой дом: - Тогда мы сейчас проведём совместную дегустацию нескольких новинок моей коллекции и обменяемся мнениями. Как здорово! Чего ты раньше скрывал?
   - А ты спрашивал?
   Так они, балагуря, и вошли вовнутрь. Но ещё на пороге агент Королюхов дал условный сигнал всей своей группе поддержки. Те немедленно приступили к операции "Доставка тел". Причём очаровательных прелестниц намеревались доставить самых лучших, из обитающих в округе, и которые были свободны на данное время. Вдобавок именно тех, кто уже бывали в гостях у развратного миллионера и очень старались в очередной раз заработать не менее щедрую оплату за свои ласки. Вариантов для такого случая было несколько, и, следуя поступившей команде, надлежало подвезти парочку самых эффектных и соблазнительных бестий.
   Пока расторопная кухарка делала кофе, Бонке быстро показал соседу самые основные достопримечательности утончённо и со вкусом обставленного дома и усадил в огромном салоне на уникальные кожаные кресла из крокодильей кожи. Вся тыльная стена помещения была оборудована под роскошный бар, на полках которого в несколько рядов теснились тысячи бутылок. При виде такого многоцветного изобилия Дмитрий Светозаров не смог сдержать восклицания:
   - Ух, ты! Впечатляет!
   - Красиво жить не запретишь!
   - Но как же ты хранишь такое достояние? Ведь у тебя такие оргии порой слышатся.... Наверняка девицы не один раритет выхлебали. А?
   - Ещё чего! - самодовольно ухмыльнулся Борис. - Для баб-с есть пойло попроще. Я их в бар и близко не подпускаю. Его содержимое лишь для настоящих гурманов и сибаритов, - он элегантно поставил на столик три бутылки запечатанных сургучом. - Вот, присмотрись, встречал когда-нибудь такие?
   - Увы, не довелось. Хотя надписи на кастельяно.
   - Ну да, это мне по специальному заказу из Испании привезли.
   - Почём взял? - деловито поинтересовался Динозавр. После чего хозяин дома на короткое время помрачнел челом. Но после печального вздоха, быстро взял себя в руки, предвкушающе улыбаясь:
   - Вот давай вначале попробуем и только после этого дадим предположительную оценку каждому.
   Полчаса опробований переросли в целое представление, диспут и исторические экскурсы в прошлое благородных напитков. Борису Бонке удалось поразить соседа своими обширнейшими знаниями в этой области. Он, несомненно, оказался гораздо большим экспертом, чем Динозавр, как в виноделии, так и в производстве более крепких напитков. Ценность дегустируемых сортов тоже по обоюдному мнению оказалась соответствующей баснословной цене, и теперь Бонке радовался как ребёнок, выражая укрепившееся доверие к поставщику. Как следовало из этого, вскорости новые сорта редкого бренди из глубоких подвалов Кадиса пополнят многочисленную коллекцию.
   Само собой, что и Дин пригласил соседа на следующий раз в свой дом для дегустации весьма и весьма, как он загадочно выразился, диковинных вин. Ко всему прочему и все три бутылки, стоящие на столе медленно, но неуклонно уменьшались в своём внутреннем содержимом. Пить такую амброзию для собеседников оказалось сплошным удовольствием.
   Вот тут как раз и появились доставленные в лимузине женщины. Ими оказались две сестры-близняшки, пожалуй, самые знаменитые топ модели в данной земельстве. Как только Динозавр их рассмотрел и узнал, то у него отвалилась челюсть на грудь, и он лишился дара речи. Красотки тем временем с веселым смехом набросились на хозяина дома, тиская его за все места и осыпая его немного смущённую физиономию горячими и страстными поцелуями. При этом они ещё успевали весьма кокетливо и игриво посматривать на гостя, что тоже было с ними оговорено заранее. После окончания этих пылких приветствий Бонке кое-как вырвался из пылких объятий и стал знакомить девушек со своим соседом. Ещё на минут пять оттаявший и вновь обретший дар речи Динозавр интенсивно включился в весёлый, ни к чему не обязывающий диалог, в котором тема касалась только показов мод да прибытия в город одного из ведущих стилистов Европы.
   А тут и очередь кухарки подошла, уже переодевшейся в самый лучший костюм прислуги-официантки. С интонациями хозяйки публичного дома она громко заговорила от двери:
   - Гер Бонке, где прикажете накрывать на стол?
   - Во внутреннем дворе возле бассейна! - отозвался хозяин, а когда кухарка вышла, заговорщески подморгнул соседу: - Девочки просто обожают совмещать купание с застольем и прямо-таки бравируют своей наготой. Надеюсь ты не сомневаешься, что они того стоят?
   - Нисколечко! Такие аппетитные попки сразу вызывают повышенное образование слюнок.
   - Так ты присоединишься к нашей трапезе?
   - Я даже не знаю... Может в следующий раз, когда я возьму своих подружек? Мне ведь тоже есть чем похвастаться.
   - Проще им позвонить сейчас, - подсказал Борис, несколько ревниво прижимая топ-моделей к себе. - Раз пошла такая пьянка...
   Кажется, сосед уже мысленно согласился и потянулся за своим телефоном, как вдруг его взгляд наткнулся на большие напольные весы:
   - Кошмар! - он даже за голову схватился. - Я к тебе только на полчаса зашёл, а скоро уже час будет. Извини, мне обязательно надо быть в одном месте.
   Казалось бы, для агента такой неожиданный выверт объекта мог послужить огромным разочарованием, но Борис Королюхов оказался гениальным в игре до конца. Динозавр явно рассмотрел мимолётное облегчение на лице миллионера Бонке и даже услышал довольный вздох. Сразу становилось ясно, что за своих красоток этот богатый наследник любому глотку перегрызёт. Да и в самом деле, куколки того стоили, поэтому Дмитрий Светозаров по-приятельски хлопнул обеспокоенного соседа по плечам и пообещал на прощанье:
   - Ничего, в следующий раз я тебе таких чаровниц покажу - обзавидуешься! Позже созвонимся!
   - Ага! - только и буркнул Бонке, со всем вожделением прижимаясь к красоткам и нервно дожидаясь момента, пока сосед удалится, чтобы со всей страстью наброситься на красавиц. Выходя на лужайку, Динозавр восхищённо мотал головой и с хихиканьем зримо представлял начавшиеся у него за спиной откровенные сценки. Да ещё и приговаривал при этом:
   - Классный мужик! И чего я сразу с ним не сблизился? Ничего, мы с ним вскоре ка-а-ак загуляем! Но где он столько коньяка набрал...? Настоящий нувориш!
  
   Поздним вечером после тщательного анализа каждого жеста и каждого слова Павел Павлович признал работу агента-миллионера идеальной. Всем показалось, что Каралюх находится на верном пути, а чрезмерное финансирование всё-таки переходит в качество и приносит определённые плоды. Сам Борис был на седьмом небе от счастья и гордости, но ещё выше он поднялся в своём злорадстве. Очередные расходы теперь предстояли ещё большие, так шефу в скором будущем ну никак не отвертеться от неприятностей. И вдобавок тщательно рассчитанная и выверенная операция самой Александры летела коту под хвост. Она сделала ставку только на ностальгические воспоминания объекта и его многолетние привычки, но получалось, что такие расчёты совсем не оправдались. Как говорится, клиент сделал ручкой и не спешил подставлять голову в расставленную ловушку. Тем более, что сама ловушка, по безапелляционному мнению Королюхова выглядела хуже, чем мышеловка без сыра и пружинки. Формальная, дешёвая пустышка.
   Этой ночью миллионер Борис Бонке спал удовлетворённый во всех отношениях: моральных, телесных, алкогольных и злорадных. Всё шло как нельзя лучше.
  
   Только вот на следующий день роли поменялись, и первую победу одержала Александра. Её тщательно и скрупулёзно разработанный план тоже дал отличные результаты. Клиент клюнул на живца.
   Началось всё сразу после завтрака, когда Дмитрий Петрович Светозаров вышел на крыльцо своего дома с большой спортивной сумкой. Несколькими минутами раньше стоящий через два проулка лимузин господина Бонке рванул с места по сигналу группы наружного наблюдения и подъёхал к дому аккурат в тот момент, когда сосед пересекал свою лужайку по дорожке. Приходилось варьировать моменты "случайных" встреч со всей возможной выдумкой. Ведь будет слишком подозрительно сутками ругаться с хамоватым садовником, а так просто очередное совпадение, хозяин случайно вернулся с деловой поездки.
   Кстати Борис сделал вид, что не пытается заговорить первым, когда вылез из лимузина. Просто несколько стеснительно махнул приветственно рукой. Зато сам Динозавр заговорил с поощрительной улыбкой:
   - Ну как вчера расслабился?
   Физиономия соседа сразу расплылась от счастливых воспоминаний:
   - Очень даже ничего! Они такие выдумщицы..., - и уже почти разминувшись, обернулся с недоумением на сумку: - Да ты никак ещё и в гольф играешь?
   - Тебе он так нравится?
   Агент знал, что объекту этот вид спорта совершенно не нравится, поэтому он скривился:
   - Терпеть его не могу! Несколько раз меня на него затягивали, так я чуть от скуки не помер. И чем это он тебя прельщает?
   - Да нет, мне брожения за престижем тоже не нравятся, - хохотнул Дин, подходя к своему авто и закидывая сумку в багажник, - Здесь коньки и разные наколенники с тёплой одеждой. Еду на каток.
   Продолжающий идти бочком к своему крыльцу Бонке резко встал и завистливо воскликнул:
   - Класс! Я тоже обожаю коньки и каток. Только вот меня никто никогда толком и не научил кататься.
   - Чего там учиться? - сосед обошёл машину и опёрся на крышу со стороны своей двери. - Хочешь, присоединяйся, и поедем вместе.
   - Да у меня и коньков нет...
   - Там всё есть напрокат. Поехали!
   Будь воля Королюхова, он сразу бы согласился и сделал всё, что бы испортить задумку Александры. Но в данном случае он просто вынужден был только подыгрывать. Поэтому и выдал приготовленную ему самой жизнью фразу:
   - Езжай сам, у меня тут несколько дел. Но как освобожусь, то постараюсь успеть хоть парочку кругов с тобой наперегонки погонять.
   - Ну вот, а говорил, что не умеешь! - Динозавр показал большой палец: - Жду! Часа три я там точно буду! - плюхнулся на сиденье и уехал.
   Тем временем агент, уже давил со злостью на кнопки карманного сигнализатора, запуская в программу операцию "Каток". Хоть он и кипел внутри от злости и служебной ревности, но прекрасно понимал, что по головке шеф его не погладит, и будет терзать потом за каждую секунду промедления. Сейчас ему оставалось только блаженно надеяться, что объект так и не клюнет на подставляемого ему живца. Вот тогда Борис от всей души похохочет над дурочкой, отзывающейся на базарную кличку Шурка.
  
  

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

ПОМОЩЬ ДРУГА

   В королевстве Ягонов, Дин появился в срок, как и обещал. Хотя день уже заканчивался, и близился вечер.
   Тем не менее, его рассмотрели издалека, когда он приближался со стороны леса к западным воротам. Да и выделялся он от других путников: опирался при ходьбе на палочку, был облачён в одежды явно иноземного покроя, а за спиной у него висел слишком уж отличающийся от здешних стандартов вещмешок. Заранее предупреждённые стражники, теперь тщательно присматривались к каждому, кто входил в город, поэтому сразу заметили совпадение всех примет. И самое главное, по установкам короля, гость мог прихрамывать на правую ногу. В данном случае сомнения исключались почти полностью.
   Обычно одиноких путников в Вельгу пропускали без всяких вопросов, пошлина распространялась только на ввозимые товары, но на этот раз старший наряда шагнул навстречу незнакомцу:
   - Добро пожаловать в столицу нашего королевства! По какому делу идёте в город?
   Тон у дюжего воина был вежливый, скорей даже предупредительный, поэтому Дин сразу решил выложить свою просьбу именно ему. Хотя и сомневался, что вот так сразу укажут путь к нужному человеку. Всё-таки в Вельге проживало около тридцати тысяч человек, да и приезжих постоянно тасовалось около пяти тысяч. Но если припомнить, что Бон хвастался, что он чуть ли не самый лучший учёный данного королевства, то и первый встречный воин вполне мог знать к нему дорогу.
   - Мне нужен Бонзай. Не подскажете, как к нему пройти?
   - Почему не подскажем, мил человек, - старшина наряда, похоже, даже обрадовался гостю, - К нашему Бонзаю многие приходят. Только как вас звать-величать?
   - Шафик Дин, - ответил гость, почему-то давя непроизвольную улыбку.
   Теперь отпали даже самые последние сомнения, и воин стал действовать по жёсткой сути инструкции:
   - Мы предупреждены о вашем прибытии и сейчас вас проводят. Боди! - обратился он к одному из младших стражников, - Проводи господина шафика в малую посольскую избу!
   Когда гость в сопровождении воина отправился от ворот по внутренней улице, старшина дал отмашку второму подчинённому:
   - А ты скачи к его величеству и доложи о том, что шафик уже в столице.
   Вскоре и всадник умчался по параллельной улице и вполне естественно добрался до палат королевских гораздо раньше пеших. Повезло и монарха молодого отыскать чуть ли не сразу. Тот видимо и так находился в явном нетерпении, сидя у окон и выглядывая на центральную площадь. А как увидел скачущего во весь опор всадника, так и поспешил на парадное крыльцо. Когда выслушал доклад, потёр на радостях руки и полез в карман своего сюртука:
   - Благодарю за службу! Весь наряд получит поощрение, а это за хорошую новость!
   Воин ловко поймал брошенную большую серебряную монету, которая приравнивалась к малому золотому, и рявкнул на всю площадь:
   - Рады стараться, Вашличество! - за такую награду весь наряд славно погуляет в трактире после окончания смены.
   А король уже распоряжался своими помощниками:
   - Встретить гостя учтиво, усадить в первой приёмной, предложить лёгкие напитки. В малой столовой накрыть стол на двоих, чтобы выглядело скромно и не чрезмерно, но самые лучшие блюда и закуски, как я перечислял ранее. И никаких посторонних разговоров!
   Затем лихо развернулся на каблуках и помчался переодеваться в более скромные одежды. Не хотелось ему почему-то с первой минуты встречи в собственном дворце кичиться перед новым товарищем ни своими нарядами, ни своим наивысшим титулом.
  
   Когда молчаливый провожатый привёл Динозавра к малой посольской избе, тот окончательно утвердился в мысли, что его товарищ всё-таки занимает в столице достойное место. Наверняка редкие в этом мире учёные и здесь ценились должным образом, раз такой молодой парень обитал поблизости королевского дворца. Сам дворец, к которому по сути, почти и примыкали обе посольские избы, напоминающие разные по размеру гостиницы, не отличался громадными размерами или ненужной помпезностью. В иных мирах Торговцу доводилось видеть дворцы в десять раз крупнее, чем этот. И строились они порой в таких мелких по территории королевствах, что вся их площадь могла поместиться в пригороды Вельги. Простое, лёгкое здание, скорей напоминало изящный замок, чем тяжелые махины монарших резиденций.
   На входе в посольскую избу гостя поджидал слуга в ливрее зелёного цвета, который чинно поклонился и попросил следовать за собой. Заведя в уютную приёмную с удобными диванами, креслами и сплошь устеленную искусно выделанными медвежьими шкурами, слуга предложил присесть с дороги, выпить чего-нибудь прохладительного и подождать самое короткое время. После чего величественно удалился.
   Ничего не оставалось, как аккуратно усесться возле столика, отложив палочку в сторону. Но только гость стал присматриваться к прозрачным графинам и выбирать напитки по запаху, как в гостиную ворвался Бон. На ходу раскрывая руки для приветствия:
   - Дин! Как я рад тебя видеть!
   - О! Бон! И я тебя тоже!
   Они похлопали друг друга по плечам как старые и добрые друзья. Затем сразу посыпались вопросы:
   - Как твоя нога? Не болит? Не далеко пришлось идти? Или удалось найти дырку близко от Вельги?
   - Нога до свадьбы заживёт, как говаривала моя бабушка. Стараюсь идти спокойно, тогда боль не мешает. А проход сюда отыскал всего за полмили от западных ворот. Ну а ты как? Далеко тогда пришлось бежать?
   - Пустяк! Уже через три мили выскочил на поселковую дорогу, а там сразу и хутор увидел. Ну а дальше всё верхом, с залихватским ветерком.
   После последней строки Дин закатил глаза от восторга:
   - Вижу, что ты ещё и поэт? А судя по такому приёму, - он развёл руки в стороны, - То как минимум придворный звездочёт. Признавайся!
   - Ох, - притворно вздохнул Бонзай. - Лучше жить подальше от царских ворот, зато не иметь никаких забот. Вон на том хуторе, где лошадь брал, живут люди и не тужат. Ничего их не волнует и дальше собственного хозяйства ничего знать не желают.
   Лицо гостя посерьёзнело:
   - Теперь догадываюсь, что и проблемы у тебя явно не крестьянские. Рассказывай!
   - Э-э, нет, друг любезный! Давай сначала угостимся с дороги, промочим горло нашим любимым вином, и только потом про заботы вспоминать будем.
   - Неужели удалось разыскать далийское?
   - Обижаешь! Чтобы я для тебя, да не постарался? - молодой монарх заговорщески подмигнул своему гостю, увлекая за собой в соседний зал, - Правда, много разыскать не удалось, но нам на двоих может и хватит...
   - Сколько?
   - Всего тридцать один литр удалось разыскать.
   - О-о-о-о..., - затянул Дин в изумлении.
   - Да не расстраивайся ты так, через недельку ещё подвезут. Сделал самый срочный заказ.
   - А-а-а-а...
   - Ну вот, присаживайся! - Бон указал на высокий стул-кресло с удобными подлокотниками и с высокой спинкой и сам уселся на такой же. Обегая глазами расставленные на небольшом, сравнительно конечно, закуски и холодные блюда, гость опять выразился одной гласной буквой:
   - Э-э-э-э...
   - М-да! Эк тебя с голодухи, да на сухое горло пробрало! - воскликнул хозяин застолья, собственноручно и щедро наливая далийское вино в высокие, но незатейливые кубки. - Ну, за встречу!
   Выпили и набросились на закуску. Хоть Динозавр перед путешествием плотно перекусил, но здесь признал поданные кушанья настолько изысканными и вкусными, что приходилось даже сдерживать неожиданно проснувшийся зверский аппетит. Способствовало усиленному пищеварению и обильно подливаемое в кубки вино. Ну а когда служка подал на горячее метровые шампуры в виде боевых мечей, с нанизанными на них кусищами прожаренного на углях мяса, гость воскликнул с восторгом:
   - Мм! Какой убийственный запах! Всё, теперь я точно лопну от обжорства!
  
   Ты ещё не нюхал десерта! - не забывая доливать, предупредил Бон.
   - Как? Ещё и компот будет? - засмеялся динозавр. - Так и вино нет никакого смысла пить. Всё равно такая закуска любой хмель перебьёт.
   - Конечно, сейчас - другое дело, - поддержал его смехом собутыльник, - В прошлый раз нас в лесу так разобрало, что чуть сами закуской не стали.
   - Да уж! А вот однажды...
   Трапеза продолжилась в таком ключе воспоминаний о весёлых приключениях до того времени, когда подали сладкое. Глядя на обилие разукрашенный тортов и калейдоскоп остальной выпечки осоловевшими от переедания глазами, Торговец протяжно застонал и признался:
   - Смотрятся как лакомство из детских мечтаний. Глаза бы всё съели. Да только руки уже не подымаются.
   - Нет проблем, сейчас служаночку кликнем, она тебя своими ручками покормит, - стал заверять хозяин застолья. Но сразу получит в ответ категорическое "нет", и поясняющую причину отказа:
   - Жить хочется! Давай лучше перейдём к твоим проблемам, дружище.
   - Да? Ну ладно, коли так, то слушай.
   Так и не раскрывая, что именно он является обладателем местной короны, Бонзай подробно рассказал новому другу обо всех бедах, валящихся на беззащитное королевство. И про наверняка начавших свой водный поход "ледовых берсерков", и про плюющегося жёлчью соседа с запада, и про ультиматум Визенской империи. Кратко дал характеристику доминирующей в подлой империи церкви, и на концовку привел сравнительные данные местного войска с соседями.
   Сочувственно покивав, гость поинтересовался:
   - Действительно, полный кризис. Но почему ваш король совершенно не чешется?
   Бонзай Пятый притворился доверчивым дурачком и переспросил:
   - Чесаться? Разве это помогает? - а затем принялся демонстративно чесать свои бока. Довольно скоро это ему надоело, и он пренебрежительно фыркнул: - Нее! Нисколько не помогло!
   Шафик соображал быстро и верно. Потому что сразу стал понимающе улыбаться:
   - А-а-а, так это ты и есть местный, так сказать, власть имущий самодержец?
   - Увы! Он самый, - признался молодой монарх. - А что, уже и не человек теперь, что ли?
   - Да нет, как раз очень, нормальный парень. Просто это мне повезло найти такого собутыльника. Значит ты...?
   - Представлюсь уже полным именем: Бонзай Пятый, из династии Ягонов. Но! Для тебя просто Бон. Всегда и в любом месте. Договорились?
   - Согласен, - просто ответил новый товарищ.
   - Вот за это и выпьем!
   Когда очередные кубки были опустошены, гость немного подумал и спросил:
   - Бон, а как ты вот мою помощь себе представляешь?
   - Ну, не знаю. Мне ведь все твои умения не ведомы. - Король коротко задумался, - Но ты бы мог просто появиться неожиданно возле главных моих недругов и показать им кулак со словами: "Не смейте беспокоить королевство Ягонов!"
   - Думаешь, это их остановит?
   - Вполне! Я бы, например, сразу разворачивался и бежал бы изо всех сил домой.
   - Сомневаюсь. Явно на себя наговариваешь. Наверняка бы укусил за показанный кулак. Но тут важно другое, что ты скорей всего и не пойдёшь с агрессией на соседа. Правда?
   - Никогда!
   - Вот. А твои враги скорей всего, ни перед чем не остановятся. Так что тут надо вначале за ними присмотреть и только тогда уже окончательно решить, как их образумить. Вплоть до того, что укоротить всё тело на размер головы.
   Бонзай уставился на своего гостя с повышенным интересом:
   - У тебя на такие меры нет каких-нибудь запретов? Скажем - моральных?
   - Повидал бы ты с моё - не спрашивал, - пожаловался Дин. - У меня со сволочами разговор короткий, да и у их подельников после наглядного урока желание делать пакости пропадает. Другое дело, что и кулак показать вначале, как ты советовал, я не погнушаюсь. Бывает, что и конченные подлецы за ум берутся, свой образ жизни кардинально меняют.
   - Есть какие-то конкретные задумки?
   - Конечно, есть.
   - Даже против Визенской империи?
   - Конечно, и там тоже кулаком помашем, - пообещал гость. - Только давай вначале будем решать проблемы по мере из поступления. Кто у нас идёт первым по списку? Северные смутьяны? Вот с них и начнём. Где у тебя карты?
   Перебравшись за другой стол, дождались требуемых плакатов, и Дин стал сверять их со своими данными, которые имел в ноутбуке. Кстати блестящая и диковинная оргтехника не произвела на короля слишком большого впечатления. Наверняка он сразу решил, что подобными штуками любой шафик обладает.
   Попутно гость скрупулёзно интересовался всеми подробными деталями быта, уклада гражданской жизни и иерархии управления северных викингов. Немало подивившись при этом самим названием воинственной народности, их огромному сходству с аналогами на Земле. Очевидно ему стала интересна история "ледовых берсерков", раз он пообещал в ней покопаться при первой же возможности.
   Сами по себе соседи с севера за всю обозримую историю, на юг, то есть королевство Ягонов, не нападали. Они себя считали покорителями Сурового моря и занимались поиском воинской славы только на широких водных просторах. Снимая подать по всей линии северного побережья континента. И только смерть сына их короля, заставила повернуть свои ладьи на речные просторы. Да и то, по всеобщему мнению здесь особое влияние сказал лично король, который и воспитал такого скандалиста и забияку. Потворствуя сыну во всех грехах и слабостях, он разрешал наследнику путешествовать, где заблагорассудится и вытворять что угодно. Вполне естественно, что подобный образ жизни должен был закончиться только одним, смертью бузотёра. Просто королевству Ягонов сильно не повезло, что расшалившегося викинга проткнули именно на его территории.
   Дину больше понравилось утверждение, что виноват во всём этом безобразии только король:
   - То есть, если он вдруг показательно пойдёт ко дну, вся его рать замороженных смутьянов скорей всего повернёт домой?
   - Однозначно! Даже его сподвижники поспешат на родное побережье, чтобы или самим побороться за престол, или вовремя поддержать самого оптимального кандидата. А новому королю потом будет не до нас.
   - Вот, уже легче, - обрадовался шафик. - Теперь нам надо выбрать место для представления и хорошенько присмотреться к противнику на дальних подступах.
   Бонзая удивило последнее утверждение:
   - Как "мы" будем присматриваться?
   - Увидишь. Теперь о нашей засаде. По какой из этих трёх рек они будут наступать?
   - Только по этим двум, скорей всего одновременно двумя флотилиями.
   - Значит, они всё равно встретятся в этом озере возле самой Вельги. И мне кажется, этот островок для нашей затеи подойдёт лучше всего. Как он выглядит?
   - Так же, как и называется: Меч. Он и формой оружие напоминает, и торчащими из него колючими скалами.
   - Лучше и не придумаешь! Значит в ближайшие дни я там всё как следует высмотрю, подготовлю, а потом мы с тобой подадимся в дальнюю разведку.
   - И это всё, что ты мне сейчас скажешь? - засомневался молодой король.
   Шафик Дин решительно выдохнул:
   - Нет! Ещё скажу, что время утекает стремительно, мне надо очень спешить, а следовательно, ...пора нам возвращаться к десерту!
  
   Несколько дней после этого Дин в Вельге не появлялся. За этот период в столице произошло два преднамеренных поджога, которые удалось погасить только с огромным трудом и двумя человеческими жертвами. Враги начали предварительную войну саботажей и диверсий. Но и Бонзай Пятый не сидел сложа руки, а неожиданно для всех провёл две тотальные облавы по всему городу, сопровождая их тщательными обысками и отловом всех подозрительных личностей. Как среди приезжих, так и среди собственного люда. Причём в этих действиях подошёл к проблеме не просто с позиции силы и власти, а применил несколько научных новинок и детективных наработок, которые его новый друг успел поведать во время последнего десерта. Ну и свою исследовательскую сообразительность включил на полную мощность.
   В итоге в густые сети облав попалось около двух десятков человек, которые и дальше собирались сеять смуту. Правда одной группе из нескольких злыдней, удалось уйти чисто случайно, перед самым началом первой облавы. Так, по крайней мере, решили следователи. К гордости горожан продавшихся предателей среди поджигателей и прочих диверсантов оказалось всего двое, да и те считались претендентами на казнь уже давно. Все остальные были засланцами как со стороны запада, так и со стороны Визенской империи. За целый день пыток они поведали всё о своих нанимателях, а вечером, при свете костров, преступников равномерно распределили по виселицам возле каждых из четырёх ворот. Причём виселицы возвели не слишком рядом с крепостной стеной, дабы впоследствии вонь от разлагающихся трупов не мешала ратникам нести свою службу на стенах. Как раз рядом с прежними помостами, где висели не так дано повешенные представители Визенской церкви. И таблички на грудь казнённым с обвинениями прикрепить не забыли. Дабы каждому новому врагу напоминанием и уроком такая казнь была.
   Как раз на следующее утро, уже без палочки идущий шафик вошёл в город. На этот раз его никто ни о чём не спрашивал, а сразу предоставили оседланного коня, и в сопровождении почётного конвоя доставили во дворец. Здороваясь с королём, он поинтересовался:
   - Ты никак разбойников выловил? Облагораживаешь пейзаж?
   - Татей у нас отродясь веков не водилось, - погрустнел до того улыбавшийся Бонзай, - Это мне дядя и Константин Сигизмундович первых своих шпионов прислали. Да и старых парочка окопалась. Спасибо тебе за советы, ты словно предвидел такую напасть.
   - Везде всё одинаково, и почти все войны начинаются по одной схеме. Странно, что викинги никого не прислали.
   - Нет, те хоть и дикие, но до таких подлых ударов в спину не опустятся. И королю своему не дадут.
   - И то неплохо. Но я вот тут тебе ещё некоторые гостинцы принёс, весьма полезными будут при выявлении силы вражьей, вокруг тебя окопавшейся. - Дин снял со спины внушительный по размеру вещмешок и аккуратно поставил на стол гостиной. - Потом, когда мы вернёмся, мне пару смекалистых парней предоставь и вам, сразу троим тщательно расскажу, как и чем надо пользоваться.
   - Шустрых и сообразительных отыщем. У меня в лаборатории и библиотеке таких умников хватает. Может мечом махать у них и тонка кишка, но вот к сыску они в самый раз подходят. Только вот что значит, "когда вернёмся"? Там ведь уже столы накрывают...
   - Нет, дружище. Пировать надо после победы, а я в прошлый раз еле от тебя живым ушёл, вернее как колобок укатился. Да и для простой трапезы надо вначале аппетит нагулять. Готов?
   - Спрашиваешь! Сколько воинов с собой возьмём?
   - Желательно вообще только самим, разве что прихвати одного надёжного парня. Пусть, пока нас не будет, за лошадьми присмотрит.
   - Да ты не сомневайся, у меня все люди надёжные, - чуть ли не обиделся Бонзай Пятый. - Без нужды и родной матери слова не пискнут.
   - Да дело не в надёжности, - смутился гость, в затруднении подбирая слова. - Как бы тебе растолковать..., в общем - лучше сам всё увидишь. Поехали.
   Тем не менее, некоторые предосторожности всё-таки приняли. По крайней мере троих всадников, выехавших с заднего двора посольской избы любой горожанин принимал за курьеров, разъезжающими с особыми большими бляхами на груди. Всё остальное довольно удачно скрывал просторный плащ с низко опущенным капюшоном. А для лучшей видимости в самом капюшоне имелось несколько прорезей.
   В лесу парочка друзей оставила сопровождающего с лошадьми на глухой лесной дороге, а сами отправились напрямик через густые заросли. Разве что гость перед уходом огласил остающемуся с животными парню предупреждение:
   - Когда услышишь жуткий грохот, словно гром гремит, не пугайся и успокаивай лошадок.
   Пройдя полмили, Дин отыскал в глухомани маленькую полянку, скинул плащ и когда король последовал его примеру, протянул плотную, почти в палец толщиной белую повязку для глаз:
   - Когда я провожу через стыки миров постороннего человека, тот чувствует себя очень плохо. Но если при этом он ещё и глаза откроет, то потом долго рвёт и ни на что не годен. А времени у меня в обрез. Так что не вздумай хотя бы краем глаза подсмотреть то жуткое сияние, которое возникает при переходе. А на грохот и срежет - не обращай внимания.
   Бонзай не колебался ни секунды. Пока шафик говорил, он быстро надел повязку, которая полукруглыми утолщениями закрыла глазные впадины наглухо, а потом протянул руку вперёд:
   - Всё понял. Веди.
   - Э-э, нет! И тут не так всё просто. На этот раз я тебя, катать вынужден, - Торговец завел руку невидящего товарища себе на плечо и подставил спину, - Запрыгивай!
   Вот теперь сомнения у короля появились:
   - Но ведь у тебя нога поломана. Вряд ли до сих пор срослась, как следует.
   - Ничего, ничего. Мне, выражаясь фигурально, всего несколько шагов сделать надо. Так что нога выдержит твой вес.
   - Эх..., теперь понятно, почему ты кольчугу и латы запретил надевать.
   После этого местный монарх чуть подпрыгнул и грузно оседлал своего товарища. Хорошо, что при этом не видел, как Дин покривился от неприятных ощущений в ноге: всё-таки Бонзай Пятый весил килограмм на тридцать больше него.
   Дальше шафик чуть покачался для остойчивости и стал делать первые шажки. И ожидания не обманули короля: грохот буквально оглушил, непонятный скрежет ошарашил, а яркие разноцветные вспышки прорвались даже сквозь плотно сжатые веки и многослойную белую повязку. Мало того, появилось ощущение, что их вдруг стало разворачивать в пространстве вниз головой и пришлось монарху ещё крепче обхватить своего носильщика как руками, так и коленями.
   Более привычные ощущения собственного тела вернулись быстро, но неожиданно, под шум раскатистых громов, словно уносящихся куда-то вдаль. Только тогда Бонзай услышал сдавленный хрип:
   - Всё, приехали! Слезай! И, твою мать, прекращай меня душить...
   Странное упоминание матери в данной ситуации, тем не менее, вернуло Бонзаю рассудительность, и он осознал, что действительно переборщил с объятиями. У самого коленки и локти словно судорогой свело. Разжав схватку, он опустил ноги и встал на каменистую поверхность. Лёгкие порывисто втянули в себя свежий, очень влажный воздух, а в следующий момент после короткого прокашливания донеслось разрешение:
   - Снимай повязку!
   После этого король несколько минут рассматривал представившуюся его взору панораму. Они находились на самой верхушке далеко вдающейся в водную гладь скалы. Иссиня-голубое озеро раздавалось в сторону и стремительно убегало в даль, теряясь между пологих берегов, покрытых исполинскими деревьями.
   - Остров Меч...! - выдохнул Бонзай в блаженной восторге.
   - Он самый, - подтвердил шафик, продолжая массировать шею. Что сразу вызвало раскаянье:
   - Ты уж извини, что я тебя придавил малость.... Предупредил бы, что нас вращать начнёт, - стал извиняться король, но его товарищ только рукой махнул:
   - Не забивай голову, а лучше слушай внимательно. Это я сейчас сразу сюда подвинулся, но со стороны нас было видно в сиянии и сонме молний, что нежелательно для меня лично. Поэтому в следующий раз мы появимся вон там, в низине, - рука Дина указала, чуть ли не на противоположный край острова. - Ближе створ не доходит. Зато появимся там только с шумом, но без световых эффектов. Твоя задача: мчишься сюда, раскрываешь вот этот металлический ящик и достаёшь вот эту штуковину...
   Плоская металлическая коробка, которая сразу не бросалась в глаза, теперь была открыта, и из неё шафик достал несколько изогнутых проволочек, скреплённых между собой чем-то похожим на чёрную, задубевшую кожу. Затем он несколько раз показал Бонзаю, как это сооружение следует закреплять на голове, и только потом продолжил инструкцию:
   - Вот этот мягкий шарик называется микрофон, и должен находиться как можно ближе от твоего рта. Почти касаясь губ. Именно так! Теперь, нагибаешься к ящику и опускаешь вот эту рукоятку вниз. Отлично! Но пока помалкивай и запомни: если будет идти дождь, то крышку обязательно надо закрыть. Так, теперь смотри ниже, сразу у нас под ногами, у самой воды. Видишь два чёрных ящика? Так вот, если ты начнёшь говорить, именно оттуда понесётся твой многократно усиленный голос. Говори!
   - Что именно? - спросил Бонзай и от неожиданности осёкся. Его вопрос, сотрясая воздух, вырвался из чёрных ящиков с такой силой, словно во всю мощь орало сразу несколько наилучших певцов.
   - Как тебе такой голосок? А? - самодовольно улыбался Дин, надевая себе на уши какие-то выпуклые кружки из войлока. - А теперь прорепетируй своё выступление перед подплывающими агрессорами. Типа: вон отсюда, замороженные редиски! Или ещё лучше, сразу начинай с обращений и предложений немедленно разворачиваться.
   Молодой король с настороженностью покосился на микрофон у своей щеки и уже в полный голос крикнул:
   - Стойте! - и сам подпрыгнул от разнесшегося по окружающим берегам рёва. Казалось, даже скала задрожала у них под ногами. Немного оправившись от первого впечатления, Бонзай продолжил с возрастающим артистизмом: - Викинги! Здесь вас ждёт бесславная смерть! Возвращайтесь к своему морю, и чтите традиции истинных воинов. Мстить за павшего в честном поединке мужчину - подло и несправедливо. Тем более что ваш мерзкий принц при жизни был полным ублюдком. А если вы не одумаетесь и ослушаетесь моего приказа, то...
   Последующие несколько слов пропали втуне, потому что Дин вернул пычажок на коробке в исходное положение. Затем медленно стянул предохраняющие наушники и скептически их повертел в руках:
   - Да, в них и оглохнуть можно будет. Следует подыскать нечто получше. Но выступать, признаюсь, ты мастак! Случайно в художественной самодеятельности не участвовал? Не морщься, это я так шучу.
   - Ха! Да шути, сколько тебе влезет, - развеселился Король, - Но что будет, если они не испугаются, и будут двигаться дальше?
   - Тогда применим более действенные меры убеждения. Там правее, на карнизе, есть весьма удобная дорожка, по которой я проберусь вон в то углубление между скал. У меня будет с собой мощное, дальнобойное ружьё, которое на большом расстоянии пробивает человека в латах насквозь.
   Бонзай переспросил в недоумении:
   - Ружьё?
   - Ну, это такое технически усовершенствованное оружие, отдалённо напоминающее арбалет, только болт метается не стальными струнами, а силой взрыва. Да и сам болт при столкновении с преградой, а вернее во внутренностях преграды, взрывается как расплавленная капля металла при соприкосновении с ледяной водой.
   - Ух, ты...!
   - Конечно, у нас и гораздо мощней игрушки имеются, да вот только протащить их в щели между мирами невозможно. Ту, что нам понадобится, и то придётся по частям доставлять.
   - А ты успеешь её собрать?
   - Успею. И речь тебе надлежащую обязательно придумаем, причём сразу для нескольких вариантов действий противника. Теперь укладывай микрофон в ящик и смотри сюда, - Дин развернул карту, - Вчера я наведался в верховья рек. Флотилия замороженных редисок, кстати, выглядят они впечатляюще, не могу не признать, уже начала сплав. Вчера они собирались причалить на привал вот здесь, ещё на своей территории. Значит сейчас они уже примерно вот здесь...
   Бонзай порывисто вздохнул и лицо его посуровело:
   - Им осталось всего четыре дня пути до этого острова!
   - Ничего страшного успеем все приготовить. Но сейчас я хочу с тобой просто заглянуть в их боевой строй, полюбуешься на пьяные рожи. Кажется, они собираются пить до самого боя.
   - Сомневаюсь. У них за два до сражения наступает сухой закон. Только при приближении к этому озеру они начнут облачаться в латы и готовиться к бою. Но как мы посмотрим? Ведь мне нельзя открывать глаза, а ты не хочешь показывать гром и молнии.
   - О! Тут тоже всё обуславливается массой правил и ограничений. Самое худшее, что гром возле их драккаров всё-таки будет слегка грохотать. Но скорей всего они примут его за чистую монету, будут оглядываться в поиске грозовой тучи. Для нас архиважно, ни в коей мере не увлечься и не выставить всю голову из пустоты. Иначе какой-нибудь не в меру шустрый арбалетчик засадит болтом между наших любопытных глаз. Ты понял?
   - Не совсем, - немного растерянно признался король.
   - Ладно, наблюдай на конкретном примере, - стал терпеливо объяснять шафик. После этого он повернулся в профиль, сложил ладони перед собой в виде стенки и стал их медленно раздвигать в стороны, наклоняя в образующееся отверстие голову: - Это как бы граница между двух реальностей, а мы отсюда, пытаемся заглянуть "туда". Но сам глаз я туда переместить не могу, поэтому наклоняю туда медленно всё лицо. Что вначале появилось "там"?
   - Нос...
   - Ещё чуть наклоняюсь...
   - Лоб и верхние части щёк.
   - Вот именно в таком положении мои глаза начинают видеть другую реальность. То есть уже у нас "снаружи" изрядный кусочек нашего тела. Если ты увлечёшься осмотром, то получится вот так..., - ладони разошлись окончательно, и вся голова Дина пролезла между ними с выпученными глазами. - Чтобы этого не случилось, надо постоянно себя контролировать, отклонять голову назад до частичной пропажи изображения. Потом снова самую малость подаваться вперёд. Понял?
   - Постараюсь не расслабляться.
   - Моя рука будет всё время находиться у тебя на груди, в районе сердца, иначе подсмотр не получится. Но таким образом я постараюсь тебе напоминать про отклонение назад, когда и сам так буду делать. Для этого большим пальцем надавлю вот так. Постарайся не забыть. Если нажму два раза подряд - значит, прекращаем наблюдение. Теперь усаживаемся вот на этот длинный гребень.
   Как ни странно это выглядело, но они уселись рядышком, но лицами в противоположные стороны. То есть их правые бока соприкасались. Правые руки они прижали ладонями на груди друг друга в области сердца. И затем шафик впал в какую-то странную окаменелость. Довольно долго ничего не происходило. Но минут через пять Бонзай уловил, как в его правую ладонь стало равномерной пульсацией проникать тепло. Словно удары одного сердца стали ритмично гнать кровь сразу в двух телах. Соображения ученого хватило, чтобы осознать, что в данный момент происходит некая синхронизация двух различных организмов в единое целое. И когда два сердца одновременно с тепловыми импульсами стали биться в унисон, послышался еле слышный шепот:
   - Медленно наклоняйся вперёд.
   Король предварительно уже настроился на очередное чудо, но всё равно резко изменившийся вид заставил его вначале отпрянуть назад. Изображение большого драккара с высоты двадцати метров тут же исчезло и поэтому пришлось наклоняться вперёд повторно. Неприятные ощущения вызывал и тот факт, что скользящее по речным просторам судно приходилось рассматривать из позиции лёжа на животе, словно рассматриваешь объект глядя перпендикулярно вниз. Тогда как все остальные чувства равновесия и координации заявляли о вертикальном положении тела. Появившееся в первый момент головокружение удалось остановить благодаря шершавому камню под левой рукой и плотному сцеплению боками с Дином.
   Перед взором открылось зрелище головного корабля флотилии викингов. Причём точка обзора оказалась, словно привязана к одной точке относительно движущегося судна. Всё сооружение представляло собой крепкое деревянную постройку тридцати метров в длину и трёх в ширину. С каждой стороны располагался ряд в семнадцать весел, из которых четырнадцать в данный момент располагались в гнёздах стоя вертикально, а по три с каждого борта корректировало курс под отрывистыми командами рулевого, расположившегося на высокой корме.
   Каждым веслом орудовало два гребца, тогда как все свободные от гребли занимались чем угодно. Кто прохаживался по широкому, около метра проходу между банками, кто играл в кости, не сходя со своего места, а кто и с любопытство рассматривал берег поверх высоких бортов. Правда, для этого им приходилось встать ногами на те самые банки, как назывались широкие скамьи для гребцов. Посредине драккар разделялся возвышенным, вровень с бортами участком палубы, длиной около пяти метров, который приблизительно можно было назвать спардеком. Бугшприт судна тоже немного не соответствовал постройкам земных викингов: выступал далеко вперёд и одновременно поднимался на порядочную высоту. Поэтому ограждённая тонким леером площадка для вперёдсмотрящих нависала над водой несколько легкомысленно, но могла уместить на своём пятачке около трёх лучников или гарпунеров. Промысловая добыча китов в Суровом море издавна считалась лишь привилегией "ледовых берсерков".
   Видимо появление наблюдателей таки ознаменовалось разносящимся, хорошо различимым громом, потому что вначале большинство воинов крутило головами во все стороны, пытаясь высмотреть грозовую тучу. Подобное занятие им быстро надоело, и на небо больше никто не посматривал. Из чего стало ясно, что выступающие в ту реальность части лица никто их остроглазых покорителей моря не заметил. Хотя Бонзай довольно часто ощущал возле сердца резкое нажатие и своевременно подавался назад.
   А посмотреть было на что. На спардеке как раз началось странное действо. Откуда-то из-под нижней палубы вытащили женщину и мужчину, довольно сильно избитых, со связанными за спиной руками. Судя по изодранным остаткам одежды на женщине, она наверняка до этого подвергалась жестоким, многократным изнасилованиям. Она даже идти не могла самостоятельно, так и бросил несчастную на дощатый настил, приволокший её викинг. Тогда как связанный мужчина неожиданно показал самоубийственную прыть. Как только он осмотрелся по сторонам, то с отчаянной решимостью метнулся к борту, намереваясь спрыгнуть в воду. Его сопровождающий словно заранее предвидел подобную ситуацию: вторая верёвка оказалась привязана к запястьям жертвы, а её конец намотан на кисть тюремщика. Резкий рывок и пытающийся покончить жизнь самоубийством пленник с жутким стоном рухнул на палубу. Кажется, от вывихнутых предплечий он даже сознание потерял. Зато восседающий на огромном кресле вождь, после этого фрагмента дико захохотал, словно наблюдал весёлое представление.
   В вожде Бонзай Пятый сразу узнал по описаниям, короля викингов, Ники Туйвола. Огромный, увитый буграми мускулов мужичище, наверняка превышал ростом два метра. Две блестящие от сала косы свисали по сторонам его квадратного, словно вытесанного топором лица. Глаза горели бешенством и жаждой убийства. И, пожалуй, только совершенно безусое и безбородое лицо вызывало некоторое несоответствие. Все остальные воины на дракаре красовались различными по форме и размерам бородами. Но ведь поговаривали, что растительность у Ники с молодости была слишком реденькая, и он во все времена предпочитал быть гладко выбритым. Сейчас король викингов с чисто варварской экзальтированностью радовался начинающемуся представлению.
   Вслед за пленниками и их стражами на спардеке появились два тощих старикана, лишь одними своими чёрными тогами свидетельствуя о своей принадлежности к северному клану шаманов, проповедующими жертвоприношения по любому поводу, и вообще без повода. Вообще-то в королевстве викингов они тоже были не в чести и вели чуть ли не подпольное существование в глухих горных долинах, но именно поэтому и вызывало удивление само их соседство, а очевидней всего, сотрудничество с Ники Туйволом.
   Встав возле самых краёв палубы и обратив свои бледные лица к проплывающим берегам, оба шамана синхронно, и довольно мощно для их субтильных фигур затянули литургическую песнь. Король Туйвол на втором куплете присоединил свой рёв, за ним нестройно стали подпевать и остальные гребцы. Призыв чего-то страшного на головы их врагов и просьбы непонятному духу защитить своих воинов в кровавой сече, разносились над полноводной рекой минут десять. Но как только последние слова отзвучали, к шаманам резко подтащили обоих извивающихся от ужаса пленников, наклонили их головы за бортом, и оба служителя кровавого культа одновременно перерезали ножами жертвам шеи. Дав немного стечь крови в прозрачную воду, пинками сбросили вниз и трупы. И опять приготовились к исполнению следующей песни. При этом фигуры в чёрных тогах возвели очи вверх и набрали в лёгкие больше воздуха.
   - Я вижу добрый знак! - вдруг истошно заорал один их шаманов, вздымая руки к наблюдателям, - Наши покровители явили свои лица и сейчас...
   Что происходило дальше на дракаре, наблюдатели не стали рассматривать. Частые и резкие нажатия пальцев возле сердца, заставили Бонзая выдернуть голову из другой реальности. Короткое головокружение, при смене на другую плоскость зрения, некоторая борьбы с бунтующимся желудком, и вот уже друзья приступили к обсуждению увиденного:
   - Выродок! - громогласно возмущался молодой король, вскочив на ноги. - Да он оказывается и шаманов позвал к себе на помощь! Сволочи! Жертвы решили принести при пересечении границы! В морях они такого не вытворяют, а здесь осмелились!
   - Значит, раньше такого викинги себе не позволяли? - стал уточнять Дин.
   - Никогда! По крайней мере, последние лет двести. Это во всём этот урод Туйвол виноват и его ближайшие подручные. Это надо, до такого опуститься, чтобы несчастных крестьян в жертву приносить.
   - Кстати, а что будет с твоими подданными, которые вдоль рек живут?
   - Да тех попробуй по лесам разыщи! Наверняка уже себе заимки, настилы в густых кронах и кладовки в стволах заготовили. А если хижины с домами викинги на берегу сожгут, то к осени мужики всё равно новые построят. Они тут на полной вольнице живут: ни налогов не платят, ни помощи не просят. На обратном пути "ледовые берсерки" их тоже не побеспокоят: будут рвать жилы с награбленным добром...
   - Так ведь тяжело, небось, грести против течения?
   - Кому? Да эти быки поодиночке с веслом справляются часами, а парами гребут как наскипидаренные.
   - Постараемся к добру твоего королевства их не допустить, - шафик похлопал своего венценосного приятеля по плечу. - Тем более что и жалеть теперь короля Туйвола я не собираюсь. Как и всё его окружение вместе с шаманами.
   - Справишься?
   - Несомненно. В крайнем случае, я ещё кое-чего для подстраховки подготовлю.
   Бонзай Пятый тяжело вздохнул:
   - Меня другое волнует: как они только морской корабль перетащили через горные перевалы? Скорей всего они его давно построили в верховьях. Только вот непонятно зачем? Неужели давно к вторжению готовились?
   - Может и так, потому как такой величины у них больше суден нет. Зато меньших, и совсем маленьких - настоящая туча. При всём желании так и не смог подсчитать и половины, сбился. А ведь и по второй реке сплавляются...
   - Да они всем королевством идут, - опечалился Бонзай, уставившись взглядом в направлении севера. - Значит, прав был старый советник: гибель собственного сына Туйвол хочет использовать для захвата Ягонов навсегда. Взял с собой людей для оккупационных гарнизонов и теперь точно ясно, что готовился к этой войне давно. А драккар строили наверняка год, а тои два в верховьях реки...
   - Жаль, что мы раньше с тобой не познакомились, - промолвил Дин, а когда король к нему заинтересованно повернулся, пояснил: - При определённой подготовке и планировании, можно было устроить так, чтобы викинги напали на твоего озлобленного дядю. Они бы себя истощали, сшибаясь лбами, а ты бы только на их войне зарабатывал. И не смотри ты так на меня большими глазами! Во всех остальных мирах умные люди только так и поступают.
   - Выходит, что мы не умные?
   - Зачем сам себя обижаешь? Умные вы, да вот только не настолько хитрые для таких делом. Да и доброта, доверчивость излишняя вас губит. Вон, даже твой отец и брат, к войне не подготовились.
   - Ну да, - король выглядел совсем угрюмо, - Чего же даром злобствовать?
   - Верно, вот потому ты мне и нравишься. А врагов мы всех ершистой метлой отвадим. Обещаю!
   Они ещё раз всё тщательно осмотрели, отрепетировали надевание микрофона и работу громкоговорителей и отправились к той стороне острова, где находился стык между мирами. Но уже перед тем как запрыгивать на спину Дина, молодой король задал терзавший его вопрос:
   - Хорошо, вот ты нам поможешь врагов отогнать, но ведь они после этого ещё больше могут взлютоваться. Да и по остальному миру молва не совсем лестная пойдет о нашей силе нежданной, а, следовательно, многие потянутся эту силу пощупать, да мечом на неё помахать. Вот как тогда нам быть?
   Шафик обернулся и поощрительно пошевелил бровями:
   - Молодец! Далеко видишь и сразу всё просчитываешь. Удивляюсь только, почему ты раньше своей родине умом не помог...
   - Да я в политику и заглянуть гнушался!
   - Зато теперь придётся выводить собственное королевство из медвежьего угла. Сзывать отовсюду переселенцев, на льготных условиях раздавать земли, поднимать и модифицировать сельское хозяйство. Но, самое главное, все силы бросить на развитие мануфактуры, добычи полезных ископаемых, кузнечного, литейного дела, а в дальнейшем и строительство первых промышленных предприятий.
   При последних словах Дин спохватился, досадливо крякнул и подмигнул своему очумевшему приятелю:
   - Ну, тут я конечно малость загнул.... Но с другой стороны, теперь тебе деваться некуда: будешь сиднем сидеть на печи, подгорят все калачи. Если вообще печь из-под задницы не выдернут. Так что решай, или за мной, или в речку головой! А?
   Теперь король не сомневался и мгновения:
   - Только за тобой!
   - Ну, тогда..., поехали! Садись! - и Дин подставил свою спину.
   При возврате опять знатно гремело и сверкало, но Бонзай Пятый знал чего ждать и постарался не повторить прежней ошибки. Особенно в непомерной своей хватке. Когда оказались в лесу, на знакомой маленькой полянке, шафик не задыхался как в первых раз, и не пытался по массажировать передавленную шею. Дождавшись пока затихнут раскаты грома, подобрали свои плащи, перекинув их через локоть, а затем двинулись к дороге, продолжив разговор вполголоса.
   Каково же было их удивление, когда там они обнаружили, что все три лошади привязаны уздечками к одному дереву, а вот их провожатого нигде не было видно.
   - По нужде отошёл? - предположил Дин, тогда как король повёл себя совсем по-иному. Сразу выхватил свой проверенный в схватке кинжал и, осторожно осматриваясь, стал приближаться к животным:
   - Не тот парень, чтобы пост бросить...
   Тут и Дин насторожился, знакомым жестом засунул себе руку за пазуху и скороговоркой зашептал:
   - Чтобы ни случилось, но если крикну, падай на землю. И не торчи на одном месте, а двигайся!
   Только они вышли на дорогу, как послышался разбойный свист, и по обеим сторонам дороги выскочила по два тяжеловооружённых латника. В шлемах и кольчугах, мечи в ножнах, а в руках у каждого средней длины копье, с широкими наконечниками. Очень удобные в ближнем бою с мечниками. Все четверо замерли на расстоянии трёх метров, совсем не пряча кривых ухмылок. Тем более что у вышедших из лесу товарищей на двоих был только один кинжал. Что сыграло, в конечном итоге, с нападающими плохую шутку. Их главарь решил театрально разразиться банальными оскорблениями, вместо того чтобы начать смертельную атаку со всех сторон всеми видами оружия.
   Держа в руках полу натянутый лук с наложенной на тетиву стрелой, довольно молодой мужчина в богатой одежде вышел из-за густого орехового куста и с бешеной яростью стал осыпать молодого короля оскорблениями. Как из них стало ясно, вчера повесили одного из родственников засланного шпиона и теперь он по счастливой случайности увидел, как монарх въезжает в лес почти без всякого сопровождения. Разбойник уже перешёл к финальной части своего эпического выступления, когда Дин, почти не разжимая губ, тихонечко забормотал:
   - Кажется, заметил второго лучника, уберу, но всё равно не стой..., приготовился..., падай!
   Следующий короткий промежуток времени заполнился звонким треском, свистом стрел, ругательствами, криками боли и не менее ужасными стонами. Второй лучник таки успел выстрелить раньше всех, но его стрела только оцарапала правое плечо бросившегося на землю монарха. Тогда как ничем не примечательный чужестранец выхватил из-за пазухи короткую трубку из железа и зачастил теми самыми трескающими звуками. Причём два раза он свою трубку направил на врага, спрятавшегося в кустах, один раз на главаря и шесть раз по обе стороны, на сходящихся копейщиков. Потом ещё раз на раненого, ругающегося в кустах, один на главаря, пытающегося наложить вторую стрелу на тетиву, и последний - на рычащего от боли, но продолжающего двигаться вперёд копейщика. У того прямо на лбу появилась кровавя дырка и он грузно рухнул на то место, где мгновение назад находился Дин.
   Затем на минуту всё затихло. Перехвативший кинжал за лезвие и приготовившийся к броску король, тоже застыл в полуприседе. Они внимательно вслушивались в окружающий лес, не побежит ли кто? Не атакует ли вновь? Но ничего кроме судорожных всхлипов умирающих, да стона раненого лесную тишину не нарушало. Даже кони замерли как вкопанные. Из чего следовало, что все нападающие обезврежены.
   Первым сорвался с места шафик. Стелющимся шагом он пробежал к кустам, так и придерживая своё странное для местных оружие перед собой. Лучник смотрел пустыми глазницами в кроны деревьев, а из дырки на скуле вела кровавая дорожка. Видимо последний выстрел его и успокоил. Один из первых двух попал в живот, почему и слышалась ругань с воплями боли. Но глядя на труп, Дин вдруг впервые ощутил как он и сам смертен. Не пойди главарь диверсионного отряда на поводу собственных амбиций и излишнего апломба, лежала бы сейчас парочка друзей на дороге утыканные стрелами и копьями как обгадившиеся дикобразы. И все великие планы сгнили бы вместе с телами в какой-нибудь вымытой дождями рытвине.
   Так близко от смерти Торговцу ещё никогда бывать не приходилось. Даже схватка с волками после жёсткого перепоя воспринималась как забавное приключение. Всегда до этого он считал себя почти бессмертным, избранником фортуны и баловнем судьбы. Сознание собственной уникальности в последние годы настолько вскружило ему голову, что он стал тереть чувство элементарной осторожности, полагаясь во всех мирах на свой пистолет и практическую смекалку. Хорошо ещё, что долгие годы упорных тренировок в стрельбе при любых ситуациях, помогли выжить в этом скоротекущем бою.
   Он вышел их кустов и тупо уставился на стонущего главаря. Волна чёрной озлобленности сама подняла руку с оружием, а палец стал медленно давить на курок. Хорошо, что Бонзай к тому времени полностью пришёл в себя:
   - Погоди, не добивай! Допросить надо! - а когда шафик перевёл на него отрешённый взгляд, молодой король стал поспешно оправдываться: - Ты извини меня за бестолковость. Нам следовало сразу же, как только увидели коней без присмотра, в лес убегать. Просто чудо, что мы даже не ранены...
   Напоминание о ране заставило обоих обратить внимание на кровоточащее плечо короля. Теперь уже и Дин немного успокоился, довольно умело надорвал лопнувший рукав рубахи и перевязал глубокую царапину бинтом. На этот раз у него в карманах имелось два перевязочных пакета. Затем оба повернулись к стонущему вожаку.
   - Сынок, того самого визенского купца, которого вчера повесили, - дал короткую справку король. Потом присмотрелся к ранам: - Не помрёт? Надо у него узнать чего они в лес подались вдруг перед самой облавой.
   Стали осматривать и гадать, почему на теле главаря три ранения, если по нему было произведено только три выстрела. Ну в ногу - понятно, первый, после этого имперский шпион рухнул на бок. Но ко всему прочему у него оказалась раздроблена правая кисть и прострелена левая подмышка. Перевернув потерявшего сознание главаря на бок, а потом опять на спину, гость из другого мира констатировал:
   - Просто невероятное везение: одна пуля пробила ему и кисть и подмышку. Но жить будет, если перевяжем.
   - И сколько твоя штуковина таких пуль имеет? - кивнул Бонзай на оружие.
   - Четырнадцать. Ещё две должно остаться, если мозги мои не засохли окончательно. А сама штуковина - пистолетом называется.
   - Ты и волков тогда точно так же?
   - Ага. Только там легче было...
   - Ладно, перевяжи этого козла, а я дам кружок по кустам.
   Тело сопровождавшего их воина нашлось совсем недалеко. В последние минуты жизни парню явно не повезло и его из засады утыкали стрелами. А может, и вплотную подъехали, пользуясь его неосведомлённостью или чрезмерным доверием.
   Бонзай опять попытался настаивать на том, что он сам быстро промчится к городу и приведёт стражников. Но Дин возразил:
   - Что здесь важного охранять? Кидаем пленного на коня и мчимся все вместе. Мало ли что.
   - Извини, опять я не подумал, - с досадой фыркнул король. - Но что ж это теперь будет? Так я и на улицы вскоре без охраны выйти не смогу!
   - Привыкай.... Ну, взяли!
   Они вдвоём закинули шпиона на круп похрапывающего от недовольства коня, закрепили безвольное тело своими плащами и вскоре въехали в хорошо знакомые западные ворота. Видя, что их монарх ранен, стоящие в наряде стражники, еле сдержали рвущиеся озлобленные вопли. Хорошо, что Бонзай Пятый к тому времени вернул должный облик непререкаемого самодержца, не допуская и капельки ненужной паники. Вскоре к указанной точке помчался усиленный отряд воинов, а тяжелораненый шпион с животным ужасом очнулся в руках палача. Как ни противно было присутствовать при состоявшемся допросе, но подозревалась большая потеря времени в раскрытии преступления, и монарх вместе с шафиком просто вынужденно направляли подсказками усердствовавшего палача и не менее искусного следователя.
   Как оказалось, не зря. Повешенный намедни визенский купец, являвшийся главным резидентом местной шпионской сети, раскинутой соседней империей, поклялся извести правящего монарха в самом ближайшем времени. Потому как тоже узнал про поход "ледовых берсерков" и пытался успеть убрать с трона истинного короля до их прибытия. Якобы потом, поставив у власти нового монарха, он вместе с ним разошлет гонцов во все стороны света и объявит Ягонов подданными Константина Сигизмундовича. Понятно, что "ледяные берсерки" новую марионетку сомнут, но тогда уже для грозной империи будет наличествовать более весомый повод взять родственный народ под свою опеку и вытурить завоевателей в их северные земли. В общем, планы у резидента отличались небывалым размахом и поразительной витиеватостью.
   Сами шпионы на время большой опасности пересидели бы в лесу. Там, в довольно глухом месте, уже давно организовали скрытную и тщательно замаскированную базу для этого дела. Да и нужные вещички там перепрятывали, как то: золотишко, оружие, яды и подложные документы. И как раз за час до облавы визенский купец послал своего сынишку за очень действенным ядом, для применения которого подвернулся подходящий исполнитель. Яд отыскали в одеждах допрашиваемого ещё в самом начале, а когда докопались до сути, то уж так палач старался, так старался выпытать имя предателя, что переусердствовал при служебном рвении. Помер засланец империи от сердечного недомогания. Но вот перед смертью так и клялся, так и божился, что о человеке том нехорошем, только батяня и ведал.
   Уже заходя в гостиную с накрытыми столами, молодой монарх выпустил из себя грызущую душу досаду:
   - Вот и будь с такими змеями милостив! О самом главном, резидента - и не выпытали. Так он о родном сыне переживал, что и на предателя не указал. А мои следаки на слово поверили, что он сына по делам в империю отослал. Да и вообще этот купец уж слишком уважаемым был, добрую треть всех складов Вельги держал. Скорей всего именно поэтому его не додавили, как следует.
   Шафик первым делом смочил пересохшее горло огромным кубком кваса, и только потом возразил:
   - Вообще его пытать было нельзя.
   Тоже смачивающий гортань Бонзай, чуть не поперхнулся:
   - Да как можно?!
   - Сыску твоему ещё расти и расти. Зачем вообще казнить спешил?
   - Чтобы другим неповадно было...
   - Ага! И в итоге мы с тобой сами чуть лаптями не накрылись. Тут надо было по-другому действовать. Ведь твой купец не только резидентом оказался, но ещё и разбирающимся в торговле человеком. А такие торгаши как он, прекрасно осознают только прямую выгоду и легко идут на сговор лишь бы выторговать то, что дороже. В данном случае попавший под пытки папаша, зная местные законы, понял: что ему следует продержаться только один день и он спокойно помрёт, но спасёт родного сына. Поэтому он и продержался. Если бы я успел со своими советами, сейчас бы и о предателях знали, и сами бы в смертельную переделку не угодили.
   Молодой король смотрел угрюмо, по-стариковски, из под нахмуренных бровей и бурчал с непониманием:
   - Ну а потом что с этим купцом бы делали? Да и с сыном тоже?
   - Элементарно, дружище! - как по писанному излагал гость из другого мира, - Потом мы этого купца тихонечко возвращаемся на прежнее место и он поспешно бежит из Вельги, "оказавшись на грани ареста". Остальную мелочь пускаешь в расход безжалостно. В итоге мы имеем своего наилучшего шпиона в стане врага по той причине, что не работать на нас он просто не сможет. И будет стараться действительно на совесть, скорей всего без вознаграждения, как истинный патриот королевства Ягонов. И не подумай, что я циник: просто против врагов - все средства хороши.
   - Ха! Я уж грешным делом успел подумать, что ты того купца пожалеть решил, - признался Бонзай, споро наливая в кубки их любимого вина, - Ну что, приступим?
   - Только этот тост - и ни капли больше! - категорически высказался гость.
   - Обижаешь? Это ведь далийское!
   - По запаху уже давно понял, но время слишком поджимает. В нашем распоряжении только два часа осталось. Поэтому как в армии: полчаса на еду и полтора часа на учения. Мне тут тебе ещё надо целую кучу удивительных вещичек показать и успеть растолковать, как оно всё действует. Ведь не забывай - кто-то из твоего окружения согласился тебе кушанье ядом подпортить. И мог это сделать не только за деньги, но и ещё по какой другой причине. Следовательно, все равно может тебя убрать, раз уж решился. Так что ешь и усиленно думай, кому ты мог нечаянно любимые мозоли отдавить? И сразу заноси вот в этот список. Причём не забудь упомянуть и самые ранние твои детские игры...
   Кажется, король на такие намёки даже обиделся:
   - Это ты зря! Мои друзья и одногодки - чисты как роса!
   - Буду за них и за тебя рад. Но прими как должное: враг есть? Ещё и какой: он наверняка имеет возможность питаться с тобой из одной тарелки. Так что в первую очередь надо их всех, кто поближе, до самых рёбер прощупать. А уж если врагом кто-то из дальнего окружения окажется, так он теперь к тебе тоже нелегко доберётся. Значит, не так страшен.
   - Как жить тогда, если совсем близких проверять надо? - закручинился Бонзай.
   - Ничего не попишешь, как ругаются бюрократы, - философски изрёк Дин, подняв палец кверху. Затем быстро пережевал откушенный кусок колбасы, что-то припоминая. - Может оно не совсем по конкретике, но очень в тему подходит. Моя бабуля часто любила повторять древние пословицы и одна из них такова: "От своего вора - нет запора".
   - Ну, нечто подобное и у нас имеется...
   - И это ещё не всё! - не совсем вежливо перебил хозяина гость. - Тебе следует поискать ещё одну паршивую овцу в собственном стаде. Причём она может в перспективе оказаться намного опаснее, чем банальный отравитель, и под овцой может прятаться матёрый козлище.
   Король даже жевать перестал от недоумения. Так и спросил с полным ртом:
   - Ты о ком?
   - Смотри не подавись, винишком запей, - по-приятельски посоветовал шафик, затем оглянулся на прикрытую дверь гостиной и понизил голос: - Забыл, что визенский резидент хотел поставить на твоё место марионетку? Как ты думаешь, кого?
   - Наверняка одного из своих подручных.
   - Нет, я, конечно, насмотрелся наивных правителей! - гость в приступе наигранной весёлости развел руки в стороны, а потом громко хлопнул ладонями себя по ляжкам: - Но чтобы настолько...
   На шум хлопка дверь открылась, и дворецкий вежливо поинтересовался:
   - Что угодно вашему Величеству?
   Не оборачиваясь Бонзай Пятый прорычал:
   - Проследи, чтобы никто не подслушивал и не стоял возле двери ближе, чем на пять метров.
   - Будет сделано! - раздалось одновременно с захлопнувшейся дверью.
   - Ну, договаривай!
   - Мог бы и сам догадаться. Как ты думаешь, стали бы слушать команды твои воины от какого-то пришлого? Пусть даже только три дня? И пусть он трижды более уважаемым купцом будет?
   - Да ни за что!
   - Вот! А кого бы они стали слушать? По крайней мере, хоть временно?
   - Ну..., - затянул с прозрением король, но опять был нещадно перебит:
   - Вот и этих всех кандидатов во второй список. И пусть твои люди проверят в первую очередь каждого на предмет возможного общения в последнее время с резидентом. Про такие дела прислуга обязательно знает: не поварихи, так конюхи; не садовники, так охрана. Только просьба одна к тебе...
   - Какая?
   - Если чего интересного всплывёт, погоди два дня и не спеши ты всех на виселицу отправлять. А?
   Король непроизвольно потянулся к графину с вином, но тут же сам и руку одёрнул, словно обжегшись. Вместо этого поддел на двузубую вилку средневековой ковки огромный голубец, и торжественно пообещал:
   - Сделаем!
  
  

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

БЕСПРОИГРЫШНАЯ АТАКА

   Откровенно говоря, в задуманное Александрой знакомство не верил никто. Особенно после того, как она из своего очаровательного личика сотворило бог невесть что. Казик Теодорович, главный аналитик конторы, так сразу и сказал:
   - Да ты его просто напугаешь своим видом, и никакое напоминание о тринадцатилетней девочке не спасёт. Как ты не поймешь, что с гарантией девяноста семи процента объект постоянно смотрит на фотографию именно из-за родителей. Таким образом некоторые личности просят совета в трудную минуту, или наоборот, спешат поделиться радостью в счастливое время.
   Из уст молодого агента сразу понеслись рьяные возражения:
   - Вот и плохо, что вы не учитываете те самые три процента. Наверняка среди вас все только выходцы из многодетных семей. Казик, признайтесь, сколько вас было у матери?
   Выходец из польской семьи, осевшей когда-то на Волыни, раздражённо пожал плечами:
   - Шестеро, причём между братьями и сёстрами у нас прекрасные отношения. Но самые святые для нас - родители.
   - Это вы с высоты своего старческого возраста так говорите...
   - Что за оскорбления! - несколько картинно воскликнул Теодорович, пытающийся до сих пор ухлёстывать за женщинами помоложе. Но при этом чисто непроизвольно погладил рано облысевшую голову. Александра его не слушала:
   -...Тогда как в юношеском возрасте наверняка ненавидели друг друга. Только опытные, любящие родители вас и объединяли. Нечто подобное происходит в маленьких семьях, где только двое детей. Но там дети в таком возрасте как раз приходят к пику своего максимализма и ненавидят брата или сестру со всей грубостью и бескомпромиссностью.
   - Вот! И я об этом толкую! - потряс указательным пальцем аналитик, ища взглядом поддержки у насуплено молчащего Павла Павловича.
   - Но, - девушка подняла со стола копию той самой фотографии, с которой Торговец никогда не расставался, - Весь ваш отдел не учитывает нескольких важных вещей. А именно: пик антагонизма между Димой Светозаровым и его сестрой мог пройти гораздо раньше пропажи девочки. Потом этот пик вообще мог промчаться в более мягкой форме, без излишних конфронтаций. О чём и свидетельствует ношение именно этой фотографии, ведь наверняка в семье сохранились и другие, где отец с матерью и моложе, и симпатичнее, и только вдвоём. И самое главное, любой человек, растущий в семье, знает, его родители тоже смертны и как бы изначально смиряется с тем, что и они когда-нибудь умрут. А вот себя и своих сверстников автоматически причисляют к контингенту вечно живущих людей. Следовательно, объект наверняка гораздо больше тоскует о потере сестры, которая с годами в его памяти становится всё более желанной. Милой и сердечной. Наверняка он часто жалеет об отсутствии сестры и порой красочно представляет, как это было бы здорово иметь возле себя близкого и родного человека, которому можно довериться во всём без исключения.
   - Куда там, - безнадёжно махнул рукой Казик Теодорович, - Этот Светозаров своей тени, похоже, не доверяет. Тем более осознаёт, какие порой бывают родственнички.
   Когда аналитик, проворчав ещё несколько нелестных высказываний по поводу самонадеянности зелёной молодёжи, убежал, Шеф тоже попытался высказать своё неприятие:
   - Шурка, я сильно сомневаюсь во всей затеянной тобой операции, но ты бы хоть себя не уродовала. А? Такое впечатление, что вся твоя красота в стиральной машинке осталась. Ты бы хоть глазки подвела...
   - Ха! Наоборот я их обесцветила и в брови лишние вставки волосяные наклеила, и нос вставками расширила...
   - Маразм какой-то! Ты никак косметику со значением "минус" употребила?
   - Ага! - радостно улыбнулась девушка и стали видны некоторые огрехи в её ранее ослепительных зубках. - Не сомневайтесь, Пыл Пылыч, так надо. Тут главное при первом взгляде заронить, вернее - затолкать в душу объекта самое нужное ностальгическое воспоминание.
   - Ну, заронишь, ну затолкаешь, - скривился старый зубр, проведший через своих подчинённых не одну сотню таких операций. - Но ведь этот тип тебя вмиг раскусит, после вашей первой же случки. Наверняка заподозрит неладное, если после первой же утомительной ночи встанешь с мятой простыни в несколько раз прекрасней.
   Александра придала себе надменный вид снежной королевы, что к огромному удивлению шефа ей удалось сделать даже при данной "сером" макияже, и с невероятной самоуверенностью пообещала:
   - К тому времени, когда будет стоять вопрос о постели, он будет в моей полной власти. И даже если вдруг догадается сравнивать фотографию нашей первой минуты знакомства с последующими, то все мои чудесные превращения из гадкого утёнка в прекрасного лебедя будет приписывать только своим талантам и моему желанию понравиться именно ему, самому единственному и заботливому во всём мире.
   - Ну, если ты так уверена..., - шеф развёл в стороны свои мощные ладони. - Тогда будем ждать. Только вот сколько? Ведь у каждого человека порой наступают в жизни моменты, когда он избавляется от самый постоянных основополагающих привычек.
   На этот вопрос девушка только и смогла, что беззаботно пожать своими плечиками, покрытыми свитером грубой вязки. Потому что и сама больше всего переживала именно по этому вопросу: когда именно объект подастся на каток? И сделает ли это вообще в ближайшие несколько месяцев?
   Дело в том, что Дмитрий Петрович Светозаров имел одну странную привычку в своей жизни: довольно регулярно посещал каток. Зимой он делал это примерно раз в месяц, а в остальные времена года довольствовался одним разом за сезон. Причём даже летом он делал это обязательно раз, а то и два с целью изрядно освежиться, как поговаривал знакомым. Но в закрытом ледовом комплексе не только от всей души катался на коньках, а со всей целеустремлённостью разбалованного ловеласа отдавался попыткам пофлиртовать с одинокими женщинами и девушками. Он не слишком-то хорошо катался, даже простенькие фигуры начинающего фигуриста ему давались с трудом, а вот просто погонять любил и при этом успевал рассмотреть каждую симпатичную мордашку не только непосредственно на льду, но и на трибунах. Достаточно ему было выбрать своё очередной объект "охоты", как он с присущим ему непосредственностью затевал интересный разговор, переходящий в знакомство, а потом, как правило, заканчивавшийся вечерком интенсивным сексом. Подобные связи тоже не отличались продолжительностью: один, максимум несколько вечеров и новая пассия забывалась безвозвратно.
   Уже прошло почти два месяца лета, но ещё ни разу за это время объект не посетил свой "пантеон бодрящей прохлады" и вполне возможно, что он задумает покататься на коньках в любой ближайший день.
   Именно поэтому Александра, с самого утра сидела неотрывно в штаб-квартире конторы и ждала сигнала от групп наружного наблюдения. Приходилось находиться полностью готовой: одетой, загримированной, и с соответствующей причёской. Разве что коньков на ногах не хватало. Ибо суперагент боялась в случае сигнала потерять даже лишнюю секунду на дорогу, или переодевание. Конечно, лучше всего было бы находиться совсем радом с катком, но в данном земстве было целых три современных комплекса зимних видов спорта, и все их Дмитрий Светозаров мог выбрать для своего развлечения. Какой-то определённой системы в его посещениях не было, так что равноудалённая от всех мест штаб-квартира подходила для ожидания больше всего.
   В таком вот виде и в постоянных диспутах, как с шефом, так и с Казиком Теодоровичем, прошло пять невероятно тягостных дня. Пожалуй, только тщательное изучение самых малейших, известных штрихов биографии Дмитрия Петровича Светозарова, заставляло сосредоточиться на деле. Зато на шестое утро сигнал про начало операции "Каток" пришёл неожиданно рано. Александра только явилась в контору, сделала себе кофе со сливками и собралась не спеша, аккуратно, не повреждая макияж его выпить, как из коридора послышался топот и всполошенный крик шефа:
   - Шурка! На выезд!
   Расплескавшийся кофе чудом не попал на свитер, и уже в следующий момент девушка подхватила сумку с коньками и ринулась к машине, задавая вопросы на ходу:
   - Чего так рано?
   - Объект только вышел из дома, но поделился планами с Каралюхом...
   - Ай да Борюсик! Молодец! Заслужил от меня поцелуйчик! Куда едет объект?
   - Пока только тронулся, но предполагается что в Ксанаду.
   - Здорово!
   - Чего радуешься? Каток самый огромный и наиболее многолюдный. Ты там вообще к нему не подберёшься.
   - Доберусь, - пообещала девушка, усаживаясь в машину. - Важнее, что там самое романтическое место.
   - Следи за связью, - тревожно напомнил шеф, - Чтобы мы тебя успели подстраховать в любом случае. Я и сам сейчас, подъеду, гляну на вас...
   Уже через открытое окно трогающегося авто, Александра строго предупредила:
   - Только из-под крыши!
   Располагавшийся на юго-западе развлекательный комплекс Ксанаду, имел всё для проведения зимних карнавалов в любое время года. От горнолыжного спуска длиной в шестьсот метров, до целого ледового поля для любителей фигурного катания. Это не считая многочисленных ресторанов, кафе, кегельбанов, бильярдных, саун, бассейнов, караоке и прочая, прочая.... По самому верху ледового поля, под крышей располагались многочисленные тренажёрные залы, через наклонные вперёд окна которого можно было наблюдать за всей ледовой поверхностью. Так что если броский по свей внешности Павел Павлович и будет стоять у окна среди других подобных зевак, то его голый торс с полотенцем на плече рассмотреть и запомнить станет довольно-таки трудно. Да и вообще было непонятно, зачем руководителю конторы, собственными глазами что-то подсматривать? Ведь многочисленные "слухачи" наверняка уже проникают в Ксанаду под видом бодреньких отдыхающих и каждое слово или жест можно будет воспроизвести в мельчайших деталях в видеозаписи.
   Но на эту тему Александра не стала заморачиваться. Всю дорогу в развлекательный центр она спешно прокручивала самые различные сценарии предстоящего знакомства. Хотя изначально было понятно, что всё равно придется импровизировать прямо по ходу дела. Подобная ловля на живца в любом, даже самом лёгком случае получалась в итоге сильно подкорректированной, по сравнению с первоначальными задумками. А тут так вообще приходится цеплять просто неимоверную по габаритам и всемирному значению рыбину. Такой сомище может не только наживку с крючка сорвать, но и сам крючок вместе с удочкой и рыбаком проглотить, без малейшего риска подавиться.
   Неповторимому, мистически удачливому, непревзойденному и самому сексапильному агенту нужен был только успех. Причём успех - полный, безоговорочный.
   По собираемой информации о передвижении объекта, выяснилось, что вычисленная точка, может не соответствовать действительности. Клиент вдруг развернулся и поехал в другом направлении. Пришлось и Александре приказать водителю припарковаться, ожидая следующих данных от группы наружного наблюдения. Как через десять минут выяснилось, торговец просто забыл купить какую-то несущественную мелочь, потому и заскочил в специализированный магазин автомобильного дизайна. Как только он тронулся в путь, сразу свернул в первый же проулок и вернулся на прежний маршрут. Что немного выбило из ритма его преследователей. Обогнать лихо ведущего автомобиль Динозавра так и не удалось. Мало того, он в раздевалке только и сдал свою сумку с летней обувью. Облачившись во всё остальное сразу возле приёмщицы. То есть подцепить его ещё на пути к ледовому полю, не удалось. А там он сразу стал давать выход накопившейся физической энергии: на большой скорости сделав десяток кругов по всему периметру.
   Так что у Александры оказалось более чем четверть часа, чтобы осмотреться и правильно выбрать место для якобы совершенно случайной встречи.
   Девушка к тому времени уже переместилась в самый центр катка и, продолжая двигаться как можно более несуразно, постаралась отыскать шанс первого контакта. Последовавшие затем сорок минут кошмарно летящего времени, ознаменовавшегося истерической паникой, чуть всё не погубили, да и самого главного сделать не удавалось. Мало того, как раз та самая паника началась после того, как стало заметно, что объект повёл интенсивные ухаживания за одной из самых симпатичных посетительниц катка, облачённой в яркую, облегающую фигурку курточку красного цвета. И хуже всего, что та длинноногая девица сразу же начала отвечать томными улыбками и не всегда отрицательными короткими ответами.
   Вот тут и сказался невероятный опыт Павла Павловича и его личное присутствие на самом удобном для наблюдения месте. Неизвестно, как и что именно он скомандовал, но вскоре от скамеек, в сторону той самой длинноногой красавицы призывно помахал человек в форме служащего катка. Причём сделал это в самый удобный момент: Динозавр как раз набрал лихую скорость и с явным рекламным саморисованием ушёл далеко вперёд. Девушка с некоторой хищной уверенностью посмотрела вслед симпатичному ухажёру, но на призыв служащего всё-таки откликнулась. Понимала, что любой вопрос или недоразумение решится очень быстро.
   Но Александра отчётливо узнала служащего. Это был тоже один из весьма неплохих агентов второго звена, который мог с ходу придумать такую правдоподобную ложь, что только за эти немыслимые импровизации без всякой подготовки его и держали. Как бы там он не был слаб в физической и боевой подготовке, в данную минуту он своё дело сделал: девица растерянно вначале замотала головой, потом непонимающе пожала плечами, но затем и сама довольно интенсивно поспешала в сторону гардероба.
   При виде этой сцены воспрянувшая духом агент сложила ладошки, словно для молитвы и благодарно посмотрела под крышу. Наверняка шеф потом рассмотрит это действие в записи и оценит благодарность своей подчинённой.
   Дальше стало намного легче. Дмитрий Светозаров заметно сбавил скорость и с некоторой растерянностью принялся высматривать в толпе катающихся, длинноногую девушку в яркой красной курточке. Совершенно не обращая внимания на остальных и на целеустремлённо подбирающуюся к нему всю ближе и ближе Александру.
   Наконец благоприятный момент настал. Одна из парочек при шуточном толкании со смехом растянулась на льду. Несущийся рядом "скороход" резко принял в сторону, от него в сторону шарахнулся Динозавр и стал на ходу поворачивать голову, чтобы выразить хотя бы гневным взглядом своё порицание нарушителю правил. Поэтому и не заметил как из-за группы переговаривающихся посетителей, которые, похоже, здесь встретились случайно и ехали со скоростью черепах, выкатилась тоненькая, по юношески несуразная фигурка. Причём выехала задом, словно и не видя наезжающего на неё мужчину. Чей-то запоздалый вскрик заставил Торговца повернуть голову и в последний момент заметить поперёк своего движения падающую на живот девушку. Он даже попытался взвиться воздух, стараясь поверху преодолеть неожиданную преграду, но только успел поджать ноги. Да и Александра не дала ему ни единого шанса: не просто взлетела в нелепом падении, но ещё и ногу в коленке согнула, вполне расчётливо разрешая конькам объекта ударить по её ботинку. Кадр получился неповторимый: клиент рухнул носом в лёд и только невероятным чудом успел сгруппироваться, показывая превосходное владение телом и смягчить падение выставленными вперёд руками. И моментально вскочил на ноги, словно резиновый ванька-встанька.
   Зато суперагент упала словно клуша. Боль, конечно, пронзила ногу ужасная, но дело было сделано. Когда испуганный Дмитрий подхватил на руки пострадавшую, прямо на него уставились широко раскрытые от боли глаза, из которых скатывались две слезинки. Дальнейшим развитием событий Александра управляла со всем присущим ей цинизмом, изощренной изобретательностью и тем многовековым опытом, который заложен в генах некоторых женщин и который способен приручить любого мужчину.
   Хотя внешне всё выглядело, в точности наоборот. По крайней мере, в этом был уверен сам Дмитрий Светозаров. Пострадавшая хоть и позволила снять с себя ботинок и даже немного помассировать ступню, в остальном вела себя очень строго, сдержанно и с явно просматриваемым недоверием. Скорей она вначале была озабочена побаливающими коленками, которые потирала сама, да слишком назойливому к себе вниманию со стороны остальных посетителей. Ведь, по крайней мере, десяток человек посчитало своим долгом подойти к ограждению и спросить, не нужна ли их помощь. Когда соболезнование прекратились, девушка попыталась отобрать свой ботинок. Вот тут Дин и включил свой универсальный "болтливый телевизор". Посыпавшимся из него ворохом интересной информации, обилием прибауток и смешных выражений, он буквально атаковал пострадавшую жертву своего наезда. Так ему вдруг захотелось успокоить и хоть немного рассмешить этого скромного и до пощипывания в глубине души приятного человечка. Причём он не искал, даже не пытался искать какую-то причину в себе при открывшейся в нём щедрости и светлого радостного чувства. Просто чисто машинально употребил все свои силы на то, чтобы эта симпатичная девчушка почувствовала себя хоть на мгновение счастливой. Что бы эти удивительно родные глаза продолжали на него смотреть постоянно, меняя выражение в них от недоверчивого, к восторженно-восхищённому.
   Сам лично надел ботинок на женскую ножку, и, поддерживая под локоток, проводил девушку на лёд. Уверяя, что обязательно научит всему самому лучшему, что умеет вытворять на коньках сам. Простенькая посетительница не ответила ни да, ни нет, просто чуть отстранилась, но не настолько, чтобы раз и навсегда пресечь любые ухаживания.
   В следующие полтора часа Дмитрий превзошёл сам себя. Никогда ещё он не знакомился с девушками с такой бесшабашной настойчивостью и с таким горячим, скорей даже яростным напором. Практически ему ни на что не требовалось подтверждения, говорил только он сам. Как, и смеялся, шутил, поражал и поражался сам. Ему хватало в ответ только движения бровей, минимального краешка улыбки, расширенных от восторга глаз или слишком активного поворота головы в особо интересных моментах. И он с воодушевлением продолжал дальше. Ему казалось, что он идеально контролирует как внимание, так и полный интерес девушки невзирая даже на её застенчивое молчание. А к концу их совместного катания, скромница даже удосужилась разговориться и стала односложно отвечать на вопросы по существу. Дмитрий прекратил сотрясать воображение своей слушательницы умопомрачительными историями, поразительными фактами и перешёл к самому важному:
   - И часто ты сюда приходишь?
   Некоторая нерешительная пауза перед ответом:
   - Два раза в неделю.
   - Прекрасный выбор, мне здесь тоже несказанно нравится. Так всё романтично и красиво построено. Особенно эти сталагмиты поражают. Тебе нравится?
   - Вообще-то да, но иногда страшно, что они оторвутся и рухнут на голову.
   - Да нет! Этот комплекс построен с учётом десятибалльного землетрясения.
   Раскрытые от удивления глаза:
   - Правда?
   - Совершенно точно! Как и то, что меня зовут Дмитрий. А тебя?
   Затихшее дыхание, словно знание её имени даст над её телом колдовскую, демоническую силу. Динозавр при этом постарался изо всех сил натянуть себе на лицо маску равнодушия, и не спешил настаивать на ответе. Как правило, в таком случае женщинам самим очень любопытна реакция ухажёров. Сработало и на этот раз, они уже метров сто неспешно катились вдоль бортика, когда девушка наконец-то решилась:
   - Саша, - но молниеносно поправилась: - Александра!
   - Ой, какое длинное имя, - стал дурачиться Светозаров. - Хоть и чудесное, но я такого ещё не встречал: Сашаалександра...
   - Да нет, - тут же забавно возмутилась новая знакомая. - Сашей меня дома зовут, тогда как Александра - это официальное, полное имя.
   - Ага, значит Сашей, тебя только родители зовут?
   - Родители мои погибли, - на глаза выступили слёзы, - Я живу с бабушкой...
   - Извини, я не знал, - Дмитрию хотелось провалиться сквозь лёд: ну кто мог знать, что на такую тему нельзя говорить. Поэтому у него и вырвалось непроизвольно от внутреннего желания оправдаться: - Моих родителей тоже, двадцать лет как нет...
   Девушку это поразило так, что она остановилась на месте как вкопанная, вцепившись в бортик:
   - С кем же ты живёшь?
   - Сам...
   - А бабушка с дедушкой?
   - Увы, тоже померли три и два года назад. Но давая не будем о грустном. Лучше скажи мне, сколько тебе лет?
   - А зачем тебе? - даже самые серенькие скромницы не могут в себе задавить рвущееся из сознания кокетство. Хотя в данном случае это было больше похоже на настороженность.
   - Дело в том, что завтра над центральной ярмаркой будет взлетать самый огромный воздушный шар нашего земства и у меня там есть два места. Хочу тебя пригласить на показательный полёт. Но дело в том, что нельзя подниматься в воздух несовершеннолетним. Так что, сама понимаешь, всё равно твоё удостоверение перед взлётом проверят...
   - Я ещё не давала своего согласия на наше свидание завтра, - запальчиво возразила Александра.
   - Упаси меня бог! Как ты могла о таком подумать, - стал паясничать Дмитрий. - Ни о каком свидании и речи не идёт, просто мне очень хочется хоть как-то компенсировать мой грубый наезд и хоть чем-то взбодрить твоё травмированное тело.
   Опять девушке понадобилось время на раздумья и борьбы со своими колебаниями. Уже выковыряв кончиком конька приличное углубление во льду, она решилась:
   - Я давно совершеннолетняя, мне девятнадцать.
   - Никогда бы не поверил! - Динозавр со всей искренностью даже отстранился назад, чтобы лучше рассмотреть сразу расправившую плечи новую знакомую. - Мне кажется, ты явно не раскрываешь всей правды...
   - Ещё чего!
   - Ибо от того возраста, что ты назвала, можно смело отнять..., - он сделал глубокомысленную паузу, ещё раз внимательно осматривая девушку, и выдал "суровую правду": - Три ...месяца!
   Александра внутренне облегчённо вздохнула, потому что вдруг неожиданно испугалась:
   "Неужели перегнула палку? Не хватало только малолеткой теперь показаться..., - хотя она прекрасно знала, что на воздушных шарах могут летать и малолетние дети, - Но что за игра получится, если сразу все секреты раскрыть? Женщина должна до гроба оставаться полной загадок. Вот только кто из нас кого раньше в гроб загонит?" - подумала она, и так прекрасно зная, чем весь этот разговор закончится.
   Поэтому вслух сказало совсем для мужчины неожиданное:
   - Нет, я завтра не могу...
   - А послезавтра? Да в любой день! Я ведь могу свои места отдать любому желающему и поменять на любое удобное для тебя время.
   - Ну, я даже не знаю..., - теперь девушка смотрела подозрительно и с недоверием. Видимо ей никогда ещё в жизни не предлагали таких щедрых, но жутко интересных развлечений. Чувствовалось, что полетать на шаре она мечтает с самых пелёнок, но бабушкино воспитание настойчиво убеждает быть бдительной и ни за какие подарки не поддаваться на уговоры коварных обольстителей. И по её личику читалось только одно: не смотря ни на что, она однозначно откажется от свидания. Поэтому Дмитрий занервничал и немного неосторожно стал форсировать ситуацию:
   - Мало того, там ещё есть дополнительная возможность полетать на планере вместе с пилотом. У меня есть удостоверение пилота второго класса, так что приглашаю ещё и на бесшумный полёт в толще облаков. Это так впечатляет, когда на всей скорости пронзаешь белое, пушистое облако, словно огромный моток сахарной ваты...
   Он так и дальше продолжал с огромным подъёмом и убеждением, но внутри непонятной волной поднималась паника и недоумение. Девушка вместо того чтобы и дальше слушать с открытым ртом вдруг плотно сжала губы и решительно заспешила к сектору с раздевалками. И когда сошла с ледовой дорожки, с героическим отчаянием выдохнула:
   - Нет, огромное спасибо за приглашение, но я не пойду. Прощайте!
   Динозавр чуть не завыл от досады и необъяснимой горечи. Первый раз в жизни ему отказывали. Причем отказывали после такой беспримерной, беспроигрышной подготовки, которую он провёл в течении небывало долгого времени. Поверить в такое он не мог при всём своём богатом воображении, как и не мог понять, где, как и что он сделал не так. Какую ошибку допустил и чем испугал эту очаровательную скромницу. Ничего не оставалось делать, как предпринять самые последние, отчаянные попытки продолжить так вдруг ставшее жизненно необходимым знакомство:
   - Хорошо, Александра, тогда хоть телефон дай. Я буду позванивать время от времени и предлагать самые экзотические и романтичные развлечения.
   - Нет, спасибо. Развлечений мне и так хватает...
   - Но как же так! - воскликнул разочарованный до глубины души Дмитрий Петрович. - Неужели мы так больше и не встретимся.
   - А зачем? - донеслось от девушки, которая ещё больше ускорила свой шаг, приближаясь к закрытой для мужчин женской раздевалке.
   - Как зачем? Вдвоём ведь нам было так весело и интересно. Вот сейчас мы просто невероятно здорово провели кучу времени. Да и вообще..., что значит зачем? А зачем парень с девушкой вообще встречаются?
   Неожиданно Александра резко остановилась и спросила почти не скрывая своего презрения:
   - Какой парень? Ведь ты же старый?
   - С чего ты взяла? Мне ведь всего двадцать семь лет! - весело рассмеялся Динозавр, хотя на душе у него кошки скребли: никогда прежде ему не приходилось скрывать свой возраст. - Так что наша разница совсем минимальна.
   Наверняка девушка ему не поверила:
   - Не стыдно врать? Да и всё равно, восемь лет - пропасть слишком огромная. К тому же мне больше нравятся мои сверстники.
   - Да нет, это тебе пока просто так кажется. Так сказать, юношеская непосредственность, максимализм. Зато со временем ты совсем по-другому взглянешь на эти несчастные восемь лет.
   - Ничего себе, - задумалась коротко Александра. - Это ведь чуть меньше половины моей жизни. Всё равно - ты старый.
   - Хорошо, возьми тогда мою визитку и звони мне в любое время, когда тебе заблагорассудится. Я постараюсь доказать тебе что и у нас с тобой могут быть хотя бы чисто приятельские, дружественные отношения.
   Он чуть ли не насильно засунул в женскую ладошку очень дорогостоящую в изготовлении карточку со своими данными, настоящий шедевр полиграфического искусства. Казалось, девушка сунула этот прямоугольник в карман с такой беспечностью и равнодушием, что за первым же углом обязательно вышвырнет в любую попавшуюся на пути урну.
   Так и скрылась новая знакомая в женской раздевалке, виляя неожиданно показавшей весьма недурственной попкой и переступая своими ну совсем не короткими ногами. Скорей всего до того её вполне симпатичную фигурку явно уродовала складчатая юбка ниже колен, и свитер грубой вязки, не только скрывающий талию, но и вообще превращающий свою носительницу в несуразную тумбочку.
   Преодолев некоторый ступор, Дмитрий рванул в гардероб за своей сумкой, надеясь обязательно перехватить Александру у выхода из комплекса и хотя бы выследить какая у неё машина. Но со всего размаху вдруг налетел на своего соседа, который с обидой затянул:
   - Я тебе уже минут пять руками машу и кричу как неполноценный. А ты так увлёкся этой красоткой, так увлёкся....
   - Да какая она красотка? - не останавливаясь, удивился Динозавр. То же самое сделал и пристроившийся рядом Борис Бонке:
   - О! Ещё и как красивая. Если сам не хочешь за такой приударить, то меня хоть познакомь. А ты куда торопишься? Да остановись ты!
   - Извини! Спешу!
   - Разве не дадим пару кружков? Ты ведь обещал!
   - Нет, сегодня не получится, в следующий раз.
   В гардеробе Дмитрий переодел свои кроссовки, да так в тёплом пуловере и бросился на улицу. После сумрачной прохлады ледового дворца, летняя жара полудня буквально оглушила и ослепила. Некоторое время он пытался наблюдать сразу за несколькими выходами и огромным морем запаркованных машин, потом вспомнил, что есть ещё и подземный гараж, откуда машины выезжают с противоположной стороны и заскрежетал от злости зубами:
   - У-у-у-у! Почему мне сегодня так не повезло?! Или повезло? - через десять минут бесцельного метания, он наконец-то вынужден был сам себе признаться: - Всё-таки - не повезло...
   Пока разочарованный ловелас брёл к своей машине, огибая здание и скрываясь из зоны видимости, с него не спускали свои взгляды Павел Павлович и его донельзя довольная подчинённая. Хотя занудный, поучающий тон шефа никак нельзя было назвать радостным, или хотя бы довольным:
   - Шурка, мне кажется, ты сорвала, скорей всего провалила такое уникальное знакомство. Да он после такого отказа в твою сторону не только не посмотрит, но даже не вспомнит о тебе. Теперь и твой звонок положения не спасёт, такие отказы мужчины не прощают. Тем более такие мужчины как Торговец. Ну как ты могла так сплоховать, как? Ума не приложу...
   - Пыл Пылыч! Вы просто не видели его глаз, когда он со мной разговаривал и особенно в тот момент, когда мы с ним прощались. А я видела! И не надо иметь среднее образование, чтобы понять: этот парень мой со всеми его мыслями и потрохами!
   Уверена на все сто..., да что там сто, на тысячу процентов!
   На такое заявление зубр спецслужбы только поморщился:
   - Ох! Мне бы твою уверенность.
  
  

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ПЕРТУРБАЦИИ В КОРОЛЕВСТВЕ ЯГОНОВ

   На этот раз договорились о дате и времени прихода шафика в столицу конкретно. Но чтобы на маяться невыносимым ожиданием, Бонзай Пятый так загрузил работой себя и своих подчинённых, что через четыре дня Вельга напоминала несколько ссыпанных в одну общую кучу муравейников. Но в кажущемся на первый взгляд беспорядке, просматривалась крепкая рука и чёткая организационная дисциплина.
   Наибольших преобразований коснулась, так сказать, внешняя политика города. Все реквизированные у шпионов товары, а также те, что имелись во всех торговых структурах и хранилищах династии Ягонов, были предложены спешно разъезжающимся перед военной угрозой купцам по довольно большой цене, но с отсрочкой оплаты под поручительство молодого короля. В том числе и лежащие в хранилищах слитки драгоценных металлов. То есть оплату разрешалось проводить в любое время в течении двадцати дней с момента взятия товара в кредит. Под заставу брались дома, земельные участки, склады и магазины, то есть то, что и так должно было сгореть при уничтожении Вельги викингами. И то, что в последние дни купцы не могли продать остающимся в столице горожанам даже за несколько мизерных медяков. Ведь все знали о "ледовых берсерках" идущих с "большой" водой, но никто не догадывался, что завоеватели желают закрепиться и остаться гарнизонами на месте. А в таком случае у них отпадала необходимость сжигать как сам город, так и все строения в округе.
   Так что предложение со стороны короля оказалось прямо таки сказочным, своевременным и им не воспользовался только ленивый. Виллы и особняки оформлялись как гарантия, а их владельцы с радостным энтузиазмом компоновали караваны с товаром и спешным ходом выезжали из города в южном направлении. Причем потирали при этом руки со счастливым удовольствием. Правда, если раньше, при старом короле один и тот же дом стоил, допустим, десять подвод определённого товара, то сейчас его оценивали всего в одну подводу того же самого товара. И в договоре указывалось, что если хозяин дома возжелает его вернуть, то в течении всё тех же двадцати дней обязан вернуть в королевскую казну денежный эквивалент в размере стоимости двадцати подвод всё того же товара.
   Конечно, получалась чистой воды спекуляция и использование государственной тайны с целью наживы. Но вся нажива практически шла в карман всё того же государства, так что моральными терзаниями совести молодой монарх не мучился. Наоборот обрадовался тому, что из города сбегут все самые корыстные и расчётливые ростовщики, спекулянты и перекупщики. Как раз те, кто имел в столице самые величественные, роскошные дома и наиболее стратегически важные во всех отношениях земельные наделы. А в обрисованных шафиком планах на будущее - территориальное пространство внутри Вельги играло очень важную роль. Да и повод их прибрать под крылышко короны, оказался самый что ни на есть удачный.
   Заодно и выяснились те патриоты, которые в будущем составят основной костяк руководства торгово-промышленной и индустриально-развлекательной индустрии. По поводу этого "костяка" Бонзай Пятый ничего конкретно не понял, ибо времени не хватило для таких глобальных пояснений. Но вот самое главное, насчет патриотов, ухватил сразу. И ему было отрадно осознавать, что таких преданных отчизне соотечественников, оказалось среди торгового люда около трети. Прекрасно осознавая, что им ничего не светит в ближайшем будущем, они, тем не менее, решительно оставались в столице, намереваясь защищать свою родную обитель до последней капли крови.
   Мало того, такие купцы с охоткой пошли на призвание короля, дать в ссуду династии, как все свои товары, так и имеющиеся в накоплении слитки драгоценных металлов. С этими людьми договора заключались по другой форме, хотя и были случаи, когда купец намеревался отдать всё оборотное имущество без всяких гарантий и оплаты. Местным патриотам королевский казначей давал векселя на сумму превышающую стоимость товара в полтора раза, правда, с отсрочкой платежей на полгода. А за золото и серебро надбавка шла лишь в тридцать процентов, да и срок возврата растягивали на год.
   Естественно, что даже самые искренние оптимисты, обожающие свой город понимали, что молодой король поступает не совсем дальновидно, и скорей всего лелеет при таких операциях только одну мечту: чтобы как можно меньше добычи досталось "ледовым берсеркам". Иной причины таких щедрых деяний не видел никто.
   Тем не менее, на четвёртый день все лабазы, склады и хранилища города опустели полностью. Исключения составляли лишь продукты длительного хранения, которые по вполне понятным причинам было просто глупо вывозить из Вельги. Опустели и без своих обитателей многие зажиточные районы столицы. Даже мебель в них оставалась порой очень приличная, отданная в стоимость залога. Вывезли лишь самое ценное, компактное и маленьких размеров. В таких районах денно и нощно патрулировали конные разъезды городской стражи, чтобы не допустить даже попыток к несанкционированному мародёрству или разграблению. Причём делалось это по двум причинам: всё-таки теоретически дома до сих пор принадлежали их прежним владельцам и обязанность короны защищать имущество своих подданных никто не отменял. Но вот основной повод для защиты целых районов по приказу Бонзая Пятого, служило прощальное напоминание Динозавра:
   - Присматривай и береги каждую завитушку фронтона, каждую колонну и каждый булыжник подворья отданных в заклад жилищ и складов. И не только потому, что это уже практически твоя собственность, но и потому, что эта самая собственность в скором времени принесёт твоему народу благополучие и процветание.
   Ну, раз шафик так сказал, то значит, у него на это имелись веские основания. И так теперь всё существование целого королевства Ягонов висело только на нём одном. Если по воле провидения с Дином что-то случится, то все возродившиеся чаяния и надежды так и рухнут под мечами приближающихся врагов. И маленькое королевство навсегда исчезнет не только с карт континента, но и из истории.
   И чем ближе становилось оговорённое время, тем больше ускорял темп своего передвижения молодой король, тем всё с большим рвением он окунался в текущие дела столицы, разрастающиеся проблемы, обороноспособность крепостной стены и проверку выполнения ведущихся проектов. Но подспудное чувство страха и опасения так и тлело в самых глубоких помыслах.
   Поэтому когда его перехватил возле северных ворот посыльный с известием, что шафик уже приближается к дворцу, у Бонзая, словно огромный камень с души свалился. Не пытаясь скрыть счастливую улыбку, он развернул коня и во весь опор поскакал на встречу с другом. И после первых же приветствий, решил уточнить:
   - В этот раз ты даже раньше прибыл, на полчаса, как минимум.
   - Осталось лишнее время на просмотре, - при этих словах Дин остановил короля, тянущего его во внутренности дворца: - Да стой ты! Нам надо вначале по городу проехаться. Вернее по прилегающим к твоему дворцу районам.
   - Нет проблем! - по знаку монарха подали свежих лошадей, и они вскоре, в сопровождении нескольких особо приближённых охранников, уже ехали улицами города, - Что хочешь рассмотреть?
   - Вначале скажи: как наш план? Сработал?
   - Не наш, а твой! - уточнил Бонзай. - Да так сработал, что теперь практически лучшая треть города в наших руках. Если не больше.
   - Обиженные были?
   - Скорей наоборот: ещё и руки целовали в знак безмерной благодарности. Насколько я понял, все эти купцы и так бы вчера, сегодня сбежали с семьями, бросив всё нажитую недвижимость на произвол судьбы. А так они уехали с золотом и товаром, счастливые, словно дети.
   - Отлично! Значит, мы можем выбирать место для строительства башни?
   - Какой башни? Что ты задумал?
   Динозавр оглянулся на чуть приотставшую охрану и стал говорить немного тише:
   - Не знаю, как себя ведут и где проживают ваши шафики, всё никак не найду время побывать на вашем юге, но мне лично уже надоело терять время на хождение по глухим лесам и рисковать там собственной шкурой под копьями беглых шпионов. Хотелось бы сразу являться в конкретное здание, и точно таким же образом возвращаться из него в свой мир.
   - Но как же громыхания? - поразился молодой король. - Тем более пучки молний и нестерпимое сияние? Горожане могут и не понять...
   - Ты наверное забыл, что когда по стыку миров я перехожу сам, то всё происходит тихо и без пыли. А следовательно став полноправным жителем города я смогу выходить из своего дома и заходить в него в любое время без всяких подозрений. Не менее важен и другой аспект. Дело в том, что подобные сооружения в виде башни практикуются людьми типа меня в очень многих мирах, в которых возможны так называемые чудеса. Делают это по той причине, что в стационарное здание можно заложить как определённые конструктивные особенности при строении, так и усиленные шумопоглотители, накопители атмосферных разрядов и массу прочих очень полезных для нас свойств и особенностей. Зато когда сооружение будет готово, мы сможем путешествовать, куда нам заблагорассудится в любое удобное время. Причём тебе будет достаточно пройти в башню из своего дворца по подземному ходу, не привлекая к этому делу излишнего внимания.
   - Звучит заманчиво. Но неужели и в самом деле ничего наружу не будет слышно?
   - Абсолютно! Разве что само основание будет слегка вибрировать, но это следует ощущать прямым касанием к стенам. Чтобы такого не произошло, можно и весь периметр усадьбы обнести неприступным забором. Вот таким как этот.
   Они с минуту как остановились, и шафик пристально разглядывал несколько роскошных домов, хозяева которых как раз оканчивали эвакуацию. Последние телеги выезжали с подворий и спешили к южным воротам: завтрашний день официально считали началом осады подступающими викингами.
   Раскрытые ворота одной из усадеб опирались на колонны из кирпича, а те в свою очередь переходили в высокий, метра два с половиной забор. Именно он и стал примером к вышесказанному.
   - Да, забор солидный, - согласился король. - Только вот именно такой дорогостоящий всего один на весь город.
   - Ничего, ты сам вскоре удивишься, когда вдоль реки, словно грибы вырастут десяток, два кирпичных производства. На всё хватит: на новые пригороды, на строительство речного порта, на возведение новых крепостных стен...
   - Каких стен? - Бонзай с некоторым испугом оглянулся на невысокие, но ещё весьма добротные ограждения вокруг столицы, - Они ведь в полном порядке!
   - Ох, не смеши меня! Идущим с севера рогатым "оленям", понадобится всего два дня, чтобы растащить такие стены по камешку.
   - Что?! Разве мы их не остановим?
   - Чего ты пугаешься, как ребёнок? - удивился Дин. - Я ведь гипотетически рассуждаю. А раз ты мечтаешь создать наисильнейшее королевство на континенте, то и крепости твоей столицы должны поражать и вводить в трепет ещё издали. Например, существующая стена должна будет остаться только задней опорой для новой постройки, раза в четыре выше прежней. Потом на пяток миль дальше по радиусу будет возведена новая стена, чуть ниже внутренней, но зато с гораздо большим количеством башен, шпилей, контрфорсов, расположенных в два ряда зубцов и прочих оборонных изысков.
   Вот теперь самодержец ещё больше разволновался:
   - Кто на нас собирается нападать?
   - Никто. Даже сразу тебя обрадую: все выше перечисленные мною оборонные изыски будут носить скорей декоративный, чисто показательный характер, чем применяться для каких-то сражений.
   - Зачем тогда их строить?
   - Только для того, чтобы любой путешественник не только твоего, но и других миров мечтал своими глазами увидеть величие Вельги и собственными руками потрогать священную стену, которую никто из врагов не смог захватить за всю историю.
   -Какую историю? Их ведь ещё вообще не построили..., - теперь Бонзай и не пытался скрыть своего обалдения. Глядя на такую реакцию, и шафик не смог скрыть улыбку:
   - Легенды сделают самое главное: заинтересуют.
   - Но ведь люди...
   - А что люди? Не менее важно: просто не врать. Раз стены ни разу не были захвачены врагом, то и лжи никакой в легендах не будет. Ну а приукрашенные сказки про замурованных под стенами похищенных девиц и попавших в опалу прекрасных принцесс придаст ореол особого очарования экскурсиям по глубоким и таинственным подвалам.
   Дин окончил патетическое отступление, вздохнул при виде замершего с отвисшей челюстью венценосного товарища, и вновь обратил внимание на расположенную перед ними улицу:
   - Очень удобное место и створ между мирами как раз на задворках вот этого дома. Мало того, мне отсюда он кажется невероятно большим и насыщенным. По толщине и ширине он тоже явно отличается от себе подобных. Никогда таких прежде видеть не доводилось. Довольно странно.... Мы можем посмотреть, что там находится, более конкретно?
   - Конечно! - спохватился, выходя из ступора король. - Всё равно это - уже наверняка собственность Опалов.
   Когда они обогнули широко раскинувшийся особняк, взору открылся вид старого, неухоженного сада. Подавляющее большинство деревьев чернели засохшими стволами и уныло упирались в небо голыми ветками. Подобные сады окружали это место и с территорий соседних усадеб. Такой большой кусок незастроенных земель совсем недалеко от дворца удивил гостя:
   - Странно, почему здесь так пустынно, не застроено? Даже за садом никто не приглядывает?
   - Да нет, как раз сад постоянно спасти пытались, - стал припоминать Бонзай, наморщил лоб, - Только вот место это, считается очень плохим. Постоянно во время гроз сюда все молнии ударяют. Давным-давно дома сгорали, а в последний век частенько деревья то сожжёт молнией, то вот так до основания и высушит. И никто не знает, как молнии отвадить.
   - Ха! Так проще ничего не бывает, - Дин пустил коня между деревьями в сторону виднеющегося посредине бугорка. - Наверняка в здешних породах очень много железа. Да ещё и с сопутствующими окисями и редкими добавками. Они, как правило, любое электричество к себе из атмосферы притягивают. Так что поставим громоотводы, потом народ к ним на собственных домах привыкнет и тогда уже точно никакому грохоту или молниям удивляться не будет.
   - Ну, если ты так уверен в этом "ликтричестве" и громоотводах, то строй себе здесь, хоть четыре башни, места хватит.
   - Можно приступать? - улыбнулся шафик.
   - Да ты уже приступил, - хмыкнул король. - Вон твой коняга уже начал копытом землю рыть.
   - А если вдруг хозяева вернутся, да оплату за товары внесут?
   В данном вопросе Бонзай не сомневался:
   - В этом мире подобное нереально. Они не только не захотят многократно переплачивать за своё прежнее жильё, но и в сроки не укладываются никак. Ладно, пусть викинги через два, три дня так и не появятся по неизвестной для купцов причине. Но ведь на неделю позже сюда доберётся войско моего сумасшедшего дяди. Его войску тоже ведь время нужно, чтобы совершить марш переход. И потом все наверняка пронюхали, что Визенская империя тоже начала выдвижение войск в нашу сторону. Уж те церковники точно здесь всё уничтожать за смерть своих послов-провокаторов. Это - ещё одна неделя. Вот тебе и так уже более двадцати дней. А ещё надо сообразить, что к чему, собрать деньги и успеть сюда вернуться к сроку. Так что...
   - Понял, - рассмеялся одобрительно Дин и признался: - Вот за что я обожаю абсолютную монархию, так это за отсутствие омерзительного бюрократизма в подобных вопросах. Решил самодержец: сразу получи в полное пользование. Конечно, если король не полная марионетка в чьих-нибудь руках.
   - Нее, я не по тем делам, - скромно потупился король. - Мной не покомандуешь!
   - Согласен. Тогда пусть сюда и направляются все строительные силы: выкорчёвывают сад, роют глубокий котлован и пристраивают точно такой же забор по наружному периметру всех этих четырёх усадеб. Более конкретные размеры котлована я дам тебе завтра, перед тем, как мы займёмся проблемами твоего зажравшегося дядюшки. Но уже сейчас могут начинать снимать грунт на глубину двух метров и радиусом в сто метров от центра этой возвышенности. Так сказать готовят первоначальный плацдарм для великого будущего твоего королевства. Тем более что такой уникальный створ для башни шафика - моя самая великая мечта. Мне кажется, я тут и трёх человек одновременно могу перетащить без малейшего шороха или искорки.
   - Ух ты! Неужели и так можно?
   - Лишь бы ноги не поломать при неудачном шаге. Потом как-нибудь продемонстрирую. Ну и самое главное: я здесь запросто установлю стационарные врата перехода и тогда одного человека смогу проводить просто за руку.
   - Хорошо бы, - с хитрецой улыбнулся Бонзай, - А то мало ли каких дам мы в гости пригласить возжелаем. Что станешь делать с усадьбами?
   - Тоже приспособим. Вначале для житья строителей и мастеров, как и все остальные заложенные за товар виллы и дома, а потом видно будет.
   Вернувшись во дворец, Дин первым делом уединился с королём в той комнате, где находился его вещмешок. Достал их него две странного покроя одежки и скомандовал:
   - Одевай как я! - когда они приступили к облачению, он продолжил давать подробные инструкции и пояснения: - Вот эта змейка - называется молнией и застёгивается таким образом. Потом ещё поверху внахлёст прикрывается вот этими отворотами с липучками. Точно такие же липучки есть и на рукавах, причем, когда они чуть стягивают ткань, вот из этого выреза торчат рукавицы. Примерным способом из воротника можно достать капюшон, вот так.... Вот этот пластик можешь опустить на лицо. Не удивляйся, что он такой мягкий, потом сравнишь. Так, теперь чуть подтягиваем подол куртки, чтобы он не слишком утолщал фигуру. Надевай перчатки и щупай вот этот рычажок на боку... Ага, точно такой же, как и на коробке с микрофоном. Теперь нажимай и ничего не бойся.
   После щелчка послышалось короткое шипение и Бонзай замер словно замороженный. Его товарищ проделал идентичные операции на своей крутке и только после этого резко ударил короля по плечу. С полным изумлением тот осознал, что удара совершенно не почувствовал. Ну, разве что, еле ощутимый толчок.
   - Ну, чего замер?
   - Так ведь меня сжало со всех сторон...
   - Двигайся интенсивно! Одежда даст тебе внутреннюю свободу и подстроится под любой твой жест. И запомни, эта ткань сама по себе может выдержать удар любого меча, даже острие тяжелого осадного копья пущенного из аркебузы ткань не пробьёт, разве что вколотит в тело, ломая кости и прорывая внутреннюю структуру. Именно поэтому во внутренние полости куртки подаётся специальный газ. Они придаёт жёсткость каркасу и не даст промяться ткани вовнутрь. Другое дело, если в человека попадут сразу три таких копья одновременно. Тогда воин от полученного удара отлетит на десяток метров и погибнет от элементарного сотрясения всего тела да от внутренних кровоизлияний, порывов.
   Молодой монарх уж старался махать руками и наклонять корпус во все стороны, проверяя свободу движений. Затем снял со стены рапиру и совершил нескольких фехтовальных выпадов. Случайно задел прозрачный щиток капюшона, и для достоверности первого ощущения постучал по нему эфесом рапиры. Затем треснул изо всей силы:
   - Чудо! Он даже не поцарапался! Неужели и его газ так укрепляет?
   - Нет, там нечто другое. Всех конкретных деталей и я не знаю, но для щитка используется всё та же энергия электричества, которая имеется в одной их батарей. Сами батареи где-то во внутренностях этой одёжки и запаса заряда должно хватать на четыре года. Баллон с газом надо менять чаще: после сотого "отвердения".
   Бонзай никак не мог поверить в такую прочность и восторженно завопил только после нескольких испытательных ударов по куртке шафика: ни меч, ни рапира не оставили на чудесной ткани ни разреза, ни дырочки.
   - Слушай, как в вашем мире умудряются творить такие вещи? - восторгался он.
   - И тут ты не угадал, подобное новшество я купил в совершенно другом мире, у нас бы за него многие короли глотку друг другу перегрызли.
   - А мне никто не перегрызёт?
   - Вот именно в целях безопасности мы эти камзолы и будем носить. У нас с тобой большие планы. Так что теперь мы рисковать собой права не имеем. И так два раза уже испытывали мускулы наших ангелов-хранителей.
   - Кого? - не понял король.
   - Ну, такие дядьки с крылышками, которые нас вытаскивают из опасных ситуаций.
   Лицо его товарища стало детским от священного трепета:
   - Никогда не видел!
   - И не увидишь! Эти дядьки живут только в нашем воображении, которое трактует их со всей возможной фантазией.
   - А-а...
   - Теперь поспешим в лес, пора встречать "северных рогоносцев".
   - Так и выйдем из дворца? - поразился Бонзай, расставляя руки.
   Несколько минут ушло на то, чтобы объяснить, как убирается забрало, капюшон и рукавицы. Когда сверху набросили просторные плащи, фигуры со стороны казались просто более внушительные, словно на теле под плотной тканью прятались рыцарские облачения.
   Но всё равно на этот раз взяли с собой более солидное сопровождение из десятка воинов. Оставили их тоже на той самой лесной дороге, дав подробные инструкции как вести себя при различных обстоятельствах, и уже на знакомой полянке король высказал свои восторги во второй раз:
   - Слушай, эта одежда почти невесомая и совершенно не парит!
   - Да, полезная штука. Воины того мира так в ней даже спят, разве что газ спускают, делая куртку мягче. Так что и ты можешь.... Ну, чего задумался?
   В последние ночи молодой король умотался настолько, что совершенно отбросил и так нечастые развлечения с женщинами. Но молодое, здоровое тело в любом случае требовало своего и звенело струной только при одном упоминании о сексе. Именно поэтому самодержец вдруг явственно представил собственное тело в этом самом камзоле на своей огромной королевской кровати в окружении двух, а то и трёх девушек и непроизвольно поморщился:
   - Как можно в таком спать? Даже самый грубый массаж не прочувствуешь.
   - Ладно, запрыгивай, - вернул его к жизни нетерпеливым приказом Дин. - Чем раньше появимся, тем меньше их грохотание насторожит.
   Опасался он зря. Товарищам пришлось ещё два часа торчать на скалистом островке, прежде чем в дальнем конце озера появился головной драккар флотилии викингов. Развлекала их только забава с биноклями, от которых король оказался в восторге, да произведенные несколько пристрелочных выстрелов. Для этого выбрали отдельно стоящую берёзку на самом берегу, и за данным стволом самодержец следил с неослабным вниманием. Грохнуло, и дерево, толщиной с руку мужчины, перебитое больше чем наполовину ствола, медленно завалилось набок. Затем разрывные пули раздробили два камня в береговой линии.
   Бонзай обрадовался настолько, что окончательно поверил в победу. После этого и речи ему повторять за шафиком не хотелось:
   - Да я только раз рявкну, а ты раз стрельнешь, и они будут убегать так, что дорогу в королевство Ягонов забудут.
   Его товарищ с сомнений поднёс бинокль к глазам:
   - Моя бабушка на это всегда говорила: не говори "гоп", пока прыгать не на кого.
   Сказал - словно в воду глядел. Когда флотилия приблизилась, вся пройденная ею поверхность воды скрылась под обилием тёмных бортов. И Динозавр громко произнёс благодарение фортуне. Если бы король Туйвол догадался послать хотя бы часть маленьких суден далеко вперёд, начисто пропала бы вся эффективность готовящейся засады. Но теперь существовала другая опасность: если все "ледяные берсерки" одновременно поведут атаку на остров Меч, то однозначно сомнут простым количеством. Никакой скорострельной зенитки не хватит. А ведь у него всего лишь один ствол да два ящика, по сто двадцать штук, разрывных патронов. Хорошо хоть в каждом цинке патроны лежали в единой ленте.
   Именно поэтому решили чуть изменить дальность первого удара, с половины - на целую милю. Немного уменьшалась кучность стрельбы, но ближе подпускать к себе противника шафик не рискнул. Натянул на голову наушники с двойным слоем звукоизоляции, и дал отмашку Бонзаю Пятому.
   Тот решительно включил в тумблер и заорал в микрофон так, словно через минуту лично проткнём своего врача мечом:
   - Туйвол! Покажись, а то тебя не видно! Ну! Чего забегали как в темя клюнутые? С вами говорит король этого края, Бонзай Пятый из династии Ягонов! И я здесь, на самой высокой точке острова.
   На головном дракаре чуть вильнули от прямого курса, разворачиваясь боком, и стало отчётливо видно облачённого в доспехи Ники Туйвола. Скорей всего именно из-за доспехов и огромного рогатого шлема король викингов даже с такого расстояния смотрелся очень эффектно. В наступившей тишине донёсся отдалённый рёв, в котором трудно было разобрать слова, но судя по жестам и сотрясаемому кулаку, предводитель агрессоров от всей души оскорблял своего противника.
   Зато ему в ответ понёсся оглушительный, прекрасно слышимый на всё пространстве озера хохот, а потом ещё и слова:
   - Немедленно поворачивай назад, жалкий безбородый мутант! Никакие невинные жертвы не спасут тебя от гибели, потому что своими жертвоприношениями в водах нашей чистейшей реки ты разгневал наших покровителей и они прибыли сюда для твоего уничтожения. Итак, повторяю в последний раз: немедленно убирайся в свои льды и никогда больше не возвращайся!
   В ответ Туйвол показал один и тот же пренебрежительный жест, считающийся идентичным почти во всех мирах: "Да пошёл ты..."
   А в следующий момент вёсла опять коснулись поверхности воды, разворачивая драккар на прежний курс. Следовало поспешить как с угрозами, так и с подсчётом:
   - Раз ты меня ослушался, безмозглый баран, то умри! Раз, два, три!
   Эффектных пауз между цифрами Бонзай Пятый делать не стал, следовало подстраховаться оставив время на второй выстрел. Но Динозавр попал с первого раза. Наверняка получилось всё-таки впечатляюще: слово "три" донеслось к флотилии викингов одновременно с пулей. Двухметровая туша закованного в броню гиганта вдруг сложилась как картонная и, в брызгах разлетающейся крови рухнула куда-то со спардека вниз. Скорей всего прямо на гребцов.
   И вот тут викинги показали свою боевую выучку и дисциплину. Лишний раз доказав что берсерками их называют не даром. Шок при гибели их предводителя длился секунды три, не больше. Затем гулко грохнули барабаны, и все вёсла с невероятной синхронностью ударили по воде. Набирая удивительную скорость и поворачивая носом по новому маршруту, драккар понёсся в сторону острова. На остальных судах тоже загремели барабаны, но там о подобной скорости могли только мечтать. Мало того, что корабли были основательно перегружены, так они ещё не имели и десятой части мореходных качеств своего флагмана.
   Но больше всего от создавшейся ситуации растерялся могущественный шафик. Глядя в оптический прицел своей винтовки, он вдруг с ужасом понял, что стрелять практически не в кого: высоко поднятый нос драккара скрыл из вида даже расположенного на сильно приподнятой корме рулевого.
   Конечно, Бонзай Пятый продолжал смеяться и осыпать приближающийся флагман оскорблениями, но делал он это не потому, что не боялся, а потому что не знал как резко изменилась обстановка.
   С ужасом глядя на вырастающий в прицеле драккар, Дин уже подумал грешным делом бросать всё и сматываться через стык прямо к столице, как вдруг его взгляд натолкнулся на толстенную доску носовой обшивки:
   "Пробьет или не пробьёт?! - заметалась мысль как шальная, - Но ведь если не попробуем, то и не узнаем! Дави! Куда же ты целишь?! Сразу над ватерлинией вали!!!"
   От атаки таких внутренних воплей никакие наушники не помогают. Зато палец заработал словно часовой механизм, с самой максимальной скорострельностью.
   Пули доску пробивали! И вскоре прямо над водой уже чернело двадцати сантиметровое отверстие, а новые удары целеустремленно его расширяли. Вот отверстие заметно опустилось, почти скрылось над водой, а Дин продолжил вгонять пули в раздробленные доски чуть выше. Вот и увеличившаяся дырка скрылась в воде и уже с некоторым злорадством прицел поднят вверх. Так и есть! Корма сильно приподнялась, и теперь искривлённое от раздаваемых команд лицо рулевого стало видно как на ладони. Выстрел прямо в него, красное пятно разрыва, и вновь пули вонзаются в борт, проламывая древесину на уровне ватерлинии.
   Похоже, что в трюме флагмана существовали внутренние перемычки. Другой причины того, что нос стал погружаться так сильно, не существовало. А скорей всего, проскочившими в отверстия пулями оказалась нарушена перемычка между первым и вторым отсеком. Именно два затопленных отсека из пяти, привели к тому, что драккар зарылся носом в воду настолько, что корма полностью приподнялась над поверхностью. В следствии чего викинги возжелали собственным весом уравновесить немного судно, но только усугубили своё положение, лишив спешащих к ним спасателей так необходимых нескольких минут. С противным треском драккар лопнул ровно в середине своей длины и в считанные секунды ушёл на дно. Несколько несчастных, пытавшихся схватиться в воде за тяжеленные вёсла, тоже пережили крушение не дольше, чем на несколько секунд. Тяжелые доспехи и кольчуги тянули в мрачные пучины беспощаднее северных кальмаров.
   Зато как изгалялся во владении микрофонов Бонзай Пятый - было любо-дорого послушать. Так и представлялось, что в его лице спортивная журналистская братия потеряла самого знаменитого комментатора:
   - Мои покровители гневаются! Они буквально прогрызают днище этого вместилища ублюдков и вот уже тупые завоеватели видят свою смерть в глубинах! Скоро, скоро вы все искупаетесь, круторогие олени! Прыгайте, прыгайте в воду, всё равно смерть уже распростерла свои объятия над вашими грязными душами! Дыра увеличивается! А вот и вопящий от страха шаман остался без своей тупой башки! Только нижняя часть тела скользнула по окровавленной палубе. Так подохните, проклятые агрессоры! Ура!!! Нет теперь вашего корыта! Только щепки остались! Ха-ха-ха! А теперь вот и щепок не видно! Всё забрали в мрачную бездну наши покровители! Всё!
   Опять раздался долгий сардонический смех, который перешёл в удивлённые восклицания:
   - Что я вижу?! Остальные чего-то ещё ждут? Не спешат убегать от смерти? Видимо они не знают, что мои покровители забирают на дно не только тела, но и души чужаков! Ха-ха-ха!
   Упоминания душ, оказалось самым действенным. Флотилия "ледовых берсерков" поспешила в собственное королевство с такой скоростью, что по рассказам местных жителей даже не останавливались на ночлеги, гребя посменно. Да оно и понятно, одно дело погибнуть в яростном бою, а потом вознестись в Валгаллу, на вечный пир к богу Одину, а совсем другое отдать свои бесстрашные души в руки чужих богов и быть до страшного суда заточённым на чёрных глубинах.
   Так был изгнан первый агрессор с территории королевства Ягонов.
  
  

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВАСЕДЬМАЯ

ЗАКАЛКА ВЫДЕРЖКОЙ

   Целых два дня Александра безнаказанно бездельничала. В штаб-квартиру она являлась на короткое время лишь для того, чтобы быть в курсе всех передвижений объёкта, да с томной ленцой подразнить ругающегося шефа и остальных сотрудников. Хотя под определение "остальных" попадал только Борис Королюхов, который лично выразить своё недовольство не мог, так как находился в постоянном блуждании вокруг Светозарова, пытаясь войти в плотный контакт и спровоцировать на шумную вечеринку, переходящую в долгосрочную оргию. Но как назло ничего не получалось. О чём и плакался Борюсик в телефонную трубку с завидным постоянством. По его словам получалось, что клиент стал нервным, раздражительным и неконтактным сразу после посещения катка. Его общительность сменилась замкнутостью и повышенным метанием по всем окрестностям, точнее сказать, излишним трудовым рвением. В связи с чем на два вполне удачных предложения соседа повеселиться, следовал всегда короткий отрицательный ответ. Уж каких только трудов стоило мнимому миллионеру Бонке встретить нового приятеля при самых обыденных обстоятельствах и сделать соответствующие заявки, но все они пошли прахом. Теперь опять какое-то время следовало затаиться и не высказывать подобной настойчивости, скорей даже проявить полное безразличие к соседу, но именно это разочаровывало агента и бесило больше всего. Наиболее благоприятный момент, по его мнению, был упущен.
   Павлу Павловичу приходилось сдерживать своего подчинённого от частой ругани, но и ему подобные жалобы не прибавляли хорошего настроения. Именно поэтому он на третий день тоже стал срываться. Хотя начал с самого утра вполне дружелюбным тоном:
   - Шурка, тебе не надоело баклуши бить?
   - Нее, - протянула девушка, устраиваясь с чашечкой своего любимого кофе возле офисного компьютера. - Тем более что зарплата мне идёт, работа движется, объект дозревает.
   - Как бы он не перезрел и не сгнил, до того, как упадёт к тебе в руки. Не боишься опоздать?
   - Нисколько. Да и раньше я никогда в своих расчётах не подводила.
   - Может всё-таки позвонить?
   - Чтобы всё испортить?
   Шеф злобно рыкнул, но ругательства пока сдержал:
   - Так ты - раньше не подводила! Зато сейчас ведёшь себя как...! И про зарплату: не думай, что она только тебе одной идёт. Сама можешь догадаться, какие суммы уходят на ветер ежедневно. Меня порой трясёт от страха, что нас заставят все оставшиеся года жизни отрабатывать бесплатно за понесённые растраты.
   - Да, Пыл Пылыч, тут я вам сочувствую, действительно вас могут заставить..., - несколько отстранённо пробормотала Александра, интенсивно щёлкая мышкой и следя глазами за экраном, - Но в таком деле иначе не получается...
   - Чёрт побери! - взорвался-таки директор конторы. - Она поставила под угрозу все итоги такой дорогостоящей операции, а теперь сидит и философски пытается рассуждать, словно речь идёт о прошлогоднем снеге! Конечно, ведь не тебе держать отчёт за ответ за свои провалы, и не тебе потом дрожащей рукой вписывать потраченные тобой и Борюсиком суммы! Хотите меня до инфаркта довести?!
   Последнее предложение он рявкнул так, что сжавшаяся девушка вздрогнула и округлила глаза от возмущения. Но сразу от резкого ответа сдержалась, немного подумала и стала отвечать выверенным, рассудительным, совершенно спокойным голосом:
   - Значит так, последовательно начинаю отвечать на все поставленные передо мной вопросы. Во-первых: мой успех очевиден. Объект уже себе отказывает в увеселительных знакомствах с другими женщинами и категорически отрицает участие в каких-либо оргиях. Его попытка окунуться в работу и общественную деятельность - не что иное, как нежелание пока ещё признаться самому себе, что он на крючке. Причём крючок зацепил не просто губу или щеку, которые можно порвать, пусть даже с болью. Нет, гарпун попал гораздо глубже, чем в горло: в желудок. Скорей даже - в сердце. И теперь там всё больше и больше наращиваются кровоточащие, труднопроходимые тромбы, которые мешают самцу нормально соображать и принимать правильные решения. Да вы не стойте, присаживайтесь!
   Глядящий на свою подчинённую с хмурым скепсисом, шеф громко хмыкнул, но в кресло всё-таки грузно плюхнулся:
   - Хорошо поёшь! Ты случайно любовные романы не пишешь?
   - Пока ещё нет, но вот на пенсии, обязательно займусь. Потому что вижу: мне есть, что сказать о психологии в отношениях мужчины и женщины даже стареньким, прошедшим "крым и рым" пенсионерам.
   Намёк на возраст некоторых из присутствующих был проигнорирован полностью, поэтому девушка, после нескольких щелчков мышки продолжила:
   - Во-вторых: творческие личности, к которым принадлежим мы с вами, - никогда не позволяют себе бездельничать. Даже во время сна мы постоянно думаем о деле, а если такового не существует, то тщательно анализируем уже сделанное, пытаясь отыскать ошибки и не допустить их в будущем. Или проигрываем в сознании тысячи вариантов развития новых, пусть даже абсурдных на первый взгляд ситуаций. Вот и я, не просто на монитор пялюсь, рассматривая картинки или выискивая знакомые буквы, а работаю. Смотрю, выискиваю те детали, которые мы могли просмотреть в жизни нашего объекта. Дома, по пути сюда и обратно, я тоже вхожу в образ. Стараюсь сродниться с моей новой ролью намертво. Просто дышать ею. Потому что уверена: очень скоро в ней придётся жить.
   Глаза шефа уже блестели более заинтересовано:
   - Что-то накопала стоящее?
   - Пока рано делать обобщения, так, просто некоторые ускользающие ассоциативные недоумения. Поделюсь, когда сама в них разберусь толком. Ну и в-третьих, дорогой мой Пыл Пылыч, могу подсказать как конторе сэкономить невероятные средства.
   - Да-а? Ну если так, то буду премного благодарен.
   - Элементарно: можете смело "сворачивать" подставу с богатым миллионером. Борюсик больше не понадобится.
   - О-о-о-о! - кисло протянул ветеран спецслужб, - Хотя тут я тебя понимаю: недолюбливаешь ты его.
   - Как раз и нет! Вначале он мне сильно не понравился. Признаюсь. Но впоследствии доказал, что парень он неплохой, просто с несколько особой психикой, в которой мне нет смысла разбираться. Скорей всё-таки, он действительно настоящий боевой товарищ. Так что личного повода отрывать его от такой сытой, умопомрачительной жизни у меня нет. Я просто констатирую существующие факты, и так мне подсказывает моя проверенная интуиция.
   - Шурка, ты хоть представляешь, сколько мы в этого Бонке уже вложили средств? Да мне легче самому себе пулю в висок вогнать, чем заявить наверх о закрытии такой агентурной легенды. Да и вообще, как ты можешь такое заявлять, пользуясь только своей интуицией? Например, Казик Теодорович со всем аналитическим отделом доказывает, что "сворачивать" следует тебя.
   - Ха! Это за то, что по мне "проходят" такие маленькие расходы? Вот уж - бюрократия в нашем быту! Как я ошибалась в действенности наших аналитиков.... Ха-ха!
   Шеф строго прищурил глаза, но его подчинённая продолжала хихикать и фыркать от пренебрежения. Тогда он напомнил:
   - И о каких таких "существующих фактах" ты заявляешь.
   - Ну, мой опыт коварной обольстительницы, вы принимать во внимание не собираетесь, - девушка опять стала серьёзной. - Поэтому я предлагаю удостовериться в моих предсказаниях. Берусь утверждать, что уже завтра, в невероятном случае - послезавтра, объект начнёт мои интенсивные розыски. Вот увидите! И как только Светозаров начнёт метаться, предлагаю всем работать только на меня, а неперспективные направления прикрыть окончательно.
   Всё-таки старый ветеран секретных операций предпочитал больше доверять аналитическом отделу. Хотя возможно и в самом деле боялся неадекватной реакции от той парочки "сверху", если те узнают о бесполезности средств, просаженных на подставного миллионера. Подобные растраты на выпивку и презервативы нельзя будет объяснить ни самыми высокими идеалами, ни гипотетическими материальными благами, ни блестящими перспективами раскрытия всего дела в неопределённом будущем. Поэтому скорей всего Борюсик так и останется пока на своём месте, тем более что явных причин для его "сворачивании" ещё не было.
   Так и получилось. Шеф ожесточённо потёр виски, шумно повздыхал, и наконец вынес вердикт:
   - Будем работать с подстраховкой по всем направлениям. Да и ты..., - уже встав и собираясь уходить, он с сомнением посмотрел на монитор, - Тут..., работай помаленьку. Вдруг и в самом деле...
   Глядя ему вслед, Александра с улыбкой пробасила, коверкая преднамеренно последнее слово:
   - Рада стараться, ваше вымбрымродие!
   В ответ, уже из коридора, донеслось обращение к невидимому начальнику аналитического отдела:
   - Казик! Немедленно продумать место, где личный состав будет заниматься строевой подготовкой! А то совсем распустились...
   В последний раз улыбнувшись, лучшая агент всех времён и народов вновь углубилась в раскапывание того вороха материалов, которые скопились по делу Дмитрия Петровича Светозарова.
  
   А сам объект, тем временем находился за двести километров, в соседнем земстве, выполняя давно возложенную на него общественную работу. Вернее не возложенную по долгу принудительных обязанностей или роду профессиональной деятельности, а добровольно принятой на собственные плечи вот уже больше чем шесть лет.
   Именно столько лет Динозавр являлся главой, председателем попечительского совета, который курировал громадную сеть детских домом и рекреационных центров для трудных подростков. Совет распределял собранные гражданами добровольные пожертвования, следил за правильным использованием выделенных денег, разбирался со всеми жалобами на недостаточное обеспечение и являлся третейским судьёй при разборке трений возникающих в споре между детьми и воспитателями, детьми и преподавателями и в самой детской среде. Ну и глава совета по вполне понятным причинам мог быть загружен по самое "нехочу", имея в любой момент возможность отказаться от поездки, и свалить разбирательство очередного дела на своих более старших по возрасту коллег. Что частенько и случалось, ведь работа общественная, и требует в первую очередь свободного времени, но иногда Дмитрий Петрович с головой уходил в проблемы детских домов на целые недели. Да оно и понятно, раз его со всем уважением немецких бюргеров выбрали на такую почётную должность, то значит следовало отрабатывать такое доверие и поддерживать собственную репутацию.
   В конторе поняли сразу: подобная деятельность необходима объекту для частого и бесконтрольного передвижения по всей Европе и попутного при этом решения собственных делишек. Тем более что в перерывах между контролем и проверками детских учреждений Торговец густо-часто встречался с самыми знаменитыми, богатыми, деловыми и имеющими политический вес личностями.
   Очень скоро выяснилось и та основополагающая причина, благодаря которой многочисленное собрание пожертвователей и основателей такого всемирно известного фонда, избрала выходца из другой страны главой попечительского совета. Тут и любой современный представитель лектората с пониманием отверг бы все утверждения, что самый молодой по возрасту мужчина в составе совета, является воистину и самым заботливым человеком, отдающим невероятное количество собственных сил для воспитания сирот и детей с исковерканной судьбой. Не стоило для подобного открытия использовать аналитический отдел, правда лежала на поверхности: Светозаров просто с умением искушённого интригана запудрил мозги своим многословием всем, кому хотел. Красиво говорить и витиевато излагать свои мысли сейчас умеют очень многие. И ничего не стоит такому демагогу красочно, убедительно и велеречиво расписать, как он самозабвенно любит несчастных детишек. Вследствие чего, на пике своего ораторского триумфа и получить любую высокую должность. Ведь подавляющее количество членов этой широко известной в мире добровольно-общественной организации являлись людьми преклонного возраста, и молодому, активному пустозвону ничего не стоило заставить стариков поверить в свою искренность.
   После первых же собранных фактов, подсмотренных в бухгалтерии фонда, стало окончательно понятно такое высокое доверие общего собрания. Дмитрий Светозаров как правило умудрялся собрать наибольшую сумму пожертвований для нужд детишек. Сам он жертвовал довольно скромно, да и неведомо было обывателям, какие огромные деньги он подпольно зарабатывает. А вот где и у кого он выбивал прочие, довольно внушительные суммы, остальных его коллег по благородному делу не интересовало. Именно поэтому и доверяли безгранично молодому человеку, который никогда и единого евро не перехватил для себя лично из общественных денег. Чисто провинциальный взгляд недалекого бюргера!
   Именно так и высказался Павел Павлович, когда прочитал все выводы аналитического отдела. И ему, и его подчинённым сразу становилось понятным, откуда идут такие щедрые пожертвования: Торговец просто докладывал в общую копилку довольно мизерную часть из своих гонораров. Вот и вся разгадка. Ему не жалко, и все довольны. В результате он имеет полную свободу передвижения и возможность встретиться с любым человеком правящей элиты или представителем подпольных клубов миллионеров. Ведь кто посмеет отказаться встретиться с "самим" председателем попечительского совета такого всемирноизвестного общественного движения? Да никто!
   Вот и мотался тридцати четырёх летний Дмитрий Петрович Светозаров по бескрайним европейским просторам как "неуловимый Джон", как "святая мать Тереза" и как символический голубь мира и сострадания.
  
   Сейчас он с прямой спиной восседал в кабинете директора одного из самых крупных в стране детских домов, перелистывал папку с личным делом, быстро прочитывая содержимое и внимательно прослушивал высказывания старшего преподавателя:
   - Положение создалось катастрофическое! Судебное разбирательство практически завершилось и доказало полную непричастность обвиняемых к преступлению. Если бы мы смогли сделать рокировку с переменой места, то всё бы сошло и со временем кануло в лету. Но генеральный прокурор нас просто обязал собственными усилиями исправлять допущенные промахи в преподавательской работе. Вплоть до того что лично нам обоим водить бедных девочек за ручки круглые сутки. А вы сами понимаете: подобное просто физически невозможно. Вдобавок угрозы священной мести перешли все разумные границы. Практически все поголовно воспитанники старших групп поклялись уничтожить сестричек и пообещали сделать это любой ценой. Мы, конечно, выявляем и стараемся изолировать зачинщиков, но в этом возрасте - это дело бесполезное. Да и слишком далеко всё зашло. Поэтому у нас только одна надежда: на ваше личное умение утрясти и уладить все кошмарные недоразумения и отыскать единственно правильный выход.
   Во время всего этого монолога директор заведения лишь согласно кивал, стараясь сдержать нервную дрожь утончённых пальцев. Обоих мужчин Дмитрий знал прекрасно, и они превосходно сотрудничали с ним более пяти лет. Но если раньше весьма уважаемые мэтры воспитательных наук выглядели степенно, солидно и величественно в любой ситуации, то сегодня на них было жалко смотреть: издёрганные, нервные, с посеревшими лицами и совершенно растерянные. Да и случившееся в подведомственном им учреждении несчастье могло, кого угодно подкосить. Да что там подкосить: поставить жирный крест на долгой, со всей душой творимой трудовой деятельности. Почти достигнув пенсионного возраста, двое коллег впервые в своей практике оказались перед неразрешимой задачей.
   Началось всё с того, что к ним месяц назад определили двух девочек пятнадцатилетнего возраста. Двойняшки, потерявшие совсем недавно своих родителей в авиакатастрофе и не имевшие больше близких родственников, прошли через сито предварительного распределения, но им так и не посчастливилось быть адаптированными в какую-нибудь семью. Слишком великовозрастными они оказались и не желали расставаться друг с другом ни в коем случае. Ну и, ко всему прочему - слишком красивыми. А это кандидаток в будущие мачехи, пугало больше всего. Немного избалованные своими погибшими родителями, девочки явно были не готовы принять в своё существование новые сиротские реалии. Ко всем относились высокомерно, с явным моральным превосходством и вполне понятно, что не шли ни на какое дружеское сближение со своими сверстниками. Зато между собой они составляли единой целое и никогда не разлучались. По некоторым данным, при жизни родителей девочки частенько грызлись и скандалили между собой, но несчастье их сплотило в несокрушимую стену. На любую шутку или подначку сверстников они отвечали в несколько раз обиднее, используя весь свой ум, сообразительность и высочайший уровень образования.
   Из-за чего и начались трения в первые дни их пребывания в детском доме. Самый изначальный тревожный звонок преподаватели проморгали, а потом уже трудно стало восстановить мир в классе даже самым опытным мэтрам. Против двойняшек почему-то озлобились все. А потом к травле не желающих подчиниться общим правилам присоединились и более старшие ребята. Дошло до того, что двое из них решили подшутить, как потом рассказывали их товарищи, над зазнайками. Заволокли одну из сестёр в комнатку с уборочным инвентарём и попытались изнасиловать. Худой и длинный парень, по кличке Шпала, уселся несчастной на грудь, держал руки и зажимал рот. А второй, один из самых мощных по физической силе в детдоме парень, принялся раздевать её ниже пояса. Вот тут и примчалась вторая сестра, которую до того с хохотом пытались отвлечь остальные детдомовцы. Завидев страшную сцену, она с такой скоростью и силой налетела на здоровяка, что тот в падении ударился головой в бетонную стену и потерял сознание. Уже вдвоём девочки буквально исполосовали ногтями лицо Шпалы, и тот с позорными завываниями вынужден был ретироваться с места событий.
   Само собой, что дальше интенсивно вмешались воспитатели и надзиратели детского дома. Так и не пришедшего в сознание здоровяка увезли на скорой помощи в госпиталь, худого насильника всего обклеили пластырем, измазали зелёнкой и поместили в местный медпункт, а девочек до окончательного разбирательства поместили в другую комнату преподавательского крыла здания. Так сказать, под домашний арест. Дело было вечером, директор со старшим преподавателем уже отсутствовали, поэтому чрезвычайное происшествие было расценено надзирателями как бытовое. Деваться от правды было некуда: изнасилование случались здесь довольно часто и чаще всего замалчивались самими жертвами насилия. Тем более в детской среде укоренилось определённое мнение: все девочки через это проходят и нечего строить из себя обиженную. Девственность в среде старших классов не приветствовалась обеими полами воспитанников. В связи с чем девочки уже с тринадцати, а то и с двенадцати лет пытались найти себе если не постоянного, то временного защитника и вполне бездумно переходили с ними в разряд "взрослых женщин". Новенькие естественно, этот период пропустили и показались лакомым кусочком для самых оголтелых хулиганов.
   В сущности, вопрос может быть так бы и остался внутренним делом детдома, если бы бытовое дело не переросло в трагедию. Среди ночи в госпитале от кровоизлияния в мозг скончался здоровяк, а ранним утром в медпункте нашли убитого прямо в сердце Шпалу, второго насильника. Орудием убийства послужил распрямленный штырь дужки металлического ведра. Отпечатков пальцев на железке не отыскали, зато на лице жертвы явно врезался предсмертный ужас. Похоже, он успел чётко осознать нависшее над ним возмездие.
   Смерть сразу двух товарищей всколыхнула каждого воспитанника детдома до глубины души. Причём все единодушно решили, что и худого закололи именно сестрички. А самые ретивые и уголовно настроенные воспитанники поклялись отомстить, подталкивая на подобное действо и всех остальных.
   Следствие доказало невиновность двойняшек, судья вынес постановление об условном наказании дежурного надзирателя, а вот о реальной обстановке никто подумать не хотел. Отдельно запретив перевод двойняшек в другой детдом. Зато всю ответственность за последующие события сразу возложили на руководство детского дома. А те ничего не смогли придумать лучшего, чем обратиться за помощью к имеющему огромные связи и полномочия главе попечительского совета. Тем более что личное знакомство их давно убедило в том, что Дмитрий Светозаров личность довольно незаурядная и способен на многое. Все предыдущие трудности с перемещением воспитанников или сложностями с адаптацией на новом месте он решал легко, с наскока.
   Вот и сейчас быстро понял, каков наилучший выход:
   - Необходимо срочно им найти новых родителей или таких опекунов, которым девочек отдали на руки уже завтра. Верно?
   - А желательно уже сегодня! - поспешно закивал директор. Старший преподаватель тоже несколько воспрял духом:
   - Конечно, мы понимаем и постараемся ещё продержаться, хотя бы до послезавтра. Но, честно признаться, положение на грани взрыва. Весь дом напоминает Везувий за час перед всемирной катастрофой, а на наши воззвания и просьбы от властей никакой реакции. У нас опускаются руки...
   - Ну, господа, от вас я подобного не ожидал! - воскликнул с укором председатель попечительского совета. - С вашим-то опытом, да не справиться с такими трудностями! Вам просто следовало спокойно сесть и всё тщательно обдумать. Выход из любого положения найдётся всегда!
   - Значит, преподавательский опыт нас ничему не научил, - скорбно констатировал директор.
   - Понимаю! Никто не захочет добровольно набираться такого опыта, - Дмитрий вскочил на ноги, и заходил по внушительному кабинету от одного окна к другому, благо комната в здании была угловой и четыре окна открывали приятный вид на внутренний двор и хорошо ухоженный сад. Видимо в движении у гостя лучше срабатывала память: - О! Ещё одну парочку припомнил! - вдруг замер на месте он. - Но мне желательно поговорить с девочками основательно. Лучше всего наедине. Можно?
   - Конечно! - воскликнул старший преподаватель. - Следуйте за мной, это совсем рядом.
   Целый час, который они отсутствовали, директор с нарастающим напряжением решал текущие вопросы подотчётного ему учреждения, стараясь хоть на короткое время абстрагироваться от сложной проблемы.
   Когда гость вернулся, уже сам, оставив старшего преподавателя возле девочек, то не смог сдержать искреннего восхищения:
   - А ведь двойняшки просто чудо! Умнейшие и очень талантливые! Я бы даже сказал, что гениальные дети. При правильном устройстве в жизни они способны на великие свершения.
   - Да мы с этим не спорим, но ведь сверстники именно за это из и невзлюбили. Не всем посредственная, серая масса большинства разрешает быть талантливыми.
   - Мне надо позвонить.
   - Куда угодно! Все наши телефоны в вашем распоряжении!
   - Некоторые звонки я сделаю со своего мобильного, но самые официальные пусть исходят из вашего кабинета, - пояснил председатель, - Да и личное подтверждение порой потребуется от первого лица, то есть от вас.
   Затем началась телефонная эпопея. Дмитрий куда-то звонил, просил, взывал к благородству и сочувствию, требовал, доказывал и согласовывал. С некоторыми парами бездетных родителей, уже имеющими разрешение на адаптацию детей такого возраста разговаривал сам, с некоторыми заставлял беседовать директора. И всё время звонил, звонил и звонил. Порой, одновременно поддерживая связь сразу с тремя собеседниками.
   Через два часа, когда вдруг повисло напряжённое затишье, директор с отчаянием признался:
   - Я совершенно очумел, ничего не соображаю. Если честно, то совершенно потерял саму суть окончательного итога наших переговоров с абонентами. Что хоть получается?
   - Всё получается в самом лучшем виде! Имеющая право и давно ожидающая подходящих детей пара найдена и уж направляется на машине прямо сюда. Через час они уже будут знакомиться с девочками. Я их знаю лично, так что могу заверить, что они согласились уже окончательно. Соответствующие документы и разрешения тоже доставят курьерской почтой в течении часа, полутора. Вы ведь слышали, кого мне пришлось побеспокоить для решения этого вопроса. Только от одного слова этого человека ответственные работники и бюрократы получили ускорение почище доброго пинка. Так что наши усилия не пропадут даром.
   - Не "наши", вся заслуга в решении этого конфликта будет принадлежать только вам, - просиял глазами заслуженный воспитатель и администратор. - Однозначно!
   - Вот тут я хочу с вами поспорить и со всем своим авторитетом, настойчивостью попросить об одной услуге лично для меня, - заговорщески потребовал председатель попечительского совета.
   - Да всё, что угодно! - пообещал директор, но всё же ощутимо насторожился. Впервые этот пробивной молодой мужчина обмолвился о какой-то личной услуге. Тем более было удивительно то, что послышалось далее:
   - Вы мне должны пообещать, что никогда не будете приписывать мне заслугу в этом разбирательстве. А ещё лучше, вообще не упоминайте моего участия.
   - Но почему! - опытного администратора удалось поразить до глубины души.
   - Причина проста, не люблю ненужного ажиотажа вокруг моего имени. Подобное дело лежит в моей компетенции, я просто должен его решать по причине взваленных на себя добровольно обязанностей. И хочу акцентировать ваше внимание на самой главной стороне моей деятельности: я помогаю в подобных ситуациях не для славы или собственного самоутверждения, а только для торжества окончательной справедливости и победы гуманизма в нашем мире. Слова может и слишком высокопарные, и в данном месте не совсем уместные, но, тем не менее, отражающие суть моей жизненной позиции. А моя душа ни в коем случае не желает преувеличения роли моего скромного вмешательства. Надеюсь, вы меня хорошо поняли?
   - Да...
   - И будем считать наше соглашение утверждённым: никаких сведений для широкой общественности. Договорились?
   - Хорошо, договорились. Но от себя лично я не могу умолчать и не сказать, что ваша скромность просто исключительна в нашем прожжённом вульгарным практицизмом мире. И я горжусь своим знакомством с таким человеком.
   - Я тоже рад был в вас не ошибиться! - Дмитрий с чувством пожал протянутую руку. - Но если вы угостите меня ещё и чаем, то я всё равно на вас не обижусь, уж слишком горло пересохло.
  
   Поздно вечером Павел Павлович, уже собираясь уходить из штаб-квартиры, заглянул в комнату с работающим компьютером и застал странную картину. Александра сидела в кресле, поджав ноги под себя, боком к монитору. Её немигающие глаза неотрывно смотрели на пустую стену, рука с кофейной чашкой замерла на полпути ко рту и в первый момент показалось, что она не дышит.
   Старый оперативник много чего насмотрелся на своём веку, поэтому не стал пугать подчинённую громким окриком, а просто подошёл ближе, стараясь попасть в поле зрения. Ноль реакции! Тогда он медленно перегнулся через стол и буквально выковырял чашку из рук девушки. Кофе в ней было чуть больше половины, но совершенно холодным. Словно из холодильника. С некоторым недоумением шеф всё-таки постарался кашлянуть, и это возымело определённое действие. Александра резко вздохнула, моргнула несколько раз и задвигалась, выходя из оцепенения.
   - Шурка, что с тобой!? Тренируешься изображать снежную королеву?
   Подчинённая сфокусировала свои расширенные зрачки на руководителе так, словно увидела впервые в жизни. И только потом прошептала:
   - Пылыч, мне страшно.... И жутко холодно....
   - С чего бы это? - глаза шефа превратились в две узенькие щёлочки. - Лето, жара невозможная. Чего это тебя так знобит?
   - Не знаю, что-то вдруг такое накатило, - призналась девушка, но резко начавшие розоветь щёчки указывали на явное улучшение её самочувствия. - Сидела, сидела над этими делами и вдруг себе на мимолётный момент допустила одну страшную мысль, причём такую жуткую и неправдоподобную, что меня, словно снегом укрыло. А тут и вы появились..., вдруг.
   - Ага, понятно, - руководитель конторы основательно уселся в кресло напротив стола. - Значит, опять на тебя снизошло некое озарение или постигло очередное интуитивное видение. Так?
   - Да нет, в этот раз совсем другое! - с досадой мотнула девушка головой. - Такого ещё со мной раньше не бывало.
   - Ладно, малышка, успокойся, - голос Павла Павловича стал похож на успокоительно урчание мягкого, ласкового и пушистого котяры. - Расскажи всё по порядку.
   Александра заглянула в кружку, потом пригубила глоток кофе и удивлённо скривилась. Но заговорила по существу своего испуга:
   - Всё это время я прокручивала и просматривала данные по общественной работе объекта, ну, там где он председателем попечительского совета. И так крутила, и эдак, и всё мне казалось, что от меня ускользает что-то очень важное, или правильнее сказать: основополагающее. Какая-то смутная мысль мне не давала весь день покоя, но чем ближе я к ней подбиралась, тем быстрей эта мысль всё дальше и дальше ускользала в глубины сознания. И вот тогда я принялась перебирать в голове все, пусть даже самые абсурдные предположения по поводу его деятельности вокруг детских домов. Долго перебирала, уже и отчаялась, как вдруг одна мысль словно молнией высветилась. А вдогонку за ней на меня навалилась ледяная стена, которая всем своим существованием кричала: "Ложь! Страшная и великая ложь!" Вот после этого меня и накрыло...
   - Действительно, такое порой случается, когда докопаешься до истины, - подбодрил сжавшийся как пружина Павел Павлович. - Но что за мысль тебе пришла? Вспомни о ней более конкретно.
   Некоторое время девушка прислушивалась к своему внутреннему миру, а потом начала с предупреждений:
   - Мысль и в самом деле несколько кощунственна...
   - Ничего, подумаем вместе и разберёмся.
   - Я вдруг подумала, что объект через подставных лиц похищает детей из детских домов, а потом занимается с ними сексуальными извращениями с элементами садизма.
   Некоторое время оба смотрели в глаза друг друга. Александра с ужасом и мольбой разуверить в существовании подобного чудовища, а её шеф с недоверием и омерзением. Наконец он шумно фыркнул и отчаянно замотал головой:
   - Сомневаюсь! Очень, очень и очень сомневаюсь! Не похож Светозаров на такого человека. Вот хоть кол на голове теши - а не похож!
   - Пыл Пылыч, вы ведь с вашим опытом и не таких мразей встречали. Признайтесь?
   Долгое молчание вместо ответа, послужило наилучшим подтверждением. Только после сиплого прокашливания старый ветеран перебил тишину твёрдым обещанием:
   - Проверим! Хоть и невероятно трудно будет разыскать все ниточки и самих детей, но обязательно проверим. А тебе - отдыхать!
   Александра слабо улыбнулась:
   - Только после вас! Мы ведь уже рассуждали на эту тему: не получится у нас абстрагироваться от дела, не получится...
   Но, тем не менее, послушно встала, надела скинутые ранее туфли и словно лунатик устремилась к выходу. Рабочий день и в самом деле давно закончился.
  
  

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ВТОРОЙ УДАР

   Герцог Марио Льер с самого утра находился в премерзком настроении. Перед завтраком жена устроила ему скандал, по поводу его ночного пьянства с прибывшим из столицы товарищем детства. Причём она даже слушать не захотела о том, что доставленные новости того стоят, как бы безрадостными они в итоге не оказались. Высказала всё, что у неё наболело, а когда он стал повышать голос, пытаясь образумить, вообще поступила нечестно: расплакалась и убежала к себе. Во время завтрака младшая дочь и сын заступились за отсутствующую мать, старшая дочь за отца и вспыхнувшая перебранка вообще довела его до белого каления. Так и не допив свой горячий чай, Марио бросился вон из дома и вот теперь, совершенно не обращая внимания на преддверие летней грозы в виде грома, меланхолично шагал с глубокой грустью по сосновой роще. Да и головная боль только усилилась, подталкивая к порочной мысли пойти разбудить до сих пор спящего товарища и вновь предаться постыдному, но притупляющему совесть пьянству с самого утра. Потому что оставаться трезвому, в подобной ситуации было невмоготу.
   Самому не хотело вспоминать, в кого он превратился. Потомок прославленной династии Льер, правящей королевством Опалов чуть ли не триста лет, теперь постыдно считался пленником в собственном поместье. Нынешний король Барбо Ягон заставил герцога удалиться в ссылку и отречься от любой политической и общественной деятельности. В противном случае было обещано без всякой жалости уничтожить не только весь род Марио Льера, но и, в первую очередь, его супругу вместе с детьми. И гордый потомок великих королей сдался, покорно уехал в изгнание и вот уже четыре года не смел даже посматривать в сторону столицы.
   Конечно, жизнь здесь была прекрасна, и даже по-своему интересна. Но как можно упиваться единением с природой, если страной правит этот безнравственный и лицемерный Барбо! Когда простой народ стонет от немыслимых поборов, люди среднего сословия часто-густо превращаются в нищих и бездомных, а знать и дворянство попряталось по своим замкам и не смеют слова сказать против творящегося беззакония. Поговаривают, что правящий монарх даже собственную мать отравил только для того, чтобы устранить её от власти и распоряжаться подданными собственноручно. Зря он это сделал, старая мать, хоть и была жестока и коварна, но хоть не допускала сына до крайностей. Да и сама старалась править с некоторой справедливостью и толерантностью. Зато после её смерти, именно четыре года назад, всё самое худшее и началось.
   Казалось бы, именно Марио Льер мог возглавить оппозицию и если уж не захватить трон, то, по крайней мере, жёстко потребовать наведения порядка и соблюдения незыблемых древних законов. Но, увы, смалодушничал, испугался гибели своих близких, а в результате оказался изолированным от большого мира наглухо. Что привело к катастрофическому положению и в личной жизни. В последние месяцы он и так еле сглаживал все усиливающиеся размолвки в семье, а тут ещё и товарищ вчера прибыл из столицы и принёс очень важные, но не внушающие никакого оптимизма новости. После которых поневоле руки опустятся.
   Оказывается Барбо Ягон собрал всё войско и спешным маршем двинулся завоевывать своего соседа на востоке, королевство под управлением своего двоюродного племенника Бонзая Пятого. Да ещё перед этим хвастался, что подло подстроил гибель правящего кузена со старшим наследником. Как следствие заведомо слабое королевство Ягонов наверняка будет быстро захвачено, а мощь и авторитет Барбо - укрепится в несколько раз. Ну ещё бы: не только удержался на чужом троне, но и тот, возле которого родился, захватил. Ведь все знали и помнили, что его мать, в ранге принцессы Ягонов стала супругой правителя Опалов, когда уже имена собственного сына. Редкий случай в истории, но по формальным правилам неизвестно от кого рождённый бастард Барбо таки дорвался до власти, потому что у новой королевской пары так и не было других детей.
   В ночном пьяном запале старый товарищ высказал крамольную мысль немедленно податься в столицу и при поддержке давно ожидающих сторонников захватить трон. Хоть и был оставлен мощный гарнизон из верных Барбо Ягону гвардейцев, но шансы на успех всё-таки были отличные. Только вот в том-то всё и дело, что успех, несомненно, был бы делом временным. Вернувшийся с победоносной войны король, утопил бы бунтовщиков в крови, а под этот шумок смело бы расправился и с остальными неугодными ему дворянами. Поэтому на пьяное предложение своего товарища герцог ответил лишь скрежетом зубов, да предложением пить дальше. Как бы ни манили его призрачные надежды на успех государственного переворота, но знание настоящих реалий не позволяли соглашаться на безрассудные порывы.
   "Эх! Если бы не дети! - мучился сомнениями Марио, - То обязательно бы попробовал! Может их срочно куда-то спрятать в надёжное место? Но куда? Даже если такое место отыщется, то ведь пострадают и все остальные, недовольные существующим положением вещей. Уж их точно Барбо уничтожит всех поголовно. Ну и что, что делать?! Если бы хоть на востоке правил не какой-то молокосос, то шанс конечно существовал.... Ведь когда там крепко сидел на троне отец Бонзая, на него войной идти никто не решался, тот мог зубы любому выбить. А так.... Ну что за невезение!"
   С досады, остановившийся Марио изо всей силы ударил ствол возвышающейся рядом сосны, обдирая до крови костяшки пальцев. Дерево от такого к себе внимания даже не почесалось, тогда, как сам кулачный боец подпрыгнул от боли и неожиданного обращения:
   - Хороший удар! Вот бы его, да по нужной челюсти!
   Резко развернувшись на месте, герцог уставился на двоих незнакомцев в странных для такой тёплой погоды длинных камзолах непривычного покроя. Но если более старший мужчина не вызывал малейших ассоциативных воспоминаний, то двадцатилетний парень явно когда-то встречался на жизненном пути. Видимо оба неслышно догнали задумавшегося изгнанника по дорожке, а теперь с довольно дружелюбными улыбками рассматривали его с ног до головы.
   Впитанное с пелёнок воспитание и присущее его роду горделивое величие, заставило Марио Льера принять надлежащую осанку и заговорить с подобающими его древнего рода королевскими интонациями:
   - Кто вы такие? И что делаете на моих землях?
   Улыбка молодого парня стала ещё шире и радушнее:
   - Дядя Марио? Вы меня не узнаёте? - глядя на глубокие морщины на лице вопрошаемого, парень напомнил: - Вы у нас были семь лет назад и очень восторгались моей химической лабораторией.
   - Бонзай! - обрадовано воскликнул герцог, поднимая руки и делая шаг навстречу для дружеского объятия: - Неужели это ты?! Ведь помню тебя совсем маленьким, вернее подростком, как ты возмужал! Настоящий рыцарь! - неожиданно он осознал и другое: - Слушай, а какими судьбами ты здесь оказался? Ведь ты сейчас должен защищать своё королевство от этого урода Барбо?
   - Ха-ха! Так я ведь как раз этим и занимаюсь. Но давайте всё по порядку, - молодой король сделал шаг назад и представил своего попутчика: - Вот, дядя Марио, прошу любить и жаловать, шафик Дин.
   - Очень приятно, - они обменялись рукопожатием, - Но позвольте, почему шафик? Ведь их уже давно не существует.
   Динозавр развёл руками:
   - Как видите, слухи о нашей смерти оказались очень преувеличены! - потом так и продолжил в шутливом тоне: - Да и вообще, откуда такие сведения? Вашему сиятельству повезло оказаться у общей могилы шафиков и лично сбросить туда последнее тело?
   - Да нет! Я их вообще никогда не видел. Просто так все говорят, да и в истории утверждается, что они все ..., хм, того....
   - Вымерли? А вот Бон утверждает, что все мои коллеги подались куда-то на дальние юга, погреться, наверное. Но мы обязательно, как только разберёмся с делами первой государственной важности, решили туда смотаться и проверить подобное утверждение.
   - Ага, значит, вы можете..., - герцог замялся, подбирая слова и делая ладонями жесты, напоминающие прыжки, - Как бы это..., ну, оттуда - сюда?
   - И не только! Можем и отсюда - туда, - продолжал улыбаться шафик.
   - Понятно..., - хотя глубокие морщины и осоловевшие от интенсивного размышления глаза говорили о некотором умственном ступоре растерявшегося собеседника. Поэтому слово взял Бонзай Пятый:
   - Возможности у господина шафика очень огромные. Вот, например, мы на рассвете организовали и проверили засаду на неприступных скалах, к которым завтра утром приблизится войско этого извращенца Барбо. А совсем недавно наблюдали движение походных колонн на марше. Увиденное действо меня очень сильно расстроило, потому что они как раз преодолевали государственную границу и их разведотряды сожгли таможенную крепость. Хорошо, что я заранее отправил нарочных с приказом отойти в тылы и не оказывать бесполезного сопротивления. Так что жертв среди моих подданных не будет. Но за остаток дня и предстоящий ночлег войско вытопчет огромный кусок территории и нанесёт непоправимый ущерб многочисленным сельскохозяйственным угодьям. Не считая сожжённых деревень и хуторов. Моему возмущению нет предела! Оголтелое варварство! Хотя я так понимаю, нынешний самодержец вроде как отправился на завоевание, а не на разбойничий набег?
   - Ну да..., вроде, - грустно подтвердил герцог. - Но ведь знаешь, как оно на войне.
   - Э нет, дядя Марио, так не пойдёт. Не выйдет у вас всё спихнуть на военную кампанию какого-то безответственного идиота. В этом бедствии есть и ваша вина, и вы, и остальные дворяне обязаны были не допускать этой войны. Следовательно, по любому раскладу именно Опалам придётся отстраивать сожженные и разрушенные постройки на нашей территории, и вам, как правящему королю, не отвертеться от налагаемой контрибуции.
   - Как это? С чего это..., вдруг, правящего? - совсем растерялся изгнанник.
   - Ой! Ваше сиятельство! Только не говорите, что не сможете за сутки захватить власть в столице и прочно не утвердиться на троне. Не поверю! Мы вас предупреждаем и даём для этого все возможности и не воспользоваться таким случаем - преступная безответственность перед собственным народом. Вы это осознаёте?
   - Да! Конечно! Но! - Марио Льер буквально весь дрожал от переполняемых его разноречивых эмоций. - Я никак не успеваю! Только при самом быстром передвижении я достигну столицы лишь глубокой ночью. А ведь ещё надо оповестить и собрать всех сторонников, вооружить и поставить перед ними конкретные задачи. Не считая того, что и плана переворота, как такового ещё нет. Только и знаю, пожалуй, все последние новости.
   - Откуда?
   - Мой товарищ детства и ближайший соратник вчера прибыл, и мы всю ночь с ним проговорили. Так что...
   - И ваш друг ещё здесь? - живо спросил Дин.
   - Ну да, - немного смутился герцог. - Он не так стойко выдерживает удары по печени со стороны зелёного змия, да ещё и борется с этим змеем с особой озлобленностью, можно сказать за троих. Поэтому до сих пор отдыхает...
   - Понятно, с кем не бывает, - покладисто согласился шафик. - Но могу вас сразу обрадовать: обязуюсь доставить вас обоих, вернее поодиночке, в столицу Опалов почти моментально. Согласны!
   - Прямо сейчас?! - чуть не вопил от радости Марио. - Конечно согласен! Я сейчас за ним сбегаю! Подождите здесь!
   Он и в самом деле собрался рвануть с места. Но был деликатно остановлен Бонзаем Пятым:
   - Дядя, Марио, несколько минут никого не спасёт. Тем более что нам в обязательном порядке ещё следует обговорить массу деталей. В том числе и про судьбу Барбо, его некоторых активов, земель и замков. Вся его собственность отходит Ягонам и будет управляться нашими представителями.
   Герцог сразу опечалился, причём не по поводу нескольких замков или аннексированных в скором будущем нескольких кусков земли:
   - Ты хочешь отправить своего дядю в ссылку?
   - Ещё чего! Таких негодяев надо уничтожать безжалостно, в назидание потомкам!
   - Мне почему-то показалось, что ты станешь защищать выходца из вашей династии.
   - Герцог Льер! - обиженно вскричал Бонзай, переходя на официальное обращение, - Да как вам не стыдно? Если у нас в роду затесался подобный ублюдок, то какое вы имеете право меня в этом упрекать?!
   - Я не упрекаю, наоборот...
   - Тем более! Можно подумать, что окажись среди вашей родни такая скотина, вы задумались бы о его помиловании?
   - Ни в коем случае! - последовал немедленный и твёрдый ответ.
   - Верю! И нисколько не сомневался в таком ответе. Ну вот, значит со всеми наиболее деликатными делами разобрались, - подвёл очевидный итог молодой король. Но Марио всё-таки нашёл в себе мужество признаться:
   - Извини, Бонзай, я был не прав, когда подумал, что ты станешь защищать представителя династии Ягонов.
   - Извинения приняты. Более подробный договор о дружбе и сотрудничестве мы постараемся составить завтра, уже после окончательной смены монарха.
   - Но что будет с Барбо и армией?
   - Мы его уничтожим, - просто ответил молодой король соседнего государства, - А войско заставим вернуться под ваше единоначалие.
   - Как?
   На этот вопрос ответил шафик. Причём сделал это, не раскрывая своих секретов:
   - Есть несколько способов. Ваше дело навести порядок в столице, встретить возвращающихся рыцарей под музыку духовых оркестров и под восторженный рёв очумевших от счастья горожан, бросающих цветы на мостовую. Тогда все генералы успокоятся окончательно и будут служить вам со всем рвением и преданностью до гробовой доски. Со своей стороны мы тоже попытаемся воздействовать на них должным образом, но при этом не уронить их воинскую доблесть и не заронить сомнения в их бесполезности.
  
   Во время приближения к дому, в окне второго этажа показалась убелённая сединами голова дворецкого и герцог прокричал на ходу:
   - Франко! Граф Дьярти уже проснулся?
   Даже с такого расстояния было отчётливо видно, как лицо старика сморщилось от негодования:
   - Нет, ваше сиятельство! Граф продолжает храпеть, словно стадо бешеных носорогов во время случки.
   От такого ответа все трое мужчин, спешащих по дорожке сада, громко рассмеялись. А Марио Льер с гордостью прокомментировал:
   - Наш дворецкий - умеет убить словом, подкреплённым истинным артистизмом, наповал. Порой некоторым оказывали медицинскую помощь, настолько они ухохатывались! - затем опять поднял голову в сторону окна: - Прошу тебя, Франко, разбуди этого пьяницу немедленно!
   Седой старик пропал в сумраке коридора, а новые союзники так и продолжили своё движение. Когда они стали подниматься по ступенькам в дом со стороны сада, навстречу им, в большую просторную веранду, вышла рассерженная хозяйка поместья. Без всяких предисловий она набросилась с упрёками, которые могут себе позволить только самые необразованные прачки или кухарки:
   - Что, мало одного, так ты себе ещё собутыльников подыскал?!
   Герцог в этот момент старался всеми возможными гримасами показать неуместность такого тона и самой сути обращения при посторонних. Но, похоже, жена его и не пыталась понять:
   - Чего рожи корчишь? Ломка начинается с похмелья?
   Пришлось хозяину замка сделать вид, что он ни сном, ни духом не причастен к возводимым на него напрасным обвинениям. Патетически вкинув руку в сторону головного города королевства, он громко огласил:
   - Никаких пьянок! Я немедленно отправляюсь в столицу!
   Реакция герцогини оказалась никем не предвиденной. Даже её супруг, изучивший все тонкости её души за двадцать лет, не мог предположить неадекватной реакции, на такие, казалось бы, обыденные слова. Она вдруг с неожиданным проворством бросилась на пол перед мужем, мёртвой хваткой обвила руками его ноги выше колен и надрывно заголосила:
   - Не пущу! Любимый! Единственный! Умоляю - оставайся здесь! Нашими детьми заклинаю! Одумайся! Не отпущу я тебя-я-я-я...!
   Марио, с явной растерянностью попытался сгладить момент шуткой:
   - Дорогая, но ведь ещё час назад ты меня видеть не хотела...
   - Прости! - с ещё более интенсивными рыданиями затрепетала женщина всем телом: - Я глупая, я пошутила неудачно, я больше так никогда не буду! Только не смей меня бросать! Умоляю-ю-ю-ю...!
   На эти завывания на веранду выскочили все трое детей и теперь с расширенными глазами взирали на происходящее действо. Никогда они ещё не видели своих родителей в таком состоянии, хотя и подозревали о доминирующей в их отношении истинной любви. Но вот так, открыто, подобное подтверждение видеть не доводилось. Их отец, кое-как вырвавшись из убийственной хватки, теперь тоже стоял на коленях. Держа супругу в объятиях и успокаивающе поглаживая ей спину, он с решительным ожесточением что-то нашёптывал скороговоркой ей прямо в ухо.
   Оба остальных участника этой сцены деликатно отвернулись в сторону, переговариваясь между собой и давая время на разрешение конфликта. Наконец со стороны парочки послышались недоверчивые, но требовательные вопросы женским голосом. А потом и властный голос самого герцога:
   - Дети, познакомьтесь с нашими гостями и проводите их в гостиную. Постарайтесь их напоить чаем, развлечь на то короткое время, пока мы соберёмся в путь окончательно. А я поспешу привести в чувство графа Дьярти, пока этот дебошир с похмелья не избил нашего обаятельного дворецкого.
   После этого Марио Льер поспешно отправился во внутренние помещения, ведя на прицепе крепко ухватившуюся за его локоть супругу. На ходу она продолжала вполголоса засыпать будущего монарха лавиной вопросов, на которые тот старался отвечать со всем присущим ему обстоятельством.
   Неловкое молчание, воцарившееся после их ухода на веранде, громких хлопком ладоней оборвал старший незнакомец:
   - Итак, прежде чем нас угостят чаем, - воскликнул он, потирая руки, - Давайте начнём знакомиться. - Меня зовут Дин, моего друга Бон. Теперь хочу узнать ваши имена.
   Сын герцога, как истинный дворянин сделал шаг в сторону и четко представил своих сестёр, не забыв упомянуть при этом все пышные и древние титулы, чем несколько смутил обеих. Затем более просто представился сам, а когда юным дамам гости поцеловали ручки, решил уточнить:
   - Как прикажете к вам обращаться? Просто по имени или по титулу?
   Дин по-простецки отмахнулся:
   - Ко мне - без всяких приставок. Потому что шафики, люди из вполне обычного сословия. А вот к Бону у него на родине обращаются не иначе, как...
   - Ладно, - решительно перебил друга Бонзай Пятый, - Не будем захламлять наше неофициальное знакомство ненужными словами. Я тоже согласен на короткое и дружеское обращение.
   При этом он так многозначительно посмотрел на старшую дочь герцога Льера, что та вся напряглась, пытаясь скрыть внутренне смущение. Но оно всё-таки проявилось: мочки ушей моментально порозовели до густой красноты. Глаза она всё-таки не отвела, но враз пересохшие губы пришлось облизать перед озвученным приглашением:
   - Тогда прошу вас, Дин и Бон в гостиную. У нас сегодня к завтраку, вместе с чаем подают шикарные пирожные и булочки с начинкой по шести рецептам.
   И вместе с младшей сестрой первой направилась к внутреннему выходу из веранды. После того как расселись, нить беседы сразу крепко перехватил в свои руки шафик Дин, и вскоре уже вся компания молодых людей весело смеялась, словно за столом собрались давние знакомые. Торговец, как душа любой компании и тут оказался на высоте: никто не мог удержаться от смеха над его короткими анекдотами и интенсивно выкрикивали свои ответы в проводимых прямо на ходу шуточных викторинах.
   Такому оживлению в гостиной удивились больше всего именно хозяева поместья. Когда они через полчаса оказались на пороге, то увлекшаяся молодёжь даже поначалу не обратила никакого внимания. И только совершенно случайно младшая дочь скользнула взглядом по дверному проёму и не удержалась от восклицания:
   - Ой! Папа! Ты выглядишь как настоящий император!
   После этого все встали из-за стола и с разными категориями восхищения рассматривали преобразившегося герцога. По предварительной договорённости с новыми союзниками он облачился в такой наряд, в котором не стыдно и короноваться. Причём всё смотрелось настолько стильно, изысканно и со вкусом, что даже Торговец, навидавшийся на своём веку множество наивысших самодержцев, не удержался от похвалы:
   - Шикарно выглядите, ваше Сиятельство! Как раз для вашей сегодняшней роли. А шпага..., таких редкостных украшений на оружии мне ещё не попадалось.
   - С этой шпагой короновалось несколько поколений моих предков, - с гордостью пояснил Марио Льер, делая шаг в сторону, и представил угрюмого, настороженно смотрящего на гостей мужчину в скромных, но всё-таки боевых одеждах наёмника, - Разрешите вам представить моего самого преданного и надёжного друга, графа Дьярти.
   Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями и Бонзай Пятый задержал руку графа в своей:
   - Тоже не узнаёте? Значит у меня память лучше. Помню, в моей лаборатории вы долго присматривались к разноцветным пробиркам, пока мы общались с герцогом, затем понюхали одну из них, и после моего запоздалого предупреждения расчихались до слёз.
   Лицо графа сразу разгладилось, а в глазах заиграли огоньки доброго и обаятельного человека:
   - Ох! Как давно это было, но теперь и мне ваше лицо, в круговерти семилетней давности припомнилось, сходство поразительное, никаких сомнений!
   Он хотел ещё что-то добавить, но видимо вспомнил о серьёзности предстоящего дела и уже с заметным вздохом облегчения сделал шаг назад. Наверняка за эти полчаса будущий король Опалов успел всё подробно пересказать не только своей супруге, но и самому верному сподвижнику. Сама герцогиня теперь выглядела совсем по-иному и никоим образом не походила испуганную и вздрагивающую от рыданий женщину, которая встретила их недавно на веранде. Правда плотно сжатые губы некоторой синевой и выделялись на бледном лице, да и во взгляде читалось крайнее беспокойство, но теперь она держала все свои эмоции в жесткой узде.
   Именно на свою жену и обратил благодарный взгляд герцог при расставании:
   - Уверен, мы прощаемся не надолго! - потом повернул лицо к своим наследникам: - Дети, вы должны слушаться всех приказов матери и поддерживать её во всех начинаниях. С этой минуты вы форсируете самые спешные сборы и после обеда, невзирая ни что должны со всем эскортом слуг, в сопровождении наших воинов, которые уже стягиваются к поместью, выехать в столицу. За сутки вы должны успеть и уж на месте узнаете наше будущее. Смею надеяться, что оно будет прекрасным и достойным нашей династии. Прощайте! Я с друзьями отправляюсь немедленно, а вы приступайте к сборам.
   Больше не сказав ни слова, герцог, в сопровождении графа и гостей, отправился прямо в сад. Младшая дочка оказалась единственной из детей, кто высказал своё изумление вслух:
   - Куда это папа пошёл? Ведь конюшни с другой стороны!
   Герцогиня Льер резко выдохнула, вгоняя себя в скоростной режим:
   - Так надо. Всё, больше никаких вопросов, которые не касаются отъезда. Брать только всё самое лучшее из одежды и украшений. Личное оружие, фамильные реликвии и гербовые документы! Всё остальное нам доставят со вторым обозом.
   Она первой почти выбежала их гостиной, но старшая дочь всё-таки умудрилась догнать мать и задать всего один вопрос:
   - Ма, а кто этот молодой парень, который знает и папу и графа?
   Спешащая герцогиня не промедлила и мгновения:
   - Монарх королевства Ягонов - Бонзай Пятый! - и уже через плечо с доброй улыбкой бросила окаменевшей на месте дочери: - Я тоже очень рада, что он тебе понравился.
   Мужчины тем временем спешно добрались до сосновой рощи, на ходу отчаянно споря, размахивая руками и обсуждая последние детали предстоящих событий. Когда забрались в самое глухое место, шафик проинструктировал графа Дьярти, как вести себя, и что делать нельзя, и под громыхание отправился в первую ходку. Не успели представители обоих династией, как следует развить следующую тему своего разговора, как Дин вынырнул вновь из подпространства и протянул повязку Марио Льеру:
   - Поторопитесь! Граф пока остался разгонять сбегающихся с дубинками слуг, утверждая, что всё под контролем, но просил не задерживаться.
  
   Вскоре он вернулся сам и вытер пот на лбу:
   - Уф! Кажется дело пошло. Как кричал один герой из нашего мира: Лёд тронулся!
   - Трогаемся и мы?
   - Слушай, я ведь не конь! Дашь хоть пяток минут отдышаться?
   - Конечно дыши! - сразу согласился молодой король. - Просто мне показалось, что тебе пролезть в эту щель, что раз плюнуть.
   - Да нет, - признался шафик, выдавая не совсем понятное сравнение: - "Колбасит не по-деццки!" Особенно с грузом, - потом усмехнулся и хитро подмигнул товарищу: - Бон, а как тебе здешние "достопримечательности"? Мне кажется, ты как-то слишком на них сегодня вожделенно пялился. - И продолжил с деланным пафосом: - Уж не возмечтал ли ты, сын мой, связать себя некими определёнными узами?
   Подыгрывая, Бонзай напустил на себя вид глубокой задумчивости, затем грустно вздохнул и с истинной печалью проговорил:
   - Порой государственные, но чаще всего внешнеполитические интересы лишают даже единоличного монарха присущей каждому другому созданию свободы личного выбора. Вот и мне, чувствую, придется пожертвовать когда-нибудь холостяцкой свободой ради безопасности собственных границ и укрепления союза с самыми близкими соседями.
   С самым серьезным видом Динозавр кивал и поддакивал. Причём делал это так печально, словно находился на похоронах. Напоследок чуть не всхлипнул:
   - Несчастный! Как мне тебя жалко! Слёзы мешают говорить, горечь перекрывает дыхание, а как вспоминаю твою суженую, так не могу сдержать идущих по всему телу судорог. Действительно, она настолько противна и уродлива, что только ради счастья собственного народа можно на ней жениться...
   Молодой король оглядел товарища с подозрением, но всё-таки купился на розыгрыш:
   - Кто..., уродливая? Ты о ком?
   - Да о той самой. Ты-то наверняка видел её портреты и уже смирился со своей участью, но я её как недавно увидел, так на несколько часов аппетит потерял: вылитая обезьяна.
   Видя, что Бон так и замер с непониманием, даже моргать перестал, Дин продолжил в прежнем тоне:
   - Да я о соседской принцессе, женитьба на которой тебе так необходима для безопасности собственных границ. Даже рассказать некогда, всё куда-то бежим и догоняем, а ведь я наведался в Визенскую империю и подсмотрел, что там во дворце делается. В том числе и на его внучку, которая на выданье, полюбовался. Скоро сосватаем...
   - Э-э-э-э..., - кроме этого звука и отрицательного мотания головой у молодого короля ничего не получалось от охватившего его возмущения и страха. Скорей всего он и в самом деле не раз видел портрет вышеупомянутой, не к ночи будь сказано, бесовки. Девушки, уродливей, чем внучка Константина Сигизмундовича, трудно было сыскать, пожалуй, на всём континенте. И только императорская секретная служба, да дипломатический такт не позволяли упоминать высоко титулованную наследницу во всех без исключения анекдотах. Такого удара от своего друга, наследник династии Ягонов ну никак не ожидал. А тот и не думал останавливаться:
   - ...Что, не хочешь "скоро"? Желаешь немедленно? Нет, так не пойдёт.... Мы ведь договорились вначале разобраться с королевством Опалов, и только потом отправимся к твоей ненаглядной. Ну, разве что ты хочешь с ней позабавиться раньше? Тогда можем организовать похищение..., запросто!
   - М-да! - запоздалая улыбка озарила лицо Бонзая. - Умеешь ты отыскать полную противоположность самому святому и прекрасному.
   - Как?! Неужели и в противоположном королевстве есть вторая кандидатка? Не знал, что у Ники Туйвола осталась дочь. И что, она тоже бреется?
   Последний вопрос прозвучал настолько двусмысленно, что оба товарища согнулись от смеха, хлопая себя по ляжкам и толкаясь с весёлым задором плечами. И только насмеявшись и прокашлявшись, они опять приблизились к стыку между мирами. Дин всё-таки не удержался от комментария по совсем недавно окончившемуся застолью:
   - Что ни говори, а булочки оказались превосходные! Давно таких не пробовал. А вот старшая дочь герцога - это вообще нечто уникальное. О таких женщинах любой монарх может только мечтать: умна, воспитана, тактична, умеете себя сдерживать или вести разговор на любую тему. Подобные женщины, как правило, встречаются в мирах с некоторой периодичностью, но чтобы она ещё и прекрасна была.... Хм! Я как вспомню, так у меня и слюнки текут...
   - Но, но! Ты..., ты чего? - грозно насупил брови Бонзай, который ещё секунду назад своей улыбкой до ушей напоминал полного идиота.
   - Ничего, - пожал плечами шафик, - О пирожках вспомнил.
   - А-а...
   - Флаг на! - фыркнул Дин, протягивая повязку на глаза. - Мне может тоже холостяцкая жизнь надоела.
   - Да-а? Так бери себе в жёны младшую дочь Льеров. Мне кажется, она ещё старшую перегонит по красоте и сообразительности.
   - Только этого мне не хватало, засматриваться не несовершеннолетних.
   - Ничего себе? Да ей уже пятнадцать лет! Как раз под венец!
   - Ох! Ну у вас и нравы, - засмеялся Динозавр. - Но я предпочитаю жить по законам нашего мира. Подыщу кого-нибудь постарше. Только, чур, внучку императора не предлагать!
   - Уговорил, - дал согласие Бонзай, уже надевший повязку и рукой ощупывая плечо друга. Шафик развернулся к нему спиной, нагибаясь вперёд и упираясь ладонями в колени, и только тогда услышал раздавшиеся прямо в ухо рассуждения: - Хотя там с этой бедненькой внучкой не всё так просто, как говорят в анекдотах. Природа там не виновата. Ну, ничего, будет время, припомню и расскажу про эту историю более подробно. Всё, я готов и расслаблен.
   В тот день проживающие в округе крестьяне так и не дождались проливного дождя. Грохочущие грозовые звуки на безоблачном небе заставляли часто поднимать голову, а потом удивлённо пожимать плечами. Чего только жарким летом не случается...
  
  

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

КЛИЕНТ СОЗРЕЛ

   На следующий день Павел Павлович пришёл на работу самым первым, и встречал явившегося чуть позже начальника аналитического отдела на его рабочем месте. Старый поляк при виде такой засады только обрадовался:
   - Шеф! Неужели вы решились мне предоставить отпуск, подменив лично на такой ответственной работе?
   - Не юродствуй, Казик, - буркнул тот ему в ответ. - Тебя не в отпуск, тебя в дом престарелых сдавать надо.
   - Ну, нет! Это явная напраслина на ещё довольно молодого, деятельного мужчину.
   - Да? Что же ты тогда совсем этими "деятельными" мозгами шевелить перестал? Вот, приходится тут за вас хвосты заносить, ночами не спать! - голос шефа повышался и уже гремел как смертельно опасный камнепад: - Всё, буквально всё, что вы здесь анализируете, высиживая яйца - оказывается, летит коту под хвост. Куда вы смотрите? Что вы ищете? Чуть ли не самая молодая агент умеет анализировать в двадцать раз больше, чем вся твоя бессмысленная группа! А если ещё и сегодня совпадут её предсказания, то я, честно говоря, буду и в самом деле вынужден не только Каралюха прикрыть, но и твою шарашкину лавочку! Или может, ты плохо представляешь, какие на тебя средства уходят?!
   Глядя на раскрасневшееся начальство, Казик показал удивительное умение владеть собой. С уважительным хладнокровием, он уселся на другой стул, выждал, пока шеф шумно отдышится, укрощая свой гнев, и только потом спросил:
   - Павел, что-то серьёзное?
   Тот досадливо мотнул головой, словно настоящий зубр:
   - Пока ещё ничего конкретного, но если вчерашнее Шуркино предположение получит хотя бы косвенные подтверждения, то кое-кто окажется в глубокой заднице.
   - Ладно, не паникуй, - начальник отдела придвинулся ближе, и уже совершенно другим, канцелярским тоном потребовал: - Показывай, что там наша красавица удумала.
  
   В самых неприметных и скромных одеждах Александра явилась в контору чуть ли не к обеду. Да так сразу и поспешила к кофейному автомату с полузакрытыми глазами. Даже не приостановившись от раздавшегося сзади приветствия одного из сотрудников и переданного приказа:
   - Саша, шеф тебя ждёт!
   Без малейшей реакции на слова, сделала себе кофе, блаженно отпила несколько глотков и только тогда, осторожно держа перед собой кружку, отправилась к начальству. Павел Павлович с кем-то говорил по телефону, поэтому только взглядом указал на кресло напротив его стола и грозно нахмурил брови. Могло показаться, что он уже приготовился к разносу своей подчинённой. Да только внешность девушки так и осталась невозмутимой, скорей даже полностью равнодушной и расслабленной. Пока телефонный разговор закончился, она допила свой кофе и достала сигареты. Сделала короткую паузу в движениях, но так и не дождавшись запрета, закурила. Начальство соизволило язвить:
   - Что, после мужичка на сигаретку потянуло?
   - Хм! Чем интересно женщины, хуже вас, мужчин?
   - Но мы хоть себя стараемся с достоинством по утрам держать. А ты на себя смотрела? Всю ночь он тебя топтал, что ли?
   - Да-а, - с бесстыдным откровением и ностальгией протянула девушка. - Настоящий зверь попался. Но я бы иначе совсем заснуть не смогла. Вышла отсюда, а дышать от внутреннего холода невозможно. Что-то меня явно заморозило. Вот и пришлось зайти на дискотеку. А сейчас просто уверена: поступила правильно, теперь тело в полном порядке.
   - Конечно, тебе видней, - кивнул шеф, не скрывая всё же сомнения, - Сама за моральное здоровье и стабильность отвечаешь. Но в следующий раз постарайся снимать мужиков не настолько габаритных. Паре боевиков пришлось тебя всё ночь караулить.
   - Ха! Какая разница? Маньяк может поселиться и в теле субтильного мальчика.
   - Одно дело - мальчик, которого ты можешь оглушить одним выдохом, а другое дело бугай, который может просто нечаянно свернуть тебе твою тоненькую шейку. Хрустнет она, ты и пикнуть не успеешь. На кого мне тогда надеяться? На Каралюха? Тем более если сейчас всё на твои плечи ложится...
   Александра оживилась:
   - Что-то сдвинулось? Откопали что-то по его работе?
   - Да нет, там пока аналитическая машина только разгон набрала. А вот другое твоё предположение - оправдалось полностью.
   - Ой! Неужели начал поиски меня единственной?
   - С самого утра! - с нескрываемым удивлением подтвердил Павел Павлович. Зато его подчинённая от радостного восторга несколько раз подпрыгнула на кресле, высоко вскидывая руки вверх:
   - Йес, йес, йес! - потом замолотила кулаками по подлокотникам кресла: - Ну всё, голубчик! Будешь ты у меня на сковородке жариться, будешь! Ещё и радоваться при этом! Ну, я тебе теперь устрою-у-у...!
   Шеф не смог удержаться, чтобы с новым флаконом ядовитого скепсиса не оборвать такие шумные реагирования:
   - Подобные эмоции не помешают делу?
   - Не помешают, Пыл Пылыч! - девушка мгновенно сменила свою ипостась, превратившись за неуловимый миг из радостной, беззаботной школьницы в готовую стремительно рвануться в сторону любой жертву серую молнию смерти: - Хочу предупредить, что если моя догадка с детьми подтвердится, то это будет первый случай, когда после мокрого дела я не потеряю сознания. Наверняка мне обязательно захочется ещё раз сорок оживить, а потом новым способом умертвить этого поддонка
   - Вот видишь..., э-эх! - шеф протяжно и равнодушно зевнул, всеми своими внутренними резервами показывая как он игнорирует ощущаемую физически смертельную опасность, которая казалось затопила всю комнату. - Эмоциями ты уже перестала управлять. Забыла, что ты на работе, а не в диком лесу выступаешь в роли Робин Гуда. Для нас приказ - превыше всего! Скажут отрубить руку - сделаешь только это. Прикажут тебе что-либо откусить, так и сделаешь. Но! Ни единого движения больше! При конечной ликвидации или завершении всей операции никакой инициативе места нет. А что я вижу перед собой? Вульгарная, бесстыжая сексотка, всю ночь общавшаяся с каким-то кобелем, теперь сидит и строит из себя обелиск высокой морали и поборника справедливости. Смешно, честное слово...
   Покаянно опустив голову, Александра прикрыла на короткое время сверкающие глаза и пробормотала:
   - Это я просто подурачиться решила. Забудьте..., - и сразу с прежней развязностью устроилась в кресле удобнее. - И с чего объект начал мои поиски?
   Напряжение в ментальной атмосфере комнаты стало заметно и быстро рассеиваться, но ветеран оперативной и сыскной работы, прошедший через горнило неисчислимых кровавых спецопераций чётко осознал, что впервые в своей жизни он испугался. Причём не конкретно сидящей перед ней хрупкой фигурки, а того, что таилось во внутренностях этого девичьего тельца. На лице он так и продолжал сохранять высокомерное, циничное и язвительное выражение, но вспотевшие ладони постарался незаметно вытереть под столом о брюки. В мыслях отложилось чёткое определение:
   "Опасна! Очень опасна! - и некоторое сожаление: - Эх, Шурка! Не доживёшь ты до пенсии. Так и сгниёшь в лабораториях одного очень секретного исследовательского института. А пока поработай на благо..."
   Вслух же он продолжил вполне оживлённый деловой разговор. Всё-таки события происходили весьма незаурядные, и один только факт, что клиент попал на крючок и теперь всё идёт по плану, заставляло добавить в голос оптимизма и поощрительного благоволения:
   - Буквально с самого утра наш Торговец явился в ледовый дворец развлечений и лично побеседовал с каждым служащим. Давая всем краткое, но точное описание твоей внешности, имя, удачную причину твоего поиска и купюру нашей европейской валюты. Купюры разные, в зависимости от ранга и занимаемой в Ксанаду должности.
   - Величина денежного знака, в данном случае, для меня роли не играет, - стала рассуждать девушка. - Гораздо интересней знать ту выдуманную Динозавром причину, по которой ему якобы должны помочь.
   - Довольно грамотная и правдоподобная история. Мол, при вашем знакомстве ты узнала о его частом посещении других страх и слёзно попросила купить в Швейцарии одно очень редкое лекарство для любимой бабушки. Вот он и купил, вернулся вчера вечером домой и никак не может отыскать твоей визитки. А дело то срочное, бабушка и копытца отбросить может. Он, конечно, только себя винит в ротозействе и неаккуратности и готов на любые растраты, лишь бы сохранить своё доброе имя. Именно поэтому он и просит не рассказывать несчастной девушке, то есть тебе, все лишние подробности своего разгильдяйства, а просто при опознании тебя на катке, сразу звякнуть ему. Естественно, что благодарность при этом в виде очередных денежных знаков в гораздо большем количестве гарантируется. В данный момент все работники только тем и занимаются, что чуть ли не ощупывают руками каждую девушку, похожую на тебя.
   - Молодец..., - Александра задумчиво пощипала свою идеальную бровь ноготками, - Хорошо роет! Но это и всё?
   - Ты я вижу тоже молодец. И тут догадалась, что Торговец на этом не остановится.
   - Элементарно...
   - Так вот, в данный момент наш объект находится в представительстве одной из наилучших сыскных контор частного сектора. Конфиденциальность и противоподслушивающие устройства у них на таком высоком уровне, что даже нам ничего напрямую узнать не удаётся. Разве что позже попробуем. Но, исходя из того, что это частное агентство занимается полным комплексом любых проблем и берётся за любые задания, то слежка будет вестись теперь не только за Ксанаду, но и по всему городу. Если не по всему земству. Так что скоро с тобой начнут здороваться на улице многие прохожие, готовься.
   Девушка задала ещё с десяток уточняющих вопросов, а потом надолго задумалась. Павел Павлович отвлёкся на переборку файлов и не торопил свою подчинённую с выводами, теперь уже окончательно уверившись в её возможностях самой решать как, и когда начинать форсирование знакомства с объектом. Хотя своё мнение у него уже сложилось. Оставалось только дождаться решения агента.
   Как ни странно, но по самому основному пункту мнения сошлись:
   - Вмешательство сыщиков нам может очень сильно помешать. Желательно это неудобство устранить немедленно.
   - Каким образом?
   - Намекнув по телефону на предстоящее свидание. Конечно, подобный звонок я вообще собиралась не делать, а просто послезавтра появиться в Ксанаду...
   - Так поздно? - не сдержал своего удивления шеф.
   - Ха! В идеале следовало бы ещё на день позже встретиться, - поднятый нравоучительно вверх указательный пальчик, прогнулся неестественно в другую сторону, подтверждая необычную гибкость костей и подвижность соединений. - Но раз он вознамерился поставить на уши весь город, то надо его энергию направить в другую сторону.
   - Наши действия?
   - Сможете мне обеспечить прямо отсюда выход через уличный телефонный аппарат?
   - Естественно, сейчас распоряжусь...
   - Не спешите Пыл Пылыч. Предварительно следует устроить так, чтобы Торговец не взял сразу трубку, и я наговорила на автоответчик. Есть наработки?
   - Должны быть, - подтвердил шеф, сигналом определённой кнопки, поднимая вспомогательные службы на ноги. - А что конкретно говорить будешь?
   - Всего несколько фраз: "Здравствуй, это Саша. Жаль, что тебя не застала. Буду на катке в пятницу, в то же время". Ни буквы больше! Потом уже при встрече признаюсь, что звонок получился чисто спонтанным, после случайного нахождения карточки в кармане куртки. Мол, и в самом деле остались только приятные воспоминания от интересного разговора.
   - Хорошо. Начинаем подготовку.
   Прибежал Казик Теодорович с группой техников. Приволокли аппаратуру. Затем тщательно, в нескольких вариантах записали речь Александры. Потом добавили на задний фон шумы улицы, которые всегда присутствуют при разговоре из общественного телефона. Два связиста на другой аппаратуре засели на постоянный дозвон на мобиль объекта. Но делалось это так хитро, что у абонента так и не появлялся сигнал вызова, словно ему никто и не звонит. Зато приборы ясно показывали: всё это время Динозавр находится в зоне досягаемости.
   Для того чтобы включился автоответчик, следовало дождаться благоприятного момента, который возникает, например, при спуске в лифте. Да ещё если лифт со всеми современными наворотами, то связь там обязательно, но на несколько секунд оборвётся. Именно такая наработка существовала в технической службе конторы для казалось бы простейшего действия.
   Пока дожидались соответствующего момента, а оператор сводил на единый узел все каналы связи от группы наружного наблюдения, Павел Павлович тихонечко переговаривался с девушкой:
   - Почему ты решила наговорить свою фразу именно на автоответчик? Не лучше ли сказать две три фразы, а потом рассоединиться?
   - Ни в коем случае! Порядочные люди в подобном случае просто обязаны перезвонить. А я играю роль не просто порядочной девушки, а девушки - помешанной на порядочности. Вдобавок он после первого же моего слова может выкрикнуть нечто такое, что выведет русло разговора из-под моего контроля, а это тоже чревато осложнениями. Его велеречивость и находчивость может сыграть со мной плохую шутку. Ну и напоследок, мы сможем более тщательно проследить за его реакцией. Надеюсь, кто-то из наших уже постарался?
   - Сейчас узнаем, - шеф повернулся к главному оператору: - Миша, ну что там творится?
   - Двое наших парней уже в фойе здания. Дальше прорваться без предварительной договорённости им не удалось. Но уже приближается наш агент с более высокими полномочиями, он постарается подняться на третий этаж и пройти в приёмную того офиса, где находится объект.
  
   - Что делает пара наших в фойе?
   - Включили камеры, направили их для просмотра парадной лестницы и дверей лифтов. Там напичкано столько следящей аппаратуры, что они могут работать совершенно спокойно.
   Ещё минут пять деловито обсуждали разные технические детали. Потом дёрнулся один и техников:
   - Клиент вне зоны сотовой связи!
   - Пошёл пакет информации..., - тут же забормотал второй техник. - Есть! Пакет принят.
   - Ребята, внимание на лифты! - полетело предупреждение от оператора и на мониторах обе двери приблизились крупным планом. Вот одна из них открылась, вместе посетителями и Торговец отправился к выходу. Не пройдя и нескольких шагов, он стал доставать из нагрудного кармана мобильный телефон: добрался сигнал связи о пропущенном звонке. Чуть уменьшив скорость своего продвижения, Динозавр присмотрелся к номеру звонившего, равнодушно дёрнул бровями, рассмотрев, что это их общественного места, но прослушивание голосового сообщения включил. А когда до него дошла суть сообщения, то с отчаяния несколько раз хватил себя кулаком по лбу. Проникшие в фойе агенты выбрали позиции и подсуетились как нельзя лучше. Разочарованное, раздосадованное лицо объекта просматривалось как нельзя лучше сразу с двух сторон и все эмоции и переживания читались как раскрытая книга. Он столько времени так трепетно ждал данного звонка, и надо же было такому случиться, что она позвонила, когда он находился в лифте. Какая неудача! Вновь прослушивание сообщения... Жуткие сомнения: ещё ждать два дня! Пристроился у самого окна - опять прослушивает. Задумался.... Некоторый проблеск надежды: хоть что-то конкретное! И удовлетворение: всё-таки позвонила! Потом самодовольная улыбка: а куда бы она делась! И снова испуг: ждать чуть ли не двое суток! Очередное прослушивание заставило задуматься с немного отвисшей челюстью. А потом на окаменевшем лице вновь появилось осмысленное выражение: надо действовать!
   Резко развернувшись объект скрылся из поля видимости камер и поймали они его только при вхождении в лифт. Динозавр возвращался обратно, в офис детективного агентства.
   - Всё ребята, главное сделано, спасибо. - Обратился ко всем начальник. - Оператор остаётся, все остальные свободны!
   Под топот и шелест уносимой аппаратуры к столу шефа присоединился начальник аналитического отдела, и опёршись локтями принял участие в обсуждении:
   - Наверняка Торговец отменит всеобщий поиск...
   - Ну, это и без тебя ясно, - буркнул Павлович. - И к гадалке ходить не надо.
   - ...А вот пару шпиков, - нисколько не обиделся Казик Теодорович, - Для слежения вокруг и после Ксанаду - оставит. Опасаться будет, что девочка сбежит как в прошлый раз.
   Александра забарабанила коготками по столешнице и дёрнула уголком губ:
   - Да нет, парочкой там не обойдётся. На этот раз он постарается узнать обо мне всё, до самых пелёнок. Что я ем, чем дышу, какие отношения с бабушкой и как с её помощью увеличить мою сговорчивость. В том числе и старушенцию могут проверить по полной программе. Как наши легенды? Выдержат подобные испытания?
   - Несомненно! - заверил старый поляк. - Мы всё предусмотрели.
   Теперь несколько раздражённо фыркнул шеф:
   - Может, не стоило обострять знакомство подобными проверками? Всё-таки риск остаётся, что они откопают какие-то несоответствия. А так бы он тобой увлёкся и совершенно отбросил любые сомнения или подозрения.
   - Нельзя так делать, Пыл Пылыч, - тоном школьной учительницы возразила девушка. - Категорически нельзя! Не тот этот человек, что бы даже повязнув в любовном дурмане не проверить всю жизнь своей избранницы. Если он сейчас обнаружит наш какой-нибудь просчёт, то мы ещё как-то сможем вывернуться и переиграть скользкие моменты, но если наши отношения зайдут слишком далеко, то любое моё неосторожное слово, несоответствующее с проверкой - станет крахом всей операции. Поэтому пусть копают со всей активностью, а Теодорович пусть не спускает глаз с каждого их движения. Если сейчас всё получится идеально, то в дальнейшем Динозавр к этому вопросу больше не вернётся и бабушку можно будет вновь вернуть на пенсию.
   - Кстати, как она там? - сдвинул брови старый оперативник. - Справляется?
   - На отлично! - подтвердила Александра, с улыбкой косясь на аналитика. - Мне кажется, у них вся семейка может смело играть любые роли с изумительным правдоподобием. Словно живёт со мной и в самом деле много лет. Ещё и мне некоторые дельные подсказки даёт, как и что должна говорить воспитанная внучка в тех или иных случаях. Такое впечатление, что она ещё до второй мировой войны в художественной самодеятельности участвовала.
   Казик Теодорович перешёл на просительный тон:
   - Ты ей лучше о войне не напоминай. Когда тётя была еще девчушкой, всё её село бендеровцы вырезали, почитай только она из всех селян и спаслась чудом. Мой отец тогда только родился и в районном центре находился. А уж что тётке потом пережить пришлось - никакая самодеятельность не сравнится.
   - Ой, я и не знала, - сочувственно надула губки красавица. - Но зато теперь уже точно так глупо не пошучу.
   - Но с другой стороны - она добрая и всё прощает.
   - Да, и готовит она просто отменно. Я даже за свою фигуру опасаться стала.
   Павлу Павловичу надоело выслушивать заезженные комплименты о своей старой сотруднице:
   - Ладно, хватит болтать не по делу. Лучше, Шурка расскажи, в чём ты в следующий раз подашься на каток? Ведь наверняка постараешься красоту навести? Чтобы раз и...
   - Ничего не "раз"! Наряд тот же самый, только внешность изменится за счёт неправильно и неумело наложенной косметики. Я даже потренировалась и сделала несколько фотографий.
   Мужчины всмотрелись и от неожиданности икнули. Первым выдавил из себя вопрос Казик Теодорович:
   - Побойся бога, красавица! Ведь уничтожать объект команда ещё вроде не поступала!
   - Ага! - подтвердил шеф с деланным воодушевлением. - Но вот на будущее надо будет принять на вооружение: натуральный инфаркт и никаких следов воздействия.
   Девушка немного обиделась:
   - Не утрируйте! - хотя и сама внимательно рассмотрела самое лучшее фото. - Не такая я тут и страшная. Просто ему сразу необходимо вбить в голову мысль о моём тотальном неумении пользоваться косметикой. Тогда можно будет привить мнение, что это именно он наставил меня на путь внешнего великолепия и женственно лоска. Тем самым он проникнется ко мне чувством тотальной собственности и будет более благосклонно потакать в будущем любым моим прихотям и капризам.
   На этот раз начальство переглянулось между собой многозначительно:
   - Слышал? А большинство мужчин, как привыкло поступать?
   - Как раз наоборот: вначале клюём на безукоризненный макияж, а после женитьбы настаиваем на воистину натуральном личике.
   Шеф чмокнул губами:
   - Значит, существенные сбои даёт твоя статистика, Казик! А если девочка и тут окажется права...
   - Ладно, раз я вам больше не нужен, - заторопился аналитик, - Бегу работать.
   - Что-то вырисовывается по детям?
   - Пока ничего конкретного, информация только начала стекаться в базу данных. Если что-то всплывёт, сразу поставлю в известность.
   Когда Теодорович ушёл, Александра попросил:
   - Если станет что-то известно, не забудьте и мне рассказать во всех подробностях.
   Павел Павлович задумчиво повертел в ладонях карандаш:
   - Оно тебе надо?
   - Надо! Уж лучше я от вас узнаю и сразу получу какую-то поддержку или приказ, чем мне что-то откроется во время работы с объектом. Честно говорю, сгоряча могу не сдержаться и пришибить. Почёму-то меня этот вопрос зацепил невероятно. Умом понимаю, что надо будет приказ выполнять, а вот внутренности все сразу замораживаться начинают. Не нравится мне такое...
   - Ха! Ей не нравится! - возмутился шеф. - А мне что прикажешь делать? Да только за такие пораженческие рассуждения я обязан тебя сразу снять с задания. Только самоуправства мне не хватало в таком деле всепланетного значения. Шурка! Ты эти глупые "телесные заморозки" бросай! А не то я тебя так прогрею от всей души, что ад раем покажется!
   Неожиданно девушка улыбнулась:
   - Ну вот, уже прогрели. Спасибо!
   - Не за что, подходи в любое время.... Ладно, давай вали отсюда и не мешайся под ногами. Поработай с бабушкой и введи её в курс всех последних деталей. Чувствую, этот Динозавр обязательно возжелает познакомиться с твоей единственной родственницей.
   Когда девушка ушла, руководитель конторы походил по кабинетам, понаблюдал за работой подчиненных, а потом, стараясь не привлекать к себе внимания, вышел через чёрный выход. Пройдя по неиспользуемому дворику, пересёк несколько коридоров и своим ключом отпер железную дверь первого этажа. Внутри оказалась небольшая, но очень уютная квартирка, единственным обитателем которой оказался щупленький, невзрачный паренёк лет восемнадцати на вид. Хотя если дольше к нему присмотреться, можно было ещё лет пять к возрасту добавить. Надев наушники, хозяин квартирки лежал с закрытыми глазами на диване и легонько дёргался от прослушиваемой музыки.
   Павел Павлович бегло окинул все детали в комнате, подошёл к выключателю и мигнул светом. Парень молниеносно вскочил на ноги, но рассмотрев гостя, вновь расслабленно завалился на диван. Без всяких приветствий разразившись короткой жалобой:
   - Подыхаю от тоски.
   - Вот и радуйся, есть для тебя очень интенсивная и опасная работа.
   - Убрать кого или как?
   - Похоже - всё вместе. Но задание будет невероятно ответственным.
   - Да что мне, в первой? - парень теперь уже уселся с явной заинтересованностью.
   - Хе, - озадаченно покрутил головой ветеран спецслужб. - Тебе предстоит следить за нашим агентом, которая раскручивает один важный объект. Твоя задача, если что-то пойдёт не так, как я тебя проинструктирую, или дам определённый сигнал, немедленно уничтожить...
   - Объект?
   - ...Агента! И учитывай: если она тебя раскроет раньше - не спасёшься, уничтожит сразу. Разоблачит объект - будет ещё хуже. Если сорвёшь задание - самый нежелательный вариант: возьмусь за тебя я.
   Лицо паренька перекосилось от попытки улыбнуться:
   - Ещё чего-нибудь страшней есть?
   Гость со вздохом посмотрел сквозь потолок и подтвердил:
   - А как же, конечно есть. Так как, справишься?
   - Куда я денусь! Когда приступать?
   - Через два дня. Сегодня вечером принесу все данные, деньги, ключи от машин и документы. Договоримся о связи. Всё остальное решай сам. С твоими рекомендациями, только тебе и браться за подобные дела.
   - Ваши наружники меня не выследят?
   - Обязательно. Но для всех наших ты станешь эзотериком, который улавливает и ведёт учёт всех эмоций. Так что носи на шее диктофон и время от времени наговаривай туда всякую чушь про цвета радуги в ауре объекта.
   - Проще не бывает, - пожал плечами паренёк, - Наговорю с три короба, язык без костей.
   - Тогда до встречи!
  
  

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ПОСЛЕДНИЕ УДАРЫ

  
   После возвращения из королевства Опалов, друзья с головой окунулись в текущие дела Вельги. Благо на ближайшие сутки Торговец оказался совершенно свободен от других миров, решив как можно тщательнее и масштабнее определить планы развития столицы на ближайшее время. А попутно и дать подробные разъяснения всех этих планов своему венценосному товарищу.
   И вот только после этих разъяснений, проведённых в кабинете с глазу на глаз, Бонзай Пятый смог осознать грядущее изменения не только в главном городе королевства, но и на целом континенте. Потому что королевство Ягонов, внешне так и продолжая скрываться под фасадом средневекового исполина, на самом деле скрытно и форсированными темпами планировать превратить в высокоиндустриальное, промышленно-развитое техническое государство. А прежнее лицо надо было сохранить по той причине, что основной заработок обещался вливаться в экономику из карманов туристов. Причём последнее утверждение не воспринималось молодым монархом совершенно и Дину пришлось на именно этот аспект потратить больше всего времени.
   - Да ты надо мной издеваешься! - возмущался самодержец. - Как может именно в Вельгу приехать богатый турист, (тьфу ты, и слово-то, какое вульгарное!) и потратить здесь хоть какие-либо деньги? Чем он здесь кроме тех самых стен любоваться будет?
   - О! Ты даже себе не представляешь, как уникальна и интересна всё та же твоя столица, - покачался Дин от восхищения всем телом. - Чего только архитектура здешних домов стоит. Я уже не говорю об отделке фронтонов, крыш, дверей, окон и просто стен, в которой органически совмещается белый кварцевый камень и тёмные породы дерева. А если ещё в начале осмотра выпить стаканчик вашего далийского...!
   - Ну, вообще-то у нас тут действительно красиво, - самодовольно распрямил плечи Бонзай. - Потому что из подобного камня все окружающие горы, нигде таких нет. Да и деревья здесь особенные, особенно породы с тёмной древесиной. Столетиями своего цвета и структуры не теряют ни на солнце, ни на морозе, ни под дождями.
   - Вот! И я подобного нигде раньше не встречал. Да только на торговле этой самой древесины твоё королевстве уже давно просто обязано было стать самым богатым на континенте.
   - Так ведь оно по твёрдости как камень, но и по хрупкости такое же. Хотя пока свежее - с ним можно работать. Но вот когда засыхает..., только на внешнюю отделку и годится.
   - Это тоже решаемо. Но вернёмся к туристам. Во многих государствах, подобных твоему, технические революции так кардинально преобразовали образ и основу всей жизни людей, что там рыцарские доспехи остались лишь в музеях и выставочных залах. А ведь рыцарские турниры, учебные бои, полномасштабные манёвры - это наиболее лакомые сценки из средневековья для урбанизированного, живущего в ядовитой атмосфере современного человека. Ты себе представить не можешь, с каким желанием и восторгом они будут платить немыслимые деньги за возможность побывать всё на том же рыцарском турнире или недельку пожить в натуральном замке гордого барона расположенного на неприступной скале.
   - Если ты так говоришь, то зачем нам тогда развивать промышленность? - вполне логично рассуждал молодой король.
   - Чтобы в любой момент дать отпор любому агрессору! Причём - на его территории. Ведь как только ты крепко встанешь на ноги, то на такой лакомый кусочек постараются ринуться все завоеватели скопом. Может и мои вмешательства их эффективно не остановят. Вот именно для этого индустриализация королевства Ягонов просто необходима. Но делать её придётся скрытно и незаметно. Стараясь не выпускать за границу ни технологий, ни лучших специалистов. Да и с внутренними шпионами теперь придётся бороться специально созданному министерству.
   - Но если всё-таки секреты станут ускользать? Например, в ту же Визенскую империю?
   - Не без того. Тотально обезопасить и сохранить все производственные или технологические тайны не удастся. Зато ты всё равно будешь с огромным отрывом двигаться впереди любых последователей, и твоё преимущество будет неоспоримо. Ко всему прочему придётся не только королевство Опалов сделать своими безупречными союзниками и помощниками, но и всех остальных. Причём так называемый "второй ряд" соседей - тоже. Все они должны быть кровно заинтересованы в неприкосновенности Ягонов во все времена...
   - Такое сотворить невозможно! - замотал головой Бонзай. - Не бывало такого в истории.
   - В вашей - не бывало. Но ведь мы сможем взять все самые лучшие наработки других миров, а уж там, поверь, мы отыщем самые лучшие, сказочные и невероятно действенные варианты любой модели развития отношений. И возвращаясь к твоим визенцам...
   - Ну, этих вообще никакие сказки не перевоспитают!
   - Не спеши высказываться так категорично. Согласен, есть там невероятные трудности, мне и одного посещения хватило чтобы понять: там творится нечто невообразимое. Но вот тем более интересно будет в том бедламе разобраться, и навести должный порядок. И ты поучишься, и мне опыта прибавится. Но там чуть позже. Вначале давай отправим гонцов в другие, более дальние королевства.
   - Зачем и куда?
   - Пусть пригласят в Ягоны самых лучших и талантливых зодчих. Пусть им посулят огромные деньги и те отправляются на новое место работы в Вельгу. Конечно, приедут единицы, из сотен приглашённых, но и этого для начала хватить. Когда их коллеги узнают про оплату и новые реалии данного места, то станут ломиться сюда колоннами и твои министры их будут трудоустраивать по мере необходимости за самые мизерные оклады. А вот самые решительные, те да, огребут деньжищ по полной. Это первое, что надо сделать немедленно. Второе: раздать концессии на строительство десятка кирпичных, цементных заводов, а также устройство нескольких гигантских каменоломен самым сообразительным и предприимчивым патриотам твоего королевства. Причём с таким условием: что как только созданные ими предприятия начнут работать качественно и бесперебойно, директора останутся гарантировано получать с прибыли производства определённый процент до конца жизни. Естественно - подготовив на свои места наилучших преемников. А сами будут переброшены на более насущные направления народного хозяйства с соответствующим повышением оклада. То есть все должны сразу осознать: ценными кадрами ты разбрасываться, не намерен, но и покоиться им на лаврах не позволишь.
   Рука короля уже тянулась дёрнуть за шёлковый шнур, ведущий к колоколу и тем самым собрать всех ближайших помощников, как шафик попросил:
   - Есть ещё и третье безотлагательное дело. Надо прямо сейчас послать по паре ловких разведчиков под видом купцов не только в Визенскую империю, но и к викингам. Пусть упорно и целеустремлённо собирают любую информацию. Например, сейчас нам не до "ледяных берсерков", но как только разберёмся с остальными соседушками, то и за северян возьмёмся. Найдутся подходящие ребята?
   - Если правильно поставим предстоящую задачу, то найдутся, - рассудил Бонзай. - Теперь они готовы умереть за свою родину и короля, а если узнают только о малой части перспектив, то вообще горы свернут.
   - Тогда зови гордость королевства Ягонов. Заодно и я с ними познакомлюсь более близко, а то лишь издалека взглядами обмениваемся.
  
   Когда все намеченные на первый этап дела были выполнены, парочка друзей наведалась на место рытья котлована под башню шафика. Работа спорилась, и с каждым часом набирала обороты. Выемка грунта в некоторых местах уже достигла глубины в два метра, а после вручения окончательных эскизов башни назначенным прорабу и мастеру, весь эпицентр постройки определился окончательно Правда прораб схватился за голову, после того как узнал соотношения мер длины и перевёл размеры в удобоваримое для здешних математиков состояние. Даже воскликнул:
   - Таких башен не бывает!
   На что Бонзай Пятый строго прикрикнул:
   - Ещё как бывает! Если господин шафик решил строить по самому дешёвому, типовому проекту, то представь, как будет выглядеть индивидуальная разработка более большого, раз в пять, здания. Представил? Ну а теперь с полным спокойствием продолжай рыть фундамент под это скромное жилище моего друга.
   Затем выбрались за город и подались на отметку в пять миль, от существующей крепостной стены. Там, взобравшись на господствующую высотку, Динозавр опять стал разъяснять перспективы будущих построек:
   - Примерно с этого места ты будешь потом обозревать весь город. Причём непосредственно из дворца к стратегически важным местам будут проложены тоннели, по ним рельсы для самодвижущихся тележек и ты будешь иметь возможность добираться куда угодно со скоростью урагана. Причём совсем необязательно, чтобы наказать врага, а скорей всего именно для удивления путешественников и гостей столицы в особо торжественных случаях. Конечно, будет это ещё не скоро...
   Бонзай старался представить себе то, что уже существовала на предварительных эскизах в натуральном виде и никак у него не получалось:
   - По нашим меркам и мои внуки могут не успеть подобное достроить при своей жизни.
   - Далеко ты забрался, дружище. Вот как только освободимся, я тебя обязательно прокачу в одно место, где я тоже затеял грандиозное строительство. Причём у меня там ведётся постоянная съёмка от времён дикого состояния природы, до сегодняшнего дня. Получится потом уникальный фильм, когда в ускоренном режиме просматриваешь движущиеся картинки всего возведения. Бываю я там раз, два в неделю, но за несколько лет половина города уже вступила в строй и приняла своих обитателей.
   - Тебя там, наверное, вообще уже за бога почитают?
   - Нисколько. Для подавляющего большинства я просто очень значительная и важная шишка в составе правящего совета и только.
   Король уже выглядел настолько заинтересованным, что и по сторонам не смотрел:
   - Тоже создаёшь в том городе рыцарскую вольницу?
   - Ха! Было бы здорово, но в том мире там этого и так сплошь и рядом. Скорей нечто из будущего, что удалось подсмотреть только в самых развитых мирах. Если хочешь, более подробно расскажу тебе на ужине.
   - Конечно хочу. И фильм просмотреть не откажусь. А то всё некогда...
   - Но твои ребята успевают?
   - А как же! Только и сидят возле твоего ноутбука и сутками просматривают те изображения, которые передаются с камер. Пожалуй, только для них это и стало работой, мне до сих пор движущиеся картинки кажутся нереальным наваждением.
   Обратную дорогу преодолели интенсивной рысью, поэтому было не до разговоров. Но уже поздно вечером, когда таки смогли выкроить время для лёгкого ужина перед сном, быстро поели и при десерте Бонзай напомнил про обещание:
   - Хоть в двух словах обрисуй свой строящийся город.
   - Не получится. Скорей и целого дня не хватит. Ты уже сам его на месте рассматривать будешь, дам тебе экскурсовода и он доходчивее, чем я объяснит. Лучше я тебе саму суть и предысторию поведаю, - Дин не смог сдержать зевка: - Если не усну...
   - Тоже не страшно, тем более что две девицы твою кровать уже проглаживают своими тёплыми тельцами, - подмигнул Бонзай, хватаясь за стоящий на столе графин. - А мы пока ещё чуток посидим под наше любимое далийское.
   - Как бы оно нам не опротивело от такого частого употребления, - проворчал Дин, но кубок всё-таки ко рту потянул. Освежившись вином, согласно кивнул: - Ладно, слушай.
   Как оказалось, чуть менее восьми лет назад, Торговец отыскал чудесный мир Зелени, в котором несколько тысячелетий царила эпоха развитого средневековья. Словно кто-то раз и навсегда законсервировал развитие тамошней цивилизации на уровне рыцарского кодекса чести и поклонения настоящего мужества для мужчин и непередаваемого очарования для женщин. Войн в мире Зелени практически не было, зато вся лишняя агрессия его обитателей утекала вместе с кровью на многочисленных рыцарских турнирах. Да и соревнования доблести и мужской силы проводились практически круглый год и небольшими перерывами на свадьбы.
   Основным гарантом стабильности в том мире являлась наибольшая по занимаемой территории империя Рилли, вот именно туда и зачастил гость из другого мира сразу после его нахождения. В первый год он тщательно присматривался, вживался в незнакомую среду и завоевывал для себя определённую нишу в довольно пёстром сообществе. Что оказалось довольно-таки просто по причине существования чуть ли не самого многочисленного купеческого сословия. В связи с обилием собственных, никогда ранее не виданных товаров, новый подданный Рилли вскоре стал вхож в любые дома наивысшей аристократии, а на второй год добрался и до личного знакомства с императорской семьёй. Благодаря этому знакомству Динозавру удалось попасть не только на юбилей, но и преподнести в дар самому могущественному лицу то, что лично для него ничего не стоило. Но зато подарок этот оказался по оценкам самого императора и всех историков чуть ли не самым значимым за обозримые тысячелетия.
   Конечно, возможности Дмитрия Светозарова в плане подарков были неограниченными. Начиная от спиннинга для рыбной ловли и кончая убийственным лазерным оружием из миров с развитыми техническими цивилизациями. Да только он в каждом конкретном случае старался сохранить любой найденный им мир в изначальной красоте и свежести и никогда без особых на то причин не форсировал неспешный ход цивилизаций к экономическому буму. Например, в том же мире Зелени до сих пор не существовало арбалетов, а значит, гость и не собирался об убойном оружии заикаться. Здесь никто не изобрёл порох, а значит и само упоминание о каких-либо салютах стало бы кощунственным. Здесь не додумались до парового двигателя и не знали электричества - значит основные виды продаваемых усовершенствований, заключались в новых червячных соединениях, которые использовались в ветряных и водяных мельницах.
   Об остальных контрастах, особенно в мелочах, можно было рассказывать сутками. Да и заработать при их модификации не составляло особого труда. Поражал высокий уровень повседневного быта. Например, даже такие не упоминаемые всуе предметы как унитазы и умывальники существовали в каждом доме, и делались из глины, подвергаясь вполне правильному печному обжигу. Правда фаянсового покрытия унитазы не имели и со временем начинали приобретать довольно непрезентабельный вид. Новые технологии покрытий, введённые в эту, казалось бы, не слишком привлекательную сферу людского бытия, сделали Торговца одним из самых богатейших купцов в империи. Его продукция, с непонятной для местных жителей аббревиатурой "DPS", за семь лет разошлась практически по всему миру Зелени. А об истинном хозяине самых прославленных фабрик по производству фаянса, знало буквально пару человек.
   Ну а к концу второго года посещений нового мира, настал и самый памятный день, пятидесятая годовщина со дня рождения правящего императора. Уже только само право сделать подарок, обуславливалось такими взятками и закулисной борьбой, что оставалось только диву даваться, как такое возможно в гордом и честном обществе воспитанном на рыцарских понятиях чести, твёрдого слова и истинной справедливости. Тем не менее, пришлось и этот путь преодолеть, хотя средства к тому времени позволяли сделать это практически безболезненно для толстенного кошелька. Да и личные знакомства всё-таки чего-то стоили. В том числе и непосредственно с семьёй юбиляра. Хотя справедливости ради следовало упомянуть, что действительно уникальные или удивительные подарки не зажимались службой предварительного просмотра. Некая высшая справедливость в мире рыцарства всё-таки существовала.
   Пикантность момента так называемого "дарения" заключалась ещё и в том, что император заранее выделял десяток премий за наиболее приглянувшиеся ему подношения, раздаривая их в ответ на десятый день после начала празднования. И наиболее высшим отличием считалось награждение графским титулом с выделением земли под будущее графство. Причём разрешалось выбирать любой участок, до сих пор ни кем не занятым и принадлежащий лично империи.
   Динозавр к тому времени осознал самое главное чудо этого законсервированного в рыцарстве мира. Оказалось, что здесь никто не болеет и почти все, кто не умер при несчастных случаях или не погиб на турнирах живут более ста лет. Исключения составляли лишь крайне тяжёлые, вернее сказать очень запущенные болезни, при которых и технически развитых мирах автоматически хирурги бессильно разводили щупальцами. Причём на Зелени даже сам видимый процесс старения начинается не ранее чем с восьмидесяти лет, а женщины вообще сохраняли репродуктивность до семидесяти пяти и могли рожать на своей "золотой" свадьбе здоровых и полноценных детей. Каждый обитатель этого мира мог в течении часа вылечить у себя начинающуюся простуду, за трое суток залечить открытый перелом, а общими усилиями их лучшие специалисты по травмам, вытягивали порой смертельно раненных рыцарей прямо-таки с того света. Таких уникальных способностей не имел никто и нигде. Но больше всего поражало и то, что обитатели Зелени имеют уникальные врачебные навыки поголовно, начиная с шести, максимум семилетнего возраста.
   И торговец бы перестал себя уважать, если бы не попытался разгадать эту феноменальную загадку. Но для этого были необходимы свои исследовательские лаборатории, свои корпуса под больницу и свои независимые экспериментаторы вместе с учениками и подопытными больными. Да ещё при этом построить это всё в строжайшей секретности от окружающего мира. Сложно. Тем более при отсутствии земли, то бишь - графства. Оставалось только выбрать надлежащий подарок. Тут долго думать не пришлось, на ум пришла древняя притча про персидского царя, который возжелал расплатиться за подобный подарок на Земле и был изрядно выдоен самим изобретателем. Поэтому сомнений не возникало: только шахматы. Потому что о подобной игре на Зелени не имели и зелёного понятия.
   Эффект превзошёл все ожидания, хотя при подношении юбиляр стал рассматривать подарок с некоторым недоумением. К его трону Торговец подкатил шахматную доску с расставленными на ними фигурами прямо на колёсиках, что было и удобно при транспортировке и довольно удобно для первой, показательной игры. Стараясь сразу заинтересовать самого могущественного человека этого мира, Дмитрий сразу приступил к объяснениям:
   - Ваше императорское величество! Данная игра называется шахматы и служит не только для развлечения во время культурного досуга, но и для улучшения умственной деятельности, развития умения абстрактного мышления, усовершенствования командной тактики и стратегии на поле боя.
   Последнее утверждение особенно заинтересовало юбиляра. И если до того он просто кивал в знак благодарности и всего лишь пару раз взял в руки подаренный предмет для ближнего осмотра, то сейчас впервые спросил:
   - Только на поле боя?
   - Не только. Умение мыслить абстрактно помогает решать и любые повседневные задачи.
   - Ладно, - соизволил разрешить император, который уже до того несколько раз встречался лично с набирающим обороты купцом, - Тогда расскажи нам, Торговец Дин, в чём суть данной игры.
   Гостю из другого мира оставалось только пересказать наилучшие методики Земли, но и тут он внёс маленькие усовершенствования:
   - Суть игры довольно проста, хотя для совершенствования в ней не хватит и всей жизни. Ибо в ней существует просто неисчислимое количество вариантов. Весь смысл борьбы заключается в том, чтобы за отсчитываемое вот этими специальными часами время поставить мат "императору" противника, загнав его в безвыходное положение. Поэтому именно вот эта фигура и является на доске самой важной. Ходит она и бьёт соперника в любую сторону, но только на одну клетку...
   При этом утверждении император с еле заметной улыбкой скосил глаза на свою супругу, которая со всем вниманием и заинтересованностью смотрела на шахматы.
   - ...Все остальные фигуры и воины первой линии обязаны защищать своего "императора" порой и ценой своей жизни. Каждая фигура обладает собственной мощью и свойствами, но более всех сильной и ценной является "императрица". Она имеет право ходить в любую сторону и на любое расстояние. Вот так...
   На этот раз императрица дернула уголком своих очаровательных губ и стрельнула насмешливым взглядом на супруга. Словно она и не сомневалась в собственной силе и несметной ценности собственной персоны.
   - ...Другие фигуры менее ценны и ими, как и воинами, принято порой жертвовать ради окончательной победы.
   - Да? - переспросил юбиляр, - А "императрицей"?
   - Тоже. Но, как правило, игрок старается это сделать только в безвыходном положении или таким образом, чтобы убрать в схватке "императрицу" соперника вместе с другой фигурой. Ещё предпочтительнее - с двумя.
   Самодержец не скрыл довольную улыбку, делая вид, что не замечает нахмуренную супругу. Тогда как Динозавр продолжал без единой паузы:
   - ...В том случае если игрок прозевает опасность и лишится своей основной защитницы, поражение ему уже практически обеспечено и остаётся только делом времени...
   Самая прекрасная женщина империи довольно вздохнула, хотя и могло показаться, что она презрительно фыркнула по какой-то своей непонятной прихоти.
   - ...Вот в этом буклете вы можете почерпнуть более подробную информацию о тонкостях игры и её незыблемых правилах. Хотя лучше всего первые несколько партий сыграть с инструктором для укрепления основных навыков.
   Имперский перст указал на среднюю полку столика:
   - А там что лежит?
   Дарящий с готовностью поднял один из предметов, который оказался сложенной шахматной доской в кожаном чехле:
   - Вы просто не представляете, как в таком случае страдают родные и близкие, не имеющие возможности и самим сыграть в эту чудесную игру. Поэтому эти, более мобильные и простые варианты шахмат вы можете раздавать по мере обучения кому угодно. Ведь вам и самому станет интересно одолеть очередного соперника в очной встрече и, как истинный рыцарь, вы ему предоставите все условия для тщательной учёбы на своей территории.
   - Хорошо, Торговец Дин, это действительно может оказаться занятной вещицей. Поэтому сразу после банкета вас проведут в мою комнату отдыха, и мы с вами начнём первую партию.
   - Слушаюсь, ваше императорское величество. Но осмелюсь предложить, чтобы на первом сеансе присутствовали и все желающие. Тогда вскоре у вас окажется любой выбор среди соперников. Конечно, если ваши близкие заинтересуются подобной игрой.
   Пятидесятилетний император, выглядевший не старше тридцати пяти, скосил глаза на свою супругу и та хрустальным голоском отчеканила:
   - Мы уже заинтересовались.
  
   В итоге, после длительного застолья Торговец Дин впервые оказался в святая святых имперской фамилии, в их личных дворцовых апартаментах. Спиртным на Зелени не злоупотребляли, поэтому на первую игру взрослые собрались только немного навеселе. Помимо дочери и сыновей императорской семьи, присутствовало ещё несколько человек, из которых в миру наиболее славился первый министр внутренних дел, дородный, мощно смотрящийся рыцарь восьмидесяти лет. Приходящийся юбиляру заодно и дядей по материнской линии. Хотя и сам император на его фоне отнюдь не смотрелся слабаком.
   Первый час игра и пояснение каждого хода с обеих сторон, шла только на одной, "подарочной" доске. Потом присутствующие разбились на пары и начался сеанс одновременного инструктажа. Динозавр со всей сноровкой успевал метаться между столиками, подсказывая, уточняя и разъясняя правила и утрясая мелкие конфликты среди заводящихся игроков. По истечении третьего часа он ушел и никто из всей остальной свиты толпящейся в кулуарах дворца не подумал, что увлечение непонятной игрой станет самой страшной болезнью вначале первой фамилии, потом всего дворца, а впоследствии и всей империи. Тем более что этапы этого пути в первые дни могли показаться очень печальными.
   На второй день знакомства с игрой передрались между собой наследники императорской короны.
   На третий сами венценосные супруги устроили скандал после мелкого недоразумения. В итоге они не разговаривали и не общались четыре дня.
   На четвёртый день с самим императором полез драться его дядя по материнской линии, с пеной у рта доказывая, что таких "рыцарей" он просто затаптывал в молодости конём, гнушаясь оголить на такого свой меч. Первый самодержец тоже в долгу не остался, в результате чего великая империя на пять дней осталась без своего министра внутренних дел, изгнанного в опалу в дальнее поместье. Хотя некоторые поговаривали что восьмидесятилетний рыцарь уехал сам, потрясая при этом комплектом шахмат в кожаном чехле, скопированной инструкцией и угрожая всё изучить досконально, а уже потом доказать кто здесь "старый плут и мошенник".
   На пятый день с огромным трудом разыскали и пригласили во дворец Торговца Дина. Дмитрию ещё повезло, что он наведался на Зелень раньше намеченного срока и успеть вмешаться в назревающие конфликты. Детей он помирил за один день, став их самым лучшим другом. Хотя и предположить не мог, что ровно через три года падёт жертвой мастерски подстроенного сексуального домогательства со стороны старшей императорской дочери. Благо хоть, что к тому времени она уже достигнет восемнадцати лет и по всем законам Зелени была вольна делать, что ей заблагорассудится.
   Венценосных супругов, удалось помирить за два дня пребывания во дворце. Ну а когда и министр вернулся к выполнению своих обязанностей, то все приближённые стали в один голос догадываться, кто получит главную премию за наилучший подарок. Даже самые неверующие прониклись, когда на десятый день со дня юбилея живой пример рыцарской чести сыграл со своим племянником несколько партий с истинно философским величием. Оба соперника показали олимпийское спокойствие и с завидной стойкостью реагировали на собственные проигрыши или неудачи в процессе игры.
   На следующий день состоялось завершение праздников по поводу юбилея. Во время ужина император провозгласил победителя и даровал Торговцу титул графа Дина Шахматного. Конечно же, с правом выбрать себе земли самостоятельно для собственного графства. Все немного подивились ответной просьбе новоиспечённого графа, прозвучавшей после положенной в таком случае благодарности:
   - Пока ещё выбор мне сделать не удалось, так что, нельзя ли отсрочить моё окончательное решение по поиску места?
   Император только отмахнулся:
   - Да ищи, сколько хочешь! Хоть..., целый год!
   А вот по прошествии назначенного срока, все выглядели просто ошарашенными. Ибо граф Шахматный выбрал самое, что ни на есть сумрачное, страшное и нежилое место на планете - Свирепую долину. Огромная по размерам, она располагалась в глубокой впадине между неприступных гор и оба её выхода с двух сторон служили только для одного: по немыслимым ущельям в долину нёсся ревущий ветер. Там он сплетался с густым паром в ствол полыхающего молниями торнадо и устремлялся в небо. А торнадо, в свою очередь расширяясь, поднималось гораздо выше уровня гор и в хорошую погоду серыми облаками разлеталось по всей империи. Тогда как в плохую и пасмурную погоду все горы укрывались единым саваном. Зимой ледяные сквозняки воздуха создавали своими потоками внушительный ледник в долине, но в течении лета этот ледник истаивал окончательно, благодаря более тёплому ревущему воздуху и массе тёплых источников термальных вод. Скапливающиеся при этом реки уходили под горы, в низко расположенную по сравнением с другими источниками мрачную пещеру, и выходили в никому неизвестных местах. То есть в Свирепой долине не существовало и клочка почвы: только голый камень, вода и лёд. Даже мох там найти не удавалось отважным исследователям, которые всё-таки рискнули пройти по ущельям, а потом со смертельными опасностями вырваться обратно против ревущего потока ветра. Соотношение уходящих в экспедиции и вернувшихся из них составляло десять к одному.
   Само собой разумеется, что император очень поинтересовался причиной такого выбора, и Торговцу пришлось отвечать:
   - Мне вскоре понадобится полное спокойствие для моих философских изысканий. Поэтому хочется быть уверенным, что никто из людей меня там не побеспокоит.
   Отшельников на Зелени уважали и ценили безмерно, что и было заранее рассчитано Дмитрием с максимальной точностью. Да и попутно избавляло от лишнего любопытства и неприятных вопросов. На которые не хотелось лгать. Свирепую долину ему и его потомкам закрепили в безраздельно пользование на все века. Только вот император не поленился уточнить:
   - Отныне к твоему титульному имени добавляется ещё одно слово. Так что, граф Дин Шахматный Свирепый будь достоин этой награды и с рыцарской жертвенностью продолжай служить империи!
   - Готов, ваше императорское величество!
  
   Динозавр закончил свой рассказ и коротко вздохнул:
   - Вот так я и стал обладателем долины, где в данное время строится целый город и рассаживают вокруг сады из самых экзотических плодовых деревьев.
   - Но там ведь лёд и нет грунта! - воскликнул в недоумении Бонзай. Вино он забыл подливать давно и теперь только крепко сжимал в своей ладони сухой кубок. Но его гость решительно встал:
   - Всё, сказки кончились и деткам пора спать, да и "грелки" наши наверняка давно дрыхнут без задних ног. Или ты забыл, что при дрожащих руках я твоего бешенного дядечку как следует, могу и не угостить из ружьишка?
   - Я ведь уже и не подливаю, - немного обиделся молодой король, - Хотя мой батюшка мог за отказ в ним выпить и зубы повыбивать. Я ведь только и прошу рассказать: как ты со льдами справился и откуда землю взял?
   - Ну вот, так и знал что с самодержцами пить вредно для здоровья, - засмеялся Дин от всей души. - Тебе ведь самому будет в сто раз интереснее возрождённую долину собственными глазами увидеть, чем сейчас полусвернувшимися от усталости ушами выслушивать. Так что обижайся, не обижайся...
   - Да ладно тебе, Дин! Никаких обид! Отправляйся на своё ложе, - Бонзай подморгнул товарищу и сам отправился к другому выходу: - Тем более что заснуть у тебя всё равно сразу не получится.
   - Ну-ну, - бурчал гость, передвигаясь к своей спальне по слабо освещённому коридору. - Я парень разборчивый, мне какие попало грелки не подходят...
  
   Судя по утреннему настроению, когда оба друга появились в малом трапезном зале, ночь прошла у обоих на отлично и недовольных в строю не наблюдалось. Скорей даже некоторая ленивая пресыщенность во всех движениях и словах проскальзывала. Молодой самодержец засомневался первым:
   - Не рано ли мы встали?
   - Может и так..., - стал рассуждать Дин, расслабленно откидываясь на спинку стула. - Мы ведь действительно намного раньше там появиться планировали, присмотреться хотели...
   - Так может того..., - обрадовался Бонзай. - Ещё на часик в люлю?
   Кажется, и его гость в какой-то момент был готов согласиться и вернуться в прогретую кровать, но потом решительно мотнул головой:
   - Нее! Не хочется потом опять новую засаду устраивать. Вдруг твой дядька ни свет, ни заря войско на ноги поднимет. Ведь наверняка захочет по чужой территории как можно быстрей проскочить, да до твоей шеи добраться.
   Теперь уже и монарх быстро настроился должным образом, как только про свою шею вспомнил:
   - Тогда поспешим, мой друг, и после нужных дел займёмся не менее нужными для наших тел забавами.
   На это шафик неожиданно улыбнулся:
   - А ведь существует у женщин такое имя: Забава. - затем решительно вскочил: - Ладно, давай облачаться в сюртуки.
   - Зачем? На той скале никто из лучников или арбалетчиков нас не достанет.
   - Ты знаешь, я вдруг как представил, что туда уже забрался какой-нибудь лихой разведчик-скалолаз и сейчас осматривает окрестности орлиным взором, то мне сразу захотелось напялить сразу два сюртука вместе с забралами. Ведь при нашем прибытии он может и в щели какой затаиться а потом и стрельнет в глаз ядовитой стрелкой, когда нам оглядываться будет некогда.
   Слушая его, молодой король уже интенсивно одевался в ничем не пробиваемую одёжку. Умирать не хотелось.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

СО ВСЕХ СТОРОН

   В последние два месяца Дмитрий Светозаров прямо физически ощущал постоянную слежку за своей персоной. И на этот раз чувствовалось, что за него принялись со всей серьёзностью очередные профессионалы и намерены копать до конца. Теперь группой подставных артистов не прикроешься и сказками о костюмированных маскарадах дотошных ищеек с собственных следов не собьёшь. Оставалось только одно: полностью прекратить все спектакли с эпохами и, так сказать, залечь на дно. Благо средств на жизнь хватало, стремиться к новым, интересным заработкам не стоило. Дела в других мирах шли уверенно и стабильно, а значит и частого присутствия там не требовалось, хватало инспекционных наездов в ночное время. Хлопотно, конечно, да и режим нарушается, но ведь всегда можно перехватить часик, два для сна и в середине дня. Благо рабочее время - не нормированное.
   Другой вопрос, что следовало в обязательном порядке разоблачить те структуры, которые начали за ним слежку. Составить для себя чёткую картину всей лестницы ретивых недоброжелателей и уже тогда предпринимать определённые меры. Если за ним следят сугубо уголовные элементы, то устроить несчастные случаи для руководящих звеньев труда не составит. После этого и все остальные сошки рассосутся в жизненном водовороте, словно мыльные пузыри. Совсем другое дело, если за него взялись государственные структуры. С подобной машиной справиться - задача почти непосильная. Да и стоит ли выводить из строя подобные агрегаты, которые по большому счёту всё-таки в большинстве случаев служат на благо остальных людей. Но вначале следовало узнать о следящих за ним силах более конкретно.
   По всем догадкам и размышлениям опасность пришла после гибели известного миллионера Кадагова. Он пропал над морем в своём персональном большом вертолёте и подозревали, что кто-то просто свёл с ним счёты. Но Дмитрий после смерти Леонида Тарасовича решил более тщательно проверить всю его предварительную жизнь, пытаясь более чётко определить круг общения покойного. И отыскал удивительный факт: несколько лет назад Кадагов остался без глаза. Что Торговца сразу невероятно насторожило, ведь он отлично помнил по личным встречам и беседам что со зрением у клиента всё в порядке. Тогда он стал рыться в биографии миллионера более тщательно и таки выяснил время, место, да и сам факт уникальной операции по внедрению в живой организм полумеханического глаза, совмещённого с видеокамерой. Да и про экранирующее веко разузнал. Вот и выяснилось, что хитрющий Леонид Тарасович наверняка заснял оба посещения других миров. Но если природные чудеса первого ещё можно было списать на гениально смонтированную сцену для посещения, то вот рыцарский турнир в империи Рилли, действительно мог стать большой проблемой.
   Бесспорно, устные рассказы ещё ничего не значили. Каким бы наблюдательным не был зритель, голословные утверждение про какие-то нереальные для Земли детали никого особо не тронут. А вот фильм, который можно покадрово изучить миллионы раз - совсем другое дело. Такое вещественное доказательство не спишешь на невнимательность или лишний стаканчик местного алкоголя. Если лучшие специалисты исследуют предоставленный материал, то со стопроцентной гарантией докажут, что иномирское изображение реально. И что самое неприятное - что это изображение "иномирское".
   Шума в средствах массовой информации не произошло, из чего следовало сделать выводы, что Кадагов перед своей смертью передал фильм не журналистам, а силовым структурам. Преступные группировки из числа заинтересованных - тоже не исключались. Поэтому Торговец принялся со всем тщанием, вначале подкапывать именно под них. Но те оказались далеко в стороне от его дел. Тогда Динозавр стал проверять все государственные структуры. Вполне естественно начав с общегерманской, Интерпола и некоторых контор на бывшей постсоветской территории. Здесь тоже положительных сдвигов пока не наблюдалось. Что заставляло изрядно нервничать по поводу безрезультатности поисков, но по большому счёту жизнь продолжалась, общественной работы хватало, да и для житейских удовольствий оставалось достаточно времени.
   Ну и самое основополагающее: как Торговец, Дмитрий Светозаров мог навсегда покинуть мир Земли в любое удобное для него время. С громом, молния и торнадо, но спрыгнуть с земного трамвая как и где ему заблагорассудится. Как бы это ни было в итоге и не прискорбно. Ведь после этого уже официально вернуться на родину будет невозможно, слишком уж усилилось видеонаблюдение во всех развитых странах, а менять внешность он не хотел. Да и жизнь в дикой африканской сельве его не прельщала. Но пока бежать было рано, наверняка его в любом случае попытаются вначале арестовать. Единственное, чего стоило опасаться, так это неожиданного убийства в спину. Но такой подарок от фортуны баловень судьбы старался исключить сразу. Ведь в жизни так много радостей...
   Но именно из-за этих радостей он и проверил в первую очередь и весьма тщательно своего нового соседа. Как ни странно, но Борис Бонке оказался парнем что надо. Причём не только не навязывался в компанию, но и сам к соседу в первое время относился очень настороженно и с подозрением. Что располагало в нему ответным, дополнительным доверием. Ну а умение Бонке не жадничать и со всей страстью предаваться блаженству с самыми прекрасными женщинами, вообще вызвало искренне уважение. Как бы ни досталось это крупное наследство мужику, но тратил он его с самой наибольшей пользой. Когда Дмитрий подсмотрел у соседа несколько его оргий с красавицами, то дал себе обещание подружиться с таким страстным прожигателем денег как можно быстрей. С подобным товарищем можно было бы и по другим мирам гульнуть со всей возможной бесшабашностью. А то совершать подобные вояжи в одиночку стало скучно, Бонзая в последнее время вообще стали держать ежовыми рукавицами, да ещё и под каблуком, и тому подобное стало нравиться. И как компаньон по бесшабашным холостяцким мальчишникам он уже не годился. Следовало срочно отыскать нового товарища и молчаливый, скорей всего и скрытный по натуре Борис Бонке подходил для этого лучше всего. Тем более что только такой истинный коллекционер коньяков и бренди возжелает испробовать лучшие алкогольные напитки и сможет адекватно оценить все остальные прелести других миров. Оставалось только довести тотальную проверку биографии нового соседа до конца и приняться за его финальную вербовку.
   Но вот тут как раз оно и случилось. В самый обычный день, на самом обычном катке, совсем обычным способом, прямо под ноги вывалилось это чудо. Причём вывалилось оно под ноги, а в итоге ударило по голове. Да так ударило, что вначале Дмитрий вообще видел только глаза девушки и первые десять минут действовал на резервном автопилоте. И только когда расслышал голос незнакомки, привычно мобилизовался, и решил: во что бы то ни стало прельстить эту серенькую, как он решил после первого часа знакомства, мышку.
   Первоначальный гипноз удивительных и невинных глаз, во время катания стал понемногу проходить. Вследствие чего закостенелый ловелас всё больше и больше превращался в уверенного мачо, уже явно представляя, как они вместе, сразу после катка отправятся в уютное местечко и займутся приятным сексом. Конечно, девушка выглядела немного растерянной и стеснительной, но эти эмоции Дмитрий смело приписывал своей неотразимости и величию. Избалованный вниманием принцесс он ничего другого и ожидать не мог. Тем более страшным оказался для него удар, когда он вдруг стал осознавать, что незнакомка собирается от него спрыгнуть. Да не просто спрыгнуть, а сделать это навсегда, не оставляя никаких нитей для продолжения дальнейших взаимоотношений. Имя у неё удалось вытянуть, но вот от большего она отмежевалась с самой неожиданной для такой скромницы решительностью. Только и удалось, что насильно впихнуть её свою визитку.
   Потом был безуспешный поиск и мрачное, раздражённое состояние. Причём настроение упало настолько, что даже два удачных столкновения с соседом и его давно ожидаемые приглашения повеселиться вместе, вызвали лишь досаду и неприятие. Только улёгшись поздним вечером в постель, издёрганный за день Светозаров стал успокаиваться и трезво анализировать:
   "Что это со мной случилось? И как это я умудрился отказать себе в знатной гулянке с новым товарищем? Ведь наверняка теперь Борис обидится и опять долго не будет смотреть в мою сторону. И поделом мне! Нашёл из-за чего расстраиваться! Самая обычная пигалица. Что толку, что она на Леночку похожа? Сестру мне это не вернёт, а значит.... Вот! Скорей именно поэтому я больше всего и расстроился, стал нервным и раздражённым. Подспудно вспомнил о сестре с родителями и превратился в рохлю, который упивается тоскливой жалостью к себе любимому. Печально? Ещё как печально! А тут ещё и эта пигалица вознамерилась свою девственность и неприкосновенность демонстрировать, вот я и сорвался.... И кому она хуже сделала? Ведь так и помрёт дуррой не обласканной, с неё станется. Как говорится, куплю билет на пароход, а сама поплыву баттерфляем! Ха-ха! Тоже мне ещё бабочка нашлась, а даже на коньках кататься не умеет. И одежды у неё явно из бабушкиного комода..., - некоторое время размышлений, жалость теснила раздражение, и наконец, победила: - Может ей бедняжке вообще носить нечего? Вот бы её приодеть, как следует. Да и причёску поменять. Косички, конечно, очень мило смотрятся, но ведь это - анахронизм. Да и личико можно значительно приукрасить. Такое создаётся мнение, что она ничего о губной помаде не знает. А вот интересно, если её завести в салон красоты, что из неё бы там сотворили? Вполне вероятно, что и визажисты бы её не спасли от серости. Но ведь порой и там чудеса случаются, а значит стоит попробовать.... Ага! Только с кем? Вначале эту пигалицу ещё отыскать надо.... А оно мне надо? Правильно: не надо! Тогда что делать? Так я и так уже это делаю: сплю. И перестаю думать о всяких глупостях. Перестаю..., перестаю..."
   Дмитрий повернулся на правый бок и несколько раз пошевелил пальцами ног. По его давнему убеждению подобное действо совершённое несколько раз в течении пары минут, очень помогало при попытках уснуть. Кровь при этом делала отток от разгорячённой переживаниями головы, и сон приходил с блаженным милосердием. Пришёл он и в ту ночь.
   Утро выдалось солнечным и оптимистическим, но глаза Александры всё равно всплывали в зрительной памяти Торговца, ассоциируясь с давно потерянной, но нежно любимой сестричкой. Поэтому отдохнувший разум придумал самый лучший выход из создавшегося положения: со всей страстью окунуться в работу. Тем более что срочных дел у председателя попечительского совета накопилось поверх головы, и уже через несколько часов ему и подумать про встречу на катке было некогда. Два дня прошло как в угаре, и только под конец это активного периода растерянное и милое личико незнакомки с пугающей ясностью вновь предстало в мысленном воображении. Виной тому стали двойняшки, с которыми довелось побеседовать в детском доме. Конечно, девочки уже в своём возрасте были гораздо красивее Александры, но вот нечто одинаковое объединяло их словно сестёр. Некоторое время Дмитрий так и не мог понять, что именно, и только подъёзжая после лихой езды по автобану к собственному дому, вдруг осознал связующее сходство со всей ясностью и прозрением. И в близнецах и девушке с катка сквозило одно самое главное: непоколебимый и настойчивый характер, вера в себя и ужасающая уверенность, как в собственных действиях, так и в собственной правоте.
   Что на первый взгляд выглядело парадоксальным. Особенно если соотнести девочек связанных между собой кровными узами и только волею превратной судьбы оказавшихся в детском доме, с сиротинкой, живущей с бабушкой. Ведь Александра ни в коей мере не вызывала по поводу себя мнение как о человеке сильном, уравновешенном и духовно несломленным. Скорей она напоминала прямую противоположность. И только сопоставляя в памяти слова и выражение лиц двойняшек, со словами и выражением лица Александры вдруг где-то из глубины души начинала подниматься уверенность, что эти три человека совершенны, идентичны по характеру. Но ведь такого быть не могло, потому что...
   Кое-чем перекусив на скорую руку и не желая больше перегружать желудок на ночь, Дмитрий улёгся в постель и ещё раз прошёлся по всей цепочке своих рассуждений. Вывод напрашивался однозначный: девушка с катка или тщательно скрывала свой внутренний мир, или, что скорей всего, и сама о нём ничего не знала. А что нравится любому экспериментатору больше всего? Правильно: работа с трудным материалом. Ведь если постараться и дать возможность серенькой мышке осознать себя как яркую, неповторимую личность, то во что может превратиться человек за короткое время? Подобный вопрос мог лишить сна кого угодно, но Динозавр и в эту ночь уснул с должным спокойствием и умиротворённостью. Потому что твёрдо решил с самого раннего утра заняться тотальным поиском зажатой в тисках воспитания девственницы. Правда пришлось при этом довольно грубо и беспощадно затолкать в самые дальние закоулки сознания низменную мыслишку: "Ну вот, нашёл для себя достойный повод, чтобы выпутаться из щекотливой ситуации. И гордость не пострадает: как же, не для трахания человека ищу, для познания сути мироздания! И стыда никакого не будет: ну не удался эксперимент, да и ладно..."
   Но ведь для того человек и совершенствуется, чтобы постоянно бороться с самим собою и побеждать в себе тягу к плохим поступкам, в зародыше давить в себе низменные желания отыскать в любом подвиге нечто грязное или пессимистическое. Слава умным предкам, Дмитрий Светозаров умел бороться с проявлениями собственной слабости.
   И с раннего утра развернул бешеную деятельность весьма специфического направления. Вначале наладил добровольную службу наблюдения непосредственно на катке, а потом ещё и начал массированный поиск по другим каналам. А когда в частном агентстве его заверили что девушку обязательно разыщут в течении недели, впервые за три дня радостно вздохнул, щедро расплатился и отправился к выходу.
   Поэтому трудно было передать словами то смятение и разочарование, когда выйдя из лифта и проверив пропущенный звонок, он осознал что по глупой случайности не смог минуту назад переговорить с Александрой. Как это и не было банально, но звонка от девушки он ждал подспудно все эти дни. Даже убийственный повод для встречи придумал: "Мне надо срочно дать эскиз надписи и рисунка на могилку бабушке, и я в страшном затруднении. Не подскажешь, какой выбрать?"
   По всем параметрам и расчётам, одинокая молоденькая девушка, имеющая единственного родственника, не имела и малейшего морального права для отказа. Да и строгое воспитание ей бы не позволило совершить подобное кощунство.
   "Но увы, поезд ушёл и теперь придётся ждать целых двое суток до встречи. Какой кошмар! И чем заполнить такие долгие, - Дмитрий взглянул на свои наручные "Картье" за двадцать тысяч евро, - Сорок пять часов? Хм! Может податься домой и кутнуть с соседом? Да нет, тот наверняка ещё долго будет обижаться и сегодня вряд ли согласится. А вот опять наведаться в фонд - будет самое то. Там дел хватит разгребать на года. Только вначале..., да, общий поиск следует отменить. Только за Ксанаду пусть послезавтра проследят, и обязательно впоследствии всё подробно по биографии Александры выяснят. Все-таки оперировать определёнными данными при эксперименте гораздо предпочтительнее, чем идти к успеху на ощупь. - От представленного зрелища, как он ощупывает девушку с глупыми косичками, Дмитрий еле сдержал радостный смех и сам себя осадил: - Да там и щупать нечего!"
   Приняв окончательное решение, Динозавр вернулся в сыскное агентство, сделал должные распоряжения, а потом помчался в офис благотворительного фонда. Взваленные на себя дела закрутили, придавили своими проблемами, но, тем не менее, давно привитой себе настороженности и наблюдательности Дмитрий Светозаров не потерял. Именно поэтому он несколько раз чётко ощутил за собой слежку и постарался всеми имеющимися у него средствами сделать как общёю съёмку полного плана, так и конкретных, наиболее подозрительных субъектов. Уже потом специальная программа постарается свести воедино все заснятые лица и сопоставить с имеющимися в памяти картотеками. Достаточно будет только появиться одной ниточке, как осторожненько за неё потянув, опытный Торговец запросто доберётся и до всего клубочка. Тем более что у него имеются такие возможности для этого, которые не снились всем разведкам Земли вместе взятым.
   На этой волне настороженности удалось обратить внимание и на излишнюю заинтересованность непонятными лицами его общественной деятельностью. Началось с того, что его коллега по фонду, старый и всеми уважаемый промышленник, поинтересовался:
   - У тебя всё в порядке? Нигде не нагрешил?
   - Если и нагрешил, то только при полном непротивлении всех сторон, - отшутился молодой председатель фонда, но это собеседника не остановило:
   - Опять начали все твои действия со средствами проверять. Да и не только со средствами. Я подумал, что это опять наши начинают очередные проверки, но нет, люди явно со стороны.
   Дмитрий беззаботно отмахнулся:
   - Пусть себе проверяют. Все мои действия на виду и скрывать мне нечего. Ничего не поделаешь, у людей разная работа бывает. Да и мне их деятельность совсем не мешает. Наоборот всегда приветствовал и буду приветствовать.
   Разговор себя исчерпал, но при дальнейшей работе с компьютером удалось наткнуться на несколько запросов, по которым выходило, что заинтересованность деятельностью председателя фонда явно повысилась в последние дни многократно. Причём никаких логических объяснений надумать не удалось. Оставалось только ждать более конкретных действий и уже тогда узнать, почему и кто заинтересовался всеми теми делами, которыми лично довелось заниматься Дмитрию Петровичу Светозарову.
   Да и не таким важным показались Динозавру очередные происки пока неизвестных деятелей. Гораздо более вдохновляло пробегающее в заботах время, и то, что момент посещения катка становился всё ближе. Ну а если вдруг и появлялись свободные минуты для раздумий во время дальней поездки, то самонадеянный экспериментатор употреблял его для предстоящей стратегии разговора и дальнейшей тактики развития отношений. Чего, вообще-то, никогда прежде в жизни не совершал. Всегда он любое свидание обыгрывал спонтанно, руководствуясь только внутренней интуицией и целеустремлённым напором.
   В этот раз всё следовало сделать не просто осторожно, чтобы не вспугнуть девушку ненароком, но и со стопроцентной гарантией перехода отношений не просто как между знакомыми, а как между любовниками. Причём переход отношений в постель следовало совершить как можно скорей, потому, что за собой Дмитрий уже давно отметил такую склонность: пообщался несколько раз с симпатичной женщиной и каким-то образом не удалось позаниматься с ней сексом, ну там дела помешали или другая женщина и всё! Больше к такой неудачнице ни духовного ни физического влечения избалованный ловелас не испытывал. Именно этого момента и боялся Светозаров больше всего: одно, два свидания и его интерес к Александре растает, словно дым под ветром. Тогда как по странному, томительному желанию ему очень хотелось соблазнить девушку, а потом ещё и продолжить с ней встречаться.
   К сожалению загнанная в дальний угол совесть не могла напомнить, что и с любой другой женщиной, единожды переспав, Дмитрий Петрович расставался с ещё большим равнодушием. То есть здесь было вполне уместно восклицание: "Они сами не знають, чего хочуть!"
   Как бы там ни было, но день первого свидания настал. И хоть как себя Динозавр не сдерживал и не выдумывал отвлекающие занятия, всё равно на катке оказался самым первым из всех посетителей. Может и хорошо, что так получилось, ибо начальные полчаса к нему стремился, чуть ли не каждый сотрудник Ксанаду с сочувствующими вопросами по поводу розыска. Всем приходилось отвечать довольно односложно:
   - Да, ваш коллега мне уже помог передать лекарство. Спасибо за беспокойство.
   Понятно, что никто не пытался выяснить конкретно имени счастливчика, который получил щедрые чаевые, но и расспрашивать дальше пропадал всякий смысл. С выражением досады на лицах служащие спешили по своим делам и только с некоторой завистью гадали, кто же конкретно из коллег умудрился получить обещанное вознаграждение. И когда некоторые из них сразу опознали искомую девушку, вышедшую из раздевалки, то лишь покривились при её виде.
   Александра появилась через два часа после открытия катка и была сразу осыпана по колено ледовой стружкой, вздыбившейся от коньков резко затормозившего возле неё Дмитрия:
   - Доброе утро! Правда, сегодня на улице жарко? Но из-за этого и контраст намного больше. Поэтому предлагаю проехаться для начала пару кругов со всей интенсивностью, чтобы лучше согреться. Саша, давайте руку, держимся крепче и..., поехали!
   Практически всё время говорил Светозаров. Тогда как девушка отвечала довольно односложно, чувствовалось её немалое смущение, Хорошо еще, что интенсивно раскатывающийся парень не задавал всяких глупых вопросов от подобия: "Как ты решилась на свидание?", до банального: "Как я счастлив, что ты пришла!". То есть с этой стороны опыт истинного соблазнителя пригодился. Но вот с другой стороны, только от одного созерцания личика Александры хотелось рассмеяться от всей души. Видимо впервые в жизни она решилась воспользоваться косметикой, и сделала это так неудачно, что порой на неё другие посетители засматривались настолько, что сшибали друг друга с ног.
   У Дмитрия даже мысль появилась заявить о непозволительности такого макияжа и без всяких затей настоять на его немедленном уничтожении. Но когда он несколько раз заглянул в огромные глаза, то сразу растерялся, как никогда в жизни. Он увидел там лишь безграничное доверие и желание хоть немножко понравиться. Если сейчас он посмеет хоть как-то её обидеть, то на дальнейшем знакомстве можно будет поставить жирный крест. Поэтому вместо порицания, последовало в лавине интересных рассказов и удивительных историй, лишь мимолётное поощрение:
   - Ты сегодня ещё симпатичнее выглядишь. Сама красоту наводила?
   Ответ последовал после радостно-заполошенного вздоха:
   - Ага, сама.
   Ну и как было выкрутиться из подобного положения? Ничего, такой бравый парень что угодно придумает. Разогнав свою спутницу до приличной скорости, динозавр вдруг споткнулся о невидимую выбоину и умчавшаяся вперед напарница немного неуклюже упала. Оставалось только затормозить возле неё так, чтобы ледяная стружка щедро усыпала обезображенное макияжем лицо. Причём макияжем наверняка самым дешёвым, потому, что всё потекло моментально.
   Вот тут и пригодился огромный носовой платок, лежащий для запаса в другом кармане куртки. Пять минут успешно преодолеваемого сопротивления и вот уже Александра осталась в своём натуральном виде с ярко нарумяненными от растираний щёчками. Парочка продолжила катание, а Динозавр пустился в длительные рассуждения о том, что макияж необходим лишь женщинам более старшего возраста. Тогда как молодым он вообще категорически противопоказан, вызывает преждевременные морщины, старит кожу, забивает поры и так далее, и тому подобное. И в подтверждение приводился свежий пример:
   - Ты только взгляни на себя в зеркало! Ты теперь уже бесспорно стала краше в пять раз! И я тебя просто умоляю, не вздумай отныне прятать свою истинную красоту под блеклыми искусственными красками, отходами химической промышленности. Ведь губная помада и туши - это явный яд для губ и самой чувствительной кожи вокруг век и ресниц.
   Вот такими и подобными восклицаниями Дмитрий старался убедить девушку в неуместности макияжа. Та мило смущалась и благодарила за комплименты. Но самое невероятное, что он и в самом деле был ошарашен видимыми изменениями. Невзрачное личико "серой мышки", словно по мановению волшебной палочки вдруг превратилось в утончённый и изысканный образ очаровательной симпатяги. Теперь Александра выглядела не то что в пять, а пожалуй и в десять раз прекраснее, чем даже при первой встрече. Из-за чего стало закрадываться подозрение, при первом посещении катка у неё тоже был нанесён макияж, но чуть поменьше и не так в глаза бросался. Но тоже очень неправильно. Из чего родилась одна хорошая идея:
   - Саша, я вот тут распинался про вред губной помады и всего что её сопутствует, но ведь существуют и такие, состав которых содержит в себе только натуральные продукты. Вот бы их на тебе попробовать! А?
   - Не знаю, - сразу насторожилась девушка, - Мне таких средств даже видеть не доводилось. Только в рекламе.
   - Ерунда, какая, - фыркнул прожжённый знаток косметики, - У меня есть знакомый визажист, который готовит артисток для просмотра в кино, кастинг называется. Так он такие чудеса из этой самой натуральной косметики вытворяет. Хочешь попробовать? А заодно и кастинг пройдёшь. Уверен, тебя сразу на любую роль возьмут.
   Никогда раньше такой приём не получал отказа. Да и какая женщина этого мира откажется добровольно от кастинга или возможности просто попытаться окунуться хоть раз в атмосферу киносъёмок. Да никакая! Тогда как Александра только сверкнула своими глазищами и безапелляционно заявила:
   - Никогда не соглашусь!
   - Э-э-э..., почему?
   - Мне бабушка рассказывала, что любая девушка только для начала артистической карьеры просто обязаны пройти через грязный секс со всеми подряд. Начиная от суфлёров и осветителей, и кончая главным режиссером и автором сценария.
   - Ну, зачем же ты так грубо, - пытался вновь перехватить инициативу в разговоре Дмитрий. - Твоя бабушка явно начиталась жёлтой прессы. К тому же если некоторые девушки имеют влиятельных покровителей...
   - Ага, - беспощадно перебила его уверенная в своей правоте девственница. - Тогда этим несчастным приходится заниматься развратом с теми самыми покровителями и его собутыльниками. И это мне известно не от бабушки или газет, а из первых уст. Довелось беседовать с одной такой несчастной красавицей. Как она мечтала стать артисткой! Как хотела нести в этот мир доброе и вечное! А взамен получила беременность неизвестно от кого, шрам на лице после пьяной драки и путёвку в муниципальный госпиталь для одиноких матерей. Зато меня успела убедить: всё начинается с первых кастингов. Или ты будешь спорить на эту тему?
   - Ни в коем случае! Тем более что я в этом деле полный профан, поэтому охотно поверю такому крупному знатоку нынешней киноиндустрии, как ты, - кажется возмущённая девушка не заметила некоторой издёвки, высказанной со смиренной улыбкой. К тому же следовало переводить опасный разговор в другое русло: - Зато вот в некоторых прекрасных сторонах нашего бытия, я готов тебе показать действительно некоторые чудеса. Ты любишь цветы?
   Опять, казалось бы, на такой беспроигрышный вопрос, Александра ответила совсем не то, что от неё ожидалось:
   - Не знаю, у нас дома растут только кактусы. Бабушка утверждает, что они тоже цветут очень красиво, только ни разу наблюдать такое чудо не доводилось. Может потому, что у нас там мало света?
   - Конечно! Для кактусов яркий солнечный свет просто необходим, - с радостным оптимизмом в голосе, подтвердил Светозаров, хотя мысленно побоялся даже представить, в каком таком месте надо жить, чтобы кактусы не цвели годами. Да и вслух пришлось высказать логичную заинтересованность: - Уж не в подвале вы живёте?
   - Нет, что ты. Просто бабушке дали квартиру внутри подъезда и все наши окошки первого этажа выходят в колодец внутреннего двора. Туда, где у остальных жильцов только кухни и кладовки выходят. А как завесят постиранным бельём все верёвки, так вообще, становится темно, словно ночью.
   "Ничего, скоро я буду о тебе знать всё! Вот тогда и подготовлюсь, как следует к любому обороту разговора. А пока..."
   - Тогда тем более предлагаю тебе посетить самое прекрасное место нашего города: розарий и цветочную оранжерею. Это в здании старого железнодорожного вокзала. Там только попадая в фойе, сразу оказываешься в сказке из умопомрачительных запахов. А когда начинаешь рассматривать красочные цветы, от калейдоскопа ярких сочетаний гам и оттенков вообще можно зрение потерять. Отправляемся туда сразу после катка!
   Последнее предложение прозвучало не в виде просьбы, а в виде утверждения. Что и заставило девушку настороженно задуматься. Хотя прозвучавшее согласие и выглядело немного странным:
   - Но я не хочу терять зрение.
   - По этому поводу можешь не переживать, - опять затараторил вздохнувший полной грудью Дмитрий. - Есть несколько вариантов на выбор, как не повредить нежный хрусталик глаза, пребывая в таком волшебном месте. Какой ты выберешь?
   - Как я могу выбрать, если не знаю ни одного.
   - В логичности рассуждений тебе не откажешь, - всё больше веселился Светозаров от приподнятого настроения. - Значит, по годам тебе можно смело прибавить возраст, скажем лет до двадцати четырёх. Но я почему-то всё равно уверен, что про таинственные способы ты сама ну никак не догадаешься. Спорим? Вот попробуй!
   Александра уставилась на него своими полными подозрения глазищами, в которых мог утонуть кто угодно. Немного помялась и проговорила неуверенно:
   - Ну..., например, там выдают специальные очки со светофильтрами. Угадала?
   - Пальцем в небо! - продолжал дурачиться разошедшийся ухажёр. Причём то, что он пытается шутить не вызывало малейшего сомнения. Поэтому девушка позволила и себе поощрительно улыбнуться:
   - Ладно, давай сочиняй дальше.
   - Сама сейчас увидишь, что все методы являются жизненными и имеют под собой самую реальную подоплёку. Первый способ сохранения зрения: ты закрываешь глаза на всё время визита и только слушаешь мои словесные описания того или иного цветка. Если мы при этом не упадём в заросли гигантских кактусов, то зрение останется неповреждённым.
   - Так нечестно! - воскликнула Александра с возрастающим смехом. - Ведь подобными измышлениями можно договориться до того, что зрение сохранится и в том случае если просто простоять в фойе древнего здания и элементарно просмотреть там видеофильм в чёрно белом изображении.
   Дмитрий от восторга закатил зрачки глаз вверх и захлопал в ладоши:
   - Феноменально! Мадмуазель, вы меня сразу победили одним выверенным и точным ударом. Такого способа даже моя буйная фантазия придумать была не в силах.
   - Да? Ну если так, то могу ещё подбросить несколько подобных инсинуаций! - воскликнула ещё больше порозовевшая девушка.
   - Я весь - внимание, мадмуазель! - застыл истуканом Динозавр, сдерживая непонятный трепет во всём теле. Первое свидание удалось и протекало, пусть и не по заранее составленному сценарию, но с крепнущей надеждой на окончательный успех.
  
  

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

УСТРАШЕНИЕ ВРАГОВ

   Устранение правящего короля Опалов прошло буднично и по-деловому. Словно дружная пара только подобным и занималась в последние годы. Памятуя о безопасности, сразу после прибытия тщательно обыскали верхушку скалы и успели закончить подготовку как раз к моменту появления из леса передовых колонн вражеского войска. Их главнокомандующий и в самом деле поднял своих подданных ни свет, ни заря, и как потом выяснилось, сделал это на радостях, после доклада разведчиков. Те перед самым рассветом принесли приятную новость о неожиданном отступлении "ледовых берсерков". Подробностей и причин такого поспешного отказа от агрессии никто не знал, но и проснувшийся король от такого факта не насторожился. Лишь выскочил из своего шатра и заорал на весь спящий лагерь:
   - Нам больше достанется! Подъём!
   И вот теперь армия западного соседа походным строем интенсивно спешила к столице королевства Ягонов. Одинокую фигуру, на ярко освещённой солнцем верхушке скалы, заметили сразу. Передовой отряд кавалерии даже окружил неприступное место, опознал личность местного монарха и даже попробовал пострелять из арбалетов по расслабленно сидящей на камне мишени. Да только с самого низу достичь попадания мешали минусовые откосы, а с дальнего расстояния болты еле-еле долетали до верхней плоскости. Когда со скалой поравнялись и фургоны с командованием армии, то предводитель уже знал, кто его встречает. Выдал приказ об остановке и соблюдении тишины и с помощью рупора стал выкрикивать со всей своей жёлчной язвительностью:
   - Племянничек, дорогой! Спасибо тебе за личную встречу, хотя право, не стоило так беспокоиться. Но раз уж решил меня порадовать, то давай, прыгай вниз, прямо в мои горячие объятия!
   И вульгарно расхохотался, словно давая разрешение для этого и своим подданным. Те отреагировали гораздо сдержаннее. Но не успел ещё смешок стихнуть, как со всей мощью оглушающих децибел на колонну обрушился ответный хохот Бонзая Пятого. От такого громкого голоса пешие воины непроизвольно присели, а половина коней встали на дыбы. Некоторые животные с диким ржанием понесли, сбрасывая своих всадников или переворачивая фургоны с провиантом и оружием. Отсмеявшись, король Ягонов хрипло прокашлялся и перешёл на протокольный тон объявления:
   - Жители Опалов! Сегодня на рассвете на трон вашего королевства взошёл потомок династии Льеров, мудрый и справедливый король Марио. Да здравствует король!!! - не дожидаясь ответной реакции на свои слова со стороны ошарашенных агрессоров, местный монарх продолжил: - Между мной и вашим венценосным правителем заключён договор, в котором Марио попросил меня не уничтожать его верных генералов и достойных офицеров, которые просто вынуждены были отправиться в этот поход, подчиняясь приказам. По другому пункту договора, мне дано право казнить самого главного агрессора, нарушителя мирного спокойствия между нашими государствами, прямо здесь. Да будет так!
   И под грохот разносящегося по окрестностям последнего слова, неведомая сила разорвала голову Барбо Ягона на кровавые ошмётки. Все кто не был отвлечён успокаиванием лошадей и видел этот момент, окаменели на месте. В том числе и все высшие командиры из штабного окружения казнённого. А громовой голос после небольшой паузы продолжил:
   - Казни подлежит и ближайший советник, духовный пастырь казнённого Барбо. Да будет так!
   Второй приговорённый стоял несколько неудобно для прямого попадания, но когда ему оторвало правую руку вместе с предплечьем, то дёргающиеся в конвульсиях останки смело можно было квалифицировать как покойника. Теперь уже всех генералов и сопровождающую знать проняло до самых печёнок. Кто-то рухнул на колени первым, а за ним последовали и все остальные. После этого громовой голос стал почти терпимым и участливым:
   - Всех остальных своих подданных король Марио Льер признал невиновными и ждёт с распростёртыми объятиями в столице Опалов. Поэтому возвращайтесь немедленно, чтобы успеть на празднества коронации. Счастливого пути! - Бонзай Пятый поднял руку для прощания, но тут же, с оглушающей строгостью, добавил последние наущения: - И не вздумайте сжечь ещё хоть одну избушку на моей территории! Или сломать хоть одно дерево! Вашему народу и так придётся отрабатывать немалую контрибуцию за нанесённый Ягонам ущерб. Кстати, казнённых преступников закопайте вон возле той рощицы.
   После этого опять уселся на камень, и некоторое время присматривался, как вскочившие на ноги генералы принялись разворачивать войско. К их чести они не стали делать громоздкие перестроения, а просто повернули весь строй по команде "Кругом!" и после оправки обмундирования и более громоздкого разворота повозок и фургонов, вдоль всей колонны пронеслась команда "Шагом, марш!" Через час на коней вскочила похоронная команда и устремилась по опустевшему тракту за своими товарищами. А возле маленькой группки деревьев осталось чернеть две совсем крохотные, если смотреть издали, могилки.
   Лежащий в удобной трещине стрелок, выбрался со своей отлично оборудованной позиции и уселся рядом с товарищем, который глядя на могилки, молчаливо раздумывал над судьбой своего кровожадного дядюшки. Посмотрел туда и Дин, после чего философски изрёк:
   - Вот так бы и заканчивались все агрессивные нападения.
   - Туда ему и дорога! - оживился Бонзай. - Ну что теперь? Проведаем Марио?
   - Ха-ха! Мне кажется, тебе не так с новым союзником пообщаться не терпится, как с остальным семейством пирожками позавтракать. Признавайся?
   - Тоже не откажусь. Но, - молодой король напустил на себя важность и озабоченность, - Составление нового договора - дело наипервейший важности.
   И действительно, в столице королевства Опалов оказалось не до пирожков. Тем более что и семейство нового самодержца пока ещё находилось в пути. Марио Льер чуть ли не каждые полчаса выходил на балкон дворца и выступал перед бурлящими толпами народа. Когда шафик кратко пересказал суть казни Барбо, эта новость тоже была оглашена народу и вызвала наиболее громогласный рёв радости. После пламенных речей, Марио Льер возвращался в тронный зал, где его со всех сторон окружали многочисленные посыльные и курьеры. В невообразимом гаме и столпотворении, на каждую срочную депешу монарху и только что назначенному канцлером графу Дьярти, требовалось дать не менее срочный ответ. Так что желанные гости и истинные спасители возрождённого королевства Опалов оказались не у дел. Ни о каком договоре в такой напряжённой обстановке не могло быть и речи. Поэтому оба друга просто удостоверились, что процесс стал необратимым и всё проходит под полным контролем Льера и его сторонников, кратко посовещались и отправились по другим своим неотложным делам. Тем более что огромное войско Визенской империи уже практически закончило подготовительные сборы и стало выдвигаться первыми колоннами в сторону Ягонов.
   Хотя сразу после возвращения в Вельгу проверили выполнение прежних распоряжений, роздали новые и отправились осмотреть работы, ведущиеся на котловане будущей башни шафика. Могло показаться, что бегущий им навстречу прораб только и ждал этого визита:
   - Ваше величество, верхний слой грунта почти весь снят и во многих местах мы добрались до пород с высоким содержанием железной руды.
   - Ну вот, мои подтверждения полностью подтвердились, - с удовлетворением констатировал Динозавр. - Вряд ли эта руда имеет высокое производственное значение, поэтому продолжайте работать в прежнем ключе. Вот только людей из котлована убирайте как можно быстрей только при одном подозрении на грозу.
   - Понятно, господин шафик, - кивнул прораб и продолжил с прежней тревогой: - Но дело в том, что не всё так просто с дальнейшей выемкой породы. Во-первых, она по оценкам наших кузнецов, очень даже рентабельна для выплавки чугуна и стали. А во-вторых, вся поверхность железонесущих руд напоминает собой намертво спёкшуюся корку и мы до сих пор не смогли прорубиться в одном месте более чем на один метр в глубину.
   Приблизились к тому самому месту, где с помощью кирок десяток часто сменяемых молотобойцев пытался прорваться на большую глубину. После тщательного осмотра прораб уставился прямо в рот шафика, словно оттуда сейчас вырвется разгадка таких странностей. И торговец оправдал надежды, с помощью куска кожи давая объяснения:
   - Вам знакомы тектонические подвижки земной коры? В общих чертах? Ну да, понятно.... Так вот это выглядит примерно так: две платформы сжимаются и выдавливают между собой порой очень высокие горы. Иногда это бывают и более простые вздутия в виде холмов. Происходит это очень долго, по геологическим меркам: десятки, а то и сотни тысяч лет. В данном месте когда-то и произошло такое выдавливание. Интенсивные дожди смыли грунт с верхушки, а частые грозы облюбовали это место для метания в него молниями. Неизмеримые силы электричества вонзались в породу с такой частотой, что получилось нечто наподобие гигантского горна. Железные соединения оплавились и срослись между собой. Вот и получилась непреодолимая преграда для орудий труда вашего технического уровня. Со временем платформы опять немного раздались в стороны, и железная гора просела на своё место. Ещё и грунтом вновь обросла. Но это не значит, что ради прибыли в кузнечном деле теперь придётся изуродовать всё столицу открытым карьером. Уверен, что здесь пролегает целая цепь подобных холмов и вскоре мы обязательно отыщем аналогичные залежи руды.
   Бонзай Пятый только порадовался такому объяснению, тогда как прораб больше беспокоился по поводу увеличившегося объёма работ:
   - На какую глубину может простираться эта оплавленная корка?
   - Сами посчитайте. Если в течении сотни тысяч лет сюда постоянно стекались молнии со всей округи, то..., - Дин пошевелил неопределённо пальцами, так как и сам не знал даже приблизительно предполагаемую глубину вязкого, оплавленного первого слоя. - Полтора, два, а может и все три метра. Как бы там ни было, но глубину в двенадцать метров, необходимых для котлована, всё равно придётся достичь. Разве что советую для ускорения проходки привлечь к работам всех мастеров кузнечного и плавильного дела. Они с подобными трудностями справятся намного профессиональнее. И расплачиваться с ними добытой рудой. Надеюсь, после этого процесс пойдёт намного быстрей. Да и казна королевская пополняться будет.
   - Хорошо бы! - обрадовался монарх. - Правда денег и так ни у кого в городе не осталось, но для начала пусть берут руду в долг, кто сколько возжелает. И расплачиваться потом могут сразу готовыми изделиями.
   - Понял, организую, - отчеканил прораб и, испросив монаршего разрешения, умчался выполнять новые поручения.
   Тогда как шафик с королём вернулись во дворец, наскоро подкрепились, и отправились искать подходящее место для спаренного наблюдения в далёкой столице Визенской империи. Таковое, по мнению Торговца, нашлось в верхней комнатке самой высокой угловой башенки. Туда вела только одна лестница, завершавшаяся люком, и именно это стало решающим для окончательного выбора. Свои рассуждения по этому вопросу Дин тоже не стал скрывать:
   - На люке мы устроимся на стульях. Через окна сюда тоже никто не проберётся, они закрыты мощными ставнями изнутри. Следовательно, нашим беззащитным телам никто не сможет угрожать в момент нашего подсмотра. Ты себе не представляешь, насколько мы беззащитны в данный момент. Любой предательский удар со стороны, и мы трупы.
   - Почему же мы в прошлый раз...?
   - Там мы находились на необитаемом острове. Да и на долгое время не отлучались. Тогда как здесь лучше перестраховаться. Сдвигай стулья.
   - Слушай, а у меня тут одна идея мелькнула, - зачастил словами король, придвигая свой стул и усаживаясь боком к товарищу. - Зачем мы всем телом присутствуем на месте казни наших врагов? Может быть лучше тебе взять свой пистолет, наклониться вперёд при наблюдении более основательно, да всадить в черепушку этого Константина Сигизмундовича несколько пулек? Как ты сам иногда говоришь: дёшево и сердито!
   Его товарищ разочарованно цыкнул губами:
   - Не всё так просто, Бон, как кажется на первый взгляд. Даже я до сих пор не изучил все свойства этого волшебного наблюдения. При подсмотре, в создаваемый переходной карман протискивается только голова и верхняя часть плеч. Ни единого миллиметра больше. В том числе и руку впереди себя просунуть не получается, я пробовал неоднократно.
   - Жаль...
   - Зато можно что-то другое! - воскликнул в озарении Дин. - И тоже мне несколько раз пригодилось, - он достал парочку тюбиков из кармана, - Вот, это краска, которой пользуются индейцы-охотники в моём мире. Да и бойцы специальных диверсионных подразделений. Мы себя сейчас постараемся разрисовать по самому пугающему образцу. Так что если нас и заметит кто, то по его реакции мы сразу обратим на это внимание.
   Вначале Торговец разрисовал короля, потом при помощи зеркальца, и своё личико. Получилось действительно впечатляюще, Бонзай не мог скрыть удивления:
   - В самом деле, при неожиданной встрече испуг гарантирован. Да и во сне такое привидится - можно и не проснуться.
   - Хорошо, накладываем руки и не забывай следить за моим нажатием пальцы при досмотре.
   - Но как мы попадаем в нужное место? - спросил Бонзай, прижимая свою правую ладонь к груди шафика. Но тот уже входил в транс переноса и только буркнул:
   - Долго рассказывать, как-нибудь позже...
   Стало понятно и без объяснений, что кто-то должен добраться на место подсмотра первым, хотя скорей всего и использует для этого спаренные силы закольцованных в единую систему организмов. И через пять минут синхронизация состоялась, а на десятой минуте послышался осторожный шепот:
   - Наклоняйся, неспешно...
   В следующий миг дыхание спёрло от запаха горящего воска и сжигаемых благовоний. Ну а что ещё собирается в самом верху большого помещения, которое только и освещается что многочисленными свечами, да густо-часто уставлено маленькими треножниками с углями. А на приподнятых решётках этих треножников тлеют самые разнообразные высушенные травы. Вначале хотелось раскашляться, но потом лёгкие слегка приспособились к такой душной атмосфере, а глаза и уши с интересом принялись вникать в ведущийся внизу спор. Довольно симпатичная дама, невзирая на некоторые свои крупные габариты, нервно расхаживала между далеко отстоящими друг от друга креслами и ругалась:
   - ...будет продолжаться? Моему терпению приходит конец, и я уже давно перестала верить в их лживые обещания! Пора и тебе перестать верить!
   Из дальнего кресла отозвался визенский император, портреты которого имелись во всех соседних государствах:
   - Ох, да я им тоже давно не верю...
   - Так почему же ты продолжаешь перед ними пресмыкаться?! - возопила женщина в гневе, останавливаясь перед стариком. - Или ты превратился в полностью лишённую воли марионетку?
   - Замолкни, Лидия! - вскочил на ноги Константин Сигизмундович. - И не смей мне дерзить! А не то...!
   - Что? Что ты мне сделаешь? - зашипела женщина, приближаясь ближе и своим немаленьким ростом, более чем на пол головы превышающим мужчину нависая над ним, - Прикажешь меня казнить за дерзости? Или вообще решишь принести в жертву? Вот уж они обрадуются!
   - Лидия, прекрати меня терзать..., - простонал старик, падая обратно в кресло и хватаясь за сердце. - Смерти моей желаешь?
   - Нет, желаю, чтобы ты вспомнил о своём императорском титуле и навёл порядок в собственной империи! Вспомни о матери: ведь она не цацкалась с этими ничтожными выродками, они у неё строем ходили и боялись криво глянуть в вашу сторону. Зато после смерти матери они за двадцать лет сумели полностью перехватить у тебя всю власть. Позор! Мать наверняка от стыда за тебя в гробу переворачивается.
   - Не знаю как, твоей матери удавалось ими управлять, - погрустнел от воспоминаний император. - И мне кажется, она просто не успела перед смертью довести до меня самую главную тайну создания этой церкви.
   - О! Ну, сколько можно мусолить одно и то же о какой-то тайне?! - женщина опять заходила размашистыми шагами по залу. - Вернись в реальный мир, отбрось эфемерную мистику и займись делом. Или ты хочешь все свои дела опять свалить на женские плечи? А ведь мы можем и взяться, правда?
   На этот раз она замерла перед другим креслом, в котором сидела всемирно известная своей уродливостью внучка императора. Почти лысая, неправильной формы голова, далеко выдвинутая вперёд нижняя челюсть и почти полное отсутствие губ, действительно делали её похожей на больную и неправильно развитую обезьянку. Сказать о том, что принцесса прекрасна, осмелился бы только совершенно слепой, потом что её ангельский голосок напоминал благостное журчание ручейка среди полуденного пустынного зноя:
   - Мама, ты ведь прекрасно понимаешь, что это невозможно. Нас и так уже практически оградили от всех рычагов власти и самое ценное - время, для ответной атаки уже упущено. Вот если бы я успела вмешаться лет пять назад...
   - Что теперь уже говорить..., - женщина покаянно упустила голову. - Тут я тоже виновата. Если не больше всех.... Но что теперь делать? Если бы мне удалось, то я готова ценой собственной жизни уничтожить хоть нескольких самых главных из этих кровопийц.
   - В том то и дело, что нас они к себе даже и близко не подпускают, - очаровательный голосок совсем не соответствовал со слышимой в нём вселенской грустью. - Теперь им со страхом подчиняются все исполнительные и судейские структуры нашей империи. С минуты на минуту я жду страшного сообщения, что и дворцовая гвардия изменит своей присяге и вместе с последним преданным полком примут кровавое причастие у архиепископов визенской церкви.
   Повисла мрачная пауза, которая прервалась стуком в дверь. И хоть как стук не был просителен и осторожен, все три члена императорской семьи непроизвольно вздрогнули, словно и в самом деле им предстояло узнать нечто для себя смертельное. И только когда после разрешения в зал вошёл крадущимися шагами один из приближённых, раздалось три облегчённых выдоха: маркиз Лишейн пока ещё не давал ни малейшего повода для подозрения в своей нелояльности. Статный красавец, достигший в свои двадцать шесть лет звания одного из наилучших рапиристов государства, сейчас был бледен, как никогда. Приблизившись к императору, склонился в приветствии и только после разрешающего кивка приступил к докладу:
   - Ваше императорское величество, новости неутешительные. Только что закончился тот фарс, который громогласно называют судом и участь барона Граните - решена. Его приговорили к казни. А всех его слуг и родственников к пожизненной каторге.
   От такого страшного известия женщины в похожем жесте схватились за щёки, не в силах даже вздохнуть, а сам Константин Сигизмундович глухо застонал. Единственная их тайная надежда на спасение решительного и смелого человека растаяла как снежинка под ударом огненно сгустка кипящей лавы. Ещё недавно барон Граните попытался собрать под свои знамёна всех недовольных существующим положением и начать войну с церковью. Причём действовать он начал с тайного согласия императора, хотя официально об этом не заявлял. Но не успел барон даже начать саму борьбу, как был предан, схвачен, доставлен в столицу и вот, скоропостижным судом приговорён к казни.
   Но и это ещё оказалось не всё. Трясущимися губами Маркиз Лишейн продолжил:
   - Ровно в полночь барона собираются казнить на жертвеннике центрального собора. Как сказали: для обеспечения победоносного наступления на Ягонов. Из городской цитадели его отправят под удесятерённым конвоем за полчаса до жертвоприношения
   Император после этого сообщения икнул от страха и забормотал, словно сумасшедший:
   - Кто...? Разве я не мог...? Но ведь такое немыслимо! Граните принадлежит к древнему аристократическому роду! Они не посмеют.... А-а-а.... Где..., почему я ещё не умер...?
   Тогда как дочь императора отреагировал совсем иначе:
   - Будьте вы прокляты, моральные уроды! - женщина в отчаянии воздела руки к потолку: - Почему, почему нет справедливости в этом мире?!
   Чисто машинально она несколько раз сморгнула, изгоняя из глазных впадин обильные слёзы, рассмотрела на своде между лепнинами два внимательно наблюдающих за происходящим внизу лица, и со стоном непритворного ужаса рухнула в беспамятстве на ковёр. Уродливая внучка императора, бросилась, прихрамывая к своей матери, и опустившись возле неё на колени, запричитала:
   - Мама! Мамочка! Что с тобой? Очнись, родная, чего ты так испугалась?
  
   Дальше Бонзай Пятый осознал что его буквально атакует болезненно чужой палец, надавливая на сердце со всей интенсивностью и подался резко назад. Некоторое время оба товарища интенсивно дышали, глядя прямо в глаза друг другу и восстанавливая равновесие. Дин оказался более тренирован:
   - Да что тут у тебя, величество, такое странное у соседей происходит? Чем ты занимаешься, и что творит твоя разведка? Тут война скоро грянет, войска в путь тронулись, а их император сидит во дворце и от страха трясётся! Не ты ли мне уши прожужжал, что этого старикашку надо замочить из пистолетика? Да ещё и с контрольными выстрелами?
   - Да я почём знаю? - стал огрызаться молодой король. - Это ведь ты уже там бывал и на принцессу любовался! Мог бы заодно и делом заняться. Сейчас бы ко мне претензий меньше было. Что ты там высмотрел в первый раз?
   Шафик немного смутился:
   - Ну..., я там заглянул в пару мест. На приёме чуток бестолковые речи послушал, несколько анекдотов в кулуарах про принцессу, а потом и на неё решил взглянуть. Она как раз в бани собралась идти со служанками. Но как только она раздеваться начала, так я сразу и сбежал оттуда поскорей. Не хватало мне ещё импотентом стать.
   - Ну это ты зря, поговаривают что внучка Константина телом очень даже ничего, невзирая на хромоту. А уж про голос вообще не говорю, хоть и первый раз слышал.
   - Да, мне он тоже понравился. Но что же там такое творится? Неужели никаких данных после твоего отца и брата не осталось? По твоим рассказам они разведку и сбор информации вели постоянно.
   Теперь сконфузился Бонзай:
   - Ты знаешь, мне все эти недели не до того было, чтобы их архивы пересматривать. Сам видишь: выспаться некогда.
   - Но архивы хоть целыми остались?
   - Обижаешь! Мой батюшка такие комнаты в образцовом порядке содержал. Меня, правда, туда не пускали...
   - Вот, наверное, потому там и порядок был, иначе...
   - Ладно, поспешим и почитаем. А то ведь мне и в самом деле было наплевать, кто там есть и чем командует. Только и знал, что представителей визенской церкви нельзя даже в королевство пускать и что они жертвоприношениями живых людей прямо на алтаре занимаются.
   - Стой! Давай вначале личики наши вытрем. Не то подданных сейчас не досчитаешься в живых.
   - Ох! - опомнился монарх, поспешно поливая из фляги с питьевой водой на носовой платок, - Вот бы нас угораздило...
   - Какое же они имеют право церковью называться? - уже спускаясь по лестнице, поразился Дин. - Это ведь натуральные сатанинские идолопоклонники.
   - Не знаю, как у вас, но у нас они себя церковниками кличут.
   Архивы оказались запечатаны ещё со дня гибели прежнего короля и его первого наследника. Но порядок и чистота поражали. Все стеллажи пронумерованы, картотека составлена, да и вообще все дела расположена ровненько, в алфавитном порядке. С первого взгляда становилось понятно, почему соседи побаивались отца Бонзая и его старшего брата: у таких людей всегда в кармане оставалось предостаточно козырей для бескровного выхода из самой затруднительной игры.
   Нашёлся и человек, заведующий архивами, который из патриотических побуждений не бросил Вельгу на произвол многочисленных агрессоров. С его помощью друзья вскоре имели для своего изучения шесть довольно вместительных папок с подробными материалами и со всей настойчивостью приступили к изучению новых данных.
   Как оказалось сорок лет назад тогдашняя молодая супруга только что взошедшего на трон империи Константина Сигизмундовича, вознамерилась по каким-то своим соображениям создать новую церковь. Да и муж её в этом не перечил, мол, чем бы не тешилась, лишь бы в дела империи не лезла. И двадцать лет вроде бы всё было внешне тихо и пристойно, патронесса новой церкви держала всё под своим жёстким контролем, зато после её неожиданной для всех и немного странной смерти, церковники словно взбеленились. За несколько лет они умудрились захватить всю светскую власть в государстве, а потом продолжили методично привлекать под своё крылышко высшие армейские чины и самых родовитых дворян. А лет десять назад вообще стали открыто проводить жертвоприношения в своих храмах. Утверждая, что делают это с самого первого дня своего возникновения и при полном разрешении почившей вбозе императрицы.
   Загадочной, и не до конца выясненной позицией оставалось и отношение ко всему этому самого императора. Имея к тому времени от единственной дочери единственную внучку, он по всем признакам почти самоустранился от власти. При этом доходили слухи, что сделал это под воздействием большой хулы, наложенной церковью, в результате которой и превратилась очаровательная девочка в жуткую и препротивную уродину, напоминающую обезьянку. Скорей всего кровавые архиепископы угрожали совершить нечто подобное и в отношении единственной дочери, так что деятельный некогда Константин Сигизмундович превратился в жестокого и злобного тирана. Потому, что именно от его имени теперь совершались аресты, вершились все суды, и проводились показательные казни. Ну и жертвы.... Наиболее рьяных противников начавшейся вакханалии казнили прямо на алтаре центрального собора.
   Выяснилось и несколько второстепенных деталей: маркиз Лишейн и барон Граните принадлежали к самым ярым поклонникам императорской фамилии. По крайней мере, из тех дворянских родов, что остались в живых. Саму внучку императора, по имени Лагуна, оказывается, пытались много и неоднократно лечить и поговаривали, что не совсем безрезультатно. На какое-то время голова девочки начинала преобразовываться в нормальный лик, но потом обязательно следовало резкое ухудшение и возврат к прежнему уродству.
   Как ни странно, во всех остальных листках выводов и донесений так ничего и не удалось найти по разгадке самой сущности визенской церкви. Только тот факт, что вся главенствующая верхушка обязательно собирается в главном соборе во время священных жертвоприношений. И эта деталь вновь ввела товарищей в ожесточённый спор, темой которого стал поиск того средства или метода, после применения которого удалось бы уничтожить этих выродков рода человеческого.
   Но сколько не сыпалось предложений с обеих сторон, все они упирались в непреодолимые трудности. Даже установленное где-нибудь перед центральным входом скорострельное ружьё в лучшем случае уничтожит пяток, ну десяток священников в окровавленных рясах. Остальные просто разбегутся по всему городу и вновь продолжат творить безобразия с ещё большей озлобленностью.
   Наконец дошло до того, что поздним вечером Бонзай Пятый в отчаянии вновь вернулся к системе подсмотра и предложил:
   - Дин, может ты бы смог взять свой пистолет в зубы и пострелять тех шакалов в большей точностью? А потом ещё раз, и ещё...
   Торговец хотел было огорчённо отбросить и эту версию, как вдруг замер и надолго задумался. А потом резко вскочил и запрыгал от возбуждения:
   - Ура, ура, ура! Придумал!
   - Как стрелять зубами?
   - Зачем стрелять? Это - нонсенс! А вот зубы мне очень пригодятся. Но отнюдь не для пистолета. - Дин показал свою белоснежную гордость любого дантиста. - Думаю, они выдержат.
   Бонзай слегка отстранился:
   - Уж не вздумал ли ты этим выродкам перегрызть горло: Каждому по-отдельности?
   - Не хватало мне только заразиться! Короче, ты двигай наверх в башенку и готовься к моей встрече. Заодно всех предупреди, чтобы не обращали внимания на повторный грохот и сотрясения. Думаю, два раза ради такого экстренного случая твой замок выдержит и не развалится. Я вернусь прямо в башенку через час, так что вполне успеем спасти того отчаянного барона Граните.
   - Однако...
   Но не успел молодой король высказать свои опасения, как Динозавр уже исчез прямо из помещения архивов. Лучше бы он это не делал! Всё внушительное здание затряслось, как припадочное, а мечущийся по замковым коридорам грохот повалил на пол всех слуг и доблестную рыцарскую охрану. Половина стёкол оказалась выбита, треть хрустальных люстр со свечами рухнула вниз, да и добрая четверть чайных и столовых сервизов оказалось раскрошено в мелкие черепки. Чего только стоило Бонзаю Пятому восстановить спокойствие да навести порядок, знали лишь его седые волосы, впервые появившиеся у него в шевелюре после этого случая. А ведь ещё пришлось доказывать всем переполошенным подданным, что повторное возвращение шафика к нему в гости тоже состоится с подобными земледробительными пертурбациями. Как они его послушались и добровольно покинули замок, он потом ещё долгие годы удивлялся. Как удивлялся и тому, что он бесстрашно взобрался в потрескавшуюся от предыдущего сотрясения башенку, задраил под ногами люк и со смирительным вздохом принялся ждать своего друга. Динозавр появился с не меньшим, а как многим показалось с ещё большим грохотом и сотрясением. Но зато в руке он победно держал нечто виде маленького баула с кожаной ручкой и радостно восклицал:
   - Ну, теперь мы этих сатанинских идолопоклонников по стенам размажем! Готов?
   Здание ещё покачивалось, а отголоски грома только начинали затихать над столицей, поэтому самодержцу только и оставалось, как шёпотом согласиться:
   - Если сейчас не провалимся вниз..., то готов...
  
  

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ДИН ДОБИВАЕТСЯ УСПЕХА

   Гость засиделся допоздна. Причем ни сама Александра, ни её бабушка Катаржина не спешили спровадить интересного, обаятельного и весёлого собеседника. Обеим было не просто приятно его присутствие, но и время убегало настолько незаметно, что хозяйки спохватились лишь после одиннадцати вечера. Бойко и молодо смотрящаяся на свои семьдесят пять лет пожилая женщина, наверняка бы обиделась, если бы кто-то посмел её обозвать старушенцией. Да и строгость в её тоне и поведении сразу предостерегали любого собеседника от непослушания. Поэтому когда семидесяти пятилетняя пани всплеснула ладошками и воскликнула:
   - Саша! Тебе ведь завтра рано на работу вставать!
   Дмитрий сразу понял, спорить и продолжать беседу бесполезно. Тем более что нужные номера телефонов уже были записаны, примерные планы на завтра определены, а знакомство окончательно переросло как минимум в крепкие дружеские отношения. День в этом отношении прошёл очень насыщенно и плодотворно. Оставалось только радушным прощанием оставить о себе самые благожелательные, незабываемые впечатления. По крайней мере, на бабушку, потому что Александра и так сидела довольная и счастливая, а её огромные глаза от полученных за сегодня впечатлений почти не закрывались от восторга.
   В маленьком, тесном коридорчике, Светозаров вначале старосветским образом поцеловал ручку девушке, пообещав при этом:
   - Завтра обязательно тебе позвоню! - а потом обернулся к бабушке: - Пани Катаржина, очень рад, что удалось с вами познакомиться. И огромное спасибо за угощения.
   - Да что вы, Димочка, - решила напомнить старушка. - Это ведь вы с тортом пришли!
   - В хорошей компании и сухарики вкуснейшими кажутся.
   - Вот именно! Благодаря вам, у нас получился замечательный вечер, спасибо большое! - растрогалась хозяйка. Но в следующий момент поразилась ещё больше, потому что гость на чистейшем польском языке ответил:
   - Цала пшыемношть по моей строне!
   За весь вечер говорили о чём угодно, но только не о том периоде, когда Динозавр с семьёй жил в Лодзи, и теперь добавочное положительное качество заставило старую польку пустить слезу от умиления:
   - Как приятно, прямо удивлена вашими знаниями, Димочка, - забормотала она на польском. - Но где вы так научились прекрасно говорить?
   - Обязательно расскажу в следующий раз. Или вы согласны продолжить чаепитие?
   Похоже обе женщины были не против, но внутренняя самодисциплина заставила их лишь вздохнуть на такое предложение. Бабушка решительно поджала губы:
   - Действительно, уже поздно. Но в следующий раз я обязательно напеку чего-нибудь очень вкусненького. Только пусть Саша заранее меня предупреждает.
   - Всё и так получилось замечательно, пани Катаржина!
   - Всего вам доброго, до свидания!
   Плотно закрыв после ухода гостя дверь, старая полька ещё некоторое время прислушивалась к удаляющемуся по внутреннему коридору подъезда звуку шагов и только потом повернулась к настороженной девушке:
   - Ушёл.... Идём на кухню, перекурим это дело, а то невмоготу уже терпеть.
   Несмотря на строгий запрет врачей, пожилая женщина так и не могла избавиться от укоренившейся привычки своей тяжёлой молодости, курения. Хотя и старалась делать это как можно реже. А тут ещё вдобавок и по работе возможность подымить исключалась: Александра после тщательного изучения объекта и всех его склонностей категорически запретила курить как себе, так и своей подставной бабушке. Ибо по наблюдениям Светозаров никогда не целовался с курящими женщинами. Не говоря уже о присутствии табачной вони в совместной постели. Следовательно, в их маленькой квартирке исключался даже малейший запах дыма, что нервировало старушку больше всего. Но уж сейчас выкурить сигаретку перед сном, она вознамерилась при любых обстоятельствах. Да и сама агент соскучилась по сигаретному дымку.
   Обе уселись за кухонным столом, возле открытого окна, выходящего во внутренний колодец двора, дружно закурили и приглушенными голосами приступили к обсуждению предпринятых за день действий. Хотя начала Катаржина с самого главного:
   - Ну и как твоё мнение: влип парень?
   Александра ответила не сразу, из чего стало понятно, что сомнения её терзают немалые:
   - Вроде как влип, и очень основательно, но.... Слишком он дёрганный, особенно когда на мою грудь поглядывает.
   - Зачем тогда тонкую футболку на голое тело надела? Соски так и торчали.
   - Вот именно поэтому, чтобы его кобелиную сущность проверить. И мне кажется, она в нём начинает преобладать над родственными и ностальгическими воспоминаниями. Чисто платонические чувства у него начинают вянуть. Этот самец вскоре перестанет думать головой, а будет всё рассматривать только через призму своего либидо. Так что придётся форсировать некоторые события.
   - Будешь ему отдаваться? - подобный вопрос своей внучке от любящей бабушки со стороны мог показаться верхом цинизма. Но женщины считали себя на ответственной работе, где многие моральные стереотипы полностью нивелируются.
   - Придётся. Хотя вначале я планировала протянуть хоть несколько дней.
   - Шура, может не стоит так спешить? Мне показалось, что он загорелся и будет хотеть только тебя.
   - Да нет, ба. - Александра сделал особо глубокую затяжку, и стала рассуждать: - Такой ненасытный в сексуальном плане мужчина не может без женской ласки и одного дня. Привык за долгие годы к излишествам и считает их простой обыденностью. И скорей всего даже измена любимой жене для него будет считаться вполне естественным и оправданным поступком. А в данный момент он и так несколько дней выпал из нормального режима и теперь ему сперма на мозги давит, как в перегретом паровом котле. По большому счёту я даже очень боюсь, что он прямо от нас подастся к каким-нибудь девицам, чтобы успокоить страдания своего тела. А это может разрушить все мои планы.
   - Ну если он так привык, то пусть себе сбросит пар на стороне. Причём здесь ваши отношения? Вряд лм он тебя при этом забудет, - Катаржина пригасила окурок и сразу прикурила от зажигалки вторую сигарету, добавив с явным превосходством: - Уж поверь моему опыту.
   - Ха! А у тебя, бабушка были такие парни? - прищурилась ехидно девушка.
   - Да нет..., если честно, таких оторв не попадалось. - Старушка тоже умела пользоваться сарказмом: - А у тебя таких сотня была?
   - Откровенно говоря, первый. И чёткого осмысления всех моих действий в голове вроде не наблюдается. Просто вот какое-то предчувствие, что-то и где-то далеко в душе неосязаемое мне твердит, что надо сделать тот или иной шаг. Именно такой, а не другой. Вариантов выбора нет никаких. И в данном случае я чувствую, что если Светозаров сорвётся на другие тела, то это может нас разлучить навсегда. Поэтому я просто обязана форсировать наше сближение. Пусть он лучше пользуется моей неумелостью и тешится моей девственностью, чем попадёт под пылкие и страстные ласки любой другой женщины.
   - Кстати, о девственности. Неужели получилось?
   - А ты сомневалась? Ха! Мне уже третий раз такую операцию делают. Ничего сложного и почти не больно, - поделилась впечатлениями Александра, которой как раз накануне сделали операцию по восстановлению девственной плевы. Для интереса дела она настояла именно на такой для себя легенде. Но старая полька никак не могла поверить в подобное:
   - В наше время о таком кощунстве и подумать боялись. Страшно себе представить, как обмануть этим можно...
   - Увы! Теперь двадцать первый век на дворе. Всего лишь девятьсот евро, и самая последняя распутница становится непорочной девой с беременностью на шестом месяце.
   Глядя как её старшая компаньонка истово, по католически перекрестилась, девушка тихонько, но от души рассмеялась. Потом жалостливо вздохнула и тоже закурила вторую сигаретку:
   - Эх! А вдруг она последней будет...?
   - Да уж, - бабушка строго поджала губы, - Теперь наверняка за каждым твоим шагом следить будут, а если к нему жить переберёшься, то вообще бросать придётся табаком баловаться.
   - Естественно. Тогда уже только и придётся, что разыгрывать из себя проснувшуюся от девственной спячки любвеобильную тигрицу, да постепенно но сказочно превращаться из гадкого утёнка в прекрасную лебедь.
   - Уверена, с этим ты справишься лучше всего, - Катаржина потянулась уже за третьей сигаретой. - Но хоть коротко расскажи, что ты с ним весь день вытворяла? Меня тут держали, конечно, в курсе, но только в общих чертах.
   - О! Сегодня был воистину прекрасный день! - Александра расслабленно откинулась на спинку стула и блаженно прикрыла глаза от накативших воспоминаний: - Когда я буду выбирать себе мужа, то буду ухаживания любого кавалера всегда сравнивать с сегодняшними. Только вот почему-то уверена, что в таком случае никто не сможет мне понравиться, а я так и останусь старой девой. Потому что превзойти Светозарова - дело безнадёжное.
   - Да-а, - с некоторой юношеской мечтательностью во взгляде подтвердила старушка. - Такой мужчинка может закрутить мозги намертво...
   - Ага. На катке он таким соловьём заливался. Что я с огромным трудом делала вид что задумываюсь над его предложениями. Хотелось просто бездумно кивать в ответ и глупо улыбаться. Вот бы нам такого в контору на должность штатного Жигало. Такому и мёртвую уболтать - труда не составит. Хотя...
   - Чего засомневалась?
   На лбу у девушки появились складки глубокой задумчивости:
   - Скорей всего такой как Светозаров работать ни по принуждению, ни за деньги в таком амплуа не сможет. Он всё делает на вдохновении и твёрдой уверенности в собственной правоте и безапелляционном превосходстве. У него получается всё. Но с другой стороны, если вдруг что-то пойдёт не так как его душечка желает, он может безжалостно перешагнуть через любую свою мечту и устремиться дальше, к ещё более несбыточным. Так что трудно понять, то ли его так жизнь балует, то ли он сам её под себя подстраивает как ему заблагорассудится.
   Рассказчица сделала паузу, в задумчивости уставившись на вазочку с печеньем, сердобольная Катаржина, поняла это на свой лад:
   - Проголодалась? Так я тебе сейчас чего-нибудь быстро...
   - Нет, нет! - с испугом перебила Александра. - Да у меня за сегодня и так наверняка килограмм лишний прибавился. Мало того, что торт вечером ела, так он и днём меня накормил...
   - Силой?
   - Да нет, гораздо хуже: личным примером. После катка мы немного прогулялись, а перед посещением оранжереи он заявил, что зверски проголодался и затащил меня в довольно уютный ресторан. Там его явно знали, потому что обслужили так быстро и качественно, что мне только позавидовать пришлось. Мне тоже, как я не отнекивалась, принесли большую тарелку с набором вкуснятинки. Я бы конечно сдержалась, но тут Дима стал есть. Ба, ты себе не представляешь, как это на меня подействовало. Он просто упивался обедом и делал это так заразительно, творчески и аппетитно, что впервые в жизни намереваясь только попробовать, я, глядя на него, слопала всю порцию. Напоследок ещё и горячий сырный пампушек заглотила вместе с соком. И только когда начали вставать, осознала что такое одышка и неудобства при беременности.
   - Может, стоило зайти в туалет и просто облегчиться? - осторожно предложила старая полька. - Есть ведь несколько способов...
   - Куда там! Он меня так заболтал, что я забыла, как меня зовут, и что я рядом с ним делаю. И тем более про тот момент, что ещё сидя за столом, намеревалась сбегать в дамскую комнату по-маленькому. Уже непосредственно в оранжерее я вспомнила об этом только из-за рези в мочевом пузыре, настолько мне приспичило. Ну и наверное оттого, что он рассказывал очень смешную историю. Согнулась от смеха, а разогнуться не могу! Представляешь? Чуть прямо на месте не обделалась...
   Обе разновозрастные компаньонки синхронно захихикали, словно две старые подружки. Разве что бабушка посерьезнела первой:
   - А он как на это отреагировал?
   - Чуть хуже не сделал: настолько испугался, что вознамерился схватить меня на руки и волочь в скорую помощь. И сели честно, успей он это сделать, я бы точно не сдержалась и опозорилась. А так я моментально представила себе мысленно самую опасную боевую ситуацию, мобилизовалась и вполне естественным голосом поинтересовалась, где самый ближайший туалет. Но шла я туда словно под пулемётным огнём: закусив губу и не дыша. Ощущение, словно меня уже подстрелили.
   - Со мной такого никогда не случалось, - констатировала Катаржина, - Правда и в руки я такого "болтливого ящика" никогда не попадала. Ну а потом? Вроде вы собирались на шариках полетать?
   - Ага. Он меня привёз на лётное поле, но как раз поднялся резкий порывистый ветер и мы на последнее воспарение не попали. Но зато Дмитрий, мне кажется, на следующий раз договорился о чём-то более необычном, потому что довольно интенсивно общался с заведующим ангарами и что-то незаметно совал ему в кармашек. Возможно в следующий раз прокатит на планере, ведь хвастался удостоверением пилота.
   - А ты не боишься?
   - Ха! Ну как можно бояться того, чего никогда не испытывала? Раз другие летают и не боятся, то уж подавно не последняя трусиха. А ты летала когда-нибудь на планере?
   - Не довелось, - грустно вздохнула старушка, - Хотя всю жизнь мечтала.
   - Так он и тебя прокатит! Только намекнём.
   - Ещё чего?! С моим больным сердцем только в облаках кувыркаться. А вот в молодости я жуть, какая боевая была, похлеще тебя.
   Александра недоверчиво скривила губу:
   - Участвовала в жутко рискованных соревнованиях по скоростному приготовлению пирожных?
   - И со ста раз не угадаешь, - совсем не обиделась бабушка, вновь прикрывая глаза поволокой воспоминаний, - Я ведь три года занималась мотокроссом. Выиграла несколько престижных соревнований. Гоняла как сумасшедшая: на тренировке меня никто кроме тренера обогнать не мог. Тогда ещё и девушки и парни соревновались на единых условиях. Эх...
   - И чем всё закончилось? Теперь девушка смотрела на старушку с восхищением.
   - Не повезло, разбилась довольно сильно. А пока лежала в больнице примчалась единственная из оставшейся в живых старшей родни тётка, да и порвала мои права и прочие документы на вождение. В те времена восстановить подобное было почти невозможно. Тётку я тоже боялась как огня. Так что..., оставалось только покуривать от безысходности.
   Некоторое время обе молчали, думая о превратностях судьбы, а потом бабушка посоветовала:
   - Да ты ложись, отдыхай. Я-то высплюсь, а тебе рано вставать.
   - Верно, пойду...
   - Ты хоть с работой освоилась? Вдруг детективы прямо к тебе на рабочее место запрутся?
   - Чего они там не видели? В крайнем случае, там всё в полном порядке, ни к чему не придерёшься. А через неделю и так офис закроют по сокращению, шеф шутит, что пора мне на другое довольствие переходить. Но в данный момент моё место работы никого не насторожит, всё как и положено для серенькой мышки. - Девушка встала, сонно потянулась и отправилась в спальню: - Всё, валюсь с ног...
   - Спокойной ночи! - пожелала ей в спину старая полька. Затем с сомнение взглянула на полупустую пачку сигарет, некоторое время ещё пыталась бороться с пагубной привычкой, а потом сдалась. Раскуривая сигарету от зажигалки, оправдывала себя бормотанием: - Подумаешь, одной меньше, одной больше.... От меня не убудет.
  
   А вот Дмитрий Петрович Светозаров эту ночь провёл ох как неспокойно. И причины подобного поведения Александра предсказала просто блестяще: виной всему оказались неукротимые гормоны.. Хоть поначалу Дин сразу улёгся в постель, даже душ не принимая, но после часа бесцельного переворачивания на постели, стал прислушиваться в собственному организму более внимательно. И быстро понял: нерастраченная энергия требует немедленного выхода. Если болезнь определена, лекарство от неё всегда найдётся. Тем более что средств Торговцу хватало на любое средство, пусть даже самое дорогое и капризное. Оставалось только решить: кого конкретно вызвать к себе домой по срочному тарифу.
   Оттягивая желаемое удовольствие, Дмитрий вначале решил составить полный список кандидаток и шутки ради стал набрасывать имена и прозвища элитных красоток на большом листе бумаги. Получилось довольно пространно и солидно. Ухмыльнувшись, стал подчёркивать приоритетные строчки, мысленно представляя упомянутое тело и прогоняя в воображении все любовные умения данной кандидатки. В итоге, когда пять наилучших женщин были отобраны, сексуально озабоченный Торговец потянулся за своим телефоном для начала дозвона. И совершенно случайно упёрся взглядом в стоящую на тумбочке фотографию.
   Мать сидит на большой деревянной скамье, которые обычно устанавливают в парках, и держит на руках женскую сумочку белого цвета. Молодая, обворожительно красивая и чуть загадочно улыбающаяся. Сзади неё и сбоку стоит, облокотивших на спинку скамьи, отец. Ему в тот момент тоже ровно тридцать четыре года, как сейчас Дмитрию. Выглядит отец свежо, подтянуто, уложенная по тому времени короткая причёска идеально обрамляет волевое лицо, на котором нет и следа весёлости. Да и взгляд довольно напряжённый, колючий, чуточку настороженный. Совсем иначе выглядит сестрёнка. Похоже, Лена только по прихоти неизвестного фотографа прибежала к родителям, обняла их за плечи и провисла между ними лишь для одной фотографии. Её щёки порозовели, ноздри расширены от еле сдерживаемого бурного дыхания, губки приоткрыты для готового вырваться слова. Ну и глаза. По какому-то совпадению именно глаза тринадцатилетней сестры оказались в самом центре всей композиции: полностью раскрытые, восторженные, блестящие, озорные и нетерпеливые. Уже не девочка, но ещё и не девушка. Ребёнок, который себя уже со всей ответственностью считает взрослой, но которая и через двадцать лет осталась для Дмитрия самой любимым человеком в мире, по которому он скучал чаще всего.
   Последняя прижизненная фотография. Или одна из последних. По крайней мере, именно так определило следствие. Уже будучи всесильным Торговцем, Дмитрий несколько раз пытался провести собственное расследование, используя в том числе и этот снимок. Весьма загадочный снимок, и никем не понятый.
   За спинами родственников виднеется кусок забора, глухого, метра под два с половиной. До середины он выложен из серого камня, выше надстроен подпорками листового железа. Подобных сооружений в Польше - чуть ли не каждое третье. Через верхний край забора свешивается на улицу гирлянда небольших по размеру жёлтых роз. Чуть левее матери виден великолепный бутон одиночной красной розы.
   Выяснить где была сделана фотография так и не удалось. Как ни спрашивали у всех знакомых или незнакомых людей, именно таких стандартных скамеек оказалось тысячи, как в общественных местах, так и на частных территориях. По заборам и розам, тоже никто ничего подсказать не смог. Надетая на семье одежда нашлась в шкафу и судя по ней и цветению приблизительно предположили и дату фотографирования? За две недели до исчезновения. Об этих нескольких днях тоже оказалось известно ничтожно мало Родители с дочерью куда-то были приглашены и поехали сами, тогда как Дмитрий приболел и остался в гарнизонной поликлинике. Скорей всего фотография могла и не иметь никакой связи с тем трагическим днём, когда облаченные по поводу пасмурной погоды родственники отправились на прогулку в ближайший парк, но так больше и не вернулись. Сына в тот раз не взяли только по причине его провинности, заставив учить школьный материал, за который он в тот день получил двойку. Но вот как снимок попал в письменный стол пропавшего офицера оставалось только догадываться. В те времена цветные фото не делались в мновение ока на современных лазерных принтерах, а уж тем более с плёночных фотоаппаратов. Следовательно отцец с кем-то встречался или получил данную фотографию по почте перед самой пропажей.
   Именно этот снимок и взял Дмитрий в основу своего личного расследования. Да только увы, ни на шаг не приблизился к разгадке той трагической истории. Хотя благодаря некоторым внеземным технологиям умудрился просмотреть весь огромный парк на глубину до двух метров. Результаты были, но совершенно к его родственникам не относящиеся. В двух разных местах ему удалось отыскать два разнополых скелета и анонимными звонками указать следственным органам на данные участки парка. Потом оставалось только лишь подсматривать за ходом раскопок и дальнейшим следствием, которое выяснило что тело мужчины, примерно сорока лет без видимых следов убийства было зарыто лет тридцать назад. Опознать останки трупа не удалось.
   Второе тело принадлежало без вести пропавшей девушке, которая исчезла лет за десять до пропажи семьи советского офицера. По всей видимости, несчастную жертву изнасиловали, а потом и убили, закопав на большую глубину и тщательно замаскировав все следы преступления. Следствие конечно по её делу возобновилось, но никаких результатов так и не принесло. Преступников так и не отыскали, да и вряд ли они могли быть связаны такими разными преступлениями.
   Поэтому Дмитрию ничего не оставалось делать, как свернуть и свои собственные расследования. Он решил разыскать для этого в других мирах нечто более действенное, чем те несколько приборов, которые он использовал при нахождении трупов в толще грунта. Потому что у него тлела надежда: если весь парк и его окрестности будут обследованы со всей тщательностью, то отсутствие тел может быть расценено как шанс того, что пропавшие родственники просто были похищены и вполне возможно до сих пор живы. Надежда слабая и основанная только на том, что ведь получил Дмитрий от кого-то в наследство свои необычные умения путешествовать по мирам, а значит, и другие Светозаровы могли обладать чем-то подобным. И если кто-то разузнал о подобном секрете, то мог пойти на что угодно ради приобретения подобного могущества. Причём не обязательно это могли сделать земляне, хотя и тут имелись некоторые нюансы и жесткие рамки для путешествующего между мирами Торговца. Оставалось их только исследовать окончательно, а как раз на это времени не хватало никогда. Разорваться на несколько ипостасей не получалось, а коллег пока отыскать не удавалось: по всем имеющимся у Дмитрия Светозарова данным - он являлся самым единственным и уникальным.
   Но именно этот факт и подталкивал к нелепой мысли, что его родственники могут оказаться живы.
   Словно выходя из гипнотического дурмана, Дин оторвался взглядом от фотографии, потряс головой, замечая, как лист со списком самых сексуальных красавиц соскользнул у него с колен и упал с кровати. Первой мыслью было нагнуться, поднять и таки воспользоваться зажатым в правой руке телефоном. Но ностальгические воспоминания сделали своё дело: навалившаяся апатия вызвала сонливость. Та в свою очередь напомнила об усталости, вызванной неостановочным брожением по оранжерее и интенсивным катанием на коньках. Потом мелькнули в голове приятные воспоминания об Александре и её приятной, хоть и довольно строгой бабушке, тело самопроизвольно скользнуло вниз под одеяло, а немеющие губы еле сподобились четко выговорить слово "Свет!"
   На следующее утро Дмитрий проснулся от ощущения чего-то тёплого у него на щеке. И только недоумённо покривившись, понял, что это солнечный луч достал его подушку. Глаза сразу раскрылись от удивления и уставились на часы: одиннадцать часов с четвертью! Так долго хозяин этого дома валялся в кровати лишь после полномасштабных ночных оргий, засыпая только перед рассветом. Но чтобы так проспать всего лишь после нескольких кружек чая и половины торта? Подобного пересыпа у такой деятельной натуры в жизни ещё не случалось.
   Поэтому Светозаров пулей вылетел из-под одеяла, дал команду "музыка!" и под рёв любимой роковой мелодии понёсся в душевую. А в двенадцать ровно он, идеально выбритый и с иголочки одетый замер посреди своей гостиной с телефоном в руке, усиленно размышляя: нестись сразу к месту работы Александры или вначале позвонить? С одной стороны хотелось увидеть её как можно быстрей, но с другой она всё равно работает до трёх и бесцельно торчать под окнами её офиса, действительно не было смысла.
   Казалось сама судьба сделала выбор телефон запиликал любимой мелодией а на экране высветилось имя Александры:
   - Да! Я тебя слушаю!
   - Привет! Как ты умудрился так быстро ответить? Только первый гудок начался.
   - Ты не поверишь, но я как раз держал телефон в руке и собрался набрать твой номер.
   - Вот здорово! - обрадовалась девушка. - Как у нас всё совпало. А у меня на работе как раз перерыв небольшой получился, всё начальство отправилось по какому-то поводу в кафешку и теперь имею возможность спокойно поболтать. Ты не против?
   - Да я только "за!" - обрадовался Дмитрий, плюхаясь в кресло и завязывая весёлый, ничего не значащий разговор.
   Он бы вёл себя совершенно иначе, если бы мог в данную секунду видеть сосредоточенное, напряжённое лицо своей новой знакомой, которое совсем не соответствовало произносимым её губками словам. Перед агентом стояло сразу несколько мониторов, на котором двигались картинки, а в другое ухо был вставлен наушник, по которому Павел Павлович вводил устную информацию и подавал надлежащие данной ситуации советы. Вся телефонная эпопея затевалась только с одной мыслью: проследить за реакцией объекта, а ещё точнее: не дать ему вмешаться в проводящуюся операцию.
   Конечно, если он вообще в данном деле мог быть замешан. А то, что дело обещало быть крупным и всемирно скандальным, сомневаться не приходилось. За последние двое суток совершенно независимые группы других спецслужб провели многоходовое расследование по самым подозрительным детям, в усыновлении которых принимал непосредственное участие председатель попечительского фонда Светозаров. И выяснилась печальная весть. Сразу троих, особо талантливых детей, можно сказать вундеркиндов, практически не существовало в их новом месте жительства. То есть формально они числились, и их родители даже получали официальную денежную помощь, но уже целый месяц их не видел никто. Мало того, что дети перешли на сугубо домашнее обучение, так они ещё и не появлялись на улице, не общались с другими детьми и не отзывались не телефонные звонки некоторых своих старых товарищей по детским домам.
   Помимо этого проверки доказали, что в подозреваемом доме прислуга уже не работает больше трёх месяцев, пожилая пара родителей закупает в магазинах ничтожно мало продуктов, а расходы газа, электричества и воды ну никак не соответствуют минимальным нормам проживания в доме пяти человек. Когда эти сведения оказались собраны воедино, как раз и наступило сегодняшнее утро. Ведя самое скрупулёзное наблюдение за домом Торговца и будучи уверены, что он спит, Павел Павлович, посовещавшись с Александрой и шефом аналитической группы, решил заставить клиента понервничать. Тем более что повод для этого был феноменальный, и ни на кого конкретно кроме соседей не указывающий.
   И операция началась. Подобранными голосами соседи подозрительного дома созвонились между собой, а потом из слов и от их имени была составлена жалоба, да и направлена в полицию. Пропажа адаптированных детей - дело чрезвычайное и правоохранительные структуры Германии отреагировали моментально: наряд их нескольких полицейских был немедленно отправлен для выяснения. И вот как раз в тот момент, когда автомобиль полиции остановился возле тротуара, ушлая агент и начала отвлекающие переговоры с Торговцем. Убивая сразу двух зайцев: и телефон его заняла, не давая созвониться соучастникам, и под слуховым присмотром его держала. Причём сама в этот момент находилась в крайне озлобленном и нервном состоянии. Вся проводимая операция ей очень и очень не нравилась, но ни единого веского возражения найти так и не удалось. Пришлось всё делать по указаниям шефа.
   А заодно внимательно присматриваясь через камеры и прислушиваясь через наушник к ходу всей операции. Трое полицейских довольно долго нажимали кнопку дверного звонка, пока им не соизволили открыть. Рослый мужчина около пятидесяти пяти лет встал на пороге и весьма холодно осведомился:
   - Чем могу быть полезен?
   Старший наряда задал несколько вопросов удостоверяющих личность хозяина и сверяясь при этом со своими бумагами. И только после этого перешёл к конкретной сути визита:
   - Нас послали проверить, чем занимаются усыновлённые вами дети. Пригласите их пожалуйста сюда.
   - И не подумаю, - отпарировал мужчина с неожиданным металлом в голосе. - По законам нашего земства дети, достигшие шестнадцати лет не, подвергаются оскорбительным проверкам со стороны контролирующих органов опекунства. Они сами имеют право подать любую жалобу, как в письменном, так и в интернетовском варианте. Не исключается и телефонный звонок. К вам поступали их жалобы?
   - Хм! Уважаемый, - полицейский старался быть вежливым, хотя и понимал, что подобный отпор дан ему неспроста. - Вы ведь понимаете, что мы хотим конкретно: просто увидеть ваших детей и убедиться что с ними всё в порядке. Иначе...
   - Вы нарушаете мои права неприкосновенности, - безапелляционно перебил его хозяин дома. - Поэтому дальнейшие с вами разговоры я намерен вести только в присутствии своего адвоката.
   - Никакой адвокат вас не спасёт от проведения в доме обыска.
   - У вас есть ордер от прокурора? - лицо опекуна налилось кровью. - Нет? Вот когда он у вас будет, тогда и являйтесь вместе с понятыми.
   Теперь уже рассвирепели все три полицейских:
   - Неужели вам так трудно позвать детей, чтобы они просто выглянули из дверей?!
   - Я всё сказал! - последовал высокопарный ответ. - Если вы не намерены применять ко мне грубую силу попрошу спуститься с моего крыльца и больше меня понапрасну не беспокоить.
   Дверь щелкнула перед самым носом раскрасневшихся хранителей порядка. К их счастью подобные вопросы решались в германии со скоростью звука. Достаточно им было по рации разрисовывать обстановку, как весь дом за четверть часа окружило со всех сторон ещё несколько автомобилей и теперь все с минуты на минуту ожидали прибытия распорядителя с подписанным прокурором ордером на обыск. Скандал разрастался нешуточный.
   Всё это время Дмитрий самозабвенно ворковал с Александрой, которая артистично сдерживала разгорающуюся у неё внутри ярость. Мнение про Динозавра менялось на противоположное со скоростью разворачивающейся операции. Если ещё совсем недавно она ему искренне симпатизировала, то уже сейчас была готова задушить собственными руками.
   Тогда как Пыл Пылыч оживлённо метался за стеклянной перегородкой и восторженно показывал сразу два больших пальца. Ему казалось, что объект вот-вот сядет на мель.
   Да только Торговец оказался парнем довольно предусмотрительным. Связаться с ним по телефону никто больше не мог, но такое простое, устаревшее устройство как пейджер, всегда имелось как у него, так и в распоряжении единомышленников. И во время разговора с девушкой он всё-таки догадался бросить взгляд на пискнувшее устройство. Как только он прочитал полученное сообщение, сразу вскочил на ноги и запричитал в трубку:
   - Ох! Сашенька! Прости, у меня тут потоп! Уже второй раз за последнюю неделю забываю закрыть кран на кухне, Ай! Мой ковёр...!
   И после этого выключил телефон. Ведь не объяснять же своей новой симпатии те неотложные дела, которые срочно требовали его личного участия.
  
   Тогда как раздосадованная Александра уже через несколько минут со злостью барабанила по столу невинным мобильным телефоном:
   - Не отвечает! Ну почему? Неужели что-то заподозрил?
   Шеф грузно подошёл к столу и по-отечески похлопал своего лучшего агента по плечику:
   - Ничего, не переживай! Пока он находится в доме и действительно мечется в районе кухни. Кажется, там и в самом деле небольшой потоп, - он взглянул на мониторы, - О! А вот и главные действующие лица прибыли. Ну-ка, ну-ка...
   Почти одновременно к дому прибыло сразу три автомобиля. Личный адвокат здесь проживающей семейки, помощник прокурора с ордером на обыск и начальник ближайшего полицейского участка с огромной дымящейся сигарой в мясистых губах. Видимо последний просто не смог удержаться, чтобы не вмешаться собственноручно в такое громкое дело.
   Переговоры начались ещё на ничейной территории. Адвокат ознакомился с сутью предъявляемых доносов, изучил бланк ордера и довольно равнодушно кивнул собравшимся понятым. После этого сам лично позвонил в дверь своего подзащитного, что совпало с весьма странным и редким явлением: с безоблачного неба послышался оглушительные предгрозовой грохот, а все здания содрогнулись от неожиданной вибрации. Задребезжали стёкла, кое-где протяжно скрипнули укрытые черепицей крыши и всё стихло. Недоумённо оглядевшись по сторонам, адвокат опят повернулся к двери и повторил манипуляции с кнопкой звонка. А когда та открылась, рассыпался в извинениях:
   - Господин Зденкер! Вопрос действительно чрезвычайной важности для вашей семьи и я бы настоятельно советовал вам показать усыновлённых вами детей немедленно.
   - Ну да, видимо придётся это сделать, а не то вы нам дом развалите до основания...
   - Это не мы! - стал заверять адвокат, но ворчание не прекратилось:
   - Прошу сразу приготовить от моего имени соответствующие жалобы, как на действия полиции, так и на безосновательные действия прокурора.
   - Но если бы вы, господин Зденкер соизволили показать детей...
   - Мы с женой их воспитываем как независимые, полностью автономные индивидуальности и поэтому никакого насилия над ними не допускаем! И другим не позволим! И если они не пожелали к вам выйти, преждевременно прервав свои медитации по йоге, то имеют на это полное право как свободные граждане германского государства. А теперь..., - хозяин взглянул куда-то вовнутрь помещений и даже позволил себе ухмыльнуться: - Ну вот, даже моя милейшая супруга не захотела беспокоить наших деток. Поэтому и вас прошу проходить тихо, без шума и толкотни, и после того как их увидите, требую немедленно покинуть мой дом.
   Кажется никто из желающих войти, не поверил браваде опекуна. Но какой-то такт и вежливость постарались соблюсти. Разве что начальник полицейского участка вёл себя шумно, нагло и вызывающе:
   - Сейчас мы тут разберёмся в вашей йоге!
   Один из понятых оказался агентом конторы и с помощью видеокамеры предоставил возможность наблюдать и слышать всю дальнейшую сцену. Хозяйка дома чинно и неспешно провела возмутителей спокойствия в другой конец внушительного дома, прижала палец к губам, напоминая соблюдать тишину, и после этого раскрыла обе створки вполне просторной комнаты переоборудованной под домашний спортзал. На циновках, лицами к двери восседали в позах лотоса две девушки шестнадцати и восемнадцати лет. Парню, которому по сведениям исполнилось недавно семнадцать, восседал ровно посредине между ними. Любой наблюдатель и в самом деле сразу бы признал в детях последователей аскетизма и воздержания, хотя их лица выглядели довольно свежими, упитанными и розовощёкими. Да только у бравого полицейского, который сейчас переминал пригашенную сигару в пальцах, вид невинной троицы вызвал неожиданное раздражение:
   - Мне кажется они совершенно неживые. Может они из воска? - заорал он и, громыхая своими ботинками, ввалился в комнату. - Эй, детки, вас что, здороваться не учили?
   Его руки потянулись к замершим фигуркам. Но те неожиданно качнулись вприсядку по полу и вскочили на ноги уже у дальней стенки:
   - Не прикасайся ко мне, урод! - завизжала на высокой ноте самая младшая из троицы. На этот крик к детям заполошенно ринулась хозяйка дома, прикрывая детей собственным телом и расставленными руками:
   - Что вам ещё надо? Прочь отсюда!
   - Хе! - полицейский мерзко оскалился, - У нас ордер на обыск всего дома и мы можем преспокойно его проводить без вашего согласия.
   - Вы в бога верите? - неожиданно для всех старшая приёмная дочь сделала шаг к этому активному и тучному полицейскому. Тот нисколечко не растерялся:
   - На подобный вопрос я имею право не отвечать.
   - А в "Минздрав" верите?
   - И без него обойдусь...
   - А зря! Ведь оно вас постоянно предупреждает: не курите! А вы так умудрились надышаться этой гадостью, что от вашего дыхание премерзкого вся комната прогонялась. Теперь проветривать придётся. Фу!
   Девочка говорила с таким пренебрежительным омерзением, что начальник полицейского участка словно стал ниже ростом, настолько скукожился. Хотя всё-таки попытался возмутиться:
   - Это моя личная свобода, курить, и никто мне не вправе запретить
   Дети тем временем уже открывали окна, но самая старшая так и продолжала сердиться:
   - Именно из-за этой свободы вы и пострадаете, заставив вашу семью в скором времени потратиться на ваши похороны. Ибо чёрные лёгкие уже начали гнить от разрушения...
   - Власта! - Неожиданно прикрикнул на девочку средний брат тоном приходского священника. - Не говори всяких глупостей!
   Тем временем и отец детей вдруг разъярился:
   - Ну что, всё высмотрели!? Теперь вон из моего дома! И чтобы ноги вашей больше не было на моей территории! А вашему хамоватому прокурору я обязательно доставлю неприятностей выше его бараньей головы.
   - Это ваше право, - со всей возможной вежливостью склонил голову помощник, доставивший ордер, - Но и вас прошу учитывать те обстоятельства, которые нас вынудили пойти на такой шаг. Ведь вы и сами любите детей и понимаете переживания ваших соседей.
   - Мы-то любим, - согласился господин Зденкер, глядя как полицейские униженно покидают дом, - Да вот только и соседей слишком хорошо знаем: не могли они на нас напраслину возвести.
   - Поверьте, мы обязательно проведём служебное расследование...
   Больше в конторе ничего ни увидеть, ни услышать не удалось. Примазавшегося к понятым агента, выпроводили из дома и вежливо поблагодарили за сотрудничество и желание помочь полиции. Затем и машины стали спешно разъезжаться, заполонившие перед этим все тротуары.
   В конторе от таких кадров Павел Павлович грузно плюхнулся в кресло и запричитал:
   - Облажались! Где-то мы что-то явно проморгали! Но вот что именно? А?
   Александра всеми своими силами и умениями сдерживала на лице грустное выражение, хотя на самом деле её хотелось радостно запрыгать на одной ножке. С некоторым недоумением осознав в себе причины такой радости, она пробормотала:
   - Не стоило так спешить и всё боле тщательно проверить...
   - Действительно, - со стонущим вздохом согласился шеф, но за собой личной вины признать не захотел: - И как всё-таки это парень сумел выкрутиться? Шурка, бери-ка ты его быстрей за рога и за... всё остальное.
   Девушка согласно кивнула:
   - Постараюсь, Пыл Пылыч. - А что ей ещё оставалось делать? Тем более что и сама она сегодня вечером собиралась довести свои отношения с объектом до самых интимных. Да только вот сомнения начинали терзать: как оно дальше будет? Удастся ли такого человека удержать при себе своими прелестями?
   И в этот момент зазвонил её мобильный телефон.
  
  

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

РАСПРАВА НАД САТАНИСТАМИ

   Пока товарищ усаживался на стул, Бонзай не спускал изучающего взгляда с незнакомого предмета:
   - Эта штука тоже пулями стреляет?
   - Лучше! В тысячу раз лучше. Этот небольшой на вид заряд при взрыве сравняет с землёй любое здание. По крайней мере, нечто в виде храма уже не будет подлежать восстановлению.
   - Не может быть..., - отвисла челюсть у молодого монарха.
   - Ещё как может! Вот смотри, - Дин аккуратно открыл продолговатую крышку, открывая стеклянную панель со светящимися символами. - Здесь настраиваем необходимое время, и устанавливаем таймер на пятнадцать минут. Десять нам понадобится для настройки подсмотра, а четыре с половиной - для ориентировки на местности. Продлил бы больше, но боюсь, что мои челюсти такой тяжести долго не выдержат. За пол минуты никто всё равно не догадается вынести "подарочек с небес" из храма. Перед тем как сбросить эту бомбу на преступников, я резко нажимаю тебе возле сердца три раза пальцем. Не вздумай задержаться хоть на мгновение, сразу подавайся назад. Понял?
   - А посмотреть, как этот взрыв произойдёт?
   - Можно, конечно..., но тогда это будет последнее, что ты увидишь в своей жизни. А чтобы ты получил более полное представление о силе производимого взрыва, я тебе вскоре продемонстрирую эффект наглядно, с безопасного расстояния. Теперь о другом и самом важном: нам ведь надо предупредить императора. Как ты думаешь, он начнёт действовать после новости об уничтожении основных сил своего врага?
   - Не знаю, ты ведь сам видел, какая он тряпка. Скорей его дочь за наведение порядка возьмётся и внучка.
   - Так вот, предупреждать придётся в любом случае. Для этого ты, после аккуратного отклонения назад из храма, замираешь в том месте, которое я называю безвременье. Запомни: ни в коем случае не двигайся резко, а то мы вновь окажемся здесь и потратим драгоценные десять минут для повторной настройки. Из Безвременья мне понадобится всего десять, пятнадцать секунд для того чтобы разыскать императора и зависнуть над ним.
   Молодой король засомневался:
   - Что мы ему скажем? Как его быстро убедить?
   - Всё будет зависеть от твоей убедительности. Узнает он тебя в лицо?
   - Скорей всего...
   - Тогда сразу начнёшь с короткого представления, - начал инструктировать Дин своего товарища. - "Я - Бонзай Пятый! Со своим шафиком пришёл к вам на помощь! Через пару мгновений будет уничтожен главный храм ваших церковников со всеми тварями, которые там находятся. Замрите и слушайте!" Ну и сам затихнешь. В этот самый момент рвануть должно знатно, по всей столице гул и вибрация пройдёт. А вот дальше уже будем давать наши подсказки по ходу дела и возникающих обстоятельств. Понял?
   - Чего тут понимать, - отмахнулся правитель Ягонов, - Только и надо, что за тобой как попугай несколько слов повторить.
   - Ладно, настраиваемся...
   Левой рукой шафик что-то нажал на панели управления бомбой, и отсчёт времени пошёл. Затем он вставил кожаной ручкой баульчик в зубы и проверил, насколько хорошо видна ему световая панель. Удовлетворительно мукнул и прикрыл глаза для пространственного поиска. Через десять минут товарищи оказались лицами под самым сводом центрального собора визенской кровавой религии. И чуть не задохнулись от смрада. Причина неприятных запахов заключалась не только в горении тысяч свечей, но и чего-то другого. Создавалось впечатление, что находишься на бойне, где кровь и фекалии разделываемых животных смешались с гниющими, полу обожжёнными костями.
   Давя в себе рвотные позывы, Бонзай услышал, как рядом с ним давится от подобных ощущений и Дин. А ведь товарищу было гораздо неудобней, попробуй он только кашлянуть, как баульчик со взрывчаткой преждевременно рухнет вниз. Благо ещё, что собравшиеся внизу человеческие отродья время от времени рьяно славили каждый лозунг, который подавал их духовный пастырь и судорожные прокашливания наблюдателей никто не заметил.
   - Весь мир должен нам подчиниться! - неслось с ярко освещённого амвона.
   - Да будет так! - хором отвечала заполнившая неф храма толпа.
   - Никто не смеет оказать нам сопротивления!
   - Да будет так!
   - И вскоре новая империя будет править всем миром! А первым нашим завоеванием на этом праведном пути станут Ягоны и Опалы!
   - Да будет так!
   К тому времени наблюдателям удалось хорошо рассмотреть и окровавленный жертвенный камень на месте алтаря, и подсохшие сгустки крови на примыкающих к страшному месту плитах. На нескольких рядом расположенных столах поблескивали навевающие жуть мясницкие топоры, несуразные по величине алебарды и прочие предметы для ритуального убийства. При виде таких кошмарных деталей последние сомнения в сущности творящихся здесь злодеяний испарились. Перевоспитывать или просто наказывать тюремными заключениями собравшуюся внизу мразь не было малейшего смысла. Только тотальное уничтожение.
   Как только Бонзай Пятый пришёл к такому выводу, как почувствовал троекратное нажатие пальца в на своей груди и осторожно подался назад до полной пропажи изображения. Только и успел заметить ухнувшее вниз тёмное тельце кожаного баульчика. В некотором безвременье он перебывал совсем недолго и после повторного троекратного нажима вновь наклонился вперёд. Теперь наблюдатели оказались в арсенале императорского дворца. И с первого взгляда поняли: император оказался отнюдь не тряпкой. В данный момент он предпринимал отчаянный шаг, вполне возможно заранее обрекая себя на гибель в неравном бою. Потому что отдавал как раз приказ бравому гвардейскому полковнику:
   - ...Любой ценой спасите барона Граните!
   Наблюдателям тоже мешкать больше было нельзя ни секунды, поэтому Бонзай Пятый громко и отчётливо проговорил приготовленное для императора сообщение. Тот, кому эта короткая, но пламенная речь предназначалась, задрал голову, глядя в потолок расширенными до невозможности глазами и был теперь похож за полного идиота. Не лучше выглядели и все остальные окружающие во главе с бравым полковником. И только когда до внутренностей арсенала донёсся неимоверный грохот, дублируемый ощутимым сотрясением, все немного вышли из оцепенения и стали переглядываться.
   Тут уже и Динозавр вмешался со всем своим напором харизматического лидера:
   - Раздумывать и удивляться некогда! Все детали мы вам расскажем во время подписания договора с Ягонами. Немедленно отправляйте один отряд на спасение барона Граните, а второй на развалины собора церковников. Добейте каждого, кто останется живым под обломками! Торопитесь!!!
   Последний рык заставил Константина Сигизмундовича встряхнуться как цепного пса и быстро отдать своим подданным несколько надлежащих распоряжений. Те тоже перестали удивляться увиденным чудесам и поспешили в разные стороны. Разве что несколько гвардейцев осталось охранять своего правителя.
   - Поднимайте немедленно весь народ и выводите его на улицы! - продолжал раздавать повелительные советы шафик. - Пусть они за одну ночь уничтожат всю заразу, потом это будет сделать гораздо сложнее.
   - Уже делается, - нервно улыбнулся согбенный от старости и проблем император, - Горожан выводит на улицы моя дочь.
   Сообразив, что дело оказывается сдвинулось с мёртвой точки в положительную сторону, Бонзай Пятый позволил себе более присущее обращение между венценосными коллегами:
   - Ваше императорское величество, мы рады, что наша помощь оказалась как нельзя более своевременной.
   - Спасибо..., - но Константин Сигизмундович теперь морщил лоб от недоумения, размахивая ладошками, то на потолок, то обводя ими вокруг своего лица: - А как это вы так..., здесь оказались?
   - Долго объяснять, да и вообще этими тонкостями лучше владеет мой приятель шафик. Сейчас более важно донести до вас новость, что в королевстве Опалов этим утром произошла сменяя правящих династий. На трон взошёл Марио Льер.
   - А-а-а..., как же твой дядя Барбо? - растерялся император.
   - Был мною казнён ранним утром за начатую против Ягонов агрессию. Теперь у меня с Опалами вечный мир, союз во всех сферах жизни и полное взаимопонимание. Чего и с вами желаю. Думаю, вы не откажетесь от прочного союза?
   - Э-э-э..., ну да. Конечно! - всё более оживлялся правитель Визенской империи. - Ещё бы! Мы ведь всегда и так жили мирно!
   Шафик, кашлянул, вмешиваясь в разговор:
   - Именно поэтому я спешу вам дать ещё два срочных совета.
   - Да, я вас внимательно слушаю.
   - Немедленно отправьте посыльных в начавшую своё движение армию и наведите в ней тоже должный порядок. Пусть на месте казнят ставленников кровавой церкви и возвращаются в казармы.
   - Да! Как же я мог забыть?! Сейчас распоряжусь...
   - Постойте! И второе: постарайтесь каждые полчаса выходить на балкон императорского дворца и выступать с надлежащей речью. Именно так делал с момента своего восшествия на престол Марио Льер и народ был в курсе всех новых преобразований. Польза от этого преогромная. Да и вы будете чувствовать пульс своих подданных постоянно.
   - Спасибо, так и сделаю! Но когда мы с вами увидимся в более, хм, адекватной обстановке? - Константин Сигизмундович неопределённо обвёл ладошками вокруг себя.
   - За стол переговоров сядем через несколько дней, когда у вас тут уже всё образуется, - пообещал его венценосный коллега. - Заодно и отметим это доброе дело.
   А шафик добавил:
   - Но поглядывать за вашей столицей пару раз в день будем обязательно. Мало ли какие силы вражьи вдруг откуда-нибудь выползут.
   - Если храм действительно завален, то остальных гадов мы и сами затопчем! - торжественно пообещал на глазах меняющийся император. Затем попрощался и умчался из арсенала: помолодевший и с отчаянным блеском в глазах.
   Только и осталось на месте недавнего собрания два гвардейца, не сводящих своих взглядов с выступающих из сводчатого потолка лиц. Бонзай почувствовал очередной сигнал к возвращению и подался назад. А когда они оказались в башенке осмотрелся и удовлетворённо простонал:
   - Уф! Пусть даже мне за такую победу пришлось заплатить собственным разрушенным дворцом, но результат того стоит.
   Его товарищ тоже внимательно присмотрелся к зигзагообразным трещинам, которые теперь змеились по всем стенам:
   - Да-а..., слабенькие у тебя царские хоромы. Того и гляди, что от сильного ветра рухнут. Шабашники строили?
   - Какие ещё шабашники? - обиделся молодой король за свой дворец. - Ему скоро триста лет должно исполниться и ни единой трещины нигде не дал! Пока ты тут громыхать не начал....
   - Слушай! - оживился шафик, от пришедшей ему на ум идеи. - А давай попутно с башней и тебе новый дворец возведём? Да не простой, а чтобы ..., - он помахал стиснутыми кулаками, - "У-ух" и "А-ах"!
   - Да я даже не знаю..., - Бонзай зябко повёл плечами, представив, во что подобное строительство может вылиться. - Ведь ни средств нет, ни людей, ни материалов.
   - А голова на плечах для чего? - Дин встал со стула и с некоторой опаской приблизился к стене, а потом и заглянул сквозь неё на улицу через самую широкую щель, образовавшуюся в башенке, - Всё равно ведь эта развалина больше ни на что не годится.
   - Так уж и развалина...
   - Мне тоже жалко, уж больно фронтоны и отделка красивая. Но легче новое построить с точной имитацией прежних орнаментов, чем старое отремонтировать. А люди у тебя будут, не переживай. Через месяц здесь станет не протолкнуться от желающих поработать на благо Ягонов и собственный карман.
   - И что я им в тот карман положу? Не говоря уже о том, что и кормить-то нечем.
   - Со средствами тоже проблем не будет, вот увидишь. Используем у тебя самые передовые экономические модели и варианты. Такие шаги в любом государстве за два, максимум три года приводят к невероятным достижениям. Причём мы постараемся и внешний фасад средневековья сохранить, и фундамент техническо-индустриальной революции незаметно построить. Сам не заметишь в хлопотах и беготне, как твоё королевство станет самым сильным в этом мире.
   Бонзай тем временем отодвинул стулья и всмотрелся в темноту убегающей вниз лестницы:
   - Не знаю, куда там придётся бегать и о чём хлопотать, но отказываться от буйного пира в честь победы над врагами, я сегодня не намерен. И тебя сразу предупреждаю со всей своей королевской репутацией: только посмей мне не составить компанию в застолье.
   Дин с предвкушением облизнулся:
   - Когда это я от таких посиделок отказывался? - потом поворочал языком во рту и что-то сплюнул вместе со слюной в сторону: - Тем более что мне надо срочно закусить и запить этот препротивнейших вкус крашеного дерматина. Краска губы разъедать начала, когда мы под сводами храма вынырнули, чуть на головы этим уродам не стошнило. Бе-е...!
   Хороший пример заразителен, поэтому когда Бонзай Пятый показался на балконе своего небольшого, по сравнению с соседскими королевствами дворца, то тоже огласил историческую речь. Конечно, при этом она старался не хвататься руками за покосившиеся поручни, чтобы вместе с ними не свергнуться на булыжники центральной площади, но и без этого обращение к народу, которого кстати собралось не так уж и много на то время, получилось патетическим, своевременным и как нельзя полным. Хоть и не учился он в прежние времена в своих лабораториях выступать таким образом, но нигде не ошибся, в нужных местах делал соответствующие паузы, а в должных местах исступл1нно повышал голос. Ну а то, что шафик ему подсказывал со спины, находясь возле выхода на балкон, так это для истории неинтересно и летописцы это не зафиксировали. Хотя некоторые реплики и следовало запротоколировать и потом ввести в школьные учебники:
   - О патриотизме своих подданных похвастайся! А теперь пламенно поблагодари за незаменимую поддержку в самую трудную минуту. Хватит распинаться! Теперь объявляй трехдневный пир во славу победы!
   Когда молодой монарх последовал последнему совету, на площадь с прилегающих улиц подтянулось уже довольно огромное количество горожан. И когда они услышали последние слова из речи Бонзая Пятого, то восторженный рёв опасно пошатнул потрескавшееся здание дворца.
   Ну и..., как говорится в сказках, начался пир горой. Хотя особых гор в связи с очевидными трудностями не было, но трезвым или неудовлетворённым в Вельге в ту, и последующую ночи не осталось. Да и днём пиршество и гуляния продолжались. Из-за чего вполне естественно никто и не работал. Праздники - так праздники.
   Разве что самодержец вместе со своим другом шафиком несколько раз в день после похмелья уединялись в башенке и проводили, так сказать, инспекционный осмотр соседних государств. Но там и без их вмешательства всё происходило должным образом. Король Опалов вообще проводил празднества без единой капельки пролитой крови, потому, что весь народ воспринял смену династии с восторгом и облегчением. Среди дворянства и высшего генералитета тоже не нашлось желающих усомниться в законности новой власти. Особенно после того, как распространились со всеми деталями новости о казни Барбо Ягона его племянником.
   В Визенской империи события происходили гораздо драматичнее и кровопролитнее. Особенно много жертв собрала Смерть в первую ночь Зачистки, как её назвали впоследствии. Потому что обозлённый народ с беспощадным гневом истребил всех, кто хоть каким-то образом оказался причастен к низвергаемой церкви. А таких в столице империи оказалось необычайно много: четверти населения впоследствии недосчитались государственные переписчики. Неуправляемый вал оголтелого насилия прокатился также и по культовым строениям церковников, их личным поместьям и прочей недвижимости. Тут уже остановить толпу не удалось, разве что пытаться хоть как-то смещать удары слепой ярости от невиновных. Чем и занималась дочь императора Лидия. Уродливая внучка Лагуна, прикрывшись на лице маской тоже оказалась в передних рядах идущих на штурм и личным примером, размахивая окровавленной саблей поддержала штурм засевших в пригородных казармах сепаратистов. А когда штурм завершился, девушку, получившую к тому времени два вполне ощутимых ранения восторженная толпа понесла на своих руках в центр столицы. И вот там, взобравшись на какую-то возвышенность, героиня Зачистки, не снимая маску, произнесла свою первую общественную речь. Причём сделала это на удивление ёмко и коротко:
   - Визенцы! Пусть моя внешность ужасна и пугает наших врагов, но моё сердце принадлежит вам и готово ради вашего блага испепелиться до последней капли крови!
   Когда Лагуну доставили во дворец, вся столица уже была практически в руках приверженцев законно правящего императора. Потом правда, ещё несколько недель по всей Визенской империи продолжались локальные сражения с остатками банд сепаратистов, штурмовали замки спрятавшихся лордов-предателей и рушили настроенные кровавой религией монастыри, но это уже не требовало вмешательства всесильного и вездесущего шафика Дина и его друга, молодого короля Ягонов Бонзая Пятого.
   И первые три после победы они ушли в глубокий загул. Причём настолько глубокий и порой далёкий, что потом ещё долго самодержец замирал с отвисшей челюстью, вдруг выхватывая памятью некие сценки из хмельного угара. Потом приходил в себя и спрашивал у товарища:
   - Слушай, мне примерещилось или мы и в самом деле распивали далийское в корзине огромного воздушного шара?
   - Примерещилось! - как правило, с полной уверенностью отвечал Торговец, а потом с не меньшей уверенностью добавлял: - И ещё не раз примерещится! Дай вот только с твоими делами разобраться.
   Потому как дел оказалось в Ягонах невпроворот. Тем более не тех только дел, о которых они не раз говорили и беседовали, но и таких мистических и не вероятных, что даже сам шафик частенько восклицал в недоумённой прострации:
   - Ну как! Как такое могло случиться? Совпасть? И вообще существовать в мирах? Я ведь совершенно случайно сюда попал, а потом второй раз только и наведался из-за далийского вина. Не иначе, как тут замешаны силы вообще неподвластные человеческому пониманию!
  
   А началось всё с того, что на четвёртый день праздник окончился, и рабочий народ с утроенным энтузиазмом вернулся на фронт своих работ. Оно, конечно, было понятно, что кесарю - кесарево, а землекопу - землекопово. Если одни только отправились работать, то другие ещё и спать не ложились. Именно поэтому, вернувшиеся на рассвете из леса король с шафиком, еле доползли до своих кроватей, да так и рухнули среди обиженных таким невниманием к их персонам столичных девиц. Казалось бы никто их сон до обеда не потревожит, да только уже через час Бонзая Пятого, буквально растормошили его самые близкие помощники. А когда тот сфокусировал на их встревоженных лицах свои разбегающиеся зрачки, наперебой затараторили:
   - Невероятное случилось, Вашличество! Десяток молотобойцев провалилось в подземную пещеру! Некоторые и руки и ноги поломали, почти всех в госпиталь отправили, но самое жуткое, что пещера рукотворная, а из неё четыре тоннеля в стороны ведёт. А в тоннелях живой дым зеленого цвета колышется и хохочет!
   - Хохочет? Дым? - глупо переспросил король. - Тогда будите шафика! Это - по его части! - и снова рухнул на подушку, не догадываясь, какие головные боли его ожидают впереди.
  
  
  

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ПРОЦЕСС СОБЛАЗНЕННИЯ

   В своё время, при выборе жилья в этом месте Германии, Дмитрий Светозаров руководствовался только одним, чтобы по данному участку дугой проходил створ перемещения между мирами. И в оптимальном варианте захватывал как можно больше внутренних помещений. Поэтому и сейчас он вернулся в дом, используя свои умения переходы сквозь пространства. Хотя любой наблюдатель со стороны был уверен, что владелец так и не покидал свой виллы.
   Первым делом Торговец внимательно осмотрел оставленный на столе мобильный телефон: четырнадцать непринятых звонков от обеспокоенной Александры. И сразу ей перезвонил:
   - Уф! Ты представляешь, насколько я стал забывчивым, - заговорил он, как только Александра отозвалась на другом конце связи. - До чего же вредная привычка заливать посуду водой, чтобы она отмокала в раковине. И моечный агрегат есть, а всё по старинке действую.
   - И откуда у тебя так много посуды собралось? - на такой вроде бы незатейливый вопрос, ответ мог быть истолкован двояко. Поэтому Дин сделал вид, что немного застеснялся:
   - Ну, знаешь как оно у холостяка...
   - Откуда мне знать? - совершенно искренне удивилась девушка.
   Действительно, задавая такой вопрос, любой мужчина мог догадаться по ответу своей избранницы, сколько раз та прежде попадала в обитель одинокого кавалера. Пришлось оправдываться:
   - Да я не то имел ввиду, просто начал немного кухню облагораживать, а там у меня уже всё паутиной заросло. Вот и вывалил всё припыленное в мойку. Потом в салон вышел, за телефоном, и по совпадению ты позвонила. Я и забыл про всё...
   - С кем не бывает, - легко согласилась Александра, и сразу продолжила допытываться: - Но с чего ты именно сегодня свою кухню облагораживать собрался? Никак гостей ожидаешь?
   - Всё может быть, - разговор стал напоминать допрос с пристрастием, поэтому Светозаров решил перехватывать инициативу в свои руки: - Но это всё не важно. Сейчас я снимаю с себя мою насквозь промокшую пижаму, завершаю уборку в кухне и через полчаса отправляюсь к месту твоей работы.
   - Но...
   - Никаких возражений! Я и так понимаю, что ты проголодалась. Поэтому и выезжаю, гораздо раньше, и занимаю столик в ресторане напротив твоих окон. Заказываю обед, который нам подадут ровно в три. Так что не задерживайся, на лётном поле нам надо быть минута в минуту. Ты ведь знаешь как строго у них с расписанием. Ко всему прочему следует учитывать возможный затор на дорогах. А мы с тобой люди дисциплинированные, опаздывать не привыкли. Правильно я говорю?
   - Не знаю...
   - Ну, раз не знаешь что возразить, то встречаемся в ресторане. Пока!
   Выждал маленькую паузу, опасаясь, что девушка сейчас начёт выкрикивать возражения и нажал кнопку "отбой".
   "Не начала! Значит всё идёт по плану. Теперь главное её поразить чем-то необычайным, потом определённое время восторженно приукрасить её умение с честью и бесстрашием выходить из любой ситуации, и напоследок убедить в мысли, что она уже взрослая и вправе без оглядывания на бабушку или кого бы то ни было выбирать себе мужчину для интимных сладостей и устраивать свою личную жизнь. Эмоции и восторга я ей устрою на сегодня выше головы. Восхвалить - у меня получается хуже всего, но тоже должен справиться, а вот по части убеждений мне нет равных. Как только девочка осознает себя независимой, решительной и самостоятельной, как она сразу возжелает себя опробовать в новом амплуа и обязательно рискнёт заглянуть ко мне в гости. Ну а там, как говорится, дело техники..."
   Торговец ещё раз самодовольно подмигнул мобильному телефону и поспешил наверх переодеваться. После недавних перемещений с детьми он выглядел припыленным и несвежим. Но уже в своей огромной спальне, перебирая рубашки в шкафу, насторожился, опять припомнив про экстренную ситуацию. Если рассуждать здраво, то в данный момент ему следовало забросить все дела и вплотную заняться сегодняшними неприятностями. Если там замешан кто-то из спецслужб, то по горячим следам выяснить это будет гораздо проще. Но если там действительно просто произошло недоразумение по вине бдительных соседей, то всё равно следует срочно удостовериться в этом со стопроцентной гарантией. А тут ещё припомнились подозрительные проверки его деятельности в благотворительном фонде.
   "Вдруг это всё взаимосвязано? - мелькнула паническая мысль. - Да тут даже страшно представить, что может получиться! Ведь стольких детей нет! И чего это я так наплевательски ко всему стал относиться? Вместо того чтобы всё проверить самым тщательным образом я мечусь как малолетний идиот за какой-то серенькой мышкой. Не хватало ещё, что бы из-за моего ротозейства столько людей пострадало. М-да..., что-то я совсем соображать перестал.... А ведь время убегает, потом его не вернёшь..., - некоторое время Дмитрий так и простоял с зажатой рубашкой в руке, затуманенным взглядом уставившись в окно. - Да и вообще, следовало вчера всё-таки кому-нибудь позвонить и как следует оттянуться. Не хватало ещё, чтобы моими поступками гормоны руководили. Хотя..., с другой стороны, развлечение на сегодня уже заказано, почти оплачено и если брать по большому счёту, то ничего с этими детьми страшного не произошло. Вполне могу и завтра разобраться. А сегодня..., вперёд к волнительному любовному приключению!"
  
   Усевшись в ресторане и дождавшись пока подадут холодные закуски, Светозаров сделал дополнительные распоряжения обслуживающему официанту и терпеливо уставился на оживлённую улицу. Ему очень было интересно, насколько Александра будет торопиться на обед. Насколько он мог судить по собственному опыту некоторые взбалмошные особы женского пола могли в данном случае опоздать на полчаса, если не больше. Многие женщины поступали ещё хуже, когда невзирая на собственное нетерпение пытались выдержать строго обозначенное своими рассуждениями время для опоздания. В подобных случаях они прятались где-нибудь за углом, а потом устремлялись к мужчине со всем доступным апломбом и независимостью. Доказывая таким образом, что опоздание, это их исконная привилегия. Таких Светозаров не любил особо. Частенько прощал женщин из первой категории, но тех, кто опаздывал с расчётом, отторгал от себя сразу и безжалостно. Но больше всего ему импонировали дамы строгие и пунктуальные, которые высоко ценили в первую очередь собственное время, но и себе никогда не позволяли воровать чужие минуты.
   По сегодняшнему случаю, Шура принадлежала к третьей категории, самой ценной. Скорей всего она и с работы выскочила, как только истекла последняя трудовая секунда. Когда она торопливым шагом подошла к переходу, для пешеходов горел красный, но девушка чуть ли не метнулась в освободившийся между автомобилями пролёт. И только брошенный в сторону перекрёстка страховочный взгляд сразу уткнулся на равнодушно застывшего полицейского. Подобное нарушение в Германии не пропускается, и ретивой гражданке пришлось бы прямо на месте уплатить штраф, тем самым потеряв драгоценное время. Личико девушки скривилось от досады и нетерпения, но волей-неволей пришлось дождаться разрешающего сигнала.
   Как только она вскочила в ресторан и заметалась глазами по столикам, стоящий на предварительно занятой позиции официант тут же вежливо указал рукой в надлежащую сторону. Александра при виде Дмитрия улыбнулась так мило и радостно, что все недавние меркантильные мысли моментально вылетели у него из головы. Он поспешно встал, встречая гостью как истинный кавалер. Сам подвинул за ней стул и после обмена приветствиями, стал так умело нахваливать рецепты здешних приготовлений, что пришлось попробовать почти каждый салатик. А вот когда подали основные блюда, он надолго замолчал, с аппетитом уплетая поданное для него угощение в виде внушительного куска запечённого мяса. Тогда как Александра оказалась, мягко говоря, изумлена той порцией, какая была подана ей: несколько тоненьких кусочков рыбки уложенных в створки нескольких обрезков запечённого картофеля. Да чуть сбоку на тарелке три соломинки сырой капусты. Поверху это кулинарное произведение было полито ложкой водянистого, овощного бульона и украшено листиком петрушки. Всё это было съедено в мгновение ока, тогда как Светозаров к тому времени не съел ещё и половины своей порции.
   Уже ковыряя вилкой растерзанный зелёный листик, девушка как ни старалась, но не смогла удержаться от язвительности:
   - Дима, надо было меня не ждать, а самому спокойно пообедать, а я бы сразу уже села в машину. Представь, сколько бы мы времени сэкономили.
   Кавалер не смог отказать себе в удовольствии немного посмеяться:
   - Так и знал, что ты обидишься, почувствовав себя обделённой!
   - Нисколько! Мне и так после вчерашнего переедания придётся несколько дней сидеть на диете. Зря ты так решил.
   - Не жалей меня жадного и коварного! - воскликнул Дмитрий. - Ведь по глазам вижу, что именно ты сейчас обо мне думаешь, и по себе знаю, какой аппетит просыпается после этих салатиков. Вот только минутку помолчи, и я тебе всё популярно растолкую. Ты не забыла, куда мы сегодня собрались? Так вот не сомневайся, как только мы завершим полет, я тебя накормлю такими деликатесами, что ты ими точно на три дня насытишься. Но сейчас тебе нельзя много есть по той причине, что на высоте организмы некоторых людей ведут себя несколько неадекватно, вестибулярный аппарат срабатывает неправильно и тем, кто переел, может стать очень плохо. Ты меня поняла?
   Некоторое время Александра изображала сомнение и недоверие, хотя сама в этот момент со злорадством думала: "Знал бы ты, сколько у меня прыжков с парашютом! Да ещё и в экстремальных для такого вида спорта местах!"
   Потом её лицо озарила понимающая и немного стеснительная улыбка:
   - А-а..., вот ты о чем. Хотя вообще-то я высоты не боюсь.
   - Да? На каком этаже можешь перевеситься головой вперёд через перила и поднять ноги?
   - Подумаешь! - девушка беззаботно пожала плечиками, продолжая ковыряться вилкой по петрушке. - Могу наклониться и со второго, и с третьего...
   - Понятно, - Светозаров скептически хмыкнул и заботливо посоветовал: - Прекращай так усиленно поглощать зелень. Как бы лишней не оказалась.
   Затем он деловито достал из кармана сложенный листок и протянул Александре:
   - Вот тебе краткая инструкция, прочитай обязательно. Конечно, я буду тебе в каждый момент подсказывать, что и как, но и подобное чтение правильно откладывается в памяти.
   Пока девушка читала, он наскоро доел свой обед, расплатился и, забрав листочек, стал прямо на ходу к машине увлекательно живописать те уникальные случаи, когда нарушители инструкций жестоко поплатились за свою дисциплинррованность, чудом умудрившись спастись только в самый последний момент. Да и то, благодаря только тому, что в наивысший пик опасности вспомнили те самые инструкции. Как оказалось, историй хватило до самого лётного поля. А там уже красовался огромный, разноцветный шар, который удерживало на высоте десятка метров более шести толстенных канатов. Прямо под квадратной корзиной на зелёной траве лежал, покосившись на одно крыло, серебристый, умопомрачительной красоты планер. От него к корзине тянулось две слегка провисшие натяжки.
   - Ох! Мы и в самом деле на нём полетим? - зашлась Александра восхищённым вздохом.
   - Разве ты не заметила что он двухместный? Или ты мечтала сама на одноместном полетать? Можем устроить!
   - Шутишь..., - растерянная девушка и не подумала сопротивляться, когда ей прямо на одежду две женщины-инструкторы стали надевать ярко-синий комбинезон. Только и выдавила из себя: - А это зачем?
   - Наверху очень холодно, несмотря на тёплое лето, так что испытывать лишний дискомфорт нам ни к чему.
   - А вдруг мы насмерть замёрзнем?
   - Кабина планера с подогревом и с принудительной забортной вентиляцией. Когда ты там устроишься, я тебе всё покажу. Ну вот, отлично выглядишь! Словно непобедимый пилот космического истребителя. - Дмитрий подошёл ближе, поправил капюшон и развернул за плечи в другую сторону, - Так, теперь делаем несколько исторических снимков на память. Улыбайся! Что надо при этом говорить?
   - Сыр?
   - Какой к чёрту "сыр"! Задолбили этими американскими шаблонами. Надо говорить громко и отчётливо: "Ваф-ля!"
   Непроизвольная улыбка появилась на обоих лицах, и проворный фотограф защёлкал своим фотоаппаратом, словно со скорострельного пулемёта.
   - А почему именно это слово?
   - Как? Разве ты не слышала этот анекдот про лягушку?
   - Не-а.
   Пока Дмитрий усаживал девушку в кабину и застёгивал ремнями, успел и анекдот пересказать:
   - Лягушка требует у фотографа. Мол, все с меня смеются, что рот большой, так ты уж сделай его как-нибудь маленьким. Тот и советует: "Как только я крикну "Говори!" ты сразу вслух повторяешь слово "Шо-ко-лад!" Вот у тебя ротик маленький и получится". Началась съёмка, крик "Говори!" лягушка растерялась и запамятовала, что именно сказать-то надо. Только и мелькнуло в голове: нечто сладкое и вкусное. Вот она и ляпнула "Ваф-ля!" До сих пор её с преогромным ртом изображают.
   Александра только грустно вздохнула:
   - Бедная лягушечка, - и её невесёлое состояние было понято, как переживание по поводу предстоящего полёта:
   - Да ты не бойся! Лучше сразу настройся на внеземное удовольствие. Кстати, вот этот красный ползунок добавляет в кабину тепла, а вот этот синий - обдув свежим воздухом. Не перепутаешь?
   Кажется, к девушке стало возвращаться чувство юмора:
   - Не знаю. Придётся тебе ещё раз сорок повторить.
   Светозаров на это облегчённо рассмеялся и полез в переднюю часть кабины. Закрепился ремнями, задвинул плексигласовый колпак и дал команду по радио:
   - Поднимай!
   В следующий момент от корзины автоматически отстегнулись все удерживающие канаты, всю связку подбросило вверх, и она стремительно стала набирать высоту. Особенную пикантность ощущениям подъёма придавала полная тишина. Ни рёва турбин, ни шума моторов, даже свист ветра прекратился. Только бескрайняя синева неба вокруг, да застывшая над головой громадина воздушного шара. И ощущение непонятной силы, которая возносит в мир небожителей. Никогда прежде не испытывавшая такого удовольствия Александра, долгое время просто восторженно крутила головой, пытаясь рассмотреть стремительно уменьшающийся на земле город. Наконец она не выдержала, заволновалась и нарушила тишину:
   - Дима, ты меня слышишь?
   - Конечно! У нас ведь переговорное устройство. Просто ждал, когда тебе тишина надоест.
   - Да, просто невероятное беззвучие. Но всё равно скорость подъёма как на самолёте.
   - А так оно и есть, - подтвердил Светозаров. - Вот только данный воздушный шар вместе с нами поднимется гораздо выше обычных пассажирских маршрутов.
   - Ой! Почему ты мне раньше сказал?
   - Зачем? Ведь всё равно показывать неприличные жесты и язык пассажирам авиалайнеров запрещается. Так что попрошу себя вести прилично.
   - А что будет с шаром, когда он нас отцепит?
   - Отправится по своим делам на Луну. Шучу, конечно, Сразу начнёт не менее стремительный спуск