Иванович Юрий: другие произведения.

Война Невменяемого. (Невменяемый колдун - 5) весь файл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 7.49*77  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Не успел Кремон Невменяемый выбраться из тела дракона в своё собственное, как снова пришлось мчаться с верными друзьями и боевыми соратниками на новое, опаснейшее задание. Но в этот раз предстоит сразиться не просто с разумными существами, а с титанически огромным детищем Древних. Конгломератом самого страшного и уникального оружия, с помощью которого можно покорить весь Мир Тройной Радуги и которое по исторической случайности попало в руки кровожадного, циничного диктатора Кремниевой Орды. Непредвиденные жертвы и тяжёлые испытания ожидают главного героя на этом пути, и только ему придётся принимать основное, судьбоносное решение. А ведь и он, при всей своей выдающейся силе и магическом умении - смертен... (Роман опубликован 30-го марта 2009 года, под названием "Война Невменяемого". Добавлена обложка!!! В данном файле собраны все части произведения

ВОЙНА НЕВМЕНЯЕМОГО

(Пятая книга из серии "Невменяемый колдун")

ПРОЛОГ

  
   В прохладной тени гигантского орехового дерева, стоял накрытый к роскошной трапезе стол. Непосредственно в ветвях располагалось более двух десятков клеток с самыми искусными, редчайшими птицами планеты и их безудержное пение вместе с легким и ласковым ветерком могли ввести в нирвану спокойствия и наслаждения любого из разумных.
   Но творящееся перед столом действо могло ввести в ужас любое мыслящее существо. Великий Кзыр, или Фаррати, как официально для всего остального мира звучало звание правителя Кремниевой Орды в неистовом бешенстве и собственноручно проводил кровавые казни своих подданных. Вначале Хафан Рьед своим боевым хостом искромсал до смерти лица старшего охранника женской половины дворца и ответственной воспитательницы, а потом с такими же злобными рыками отрубил головы десятерым коленопреклоненным и связанным воинам наружной стражи. Именно последняя жестокость больше всего поразила навидавшихся в своей жизни крови придворных и приближенных Великого Кзыра. Потому что все прекрасно понимали, простые стражники совершенно тут не при чем и ни в коей мере не могли ведать о грядущем предательстве своего десятника. Вся свита стояла, окаменев на подходах к столу, и никто не осмелился хоть единым словом призвать правителя к сдержанности и благоразумию. Даже Ваен Герк, первый советник Хафана и наиболее обличенный доверием человек делал вид своего полного здесь отсутствия и всеми силами пытался рассмотреть в кроне одну редких певчих птичек.
   Причина совершающейся звериной жестокости была, как бы это ни банально звучало только одна - любовь. Стремление к близости у разнополых партнеров всегда и во все времена воспевалось и приветствовалось. Но в данном случае чувства, возникшие между десятником наружной стражи и одной из наложниц Великого Кзыра, посягнули не просто на нарушение личной собственности первого, самого безжалостного и страшного человека Кремниевой Орды, но и совпало с его личной и необузданной ревностью. Так уж оказалось, что Хафан Рьед больше всего из своего гарема выделял именно эту худощавую и тонконогую девушку. Именно в ее страстных и горячих объятиях он находился чаще всего в своей спальне. И именно этой своей пассии с огромными, чувственными глазами он частенько жаловался на текущие трудности, стоящие перед государством проблемы и откровенничал по поводу будущих планов. И в этих планах двадцатилетняя Алия Ланда играла далеко не последнюю роль. Несколько раз в порыве истинной страсти и находясь на вершине неземного удовольствия правитель Орды обещал преподнести своей наложнице титул императрицы всего Мира Тройной Радуги. И уж она то прекрасно понимала, что ей давались вполне реальные обещания.
   Но! Все равно опустилась до наимерзеннейшего предательства, гнусной измены и подлейшего обмана. Сошлась с этим презренным десятником и сегодняшним утром, на самом рассвете сбежала из наилучшего столичного поместья Великого Кзыра Последний раз замахиваясь мечом над неприкрытой шеей стражника Хафан Рьед сквозь красный туман своего бешенства вдруг увидел добрую и немного печальную улыбку своей ненаглядной Алии и рука неожиданно дрогнула. Хост не отсек голову, как перед тем девять, а только перерубил треть шеи, да перебил шейные позвонки. Несчастная жертва конвульсивно задергалась в путах, исторгая мычащие звуки из забитого кляпом рта. Сам правитель не стал добивать смертельно раненого воина, а отбросил после некоторого раздумья меч в сторону и в какой-то прострации пошел на свое место во главе стола. Немного посидел, безучастно рассматривая, как рассаживаются за столом согласно этикету вся члены его свиты, а потом словно очнулся, и резко повернул голову в сторону своего первого советника. Тот перед этим отдал команду добить последнего стражника из десятки, чтобы не мучился и убрать все трупы с глаз долой, а теперь усаживался справа от довольно простого, но удобного кресла правителя.
   - Слушай, Ваен! - тихо пробормотал Хафан. - С чего это все решили, что Алия Ланда сбежала сама?
   - С теми правами и властью, которыми она пользовалась по твоему разрещению, только и можно было устроить побег. Все ее последние приготовления, распоряжения только об этом и свидетельствуют.
   - Да? А ты не думаешь, что этот презренный десятник ее просто заставил это сделать под страхом смерти?
   Первый советник мастерски напустил на себя короткую задумчивость, а потом сымитировал хорошо видимое со стороны озарение:
   - Действительно! Такая мразь на все способна.
   Ваен Герк понимал лучше всех: Великий Кзыр начинает осознавать нелепость такой поспешной казни и теперь подумывает о предстоящем падении своей популярности в среде воинов. Помимо этого он пытается оставить для своей необузданной страсти, а вернее: истинной любовной привязанности маленькую лазейку для возвращения всего на место. Ведь беглецов наверняка скоро все равно выловят и глупо надеяться скрыться от все ордынского розыска. Зато потом можно будет реабилитировать беглую наложницу в глазах приближенных и продолжить забавы в ее объятиях с прежним удовольствием.
   Первым советником становятся только самые догадливые и умные люди. Хоть на этом посту Герк находился неполных пять месяцев, но прекрасно понял, что от него хотят услышать, уловив почти неслышный приказ:
   - Огласи мою волю! Укажи на кражу..., Лика Занваля.
   Ваен Герк вскочил на ноги и рявкнул во всю мощь своих легких:
   - Стража и розыск! - а когда два руководителя этих служб встали перед столом, заговорил размеренным речитативом: - Сегодня предатель похитил у нашего правителя древний артефакт древних, Лик Занваля и его любимую наложницу Алию Ланд. Пустить по следам вора самых лучших и настойчивых. Немедленно! А тому, кто вернет украденное имущество, Великий Кзыр обещает награду в....
   Он покосился на правителя, который чуть ниже столешницы показывал большой палец правой руки, выражая полное одобрение, и увидел тут же раскрывшуюся пятерню.
   - ...Пять полновесных мешков золота!
   Сумма прозвучала просто небывалая, скорей даже невероятная и восхищенный, завистливый гул голосов перебил на какое-то время птичье разноголосье. Никто из приближенных конкретно не был в курсе причин увиденной ими казни, поэтому любая ложь проходила как правда. Хоть со временем истинные события большинству здесь присутствующих и станут известны. Но вот самая главная ложь - так и останется неразгаданной. Дело в том, что о месте хранения артефакта Лик Занваля не знал даже первый советник. Так что объявление о пропаже делало объявленную сумму награды бессовестной пустышкой. Стараться будут все, а вот увидеть и получить золото не удосужится никто. Потому как вернуть страшное оружие древних не смогут все равно. А впоследствии можно будет якобы "отыскать новый подобный артефакт" и всех делов.
   Главы полицейских ведомств уже собрались уходить, когда Хафан Рьед усилил свой голос магически и немного сердито пробурчал:
   - Отправляю по следу предателя сотню своих "волков". Посмотрим, кто из вас быстрей справится с задачей.
   Первый советник просто вынужден был вмешаться:
   - Но твоя жизнь может оказаться под угрозой!
   - Не надо меня пугать. Мне и оставшегося звена хватить для полной безопасности.
   - Зря..., - но заметив очередной огонек разгорающегося бешенства, Ваен Герк быстро добавил: - Но тебе видней.
   И уселся на свое место, приступая к трапезе. Он был не просто умным советником. А самым умным. Хоть и всячески пытался скрыть свою сообразительность и умение многое предвидеть на своем пути. Вместе с Хафаном они выросли в одном стойбище и совершали свои первые подвиги в бесшабашной юности. Впоследствии у представителя рода Рьед обнаружились первые Признаки и он подался на учение к "змеиным", а потом и вообще пропал в столице до самого своего Всплеска. Тогда как Ваен, так и остался в своих краях прославлять себя воинским искусством и рассудительностью. Даже когда десять лет назад его товарищ юности громоподобно объявил о себе на всю Кремневую Орду, Ваен не поспешил в столицу, как многие земляки из их стойбища. Слишком уж хорошо знал о настоящем нутре рвущегося к власти мага. Не согласился он поехать в Куринагол и пять лет назад, когда Хафан Рьед стал Великим Кзыром и объявил о всеобщем объединении ордынцев для великих завоеваний. При этом он нарушил всемирное правило, которое запрещало колдунам становиться главой государства, сомозванно присвоив себе приравненный к королевскому титул Фаррати. Конечно, в Орде нашлось в то время очень много недовольных такой несправедливостью, но новый правитель с магическим могуществом и беспримерным цинизмом попросту утопил в крови всех, кто был с ним не согласен. Разве что оставил в покое в горном монастыре несколько десятков несогласных с новым режимом шаманов отшельников. Те слишком уж консервативно подходили в самому факту государственного управление. Правда и эти удалившиеся в добровольную ссылку "змеиные" пообещали ради сохранения своей жизни никогда не покидать стены монастыря.
   Узнав об этом, один из лучших воинов срединных степей постарался еще больше затаиться и уйти целиком в гражданскую жизнь.
   Да только ничего из этой затеи не вышло. За последние два года произошло столько изменений и переселенческого хаоса во всем пространстве Орды, что волей не волей Ваен Герк таки оказался в окружении Фаррати всех ордынцев. Тот сразу же припомнил старого товарища, приблизил к себе в приказном порядке, а после смерти предпоследнего первого помощника возвел на это место своего друга. Но это он сам считал его другом. Пока. Тогда как Ваен прекрасно понимал, что смерть шестерых его предшественников за неполных пять лет, вряд ли можно объяснить случайностями. Наверняка, при всей дружбе и показном доверии его ожидает точно такая же участь. Не сегодня, так завтра. Не в этом году, так через два. А жить хотелось невероятно, да и огромная семья, обязанности главы рода звали, как можно скорей отойти от любых государственных и политических дел. Именно поэтому Ваен с самого начала насильственного возведения на должность второго человека в государстве мечтал об уничтожении тирана. Именно уничтожении, потому что иначе ни ему, ни его родным не прожить в этом мире и единого часа.
   Да только уничтожить Великого Кзыра не представлялось до сей поры никакой возможности. Он воспитал для себя сто десять отменных и преданных воинов, которые считались его личной гвардией и охраняли лучше официальной или неофициальной стражи. Назывались они только одним словом: "Волки". Практически пробраться через постоянно бдящее окружение из двух, а то и трех десятков этих искусных воинов, считалось невозможным. К тому же каждый второй из них был Кзыром, или ожидал предстоящего вскорости Всплеска. И самое неприятное, у них существовал строгий приказ от самого Хафана Рьеда: в случае его неожиданной смерти тут же, в течении двух часов казнить всех находящихся в пределах видимости приближенных. Почти никто из посторонних об этом приказе не ведал, да только первый помощник и здесь проявил недюжинный ум и сноровку. М вывел для себя основное правило: когда Фаррати умрет рядом не должно находиться ни одного живого волка, или сам первый помощник должен удаляться от опасного места с двухчасовым запасом во времени.
   Но вот сейчас, когда Фаррати Кремниевой орды из-за своей неожиданной ревности, отправил на розыск сразу сто "волков", обстановка сложилась самая перспективная. И Ваен Герк, провозглашая тост за здоровье Великого Кзыра, думал только об одном:
   "Желательно этому десятнику вместе со строптивой шлюшкой подольше оставаться в бегах! Может и самому приложить к этому руку? Почему бы и нет?! С моими то знаниями, занимаемой должностью и хитростью я любую погоню наверняка собью со следа. Тем временем постараюсь устроить так, чтобы наш самозвано коронованный псих покинул этот мир вместе со своими вонючими "волками" А пока остальные его выкормыши вернутся, то суть приказа станет несущественна".
   Союзники найдутся всегда и в любом месте. Проблемы только в том чтобы с ними встретиться, узнать о самых сокровенных мыслях друг друга и договориться. Самая малость....
  
  

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОД ЛУНАМИ И ЗАНВАЛЕМ

   В мире Тройной Радуги происходили немыслимые по своей политической масштабности преобразования. За один стол переговоров уселись самые ярые и непримиримые антагонисты, между которыми за несколько последних тысячелетий не существовало даже кратких военных перемирий. Почти в одно и то же время сразу две группы высоких договаривающихся сторон пошли на сближение из-за реальной опасности военного вторжения со стороны ордынцев. Вначале процесс налаживания дипломатических и союзных отношений начался между Сорфитскими Долинами и Ледонией. Причем как посредники и политические гаранты в этом обмене представительств и первых посольств играли огромную роль королевство Энормия, царство Огов и Баронство Радуги. Вполне естественно, что и между собой эти государства стремились построить или упрочить отношения на долгосрочной и взаимовыгодной основе. Хотя создавшиеся за века стереотипы менять в сознании разумных оказалось не так просто, каждый пункт договоров обсуждался порой днями, и претерпевал неоднократные изменения.
   Но происходящие в Яне, столице огов переговоры хоть и шли довольно интенсивно, продуктивно и очень значимо для истории, не могли сравниться ни в коей мере с тем политическим событием, которое произошло в один из самых обычных дней в Чальшаге. Во всемирно известной, легендарной крепости на самой границе, буквально за несколько часов был достигнут такой консенсус в отношениях между двух королевств, что навечно вошел во все исторические аналоги, учебники и легенды как день Доброй Воли. И затмил своей эффективностью и неожиданностью состоявшуюся чуть более года назад встречу на высшем уровне между правителями Сорфитских Долин и той же Энормии. Кровные враги сумели отринуть страшную предысторию, забыть все обиды и взаимные претензии и всего за один день совершить то, что в других случаях растягивалось на года, а то и десятилетия. А паранормальное на этом дне присутствие правящих монархов двух держав и подписание ими собственноручно наиважнейших документов, вообще стало единственным в своем роде за всю обозримую и будущую историю планеты. О подобной, незапланированной и почти спонтанной встрече первых людей двух враждующих государств не мог мечтать даже умалишенный. Скорей всего именно поэтому подобную новость долгое время еще долго после ее оглашения не воспринимали серьезно во всем мире ни правители, ни дипломаты, ни простые подданные. В той же самой Энормии люди поверили в подписанный договор только после того, как почти в каждом городе стали строить башни драконьих представительств, а из самих Альтурских гор во все стороны мира подались первые люди - обитатели никогда ранее и никем не виданных Долин. Причем в подавляющем большинстве подались, не убегая из-под власти Старгела Боя Фиолетового, а только лишь с целью навестить дальних и близких родственников, одарить гостинцами и ...как можно скорей возвращаться обратно. Ведь при новых условиях жизни теперь людям в Альтурских Долинах позволялось жить прямо на своих же фермерских и лесных угодьях и строить там дома для постоянного места жительства. Мало того, за первыми людьми, возвращающимися из путешествий, в драконье королевство потянулись и первые переселенцы. Наслушавшись рассказов о сытной и вполне цивилизованной жизни, некоторые решительные натуры попытались изменить свой образ жизни, то есть, в некотором смысле, ухватить удачу за хвост на новом месте обитания. Особенно много желающих оказалось из районов обоих баронств, на которые усиленно повели военные провокации нападки расположенные невдалеке агрессивные шаманы Кремниевой Орды. И в Альтурских горах всех желающих встречали, чуть ли не с распростертыми крыльями. Как оказалось, потребность в новой рабочей силе, а конкретно - в ловких человеческих руках, существовала огромная.
   В самом драконьем королевстве преобразования происходили намного мягче и без ажиотажа. Все-таки там привыкли жить бок о бок, как с людьми, так и с боларами, а отмена собственной изоляции позволила драконам лишь вырваться на новые тактические просторы во всем мире и раскрыть свой зажатый слишком маленькой территорией потенциал. Ведь отныне любой дракон мог выбирать для себя не только надлежащее место работы или службы, но и место для нового жительства. Мало того, сразу же отменили королевский указ полутора тысячной давности о сдерживании роста населения. Теперь драконихи позволяли себе делать раз в три года полновесную кладку яиц, тогда как раньше вынуждены были насильно останавливаться на половине, если не раньше.
   Хотя подданных Альтурских гор тоже удалось шокировать конкретными изменениями во внешней политике: на улицах городов вскоре появились редкие сорфиты и более многочисленные таги. Практически миниатюрные человечки сразу же зарекомендовали себя как самые опытные и непревзойденные инженеры. Чуть позже их допустили даже на такой секретный и тщательно охраняемый объект, как Железный Коготь Альтуры. На конечном этапе восстановления этого гигантского оружия Древних именно таги сказали самое веское и значительное слово.
  
   Но все эти преобразования происходили постепенно и немного позже описываемых событий. Тогда как основная судьба мира во всем Мире решалась совершенно в другом месте. Неслышно и невидимо для миллионов разумных, но, тем не менее, очень кроваво и трагически. И опять, по стечению многочисленных и невероятных обстоятельств в этом краеугольном действии участвовал один человек, имя которого и так уже навечно вошло в историю мира Тройной Радуги.
  
  

ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО

  
   После преодоления границы, к внушительному отряду Кремона Невменяемого присоединилось пять драконов из элитарного подразделения "Молнии" и целый полк гвардейцев, насчитывающий сотню до зубов вооруженных летающих воинов. Как прямо на ходу пояснил Цашун Ларго: "Для улучшения безопасности". Хотя по своей воинской мощи двести боларов с шестьюдесятью пятью Эль-Митоланами под корнями и сами могли без страха, колебаний или сомнений сразиться с кем угодно. Ведь обычным воздушным пиратам они уступали только в скорости, высоте полета, в отсутствии слюны включающий процесс брожения пережеванных мушек, да в умении плеваться приготовленной огненной смесью. Зато зеленые шары в скрытности передвижения имели явное преимущество. Особенно в темное или ненастное время суток. Во время передвижения днем, сразу над лесными массивами, с больших высот их почти не было видно. Ну а ночью болары могли подкрасться к намеченному месту более скрытно и беззвучно, чем кто бы то ни было. Конечно, драконы тоже умели зависать на одном месте, но при этом их ощутимо демаскировало громкое хлопанье крыльев.
   В столицу Альтурских гор решили не залетать: время слишком поджимало, да и нужды особой не было. Разве что только Кремон вдруг с острой ностальгией вспомнил о матери и страстно захотел увидеть ее, брата и отца. Пришлось волевым усилием гасить в себе разыгравшиеся сыновни чувства и отбросить уже придуманные причины для визита в Калеццо. В знак грядущей компенсации Невменяемый сам себе торжественно пообещал провести с родней как минимум несколько месяцев сразу по возвращении из рейда. Хотя сам же при этом мысленно и горько рассмеялся: сколько он уже вот так планировал свое будущее? И куда теперь канули все его планы по обследованию Великого Пути, Некрополю Сущего Единения или Сонного мира? Да что там говорить, собственную библиотеку, доставшуюся ему в наследство, и то осмотреть было некогда. Видимо давать самому себе такие опрометчивые обещания, дело не только бесполезное, но и неблагодарное. Лучше уж сосредоточить все свои знания и силы на скорейшем выполнении поставленной на повестку дня задачи. И Кремон после печального вздоха вновь осмотрел у себя под ногами далеко внизу плывущую землю.
   Затем, уже в который раз за длительный путь, отпустил корни летящего над ним Спина и возложил их на свои Жемчужные ордена. Могучая сила так и запульсировала теплом сквозь кожу ладоней. Артефакты были полны магическими единицами до последней жемчужины и накопленная там мощь какими-то странными волнами так и прокатывала по всему телу. Причем извлекать силы для такого ощущения не требовалось, достаточно было только потрогать.
   Обе магические емкости Кремону удалось окончательно заполнить еще в Чальшаге, и теперь он с вожделением и с некоторым благоговением практиковался с орденами, как по отдельности, так и с двумя одновременно. Пробуя вливать в себя спаренные, а то и тройные колдовские силы сразу из обоих, и тут же сбрасывая их обратно. В данный момент молодой герой решил попытаться "вытянуть" из ордена все тридцать шесть единиц одновременно и впервые ощутить в себе практически максимальное магическое насыщение. Потому что для любого Эль-Митолана существовал предел такого насыщения: тридцать восемь, максимум - сорок коллег могли отдать ему свою силу. Превышение этого барьера вело к тому, что колдун превышал свои возможности по удержанию, и драгоценная энергия сразу же выплескивалась в окружающее пространство даром.
   Проиграв отработанным движением пальцев уже усвоенную на уровне подсознания мелодию, Невменяемый даже не глядя, почувствовал усиление жара в ладони и осознал, что все жемчужины готовы опустошаться. Каково же было его удивление, когда он понял, что орден не спешит передавать ему накопленную энергию. Экспериментатор замер, прислушиваясь к своим ощущениям, и вскоре недоумение сменилось ликующим восторгом. Его мозг четко осознал неразрывную связь между способностями Эль-Митолана и мощью накопленной в артефакте. То есть при необходимости вовсе не обязательно вливать в себя все силы! Оказывается, что при максимальном использовании всего резерва одновременно орден просто подчинятся своему носителю и может отправить всю накопленную энергию сразу в то место или структуру, куда тому будет необходимо. Но самое главное при этом - что при таком направленном действии не терялось даже малейшей толики атакующей мощи, которая обязательно бы нивелировалась в случае "переливания" из предмета в тело и обратно. То есть колдуну достаточно послать, допустим, красную прожигающую молнию, а подготовленный к работе орден добавит туда весь свой потенциал. И тогда получится....
   Кремон попытался представить результат такой огненной атаки, и с непроизвольным содроганием увидел перед мысленным взором дымящиеся и оплавленные остатки большой горы. А в сознании появилась уверенность, что и Заливной Щит не выдержал бы такого удара. Следовательно, ни Спящий Сторож, на даже легендарная Гандарра из Гиблых Топей не смогли бы противостоять владельцу Жемчужного ордена. Причем это - только одного. Что же тогда может натворить силища сразу из двух артефактов?
   Осознав наконец-то, какая сейчас мощь находится у него в руке, Невменяемый поспешно "усыпил" все жемчужины, и вынул с некоторым облегчением подрагивающую руку из-под куртки. В тот же момент над ухом раздался скрипучий от недовольства голос Спина:
   - Дружище, чем это ты там занимался? У меня создалось впечатление, что меня вот-вот разнесет на миллиард мелких опилок.
   - Да так, немного экспериментировал со своими новыми возможностями, - расплывчато ответил Невменяемый.
   - Однако! Ты хоть предупреждай в следующий раз, - с некоторой обидой и страхом проворчал лидер боларов. Затем помолчал и нехотя признался: - Хотя теперь, мне кажется, я осознал и прочувствовал до самой последней щепки ваше выражение: "Покрылся весь холодным потом".
   Молодой герой натянуто рассмеялся:
   - Да нет, Спин, корни у тебя сухие. Это тебе просто показалось....
  
   Болары при всем желании не могли угнаться за быстроходными драконами, поэтому на новую базу готовящихся сил рейда добрались лишь через полтора суток. Она удобно разместилась на юго-западном выступе королевства, как раз возле той заставы, из состава которой шестеро предателей не так давно пытались убить Цашуна с Гишером. Только убийцы не подозревали, что в теле бойца "Молний" находится человек умеющий ставить небольшой Мыльный Экран, так что участь их оказалась незавидной. В данный момент на заставе распоряжался преданный королевской власти командир, а его подчиненные старались каждым своим действием показать свою непричастность к бунтовщикам.
   По прилету болары первым делом передали своим новым союзникам внушительные пакеты с мушками, которые до сих пор считались здесь страшным дефицитом. Пакеты тут же стали рассортировывать нужными порциями и паковать в непромокаемые рыбьи желудки. В итоге каждый крылатый воин рейда оказался снабжен сразу восемью полноценными боевыми дозами, да еще по четыре досталось разумным растениям. В случае необходимости те могли передать дополнительный запас "прямо в зубы" по первому требованию.
   Так же в лагере приготовили массу заказанных ранее стеклянных сосудов из тонкого стекла. Они имели плотную герметическую закупорку и, как предполагалось, могли оказать существенную помощь при сжигании кораблей Кремниевой Орды, которые держали через все Радужное море постоянный Мыльный Экран. Как шаманам удавалось произвести такое энергоемкое магическое действие, оставалось загадкой для всех, но вряд ли таковой она останется долгое время. Намечалось при первой же возможности захватить пленных из тонущих кораблей и выпытать желаемые секреты. Для этого дела силам рейда выдали сразу три Сонных покрывала.
   Именно согласованием подобных предстоящих действий всего сборного легиона и занялись на первом совещании Кремон Невменяемый и Теур Ирисовый. Когда все уставшие после перелета бойцы отправились спать и набираться сил перед броском к морю, несгибаемые и двужильные командиры сошлись за круглым столом. И сразу же знакомство началось с конфронтации. Причем некоторую первоначальную антипатию у дракона вызвала увеличивающаяся схожесть Невменяемого с выходцами из Кремниевой Орды. Ведь время в дороге он провел не зря, видоизменяя свое лицо и начав окрашивать цвет своей кожи специфическим желтоватым оттенком. Заодно и некоторое гортанное произношение стало вплетаться в речевые обороты. Благо Кремон прекрасно помнил, как разговаривал на всеобщем его давешний подчиненный из числа наемников специального полка в Ледонии. Полка, который считался вспомогательным войсковым подразделением ДТО, или как расшифровывалась это аббревиатура: Дивизия Тотального Опустошения. Еще тогда тот самый Кузласс Бинай ??????? хвастался своим отменным произношением истинного уроженца Куринагола, столицы Кремниевой Орды. А пару раз на привалах описывал традиции и внутриклановые отношения своих земляков. Сейчас эти воспоминания сильно пригодились. К Невменяемому, по его особому приказу, все тщательно присматривались и прислушивались. Как итог: те же самые медленные превращения происходили и с остальными людьми-Эль-Митоланами из его отряда. Именно им надлежало пройти сквозь основные заслоны противника и прорваться как можно ближе к детищу Древних.
   Но личную антипатию к человеку с внешностью ордынца, Теур еще мог в себе задавить, а вот попыток этого человека отдавать ему приказы, перенести не мог. Как оказалось, никто из королей не оговорил, а скорей всего просто не успел или не сообразил согласовать со своим венценосным коллегой, главу единоличного командования рейдом, вполне логично возложив это на своего самого опытного и проверенного руководителя. Рихард Огромный нисколько не сомневался в правомочности и знаниях Кремона Невменяемого, тогда как Старгел Бой Фиолетовый не мог предположить, что авторитарность Теура Ирисового хоть кто-нибудь осмелится оспорить. А вот командир смешанного отряда разумных оспорил, и для всеобщего блага и порядка потребовал подчинения в наиважнейших вопросах, только ему.
   Естественно, что заслуженного и опытного исследователя это не устроило, и он с первых слов несколько опрометчиво попытался осадить молодого, и ничем внешне не примечательного нахала:
   - Да под моим командованием порой до ста драконов находилось!
   - Это не показатель, - отвечал Кремон. - Я тоже раньше среди рядовых не подвизался. Причем доводилось командовать не только одним видом разумных.
   - Но за моими крыльями опыт нескольких исторических походов. Мы воочию убедились в существовании Западных островов.
   - Мне тоже есть, чем похвастаться. Например: именно мы отыскали царство вьюдорашей и Утерянный Путь.
   - Мне лично довелось увидеть страшных монстров! - не успокаивался дракон. Но человек отвечал с прежней невозмутимостью:
   - Ну и что? Мне вон в одиночку удалось справиться со Спящим Сторожем. Но ведь не это - главное.
   - А что?
   - При всем к тебе уважении, Теур, хочу напомнить, что ты в первую очередь все-таки ученый и исследователь. С не меньшим уважением добавлю: историк, политик, общественный деятель. Без лишней лести готов утверждать: отличный семьянин и вообще, Разумный с большой буквы. Но! Ни в коем случае не военный! И сходу могу указать на несколько твоих тактических ошибок во время недавних кровавых сражений.
   В период последних длительных перелетов Невменяемый не только хорошо выспался, но и успел обдумать, обсудить с друзьями последние события во всех мельчайших подробностях. Поэтому ему не составило большого труда критически обрисовать некоторые детали сражений, как в воздухе, на подлете к Калеццо, так и за родовой замок Ирисового. В любом скоро текущем сражении можно отыскать ошибки в командовании, и сейчас молодой герой их все и перечислил. С недоверчивым хмыканьем дракон выслушал нелицеприятные замечания, рассерженно щелкнул пастью, но спросил совсем об ином:
   - Человек! Откуда тебе известны все детали?
   Еще в Агване Кремон и протекторы договорились с Гишером о поэтапном введении в курс дела по поводу подмены сознания всех заинтересованных лиц. Именно Теур предполагался одним из первых, кому следовало открыть тайну великого эксперимента. Его, вместе с Цашуном, следовало полностью проинформировать даже раньше короля драконов или первого министра по целому ряду весьма обоснованных причин. И одна из них: что ученые скорей поймут всю важность и своевременность совершившегося действа и не станут туда примешивать личные амбиции, давно раскрытые, неактуальные тайны, и глобальные политические интересы.
   Предположения оправдались полностью. Лишь только Ирисовый осознал суть кратко изложенного эксперимента, то сразу позабыл о своих симпатиях или антипатиях и еле сдержал себя от беспардонного ощупывания сидящего перед ним человека. Потом чуть ли не слезно стал упрашивать пригласить на совет того самого старого дракона-ученого, который и сейчас находился в расположении лагеря, повторить все в его присутствии, а потом все-таки согласиться хоть на какое-то обследование.
   - Ты не понимаешь как это важно! - восклицал он, подпрыгивая на своем сидении. - Только на моей памяти мы пытаемся разгадать загадку подобного переселения десятилетиями! А оказывается, оно уже практикуется и передо мной находится уникальный материал для исследований.
   Пришлось напомнить коллеге, о самом начале разговора:
   - Вот видишь, Теур, ученый в тебе будет преобладать всегда, в любой ситуации. Тогда как в боевой обстановке ради спасения жизни и выполнения поставленной задачи про самые великие научные цели надо забывать моментально. Ну и самое главное: мы ведь собрались не для этого. Как только наши воины отдохнут, мы немедленно отправимся в дальнейший путь. А по прибытии на место нам возможно и некогда будет заниматься обсуждением тактических и практических деталей.
   - Да..., ты прав, - с явной неохотой согласился Теур, имея ввиду сиюминутное обследование сидящего перед ним объекта. Но Невменяемый использовал это признание в глобальном масштабе, закрепляя за собой право общего командования рейдом:
   - Вот и прекрасно, что ты понял важность единоличного командира. Тем более что под моим началом гораздо больше воинов. Теперь переходим к текущим вопросам. Первым делом для нас очень важно решить вопрос с увеличением скорости полета боларов. Ведь желательно закидывать их далеко вперед для предварительной разведки и способ для этого имеется.
   Ирисовый поскрипел зубами от такого самоуверенного тона человека, взявшего на себя командование всем рейдом, но конфронтацию пока прекратил. Все-таки последний аргумент перевесил. Что ни говори, а Кремон командовал гораздо большим количеством разумных: двести шестьдесят пять полноценных воинов. Тогда как Теуру на постоянной основе подчинялось пока всего шестьдесят драконов. Поэтому он внешне согласился, заинтересовавшись новым способом:
   - Может, летающие растения научились махать корнями для увеличения скорости полета?
   - Ха! Хорошая идея! Надо будет Спина уговорить поэкспериментировать, - оценил шутку Кремон. - Но болары предпочитают излишне не напрягаться, поэтому позволяют мощным драконам себя транспортировать с большим комфортом в энергетических коконах. Именно так я в свое время в теле Гишера перетянул за собой через Топорный хребет Спина вместе с Карагом.
   Ирисовый еще больше оживился:
   - А людей так можно транспортировать?
   - Увы! Сколько наши исследователи не старались, но кроме зеленых шаров никто и ничто на поддается уменьшению веса в этих магических коконах. Разве что объединят усилия с вашими гениями....
   Затем командир попросил Теура подробно рассказать о каждом драконе-Эль-Митолане. Его в первую очередь интересовали боевые маги, владеющие умением создавать структуры изменения погоды, управления атмосферными стихиями. Именно таких колдунов следовало направлять на острие предполагаемых атак для создания прикрытия из плотных облаков, а то и небольшого урагана. В туманном мраке, метающим зажигательные бомбы боларам, будет намного проще подбираться к вражеским кораблям и выполнять поставленные перед ними боевые задачи.
   После обсуждений способностей каждого воина личного состава, нашедшие общий язык дракон и человек вышли на плац и продемонстрировали всем заинтересованным последние новинки боевой и магической экипировки. Ну и те артефакты Древних, которые имелись у каждой стороны. Как, например, то же магическое жессо, которым с невероятным умением обращался Бабу Смилги. У драконов имелось три редчайших прибора под названием "фокус", с помощью которых они могли обозревать с большой высоты мельчайшие детали местности. Среди остальных вспомогательных средств, структур и устройств особо выделялась "мантия", выданная Невменяемому для сокрытия на полчаса своего тела в любом тылу врага. Артефакт являлся вещью многоразового пользования, хоть для его восстановления и требовалось сразу пять полных сил Эль-Митолана да прорва структур стационарной магии. Точно такой же вещицей молодой герой в свое время воспользовался на территории Ледонии для похищения древнего Трактата. Но та уникальная накидка была потеряна в ходе операции. А теперь вот, как утверждал Первый Светоч, в мире осталась только одна-единственная "мантия", но для общего блага ее выдали без колебаний. В данном случае о сохранении подобных секретов или магических технологий разговор даже не заводился, в минуту всемирной опасности пригодится буквально все. Как оказалось у каждой стороны нашлось немало сюрпризов для противника и если командир будет их правильно использовать в должных условиях, непобедимость сборного легиона разумных, возрастала на порядок.
   Обсудили так же все особенности Огненной стрелы, которую удалось взять в свое время Цашуну Ларго в качестве трофея на территории Кремниевой Орды. Как оказалось после тщательных исследований, узкий цилиндр с острым наконечником предназначался для подачи зрительного сигнала на огромных расстояниях. Когда его запускали в действие, он с ревом взлетал на запредельные даже для драконов высоты и оставлял за собой долгоустойчивый и хорошо видимый дымный след ярко-оранжевого цвета. Те же исследователи предложили довольно эффективный способ борьбы с такой вражеской сигнализацией, хотя он и был действителен только в пределах ста метров. Но любой Эль-Митолан мог "накрыть" взлетающий цилиндр простеньким силовым полем, после чего устройство легко выходило из строя, взрываясь при этом на месте старта. Потом, правда, дымное облако вспухало прямо на земле, но и его можно было легко локализовать и сдержать от рассеивания другим силовым контуром. Что в некоторых обстоятельствах могло существенно помочь тем же атакующим и оказать медвежью услугу тем, кто попытался дать сигнал тревоги.
   Когда состоялась побудка отдыхающего личного состава, воинов сытно покормили, и все на том же плацу ознакомили с предстоящим планом перелета и предполагаемых дальнейших действий. А напоследок поспешно провели взаимные магические уроки. Те, кто уже это умел, просто и доходчиво передавали опыт своим коллегам.
   Процесс создания коконов оказался довольно прост. И вскоре все Эль-Митоланы рейда умели заключать разумные растения в колдовские оболочки и соединять их связующими жгутами из эластичной резины. Затем каждому члену рейда выдали по шестнадцать семян гаспиков, все, что накопилось в лаборатории у старого ученого. Все-таки полный цикл обработки семян занимал слишком много времени и укладывался в полтора месяца. Вначале обычные семена замачивали полтора суток в специальном растворе, потом проталкивали на тележках вглубь территории Зачарованной пустыни на пятьдесят метров и держали еще трое суток. Затем двое суток будущие волшебные плоты "отдыхали" в определенной магической структуре и вновь шли на очередной круг преобразования своих полезных и уникальных свойств.
   На данный момент процесс производства растительных покорителей водных пространств был поставлен на поток, но добавочные порции невероятно нужных семян ожидались не ранее, чем через неделю. В Энормии тоже заинтересовались таким чудом природы и прикладной магии: в последние дни группы ученых работающих на границе с Зачарованной пустыней интенсивно только этим и занимались, ведь Невменяемый сообщил своим энормианским коллегам о самой сути открытия. Только вот секрет раствора ему был неизвестен и конкретной магической структуры он не знал, ведь все сведения об этом держались в голове у старого ученого-дракона. Можно было предвидеть, что Альтурские Горы вряд ли захотят открывать подобные секреты полностью даже самым нужным союзникам, а станут попросту продавать гаспики, оставаясь мировым монополистом. Но тут уже многое зависело от короля Рихарда Огромного. Если он сумеет настоять и грамотно поторговаться, то Старгел Бой Фиолетовый отдаст очень многое за право свободного доступа своих подданных к новому чуду драконьей оздоравливающей медицины - Чальшагскому озеру Жизни.
   Но пока единодушно решили, что и таких внушительных запасов семян должно хватить с избытком для рейда любой сложности или продолжительности. Короткое прощание с пограничниками и вот уже шестьдесят драконов и двести боларов взмыли в вечернее небо и понеслись на юг. Возле самого моря их должны поджидать еще двадцать драконов и десять боларов-альтуриан из числа группы так называемой предварительной разведки. Этим тридцати разумным указывалось создать еще неделю назад в прибрежной полосе временный лагерь и тщательно следить за событиями в акватории Радужного моря.
   Чтобы не слишком терять полезное время, сам перелет через баронство Стали командиры решили разбить на две фазы. Первую пролететь единым легионом. Если в пути не встретится нежданных засад, то на привале в середине пути, драконы возьмут на буксир семьдесят боларов и помчатся к морю на всей максимальной для себя скорости. А зеленые шары, несущие людей и таги, доберутся к береговому лагерю чуть позже. Но зато сразу смогут адекватно среагировать на создавшиеся там условие и не терять потом время на анализ ситуации.
   В общем, так и получилось. Весь перелет прошел без сучка и задоринки, и напрягало разве что неожиданное обилие костров в малопригодных прежде для жизни лесах. Оказывается и сюда добрались первые беженцы из тех районов баронства Стали, которые непосредственно подверглись первым кровавым и беспощадным атакам Кремниевой Орды. Видимо люди надеялись переждать лихолетье в глухих и удаленных от основной цивилизации местностях. Как выяснили разведчики во время привала, люди бежали в основном от западной границы и из городов побережья Келпри и Сторн. Именно на эти два порта в последние недели и совершали наглые атаки силы ордынского военного флота. Это, не говоря о том, что уже больше месяца оба города находились практически в полной морской блокаде. Ни одно судно из большого мира в них прорваться не смогло.
   Уже только эти давно устаревшие сообщения настораживали. Какую силу тогда набрали морские силы Кремниевой Орды на данное время? Раз они ведут себя так нагло и безнаказанно.
   Поэтому Теур Ирисовый еще больше ускорил отлет своего отряда. Семьдесят боларов, в том числе и их старшего офицера Карага, упаковали в магические коконы, связали парами и тройками и вскоре первые драконы с тянущимся за ними "полезным грузом" взмыли в небо. Свободные коллеги их опекали со сторон на случай неожиданной атаки.
   Кремон Невменяемый тоже приказал усилить бдительность:
   - Чем больше мы приближаемся к морю, тем реальнее становится угроза неожиданной засады, поэтому советую не слишком спать людям, а боларам смотреть в стороны всеми доступными для них средствами.
   Уже висящий над ним Спин, пробурчал тихонечко, чтобы остальные не услышали:
   - Ты нас не учи! Мы получше вас и драконов вокруг себя пространство просматриваем. Поэтому можешь спать спокойно, и остальных зря не тормоши.
   Действительно, разумные растения в последнее время выбрали совершенно новую тактику передвижения с грузом. Второй шар, или тот, что летел сзади упирался "лбом" в "затылок" первому и таким образом парочка значительно уменьшала фронтальное сопротивление воздуха. Человек тоже висел очень близко к ним, пряча лицо в выемку между сферами, но при этом свободно рассматривая все у себя под ногами. Болары в полете делили между собой сектора обзора, соответственно просматривая досконально воздушные и наземные просторы спереди и сзади. Учитывая имеющиеся у каждого третьего члена рейда наличие такого оружия как литанра, массу защитных амулетов и артефактов - подобное трио представляло собой убийственный, совершенно автономный мини отряд, способный выполнить большинство поставленных перед ними задач собственными силами.
   На второй части пути болары отметили еще одну странную деталь. В расположенных внизу лесах виднелось неожиданно огромное количество их диких собратьев. Как предположил Спин, такая странная миграция скорей всего провоцировалась тотальным отловом всех остальных летающих растений, как на своей территории, так и в пограничных зонах Кремниевой Орды. Скорей всего ведущие "дикий" образ жизни зеленые шарики подались вдаль от опасности чисто инстинктивно, действуя скорей на подсознательном уровне. Но после таких выводов лидер боларов долго и сильно возмущался безжалостными, алчными шаманами и грозился отомстить за надругательства над своими соплеменниками.
   Спин разошелся настолько, что пришлось Кремону успокаивать своего товарища, который в последнее время был настроен философски, а вывести его из себя считалось непосильной задачей:
   - Дружище! Мы ведь для того и летим, чтобы твои собратья скорей обрели самосознание и полную свободу. Не забывай, скоро и сюда долетят миссионеры из числа твоих "обормотов", возложат свои корешки на кого надо, наградят большинство амулетами неподчинения жезлам и процесс станет необратимым. Да и мы постараемся в Орде не просто диверсии устраивать.
   Некоторое время Спин молчал, а потом, уже совсем другим тоном отозвался:
   - Ты прав, но спокойствия мне удалось достичь с трудом. И в данный момент я очень жалею, что у нас так мало нужных амулетов. А еще лучше было бы научиться аннулировать воздействие этих проклятых жезлов. Сразу бы несколько проблем решили, в том числе и с остановкой Титана, детища Древних.
   - Меня больше волнует другое, - признался Кремон, повышая голос из-за свиста усилившегося встречного ветра, - Никто из наших ученых или историков так до сих пор не обнаружил даже единственного упоминания об этом самом Титане. И у меня родилось подозрение, что подобная массивная туша из резины и металла могла свалиться на Мир Тройной Радуги совершенно недавно.
   - Откуда свалиться? - не понял Спин.
   - Да откуда угодно! Хоть с Марги, хоть с Сапфира. А то и вообще с другой такой же планеты. Ведь тебе известна теория о множественности миров с разумными формами жизни?
   - Только в общих чертах, - признался лидер боларов, - Но вряд ли передвижение такого огромного объекта возможно в безвоздушном пространстве. Подобных чудес не бывает.
   - Ага, не бывает! Вот, например, во все века бьются над разгадкой одного чуда: как летают болары и что их держит в небе? Может, ты мне раскроешь такую "простенькую" тайну?
   - Однако..., - замялся Спин. - Тут и разгадывать нечего, просто летаем - и все.
   - Вот и Титан может по предположению "просто летать". Тем более, что он как бы парит над поверхностью. Мы на своей планете еще и половины тайн основ мироздания не изучили, так что говорить о других мирах?
   - И все-таки! Твои подозрения скорей всего полностью беспочвенны, - стал рассуждать болар. - Судя по словам Цашуна, Титан находился ранее чуть ли не полностью в грунте. Следовательно, при такой жесткой посадке его корпус должен был элементарно лопнуть и поломаться. В лучшем случае получить значительные пробоины или повреждения. Поэтому скорей всего детище Древних было упаковано в грунт очень давно и тщательно и осторожно присыпано сверху. Шаманам просто невероятно повезло на него наткнуться.
   В рассуждениях друга имелось рациональное зерно, и после непродолжительного спора Кремон признал его точку зрения наиболее верной. Действительно инородное тело из безвоздушного пространства не могло так сильно зарыться в скалистые образование при посадке, и совершенно при этом не пострадать. Но тогда опять возникали вопросы по идентификации единственного в своем роде артефакта. Об Арках и то нашлись разнообразные упоминания, а вот о Титане - ни слова.
   По поводу копания в старых архивах, Спин вдруг вспомнил о маркизе Баризо:
   - Вот Мальвика бы точно разыскала любые сведения. У нее врожденный талант к подобным делам. Да и настойчивости ей не занимать ...было.
   Некоторое время друзья молчали, рассматривая проносящуюся довольно близко вершину одинокой горы, а потом Невменяемый в раздумье признался:
   - Странно, но в последнее время Мальвика мне несколько раз приснилась, а один раз я с ней даже разговаривал во сне. Причем весьма четко при этом осознавал, что она жива и занимается очень важными делами. Как ни странно на мой вопрос о жизни "там", девушка рассмеялась и пообещала что обязательно "оттуда" вырвется. Да напоследок пригрозила, что, мол, я так легко от нее не избавлюсь. Ты представляешь такое? Вот такие ночные кошмары....
   Вначале Спин выразился весьма туманно и абстрактно:
   - Интересная картина..., мокнет под окном..., - но потом сделал неожиданный вывод: - Скорей всего между вами осталась некоторая ментальная связь, в которой обе стороны ваших сущностей продолжают тянуться друг к другу.
   - Скажешь тоже! - фыркнул Кремон. - Когда это я к ней тянулся?
   - Порой разумные и сами не сразу осознают свое предначертание в ареале сосуществования. А ведь тебе всегда возле Мальвики было хорошо и спокойно. Ведь, правда?
   - Не скрою, так и было. Но ведь это еще ничего не значит.
   - С твоей стороны - ничего. Но для ее деятельной сущности этого достаточно для некоторой астральной зацепки, созданию так называемого маяка в информационном поле всего мироздания.
   Кремон не выдержал и воскликнул:
   - Слушай, дружище! Откуда у тебя такие философские познания в сферах потустороннего и неведомого? Когда и где успел вычитать?
   - Хм..., затрудняюсь ответить.... Мне кажется, иногда на меня что-то находит, словно озарение. Частенько даже сам пугаюсь от удивления: как только ворох абсурдных и противоречивых мыслей меня с ума не сводит?
   - Да нет, тебе это не грозит.
   - Что, озарение? - решил уточнить болар, уже догадываясь, что товарищ готовится к очередной подначке. Предчувствия его не подвели:
   - Наоборот - сумасшествие тебе не грозит. Потому что мозги у тебя слишком крепкие и никак не могут порваться от напряжения.
   - Конечно, они у нас дубовые. Практически у нас и сотрясений мозга не бывает, - покорно согласился Спин. Затем в раздумье, словно что-то припоминая, проговорил: - Но вот один Грюхун мне доказывал, что при сильных обидах у нас могут оторваться корни....
   В следующий момент он как-то странно вздрогнул всем корпусом и вместе со все слышавшим побратимом, резко провалился вниз. Хоть Кремон и ожидал нечто подобное, да и вообще слыл парнем не робкого десятка, но сердце у него тут же ухнуло в пятки, ладони судорожно сжались на корнях, и сам он запричитал:
   - Прекрати немедленно! Или ты хочешь моего инфаркта? Тогда к морю, моя тушка как раз остыть успеет.
   - Ха! Как ему, так можно шутить, - забулькал смехом болар. - А вот другим.... Да и вообще, отпусти, пожалуйста, мои корни. А то они и в самом деле, отсохнув, отвалятся.
   Молодой герой с запоздалым раскаянием ослабил свою смертельную хватку и поерзал на плетеном сиденье, устраиваясь удобнее:
   - Хорошо все-таки иметь умных друзей. Другие вообще могли бы додуматься до того, чтобы сбросить меня с высоты, а потом пытаться подхватить возле самой земли.
   - Вот здорово! - с радостным оптимизмом воскликнул Спин. - Так ведь это же - наша самая любимая забава. Обязательно попробуем, но только в следующий раз.
   - А что так? Инфаркта моего боитесь?
   - Да нет. Просто ты сейчас начеку и тебе будет совсем неинтересно.
   На этот раз радостно засмеялось все трио. Хотя где-то глубоко в сознании Невменяемого вдруг заворочалось ностальгическое сожаление-предчувствие о призрачности и неуверенности их сиюминутного бытия. И о том, что следующие подобные минуты отдыха и веселья им могут представиться судьбой ох как не скоро. Если вообще представятся.... Ведь не на прогулку летели.
  
  

РАДУЖНОЕ МОРЕ

   К временному лагерю оставалось совсем немного, когда отряд Невменяемого заметил летящую навстречу парочку драконов. Оказалось, что это Теур не вытерпел и поспешил к ним на встречу с одним из своих офицеров. За сэкономленное в скоростном полете время они не только выспаться успели, но и собрать самую свежую информацию.
   Подстроившись после разворота к Невменяемому и выровняв скорость, дракон сразу стал делиться последними новостями:
   - Практически все Радужное море контролируется военно-морскими силами Кремниевой Орды. В данный момент полностью блокировано морское сообщение с баронством Стали, Менсалонией и одним из Южных княжеств. Все порты и береговые укрепления Морского королевства находятся в повышенной боевой готовности, ну а их корабли курсируют только на юг, да под прикрытием пограничных фрегатов в сторону Чингалии. Ну а теперь о самом неприятном: сплошная линия вражеского флота, которая поддерживает Мыльный Экран в действующем положении - фактически удвоилась. И вдобавок с обеих сторон цепочки курсируют далеко выдвинутые в стороны легкие яхты разведки. Все они нагло передвигаются под своим малиновым знаменем и ввязываются в бой с любым забредшим в те воды кораблем. Всю эту информацию удалось собрать только благодаря нашим вездесущим и пронырливым боларам. Драконов бы наверняка давно заметили и подняли тревогу. Основное, из новостей - все. Что будем делать?
   - Одно радует, что они ходят под своими флагами и невинные при нашей атаке не пострадают, - Невменяемый сразу решил использовать преимущества внезапной атаки: - Делаем только десятиминутную посадку для пополнения запасов продуктами и пресной водой. Если поторопимся, то уже перед рассветом нам удастся значительно проредить заслон обнаглевших ордынцев.
   Теур прямо на лету высокомерно хмыкнул:
   - Не лучше ли одни сутки потратить на более подробную разведку?
   - Чего мы этим достигнем? - стал сердиться Кремон. - Что новость о наших совместных действиях с боларами достигнет шаманов вражеской армады, и те начнут безжалостно уничтожать любую появившуюся в их поле зрения зеленую сферу? Еще чего! Лишать себя главного козыря - недальновидно. Поэтому попрошу тебя опять мчаться в лагерь и подготовить для нас быструю загрузку. Потом опять ваш передовой отряд с боларами на прицепе мчится к тому участку моря, откуда мы сможем спокойно использовать гаспики. Располагайтесь на плотах и готовьте емкости с зажигательной смесью. Не забудьте установить Маяк жизни с синим лучом.
   - Хватит одного?
   - Вполне. Мы будем ориентироваться на него, и лететь над самой поверхностью воды. Как только соединимся, сразу забираем подготовленные бомбы и летим к целям. Если удастся нарушить целостность мыльного Экрана, начинаем сигнализировать во все стороны Маяком Желтого цвета. Тогда уже с готовой смесью в бой вступают все остальные летательные силы. Ваша последующая задача будет ликвидировать цепочку от места прорыва в стороны как можно на большее расстояние. Затем бросаетесь догонять нас. Группа разведки возвращается в лагерь на побережье, дожидается шестую энормианскую эскадру и уже вместе с ней продолжает войну на дальнейшее уничтожение вражеского флота. Чем больше ордынцев они уничтожат, тем нам потом легче будет домой возвращаться. Все, поспеши!
   Ирисовый резко ускорил полет, хотя и так по его заверениям оставалось минут двадцать до лагеря. Но и такого мизерного опережения хватило для побудки и интенсивной подготовки к взлету. Пока прибывшие основные силы рейда запасались водой и пополняли запас сухого пайка, отряд дальнего подскока уже запаковал своих боларов в магические коконы и стал подниматься в небо. К ним присоединилось и пять остававшихся до сей поры в лагере драконов. Остальные пятнадцать и десяток летающих растений оставались далеко в море и вели наблюдение с плавающих плотов. Именно к ним и устремились первая часть отряда во главе с Теуром и Карагом. Чуть позже, следом за ними в воздушное пространство взлетели и основные силы рейда, сто тридцать боларов с шестьюдесятью людьми и пятью таги. Игнорируя обеденный перерыв и заслуженный отдых. Вот так, сходу и без раскачки началась вторая часть рейда под условным названием "Прорыв".
  
   Летели всю вторую половину дня, но только ночью болары заметили синий луч Маяка, и стая полетела строго по прямой линии. К сожалению, из-за особой специфики приборов, созданных по образцу древнего артефакта, новые лучи разного цвета могли видеть только разумные растения. Драконы их не могли видеть. Единственным исключением рказался сам Невменяемый, который в то время находился в теле Гишера. Именно тгда он прекрасно видел лучи испускаемые Маяками, хоть в ночное время и ограничивался лишь тремя километрами зрения, обязательными для всех крылатых покорителей неба. Видимо в том случае наличествовала некая уникальность опыта, потому что сколько болары после не объясняли драконам свои ощущения, те ничего так и не смогли увидеть.
   Правда разумные растения от такого факта не расстроились, а только заимели лишний повод собой гордиться. Ведь уже только это умение делало их практически незаменимыми союзниками и помощниками. Ведь по разработанным в штабе разведки сигналам, теперь можно было передавать сообщения чуть ли не любого характера и значения. Причем велись и работы по созданию переговорного текста, в котором каждая комбинация световых интервалов обозначала определенную букву алфавита. Ко всеобщему недовольству разработка и соответствующее обучение так и не успели завершить к началу рейда. Но все равно в экипировке легиона имелось около пятнадцати Маяков с разным по цвету свечением и с их помощью намечалось поддерживать общую связь как с Пладой, так и с более близко расположенным к границе Чальшагом.
   Самую первую копию уникального прибора, который Спин одолжил у Грюхуна стаи, удалось сделать еще пару лет назад компании Эль-Митоланов под руководством Хлеби Избавляющего и самого Кремона. Тогда Маяк просто-таки кардинально помог молодому герою и его помощникам при изъятии всемирно теперь известного Трактата из подземелий столицы Ледонии. Благодаря этому же магическому устройству Спин с Карагом даже успели вернуться в царство Огов и догадаться о том, что невероятно вооруженная армия колабов и наемников движется по территории Гиблых Топей с коварными планами прямой агрессии.
   В то время Маяков существовало только два. Теперь многими сотнями Энормия, пользовалась со все возрастающей пользой и эффективностью. Причем делалось это не только в армейской или флотской сфере, но и чисто гражданской. На данный момент драконы никак не могли поверить в существование разноцветных лучей, несущихся вокруг всей планеты, потому что даже с их наилучшим среди всех разумных существ зрением, они их попросту не видели. Но лидеры боларов пока не спешили разубеждать словами недоверчивых союзников. Утверждая, что жизненные реалии - самое лучшее доказательство.
  
   К месту движения плотов, основные силы добрались далеко за полночь и последнее расстояние преодолевали над самой поверхностью морских волн. Из-за этого всем Эль-Митоланам пришлось ставить защиту от влаги и брызг, слишком уж часто ногами они цеплялись за вздымающиеся порой верхушки небольших волн. Ну а простым воинам оставалось только беззвучно ворчать, да как можно чаще шевелить промокшими в сапогах пальцами ног.
   Когда весь легион разместился на гаспиках, и те вытянулись в движении длинным кильватерным строем, Кремон тоже получил подробный отчет о ситуации от находившихся здесь ранее разведчиков. Оказалось, что в данном секторе яхт разведки противника довольно мало и при определенной доле везения были отличные шансы через два часа прорваться непосредственно к сдвоенной цепочке всей ордынской армады.
   Опять Невменяемый не стал мешкать в длительных размышлениях. По всем плотам передали два приказа: готовить огненную смесь из мушек и боевым магам стихий создавать структуры по кардинальному ухудшению погоды. Для последнего действа могло сгодиться все: от густого, тяжелого тумана, довольно частого в этих местах перед рассветом, до редких на данной широте и в ночное время скоростных торнадо из сплошного мрака. Само собой разумеется, что и дальнему наблюдению уделили должное внимание. Несколько Эль-Митоланов отделенными сознаниями проверяли пространство километров на шесть вперед и в стороны. Как оказалось не зря. Чуть наискосок вскоре обнаружили сразу две легкие яхты, которые дрейфовали на канатной сцепке. Можно было попытаться их обогнуть по большой дуге, но Кремон не стал рисковать. Ведь шаманы тоже могли тщательно просматривать окрестности моря, да и время при обходе терялось. Началась первая атака на уничтожение.

Наиболее минимальный по размерам болар, лелея в своем корпусе Маяк с красным лучом, понесся к яхтам над самыми волнами и незаметно прикрепился на висящем из борта якоре. Такие попытки растений отдохнуть при перелете Радужного моря никого не удивляли, так что вряд ли даже вахтенные матросы обратят на это внимание. Одновременно с этим запустили сразу две, для большего эффекта, структуры густого тумана, которые накрыли яхты непроницаемым для глаза саваном. Ну и вслед за туманом на неприятельские корабли пошли в атаку двадцать боевых троек из боларов и людей. Наверняка хватило бы и меньше, ведь на яхтах находилось всего лишь четыре вражеских колдуна: один бодрствовал в капитанской каюте, рассматривая карты, двое спало или следило вокруг отделенным сознанием, и еще один дежурил на капитанской надстройке второй яхты. Но Невменяемый вознамерился не только без единого шума или сигнала колокола уничтожить обе яхты, но еще и попытаться захватить пленного. Для этого он наметил бодрствующего шамана, который возился с картами. Наверняка тот среди ордынцев был самый знающий и проинформированный. По крайней мере, так предполагалось.

   На маленьком спардеке каждой из яхт также обнаружили по готовому к запуску сигнальному устройству. Возле каждого из них на палубе сидел вахтенный матрос. Для локализации этого потенциального источника беспокойства энормианские Эль-Митоланы заблаговременно подготовили структуры силового давления и замыкающие контуры.
   И вот первая атака началась. Двигаясь прямо на луч и пользуясь своими умениями ориентироваться в непроглядном из-за тумана пространстве, каждая пара боларов вышла к намеченной заранее точке предстоящей схватки, и стала действовать на уничтожение противника. Командир взял на себя того шамана, который находился на капитанской надстройке. Пользуясь своими средствами ориентации, летающие растения посадили молодого героя чуть ли не на голову врагу. Следовало отдать "змеиному" должное: ордынец успел их заметить сразу же, хотя в густом тумане ему первыми увиделись только зеленые сферы. Скорей всего человека рассмотреть он не успел. Магический жезл управления находился у шамана в руке и тот задействовал его без малейшего промедления. Задействовал и тут же воззрился на него с явным изумлением. Словно желая собственными глазами удостовериться в исправности древнего артефакта. В следующий миг его голова оказалась пронзенной широким наконечником короткого копья, а затем и Кремон, коснувшийся мягкими кожаными сапогами палубы, подхватил падающее тело. Единственный звук издал выроненный жезл, который ударился о паёлы и откатился к шпингалету.
   - Ах! - не сдержал досадного шепота командир. - Как он грохочет, однако! Заберем?
   В арсенале легиона имелось четыре жезла, но почему же лишаться еще одного уникального и древнего артефакта? Да и Спин наверняка думал точно так же. Потому что не успели отзвучать слова Кремона, как болар уже мотнулся к ограждающему лееру, удачно подхватил устройство и спрятал во внутренностях своего на диво вместительного корпуса.
   Дальнейшее уничтожение врагов на этой яхте прошло без сучка и задоринки. Экипаж, состоявший из пятнадцати человек, так и не проснулся, и после короткого магического обыска днище судна проломили несколькими точно рассчитанными ударами.
   А вот второй объект зачистить без шума и сопротивления не удалось. Хотя нападающие тоже обошлись со своей стороны без единой раны. Но неожиданно мощное сопротивление оказал именно тот шаман, которого Невменяемый выбрал в качестве предполагаемого пленного. Оказалось, что его каюта защищена от внешнего вторжения сразу несколькими магическими ловушками и двумя весьма активными охранными контурами. Так что ответственные за пленение воины не стали долго с врагом церемониться. Такой случай тоже предусмотрели заранее. Групповыми усилиями они попросту сжали капитанскую каюту, и ее хозяин тут же погиб в собственных защитных ловушках. Но самое главное, он не успел задействовать наверняка заготовленное магическое сообщение тревоги. Обоих вахтенных возле летающих труб успокоили еще эффективнее.
   Палубы тонущих яхт уже стала заливать вода, когда передовой отряд, просигналил основным силам об итоге своей работы и устремился обратно на плоты. Несколько карт здешнего участка моря все-таки спасти удалось, поэтому на гаспиках командование легиона их тщательно просмотрело, сопоставив с имеющимися сведениями. Общие данные разведки получили конкретные подтверждения в схемах и планах. А после часового передвижения на уникальных плотах, сразу несколько Эль-Митоланов вернулись в свои тела с сообщением о расположенной прямо поперек курса цепочке вражеской армады.
   Кремон сразу дал команду запустить вперед все приготовленные структуры непогоды, а через четверть часа почти все двести боларов, тяжело нагруженные бутылями с огненной смесью, поджавшими ноги людьми и таги, устремились широким фронтом в атаку. С драконами осталось только около десятка летающих растений, да и то лишь для того, чтобы увидев соответствующие лучи Маяков вовремя сообщить о падении Мыльного Экрана.
  
  
  
  

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

СОКРУШИТЕЛЬНЫЙ УДАР

   На некоторых кораблях ордынской армады, капитаны все-таки всполошились и подняли своих воинов и матросов по боевой тревоге. Уж слишком странными показались им неожиданный мрак, густой туман или шквалистые порывы ураганной черноты. Тревожно забили сигнальные колокола. Заскрипели вороты возводимых осадных луков. Защелкали зажимы на колесах, готовящихся к стрельбе махофуров. Загрохотали выбираемые цепи плавучих якорей. Ну а воины в полном вооружении выстраивались вдоль бортов и с бьющимися ускоренно сердцами вглядывались в сгустившуюся черноту ночи. Но по большому счету особого урона нападающим это не нанесло. Слишком неожиданной, оригинальной и новой по исполнению была их атака.
   Кое-где насторожившиеся защитники успевали заметить поднимающиеся от воды или опускающиеся с неба летающие растения. Но и это получалось им во вред. Они расслаблялись, сбиваясь сразу только на одну мысль: "Ну, этих зеленючек сейчас шаманы быстро приструнят и отправят к берегу на работы! Ишь, разлетались!" Подобное в открытом море случалось довольно часто и дикие летающие растения во все времена в непогоду пытались опуститься для короткого отдыха на какую угодно твердь. Хотя на пресную воду огромных озер садились без всякого опасения.
   Правда, сейчас все происходило иначе. Вместо того, чтобы безропотно собираться в кучки и лететь в сторону берега, болары деловито подлетали к люкам и сходням, ведущим во внутренние помещения кораблей и с убийственной сноровкой забрасывали вниз стеклянные бутыли заполненные ярко красной, пузырящейся жидкостью. Затем резко взмывали вверх и уходили в сторону, а из трюмов и кают взвивались в ночь неугасимые языки все прожигающего пламени. Дикие вопли обожженных насмерть товарищей холодили обороняющимся кровь в жилах, и от этого они опять теряли по несколько драгоценных секунд, таких важных для полной мобилизации и тушения пожара.
   Осознавать случившееся и удивляться было некогда и под громкие окрики командиров, капитанов и шаманов весь личный состав кораблей бросался на борьбу с неукротимым пламенем. Но вот тут уже на них со сторон сходилась "вторая волна" беспощадно настроенного противника. Но теперь они прилетали тройками и висящее под корнями боларов люди точными ударами молний старались в первую очередь выбить из строя ордынских магов и командиров. Как правило, те выскакивали на капитанский мостик и оттуда пытались руководить действиями воинов. Причем в некоторых случаях на борту их находилось по двое, кое-где по одному, кое-где вообще не было. Так что численное и магическое преимущество атакующих сказывалось моментально и вражеские колдуны вскорости падали за борт с прожаренными или заледеневшими мозгами. Данный факт уничтожения магической элиты особо обуславливался Невменяемым еще и с другой целью. Ведь многие ордынцы окажутся за бортом, а значит будут иметь весьма неплохие шансы дождаться помощи от сходящихся к месту прорыва других частей своей армады. А вылавливать в волнах и добивать плывущих людей - дело довольно продолжительное и неблагодарное. Гораздо важней уничтожить как можно больше единиц боевого флота. Поэтому "второй волне" ставилась определенная задача по уничтожению командирского состава и добивании плавсредства, если все-таки его команда нашла возможности противостоять пожару и остаться на плаву.
   Вся армада Кремниевой Орды действительно располагалась в море двумя чуть ли не сплошными линиями. Расстояние между ними определялось пятью, шестью кабельтовыми. Точно такой же интервал наблюдался и в самой линии. Вдобавок все корабли старались стоять в шахматном порядке, предотвращая таким образом и сокращая до минимума все лазейки для прорыва. Само собой разумеется, что построить или захватить такое невероятное количество кораблей для ордынцев было бы просто немыслимо. Вся правда открылась только при атаке. Частенько в линии, особенно во второй, стояли не просто военные корабли или белее менее приспособленные для этого средние яхты, каботажники или купеческие корабли. Порой строй держали разболтанные и еле держащиеся на плаву рыбацкие баркасы, а то и утлые фелюги. Видимо для создания Мыльного Экрана экспроприировали любые плавсредства с обоих побережий Радужного моря и нападающих радовал только тот факт, что самих рыбаков и купцов видимо оставили на суше. Потому что на палубах виднелись лишь хорошо отличимые по внешности коренные ордынцы.
   На каких условиях и магических силах держался опасный, вернее, смертельный для драконов барьер, понять было трудно. Тут теоретики и специалисты легиона так и остались в неведении. И в какой-то момент у них даже зародилось сомнение в главном успехе всего прорыва. Ведь уже погрузилось под воду по десятку кораблей в каждой линии, а Мыльный Экран так и продолжал мерцать в определенном ракурсе магического зрения. И только когда ушло под воду еще с десяток вражеских боевых единиц, стационарная преграда замерцала хорошо различимыми цветами радуги и приказала долго жить.
   По предварительной согласованности болары тут же включили определенные Маяки и в направлении идущих по векторам в стороны гаспиков, понеслись возвещающие о первой победе лучи. Драконы только и ждали этого сигнала. Разделившийся надвое отряд понесся гораздо дальше в стороны от прорыва, захватывая тем самым еще большее пространство вытянутой в линию вражеской армады. Существовало, правда опасение, что Мыльный Экран может существовать и несколькими частями даже после того, как у него "сожгут" середину, но для перестраховки самые передовые и высоко летящие драконы прихватили за собой по одному болару, помещенному в магический кокон. Летающие растения прекрасно видели главную опасность для крылатых союзников и могли сообщить вовремя о препятствии.
   Как оказалось, Экран рухнул и растворился по всей своей длине. И бой перешел в фазу нанесения наибольшего урона вражеской армаде. Атакуя на огромной скорости и не жалея магической энергии драконы атаковали со всей накопившейся у них яростью и желанием мести за своих не так давно здесь же погибших товарищей. Мушек и огненной смеси они тоже не жалели. К тому же каждый из них нес по три заранее заготовленных стеклянных емкости со все сжигающим пламенем.
   Уже болары достигли пустых участком моря на своих флангах и поспешили вернуться, а правильнее сказать: лечь на основной курс движения всего легиона. Уже и определенными Маяками болары дали сигналы своим собратьям об отступлении и сборе на главном маршруте. Уже и Кремон Невменяемый переволновался и попытался вернуться отделенным сознание на акваторию недавнего боя. А разошедшиеся и разгоряченные схваткой драконы все жгли и жгли корабли ордынской армады. Кончилась огненная смесь - перешли на магические средства. Кончились они - пошли в ход специально для этой атаки выделенные артефакты. И только после тотального истощения атакующих средств обе группы драконов устало повернули на запад и стали по ходу движения набирать высоту в предрассветном небе.
   В эту ночь Кремниевой Орде нанесли первый и самый сокрушительный пока удар в начавшейся войне. Сборный легион союзников уничтожил и пустил на дно триста двенадцать кораблей противника и половина из них были не просто рыбацкими лоханками, а боевыми и невероятно сильно вооруженными боевыми единицами. Немалый урон Орда понесла и в своей армии Эль-Митоланов: более трехсот пятидесяти "змеиных" навсегда сомкнули свои очи в морской пучине. Впоследствии Мыльный Экран морской армаде восстановить так и не удалось. Слишком страшными оказались потери. А через пару дней к вновь выстраивающейся линии подошли две эскадры энормианских морских сил. И стали щипать врага короткими наскоками и полу пиратскими атаками. Не забывая при этом применять в полной мере ночные атаки боларов с огненной смесью. Чуть позже - на арене сражений появился сборный флот Чингалии и султанский флот Онтара. Морское королевство, как государство самое заинтересованное в прорыве блокады и уничтожению опаснейшего противника, тоже вывело в море весь свой боевой флот и взяло на себя обеспечение пресной водой и продовольствием. На бортах объединенного флота, в который вошло более чем полторы тысячи лучших боевых кораблей, вдобавок базировалось около тысячи обученных для морского боя боларов и две тысячи драконов. Около недели после воссоединения всего флота под единое командование морская война шла в позиционном плане. Потом состоялось несколько морских сражений, в одном из которых ордынцам даже удалось одержать немного спорную победу. Но в конечном итоге основные силы шаманов на океанских просторах оказались разгромлены и спешно отступили к своим берегам, под защиту портовых сооружений и стационарной магической обороны.
  
   Драконы догнали основную группу своих союзников уже довольно далеко от места сражения. Еще полчаса летели осматриваясь во все стороны, а потом сбросили очередные семена гаспиков. Расположились на плотах, пустили их вплавь своим ходом и обеспокоились просмотром окружающих вод. Затем стали оказывать помощь двум пленным, которых таки удалось захватить на месте сражений. Оба были из когорты "змеиных", но один оказался слишком слаб здоровьем. Или те кто его пленил, перестарались. Зато второй находился во вполне излечимом состоянии и лучшие медики легиона пообещали в течении часа привести его в надлежащее для допроса чувство.
   А только потом принялись зализывать собственные раны и подсчитывать потери. Без них тоже не обошлось, как ни блистательна оказалась ночная победа. Основной урон нападающим доставили стационарные флотские махофуры. Да и то, только потому, что прислуга этих агрегатов запускала их практически вслепую. Но за один такой кидок рычажно-натяжного устройства, с ложемента срывалось сразу три плоских вращающихся диска. Они кучным веером летели со специфическим урчанием в сторону цели и срезали все, что попадалось у них на пути. Именно под такие "слепые" удары беспорядочной, но частой стрельбы и попали основные жертвы из состава легиона. Вдобавок личный состав некоторых больших кораблей оказал самое отчаянное сопротивление.
   В итоге погибло четыре дракона, пять боларов и два человека. Ни один таги из инженерного квинтета не пострадал, хотя одного и пришлось спасать из морской пучины, куда тот рухнул после гибели своего зеленого носителя. Как ни прискорбны оказались потери, но всеобщей радости они не смогли омрачить. Ведь еще вначале ночи каждый боец легиона мысленно настраивался к более глубокой печали. Судя по предыдущему прорыву, могли и в этот раз лишиться трети, если не больше, всего личного состава. Так что одиннадцать павших товарищей своими смертями не зря заплатили за победу в кровавом морском сражении. Ну и решающий вклад в эту победу, без всякого сомнения, внесли именно болары. Но если все они страшно гордились своей отвагой и сообразительностью в бою, то их командиры Караг и Спин, разместившись с Кремоном Невменяемым и Теуром Ирисовым на одном плоту, пустились в философские рассуждение о вреде своего участия в подобных стычках. Мало того, они занялись чуть ли не самобичеванием по той причине, что посчитали именно себя виновными в сложившейся безвыходной обстановке. Молодой герой вместе с драконом пытались оспорить рассуждения разумных растений, но получалось это довольно плохо. Тем более что Спин и его первый зам не особенно прислушивались к логическим выкладкам оппонентов. А в конце диспута вообще с некоторым унынием заладили:
   - Войны - категорически не присущи деятельности разумных существ. Подобное деяние зло - и отвечать придется именно нам, боларам.
   Теур потерял всякое терпение, предварив рычанием свои возражения:
   - Да сколько можно талдычить одно и то же?! Только полный несмышленыш не оценит сегодняшнюю ситуацию адекватно, а будет рассуждать там, где надо сражаться и жечь огнем. Изменить ничего нельзя! Или мы - их, или они - нас! Третьего не дано.
   - В том то и дело, что "дано"! - горячо возразил Спин, меняя положение и чуть прокатившись в сторону на своем корпусе. Кремон выглядел тоже весьма сердитым:
   - Хорошо! Говори конкретно: что надо делать?
   - Ха! Если бы мы знали! - с досадой выпалил Караг. - Но мы внутренне просто уверены: выход был, есть и будет. Только вот нам он не известен. Пока....
   - Неизвестен - значит и разговоры заводить не стоит! Пока! - жестко посоветовал дракон. - Сами успокойтесь и нас без нужды не тревожьте.
   - Если бы все было так просто, - побормотал Спин. Затем проскрипел своими внутренностями и добавил в раздумье: - Такое ощущение, что эти картины с криками и страшными смертями останутся перед моим мысленным взором навечно.
   В правилах поведения любого Эль-Митолана не было принято миндальничать и деликатничать по поводу разницы в долголетии между ними и остальными разумными, поэтому Невменяемый напомнил своему другу:
   - Какое там "навечно"? Ведь ты сам утверждал, что тебе осталось лет двенадцать, максимум восемнадцать прожить. Откуда вдруг такой долгосрочный пессимизм?
   - Не знаю..., - лидер боларов постучал себя корнем по верхней, зеленой сфере. - Но где-то вот тут крутится уверенность, что я и тебя переживу. Кажется для нас и четыреста лет не предел. Конечно, в том случае, если в следующем бою не попаду под удар махофурного диска или под сжигающую молнию ордынского шамана.
   - Ничего с тобой не случится, - заверил Кремон, - Корабли мы рассеяли, а против молний у тебя есть наилучший оберег. Только вот как вас подтолкнуть к долгожительству? Ведь нигде и никогда в истории ничего конкретного не упоминалось.
   - Почему же, - оживился Караг, с удовольствием переводя разговор на другую тему. - Все в том же Трактате говорилось, что представители нашего племени живут очень долго.
   Спин позволил себе коротко булькнуть смехом:
   - Для нас сейчас - и тридцать лет покажутся долгими. Так что готов еще хоть сто раз подставлять свою сферу под ладошки Кремона. Чем судьба не шутит: вдруг его каждое прикосновение добавляет год жизни?
   - Ага, или целую неделю, - в тон ему поддакнул Невменяемый. - Но тогда я точно кожу рук до костей протру от вашей колючей травки. И чем болтать без толку в ожидании начала допроса, давайте лучше поработаем над шаманским жезлом. Доставай! Вдруг он настроен совсем иначе, чем у драконов.
   Его друг достал трофей из своей сферы и протянул рукоятью вперед с некоторой опаской:
   - А кто будет в роли подопытных кроликов?
   - Не переживай, дружище! Тебе не придется мучиться моральными терзаниями подвергая неизведанным опасностям своих подчиненных. Мы прямо на себе все сразу и испытаем. Теур, доставай свой экземпляр!
   И командир легиона пропустил мимо ушей скрипучее ворчание:
   - Как же! "На себе" он испытает! А у нас потом внутренности побаливают, словно после сотрясения....
   Некоторое время все четверо занялись сравнением и тщательным изучением, как внешнего вида, так и силы воздействия шаманского жезла. Мало того, что ордынский артефакт формой сильно отличался от применяемых в Альтурских Горах, так он еще имел другие зоны воздействия.
   - Такое впечатление, что он только на наши корни воздействует, - подвел Караг первый итог начального эксперимента. - То есть сразу на органы управления. Тогда как твой, - он потряс драконьим жезлом, - Явно пытается в первую очередь отключить любое мышление. И скорей всего они предназначены для разных целей.
   - Скорей всего их производили совершенно независимо друг от друга, - высказал свое мнение и Невменяемый после тщательного осмотра всех доступных деталей. - Вполне возможно, что в разных государствах и по различным технологиям.
   - А значит, - в радостном озарении поднял свой указательный коготь вверх дракон, - Мы можем попробовать отыскать способ перекрытия лучей трофейного жезла нашими! Надо только будет тщательно просчитать силу воздействия, потому как она не обязательно должна быть большей.
   Караг выразил общее сомнение:
   - Как же мы маленьким победим большое?
   - Мне кажется суть здесь точно такая же как и с вашими Маяками. Просто в данном случае с жезлами испускаемые ими лучи никто не видит. А звуковое сопровождение скорей всего в навязывании воли роли не играет. Уверен, что трубные звуки вообще следует убрать, дабы они не мешали и следить только за воздействием невидимого луча.
   Для дальнейшего обсуждения и опытов решили позвать всех таги и вскоре жезлы перекочевали к маленьким человечкам. Но вот командиры не смогли присутствовать при дальнейших исследованиях. Плененный шаман пришел в товарный вид и уже находился под Сонным Покрывалом. Поэтому начался спешный, но скрупулезный допрос.
   Змеиный попался со средним багажом информации. К сожалению он ничего не ведал о самой сути всего происходящего вокруг Титана. Разве что только общие данные: древнее и самое могучее оружие в мире, которое принесет ордынцам власть над всем миром. Кстати, на непроизвольный вопрос Невменяемого зачем им эта самая власть, шаман ответил:
   - Каждый простой ордынец будет иметь по десять рабов из мужчин, а каждая его жена, по пять рабынь женщин. Все остальные твари будут уничтожены и стерты с лица планеты. Каждый Кзыр получит втрое больше.
   - Понятно..., - грустно констатировала придерживающая пленного за плечи Мирта. - Ничего нового или оригинального. Все хотят сытно есть и ничего при этом не делать....
   Время не давало пускаться в философские размышления, поэтому вопросы посыпались с прежней методичностью. В остальных вопросах глобальной обороны шаман оказался подкован на удивление хорошо. И наиболее важным оказался факт, что на западном побережье Кремниевой Орды установлено неизмеримое количество стационарных магических заслонов. Причем они мастерски перемежались лучшими отрядами разведчиков и следопытов. Всем военно-морским силам был дан строжайший наказ: не допустить драконов к Западным островам ценою собственных жизней. А если такое все-таки случится, не дать драконам возможности вернуться домой. Чего боялся Великий Кзыр со стороны Западных островов, было непонятно, но такие сложности заставили кардинально пересмотреть весь заранее намеченный план прохода по вражеской территории. Тем более что по другим данным в центре своего государства ордынцы вели себя крайне беспечно, практически оголив все подходы не только к столице, но и все глубинное побережье Радужного моря. Конечно, все порты и береговые крепости ломились от копошащихся там войск. Все верфи работали круглосуточно. Все кузни ковали оружие. По крупным трактам шло снаряжение и продовольствие. Да и сами воды кишели пограничными корветами, мелкими баржами и рыболовецкими судами. Фаррати Орды мобилизовал для грядущей победы всех без исключения. Но зато при этом практически оголил второстепенные участки своего государства. И при надлежащей ловкости, толике удачи и смелости там не только можно было пройти, но и сделать надлежащую базу, в которой и драконам нашлось бы место схорониться. Главное при этом, надлежало незаметно проскочить береговой участок и наговоренная пленным информация позволяла это сделать без лишнего напряжения. Да и место для большой базы сразу определилось: не так далеко от предполагаемого пути Титана имелась обширнейшая сеть подземелий и древних катакомб, в глубинах которых по всем древним легендам водились ужасные монстры. А значит, туда издревле ордынцы старались вообще не соваться.
   Но то - местные жители, а что тогда говорить о воинах легиона? Таким только такое место для постоянного лагеря и подавай! Тем более что сам командир с двумя своими Жемчужными орденами чувствовал себя самым всесильным на планете, и нисколько не сомневался в своей победе над любым чудовищем. Встреться ему на пути даже второй Спящий Сторож или вторая легендарная, но так врезавшаяся в память своей неуязвимостью и масштабами топианская Гандарра.
  
   Допрос еще продолжался, а гаспики уже повернули с прежнего курса на сорок пять градусов к северу. На растительных плотах решили идти весь день, но отряд разведчиков боларов взлетел в небо немедленно. По всем расчетам они достигнут линии берега в сгущающихся сумерках и проведут первый осмотр того места, к которому легион скрытно хотел углубиться на территорию врага. Потом сигналами Маяков дадут указания основному составу легиона.
   Такая смена маршрута была выгодна силам рейда сразу по нескольким причинам. Хотя близость к конечной цели всего задания нивелировала все остальные. Но и введение ордынских генералов в заблуждение, не следовало сбрасывать со счетов. Раз они так неровно дышат на недоступные всем разумным участки мирового океана, то пусть так и остается. А сводный отряд новых союзников тем временем направится к своей главной цели.
  
  

ВНУТРЕННИЕ ИНТРИГИ

   Великий Кзыр, Фаррати Кремниевой Орды выслушивал доклады своих подчиненных. Комната для этого была выбрана маленькая, темная и не имеющим способностей видеть в темноте приходилось очень туго. Поди угадай хотя бы частично реакцию повелителя на свои слова! Только и оставалось, что прислушиваться к интонациям. А те говорили о бешенстве и еле сдерживаемой ярости. Потому что новости не радовали оптимизмом: беглецам удалось вырваться за пределы окружающей столицу Куринагол провинции и теперь розыск неоправданно затягивался. И Хафан Рьед в расстройстве покусывал губы:
   "Эта стерва все продумала до мелочей! Будь она проклята, самое худшее создание на планете!"
   Хотя и сам понимал свое непоследовательное отношение к этой женщине.
   Без всякого сомнения - худшей она не была! Скорей - к ней подходило совершенно противоположное определение. Ведь недаром Фаррати Хафан Рьед только о ней и мечтал, спеша во дворец, только и представлял себя в ее жарких объятиях, только и желал слиться с ней губами в страстном поцелуе. А она...! Сознание отказывалось понимать случившееся предательство. Именно поэтому его и настигла вчера такая лютая жестокость. В случае с другой женщиной он бы просто казнил ответственного евнуха, да и всех делов. Тогда как теперь в сердце неприятно пекло, а глаза застилала кровавая пелена бушующей ревности, переходящей в неистовую ненависть. А если разобраться в собственном подсознании еще глубже, то Фаррати совершенно не волновало предательство весьма доверенного десятника, его даже понять можно и где-то оправдать как мужчину.
   "А вот предательство этой шлюхи, этой подстилки бешеного верблюда, этой самой низменной женщины на планете, достойно самой кровавой и продолжительной казни! Но казнь состоится не сразу! Вначале она мне ответит на мои вопросы, распластанная у моих ног...."
   Хафан вдруг отчетливо представил ее умопомрачительное тело, огромные чувственные глаза и заскрипел зубами от рвущейся из него ревнивой ярости. Непроизвольно вздрогнуло все его мощное тело, а дыхание стало тяжелым и частым. И вполне естественно, что несколько находящихся с ним в одном помещении приближенных опасливо вжали головы в плечи и постарались медленно сделать хоть один шажок назад. Страх довлел над их поведением и чувствами, а там где царствует страх невозможно творческое решение вопросов, сопровождаемое полной самоотдачей и желанием все сделать как можно лучше. Страх парализует и внушает неуверенность в себе, постоянную боязнь сделать что-то не так, и в конечном итоге действительно загубить самое простое и верное дело. Вместо того чтобы подумать самим, проявить профессиональную инициативу и предпринять различные по характеру методы поиска, начальники стражи и сыска пытались предугадать желания своего владыки, который, увы, не был всесильным и не мог подсказать наиболее верного пути побега. В результате их жизни находились под гнетом постоянной смертельной угрозы. Слишком уж скор был Фаррати на расправу, слишком....
   И что он сделает в следующий момент?
   К огромному облегчению внешне успокоился и уже ровным голосом спросил:
   - Где мои "волки"?
   - Ваша личная сотня ведет свое расследование, - сдерживая выдох облегчения ответил глава ордынского розыска. - И небольшими отрядами скрылись в неизвестных нам направлениях.
   - Вот и правильно! Эти точно найдут любого, и если бы я сразу пустил их по следу, то он бы уже делили между собой награду. А вы тут сопли мусолите!
   Подчиненные гробовым молчанием выражали свое полное согласие изъявленной терминологией правителя. Хотя где-то на задворках своего сознания каждый считал себя недостойным такого обращения.
   Затем Великий Кзыр мотнул головой, отгоняя от себя навязчивый образ Алии Ланд, и перешел к деловой повестке дня:
   - На сколько продвинулся Титан за прошедшие сутки?
   - Э-э..., - привлек к себе внимание после затянувшейся паузы стоящий у двери дворецкий. - Кзыр Дымный прибыл с самого утра, но засел в вашей библиотеки и так до сих пор не вышел оттуда.
   Хафан Рьед шумно выдохнул и ноздри его затрепетали:
   - Вы его забыли позвать? Немедленно за ним!
   Дворецкий не стал оправдываться тем, что строптивый старикашка чуть не сжег настырного посланника молнией, а с перекошенным от страха лицом выскочил из помещения. Двухсотлетний шаман Дымный слыл пожалуй самым образованным и умнейшим колдуном Кремниевой Орды. Ко всему прочему именно он четверть века назад являлся наставником нынешнего правителя, а десять лет назад весьма интенсивно включился в борьбу своего ученика за трон и оказал в этом плане чуть ли не решающую помощь. Старик совсем не следил за своим внешним видом, не стремился к внешней моложавости, но относился к людям творческим, увлекающимся и в пылу своей научной деятельности способными на все. Именно поэтому Великий Кзыр прощал своему первому наставнику многие прегрешения, забывчивость и отсутствие должного трепета. Хотя и некоторых более старых и опытных коллег умертвил не задумываясь. Но вот такими гениями разбрасываться и он не мог себе позволить. А может и немалую роль играли истинно сыновние чувства, которые часто прорывались в их отношениях. Так что даже при самом сильном недовольстве правитель Орды позволял себе только по-родственному пожурить старика, да с пошутить черным юмором. Вот и сейчас, лишь только тот вошел с каким-то потрепанным фолиантом, Хафан Рьед воскликнул:
   - Мне доложили, что тебя уже ноги от старости не держат, а ты вон как бегаешь!
   - Кто? Я? - старик с непониманием притормозил у самого кресла Фаррати и только тогда сообразил что он действительно сюда прибежал. Но тут же затряс фолиантом перед собой и воскликнул: - Мне сюда вообще слевитировать следовало! Ты знаешь, что я нашел?! Второй....
   - Дымный! - прикрикнул на него правитель, тем самым прерывая на полуслове. - Меня пока не волнуют твои находки и опоздания на утренний доклад. Меня волнует в первую очередь продвижение Титана! Так что отчитайся вначале по этому вопросу.
   - Запросто, Фаррати! - двухсотлетний Кзыр понимающе и незаметно подморгнул своему бывшему ученику и затараторил: - Рывки у боларов стали получаться синхронными, поэтому вчера удалось преодолеть на целый километр больше, чем рассчитывали. Но мне также доставили точные расчеты по Шейтаровой Балке и я их ночью успел проверить. Действительно задержка в продвижении Титана на том участке пути составит около десяти суток.
   Великий Кзыр в расстройстве ударил кулаком по подлокотнику кресла и закричал:
   - Как?! Да вы мне все планы наступления сорвете! Неужели нельзя ничего сделать?
   - Ничего, Фаррати, - с полной невозмутимостью и даже каким-то равнодушием подтвердил ученый, - Там все скалы из дуросовых пород.
   - Отправьте туда еще людей!
   - Бесполезно. Там и так словно в муравейнике, только мешают друг другу и под ногами у шаманов путаются.
   Казалось что сейчас разразится очередная гневная буря, но Хафан Рьед задумался, проявляя редкую для его характера рассудительность. Или просто сделал вид, что ожидает нужного совета:
   - Что же нам теперь делать?
   - За появившееся дополнительное время - разработать дополнительные беспроигрышные варианты сражений, - Дымный при этом весьма многозначительно прижал древний фолиант к своей груди и поглаживал длинными, худыми пальцами. - Мне кажется появилось неисчислимое множество новых составляющих. Да и главное испытание Титана теперь может состояться не только на ходу, а и в спокойном, статичном состоянии. Любое его карающее жерло можно будет проверить со всем тщанием и скрупулезностью.
   Правитель одобрительно хмыкнул и на лице его появилось подобие довольного оскала. А затем глаза метнулись к главе ордынского сыска:
   - Собрали должное количество преступников для казни?
   - В долине Сломанной Подковы уже трудится две тысячи пятнадцать смертников. Все они строят укрепления и подземные убежища по тем чертежам, которые предоставил Кзыр Дымный.
   - Почему так мало людей? - нахмурил брови Хафан.
   - Вы запретили снимать каторжан с золотых приисков и глубинных рудников....
   - Так сам шевели мозгами! Или во всем подсказка нужна?
   Глава сыска нервно сглотнул:
   - Имеется несколько деревень и степных станов, крестьяне и пастухи которых отказались покидать свои жилища и отправляться на строительство дороги для Титана. Ссылаются на свои исконные права независимого хозяйствования. Желательно их проучить, да и других недовольных припугнуть....
   - Ну вот! Соображаешь, когда хочешь! Сегодня же согнать тех недовольных в долину Сломанной Подковы и пусть присоединяются к работам. Да пусть стараются на совесть, иначе.... Дымный, когда устроим испытания карающих жерл Титана?
   - Теперь можно перенести на один день и сдвинуть на послезавтра.
   - Отлично! Послезавтра и я смогу присутствовать при всех испытаниях. Так что пусть строят убежища как можно глубже, а крепостные валы как можно выше. На этом все, выполняйте мои распоряжения. Остается только Дымный! Меня разрешаю беспокоить только в том случае, если отыщутся беглецы или поступят донесения от моих "волков".
   Когда подданные покинули душное и темное помещение, старый Кзыр задействовал магический освежитель воздуха и без спроса подвесил у себя над головой яркий светляк. Ведь это он сам в свое время обучал своего ученика как можно жестче обращаться со своими подданными и постоянно создавать неудобства при докладах. Зато себя он к простым придворным не причислял и наедине с правителем говорил только о деле:
   - Хафан, ты себе и в самом деле не представляешь сегодняшней удачи: мне удалось разобраться в устройстве левитации Титана!
   - Звучит заманчиво, но все равно следует держать язык за зубами. Ты чуть не проговорился.
   - Ерунда! Наверняка уже все твои приближенные знают о Втором. Суть моего открытия стоит гораздо выше. Представляешь, если бы мы не поспешили, а вначале отыскали и тщательно изучили вот этот фолиант, то твой Титан мог бы двигаться в любую сторону над поверхностью почвы самостоятельно! Без всяких трудоемких "дорог" и туч безмозглых боларов.
   - Но что мы сделали не так?
   - Мы по собственному незнанию и дикости просто сожгли цепи управления направленной левитации. И при нынешнем упадке наших знаний эти цепи вряд ли подлежат восстановлению.
   Правитель подался вперед и спросил с придыханием:
   - Но как эти самые "цепи" выглядят на "Втором"?
   - Неповрежденные! - с восторгом воскликнул ученый. - Разве что следует магически очистить от пыли и окисей. Так что наши предосторожности себя оправдали: мы научились управлять этим железным монстром. И с каждым часом наши умения неуклонно растут. Ха-ха! Меня всего трясет от радости и возбуждения.
   - Да..., ты заслужил любой награды.
   Старик в некоторой обидой выпятил нижнюю губу:
   - Лучшая для меня награда - твое звание Фаррати и Великого Кзыра. Так что перестань меня одаривать поместьями и юными наложницами. Меня он совершенно не интересуют. А вот наследие Древних....
   Впервые с момента побега своей наложницы правитель позволил себе вполне человеческую улыбку:
   - И куда ты сейчас помчишься? К "Второму"?
   - Да нет, хочу тоже полюбоваться на убийственную мощь жерл Титана. Упустить такие испытание - себя уважать перестану. Ну а потом сразу же поспешу туда....
   - Может, нужны средства или помощники?
   - Хватает с излишком....
   - А в личной охране не нуждаешься?
   Дымный коротко задумался:
   - Охране? Для себя лично - пусть кто-то попробует на меня покуситься. А вот для дела.... Десяток твоих "волчат" лишним не будет. А то слишком уж все там расслабились.
   - Сегодня же отзову десяток из поиска. Остальные и без них справятся.
   Старый Кзыр кивнул, и уже собрался выходить, когда вспомнил про объявленную вчера награду и спросил:
   - В самом деле, у тебя украли Лик Занваля?
   - Нет, конечно. Это - чтобы лучше старались в поиске.
   - А ты его проверял?
   - Тайник закрыт, защитные структуры не нарушены....
   Но Дымный с последовательностью и дотошностью ученого продолжал спрашивать:
   - Во внутрь заглядывал?
   Лицо Хафана окаменело, а одеревеневшие губы пролепетали:
   - А следовало?
   - Да кто его знает.... Но уж слишком ты своей пассии доверял. Мало ли что....
   И старик еле успел отскочить в сторону, давая дорогу несущемуся во всю прыть Фаррати Кремниевой Орды. Затем, глядя на захлопнувшуюся с грохотом дверь, покачал головой и с тяжелым вздохом, еле слышно проворчал:
   - Как был недоумком, так и остался....
   В тот день Великий Кзыр узнал, что это такое: стать обокраденным. Из сокровищницы пропало не только страшное оружие Древних под названием Лик Занваля, но и несколько прочих редчайших и дорогостоящих вещичек, каждая из которых тянула на полновесный мешок золота. Но и на этом плохие новости для него не закончились. К обеду пришло известие о первом военном поражении: морская блокада прорвана на огромном участке, а флоты сводной армады лишились более чем трехсот боевых единиц. И опять правитель впал в неописуемую ярость, требуя выявить виновных и доставить к нему на ковер для наказания.
  
   Тем временем первый советник правителя пребывал совсем недалеко от тех мест, хоть и на порядочной глубине. Находясь под столичной тюрьмой, он, пользуясь своими привилегиями второго человека в государстве, через потайное окно просматривал один из самых обычных и рутинных на первый взгляд допросов. Мастера своего дела допрашивали какого-то отпрыска древнего рода и делали свое дело профессионально, с выдумкой и фантазией. Они то изгалялись над пленником физическими методами, не гнушаясь банальным мордобоем, то накидывали на окровавленную голову Сонное Покрывало, выпытывая нужные подробности. Разбирательство шло к финалу и доказательств вины собралось более чем достаточно.
   Суть дела заключалась в том, что закованный сейчас в кандалы молодой мужчина, осмелился воспротивиться воле "волков", которые недавно, проездом побывав в его поместье реквизировали один древний, хоть почти недействующий артефакт. В подобных случаях такие мелочи никого не расстраивали и никто не осмеливался становиться баловням правителя поперек дороги. Но оказалось, что артефакт считался в роду неким талисманом удачи, передаваемым старшему сыну уже третье тысячелетие. Взыграло непомерное тщеславие и потомственная гордость, не взирающая ни на какие препятствия. Вот нынешний наследник рода Зейк, с редким именем Каламин и вознамерился добиться справедливости, причем не с помощью жалоб, петиций к Фаррати или просьб, а с помощью своих друзей, сподвижников и оружия. Он докатился в своей мести до того, что создал боевой отряд и решил уничтожить всех "волков" как бытность.
   Задумки у Каламина были слишком хороши, грандиозны, да только попался он на несусветной глупости: попытке выведать с помощью крупного угощения спиртным у одного их охранников дворца место пригородного лагеря тренировок "волков". А охранник возьми да и доложи о разговоре на следующее утро своему начальнику. Тот, для очистки собственной совести - дознавателю. Ну а дознаватель с палачом решили просто для профилактики проверить парня, как говорится, на всякий случай. Вначале и не били, просто возложили Сонное Покрывало да задали несколько вопросов. Но вдруг крамольные сведения так и посыпались из безвольного рта. А это означало и для него, и для всех его сподвижников скорую и бессмысленную казнь.
   Палач с дознавателем как раз выбивали из пленника самые последние сведения про соучастников готовящихся преступлений и вполне справедливо радовались предстоящему повышению по службе. Ну еще бы! Ведь они раскрыли целый антигосударственный заговор. Фаррати за своих любимцев без награды не оставит, а там и от премиального дележа имущества что-нибудь перепадет. Все-таки аресты ожидались очень многочисленные.
   Первого советника подслушанный допрос вначале не слишком заинтересовал. Потому что мысли продолжали вертеться в давно выбранном направлении. Он уже не первый месяц пытался отыскать в тюрьме какого-нибудь фанатически настроенного преступника, который поставил бы перед собой только одну цель: убийство Великого Кзыра. Потому что недовольных, желающих мстить за своих казненных родственников в Орде хватало. При соответствующей закулисной помощи, можно было не просто дать узнику свободу, а провести фанатика во дворец и даже вовремя, не раскрывая своего лица и имени подсказать, как и что надо сделать. Одиночный убийца подходил для задуманного свержения тирана как нельзя лучше.
   А тут какой-то благородный мститель, ратующий за уважительное отношение к ордынскому подобию дворянства. Вылавливать и истреблять всех "волков" для первого советника изначально не было и малейшего резона. Ведь сам правитель тогда предпримет наивысшие меры к собственной безопасности, да и запросто наберет себе новых воинов в персональную охрану.
   Но теперь, когда Ваен Герк понял весь размах созданной мстительным отпрыском древнего рода настоящей воинской организации, его мнение кардинально изменилось. Если этот парень вырвется на свободу, то при определенной удачливости таких дел наворочает, что в создавшейся кутерьме, неразберихе и нестабильности можно будет провернуть и самое главное свое дело: уничтожение самозванца Хафана Рьеда. То есть загрести жар чужими руками, оставаясь тем временем в безопасном холодке.
   Но действовать следовало немедленно. Причем делать все так, чтобы и малейшая тень подозрения не коснулась имени первого советника. Ведь гарантировать окончательную свободу для узника не мог никто. Не ровен час он уже на вторые сутки вновь попадет в эти подвалы живым, и тогда сразу проявятся все соучастники его побега. А значит, чтобы замести любые следы, следовало пожертвовать одной из своих "подсадных" уток. Ваен Герк имел много прав и возможностей. И одна из них заключалась в создании сети собственных осведомителей. В том числе и в тюремной среде. На данный момент в камерах находилось несколько так называемых "узников", которые только тем и занимались, что присматривались к дознавателям, провоцировали взятками охрану и прислушивались ко всем внутри камерным сплетням. Они знали по одному, два тайника с оружием и ведали обо всех не только входах, но и скрытых выходах из огромной столичной тюрьмы. Платили им очень хорошо, а в случае их раскрытия еще и премировали после "выхода на свободу". Ну и само собой, каждая и этих "подсадных уток" работала только на своего хозяина и хранила верность только ему. И о них знал тоже только он, хоть и имел в своих бумагах соответствующее досье на каждого. Понятно, что сжечь досье - дело двух минут. Поэтому, случись что непредвиденное с кем-нибудь из "уток" при инициированном "побеге", никто бы и не заподозрил того в связях с первым советником правителя.
   Допрос перешел в стадию финальных аккордов, а Ваен Герк по только ему известному воздуховоду уже нашептывал инструкции своему самому ловкому, сильному и доверенному лицу из числа "подсадных уток":
   - Случилось непредвиденное событие: по лживому доносу схватили свояка нашего Фаррати. Он женат на кузине. Сейчас предатели его пытают и подговаривают опорочить Великого Кзыра. Поднимать шум официально пока правитель не решается и нуждается в твоей помощи. Через пять минут твою камеру оставят открытой. Еще через три ты выходишь и забираешь приготовленный для тебя трех зарядный арбалет в тайнике номер четыре. Там же будут ключи, одежда и личное оружие. Затем спешишь в пыточный подвал и уничтожаешь предателей: палача и дознавателя. Постарайся создать видимость их жестокой драки между собой. Затем освобождаешь свояка правителя со словами: "Тебя ждут в поместье" и быстро уводишь его через известные тебе выходы. Будь осторожен при преодолении рва: проходите его по одному, и держи безопасную дистанцию. В поместье тебя будет ждать сам правитель с наградой. Потом явишься ко мне за новой работой.
   - Слушаюсь и повинуюсь! - донесся в ответ по воздуховодам обрадованный голос.
   Далее Ваену Герку не составило особого труда проконтролировать весь ход побега. А когда парочка переодетых узников переходила одно из самых опасных мест, задействовать очень полезный, хоть и маломощный артефакт. При наводке его на цель и включении, вперед срывался небольшой импульс грубой силы, который лишь слегка подталкивал человека. Но и этого оказалось достаточно, чтобы "подсадная утка" сорвалась в ров и насадилась своим телом на десяток торчащих из дна пик. Отпрыск богатого рода хоть и был всемерно благодарен неизвестному спасителю, тем не менее, оказался вполне благоразумным и расчетливым человеком. Не стал стенать над трупом или в порыве благородства пытаться вынести для последующего захоронения. Попросту смотался подальше от тюрьмы и поспешил к своим давно ожидающим соратникам.
   А в самой тюрьме дело вообще запуталось так, что у следователей создалось впечатления обыкновенной внутренней междоусобицы. Благо вовремя подкинутых документов и соответствующих улик у первого советника имелось в переизбытке.
   Зато следующее утро началось с потрясающих известий: неведомые бандиты напали на временный лагерь "волков" и уничтожили всех до единого, из находившихся там воинов. Двадцать три выкормыша Великого Кзыра оказались безжалостно уничтожены. К тому же некоторых из них, перед смертью явно пытали. И не только физически, при побеге узник догадался захватить Сонное Покрывало. От этого часа для "волков" и их хозяина настали тяжелые времена, и хоть отряд сепаратистов тоже изрядно потрепали всеми силами тоталитарного государства, но и дня не проходило без смерти нескольких воинов из самого элитарного подразделения. И как следствие, настроение Фаррати от этого с каждым днем только ухудшалось, а возможностей для его уничтожения только прибавлялось. А главный виновник и зачинщик всего этого спокойно оставался в стороне и только выступал порой с обличительными и гневными речами в адрес неугодных деятелей сыска или армии. Да сбивал с истинного следа отважных мстителей любую погоню. Оставаясь при этом вне всяких подозрений.
  
  

ТИШЕ ВОДЫ

   Силы сводного легиона решили прорываться через побережье самым наглым и неожиданным для врага способом. Но, что ставилось на первый план - так это тотальная скрытность прорыва. Не хватало только всполошить всех шаманов появлением в их вотчине таких созданий как драконы, или еще более редких для их менталитета - миниатюрных таги. Поэтому решили не спешить, реализуя задуманное с солидной обоснованностью и точным расчетом. А для этого подавшиеся на берег зеленые разведчики из подразделения Карага, подслушали все самое важное и высмотрели все самое необходимое. С такими лазутчиками, которых в Орде еще никто не опасался, любые проблемы партизанской войны или тайного вторжения решались быстро и безболезненно.
   Как только стемнело, лучи Маяков ясно указали основным силам как, где и куда надо передвигаться. Вдобавок каждый растительный плот встречался боларом-лоцманом еще в морских водах и бережно проводился через заболоченное устье малоприметной и несудоходной речушки. Таким образом, форсируя на пределе силы часто меняемых гаспиков, зашли беззвучно в непроходимые плавни, а потом элементарно перелетели самый гибельный и участок с опаснейшими топями. В густом полу тропическом лесу немного передохнули и воспользовались новым удачным обстоятельством. Хлынул затяжной и обильный дождь. Природа словно подгадала с мрачной непогодой, закрывая прямую видимость и освещение обеих лун. И само собой, что все силы легиона до рассвета успели не только добраться до предполагаемого места сосредоточения, но и отыскать один из больших входов в подземелья, о которых им раньше сообщил плененный в морском сражении шаман. Теперь, прячась в полной темноте и имея возле себя всевидящих боларов, драконы могли преспокойно отсиживаться в пещерах, набираться сил и готовиться по первому приказу броситься на помощь головному отряду. Потому что с этой минуты находящиеся в нем люди и болары вступили в предпоследнюю фазу всего рейда: внедриться в местный образ жизни и попытаться подобраться к основному пути Титана. А когда появится возможность, и соответствующая уверенность - то всеми силами, единым, совместным ударом уничтожить или бесповоротно повредить детище Древних.
   Для внедрения тоже понадобилось время. Практически целый день Эль-Митоланы отделенным сознанием по очереди обшаривали все селения данной местности и прослушивали каждый попавшийся им разговор. Помимо этого силами боларов вылавливались мелкие, разобщенные отряды ордынцев для пополнения обмундированием, должной экипировки и верховыми животными. Каждого пленного долго и подробно допрашивали, а потом отправляли в огромную и темную пещеру только с одним входом. Вполне естественно что с карателями или их подручными с кровавым прошлым дознаватели обходились без церемоний, а попросту казнили возле одного из подземных провалов. А в свалившемся ворохе информации методично и тщательно разбиралось командование легиона. Выбирая для внедрения легенду самую эффективную и беспроигрышную. Благо выбирать было из чего.
   Оказалось что действительно в данной местности практически весь "бесхозный" люд был угнан на работы или мобилизован для военных действий. В небольших хуторах, поселках, и крупных станах оставались только те труженики и пастухи, которые испокон веков освобождались от всякой барщины и воинской повинности. Им всегда ставилась только одна задача: разводить скот да выращивать хлеб. Хотя в последнее время поденщики Фаррати, в составе карательных отрядов, и этих кормильцев пытались под разными предлогами оторвать от сохи, кнута и веками возделываемых угодий. Что вызывало вполне адекватную реакцию: большинство жителей хоть и страшно боялись Великого Кзыра, но со столь же страшной силой его ненавидели. Даже понимая, что их разговоры время от времени да могут прослушать вездесущие шаманы, простые ордынцы нет, нет, да высказывали вслух свое недовольство, возмущение, а то и угрозу. Не только отряды по набору рекрутов и шустрых подрядчиков охотящихся за рабочей силой, но и отряды карателей встречали всем селением, сжимая вилы в руках и с пеной на губах доказывая свои извечные права на свободный выбор профессии. Похоже, что воевать или рыть дорогу для Титана никто не спешил, а правильнее сказать: не хотел.
   Поэтому небольшие отряды из воинских сотников с парой десятков старшин уезжали в большинстве случаев не солоно хлебавши. Разве что община в некоторых случаях выдавала в рекруты пришлых ордынцев без роду и племени. Но таких "бесхозных" людишек в последнее время практически и не осталось.
   Как бы там ни было, но отряды из посыльных и "служивых" самого различного толка так и нарезали сотни километров путей во все стороны, порой лишь равнодушно посматривая в след себе подобным. Вот именно этот факт и решил использовать Невменяемый, создавая своего рода специальный корпус Кзыров-дознавателей, которые по высочайшему повелению проверяют выполнение распоряжений правителя всей Орды на местах. Тем более что и такие корпуса имелись в реале. Их так и называли официально: корпус надзирателей воли. Да и боялись подобных проверяющих больше всего, как простые ордынцы, так и всякая знать, верховные правители станов или многочисленные представители не менее многочисленных Лавок старейшин. Причем в кажущейся или действительной неразберихе военного времени никто конкретно не знал высокое командование в Куринаголе и не имел возможности напрямую проверить самозванцев на подлинность. Ведь ни один обитатель Кремниевой Орды и подумать не смог бы, что рядом с ними свободно перемещаются и живут лазутчики из враждебных государств. У них такое в голове не поместилось бы. Уж слишком специфически выглядел каждый местный житель, ни с кем не спутаешь. А то, что Эль-Митоланы при должном умении и наличии времени могут слегка подкорректировать свою внешность, никто и не догадывался. Разве что шаманы о таком знали и просто обязаны были как-то обезопасить свои ряды от подобной опасности, но видимо и здесь сработал заложенный годами стереотип: раз никто за тысячелетия сюда из врагов не стремился, то и сейчас их сюда волоком не затянешь.
   Мелкие детали по вопросам защиты и корректировке возникающих по ходу дела трудностей, вполне легко могли решить болары, рассредоточенные по всему периметру местности, в которой фальшивый корпус намеревался действовать. С разумными растениями даже оговаривать предстоящие действия не было смысла. Сами могли решить и выправить любую ситуацию.
   А вот с некоторыми людьми возникли в отряде проблемы. И в первую очередь это касалось единственной тройки без магического могущества. Бабу Смилги и знаменитые баронеты Шиловски оказались очень недовольны своим пассивным времяпрепровождением в пещерах. Скоротечный и горячий бой в Радужном море их изрядно раззадорил, а теперь они с некоторым ужасом восприняли приказ: "Сидеть в подземельях и на белый свет носа не высовывать!" Все трое белой завистью смотрели, как переодеваются на местный манер боевые Эль-Митоланы с лицами урожденных ордынцев и ожесточенно спорили между собой. Суть спора заключалась в том, чтобы придумать способ и себе легализоваться на поверхности. Потому что Кремон еще совсем недавно развел руками и спросил самое главное:
   - Если мы вас возьмем с собой, то, на каком основании? Хотите провалить весь рейд? Нет? Так занимайтесь тем же, чем занимаются драконы. Они кстати тоже очень недовольны своей участью статистов.
   - А если мы что-то придумаем? - предложил Алехандро Шиловски.
   - Будут рассмотрены любые дельные предложения, - согласился командир. - Но до вечера у вас для обдумывания осталось всего несколько часов.
   И ушел. А три его личных телохранителя стали придумывать способы войти в состав подставного корпуса. В итоге, после многочисленных советов и подсказок со стороны людей, драконов и даже таги, появилась одна лазейка. Да и то, только для одной Мирты Шиловски. Алехандро после этого даже обиделся на сестру и в сердцах воскликнул:
   - Вечно этой проныре везет!
   Тогда как великан Бабу впервые в своей жизни пожалел, что он персона мужского рода. Хотя тут же предложил:
   - Вообще-то я ведь тоже могу переодеться в женщину! Они тут такие одеяние носят, что под ними все равно не видно кто там закутан....
   Вот тут уже вся пещера огласилась здоровым и заразительным хохотом. А на шум из смежных помещений поспешили встревоженные командиры. А когда узнали о причине веселья и сами развеселились. Да еще и Спин с присущим ему скрипучим бульканьем добавил:
   - Бабу, если уж на то пошло, то у меня гораздо больше шансов под длинными покрывалами притвориться рабыней очень важного и сановного господина. Потому что мой голос для этого подходит как нельзя лучше....
   Смеялись и сбрасывали нервное напряжение очень долго. Но в итоге Мирта Шиловски попала в основной состав липового корпуса как личная рабыня верховенствующего тысячника. Потому что знатные ордынцы даже в деловых поездках таскали за собой не только одну, а порой и несколько своих драгоценных и горячо лелеемых наложниц. И, как правило, к такому богатому Кзыру любой встречный поперечный испытывал гораздо большее и вполне обоснованное уважение. Вполне естественно, что и Кремону лишнее угодничество во вражеском стане не повредит, и он ни минуты не сомневался в целесообразности нахождения Мирты возле себя. А то, что такая "наложница" опаснее некоторого вооруженного колдуна, создавало в душе добавочное успокоение по поводу прикрытия собственной спины. Так что, бойкая и воинственная баронета оказалась полезной вдвойне.
  
  
  

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

СЛОВНО ЗДЕСЬ И ВЫРОСЛИ

   Занваль почти опустился за кромку горизонта, когда на околице огромного и зажиточного стана раздались леденящие кровь визги сторожевых шейтаров. Все присутствующие на заседании Лавки старейшины в волнении выскочили из Большого Дома на становую площадь и с волнительным гомоном принялись выдвигать версии такого переполоха. Здесь находились самые достойные и богатые главы самых огромных семейств, а также два шамана, пожалуй, единственные представители колдовского племени на всю огромную околицу. В наступающих сумерках все эти столпы местной власти не на шутку всполошились. Ясность внес примчавшийся на ездовом похасе юноша из состава наружного дозора. Еще не успев спешиться, он стал выкрикивать на ходу:
   - В стан въезжает корпус надзирателей воли!
   - Только этого нам не хватало! - глава старейшин со злостью сплюнул в пыль под своими ногами. А самый мощный на вид старикан, исполняющий роль командира станового отряда самообороны тут же заорал спешащему к нему с другой стороны молодому воину:
   - Всех к оружию! Пусть собираются на заднем дворе и ждут нашего сигнала"
   Воин на ходу сменил направление бега и скрылся за углом главного общественного здания, а лидер старейшин стал с пристрастием допытывать спешившегося дозорного:
   - Сколько их?
   - Около пяти десятков.
   - Шейтар их загрызи! Не справимся....
   - И больше половины из них "змеиные".
   От этого известия даже у командира самообороны на некоторое время отвисла челюсть. Но он же первым и опомнился, схватился за голову и запричитал:
   - Бесполезно даже дергаться.... Только оружие отберут, да и ребят погубим.... Вот же их угораздило к нам податься! И откуда только взялись на нашу голову! Бегу давать "отбой"!
   И он, смешно переваливаясь своим огромным телом с ноги на ногу, побежал в том же направлении, что и недавно отправленный им вестовой. Оставшимися старейшинами стал интенсивно руководить голова:
   - Значит так! Нам остается только одно: как следует нежданных гостей умаслить. Волоките сюда все самые лучшие припасы пищи, вина, гремучки и приемлемые, оригинальные подарки. И самое главное: придется пожертвовать собственными наложницами.
   - Так ведь...! - попробовал заикнуться самый молодой из старейшин, но был гневно остановлен своим гораздо более опытным коллегой:
   - Не отдашь своих любимиц Кзырам для сегодняшней утехи - завтра сам под их похасов ляжешь! И сыновей вместе с зятьями сразу можешь в войско готовить! Тут не до жиру! Свои бы кости целы остались!
   - Правильно, - тут же поддакнул шаман стана, и ему с солидной уверенностью вторил единственный в данной местности, хоть и более молодой по возрасту шаман-врач:
   - Лучше наших столичных коллег не сердить. Тогда может, они и не будут слишком выискивать наши скрытые резервы.
   Оба Кзыра чувствовали себя в родном стане чуть ли не правителями и рассчитывали жить здесь в полном довольстве и здравии вечно. Да только и правовую силу, да потенциальные магические возможности корпуса они понимали как никто другой. И хоть радели за своих земляков всегда и во всем, в данном случае и пальцем бы не пошевелили в защиту своих подопечных. По большому счету, при неблагоприятных обстоятельствах и их судьба могла измениться сегодняшним вечером далеко не в лучшую сторону. Даже не взирая на их исконную неприкосновенность и нерушимые, подтверждаемые всеми без исключения Фаррати, льготы.
   На видимом отрезке широкой улицы, ведущей прямо на становую площадь, показались первые всадники корпуса.
   - Вот и они..., - голова старейшин тяжело вздохнул и раздвинул губы в самой радостной и лучезарной улыбке, давая ей время приклеиться к лицу. - Встречайте наших дорогих и самых любимых...!
   - И не вздумайте лезть к ним с глупыми вопросами! - строго зашептал последние наущения старший по возрасту шаман. - Скорей всего они из Бурагоса, но могут оказаться из Куринагола. А ведь эти столичные задаваки очень не любят когда про них выпытывают все подробности. Потому что часто густо они там - очень мелкие фигуры, зато перед нами вести себя будут так, словно каждый из них как минимум первый помощник Великого Кзыра.
   Весь этот разговор, слово в слово тщательно прослушал один из Эль-Митоланов, который ушел отделенным сознанием вперед задолго до приближения к стану. Причем знаков различия "змеиного" на нем не было, и любой наблюдатель подумал бы, что лежащего на гриве похаса воина просто клонит в жуткий сон после недельного бодрствования. Поняв, что ничего больше интересного на площади он не услышит, колдун тут же вернулся в тело, догнал едущего в первом ряду командира и скороговоркой передал каждое подслушанное от старейшин слово. Кремон Невменяемый внутренне коварно ухмыльнулся. Реакция на их прибытие совершенно ожидаемая, а значит, как они и предполагали, сложностей с адаптацией в здешний образ жизни у них не возникнет.
   Действительность превзошла все ожидания. Когда встречающие рассмотрели матерых воинов, и тысячника их возглавляющего, то сразу поняли что перед ними не какие-то столичные хлыщи и задаваки, а самые настоящие и беспощадные надзиратели высокой воли. От всего отряда веяло такой жуткой уверенностью в собственных силах, такой сдерживаемой мощью в каждом движении, что сразу стало ясно: никакими "умасливаниями" таких реальных и прожженных в боях рубак не задобришь. У головы старейшин затряслись коленки, а голос стал прерываться словно у юной девственницы при введении в гарем. Но кривая улыбка так и осталась на перекошенном лице, и речи велись самые, что ни на есть гостеприимные.
   Для постоя корпуса тут же выделили не только Большой Дом, который выделялся для гостей только в самых невероятных случаях, но и несколько домов самих старейшин, которые благоразумно решили перебраться к родственникам по соседству. Непосредственно тысячнику выделили небольшой уютный дом на краю площади, который принадлежал старшему сыну головы. Но и тут хозяева не смогли угодить пришлым. И виновницей разразившегося скандала оказалась закутанная в самые дорогие шелка наложница командира корпуса. Со стервозными интонациями разбалованной истерички, Мирта принялась критиковать и возмущаться всем, что только ей на глаза попадалось. А гневные вопросы и немыслимые требования так и разнеслись по всему центру стана.
   И воду ей горячую подай немедленно, и смену одежды, и помощниц для переодевания, массажа и купания, и пищу самую лучшую, и кремы специальные из овощей. В общем, устроила баронета сущее светопреставление. Причем несколько приставленных к наложнице воинов взирали на все это с привычной невозмутимостью и только порыкивали на метущихся, жалующихся хозяев стана:
   - Раз требует - выполняйте!
   Сам же тысячник и дом осматривать не стал, а сразу с деловым видом в сопровождении нескольких подчиненных помчался на противоположную околицу выставлять посты и проверять близлежащую территорию. Правда, успел буркнуть перед этим двум местным Кзырам:
   - Проследите, чтобы все мои люди остались накормлены и довольны. Да и мне пусть ужин приличный через два часа приготовят.
   И так при этом страшно взглянул на своих провинциальных коллег, что те при всем своем раздутом самомнении, тут же подавились протестующим мычанием. И только согласно закивали головами. А когда остались наедине, старший по возрасту признался доверительным шепотом:
   - Давно я так не терялся, давно.... Вот нутром чувствую, моложе он меня раза в три, а рот почему-то открыть боюсь. Что-то в его глазах страшное просвечивается....
   - К чему это ты мне говоришь? - нервно оглядываясь, спросил врач.
   - Да к тому, что и нам за своими наложницами как можно быстрей послать надо. Соображаешь? Тысячник то свою зазнобу за собой возит и без должной ласки не засыпает. Поэтому все его воины так драконами и зыркают. А с чувственного голода такие звери на что угодно способны.
   В итоге каждого воина после обильного ужина уложили спать с одной, а то и с двумя специально собранными для этого со всего стана наложницами. Первых жен, конечно, никто отдавать не стал, но и среди остальных женщин, вдовушек и просто рабынь нашлось немало красавиц с гибким станом и прочими весьма обворожительными прелестями. А раз уж до конца соответствовать выбранной легенде, то всем разведчикам пришлось поддерживать принятую в таких случаях репутацию отъявленных и сексуально озабоченных любовников. Все наложницы оказались надлежащим образом обласканы, а под утро еще и одарены мелкими, но весьма приятными, запоминающимися подарками. Мало того, будучи все поголовно Эль-Митоланами, подопечные Невменяемого постарались сделать так, чтобы доставшиеся им женщины обязательно забеременели. Раз уж обновлять кровь в стане, так со всей основательностью и размахом. И через девять месяцев количество новорожденных превзошло все прежние статистические выкладки. Детки рождались крепкие, здоровые, но к всеобщему изумлению со светлой кожей и с тем типом огромных, круглых глаз, которые превалировали на просторах Энормии. Но к тому времени подобным нонсенсом не слишком-то и озадачивались. Потому что во всех соседних станах и крупных поселках происходило примерно то же самое. Врачи-шаманы лишь пожимали плечами да констатировали удивленным до глубины своих душ матерям:
   - Ничего не поделаешь. Веяние времени.... Да и Занваль в последний год как-то странно сияет....
   А в ту первую, знаменную ночь беззвучно и без всякого соития спали только двое: баронета Шиловски, да Кремон Невменяемый. Хотя Мирта все-таки припомнила свои более чем двухгодичной давности потуги соблазнить командира еще на пути в Пладу. Но только ухудшила при этом собственное настроение. Скорей всего именно по этой причине она какое-то время тревожно крутилась на своей половине огромной кровати и еле слышно ворчала:
   - Ну как можно спать, когда рядом такая обворожительная и притягательная красотка?
   Увы, Эль-Митоланы могут все. Ну, или почти все. Именно поэтому Кремон оградил свою комнату сразу несколькими охранными контурами, задействовал для их подпитки магические накопители, а затем определенным импульсом бросил свое тело в здоровый и освежающий сон. Отдохнуть и набраться сил следовало со всем тщанием и предусмотрительностью. Ведь сделать предстояло еще так много.
  
  

НИГИЛИЗМ ПРАВИТЕЛЯ

   Фаррати Кремниевой Орды прибыл к долине Сломанной Подковы еще накануне вечером. Поэтому утренние доклады принимал восседая на краю горного кряжа, практически над самой пропастью. Зато панорамный вид перед ним открывался просто неимоверный. В лучах восходящего Занваля направо и налево отходили словно крылья раскрошенные временем скалистые вершины. Прямо под ногами простиралось ровной стрелой Копейное ущелье. За ним идеально полукруглое ложе вышеупомянутой долины, которую обрамляли неприступные, отвесные скалы другого горного кряжа.
   Ущелье внизу было расширено и немного подравнено для прохождения Титана, и теперь его дно было сплошь усеяно зелеными сферами боларов. Зеленючек уже второй день усиленно откармливали свозимыми со всех сторон съестными припасами. В последнее время зеленючки стали слишком уж часто впадать в предсмертный коллапс, а потом так и застывать на участках пройденного пути кучками недвижимой древесины. Но если раньше на подобные потери не слишком обращали внимание, пополняя тучи тягловых боларов новыми плененными стаями, то сейчас с притоком свежих сил стало туго. И по приказу Кзыра Дымного сотни интендантов были вынуждены усиленно подкармливать летающие растения. Отходов для этого не хватало, и в пищу шли вполне отличные овощи, фрукты, используемые для варки бульонов кости. Такие меры позволили резко снизить смертность среди истощенных боларов и сохранить необходимое их количество для ритмичного протягивания Титана на обозначенное расстояние.
   Само гигантское детище Древних сейчас находилось чуть ниже и правее смотровой площадки и своим днищем не доставало до зеленого ковра из боларов всего лишь на пару десятком метров. Но зато силы левитации вели себя стабильно, а равномерный гул магических движителей разносился от Титана в стороны на несколько километров. На его верхней части виднелись зевы растворенных люков и между ними метались одинаковые черные фигурки обслуживающего персонала. Ради такого дня Дымный заставил всех своих помощников облачиться в специальные костюмы, которые в достаточном количестве были найдены в трюмах этого металлического монстра. Костюмы считались практически неподдающимися износу, но все равно считалось напрасным их ежедневное ношение.
   Великий Кзыр некоторое время присматривался к мечущимся по капле видной туше фигуркам и с вожделением представлял, как эта мощь развеет в пыль любые армии на своем пути. Потому что силу огромных жерл правителю уже доводилось наблюдать. Впервые они опробовали некоторое оружие еще возле моря. Но тогда это было лишь детскими шалостями. С тех пор шаманы во сто крат больше разобрались в устройстве детища Древних и в структурах его управления. Так что сегодня Титан покажет всю свою мощь. И покажет в условиях очень приближенных к боевым.
   Хафан Рьед перевел взгляд непосредственно в долину. Там тоже копошились еще более мелкие из-за большего расстояния фигурки. И все они под присмотром строгих надсмотрщиков наводили последние штрихи во вполне крепких и больших сооружениях. Там высилось несколько башен, соединенных разными по массивности валами и стенами. Позади них округлыми овалами возвышались приземистые здания, очень напоминающие панцири черепах и еще более странные строения в форме пирамид и кубов. Дымный так и не успел рассказать, почему он выбрал именно такие формы, но с присущей ему уверенностью сослался на имеющиеся в самом Титане чертежи и рисунки. Помимо этого было известно что под всеми строениями имеются глубокие подвалы в несколько уровней. Именно там якобы и должны прятаться гипотетические воины врага. А чтобы не возникло сомнений в эффективности испытуемого оружия, в те подвалы и загонят через час всех собранных по Орде смертников. Для должного количества туда еще и пару тысяч недовольных, противящихся указаниям правителя согнали. Останутся в живых - значит им повезло. Нет - другим наука будет. А то взяли себе моду постоянно тыкать своими устарелыми привилегиями. Тогда как на кону стоит будущее всего государства.
   Великий Кзыр кивнул своим высоким мыслям и резко повернулся к смиренно поджидающим подданным:
   - Чем вы меня сегодня порадуете? Потому что за плохие новости нерадивых буду просто сталкивать вон туда.
   Его указательный палец опустился вниз и вместе с рукой отклонился назад, показывая на пропасть, разверзшуюся всего в двух шагах. А первый советник внутренне весь так и сжался от сожаления:
   "Но кот же знал, что самозванец так близко подойдет к краю? Кто мог предвидеть такое его бравурное поведение? А ведь можно было бы опять использовать тот самый толчковый артефакт, можно! Замаскировать его ночью вон в той трещине между камнями и активировать в нужный момент дистанционным магическим импульсом. И всех делов! Все бы выглядело как самый обыкновенный несчастный случай: порыв ветра, оступился, упал.... А там уже при такой высоте никакие умения Кзыра не спасут. Но, увы, не продумал...."
   Ваен Герк, не будучи колдуном, не мог видеть возведенную вокруг Великого Кзыра защиту. Вдобавок все структуры подстраховывались сразу несколькими оберегами. В данный момент правителя и строенный удар силой с места не мог сдвинуть. Хафан Рьед тоже мог много чего предвидеть. Вот только суть предстоящих докладов предвидеть ему частенько в последнее время не удавалось. Хотя и начались они с хорошей новости. Относительно, конечно, хорошей:
   - Десяток наружного сыска города Бурагос напал на след подлого вора и предателя. Его вместе с пленницей видели на юго-востоке, в ста километрах от столицы. Сейчас туда подтягиваются другие подразделения, мобилизуются для облавы все местное население, могущее держать в руках оружие и имеющее ездовых похасов. По предварительным прогнозам вор скрылся на плато Варанов.
   Великий Кзыр нахмурился:
   - Там ведь полно всяких подземелий и неисчислимых пещер?
   - Верно, Фаррати. Но вряд ли беглецу знакомы входы и выходы.
   - Вдруг он их отыщет случайно?
   - Тогда он наверняка погибнет в одной из трещин, обойти которых без знающих проводников почти невозможно.
   - Почти...? - тон правителя стал злобно угрожающим, - Мне не нужна его гибель! Мне нужен Лик Занваля и плененная Алия Ланд.
   Докладывающий глава сыска не знал, как выкрутиться:
   - Артефакт мы разыщем в любой пропасти, Фаррати, а ваша наложница, в случае гибели своего похитителя наверняка проявит благоразумие и дождется нашей помощи не сходя с места.
   Хафан Рьед скривился, но все-таки перевел свой взгляд на командующего армией и флотом, давая понять, что готов слушать следующий доклад. Тщедушный и сухонький ордынец, занимавший самый высокий воинский пост, внешне никак не походил на грозного отца всех защитников отечества, но заслуги и авторитет имел немалый. Да и помощь в возведении на престол нынешнего правителя оказал, чуть ли не наибольшую. Правда, он и сам боялся коронованного монстра, но всегда старался не показывать своих эмоций, говорил сухо и только по существу:
   - С места морского сражения поступили самые последние и проверенные сведения. Их дал единственный спасшийся с потопленных кораблей шаман. Остаться в живых ему помог тот факт, что в момент нападения он не спал, а проверял отделенным сознанием окрестные воды и как раз наткнулся в густом тумане на соседа по линии. В тот же момент он и рассмотрел все фазы атаки. Первыми появились болары и закидали судно горючей драконьей смесью, а когда команда попыталась затушить пожар, со всех сторон на них ринулись другие пары боларов несущие в своих корнях Эль-Митоланов. Те сразу же уничтожали командный состав и наносили окончательный удар. Шаман успел вернуться в свое тело в тот момент, когда из трюмов и внутренних помещений его корабля уже вздымались в небо языки неугасимого пламени. Не став дожидаться "второй волны" нападающих он благоразумно вывалился за борт и только поэтому остался в живых. Зато теперь мы имеем достоверную информацию о новом враге.
   - Достоверную? - Великий Кзыр оглянулся на Копейное ущелье, пробежался по реке зеленеющих сфер, повернулся обратно и саркастически хмыкнул: - Неужели они могут быть врагами?
   - Информацию подтвердило более семисот спасшихся матросов, - сухо продолжил главнокомандующий. - Все они в один голос подтверждают решающую роль в случившемся разгроме именно боларов. Это уже потом, после того как рухнул Мыльный Экран, в бой вступили скоростные как молнии драконы. Сейчас мы ожидаем сообщение от наших наблюдателей на юго-западной оконечности материка. По логике вещей наши шаманы никак не должны пропустить перелета такой огромной группы противника к островам. Да отдых на берегу все-таки врагу необходим.
   - Выяснили, что за плотами пользовались драконы?
   - Как и в прошлый раз специалистам удалось отыскать лишь полностью разложившиеся древесные останки. Выдвинуто предположение, что драконы воспользовались неведомой нам растительной структурой. Наподобие боларов, но только водоплавающей. Пока неизвестно почему эти плоты так быстро гибнут и вообще из чего произрастают, но сбор фактов продолжается.
   - Пусть приложат все усилия для раскрытия неприятных для нас секретов. - Хафан опять с недоумением оглянулся на боларов, но спросил о другом:. - Что там на границе с баронами и этими глистами?
   - После невероятных потерь со своей стороны противник больше не рискует переходить границу. Все его усилия брошены на создание засад и созданию мощной линии стационарной обороны на самых уязвимых для него местах. Порой они перегораживают крепостными стенами целые долины. А уж опорные башни сооружают почти на каждой возвышенности.
   - Ха-ха! Хоть что-то меня развеселило! - захлопал в ладоши правитель Орды. - Пусть строят себе на здоровье, будет нам потом чем поразвлечься. Да и в крепостях уничтожать их армии намного сподручнее, чем гоняться потом за ними по всем лесам и долам.
   Сухонький и тщедушный главнокомандующий сегодня вообще впервые увидел Титан, и хоть оказался невероятно поражен немыслимыми размерами, сейчас позволил себе выразить некоторые сомнения:
   - Докладывают, что стены и башни вдоль границ возводятся практически неприступные....
   - Да? Тебе ли не знать, что практика и теория порой и часто совершенно игнорируют друг друга. Вот мы сегодня и посмотрим на нашу практическую надежду. Заодно и проверим собственные теоретические предположения и возможности. Кстати, кажется внизу актеры уже готовы поучаствовать в историческом спектакле.
   Действительно, все надсмотрщики единой колонной выходили из долины Сломанной Подковы. Оставшиеся люди, еще не догадывающиеся о своей страшной участи, настороженно выглядывали из-за контрфорсов башен и наскоро сложенных зубцов стен. Большинство старательно складывали возле себя горки из камней, потому что догадывались что стены будут атаковать во время предстоящих учений. Но вряд ли кто из смертников представлял, что атаковать будут не люди, а бездушные магические силы разрушения. Хотя внушительная часть послушалась рекомендаций надсмотрщиков и постаралась спрятаться на самых нижних подвальных уровнях. Все же оставшиеся наверху люди были убеждены, что последовать вниз они всегда успеют.
   С особым цинизмом Кзыр Дымный отдал приказ десятку шаманов перенестись отделенным сознанием на подвальные уровни долины и наблюдать за рушащимися сводами рукотворных убежищ до последней возможности. Затем посмотрел на уступ, где на самом краю стояла фигурка его лучшего, а теперь самого знаменитого ученика, и дождался разрешающего взмаха красным флагом. Только после этого разгладил на себе синий комбинезон командирского состава и поспешил в необъемное чрево парящего над землей сооружения. Через короткое время детище Древних странно вздрогнуло и стало ощетиниваться выступающими сквозь его резиновую кожу жерлами невиданных в этом мире прежде орудий.
   На плоскости уступа, для первых лиц Кремниевой Орды установили удобные кресла и на них разместились Хафан Рьед, да самые приближенные к Фаррати люди. Остальная свита выстроилась вдоль обрыва или сзади кресел и представление началось.
   Вначале бахнуло одно из носовых орудий. Вылетевший из него заряд явно с большим перелетом перемахнул самую крайнюю, с левого фланга атаки башню и врезался в край долины. И тут же на том месте вспух гигантский гриб взрыва. Чуть позже и эхо грохота прокатилась по всем окрестностям. Но самое главное открылось взору после резкого порыва ветра. На месте соприкосновения заряда виднелся кратер до десяти метров глубиной и метров сорок в диаметре. Он наполовину оказался засыпан рухнувшими скалами, которые до того отвесной скалой замыкали долину. Теперь и там, на почти ровной ранее поверхности получилась гигантская выбоина.
   Присутствующие на уступе с оживлением принялись обсуждать увиденное действо. Но реакция последовала и со стороны смертников. Находящиеся на крайней башне люди, в панике заметались по ее вершине и этажам, не без основания опасаясь прилета следующего заряда. И он не заставил себя ждать. Причем на этот раз канониры Дымного нанесли удар с точностью до одного метра, прямо в основание постройки. Вся массивная башня вдруг приподнялась в воздух и разорвалась во все стороны неимоверными внутренними силами. Вдобавок и порядочная часть примыкающей крепостной стены развеялась гравием по околице.
   - Вот это зрелище! - довольно воскликнул правитель и повернулся к главнокомандующему. - Как тебе такая практика? А ведь это еще не самое крупное жерло. О! Смотри, как заволновались? Чего же вы не прячетесь, недоумки?
   Последний вопрос относился к обреченным людям в долине. Пораженные смертью своих товарищей они теперь в немыслимом шоке мчались куда глаза глядят. Некоторые все-таки сообразили, что их попросту и безжалостно уничтожают и бросились не в подземные укрытия, а прямо к узкому выходу из долины. Оказалось, что и там их ждут более мелкие, но от этого не менее смертоносные заряды. Грохочущее стрекотание разнеслось над горами, и тысячи невысоких, искрящихся фонтанчиков перекрыли дорогу бегущим. При этом тела более половины из приговоренных на заклание жертв просто разорвало на кровавые куски. При виде такого ужаса смертники повернули назад и с еще большим страхом понеслись в собственноручно вырытые подвалы. Скорей всего, догадываясь, что скоро подвалы станут для них могилами.
   Дальше Кзыр Дымный задействовал максимально крупные жерла. Теперь одним взрывов сравнивались с землей сразу по две башни. Или одним зарядом превращали приземистые оборонительные сооружения в дымящиеся воронки. Ни кубы, ни пирамиды не смогли противостоять разрушительным силам хотя бы частично.
   В третьей части испытательных стрельб с Титана в долину Сломанной Подковы хлынули кипящие струи огня, а потом все ранее стреляющие жерла стали швыряться зарядами вразнобой. И долина превратилась в кипящее озеро, а жар от него заставлял прикрывать глаза даже расположившихся на высоком уступе Фаррати и его свиту. Замерших от ужаса тягловых боларов спасло лишь то, что они находились чуть ниже уровня долины. Вдобавок по всему Копейному ущелью образовался несущийся в перегретую долину поток холодного воздуха.
   А когда рев и грохот немного стихли, главнокомандующий высказал свое уверенное предположение:
   - После первой подобной нашей атаки, любые враги сами станут на себя надевать рабские ошейники и сдаваться на нашу милость.
   - Ха-ха-ха! - злорадно рассмеялся правитель. - Это - в теории! А как оно будет выглядеть на практике?
   Старик с некоторым сомнением покрутил головой на своей тощей шеей, но все-таки не стал скрывать своих крамольных мыслей все повидавшего на своем веку ветерана:
   - А на практике они могут сражаться до последнего солдата и все погибнуть. Но даже тогда их женщины и дети не станут рабами.
   Великий Кзыр нахмурился, но хорошее настроение еще преобладало в его поведении. Поэтому он с твердым оптимизмом воскликнул:
   - В таком случае их женщины нам нарожают новых рабов. И столько, сколько мы пожелаем! - потом повернулся к сигнальщику с флагами: - Передайте Дымному: пусть поспешит ко мне! - затем еще раз внимательно осмотрел дымящуюся долину, и стал рассуждать вслух: - Если передние жерла смогут изрыгать заряды прямо перед собой, то почему бы не помочь взрывами на работах по прокладке дороги в Шейтаровой Балке? За два дня болары дотянут Титан к месту и там команда канониров может поупражняться в стрельбе и без своего руководителя. В крайнем случае, я ведь тоже могу покомандовать....
  
  

УКРЫТИЕ

   Алия Ланд проснулась с блаженной истомой. Все тело еще ломило после бешенной и продолжительной скачки накануне, ладошки и коленки пекли содранной в узких проходах кожей, но все равно многочасовый и ничем не нарушаемый сон после двух суток невероятных испытаний достаточно освежил, взбодрил молодое тело. Да и сознание полной безопасности и защищенности, несмотря на твердое ложе под спиной, позволяло в достаточной мере расслабиться, сбросить с сознания тяжесть безысходности.
   Вдруг невдалеке послышалось шевеление, скрежет камня и звук передвигаемых вещей. С заколотившимся сердцем девушка резко открыла глаза и в полной темноте попробовала нащупать импровизированное ложе рядом с собой. Там оказалось пусто и она, уже немного успокаиваясь, воскликнула:
   - Каламин! Это ты!
   - Конечно я, дорогая, - раздался в ответ мужской уверенный голос. - Кто бы еще осмелился своей неповоротливостью разбудить мою драгоценную принцессу?
   - Не разбудил, я еще раньше проснулась. Но ты, почему не спишь? Ведь устал втрое больше, чем я и мне показалось, заснул раньше, чем прикоснулся к одеялу.
   - Так и было, - надсмехаясь со своими слабостями, согласился Каламин. - Но как только силенки мои восстановились, так сразу вспомнил, что продукты в таком состоянии могут испортиться, а нам ведь здесь целый месяц сидеть. И самое главное: мясо надо срочно просолить и посыпать перцем.
   Девушка уже сидела и расширенными глазами всматривалась в темноту, ориентируясь на звук голоса. При упоминании о мясе она непроизвольно вздохнула и призналась:
   - Жалко наших похасов. Они нас от погони спасли, недаром, что самые лучшие были.
   - А что делать дорогая? Их мясо поможет нам нормально питаться первую неделю. Мне больше жаль, что мы физически не смогли взять мяса больше.
   Раздался шелест веревки, короткое пыхтение, а затем послышались странные, немного редкие по ритмичности шлепки.
   - чем ты там занимаешься?
   - Нарезаю мясо для засолки. А что хочешь помочь?
   - Издеваешься? - по тому вопроса можно было догадаться, что девушка капризно надула губки. - Тебе хорошо, с ночным зрением и света не надо, а мне что делать?
   - Приучайся ходить на ощупь и в полной тишине, - последовал твердый ответ. - И сразу настройся к такой жизни на целый месяц. Если не больше.....
   Интонации Алии стали еще больше просительными:
   - Каламин, ну пожалуйста! Я ничего не запомнила вчера. А мне надо по надобностям, а потом помыться хоть немножко. Я вся такая липкая и противная....
   - Ха-ха! Ты красавица не напрашивайся на комплименты. Просто всегда помни, любой Кзыр может нырнуть сознанием именно сюда, и если он нас увидит или услышит....
   - Ну хоть искорку! Самую маленькую!
   - Дело не в яркости, дело в самом наличии света. Я тебе сейчас посвечу, потому что за нами никто не мог успеть ив данной местности еще посики не начались. Но делаю это в последний раз, так осматривайся, привыкай и запоминая со всем тщанием.
   После этого уютную и небольшую пещерку осветил яркий магический светляк. Девушке после полной темени пришлось немного привыкать, и только когда ослепление прошло, она встала и с игривым кокетством подскочила к обнаженному по пояс мужчине. Так как руки у него были окровавлены при разделке мяса, то он не смог обнять красавицу и ответить на быстрый, но страстный поцелуй. Поэтому с рычанием лишь проводил ее фигурку взглядом, и усилием воли заставил себя вернуться к работе. Огромный окорок зарезанного вчера похаса требовал немедленной обработки для более длительного сохранения. Запаса мушек беглецам вполне хватало, так что готовить себе жаркое они смогут целую неделю, но вот промариновать ценную пищу следовало немедленно.
   Через некоторое время девушка вернулась из бокового ответвления, и отправилась в противоположный конец пещерки. Там прямо из потолка свисал метровый сталактит, по которому многочисленными каплями, превращаясь чуть ли не в единую струйку, стекала прозрачная родниковая вода. Потом она падала на шершавую стенку и по ее наклонной плоскости стекала в природную выемку на уровне ног. Получался такой себе импровизированный мини-бассейн, величиной в огромный таз. Дальше вода уходила в боковые трещины, которые змеились по породе, и фактически исчезала в неизвестности.
   Но именно из-за этого родника и выбрал данное убежище Каламин Зейк. Еще семь лет назад, будучи простым воином, и совершенно не ведая о своей принадлежности к "змеиным", он принимал участие в междоусобных боях. Скрываясь от превосходящих сил вражеского клана, ему пришлось в одиночку забиться в скалы и по запутанному узкому лабиринту совершенно случайно прорваться в эту пещерку. Пересидев здесь самое опасное время, он через несколько дней выбрался наружу, где вполне благополучно дожил до появления у себя Признаков, дождался Всплеска и прошел обряд Воспламенения крови. Будучи человеком скрытным и предусмотрительным Каламин так никому, никогда не поведал о своей находке. Мало того, два года назад, после завершения обучения у своего магического наставника, и став полноценным Кзыром, он побывал в этих местах, прикрываясь положенным краткосрочным отпуском. Проверил неприкосновенность своих оставленных некоторых предметов и вдобавок припрятал на длительное хранение внушительный резерв мушек, несколько одеял, ёмкости со специями и герметически упакованные крупы. Время тогда было слишком неспокойное, да и новые порядки самозванного Фаррати, Каламину Зейку откровенно не нравились. Хоть он уже на тот час служил в дворцовой охране, но совершенно не признавал нового правителя. Тем более что прекрасно видел и знал, какими средствами тот пользуется для достижения своих низменных целей.
   То есть никем не знамое место предусмотрительному десятнику хотелось иметь всегда. Правда еще год назад он и предположить не мог, что оно ему понадобится так скоро. Он бы лично расквасил морду тому наглецу, который бы взялся предсказывать безумную влюбленность безгрешного десятника в одну их самых прекрасных наложниц Хафана Рьеда. Но увы, подобные вещи нельзи ни предвидеть ни отторгнуть. И в один прекрасный день Каламин своим отделенным сознанием коварно решил подсмотреть за любимицами Фаррати. Понравились они ему все, да вот только свою сердечную свободу он потерял, присмотревшись только к одной, самой прекрасной и обворожительной девушке поместья. Поначалу любовь носила сугубо односторонний и безответный характер. Но чуть более месяца назад десятнику удалось найти способ оставаться с наложницей наедине. Потому что в результате целеустремленных поисков по всему гигантскому, напоминающему небольшое селение строению, ему удалось найти секретных ход в одну из комнат на женской половине. Как выяснилось при первой же встрече, Алия Ланд тоже давно приметила молодого и видного красавца, а хранить верность, пусть даже и самому страшному, самому мстительному человеку в Кремниевой Орде, она изначально не собиралась. В результате, после нескольких, бурно протекающих любовных встреч, Каламин предложил срочно бежать. На что девушка со слезами на глазах и с безысходной печалью в сердце, спросила:
   - Разве нам это удастся?
   - Обязательно, любимая! - десятник мог заразить своей уверенностью кого угодно. Хотя и предупредил: - Если мы вдвоем приложим к этому максимум усилий, то у нас обязательно все получится.
   Действительно, они постарались и продумали все до последних мелочей. Вдобавок, пользуясь несколькодневным отсутствием Фаррати, они изрядно пощипали его главный тайник, утащив невероятный по ценности артефакт и несколько других, не занимающих много места уникальных безделушек. О тайнике наложница знала давно, потому что правитель имел неосторожность похвастаться перед своей пассией драгоценностями и мощным оружием, доставшимся от Древних. Правда Алия вначале не хотела забираться в тайник, но Каламин ее убедил следующими рассуждениями:
   - Мы собираемся бежать очень далеко, и не взирая на военные действия на нашем пути, мы все-таки обязательно достигнем Энормии. В другом месте нас все равно отыщут и достанут. Но для того, чтобы спокойно и уверенно осесть на новом месте, нам понадобится нечто большее, чем просто желание или снисходительное согласие энормианских властей. Лучше всего нас зарекомендует внушительный и дорогостоящий подарок в виде артефактов. Да и доверия к себе тогда добьемся намного большего.
   Они, конечно, знали баснословную ценность Лика Занваля, но вот пользоваться им со своими мизерными знаниями молодого Кзыра, десятник не умел. Хотя и запланировал немного разобраться в сложных магических структурах за время долгого и вынужденного безделья в надежном убежище. Потому что, по его мнению, прятаться им придется не менее месяца, пока все утихнет и успокоится. За это время их наверняка посчитают или погибшими, или благополучно сбежавшими из Орды. Ведь вряд ли кто из отрядов погони, розыска и оцепления сможет предположить такое наглое и близкое расположение беглецов всего лишь за сто километров от столицы. Да еще и в непосредственной близости от Шейтаровой Балки, в которой тысячи Кзыров и десятки тысяч простых ордынцев пробивали прямую дорогу для приближающегося детища Древних. Правда, взбешенный Фаррати мог бросить всех шаманов без исключения на поиски воров и предателей, но и в таком случае Каламин верил в надежность своего убежища. Вдобавок он прекрасно знал о планах всемирного завоевания самозванного правителя. Вряд ли Хафан Рьед хоть на один день отсрочит без явной необходимости генеральное наступление на Баронство Стали. Тем более что больше всего он боится сговора и объединения старых и непримиримых противников. Дать им время - возникнет союз против государства с непобедимым оружием Древних, что чревато увеличением, как сроков экспансии, так и гораздо большими человеческими потерями. А ведь люди нужны как воздух, ибо потом еще и весь мир надо будет удерживать в ежовых рукавицах. Поэтому гораздо лучше перебить врагов по одиночке. И так стали доходить в Куринагол странные слухи о встречах в верхах между лидерами востока. А Великий Кзыр даже во сне спит и видит у своих ног покоренных соседей.
   Да только вряд ли ему это удастся. Мир не так прост и беззащитен, как кажется самозванцу. Отцу Каламина в свое время удалось побывать в Энормии, и он много рассказывал и мощи и величии этого королевства. Не менее сильными считались Сорфитские Долины. Чуть более слабыми, но тоже весьма неприступным казалось королевство Ледония. А уж Альтурские Горы вообще во все времена однозначно являлись самым неприступным и полностью изолированным от всего мира государством. Практически никто даже понятия не имел, как живут драконы на своих закрытых территориях. Только лишь дикие слухи, да леденящие кровь легенды. И сейчас Каламин Зейк всеми фибрами своей души желал жителям всего остального мира заключить между собой необходимый союз и таки уничтожить самозванного Фаррати на троне Кремниевой Орды. Уж тогда точно его счастью с Алией Ланд ничто больше не помешает.
  
   Девушка умыла лицо, шею, затем тщательно заплела толстую, светловолосую косу, сложила её на голове великолепным и высоким венком, и подошла к месту разделки подвешенной на веревке ноги:
   - Давай тебе помогу, - предложила она с явным желанием поработать.
   - Да я почти закончил, - милуясь своей любимой, Каламин ловко срезал с кости последние куски мяса и бросал их в большой мешок из специально выделанной кожи. - Ты лучше, пока есть свет, срочно поставь варить кашу в котелке, тщательно прикрой свечение от горящих мушек со сторон камнями и приготовься в полной темноте довести блюдо по полной готовности.
   Алия тут же деловито принялась доставать мешочки с крупами. Но вопрос все-таки задала:
   - Приляжешь еще отдохнуть?
   - Как бы не так! Сейчас убираю светляка и спешу тщательно осмотреть, что там делается наверху. Вдруг кто-то все-таки напал на наш след. Да и видеть нас могла уйма народу.
   - Но ведь я была в мужской одежде?
   - С подобной изумительной фигуркой и отличительной верховой посадкой только слепой примет тебя за парня. Так что..., сама понимаешь.
   На некоторое время в пещерке установилась рабочая тишина. Шаман закончил нарезать мясо, засыпал его крупной солью, специями, сухими овощами и всё это тщательно вымешал. Затем с некоторым сожалением добавил в огромный мешок струйку сжиженной магии и плотно завязал стягивающий верх шнурок. Тратить треть своей магической силы, конечно, не хотелось, но зато теперь мясо не подвергнется порчи как минимум полторы недели, а за это время оно не только изрядно надоест беглецам, но и вполне благополучно будет съедено. А той колдовской силы, что осталась, вполне хватит для сегодняшнего обследования. Потом сон, набор свежей силы и новый осмотр. Если все будет благополучно, а в этом Каламин и не сомневался, то затем последует сытный обед, нежности с Алией, опять сон и опять осмотр. И так целый месяц. Скучно, но зато волнительно и приятно до безумия. Потому что рядом будет любимая, желанная и самая прекрасная женщина в Мире Тройной Радуги.
  
  

ВОР, ПАСТУХ И ВОИН

   Три человека сидело в густой кроне огромной хаузпичи. Одежда уних -напоминала разодранные лохмотья, а многочисленные ранения гематомы по всему телу явно мешали им лежать на близкорасположенных ветках с должным удобством. Но оживленный шепот между ними не прекращался уже несколько минут:
   - С чего ты взял, что нам повезло? - шипел худенький ордынец невысокого роста, напоминающий всем видом недозрелого и болезненного мальчика. - Если нам чудом удалось остаться в живых, то это не значит, что я теперь должен рисковать спускаясь вниз и ворую у них пищу.
   - А тебя никто и не заставляет это делать, - зашептал в ответ высокий, лысый мужчина с густыми усами.
   - Зачем тогда утверждаешь, что через полчаса я буду внизу?
   - Потому, что ты самый легкий и безшумный и тебе будет легче всего снять часового, который сидит у ствола и посматривает вокруг.
   - Да ты совсем мозгами тронулся?! - чуть не перешел на крик коротышка. - Я вор! Но ни в коем случае не убийца! Понял?
   - Да мне плевать кто ты! Но в лругом случае нам не спастись. Сейчас мы имеем уникальный шанс легализироваться для спокойного перемещения по дорогам.
   - Но их вдвое больше!
   - Дальше мы уже сами справимся.
   - Сомневаюсь.... Да и в своем умении убить - тоже.
   Оба скосили глаза на своего третьго компаньона, который из-за своей огромной массы вообще боялся пошевелиться на обросшей паростками ветке. Они называли его просто Солдат, ролтому что изначально договорились не упоминать своих настоящих имен. К тому же сильный и натренированный мужчина в действительности совсем недавно был уважаемым и авторитетным воинов. И только смертельная ссора с вышестоящим командиром привела его в ряды приговоренных к казни преступников. Сейчас ему предстояло принять окончательное решение, хотя своих соседей по импровизированному насесту, он знал только несколько дней.
   - Пастух прав. Тебе, вор, придется слезть вниз первому и заколоть дозорного нашим единственным кинжалом. Не справишься - значит наши часы сочтены. До утра мы тут не вылежим, все равно свалимся на камни т холода и неудобства. А сейчас помолчите и постарайтесь уловить с низу каждое слово. Потом нам это очень пригодится.
   Действительно, стоило прислушаться к тому, что творилось внизу. А там шесть воинов интендантской тысячи готовились к ночлегу. Пятеро распрягли похасов и задали им корма, а затем принялись интенсивно готовить ужин и поправлять одеяла прямо в больших двухосных возах. Исходя из отсутствия провианта или любого другого груза, снабженцам скорей всего предстояло ехать вглубь территории, подальше от пути продвижения Титана и уже там загружаться, чем предназначено.
   Шестой, скорей всего старший в группе, важно прохаживался возле распложенной на взгорке хаузпичи, да делал вид, что несет первое дежурство. Скорей всего, лишь только ужин поспеет, он поест и завалится спать на всю ночь. Потому что бояться воины ничего не собирались. Судя по разговорам они здесь ездили постоянно и никакой опасности, даже в виде диких зверей не замечали. Хотя вполне естественно - дисциплину нарушать они не посмели. И даже ночью выставят дежурного, да только скорей всего посадят его непосредственно у большого костра, на облучке самой высокой телеги. И тогда добраться до него будет намного проблематичней.
   Засевшей на дереве троице просто сказочно повезло, что они успели спрятаться в листве, а движущийся по дороге отряд их четырех подвод вознамерился сделать привал именно в этом месте. Они за сутки оголодали настолько, что темп продвижения спал до минимума, а в такой одежде зайти в первый попавшийся поселок и попросить помощи они не рискнули. Да и арестантские ошейники им без специальных приспособлений никак снять не светило. Зато сейчас Вор, Пастух и Воин были готовы на все. И очень надеялись на походный инвентарь, который наверняка имеется у запасливых возниц. В дальней дороге чего только не случается и парочка увесистых молотков с зубилом всегда пригодится.
   Тем временем сумерки резко накрыли небольшую долину между покатыми горами. Да и в пасмурном небе сияния Марги совсем видно не было. Лишь Сапфир, лениво поднимаясь над горизонтом давал неверное, мерцающее освещение. Ужин почти был готов и пятерка ездовых, шумно и весело переговариясь, принялась накрывать импровизированный стол. Откуда-то достали щикарный окорок, фрукты с овощами и несколько фляг с явно алкогольным содержимым. Видимо поставщики не только работников и армию обеспечивали, но и про себя не забывали.
   По этому поводу пастух прошептал:
   - Из наших домов корпус надзирателей воли вначале все до последней нитки вынесли. А потом на наших глазах сожгли все постройки до единой. Мужчин всех погнали в долину Подковы, что б ее еще раз сломали! А вот куда женщин и детей отправили - не ведомо...
   - Ничего, разыщешь, - поддержал товарища воин.
   - Обязательно! Но я про родных вспомнил потому, что вон тот седой возница очень уж похож на кузена моего отца. Того еще лет десять назад в боевую сотню загребли, с тех пор ни слуху, ни духу....
   - А точно он?
   - Не уверен.... Но похож. Очень похож! И имя его помню, Желудь. Так что вы его постарайтесь не калечить, а?
   Вор промолчал, а Воин успокоительно буркнул:
   - Постараюсь.
   Блуждающий по земле дозорный видимо боялся пропустить нужный момент своего выхода к временному лагерю, поэтому отошел от дерева метров на пять и, упершись на копье, внимательно присматривался к выложенным на импровизированный стол флягам. Момент для атаки настал самый благоприятный. Наиболее грузный и сильный из лежащих на дереве мужчин, поощрительно пожал плечо самому щуплому и слабому, словно вливая в него частичку своих сил и желая удачи. Потом передал единственный, сделанный из лезвия лопаты, нож.
   - Засунь в горло и вали его на себя. Меньше шума будет.
   Вор после такого совета с тяжелым, обвинительным вздохом посмотрел на своих суровых товарищей, зажал нож в зубах и ящеркой скользнул вниз. Действительно, беззвучнее него спуститься с хаузпичи никто шансов не имел. Затем маленькая тень метнулась к дозорному и прыгнула ему на спину. Раздался приглушенный стон, и оба тела завалились назад. Копье хоть и рухнуло в сторону, но весьма удачно попало на участок земли, поэтому не зазвенело. А соучастники нападения тем временем поспешно, чуть не срываясь, спешили вниз.
   Как оказалось не зря. Потому что вор немного перестарался при первом своем убийстве и так сжал ногами бока жертвы, что при падении на спину выбил из себя все дыхание. Так бы, наверное, и задохнулся, если бы мощная рука товарища не сдернула с него бездыханный, но довольно тяжелый труп.
   Даже при минимальном освещении стала видна неимоверная бледность на лице коротышки. Пришлось его усиленно посадить и приподнять пару раз, для восстановления дыхания. Наконец он тяжело зафыркал и стал вырываться из мощных рук:
   - Хватит! Ты меня совсем доломаешь!
   В ответ получил в руку свой тщательно вытертый нож и очередное благословение на убийство:
   - Бегом вокруг лагеря и следи, чтобы кто-нибудь не сбежал под шумок!
   Пастух не терял даром ни мгновения. Подвесил себе на пояс трофейный кинжал и довольно мастерски взвел струну арбалета. Положил на ложемент вынутый из подсумка болт и, пригнувшись, поспешил вперед. Воин, взяв в правую руку копье, а в левую меч, догнал товарища практически возле самых телег.
   Ярко пылающий костер не давал находящимся рядом рассмотреть, что творится в темноте, поэтому два павших возле телег компаньона не привлекли внимания поначалу. Первый упал пронзенный в грудь копьем, а второй с раздробленной головой. Разве что только удар струны арбалета заставил повернуться одного из возниц и с недоумением уставиться в ночь:
   - Кто это там балует?
   Мелькнувший меч наполовину перерубил любопытному интенданту шею, и уже со следующим шагом Воин пронзил грудь предпоследнего, из оставшихся в живых противника.
   Седой возница, только попытался вскочить, протягивая руку к своему бесполезному арбалету, да так и замер на полусогнутых, попав в локтевой захват и ощутив у себя под ухом покалывание грозного острия. И тут же получил первый вопрос:
   - Как тебя зовут?
   - Желудь....
   - Из какого стана родом?
   - Стан Нагарас, из Литой степи.
   Захват немного ослаб, а голос стал не таким строгим:
   - Что же ты, дядя, продолжаешь служить самозванцу, когда он всю твою родню уничтожил?
   - Как, уничтожил?! - седой возница так резко крутанул головой, что не убери Пастух кинжал, стало бы одним трупом больше. - А ты кто такой?
   Оборванный, грязный, израненный мужчина сместился чуть в сторону и свет от костра осветил его лицо. От узнавания возница ахнул, пытаясь воскликнуть:
   - Так ведь ты...!
   Но был резко и безжалостно прерван:
   - Теперь у меня нет имени! И меня называют просто: пастух.
   - Почему?
   - Я не сумел сберечь и защитить стан Нагарас его тысячелетняя история оборвалась. Все мужчины кроме меня мертвы, а женщины и дети находятся в неизвестном для меня месте.
   - А мои братья и племянники?!
   - Увы, их больше нет среди живых..., - прошептал пастух.
   Его седой земляк со стоном рухнул на колени, словно в мольбе протягивая руки перед собой:
   - Но как?! Как это случилось?
   - Неделю назад наш стан отказался выделить для самозванца новых воинов и рабочую силу. Имели для этого исконное право. Мы и так оказались на грани разорения. В назидание другим строптивым соседям, каратели Великого Кзыра пленили всех мужчин, вывезли все наше имущество, а сам стан спалили до последнего плетня. Затем женщин погнали в одну сторону, а нас в другую. И в долине Сломанной Подковы заставили строить вместе со смертниками приговоренными к казни каменные башни и крепостные стены. Сразу пригрозив, что на нас будет направлена учебная атака. Но на нас направили не войско, а сразу Смерть. Потому что атаку начал Титан, невиданное детище Древних, швыряясь при этом магической силой, от которой на существует защиты. На наших глазах была уничтожена первая огромная башня с такими же как мы. Ничего не оставалось, как броситься в подземные убежища, но они рушились со страшной силой. Оставалось жить считанные минуты, когда я заметил в скрытой расщелине свет. Задыхаясь от пыли, мне удалось туда притиснуться и наткнуться на двух моих теперешних товарищей, которые воспользовались давно замеченной щелью для побега. Через час мы добрались по лабиринтам к такой точке, откуда сквозь дыру в отвесной стене смогли увидеть всю долину. Она оказалась вся изрыта кратерами невероятных взрывов и залита сплошным озером огня. До сих пор меня преследует кошмарный запах горелого мяса....
   Возница долго, почти не моргая, смотрел на своего земляка, видимо пытаясь до конца осмыслить и понять всю трагедию. И задал лишь один вопрос для уточнения:
   - Что делал в момент вашей гибели Хафан Рьед?
   - Восседал со своей кликой на господствующей высоте горного уступа. Словно на представлении....
   Тяжелый и печальный стон предварил следующий вопрос:
   - Что мне надо делать?
   - Помочь нам отомстить! Но готов ли ты к этому?
   - Готов! - Желудь торжественно встал на ноги. - Ради памяти по моим братьям и весь стан Нагарас я готов собственными зубами загрызть это исчадие Топей, выродка шейтаров и навечно проклятого самозванца!
  
  

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ИЗУЧЕНИЕ МЕСТНОСТИ

   Не всегда задуманное деяние свершается с запланированной легкостью. Особенно в глубоком тылу врага. Но в данном случае само названный корпус надзирателей воли чувствовал себя почти как дома и очень результативно решал поставленные на первое время задачи. За двое суток воины легиона успели разведать огромную территорию, в одном месте с полной наглостью и бесцеремонностью проехались вдоль строящейся интенсивными методами дороги для Титана. Хотя правильнее было бы сказать не дороги, а вырубки в остове возвышающихся на пути детища Древних крутых, скалистых образований. Да и то, только в тех местах, где их нельзя было обойти со сторон. Например через прямостоящие горные гряды выемка пробивалась в наиболее низких местах, а пологие спуски и подъемы просто расчищались от одиноких, остро торчащих камней. Похоже что Титан все-таки мог левитировать на определенном уровне над землей и не мог преодолеть лишь перпендикулярно стоящую преграду.
   Именно в таком новообразованном ущелье и планировал Кремон Невменяемый нанести решающий удар по огромному металлическому монстру. Как это будет происходить конкретно, он и сам пока не знал, но вот выбрать подходящее место следовало как можно быстрей. И уже потом, исходя из особенностей этого места, разрабатывать план предстоящей атаки. Поэтому отряд и приблизился непосредственно к разрабатываемому участку дороги и устремился вдоль него прямо на восток. По рассказам пленных именно там находилось самое подходящее, рукотворное ущелье. И ближе к вечеру поперечная горная гряда предстала перед легионерами во всей своей красе. Непосредственно заезжать в самую гущу лагерного столпотворения смысла никакого не было, поэтому отряд решил переночевать в расположенном чуть в стороне поселке.
   Но как оказалось, все дома в поселке были заняты на постой огромным количеством мелкого и крупного начальства, которое руководило работами на данном участке дороге. Выяснилось, что даже большинство местных обитателей спит во временно выстроенных шалашах и навесах на собственных огородах. Вполне естественно что самозваный корпус мог попытаться качать свои права и элементарно вышвырнуть из нескольких домов как наглых квартирантов, так и наиболее маститых местных жителей. Но Невменяемый не стал накалять обстановку и слишком привлекать внимание к своим людям. Тем более что для тщательного осмотра окрестностей отделёнными сознаниями вполне хватало временного лагеря за околицей.
   Хотя внимание к себе замаскированные энормиане всё-таки привлекли. И как раз самое нежелательное. Не успели установить первые шатры, как восседающая на нескольких редких деревьях тройка боларов подала условный сигнал тревоги про то, что видят приближающиеся фиолетовые сгустки чужих колдовских сознаний. Дело привычное, и каждый воин с утроенным внимание стал следить за своими жестами, словами и поведением. Как правило в таких ситуациях любой Эль-Митолан давно знал свою роль или следующее задание и никого такое подсматривание совершенно не смущало. Кто продолжал заниматься обустройством лагеря, а кто как можно скорей ложился в полностью затемнённых шатрах "отдохнуть", и в свою очередь тоже осмотреться по близлежащим околицам. Да и разведать предстояло очень много: как само рукотворное ущелье и все скалы вокруг него, так и оставленный за спиной посёлок.
   К сожалению лишь одним колдовским присмотром ордынцы не обошлись. Потому что вскоре наружные дозорные подали совершенно другие знаки тревоги. А вскоре к центральному шатру на порядочной скорости прискакало десять ордынцев в экипировке ярко-малинового цвета. Причем почти каждая часть доспехов или одежды добавочно украшалась изображением волчьей пасти или черного топора. Подобные украшения могли в Кремниевой Орде носить только воины единственного, привилегированного в таком отношении воинского подразделения. Все остальные войска государственное малиновое знамя с рисунками топора и волка могли носить лишь на специальных древках.
   Сразу же бросилась в глаза и вторая особенность нежданных визитёров. Все они прибыли на отличнейших, самых чистокровных лошадях. Что не только считалось редкостью в этой провинции, но большой роскошью даже в столице. При всех огромных пастбищах и прочих возможностях для селекции, ордынцы только совсем недавно стали заниматься коневодством и только в последний год, полтора в Куринаголе появились шикарные скоростные кареты, а все придворные Фаррати стали вводить в моду выезды на элегантных и более стройных чем похасы животных.
   Ещё только спешиваясь, самый старший из прибывших с нашивками десятника с надменно надутой физиономией стал гаркать в сторону стоящей у шатра охраны:
   - Кто здесь старший?! Почему не встречает?!
   Если бы он только знал, какие ветераны стоят перед ним в виде моложавых и неопытных охранников, то вел бы себя соответственно, ну а так Эль-Митолану со скрытой аурой колдуна пришлось встретить тоже несколько грубовато:
   - А ты кто такой шустрый будешь?
   - Что?! Ах ты...!
   Разбалованный властью и вседозволенностью выкормыш Великого Кзыра покраснел от злости. А стоящие за его спиной коллеги дружно потянулись к оружию. Видно чувствовали себя совершенно безнаказанно даже при таком количестве окружающих их воинов. Да только не на тех нарвались. Не успели прибывшие и глазом моргнуть как их уже окружило полтора десятка человек в одеждах "змеиных", а самый грузный из них набычившись шагнул вперед:
   - Если тебя спрашивают, то отвечай немедленно и с должным уважением!!! - заорал он, побагровев: - Или совсем про дисциплину забыл?! Кто такой и чего надо?
   Прибывший с некоторым недовольством и высокомерием рассмотрел, что перед ним стоит не кто иной как сотник, а значит и в шатре наверняка расположился военачальник гораздо высшего ранга. Но всё равно спесивого выражения со своей морды не убрал:
   - Меня зовут Кранк. Второй десятник волчьей сотни Великого Кзыра. Прибыли с обыском и имеем полномочия проверять всех подряд.
   - Так уж и всех? - с недоверием скривился сотник и с явной неохотой добавил: - Ладно, сейчас доложу тысячнику. Хоть он и занят....
   Кажется Кранк и такого не ожидал. Видимо его раньше всегда и везде беспрепятственно пропускали, а тут вот такой плевок на его самолюбие. Но скрежеща зубами все-таки остался на месте, взмахом руки сдерживая недовольный гул прочих коллег-выкормышей находящихся за его спиной и подталкивающих применить силу.
   Сотник тоже заметил и услышал недовольство, да так и замер вполоборота. С нехорошей улыбкой уставился на десятника в малиновых одеждах и приподнятыми бровями как бы спрашивая: "Рискнёшь дёрнуться?" А со всех сторон вокруг прибывших замерцали открыто возводимые магические щиты. Кажется это произвело впечатление и нежданные гости замерли. И только тогда массивный вояка нырнул в шатёр.
   Само собой что Невменяемый не был занят, а со всей готовностью боевого Эль-Митолана присматривался сквозь щель в полотне к происходящему снаружи. Как только сотник вошёл внутрь, они зажгли свет, перекинулись ничего не значащими официальными фразами, сделали по глотку бодрящего напитка, освежая горло, и только тогда вышли их шатра. Как и положено любому тысячнику, перед младшим по званию, Невменяемый без единого колебания в голосе строго спросил:
   - В чём дело?
   Кто такие "волки", как они выглядят и что из себя представляют, все энормиане знали прекрасно. Тем более тех всегда узнавали по специфической одежде и экипировке. Да и рассказов за эти пару дней о наглости и безнаказанности личной гвардии правителя довелось наслушаться. Поэтому сейчас для легионеров имелось только два варианта дальнейшего развития событий: открыто уничтожить своенравных, злопамятных выкормышей Великого Кзыра, или постараться уладить и в корне замять начинающиеся трения. Кремон решил склониться ко второму, да и то, лишь из-за наличия где-то рядом посторонних шаманских соглядатаев. Не хотелось раскрывать себя раньше времени. Разве что "волчата" поведут себя слишком уж нагло, бездумно и недисциплинированно. Тогда повод для наказания будет. А пока сведения об этом инциденте дойдут куда надо, то контрмеры в защиту любимчиков станут совершенно неактуальны.
   Да только десятник тоже явно насторожился и не стал больше явно нарываться на конфронтацию. Доложился по всей форме, назвал главную причину своего здесь нахождения и подтвердил свои слова большой бляхой приоритетного порученца Фаррати. Такие бляхи действительно обязывали любого встречного, вплоть до полковников и генералов оказывать содействие и любую помощь предъявителям.
   Хорошо что сведения об этом достигли ушей Кремона своевременно, и он с должным участием, и желанием помочь розыску ответил:
   - К сожалению никаких беглых или подозрительных людей мы на своём пути не встречали. Хотя и проверяем практически каждого встречного. В дальнейшем постараемся приложить все усилия к поимке описанного тобой вора и его жертвы. Думаю, что им никуда не деться от погони и они будут в скором времени схвачены.
   - Мы тоже в этом уверены, - десятник мерзко оскалился и с притворной вежливостью развёл руки в полупоклоне, - Но проверить просто обязаны каждый сигнал и сообщение.
   - То есть? - высокомерно приподнял бровь тысячник.
   - Среди вас замечена женщина, которая по всем внешним данным соответствует похищенной наложнице Великого Кзыра.
   - Ха! - презрительно воскликнул Кремон. - По каким таким данным? Моя наложница всегда укутана с ног до головы и никто не имеет права взглянуть на неё без моего особого разрешения.
   - Никто? - наглый десятник выставил перед собой бляху. - Я тебе конечно верю, но..., служба прежде всего.
   - И как ты её будешь опознавать?
   - В течении года мне довелось видеть любимицу нашего правителя неоднократно, так что лицо знакомо лучше чем моей собственной матери.
   Невменяемый очень сомневался в наличии у десятника таких воспоминаний, ведь и так все знали о сиротском происхождении каждого "волчонка". Да только и смысла большого противиться такому мелочному требованию никакого не было. Немного подумав и демонстративно покрутив носом, он вздохнул и с явной неохотой повёл приоритетного порученца в соседний шатёр.
   Стоящие на входе воины чуть посторонились, но тысячник не спешил ворваться в середину как полномочный хозяин. Наоборот он крикнул в щель с особой нежностью и осторожностью:
   - Дорогая, я не один. Тут разыскивают похищенную наложницу правителя и хотят удостовериться, что это не ты.
   Таким образом он готовил Мирту к определённому стилю поведения. И баронета как всегда сыграла отменно. С непередаваемыми ворчливыми интонациями она разрешила:
   - Ладно уж, заводи своих смотрителей! Но лучше бы мне принесли горячей воды! Сколько можно ждать?
   Тысячник сердито взглянул на воина у шатра, но тот только спокойно пожал плечами:
   - Воду поставили греть.
   После чего последовал приглашающий жест и гость юркнул в шатёр вслед за хозяином. Да так и замер на пороге. Сидящая на огромной подушке женщина ожесточённо расчёсывала свои изумительные по красоте и блеску волосы, а весьма лёгкая домашняя одежда почти не скрывали выпирающих наружу прелестей. Да и красивое лицо могло воодушевить самого бесчувственного чурбана. Правда наложница тысячника продолжала ворчать и совершенно не смотрела в сторону чужого мужчины, но вот он сам замер и только облизывался, слушая очаровательный голосок:
   - Да и вообще, неужели ты не смог освободить для меня один единственный приличный дом? Ты ведь знаешь как мне противны эти все насекомые! А тут их столько...!
   Обладатель такой прекрасной очаровашки только безнадёжно развёл руками:
   - Где ты их тут увидела? Покажи хоть одно насекомое? - и тут же словно случайно, наткнулся взглядом на малинового десятника. - Ну что? Опознал?
   - Никак нет! Извините за беспокойство. Разрешите откланяться! Всего наилучшего и спокойной ночи.
   Да так, пятясь задом и вышел. Удивлённый таким словоизвержением неожиданной вежливости, Кремон недоуменно переглянулся с Миртой, поощрительно ей подмигнул и отправился к выходу со словами:
   - Гляну что там с ужином.
   Пока он вышел, от нежданных гостей осталась только взбитая столбом пыль. Да в свете дальнего костра мелькнули тени несущихся во всю прыть всадников. Подошедший сбоку сотник еле слышно спросил:
   - Чем она так его напугала? Словно шейтар за ним гнался....
   - Ещё бы! Красота - страшная сила! - многозначительно ответил командир отряда и действительно поспешил к костру, где готовился на скорую руку ужин. Голод припекал совсем не по детски. Да и вообще в последнее время Кремон Невменяемый никак не мог нормально насытиться и с тоскливой ностальгией вспоминал порой кормёжку в замке у Хлеби Избавляющего. Уж там тетушка Анна выпускала своего любимца из-за стола только с переполненным желудком. А в последние дни молодой герой старался даже при скачке и прослушивании докладов что-то постоянно жевать. Предпочитая вяленое мясо всему остальному.
   На такую прожорливость обратили внимание все товарищи, но шутить себе позволяла только Мирта Шиловски. Поддразнивая своего друга тем, что к моменту присвоения ему звания генерала он как раз успеет набрать должные для уважения габариты. Кремон в ответ смеялся, закатывал рубаху и показывал тонкую упругую кожу на рельефных мышцах своего живота. Доказывая тем самым что ни капли жира на нём не собирается. Хотя и сам задумывался над своим неимоверно усилившимся аппетитом. Задумывался и чисто непроизвольно совал в рот очередной кусочек мяса, сыра или колбасы. А уж на такие мероприятия как обед, ужин и завтрак всегда приходил самый первый, показывая наивысшую воинскую дисциплину.
  
  

МЕДОВЫЙ МЕСЯЦ

   Жизнь в непроглядной пещерке наладилась в бытовом плане и потекла размеренными, совершенно одинаковыми буднями. Причем буднями сказочно-приятными и волнительными. Влюблёнными наконец-то могли без опасений и тревог принадлежать только друг другу и в жарких объятиях выплескивать накопившуюся страсть, ласку и нежность. Поэтому практически половину суток общего времени у них уходило на уплотнение толстого слоя одеял своими переплетёнными телами. А если бы не прочие актуальные дела, то молодая пара вообще бы и перекусывала прямо на своей огромной кровати под пологом непроницаемого мрака.
   Да только положение обязывало не только готовить горячую пищу и потом её поглощать, но и тщательно следить за окружающей местностью. Поэтому лишь только у Ильдара скапливалось две трети его сил шамана, как он тут же бросался отделённым сознанием наружу и выборочно метался по нескольким, самым предпочтительным направлениям. Истратив очередную треть, он возвращался в своё тело, усиленно наедался и опять попадал в объятия своей несравненной Алии Ланд. Затем следовал короткий сон, снова кормёжка перемежающаяся любовными ласками, и новый осмотр поверхности с помощью магии.
   Именно в при одном таком осмотре, Ильдар и наткнулся на внушительный отряд отлично экипированных воинов. Тех было человек тридцать, и что самое удивительное половина из них передвигались на лошадях. Да ещё пяток сильных скакунов у них было в пристяжных. Это сразу насторожило Ильдара, ведь он прекрасно помнил, какое подразделение в Куринаголе поголовно использует этих благородных и быстрых животных. Но как он не присматривался к лицам, ни в одном из них не мог опознать "волчат" Великого Кзыра. А ведь за три года службы он их видел не раз и успел изучить каждого выкормыша правителя. Но в составе отряда их не наблюдалось. Правда несколько человек ему всё же удалось как-то идентифицировать, но только как личностей виденных совсем недавно.
   С некоторым сомнением беглый десятник всё-таки решил хоть немного проследить за странным отрядом, невзирая на сверх лимитное время. И хоть в итоге остался практически без всей своей магической силы, но зато заметил одну жуткую, интригующую подробность. Вернее одно совершенно нетривиальное действие. Остановившиеся на привал воины вроде бы вели себя совершенно обычно и предсказуемо. Спешно стали готовить обед, развьючили животных, выставили дозорных, собирали хворост среди редких деревьев на окружающих скалах. При этом часто переносили собственные тюки с места на место, словно приноравливаясь пристроить их для удобной лёжки. И только совершенно случайно наблюдателю удалось заметить что странные воины один за одним скинули пять тюков в трещину между камнями, а потом словно, расчищая поверхность близлежащей площадки забросали щель камнями. Причем сразу стало понятно, что это не попытка что-то сохранить, а потом со временем достать и воспользоваться, а желание от чего-то избавиться. Ну а отчего могут избавляться такие подозрительные личности?
   Вернувшись в собственное тело, Ильдар шёпотом пересказал всё увиденное своей любимой, а затем стал советоваться:
   - Я так понял, что за этими тюками возвращаться никто не собирается. А следовательно надо их обязательно проверить.
   - Сама тут не останусь! Пойду с тобой! - тут же всполошилась Алия.
   - И речи быть не может! Ты мне только мешать будешь и отвлекать. К тому же это совсем недалеко от выхода их лабиринта. Пока ты поджаришь порцию жаркого, я уже постараюсь вернуться.
   Красавица не сдавалась:
   - Но мне страшно оставаться одной. Эта полная темнота меня пугает....
   - Но сейчас ведь не страшно?
   - С тобой мне ничего не страшно. А вот самой....
   - Алия..., - с укором протянул Ильдар, осыпая шею своей любимой поцелуями. - Ты ведь самая смела и решительная женщина в мире. Поэтому ничего и никогда не бойся.
   Красавица томно простонала в ответ:
   - Конечно, в такие моменты мне ничего не страшно..., - затем спохватилась и крепко схватила Ильдара за голову и прижала к себе: - Слушай! А зачем тебе вообще те тюки? Нам ведь и без них хорошо.
   - Тоже хотелось бы так думать. Но меня волнуют те три человека, которых я уже раньше видел. Ты ведь знаешь и моей хорошей памяти на лица?
   - Главное меня не забудь в этой темени.
   - Ха! Подобное нам, дорогая, не грозит. Так вот, тех троих я уже один раз видел с ещё несколькими воинами и все они были на похасах и в полном вооружении. Из этого следует, что конями они обзавелись практически недавно и скорей всего проживают где-то в окрестностях. В наше неспокойное время здесь можно встретить кого угодно, но если это разбойники, то уж слишком организовано они выглядят. Их соседство меня беспокоит, и знать о них необходимо. Так что припрятанные тюки мне дадут о них более полную информацию.
   Алия печально вздохнула:
   - Понимаю.... Но может все-таки на них плюнешь? А эти самые тюки проверишь во время нашего выхода. Можно ведь так?
   - Конечно можно. Но если мне ничего не стоит получить информацию сейчас, то откладывать на потом - дело неблагодарное. Так что.... давай сытно поедим и хорошенько выспимся. До ночи мне надо поднакопить энергии, хотя и не факт, что придётся её растратить.
   Далее парочка так и сделала. Хоть Алия не оставляла попыток уговорить Ильдара от ночной вылазки, но тот сумел настоять на своём. Да и вообще с его талантом убеждения, он мог уговорить кого угодно. Не только горячо любящую женщину. И после продолжительного сна отправился к выходу из лабиринтов. Разве что напоследок оставив своей любимой несколько факелов и всё необходимое для их зажжения. Уж очень та боялась одиночества в полной темноте и просто само наличие осветительных средств заставило её успокоиться.
   Перед непосредственным выходом беглый десятник быстренько осмотрелся на поверхности отделённым сознанием и тщательно прощупал то самое место стоянки. Посторонних не наблюдалось и уже через полчаса вынутые камни стали громоздиться на краю щели. Мускульной силы Ильдару хватало с избытком и вскоре он добрался до тех самых подозрительных тюков. Вытащив один их них на поверхность и немало подивившись необычной влажности, он развернул его, тщательно присмотрелся к содержимому и не сдержал удивлённого мычания. С минуту он сидел на корточках поражённый, а потом метнулся за следующим тюком. В нём оказалось то же самое: окровавленные, обожженные и поврежденные в схватке одежды. Хотя некоторые и отличались целостностью. Плюс дорогое, именное, со знаками отличия оружие. Ну и многие детали амуниции и экипировки.
   Над жутким содержимым Ильдар Кайтуш сидел не долго. Ровно столько, чтобы осознать и привести свои рассуждения к логическому выводу. Потом он вспомнил о своей ненаглядной, которая дрожит в непроглядной темени и заторопился. Узлы опять были связаны, сброшены в щель и быстро закиданы камнями. А потом беглый шаман поспешил к своему убежищу.
   Вполне естественно что Алия Ланд не спала, и как только услышала первое шуршание, сразу с напряжением вскрикнула:
   - Кто там?!
   - Всё в порядке дорогая, это я! - тут же отозвался Ильдар и уже в следующее мгновение обнимал и успокаивал трепещущее тело в своих объятиях. Само собой что и поцелую слишком затянулись, но ведь и о деле поговорить надо. Поэтому девушка решительно прекратила продолжительный поцелуй и требовательно спросила:
   - Что там? Рассказывай.
   Мужчина увлёк любимую на их ложе, и держа в объятиях стал отчитываться:
   - Правильно я сделал, что просмотрел эти тюки. Во первых теперь я знаю что люди их припрятавшие - настоящая, четко организованная группа военных преступников. Ну, можно сказать, что разбойников.
   - Ой! И они здесь прячутся поблизости? - вздрогнула девушка.
   - Пока не знаю точно, но теперь постараюсь отыскать их обязательно и присматривать со всем возможным тщанием.
   - Зачем тебе нужны эти кровожадные разбойники?
   - Может и не нужны, - покладисто согласился шаман, - Но меня привело в чувство восторга то, что оказалось в окровавленных тюках. Дорогая, чего ты замерла? Не забывай дышать!
   - Ты такие жуткие вещи рассказываешь! Как можно восторгаться пролитой кровью?
   - Оказывается можно, да ты и сама меня поймёшь, когда узнаешь чьи окровавленные, изрубленные и обожженные одежды там оказались.
   Девушка нервно сглотнула, но всё-таки попыталась пошутить:
   - Хафана Рьеда?
   - Увы! Хотя это был бы самый оптимальный вариант. Но все равно эти разбойники - наши гипотетические союзники. Потому что они уничтожили совсем недавно целый десяток этих премерзких выкормышей самозванца Хафана. Их отличительные малиновые одежды и именное оружие ни с чем не перепутаешь. Так что..., есть всё-таки в этом мире высшая справедливость.
   Некоторое время парочка молчала, но потом Алия подошла к событиям с другой стороны:
   - Но что "волки" здесь делали?
   - Правильный вопрос! И ответ однозначный: наверняка Хафан Рьед пустил их по нашему следу. Остаётся только узнать цели замеченного мною отряда, выяснить их покровителей и нам сразу станут понятны их действия. Ведь наверняка уничтожением "волков" занялся кто-то из самого окружения Фаррати. Ты ведь знаешь, как они охраняют своего идола, а в их присутствии совершить покушение на правителя почти невозможно. Значит, кто-то очень верно и расчётливо убирает все преграды.
   - Ты так думаешь?
   - Просто уверен в этом. Конечно, ещё бы не мешало проследить за теми разбойниками более тщательно, но уже сейчас могу сказать, что убивать безнаказанно малиновых выкормышей Великого Кзыра почти невозможно. А раз они до сих пор действуют, значит их обязательно кто-то прикрывает.
   - Кто же это может быть? - протянула в задумчивости девушка.
   - Самому узнать хочется....
  
  

КРОВАВОЕ ПОХИЩЕНИЕ

   Ночь прошла спокойно. Хоть с самого утра болары и продолжали показывать непрекращающееся наблюдение внутри лагеря неизвестного противника. Но в последнее время к нему все уже привыкли, да и на несколько центральных шатров устанавливали контур не проникновения. То есть тайно переговорить возможность имелась всегда и в любое время. Поэтому после завтрака обсудили создавшееся положение и решили остаться в данном лагере ещё на одни сутки. Место удобное во всех смыслах. Да и шатры можно пока не складывать. Ведь без снижающих скорость грузов удастся обследовать намного большую местность вокруг Шейтаровой балки, как называлась расположенная рядом горная гряда. А если придётся проехаться непосредственно по пробиваемому ущелью, то дополнительная мобильность в передвижении тоже весьма желательна.
   Благодаря таки рассуждениям, Кремон Невменяемый разделил отряд на две группы. Тридцать пять человек отправилось с ним в разведку. Тогда как пятнадцать человек осталось охранять лагерь и заниматься поисками подходящей для ужина дичи. Само собой что почти вся живность в окрестных горах и лесах уже была низведена к нулю поставщиками и интендантами, но при надлежащей удачливости оставшиеся пять охотников рассчитывали на добычу. Тем более что с возможностями Эль-Митоланов у них имелось неимоверно больше шансов прийти с трофеями, чем у простых охотников.
   Занваль уже стал пригревать своими золотистыми лучами, когда большинство воинов отряда не спеша подалось на похасах к Шейтаровой балке, а квинтет охотников поспешил прямо на юг. Уж там, среди крутых холмов, густо поросших густым лесом, они наверняка найдут достойную дичь. А оставшийся в лагере десяток выставил одного дозорного на самом высоком месте, второго на въезде со стороны хорошо видимого посёлка и занялся чисто хозяйственными работами. Да и любому наблюдателю могло бы показаться странным ленивое бездельничанье таких бравых воинов, которые обычно подбирались в корпуса надзирателей воли.
   К рукотворному ущелью вела хорошо наезженная дорога, и к цели добрались довольно быстро. Но когда рассмотрели в тучах пыли то неисчислимое количество народа, которое находилось в самом ущелье, то сразу расхотелось туда въезжать. Мало того, что можно было нарваться на кого угодно из представителей столицы и Бурагоса, так ещё и смысла никого не видели в непосредственном преодолении ущелья. Поэтому решили проехать окружной дорогой через горы и рассмотреть местность непосредственно за Шейтаровой балкой. Да и с более высоких вершин осмотреться не помешает. Поэтому тридцать пять всадников вскоре растянулись цепочной по извивающейся серпантином дороге, часто оглядываясь и посматривая в зев открывающегося рукотворного желоба.
   Как уже было известно из подслушанных разговоров, данная гряда оказалась слишком твёрдой и неприступной из-за обилия дуросовых пород. А следовательно прокладка ущелья запаздывало почти на десять дней. Значит Титан будет вынужден простоять здесь какое-то время в ожидании вырубаемой дороги и следовательно Эль-Митоланам легиона ставилось в задачу проникнуть во внутрь детища Древних и выявить слабые места в его обороне. Если конечно это удастся сделать. Но для этого надлежало в обязательном порядке соорудить, а скорей всего приспособить где-то совсем рядом подходящие для засады пещеры и уже оттуда делать выходы отделённым сознанием. Именно поиском таких подходящих мест и занимался Невменяемый со своими людьми.
   По последним данным прибытие Титана ожидалось через шесть дней, а значит времени должно хватить вполне. Жалко, что изрядно мешали многочисленные посты чуть ли не на каждой вершине. Даже преодолев крутой подъём и оказавшись среди глухих казалось бы скал, энормиане то и дело встречались с разъездами ордынцев и скрытными дозорами. Благодаря правильно подобранной легенде корпус надзирателей воли беспрекословно и быстро пропускали, но вот пристальное внимание со всех сторон за ними не прекращалось. Бравый сотник, один из знаменитых боевых ветеранов, даже пошутил на эту тему:
   - Под кустики не сходишь. Постоянно кто-то подсматривает.
   Болары в данной местности старались маскироваться со всем тщанием. Потому что стоило им только появиться в пределах видимости скопления ордынцев, как те удивлённо показывали на них руками. А несколько раз зелёные сферы почувствовали слабенькую попытку воздействия на себе прорабских жезлов. Но летающие растения и не думали отсиживаться в неприступных горах или в кронах густых деревьев. Караг со своими подчиненными сопровождал отряд от одного дерева к другому и условными жестами подавал нужные сигналы. Тогда как Спин с несколькими соплеменниками отправился к самым неприступным вершинам в попытках разыскать хоть нескольких диких сородичей. В последнее время они очень много экспериментировали с жезлами и заметили существенное различие между теми, что им дали в Альтурских горах и теми, что они прихватили в качестве трофея на сожженном корабле ордынской армады. С помощью наблюдений на собственных товарищах, болары пришли к теоретическому выводу, что совмещая разные по типу жезлы можно достичь совершенно других по характеру команд. И теперь жаждали проверить это на практике. Вот только не на себе же это делать! И они решили разыскать своих диких собратьев. Преследуя подспудную цель ещё и подтолкнуть их на путь осмысления собственной сущности.
   Порой во время движения Караг подлетал к командиру группы и делал более подробный доклад голосом. Но лишь только его коллеги вновь подавали сигнал о наличии поблизости чужого отделённого сознания, как болар сразу же уносился к ближайшим деревьям. Вот и сейчас он поравнялся с Кремоном и сообщил:
   - Горы заканчиваются и, если взлететь повыше, нам уже видна равнина за Шейтаровой балкой и русло речки Варша.
   - Может и Бурагос виден?
   - Нет, Так далеко мы не видим. К тому же этот город должен скрываться за излучиной реки, за следующим небольшим плато.
   - Как бы там ни было, уже сейчас отправь тройку наблюдателей в ту сторону. Пусть постараются рассмотреть пригород и речные пирсы. Наверняка по воде в сторону Ледонии поставляется не только оружие, но и продовольствие. Если удастся организовать диверсию на портовых складах - тоже польза немалая.
   Караг скрипнул своими внутренностями в знак согласия, но сразу добавил:
   - Предлагаю одну тройку отправить ещё дальше. Пусть проследят все-таки за направлением дороги до конца.
   - Думаешь она вдруг свернёт в сторону?
   - Всё может быть. Хотя до сих пор ордынцы придерживаются только прямой линии. Но зато мы удостоверимся и в направлении их первого удара.
   - Постараемся до него не допустить.
   - Это и так понятно, но все-таки....
   - Хорошо, отправляй. Но предупреди о нежелательности полёта в дневное время. Сам видишь что творится и как шаманы пытаются вас всех выловить.
   - Не только вижу, но и чувствую прекрасно, когда они жезлами в нашу сторону тыкают. Неприятно малость.
   Вскоре отряд доехал до крутого обрыва и перед ними действительно раскинулась слегка наклоненная влево долина. Слева выползала иссиня-тёмная лента реки и плавным полукругом шествовала в самый центр долины, а потом более пологой дугой уходила опять влево, к самому горизонту. Вид открывался настолько чарующий, что некоторое время все всадники просто молчали, любуясь пейзажем. И только через несколько минут, оглянувшись на боларов и не заметив предостерегающих знаков, приступили к обсуждению результатов своей экспедиционной поездки. В обсуждении принимали участие командир, сотник и два десятника. Причём последние трое считались в Энормии не просто крупными специалистами по разведке и диверсиям в тылу врага, но маститыми учеными сразу в нескольких смежных областях науки. Хоть по внешнему виду они походили на мужчин сорокалетнего возраста, но сотнику шёл сто шестьдесят второй год, а десятникам до этого не хватало лет по двадцать. Сейчас они пытались использовать весь свой накопленный за долгую жизнь опыт и отыскать самое оптимальное решение для поставленной перед ними цели.
   - Наверняка вон в тех карстовых породах справа найдутся пустотелые пространства.
   - Ко всему и в самых дуросовых наплывах могут находиться большие пещеры.
   - Могут, но к ним пробиться будет почти невозможно. тогда как более хрупкие породы мы проломим без труда.
   - Хорошо бы ещё просчитать возможность обвала вон той нависающей над ущельем горы....
   - Конечно, если она каким-то образом достанет до борта Титана, то повреждения тот получит обязательно.
   - Да..., тут бы применить то самое могущественное оружие, которое есть у шаманов, протянул один из десятников. - То самое о котором Цашун рассказывал. Тогда ещё несколько драконов погибло, помните? Свели бы эти горы вместе и всё - от детища только искры полетят.
   - Размечтался...!
   Невменяемый прислушивался к мнениям коллег, но сам всё чаще и чаще переводил взгляд на излучину реки. Наконец поняв, что все примолкли и ждут подведения итогов, выдвинул свои идеи:
   - Допустим нам удастся остановить Титан именно в этом ущелье. А потом? Если мы не сможем его повредить окончательно и бесповоротно, то со временем его опять смогут поднять в воздух и двинут в прежнем направлении.
   - Ну, вряд ли нам дадут возможность его добить или выжечь окончательно, - возразил сотник. - Так что будем надеяться на нашу единственную удачную атаку.
   - И всё-таки?
   - У тебя другой вариант?
   - Да просматривается тут некоторая альтернатива. Вот взгляните перед нами и подумайте: дорога идёт совершенно прямо, практически вплотную подходит к реке. Если бы нам удалось повредить детище Древних на вон том участке покатого берега, то оно само бы качнулось, упало в воду и тогда уж ремонт стал бы практически невозможен.
   - Хм! Неплохо придумано! - одобрил первый десятник.
   - Если ещё и несколько пробоин крупных ему нанесём, - стал рассуждать второй, - То наверняка вода попадёт на очень важные устройства и магические движители.....
   Только один сотник не принял предложенную идею:
   - Где мы расположим отряд? Местность там просматривается и никаких пещер не сыщем. А нам нужна будет самая максимальная концентрация сил.
   - Согласен, - признался Кремон. - Вот этот вопрос меня и самого больше всего смущает. А одной атаки с воздуха вряд ли хватит, чтобы завалить такого монстра.
   - Зато потопление Титана - самый наилучший результат, - заверил десятник.
   - Значит попробуем держать этот план атаки в резерве, - решил Невменяемый, косясь на давших предупредительный сигнал боларов. - И попытаемся тщательно разведать тот самый участок берега. Вдруг что и придумаем.... О! Опять кто-то их любопытных шаманчиков к нам в гости летит! Возвращаемся!
   Обратный путь проделали гораздо быстрей то ли от чувства голода командира, то от его беспокойного состояния. Всю дорогу он только и делал, что подгонял своих подчинённых, а когда увидел несущегося им навстречу болара из лагеря, то ещё больше обеспокоился. Прибывшее разумное растение вначале рассмотрело подаваемые ему знаки, и только удостоверившись в отсутствии посторонних отделённых сознаний приблизилось к командиру. И с первых же слов ошарашило известием:
   - Беда! Из лагеря похитили Мирту и погоня на данный момент только продолжается.
   - Как?! - взвился Кремон в седле, одновременно понукая своего похаса перейти на самую максимальную скорость. - Как это случилось?
   - Трудно представить ту наглость, коварство и неожиданность, которыми воспользовались похитители.
   - Кто они?
   Болар даже на большой скорости умудрился с раскаянием хлестнуть себя корнем по ободу:
   - Те самые "волки" которые приезжали вечером с визитом.
   - Ах они шейтарово отродье! - и затем Невменяемый добавил ещё массу самых нехороших слов, призывая на выкормышей Великого Кзыра и его самого самые кошмарные силы мироздания. Безответные вопросы так и рвались из него, но всю картину происшедшего поняли только после рассказа своих коллег во временном лагере.
   Как оказалось, совсем недавно к лагерю опять прискакали вчерашние наглые визитёры. Поэтому все привели себя в состояние наивысшей боевой готовности заранее. Как ни странно "Волки" и не стали всем скопом заезжать в лагерь, а остановились возле наружного дозорного. Их десятник выглядел слишком спешащим и озабоченным, да и слова его поначалу ничего опасного не сулили:
   - Ваш тысячник на месте?
   - Отбыл по служебным делам. - последовал лаконичный ответ.
   - А кто за старшего?
   - Десятник Сава.
   Словно в раздумье, воин в малиновой одежде покрутил носом и громко крикнул в сторону лагеря:
   - Ладно, тогда оставлю письмо ему, - и только после того как тронул своего коня, злобно приказал своим подчинённым: - А вы здесь меня подождёте! Нечего лошадей гонять.
  
   И уже в гордом одиночестве поскакал к центральному шатру. Такое поведение пришлых немного успокоило энормиан и они вполне естественно расслабились. Хотя как настоящие воины продолжали присматривать за каждым движением врага. Оба десятника встретились в центре лагеря и гость вполне вежливо передал Саве запечатанный конверт. Ещё и настоятельно попросил вручить послание лично в руки тысячника. Затем попрощался и, развернув коня, стал набирать скорость. Каково же было всеобщее удивление, когда он с неимоверной ловкостью спрыгнул наземь возле шатра баронеты, нырнул в него рыбкой и через секунду уже выволок обвисшую, потерявшую сознание Мирту наружу. Видимо ему удалось парализовать полураздетую и ничего не ожидавшую женщину ещё сквозь полог шатра. Затем не снижая скорости похититель догнал чуть приостановившегося коня, и через секунду уж пустил его вскачь. Что тут началось: почти каждый кто мог, пустил вслед врагу удар магического воздействия. Причём понимая, что может пострадать и баронета Шиловски все старались поразить волчьего десятника без смертельного исхода. Как ни странно ни один из ударов не достиг цели. Ни похититель, ни его конь даже не шелохнулись. Из чего следовало. что перед въездом в лагерь он практически забрал у своих сообщников всю магическую энергию и теперь умело распорядился ею прикрывая не пробивным щитов как себя, так и свою лошадь.
   На тот момент единственным, кто мог задержать коварного "волка" остался наружный дозорный. Но его в самый начальный момент атаковало сразу девять сообщников в малиновых одеяниях. Практически они все применили имеющееся у них метательное и стрелковое оружие, в том числе и тяжёлые копья. От такого града из смертельного железа дозорный защититься не смог и погиб на месте.
   Естественно, что по следам похитителей тут же организовали погоню, но следовало учитывать что "волки" передвигались на породистых и полных сил лошадях, а похасы не шли с ними ни в какое сравнение. Вся надежда была на десяток боларов, которые тут же набрали высоту и помчались в погоню. При имеющемся у них оружии, только они могли попытаться отбить баронету Шиловски. Да и то, опять-таки, если смогут посоревноваться в скорости со скаковыми животными. Всё-таки лошади на коротких и средних дистанциях запросто уходили от летающих растений.
   Через час вернулась погоня на похасах. Они отстали настолько безнадёжно, что решили возвращаться в лагерь.
   А к вечеру и болары прилетели в расположение лагеря и с непередаваемой грустью поведали, что похитителям удалось уйти. В самом начале погони два летающих растения почти настигло десяток всадников, но те ударили по ним молниями, сжигая при этом охранительные амулеты. Оба полу оглушенных преследователя тут же отстали, а их вскорости налетевшие товарищи потеряли след. То ли наглые похитители так сильно оторвались от летящей погони, то ли сумели нырнуть в какое-то заранее замаскированное убежище, но где-то в районе лощин и холмистой местности в северо-западном направлении они бесследно исчезли.
   К тому времени Невменяемый с коллегами уже не раз перечитали переданное "волками" послание:
   "Хоть ты и тысячник, но любить таких наложниц имеет право только наш Фаррати. Так что если имеешь какие-то претензии - обращайся к отцу нашему, Хафану Рьеду. Он рассудит и как следует тебя отблагодарит за такой великодушный подарок!"
   Вот тут и встала, пожалуй, впервые в жизни перед Кремоном дилемма: или продолжать выполнять поставленное задание, или сорвать его, бросив весь отряд на розыски и спасение своей старой и близкой подруги. Причём скорей всего что Мирту им не то чтобы отыскать, но и вообще уже живой увидеть не удастся. И как ни тяжело было самому себе признаться, но иного выбора, как продолжать подготовку к бою с Титаном, Невменяемый не видел. При всём своём желании он и нескольких человек, или боларов не мог послать на розыски баронеты вблизи, или отправить в бессмысленную погоню до самого Куринагола. Ведь скорей всего мерзкие похитители сразу же туда и отправились. Что руководило ими при совершении такого наглого, беззаконного похищения трудно было понять. И ни у кого на этот счёт не возникло приемлемого мнения. Слишком уж абсурдным выглядел такой поступок "волков" со всех сторон. Хотя иного от этих "серых шакалов", как теперь только о них вспоминали, никто не ожидал. Слишком уж дурная слава, замешанная на откровенном страхе стелилась по их следам. Но зато с этого дня Невменяемый поклялся уничтожать каждого человека в малиновой одежде, который встретится у них на пути.
   Намечавшийся праздничным, ужин превратился в прощальный, Прощались с погибшим товарищем и, казалось бы уже навсегда потерянной для своих друзей, Миртой Шиловски. Хоть огромные, сочные куски оленины глушили зверский аппетит командира легионеров, но его злость против Кремниевой Орды и клики дошедшего к власти самозванца, только увеличивалась. Счета росли, а самого Хафана Рьеда молодой герой готов был задушить, а потом растерзать на мелкие кусочки собственными руками. Слишком много плохого принёс этот Кзыр не только всему миру, но и собственному народу.
  
  

НЕЗАМЕЧЕННЫЕ СВИДЕТЕЛИ

   Присоединение Желудя в соратники принесло огромную помощь беглецам. Хоть тот и долго поначалу сетовал о напрасном убийстве одного из возниц. Утверждая при этом, что погибший и сам ненавидел самозванца всей душой, а для доброго дела готов не пожалеть и собственной жизни. На что воин только философски вздохнул и и констатировал:
   - На войне как на войне. Кто же знал..., что он хороший?
   Седой возница только досадливо крякнул на такие слова и предложил выпить за память невинно убиенного. И только потом стал рассказывать про окружающие их местности, посты и верховые разъезды. Он здесь уже поставлял продовольствие почти три месяца и поэтому знал чуть ли не каждую тропку и любого старшего по званию мог узнать за версту. Конечно захватившие обоз беглецы приступили к разговорам только после того, как тщательно припрятали трупы, сбили у себя с шей рабские ошейники и переоделись в трофейные одежды. Теперь каждый из них ничем не отличался от изможденного "тяжелой" службой поставщика. И только после этого, они уселись за приготовленный ужин на том же самом месте недавнего скоро текущего боя. Потому что Желудь уверил их в полном, радиусов в нескольких километров, одиночестве.
   Понятно, что при таком обильном столе ни о каком изнеможении и речи быть не могло. Еда оказалась отличная, а разбавленная гремучка быстро успокоила даже вора, до того долго трясшегося от пережитого события.. Настолько бедный импульсивно воспринял первое в своей жизни убийство. Потом он принял ещё одну большую кружку крепкого напитка, да так и затих, лишь изредка поднимая голову, да поглядывая на то дерево, где ещё сам недавно лежал на неудобной ветке. По этой же причине и участия вор в совете не принимал, дав право своим новым товарищам решать свою дальнейшую судьбу.
   И тем было над чем подумать. Пастух вместе с Желудем теперь мечтали только об одном: как можно быстрей разыскать место содержания пленённых женщин и детей из родного стана. По их прикидкам получалось, что тех просто обязаны были доставить в город Бурагос. Что с ними будут делать дальше, боялись и предположить. По некоторым рассуждениям могли и вообще отпустить по родственникам, но с другой стороны обнаглевшие каратели могли с полным правом продать всех бесправных женщин в рабство. Причем вместе с детьми. Поэтому следовало поспешить в тот самый Бурагос и уже на месте предпринять соответствующие обстановке шаги. Само собой, что присутствие Воина в их компании считалось очень желательным. Потому что по утверждениям Желудя в таком составе, на четырёх телегах он обязывался довести группу до Шейтаровой Балки, а там уже и рукой подать. А то и вообще объехать гряду известными ему дорогами.
   Воин после долгого размышления, всё-таки согласился не уходить от компании. Ведь поначалу он, в новой одежде и имея в распоряжении похаса сразу вознамерился отправляться на юг в одиночку. И только здравые увещевания опытного и знающего положение на дорогах ездового, убедили самого сильного из четверки остаться в общем строю.
   Ну а вор, только равнодушно кивнул головой, когда спросили его мнение.
   Как следствие, маленький отряд проснулся очень рано, запрягли похасов в телеги и на максимальной скорости двинулись в путь. Как утверждал Желудь, очень важно было до рассвета проскочить одну злокозненную развилку. После этого они попадали на дорогу прикрепленный за соседней интендантской тысячей и там можно не опасаться собственного командования. А если пристанут с расспросами чужие десятники или сотники, то всегда опытному вознице есть что сказать и на кого сослаться. Ведь и раньше они здесь колесили по специальным заданиям и ни один шейтар ни разу не усомнился в правомочности такого передвижения. Всем известно: порой снабженцев посылают в такие места и дали, давая бессмысленные задания, что простым служакам и не снилось подобное разгильдяйство.
   Развилку проскочили благополучно и следующие два дня прошли в равномерном, спокойном движении. За всё это время встреченные ими коллеги просто провожали группу из четырёх телег равнодушными взглядами, да порой вскидывали в приветствии левую ладошку. И только в обеду третьего дня, взобравшись на седловину небольшой возвышенности, зоркий Вор заметил далеко впереди возвышающуюся изломанной стеной гряду Шейтаровой Балки И почти сразу же - двигающийся им навстречу внушительный отряд воинов. Вот тут уже Желудь забеспокоился всерьез:
   - Слишком они странные и многочисленные. Лучше свернуть и припрятаться вон в той ложбинке. Авось да пронесет нелёгкая этих шейтаров.
   Увы, не пронесло. Правда четверо беглецов успели не только загнать свои телеги в густо заросший и петляющий распадок, но и распрячь похасов, задать им корма и поспешить на ближайший бугорок, с которого открывалась вся седловина. Как оказалось воинский отряд никуда себе не спешил, а взобравшись по пологому подъему, выбрал наилучший, поросший густой травой участок перевала и стал разбивать временный лагерь. Причем они совершенно не озаботились дальними дозорными, поставив всего лишь двоих чуть ли не в самом центре своего бивака. Видимо были уверены, что опасности из любой примыкающей долины им ждать не приходится. А может вообще остановились только на один час, максимум два, что тоже позволяло отбросить чрезмерные наблюдения. Но самое удивительное, у них среди верховых животных чуть ли не половина насчитывалась лошадей. Подобного богатства в одном месте даже бывалый возница никогда в своей жизни не видел. Поэтому первые восклицания относились только к увиденным скакунам. Что весьма скрасило их необычное положение непроизвольных наблюдателей.
   Как бы там ни было, но четверке скрывшихся беглецов пришлось со вздохом улечься удобнее и ждать пока дорога освободится. При затянувшемся безделье Желудь рассмотрел отряд более тщательно и с уверенностью констатировал:
   - Не каратели. Нас бы совсем не тронули и мы могли ехать мимо них смело.
   - Так давай выезжаем? - предложил Пастух.
   - Ха! Только этого не хватало! Сразу заподозрят, что прятались. А отчего? Или кого? Вот так то, ответить им будет нечего.
   Ещё с полчаса шепотком спорили на эту тему, но так ни к чему и не пришли. Чуть позже Воин, Пастух и Желудь незаметно перешли к обсуждению ближайшего будущего, тогда как Вор первым обратил внимание на ту самую долину, в которую они стремились, и откуда приехали отдыхающие теперь воины:
   - Смотрите, там между скал кто-то мчится. Кажется сюда....
   - Слишком быстро едут....
   - Неужели тоже на лошадях? - удивился пастух. - Откуда они здесь взялись?
   Всадники очень быстро скрылись в невидимой зоне взгорья и теперь замаскировавшиеся в кустарнике наблюдатели принялись обсуждать новую картинку:
   - К этим, что ли спешат?
   - Чего гадать, через пару минут всё узнаем.
   Действительно, интерес возник немалый. Тем более что заслышав стук копыт, воины отряда заметно подобрались и некоторые потянулись к оружию. Но похоже что никто из них не ожидал такой невероятной скорости. На полном скаку в седловину влетел десяток воинов в малиновом облачении. Казалось они сейчас без всякого труда промчатся через поднимающихся ордынцев, ведь появление "волков" в любом месте предопределяло поведение других людей однозначно. Но случилось непредвиденное. Явный командир отряда резко метнул в скачущих тяжелое копьё и заорал диким голосом:
   - Смерть!!!
   Почти одновременно с ним все воины странного отряда подняли своё оружие и встали на пути малиновых выкормышей Великого Кзыра. Зазвенела сталь рубящих клинков и в какой-то момент показалось что никто из малиновых не прорвётся из сходящегося туннеля вопящих от ярости воинов. Только в самый последний момент три передних скакуна в отчаянном прыжке взлетели в воздух и перемахнули сверкающую стену из стали. Но тут же раздался приказ:
   - Догнать!
   И не успели оставшиеся в живых "волки" проскочить остаток седловины, как за ними устремилось пятнадцать всадников на таких же великолепных скакунах. Остальные со сноровкой бывалых ветеранов и цинизмом мясников добили корчащихся раненых и бросились ловить нескольких разбегающихся лошадей. На первый взгляд потери отряд не понёс, зато семь малиновых пятен интенсивно пропитались более тёмной кровью.
   Пастух с Воином в некотором шоке переглянулись:
   - Они убили "волков"! Ты видел?
   - Абсурд какой-то! Кто же тогда они такие?
   Только Желудь попытался пригнуть слишком приподнятые головы со словами:
   - Кто бы они ни были, но нам им лучше на глаза не показываться. Так что лежите гнилыми тряпочками и старайтесь не дышать. Вон видите, у них несколько шаманов прямо на траву попадало и отключилось? Наверняка отделённым сознанием подались вслед за погоней.
   А Вор меланхолично добавил:
   - Хорошо если вслед за погоней. Но если и тут порыскать решат, то в землю зарыться мы никак не успеем.
   Воин чуть подумал и добавил:
   - Что бы нас увидеть, им достаточно только чуть выше подняться.
   - Тогда спешно отползаем вон в те кусты, - раскомандовался Желудь, чем вызвал недовольную мимику на лице пастуха:
   - Чего пылить и греметь костями? Прятаться - только большие подозрения на себя возводить. Лежи и отдыхай, а там дальше посмотрим.....
  
  

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

ПОИСК ПЕЩЕР

   На следующий день самозваный корпус надзирателей воли перебрался на другое место. Новый лагерь разбили на более удобном, с точки зрения обороны, взгорье. Удобный выход на него существовал только один, и там без труда в случае боя можно держать неприступную оборону. Ко всему прочему на взгорье и его окраинах стояло несколько рощиц и более десятка гигантских хаузпич, в которых болары могли замаскироваться полностью. Да и вести наблюдения оттуда для них было намного удобнее.
   Подобных лагерей в округе существовало превеликое множество, потому что расположить все службы большой стройки в населённых пунктах ордынцы и не мечтали. Каждое хозяйственное звено и его руководители насчитывали в своем составе невероятное количество людей, а посему располагались там, где им казалось наиболее удобным. В этом пыльном хаосе новый лагерь мнимого корпуса совершенно не бросался в глаза и не вызывал малейшего подозрения.
   После обустройства лагеря все Эль-Митоланы незадействованные в охране, устремились отделёнными сознаниями в Шейтаровую балку и её окрестности для поисков полостей и пещер. Найти качественные места для окончательной передислокации всех сил легиона требовалось быстро. Вдобавок следовало учитывать, что ещё придётся создавать надлежащие условия для незаметного перелёта драконов на новые позиции. А ведь сотворение мрачной и беспросветной непогоды не только потребует огромного расхода магической энергии, который потом к моменту атаки следует успеть восстановить, но и может вызвать нежелательные подозрения со стороны местных строителей. Как выяснила разведка, по приблизительным подсчётам только шаманов в Шейтаровой балке находилось до тысячи особей. Все они отдавали свои силы дроблению скал, но ведь и кто-то постоянно любопытничал, просматривая окрестности в беглом режиме. Значит наверняка среди них существовали и силы сыска или наружного наблюдения. Такие просто по своей должности будут обязаны заинтересоваться неожиданным и весьма редким для здешнего климата изменениями погоды. Так что Эль-Митоланы легиона ни на какие другие дела не отвлекались, только поиск.
   В связи с этим гораздо большую свободу получил лидер разумных растений и закреплённые за ним помощники из стаи. Тогда как Караг со своими подчинёнными занимался разведкой, сопровождением людей при вылазках и оповещением про видимые отделённые сознания противника, Спин полностью переключился на исследования в области воздействия жезлов на своих соплеменников. Да попутно ближней и дальней обороной нового лагеря.
   Как и планировалось, основной упор при пробах и попытках воздействия жезлами делался на некоторую асинхронность в подаваемых древними артефактами командах. Получалось, что при совместном употреблении драконьих и ордынских жезлов, итоговая команда хоть не намного, но менялась, и тогда лишенные воли болары испытывали определённую дезориентацию. Для проб и испытаний в предыдущий день удалось выловить в густых лесах восемь диких собратьев и пользуясь самыми простыми пищалками доставить их вечером в старый лагерь, а ранним утром переправить в новый.
   Сказать что накануне Спин расстроился, узнав что Мирту похитили - это значит ничего не сказать. Потому как он сразу возомнил, что во всём только его вина. Утверждая, что останься он со своими наилучшими воинами на день в лагере, баронету никто не смог бы выкрасть. Сколько его с вечера не убеждали опытные ветераны в бессмысленности такого самобичевания, лидер боларов продолжал думать иначе. Утверждая во всеуслышание:
   - Не стоило нам всем лететь в горы! Особенно мне! С задачей розыска диких собратьев могли справиться двое, максимум трое. Зато все остальные оказали бы самую существенную помощь в задержании этих ублюдков.
   Затих он и задумался только после того, как Невменяемый высказался со всей твёрдостью:
   - Послушай дружище, не трави душу! И запомни: во всём что случилось, виноват только командир отряда. Подобную беду следовало предвидеть именно мне, и соответственно предусмотреть самые действенные варианты защиты. Так что винить следует только меня....
   Но скорей всего именно от несогласия с командиром, Спин на следующий день старался вести свои исследования только поблизости от лагеря. К слову сказать, результаты становились все более и более оптимистическими. Чередуя и совмещая самые разные сигналы от управленческих жезлов, удалось понемногу выстроить схемы влияния и выяснить должные закономерности. Правильнее сказать закономерные сбои в подаче и доходимости сигналов. И уже к вечеру дело с отдачей приказов пошло к явному усовершенствованию. Так например, если шаманский жезл заставлял летающие растения тянуть камень, то при наложении сигнала драконьего жезла "Принять вправо", болары просто резко садились на землю. А при усилении этого сигнала ещё тремя драконьими жезлами, начинали тянуть камень в обратную сторону. Чёткого знания происходящих при этом процессов экспериментаторы осознать не могли. Тем более выявить верные, гарантированные закономерности. Но и начальные результаты говорили о правильности начатых исследований и перспективности выбранного направления.
   В общем если бы не вчерашние потери, то Спин был бы совершенно счастлив и доволен. А так его весь день преследовало некоторое раздражение и нервозность. Наверняка именно поэтому он не на шутку встревожился, когда один из помощников, отвечающих за дальнее наблюдение поздним вечером примчался к нему на всей возможной скорости.
   - Что случилось? - всполошился лидер, не дожидаясь доклада.
   - Всё спокойно и без экстренных происшествий, - сразу же успокоил помощник своего командира. - Только вот наши наблюдатели с той стороны заметили одну немаловажную странность.
   - Конкретнее! - потребовал Спин.
   - Ранним утром один из наблюдателей чётко отметил вынырнувший фиолетовый комочек отделённого сознания. Причём тот вынырнул прямо из толщи скал. И зигзагами, словно в разведке отправился в сторону нашего лагеря. Через час он вернулся по прямой и совершенно неожиданно вонзился в камни в тот самом месте, откуда и появился. Наш наблюдатель тогда ещё не придал этому событию особое значение. Но когда к нему прилетел сменщик, они посовещались и решили на всякий случай вдвоём более пристально понаблюдать за странным участком. Через несколько часов точно с того же места вновь вынырнуло чужое отделённое сознание и уже полностью целеустремленно понеслось к лагерю. Но теперь за ним следом, на достаточном расстоянии и высоте полетел наш второй наблюдатель. Во второй раз чужак мотался среди шатров намного дольше, и только начав тускнеть от бессилия одним всплеском унёсся на прежнее место. Момент его вонзания в камни уловил оставшийся на месте первый дозорный. Из чего мы сделали вполне естественный вывод, что внизу существует полость или пещера, в которой очень тщательно замаскировался вражеский наблюдатель.
   Помощник умолк, и Спин уточнил:
   - Что там сейчас происходит?
   - Пост усилен ещё одним воином и они уже втроём ведут непрерывное наблюдение.
   - Правильно, молодцы! Скорей всего там и в самом деле находится некий скрытый пост. О наших возможностях они ни слухом ни духом, а значит людям на составить труда выковырять этого ордынского хитромана из любой дырочки. Но тут уже Кремону решать. Летим к нему!
   Командир легиона после такого известия собрал опытных ветеранов, и отгородившись защитным контуром, вместе со Спином и Карагом начали совещание в самом большом шатре. Мнения про неизвестного соглядатая высказывались разные. Одни предлагали вообще его оставить в покое и делать вид при наблюдении, что ничего не происходит. Другие ратовали за немедленное уничтожение, уповая на то, что своды неизвестной пещеры не могут быть слишком толстыми и при совместно пущенной молнии запросто можно выжечь все живое на достаточной глубине. Правда против такого шага первые сильно возражали. Аргументируя это тем, что наверняка раз кто-то этот пост установил, то следовательно за ним присматривает и проводит обязательную смену наблюдателя. Да и пущенная наугад молния может не произвести стопроцентного уничтожения находящегося под скалами противника.
   Но при всех этих спорах сошлись на одном: следовало тщательно изучить все находящиеся в том месте пустоты и раскрыть вражеский пост. И только после конкретного обозначения численности и намерений противника принимать соответствующие меры ликвидации. Поэтому Невменяемый выделил двух колдунов с достаточным запасом магической энергии, не взирая на всеобщую усталость отправил их лично просмотреть то место и как можно более досконально прощупать отделёнными сознаниями подозрительные пустоты.
   Через два часа Эль-Митоланы вернулись, и не смотря на позднее время, поспешили на доклад к командиру. При этом они выглядели слегка смущенными и не совсем осознающими то, что им удалось разведать.
   - Дало в том, что там мы действительно почувствовали некоторые пустоты, - рассказывал один из них, - Прямо под тем местом, на которое указали болары. Примерно сквозь пятиметровую толщу породы. Ни единого огонька и разговора мы там не услышали, но вот женские стоны....
   - Там кого-то пытают? - нахмурился Кремон.
   - Скорей наоборот, - продолжил рассказ второй колдун. - Вернувшись в свои тела мы сопоставили наши мнения и однозначно решили, что какая-то женщина там внизу занималась ничем иным, как плотским удовольствием. А судя по той страсти и некоторой несдержанности в восклицаниях, она занималась любовью именно с мужчиной. Правда тот в ответ не сказал ни единого слова, но его тяжёлое сопение мы услышали и распознали превосходно.
   Оставшийся стоять на входе сотник, прибежавший послушать доклад, озадаченно покрутил головой и с некоторой фривольностью рассмеяться:
   - Странные порядки в ордынской армии! Стоять в дозоре таким образом - мечта любого салаги. Да что там салаги, и ветеранам такое не снилось.
   Невменяемый тоже не мог скрыть своё удивление:
   - Однако! Какими же рассуждениями они при этом руководствовались? Неужели пост настолько секретен, что его сделали полностью стационарным и без связи с поверхностью?
   - Такого не бывает, - высказал своё мнение первых из побывавших внизу колдунов. - И я не в том смысле, что знаком со всеми воинскими порядками в этой стране, а в том смысле, что слишком сильные чувства тех любовников обуревали. Мне показалось что они очень, ну очень близки.
   - Ага, мне тоже, - поддакнул второй.
   - Тогда там внизу наверняка матримониальная пара! - с уверенностью заявил сотник и тут же добавил: - Но выковырнуть их оттуда всё равно придётся.
   - Вообще то да, - согласился командир. - По данному корпусу праву мы можем проверять и допрашивать любого подозрительного человека на территории Кремниевой Орды. Значит неведомый нам пост мы просто обязаны исследовать на предмет полной лояльности к этому мерзкому самозванцу.
   - Вот, и я так говорю, - одобрил сотник. - Значит приступим?
   - Немедленно! Но! Постараемся взять неприятельского шамана, или пару шаманов, без единой капли крови. Вдруг они очень много знают? В таком случае перед своей смертью они с удовольствием поделятся с нами информацией. А сделаем вот так....
  
   Ранним утром следующего дня Ильдар Кайтуш проснулся намного позже обычного. Но нисколько этим не расстроился. Почувствовав в себе более чем половину восстановленного комплекта магической энергии, он блаженно потянулся и тут же получил утренний поцелуй от своей возлюбленной. Который длился недолго, а прервался томным шёпотом:
   - Я уже проснулась давно и еле смогла дождаться твоей ласки. Приступай!
   - Хорошо, моя сладкая, - с радостным смехом согласился Ильдар, - Посмел бы я тебя не послушаться! Но только безопасность - прежде всего. И прежде чем сойти с ума от твоей любви я буквально на одну минутку метнусь наверх и осмотрюсь. Хорошо?
   - М-м-м..., - обиженно протянула Алия. - И не надоело тебе там высматривать?
   - Надоело, радость моя! Да только приходится. Не забыла, что вчера поблизости расположился лагерем слишком уж подозрительный отряд? Мало того, что это самые опасные и нежелательные для нас соседи, так они ещё ко всему чуть ли не поголовно "змеиные". Причём скрывают свою принадлежность к моим коллегам почти половиной всего отряда. Такие вещи не спроста творятся. Так что....
   - Ладно, иди, - буркнула девушка, вздыхая с безысходностью. Потом поцеловала его в щёку и пригрозила: - Но если через пять минут не вернёшься, я твоё тело изнасилую!
   - Понял, моя принцесса! И ради такого удовольствия готов вернуться на шестой минуте. Начинай отсчитывать время!
   Так и ощущая на своей щеке дыхание любимой, Ильдар привычно впал в транс и устремился отделённым сознанием наверх. А там, в свете нового дня, увидел весьма неприятную, настораживающую сценку. Возле места непосредственного выхода на поверхность, расхаживало пятеро воинов из того самого, расположившегося недалеко корпуса надзирателей воли. Они посматривали по сторонам, словно чего то ждали и уже в следующий момент начали странный диалог между собой:
   - Спин показывает, что Занваль осветил вершину как следует.
   - Ага, вижу. И скорей всего освещение пока останется на месте.
   - Значит пора дать сигнал на вершину. Пусть они там начинают крошить ледник.
   - Понял, тогда приступаем! Начали!
   Пока воины проводили странные, не соответствующие здравому смыслу приготовления, Ильдар с полным непониманием пытался осмотреть близлежащие возвышенности и сообразить, о какой вершине идёт речь и где тут эти пришельцы умудрились обнаружить ледник. Ещё больше его удивили проводимые действия чужаков в дальнейшнм. Один из них вставил огромный металлический клин в трещину между скал, а два его товарища огромной кувалдой принялись загонять его вглубь. Ещё один воин, в промежутках между ударами стал гудеть в раструб короткой, завитой трубы. Звуки при этом получались очень низкие, наверняка сопровождаемые вибрацией.
   "Чего это они вытворяют? - с полным непониманием происходящего думал беглый десятник. - Начни они чуть раньше свои несуразности, я бы точно проснулся от содрогания свода и жуткого рёва. Не сомневаюсь, что и Алия эти звуки сейчас прекрасно слышит..., как бы не перепугалась.... Может метнуться предупредить? - он уже было собрался вернуться в собственное тело, как вдруг с соседних деревьев прямо к нему слетело два болара и состроили странную фигуру своими корнями. - Мне мерещится? Или и в самом деле зеленючки у этих шаманов в услужении? Ого! Да они слушаются вон того Кзара! Однозначно! И тот шагает прямо ко мне.... Что же он затеял?"
   Между тем оба болара с точностью до нескольких ладоней показывали своими корнями именно на то место, где в данный момент находилось отделённое сознание Ильдара Кайтуша. Пока тот замер в полном недоумении, командир воинов со знаками различия тысячника, приблизился к нему на расстояние одного метра, и, глядя прямо в гипотетические глаза невидимого для него наблюдателя, спросил:
   - Не надоело за нами подсматривать? - и после того как сознание Ильдара покрылось липким холодом страха, равнодушным тоном последовал совет-приказание: - Твоя женщина уже схвачена нашими воинами, так что веди себя благоразумно. Когда вернёшься сознанием вниз, постарайся вести себя примерно и не создавать нам лишних проблем. Твоя оболочка тоже в нашей власти, но мало ли что....
   Больше Кайтуш не стал слушать и единственного слова. С нарастающим ужасом он метнулся в собственное тело и сразу же окунулся в полубессознательное состояние. Все слышал, но не мог пошевелить ни единой мышцей, всё понимал, но его магические умения оказались обездвижены. И только рвущий сердце крик Алии, донёсшийся из дальнего прохода, вверг беглого десятника в полный ступор. С почти полным равнодушием он заметил ярко вспыхнувший свет и осознал, что какие-то люди стали тащить его собственное тело к выходу. Раздумывая о самоубийстве, он с острой жалостью мечтал только об одном: хоть одним глазом перед смертью увидеть свою возлюбленную. Ту которую он похитил у Судьбы, и ту, которую та же самая Судьба у него только что отняла.
  
  

ГОРДЫНЯ

   В последнее время Каламин Зейк научился командовать своими людьми просто с изумительной лаконичностью. С каждым днём взаимодействие между воинами повышалось на добрую ступень и им самим начинало казаться что они вот такой собранной и военизированной группой стали практически неуязвимы для кого бы то ни было. Если ещё несколько дней назад им пришлось с боями отойти от столичной провинции, то сейчас об этом никто не жалел. По неведомым мотивам данная местность просто кишела объектами их добычи и список казненных "волков" увеличивался с каждым часом.
   Вот и сейчас, казалось бы рутинный, ни к чему не обязывающий отдых в хорошо уже знакомом месте неожиданно привёл к встрече с самыми главными кровными врагами всего рода. Семеро шакалов так и пало на месте, а за остальными ведётся погоня.
   "Это ли не настоящая воинская удача? - думал командир отряда. - Даже если принять во внимание, что трое выкормышей правителя всё-таки уйдут от погони, то всё равно на данный момент на счету кланового отряда рода Зейк уже находится сорок восемь малиновых оборотней. Тогда как собственные наши потери составили всего лишь девять человек. При таком раскладе уже в ближайшее время не станет за кем охотиться. И кто тогда будет на очереди?"
   Каламин восседал в самом центре небольшой седловины и ждал возвращения посланной вслед за "волками" погони. Посматривая на выдвинувшихся далеко в стороны дозорных и не обращая внимания на то, как молодые воины быстро раздевают остывающие трупы. На этот раз, благо время и местность позволяла, решили отличительные одеяния сжечь на быстро сооружаемом костре. Тогда как трупы безжалостно волокли к разысканным муравейникам, обмакивали в них и засовывали в близлежащие щели в камнях. Для нескольких не поместившихся тел, спешно рыли в мягкой почве узкие щели. Через день трупы станут не распознаваемые, что лишний раз собьёт возможных преследователей со следа.
   Несколько Кзыров отряда лежали на травке, и бродили своими отделёнными сознаниями по окрестностям. Конечно угнаться за всадниками шаманским сущностям не дано, но тщательно осмотреться на предмет наличия посторонних, следовало в обязательном порядке. И, как оказалось, такая предусмотрительность себя всегда оправдывает. Один из шаманов зашевелился, вставая вылили себе на голову ковш холодной воды и усиленным магией голосом крикнул в сторону покрытого густым кустарником косогора:
   - Эй, вы! Выходите сюда немедленно все четверо! И только вздумайте хоть оступиться не в ту сторону! Живо! - а затем, повернувшись к своему командиру, нормальным голосом пояснил: - Там какие-то вояки прячутся. Очень смахивают на дезертиров....
   - Ну-ка, ну-ка..., - с бормотанием встал на ноги Каламин. - Нам только свидетелей не хватало.
   Действительно, из кустов поднялось четыре разномастных фигуры в форме интендантов и с кислыми минами на лицах стали спускаться вниз. Приблизившись к несомненному командиру высокий мужчина с усами поклонился первым и поприветствовал самым уважительным тоном:
   - Благодарствовать вам, славные воины!
   - М-да? - отпрыск знатного рода не смог удержать своего ехидства: - Не могу вам в ответ пожелать того самого. Потому что подсматривать очень, ну очень некрасиво и вредно для здоровья.
   Неожиданно шаг вперёд сделал самый маленький и щуплый из четвёрки и ошарашил правильным обращением:
   - Ваша светлость! Мы здесь оказались совсем случайно, да и подсмотренное нами, от всей души считаем благим делом.
   - Постой, да ведь и я тебя помню! - воскликнул Каламин, присматриваясь к тощей фигурке. - Ты ведь тот самый вор, который пытался выкрасть у нашего соседа его сокровищницу! Значит тебе удалось сбежать от заслуженного наказания?
   Вора было не узнать. Он распрямил плечи, поднял подбородок и заговорил уверенным и твёрдым голосом:
   - Нет, ваша светлость, от наказания мне уйти не удалось. И я получил его сполна, насмотревшихся на гибель сотен, ни в чем не повинных людей. А вот от смерти - сбежать удалось. И ещё мне повезло встретить таких товарищей, которые желают только одного: отомстить самозванцу за уничтожение собственного народа.
   - О! Какие громкие слова. Не боишься?
   Вор после этого вопроса командира отряда, оглянулся на своих друзей и все трое одновременно кивнули, разрешая высказать общую мысль:
   - Не боюсь, ваша Светлость! Потому что человек уничтожающий выкормышей мерзкого правителя может быть только нашим союзником.
   Похоже ни сам отпрыск знатного рода, ни его шаманы, не смотря на такую высокопарность слов, не поверили четверке подозрительных личностей. Они со скепсисом рассматривали замерших перед ними людей и вполне справедливо догадывались, что после увиденного боя с "волками" те ещё не такое могут придумать. Заметив полное отчуждение во взглядах, Пастух предложил:
   - Мы готовы доказать свои слова собственной кровью.
   - Каким образом? - дернул плечами Каламин Зейк. - Проткнёте друг друга кинжалами?
   - Да нет, просто вначале расскажем, что с нами произошло несколько дней назад.
   И Пастух стал рассказывать. Иногда его дополнял угрюмый, огромный Воин. Пару раз вставил несколько подробностей подрагивающий от переживаний Вор. Пожалуй только Желудь молчал всё время, лишь несколько раз поклонившись, когда речь шла именно о нём. После окончания рассказа все взоры скрестились на командире отряда. Похоже, что тот поверил каждому слову, потому что в бессильной ярости покусывал побелевшие губы. Заметив что все ждут его решения, он припомнил об огромной ответственности за своих людей и после тяжелого вздоха, спросил:
   - Будете ли вы готовы повторить свои слова под Сонным Покрывалом?
   - Да! - последовал синхронный ответ в четыре голоса.
   - Тогда сразу и приступим! Давид, подай мне мою сумку с Покрывалом! - внимательно проследив за реакцией пленников, и заметил что те только обрадовались такой возможности подтвердить свои слова, Каламин, словно извиняясь, развел руками: - Я должен быть уверен в вашей лояльности.
   Впервые огромный воин позволил себе улыбнуться:
   - Ваше недоверие - вполне оправданно. Не в бирюльки играете. Больше всего мы опасались несправедливого и скорого суда.
   Уже раскрывая свою сумку и доставая из него магическое плетение, молодой глава рода Зейк со странными интонациями возразил:
   - Никогда не осмелюсь не несправедливый суд! Потому что и сам знаю, что это такое.
   Первым допрашивали Воина. После него, уже скорей для проформы стали допрашивать Вора, но после нескольких десятков вопросов Покрывало потребовалось для других целей. Вернувшаяся погоня привела двух коней, на которых под одеялами лежало два тела в малиновых одеяниях. Причем один из "волков" оказался жив и его сразу же стали приводить в сознание для допроса. Самый опытный из воинов, возглавлявший погоню, кратко доложил командиру:
   - Эти два шакала стали отставать от своего лидера и мы их достали прямо на скаку. Но вот их командир, заметив, что остался один, так ускорился, что вскоре потерялся весь смысл преследования. Мне кажется у него была собрана вся магическая сила его товарищей и он ею щедро пользовался как во время прорыва, так и во время побега от нас. Скорей всего он и коня взбадривал большими дозами энергии, потому что наверняка тот бы пал от такой скорости. А ведь в него на луке седла скорей всего находилось чье-то тело.
   - Вот сейчас и узнаем, чьё! - с угрозой и злорадством произнёс Каламин, накидывая Сонное Покрывало на голову очнувшегося пленника. В течении следующего часа мстители рода Зейк узнали очень многое. Да и четыре новых товарища прислушивались к допросу со всем вниманием, похоже что их неофициально уже приняли в состав отряда.
   Лишенный воли выкормыш правителя, поведал вначале о поставленной перед десятком цели. Потом про сведения о беглецах. Затем про похищенные сокровища и обещанные награды. Не удалось ему скрыть от Каламина сведения о тех местах, где приблизительно сейчас находятся ещё три десятка малиновых оборотней. Ну и напоследок все услышали подробности о том, как десятник "волков" Кранк вдруг ни с того ни с сего решил доставить Фаррати истинную красавицу, похитив её из под самого носа у зажравшегося тысячника, командира корпуса надзирателей воли. Последняя история впрочем ничего кроме искреннего недоумения в отряде не вызвала. Все только удивлялись и глумились над жадностью самозваного правителя, которому мало сотен насильно свезённых к нему со всей страны наложниц, раз он самым низменным образом ворует у своих высокоставленных подчинённых. Некоторые даже высказали мысль, что если так и дальше пойдет, то вскоре "волков" будут уничтожать на любом кусочке Кремниевой Орды, а его возмущённые военачальники с радостью повернут оружие своих воинов против истинного врага всех ордынцев.
   Правда ближайший советник Каламина, который ещё в родовом поместье занимал подобную должность, в некотором раздумье посоветовал молодому главе рода:
   - Каламин, мне кажется было бы весьма неплохо пообщаться с тем самым тысячником. Конечно - только наедине и вдали от его корпуса! Но если вдруг вас судьба сведёт, постарайся узнать о его чувствах, недаром ведь он возил свою любимую женщину с собой и вряд ли он простит такое похищение даже самому Фаррати. Вдруг у него в крови тоже бушует истинная родовая гордость и он сможет стать одним из первых наших союзников.
   - Пока и без них справляемся.
   - Пока! Вот именно что пока! - занервничал советник. - А что будет через неделю? Через месяц? Если Фаррати удастся одержать первую победу в войне и сюда хлынут реки рабов, все ордынцы сразу же забудут про собственные потери и будут возносить его как бога. И тогда наш отряд очень быстро уничтожат....
   - Понимаю. Но чем нам помогут союзники?
   - Да тем, что с из помощью мы постараемся помешать победе самозванца.
   - Увы! - Каламин грустно вздохнул и обвел взглядом копошащихся воинов. - Ты ведь сам слышал, что из себя представляет Титан. Победить его не сможет никто. У нас только один выход.
   - Какой?
   - Уничтожить ещё этих три десятка шакалов и просачиваться на юг. Там мы захватим самый лучший военный корабль и спокойно уйдём в Южные Княжества.
   Старый советник ещё не отчаялся переубедить своего воспитанника:
   - Как же твой род? Родина? Оставшиеся в соседних рода женщины?
   - Женщины? - со вздохом переспросил Каламин. - Их слишком мало и они найдут свою судьбу сами. Тем более, что самые лучшие - с нами. Родина? Думаю, что она окажется там, где нам будет лучше. А весь род и так со мной. И никто похоже не желает возвращаться в Куринагол. Разве что мои тайные покровители всё-таки успеют свергнуть самозванца.
   - Жаль, что они себя не назвали. Ты бы мог с ними действовать сообща.
   - Конечно, жаль, но наверняка они и сами не уверены в своих силах. Хотя власть у них имеется однозначно. Устроить мне такой побег.... До сих пор не верится!
   Когда все следы от малиновых оборотней были уничтожены, командир отряда торжественно и официально зачислил в состав четырёх новых воинов. А затем посовещавшись с ними и советниками, решил оставить новичков в прежнем амплуа. Всем показалось очень знаменательным, что неприметные на первый взгляд интенданты могли проезжать где и как им заблагорассудиться. Такая передовая группа на нескольких повозках может запросто не только служить в целях разведки, но отвлекающим фактором при атаках на расположения "волков". Да и по большому счёту внушительный отряд мстителей давно нуждался хотя бы в минимальном обозе. Всё-таки вещей и оружия скопилось достаточно, а по прибытии в порты все эти вещи Каламин Зейк надеялся продать за хорошие деньги.
   Затянувшийся привал окончился только с приближающимися сумерками. Отряд спустился с седловины, пересек несколько долин и резко повернул к виднеющемуся среди холмов посёлку. Позади, довольные изменениями в своей судьбе Пастух, Воин, Вор и Желудь стоя на грохочущих повозках весело погоняли переваливающихся в беге похасов.
  
  
  

НОВАЯ НАЛОЖНИЦА

   Внушительный и подробный доклад от Кзыра Дымного, не то чтобы утешал или радовал правителя Кремниевой Орды, он скорей согревал его сильно истрёпанную в последнее время душу. С чувством, будоражащим самые низменные инстинкты Хафан Рьед уже второй раз вчитывался в идеально ровные строчки их закруглённых буковок и в сознании всё больше и больше разгоралась непомерная мания величия. Если ещё час назад он считал себя совершенно непобедимым и будущим диктатором планеты, то после получения доклада от своего первого наставника Великий Кзыр возомнил себя ещё и вечно живущим богом всех разумных. Потому что в чреве Второго, Дымный обнаружил несколько уникальнейших приборов, которые судя по приложенной документации могли продлевать жизнь любого человека до тысячелетнего возраста. Следовательно шаман, обладающий тайнами основ мироздания может в теории продлить свою жизнь до бесконечности.
   Естественно, Дымный в первую очередь занимался расконсервацией замурованного пока в толще скал "Второго детища" Древних. Все его силы, умения и время уходили на очистку окиси, и пыли, слежавшейся в складках лабиринтов невероятно перекрученных, совершенно неизвестных ранее материалов. Но по ходу оживления идеально сохранившегося железного монстра, пытливый ученый просто не мог пропустить новые или так и неразгаданные устройства или умения. Поэтому наткнувшись на "гормональный омолодитель", как он его назвал, дотошный исследователь заставил потратить на разгадку секретов одного из самых своих лучших помощников несколько дней, и тому повезло разобраться в сложных сопроводительных инструкциях. И там говорилось конкретно о сроках жизни любого разумного существа в случае воздействия на него найденных устройств.
   Хафан Рьед оторвался от чтения и, забыв про сидящего чуть сбоку, в уголке, первого советника и нескольких замерших в стоячем положении придворных, мечтательно уставился сквозь ближайшую стенку. Перед его мысленным взором мелькали коленопреклонённые короли, султаны, герцоги и принцессы. Звучали литанры и барабаны возле стен покорённых столиц. Неисчислимые тысячи людей, расположенные на необъятных площадях с перекошенными от счастья лицами, в экстазе выкрикивающие его имя. Мощные корабли, гордо вздымающиеся на крутой волне и несущие его власть на любой кусочек планеты, рассекали океанские просторы. И развевающиеся на любой возвышенности или здании бархатные знамёна малинового цвета. Его знамёна! Со священными рисунками волчьей пасти и топора.
   При последнем видении брови Фаррати недоуменно вздёрнулись вверх:
   "Стоп! А почему именно такие рисунки? Если я буду вечно живущим богом, то следует вбивать это в голову любому человеку с самого рождения. Профиль на всех монетах - дело стоящее и необходимое, но если мой профиль будет дополнительно находиться на каждом знамени - это будет смотреться намного благороднее, величественнее и убедительней. Ха! И ведь сделать это совсем не сложно! Да и времени много не займёт. Только вот куда подвинуть прежние рисунки? Или лучше вообще убрать? Хм, ортодоксы древних родов взвоют от негодования.... А может сделать прежние изображения маленькими и поместить в уголках возле самого древка? Вполне возможно. Чуть позже постепенно и их убрать..., когда ортодоксы передохнут. А вот как разместить мой профиль? Всё таки лучше его повернуть...."
   Сладостные грёзы разрушило самым брутальным образом вторжение в зал докладов ещё двух подданных. Так вламываться не позволял себе даже первый советник, но дернувшийся от неожиданности правитель, сдержал свой гневный рык и медленно стал гасить лютый огонь в глазах, когда рассмотрел вошедших. Перед ним стояли сотник и десятник его родных и преданных "волков". Склонив голову и косясь на него собачьими глазами те ждали разрешения говорить. Гордость за своих воспитанником теплой волной прошлась по внутренностям, вызывая вполне справедливое предположение:
   "Неужели и эти явились с хорошей новостью? Хотя.... Что мне теперь эта гнусная предательница? По всему миру найдутся тысячи более прекрасных, боле преданных и более ласковых! Но всё-таки, с чем они пожаловали?"
   Небрежно поднятая ладошка и поощрительный кивок распрямили спину сотника и он пророкотал отлично поставленным командным голосом:
   - Великий! Десятник Касгар имеет для тебя две новости. Разрешишь ему доложиться?
   - Хорошие? - напрягся правитель.
   - Одна плохая, а вторая..., - сотник в некотором сомнении покосился на своего подчинённого, - Может тебе показаться хорошей.
   Хафан Рьед раздражённо скривился:
   - Ну сколько можно...! Ладно, начинай с плохой, а то если хорошая окажется ниже требуемого уровня, то я могу рассердиться и не дослушать.
   - Повинуюсь, Фаррати! И готов понести любое наказание из твоих рук! - с преданностью воскликнул десятник.
   - Ладно, - чуть смягчился Великий Кзыр, готовя себя к очередным неприятностям, - Рассказывай!
   И потом коротко глянул на своего первого помощника, который отложил просматриваемые бумаги и приготовился внимательно слушать.
   - Великий! Смерть настигла моих воинов, когда мы на всём скаку, уходя от погони неожиданно выскочили на безымянную горную седловину в окрестностях Шейтаровой Балки. Мой десяток напоролся на многочисленный отряд предателей, которые вместо того, чтобы уступить нам дорогу, неожиданно применили против нас всё имеющееся у них оружие и магию. К такому повороту событий, мы оказались не готовы, семеро пали на месте. Ещё двое погибло во время начавшейся погони. И только мне, благодаря неиспользованному резерву магии удалось оторваться от преследователей.
   - Как?! Вы не смогли уйти на лошадях? - засомневался Фаррати.
   - У предателей тоже было около пятнадцати этих благородных и прекрасных животных.
   - Однако! - Хафан требовательно уставился на сотника и тот высказал свои соображения:
   - Я уверен, что Касгар наткнулся на усиленно нами разыскиваемый отряд предательского рода Зейк, которым командует герцог Каламин. Все наши силы брошены на прочёсывание столичной провинции, но оказалось этот ублюдок по каким-то причинам оказался совершенно в другом месте. Где-то в том районе находятся ещё несколько десятков "волков", которые устремились туда по следу вора твоих сокровищ и похитителя твой наложницы. И меня в последнее время очень волнует полное отсутствие сообщений от шестого десятка. Все резервные сроки прошли, а они не дают о себе знать.
   Гибель девяти, и предположительная гибель ещё одного десятка своих самых преданных стражей, почему-то не слишком тронула правителя. Вместо этого он напрягся совсем по другому поводу:
   - О-о-о! Как у нас всё запущено! А ведь именно там у нас должен быть наибольший порядок. Или не так?! - он стал постепенно повышать голос: - И мне непонятно почему именно туда устремились все предатели, воры и прохиндеи! Или им тоже интересно полюбоваться Титаном?! А если они не просто интересуются? Что тогда?!
   Сотник хоть заметно побледнел, но держался твёрдо и с уверенностью:
   - Тогда стрелкам детища Древних будет на ком потренировать свои канонерские навыки.
   - Ха! Тоже верно, - оскалился Великий Кзыр, сразу отчетливо и с внутренним восторгом вспоминая залитую огнём долину Сломанной Подковы. Но после короткого раздумья, поднял вверх указательный палец и огласил приказ: - Все войска вокруг столицы и приданные мне сыскные отряды широким фронтом передвижения, с применением максимума дорог, отправить в район Шейтаровой Балки. Далее половина пусть занимается охраной детища Древних, а половина отыщет этого выродка Каламина. Его доставить ко мне, а прочих предателей приготовить для учебных стрельб. Немедленно!
   - Повинуюсь, Великий! - тут же отозвался один из подчинённых и выскочил из помещения. Правитель немного покряхтел и опять уставился на десятника:
   - То есть, ты хочешь сказать, что засада на тебя не готовилась заранее?
   - Ни в коем случае, Великий, иначе я не имел бы счастье тебя видеть.
   - Хм! А от кого же ты так убегал, не разбирая дороги?
   - От обозлённых воинов корпуса наблюдателей воли и их прирученных боларов.
   - Не понял: чем ты так их умудрился..., - начал было Фаррати, но сам себя прервал на полуслове: - Болары?! С чего ты взял что они приручены?
   - Наблюдатели не имели лошадей, а на похасах они сразу отстали. Но вот их болары, слетевшие с близлежащих деревьев устремились за нами с приличной скоростью. И только когда мы ударили по самым настырным зеленючкам молниям, они резко отстали. Причём не просто сгорели, или рухнули наземь, а именно отстали. Словно получили лишь контузию от удара силой. От подобной атаки шамана, раньше эти шарики всегда погибали.
   - Странные у меня корпуса моей воли завелись..., болары у них ручные? За "волками" гоняются? - многозначительно протянул Хафан Рьед. - И кто там командует?
   - Какой-то молодой, но не в меру обнаглевший тысячник. В корпусе у него около шестидесяти человек и половина из них наши коллеги, Кзыры. Как я понял, он скорей всего из провинции города Бурагос, потому что ни я, ни мои воины его ни разу прежде в столице не видели.
   - Вот так дела.... А ты что думаешь? - вопрос был задан первому помощнику. Ваен Герк озадаченно покрутил головой:
   - Не хотелось бы паниковать преждевременно, но вполне возможна связь между поражением нашей морской армады и странным появлением приручённых, не занятых в транспортировке Титана боларов на его пути. Может дать указание войскам заодно тщательно проверить все подобные корпуса? Да и вообще всех тех, кто использует летающие растения не по прямому их назначению.
   - Я тоже так думаю. - Фаррати повернулся к очередному подчинённому: - Добавьте только что сказанное первым советником в мой последний приказ и доведите до сознания каждого командира и Кзыра.
   После того как посыльный умчался с дополнениями к приказу, правитель и присоединившийся к нему первый советник наперебой выспросили у десятника Касгара мельчайшие подробности всего с ним происшедшего и в конце концов выяснили саму подоплёку всей истории. Немало возмутившись явной наглостью своего воспитанника, правитель с обозлённым сарказмом воскликнул:
   - Так это и есть твоя хорошая новость?
   - Да, Великий!
   - Неужели эта наложница стоит смертей твоих товарищей?
   - Они пали совершенно в другом бою.
   - Ха! А что мне делать с тысячником? У меня и так хватает недоброжелателей!
   - Этот наглец не достоин такой красавицы! - продолжал упорствовать десятник. - Только ты, Великий, имеешь право на её обладание!
   - М-да? - Хафан Рьед некоторое время колебался на грани выбора: немедленно наказать нарушившего общепринятые правила воспитанника, или всё-таки взглянуть на красавицу. Любопытство победило. Да и как было не оценить перед своим окончательным решением неожиданный подарок? - Ладно, показывай! Посмотрим из-за чего ты сюда примчался....
   Как ни странно, но десятник бросился на колени и горячо стал уговаривать:
   - Великий! Умоляю не спешить! После дальней дороги красавица немного не в форме и слаба здоровьем. Пусть её хоть немного подлечат и тогда ты сразу поймёшь....
   - Что?! - взвился правитель от ярости на ноги. - Что я должен понимать?! Ты за кого меня принимаешь, тварь? Неужели я слеп или я не Кзыр, чтобы рассмотреть истинную красоту?!
   - Ты самый Великий Кзыр! - пролепетал вообще лёгший ниц десятник. - Твоя воля - закон!
   В такой момент каждый "волк" признавал право своего отца на немедленную казнь. И она почти состоялась. Уже схватившись за рукоятку меча, Хафан сделал шаг вперёд, но так и замер, вспомнив о сильно поредевшей в последнее время сотне. Усилием воли он разжал пальцы на рукояти, гневно выдохнул и спросил у сотника:
   - Она здесь?
   - Да, Великий!
   - Может идти?
   - Мм..., с трудом.
   - Приведи!
   И вскоре сотник, совместно с придворным врачом, завели женщину в комнату для докладов. А Фаррати, приблизившись к ней вплотную, принялся осматривать неожиданный подарок.
   Неизвестная женщина выглядела ужасно. Несмотря на все старания приставленных к ней в последний час лекарей и шаманов бледное лицо, покрытое ушибами и кровоподтёками, сразу вызывало отталкивающее впечатление. Искусанные и распухшие губы, со странным хрипом втягивали и исторгали наружу воздух. Болезненно расширенные глаза краснели полопавшимися капиллярами. Всё тело порой сотрясала мелкая дрожь, от которой у похищенной наложницы стучали зубы и вырывалось сдавленное мычание.
   Скривившись от брезгливости правитель сделал шаг назад, ещё раз окинул взглядом пленницу с ног до головы и пробормотал:
   - Фигурка конечно отменная, но вот морда! Хм..., хотя если её подмажут и подлечат.... А чего она так хрипит?
   Придворный врач тут же стал перечислять:
   - Сломано четыре ребра, левая кисть руки. Сильное повреждение правого локтя. Порыв кожи на брюшине и две грыжи. Сотрясение мозга средней тяжести.
   - Говорить может?
   - Нет. Лёгкие у неё порваны к нескольких местах. И ещё: если мы хотим её спасти надо срочно откачивать кровь из лёгких.
   - Ха! - Великий Кзыр со смешком повернулся к распростёртому десятнику: - Касгар, ты наверное сошёл с ума, раз осмелился мне привести такое чучело! Наверняка и в дороге ты её не поленился несколько раз изнасиловать.
   - Великий! На такое кощунство я неспособен..., - приглушенно донеслось от пола.
   - Неужели? И что же мне делать с таким подарком? А? О! Придумал! Повешу ка я вас вместе! Так сказать лицом к лицу. И будешь ты ею любоваться до последнего мига в своей жизни!
   Правитель стал поворачивать для отдачи соответствующего приказа к сотнику, когда краем глаза уловил движение поднятой руки своего первого советника. И тут же вопросительно на него уставился.
   - Хафан, - пожалуй только Ваен Герк имел ещё право обращаться к Фаррати по имени, - Казнить ты их всегда успеешь. Но припомни этого странного тысячника. Не мешало бы вначале эту уродину подлечить, а потом подробно расспросить о прирученных боларах. Да и десятник Касгар пусть попытается отомстить за своих павших товарищей, возглавив отряд карателей и со всем рвением разыскивая этот предательский род Зейка.
   В наступившем молчании Хафан Рьед задумчиво уселся на своё кресло, немного подумал, словно сомневаясь в правильности высказанного совета, но потом всё-таки признал целесообразность отмены бессмысленной казни. И начал со своего воспитанника:
   - Касгар, тебе сейчас очень повезло, что мой советник напомнил о твоей неимоверной задолженности. Немедленно отправляйся с войском и лично доставь мне этого бунтовщика Каламина.
   - Слушаюсь и повинуюсь, Великий! - содрогаясь всем телом десятник буквально выполз их помещения.
   - А этой..., - запнувшись в определении пленницы, правитель указал советнику на неё пальцем. - Займись лично! Подлечи и выпытай у неё все нам необходимое.
   - Слушаюсь....
   - Да! И если она действительно станет более притягательной после лечения, напомнишь соответствующей демонстрацией. Забирай!
   Так как утренние доклады ещё не завершились, то Ваен Герк остался на месте. Лишь отдал приказ придворному лекарю:
   - Доставить её в комнату домашнего ареста возле основного внутреннего поста и продолжить самое интенсивное лечение! Я подойду, как только освобожусь.
   Когда пленницу увели, почти неся на руках, Великий Кзыр с некоторой ностальгией по прерванным мечтам о мировой гегемонии, свернул послание от Дымного в рулончик, и раздражённо спросил у молчащих придворных:
   - Чего затихли? Не все плохие новости пересказали? А может "хорошие" есть? Да вкупе с подобными "подарочками"? С вас станется....
  
   Баронета Шиловски никак не могла понять своего состояния: то ли она уже умерла, то ли до сих пор находится на последней тропе к смерти. Настолько все тело кричало о непереносимой боли и отказывалось повиноваться. Даже осознавая, что её глаза открыты, Мирта не могла ничего разобрать в мельтешении перед ней разноцветных пятен, а орган слуха улавливал лишь скрежет песка до глухие, перемежающиеся барабанным гулом раскаты грома. Сознание вращалось совершенно непроизвольно от тела, оторвавшись от реальности и совершенно не реагируя на внешние раздражители. Разве что малюсенькая часть воли пыталась отследить идущие вокруг изменения и сопоставить их с вязкими как кровяной сироп размышлениями.
   Затем в тело вошло какое-то успокоение, боль стала гаснуть, сменяясь полным равнодушием и апатией. И родилась только одна, совершенно фатальная мысль: "На этот раз я умерла окончательно...."
   Потом новые болезненные ощущения и вдруг ясно всплывшие воспоминания о своей первой смерти:
   "Тогда меня спасла Мальвика..., и Кремон. Но тогда таких болей не чувствовала. И так долго меня не мучили. В цитадели Плады меня спасли друзья. А сейчас их нет. Мальвика тоже умерла, а Кремон далеко.... И опять в своей смерти виновата только я, слишком расслабилась. И кто-то меня убил... Да ещё и увёз! - тут же вспомнились мелькающие пред самым носом копыта лошади и головокружение с новой силой ударило по мозгу: - Зачем?! И куда меня увезли? Кому я нужна мёртвая? А вдруг это Кремон? Вдруг ему удалось меня спасти? И он опять пытается меня оживить? Может надо ему помочь? - такая мысль вдруг заставила сознание бороться со всей яростью и настойчивость. Оно стало выкарабкиваться их омута отчаяния и рванулось к пятнышку далеко мерцающего света. Но вместе с чувствами, вернулась жуткая боль. Хоть и приглушенная, но она попыталась вновь упрятать сознание в дебрях равнодушия. - Нет! Я не хочу умирать! - мысленно закричала Мирта, в решающем рывке устремляясь к свету. - Я тебе помогу! Забери меня отсюда, Кремон!!!"
   Кажется последнее слово она сумела вытолкнуть из себя непослушными губами. И тут же зрение вернулось к ней. В колеблющемся и неверном свете головокружения, она совсем близко от себя увидела склонённое над собой мужское лицо. Несмотря на солидный возраст мужчины, оно сразу показалось Мирте очень красивым, мужественным и волевым. А в глазах так и просматривался незаурядный ум, слегка размытый истинной добротой и неожиданной грустью. И сразу возникла уверенность, что этот мужчина очень сочувствует ей и готов помочь не взирая на своё окончательно сходство с обитателями Кремниевой Орды. Баронета тут же сообразила, что Кремон и все остальные колдуны отряда в последнее время тоже выглядели таким же образов, а значит вполне возможно, что она среди своих и около неё просто незнакомый ей врач.
   С напряжением всего тела и чувствуя подступающую рвоту, женщина прохрипела:
   - Где Кремон?
   Мужчина, словно старший брат спешащий оказать моральную поддержку, радостно улыбнулся и заговорил приятным, бархатным тенором:
   - Кремон скоро будет с тобой! Но сейчас тебе нельзя говорить ни единого слова. Твои рёбра сломаны, а лёгкие порваны, так что умоляю тебя молчать. Врачи и так сражаются за твою жизнь из последних сил и возможностей. Старайся только спать и не делай ни единого резкого движения. А всё остальное мы сделаем сами. Договорились?
   В знак согласия, Мирта только и смогла, что закрыть веки. Да так уже и не открыла, проваливаясь в глубокий сон. Хотя главное она понять успела:
   "Всё-таки я жива...."
  
   Ваен Герк в полном оцепенении продолжал смотреть на заснувшую женщину. При этом стараясь успокоить в голове хоровод мечущихся мыслей:
   "Странное имя: Кремон. У нас таких нет и никогда не было. А вот в Энормии оно очень распространено. Что из этого следует? Неужели тысячник - оттуда? Хотя может быть эту красавицу просто когда-то похитили из Энормии, или захватили на пассажирском корабле и сейчас она вспомнила имя своего самого первого любимого. Вряд ли, если судить по рассказу этого ублюдочного десятника, она с тысячником вела себя как обожаемая и отвечающая взаимностью жена. Не меньше. Значит возможность дислокации на территории Орды отряда из другой страны исключать не стоит. Но что лично мне это может дать? Как я могу такой факт использовать? Во первых: в этом надо ещё удостовериться, а во-вторых: каким образом подтолкнуть самозванца в готовящуюся для него западню. Ведь сомневаться не приходится, раз такой мощный отряд противника находится неподалёку, то однозначно по душу Великого Кзыра. Или нет? Может они замышляют что-то против Титана? Хм! Такого монстра никто не одолеет! Но тоже не факт! Вдруг у них есть нечто такое, что позволит им уничтожить детище Древних? Например..., - первый советник чуть не подпрыгнул, от ворвавшейся к нему в голову догадки: - Шейтар меня загрызи! Да ведь эта Алина с Ильдаром недаром Лик Занваля уволокли! О-о-о! Вот это они работают! Умудрились выкрасть единственное средство борьбы с Титаном и никто до сих пор не чешется! Ух ты! Чувствую самозванцу скоро вообще несладко придётся.... А значит и мне следует подготовиться соответствующим образом...."
   На некоторое время первый советник вновь отвлёкся на тщательный осмотр, лежащей перед ним женщины:
   "Хорошо, что когда она назвала это имя, никого кроме меня здесь не было. Но что мне делать с этой красавицей? Как её спасти от страшной смерти? Ведь если самозванец узнает..., - он оглянулся на плотно запертую дверь и вновь залюбовался пленницей: - А ведь и правда красавица! Чувствуется истинная прелесть, настоящая женственность и сладострастное величие. Даже сквозь эти все ранения чувствуется. Конечно, скорей всего она простого рода и совсем не знатного происхождения, но такая эффектная дама могла бы с полным достоинством носить даже корону. Что-то в ней есть такое манящее и притягательное, но вот что именно? Надо будет с ней обязательно пообщаться, когда она придёт в сознание. Вернее сразу предупредить, чтобы всеми силами имитировала невозможность разговаривать. Не хватало, чтобы кто-то проявил инициативу и сам допросил её под Сонным Покрывалом. Конечно, прикажу никого кроме врача сюда не пускать, но мало ли что.... Хорошо, что врачи в один голос утверждают: дня четыре она говорить не сможет. За это время надеюсь сам всё выпытаю, а там и выход из положения найдётся. Ко всему прочему, сомневаюсь, что самозванец вспомнит о ней. Сам ведь обозвал чучелом. А зря..., зря! Видимо совсем зазнался в своих мечтаниях и вознёсся на такие вершины, что уже и подобные прелестные розы перестал замечать под ногами. А вот ублюдочный десятник заметил! Тварь! Как бы его правильно "направить" на путь истинный, чтобы он из Этой Шейтаровой Балки не вернулся?:
   Первый советник Фаррати некоторое время сидел окаменевший, перебирая в своей уникальной памяти всех возможных исполнителей и различные варианты исполнения задуманного. Затем в радостном озарении хлопнул себя по лбу ладонью, вскочил и выбежал из специально приспособленного под домашний арест помещения. Хоть он и сам совсем недавно уговорил самозванца не казнить провинившегося "волка", но с этого момента часы жизни обнаглевшего десятника Касгара были сочтены. Оставалось только отдать под его командование именно тех карателей, которые с не меньшей злобой ненавидели выкормышей Великого Кзыра. Да ещё и шепнуть на ушко несколько слов особо доверенному воину.
   Проблемы Ваен Герк умел прекрасно решать по мере их поступления. И оставалось только удивляться, почему он до сих пор физически не уничтожил своего самого главного врага.
  
  
  

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

НЕ ВСЁ ПОТЕРЯНО

   Как только фиолетовый комок вражеского сознания нырнул в камень, Спин расслабленно выпрямил корни и с явным недовольством попросил:
   - Хватит дудеть! А то меня от вашей трубы всего колотит.
   - Да, неприятный звук, - согласился Кремон. - Но зато там внизу и его, и удары молота услышали. Надеюсь, что пленить женщину им труда не составило.
   - Если она не Эль-Митолан, - напомнил лидер боларов. - А вот тело этого наблюдателя действительно сумеете обездвижить без особого вреда?
   - Сомневаешься в силе и действенности Сонного Покрывала? Зря. Конечно, в нашем арсенале есть средства дешевле и покрепче, но все они слишком жёсткие, с некоторыми непредсказуемыми последствиями. А так замотал голову Покрывалом, привязал руки к туловищу, чтобы не болтались, и волоки куда хочешь.
   - Допрашивать здесь будем?
   - Конечно. Ещё одна польза: прямо на ходу можно допрашивать. Сомневаюсь, конечно, что ребятам по узким ходам будет это делать удобно, но здесь он нам на всё и ответит.
   - Если никто не помешает..., - Спин усилил голос, направив его к дальним деревьям: - Как там у вас?
   - Чисто, - донеслось с одного дерева. А со второго добавили: - Ни одного любопытного в пределах видимости.
   - Скорей всего это и к лучшему, ведь столько дел сегодня предстоит. Ты так и не передумал расформировывать корпус и менять всю отличительную амуницию?
   - Увы! - командир легиона печально вздохнул. - Мы не имеем права хотя бы частично проигнорировать тот шанс, что Мирту могут допросить с магическим принуждением. Мало того, что её доля мне видится в невероятно ужасном свете, так ещё далеко идущие следствия после этого моего просчета в обороне лагеря.
   - Ладно, я сейчас тоже начну вспоминать о собственной вине, пригрозил болар. - А после затянувшейся паузы добавил: - Важно, что ты со своими воинами вполне правдиво будешь выглядеть и в роли карателей. Тем более если отряда станет практически два, то даже при направленном поиске на вас обратят внимание в самую последнюю очередь. Кстати, ты со своим внешним видом не перестарайся.
   - Что так?
   - Слишком старо будешь выглядеть.
   - Ладно тебе, мне солидность не помешает.
   Ещё со вчерашнего дня командир принялся опутывать своё лицо и шею сетью старческих морщин, чтобы придать себе возраст более пожилого мужчины. Всё-таки молодой командир слишком бросается в глаза. Да и уважения должного не вызывает среди этих ордынцев. Будь он постарше, закалённее в боях и более загоревшим под Занвалем, глядишь и подумали бы "шакалы" лишний раз перед похищением.
   Невменяемый тем временем забрал трубу у рядом стоящего воина и теперь задумчиво крутил её в руках. Затем снова обратился к своему другу:
   - Слушай, ты ведь только что говорил, что данный звук тебе сильно не нравится?
   - Не то слово. Противен!
   - А что ты при этом чувствовал?
   - Хотелось бросить всё и лететь куда угодно, лишь бы подальше.
   - Вот! Так ведь это здорово! - воскликнул Кремон. - И именно поэтому советую тебе ввести в ваши эксперименты с жезлами ещё и эту трубу. Если твои дикие собратья не только бросят тянуть Титан, но ещё и разбегутся после этого - будет самый наилучший результат. Не находишь?
   Спин резко скрипнул, выражая своё восхищение:
   - Спасибо за идею, обязательно попробуем.
   Воины расшатали и выбили клин из щели между камнями, затем оставили инструмент на месте, а сами поспешили на помощь товарищам. Через некоторое время они доставили командиру пленённую девушку в сонном состоянии. Пока восхищённые её красотой командиры рассматривали трофей, подоспело ещё два Эль-Митолана с парочкой мешков, полных каких-то предметов. Причём они были так возбуждены, что пытались говорить одновременно. Пришлось Невменяемому из остановить командирским жестом руки и задать основной вопрос:
   - А где шаман?
   - Никуда он не делся, волокут сзади, - стали наперебой отвечать воины из группы захвата.
   - Тяжеловат, правда.....
   - Но взяли без проблем!
   - Но тут мы в мешки эти заглянули и сразу бросились наверх.
   - Ещё бы! Ведь скорей всего нам повезло наткнуться на тех самых беглецов и предателей!
   - Ага! Что "шакалы" про них рассказывали и которых везде ищут.
   - Самое невероятное, что они действительно обокрали Фаррати, - воин засунул руку в мешок и стал доставать какую-то вещь. - И нам сразу показалось, что это, ни что иное, как....
   Когда он вынул предмет на всеобщее обозрение, его товарищ торжественно воскликнул:
   - ...Лик Занваля!
   Вначале повисло напряженное молчание. Все недоверчиво смотрели на массивную шестнадцатиконечную звезду диаметром около сорока сантиметров, и мысленно сравнивали свои воспоминания об информации. Благо об обещанной награде в среде ордынцев поговаривали везде и часто. В том числе имелись воспоминания очевидцев, смешанные с легендами применения этого страшного оружия. Именно тех очевидцев, которые находились не так далеко во время его применения правителем. Да и драконы много раз вспоминали, как две огромные горы вдруг невидимой силой оторвались от своей подошвы и рухнули друг на друга. Тот же Цашун Ларго всегда любил пугать именно этим ордынским оружием неосторожных зазнаек. А Теур Ирисовый сумел доказать королю драконов, что Кремниевой Орды надо опасаться больше всего.
   Затем Невменяемый осторожно принял на свои ладони внушительную тяжесть артефакта: более пяти килограмм, и озадаченно цокнул губами:
   - Даже боюсь поверить в такую удачу... Ещё бы только узнать, как это оружие действует....
   Кажется, Спин сразу настроился на положительный результат при виде такого трофея. Слова вылетали из него с радостным скрипом :
   - Уверен, беглецы должны знать способ управления этим артефактом. Или иметь надлежащие инструкции.
   - Ты так думаешь!
   - Однозначно! Иначе зачем им было похищать такие вещи? И нам просто повезло, что они тихонечко отсиживались и ни на кого не нападали, - добавил лидер боларов, нравоучительно приподнимая один корешок вверх. Получилось огромное сходство с человеческим жестом: - В другом случае от нас бы только щепки остались.
   - Так уж и щепки? - отстранено поинтересовался Кремон, продолжая осторожно ощупывать Лик Занваля. На что его друг забулькал смехом:
   - Может не только щепки, но и пятна разного состава! Но что я тебя хочу попросить: ты бы поаккуратнее с артефактом обращался и не давил, куда не попадя. Лучше начинай допрос. Выяснишь что надо, и вот тогда....
   - Действительно! - оживился командир легиона, но тут же с некоторым сомнением осмотрел спящую девушку: - Какой с неё толк? Лучше дождёмся шамана. О! Кажется, уже волокут.
   Из расщелины, показалась четвёрка Эль-Митоланов, которые с помощью собственных мускул и некоторой доли левитации вытащили тело пленника на поверхность. Усадив его на удобный камень, они осмотрели с удовлетворением итоги своей работы и один из них доложил:
   - Взяли и доставили без проблем. Трое наших осталось обследовать пещеру и все прилегающие проходы. Но мне кажется, вы и так уже имеете в руках самое главное. Похоже, эти беглецы слишком понадеялись на свою безопасность и не подумали мешки спрятать где-то в глубине катакомб.
   - А что вообще из себя эта пещера представляет? - заинтересовался Кремон.
   - Не слишком большая, но человек двадцать поместится запросто. Драконы пройдут, если в некоторых местах расширить проходы. Их там может поместиться до пятнадцати особей. Пещера удобная и хорошо вентилируемая воздухом. Есть чистая питьевая вода. Наши там ещё по соседним переходам тщательно осмотрятся, потом расскажут.
   - Отлично! Тогда приступим к другому животрепещущему вопросу. - Невменяемый приблизился к неподвижно сидящему пленнику и начал спрашивать:
   - Как твоё полное имя?
   Несколько мгновений прошло, прежде чем беглый десятник ещё пытался бороться за собственную волю, но против Сонного Покрывала ни у кого не было шансов. Ну и ли почти ни у кого. Поэтому дрожащие губы выдавили вполне разборчивый ответ:
   - Ильдар Кайтуш.
   - Какую службу ты нёс в поместье правителя?
   - Десятник наружной охраны.
   - Как зовут девушку, которая находилась вместе с тобой в пещере?
   - Алия Ланд.
   - Сколько ей лет?
   - Двадцать один
   Невменяемый удовлетворённо улыбнулся и показал своим коллегам большой палец руки, мол, всё под контролем. И задал следующий вопрос:
   - Ты знаешь как пользоваться Ликом Занваля?
   - Не знаю.
   - Алия Ланд знает как пользоваться Ликом Занваля?
   - Не знает.
   Командир легиона скривился, но не остановился в расспросах:
   - Вы имеете инструкции или другие документы, в которых объясняется как пользоваться Ликом Занваля?
   - Не имеем.
   Допрос продолжался долго. И не только Кремоном, но и присоединившимся сотником. Да и Спин пытался помочь со всем усердием. Но ничего путного они от пленника так и не добились. И это начало выводить всех из себя. Подумать только, они имеют в руках невиданное по силе оружие и совершенно не знают, как им пользоваться! Такое ни у кого в голове не укладывалось. Они прекрасно понимали, что допрашивают скорей всего своего союзника, но всё равно в течении двух часов с маниакальной настойчивостью задавали одни и те же вопросы, порой переставляя в них только некоторые слова местами.
   И всё без толку.
   Пока Невменяемый не вспомнил о себе любимом, талантливом и чрезвычайно хитро обученном. Пожалуй никто среди его теперешних коллег и друзей не знал, что его в своё время обучили спокойно врать даже под Сонным Покрывалом. Разве что Спин с Карагом об этом ведали. Но ведь по сути, если кто-то может нечто, то почему кто-то другой не сможет то же самое? Исходя из этого Кремон подумал, что допрашиваемый ими сотник гораздо быстрей и охотней расскажет сам про методы управления Ликом, если поймёт что он в руках если не единомышленников, то по крайней мере сочувствующих. Особенно если и он по какому-то невероятному совпадению умеет обманывать при воздействии магического раритета.
   Девушка уже давно проснулась и теперь находилась чуть дальше от места допроса под опекой одного из боевых Эль-Митоланов. Легко бросалось в глаза её подавленное состояние, судорожно переплетённые пальцы рук и обильно смоченные слезами щёки. Он пыталась со всем тщанием прислушаться к доносящимся к ней обрывкам слов и кажется находилась на грани беспамятства. По всем правилам разумного сочувствия следовало и её успокоить как можно быстрей, но командир легиона находился почти в экзальтированном состоянии из-за попавшего к нему в руки страшного оружия и решительно отбрасывал в сторону всякие ненужные сантименты. В данный момент его интересовало только одно: как действует артефакт, и для этого он не разбирался в средствах.
   Поэтому вместе с коллегами перешёл ко второй форме допроса. Общими силами они сковали тело пленника магическими силами и сняли у него с головы Сонное Покрывал. Дав минуту времени на восстановление воли, сообразительности и осознания действительности.
   Ильдар пришёл в себя очень быстро. Ещё быстрей прокрутил в памяти суть допроса и с нескрываемым удивлением уставился на стоящих перед ними людей. Хотя глаза при этом у него так и скашивались на зависшего чуть правее болара. Ведь и тот творил невероятное: говорил человеческим голосом! Но самое главное пленник понял: схватившие его надзиратели корпуса воли совершенно не горят желанием доставить пойманный срочно в столицу. Вместо этого они всеми силами пытаются выяснить систему пользования Ликом Занваля. Причём делают это с таким рвением, что сразу возникает подозрение об их неблагонадёжности. Из всего этого конечно нельзя сделать правильные выводы, но совершенно непроизвольно в душе беглого десятника вдруг затеплился странный лучик надежды. Тем более что и следующий вопрос задали довольно странный:
   - Ты очень любишь свою Алию Ланд?
   Уже только то, что они обозначили его любимую местоимением "свою", вызвало хрип в горле. Но разобрать утвердительное "Да!" было не трудно. А потом его голову повернули налево и пленник отчётливо рассмотрел мокрое от слёз лицо девушки и её расширенные, округлившиеся от переживаний глаза. Наиболее важным в этой картинке для Ильдара оказался факт, что его любимая совершенно не связана, без рабского ошейника и без единого видимого повреждения на своём божественном теле.
   Когда его голову повернули опять прямо, беглый десятник ещё больше воспрял духом. Ни у кого из допрашивающих не замечалось озлобленности или ненависти во взглядах. Скорей они посматривали с симпатией, сочувствием и даже некоторым поощрением. Да и последующие слова молодого человека с нашивками тысячника могли внушить что угодно, но только не страх:
   - Как видишь, твоя любимая в полном здравии и вы скоро опять будете вместе. Но весь вопрос в данный момент заключается в том, что нам архиважно немедленно узнать только одно: как воспользоваться этим оружием.
   - Я это уже понял, - заговорил Ильдар.
   - Надеюсь ты прекрасно понимаешь всю силу этого древнего артефакта?
   - Ещё бы!
   - Ну вот, поэтому я тебя спрашиваю ещё раз: как он действует?
   - И я вам отвечу истинную правду: мы не имеем и малейшего понятия.
   Тысячник досадливо скривился и в сердцах воскликнул:
   - Зачем же вы его тогда крали?
   Прекрасно помня, что этот вопрос ему уже задавали под воздействием Сонного Покрывала, Ильдар позволил себе слегка возмутиться:
   - Мой ответ вы уже слышали. Но повторю ещё раз: подобным подарком мы надеялись заслужить право спокойного проживания на территории Энормии! - затем, с трудом вздохнул, ведь магические силы сжимали со всех сторон и с сожалением добавил: - Вот только передать этот артефакт в руки энормианцев мы так и не успели....
   Стоящие перед ним люди многозначительно переглянулись и человек в форме тысячника хитро подмигнул, а потом ещё и улыбнулся:
   - По этому поводу можешь не переживать, Лик Занваля сейчас как раз находится в руках представителя короны его величества Рихарда Огромного. Как и все остальные ваши подарки.
   Поверить в такое было нельзя, но Ильдару так захотелось это сделать, что он непроизвольно дёрнулся всем телом в жестких тисках. Сотни разных мыслей и предположений пронеслись в его возбуждённом мозгу и большинство из них всё-таки заставили глаза непроизвольно прищуриться от подозрений:
   - Но вы не выглядите как энормиане!
   - Хм! Где ты видел разведчика идущего в тыл врага в парадной форме своего королевства?
   - Но ваши лица...!
   - Ты ведь сам шаман, и можешь слегка менять внешний вид за определённый отрезок времени.
   Объяснения действительно могли понадобиться только ребёнку. Но беглый десятник всё ещё сомневался:
   - Чем ещё можете доказать, что из Энормии?
   Невменяемый откровенно рассмеялся:
   - Да чем угодно! Вот рядом со мной мой друг Спин, командир нашего вспомогательного отряда боларов. Скоро ты увидишь драконов и таги, которые пока прячутся в другом месте. До и вообще, мы тебя сейчас освободим, ты обнимешь свою любимую и мы спокойно отправимся в лагерь. Только два условия....
   Пленник был готов на любые, поэтому слушал с приоткрытым от напряжения ртом.
   - ...Ты даёшь слово вести себя благоразумно, не сопротивляться и не делать попыток к побегу....
   - Даю!
   - ...И рассказываешь нам как пользоваться Ликом Занваля.
   - Да не знаю я этого! - чуть не взвыл Ильдар, - Клянусь, что не знаю!
   - Может Алия знает?
   - Нет, я уверен в этом.
   - Хорошо. Но если мы её допросим под Сонным Покрывалом?
   - Если надо - допрашивайте. Только совершенно зря потратите время.
   - Жаль, очень жаль..., - пробормотал Невменяемый, вновь пристально рассматривая древний артефакт. - Ладно, отпустите его... И девушку тоже.
   Надо было видеть с какой страстью и надеждой возлюбленные бросились в объятия друг друга. Сквозь рыдания донеслись слова признания:
   - Любимый! Я думала они тебя сразу растерзают и решила покончить жизнь самоубийством сразу после того, как увижу твоё тело....
   - Успокойся! Теперь уже всё будет хорошо!
   Практически все наблюдали за сладкой парочкой с понимающими улыбками. И только скрипучий голос Спина вернул всех к суровой действительности:
   - Так и будете стоять истуканами? Ладно, это ваши проблемы, а у меня и своих забот выше кроны. Тем более чувствую, к вечеру меня от этой трубы тошнить начнёт.
   Не прощаясь, болар подхватил трубу у десятника Савы и в сопровождении нескольких своих помощников полетел в сторону лагеря. Тогда как сотник, подойдя к недавнему пленнику, хлопнул его по плечу, выводя из удивлённого состояния:
   - Что, никогда говорящих боларов не видел? Ничего, скоро привыкнешь. Следуйте за мной!
   Ильдар подхватил свою возлюбленную под локоток, но она вдруг заупрямилась. И совсем неожиданно припомнила о своих вещах:
   - Но у меня там внизу платья..., да и пища....
   Сотник при такой женской непосредственности не удержался от смеха:
   - Не переживай, красавица! Все ваши вещи скоро будут в шатре. А вот вам тоже следует поторопиться туда и спрятаться за охранным контуром. Слишком часто за нами ваши шаманы подсматривают.
   Ильдар тут же вспомнил, как его отделённое сознание каким-то образом увидел тысячник и не удержался от вопроса:
   - Но как вам удаётся узнать о наблюдении?
   - Болары прекрасно видят комок фиолетовой искрящейся субстанции. Это - и есть отделённое сознание каждого Эль-Митолана. И когда наше летающие друзья показывают одним корешком вверх это значит что поблизости очередной "шпион-любопытный" и мы сразу же следим за каждым свои словом и жестом. Так что постоянно посматривай на деревья и следи за знаками.
   Двигаясь к лагерю, Алия теперь присматривалась к каждому дереву и наконец воскликнула:
   - Как их много! И все они вам помогают?
   - Конечно. Но кажущееся количество - обманчиво. Просто растения часто перелетают с места на место.
   В этот момент их догнал Кремон, чуть задержавшиеся на месте недавнего допроса и раздавший последние указания своим воинам по поводу подготовки найденной пещеры. Услышав последние пояснения, - он и от себя добавил:
   - Мало того, что они нам помогают таким образом. Они ещё и отличные воины, советчики и лучшие друзья.
   - Воины? - с недоверием переспросил Ильдар.
   - Да ещё какие! Если ты не будешь соответствующе подготовлен, то у тебя практически не будет против любого нашего болара никаких шансов победить.
   - Но ведь я же Кзыр!
   - Неважно. Но вот твои возможности колдуна наверняка тебе пригодились при побеге, - неожиданно сменил тему разговора командир легиона. - Поэтому меня интригует один вопрос: неужели та сам не пробовал разобраться с вашими трофеями?
   Беглый десятник скорбно вздохнул и признался:
   - Собирался я покопаться в Лике Занваля, да так времени и не нашлось. Да и силы все магические тратил на внешнее наблюдение. Так что....
   Девушка после такого признания сильно покраснела, потому что ей показалось, все прекрасно поняли, на что уходило основное время в пещере. Но затем бегло осмотрелась и успокоилась, кажется никто из сопровождающих не встревал в деликатные темы. Наоборот все думали о своих заботах.
   Некоторое время шли молча и только уже возле самого шатра Невменяемый еле слышно пробормотал, озвучивая наибольшую свою заботу:
   - Даже без этого артефакта мы обязаны остановить Смерть.
  

ТРЕТЬЯ ЖИЗНЬ

   На второй раз Мирта вынырнула из бессознательного сна по прошествии целых суток. Так, по крайней мере, выяснилось вскоре. Но вначале она первым делом припомнила всё, что удалось отыскать в собственных гудящих мозгах. Затем тщательно прислушалась и постаралась осмотреть собственное тело. Хотя рассматривать как раз особой возможности не было: обе руки в специальных креплениях и гипсе висели у неё над грудью, а при попытке приподнять голову в рёбрах закололо так, что от боли выступили непроизвольные слёзы. Чуть отдышавшись и дав себе слово больше так не дёргаться, Мирта вновь открыла глаза и постаралась осмотреть помещение, в котором она находилась. Ничего особенного или примечательно: виднеющаяся всего лишь в метре от ног дверь, по правую сторону такой же ширины проход и весьма скромная мебель из небольшого шкафа, стола и двух стульев. Ну и где-то дальше справа, за изголовьем угадывалось по струящемуся оттуда дневному свету, окно. Сухо, свежо, тепло. Разве что со стороны стола, заставленного всевозможными и разнообразными склянками с лекарствами, отчётливо доносился стойкий запах больницы и едких целебных мазей.
   "Ну вот, обоняние у меня уже восстановилось, - скорбно обрадовалась женщина, пытаясь скосить свои глаза на кончик распухшего, чуть синеватого носа. - Ох! Чего же это он такой страшный?! Неужели сломали? - но осторожные движения лицевыми мышцами, приглушили бессознательный испуг: - Нет, кажется цел. А как там мои ножки?"
   Пальцы ног действовали превосходно, а вот мышцы икр казались измочаленными верёвками. Шевеление ими вызывало боль в каждой косточке. Что-то странное и очень неприятное чувствовалось в районе живота. Но в той области своего тела не хотелось даже напрягаться. В многих других местах чувствовалось жжение, неприятное покалывание, переходящие в желание почесаться. Вдобавок ко всему хотелось хоть немножко сменить позу и улечься допустим набок. Но однозначно поломанные рёбра и зафиксированные руки не позволяли об этом даже мечтать.
   После повторного анализа собственного состояния баронета Шиловски уже стала впадать в дрёму, когда двери открылись, и вскоре возле неё сидел тот самый, недавно виденный мужчина. Но теперь он улыбался с полной уверенностью и покровительством. А заметив, что больная уставилась на него раскрытыми от любопытства глазами, сказал:
   - Отныне опасности твоему здоровью нет. Врачи утверждали, что после твоего пробуждения ты будешь чувствовать себя намного лучше. Теперь о самом важном. Хоть вокруг этой комнаты стоит защитный контур против проникновения отделённого сознания и подслушивания, но хочу тебя жестко предупредить: ни одного слова не должно вылететь из твоих уст! Твоё горло сильно повреждено. Поняла?
   Мирта прикрыла ресницы в знак согласия.
   - Ты помнишь, что я тебе говорил вчера?
   Очередной взмах ресниц.
   - Отлично! Значит с твоей памятью всё в порядке. Но ещё раз напоминаю: четыре дня не пытайся даже слово шепнуть. Разве что-то только важное и только мне. Если кто-то от тебя что-то услышит, могут напомнить кому не надо о твоём здесь присутствии и тебя без моего разрешения потянут на допрос. Кстати, - лицо мужчины опять озарился светлой, немного стеснительной улыбкой. - Хотелось бы знать твоё имя. Скажешь?
   Баронета замерла, обдумывая вопрос, а потом глазами сделала большой круг, как бы спрашивая: "Где это я?" Но её поняли неправильно:
   - Логично. И вообще, прошу простить меня за бестактность! - мужчина встал и со сдержанным поклоном официально представился: - Ваен Герк. Первый советник Фаррати. Хотя по натуре я не принадлежу к сонму придворных. Скорей я - воин. Семейное положение - вдовец. Шестеро детей.
   Подобное имя совместно с титулом Мирта слышала не раз и не смогла сдержать непроизвольного стона от резкого выдоха. Казалось бы теперь на неё навалится полная тоска и безысходность, похолодевшие щёки ясно подсказали о бледности, но тем не менее странной молнией пронеслось в сознании совсем другое: "При чём здесь его семейное положение? Тем более дети?" Она прикрыла глаза, что всё поняла, но потом вновь их открыла и повели ими опять по сторонам. На этот раз Ваен догадался о сути безмолвного вопроса:
   - Понял. Тебя интересует, где ты? Вполне естественно. Но начну я пожалуй с того момента, как и почему ты оказалась именно здесь. - Подробно пересказав историю похищения обнаглевшим десятником Касгаром, сцену с участием Великого Кзыра и слова каждого из участников, советник завершил свой рассказ словами: - Вот поэтому ты здесь, под моей опекой. И надеюсь, осознаёшь, что я постараюсь спасти тебя всеми имеющимися у меня силами.
   "Странно! Почему он так дословно мне всё пересказал? - лихорадочно соображала баронета. - Судя по его намекам, он прекрасно понимает кто я такая. Ну, по крайней мере, почти уверен в этом. Но почему? Я ведь ничем себя пока не выдала. Да и при похищении, корпус Кремона никто ни в чём не заподозрил. А эти их домысли по поводу боларов совершенно не подтверждаемые. Разве что они начнут меня пытать с Покрывалом... Что тогда будет? Кошмар! Вот тогда мне уже точно ничто не поможет! И никто..."
   Кажется, все её размышления отразились в панически мечущихся по комнате зрачках. Поэтому Ваен Герк попытался говорить самым спокойным и доверительным тоном:
   - Не стоит волноваться и переживать раньше времени. О том, что ты из Энормии, знаю только я один, да и то благодаря твоим словам, вырвавшимися во время беспамятства. Именно поэтому я настаиваю на твоём полном молчании в ближайшие дни. По поводу Великого Кзыра тоже можешь не волноваться. Скорей всего он о тебе скоро полностью забудет. Ему ни на что времени не хватает. Ещё вчера в полдень он умчался их столицы, и если раньше он просто рвался домой из-за своей обожаемой наложницы, то теперь его тут ничего не держит, а все хозяйственные и экономические вопросы возложены на мои плечи. Ещё раз акцентирую твоё внимание на моём месте в иерархии Кремниевой Орды. Надеюсь тебе понятны те рычаги власти, которыми я обладаю?
   Быстрый, даже слишком быстрый взмах ресницами и вновь пристальное внимание этих огромных и прекрасных глаз. Ваен в который уже раз за сегодня улыбнулся, кажется эта женщина всё-таки прониклась к нему симпатией и толикой доверия. Остаётся только и дальше вести себя точно так же и тогда можно вполне рассчитывать на взаимные откровения. Но вот имя пленницы первому советнику захотелось узнать немедленно:
   - Следовательно, я постараюсь воспользоваться этими самыми рычагами. Да и почти уверен: сумею. И уже сейчас существует масса вариантов как тебя спрятать. - Ваен приблизил своё лицо, ещё раз проникновенно заглянул в прекрасные глаза лежащей перед ним женщины и тихо спросил: - Но как тебя всё-таки зовут?
   И только через минуту томительного ожидания дождался слово-выдох:
   - Мирта....
   Когда первый советник ушёл, баронета Шиловски долго продумывала создавшуюся ситуацию и усиленно продумывала свои предстоящие действия. Но как она ни фантазировала, как ни мечтала всё равно получалось что вырваться ей из столичного поместья Фаррати будет совершенно немыслимо. Тем более без помощников или союзников. Правда, совсем недавно отсюда сбежали двое предателей. Вернее не предателей, а скорей всего влюблённых друг в друга людей, но ведь они здесь знали каждый камень, и у них непосредственно в руках существовала немалая власть. Ваен Герк поведал, что предавший десятник служил здесь давно и ловко использовал своё служебное положение. Дерзкая наложница тоже имела привилегированное положение любимицы и тоже использовала это со всей выгодой. Насколько известно, сбежавших так ещё не поймали, следовательно они все тщательно и грамотно продумали.
   "А вот у меня нет малейших шансов, - в который раз мысленно сокрушалась Мирта. - Пусть даже мне и сказочно повезло, и второй раз вырвалась из рук костлявой Смерти. Хотя, что ни говори, но в "третьей" жизни теперь придётся очень осторожничать. А может и не придётся? Может мне после такого жуткого похищения опять станет везти? Ведь кто мне сейчас может помочь? При всей надежде на Кремона, стоит тоже осознавать, что поставленная перед отрядом задача - превыше всего. Причём теперь ему придётся больше прятаться и менять так хорошо зарекомендовавшую себя легенду. Ведь он прекрасно осознает, что меня могли не просто похитить, а и допросить под магическим принуждением. И вся миссия легиона может оказаться под угрозой. Значит, мне здесь придётся хвататься за любую эфемерную соломинку ради собственного спасения. Вернее даже не так спасения, как попытки ничего не выболтать лишнего. И оттягивать предварительную дату моего первого допроса как можно дальше. Если конечно получится.... Вот ведь, имя своё всё-таки выболтала.... Странно, неужели он мне так понравился?"
   Именно на этой прозаической мысли баронета Шиловски опять провалилась в оздоравливающий сон.
  

МСТИТЕЛИ В ДЕЙСТВИИ

   Когда при свете восходящих лун добрались в посёлок, Каламин Зейк позвал новичков за собой. Причем сделал пояснения сразу, лишь только они вошли в небольшой дом:
   - Здесь проживает один из самых древних шаманов нашего рода. Именно благодаря этому в данном посёлке проживает только наша родня и нет ни единого предателя. Но вы люди новые и наш Кзыр тоже хочет вас всех обязательно проверить. Слишком многим мы рискуем, пригревая нелояльных чужаков. Так что....
   - Понятно, ваша светлость, - ответил за всех Пастух. - Да и мы ведь дали согласие на любые ваши допросы.
   - Вот и отлично, присаживайтесь, наш старейший шаман вас долго не задержит.
   Действительно, старый и дряхлый колдун вроде как не слишком усердствовал с вопросами. Разве что на Пастуха он потратил половину времени из двухчасового допроса. Беседовал с каждым по отдельности, уводя в другую комнатку и, хоть поглаживал порой Сонное Покрывало, но так и не применил его в деле. Видимо был удовлетворен своими магическими наблюдениями за аурой собеседников. Потом опять собрал всех в прихожей, со старческим кряхтением уселся в кресло и огласил:
   - Что ж, добро пожаловать в наш род Зейк. Может вы и временно вливаетесь в наши ряды, но мы всегда рады искренним союзникам. Сейчас вас проведут на отведённое место жительства, там хозяйки и покормят. Последующие вопросы о вашем применении будет решать молодой командир. До свидания!
   На пороге уже отирался малолетний мальчуган, который споро провёл новеньких на другой конец посёлка, в обветшалый домик с проживающими там двумя вдовами, где их определили на постой. Но ещё по пути Желудь не выдержал и стал выпытывать у своего земляка:
   - Слушай, а чего он тебя так долго держал? Мне показалось, что этот старикашка совсем из ума выжил.
   - Не суди по внешнему виду, - осадил Пастух своего родственника. - Как раз в старости и невероятном опыте это Кзыра и таится немалая сила. И ничто от этой силы не скроется. Надеюсь, ты не попытался ему хоть в чём-то соврать?
   - Да ты что?! - затрясся от обиды Желудь. - Нам теперь только на лжи не хватало опростоволоситься.
   - Ладно, не сердись... А расспрашивал он меня о том, кем я был раньше.
   - И ты всё рассказал?
   - Конечно.
   Ещё некоторое время шли молча, видимо Желудь вспоминал свою малую родину во всех подробностях. Потому что вдруг вскинулся от пришедшей ему на ум мысли:
   - Но ведь они считались очень дорогими и редкими.
   - Кто? - не понял Пастух.
   - Да те самые книги. Неужели их тоже сожгли?
   - Да нет, аккуратно погрузили на телеги и увезли в ту же сторону что и женщин.
   - Вот тот старый Кзыр тоже пожалел... А мне так вообще плакать хочется, когда о них вспомню. Ведь в стане Нагарас они хранились испокон веков! Тогда как эти тупые каратели ни мгновения не задумаются, перед тем как бросить в костёр.
  
   Далеко за полночь молодой глава рода Зейк заскочил к древнему шаману буквально с одним вопросом:
   - Как они?
   - Вполне надёжные ребята, - последовал неспешный ответ.
   - Вот и прекрасно! Спокойной ночи!
   Да не получилось у Каламина сбежать на отдых. Помимо того что он упёрся в пружинистую стену силы, так ещё и окрик сердитый сзади раздался:
   - Стой! Куда так спешишь? У меня ведь ещё новости есть.
   - Слушаю, - командир с фатальным вздохом повернулся к древнему Кзыру. За весь вечер он не присел и даже не успел поужинать. Но жаловаться не стал, да и старик словно сам догадался, перешёл на извиняющийся тон:
   - Даром бы тебя не беспокоил, присядь. Так вот, этот самый Пастух, не просто там становой житель, а служил у общины хранителем древней библиотеки. Причём не потому, что его отец был головой Лавки старейшин, а потому что считался самым грамотным и образованным в стане. Так вот он мне недавно некоторые мысли свои и рассуждения высказал, и я с ним согласился. Оказывается их стан не просто так решили с лица земли стереть, а некие конкретные личности вознамерились под этот шум завладеть всеми старинными книгами. Когда-то они купить пытались, да становая община отказала, утвердив книги общей ценностью. Ну а временщикам из Бурагоса закон не писан, вот они и возвели напраслину на стан о полном неповиновении воле Фаррати. Так что каратели показались не просто так, да и книги слишком уж бережно на телеги складывали.
   Старик примолк, и Каламин сразу вставил вопрос:
   - Ну а мы тут причём?
   - А при том! Слишком эти книги ценные и уникальные, чтобы вот так запросто достались каким-то шакалам. Предлагаю срочно туда отправить разведчиков и пусть всё подробно выяснят.
   - Всё равно собирался послать для выяснении о местонахождении женщин из стана Нагарас. Но завтра.
   - Пошли немедленно. Ко всем у прочему отбив эти книги, мы сможем запросто потом с ними озолотиться. В любом порту или столице мира, мы сможем продать эти раритеты по баснословной цене.
   - Даже так, - задумался Каламин, в котором частенько выбивалась на свет коммерческая жилка. - Конечно, такой шанс обеспечить дальнее переселение всего нашего рода упускать нельзя. Пожалуй, я к тройке самых ушлых разведчиков добавлю пятёрку Махпуна. С его опытом и умением уладить любые тёмные делишки они живо найдут место хранения древней библиотеки.
   - И?
   - Без всяких "и"! Если удастся пусть её конфискуют и тянут сюда. А ещё лучше, прямо к морю, в город Эмран. Наверняка наши орлы уже подремонтировали усадьбу и присматривают нужные корабли.
   - Но ведь пока от них никаких известий, - напомнил старик, - Вдруг там у них что-то не заладилось?
   - Ерунда, - старший отпрыск рода Зейк хоть и кривился в сомнениях, но не желал в них признаваться: - Ты ведь знаешь, как мои братья умеют всё организовать.
   - Знаю - молоды слишком.
   - Может и я молод? - стал сердиться Каламин. - Как раз в таких обстоятельствах и надо мужать и становиться ответственным за свой род. Или я не прав?
   - Увы, прав! Правильно командуешь! - подтвердил старик, и добавил: - А к этому Пастуху присмотрись, очень умный и образованный мужчина. Я его проверил, похоже что он действительно всю библиотека стана Нагарас изучил.
   Уже в дверях Каламин обернулся и спросил:
   - Так пусть садится и пишет что помнит, будем продавать его опусы по той же цене.
   - Ха! Изучить, это не значить запомнить дословно. Да и сама ценность древнего манускрипта не только в содержании.
   - Спасибо, всё понял. Людей отправляю немедленно.
  
   В общем Каламину в эту ночь удалось поспать только три часа. Потому что уже ранним утром он с основным составом своего отряда подался на соседнее плато устраивать засаду. Ведь попавшийся им "волк" при допросе довольно подробно поведал о ближайших планах остальных выкормышей великого Кзыра. Теперь имелись сведения не только о дислокации находящихся в окрестностях десятков волчьей сотни, но и про их методы передвижения и основные маршруты. Именно это и решил использовать Каламин немедленно. И хоть само сражение должно состояться в полдень, но соорудить основные и запасные позиции следовало ещё до восхода Занваля. А для этого имелось всё самое необходимое: десяток наилучших проводников из местных, да отчаянная решимость боевых соратников. Своему командиру верили при любом его решении.
   Не остались без бела и новички. Но у них при намечающемся сражении имелось своё определённое место в строю. По задумке именно интендантам, да ещё паре, тройке воинов надлежало сделать вид простой остановки в месте основной засады и таким образом не оставить проезжающим "волкам" ни единого шанса на спасение. Уж слишком всем понравилась короткая и результативная стычка накануне. Вроде бы и спонтанно всё получилось, а как действенно. Именно в таком плане и решили заманить в засаду очередных любимцев самозваного Фаррати.
   Вот так и получилось, что за долго до обеда четвёрка новобранцев вместе с несколькими новыми товарищами установили маленький походный лагерь на одном из невысоких перевалов и делали вид, что стремятся быстро перекусить и тронуться дальше. Именно это место для засады было обусловлено тем, что вокруг обозников имелась масса подземных ходов и траншей, в которых сейчас в полной темноте притаилось около сорока воинов основного состава. Конечно, это была не вся ударная сила. Ещё тридцать человек оставалось в резерве и располагалось в обширной пещере, чуть выше по склону горы. Но это был именно резерв на случай непредвиденных обстоятельств. Потому что начать преследование именно из пещеры считалось бессмысленным. В случае неудачной атаки волки" уйдут почти без труда. Но всё-таки при затяжном сражении, или на случай неожиданной подмоги спешащей к врагу, кавалерия Каламина могла или отвлечь бой на себя, или одним ударом довершить разгром.
   А вот заманить малиновых оборотней непосредственно в ловушку решили весьма прозаическим образом. По сведениям, два десятка волков должно было собраться в ниже расположенной долине для координации совместных действий. Вернее даже три. Но десяток Касгара уже догнивал, облепленный муравьями, а их наглый командир по всей вероятности находился в столице. Так что собравшаяся двадцатка наверняка обеспокоится отсутствием своих товарищей.
   Так и вышло. Двадцать воинов со своими десятниками съехались в густой роще в самом центре долины. Само собой, что несколько их них отделёнными сознаниями просматривали прилегающие к роще дороги, а остальные принялись совещаться и гадать о причине опоздания третьего десятка. Именно в этот момент со стороны засады и стало спускаться вниз два почти невооружённых всадника. Они ехали почти шагом и казались чрезвычайно увлечёнными проходящей между ними беседой. Наиболее удивительным для этой местности оказалось что они передвигаются на прекрасных, породистых лошадях. Поэтому наблюдатели просто ну никак не могли их пропустить. Причём один из всадников хвастал, что в загоне их стана имеется ещё три подобных скакуна. Ну и всеми возможными силами расписывал возможности и красоту редких животных.
   Само собой, что подслушавший разговор шаман быстро вернулся в своё тело и поднял тревогу. Не вскакивая в седло, все двадцать малиновых оборотней постарались присесть как можно ниже и припрятать с глаз долой своих животных. Да только их подвела "остроглазость" одного из приближающихся всадников. До рощи оставалось метров двести, когда он резко вскинув руку в направлении густых зарослей, закричал:
   - Смотри! Там кто-то есть?
   - Кто! Где? - поднялся его товарищ в стременах.
   - Да вон там, под тем деревом!
   - Вижу, вижу! Но ведь они в малиновой форме!
   - Это "волки"! Спасаемся!
   Они тут же стали разворачивать коней, но и наблюдатель вернулся в собственное тело ещё быстрей. Вскакивая на ноги, он заорал:
   - Они нас заметили! Хотят уйти!
   Вполне естественно, что оба десятника гаркнуло:
   - По коням! Догнать!
   А вполне сноровистые в этом отношении "волки" уже через несколько мгновений, пригнувшись к гривам своих лошадей, со страшными криками и свистом устремились в погоню.
   Считалось, что равным им в верховой езде не было. И догнать, кого угодно считалось на раз плюнуть. Но следовало учитывать, что парочка незнакомых всадников выглядела юными и совершенно лёгкими юношами. Практически у них и оружия не было. Тогда как у каждого волка на облучке седла имелось походное имущество, запасное оружие и боевые латы. Да и остальное оружие по весу тянуло прилично. Именно поэтому расстояние между погоней и подозрительной добычей практически не сокращалось. Кучно скачущая двадцатка пересекла фактически всю половину долины, но результата никакого не наблюдалось. Именно тогда один из десятников дал команды своим людям сбросить всё тяжёлое наземь. Ведь после поимки беглецов не составит труда вернуться и всё подобрать. Это сразу принесло видимые результаты. По дороге поднимающейся к перевалу расстояние до пытающихся уйти стало сокращаться. Хотя на гребне они опять неожиданно ускорились и ушли в отрыв. Облегчённый, и практически без оружия десяток выскочил наверх и увидел типичную картинку привала небольшого обоза. Причём все обозники в явной прострации смотрели вслед промчавшимся мимо них юным всадникам. И опять "волки" попались на своей самоуверенности. Никто из них не остановился, давая знак скачущим сзади. Никто из них не выхватил оставшееся оружие. Никто из шаманов не выставил обязательные в подобном случае щиты. Они только пришпорили свои скакунов, сосредоточив взгляды не спинах беглецов. Ну а в следующий момент вся земля справа и прямо по ходу вспучилась кольями и вскочившими на ноги воинами. Отчётливо раздались удары арбалетных болтов по лёгким кирасам, шлемам и наплечникам. И словно стальной ураган смёл всех малиновых оборотней наземь. Где их тут же в упор добивали тяжелыми копьями. Лошадей старались щадить все, сидящие в засаде, но и этим прекрасным животным досталось, двое пало сразу, после попадания в голову, а ещё одно умерло чуть позже.
   А тем временем сзади показалась на гребне второй десяток. Эти скорей всего хотели просто въехать на перевал и оттуда просто наблюдать за погоней, и поэтому сильно сбавили скорость. Тем самым давая себе небольшую отсрочку в собственной смерти. Опять защёлкали струны арбалетов, зашелестели стрелы, а несколько копий нашли свои цели. Парочка "волков" озверев от вида крови и погибающих товарищей с отчаянными воплями бросилось на воинов засады и им таки удалось нанести урон отряду Каламина. Два молодых бойца пали от берсеркского натиска, но остальные всё-таки ликвидировали прорыв, подняв противника на копья.
   Зато четверо малиновых оборотней, оставшиеся почти без ран успели развернуть коней и, погоняя их со всей мочи, заодно освобождаясь от тяжести, сами мгновенно превратились в беглецов. Но как только начали спуск по дороге, услышали сзади себя, и чуть слева гул. Непроизвольно повернули головы, да так их и оставили искривлёнными, их на совершенно свежих конях атаковало ещё несколько десятков отменно экипированных длинными копьями воинов. В итоге, в долину никто из малиновых выкормышей не прорвался. А весь боевой отряда Каламина Зейка стал спешно собирать трофеи, и заметать следы своего скоротечного боя. Хоть и весьма удобный для засады, но перевал просматривался с соседних гор весьма неплохо, так что скорей всего обязательно кто-нибудь, но что-то да увидит. Вполне естественно, что несколько Кзыров рода Зейк поспешно попадали на травку и тщательно осматривались в окрестностях. Любой свидетель считался нежелательным и подлежал безжалостному захвату. Но сколько молодые шаманы не рассматривали близко лежащую местность, никого заметить не удалось.
   О чём и доложили командиру к моменту команды "В путь!"
   Командир мстителей сдержанно кивнул и стоя на гребне ещё раз просмотрел на колонну растянувшегося с трофеями отряда. Сегодня его воины славно сражались и заслужили продолжительный отдых. Да и после такого кровавого события желательно хоть на несколько дней притаиться. Присмотреться и прислушаться. А там видно будет.
   Главное - что ни одного нежелательного свидетеля засады нет.
   И только когда сам Каламин Зейк покинул перевал и стал спускаться вслед за своим отрядом, но одной из сосен вышли из кажущейся дрёмы два болара. Хотя увидеть и услышать боларов никто бы не смог, они бы сразу засекли постороннего наблюдателя. Но мало кто о таком знал и мог использовать в собственных целях. Но всё-таки, если бы догадались оставить наблюдателя на перевале, и удалось такое сделать, то он бы с удивлением услышал как летающие растения долго и громко спорили между собой и обсуждали всё увиденное ими за последние часы. И только после тщательного облёта всего места сражения, две зелёные сферы рядышком поднялись высоко в небо, некоторое время понаблюдали с высоты, и только потом разделились. Один болар полетел в юго-западном направлении, а второй неспешно подался следом за отрядом Каламина Зейка. Стараясь не терять отчаянных воинов из пределов прямой видимости. А вдруг как опять спешно зароются в землю?
  
  

ПОИСК СОЮЗНИКОВ

   В большом шатре Кремон Невменяемый продолжил тщательный допрос-собеседование с парочкой влюблённых. Его интересовало буквально всё, и такие ценные носители информации попались ему впервые. Ведь трудно выловить далеко в горах столичного жителя, который прекрасно знает не только о каждом шаге Фаррати, но и обо всех его приближённых. Ильдар Кайтуш рассказывал обо всём обстоятельно и со знанием дела. Давая краткие характеристики любого придворного, если требовались подробности: начиная от самого правителя и его первого советника и кончая сотником "волчьей гвардии". Кстати, как только зашла речь про самых ненавистных всеми "шакалов", беглый десятник живо поведал о подсмотренной сценке с захоронением малиновых одежд. При всем желании верить, командир легиона всё-таки послал людей и боларов на указанное место, благо было недалеко и те вскоре действительно подтвердили утверждение Ильдара: где-то совсем рядом действуют мстители, безжалостно уничтожающие малиновых выкормышей Великого Кзыра.
   Такая новость просто не могла не обрадовать. В предстоящем деле, а ещё лучше прямо сейчас, следовало обязательно задействовать хотя бы несколько местных проводников, потому что до сих пор нужные полости в недрах так найдены и не были, а время поджимало. Конечно, внутренние ордынские разборки не шли ни в какое сравнение с глубокой разведкой и саботажем со стороны другого государства. Тут уже любой мститель мог оказаться переполнен патриотических чувств, сразу же возненавидеть жуткого и подлого агрессора и повернуть оружие в его сторону. Местные столкновения могли идти самым кровавым способом, но вот против внешнего врага как правило объединяются даже самые непримиримые группировки. Случаев в истории имелось множество. Сообща они изгоняли любого нарушителя границы, а потом с прежним энтузиазмом продолжали выпускать кишки друг другу.
   Поэтому даже сам поиск такого союзника следовало проводить с особой осторожностью. Но с другой стороны, если узнать, почему и как возникла вражда между местными, любой агрессор может и должен тактически грамотно углубить рознь в рядах своего врага, помочь противоборствующим группировкам обескровить друг друга, а потом под видом истинного друга и союзника сорвать плод великой победы. Опять-таки, не забыв начать с причины выяснения конфликта.
   Как ни странно, ни Алия, ни Ильдар ни о каких мстителях раньше и духом не слышали. Скорей даже наоборот: ещё свежи оказались в их памяти массовые казни недовольных, которых самозваный Фаррати истреблял без суда и следствия. С другой стороны, ведь не мог же он уничтожить и казнить всех своих врагов? Обязательно найдутся недовольные повстанцы, мстители, сепаратисты, да и вообще противники узурпаторского режима. Вполне возможно они по каким-то причинам окопались в этой провинции, да и истребляют особо приближённых к Хафану Рьеду. А кто к нему ближе всего? Правильно, его личная сотня. Ко всему прочему их и ненавидят в народе не меньше, чем самого хозяина. Значит и охота идёт серьёзная.
   Существовал ещё один ответ. Ведь вполне могло оказаться что "шакалов" истребил точно такой же тысячник, каким себя выдает Невменяемый. Эти наглые псы могли повести себя подобным образом и при виде совершенно других прекрасных наложниц. Может они вообще считают всё собственностью только своего "отца"? Тогда могло произойти просто банальное мордобитие, в котором другому собственнику повезло больше и он отбил своих похищаемых красавиц. Само собой разумеется, свидетелей такого дела оставлять нельзя, вот десяток малиновых "шакалов" и порешили в кровавой сече. В данном случае таких союзников искать вообще не стоило. Потому как начнёшь шантажировать или просто намекать на чрезмерную информацию - и самому несладко придётся. Сделает вид что соглашается, а сам нож в спину.
   В общем возникла дилемма.
   Общий совет созвали в новом лагере, когда недавний корпус надзирателей воли превратился в два мобильных отряда карателей. Заняли для поселения небольшой хутор, выгнав оттуда напуганных строителей. Те безропотно собрали свои манатки и пошли строить себе пристанище в другом месте. Не хотелось, конечно, вступать в конфликт и вызывать к себе лишнее недовольство, но уж слишком место расположения хутора получалось стратегически выгодным. Вдобавок несколько вместительных домов и огромных сараев весьма способствовали размещению всего человеческого отряда и его разросшегося в последнее время хозяйства.
   Занваль давно перевалил зенит, и дело близилось к вечеру, а споры всё не умолкали. Дошло до того, что стали склоняться к мысли отбросить мысли о неизвестных мстителях и полностью сосредоточиться на операции собственными силами.
   Вот тут и настал момент всем удивиться невероятному совпадению. Вначале в дом с показным, равнодушным видом прошёл дозорный. Оказавшись в поле действия защитных контуров он максимально оживился и стал взахлёб рассказывать последние новости. Ведь по хутору бродило сразу два чужих отделённых сознания и прилетевший с гор болар не смог прямиком примчаться в здание с командованием. Ему не осталось ничего другого, как передать воинам из внешнего дозора о тех событиях на перевале, свидетелем которых он стал. Ну а потом уже по цепочке эти сведения достигли ушей командования легиона. На этот раз спор пошёл нешуточный. Но теперь решали только о методах первого контакта, а ещё лучше предварительного розыска тех самых мстителей и предварительного за ними наблюдения. Ведь ещё один болар полетел вслед за мстителями и наверняка выведает, где те располагаются.
   По всему описанию боя и метода устройства засады получалось, что неизвестные пока борцы против "шакалов" чувствовали себя в данной местности совершенно как у себя дома. Значит или здесь проживали постоянно, или имели достаточно проводников из местного населения. Что тоже требовало детального прояснения. На данных плато скопилось столько посторонних ордынцев, согнанных на строительство дороги через Шейтаровую балку, что вполне могло оказаться просто опасно более тщательно выяснять все подноготные о мощном отряде воинов. Те в ответ могут предпринять ответные действия и вся маскировка полетит к шейтаровой бабушке. Поэтому самая большая надежда возлагалась на одинокого болара-разведчика, у которого к сожалению с собой не было Маяка и теперь с ним требовался только личный визуальный контакт.
   В связи с этим решением идти на контакт, времени не теряли. Вдобавок, вскоре выяснилось что и Караг проявил похвальную инициативу. Выслушав своего вернувшегося побратима, он тут же отправил его обратно ещё с целым десятком боевых боларов с полным вооружением. Ну а вскоре и взгромоздившиеся на ездовых похасов наездники в количестве пяти человек поспешили в сторону искомого перевала. Тем более что по масштабам имеющихся в отряде карт само место засады оказалось на относительно среднем расстоянии. Невзирая на всеобщую усталость, воины заметно приободрились и гораздо быстрей стали передвигаться. Чего конечно не касалось тех Эль-Митоланов, которые полностью исчерпали запасы своей магической силы. Те сразу же укладывались спать, после обильного приёма пищи. Двадцать боларов во главе со Спином остались охранять новый лагерь на хуторе. Да ещё пяток внутренних дозорных из числа людей. Все остальные подались на поиски союзников. Хотя некоторые всё-таки сомневалось в целесообразности таких поисков.
   Время шло. Обе луны вновь осветили своим колдовским сиянием поверхность земли и ничто, казалось, не нарушало полный покой большого поселка, в котором расположился весь род Каламина Зейка. Да только к тому времени, практически по всему периметру посёлок был оцеплен редкой цепочкой парных дозоров. В каждом таком дозоре один колдун прикрывал бессознательного товарища, а тот в свою очередь самым тщательным образом осматривался и прислушивался в посёлке. Как ни осторожны были его обитатели, но если точно знаешь к чему прислушиваться, всегда можно подслушать нечто самое секретное.
   Особенно среди детей. Вот и сейчас троица ребят примерно восьмилетнего возраста с восторгом обсуждала на сеновале отличительные достоинства доставшихся сегодня в качестве трофеев лошадей. А когда один мальчик спросил, как ещё долго будут охотиться за "волками", другой авторитетно заявил, что Каламину осталось уничтожить только один десяток, который ещё прячется невдалеке, а уж потом весь род двинется к побережью, в город Эмран. Именно там всех будут ждать в порту корабли для дальнего плавания в далёкие и таинственные Южные Княжества.
   Разговор с темы лошадей тут же свернул на морские истории, но вскоре Невменяемый уже знал основную причину мстителей, которой они руководствовались в своей борьбе против выкормышей самозваного правителя. И усиленно размышлял, как привлечь гордых ордынских дворян на свою сторону.
  
  

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

ПЕРВЫЙ СОЮЗНИК?

   Хафан Рьед как отправился на север, в устье реки Черная, так с тех пор и не появлялся в столичном поместье несколько дней. Настолько его заинтересовал Второй и настолько видимо ему захотелось собственноручно прикоснуться к тайне вечной жизни. Первый советник тоже знал о найденных в чреве ещё одного детища Древних устройствах, потому что не поленился прочитать послание Дымного, пока Великий Кзыр занимался подготовкой к важному путешествию.
   Так что гигантским комплексом строений, его службой, да и вообще всей столицей во время отсутствия Фаррати управлял Ваен Герк. В связи с военным положением, хлопот каждый день на его голову обрушивалось преизрядное количество. Но всё равно, лишь только выдавалась у него свободная минутка, как ноги сами несли в маленькую и скромную комнатку, которая в поместье иногда использовалась для своего рода домашнего ареста. Контур из нескольких магических структур защищал комнатку от проникновения как вовнутрь, так и наружу. Охрану тоже отдельную выставлять не имело смысла. Если внутри находился человек без колдовских умений, достаточно было на дверях нескольких запорных устройств, срабатывающих только при наличии специально сделанного брелка. Брелок имели только два человека, сам Ваен и его личный врач, который проводил в назначенное время осмотр, массажи и магическую подпитку срастающихся костей пациентки три раза в день. После того как пленница стала выздоравливать, от услуг придворного врача и его помощников отказались. Да и задумывалось так по причине планируемого затихания интереса к неизвестной женщине. Большое удобство при посещениях этой комнаты объяснялось и размещением караулов: внутренний пост находился совсем недалеко, но с него нельзя было рассмотреть, куда именно отправляется первый советник: в свои апартаменты или в данную комнату. А в случае экстренной нужды в своём руководителе, помощники Ваена использовали удар колокола возле внутреннего поста. И разрешение на вход получали лишь в том случае, когда раздавался ответный удар со стороны кабинета или спальни.
   Всё остальное время возле Мирты сидела юная девушка, которая могла изъясняться со своим покровителем только на языке жестов, потому что была глухонемой от самого рождения. Когда-то давно советник из сострадания подобрал её практически на улице, потому что несчастное дитя осталось сиротой и находилось на грани гибели. В его семье девчушку выходили, и когда год назад встал вопрос о переезде в Куринагол всех детей и обеих жён, дальновидный Ваен не стал переселять их из родного стана, а взял с собой только преданную, обожающего своего покровителя девушку. Да и старшая жена на этом сильно настаивала. Словно чувствовала свою скорую гибель.
   Когда Ваен Герк входил в комнату домашнего ареста, девушка знаками давала информацию о состоянии раненой и тут же тенью выскальзывала в коридор. Если Мирта спала, советник, стараясь её не будить, тихонечко усаживался на стул, собираясь просто немного отдохнуть в полной тишине и скромном уюте. Но баронета почти всегда сразу просыпалась и открыв свои огромные глаза следила за каждым оттенком мимики на лице посетителя. Вначале она ничего и не пыталась сказать, только изредка в знак согласия моргала ресницами. Да при повышенном интересе дергала бровями вверх. Но было видно, что с каждым разом она встречает своего спасителя всё с большей радостью, а на приобретших постепенно свой естественный цвет щеках, всё чаще и чаще стало появляться некое подобие улыбки. Каждый раз она внимательно выслушивала все откровения второго человека в государстве, и казалось, совсем не удивлялась тому факту, что с ней делятся давно наболевшими сомнениями, высказывают довольно смелые идеи по усовершенствованию экономики, а то и вообще просто рассказывают о самых красивых и примечательных местах Кремниевой Орды. Ведь за свою жизнь советнику удалось побывать чуть не на каждом клочке государства, и ему было чем поделиться. Ко времени пятого визита, когда Ваен Герк успел изложить все стоящие на данный момент перед ним проблемы управления, и перечислить все красоты своей Родины, Мирта Шиловски наконец решилась на первый вопрос. Ей хотелось узнать, чем именно в данный момент занимается Фаррати, но вдруг она немного растерялась. Ведь не пристало о государственной, наверняка, тайне спрашивать в лоб. Поэтому она лихорадочно стала подбирать нужные слова, отвлеклась другими мыслями и выбрала вопрос совсем не в тему текущего монолога:
   - А что случилось с твоими женами?
   Как ни тихо прозвучали слова, но советник их расслышал и постарался скрыть собственное удивление за маской скорби:
   - Несчастный случай. Восемь месяцев назад обе жены поехали навестить родителей младшей. В их стане как раз проходило осенний праздник равноденствия. А ночью, когда все спали в большом доме, случился пожар. Жён успели вынести из огня, но ещё раньше они задохнулись в дыму. - Ваен примолк, а после печальной паузы добавил: - Вот так я и стал вдовцом....
   Мирта прошептала второй вопрос:
   - А дети?
   - О! Они у меня молодцы! - сразу оживился от приятных воспоминаний советник. - Старшему уже тридцать один и он командует военными силами в нашей родной провинции. Затем, если рассказывать по возрастному порядку, у меня идёт дочь. Ей двадцать девять, она замужем и только от этого прекрасного брака у меня четыре внука. Следующим сыновьям соответственно по двадцать восемь и двадцать шесть лет. Тоже имеют семьи и занимают высокие для своего возраста административные посты. Потом ещё одна двадцати трёхлетняя дочь, которая вышла замуж за молодого Кзыра, преподавателя Дазынкельского университета. У них пока только одна наследница. Ну и младший сынок, двадцати лет отроду тоже успел обзавестись семьёй и сейчас со всем усердием помогает своему самому старшему брату. Как следствие - внуков у меня целых одиннадцать. Так что семья огромная. Ну и скрывать не стану, своим положением я пользуюсь несколько бессовестно. Помогаю им в продвижении по социальной лестнице и в карьерном росте.
   - Почему не здесь?
   - Хм..., почему? - переспросил Ваен, словно сам задумался над этим фактом. - Сомнения меня терзают. Хоть Хафан давно настаивает на переводе семьи в Куринагол. Слишком всё как-то зыбко и неустойчиво. Да и кем они тут станут? Столица развращает очень быстро, а на периферии они хоть сами будут стараться выжить, оставаясь при этом людьми далёкими от придворной лести. И так им практически всё легко даётся из-за моего положения. Но ведь я не вечен, и если что-то со мной случится, здесь по ним сразу же ударит рикошетом. А на своих теперешних местах они вполне могут пережить любую бурю. Понимаешь о чём я?
   Мирта взмахнула своими ресницами. Внутренне при этом соглашаясь со здравыми рассуждениями первого советника. При таком положении в стране, будь ты самым доверенным человеком самозваного правителя, никто не даст тебе гарантию завтрашнего благополучия. Тем более что жестокость и кровожадность Хафана Рьеда уже давно стала притчей во языцех. Но теперь следовало задать самый важный вопрос:
   - Чем занимается Фаррати сейчас?
   После этого вопроса Ваен задумался надолго. Отвечать полуправдой, общими фразами как-то не хотелось. Но и разглашать совершенно секретные сведения - дело слишком опасное даже в кругу самых близких придворных. Чего уж тут говорить о женщине, которая скорей всего действительно является энормианским шпионом? Суть сомнений крылась не только в личности возлежащей на кровати раненой, но и в самой факте обладания ею этой самой секретной информацией. Сомневаться в Мирте не приходилось: причин предать советника у неё не было. Как и возможностей пока это сделать. Но всё упиралось в то, что при первом же подозрении со стороны Хафана пленницу допросят под магическим воздействием невзирая на самое критические состояние здоровья. И если правильно зададут вопросы, то быстро выяснят про слишком уж обширные познания шпионки в делах государства. До сих пор Ваен делился с Миртой лишь своими личными делами или повествовал о сторонах жизни, совершенно не касающихся безопасности. И если бы у неё все детали вытянули из головы, то всегда можно было отделаться от обвинений, утверждая, что производил предварительную вербовку вражеского агента. Но сейчас следовало сделать выбор. К счастью средств для повышения собственной безопасности хватало. Скорей они имелись с излишком, и выбор был огромен. Поэтому в голову советника пришла мысль, как правильно перестраховаться на непредвиденный случай, и он ответил вопросом на вопрос:
   - Ты ведь знаешь о Титане?
   Мирта тоже задумалась ненадолго. Хоть и опасно много знать, но о сути строящейся дороги для детища Древних наложница тысячника просто от безделья могла услышать. Поэтому она стала согласно опускать ресницы.
   - И о том, что его откопали в устье реки Варша, а теперь тянут к будущему театру военных действий? Ну вот, я так и думал. Наверняка и вам дали одно-единственное задание: не дать Титану долететь до границы? Чего замерла? Это и так понятно по месту дислокации вашего отряда. Правда и Фаррати кое-что заподозрил и послал в тот район отборные, самые преданные ему столичные войска. Те должны прошерстить там всё густой гребёнкой.
   Глаза Мирты от переживаний непроизвольно расширились и она принялась перебирать в голове нереальные варианты о предупреждении ни о чём не ведающих товарищей. И опять видимо о её мыслях советник догадался. Потому что немного виновато признался:
   - Вряд ли удастся их предупредить. Хотя я и сделал всё для этого возможное. А именно: в ворохе основных приказов незаметно подправил один. Теперь он выглядит так: "...Лишь только войска приблизятся к местности тотальных проверок, отправить курьеров во все крупные селения с приказом о повышении бдительности и подготовки к приёму большого количества воинов". Думаю твой командир обязательно перехватит хоть одного такого курьера и спокойно отойдёт в другую провинцию.
   Смысл в таком извращении указаний для властей на местах конечно становился понятен сразу только посвящённому человеку. И при всём желании обвинить первого советника в не сохранении тайны не сможет никто. Но всё равно Мирта продолжала смотреть не моргая. На что Ваен позволил себе очередную улыбку:
   - Принимаю твоё молчание, как благодарность.
   Тогда баронета решила напомнить о самом главном:
   - Фаррати?
   - Ну да, конечно, сейчас расскажу и о нём. Наш Великий Кзыр помчался ко Второму и там сейчас занимается экспериментами по продлению жизни. Причём есть мнения, что вполне успешно. Хотя в его-то годы, да с магическим умением думать о старости... Что? Тебя интересует что такое Второй? Странно, мне показалось, что тебе и об этом известно. Наши придворные в каждом углу на эту тему шепчутся. Не слышу... Шепчешь, что тебе погулять особо некогда? Ты знаешь, и не советую! Они тут словно пауки в банке, друг друга едят чуть ли не ежедневно. Удивляюсь, как это меня до сих пор не сожрали. Ага, ты не хочешь здесь гулять? Ну и правильно.
   Хоть Ваен издевался, чуть ли не с братской любовью, но Мирта не выдержала и с возмущением прохрипела:
   - Второй? - и тут же скривилась от укола боли в груди. Улыбка тут же слетела с лица советника, и он впервые позволил себе прикоснуться к баронете, указательным пальцем дотронулся до её губ:
   - Тш! Лучше помолчи и не нервничай. Я ведь не со зла тебя развеселить пытаюсь. А Второй, это не что иное, как ещё один Титан. Но нашли его в устье реки Чёрная. Причём находится он гораздо в лучшем состоянии и вдобавок ко всему Кзыры, им занимающиеся, вначале тренировались на первом детище Древних. На данный момент Второй тоже лежит под сорокаметровым слоем грунта и камней, но по расчётам может подняться из ямы сам. Мало того, обещают, что он может не просто левитировать над поверхность, но и передвигаться в любом направлении. Сейчас там идёт доводка навыков в управлении. Да попутно пытаются запустить древние устройства по омоложению. По вышесказанным причинам наш Фаррати в основном там и пропадает теперь.
   В который уже раз Мирта не смогла скрыть хлынувших не неё эмоций. Наличие у Кремниевой Орды ещё одного детища Древних повергло её в шок. Тем более что Второй возможно сможет сам добраться куда угодно. Тут с первым железным монстром никто не знает что поделать, а если их два! Да оба ринутся в атаку!
   И только через несколько минут баронета заметила, как Ваен Герк успокаивающе поглаживает ей голое плечико:
   - Сочувствую, - стал кивать он, лишь только баронета сосредоточила на нём свой взгляд. - И понимаю твои переживания, но в данный момент мне в голову не приходит ни единой идеи как помочь твоему Кремону, или как предупредить соседние государства о невероятной для них опасности.
   Мирта Шиловски выдавила из себя очередной хрип-просьбу:
   - Устрой мне побег!
   - Ха! - не сдержался от смеха спаситель, - Красавица, да ты ходить не можешь! Где уж тебе бегать!
   - Доползу..., - но тут же дёрнулась от пронёсшейся по ногам судороги. Восстанавливающиеся мышцы порой неимоверно болезненно перекручивало, и в таком случае следовало их размять. Но вскочивший и побледневший от сопереживания Ваен Герк навис над женщиной с частыми вопросами:
   - Что!? Где болит! Вызвать врача?!
   - Нет..., судорога! Ноги....
   В подобных вопросах советнику вполне хватало собственных знаний и жизненного опыта. Он тут же откинул одеяло с ног и принялся умело массировать ступни и лодыжки. Через полминуты судорога прошла, но Мирта всё равно лежала прикусив губу и осторожно прислушиваясь к своим ощущениям. Кровообращение ног быстро восстанавливалась и вскоре она почувствовала вместо боли блаженную истому, идущую по всему телу снизу. И на какое-то время вообще впала в прострацию. Вышла из неё резко и с бьющим по сознанию чувством стыда, ведь никакой одежды на ней не было. Сознание этого факта заставило её нервно задёргаться и прошептать:
   - Хватит! Спасибо... Большое.
   И вновь над ней склонилось участливое и почему-то странно порозовевшее лицо первого советника:
   - Полегчало? Вот и славно! И вообще тебе очень вредно волноваться и перенапрягаться. Чего уж говорить хотя бы о короткой пробежке. Так что не спорь и не делай такие круглые глаза! На данном этапе тебе самое главное хорошо питаться и быстрее привести себя в надлежащую форму. А про остальное, - он коротко задумался, продолжая непроизвольно поглаживать женское плечико. - Я постараюсь что-нибудь придумать. Да, и к следующему моему приходу постарайся вспомнить о каком-нибудь способе связи с твоими. До скорого!
   И он торопливой походкой вышел их комнаты. Тут же вместо него на другом стуле уселась мышкой юная сиделка, со смешно торчащими в стороны ушками. В который уже раз Мирта с удивлением вспомнила:
   "Почему она всё время молчит? Вот бы её разговорить как этого Ваена. Кстати, а ведь он сейчас мне рассказал такое! Даже не верится. Хм! А массажист из него просто непревзойдённый! И порозовел то как! Не иначе совсем не о политике в тот момент думал..."
   Действительно, ноги после сильных мужских пальцев приятно зудели. Да и не только они. Плечо тоже горело от воспоминаний нежных поглаживаний. Как ни странно, но этот мужчина нравился баронете всё больше и больше. Последняя мысль всё-таки полыхала оттенками подозрительности:
   "Может он меня так умело и коварно гипнотизирует?"
   Потом опять захотелось спать.
  
  

СЕМЬЯ РАСТЁТ

   Под утро Каламин тоже вынужден был проснуться с первыми лучами Занваля. Хотя и просил его не будить пока он сам не встанет. Слишком вымотался за последние дни, а подпитывать себя силами малочисленных в его отряде Кзыров совесть пока не позволяла. Поэтому он сел на кровати и уставился на разводящего ночных караулов с явным укором:
   - Раз не кричишь и не паникуешь, значит, ничего страшного не произошло. Зачем тогда разбудил?
   - Да ты меня лучше накажи или накричи, отводя душу. Но я свои сомнения просто обязан высказать.
   После непроизвольного зевка молодой глава рода Зейк отнял ладошку ото рта и махнул ею:
   - Ладно, рассказывай.
   - К сожалению, ночью мы за дальним периметром не посматривали. Надо было Кзырам отдохнуть, но вот утром они заметили сразу три пары подозрительных всадников на похасах, которые спешно уходили от посёлка. Причём форма на них неопределённая, знаков различия не заметили, но с уверенностью можно утверждать лишь великолепную воинскую выправку и отличное вооружение. Подслушанный разговор поведал об обычном рутинном объезде, который приказал провести якобы слишком рьяно выслуживающийся десятник. Дальше они только и перемывали косточки своему непосредственному начальнику. Вроде бы ничего нет подозрительного, но если они рассчитывали на подсмотр, то говорили самое то, что следовало бы говорить в целях маскировки.
   - И какие выводы?
   - Выводы, командир, делай сам. Но у меня создалось такое впечатление, что они все по единой почти команде снялись со своих постов. А ведь таких наблюдателей быть могло гораздо больше.
   Каламин уже спешно одевался, почёсывая отросшую слишком щетину:
   - Побриться, что ли? И как эта мерзость быстро расти стала! Ладно, оставлю на позже. Да и вообще надо будет у Кзыров нечто магическое выпросить. Если у них есть...
   Разводящий не выдержал:
   - Так что сейчас будем делать?
   - Возьмём ещё нескольких человек и пусть каждый объедет поселок в произвольных направлениях. Надо тщательно осмотреть любые жилые и бытовые помещения на предмет подозрительных вещей, сбруи, оружия и прочей мелочи. Если вдруг сюда и нагрянут нежелательные гости, всё должно выглядеть естественно и без единой зацепки. Понятно? Тогда пошагали!
   Тщательный осмотр не вскрыл фактов расхлябанности или недисциплинированности. Да и спало ещё большинство обитателей посёлка без задних ног. Единственную озабоченность вызывали у Каламина и его советников лошади, поголовье которых в последнее время достигло пятидесяти. Конечно, некая подстраховка имелась: уже давно ближайшие соседи знали, что здесь занимаются коневодством. Но слишком огромной ещё редкостью считались эти благородные животные в Кремниевой Орде, чтобы не бросился в глаза такой огромный табун. Вдобавок если неделю назад здесь насчитывалось всего лишь восемь кобылиц, два коня и шесть жеребят, то такой резкий прирост взрослого поголовья мог показаться жутко подозрительным. Вдобавок ко всему жеребят не прибавилось и не ожидалось в ближайшем будущем. Всё-таки в волчьей сотне большинство кобылиц считалось боевыми, и их старались не выводить из боевого строя слишком часто.
   Немного посовещались возле максимально заполненных конюшен, решили прямо сейчас отправить пастухов с приличным по количеству похасов табуном на горные пастбища. Тогда и в посёлке никто слишком не уделит внимания чрезмерному поголовью ездовых животных, а по поводу лошадей у головы Лавки старейшин и поселкового Кзыра имеются бумаги о купле-продаже. Ещё вчера по этому поводу старейшина рода побеспокоился и применил всё своё магическое умение.
   Любые приказы главы рода выполнялись быстро, и уже через четверть часа табун похасов скрылся в южном направлении и в облаке пыли. Но лишь только Каламин вернулся к собственному дому, как примчался дозорный с околицы. Хоть воином он считался бывалым, но по лёгкому заиканию стало понятно, насколько он взволнован:
   - К-каратели! Два о-отряда. Едут походным строем. Человек шестьдесят. Сколько "змеиных" - рассмотреть не удалось.
   - Ясно. Тревога! Всем занять свои позиции! Вести себя спокойно и корректно, атаковать только в случае моего приказа или моего явного столкновения с применением оружия!
   Мгновенно посёлок словно вскипел, разнёс течением приказов проснувшихся воинов по чердакам и вырытым в земле нишам, а через минуту опять в центре посёлка царила утренняя прохлада и сонный покой. Перед самым большим домом остались Каламин Зейк и старейший Кзыр рода. Уже собравшись заходить в дом, старик обратил внимание на коньки крыш:
   - Смотри, колабы появились.
   Действительно, с пяток летающих растений сидели на гребнях крыш с видом полной прострации и крепкого сна. Видимо прилетели глубокой ночью.
   - Давно их не было, - удивился командир. - Ведь всех в округе выловили!
   - Выходит что не всех, - прокряхтел Кзыр, стараясь своим магическим взором рассмотреть зелёные сферы как можно тщательнее. - И вот это меня больше всего тревожит. Подозрительные эти зеленючки.
   - Да что ты, дедуля? - строгий тон главы рода не соответствовал его доброй улыбке. - Сам ведь раньше поговаривал, что колабы на крыше - к счастью.
   - Хо! Когда это было? Да и никогда раньше они так бесцеремонно здесь, в самом центре не рассаживались.
   - Может устали? Хотят возле людей чем-нибудь поживиться?
   - Такие огромные, мощные и тебя в небо утянут без труда. Да и выглядят слишком матёрыми....
   - Ладно, заходим в дом, будем за гостями вначале через окошко наблюдать. Может они вообще мимо проедут. Ведь сейчас слишком рано как для привала, так и для завтрака, - Войдя в дом, оба подошли к окнам стали посматривать на площадь сквозь занавеску. - А если ещё и подумать, то напрашивается вывод: они или всю ночь шли, или только недавно двинулись в путь после ночного привала. Во втором случае они просто проедут по дороге...
   - Угу, - поддакнул старик. - А вот в первом: они могут здесь задержаться надолго. Из чего следует, что и дело у них здесь какое вдруг окажется. Или вообще: именно здесь конечная цель их путешествия.
   - Ничего, - пробормотал Каламин, сжимая висящий на груди артефакт в виде овального медальона, с помощью которого он мог в любой момент дать сигнал о начале атаки на врага. - У нас здесь сто двадцать человек только воинов. Да и каждый житель способен держать оружие. Одолеем....
   - Может и так. Но вот сколько жертв будет?
   - Ничего, колабы приносят счастье, - упрямо твердил молодой отпрыск дворянского рода.
  
   На площади как раз показались первые всадники. Не нарушая строя, они колонной по трое в ряд въехали на открытое пространство, остановились и спешились. Причём никто из них узду своего похаса товарищам не отдавал. Второй отряд тоже остался в строю, да и их командир стал передвигаться вдоль строя оглядывая амуницию строгим взглядом и брутальными окриками заставляя нерадивых тут же устранять упущения.
   - Едут дальше! - с облегченным вздохом высказал предположение Каламин. И тут же непроизвольно скривился. Командир первого отряда, в форме сотника отделился от своих людей, безошибочно выбрал дом с притаившимся командованием и усиленным магией голосом гаркнул:
   - Подъем! Что за сонное царство! Или все вымерли?
   - Не отцепятся, - с досадой пробормотал старик, - Надо выйти и спросить, чего им надо.
   - Придётся....
   Сотник карателей уже и рот открыл для повторного рыка, когда на крыльце появился зевающий молодчик и древний старикан с классической белой бородой.
   - Чего надо? - не совсем вежливо поинтересовался молодчик и прикрыл рукой непроизвольный зевок.
   - Мы ночевали в неудобном месте и наши похасы не поены. - После этого сотник карателей нахмурил брови и выжидающе уставился на хозяев. Старик отреагировал, не скрывая, что он Кзыр. Тоже усиленным голосом он назвал определённые имена, отдал им соответствующее распоряжение. Из соседних домов тут же высыпало с пару десятков юношей и женщин с вёдрами и уже через минуту с задних дворов стали подносить чистую колодезную воду прямо под морды похасов. Удовлетворённо кивнув, сотник продолжил:
   - И мне надо срочно увидеть и побеседовать с Головой здешней Лавки и главой рода. Где их найти?
   - Ты их видишь перед собой, - приосанился и расправил плечи всё тот же молодчик.
   - Тогда хочу напроситься на кружку чего-нибудь более достойного, чем вода. Заодно и поговорить. Угостите?
   Попытка вынести гостю угощение на улицу считалась неприемлемым и явным нарушением всех писанных и не писаных законов. И у хозяев было только два выхода: вежливо, но твёрдо ответить, что у них ничего кроме воды нет или по существующей традиции пригласить гостя в дом. Ссориться с карателями и наживать среди них врагов Каламин не захотел. Тем более посчитал, что ничего страшного в короткой беседе не случится. Поэтому слегка поклонился и сделал церемонное приглашение:
   - Прошу в дом!
   К его облегчению сотник вошёл сам, без всякого сопровождения. Что тоже настраивало на оптимистический лад, и когда гость выдул половину огромной кружки кисломолочного продукта, который делали из сыворотки, то оба хозяина были настроены довольно благодушно. И расслабленно. Поэтому вначале даже не сообразили о самой сути первого вопроса:
   - Каламин, как идёт охота на "шакалов"?
   Оба хозяина впали в ступор. И только чисто на подсознательном уровне стали предпринимать какие-то действия. Кзыр стал строить вокруг себя и главы рода защитную структуру, а Каламин потянулся к своему медальону. Сотник карателей не спеша отставил кружку в сторону и положил руки на столе. На какое-то мгновение замер, а потом расслабленно улыбнулся, указывая глазами на артефакт начала атаки:
   - Хорошая штучка! Даже у нас в Энормии - это большая редкость. Но суть мне знакома, и как создать вокруг неё изолирующую структуру - тоже. - Заметив, что побелевшие пальцы главы рода уже чуть ли не корёжат медальон, добавил: - Да и не зачем нам с вами вступать в схватку. Наоборот, мы приехали договориться о совместных действиях.
   Следующую минуту никто не произнёс ни слова. Но теперь Каламин безуспешно пытался вскочить на ноги, а старик произвести хоть единственное атакующее действие из своего богатейшего арсенала. Как ни странно, ничего у них не получилось. На месте их удерживала не только редкостная физическая сила, и но нечто наподобие магического купола накрывало хозяев, сковывая создание структур даже внутри себя.
   Наконец сотник опять заговорил:
   - Да вы успокойтесь и подумайте, если бы мы хотели вас уничтожить, то сделали бы это давно. Не правда ли, почтенный?
   Старейшина, не смотря на свой возраст, не мог скрыть свои эмоции. С расширенными от страха и восторга глазами он просматривал созданные вокруг структуры и что-то шептал. Потом шёпот стал громче:
   - Этого не может быть! Мы блокированы полностью! Но таких колдунов не бывает.
   - Ошибаетесь! Как видите, у нас в Энормии есть. Да и вообще, - повысил сотник голос, - Прекращайте вести себя как маленькие дети. Вам нужны надёжные союзники, и нам нужно тоже самое. Именно поэтому мы решили прийти к вам и договориться о сотрудничестве.
   Каламин с недоверием выдавил из себя первые слова
   - Прийти из Энормии? И под видом карателей?
   - Находясь на вашей территории, мы вынуждены носить вашу форму. И выбор обуславливался большей неприкосновенностью. Ну а пришли мы сюда не сегодня, и не вчера. Но конечную нашу задачу могу раскрыть сразу: свержение с трона вашего самозванца. Поэтому любой дворянин, сражающийся с Хафаном Рьедом - наш союзник.
   Поняв бесполезность не сработавшего как надо артефакта, Каламин отпустил его и в хаосе мельтешащих в мозгу мыслей стал волевым усилием наводить должный порядок. Ведь действительно их никто не уничтожал, поселок не атакуют, а ведь будь каратели самые натуральные, здесь бы уже давно кипел бой и пылали строения. Следовательно, надо вести переговоры и задавать самому нужные вопросы. Вот только какой наиболее важный?
   - Сколько вас?
   - В данный момент это не принципиально. Но сразу могу сказать: намного больше, чем вы видите.
   - А чем докажете, что вы из Энормии?
   - Докажем обязательно. Хотя бы своим союзом с драконами, таги и боларами.
   - Среди вас и драконы есть?
   - Сами увидите.
   - Постойте, - заговорил и Кзыр, тоже отбросив свои попытки вырваться магических путём из-под неизвестного колпака. - Начёт боларов! Это не ваши зеленючки на наших крышах расселись?
   - Наши. И скоро вы сами у них сможете пораспрашивать как они вас выследили на перевале, в этом посёлке и вообще по вашим неосторожным словам и действиям.
   Старик сокрушённо покивал:
   - Мы на них обращали такое же внимание, как и на деревья..., - но тут же спохватился: - И давно болары у вас на службе?
   - У нас - давно. А вот у вашего Фаррати - ни одного пока нет. Поэтому можете не бояться провала с этой стороны.
   - И много вы о нас знаете? - нахмурился Каламин.
   - Да как сказать, - в сомнении расставил ладони сотник, словно подсчитывая и припоминая. А потом твёрдо выдал итог: - Всё!
   - Так уж и всё?
   - Не верите? - далее последовал подробный пересказ о недавних атаках на выкормышей Великого Кзыра, подслушанные планы об отходе к морю и о путешествии в Южные княжества. Хозяева от таких знаний поразились ещё больше и, похоже, впали в уныние:
   - Если вы всё знаете....
   - Вот именно поэтому мы и рискнули заявиться к вам сразу и попытаться договориться, - подвёл итоги Невменяемый. - И мы свою силу показали, да и вы на месте остались. А не то, отправь мы вам нечто предварительное - вы бы снялись с места и ищи вас потом по всем ...Южным княжествам.
   Каламин Зейк прищурил глаза:
   - Нам ведь тоже можно спрашивать?
   - Не просто можно, но и нужно. Иначе мы не поймём друг друга.
   - Хорошо. Тогда скажите: а под видом корпуса надзирателей воли вы прятались?
   - Было такое, - погрустнел сотник, - Но после похищения нашего боевого товарища пришлось менять окраску и легенду.
   - Товарища? Насколько нам известно, "волки" похитили наложницу тысячника?
   - Да! Точно! - каменные черты лица сотника остались неизменными, но голос дрогнул от волнения. - Они похитили баронету Мирту Шиловски, мою телохранительницу.
   - Ну, тогда всё понятно, с кем мы сразились, и от кого тогда тот десяток уходил от погони.
   Вот тут уже гостя пропекло по-настоящему. Видимо он на что-то очень сильно надеялся:
   - Вы с ними сражались?
   - Ну да, в одной безымянной седловине они буквально вынеслись к нашему лагерю на полном скаку, - с гордостью поведал Каламин. - Удалось уничтожить девятерых.
   - Мирту вы тоже отбили?!
   - Увы! Их десятник ушёл. Использовал все магические силы своих подчинённых и ушел вместе с пленницей. Это мы уже потом узнали, что он вёз, когда "шакала" допросили.
   - Да..., а я размечтался.
   Сотник словно гремучку опрокинул в глотку остатки напитка из кружки и замер. Теперь инициативу в свои руки взял молодой глава рода:
   - Она вам так близка?
   - Старая боевая подруга. Прикрывала не раз меня в бою собственным телом.
   - Старая?
   - Да нет, она молодая и прекрасная. Даже скорей всего слишком красивая. Потому её этот поддонок и похитил.
   - Сожалеем. Но..., обрисуйте хоть в двух словах суть нашего союза. Ну и какие вы собираетесь совершать действия в ближайшее время?
   Невменяемый опять максимально сосредоточился:
   - Суть наших действий одна, а вот роли у нас мне кажется будут немного разные.
   И он приступил к изложению первоначального плана действий.
  
   Похасы уже давно перепились воды, весь строй уже несколько раз был пройден вторым сотником, все упущения в обмундировании и экипировке были устранены, а из дома всё никто не выходил. Первыми забеспокоились местные жители. Под разными предлогами они стали выходить на улицу, осматриваться по сторонам и все поголовно нет-нет да и бросали взгляды в сторону большого дома. Наконец кто-то догадался послать туда шустрого мальчугана лет десяти. Тот вприпрыжку, словно так и надо добежал до порога и юркнул во входную дверь. Но выскочил обратно на крыльцо ещё быстрей. Пугливо оглядываясь, он отбежал на безопасное расстояние, и только тогда перешёл на спокойный шаг. Скрывшись за углом он наткнулся на поселкового начальника стражи, который резко прошептал:
   - Что там?
   Мальчонка обижено потянул носом и признался:
   - Каламин на меня так гаркнул, что я чуть летать не научился. Ругался, что никого не звал. А потом ещё и добавил: "Тем более - сейчас. Потерпите!"
   Начальник стражи с недоумением почесал свой затылок и пробормотал:
   - Ни о каких таких паролях мы не договаривались... Чем же они там занимаются?
  
   Троица вышла из дома на крыльцо только через четверть часа после этого. Оглядев дисциплинированно замерший строй, Каламин уважительно кивнул:
   - Стоят в полной готовности.
   - А как же, - согласился сотник. - Готовы в любой момент поставить магическую защиту.
   - И хватить вам для этого Эль-Митоланов?
   - Так ведь они все колдуны.
   - Однако... А если бы мои люди всё-таки начали атаковать?
   - Потом сам можешь поинтересоваться о моём приказе в этом случае: "Не оказывая контр действия спешно выйти за околицу".
   - Как же так?
   Кремон Невменяемый посмотрел на свое нового союзника с укором:
   - До сих пор сомневаешься в том, что мы против детей и женщин не воюем?
   - Уже не сомневаюсь. Но ведь и у нас здесь не одни дети собрались.
   - И об этом мы знаем, - улыбнулся фальшивый сотник фальшивых карателей. - Всех подсчитали. Кстати, показывать ты их будешь?
   - Придётся.
   И только Каламин собрался выкрикнуть новый приказ, как сбоку его остановил старейшина:
   - Может не стоит так афишировать? Вдруг кто подсматривает за посёлком?
   - Вы забыли про наших друзей боларов, - и, подняв голову, Кремон спросил: - Спин! Как тут с безопасностью?
   Сидящий над ними болар с пугающей хозяев ясностью отчитался:
   - Всё спокойно, никого постороннего.
   Пауза затянулась. Каламин и старый Кзыр стояли словно парализованные, неестественно вывернув шеи. Пришлось сотнику легонько тронуть главу рода Зейк за локоть:
   - Так будем знакомить воинов?
   Тот сглотнул, выходя из транса, отвел взгляд от крыши у себя над головой, многозначительно хмыкнул, собрался с духом и выкрикнул на всю площадь:
   - Внимание всем! Можете оставлять позиции и выходить на площадь. Будем все знакомиться с нашими новыми союзниками. Смелей, смелей, ребята! Да вот только оружие перед собой держать не надо, некрасиво. Так к гостям не выходят... Ну, кому сказал?! Хоть вниз опустите. Вот, уже лучше...
   И затем, словно оправдываясь, пробормотал только для Невменяемого:
   - Мы-то ведь друг друга с детства знаем, а вы пока ещё чужаки.
   - Неважно. Любые опасения пропадут после первого же боя. Или великого дела....
   Два скопища воинов делали первые шаги навстречу.
  
  

НА ЖИВЦА

   Ночь близилась к своему завершению. На узкой полоске песчаного пляжа яркими пятнами угольных куч краснели двенадцать костров. Они растянулись почти ровной линией вдоль самой кромки воды, с интервалом в двадцать метров, и возле каждого сидело по два воина, занимающиеся нетрудной, но довольно однообразной работой. За спинами каждого из них стояло по нескольку корзин, оттуда доставалась свежая рыба и систематически, каждые пять минут бросалась на угли. Вначале пошипев от испаряющейся воды и влаги, она уже через минуту начинала подгорать. Тогда её переворачивали на другую сторону. Когда рыбина начинала подгорать с другой стороны, её уже не касались. Дождавшись максимального дыма от сгорающего морепродукта, рядом кидали следующую рыбку. Ветер дул с суши, и поэтому смрадный дым тут же уносило в открытое море, иначе странным специалистам по жарке до угольной корочки пришлось бы самим задыхаться от непереносимой вони.
   Хотя и так удовольствия от своей работы они явно не получали. Сидящие у крайнего, слева костра, заметив, что возле них никого нет из десятников, решили тихим говором обсудить происходящее. Тем более что совсем молодой, видимо недавно мобилизованный на службу ордынец, так и пытался всё выпытать у опытного, убелённого сединами ветерана. Не переставая регулярно побрасывать рыбку на раскалённые угли, он с той же регулярностью задавал новые вопросы, и получал на них приглушенные, но весьма обстоятельные ответы. Правда начал молодой с того, что вначале рассказал откуда и как он попал сегодняшним вечером именно в это подразделение, и только потом, задобрив ветерана твердейшей, но чрезвычайно вкусной полоской вяленого мяса, позволил себе поинтересоваться:
   - А чем наша сотня собственно занимается?
   Опытный воин вначале присмотрелся к центру пляжа, потом прислушался к доносящемуся оттуда храпу, и только тогда, с чувством перекатывая во рту кусочек угощения, стал отвечать:
   - Вообще-то судьба каждого воина всегда связана со смертью. Кто раньше, кто позже, но всё равно вечно жить не будешь. Так что рисковать приходится часто. Тем более в такое время.
   - И в чём риск сейчас?
   - У вас там в степях про морских чудовищ знают?
   - Только сказки и легенды. Ну, разве ещё становой Кзыр рассказывал, что порой все-таки некоторые огромные рептилии показываются возле побережья.
   - И не просто показываются, а начинают нещадно вредить рыбакам, уничтожая их баркасы и рыбацкие шхуны.
   - Но ведь на берегу тоже Кзыров хватает, - удивился молодой воин очевидному факту. - Для них с любым чудовищем справиться, что раз плюнуть.
   - Ты так думаешь? - насмешливо хмыкнул ветеран. - Так вот, слушай внимательно. Уже долгие столетия, примерно раз в десять, пятнадцать лет с Западных островов каким-то образом прорывается одно, ещё реже два чудовища. Ты ведь знаешь, что дорога в обе стороны закрыта кипящими водами и стреляющим паром, но иногда и это не отпугивает монстра. В прибрежных водах он старается на сушу не вылезать, но вот рыбакам вредит изрядно. И для борьбы с ними имеется старый испытанный метод. Чуть в глубине берега отыскивается подходящее ущелье и там группируется до полусотни "змеиных". Затем вот таким способом, едким запахом сожженной рыбы выманивается чудовище на сушу, а затем и в то самое ущелье с засадой. Ну и там его уже с окружающих скал единым магическим ударом успокаивают навсегда.
   Повисла пауза, после которой последовал вопрос полный недоверия и зарождающегося ужаса:
   - Так мы здесь что, вроде приманки?
   - Вроде того. Даже горелая рыба служит скорей раздражителем для чудовищ.
   - Но если они сюда выползут?
   - Если бы они ползали, проблем было бы меньше, - ветеран печально вздохнул: - Но они ещё и довольно быстро бегают.
   Похоже, молодой воин стал паниковать:
   - Неужели они такие огромные?
   - Огромней не бывает.
   - Зачем их тогда вообще трогать? Или рыбой дразнить?
   - Войскам Фаррати нужна ежедневное трёхразовое питание, - стал поучать ветеран. - И рыба в рационе - обязательное условие. Следовательно, чудовищ надо уничтожать немедленно, после первых сигналов из рыбацкого посёлка. Ты думаешь, почему там ни одного жителя нет?
   Они вдвоем посмотрели влево, где на расстоянии километра, под остаточным светом лун отчётливо просматривались крайние рыбацкие избы и пристани.
   - Почему? - не удержался новичок от вопроса.
   - Погибло несколько рыбаков и теперь никто из них не выйдет в море, пока Кзыры не покажут тушу морского монстра. А на сегодняшнюю ночь все они подались в горы, чтобы своим запахом не отвлечь на себя объект нашей охоты. Уразумел?
   - А наш запах в самый раз, что ли?
   - Получается, что так, - заметив, что салага сильно нервничает и крутит головой во все стороны, опытный воин решил его ободрить и дать несколько советов:
   - Как ты вообще с похасами управляешься?
   - Отлично! У нас в стане только ими и занимался с детства.
   - Вот, уже лучше. Значит, как только раздастся команда "в седло!", постарайся от меня ни на шаг не отставать и двигаться копыто в копыто. При этом не обращай внимания больше ни на что. Рёв, рычание или визг постарайся вообще не воспринимать своим сознанием. Ну а если увидишь монстра в его натуральную величину, тоже не паникуй. Попробуй представить, что они тебе приснились. Будешь держаться за мной - спокойно доскачем до ущелья и проскочим его насквозь. Дальше уже не наша забота. Но если испугаешься и не справишься с похасом - тогда тебе торба! Обязательно под монстра попадёшь. Ты вот почему только сегодня к нам с тремя товарищами в пополнение попал?
   - Почему? - от волнения молодой ордынец замер, и ему тут же последовало замечание от старшего:
   - Рыбу не забывай подкидывать! - когда регулярность работы возобновилась, признался: - Да потому что наша сотня только такими приманками и занимается. А на прошлой неделе, в полстах километрах южнее, мы одного монстра на берег выманили. Но четыре бойца оказались слишком уж неповоротливыми. Вот их и не досчитались после засады. Сегодня нас подняли с отдыха и марш броском сюда. Так что пополнения мы и не ждали. Тем более и обучать вас некогда было.
   Салага хоть и был напуган, но всё-таки заметил явное несоответствие в рассказе ветерана:
   - Но вы же говорили, что такое случается очень редко?
   - Говорил. Но в последний месяц происходит нечто ужасное и непредсказуемое. По всему побережью нашей сотне уж пришлось уничтожать шесть монстров. Причём уничтожать приходится очень оперативно, Фаррати большое внимание уделяет безопасности побережья. Кстати, ты слышал, что его ставка сейчас находится совсем рядом?
   - Нам даже повезло. Мы вчера видели его самого с несколькими придворными. Правда очень издалека...
   - Вот, поэтому и такая спешка. Да и война эта на носу....
   - Но что правитель делает именно на побережье?
   - Помалкивай! - зашипел ветеран. - И запомни, если хочешь жить долго: никогда и никому не задавай таких глупых вопросов!
   - Понял..., учту, - недавний пастух сник, но просидел молча совсем недолго: - Но что будет, если из воды выйдет сразу два монстра?
   - Ха! Тогда если успеешь сбрасывай всё оружие с себя и латы. И умоляй своего похаса двигаться как можно быстрее.
   - Почему? Ведь чудовища всё равно передвигаются с одной скоростью. Или нет?
   - В том то и дело, что в паре они действуют на удивление организовано, словно имеют коллективный разум. В таком случае в их действиях нет сомнений, нерешительности, и они сразу прут на нас напролом. Десять лет назад как раз был такой случай. Тогда половина сотни полегло.
   - А как же Кзыры? Ловушка сработала?
   - Там всё обошлось, "змеиным" и на второй удар силёнок хватило. В противном случае и от них бы только мокрое место осталось.
   Молодой воин теперь смотрел на море с округлившимися от страха глазами. Но видимо с самого детства его мало лупили за излишнее любопытство:
   - Вдруг на берег сразу три монстра вылезет? Что тогда?
   От такого предположения даже ветеран посерел лицом и чуть не подавился остатками размякшего кусочка мяса:
   - Кхе! Кхе! Ты бы не каркал! Шейтар тебя загрызи! Только троих нам для последнего дня не хватало. Тогда, по моим предположениям, спастись вообще будет невозможно. Вернее возможно, но только в том случае, если мы побежим вон туда, - он кивком головы указал на пустующее рыбацкое селение. - Но тогда вступает основное правило сотни, да и вообще военного времени: не выполнил приказ - казнь. Найдут нас через пару часов и на кол посадят. Так что лучше уж как все, бежать к похасам и мчаться к ущелью.
   От такой перспективы молодой ещё больше сник, и теперь вообще создалось впечатление, что и рыбу ему кидать на угли не хочется. Но чуть покручинившись над своей нелёгкой долей, ордынец вздохнул и опять стал спрашивать:
   - Чего же эти рептилии на такую вонь реагируют? Меня уже самого воротит только от запаха рыбы.
   - Шейтар их знает! - ветеран с раздражением сплюнул на угли. - Я сам уже давно на рыбные блюда смотреть не могу.
   - Лучше бы они не появились... Может, уплыли к своим островам?
   - Ага, как бы не так! Дождёшься от них такого подарка. Ещё ни разу о таком не слышал.
   - Но ведь уже и ночь закончилась почти, а их всё нет.
   - Как только первые лучи из-за наших спин появятся, так и выползет уродище....
   Словно в подтверждение сказанного, вдоль костров пронеслась команда:
   - Встать! Размять ноги!
   - Наконец-то! - опытный воин первым вскочил с попоны и стал подпрыгивать. Хотя и последние рыбины не забывал подхватывать из корзины и подкидывать на кострище. - А то мне показалось, что они всё на свете проспят.
   Четверть часа ничего не происходило. Стало настолько светло, что берег теперь прекрасно просматривался на несколько километров в стороны. Товарищи по оружию теперь могли обмениваться хоть какими-то жестами и ужимками. Где-то в тылах слышалось порыкивание разбуженных похасов. Некоторые пары громко заявили командирам, что рыба у них закончилась. В ответ последовал приказ метнуться к соседям, пусть, мол, поделятся остатками. В итоге первые лучи Занваля осветили море возле песчаного пляжа в тот момент, когда воины перебегали между огромных пятен жара и довольно живо перетаскивали корзинки с последними рыбёшками.
   Но и потом минут десять ничего не происходило страшного. В крайней левой паре молодой воин обрадовано, с некоторым злорадным торжеством, воскликнул:
   - Не явилось ваше чудовище! Утонуло к шейтаровой бабушке!
   Его напарник тоже вздохнул с явным облегчением и согласно кивнул:
   - Ну и ладно! Тем более что и рыба кончилась. Давай, двигаем к центру. А я крикну десятнику....
   Что он хотел крикнуть десятнику, так и осталось неизвестным. Потому что в тот самый момент, метрах в пятидесяти от берега вдруг с фонтаном брызг и оглушительного рёвом взвилась огромная голова на длинной шее. Казалось что от раздавшегося звука все люди впали в транс и только голос старшего Кзыра вывел всех их оцепенения:
   - К седло! К ущелью!
   Видимо только шаманам с их магической силой удалось противостоять гипнотической волне страшного рёва. И воины, превозмогая боль в затекающих ногах побежали к похасам. Но краем глаза, совершенно непроизвольно продолжали следить за двинувшимся на берег монстром. И в тот же момент второй рёв потряс утренний воздух. Многие после него попадали на песок, в том числе и крайняя левая пара. Похоже что именно на них пришлась ударная волна звука. Ветеран поднялся первым, подхватил своего молодого напарника за воротник и одним рывком вздёрнул на ноги. У обоих из ушей текла кровь, но слово "похасы!", недавний пастух расслышал чётко. А дальше старался не выпускать из поля зрения спину тяжело бегущего старшего товарища. К своим похасам они добежали самыми последними, когда грунт под их ногами стал слегка сотрясаться. Уже распластавшись в седле и срывая похаса с места, молодой воин всё-таки позволил себе оглянуться и сразу же об этом пожалел. Кошмарные чудовища, более чем двадцати метров высотой, как раз ступили своими лапами на подёрнутые пеплом угли и на этот раз завизжали от боли. Видимо даже многие литры воды, стекающие по бугристым телам, не смогли загасить жар кострищ и ступни морских гигантов таки пострадали. Но последующие шаги всё равно показались огромными.
   Больше оглядываться молодой воин не посмел. Спина его словно скукожилась, с каждой секундой ожидая оказаться на осклизлых зубах морского монстра. А глаза ориентировались только на круп впереди скачущего похаса.
   Старый ветеран вел своё животное впритык к огромным валунам, рваным гранитным обломкам и похоже именно это сейчас и спасало отставшую пару воинов. Монстры видимо наступали на остро торчащие скалы и при этом реагировали на боль в повреждённых ещё ранее жаром ступнях оглушительным рёвом. Но именно это шараханье последней пары всадников и заставляло чудовищ тоже немного вилять, а не мчаться напрямик за основной массой людей. Благодаря этому вся сотня благополучно и без скученности успела проскочить самое узкое место у входа в ущелье и вытянувшейся цепочкой продолжить движение насквозь, по прекрасно подготовленной, но весьма узкой дороге.
   Старый ветеран с молодым воином успели тоже. Хотя в самом узком месте им и померещилась огромная тень, опускающаяся им на головы. Только в самом ущелье они решились поднять головы и глянуть вверх. Увиденное зрелище настраивало на оптимистический лад. Похоже, что здесь собрали Кзыров не только со всей окружающей местности, но и со ставки Фаррати. Только подумав об этом, воины сразу заметили и его. Правитель, в окружении "змеиных", стоял на самом высоком утёсе, рядом с каким-то блестящим устройством.
   Дальше скалы закрыли обзор и дорога стала втягиваться в совсем уж узкую щель. И только поддавшись какому-то страшному и непреодолимому желанию увидеть финальное сражение с монстрами, молодой воин остановил своего похаса и даже умудрился развернуться на сузившейся тропе. И он не пожалел о своем самовольстве. Зрелище того стоило.
   Сотни змеящихся молний потянулись с гребней ущелья, и сошлись не безобразной голове первого чудовища. Даже не исторгнув единого звука, оно умерло в тот же момент, и со страшным сотрясением повалилось на грунт. Гигантские тело ещё по инерции стремилось вперёд, поэтому шипастый гребень замер всего лишь в пяти метрах от парализованного любопытством наблюдателя.
   Совсем по-иному повел себя второй морской зверь. Он вдруг окутался мерцающей сеткой явно магического происхождения и с неожиданным для такой туши проворством подался к ближайшему краю ущелья. Словно вся сила умершего собрата перешла к нему. Такое предположение складывалось оттого, что повторная гирлянда молний фактически не достигла своей цели. Только окружающая монстра сеть окрасилась в зелёный цвет, пошла сполохами и замерцала интенсивнее. Чудовище уже стало поднимать передние лапы, намереваясь смахнуть с уступа подавшихся назад Кзыров, когда из того места, где находился Фаррати вырвался огненный луч и стал буквально резать заревевшего монстра на куски. И на это зрелище стоило посмотреть любому смертному в этом мире. Стокилограммовые куски плоти отлетали дымясь и плавясь словно простой воск для свечей. Потом луч перерезал шею до половины и рёв сменился шумом хлещущей речной волны. Следующий удар огненной смерти превратил метровые глаза в кипящую лаву. И только потом вторая туша морского монстра рухнула рядом с первой.
   Сражение сразу с двумя агрессивными созданиями, закончилась ярко выраженной победой, и победа эта далась без единой жертвы со стороны людей.
   Но это было далеко не последнее сражение в береговой полосе, граничащей с опасным океаном. Кремниевая Орда с тех пор встала перед угрозой массового нашествия со стороны невиданной гигантской живности Западных островов. Но продолжала с прежней интенсивностью готовиться к войне на своих восточных границах.
  

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

ПРЕВЕНТИВНЫЕ МЕРЫ

   Тот момент, когда Мирта первый раз встала на ноги и при поддержке Ваена Герка почти самостоятельно прошлась по комнате, с удивительной точностью совпал по времени с неожиданным любопытством главного придворного врача. Тот встретил первого советника в одном из многочисленных двориков дворцового лабиринта, перекинулся ничего не значащими фразами приветствий и только потом, походя, бросил вопрос:
   - Да, а как там та наложница? Ну, тот подарок от десятника "волков"?
   Ваен Герк нахмурился, словно припоминая, а только потом скривился:
   - Эта страшилка? Без понятия. Спрошу у своего дока. А как дела у Светланы?
   Он вспомнил про старую, пожалуй, самую старшую из всех наложниц Фаррати неспроста. Та в последние дни сильно приболела, и придворный врач всеми своими силами и умениями пытался остановить разрастающуюся внутреннюю опухоль. Светлана была в большом фаворе у Хасана Рьеда ещё в те времена, когда он только перебрался в столицу. Так что вряд ли он будет доволен её плохим состоянием. И вопрос для отвлечения внимания от Мирты лучше и не придумаешь.
   - Увы, мне кажется, бедняжка не выкарабкается, - сразу погрустнел придворный врач.
   Оставалось его только одновременно утешить и припугнуть:
   - Ничего не поделаешь, все мы смертны. Да и Хасан к ней давно охладел. Но если он разъярится, то я постараюсь тебя защитить.
   На том и разошлись по своим делам. Но Ваену сильно не понравилось праздное любопытство по поводу прогрессивно выздоравливающей Мирты. Всё бы ничего, да главный придворный врач уже давненько прослыл довольно подленькой личностью, который копал под любого человека, который был приближён хоть немного к Фаррати. Не гнушался он и банальными кляузами, наушничеством, но хуже всего, что частенько он и напраслину при этом возводил. В том числе и на первого советника. И вполне естественно, что этот самый советник по роду своей деятельности узнавал об этом одним из первых. И уже давно был недоволен сложившейся ситуацией. Хоть его на этот пост затянули помимо собственной воли, глава рода Герк оказался по своей сути не только сильным воином, талантливым командиром, прекрасным хозяйственником или уникальным политиком. Но и своего рода умелым тактиком в делах придворных интриг. Используя для этого все свои врождённые и развитые за полную приключений жизнь умения, дар предвидения и отлично используемую интуицию. Не обладая ни единой толикой магии, он с завидной уверенностью мог вести любой разговор с любым Кзыром. При этом он настолько умело скрывал ауру своих естественных чувств, что догадаться о лжи или правде никто не мог. Мало того, хорошо развитым воображением и самовнушением он натренировался менять свою ауру так, как ему заблагорассудится. Поэтому сейчас был уверен на все сто: придворный врач, хоть и слыл опасным и опытным шаманом, его ни в чём не заподозрил. Равнодушие по поводу пленницы выглядело глубоким, а сочувствие и поддержка - весьма искренними.
   Да только такой уверенности явно не хватало.
   Ваен Герк всегда в своих действиях и планах старался предвидеть наперёд действия любого человека. При этом он всегда руководствовался наихудшими предположениями по поводу лояльности к себе. Пытаясь при этом провести в жизнь превентивные меры для собственной безопасности. В последние дни такие охранные меры он почему-то принимал и в отношении баронеты Шиловски.
   Вот и сейчас он поспешил в свой кабинет и ещё раз перечитал стопку приказов, депеш и распоряжений, которые ему несколько раз в день доставляли из ставки Фаррати, находящейся в данный момент в устье реки Чёрная. Быстро выудил нужную бумагу. Тщательно в неё вчитался, выделяя для себя основополагающую фразу: " ...обеспечить войска, выдвигающиеся в район Шейтаровой балки наилучшим врачебным сопровождением. В дальнейшем..." То, что в дальнейшем всё это отборное войско так и пойдёт следом за Титаном в сторону границы и с ходу вступит на перепаханную взрывами землю соседних государств, его не волновало. Важней считалась возможность убрать из дворцового комплекса много знающего человека. Слово "наилучшими", для этого подходило больше всего. И правитель никогда не сможет укорить своего первого советника в излишнем служебном рвении.
   Чтобы не проявил неожиданную строптивость или ненужную подозрительность придворный врач, тоже имелись соображения. Достаточно будет шепнуть этому почётному медику, "змеиному" с восьмидесятилетним стажем и довольно уважаемому среди интриганов человеку, что, дескать, Фаррати спрашивает, как там себя чувствует его "добрейшая и заботливая" Светлана. И в виде искренней дружеской помощи посоветовать уехать хотя бы на недельку "по делам" в Шейтаровую балку вместе с отборными армейскими частями. Тогда смерть старой фаворитки отразится лишь на второстепенных заместителях. Скорей всего опытный Кзыр купится на такое предложение, и с благодарностью помчится хоть на край света.
   Но и это ещё не всё. Следовало сделать так, чтобы он с того края света так и не вернулся. Причём гарантия невозвращения должна как можно быстрей пересечься с дланью сурового рока. А для этого тоже имелись некоторые наработки.
   Ваен Герк немного покопался в своей огромной, собранной лично, но в большинстве доставшейся в наследство от предшественников картотеке, и, безошибочно выдернув нужный лист бумаги из толстой папки, освежил в своей памяти сведения о событиях десятилетней давности. Тогда придворный врач имел неосторожность посодействовать смерти двух мальчиков, которые сильно забелели. Может быть мальчиков и так никто спасти бы не смог, но вот отец своих единственных сыновей подумал совершенно иначе. И самой кровной, родовой клятвой поклялся изничтожить неумелого лекаря. Да только в первые дни свалившегося на него горя, по пьяни проболтался своему другу о данной клятве, такому самому сотнику, как и он. Друг протрезвел, да и написал донос с предупреждением о возможной неприятности. Донос прочитал тогдашний первый советник, и недолго думая отправил пребывающего в трауре сотника подальше от столицы, а его двуликого друга, любителя доносов, на восточную границу. Решив таким образом развести огонь и солому на непреодолимые расстояния. Ваен, со своей уникальной памятью этот листочек запомнил, и теперь решил воспользоваться. Тот самый сотник теперь уже служил тысячником и как раз находился совсем недалеко от столицы. Тут же ему ушёл приказ, в котором в частности говорилось:
   "...После выдвижения вашей тысячи в район Шейтаровой балки, взять на себя самое плотное обеспечение и охрану контингента врачей и всего передвижного госпиталя..."
   Кто знал, что такое родовая клятва военного дворянина Орды, тот сразу понимал, что придворному врачу долго не жить. Будь он хоть Кзыром с тремя жизнями и пятью магическими силами, опечаленный отец найдёт способы свести счёты с виновником смерти его единственных сыновей.
   Затем ещё целый час Ваен Герк занимался государственными делами и отвечал в пространном отчёте для Фаррати о проделанной работе, текущих делах и назревающих проблемах. Хотя тут же предлагал и варианты решения этих проблем. В итоге самозваному правителю оставалось лишь выбрать наиболее оптимальный вариант и выставить его в очередном приказе как плод собственных раздумий. Скорей всего Хафан Рьед потому и сбросил на плечи своего друга юности все хозяйственные заботы о государстве, что сам он не просто мучился при их решении, но вообще органически не переваривал. Тогда как командовать доблестными войсками, вести их к всемирному завоеванию ему казалось проще простого и вполне соответствовало представлению о собственных талантах и возможностях.
   Как раз на данную тему хвастовства и переоценки человеческих возможностей, первый советник некоторое время думал в своём кабинете, саркастически при этом улыбаясь. Затем, ещё раз сконцентрировался на своих обязанностях, припоминая, все ли важные дела он закончил. Удовлетворённо кивнув своим мыслям, он поспешно, чуть ли не бегом прошёл в принадлежащую ему спальню и быстро сменил свои официальные одежды на более скромные, домашние. Но тоже со вкусом и в тон подобранные. Словно барышня, покрутившись перед зеркалом, плеснул на шею пару капелек благовоний, и только затем, с томительным чувством ожидания чего-то прекрасного, поспешил к скучающей в комнате домашнего ареста пленнице.

РАЗГУЛ СОВПАДЕНИЙ

   Бездействовать опытнейшим воинам во все времена считалось вредным для здоровья. Конечно, большинство Эль-Митоланов с головой ушли в заботы по обустройству легиона на новом месте. Указанные местными союзниками пещеры, не всегда соответствовали для дислокации драконов, да и проходы в них пришлось кое-где основательно расширить. Но полтора десятка засидевшихся от безделья ветеранов, не занятых на рытье тоннелей, так и рвались в бой.
   Как раз к тому времени зелёные разведчики окончательно прояснили обстановку в данной провинции. Прежде ровная дорога для Титана сразу же после Бурагоса поворачивала строго на юго-восток. Из чего следовало, что самый первый и опаснейший удар самозванец попытается нанести именно на стыке границ с Баронством Радуги и Ледонии. В то же самое время в самом Бурагосе скопилось неимоверное количество запасаемого для армии продовольствия. Что ясно указывало на предполагаемую загрузку и экипировку как самого железного монстра, так и приданой к нему армии. Следовательно, сорвать хоть эти планы требовалось любым способом. Поэтому тотчас сотник с десятниками стали планировать и готовить операцию по сожжению армейских складов в Бурагосе.
   Тогда как постоянное общение между командиром легиона и командиром мстителей велось непрерывно. Фактически они и не отходили друг от друга первые дни после знакомства. Настолько важными и нужными оказались высказываемые сведения. Хотя изначально, в первое утро, они обсудили и пришли к единому мнению по принципиально важному вопросу, А именно: агрессию Орды на соседние государства надо остановить немедленно. И для этого все средства хороши: вплоть до уничтожения Титана.
   После выяснения основополагающих идеологических, политических платформ обоих отрядов, настало время обеда. Вот тут уже поселковые повара показали все свои способности и умения, столы буквально ломились от блюд и закусок. Но, как ни странно, впервые в своей жизни Кремон не ощутил всегда еле сдерживаемый в узде аппетит. При этом не испытывал малейшей вялости или недомогания. Просто внутри тела поселилось ощущение вибрации и зуда. Прямо за столом он решил себя бегло осмотреть, почему-то с содроганием припомнив не так давно жившую в нём почти "разумную" опухоль. На этот раз ничего инородного в теле к облегчению не оказалось, но вот густота крови порядком удивила. Немного подумав, Невменяемый рассудил, что пока ничего страшного не происходит и пожалел только об отсутствии рядом профессора Тулича. Уж тот бы сразу взял пробу крови на анализ и разобрался бы со всякими странностями. Увы, барон так и продолжал работать в районе Гиблых Топей, хотя его участие в рейде легиона весьма пригодилось бы.
   Затем перешли к второстепенным вопросам, которые следовало решать немедленно. Например, Кремон рассказал, как у них оказался, и продемонстрировал Лик Занваля. И теперь у Каламина, по поводу розыска описаний действия артефакта, тоже изрядно голова болела. В ответ, глава рода Зейк вдруг ни с того, ни с сего стал навязчиво делиться с енормианцем своими планами по реформации законодательства Кремниевой Орды в период после свержения самозваного правителя. Приходилось и эти темы обсуждать со всей серьёзностью и последовательностью.
   Попутно общим советом всё-таки решили избавить посёлок от трофейных коней. Как ни дорого они стоили, и как воины не мечтали иметь их в своём распоряжении, опытным заместителям Невменяемого удалось убедить в невероятной опасности такой скаредности. Достаточно будет хоть одному малиновому оборотню опознать редкостное верховое животное из своей сотни, как посёлок за несколько часов будет окружён многократно превышающими силами шаманов и карателей. И тогда уже никакие подделанные документы не помогут легализировать явную ложь о покупке лошадей в других местах. Конечно, тот десяток с небольшим, который и раньше начали содержать в посёлке - оставили, но все остальные кони в спешном порядке были отправлены в сторону побережья. Как оказалось и там у рода имелись солидные лесные угодья, среди которых вполне уверенно можно было спрятать табун средней величины.
   Точно по той же причине, вместе с табуном из посёлка удалили и беглого десятника с его любимой. Распрекрасную наложницу Фаррати слишком уж рьяно разыскивали, да и красавец Ильдар Кайтуш бросался в глаза своей красотой и сложенной фигурой. Хоть Алия Ланд и жутко боялась в первый день, но парочку влюблённых спрятали обратно чуть ли не в ту же самую пещеру, но теперь уже вместе с десятком драконов, которые постепенно передислоцировались как можно ближе к точке предстоящей диверсии против детища Древних.
   Всё остальное время командиры уделили разработке предстоящих планов совместных действий. И для этого учитывали все сведения и не гнушались самой, казалось бы, второстепенной информацией.
   Тщательно выслушав рассказ четверки очевидцев про кровавые испытания жерл Титана в долине Сломанной Подковы, Невменяемый ещё больше проникся осознанием невероятной опасности, которое исходило от детища Древних. Тем более что поступили немного противоречивые данные от разведки, в которых говорилось, что тучи порабощённых боларов вытянули Титан из Копейного ущелья и форсированными переходами теперь приближаются к Шейтаровой балке. Хотя все явно видели: выемка пород из предстоящего прохода была далека от своего завершения. Но отправить двух боларов в сторону Баронства Радуги, Кремон все-таки рискнул. Связники сами решат, как конкретно выйти на командование в тех территориях и как донести сообщение куда надо. Но предупредить следовало немедленно: и о невероятной мощи железного монстра, и об усилившейся активности в его продвижении.
   Заодно и подразделение Спина срочно усилили всеми учёными-экспериментаторами, которые имелись в наличии. В том числе и тагами. Но задачу поставили только одну: срочно довести методы воздействия на диких боларов до необходимой эффективности. Теперь раздражённый и вечно сумнящийся лидер боларов спал лишь урывками и питался на ходу. А трубу с неприятными для него звуками просто возненавидел и грозился после окончания всей операции лично, собственными корнями превратить в кусочек утрамбованной меди
   Кстати с тремя смертниками, сумевшими избежать гибели под взрывами, командир решил поговорить повторно, как только выдался свободный час. Причем выспрашивал их о жизни и порядках очень подробно. Хотя при первом разговоре его интересовало только внешний вид и все детали связанные с Титаном. Во второй раз он перешёл на опрос биографий мужчин. И начал с Воина. Потому что тот отвечал наиболее всего лаконично и по существу. С ним всё оказалось ясно, довольно банально и вскоре Воин уселся на лавке в дальнем углу, рядом со ждущим своей очереди Пастухом. Затем Невменяемый переключился на Вора. И тут они с Каламином весьма заинтересовались одним фактом, как же воры всё-таки умудряются работать в Куринаголе по своёму ремеслу. Да не просто подчищать мелкую наличность у простых работяг в бедных кварталах, но ещё и забираться в хранилища людей богатых и обеспеченных. Ведь если есть что прятать, то всегда найдутся средства, чтобы магическими силами оградить своё добро от криминальных посягательств.
   На это Вор со всей откровенностью поделился массой секретов своего ремесла, и многие секреты показались довольно уникальными. В связи с чем, решили использовать и такой подход к общему делу. Предложили Вору под прикрытием трёх самых ушлых Эль-Митоланов пробраться спешно в Куринагол и там организовать похищение не просто серебра и злата, а нужных манускриптов и древних трактатов. Особенно тез, которые принадлежали главнокомандующему Кремниевой Орды.
   Вор выразил своё недоумение:
   - Зачем они вам?
   - Сейчас поясню, - Кремон не хотел распространяться лишний раз про похищенное у Фаррати оружие, но обстоятельства того требовали. - Но вначале мне скажи, как подобные раритеты охраняются?
   - Да почти никак. Потому что потом продать их будет почти невозможно. Значит и никакого риска не стоят. Разве что попутно где-то рядом будет сокровищница. Тогда придется попотеть.
   - Понятно. Тогда ещё лучше. Потому что меня интересуют те книги, где можно почерпнуть хоть какую-то информацию про Лик Занваля.
   Сидящий рядом Каламин заёрзал на месте, приоткрыл рот, пытаясь сформулировать свои сомнения. Ведь он послал своих людей совсем недавно в Бурагос, чтобы они разыскали древние книги, реквизированные карателями в стане Нагарас. Только новому союзнику об этом пока рассказать не успел.
   "Какой нашим союзникам толк от тех книжек? Он наверняка не для военных. Там ведь просто старинные рукописи... Только тем и ценные, что многовековые по возрасту"
   Но только он успел такое подумать, как из дальнего угла отозвался Пастух:
   - Господин сотник! - для большей конспирации и укоренения привычек в этом плане, все в поселке обращались к Невменяемому именно так, - А зачем вам подобная информация?
   - Да потому что в Кремниевой Орде есть такое оружие и мне бы хотелось понять его суть и принцип действия.
   - Ну, тогда вам ко мне. В моей библиотеке имелась такая книга, и я практически дословно помню всё, что там сказано о Лике Занваля.
   Оба командира ошарашено переглянулись между собой. Они настроены неизвестно на какие жертвы, расходы ради таких сведений, а тут прямо возле них сидит человек, который готов поделиться безвозмездно, даром. Оба нервно сглотнули, но Каламин заговорил первым, и как ни странно извиняющимся шёпотом:
   - Я знал об этой библиотеке, но даже и предположить не мог, что там такие кроются тайны.
   - Ладно, чего уж там, - задышал более учащённо Кремон и обратился к бывшему хранителю библиотеки: - Садись сюда. Давай, уважаемый, расскажи всё, что помнишь.
   - Постараюсь, - пообещал Пастух, усаживаясь за стол и потирая виски. - Я ведь словно чувствовал, что пригодится со временем и перечитал эту страничку несколько раз, пытаясь понять странно звучащие пояснения.
   - Ну! Не томи! - не выдержал Каламин Зейк.
   Стоило ли упоминать, с каким вниманием смотрел в рот Пастуха командир легиона.
   - Так вот, вначале о сути воздействия. Там говорилось: "...сие устройство нарушает стабильную систему гравитации между двумя статичными объектами. Например: близко расположенными горами. Для этого устройство определённое время заряжает объекты разными по полюсности зарядами, а потом даёт адресную искру между ними, которая включает процесс изменения векторов планетарного притяжения. В результате чего объекты просто падают друг на друга..."
   В воцарившемся молчании рассказчик ждал реакции со стороны представителя Энормии. Потому что именно тот выглядел как самое заинтересованное лиц, а мысли у него в голове передвигались, словно льдины при ледоходе: с хорошо слышимым скрежетом. Но прокрутив несколько раз высказанный вслух отрывок, и сопоставив со своим видением процесса, Кремон согласно кивнул:
   - Похоже! Давай дальше!
   - Потом шло о методе: "...левый объект заряжается полем розового цвета, правый - светло-бежевого. Устройство считается готовым к подаче искры, когда объекты в определённом магическом зрении скачком сменили свои цвета на красный и тёмно-коричневый..."
   - Тоже понятно! Но вот как управлять устройством?
   - "...с помощью попеременного нажатия одновременно тремя пальцами на любые три луча, разделённые двумя другими, неиспользуемыми лучами..."
   - Стоп! Ещё раз повтори?
   Пришлось Пастуху повторить несколько раз, прежде чем перед мысленным взором Кремона вырисовались системы управления. Шестнадцать лучей артефакта оказывается, можно было задействовать довольно просто. Причём количество комбинаций при нажатии равнялось даже по первой прикидке не меньшим, чем число шестнадцать. А ведь, сколько до этого не пытался нажимать и пробовать - ничего не получалось. Но кто мог догадаться, что давить надо так замысловато? Одновременно тремя пальцами? Да ещё и с пропуском лучей между ними?
   Но оказывается, бывший хранитель ещё не всё сказал:
   - Там указывалась, что устройство работает только под лучами Занваля. Ага! Ещё: смену цветности, да и сами поля будет видеть только тот, кто управляет артефактом. И что это весьма негативно скажется на его здоровье. Потом следует долго восстанавливаться.
   Подобные оговорки случались и при использовании других, порой даже наипростейших артефактов. Таким образом накладывался дополнительный запрет на использование подобными штучками людей не познавшими тайны мироздания. Мало того, что только Эль-Митолан рассмотрит странные поля, так ещё и даже ему будет при этом ой как нехорошо. Становилось понятно и редкое по временному интервалу срабатывание устройства. Ведь для создания полей требуемых для столкновения двух огромных объектов понадобится просто колоссальное количество магической энергии. Оставалось только удивляться, откуда она берётся и предполагать, что тут скорей всего используются совершенно неизученные силы самой планеты.
   Переварив всё это, Невменяемый потребовал остальных деталей:
   - Что там ещё было?
   - Вроде бы ничего. По крайней мере - важного. Иначе бы я запомнил, - Пастух помолчал и обратился к Каламину: - В крайнем случае, можно будет опять заглянуть в ту самую книгу. Если конечно твоим людям удастся отыскать библиотеку.
   - Теперь они просто обязаны это сделать! - Кремон уже вскочил на ноги и теперь намеревался сбежать для предстоящих проб и попыток задействовать Лик Занваля. - Такую книгу иметь в лагере просто жизненно необходимо. Так что можешь и моих людей взять в помощь. При этом обязательно давай учтём библиотеку в планах о пожаре. Не хватало только ей сгореть по случайности. Кстати, вспомнил, мне ведь надо объехать пещеры. Каламин, поехали со мной?
   Естественно, что молодой глава рода Зейк ни за что бы не отказался понаблюдать за таким уникальным событием: проверкой на работоспособность самого страшного, по легендам, оружия. Поэтому он тут же вскочил, и с благодарностью поспешил за новым союзником. Приговаривая на ходу:
   - Конечно! Если сам пещеры не осмотришь, никто за тебя это не сделает....
  
   Вскоре оба командира, в сопровождении парочки самых опытных Эль-Митоланов, и пятёрки боларов, несущих в своих корнях двух таги, умчались из посёлка в горы. Для испытаний выбрали довольно большую полянку среди скальных нагромождений и с трепетом приступили к испытаниям. Действительно, единовременное касание тремя пальцами, сразу подействовало на устройство. Правда пришлось опытным путём найти тот самый ракурс и магические составляющие, при которых направленный луч становился виден работающему колдуну. Остальные при этом так и оставались простыми статистами, потому что как ни старались, ничего у них увидеть не получалось. Но большого значения это не имело. После четверти часа проб и ошибок из Лика наконец-то вырвалось наружу сразу два луча одновременно. Причем, как и указывалось: левый розового, а правый светло-бежевого цвета. Лучи расходились острым углом, примерно около пятнадцати градусов и любой участок грунта, на который они попадали, через минуту тоже начинал подсвечиваться тем же самым цветом.
   Далее перешли к практике. Установили на холмиках два камня с человеческую голову, на расстоянии десяти метров друг от друга. Кремон отошёл на дистанцию, при которой оба луча сошлись именно на камнях, и принялся терпеливо ждать. Чуть более четверти часа понадобилось мерцающим полям, для того чтобы резко сменить свои цвета на насыщенный красный и на темно-, даже скорей черновато-коричневый цвет. На поиск так называемого "спуска" ушёл ещё целый час, пока опытным путём не определили два момента. Луч будет продолжать воздействовать на предметы непрерывно, если при "запуске" лучей тут же нажать на них повторно. Ну и самое главное: что ту самую пресловутую "адресную искру" даёт аналогичное нажатие шестью пальцами, но уже совершенно других лучей.
   В момент полёта искры оба камня с некоторой ленцой сорвались с мест и с последующим ускорением ударились друг о друга. То есть получалось, что они и в самом деле просто "упали" на место соприкосновения между собой. А что бывает с камнем, упавшим с пятиметровой высоты? Пусть и на другой камень? Да ничего! Только звук удара, да несколько обкрошившихся осколков. Но энтузиазм союзников от такого зрелища поднялся до небес. Каламин вдобавок прокомментировал:
   - Будь на том месте голова самозванца, ему было бы очень больно.
   Вдохновленные первой удачей, тут же выбрали два порядочных обломка скалы, по три метра каждый в диаметре, которые находились на противоположных сторонах поляны и решили испытать оружие на них. Теперь уже скрупулёзно замеряли и расстояние и время. Тем более что для сосредоточения лучей именно на этих внушительных объектах Кремону пришлось забраться чуть ли не на верхушку соседней горы. Иначе предметы не попадАли в развал луча. Да оно вроде, как и понятно было: чем большие объекты используются, тем дальше от них следует находиться.
   На этот раз до изменения цвета пришлось ждать добрых полтора часа. Но когда искры пронеслись между обломками, те устремились друг на друга с невероятной лёгкостью и с непривычным для глаза горизонтальным ускорением. А когда столкнулись, то грохот и треск разнёсся далеко по окрестностям. Словно при разломе горы. Один обломок при ударе даже раскололся, извергнув из своих внутренностей фонтанчик пыли и мелкого щебня.
   При кажущихся успехах в познании Лика Занваля и его явно видимой эффективности, Кремон прямо на полянке и высказал свои сомнения:
   - Однако, получается что для смены заряда двух гор понадобится просто уйма времени. Мы можем просто физически не успеть зарядить склоны Шейтаровой балки к моменту прохождения между ними Титана.
   Благо, что проводить сложные расчеты с массами и расстояниями было кому. Почти до самого заката все участвующие при испытаниях ползали по поляне, измеряли и взвешивали. Для полноты данных, Невменяемый провел ещё два небольших столкновения. Споры и высказывания мнений велись резко, с чрезмерным напряжением голосовых связок и в другом случае пришлось бы опасаться нежелательных "визитёров", Но сидящие в стратегически правильных местах болары вели себя спокойно и невозмутимо.
   Подсчёты продолжили до полуночи. Когда поселок крепко спал, все так и сидели за одним столом, засыпанным ворохом бумаги. Наконец один из таги, свёл все полученные, перепроверенные данные воедино, и подвёл итоги расчётов:
   - Во-первых: для того чтобы лучи сошлись на склонах Шейтаровой балки, придётся установить Лик Занваля на расстоянии почти в десять километров. Это примерно вот здесь.
   Карандаш уперся на карте возле излучины реки в одинокий и покатый холм. Кремон присмотрелся и заметил:
   - Как раз на этом месте мы планировали создать второй рубеж атаки, чтобы при удачных обстоятельствах затопить Титан в реке.
   - Да, это совсем рядом, если судить по карте. Во-вторых: для нарушения гравитации таких масс породы понадобится не менее четырёх дней.
   - Отлично! - обрадовался Каламин вместе со всеми, - Ведь раньше, чем за шесть дней проход готов не будет.
   - Может и так, - тут же осадил всеобщую радость докладчик. - Но мы не знаем, с какой интенсивностью работает прибор в случае пасмурной погоды. Вдруг насыщаемость поля при этом падает, а то и вообще сводится к нулю?
   - Что ты предлагаешь?
   - Установить Лик Занваля на должной позиции уже этим утром. Как мы проверили экспериментально, сквозь препятствия растительного происхождения лучи проникают без возмущений. Значит сразу же, после установки, включения и замаскировать надлежащим образом.
   - А вдруг там кого-то потянет просто погулять?
   - Выставим соответствующие магические пугала. К тому же могут всегда поблизости нести дежурство несколько боевых боларов.
   - С искрой как быть?
   - Со всем спокойствием пройдёшь туда пешочком и с безопасного расстояния полюбуешься на гибель Титана. При необходимости, и при отсутствии смертельного риска легион нанесёт последний добивающий удар и улетит в горы.
   - Но что будет с мерцающим полем, если оно сменит свой цвет слишком рано? Допустим за два дня до начала атаки?
   - Это мы тоже опробовали. Помнишь, ты сам говорил, маленькие камешки в ожидании искры вели себя статично, но вот почва вокруг них постепенно тоже начинала заполняться мерцающим полем первоначального цвета. Уверен, дождись мы определенного времени, и почва тоже скачком изменила бы свой цвет.
   - Ну если так...
   Но всё равно ещё целый час спорили, выдвигали встречные предположения и перепроверяли расчёты. Но потом всё-таки поняли, что ночью никому уснуть не удастся. Тем более что путь предстоял неблизкий: предстояло обойти всю Шейтаровую балку по правому флангу, и успеть ранним утром совершить нужные манипуляции с ликом Занваля не привлекая к себе ничьего постороннего внимания. Хоть холм и не представлял собой стратегического значения, но мало ли кто заинтересуется бесцельно бродящей по пологому склону фигуркой.
   Стали проводить частичный подъём личного состава и тут выяснилось, что в посёлке практически никто не спит. Остальные в этот день тоже трудились не покладая рук, ног, корней, крыльев и головы. Теперь все крылатые воины легиона находились в пещерах. А с ними и два личных телохранителя Невменяемого, которые не могли сменить свою личину. Вдобавок, на раннее утро сотник назначил выход диверсионного отряда, который при заготовленной с вечера экипировке намеревался отправиться в Бурагос и заняться поиском библиотеки, диверсиями и поджогами складов. Тут же решили совместить обе группы и вскоре Кремон Невменяемый выехал из посёлка во главе внушительного отряда в сорок всадников. Больше половины в нём насчитывалось местных, которые хорошо знали центральный город провинции, а десяток энормиан, как раз специализировалось на подрывной и диверсионной деятельности в тылу врага. С ними в столицу провинции отправилось и три болара с полным боевым комплектом к имеющимся у них литанрам. Так что армейское командование Бурагоса вряд ли спокойно заснёт в следующие ночи.
   Сам же командир легиона, после установки страшного военного артефакта, его запуска и тщательной маскировки намеревался с одним десятком вернуться в посёлок ближе к полудню. И посвятить изучению собственного организма хотя бы несколько часов. Потому что неоправданный ничем зуд во внутренностях постепенно усиливался. Жаль только не всегда получается, как задумано. Хотя больше всего опасений у Кремона вызывал сам лик Занваля. А вдруг как не сработает? А вдруг чего не учли? Или не так рассчитали?
   Но инженеры-теоретики оказались правы. Да и лишний раз подтвердили, что лучших счетоводов, чем таги, на планете наверняка не отыщется. Расчётная точка оказалась в нужном месте. Лучи интенсивно выплеснулись из артефакта и расширяющимися раструбами упёрлись в две массивные горы, непосредственно нависающих над пробиваемой дорогой. Затем не составило особого труда лучи зафиксировать в надлежащем положении, а после этого и тщательно замаскировать нишу с устройством. Мало того, когда Кремон отошел на порядочное расстояние, и оглянулся, подстраивая зрение к нужному ракурсу, то с удовлетворением понял, что сможет наблюдать за процессом насыщения мерцающих полей с любой точки пространства. Лишь бы горы при этом находились в поле его прямой видимости. Но вот тут и застигла его неожиданная новость.
   Уже усаживаясь в седло, он услышал восклицание одного из воинов:
   - Болар! С юга! Вроде тоже наш.
   Два болара сопровождало Невменяемого во время установки оружия на склоне холма, но сейчас они разлетелись далеко в стороны, пытаясь просматривать как можно большее пространство. Тогда как со стороны примерного расположения посёлка на всей скорости спешил ещё один. И действительно, это оказался разведчик из того подразделения Карага, которое наблюдало за самыми дальними подступами к общему лагерю союзников.
   Лишь только он приблизился к всадникам, как сразу начал докладывать:
   - Командир, большие неприятности. Практически по всем дорогам и тропам в сторону Шейтаровой балки двигаются войска и каратели. На данный момент в посёлке полный комплект мужчин и верховых животных, поэтому ваше возвращение может показаться странным для тех, кто временно остановится в посёлке. Каламин Зейк настоятельно рекомендует тебе пока не возвращаться, а ещё лучше догнать диверсионный отряд, двигающийся в Бурагос и присоединиться к нему. Как только разберутся в сути создавшейся шумихи, мы тебе доставим весточку, или устроим переговоры условными сигналами с помощью Маяков.
   Кремон думал совсем недолго:
   - Принято! Ребята, догоняем наших боевиков!
   И одиннадцать всадников поскакало в сторону Бурагоса. Следом за ними и чуть по сторонам летело два болара, которые со своими уникальными способностями и нечеловеческой сообразительностью могли пригодиться даже в большом городе. Тем более что у одного из них и Маяк имелся, а значит, связь с легионом будет почти постоянная. Пусть даже количество и качество смысловой нагрузки при этом оставляло желать лучшего.
  
  

ПОДГОТОВКА К ПРОБУЖДЕНИЮ

   Не прошло и пяти минут после гибели морских чудовищ, как над их трупами стали загораться сияющие магические светляки. Но и они оказались почти ненужными, когда светило приподнялось чуть выше скалистой кромки. Вскоре всё ущелье оказалось освещено заглянувшими вовнутрь лучами Занваля. При ярком свете неугомонное метание правителя выглядело ничем иным, как безрассудной тратой магической силы. Скорей всего Хафан Рьед без зазрения совести её просто требовал у своих подчинённых Кзыров. Может именно от обилия этой силы в собственном теле постоянных излишков, он так интенсивно и метался между огромных гор плоти. Используя левитацию, он собственными глазами осмотрел, а кое-где и тщательно ощупал руками каждый интересный кусок с бугристой кожей, огромные пасти и страшные, чуть ли не в человеческий рост, зубы. Трофеи правителя явно вдохновили. По всему получалось, что он еле сдерживает переполняющую его радость одержаной победы. В отличном настроении он даже собственноручно наградил ту пару воинов, которые грамотно прикрывали отход в ущелье всей ловчей сотни.
   Но как всегда нашлись причины, портящие праздничное настроение. Именно в тот момент, когда Хафан Рьед вручил паре новоиспечённых десятников по кошельку наградного золота, он заметил спешащего к нему Кзыра Дымного и с тяжёлым предчувствием вздохнул:
   - Разве дадут хоть немножечко расслабиться...
   Стоящие перед ним навытяжку воины, непонимающе переглянулись, так и держа кошели в протянутых руках. Пришлось правителю поспешно добавить:
   - Это я не вам. Да и вообще можете идти в свою сотню и отправляться в двухнедельный отпуск. Заслужили повидаться с родными.
   - Благодарствуем, Фаррати! - ветеран, вместе с молодым коллегой, наклонился и в таком виде они оба пропятились с десяток метров. И только когда на них перестали обращать внимания, поспешным шагом устремились к внутреннему выходу из ущелья. Молодой воин при этом не удержался, и всё-таки заглянул в кошель:
   - Ух, ты! Да мы теперь богачи!
   Его старший товарищ, воровато оглянулся назад и ускорил шаг:
   - Мне до сих пор не верится, что живы остались. А уж получить такие отличия и награду, никогда в жизни не мечтал.
   - А я мечтал...
   - Ха! Потому и падал на песок, что старался дать время остальным сбежать?
   - Да нет...
   - Вот и я до сих пор понять не могу, почему это наше паническое бегство приняли за тактическую уловку? Хотя сверху совсем другое видение.
   Молодой воин упрятал тем временем кошель глубже во внутренние карманы куртки и признался:
   - Честно говоря, хорошо, что меня ночью тошнило от этого запаха, и я ничего не ел. Был момент, когда от страха мой желудок сжался до размера маленького орешка. Сейчас бы от меня воняло... Да и вообще, хочу сказать тебе огромное спасибо. Если бы ты меня на ноги не вздёрнул...
   - Ладно, молодец, что за мной держался. Потому и спасся. Но теперь слушай меня внимательно и дальше. Сотнику начинаем доклад со слов: Фаррати приказал немедленно отправляться в двухнедельный отпуск...
   - А как же отметить повышение в чине? И вообще...
   - Всей сотне пообещаем выставить праздничный ужин с полной упойкой. Но! Сразу же в первый день после возвращения! Понял?
   - Дома дела ждут?
   - Да нет у меня дома! Только далёкие родственники в Бурагосе. Но смыться с побережья хоть на какое-то время не помешает. Отпуск, плюс время в пути. Здесь мне кажется, скоро такие дела твориться начнут, что в следующий раз нам может и не повести. Не удивлюсь, если на сушу через недельку сразу три таких монстра выйдет. Если не больше.... А тебе хочется с ними встречаться?
   - Готов отдать все награды, лишь бы с ними никогда не видеться.
   - О! Соображаешь! Вот и я о том же. Так что бежим отсюда скорей и как можно дальше. Даже в военное время отпуск данный правителем никто не сумеет прервать. Всё, помалкивай да качай головой. Сотнику я сам начну докладывать...
  
   Первый наставник Хафана Рьеда, тем временем действительно умудрился испортить настроение своему венценосному ученику:
   - К сожалению подтверждаются наши самые худшие опасения. Эти монстры действительно разумны.
   Великий Кзыр сразу нахмурился:
   - Нашли что-то конкретное?
   - Конкретней не бывает. Под мышками и вокруг шеи у них размещались некие перевязи с мешками из кожи, под цвет их тела, с не всегда понятными для нас предметами.
   - У обоих? - , начал спрашивать Хафан и тут же сам себя перебил: - Чего тут спрашивать, показывай!
   Учёный быстро повел правителя вокруг бугристых гор плоти и вскоре они оказались перед весьма удобным скалистым возвышением, на котором и были разложены отысканные у монстров трофеи. Перевязи действительно издалека легко принимались за складки естественной кожи, но при ближайшем рассмотрении оказались свёрнутыми в трубу и сшитыми по верхнему краю полосками. Нити тоже оказались окрашены в телесный цвет и поддавались лишь остро отточенному ножу. Те же самые нити делили перевязи поперёк на множество отделений, или карманов, из которых сейчас помощники Дымного и пытались извлечь мелкие, разнообразные предметы.
   Сразу бросались в глаза немыслимые по размерам, величиной в кулак, алмазы. Причем если несколько являлись чисто природного, нетронутого вида, то более половины алмазов оказались огранёнными и отшлифованными. Вдобавок ко всему эти невероятные по крепости творения природы были аккуратно распилены пополам или на четверти, затем обрамлены белым золотом и вновь составлены в непонятном сочетании. Получалось нечто в виде овалов, тетраэдров или неправильных параллелепипедов. Таких конструкций оказалось девять штук. Размер их колебался от пяти, до пятнадцати сантиметров.
   Помимо этого в карманах нашли несколько совсем уж непонятных предметов из лёгкого металла и три диковинных кинжала, которые для человека вполне могли сойти за огромные мечи. Только вот рукоять там крепилась к лезвию не линейно, а строго перпендикулярно. Последнему факту объяснение нашлось быстро. Достаточно оказалось приложить найденное оружие к шестипалой лапе чудовища. Все совершенно одинаковые пальцы могли взяться за поперечную рукоять и получалось вполне удобный стилет в виде кастета. Для чудовищ - словно маленький ножик, и скорей всего именно в таком значении они это оружие и применяли.
   А вот с разгадкой алмазных конструкций ничего путного никому из Кзыров в голову не приходило. Только Дымный посоветовал:
   - Надо будет их вначале обследовать в нашей лаборатории.
   - В нашей походной? - уточнил Фаррати.
   - Вряд ли это даст результат. Лучше это сделать в лаборатории пятого трюма.
   - Но ведь и там все устройства без энергии. Будем включать?
   Дымный отрицательно замахал руками:
   - Ещё чего! Три дня нас не спасут. Если не доведём полную зачистку до конца, опять можем получить неполноценное детище с сожжёнными цепями.
   - Но и морские чудовища становятся, в свете своей разумности, чрезвычайно опасны. Вдруг они совсем не случайно вышли именно в этом месте побережья?
   - А если и так? Что они тебе сделают? С этим переносным арбалетом огненных лучей ты единолично разгонишь любое стадо этих монстров. И как только Второй наполнится энергией от разбуженного сердца, то вообще пропадёт смысл волноваться о чём угодно.
   Фаррати тоже отрешённо крутил в руках одну из трофейных алмазных поделок, с усердием давил на камни пальцами, но нить разговора не упускал:
   - Жаль что подобный арбалет у нас только один. Только с парочкой таких игрушек можно выиграть любую войну.
   - Вряд ли. Не забывай, что в Ледонии имеется неисчислимое множество оружия в виде трубок. А посылаемые ими заряды так же страшны как и огненные лучи. Против них даже Титану придётся наступать весьма осторожно, уничтожая противника ещё на дальних подступах к себе.
   - М-да! До сих пор не верится, что моим разведчикам не удалось достать хотя бы единственный экземпляр того древнего оружия.
   Дымному и тут пришлось напомнить своему воспитаннику очевидные промахи в создании агентурной сети на территории противника:
   - Потому как вернулись только единицы из нескольких сотен. Хорошо, что хоть сам факт наличия такого оружия у колабов и их возможных союзников нам известен.
   Но Хафан Рьед вдруг неожиданно припомнил ещё кое-что и стал закипать от давней злобы:
   - Конечно, наша агентура оказалась неспособна ни на что! А всё потому, что забрасывалась в спешке, на неподготовленные места. И виной тому предыдущий урод, сидевший на троне. Унести с собой в могилу имена, явки и пароли всех резидентов! Да только за это его следовало убить сто тысяч раз отличными способами.
   От раздражённого, визгливого голоса многие подчинённые сникли, стараясь казаться ниже и незаметнее. И только самый авторитетный учёный подавил в себе вздох сожаления. Если бы его ученик пять лет назад не поторопился уничтожить своего предшественника со всем его близким окружением, то данные об агентуре перешли бы в их руки и сейчас обстановка в соседних государствах не являлась бы особой тайной. Но он не стал напоминать об очевидных промахах и неоправданной вспыльчивости самозваного Фаррати, а вернул разговор в прежнее русло:
   - Как бы там ни было, но теперь нам придётся что-то думать с этими Западными островами. Вдруг монстры вопрутся сюда мстить за своих товарищей?
   - Пусть только попробуют!
   - Конечно, нам не страшно. Но некоторые планы и действия надо наметить сию минуту.
   Великий Кзыр с раздражением отбросил одно, и схватил другую конструкцию из драгоценных камней:
   - Что ты предлагаешь?
   - Мне кажется удивительным такое количество чудовищ в последнее время. Ведь раньше их масса преград сдерживала на западе и сюда они прорывались через Горячее море скорей всего чисто случайно. А значит, полоса кипящего пара где-то оказалась прервана и желательно бы нам это место разыскать.
   - Зачем?
   - Вдруг как удастся опять подправить? Хотя бы тем же выстрелом из жерла Второго. Ведь и его после пробуждения надо хорошенько испытать, а морские чудовища для этого подходят идеально.
   - О! Вот это - здорово! - оживился Фаррати. - Действительно дельная и правильная мысль. К тому же оставлять у себя в тылу эту мерзость, нам совсем не с руки. Пока мы будем громить врага на востоке, эти осклизлые чудовища мне тут такого наворочают.
   - Хм! Но ведь мы ещё не знаем, как ведёр себя детище Древних над водной поверхностью.
   - Как?! Ты ведь сам предполагал такую возможность!
   - Вот именно: предполагал. А вот когда удостоверимся в этом окончательно. Тогда и сделаем зачистку нашего побережья.
   - Само собой! - Хафан поднял непонятную конструкцию вверх, и она засияла в лучах Занваля: - Да этой вещице просто цены нет.
   - Похоже...
   - Значит, действуем по предложенному тобой плану. Немедленно отправляем несколько военных кораблей пройтись вдоль линии стреляющего пара. Чуть позже и сами нагрянем на острова. Наведём там порядок и соберём побольше вот таких украшений. Ну а потом...
   Дымный не смог на этот раз сдержать свою досаду:
   - Зачем нам эти Западные острова? Я ведь только говорил о наших водах!
   Но правитель Орды уже загорелся новой идеей:
   - Нельзя оставлять угрозу у себя за спиной. Сам ведь меня учил.
   - Да какая тут угроза? - не понимал учёный. - Ловчая сотня всегда сама справлялась, вон какие лихие там подобрались воины. А нам только время даром тратить.
   - Почему даром? - Хафан алчно оскалился и подбросил алмазы на ладони, - Скорей всего наша карательная акция окупится Кремниевой Орде сторицей. И не забывай: потом придётся создавать единую мировую денежную систему. И во все времена бриллианты считались лучшими гарантами, чем золото.
   Старому учёному были чужды понятия человеколюбия, сострадания и жалости. Его всегда тянуло только к познанию нового в мире тайн материи, магического и механического совершенства. Но тут и он вдруг ясно осознал, что из его ученика никогда не выйдет великий правитель даже небольшой империи. Слишком уж он мелочен, жаден и тщеславен. Затем и другая очевидная мысль закралась:
   "Может, не стоило на этого оболтуса делать ставки? Детища Древних и так бы нашлись, но зато с прежним Фаррати они бы послужили совсем иным целям. Скорей всего и я бы не остался в стороне. Тогда как теперь этот зазнайка и меня вскоре слушать перестанет. К чему это всё приведёт? Да и слишком он рьяно вознамерился жить вечно..."
   Словно услышав мысли своего наставника, Великий Кзыр спешно распорядился доставить все находки в трюм Второго, сам подхватил Дымного под локоток, повёл к лошадям, на ходу выспрашивая:
   - А что если мы в устройство омоложения попробуем уже сегодня добавить именно нашей энергии? Вдруг, то ложе, которое в прозрачном саркофаге всё-таки заработает?
   - Попробовать, конечно, можно...
  
  
   Долина, в которой покоилась туша Второго, находилась всего в пяти километрах вглубь побережья. Сейчас она напоминала рассерженный муравейник, где вместо насекомых копошились фигурки людей и похасов. По предположениям Дымного данное детище Древних могло и само подняться прямо из-под земной толщи, но потом, после одной из истерик Фаррати, всё-таки согласился начать работы по выемке грунта. Теперь по сторонам долины постепенно поднимались искусственные валы, состоящие из вынутого грунта. Выбирать его оказалось довольно легко: песок, глина, да мелкий гравий. Но всё равно шесть тысяч человек, разделённые на три смены трудились не покладая рук вот уже четвёртые сутки. И при виде развороченной долины, учёный в который уже раз пожалел о растраченных понапрасну силах.
   Через всю долину вела постоянно обновляемая и никем не занятая дорога. Именно по ней правитель с ближайшим окружением проехал к самому тоннелю, ведущему под землю. Практически за время работ от прежнего тоннеля ничего уже не осталось, он напоминал скорей глубокую яму, по одной из сторон которой проложили прочные деревянные ступени. Зато теперь центральный люк стального монстра оказался очищен вместе с приличным по площади участком корпуса, покрытого толстой резиной. И на этом участке располагалось пятеро "волков" из личной сотни Фаррати. Попасть вовнутрь Второго могли только те, на кого указывал Кзыр Дымный или сам правитель. Выйти наружу считалось ещё более проблематичным.
   Поэтому помощники ученого как правило спешили отчитаться о проделанной работе сразу по прибытии того на борт. Конечно, если находилось что-то новенькое и интересное. На этот раз первые лица государства отсутствовали всего несколько часов, но и за это время в этом средоточии невероятных устройств немыслимой древности отыскалось нечто оригинальное. О чём и поспешил доложить один из сияющих гордостью "змеиных", как только правитель и Дымный появились в главной рубке управления:
   - Девятой группе удалось окончательно расшифровать инструкции по использованию структуры десяти колец. Вот здесь все окончательные выводы.
   Дымный сразу же впился глазами в разложенные на столе листки бумаги. Тогда как Хафан Рьед, заглядывая через плечо своего первого наставника, поинтересовался причиной такой радости:
   - Что за структура?
   - Да ты её видел не раз, - не отрывая взгляда от бумаги, стал рассказывать учёный. - Это та самая конструкция из десяти витых колец в рост человека, что у нас под ногами через один уровень. Помнишь?
   - А..., ну да, видел. И что с ней?
   - Мы давно подозревали, что эти вытянутые в трубу кольца служат для некоторой защиты всего детища..., - опытный исследователь дочитал до самого главного и не сдержал своих эмоций: - Ха! Вот, вот оно! Так и есть! - затем пальцем, чуть не дырявя листки, стал тыкать в строчки текста: - При задействовании этой десятиколечной структуры, вокруг всего наружного корпуса Второго создастся полутораметровый кокон их резонансно-силового поля. А это значит, что даже подобные заряды, которые изрыгают наши жерла, не смогут повредить даже резиновое покрытие. Да и не только это! Можно смело убирать всех этих копателей наверху. Как только поле обернёт корпус детища Древних, оно без всякого труда и единой царапины само взлетит вверх.
   Фаррати чуть не подпрыгнул от предвкушающего возбуждения:
   - Так запускай! И взлетаем!
   - Э-э! Не так всё сразу, - проявил Дымный присущую ему рассудительность. - Для этого надо разбудить так называемое сердце детища Древних. Без его энергии мы ничего не сделаем.
   - Да помню я, помню, - скривился правитель, - О тех трёх днях тотальной зачистки окисей и прочего. Но..., - нельзя ли это ускорить?
   - Стараемся всеми силами. - Учёный повернулся к своему помощнику: - Сколько вчера прибыло наших с Титана?
   - Восемь человек, шеф. Все сразу же распределены по своим группам и приступили к работе.
   Хафан, слышащий о таком впервые, стал возмущаться:
   - Не понял! Ты что, снимаешь команду с первого детища?
   - Не снимаю, а замещаю. Нам сейчас катастрофически не хватает специалистом именно здесь. Именно поэтому я ещё две недели назад прикрепил к каждому титановцу по два "змеиных" для учёбы. Причем, самых толковых. Как только эта пара перенимает все знания своего наставника, сам наставник с подобными освободившимися коллегами спешит сюда. Поэтому смена экипажа проходит естественно и безболезненно. Причём старшие групп остаются на месте и продолжают вести обучение. Там же остались все канониры, которые уже научились проводить стрельбы. Зато теперь мы и для Второго, за ближайшую неделю полностью укомплектуем не только команду, но и тот штат исследователей, которые занимаются новыми устройствами. Да и процесс очистки теперь идёт с постепенным ускорением.
   Настроение правителя опять улучшилось, и он благодушно похвалил своего первого наставника:
   - Дальновидное решение. Такое впечатление, что ты всю жизнь только тем и занимался, что поднимал из-под земли детища Древних.
   - Да, не скрою, - Дымный не сдержал довольной улыбки, - Такими делами готов заниматься хоть всю жизнь до последнего мгновения.
   Учёный опять склонился над бумагами, а его венценосный ученик, старательно скрывая ауру своих эмоций, сбился совсем на другие мысли:
   "Всю жизнь? Сколько же он жить собрался? Неужели тоже мечтает коптить небо тысячелетиями? Однако! В мире должно существовать только одно божество. А значит..., нет! Пока ещё слишком рано. Вот когда я сам смогу управлять и омолодителем, и любым Титаном, вот тогда можно будет всё устроить. Ну да, и придать всему должную окраску. Окружить гибель великого учёного ореолом мученика, пострадавшего за продвижение моих идей по всему свету. Ну да, ну да.... А потом и похоронить в каком-нибудь роскошном мавзолее. И надпись... Что же написать на его могиле...?"
  
   О, коварство, власть предержащих! Нет тебе предела!
  
  
  

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

БОРЬБА С СОБОЙ

  
   В Бурагос вошли без всяких осложнений. Единственную настороженность вызвал тот факт, что на всех дорогах расположены стационарные заслоны, проверяющие в первую очередь молодых, да и не только, женщин. Беглую, а вернее похищенную, как объявлялось официально, наложницу Фаррати продолжали разыскивать со всем тщанием. Тем боле стало известно, что правитель удвоил сумму вознаграждения за поимку предателя и вора, десятника охраны Ильдара Кайтуша. Благо что чисто мужской отряд карателей ни у кого не вызывал малейшего подозрения.
   Сам город широко и просторно раскинулся на левом, более высоком берегу Варши. Потому что правый во все времена славился зыбучими, топями и неустойчивым грунтом. Не то что строить, но и передвигаться там считалось опасно, а посему огромные пространствами безраздельно властвовали птицы и мелкие животные, для которых в мангровых зарослях царило сущее приволье.
   Город являлся, чуть ли не самым древним в Кремниевой Орде и несколько раз в обозримой истории провозглашался столицей. Так что дворцов, роскошных замков и прочих удивительных строений в нём хватало. По оценкам любого историка и архитектора одноэтажный Куринагол не шёл ни в какое сравнение с Бурагосом по красоте, мощи и величию. Но самой главной достопримечательностью, пожалуй, считалась знаменитая на всю страну башня Курантов, стоящая на самом высоком холме. Треугольная по форме, она на каждой грани имела огромный действующий циферблат, а на самой вершине целый комплекс колоколов, которые отбивали точное время не только почасово, но и проигрывали мелодии каждую четверть. Поговаривали, что в случае тревоги колокола тоже использовались комендантом города, но такого случая за последние пятьсот лет так, ни разу и не упоминалось.
   В центре Бурагоса, как раз вокруг башни Курантов, величественно смотрелась старинная часть города, окружённая мощной крепостной стеной, которая в свою очередь витой лентой отделяла три высоких холма с монолитными дворцами и игрушечными издалека замками от новых, более современных построек. Именно к этой стене из массивных валунов и отправился отряд, а когда до старинной арки ворот оставалось всего ничего, большинство подумало, что место предстоящего ночлега лежит во внутренней части города. Да только командир отряда, повернул влево перед самой стеной, и дальше короткий путь пролегал по широкой, мощёной красивым булыжником улице.
   Номинальным руководителем в данном рейде был назначен Эрик Махпун, самый приближенный, доверенный человек Каламина Зейка. Эрик считался не просто порученцем и первым заместителем главы рода, знающим почти всё, но и выполнял самые опасные и рискованные задания. Причем нельзя было сказать, что в свои тридцать лет он побывал во многих сражениях и мог похвастаться большим опытом. Скорей Махпун действительно оказался идеально обученным для убийств воином, истинным разведчиком и великолепным организатором. Как признавался сам Каламин, без своего порученца он вряд ли бы справился со стоящими перед отрядом мстителей задачами. Да и выглядел Эрик соответственно своему предназначению: сухощавый, подтянутый, блестящие глаза на узком, аскетическом лице и повелительный, хорошо различимый командный голос.
   Когда Кремон Невменяемый догнал основной отряд диверсантов со своим десятком, Эрик Махпун спросил сразу:
   - Берёте командование на себя?
   Может так бы и получилось, но Кремон с каждым часом всё с большей озабоченностью прислушивался к своему организму. Да и явная усталость присутствовала во всем теле. Следовало немедленно разобраться именно в себе. Тем более что и руководить продуманными действиями союзников и товарищей вроде как смысла особого не было. Сами справятся. Поэтому командир легиона отрицательно мотнул головой и признался:
   - Самочувствие неважное. Мне бы отлежаться.... Если конечно есть такая возможность?
   - Без сомнения! - невозмутимо кивнул тогда Махпун. - Место вам понравится, и никто из посторонних беспокоить не станет.
   И вот теперь отряд подъехал к внушительной по размерам усадьбе. От крепостной стены её отделяла только широкая улица, да ряд густого двухметрового кустарника. Так что видны были лишь второй, да третий этаж приземистого здания вместе с покатой крышей. А когда въехали во внутренний двор, десятник Сава не смог сдержать ободрительного восклицания:
   - Здорово! Да здесь можно целую тысячу разместить.
   - Может столько и не влезет, - заметил Эрик Махпун, - Но вот пару сотен гостей в старые добрые времена здесь когда-то принимали. Привет, Грегор! - поприветствовал он вышедшего на крыльцо здания дворецкого. - Принимай гостей! Мы на несколько дней сюда по делам, потом может и остальные подтянутся. Вот этот господин хочет отдохнуть с дороги. Предоставь ему лучшую гостевую комнату. Потом сразу поможешь установить второй контур непроникновения по границе всей усадьбы.
   Дворецкий степенно склонился и тут же стал распоряжаться размещением прибывших. Тогда как Невменяемый склонился с Махпуну с вопросом:
   - Кажется ваш Грегор не из местных?
   - Да нет, он в этом доме родился и вырос. Просто его отец - выходец из Баронства Стали, когда-то оттуда сбежал, прославился деятельным участием в военной помощи роду, и прадед Каламина поставил на его пост дворецкого. Так что Грегор - потомственный руководитель местного, так сказать, гарнизона. Причём сам он тоже Кзыр и помнится, главе рода в своё время пришлось поистратить массу сил, средств и влияния чтобы дворецкого не забрали на службу правителям. Зато теперь мы имеем здесь полностью защищённый от подсматривания дом. Да и поместье через пару часов станет таким же. Единственное, что плохо, для простого взгляда с крепостной стены весь двор просматривается как на ладони. Поэтому я и предупредил людей о соответствующем поведении.
   - Превосходно. Мне кажется род Зейков один из самых предусмотрительных в этом государстве.
   - Если бы, - помрачнел Эрик. - Тогда бы сейчас не скрывались в горах...
   Кремон окружил себя и собеседника звуконепроницаемой структурой:
   - Надеюсь, дворецкий со всей службой так и останется в неведении о наших истинных намерениях?
   - Конечно. На этот приезд мы как обычно делаем упор на торговлю рогами северных дризов. А то, что у нас их в сумках нет, никому знать необязательно. А ты будешь у нас считаться попутным командиром отряда охраны. Всё-таки такой товар перевозить по Орде...
   Действительно, рога северных дризов очень ценились сразу в двух сферах производства. Измельченный порошок добавляли в парфюмерные изделия, использовали в массе благовоний. Например, одна восковая свеча со щепоткой ароматического рога в своём составе, при горении давала просто изумительный по аромату, стойкий запах во всём доме. Ну и фармацевты буквально выдирали трофеи с севера для своих притираний, мазей и даже внутренних микстур.
   Дризы напоминали собой нечто среднее между шакалом и волком, но носили на голове разветвлённые, как у оленя, рожки. Правда, совсем небольшие, в виде растопыренных ладоней. В последние века этих животных на северных болотах становилось всё меньше, зато цена на их ороговевшие наросты росла с невероятной скоростью. Так что добыча и торговля ароматических рогов приносила постоянные и невероятные прибыли. Хотя риск при перевозке тоже существовал немалый: слишком уж много сновало по окрестностям желающих пограбить удачливых охотников.
   Как бы там ни было, но подобная отговорка о присутствии в любом месте, для Каламина Зейка и его людей получалась наилучшая. Да и сразу становилось более понятным невероятное богатство, которое сосредоточилось в руках одного рода. Чуть позже Невменяемому открыли и ещё один главный секрет: на крайнем севере Зейки владели обширными территориями, а посему удобно и планомерно охотились на собственных угодьях. И чем дальше на юг, или ближе к Баронствам они привозили добытые в болотах рожки, тем соответственно больше зарабатывали. Причём треть, а то и больше всей добычи в последние годы продавал лично Эрик Махпун, и его метание по всей Орде ни в коем случае не выглядело подозрительным. Ну а если доблестные каратели присоединялись совершенно случайно "в попутчики", то и на это всегда имелись отговорки от любого командования. Ведь вышестоящие командиры тоже любят скромные, но весьма необходимые в быту подарки.
   Дворецкий теперь спешил к командирам, и на его лице издалека читалось возмущение:
   - Эрик! Там под заборами вдоль улицы разлеглись какие-то болары! И никто на них даже внимания не обращает. Прожарить их молнией?
   - Да ты что?! Только этого не хватало! Это наши ..., хм, ручные друзья и они в последнее время приносят роду счастье. Так что накормить их в первую очередь. Пока мы тут устроимся и ополоснёмся.
   Опять во время обеда Невменяемый удивился собственной умеренности в еде. Даже подшутил мысленно сам над собой: "Не иначе как глисты завелись! И совсем разленились. Надо будет их погонять немного". С его познаниями в медицине он и такой вариант возникновения собственной слабости не исключал. Да и способы борьбы хорошо изучил в своё время. Ничего сложного. Только и следовало правильно определить вид паразитирующих, нежелательных квартирантов организма.
   Именно с таким решением он и подался в свою комнату. И сделал это с такой сонливостью и усталостью, что даже сил удивляться не было. Только рухнул на кровать, как тут же уснул без всякого магического вмешательства. Видимо напряжённые события последних дней и бессонные ночи сказывались на любом, пусть и самом закалённом, приспособленном к перегрузкам организме. А может, сказало свое слово навалившееся спокойствие и уверенность, что с поставленной задачей отряд вполне справится и без его суматошного участия.
   Проснулся поздним вечером и первым делом пробежался отделённым сознанием по всему зданию. Вроде и среди союзников находишься, а бдительность терять не стоит. Местные отсутствовали почти все, а вот энормиане готовились со всем тщанием к завтрашним диверсиям. А для этого подробно и тщательно изучали многочисленные планы, схемы и согласовывали под руководством десятников всю последовательность собственных действий. Работа нудная, но в данном случае жизненно необходимая. Тем более что основной поджог складов было решено производить в дневное время, потому как ночью действовал на улицах города не совсем строгий, но всё-таки отвечающий военному времени комендантский час.
   Как раз в это время вернулось двое разведчиков из местных, которым удалось отыскать следы украденной в стане Нагарас библиотеки. Похоже что все древние книги оказались собраны в расположенном за городом поместье того самого тысячника, который командовал сожжением стана. Такие сведения только порадовали Кремона, ведь нужную книгу будет намного легче разыскать, и изъять на следующий день после поджога. Как он понял, по короткому разговору, для последующее корректировке действий возле поместья осталось два постоянных наблюдателя.
   Остальные службы поместья все работали в должном гостевом режиме, а вездесущий дворецкий с присущим таким людям рвением следил за слугами, покрикивал на них, направлял, ну и вообще делал всё от него зависящее, чтобы они не расслаблялись. Дело шло к позднему ужину, который по согласованию за обеденным столом перенесли на начало комендантского часа. К тому времени и так все разведчики обязательно вернутся в поместье со свежими разведданными.
   Ну а раз в Невменяемом никто не нуждался, то он опять вернулся в собственное тело и занялся оным со всем доступным умением и тщанием. Ещё в Спегото барон Тулич обучил его всему комплексу проверки собственного здоровья. В том числе и магическому наблюдению за некоторыми свойствами подозрительной, с точки зрения медицины, крови. И именно на последних наблюдениях настаивал знаменитый профессор при ежедневных проверках. Ведь со времени легендарного перехода через Гиблые Топи на спине топианской коровы, у Кремона стали наблюдаться определённые изменения в организме. Подозревали две вещи: чрезмерное употребление молока самого огромного животного планеты и наличие в желудке опасной, никакими способами не удаляемой опухоли. А правильнее сказать, искусственно подсаженному в тело нароста. В подземном царстве вьюдорашей от опухоли помогло избавиться круглое храмовое сооружение, оставшееся от строителей Великого Пути. Но кровь после этого так и не приобрела свои прежние свойства.
   После перемещения в Пладу, а затем сразу же в Агван, Шеслан Тулич успел провести ещё кучу анализов, и ему в этом помогал целых сонм заинтересованных экспериментаторов, работавших над проектом переселения сознания в тело дракона. Но и это ничего существенного в понимании природы изменений не дало. Наличие посторонних частиц в крови было подтверждено, а потом они ещё и целый год планомерно изучались. Но вот результата так и не добились. Правда и ухудшений в организме не замечалось. Потом Невменяемый вернулся из драконьего в собственное тело, но, ни на какие дальнейшие обследования времени не осталось. Пришлось срочно лететь в Чальшаг, почти без остановки - в Альтурские Горы, а там и Кремниевая Орда оказалась под подошвами его сапогов. Теперь приходилось полагаться только на себя, потому что врачей в легионе как таковых не было. Разве что Теур Ирисовый, который всё-таки больше считался исследователем неживой материи. Но знаменитый дракон, сидевший как мышка вместе со своими крылатыми соплеменниками в далеких отсюда, тёмных пещерах, в данный момент помочь ничем не мог.
   В голову также пришли и размышления по поводу носимых на теле артефактов. В первую очередь Жемчужных Орденов:
   "Возможно, поодиночке они не оказывают на человека негативного воздействия. Но если сразу два? Да ещё и полностью заряженные прямо-таки колоссальными силами? Пусть они и "просыпаются" только после наигрыша определённых мелодий, но и в дремлющем состоянии наверняка образуют вокруг себя никем не изученное поле влияния. Такие поля бывают порой очень вредоносны. Но с другой стороны, если припомнить, схожее по слабости состояние у меня было при попытке вернуться к Нулевому уровню Гиблых Топей. Значит, непосредственное влияние на здоровье Жемчужных орденов можно отвергнуть. Но, опять-таки: они могли стать катализатором резко прогрессирующей болезни. Да и не только они. Например: тот же Лик Занваля. Ведь работал с ним только я, и он мог ускорить негативные изменения в моей крови на много порядков. Мало того, только я могу наблюдать за окраской исторгаемых лучей и цветов создаваемых векторов смены гравитации. Следовательно, в данный момент тот же Лик Занваля может быть связан со мной, несмотря на большое расстояние между нами. Да и Пастух упоминал о явном вреде для здоровья экспериментатора. Хм! Выходит мне теперь вообще лучше здесь находиться? А к страшному оружию приблизиться только в самый последний момент? Ладно, посмотрим, как оно завтра будет. Сейчас - все силы на медосмотр!"
   Вначале проверил собственное тело на наличие посторонних наростов, паразитов и очагов инфекции с повышенной температурой. Всё казалось в полном соответствии с нормами. А вот кровь Кремону не понравилась очень сильно. Даже при первом рассмотрении бросались в глаза ещё более изменившиеся, со времени предыдущего осмотра, свойства. Но самое главное - густота явно повысилась. Теперь сердце и все микропульсы на теле работали с судорожной активностью. Вены, артерии выглядели разбухшими и утолщёнными. Отчего скорей всего и возникало ощущение зуда и внутренней вибрации.
   Ещё больше напугали постепенно нарастающие головные боли. Для понимания опасности данного процесса не надо было быть профессором медицины. Любой Эль-Митолан знал о хрупкости человеческого мозга достаточно много, чтобы понять последствия разорвавшегося в головных тканях небольшого кровеносного сосуда. Как ни странно, порой никакая магия не могла спасти умирающего от кровоизлияния или инсульта человека. С тромбами бороться научились, да и то при условии, что нужный специалист вовремя окажется поблизости. Именно для снижения артериального давления и было изобретено несколько простейших методик, приводящих к разжижению крови. Парочку из них можно было применять и для собственного тела, но наиболее действенные требовали помощи коллег.
   Поэтому Невменяемый не стал долго раздумывать, а во время ужина позвал в свою комнату десятников и ещё нескольких воинов легиона. От предложений дворецкого пригласить одного из лучших врачей города, отказались. Мотивируя свой отказ дополнительными мерами скрытности и маскировки. Мало ли что умеет рассмотреть дотошный врач, тогда как помощь от товарищей выглядела предпочтительнее. Все они прошли внушительную школу выживания, имели опыт почти во всём, а уж прожитые ими десятилетия позволяли найти выход из любой ситуации.
   Сразу после ужина они собрались в комнате у Кремона и приступили к коллегиальному лечению. Окружая своего молодого командира этаким боевым консилиумом. Загустевшая кровь Эль-Митоланов не слишком-то взволновала, и они по очереди принялись вспоминать подобные случаи из своей богатой приключениями жизни. Попутно воздействуя магически на своего коллегу и разжижая ему кровь. Облегчение не замедлило себя ждать: к концу первого часа процедур, боли в голове у Невменяемого пошли на убыль. Затем и зуд помаленьку сошёл на нет. Самочувствие заметно улучшилось, хоть странная слабость все-таки мешала бороться с сонливостью. Не желая больше задерживать воинов, Невменяемый отпустил их, и те разошлись по своим комнатам. Следовало хорошенько выспаться перед грядущим днём, полным боевого напряжения. Но уходя, десятники со смехом поставили на столик колокольчик вызова прислуги, убеждая, что услышат звон и поспешат на помощь в любое время. Тем более что и располагались они в соседних комнатах.
   Оставшись один, Кремон ещё некоторое время присматривался к своим внутренностям, магическую энергию совершенно при этом не экономя. Всё равно вернётся во время сна. Кровь возвратилась почти к норме, что позволило успокоиться и расслабиться окончательно. А там и сон не замедлил явиться.
   Но если перед ужином он был спокойный, размеренный и снимающий усталость, то теперь навалившиеся сновидения представляли собой вязкие, необъяснимые кошмары. Причём, при всём понимании нежелательности таких кошмаров и уверенности что он спит, Кремону никак не удавалось проснуться. Хотя сделать это он пытался всю ночь. В итоге прервать сон удалось только утром, когда за окном стало светло, а по всему дому слышалось оживлённое, деловое перемещение.
   Началось с того, что всю сущность вдруг пронзило невероятное ощущение холода. Причём настолько невероятное, что при попытке что-либо увидеть в снящемся кошмаре не позволила кровяная корка льда, окружившая не то глаза, не то лопнувшие от лютой стужи зрительные нервы. Затем так же неожиданно каждую клеточку вроде бы завороженного насмерть тела пронзила затянувшаяся на вечность вспышка боли. Первоначально она парализовала, но потом заставила всю сущность так конвульсивно дергаться и вибрировать, что это походило на выворачивание собственного тела наизнанку. Навалившаяся следом темнота, тяжесть и страх, тут же сменились судорожными попытками вдохнуть. Какой-то частью сознания Кремон ухватился за единственную спасительную мысль: "Я умираю! Надо позвонить в колокольчик!" Но проснуться никак не удавалось, и тогда он решил дотянуться до тумбочки во сне. Да только пошевелить хотя бы мизинцем оказалось невероятно трудно. Точно так же он чувствовал себя в недрах Каррангарр, когда вьюдораши заманили его в ловушку и заморозили в пористом прозрачном веществе. Но там он хоть мог свободно дышать, тогда как здесь последние пузырьки кислорода исчезали из крови, а новых поступлений взять было неоткуда.
   Превозмогая боль, которая била по сознанию уже так, что остальное тело потеряло чувствительность, Невменяемый сделал судорожное движение сдвинуться хоть на миллиметр вверх. И вдруг почувствовал, что давление вокруг него чуть ослабло. Дернулся ещё несколько раз, показалось, что вкруг появилось больше пространства. Стал дергаться всеми конечностями и извиваться телом и на какой-то момент почувствовал себя огромным червяком, пробивающимся сквозь толщу земли. Но потом отчётливо и в самом деле почувствовал, что он находится именно в земле. Рыхлой, мягкой, но не пропускающей ни свет, ни воздух. Паническая мысль напугала похлеще всех предыдущих ощущений:
   "Да меня похоронили! Как же так?! Неужели я умер?! И меня закопали в землю? На помощь!!!"
   Вместо крика получилось горестное мычание. Но зато несколько последних, конвульсивных рывков вверх, вдруг создали вверху небольшую щель, лёгкие наполнились живительным воздухом, а полость рта - наполовину землёй. Но именно этот глоток кислорода дал не только силы, но уверенность, что кошмару настанет конец, как только он выберется из этой могилы. К тому же проснулась магическая сущность Эль-Митолана и Кремон, раз возникла такое предположение, что его похоронили живьём, решил проверить окончательно: явь это или сон. Он пустил перед собой силовой удар, разрыхляя и приподнимая землю. И колдовские умения помогли! Тело продолжало конвульсивно стремиться вверх! Да так, что несколько рывков показался тусклый свет, а потом и вообще удалось рассмотреть густое переплетение корней у себя на до головой. А значит всё с ним происходящее - действительно натуральная явь. Но отстранённо проносящиеся в голове мысли стали совсем дикими и недоступными осмыслению:
   "Ага, видимо меня похоронили очень давно! Вон как могилка-то заросла!"
   Зато дышать стало совершенно легко. Хоть прямо перед глазами и мешал какой-то прилипший ком земли. Вздохнувшее свободно тело, налившись силой, бросилось на последнюю преграду к поверхности. Удалось поднять вперед, по ходу движения руки и уже ими перерезать толстые, упругие корни. Хотя тут же очередные панические мысли заморозили сознание:
   "Но это ведь не мои руки! Это какие-то конечности с клешнями! А вот вторые руки.... Вторые?! Мамочка! А вот и третьи! Хотя это совсем не руки..., скорей лапки. И я такие уже где-то видел..."
   В этот момент, правая клешня неожиданно хрустнула на особо толстом корне, и нижняя часть отвалилась. Боль коротко прошлась по всему телу, но больших страданий уполовиненное устройство не принесло. Да и нужды в нём почти не осталось. Левая клешня и сама споро справилась с оставшимися плетениями, а следующие две пары лап сноровисто убирали обрезки в стороны. Вот и сумрачный свет то ли раннего утра, то ли позднего вечера. Несколько последних рывков и судорожно вздрагивающее тело выползло на сплошь укрытый корнями участок. И прямо вверх, густо, почти через метр, полтора друг от друга устремлялись мохнатые стволы каких-то растений. Поднимаясь по ним взглядом, Кремон поднял голову и замер. Сумрак внизу обуславливался полным не прохождением лучей светила вниз из-за сплошных и густых крон. Причём крон очень странных и до боли знакомых. От теснящихся в голове образов и ассоциаций, Невменяемый протряс головой и шумно фыркнул. В тот же момент нарост у него перед глазами частично очистился от земли, по его обонянию ударила волны тысячи запахов, а в органы слуха скукожились от ритмичного, музыкального сопровождения. И в следующий момент он осознал, что нарост у него перед глазами не что иное, как хоботок, кроны над его головой - лепестки огромных цветов, а сам он - дунит. И находится скорей всего в Сонном мире.
   "Вот те раз! Значит, всё-таки я сплю?! Ура, ура, ура! А почему "ура"? Да потому, что я не умер и меня не похоронили. Уже хорошо! Но опять-таки: что за странный и ничем не спровоцированный сон? Плоды я не ел однозначно. Даже не нюхал. Так и лежат в потаенном кармане в герметичной упаковке. Это - раз. Потом, если я всё-таки во сне попал сюда, то почему оказался в земле? Это - два. Тем более что и султан Онтара никогда о таком случае не упоминал. Как и том, что бывают дуниты с клешнями. Это уже - три. Ну и четыре, пять, шесть - холод, кошмары и дикие боли. Ага, имеется несуразность номер "семь" - кажется, мне удалось воспользоваться магией. Ну-ка, проверю..."
   Он поднял все шесть лапок перед собой и без всякого труда произвел одно из простейших действий: запустил над головой светляк. Затем, входя в раж, окружил себя структурами высшей защиты, а потом и поднял тельце левитацией. Не успев нарадоваться имеющимися возможностями Эль-Митолана, он проверил свой колдовской ресурс энергии и с досадой увидел, что тот почти пуст. Пришлось возвращаться в режим ожидания, прекратив любые магические действия. Вновь опустившись на свои задние, четыре опорные ножки, он принялся обследовать доставшееся ему тельце дунита. И довольно быстро обнаружил, куда именно уходят все магические силы: на регенерацию крыльев. Те выгляди не просто плохо, а скорей мерзко. Полуистлевшие и наполовину сгнившие, они отвратно пахли и фактически оставались неподвижными. Даже по первому взгляду создавалось впечатление, что тельце дунита "захоронили" ну очень давно, и вообще чудо, что сгнили только самые тонкие части. Видимо тело считало задачу восстановления крыльев основополагающей и без всякого спроса бросало все силы на это дело. Да так бросало, что на всё остальное не хватало. Конечности начинали трястись от усталости, а тощая шейка сгибалась под тяжестью головы. Подобное состояние Кремону припомнилось сразу, как и единственный способ избежать навалившейся слабости: надо срочно добраться до стручков с мёдом и основательно поесть. Только вот как это сделать?
   Он ещё раз покосился на бесполезные крылья и начал осматриваться. Толстые стебли цветов уже совсем недалеко переходили в стену сплошного леса, да и насколько он помнил, ни один дунит не опускался ниже соцветий. По здравому размышлению надеяться надо было только на них. Ведь накормили любвеобильные самочки его в первый раз, когда заметили явную слабость, вернее почти полное бессилие, значит и сейчас помогут. Надо только привлечь к себе внимание. А для этого надо вылезти хотя бы на цветок. Немного повздыхав и всеми силами сознания попытавшись проснуться, Кремон понял, что этот сон слишком цепкий и наверняка продлится до самого утра. И по этому поводу пришло только одно предположение:
   "Кто-то взял мой плод из кармана и подложил мне в пищу во время ужина. Потому что вряд ли имеются такие дорогие приправы на здешней кухне. Вот поэтому я так и сплю крепко. А побочные кошмарные странности возникли скорей всего из-за измельчения плода и смешения его с другими ингредиентами. Вот только возникают другие вопросы: кто посмел меня обокрасть и для чего он это сделал? Ладно, пусть я только проснусь!"
   Именно с этой озлобленной мыслью, он выбрал наиболее толстый стебель, пронзающий лепестки более низких соцветий, и с раздражённым ворчанием пополз вверх. Как ни странно, ползти оказалось довольно просто. Всё-таки десять конечностей давали в таком деле неоспоримые навыки. Обвивал стебель шестью верхними лапками и прижимался хитиновой грудью. Затем словно гусеница изгибал сочленистое туловище и подтянув нижние конечности, закреплялся ими на мохнатом покрытии. Потом вновь выпрямлялся и перехватывался выше. Не слишком быстро, как хотелось бы, но зато уверенно. Правда и силы уходили довольно быстро. Именно поэтому весьма обольстительно захотелось перебраться на самые первые соцветия, но на них так никого и не наблюдалось. Да и верхние "кроны" продолжали перекрывать прямое освещение. Пришлось ползти выше. Потом показалось открытое пространство, в проблесках которого тысячные потоки дунитов водили хороводы. Здесь лепестки соседних растений располагались реже, но Кремон не рискнул спрыгнуть хоть на один из них. Так и пришлось на последних усилиях ползти в самый верх. Но и этих физических нагрузок оказалось мало. В конце стебля встала проблема, как забраться на само соцветие. Между лепестками не протиснуться, да и сил осталось лишь на то, чтобы упасть вниз и больше не шевелиться. Пришлось подключать свой жизненный азарт и врождённую настойчивость. Да и мысль какая-то настойчиво вертелась в голове:
   "Если я здесь оказался, то чего позориться своей слабостью и немощностью? Потом самому стыдно будет!"
   И он с непроизвольными стонами принялся левой клешнёй отрезать упругое основание лепестка. В почти бессознательном состоянии он проводил рухнувший вниз сегмент соцветия и, глядя в узкую образовавшуюся щель, стал соображать, как в неё пролезть. Дальше сознание затуманилось настолько, что просветление наступило лишь в тот момент, когда липкое, мокрое от грязи и пота тело перевалилось верхней частью на сердцевину цветка. Кремон так и замер, отрешённо, одним глазом наблюдая, как парочка дунитов прямо у него перед хоботком с упоением занимаются любовными ласками. Местные обитатели находились спиной и вначале ничего не заметили. Потом самец скосил на неожиданного соседа один глаз, да так и замер, Его партнёрша тут же стала с некоторым недовольством дергаться, даже голову повернула с явным укором, но тоже окаменела на некоторое время, уставившись на лежащее тело. Затем парочка обдала пространство вокруг себя новой волной запахов и с непонятным свистом унеслась в небо. Даже не разбираясь в сути местных "выражений", Кремон понял, что его сильно испугались. Следовательно, среди обитателей этого мира никогда не было особей с клешнями. А если и были, то наверняка считались монстрами, уродами, или чего похлеще. Например: прокажёнными убийцами. Даже не вдаваясь в глубокий анализ самых верхних конечностей, сразу приходила в голову мысль, что клешнёй можно легко перерезать любое хрупкое сочленение на теле дунита. В том числе и тоненькую шею. Но в последнем случае, если ассоциировать себя с убийцей, ожидать помощи от дунитов бессмысленно. Скорей всего они наоборот его постараются вновь закопать в землю как можно глубже.
   Прислушиваясь к доставшемуся ему телу, колдун почувствовал, что и процесс регенерации практически прекратился. По той простой причине, что силы не осталось совсем, а внутренние резервы видимо оказались опустошены полностью. Последним усилием он ещё чуть крутанул головой, пытаясь рассмотреть небо с блестящими хороводами, а потом с полной безнадёжностью прикрыл обессиленные веки. Только и мелькнула последняя мысль:
   "Не справился.... А может так и задумано? Может я не все частички плода съел? Ну, погодите! Дайте мне только проснуться!"
   Как оказалось, до окончания здешнего дня ещё слишком далеко. По всем ощущениям так и придётся вначале умереть от голода и бессилия "здесь", а потом уже выйти из кошмарного сна где-то "там". Но только Кремон с философским спокойствием подумал, что и такое надо испытать в жизни, как трудные звуки над ним совершенно изменились, приблизились, а потом и вся поверхность соцветия задрожала и закачалась. Затухающие органы обоняния вновь обдало сонмом различных запахов, а его тельце стали дергать и куда-то перекатывать.
   "Ну вот, таки решили зарыть обратно в землю..."
   Эта мысль вдруг сменилась удивлением, произрастающим оттого, что в него кто-то вливал физические силы. Глаза тут же распахнулись, сознание ожило и взбодрилось, а удивление ещё больше возросло, когда Кремон увидел вокруг себя два десятка дунитов с аурой Эль-Митоланов. Его тело практически держало на весу до двадцати лапок и его интенсивно накачивали не только жизненной силой, но и всеми средствами давали понять, что готовы в него влить и магические порции. Потому что сразу несколько лапок ударяли по его средним конечностям и синхронно при этом раздавались трубные звуки. То есть, очень походило на тот момент, при котором все колдуны передавали друг другу свои силы. Только у людей это было на счёт: "И..., раз!" Тогда как дуниты при этом издавали своими хоботками примерно следующие звуки: "Тру-у-у..., ту-ту!"
   Отказываться, значит себя не спасать, и вскоре сразу три полные силы Эль-Митолана переполняли магическую сущность доставшегося Невменяемому тельца. Он вскочил на нижние конечности и даже без всякой проверки осознал, что может сейчас пустить в любую сторону испепеляющую молнию. Причём она окажется как минимум в три раза больше и смертельней чем в его мире. Среди окружающих его дунитов не оказалось ни единой самочки, на зато все они имели магические умения, но теперь и они все отступили на шаг и теперь с напряжением ждали реакции от спасенного соплеменника. Весь цветок от непомерной тяжести теперь кренился и раскачивался в стороны.
   "Кажется, они и в самом деле меня побаиваются. Если при таких силах меня вдруг одолеет кровавое безумие, то скорей всего никому здесь не поздоровится. Но тогда зачем они меня спасали? Попробовать ещё раз подняться с помощью левитации? Или..."
   И в этот момент где-то сзади раздалось настойчивое требование:
   "Уходи! Ты больше не нужен!"
   Возникло хорошо знакомое и многократно испытанное чувство вторжения в сознание чужого разума. Именно такое чувство всегда предшествовало тому моменту, когда будучи в теле дракона, его пыталось потеснить сознание Гишера. При желании и выработанном умении, Кремон тогда мог не допустить этого. Вот и сейчас он легко закрепился на приоритетных высотах сознания и столкнул подкрадывающееся из глубины естества чужое присутствие в глубокий омут беспамятства. При этом он обеспокоился в первую очередь именно безопасностью находящихся перед ним созданий:
   "Видимо очнулся от спячки прежний владелец этого тела. И если он начнёт жечь всё вокруг.... Нет! Пускать его нельзя! Но что же делать дальше?"
   Немного поразмыслив, он в расстройстве постучал себя клешнями по голове, как бы сожалея о своём состоянии, а затем сделал движения средними лапками, показывающими, словно он слизывает с них мёд. Кушать хотелось неимоверно.
   Все окружающие его дуниты сразу оживлённо зашевелились, трубя своими хоботками и рассевая вокруг себя прямо-таки облака запахов. Кажется, они поняли суть и по их аурам пронеслись отблески радости, восторга, оптимизма. Хотя и виднелись цвета сомнения, недопонимания и даже некоторой подозрительности. По крайней мере, остановить странного соплеменника с клешнями или воздвигнуть вокруг него магическую блокаду они не пытались.
   Тогда Кремон попытался опять использовать левитацию. И..., ничего у него не получилось. Быстро проведя ревизию все внутренних ресурсов, понял, что силы Эль-Митолана так и оставались в его теле, даже интенсивно вновь подключилась к регенерации крыльев, но вот воспользоваться он ими не мог. Словно то, другое существо, столкнутое в пропасть забвения, утащило за собой и все бразды управления силами мироздания. Даже создать нечто простейшее и маленькое теперь не получалось. От расстройства Кремон несколько раз высоко подпрыгнул на месте, словно надеясь, что левитация его подхватит чуть выше, но и это оказалось бесполезным.
   Зато окружающие его дуниты поняли прыжки по-своему. В мгновение ока они аккуратно подцепили его своими лапками со всех сторон и на приличной скорости понесли в сторону далёкого леса. Долетев до гигантских веток, выбрали самый толстый стручок и усадили на одну из выпуклостей этого природного хранилища пищи. Но и на этом опека над спасённым не закончилась. Точно так же, как когда-то самочки, эти местные Эль-Митоланы принялись кормить Невменяемого густым и сладким мёдом. Вначале было вполне сносно и даже где-то лестно: вон как за ним ухаживают. Но вскоре чувство голода прошло и его сменило чувство переедания. Сменившееся вскоре на отвращение. И вот тут оказалось, что его крепко прижало к стручку сразу пять, или шесть особей. Все конечности оказались обездвижены намертво, а в основание хобота так и продолжали интенсивно запихивать порции мёда. Всё попытки вырваться или закрыть ротовое отверстие ни к чему не привели.
   Вот так и начался предпоследний кошмар этого сна. Выпадающего из общей классификации дунита с клешнями видимо решили умертвить не закапыванием в землю, а чрезмерным чревоугодием. Тело судорожно тряслось от внутренней тяжести и отвращения, а чужие мохнатые лапки так и мелькали с прежней ритмичностью. Распирающая внутренности сила стала переходить в боль и спазмы всего тела, но, похоже, что и в таком состоянии обычные рвотные рефлексы в этом мире отсутствовали. И настал момент, когда Кремон явственно пожалел:
   "Лучше бы я в той могилке под цветочками задохнулся! Всё приятнее, чем лопнуть от переедания...."
   Спасло его от испытания такой страшной смертью, видимо окончание дня в этом мире. Навалился последний ужас сновидения: вселенский холод, которому сопутствовала всё та же ледяная корка из крови. Да дикая боль во всех конечностях.
   И наконец-то с криком Кремон проснулся. Он лежал на боку в страшно искромсанной постели. Подушка оказалась разорвана в клочья, равно как и простыни с одеялом, а прямо перед глазами маячила недосягаемая тумбочка со стоящим на ней колокольчиком. Но именно недосягаемая, потому что всё тело скрутила немыслимая судорога нестерпимого жара. Даже показалось, что завоняло палёными волосами, дымящимися перьями подушки и обожженной кожей. Как ни странно магические силы в теле оказались плохо управляемыми, но частично послушными. Вырвавшийся силовой удар резко и с грохотом опрокинул тумбочку, а стоящий сверху бронзовый колокольчик получил такое ускорение, что грохнулся об стену и разлетелся с протяжным стоном на несколько частей.
   Но самое главное было достигнуто. Находящиеся в соседних комнатах товарищи услышали подозрительные звуки и бросились на помощь. Видя, как они врываются к нему в комнату, Кремон ещё успел прошипеть одно слово:
   - Охлаждайте...!
   Затем с блаженным стоном погрузился в объятия успокаивающей прохлады.
  
  

ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА

  
   Со стороны могло показаться, что ничего особенного не происходило. Ваен Герк посещал свою пленницу всё с той же регулярностью и общался с ней всё с той же упредительной щепетильностью и вежливостью. Но так как при этих встречах ни одна живая душа не присутствовала, то и заметить все тонкости зарождающихся отношений между двумя людьми никто был не в силах. И только они сами, с полным набором терзаний, сладкого ужаса и неверия в происходящее, всё больше и больше замечали, что их отношения давно перешли границу не только дружеского участия и расположения, но и лёгкого, ни к чему не обязывающего флирта. Причём каждый происходящее с ним, переживал по-своему.
   Первый советник Фаррати вдруг очень часто стал стесняться и даже краснеть, словно он не пятидесятилетний, прошедший многочисленные сражения воин, а молодой парнишка, впервые оказавшийся наедине с заморской принцессой. Иногда он терялся в простом разговоре, достаточно было завести разговор про существование интимной близости, хотя раньше он при собственных женах вел себя как опытный обладатель внушительных и часто обновляемых гаремов. Куда и девалась его несгибаемая убеждённость в собственных словах. Его легендарная смелость и бесшабашность. Его умение вести беседу легко, непринуждённо и пересыпать при необходимости чуть ли не каждое предложение вовремя и правильно вставленной шуткой. Находясь в компании с всё больше хорошеющей пленницей, он не узнавал сам себя: часто сбивался с мысли, замолкал на середине фразы, а иногда так вообще затихал и отворачивался в сторону. Или подходил к окну и подолгу смотрел на внутренний двор. Потому что в такие моменты ему становилось страшно за свои инстинкты воспитанного в несдержанности самца. Ему хотелось схватить это прекрасное тело и уже больше никогда не выпускать из рук, покрывая при этом каждый кусочек призывно пахнущей кожи, своими горячими поцелуями. А уж участившиеся процедуры с массажами, похоже, вообще доводили Ваена до полубезумия. Как правило, после них он или долго молчал, или вообще спешно уходил по срочным, не терпящим отлагательств делам.
   Для Мирты Шиловски всё происходило несколько иначе. Вначале она себя рьяно убеждала, что неровно дышащий на неё мужчина - лучшее подспорье во вражеском тылу для организации собственного побега. Хотя в первые дни и сама удивлялась неожиданному к себе вниманию. Ведь её внешний вид мог испугать, а затем оттолкнуть даже узника, просидевшего десяток лет в одиночной камере. В зеркале себя баронета увидеть не могла и по причине слабости, и по причине отсутствия оного в комнате, но хорошо представляла свою непривлекательную, мягко говоря, женственность. Чего уж тут говорить о втором человеке в государстве. Который мог себе позволить всё, то же самое, что и полноправный правитель. А при его умении плести дворцовые, политические и внутригосударственные интриги - то получить гораздо большие интимные блага, чем человек, восседающий на троне Кремниевой Орды. Пленница с самого первого часа пребывания в поместье, почувствовала, что во власти Ваена не только все её тело, но и помыслы. А самое страшное - знания о легионе и цели его атаки. Каждый раз, как только дверь открывалась, а беззвучная сиделка бросалась к выходу, сердце баронеты начинало колотиться от страха так, словно её сразу же поведут на казнь. А её глаза сразу же высматривали, что там держит в руках вошедший советник. Больше всего она боялась опознать в любом предмете Сонное Покрывало. Именно поэтому она первые дни только и думала о том, как покончить жизнь самоубийством. Слишком хорошо она понимала, что будет стоить легиону вытянутая из неё информация.
   Но Ваен Герк вёл себя неадекватно: пообещал защиту, предупредил о молчании и сказал, что его ничего не интересует. Хотя сразу дал понять, что знает о шпионской деятельности пленницы. Но при этом и намекнул, что никакого значения это для него не имеет. Вместо допросов он вдруг разразился воспоминаниями о собственной жизни и прочими, не относящихся к делу разговорами. А потом стал умело делать массажи. Вначале по необходимости, потом это стало каким-то священным ритуалом. Внутренним чутьём Мирта сразу уловила страстное вожделение находящегося рядом мужчины и первое время даже потворствовала этому, используя весь свой арсенал опытной искусительницы. Но потом как-то вдруг поняла, что начатая вербовка потенциального союзника вряд ли состоится вообще по той причине, что она уже сама с нетерпением ожидает его прихода. Теперь, при его приходе смотрела не на сильные руки воина, а сразу заглядывала в глубину мудрых глаз, пытаясь угадать настроение и предстоящие темы разговора. При массаже так вообще расслаблялась до такой степени, что возжелай Ваен позволить что-либо интимное, восприняла бы как само собой разумеющееся. Дошло до того, что она уже чуть ли не в открытую удивлялась его скромности, целомудрию и неуместному стеснению.
   К тому моменту в их отношениях наступила наибольшая неопределённость. Особенно в разговорах. Теперь пленница в сопровождении советника выходила из своей комнаты, прогуливалась с ним под ручку по его роскошным апартаментам и уютному внутреннему дворику с несколькими садовыми деревьями. В этом дворике имелась затененная беседка и вот именно там они однажды провели несколько часов подряд. Разговор вёлся сумбурный и беспорядочный, и часто перескакивающий на другие, совершенно неуместные темы. То он, то она вдруг сбивались с мысли, и несколько минут порой проходило в неловком молчании. И вот именно в конце этой рваной беседы, Ваен Герк сам себя стал ругать вслух:
   - Да что же это со мной происходит! Сам себя не узнаю! Двух слов уже вместе связать не в силах.
   Словно предчувствуя нечто важное, баронета Шиловски еле выдавила из себя улыбку:
   - Порой так трудно сосредоточиться именно на отдыхе...
   - Да я не об этом, дело не в отдыхе.
   - А в чём?
   Первый советник чуть подался вперёд и уставился женщине прямо в глаза:
   - Вот скажи мне, Мирта, почему ты до сих пор не замужем?
   - Ну..., даже не знаю, - растерялась баронета, - Может мне ещё не попался принц на белом коне.
   До этого она мельком, не упоминая имён и стран, рассказала про некоторые ухаживания за ней других мужчин. Да и последнее любовное приключение в Спегото, с асдижоном Лазаном ещё не выветрилось из её памяти. Если бы не поспешный отъезд Кремона Невменяемого по приказу короля, может быть эта кратковременная связь переросла бы во что-то большее, но особой жалости по утраченному - не было. Как и о тех коротких встречах с другими, мелькнувшими в её полной приключениями жизни мужчинами. Но сейчас сидящий перед ней в полном напряжении Ваен уловил в ответе самое для себя основное:
   - То есть ты ждёшь предложения не меньше чем от короля?
   - Увы! На всех ни королей, ни принцев не хватит, - попыталась она отшутиться, хотя тон высказывания ясно давал понять: "А как же иначе!". Советник это осознал и немного грустно улыбнулся:
   - Значит, чтобы сделать тебе предложение и супружестве, мне надо стать Фаррати?
   - О...! - захлебнулась Мирта восклицанием и, не зная, что больше сказать, надолго замолкла. Ваен тоже некоторое время думал, но потом решительно выдохнул и стал говорить:
   - Понимаешь, я очень хочу видеть тебя моей супругой, но в то же время прекрасно понимаю и осознаю главную преграду на нашем пути: нынешний правитель Кремниевой Орды. Ни при каких обстоятельствах он не позволит нам вступить в брак. Хотя в данном вопросе у меня имеется масса приемлемых и верных вариантов. Но тут вдруг выясняется, что за первого советника ты и сама не выйдешь замуж. Следовательно..., - заметив, что Мирта приоткрыла рот, он ласково взял её руку в свою ладонь и успокоительно погладил: - Все вопросы и возражение - потом, а то я могу опять сбиться с мысли. Так вот, следовательно, мне придётся для нашего дальнейшего счастья занять трон правителя самому. И я тебе обещаю, что приложу для этого все свои умения и силы.
   Дальше Ваен совершенно неожиданно сполз со скамейки и встал на правое колено:
   - Но всё-таки вначале я предлагаю тебе свою руку и сердце официально. И предлагаю тебе стать моей единственной супругой. Сама понимаешь, твоего согласия я долго ждать не могу, мне надо начинать действовать немедленно. Но в том случае, если ты будешь против моего предложения, становиться Фаррати мне нет никакого смысла. Поэтому теперь всё зависит от твоего ответа.
   Каждая женщина всегда, в любой момент общения с приятным ей мужчиной, ожидает такого предложение. Да и с неприятным, подспудно, тоже. И по идее должна встречать такие минуты во всеоружии и с заранее обдуманной линией поведения. В прошлом Мирта так и поступал. И ещё час назад вроде бы бала готова любому повороту в разговоре. Но сейчас она вдруг осознала себя перед необозримой и бездонной пропастью. Настолько она растерялась, потеряв всю свою выработанную годами сообразительность. Вместо выверенных слов и невозмутимой мимики, она с полной прострацией хлопала своими ресницами, а губами пыталась втянуть ставший вдруг густым и горячим воздух. Время то ли остановилось, то ли стремительно понеслось вскачь, и только по углубившимся печальным складкам на лице Ваена. Баронета поняла, что он стоит на коленях уже очень долго. И чтобы сказать хоть что-то, она вдруг напомнила о второстепенном:
   - Но ведь твой первый сын и первая дочь старше меня.
   Первый советник вначале с облегчением вздохнул, перецеловал заледеневшие женские пальчики, и только потом ответил:
   - Когда я вас познакомлю, они тебя тоже полюбят. Вот увидишь.
   - А остальные дети? Внуки? Они ведь будут ревновать с погибшим матерям и бабушкам.
   - Может, кто и будет. Но ведь у настоящего Фаррати всегда должна быть супруга. И во все прежние времена она была только единственной. А значит, им волей-неволей придется с тобой считаться и со временем они обязательно поймут, что лучше тебя просто не существует.
   - Постой! Но ведь тебя просто не поддержат твои соотечественники. Я ведь не ордынка! Значит - тебя все возненавидят.
   - Ха! Как раз наоборот, - развеселился первый советник. - Во все времена правителям рекомендовалось выбирать супругу в других странах. И такие браки считаются самыми предпочтительными. Великий Олламах правил Ордой тридцать пять лет будучи женатой на графине из баронства Стали. А чуть позже Феоктист Пятый навёл мир и единение во всём государстве при советах и подсказках герцоги Морисы, из Менсалонии. Ходят легенды об их более чем сорокалетнем правлении. Так что именно ты, в подобный брак вписываешься лучше всего.
   Мирта попыталась выдвинуть последний аргумент:
   - Но ведь я всего лишь баронета.
   - Подумаешь! Только ради подписания договора о мире и сотрудничестве ваш Рихард Огромный сразу же пожалует тебе титул герцогини. Так что не это главное. Для меня сейчас важен только твой ответ. Отвечаешь сейчас, или дать тебе на раздумья ...несколько минут?
   - Так много?! Ваша щедрость, господин, не знает границ! - теперь уже и Мирта веселилась, еле сдерживая рвущуюся наружу эйфорию игривости и бесшабашности. Хотя на какой-то момент её лицо и окаменело в раздумьях: "Что я теряю? Ничего! А с ним я обретаю новую жизнь. Да что там обретаю: он меня и так спас, вырвав из пасти самого страшного чудовища. К тому же не стоит лгать самой себе: он мне жутко нравится! Да и пора мне обзаводиться семьёй, самое на то время..."
   После этого подданная далёкой Энормии ещё раз и надолго окунулась во взгляд стоящего перед ней на коленях мужчины. Изначально, при первой встрече, он был для неё враг, чужой и страшный, коварный и жестокий. А сейчас он смотрел на неё с такой нежностью, любовью и щемящим ожиданием, что обидеть его неосторожным словом избалованной гордячки или неуместной шуткой считалось бы кощунством.
   Поэтому Мирта Шиловски больше не сомневалась в своём решении. И тихо, но твёрдо ответила:
   - Я согласна.
  
  

ЧАСТЬ ДЕСЯТАЯ

ПОИСК ВИНОВАТОГО

   Когда Невменяемый уселся на разгромленной кровати, вокруг него продолжал подниматься пар. И десятник Сава высказал общее мнение коллег:
   - Такое впечатление, что тебя в кипятке варили. Наносимый нами лёд шипел и щёлкал. Куда так далеко можно было забраться отделённым сознанием, чтобы добиться такого перегрева?
   - Ха! Да никуда я не забирался! - воскликнул Кремон, одновременно прислушиваясь к внутренним ощущениям. - Спал я крепко и беспробудно. Просто кошмарный сон приснился. Но вот признаки такого перегрева - это действительно нечто...
   - Как ты себя чувствуешь?
   - Да вот, сам пытаюсь понять, - командир легиона осторожно встал, подвигал плечами, крутанул руками и только потом недоумённо фыркнул: - Как это ни удивительно, но самочувствие превосходное. Разве что магической энергии только треть осталось.
   Один из Эль-Митоланов спросил, кивая на остатки мокрого постельного белья:
   - Что такого ужасного может присниться, чтобы вот так ворочаться?
   Калейдоскоп всего сновидения пробежался перед мысленным взором Кремона и, дойдя до кормёжки мёдом, он только максимальным усилием смог сдержать в себе рвотные позывы. Рыча от злости и интенсивно сглатывая слюну, он устремился к своей одежде и стал нервно открывать внутренний карман на внутреннем обшлаге куртки. Пакет с баснословно дорогими плодами был вытащен на свет и с предвкушением разгадки развёрнут. Как ни удивительно, но все три сморщенных пропуска в Сонный мир оказались на месте, и не оставалось иного действия, как недоумённо воскликнуть:
   - Как же так?
   Десятник Сава, заглянувший к нему через плечо, заинтригованно спросил:
   - Не уберёг? Испортились продукты?
   Никто в легионе, кроме Бабу и баронетов Шиловски не знал о прежних, проводимых Невменяемым экспериментов с менсалонийскми плодами. Пришлось быстро пересказать саму суть, а потом и привидевшиеся во сне кошмары. Какие после этого разгорелись споры и предположения! Причём не только абсурдные, но и весьма дельные, претендующие на истину. И одно из них, которое решили принять за основу, сводило вместе сразу несколько полярных факторов. На первый план выдвинули возможную мутацию организма после длительного употребления молока Топианской коровы. Затем подогнали под ту же гребёнку сам факт неоднократного пребывания в среде дунитов. И напоследок высказалось мнение, что именно последний импульс воздействия полей Лика Занваля, запустил в организме Кремона некую прямую связь с потусторонним и нереальным миром. Настолько прямую, что впервые спящему разумному существу не только удалось проникнуть в Сонное, но весьма цветочное царство без всякого плода из Поднебесного сада, но вдобавок использовать собственные магические умения. Ну а то, что на этот раз сновидящий оказался в другом, осчастливленном клешнями тельце, так этот факт проверится в следующую ночь. Вполне возможно, что такие кошмары вещь вполне одноразовая и действительно является выдумкой уставшего сознания.
   - Причём настолько жизненной выдумкой, - подвёл итоги один из коллег, - Что произошёл сбой в системе возвращения сознания в собственное тело. В результате и получился такой парадоксальный перегрев. Ничего не остаётся, как дождаться следующей ночи.
   - Издеваешься?! - вспылил командир легиона. - Да я врагу не пожелаю таких мучений, а чтобы самому ещё раз пережить подобное, нет увольте!
   - Что предлагаешь?
   - Скорей всего постараюсь не спать до самого конца основной операции. Это - раз. Ну и потом: давайте ещё раз проверим мою кровь. Не нравится мне она совершенно. Могу даже дать для самого примитивного анализа.
   Он лёг на стол, а сгрудившиеся вокруг него боевые Эль-Митоланы сосредоточились на медицинском осмотре. При этом ещё и грамм сто крови нацедили в невесть откуда взявшуюся пробирку. На этот раз густота внутренних потоков оказалась нормальной. Артерии в идеальном состоянии, а сердце и пульсы пульсировали как часы. Зато каждый исследователь тут же замечал и переключался на другой просмотр. Итог оказался ошеломляющим: почти треть кровяных телец перекрасилась в тускло зелёный цвет. А когда метнулись по дому в поиске необходимых точных весов, то подтвердилось и другое, показавшееся вначале диким предположение: удельный вес крови увеличился примерно на пятнадцать процентов. Напоследок, когда на больших кухонных весах взвесили и самого Невменяемого, то по его утверждениям оказалось что он весит килограмма на три больше положенного. Хотя тут и возникали явные сомнения по поводу постоянности в таком неверном деле, как стабильность молодого и весьма в последнее время нерегулярно питающегося тела.
   Но факт оставался на лицо: мутация, то ли завершилась окончательно, то ли перешла на качественно иной уровень своего развития.
   К сожалению сразу после такой констатации фактов, городские часы известили, что рабочее время в самом разгаре и до полдня осталось всего два часа. Все воины поспешили по своим комнатам переодеваться, вооружаться, активировать артефакты и создавать магические структуры. Время начала операции сдвигать никто без повода не решился, потому что посчитали его самым оптимальным и правильным. А ещё через час, тройки воинов, каждую из которых вел местный житель, стали выскальзывать не только с парадного входа, но и через калитку для прислуги, выходящую на внутреннюю улочку. Две группы диверсантов, так вообще покинули дом через подземный ход, выводящий сразу за крепостную стену во внутренний город.
   Возле Кремона Невменяемого осталось только пять человек из состава легиона. Всех остальных Эрик Махпун привлек к делу. Но и эти пятеро, во главе с командиром составили как бы резервный кулак, который обязан был прийти на помощь своим коллегам в случае горячей необходимости. Поэтому сам Кремон и двое его подчинённых поспешили отделёнными сознаниями к местам основных событий. Вполне благоразумно отложив процесс обсуждения мутации на более спокойное время. Во главу угла ставилось только выполнение задания. А раз зелёная кровь это делать не мешает, то значит, не стоит особо расхолаживаться. Виновных ночного кошмара можно поискать и позже. Командир всегда остаётся в строю. Пока может двигаться.
   Основные поджоги планировалось совершить в двух местах. Причем сделать так, чтобы вначале разгорелись склады вдоль и около речного порта, а чуть позже - главные армейские склады в крепостной цитадели внутреннего города. Такая тактика определялась в первую очередь разницей в охране обоих мест диверсии. Если старая часть города охранялась со всем тщанием и усердием, то вдоль реки дозорные прохаживались чисто символически. Старый полковник, занимающий должность коменданта отвечал только за старую часть города, тогда как в порту распоряжались капитаны двух военных корветов. Но те тоже в свою очередь на берег почти не посматривали. Да и удобных подходов со стороны жилых застроек к громадным баракам и навесам хватало с излишком. По расчёту первое возгорание привлекало внимание всего гарнизона и по логике вещей добрая часть воинов обязана была поспешить к реке. Погасить они там при разошедшемся огне, ничего не смогут, но за это время и в цитадели наверняка пламя разгорится, как следует.
   Эрик Махпун лично руководил большей частью отряда и вскоре все диверсанты заняли заранее обозначенные и выверенные позиции. Для этого в основном использовались припортовые харчевни, трактиры и постоялые дома, в любом из которых пара-тройка воинов поглощающих неспешно местное пиво никому не бросалась в глаза. А заметить творящиеся магические действия, даже у присматривающегося Кзыра не получилось бы. Тем более что поджигатели использовали тот самый метод, который когда-то сам Невменяемый, будучи в Баронстве Радуги, применил для сжигания обоих караванов с контрабандными мушками. Метод сильно модифицировать так и не удалось, зато при определённых заготовках его эффективность возрастала чуть ли, не в пять раз. А для полной синхронизации совместных действий отряда, очень выгодно использовали хорошо слышимые удары колокола на центральной башне городских часов.
   Начало магического действа началось в полвторого пополудни. Это время тоже выбирали не зря. Потому что в Орде сесть обедать в одно, строго определённое время, считалось одной из основополагающих традиций быта. Даже пословица существовала: "Хоть ты голоден и гол - в два часа садись за стол". Да и не только эта, но в данный момент такое постоянство грех было не использовать. Не только по домам, но и в общественных местах занимали к двум часам все места за столами. Энормианцы в общем гаме совсем не выделялись, а творили своё дело.
   За полчаса каждый из них отправил на территории складов более трехсот маленьких зажигательных шариков, предварительно укутанных в невидимый сгусток скрывающей энергии. К сожалению, увеличить промежуток времени между моментом отправки и самовоспламенением после истечения тридцати минут, не удавалось. Но зато ещё в Энормии удалось разработать процесс заблаговременного создания и накопления самих шариков в специально созданной для этого замкнутой структуре. То есть Эль-Митоланы их создали ещё в поместье, а когда удобно уселись возле окон трактиров, то одной рукой подносили к губам огромные кружки с пивом, а другой прямо с ладони выпускали невидимые очаги поджога к складам. Непосредственное расположение самых горючих товаров тоже изучили по схемам заранее, так что присматриваться к тюкам, ёмкостям или ящикам не требовалось. И ровно в два часа, ударами курантов, давалась единая команда по рассасыванию предохранительной оболочки шариков, равномерно и густо расположенных по всей территории складов.
   Второй отряд тем временем подобную операцию должен был проделать возле цитадели. Но с опозданием в четверть часа. Для чего удары и перезвон Курантов подходили как нельзя более кстати. Именно за второй группой своих воинов и последовал Кремон отделённым сознанием, чтобы в случае необходимости прийти на помощь. И если в речном порту вся операция прошла без сучка и задоринки, то в старой части города возникли определённые, хоть и вполне решаемые трудности. Как иногда бывает при случайных совпадениях, слишком уж бдительными оказались два городских обывателя. Хорошо, что Кремон добрался к месту выхода группы чуть раньше и успел их заметить. Похоже, что два соседа сошлись для беседы прямо на улице, затем уселись в небольшой стенной нише на лавочке внутреннего двора и принялись припоминать свои подвиги как на поле брани, так и в постели. Но с их непроизвольного наблюдательного поста открывался великолепный вид на часть улицы и единственный выход из старого домика, который стоял напротив, сплошной стеной, в одном строю с себе подобными. И когда по ступенькам на улицу сошла первая тройка спешащих людей, праздные соседи сразу же удивились:
   - Ты только глянь на них!
   - Откуда они взялись? Туда ведь уже недели три старый Грегор не наведывался.
   - Странно, очень даже...
   Оказывается, два ордынца и про дворецкого рода Зейк помнили, который иногда присматривал за этим небольшим помещением. Вот что значит слишком дотошные и всё подмечающие соседи. Но ещё больше они удивились, когда на улицу вышла следующая тройка и отправилась вслед за первой
   - Ого! Ещё незнакомцы!
   - Ты их хоть когда-нибудь видел?
   - Первый раз! Не иначе как Грегор кого-то ранним утром туда завёл, и те там прятались.
   - Для чего им прятаться?
   - Мало ли! Может это - речные контрабандисты. Или пираты. А скорей всего просто ворьё.
   - А может они покушение на коменданта готовят? Время-то неспокойное. А наш полковник личность авторитетная и строгая.
   - Вот шейтар их загрызи!
   - Что будем делать?
   - Как, что? Ждать! Сейчас-то они ничего лихого сделать не смогут, видимо только высмотреть пошли, но вот когда они вернутся и опять там спрячутся, тогда мы куда надо и поспешим. А?
   - Точно! Раньше и дёргаться не стоит. Пусть птенчики вернутся в гнёздышко.
   Намерения обоих ордынцев не оставляли никаких сомнений. Слишком они рьяно взялись за дело, и по стечению обстоятельств их подозрительность оказалась слишком уместной. Поэтому Кремон очень обеспокоился. Если по следам диверсантов нагрянет сыскная служба, то, зная конкретное место, отыскать подземный ход будет делом нескольких часов. А там и в само поместье быстро доберутся, благо до него по прямой линии несколько улиц да крепостная стена. До сих пор роду Каламина Зейка удавалось тщательно скрывать свою принадлежность к отряду мстителей, но если их заподозрят в поджогах, разыскать конкретных людей карателям станет намного проще. Следовало ликвидировать нежелательных свидетелей как можно скорее, потому что при нежелательном развитии событий они могут помешать и отступлению поджигателей цитадели. А время поджимало, как раз пробило без четверти два и расположившиеся рядом с твердыней города энормиане принялись интенсивно фаршировать армейские склады зажигательными шариками.
   Невменяемый вернулся в тело, на ходу объяснил первому коллеге из запасной пары место и суть предстоящего просмотра за свидетелями, и со вторым воином бросился в конюшню. Похасы и так стояли заблаговременно оседланные. Хорошо, что Эрик Махпун заранее обеспокоился несколькими пропусками вовнутрь старого города, потому, что на воротах стражники от предобеденного безделья устроили слишком уж дотошную проверку и досмотр. Отправить же на задание боларов не представлялось возможным. В последние месяцы, летающие растения вообще не появлялись в Бурагосе и поэтому зелёные разведчики, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания так и таились под зелёным забором.
   Кремон из-за затянувшейся проверки слишком нервничал и только посматривал на трехгранную башню. Но когда минутной стрелке до отметки двух часов оставалось пройти только два деления, сообразил и гаркнул на стражу:
   - Да вы вообще обнаглели! Если я сейчас за стол не сяду, то сожру вас вместе с вашими дурацкими шлёмами.
   Крепостная стража действительно отличалась шлёмами весьма оригинальной формы в виде котелка и всегда стеснялась ношения этого древнего атрибута. Конечно, будь на месте сотника карателей кто-либо иной, ему бы так не поздоровилось. Десятник стражей просто из вредности не дал бы парочке добраться на обед вовремя. Но тут он спорить не стал, а только раздражённо махнул рукой в перчатке:
   - Проезжайте!
   Как ни странно, но именно сам въезд считался наиболее сложным делом. Что вообще-то лишний раз характеризовало коменданта как весьма опытного и ревностного служаку. Но именно по этой причине и ожидалось, что он бросит большую часть гарнизона на тушение пожару в порту.
   До места спонтанной засады ретивых свидетелей добрались уже после двух гулких ударов центрального колокола. Оба всадника прибыли на нужную улочку шагом, не спеша, сдерживая разгорячённых коротким, но интенсивным отрезком пути похасов. Причём с этой улочки стало частично видно пакгаузы портовых складов. Краем глаза, посматривая на ордынцев, Кремон с сопровождающим замер в седле, с огромным удовлетворением наблюдал, как одновременно из-под всех крыш длинных и приземистых зданий вдоль реки, стали вырываться клубы дыма. Через пару минут показались и первые языки прозрачного пламени. Разгоралось сухое дерево и просмоленные крыши настолько хорошо и быстро, что у командира легиона всё возликовало от радости. Такой пожар очень трудно погасить даже с применением магии. И откуда шаманы в порту возьмутся? Ведь их всех согнали на выемку пород в Шейтаровой балке! Так что наверняка уже все ребята, скрывая свои магические сущности, спешат в поместье.
   Дотошные соседи тоже всполошились и вскочили на ноги:
   - Смотри! В порту пожар!
   - Бежим туда?
   - Делать нам нечего! Нам следить надо.
   Сделав вид, что только сейчас их заметил, Невменяемый указал на них пальцем:
   - Эй, вы! Ну-ка идите сюда! - когда те выбрались на улицу, поторопил с ответом: - Отвечать немедленно!
   Оба мужика не сильно испугались, но должное почтение в их тоне слышалось отчётливо:
   - Да мы живём здесь.
   - Ага, а я вот там....
   Восседающий на похасе сотник нахмурился:
   - Зачем тогда за нами подсматривали?
   - Мы не за вами....
   - Ни в коем случае! - затем оба ордынца переглянулись и решили выложить свои подозрения карателям: - Тут вот из этой двери незнакомые люди вышли.
   Затем наперебой поведали о своих предположениях. Место, где шёл доклад, показалось слишком открытым. Могли и другие соседи в окна разглядеть происходящие действия. Пришлось импровизировать на ходу
   - Хорошо, но раз их шестеро..., - сделал задумчивую паузу Кремон, - то давайте вместе притаимся вон в том переулке и уже оттуда понаблюдаем за этим местом.
   Только они успели зайти за угол, как на главной башне города ударил тревожный набат. Комендант поднял всех на борьбу с пожаром. Вскоре по идущим невдалеке улицам прогрохотал отряд на ездовых похасах. Воины гарнизона спешили к реке. Само собой, что энормиане долго ждать не стали. Убивать слишком инициативных обывателей они не хотели, и хоть как Кремону было не жаль тратить даже мизерную частичку собранной у него силы, он оглушил ордынцев жёлтыми молниями забвения. Считалось, что после такого удара разумный отключается как минимум на час и потом совершенно не помнит событий с ним пришедших за несколько часов до того. Конечно, определённые подозрения у местных дознавателей такой странный факт вызовет обязательно. Да и соседи наверняка могли заметить пару слишком уж импозантных карателей. Но зато с редко когда посещаемым жилищем рода Зейк, потерю памяти дотошных соседей никто не свяжет.
   Затем оба Эль-Митолана не торопясь выехали на перекрёсток. Шестёрка поджигателей появилась в поле их видимости через несколько минут после мелодичного перезвона четверти третьего. Поджигатели чуть напряглись при встрече, но быстро узнали своего командира и прошли мимо с полным равнодушием. И как только скрылись в нужной улочке, Кремон успокоено пробормотал:
   - Вроде никаких сложностей.... Но что сейчас тут начнётся!
   Словно по его команде, где-то во внутреннем дворе цитадели раздались тревожные и панические звуки малого пожарного колокола. А когда энормиане интенсивным галопом достигли ворот в крепостной стене, опять со стороны Курантов грянул будоражащий гул всех колоколов. По улице, в одном с поддельными карателями направлении, двигалось ещё с десяток верховых, видимо отставшие воины гарнизона спешили к речному порту. Некоторые, правда стали останавливать похасов, оборачиваясь, не понимая, что к чему, но энормианам удалось преодолеть стражу с деловым и озабоченным видом вместе с несколькими себе подобными наездниками. Только те так и помчались по центральной улице, а Кремон со своим коллегой свернули в первый переулок и вскоре уже находились в здании поместью рода Зейк. И сразу устремились к окнам: оттуда, поверх гребня крепостной стены открывался прекрасный вид на громадную и неприступную цитадель, над которой теперь поднимался вверх густой и разноцветный столб дыма. Стратегические резервы, предназначенные для приближающейся армии, благополучно превращались в пепел и сажу.
   А где-то в припортовых сооружениях, комендант рвал на себе волосы и со слезами на глазах смотрел в сторону старого города. Каким-то шестым чувством старый служака сразу понял, что это не случайность. Неведомые враги его коварно обманули, выманив вниз, и теперь никакие силы или отвага не спасут самый важный стратегический объект города от полного уничтожения. При существующих в Орде порядках и жестокости Великого Кзыра надеяться на снисхождение или помилование было бы невероятной глупостью. И хоть опытный полковник за всю свою карьеру не совершил ни одного административного упущения, сейчас перепугался чуть не до смерти. Причем не за себя, сам-то он умереть не боялся. А вот единственный сын со своей семьёй так и встал у него перед глазами. Наверняка бешенный правитель сожжёт всех в пламени своей безумной ярости. Возможно именно по этой причине, комендант, так и не отдав больше ни единого приказа, незаметно выбрался из панической суматохи, вскочил на свою лошадь и поскакал по направлению к старому городу. Хотя туда он так и не добрался, а свернул где надо, промчался, где знал, и вскоре, уже за околицей Бурагоса, его совершенно случайно увидел один из стражников. Полковник в хорошем темпе скакал впереди, а за ним на более медлительных похасах старались не отставать его сын, невестка и несовершеннолетний внук.
   Город горел, разгорался, покрывался клубами едкого дыма, а единого командования уже не было и в помине.
  
  

МУКИ СОВЕСТИ

   Внешне казалось, что помощники совершенно не страдают по поводу проводимых действий. Хотя на словах все они поддакивали раздражённому Спину и пытались его убедить в присущих им тоже муках совести. Да только лидер боларов сомневался в настоящей искренности своих разумных соплеменников. Ведь и сам он совсем недавно к подобным экспериментам относился бы только как к необходимости. Нисколько не терзаясь и не переживая, а уж год назад вообще действовал бы с азартом и вдохновением. Что тогда говорить о помощниках, которые свой жизненный опыт разумности исчисляли всего одним годом. А то и меньше. Они, конечно, относились к диким с деликатной осторожностью, усиленно кормили и не допускали даже намёка на членовредительство. Но вот душу, как чувствовалось Спину, никто в это дело не вкладывал. Всё равно каждый вёл себя как пытливый, и немного безответственный подросток, которого хоть и запустили по нужде в сложную лабораторию, но ещё не привили должной любви к жизни и разуму, как самым великим проявлениям мироздания.
   Но делать было него. И лидер боларов, почти не прекращая недовольные скрипы своего корпуса, раздавал жезлы в корни своих помощников и в тысячные разы давал очередные инструкции. Как всегда чуть изменённые от предыдущих, но все равно на отупляющих ни в чём не повинных соплеменников до крайности. Чтобы хоть как-то снизить негативное влияние на одних и тех же боларов, отряд исследователей разделил не осознающих себя особей на три группы, и вели эксперименты с ним по очереди. К сожалению, летаю