Юрьев Владимир: другие произведения.

Будут яблони цвести

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Весна 2014 "В стране, у которой нет выхода к морю, моряк - самая престижная профессия."

  ***
  
  Атмосфера Марса, несмотря на ее сильную разряженность, на 95% состоит из углекислоты. Что делает невозможным использование традиционных двигателей внутреннего сгорания. Кроме того, атмосфера Марса не защищает в достаточной степени от жестких космических излучений. Для экранирования систем электропитания и замкнутого цикла жизнеобеспечения используется грунт.планеты. Промышленное и гражданское строительство на поверхности планеты имеет свои особенности...
  
  ...Такая система обустройства поселений дает больше свободы в использовании атомной энергетики и атомных силовых установок. Уменьшение степеней защиты позволяет существенно облегчить конструкцию силовой установки...
  
  Руководство по эксплуатации энергоблоков серии 'Арес-А'
  
  ***
  
  
  
  Долгий перелет на Марс закончился. Огромный грузовик с Земли перешел под управление диспетчеров орбитального грузового терминала 'Марс-Главный'. Передав телеметрию, Сергей наконец-то расслабился.
  
  Уф! Мечта всей его жизни была уже в иллюминаторе корабля.
  
  Школа, репетиторы, учеба в московском физико-техническом институте, стажировка в Железногорске, кандидатская диссертация по облегченным атомным силовым установкам, полгода подготовки в отряде космонавтов и, наконец, занудный трехмесячный перелет на Марс - все это подходило к концу.
  
  Следующие несколько недель покажут, состоялся ли он как ученый. Здесь, на Марсе, Сергею предстоит реализовывать свой собственный проект с мозголомным названием "прокладывание трасс в условиях агрессивной радиационной и электростатической среды"
  
  Марика суетилась в отсеке бортинженера. У нее, как у командира экипажа, самая авральная часть работы. Грузовик, на котором они прилетели, привез пятьсот тонн груза, который в ближайшие два часа после стыковки уйдет на подвески марсианской орбитальной станции. Затем надо будет встретить экипаж сменщиков и сдать им дела. И только потом уже можно будет переходить на станцию и готовиться к спуску на планету. Потому два часа можно просто любоваться пейзажем.
  
  Перед глазами было все, с чем связаны были его мысли все эти годы. И то, что Марика рассказала ему за месяцы перелета о своей родной планете.
  
  Марс. Четыре подземных города, названные в честь писателей-фантастов. Толстой, Берроуз, Брэдбери и Хайнлайн. Марсиане помнят свои корни. Марсиане чтут тех, чье творчество и чье мастерство заражать идеями сделало возможным и жизнь на Марсе вообще, и тот полет в один конец девятерых энтузиастов экспедиции 'Марс-один'. Тех энтузиастов на Земле многие считали смертниками. Говорили, что в 2015м году нет технологий не только для жизни, но даже для простой посадки на планету. Говорили, что нет возможности точно приземлить грузы, нет возможности начать монтаж первого города. Говорили, что первые же постройки будут уничтожены вихрями и жестким излучением, не хватит сил и энергии...
  
  Потому города названы в честь тех, кто верил, что все это возможно.
  
  Двенадцать шахт, связанные с городами тоннельными дорогами - трассами, как их называют на Марсе - внутри которых носятся легкие и изящные вагонетки на магнитной подушке...
  
  Вроде у шахт есть свои названия, но они уже завязаны на местный фольклор. Марика объясняла, в честь чего, но Сергей как-то это не воспринял. Тяжело запоминать что-то, что еще не потрогал руками. Это как с языками программирования. Вроде в учебнике все понятно написано, но пока не начал делать что-то сам - буквы не обретают ощутимого смысла.
  
  Марсианский Олимп. Самая высокая гора в Солнечной Системе. Двадцать один километр высотой, украшенные ледовой шапкой. В самом кратере вулкана на Олимпе - стартовый стол единственного космодрома на Марсе. В ущелье у подножья горы расположены входы в пещеры города Толстой. Самого крупного города на Марсе. Там находится местное правительство. Там же, на склоне Олимпа находится Сад.
  
  Сергей еще не решил для себя, что он думает про этот самый Сад. Марика говорила о нем с каким-то почти религиозным трепетом, потому Сергей постеснялся задавать уточняющие вопросы. Знал за собой грешок - очень уж иной раз нетолерантные, ехидные формулировочки у него получались, которые могут задеть чувства другого человека и ограничить его свободу. Потому решил, что пока не посмотрит на Сад - ничего о нем предварительно думать не будет. Про Сад Сергею достоверно было известно одно: там цветут яблони.
  
  Здесь, на станции, они с Марикой расстанутся. Она спустится на барже в Толстой, а Сергей отправится на две тысячи километров восточнее, в город Берроуз, что на берегу Моря Статики. Еще на двести километров дальше будет сброшена буровая установка, разработанная лично Сергеем. Теоретически она способна добраться до недавно обнаруженных залежей воды.
  
  С экипажем проходческой платформы, на которой ему придется работать, Сергей уже успел познакомится по интернету. Веселые, душевные ребята. Капитан первого ранга Данила, оператор первой смены. И капитан второго ранга Джим, оператор второй смены.
  
  Вроде нормальные ребята, но какие-то ограниченные. То ли у них чувства юмора нету, то ли они просто узкие специалисты. Ладно, сработаемся. В Железногорске и не с такими общий язык находить получалось.
  
  Через два часа они с Марикой в парадной форме одежды сдавали вахту и корабль. Сменщики - молодые парень и девушка, на вид лет пятнадцати от роду. Оно и понятно. Сюда, на Марс, они вернутся только через девять лет, когда Марс с Землей снова будут близко друг от друга.. За это время они должны успеть закончить универ и аспирантуру. И пройти подготовку к обратному перелету. Если захотят, конечно. Например, парень, с кем Марика летела на Землю - он не захотел. Остался в ООН работать в комитете по космическим технологиям.
  
  Вахту сдал - вахту принял. Добро пожаловать, счастливого пути и еще положенные в таких случаях ритуальные фразы. Военные вообще страсть как любят все вот эти штучки с заготовленными формулировками и щелканьем каблуками. Хотя и в этом есть свои прелести - Сергей снова невольно залюбовался стройной фигурой Марики и ее выдающимся бюстом, когда она по стойке смирно салютовала сменщикам. Да и форма ей к лицу. Знал бы с кем судьба сведет - пошел бы на астрофизика учиться, а не на ядерщика. У ядерщиков вообще девчонки редкость...
  
  Еще через час Сергей сидел в челноке. 'Челнок семь, расстыковка'. Есть расстыковка, ага. Тумблер вверх, красную кнопку нажать, регулятор подачи влево до упора. Поехали!
  
  Челнок отделился от станции, красная планета в иллюминаторе покачнулась и начала плавно приближаться. Елки-палки, надо было бы хоть в щечку Марику чмокнуть на прощание. А то она, кажется, обиделась.
  
  Здравствуй, Марс!
  
  
  
  ***
  
  При разгрузке прибывших космолетов особое внимание уделяется воде. Остатки топлива - не менее 30% отработки - отгружаются в контейнеры согласно процедурам ТТ2 и ТП2, затем транспортируются в центр переработки. Бесконтрольный слив воды воспрещается.
  
  Инструкция по переработке полезных отходов
  
  ***
  
  
  
  Разгрузкой грузовика занялись портовые службы Берроуза. Сергея от этого дела бесцеремонно отстранили. Прямо так и сделали - взяли за плечи, повернули к выходному шлюзу и подтолкнули в спину. Спасибо, что не коленом под зад. А у шлюза уже встречали ребята с его будущего - пардон, уже нынешнего - экипажа. Вон тот, лысый и круглый - это Данила. А вот этот, коротко стриженный, тощий и с густыми черными бровями как у космонавта Берегового - это Джим.
  
  - Ну здравствуй, пухлый! - поприветствовал Сергея круглыйй и полез обниматься.
  
  Второй просто хлопнул по спине. Пока Сергей пытался отстраниться - ну да, как-то неожиданно, чтобы с корабля и сразу обнимашки - Данила и Джим заговорили вразнобой, одновременно увлекая его к остановке монорельса, не переставая тараторить.
  
  - Давай, брат лихой, шустренько. У тебя сегодня в культурной программе... Кстати, этот монор наш, давай запрыгивай.
  
  Едва успев устроиться на мягком сиденье, Сергей с ужасом узнал, что в ближайшее время ему грозит: Обучение управлению платформой (ты извини брат лихой, мы не все по твоему проекту сделали, сам увидишь), обучение кессонной сварке, потому что сварной автомат так и не отладили, обучение вождению местного гусеничного внедорожника...
  
  - Потом еще главному энергетику будешь доказывать что не верблюд и тот проект, что ты ему впаривал еще на Земле ты же с нами сможешь осилить, - безо всякого сочувствия хлопнул его по пузу Данила. Пузо тут же протестующе забурчало.
  
  - А потом быстренько смотаемся на полигон, поползаешь по луже, потренируешься, - это уже Джим, флегматично глядя в окно. - Поиграешься с режимами тяги, научишься держать платформу и не закапываться носом. Да и вообще руками ее потрогаешь.
  
  
  
  Количество и способ подачи информации немного обескураживали. А особенно скорость, с которой его взяли в оборот. Неловко улыбаясь, Сергей пробормотал
  
  - Ну ребят, вы здесь быстрые. Я же только с корабля...
  
  - Ага, на учебу, - ухмыльнулись оба. -А ты что думал? Здесь курорт! Правда, только для ботанов и задротов. То есть для нас с тобой, например, хе-хе! - круглое лицо Данилы изобразило улыбку, отчего он стал очень похож на интернетовский смайлик.
  
  - Ну вы это, хоть бы яблочками местными угостили сперва, - выдавил из себя Сергей, но увидев, как оба внезапно напряглись, поспешил добавить - Шутка.
  
  - А, юмор, значит? Юмор я люблю, - буркнул Джим. До остановки ехали молча.
  
  
  
  ***
  
  Смена длится восемь с половиной часов. Пересменок производится по светозвуковому сигналу. Обмен информацией о прохождении трассы позволяется только через бортовой журнал. Запрещается в связи с повышенной опасностью прохождения трассы прямой контакт между членами экипажа. Данное требование связано с установленным принципом тройного резервирования, и не должно нарушаться, кроме как в исключительных случаях, описанных в Приложении 2.
  
  Регламент полевых работ, часть вторая.
  
  ***
  
  
  
  :Машина дернулась пару раз и заглохла. Кабина осветилась красным мерцанием. Твою мать! Опять закопался! Сергей в сердцах хлопнул по подлокотникам водительского кресла.
  
  Платформа имеет массу под две тысячи тонн. Ходовая - восемь независимых пар гусениц с отдельным приводом на каждую. Эдакая квадратная черепаха сорок на сорок метров. Но поди ж ты! Когда сползаешь с камней на лужу даже не песка, а какой-то пыльной взвеси, надо обязательно убирать тягу с передней группы гусениц. А то они выгребают ямку, в которую платформа радостно пытается воткнуться что твоя садовая лопата. Это оказалось не так уж и просто. А в реальном выходе будет еще сложнее - на платформе будет груз труб. Штабель высотой метров двадцать. Центр тяжести будет значительно выше. А в процессе работ центр тяжести станет сдвигаться вперед, потому что сначала разгружаться будет корма.
  
  Это еще только тренировка, но Сергей уже чувствовал, что готов устроить драку с любым, кто произнесет отныне и навсегда ненавистное слово 'юстировка'.
  
  Задний ход. Выровнять машину. Стоп. Так, надо отдохнуть, размять затекшую спину и руки. А то с такими деревянными клешнями опять зарыться - как два пальца об асфальт.
  
  Сергей встал и вразвалочку пошел к двери в первый отсек. Надо бы пожаловаться Даниле. Джим злой, от него сочувствия не добьешься. Он, походу, всерьез считает себя лишь одним из механизмов платформы. Данила же вроде как попроще, эдакий добродушный Карлсон.
  
  Замок на двери выдал красный запрещающий сигнал и два предупреждающих. Да, да, открыть, трижды нажал Сергей. Дверь с шипением отползла в сторону и...
  
  Вспышка в глазах. Больно ударившись спиной о кресло, Сергей поднялся с пола, сплюнул, утер кровь с носа. Дверь закрылась. Зажегся монитор. С экрана Данила смотрел с непривычным раздражением.
  
  - Никогда. Никогда больше, брат лихой, не покидай своей ячейки жизнеобеспечения в походе. Пункт инструкции семнадцать-один. Конец связи.
  
  'Кажется, на меня опять обиделись', подумал Сергей. Брюхо сочувственно забурчало.
  
  
  
  ***
  
  Использованную посуду следует помещать в контейнер для использованной посуды, осуществив закрытие контейнера личной карточкой. Помещать в один контейнер посуду от нескольких работников строго воспрещается. Использование личной карточки для закрытия контейнера с посудой другого работника строго воспрещается.
  
  Инструкция по жизнеобеспечению персонала.
  
  ***
  
  
  
  
  
  - Понимаешь ли. Мы тут живем как средневековые крестьяне. Только страда у нас круглогодичная - гутарил Данила, покачиваясь на стуле.
  
  Сергей молча кивал, уплетая за обе щеки столовскую кашу.
  
  Напарники уже давно доели свои порции и перешли к десертам. Хмурый Джим молча попивал коктейль.
  
  Городская столовая была светлым и неожиданно просторным местом. На стенах были голограммы с величественными пейзажами в красно-синих тонах, между столами порхали роботы-разносчики. Играла тихая музыка.
  
  Сергею было хорошо, как после бани. Тело ныло в истоме, в голове слегка звенело от марсианского коктейля. Ну а брюхо радостно подрагивало, приветствуя долгожданную пищу.
  
  Раскрасневшегося от чего-то горячительного Данилу потянуло на филосовствования.
  
  - Тут ведь как. У вас, на Земле, минимально эффективный экономический блок - это двести миллионов населения. А нас тут всего десять тысяч. Разумеется, мы работаем и за себя, и за того парня. И даже если ты, например, сотню ботов пасешь - все равно остается дел непочатый край. Колонизация, знаешь ли - это не как в компьютерной игре.
  
  Джим хмыкнул.
  
  - Да уж, на компе юниты прокачивать гораздо быстрее!
  
  Сергей закончил третью порцию, положил пустую тарелку в контейнер рядом со столом и, довольный, откинулся на спинку стула.
  
  - А все-таки, Данила, вы тут какие-то совсем повернутые на своих инструкциях. Даже в драку лезете чуть что не по букве...
  
  - Ну а как иначе, брат лихой? - Круглое лицо человека-смайлика приняло доверительное выражение. Данила даже подался вперед, раскрыв ладони перед собой - Как же иначе? Инструкции - они ж кровью писаны. Да и похороны здесь, к сожалению, не редкость.
  
  - Фронтир - буркнул Джим.
  
  - Ага. Дикий край. Тайга, так сказать. А мы, значит, комсомольцы-добровольцы - гоготнул Данила. - Такие дела.
  
  Сергей пригубил из бокала. Пожалуй, пока марсиане в добром расположении духа, можно задать несколько неудобных вопросов.
  
  - А расскажи-ка мне про Сад. Что это?
  
  - Сад? - Данила задумался. - Ну, как бы тебе сказать. Вот я в душевой видел у тебя нательный крестик. То есть ты, значит, христианин, верно?
  
  - Ну, есть такое. Но сам понимаешь, это, скорее, дань традиции.
  
  - Вот! Именно. Дань традиции. Гимн Марса слышал? 'Покидая нашу Землю обещали мы, что на Марсе будут яблони цвести'. Молодняк, знаешь ли, лет так в пятнадцать обычно начинает спрашивать у старших - а в чем смысл всего. Так вот яблони - это ответ. Это символ. Что невозможное возможно. Да, это дорого, нелепо и никак не пригодится. Ну вот как ваши эти храмы. Можно, понимаешь ли, провести такую грубую аналогию. Вот ты христианин? А мы, так сказать, садовники.
  
  - И ритуальные услуги у нас знаешь какие? - это хмурый Джим решил вставить слово - Человека надо хоронить в земле. Есть такая традиция у вас? Ну вот. А у нас земли-то только то, что привезли. Потому тело кремируют, а прах - туда, в Сад. Ты не подумай, это не какое-то жертвоприношение или некромантия. Сад - это не просто та самая, первая яблоня, что привезли сорок лет назад. Это еще и памятник. Всем, кто был здесь. Всем, кто оставлял свой труд на Марсе. По щепотке от каждого лежит у корней яблони. Глупо, наверное.
  
  - Нет, не глупо - Сергей выпрямился. - Не глупо. Очень даже трогательно. Правда, как-то не вяжется. Вы выглядите и ведете себя как какие-то технопанки. А тут - яблоня...
  
  - Хе! Отдельная культура, брат лихой! Можно уже даже говорить о Марсианской цивилизации! - Данила опять расплылся в улыбке.
  
  - А зачем она, отдельная культура? Ведь ваш Марс - это ж несамостоятельная экспедиция. Вот политики на Земле вдруг опять поссорятся, как в двадцатых годах - и все, каюк вам! Год-два, и Марс погиб. Зачем свою жизнь с этим местом связывать?
  
  Человек-улыбка и хмурый Джим переглянулись.
  
  - Да, конечно, мы знаем. Год-два, и Марсу каюк. Мне об этом отец говорил. И я обязательно скажу это своим внукам, хыы!
  
  Сергей решил сменить тему. Неудобно как-то стало. Тут вроде один выходной день перед экспедицией, пока платформу трубами грузят, зачем напрягать себя разговорами на такие скользкие темы? Лучше, пожалуй, начать травить байки.
  
  - Вот, помню на втором курсе решили мы с ребятами сплавиться по реке Волге...
  
  Хмурый Джим хлопнул по столу.
  
  - Ладно заливать-то. Мы тут, конечно, деревенщина, но физику знаем. По водным рекам плавать невозможно. Вода не имеет кристаллической решетки и не удержит на себе никакого твердого тела. Ты просто провалишься внутрь воды и все.
  
  'Это он шутит так' - сказал себе Сергей. Но разве ж по лицу Хмурого Джима угадаешь, серьезно он или нет? 'Юмор. Юмор они любят.' Почему-то вспомнилась фраза из старого приключенческого фильма - 'Гардемарины, а моря не видели!'
  
  Доедали десерт молча. Кажется, Сергей опять что-то сделал не так.
  
  
  
  ***
  
  Специфика работы в Море Статики обусловлена следующими факторами: составом взвеси, составляющей т. н. 'сухую воду', наличием статического электрического заряда высоких токов, затрудняющим как связь платформы, так и возможностью электрического пробоя в местах сварки трассы, а также в местах повреждения защитного экрана. Также следует учитывать возможность поражения оборудования мелкодисперсной металлизированной пылью, следует выполнять регулярную продувку движущихся частей механизма. По возможности следует свести к минимуму использование электрических и электронных контуров, использовать механические дублирующие системы.
  
  Специфика работы в Море статики. Обзорная инструкция.
  
  ***
  
  
  
  Платформа вторые сутки шла в кромешной тьме, по дну пылевого моря. Долгие часы в изоляции, без возможности связаться с кем-либо кроме своего экипажа. Долгие часы кропотливой работы. Протяжка, сварка, заземление. Подводка следующей секции. Заземление, протяжка, сварка... Километр за километром.
  
  Джим проверил показания приборов.
  
  Радар высветил впереди очередную расщелину. Продольная. Рекомендуемый вариант обхода - справа.
  
  Зафиксировав в журнале согласие с действиями автопилота, проверил статистику кабелеукладчика. Данные протяжки были в пределах нормы, но что-то его смущало.
  
  Так. Меню. Общие данные. Скорость стабильная. Сварка в норме. Статика - стабильно высокий уровень.
  
  Но ощущение неправильности не покидало.
  
  Так. Счётчик витков платформы. Сбой.
  
  Набирая код экстренного торможения и продувки поворотного механищма кабельной платформы, Джим уже знал, что придется выходить наружу. Это обрыв.
  
  
  
  Только что задремавший Сергей полетел с койки от резкого торможения. По инструкции надо было застегивать ремни во время сна...
  
  Несколько минут он сидел на полу, пытаясь справиться с щумом в голове. Наконец, немного придя в себя, он поднялся и запустил терминал. Вызвал на экран последние записи.
  
  За то короткое время, что он провел на полу, Джим успел выйти наружу и оставить голосовые сообщения. Последнее из них записано буквально двадцать секунд назад. 'Попал в расщелину. Сломал ногу. Кабель сбросило с прямой. Вахта два, закончите сварку.'
  
  Не раздумывая, Сергей кинулся к двери. Лихорадочно нажимая кнопку открытия двери, он прокручивал в голове дальнейшие варианты действий.
  
  Дверь поползла в сторону с черепашьей скоростью.
  
  - Вахта три,требую оставаться на месте. Пункт инструкции четырнадцать-один. - Голос Данилы через динамики интеркома приобрел противные скрипучие интонации.
  
  - Да пошел ты! Там человек умирает!
  
  - Сергей, не дури. Последнее предупреждение. Я не могу покинуть пост. Как дежурный запрещаю выход на поверхность. Ты ставишь под угрозу весь проект. - голос Данилы звучал монотонно, как у автомата.
  
  Проигнорировав это и дальнейшие сообщелия, Сергей уже добрался до шкафчиков со скафандрами.
  
  Пара минут. Готов. Не забыть пристегнуть к разъемам на предплечьях опорные штыри-заземлители.
  
  На месте были все шесть комплектов. Видимо, Джим вышел без них, чтобы удобнее было нести автономный сварочник.
  
  Что за черт?! Шлюз не желал открываться.
  
  - Данила, мать твою! Открой шлюз.
  
  - Прости, Сергей, но я не могу рисковать. Вернись на свой пост.
  
  - Мудак ты, Данила, - пробурчал Сергей себе под нос. - Еще и глупый к тому же.
  
  К программному обеспечению платформы он имел непосредственное отношение еще на земле. И сам вписывал экстренные коды открытия в систему.
  
  Неуклюже тыкая в кнопки контроля шлюза, входя в него, очутившись снаружи, он думал о том, что скафандр никогда не проверялся в условиях пылевых морей.
  
  
  
  Сонар он активировал сразу, как только открылась дверь шлюза. Хмурый Джим не успел далеко пройти. Он лежал в трех метрах от платформы, в обнимку со сварочником. Аккуратно, стараясь не споткнуться, Сергей подошел к нему, поднял на руки (ха! Тридцать килограмм в пересчет на земной вес) и отнес в шлюз.
  
  - Данила, Джим на борту. Набери личный код и число 'е' до пятого знака для активации контроля над шлюзом. И дай мне информацию о том, какой кабельный сектор неисправен.
  
  - Вахта три, вас понял. Даю вводные... И это, Пухлый, слушай. У тебя максимум сорок минут. Заземляющий контур скоро пойдет вразнос. Прости, если что.
  
  В голосе Данилы, еле слышимом сквозь треск наводок, Сергею почудились одобрительные интонации. Неужели?
  
  Сергей пошел в сторону сварочника. При каждом шаге вокруг него вспыхивали маленькие молнии.
  
  
  
  ***
  
  Монтажные работы шахтного автоматического комплекса осуществляются монтажными ботами. Экспедиции прокладчиков следует ожидать разрешающего сигнала от монтажной группы, и лишь по получению сигнала приступать к работам по соединению трассы с шахтным блоком.
  
  О завершении стыковочных работ руководитель экспедиции докладывает руководителю поселения на станцию 'Алексей Толстой' для получения команды о введении объекта в эксплуатацию. По получению команды руководитель осуществляет подъем флага на введенном в эксплуатацию объекте с исполнением гимна станций Марса.
  
  Инструкция по монтажным работам шахтного автоматического комплекса.
  
  ***
  
  
  
  Кряхтя, пыхтя, переваливаясь через барханы, платформа ползла к объекту. С трех гусеничных групп были сбиты траки, их катки неловко болтались в воздухе. Остатки сорванной кран-балки свешивались с правого борта, за мачту, подрагивая, цеплялись два чудом уцелевших бота-стропальщика.
  
  Но платформа ползла, разматывая за собой "колбасу" трассы, секция за секцией.
  
  С каждым пройденным метром у марсиан нарастало возбуждение. 'Чего это они?' - устало думал Сергей. Всего-то осталось - присоединить трассу да нажать кнопку 'ВКЛ'. Самое сложное осталось там, на дне Моря Статики. Вместе с большей частью шнекоходов, бортовых ботов-сварщиков, с кран-балкой и вездеходом для эвакуации. Но вот удивительно. На дне пылевого моря Данила и Джим были спокойны как дохлые львы, хотя все они чуть не сложились там. Данила в нарушение инструкции дождался Сергея на три минуты дольше обещанного, несмотря на то, что платформу уже начало калечить. На ехидный вопрос, с чего бы такой героизм, тот невнятно отговорился каким-то пунктом сто сорок семь. Джим в гипсе. А тут чуть ли не подпрыгивают.
  
  Еще, небось обниматься полезут с мониторами, сидя каждый в своей ячейке.
  
  Через час трассу подсоединили к добывающему комплексу, подали питание. Джим и Данила по стойке смирно слушали гимн Марса каждый в своей каюте, а Сергей с каким-то странным чувством отрешенности смотрел, как бурильный комплекс закапывается в грунт. Туда, к очередной ледяной линзе, к еще одному месторождению воды в копилке марсиан. И к докторской степени для Сергея.
  
  Странные люди. Смотрят на громыхающие горы железа и видят в этом какую-то романтику.
  
  Точно - инопланетяне какие-то.
  
  Внезапно он почувствовал какую-то детскую обиду на них обоих, как будто эти двое украли у него радость завершения проекта.
  
  На терминале загорелась надпись 'Входящий вызов'. Сергей нажал прием. На экране появилось лицо Марики.
  
  - Здравствуй, Сережа. Как ты?
  
  Какая она все-таки красивая. Особенно с этим застенчивым румянцем на щеках.
  
  - Нормально. Вот, закончил свою экспедицию. Все заработало, вроде как.
  
  - Будешь оставаться на Марсе или вернешься обратно?
  
  - Сложный вопрос. Вчера я оставаться не планировал. А вот сегодня уже и не знаю. А у тебя-то как дела?
  
  - Знаешь...- Марика зарделась и опустила глаза - У нас с тобой получилось. Я прошла медобследование. Будет совершенно здоровый ребенок. Меня сегодня переводят в медицинский уровень 'Толстого'. Подальше от поверхности, в бункер. Как закончишь, приезжай. Я буду ждать.
  
  Экран погас.
  
  Сергей сидел в кресле и смотрел на свое отражение. На лице его блуждала совершенно идиотская улыбка.
  
  
   Из динамиков оглушительно пел Кобзон: 'Покидая нашу Землю обещали мы что на Марсе будут яблони цвести'
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса"(ЛитРПГ) О.Герр "Невеста на продажу"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Котёнок и его человек"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) Л.Грош "Они не мы. Красная сфера"(Антиутопия) Н.Любимка "Алая печать"(Боевое фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) В.Лошкарёва "Суженая"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"