В раннем детстве, в уютной квартире,
Каждый шаг постигая с трудом,
Мы судили об Истинном Мире
По тому, что рассказывал Дом.

Я садилась за маленький столик,
Приготовив гуашь и листы,
Рисовала зелёное поле
В обрамленьи Большой Пустоты.

Рисовала рукой неумелой,
Но, не зная, что надо уметь,
Добавляла спокойно и смело
Лёгких листьев кружащую медь.

В этой маленькой круглой юдоли
Были травы и росы чисты:
Сор не в силах проникнуть на поле
Сквозь ограду Большой Пустоты.

Дни и ночи кружат в хороводе,
Спит мгновенье, проносится год.
Мы навеки меняемся вроде,
И на карте всё меньше пустот.

Время сменит сюжеты и роли,
Акварелью распишет холсты,
Но на стенке - зелёное поле 
В обрамленьи Большой Пустоты.

Увязая в тягучей рутине,
Вечерами, и даже во сне
Возвращаюсь я к давней картине
На нетронутой, первой, стене

И по-прежнему, волей-неволей,
Из реальности строю мосты
На зелёное круглое поле
В обрамленьи Большой Пустоты.