Он вошел в банк ровно в полдень. Его всегда отличала страсть к пижонству. Это был Джастин.
- Именем свободы, гоните деньги! - закричал он и достал два кольта. Старые потертые револьверы, на рукоятке каждого из них была выгравирована статуя свободы.
Раздались крики. Люди в панике забегали из угла в угол. Джастин стоял в центре этого ада и ухмылялся. Если бы не отвращение к табаку, то он не отказался бы от сигары в зубах. Однако, её с успехом заменяла зубочистка.
- Я что, не ясно выразился? - спросил он и выстрелил в потолок. А затем в охранника, который потянулся к пистолету.
Охранника по странному стечению обстоятельств тоже звали Джастином. Он не желал получать деньги именем свободы и честно выстаивал для этого у входа. Слишком много полицейских сериалов сгубили его, побудив действовать.
- Есть ещё герои? - Джастин хотел добавить "мать вашу", но это было бы слишком "дешево". Никакого пижонства в этих затертых словах.
Он вопросительно посмотрел на остальных охранников - те покорно выкинули оружие и легли на пол. Ни одного из них не звали Джастином. Никто из них не желал быть героем.
- Остальные тоже вниз!
Люди попадали. Как будто им срезало ноги. Даже те кто бежал - упали сразу. Не останавливаясь. Крики начали стихать, лишь тут и там и раздавались всхлипывания и причитания.
- Я освобожу вас от денег и подарю прекрасную жизнь, - пообещал им Джастин и направился к кассирше.
Та была спокойна. Её звали Кимберли. У неё был парень, который обожал эротические связывания и без этого не мог заниматься сексом. Ещё у Кимберли было некрасивое рябое лицо и маленькая грудь.
Но это всё Джастин не знал. Он был уверен только в одном - она вызвала полицию.
В мозгу оцепеневшей кассирши пронеслось несколько мыслей. Одна из них была о том, что парень с револьвером чертовски сексуален, а её бойфренд - тюфяк. Вторая предлагала подстраховаться от грядущих старческих болезней, начать геройствовать и получить пулю. Третья, самая разумная, посоветовала тянуть время.
Кимберли улыбнулась, но так и осталась стоять на месте.
- Давай деньги, - приказал Джастин и отвернулся.
На самом деле он играл роль. Ему не нужны были деньги, а требовалась лишь свобода. Свобода самовыражения. Но Джастин не умел играть на скрипке или на чем-нибудь другом. Он не был умен или красив. У него имелось всего лишь пара затертых кольтов со статуями свободы.
Не так уж мало, чтобы тебя показали в новостях.
А ещё Джастину было наплевать. Убьют его или нет. Он знал, что удрать не получится. Убийство охранника могло стоить ему жизни. А перестрелка с полицейскими позволяла не дожидаться формальностей.
Джастин услышал звуки сирен и улыбнулся. За его спиной Кимберли облегченно вздохнула, но не прекратила складывать деньги в мешок. Пересчитывание пачек помогало отвлечься.
Однако грабителю уже было плевать на деньги. Распинывая людей, а то и просто наступая на спины, абсолютно наплевав на всё, Джастин вышел на улицу, направляя револьверы на людей.
Снайпера звали Скотт. Его девушка, Кимберли, работала в банке кассиром. На самом деле его возбуждало не только связывание, но и убийство. А потому, не раздумывая и не дожидаясь приказа, он прикоснулся к спусковому крючку.
Нежно.
Пуля попала в голову и прошла навылет. Джастин упал лицом на землю, продолжая улыбаться. Скотт закатил глаза от наслаждения и смаковал пробегающую перед глазами картинку. Кимберли продолжала пересчитывать пачки и думала как сказать Скотту, что она от него уходит...