В этом поезде странные вагоны. Тот, который мне нужен, выкрашен в карамельный цвет. Три большие комнаты: спальня, кухня и гостиная, на пороге которой застыла проводница.
Я достаю из кармана плитку молочного шоколада.
- А! Всё понятно, - усмехается она.
Проходим на кухню. Интерьер в духе маленьких полуподвальных кофеен.
- Долго искал? - спрашивает, насыпая в кружку какао-порошок.
- Не очень. Люди помогли.
- Зря.
Это про то, что пришёл. Я тоже сейчас гадаю: "Зря или не зря?" Но обратной дороги нет. Поезд следует до конечной станции без остановок.
Пьём какао, заедаем шоколадкой, молчим. Когда остается одна лишь обертка, я достаю из кармана вторую плитку, с коньячной начинкой.
- Торопишься, - качает головой проводница.
Мы оказываемся в спальне. Кусочки шоколада передаются через поцелуй. Некоторые быстро, некоторые долго, и каждый из них со своей историей.
"Казино. Шум, гам, веселье. Моя спутница, кареглазая мулатка, одобрительно кивает, и я бросаю кости. Две пятерки.
- Десять. А ты ставил на тройку. Ты проиграл деньги, но получил лишних семь лет...".
"Не знаю, почему у неё в спальне ультрафиолетовая лампа - это выбивается из её образа и привычек. Иногда мне начинает казаться, что такой свет выбрал кто-то другой. И я чувствую горечь ревности.
- Сегодня только три, - шепчет она, поглаживая мои тронутые сединой волосы. - Стареешь..."
"Кладбище. Старое, ухоженное, с раскидистыми ивами, оплакивающими погребенных. Мы гуляем по аллеям, рассматривая надгробья. Когда-то и я здесь буду лежать. В отличие от девушки, идущей со мной, я не вечен.
- Смотри! - она показывает рукой на одну из могил. - Шестьдесят семь лет. Неплохо, а?.."
Судорожно одеваюсь. Как в тот первый раз, когда не получилось. Был смех, стыд, обида, комплексы. А сейчас жажда жизни, боязнь не успеть, страх перед смертью. Моя станция ещё не скоро, но я уже не могу здесь оставаться.