9 глава: Одиночество и обреченность откроют в тебе звуки звезд.
Глупая луна, довольно ухмыляясь, смотрела на меня сквозь каменное окошко нового жилища. Напыщенная и самодовольная - я просто ненавидел ее.
И мольбы мои были абсолютно напрасны. И великое небо, которое так грозно нависало над нашим хрупким миром, и нелепые светила красующиеся на небе - они ни чем не могли помочь мне.
Грустно вздохнув, я перестал молиться.
Коварная судьба, могущественная сила, непоколебимая власть - все, что мы привыкли приписывать этим несуществующим богам, развеялось прахом.
Я опустил взгляд и, перевернувшись на другой бок, уставился в холодную стену камеры. Даже ледяное безразличие моих немых стражей, казалось сейчас роднее, звездного мерила.
Почему так выходило? Мир рушился в одну минуту и создавался вновь - но на этот раз он стал более жестоким и безжалостным. Может быть, если бы король и вся его безмозглая челядь прислушивались к моему господину, этого бы не произошло?
Хотелось в это верить. Верить и мечтать, что все вернется на круги своя.
Ворочаясь, я вновь уловил надменную ухмылку круглолицей уродины, окруженной мириадами безмолвных звезд. Уже который день я взирал на их острые шипы, пытаясь понять: чего они хотят? К чему этот немыслимый круговорот?
Еще в приюте меня убеждали, что от любого несчастья нас уберегут небесные покровители! Только бесчисленные и искренние молитвы буду услышаны ими! И только в крайних целях стоит прибегать к их помощи!
Какая глупость. Бесчисленные имена звезд, созвездий, легенды и удивительные сказания. Я закрыл глаза. Не хотелось смотреть на этот фальшивый мир над головой. Да и зачем, если сейчас, над всеми нами было только одно созвездие. Созвездие Ластра, служившее для всех нас воротами в мир угрюмого чудовища по имени - Смерть.
Я зло ударил кулаком в стену и, поморщившись от боли, затряс ушибленной рукой. Наверное, нервы совсем сдали.
Стены стали давить с новой силой, не оставляя меня в покое. Вскочив, я заметался словно разъяренный тигр в клетке. Откровенно говоря, это выражение вполне соответствовало действительности. С одной только разницей - тюрьма Арнака была куда страшнее обычных железных прутьев. По сути, я не был пленником, имел свою просторную комнату, мог свободно передвигаться по огромному выступу, но на этом моя свобода и ограничивалась.
Каменный балкон, который кругом обвивал одну из двух башен Арнака, являлся своего рода ограниченным уровнем, отведенным моей скромной персоне.
Раньше я больше смерти боялся что, совершив какое-нибудь воровство, обязательно попаду в самую страшную тюрьму Итарги, а оказавшись здесь, мгновенно смерился, так как только человек умеет смеряться с безысходностью.
Всего лишь пять дней, диаметрально переменили мое представление о жизни. Да и какая разница, где ожидать конца света - на земле или укрывшись среди хмурых серых облаков?
Я осторожно подошел к краю каменного выступа и опасливо посмотрел вниз. Пугающая мгла, словно древнее чудовище облизывало стены башни, время от времени, впиваясь своими щупальцами в багровые камни.
Откуда-то издали послышался пронзающий вопль, заставивший меня в ужасе затаить дыхание. Здесь не часто приходилось слышать посторонние звуки, ведь у заключенных не было возможности общаться между собой.
Полумрак рассек пронзительный свист. Я заметил, как среди дымчатых лоскутов густого тумана мелькнула, чья-то огромная фигура. Стремительнее орла она взмыла ввысь, оставляя за собой длинный след, и полетела к едва различимым контурам соседней башни.
Истошный вопль вновь заполнил мрачную пустоту.
Нет, это была не птица. Птицы сюда не долетали, как впрочем, и все живое - только растворяющийся в безмолвии шум воды, и тот с каждым днем становился все тише.
Я вновь с нескрываемым любопытством вгляделся в очертания соседней башни.
Крик не повторился. Тишина вновь окутала мрачные владения Арнака. Видимо крылатые стражи тюрьмы быстро усмирили отчаявшегося заключенного.
Крылатые Тайраны - так кажется, звали их те, кто с упрямым фанатизмом верил в существование Арнака. Если бы они знали - насколько правы.
Откуда взялись в Итарге эти мерзкие чудовища, не знают даже седовласые архивариусы Альира. Поговаривали, что жуткие твари - это осколки небесных светил низвергнутых на землю, чтобы приводить в ужас неверных сынов, отрекшихся от небесных покровителей. Не знаю: так или нет, оно было на самом деле, но именно здесь Тайраны выполняли роль беспрекословных стражей, разрывающих на части любые попытки узников на побег.
- Что? Ищите отступника?! Да пошли вы! Летите сюда! - в отчаянье выкрикнул я в пустоту и зло отмахнулся в сторону каменного соседа.
Безумная выходка тут же охолодила мой пыл. Неужели я решил встретиться лицом к лицу со смертью. Треклятая Ластра, не зря ты нависла надо мной, будто карающий меч.
Эхо разнесло мои слова по округе так далеко, что только глухой не услышал этот отчаянный призыв. По спине побежали мурашки. Лучше бы я спрыгнул вниз, разбившись об острые камни. Все легче, чем ждать крылатых убийц.
Тишина поглотила последний отголосок уже не моего, а какого-то чужого голоса. Я замер стараясь не слушать бешеное биение собственного сердца.
Неужели мне повезло, и я не обрушил на себя гнев стражей?!
Еще мгновение и мир вокруг меня медленно погрузился в кромешный туман.
Осторожно выдавив из себя вздох, я сделал шаг назад. Внезапно серая пелена, открывшись, словно смертельный занавес показала огромное перепончатое крыло. Я в ужасе застыл на месте. Страж был так близко, что я мог дотронуться до него рукой. Огромные иссиня-черные крылья властно окружили меня. Я видел перед собой только непроглядный мрак.
Огромное чешуйчатое тело вызвало во мне жуткий приступ отчаянья. Звериная морда, практически неразличимая в темноте, обнажила зубы, и я услышал неимоверный разрывающий все и вся вой. Ударившись о стену, я упал на спину. Стоило ли уповать на небесных покровителей или иное невероятное спасение - я не знал - но внезапно мне стало очевидным одно: Арнак не терпел к себе подобного отношения.
От безысходности, я посмотрел ввысь. Балкон был пуст. Наверное, мне стоило плакать и рыдать от счастья - страж дал заблудшему узнику еще один шанс.
Непроглядная пелена все также мирно и вольготно обволакивала старые, кое-где осыпавшие стены, а почти мертвая тишина еще доносила до обостренного слуха едва различимый шепот моря, и мое напуганное сердце продолжало поддерживать в своем хозяине хрупкую как само небо жизнь.
Я медленно поднялся и в очередной раз осторожно подошел к краю выступа. Фиолетово-синяя дымка вальяжно тянулась ввысь - туда, где среди серой вуали призрачных облаков, уже совсем близко у основания созвездия смерти горела кроваво-красная звезда.
2
Закат выдался бесконечным, словно он специально старался подольше задержаться на быстро темнеющем небе. Король стремительным шагом двигался к намеченной цели и его не страшила излишняя уверенность и безрассудство. Таким как он не присуще сомневаться в собственных поступках и в отчаянье искать поддержки и ждать дельного совета.
Свечи одна за другой гасли вслед Его величества, и казалось, что невидимые слуги и здесь, в самой дальней башне, трепетно опекают своего бесстрашного повелителя.
Внезапно, король остановился. Кинул через плечо косой взгляд, словно почувствовал чье-то присутствие, и не сказав ни слова, двинулся дальше.
Дверь в заброшенный зал открылась сама, будто по мановению ветра. Король, не раздумывая, шагнул внутрь. Мрачные углы зала освещало несколько тусклых свечей.
- Добрых ночей и светлых дней Его величеству! - нараспев произнес голос.
Канль де Оль вздрогнул, но его испуг пропал также внезапно, как и появился. Король нахмурил брови:
- Что за глупая идея, встречаться в подобных местах. Я что похож на пустынного вора, страшащегося своего обличия? Что скажешь, Нед.
Придворный звездочет погладил короткую аккуратно стриженую бороду и добродушно улыбнулся.
- Я и не думал ни от кого прятаться, Ваше величество. Просто вам ведь прекрасно известно, как наши замечательные повелители силы умеют трактовать неугодные им слова. Раз, - звездочет ловко щелкнул пальцами, - и ты уже заговорщик. Два, - вновь раздался звонкий щелчок, - и ты предвестник несчастья и великих бед.
- А ты к таким себя не относишь? - с издевкой поинтересовался король.
- А это как будет угодно Вашему величеству, - легко парировал звездочет.
В полумраке зала Канль де Олю трудно было разглядеть лицо придворного мудреца или Глядящего за небом, как его прозвали в народе, - а стало быть, оставалось только внимательно прислушиваться к каждой фразе, быстро растворяющейся в тишине.
Затянувшееся молчание, как было принято по этикету, нарушил король:
- Если ты хотел поговорить наедине, зачем привел с собой своего ученика?
Нед Не Клут кинул взгляд на мнущегося возле стены невысокого, сильно сгорбленного мужчину, который от нахлынувшего страха, был неспособен вымолвить ни слова.
- Это, Карвин, Карвин Глид. Смышленый малый, хоть и безграмотный. - Звездочет разочарованно цыкнул.
- Так вот и взял бы, кого посмышленее, да помоложе. В его возрасте ни одна наука в голову не полезет, - отрешенно буркнул король.
Король сделал несколько шагов к старому, украшенному трещинами резному трону, и с отвращением прикоснувшись к пыльному бархату, разочарованно выдохнул.
- Все в мире тлен. Из праха восстаем...
- В прах обратимся, - докончил за него звездочет.
- Пустое, - как то отрешенно произнес король, и отогнав от себя ненавистные мысли, добавил: - Так зачем же ты все-таки звал меня, повелитель неба?
- Я хотел указать на некоторые ошибки... Если позволит, Ваше величество, - осторожно начал Нед не Клут.
И не успев договорить, он наткнулся на непреодолимую стену непонимания.
- Ошибки? Указать? - не слишком ли ты забываешься звездочет. - Или подобные фразы тебе нашептали звезды? Неужели ты решил стать, святым служителем звезд?
- Я не хотел обидеть, Ваше величество, но ... - попытался оправдаться звездочет.
- Что но? - продолжая нервничать, вновь перебил его король. - Я ценю твои звездные карты и истории о тайнах ночного неба, но не более того... Мы исправно приносим дары и молитвы, строим храмы... Скажи, что же тогда не так?
- Многое, Ваше величество. Звезды не терпят, когда допускают ошибки. И те, кто нам покровительствуют, вскоре могут с легкостью отвернуть свой взор. И тогда мир измениться навсегда. Храмы разрушаться, а реки и моря покажут свое дно, горы превращаться в развалины, а ...
- Хватит! Я требую, замолчи! - взревел король. - Я запрещаю тебе произносить подобную ересь. Слышишь, не смей...
- Как будет угодно, Вашему величеству, - низко поклонившись, ответил звездочет.
Ученик Неда не Клута попытался повторить хитроумные движения своего учителя, но неуклюже поскользнулся и едва не упал. За что незамедлительно получил от звездочета заслуженную оплеуху.
Король раздраженно отмахнулся рукой, и две высокие тени скрылись в полумраке мрачного зала. Послышался скрип и звук закрывающейся двери.
Его величество Канль де Оль, еще долго стоял один среди серых стен, задумчиво взирая зеркальным взглядом, вслед ушедшим звездочетам. В его глазах читалась тревога и обреченность, словно впервые в жизни король не знал, что ему делать и как уберечь королевство от надвигающейся опасности. Даже если великие звезды и не допустят беды, и его верные подданные смогут еще пару лет жить, не ведая страха, пророческие слова господина звездочета рано или поздно обретут жизнь и тогда мир неизбежно падет в тартарары.
Королю ужасно не хотелось в это верить.
3
Если терпеливо научиться слушать тишину можно узнать много интересного. Не так давно я смог различить, как в соседней башне хлопнула тяжелая кованая дверь, и скрипнул плохо смазанный засов. Чуть позже, на море, до которого была не одна лига, начался сильный шторм - я ощутил мощные удары волн и взволнованные крики чаек. Наверное, именно так чувствует себя человек полностью лишенный зрения. Охватить весь мир руками не возможно, а вот дотронуться до каждого нового, и такого интересного звука, не так сложно, если ты полностью слеп. Нужно только желание и время, которого у меня сейчас было более чем достаточно.
Я осторожно поднял крохотный камень и бросил его в океан мрака.
Возникший звук сразу же потерялся. Я повторил напрасную попытку. Однако тишина оказалась сильнее.
Кто бы мог подумать, что я встречу конец мира на краю обрыва, лишенный малейшего шанса на спасенье.
Глупец.
Я швырнул третий камень инстинктивно.
Неужели я решил, что если бы мне удалось покинуть Арнак я смог бы спастись от неминуемой гибели?
Мир уже не изменить. Никому. Ни храбрым "Стальным волкам", ни всесильным магам.
Вчера я слышал, как за стенами возросло беспокойство. Отдельные крики, тревожные голоса, ругань. Видимо даже могущественные стражи чувствуют скорое приближение смерти.
Беловолосые дознаватели пытающиеся добиться правды от тех, кто преступил закон, не в силах противиться судьбе.
Неужели они этого не понимают?
Я фыркнул и посильнее обхватил согнутые в коленях ноги. Меня стало сильно знобить.
- Эй, новенький!
Я не сразу понял, что ко мне обратился чей-то голос. Мираж или игра моего больного воображения? Возможно, просто болезненное помешательство.
Не веря самому себе, я весь обратился в слух, отчего страшно зазвенело в ушах.
- Ты тоже это чувствуешь или я один такой прозорливый?
Не спеша отвечать, я встал с пола и осторожно посмотрел по сторонам, пытаясь определить - где находится собеседник.
- Брось дурить, все равно не увидишь...Лучше ответь: ты тоже чувствуешь эту беду? - более требовательно, но все также вкрадчиво спросил голос.
- Да, - осторожно произнес я, отчаявшись подтвердить свою догадку по поводу безумия.
- Ну, так что? Да или нет?! - заволновался незнакомец. - Неужели так трудно ответить более конкретно?!
- Что ответить-то? - с трудом разбирая быструю речь собеседника, уточнил я.
Откуда-то сверху, а может снизу, послышался протяжный вздох.
- Святые небеса, как же мне не повезло. Новый сокамерник за столько месяцев, лет, и тот не может двух слов связать.
Я внимательно вгляделся в высоту башни, а затем, опустив глаза, только сейчас заметил, что чуть ниже, расположен еще один уровень каменного выступа. Он казался таким близким, что я невольно протянул руку, но призрачный туман, вмиг рассеял иллюзию.
- Ты только пару дней слушаешь тишину, а я уже несколько тысяч дней. Поверь, за такое время ты сможешь научиться видеть своими ушами такое, что тебе и не снилось, - попытался объяснить голос.
- Но почему ты не заговорил со мной раньше? Я вел себя тихо? Ты меня не слышал?
- Почему же не слышал? Прекрасно слышал. Ты появился здесь три серых тумана назад. Просто я не спешил затевать с тобой беседу...Как говориться растягивал удовольствия. К тому же надо было узнать, что ты за человек. С "плохими", я обычно остаюсь нем.
Мне показалось или этот говорливый тип оказался полным безумцем. Молол без умолку, и все о пустом. С другой стороны: какая разница? В любом случае выбора у меня не было - сходить с ума вдвоем или в одиночку.
- Скажи, а что означает три серых тумана? - любопытство стремительно рождало в моей голове непредсказуемые вопросы.
- Здешняя мера исчисления. Как на воле - там день, здесь туман. Если ты не заметил, он здесь постоянно меняется, но, к сожалению, никогда не проходит.
- Почему?
На мгновение голос исчез, словно его никогда и не было. Но я чувствовал - разговор незакончен.
- Почему? Почему?! - донеслось снизу. - Спроси у этих Крылатых. Они тебе с удовольствием поведают все тайны Арнака.
Злорадное хихиканье наполнило сгустившуюся мглу.
- Скажи, за что ты здесь? - не удержавшись, начал было я, но голос раздраженно остановил меня.
- Не спрашивай...Я не люблю вести столь откровенные беседы после нескольких туманов. Понимаешь - не доверяю. Эти беловолосые могут специально подговорить тебя! Я слишком важен для них.
- Но ведь я даже не говорил с ними, - попытался объясниться я перед сокамерником. - Ни разу! Понимаешь. Сейчас такое твориться, им сейчас не до меня!
- Нет, - твердо ответил голос, произнеся это так, словно каждый кирпичик подслушивал наш разговор, а из тумана следили тысячу заинтересованных взоров.
Мне показалось, что мой собеседник хотел сказать еще что-то, но, к сожалению, так ничего и не услышал. Голос бесследно растаял в тишине.
Еще несколько туманов я безуспешно пытался докричаться до внезапно исчезнувшего приятеля, порой ловя себя на страшной мысли, что нет никакого собрата по несчастью, а я просто-напросто медленно но верно, схожу с ума. Меня даже перестали беспокоить ужасные стражи. Я без устали продолжал слушать тишину, но вместо этого не смог уловить и малейшего шума моря, словно мои уши, раз и навсегда, отказались доносить до меня привычные звуки.
Две ночи я, сам не свой, шагами мерил каменную комнату. Спал плохо, преследуемый ночными кошмарами. На третью, толи день, толи ночь, я все-таки смог успокоиться. Мне приснился странный сон. Один из тех, что ворвался в мои безмятежные грезы о звездной долине. Непонятные, чуждые моему сознанию незнакомые мне воспоминания, будто специально пытались перевернуть и без того пошатнувшуюся реальность.
4
Наверное, я, как и окружающий меня мир, потихоньку лишался рассудка. Изъеденные временем огромные, источающие лишь мерзкий холод камни оказались живыми. Едва различимые неровности и шероховатости, наспех промазанные швы и грани, менялись: каждую секунду, минуту, час. Или проще сказать - туман.
Я не сразу понял это. Глаза болели, и тишина предательски давила на виски повергая в безумие.
Но мне было все равно.
Я продолжал, не отрываясь, смотреть на творившееся вокруг сумасбродство. Камень менялся. Он тек словно огромная и вальяжная река. Крупицы потоком осыпались вниз, бесшумно, словно все это происходило не у меня перед глазами, а в больной голове.
Стена превратилась в водоворот, засасывая и бесследно поглощая мое внимание. Трещины и расколы сминались и исчезали в серой мгле, не в силах противостоять неведомой силе. Подавшись вперед, я, не веря своим глазам, попытался дотронуться до стены. Раньше, почувствовав невероятный страх, я никогда бы не решился на это, а теперь во мне просыпался незнакомый и чуждый интерес, который оказался во стократ сильнее всяких предрассудков.
Они меняли свою форму - длинные и продолговатые, превращались в крохотные осколки.
Внезапно из водоворота появилась странная высоченная фигура. В первый миг, в голове возник образ самого настоящего палача, с легкостью разрубающего на куски ни в чем не повинные тела. Бесцветный балахон, скрывал лицо здоровяка. Руки он держал скрещенными на груди, словно служитель храма небесных светил.
Оказавшись в середине моей камеры, он остановился.
Ни топора, ни острого клинка я не заметил. Однако и без этих смертельных предметов, образ палача не рассеялся.
Сердце заколотилось в бешеном ритме. Будто затравленный зверь я на карачках пополз назад, подальше от таинственного визитера.
- Нет смысла!
Я определенно сходил с ума. Голос звучал в моей голове, повторившись несколько раз омерзительным эхом.
- Я ни в чем не виноват! Я не сделал ничего предосудительного!
Наверное, мне не стоило говорить этих слов, но отчаянье, навсегда поселившееся в моей голове, заставляло совершать достаточно непредсказуемые поступки. Во что бы то ни стало, я пытался оправдаться, вымолить себе спасение. Но стражу мои слова были неинтересны. Мою судьбу уже давно решили совсем другие люди.
- Мне, все равно. Пора.
Голос источал равнодушие и холод здешних стен.
Страж Арнака указал на свет, в конце возникшего в стене, коридора. Я беспрекословно подчинился.
Когда я сделал шаг в пустоту из моей камеры, послышался издевательский смех сумасшедшего сокамерника. Кажется, один он знал - какая участь ждет меня впереди.
Не ощущая за собой, ни дыхания, ни тяжелых шагов великана, я продолжал медленно идти по бесконечному коридору. Стены освещал бледный свет багровых камней, которые вырастали из холодной, грязной тверди острыми клыками.
Каждый шаг отзывался в моем сердце тревожным набатом. Ощущение приближающейся смерти не оставляло меня ни на секунду, и росло с неимоверной силой.
С другой стороны, какая разница, когда отправиться на небеса? Погибнуть сейчас или через пару недель? Мир неумолимо погружался в губительный омут, и мне, не суждено было этого лицезреть. Мои часы отсчитывали последние мгновения.
По стенам неторопливо стекали извилистые струйки воды, исчезая в многочисленных темных расщелинах. Трещины извилистой змеей тянулись до самого верха, паутиной окутывая потолок коридора.
Я не сразу заметил этого, но когда мой взгляд остановился на огромном расколе, бесчисленные изъяны коридора стали настырно лезть наружу. Ноги сами собой встали на месте.
Внезапно я понял, что на самом деле происходит здесь.
Арнак умирал!
Умирал быстро и неизбежно, на глазах тех, кто из года в год, из века в век, хранили боль и тайны заключенных.
Эти древние стены словно говорили со мной, жалуясь и моля о помощи. Меня - обычного слугу звездочета. По телу пробежал едва ощутимый холодок, наполняя меня страхом тысячи, нет, десяти тысяч заключенных. Некогда грозная и непреступная башня, сейчас выглядела не лучше согнутого и изуродованного жизнью старика.
Я сделал еще несколько шагов и вновь остановился. И опять ощутил страх. Но на этот раз он исходил, не от холодных безжизненных стен. Страх был за моей спиной. Вечный страж Арнака сейчас, в первый и последний раз в жизни, боялся заключенного башни. Застыв в замешательстве, он внимательно следил за мной не в силах сделать хотя бы один бесшумный шаг. Подтолкнуть меня в спину. Причинить боль.
И впервые в жизни я ощущал свое превосходство. Невидимое, но вполне реальное.
5
...Кто-то говорил, что две высоченные башни, которые были выбраны в качестве самой страшной тюрьмы Итарги, выросли из-под земли. Ходили слухи, будто Арнак собирали по крупицам хранители металла, вечные труженики и бесспорные мастера своего дела. Те, кто еще верил в удивительную силу звезд и приносил дары в храмы могущественной Ваоры, считали, что Арнак создали сами светила. И башни, рассекая небеса, были ниспосланы к нам, как символ спасения от неминуемого зла.
Наверное, чем больше столетий проходило с момента создания башен, тем невероятнее и разнообразнее становились слухи, каким удивительным способом Итарга заполучила эту непреступную цитадель для содержания самых жестоких врагов королевства.
Если бы они все знали, как ошибаются...
Высоченные башни, остроконечные шпили которых уходили высоко в небеса, теряясь среди мрачных, иссиня-черных облаков, стояли на самом краю, вблизи северного моря.
Там, где на песчаных пляжах всегда ветрено и одиноко. Там, куда затравленные жизнью кочевники боялись пригонять свои племена, а местный люд считал себя прокаженным - возвышались два одиноких столпа власти Арнака.
Две башни соединял широкий шлейф. Именно там пытали и лишали жизни обреченных узников Итарги. Изнемогая от ужасной боли и отчаянья, безумные крики, вырываясь наружу, тонули в призрачном тумане, окружающем ужасные башни: и никто был не в силах выдержать этот душераздирающий звук.
Никто не мог догадаться, что башни являются единственным и неповторимым источником силы, рожденным тысячей предсмертных криков и страданий. Лишь одному единственному человеку было под силу обратить чужую боль в собственное превосходство.
В ту ночь никто не осмелился бы оказаться рядом с этим проклятым местом, и только испуганные людишки, жившие в ветхих лачугах трепетно молились своим богам за сотни лиг ощущая присутствие страшного человека.
ОН пришел из далеких земель и прожил среди жителей королевства, долгие годы, изучая их быт и особенности. Меняя свои обличия, словно перчатки, ОН не привлекал к себе лишнего внимания, терпеливо приближаясь к намеченной цели.
...Подойдя к спокойным волнам, ОН осторожно коснулся прохладной воды, и всплеснув руками, довольно улыбнулся. Ему безумно нравилась сегодняшняя ночь: долгая и беззвездная. Руки плавно взмыли вверх, и серая пелена змеей поползла вверх, опутывая иссиня-черный берег моря.
На ЕГО лице выступила испарина. Сейчас ЕМУ ужасно недоставало собственной силы, и никто иной не мог одолжить хотя бы крупицу живительной энергии. Призрачная дымка слишком неохотно расплывалась над поверхностью воды, осторожно касаясь покорных волн. Мгновение, и пелена потянулась ввысь, словно стрела, пущенная умелым стрелком, она, ощутив свободу, набирала скорость.
Эфемерный морок расползался вширь, обретая вполне понятные контуры массивного здания, в изголовье которого возникли две острые башни.
Лишь на секунду на ЕГО лице возникла довольная улыбка. И вновь радость сменилась болью. Испарина покрыла лоб и виски таинственного скульптора. Длинные и костлявые пальцы тряслись от напряжения, выпуская из себя новый поток магического тумана.
Очертания проявлялись все отчетливее, и вскоре, уже можно было различить огромные неровные камни, зубчатые стены и узкие темные окна.
А между тем здание продолжало выситься и разрастаться. Серый туман потянулся чуть выше, а из-под него возникли каменные стены, вросшие в каменную твердь. Башни были уже в небесах, когда туман сгустился и, поднявшись туда, где охотятся зоркие орлы, завис непроглядным облаком.
Только теперь ОН позволил себе остановиться и перевести дух. Замок рос уже сам, без посторонней помощи. Каменные стены становились толще, а огромный отвес покрывался острым оскалом.
ОН сделал несколько шагов назад и, пошатываясь, обессилено упал на песок. На ЕГО лице застыла удовлетворенная улыбка. Все шло так, как надо и ОН был горд своей работой.
6
Тяжелый взгляд воина проводил дознавателей, послав им вслед кучу проклятий. Идарго не умел и не желал проигрывать, тем более, сейчас, когда времени было в обрез, а необходимость в этом парне возросла в несколько раз.
Но судьба сегодня не благоговела "Стальным волкам".
- Капитан, - внезапно раздался голос Хелер.
Идарго обернулся, уже чувствуя чужое присутствие.
На расстояние полета стрелы прямо посредине наезженного тракта стоял мужчина. Высокий, худощавый, он выглядел невероятно усталым. Держа под уздцы коня, путник медленно двинулся вперед.
Идарго пристально вглядываясь в знакомый силуэт, ощущал, как набатом бешено бьется сердце.
- Хард, - только и смог вымолвить Би гер, первым узнав "брата".
Лицо путника казалось земляным, безжизненным, - но вымученная улыбка говорила об обратном. В этом человеке еще теплилась жизнь.
Взгляд скользнул по каждому из воинов и остановился на Идарго.
- Долгих дней, капитан, - хриплым голосом произнес Хард Зи.
- Огненные реки Сарда, не по тебе, - не скрывая радости, ответил Идарго.
Воины обнялись.
Рок решил преподнести воинам, сегодня, хотя бы один приятный сюрприз.
Позже, возле костра, Хард Зи рассказал историю своего чудесного спасения. Рана, полученная в трактире "Придорожном весельчаке" от Нава, не оказалась смертельной, а след оборотня привел его на этот тракт.
Идарго слушал внимательно, мрачнея на глазах. На их пути вырисовывался еще один коварный противник.
Только Рок был способен преподнести радостную весть, омрачив получателя известий, последующими неприятностями.
- Как ты себя чувствуешь? - поинтересовалась "волчица".
- Сейчас уже лучше, спасибо,- отвлекшись от разговора с капитаном, ответил Хард Зи.
Та ночь выдалась долгой. "Волки" делились предположениями, сомнениями, страхами. Но единственный вопрос, который так и остался без ответа - это спасение слуги звездочета.
Курт был важен для Идарго. Не объясняя причины, он быстро убедил воинов, что им необходимо вызволить юношу из Арнака. Беспрекословно доверяя своему командиру, Би гер и Хелер Мун молча согласились. Хард Зи лишь развел руками, сообщив, что подобное просто невозможно.
Но Рок в этот лунный цикл был непредсказуем. И кто знал, что может он принести завтра.
Практически все небо затянули седые, словно борода старца тучи, скрыв от случайного взора серебряные созвездия. Предательский ветер налетел внезапно. Стремительно задув костер, он заставил перелесок, застывший у дороги, ожить, зашевелиться и жалобно заскрипеть в преддверии бури.
Тучи быстро рассеялись, став похожими на разрезанные лоскутики, будто на небе поработал искусный портной.
Ветер, становясь злее, открыл взору уже пурпурную звезду, которую он словно специально хотел вырвать из темно-синей палитры ночного неба. Завывая и путаясь между деревьев и невысоких кустарников, силясь в бессмысленных потугах, стихия все-таки затихла.
Звезда, вальяжно замерев в самом центре серебряного бисера небесных жемчужин, была непобедима.
Идарго осенил себя знаком покровителей, печально посмотрев на созвездие Рока.
Нет, он был не в силах помочь бедным детям Итарги. Обреченные сыны этого бренного мира, обязаны сами решать подобные проблемы, не надеясь на помощь Всевидящих.
Задумчиво почесав подбородок, Идарго вновь ощутил невероятное биение сердца.
Ночная свежесть, помимо неповторимого лесного аромата, принесла с собой запах предстоящей битвы. Битвы, к которой "волк" шел всю свою жизнь. Именно в ней он сможет решить свою судьбу и судьбу всей Итарги, не надеясь ни на милостивую Ваору, ни на коварного Рока. Одним взмахом меча будет решено многое. И он навсегда сможет победить забвенье, обретя вечную славу в сердцах сотни тысяч людей.
Услышав мысли воина, огромная звезда, надменно усмехалась его наивным мечтам. Да и как можно было поверить, что простой смертный в силах противостоять самим небесам.