Этим летом столица пестрила проявлением нового витка вычурной и многим непонятной западной моды. Август давил своей ужасной жарой и тугим воздухом, а потому и обращать внимание на новые наряды современной молодежи, загруженным донельзя горожанам было некогда. Лишь иногда сверкая на солнце, маленькие стразики привлекали внимания рассеянных трудяг. Мужики зло сплевывали и недовольно воротили нос, женщины напротив - скромно улыбались, внимательно изучая обладателя странной на их взгляд футболки. Конечно, это были не слепящие подвески и привлекающие своей идеальной огранкой дорогие броши. Всего лишь маленькие яркие блестяшки, подчеркивающие достаточно блеклый рисунок мужской футболки.
Новая молодежь, с легкостью первоклашки принимала веянья современной моды эксцентричной Европы. Столица все чаще и чаще наполнялась непохожими друг на дружку представителями юной отрешенности и непокорности, эдакие антиподы нормальной жизни. Они танцевали, разговаривали, ходили и одевались не так как все. Они отрицали то, как живут их никчемные предки, и их мало интересовало, что творится в противоречивом государстве. У каждого из них было свое название. Так уж повелось издревле - любой группе людей жизненно необходимо иметь ИМЯ. Свое собственное и неповторимое. Разный круг интересов, а отсюда и отличие. Разная форма одежды. Может быть, именно так и появилась первая мода? Хотя об этом можно лишь спорить, выдвигая и отстаивая ту или иную точку зрения. Да и со временем, мода стала столь разноплановой, что в бесконечном океане вечно спешащей толпы вряд ли можно было определить профессию человека, если тот не носил спецодежду.
Молодой человек недовольно покосился на своего одногодку. Белая рубашка, украшенная множеством маленьких слегка улыбающихся черных черепов, казалась неким пиратским флагом в безумном океане серой толпы, а черные крест-накрест сандали рисовали образ вечного скитальца в этих бесконечных каменных джунглях.
Молодой человек фыркнул, высоко вскинув голову, и демонстрируя все той же толпе свою стразовую футболку с высокими куполами, сверкающими во все стороны, нырнул в метро.
Обладатель вычурной рубашки с черепами вряд ли заметил столь странную реакцию.
***
Внезапно от изнывающей жары улицы остудил дождь: резкий, сильный, будто стометровый водопад он обрушился на ничего не подозревающих прохожих. Кто-то громко взвизгнул и, прячась под навесом, стал проклинать непредсказуемую погоду; несколько веселых девиц подхватив босоножки, и визжа во все стороны, кинулись вдоль старой полуразрушенной церквушки и исчезли за поворотом.
Природа ликовала. Водяная стена стала редеть, и на землю медленно накрыл поток свежести. Над извилистой речушкой возникла широкая радуга.
- И черт нас дернул именно сегодня выбраться гулять! - стряхивая с головы капли, раздраженно произнес юноша.
- Да брось ты! Здорово же! Гребной дождь! Свежо...
Девушка, весело подмигнув, улыбнулась.
Они шли вдоль старинных желтоватых построек с высокими колоннами и искусными мансардами между розовых садов, прогулялись по необычному коридорчику: стены и крыша которого были увиты виноградником, спустились по широкой лестнице к реке.
Вдоль тенистых аллей гуляли многочисленные компании новобрачных, приятную тишину нарушили довольные крики: 'Горько!'
Девушка и юноша поднялись на мост.
Среди невысоких перил, словно отголосок старины виднелись несколько десятков разнообразных замочков. Девушка на мгновение остановилась и зарделась загадочной улыбкой:
- Смотри!
- Знак вечной любви, - согласился юноша.
Молодая пара, смеясь, подбежала к мосту и, поцеловавшись, защелкнула очередной символ будущего счастья.
***
- У них это еще в будущем. У молодожен - уже в прошлом...
Юноша в рубашке с черепами безучастно отвернулся и посмотрел на своего собеседника, с интересом изучая его стразовую футболку.
- А как же мое прошлое, Оз?
- Прошлое, прошлым. И мне кажется, тебя сейчас больше должно интересовать будущее, - мгновенно отреагировал юноша, и со стороны могло показаться, что черепа на его рубашке расплылись в зловещей улыбке.
Развернувшись на месте, юноша заложил руки за спину и с видом заправского профессора медленно зашагал в сторону невысокого серого здания с куполообразной крышей.
- Ну погоди же, Оз... Ну погоди ..., - тяжело дыша собеседник кинулся следом. - Я понимаю, у тебя работа. Но... но они же должны понять. Должны!
На мгновение юноша остановился, и задумчиво посмотрев куда-то ввысь, где лениво плыли пузатые облака, задумчиво произнес:
- Они! Должны?
- Да должны, - услышав слова юноши, равнодушно согласился собеседник.
Черепа на рубашке исказились в ужасной гримасе.
- Алексей, ты стал странным - таким же, как и окружающий нас мир. Только запомни, что там все неизменно.
Собеседник недовольно поморщился и разочарованно выдохнул.
Они подошли к серому зданию, где над большими резными дверьми красовалась небольшая металлическая пластина.
- Усыпальница знаменитой княжьей семьи Морозовых. Покойтесь с миром, и память о вас не растворится в веках, - юноша повернулся к Алексею. - Как тебе надпись?
- Не вижу, - с сожалением произнес Алексей. - Ты же знаешь, нам не дано видеть отголоски нашей прошлой жизни...
Юноша разочаровано покачал головой.
- Тебе все равно?
- Сомневаешься? По-моему, вся ваша мирская суета основана на эмоциях и сопереживания близкому. Ах, у нас родился ребенок! Ой, у нас пропала собака! Ох, у нас умерла бабушка! Ух, меня уволили с работы! Ого, мне повысили зарплату!
- Что же в этом плохого? - удивился Алексей.
- А то, - не поведя и бровью, сухо подытожил тот, кого назвали Озом. - Вы прожигаете жизнь, не скупясь на эмоции. Год за годом как на одном дыхании. А главное, о чем вас просят - забываете...
- Ты о заветах? - догадался Алексей.
Оз даже не кивнул в ответ, но собеседник и без того понял, что попал в точку.
- Да пойми же ты... Жизнь это как гонка. Родился, чихнул и умер. Надо спешить, не размениваясь на мелочи. Жить эмоциями. Ну...- Алексей раскинул руками и вздохнул полной грудью. - Ну, это как полет. Понимаешь...Это как! - и заметив взгляд юноши, поник, разочарованно отмахнувшись. - В общем, тебе этого не объяснить.
Кажется, юноша впервые за их разговор удивился.
- Неужели? А ты попробуй. Ведь не один век живешь здесь!
- Поэтому и счастлив! - согласился Алексей. - Счастлив, так как никто из вас. Да если хочешь знать, без всего этого нам и заветы были бы ни к чему.
Глаза Оза округлились.
- Да ты что!
- Не злись, Оз. Я понимаю, что много не знаю, как там все устроено и что меня ждет на смертном одре. Но мне хочется так думать...
На мгновение юноша остановился и задумчиво посмотрел на Алексея.
- И ты говоришь так, понимая, что скоро лишишься этого навсегда?
- Я уже скучаю, но поверь, ни о чем не жалею. У многих гораздо меньше времени отведено на этом свете!
Оз поморщился.
- Ох уж опять эти ваши штучки. Сравнения, сопоставление. Мне было лучше, а ему - хуже. А от этого мне еще лучше...
- Брось, - отмахнулся Алексей. - Ты же знаешь, что все не так. Я имею в виду - не все так плохо. Может быть, я и там буду сравнивать то, что было здесь...
***
Они прошлись по липовой аллее и, поднявшись среди высоких тенистых дубов, проскользнули под небольшим каменным мостом, по которому еще какие-то двести лет назад гордо прогуливались на породистых жеребцах дети знаменитого семейства. Они вели пустые и порой занудные разговоры о политике и новостях моды, а порой просто пересказывали друг дружке никчемные местные сплетни. Год тянулся за годом. Лакеи и прислуга смотрели хозяевам вслед, вспоминая их плохим словом, играли в крепостных театрах и просто жили среди открытых просторов внутриусадебной суеты.
Время шло быстрее, набирая все новые обороты. Виток за витком. Война за войной. Гонение семьи, разграбление некогда неповторимого убранства, затем стройные ряды красных галстуков стали строить здесь новую жизнь: библиотеки и кинотеатры, партийные ячейки.
Минуло еще пару десятков лет - власть исчезла, а вместе с ней, точно также как это бывает в смутные годы, наступило забвение...
И вот пришло новое время. Парк при усадьбе обнесли забором, а противная тетечка с усами, стала брать деньги за вход. По новой асфальтированной дорожке к памятнику истории потянулись картежи новобрачных, автобусы с иностранными туристами, да и обычные люди, желающие прикоснутся к удивительному отголоску прошлого.
И вновь усадьба стала наполняться жизнью. Еще более яркой и насыщенной, впитывая в себя неисчислимые потоки информации, не забывая свято хранить дела давно минувших дней.
И кто бы мог подумать, что среди обычных посетителей, скрывался тот, чья память с точностью до песчинки помнила усадьбу двухсотлетней давности и всю красоту той прекрасной жизни.
- Скажи, а как ты вспомнил? - в какой-то момент произнес Оз.
Алексей раздосадовано пожал плечами.
- Не знаю... Трудно сказать. У всех это происходит по- разному.
- Как у всех?! - на мгновение юноша остановился. Черепа на его рубашке теперь напоминали вытянутые и слегка изогнутые знаки вопроса. - Ты что же здесь не один такой вундеркинд?
Ничего не ответив, Алексей уверенно направился к выходу.
Миновав турникет, они вышли на подъездную площадку зашагали вверх по дороге. Уже через пару десятков метров показался небольшой микрорайон.
Старые пятиэтажки, словно рупор прошлой эпохи сигнализировали, давая понять нынешнему поколению каким серым и унылым было то странное время, когда здешние края были наполнены уверенными лозунгами и призывными звуками барабана.
Старые дворики с проржавевшими качелями скрывали в своих зеленых закромах всю гадость и ужас того времени. Хотя, наверное, в каждом времени было что-то, что не хотелось вспоминать, навсегда забыв как страшный сон.
Возле одного из подъездов сидела старая бабушка в разноцветном выцветшем от времени платке и широком темном сарафане.
- Вот она тоже помнит но, к несчастью, лишь часть той, старой жизни, - указав на старушку, с сожалением произнес Алексей.
Юноша не мог поверить своим глазам. В старушке легко угадывалась молодая крепостная актриса Варька, которая лет двести назад давала неплохие представления в зимнем театре.
- В усадьбе ей становится легче. Она даже вспоминает свои роли, поет, танцует. А порой - ничего не помнит. Как будто две жизни накладываются одна на другую.
- Невероятно. И что она не одна?
Алексей уверенно кивнул и спокойно произнес:
- Это жизнь. Те, кто существуют там с вами, - он указал наверх. - А такие как мы - здесь. В своей родной стихии. Правда, я не уверен, мне просто хочется так думать... Ведь ты же мне не ответишь?
Оз не веря своим ушам отскочил в сторону и словно стараясь отогнать терзающие его мысли посмотрел Алексею в глаза.
- Откуда ты узнал, что я приду за тобой? Откуда? Знак? Ведение? Кто тебе сказал?
Алексей вновь пожал плечами.
- Не знаю. Предчувствовал и все. Вроде как 'дежавю'...Знаешь, есть такое французское слово.
- Но почему? Почему именно ты?! Почему не кто-то другой?! - казалось Оз был настолько поражен, что земля должна была вот-вот разверзнуться под его ногами.
Черепа на футболке осклабились, будто готовятся в бой.
Алексей тяжело вздохнул.
- У меня есть одно предположение.
- Мы - все кто вернулся сюда, оказались здесь только из-за полноты и остроты собственных чувств. Все без исключения. И к счастью мне удалось это вспомнить. Ты же и сам знаешь это, Великий. Все в жизни повторяется. Когда-то много лет назад я тоже защелкнул на нашем мосту для поцелуев замок. Потому что очень любил... Любил ее! И вот смотри, что получилось. Не знаю почему, но я смог. Только вот она... Но знаешь: я не теряю надежду...
***
Они шли вдоль старинных желтоватых построек с высокими колоннами и искусными мансардами между розовых садов, прогулялись по необычному коридорчику: стены и крыша которого были увиты виноградником, спустились по широкой лестнице к реке.
Вдоль тенистых аллей гуляли многочисленные компании новобрачных, приятную тишину нарушили довольные крики: 'Горько!'
Девушка и юноша поднялись на мост.
Среди невысоких перил, словно отголосок старины виднелись несколько десятков разнообразных замочков. Девушка на мгновение остановилась и зарделась загадочной улыбкой:
- Смотри!
- Знак вечной любви, - согласился юноша.
Молодая пара, смеясь, подбежала к мосту и, поцеловавшись, защелкнула очередной символ будущего счастья.
- У них это в будущем. У молодожен - уже в прошлом...
Юноша в рубашке с черепами безучастно отвернулся и посмотрел на своего собеседника, с интересом изучая его стразовую футболку.
- А как же мое прошлое, Оз?
Теперь уже Алексей посмотрел собеседнику в глаза, будто ища в них саму сущность небесного посланника. Юноша с черепами на рубашке на секунду замешкался, словно припоминая то, что произошло с ним со всем недавно.
Аллеи дышали приближающейся осенью. Запах листвы был не таким уж новым, более насыщенным, а оттого и более благородным и родным. На излете лета так хотелось сохранить эти ласковые лучики солнца и аромат полевых цветов, что даже красно-желтая пожухлая листва уже не навевала такую неотвратимую меланхолию, а рождала в душе новые краски и радости жизни.
- Так ты говоришь: защелкнул замок... и ты вспомнил. Вспомнил, все, что было в той самой жизни? - внезапно спросил Оз.
Алексей обескуражено покачал головой, слегка приоткрыв рот.
Сегодня он не ожидал услышать такого вопроса. Да и кто знает, помнил ли он их предыдущие встречи. Хотя бы одну? И сколько же их было? Оз и сам не ответил бы на этот вопрос. Да и какая разница.
- Не бойся. Экзекуция на сегодня отменяется.
Алексей растерянно улыбнулся, и было видно, с каким трудом ему далась эта улыбка.
Что же дальше?
Оз просто ушел. Пройдясь по тенистому коридору, он легко задел аккуратно подстриженный куст. Сколько раз до этого он касался его -вот также небрежно, почти вскользь... Один? А может быть триста раз?
Юноша в рубашке с черными ехидными черепами, был уверен, что никогда.
***
На мгновение он остановился на мосту и присмотрелся к ровным рядам всевозможных замков и замочков. Самый крайний был слегка проржавелым, но при этом и самым красивым. Оз сумел различить лишь одно имя 'Алексей'.
В этот момент к Озу подошла невысокая девушка в простом синем платье. Ее взгляд медленно плыл по вечным символам любви, внезапно остановился на замке Алексея. Девушка прошептала практически одними губами:
- Нашла..
- Ничего, - сказал сам себе Оз, отойдя чуть в сторону. - Она вспомнила, и я тоже смогу.
Внезапно его взгляд остановился на следующем замке, слегка грубом и слишком большом как ему показалось. Первое имя. Он не смог поверить своим глазам. Всего две буквы.
***
Он шел по небольшой улочке в далеком портовом городке, здесь, где между домами можно было протянуть руки и коснуться каменных стен, а крыши были вымощены красной черепицей жила та, что поклялась ему в вечной любви.
Запах моря пьянил и дурманил, сваливая с ног, а голос дрожал в предвкушении долгожданной встречи. Протиснувшись сквозь толпу туристов, он внезапно остановился, прислушавшись к знакомому голосу.
Я давно не летал во сне ,
Я забыл крылья в твоём окне.
Оз поднял голову и на небольшом балкончике увидел две пары белых крыльев: может быть просто бутафорская заготовка для очередного приморского фестиваля, а может -именно он один и мог видеть эти крылья, которые когда-то, очень давно, обронил именно здесь.
Между тем, голос тихо продолжал:
Все не так, все теперь не так
Вместо взмаха я делаю шаг...
Загадочно улыбнувшись, юноша в белой стразовой футболке приобретенной на местном рынке быстро побежал вверх по ступенькам...
(2008 год. ноябрь) Кузнецов К.В.
(в рассказе использован часть текста песни 'Никудышный ангел', автор Трофим)
