хаты трёх поросят на опушке как раз,
свиньи то голосят, то пускаются в пляс:
не боимся сову, волк не страшен для нас,
не сдадимся медведю без бою!
и душа тосковала сильней да сильней,
чтоб разрушить дома из ветвей и корней,
и мечтал я сожрать непокорных свиней,
что безумно прекрасны собою. 

но прошло моё детство, и юность прошла,
и я понял, не помню, какого числа,
что сгорят мои годы и вовсе дотла,
но стоят невредимыми хаты.
и тогда я решил дуть на стены и дверь -
я один, но я хищный безжалостный зверь,
я добьюсь своего и проникну, поверь,
в те дома, где живут поросята.

сладострастная отрава - ветчина и колбаса.
где берёзка притулилась под стеною,
про тебя жужжит под ухом вечная оса:
порося, пороси, поросю, порося, поросёю.

я залез по стене, просочился в трубу,
получив по пути пару шишек на лбу,
и протиснулся вниз, проклиная судьбу,
к поросятам - сырью для бекона.
к середине пути вдруг заныло в груди,
будто я разглядел сквозь туман и дожди,
как мои поросята сопят впереди -
то храпят, то захрюкают сонно.

с той поры я совсем не терплю кипятка:
я обжёг себе спину, и хвост, и бока,
подскочил к потолку и упал с потолка,
до сих пор ещё плачу и вою.
в поросячьем домишке покой и уют,
свиньи весело пляшут и песню поют,
никому-никому себя съесть не дают
и безумно прекрасны собою.

сладострастная отрава - ветчина и колбаса.
где берёзка притулилась под стеною,
про тебя жужжит под ухом вечная оса:
порося, пороси, поросю, порося, поросёю.

оригинал здесь