# Забытое небо

Кош Кай

Книга находится в процессе написания. Пока, вероятно, буду размещать некоторые главы. Версия не окончательная, скорее, пробная.

Часть 1

## Глава 1


Их странствие среди звёзд началось так давно, что даже сами они уже не помнили, откуда пришли самые древние и самые первые из них. Однажды, их внимание привлёк небольшой жёлтый карлик, затерявшийся на краю отдалённой спиральной галактики: некоторые его планеты содержали всё необходимое, чтобы созидать и творить чудеса, возникающие порой в казавшихся пустынными мирах, и превращающие холод застывшего пространства и времени в небывалую симфонию непостижимых мистерий. Обладавшие Полнотой Знания, называли этот великий дар Искусством. Те же, кто Знанием не обладал, говорили иногда о технологии, иные - о магии. Хотя большинство не умело даже таким образом помыслить об этом, и не обладало достаточной силой разума даже для того, чтобы просто дать точное описание этого Искусства, не говоря уже о том, чтобы попытаться понять его.

Они создавали миры и управляли ими, следуя путём своего Знания. Но, однако, и оно не было вечным, и так же стремилось к молчанию и неподвижности, как и всё, что видим мы во Вселенной. Род их постепенно менялся и утрачивал былое могущество. Его наследники со временем разделились, образовав двенадцать домов. Каждому дому соответствовала своя руна древнего языка, представляя собой родовое имя для всех, входящих в дом. Имена же их были: Ас, Ван, Герн, Инг, Крес, Мар, Ом, Ра, Тот, Чак, Ши, Яр.


Земля, 2031 год, секретный объект N 188, где-то на берегу Печорского моря.


Топот четырёх пар ног отскакивает эхом от гранитного свода; в полутёмном коридоре, вырубленном в древней скале на краю мира, стоит запах крови и горелых проводов. Сзади, у взломанных ворот, искря и чадя оплавленным металлом и пластиком, догорают обломки охранной системы. Рядом несколько бесформенных комков - тела, неподвижные, раздавленные взрывной волной. Впереди, в конце коридора маячит зеленоватое пятно света. Что-то мелькнуло там, и сразу вглубь скалы метнулись автоматные очереди, высекая из стен искры. Снова вперёд, быстрей. Четверо вооружённых штурмовыми винтовками людей промчались по коридору до входа в небольшой зал, также вырубленный в толще гранита. Первый из ворвавшихся в бункер нажал спуск подствольника - граната с шипением унеслась куда-то в освещённое пространство впереди. Грохнул взрыв. Нападавшие скользнули внутрь, мелькнувший в тепловизоре силуэт тут же прошила очередь. Быстро осмотрели всё вокруг: живых не осталось. Вдруг тихо щёлкнул динамик персональной связи:

- Кондор Белой сове: у вас гости, целей три, идут на малой высоте с юго-востока. Время до контакта - пять минут.

- Белая сова Кондору: понял, продолжаю выполнение задачи.

- Группа на выход, встречайте гостей. Я займусь системой.

Трое с винтовками наперевес простучали каблуками по гранитному полу, направляясь к выходу из бункера. Командовавший штурмовой группой, Ян Крес шагнул к консоли управления - железка была добротная, вмонтированная прямо в стол, она бледно светилась подсветкой сенсорных клавиш под бронестеклом. Каких-либо выходов или соединений видно не было. Ян быстро осмотрел конструкцию и вскоре нашёл под столешницей место, где корпус можно было вскрыть. Достав из подсумка инструменты, он справился с этой задачей и нашёл внутри технический порт, к которому и подключил свой тактический ноут, уже "заряженный" необходимым ПО на такой случай. Несколькими нажатиями клавиш он запустил перепрошивку консоли. После пары минут мерцания бледным, безжизненным светом, экран вывел сообщение об успехе. Однако система управления бункером быстро отреагировала на вторжение: большой экран на стене, показывавший состояние различных систем комплекса, вдруг вывел окно с тревожным предупреждением, а затем система сообщила о запуске процесса уничтожения бункера, отменить который можно только вводом действующего командного кода. Рядом возникло окошко поменьше, цифры в нём показали 11:37 - обратный отсчёт пошёл. Но Ян не беспокоился, времени должно было хватить, чтобы завершить операцию. Он тут же вошёл в систему управления и активировал полный боевой режим на всех пяти пусковых установках. Затем включил систему дальней связи: "Так, частота 1,88, есть сигнал".

- Белая сова Соколу - идёт буран! Белая сова Кондору - идёт буран!

В ответ из динамиков раздался прерывающийся звук женского голоса:

- Сокол Белой сове: Охотник обнаружен, он уже здесь. Повторяю: Охотник здесь!

- Сокол, передай его координаты.

- Сейчас, Сова, обрабатываю данные.

- Сова, передать данные не смогу! Цель хрономорфна!

- Что?!

- Цель - огромный хрономорф, её не берут радары, даже лазерный пеленг бесполезен.

Ян мысленно выругался, случилось самое худшее из возможного - этот "корабль", чем бы он там ни был на самом деле, сейчас, весь целиком был скаляром. А значит, из-за близкой к нулю метрики пространства-времени, ни одна система слежения не могла дать его координаты. Сейчас это был в прямом смысле корабль-призрак.

Между тем, где-то снаружи послышался глухой удар. Впрочем, в бункере он был заметен лишь как слабое колебание пола под ногами, звуки извне сюда не доходили. А там, снаружи, над ледяными полями уже светило солнце. Два вертолёта, вынырнувшие из-за заснеженных торосов у самого горизонта, дали по залпу ракет в сторону входа в бункер - взметнувшийся там огненный смерч, разметал остатки ворот и охранной техники. Но там никого не было. Через секунду, из-за ледяного гребня, метрах в ста от бункера, зловеще шипя, вылетела ракета. За ней вторая, третья. Вертолёты будто подскочили с места, выпустили ловушки и стали уходить в сторону, однако это их не спасло. Применённая против них система имела расширенный радиус поражения: ракеты взорвались, не долетев до цели, но осыпали всё вокруг градом тяжёлых осколков. Одна из вертушек тут же начала падать. Вторая продолжала быстрый манёвр, стремясь обойти стрелков по широкой дуге справа, но тут в неё полетели оранжевые трассы очередей - заработал крупнокалиберный пулемёт. Машина успела выпустить ещё залп ракет, как раз в тот момент, когда одна из тяжёлых пуль с вольфрамовым сердечником пробила её бронированное остекление.

Тем временем, Ян старался придумать хоть какое-то решение, но мысли лихорадочно скакали в его мозгу, не находя ничего, за что можно было хотя бы зацепиться. Наконец он бросил в микрофон слегка охрипшим голосом:

- Сокол, продолжай сопровождать цель, сейчас придумаем что-нибудь.

- Я уже придумала, - вновь раздался спокойный, очень мягкий, почти детский голос, - передаю мои координаты, наводи по ним!

- Чёрт! Эли, он всё равно должен будет перейти в векторную форму, и тогда мы его...

- Нет, Ян! У нас нет времени, мы не можем так рисковать! Ты видишь цель?

По экрану, в окне системы сопровождения целей тихо полз мерцающий красный ромб.

- Эли, не говори ерунду!

- Хватит, Ян, - в мелодичном девичьем голосе вдруг отчётливо зазвенели стальные нотки. - Это приказ! Не выполнишь, мне придётся таранить объект. Отступать мы уже не можем. Стрелять будешь по моей команде, запустишь всё, что там есть. Выполняй!

- Понял тебя, Сокол, - Ян заскрипел зубами и с такой силой сжал пластиковый подлокотник операторского кресла, что тот заскрипел, а затем, громко треснув, раскололся пополам. - Сопровождаю цель по твоим координатам. Готовность к пуску... тридцать секунд.


Снаружи снова была тишина. В развороченной взрывом мерзлоте лежал человек, рядом валялся шлем и куски разбитой ночной оптики. Над раненым склонился его товарищ: вот он аккуратно срезает рукав и осторожно стягивает ткань, стараясь не причинять боль лежащему - его рука окровавлена и обожжена, кровь продолжает сочиться из рваной раны, оставленной осколком. Он разрывает пакет, достаёт бинт, быстро перевязывает. Раненый приоткрывает глаза, делает двумя пальцами здоровой руки жест.

- Щас, - коротко бросает второй боец.

Достаёт из кармана раненого сигаретную пачку - прикуривает, тот забирает сигарету левой рукой, затягивается, снова прикрыв глаза. Из ноздрей выходит облачко дыма и медленно поднимается вверх, быстро рассеиваясь на фоне беловато-синего утреннего неба. Он опять открывает глаза и глядит сквозь тающий сигаретный дым в льдисто-синюю высь:

- М-мы им... прикурить хоррошо дали, - хриплым шёпотом произносит он, с трудом ворочая языком и почти не слыша собственного голоса - так сильно его приложило о лёд взрывной волной. Если бы не шлем, голове точно каюк бы пришёл.

Он улыбается, в уголке губ - запёкшаяся кровь. Второй, опираясь, на штурмовую винтовку, будто на посох, усаживается рядом. Они переглядываются и беззвучно смеются, глядя на поднимающийся у горизонта столб чёрного дыма. Из-за края белой равнины показался яркий луч солнца, разбросав по снегу розовые блики различных оттенков. Небо стало ещё светлее, как вдруг... что-то случилось с ним. Цвет из сине-белого стал сначала совсем белым, а затем приобрёл желтоватые оттенки. Всё это произошло за какие-то секунды, и производило довольно жуткое впечатление. Но дальше картина приобрела совсем уж апокалиптический вид: всё вокруг как будто помутнело, и свет начал исчезать на глазах. Казалось, будто какая-то невероятно огромная тень пожирает его собою, хотя на небе в этот час не было ни единого облачка. Прошло не более минуты, и вокруг стало сумрачно, как при сплошной облачности. Потом стало темно, как поздним вечером, лишь помертвевшее солнце выглядывало из-за горизонта больным, зеленоватым полукругом. И вдруг чернота стала густой и плотной, будто смола: солнце исчезло, звёзд тоже не было - нельзя было ничего разглядеть даже на расстоянии вытянутой руки.

В этот момент Ян стоял у консоли управления бункером, сверля глазами окно вывода данных с радара. В динамиках затрепетал негромкий голос:

- До пересечения с траекторией цели 50 секунд! Подтверди готовность.

- Готовность полная.

- Начинаю отсчёт - 46, 45, 44...

Ян не отрываясь смотрел на движущийся по экрану алый ромб. Глаза его лихорадочно блестели, а на скулах играли желваки.

- 17, 16, 15 - приготовиться к пуску!

- Готов к пуску!

- Девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один, пуск!

Ян надавил на сенсорную клавишу, как будто ей могло не хватить лишь простого лёгкого касания - земля вздрогнула и пол закачался под ногами.


Высоко над Землёй, на орбите более сорока тысяч метров плыл небольшой универсальный космоплан многоразового использования. Такие начали строить совсем недавно, хотя первые их аналоги были созданы ещё более полувека назад. Тернистым был путь пилотируемой космонавтики, и не сразу она завоевала своё законное место в чёрных небесах. Однако сегодня полёт такого корабля стал наконец вполне обычным явлением. Впрочем, именно этот конкретный аппарат с бортовым номером R17 назвать совершенно обычным было бы трудно. Уже хотя бы из-за одного того факта, что пилот на нём был почему-то всего один, да и выглядел слишком странно: худенькая девочка-подросток лет тринадцати - четырнадцати на вид, с короткими серебристыми волосами и необыкновенно яркими голубыми глазами. Сейчас она сидела в одном из противоперегрузочных кресел командного отсека и управляла полётом в режиме реального времени, при помощи биоэлектрического сенсора ускоренного маневрирования. Эта система пока ещё была прототипом, но уже показывала отличные результаты: сигналы считывались прямо с мозга и нервных окончаний пилота, затем преобразовывались в цифровые команды и тут же отправлялись псевдоинтеллекту, управлявшему системой двигателей.

Космоплан R17 плыл над материками, с их городами, реками, дорогами, домами, отелями, автозаправками. Всё это было где-то там, далеко внизу, словно россыпь диковинных безделушек на столе антиквара, помешанного на собирании всевозможных личных вещей и сувениров, родом из прошлых веков. Корабль поднимался над параллелями северного полушария всё выше, и уже был почти над Северным Ледовитым океаном, когда в космическом пространстве возник, буквально из ниоткуда, совершенно невероятный объект. Хотя сказать "из ниоткуда" всё же было бы преувеличением: если бы пилот R17 просмотрел записи следящих систем, он мог бы увидеть, что загадочный объект возник где-то далеко за земной орбитой, на периферии Солнечной системы, а затем... Затем он очень быстро приблизился, а может вырос в размерах, или произошло то и другое сразу - на этот вопрос ни оптическое, ни лазерное слежение, ни радар ответить точно не могли. Сперва он выглядел мутным, бесформенным пятном, но сейчас стал гигантским шаром, поверхность которого непрерывно колебалась и менялась, становясь похожей то на пелену чёрного тумана, то на покрытую волнами ряби жидкость, то на горячий, расплавленный металл, постоянно меняющий форму и светящийся слабым красноватым светом. Размеры этого поразительного явления были огромны - диаметр шара был не менее сотни километров. И двигался он явно прямо к Земле. Летевший ему на перерез, R17 казался песчинкой в сравнении с этим гигантом. Загадочный небесный монстр, очевидно, не мог быть ни кометой, ни метеоритом. При одном взгляде на него, сразу же возникало сомнение, что эта штука вообще могла быть чем-то, имеющим естественное происхождение. По крайней мере, ни один земной исследователь никогда не видел ничего похожего.

Объект приближался к Земле и скоро должен был начать вход в её атмосферу. Помимо невероятного внешнего вида, он ещё и был окружён чем-то вроде гравитационной аномалии: вокруг него странно преломлялся свет, образуя то чёрные кольца, то светящиеся гало, то будто бы колеблющиеся и слабо люминисцирующие оболочки из дрожащего вакуума. Хотя то, что в вакууме дрожать совершенно не чему, известно даже школьнику. Шар уже подошёл вплотную к Земле, чуть не налетев на крохотный R17, и в этот момент, где-то там, внизу, на самой границе океана с материком возникли пять ярких точек, быстро набирающих высоту. И хотя невооружённый глаз различил бы их только с очень большим трудом, но система слежения R17 видела их отлично, даже смогла опознать, классифицировать и определить их траекторию: это были пять новейших многофункциональных гиперзвуковых ракет дальнего действия, класса "Ультиматум", способных нести ядерный заряд.


Когда всё кругом потонуло в чёрной тьме, сидевший в заснеженной воронке боец зло выругался и, достав фонарик, посветил по сторонам - небольшой, но яркий конус света поочерёдно выхватывал из мрака снег, развороченную ракетами мерзлоту, лицо раненого, почти такое же белое, как ледяной наст около воронки. А ещё примерно через пару минут в небе вспыхнуло солнце. Только было оно не там, где должно, да и светило раз в сто ярче: непроглядная смоляная чернота во мгновение ока сменилась ужасающим белым сиянием, залившим собою всё, так что невозможно было смотреть. Нестерпимый свет длился, наверное, несколько секунд, затем он угас и, на вновь ставшем синем небе, отчётливо проступил огромный, бесформенный чёрный силуэт. В нём зияли пять пылающих белым пламенем кратеров. Исполинский призрак на глазах рос, трансформируясь и меняя очертания. Вскоре он превратился в подобие какого-то титанического смерча, пронизанного странным сиянием и вспышками многокилометровых молний. Этот ад небес сначала спускался вниз в абсолютной тишине. А затем, пробив атмосферу, с рёвом миллиона водопадов рухнул на землю, смяв и разметав всё на сотни километров вокруг.


После того, как он отдал системе команду на запуск ракет, Ян вдруг остро почувствовал свою ненужность здесь: операция, долго и тщательно планируемая, завершилась. Больше ничего сделать нельзя. Эли... вызвала огонь на себя...

На экранах вспыхнули зловещим красным светом сообщения о тревоге. Снаружи взвыл ветер, да так, что звук проник даже сюда, в эту рукотворную пещеру, вырубленную в скале. И тут ударило, словно какой-то неимоверный гигант вздумал приподнять гору и бросить обратно - земля буквально подпрыгнула под ногами, и заходила ходуном. Ян упал на пол, отовсюду был слышен скрежет и грохот - со стен и потолка посыпались трубы, короба, кабели. Стена, на которой были смонтированы большие экраны управления системой, обрушилась. С потолка откололся здоровенный гранитный валун, падая вниз, он зацепил плечо Яна. Тот, действуя скорее на рефлексах, чем осознанно, сразу же отскочил в угол. Сверху посыпались огромные куски породы, круша и погребая под собой остатки консоли управления и прочее оборудование главного зала бункера. Самое время мысленно подготовиться к смерти. Вот только, к таким как Ян Крес, она так легко и просто не приходит. Но сейчас осознание этого факта совсем не радовало, а лишь причиняло тупую боль, засевшую ледяной занозой где-то возле сердца.