Кайдарова Екатерина Алексеевна: другие произведения.

Золотые столбы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Очень старое произведение... еще в классе восьмом школы писала... пыталась найти в себе жилку юмора. Нашла...? Незаконченное.По этой же книге существует игровой форум - www.goldpiles.narod.ru - так сказать, ее вольное продолжение...)


* * *

   Началось это сумасшествие приблизительно, когда мне исполнилось лет восемнадцать-девятнадцать с половиной. Я тогда обожала ходить по всякого рода дискотекам и клубам, чтобы хоть как-то протянуть от скучного утра до не менее гадостного вечера. От этой сумасшедшей деятельности у меня появилась куча друзей, которые меня не радовали и не менее большая куча врагов, готовых вцепиться мне в горло при первой же необходимости. Да и друзья были готовы бросить меня при первом же несоответствии их требованиям, но лично меня это не колыхало -- обычное времяпровождение, да и только!
   В те времена мне было настолько хреново, что я забросила все, что действительно умела делать и занималась всякой бредовой чушью типа танцев и выступлений в местном театре, пока...
   -- О, какие люди! -- раздался до омерзения знакомый голос, я повернула голову и некоторое время безрадостно наблюдала опротивевшую морду моей "лучшей подруги" Насти.
   -- И тебе привет, Настя, -- откликнулась я после паузы.
   -- Чего у тебя такая рожа кислая? -- полюбопытствовала Настя и, не дождавшись моего ответа, затараторила, -- Слушай, я такую крутую новость узнала! Тут поблизости новый клуб открылся, правда, в него принимают люди с исключительно особым талантом, но ты не поверишь, какие там классные парни!!!
   -- Усраться можно, -- съязвила я, но Настя, как всегда издевки не заметила.
   -- Так ты идешь?
   Так как делать мне все равно было нечего (разве в таком возрасте можно считать учебу в институте делом?!), то я решила составить компанию Насте, заранее проклиная тот день, когда она родилась на свет. А ведь у меня была мысль плюнуть на все и отправиться домой, поиграть в родной компьютер, ан нет же! Дернул кто-то за душу, и поперлась я с Настей в этот проклятущий клуб.
  
   Неприятности начались, как всегда с Диляры. Этот милый ребенок с изумительно пухлыми щечками появился из-за какого-то угла и тут же обнаружил меня с Настей.
   -- Настя! Саша! А что вы тут делаете? -- невинно поинтересовалась она.
   -- Пришли убить всех гадов, у которых имя на "Д" начинается, -- мрачно объяснила я. Если честно этот поход начинал мне нравиться все меньше и меньше, и я уже собиралась удрать к чертовой матери, но тут из-за угла появились какие-то парни, и Настя резко дернула меня к ним.
   -- Приве-ет! -- протянула она, выдавая одну из своих самых примечательных улыбок, -- А вы здесь занимаетесь, да?
   -- И да, и нет, -- ответил один из парней, усмехнувшись. Моего поощрения эта усмешка не вызвала, ибо она больше походила на оскал маньяка-убийцы, нежели на дружескую улыбку. И вообще парень (брюнет с ядовито-зелеными глазами) дико смахивал на опереточного злодея, но Настя тут же на него запала. Ну что взять у дурака кроме анализа, да и тот не правильный?!
   -- Вы пришли сюда, чтобы записаться на курсы? -- поинтересовался второй парень с более терпимой внешностью, но с совершенно тупыми глазами. Диляра и Настя соответственно закивали.
   -- Отлично, тогда идите за мной, -- предложил "опереточный злодей", -- Будем знакомы, я Андрей, а это Стас!
   Девчонки представились, перебивая друг друга, и быстро пошли за парнями, тщательно виляя задницами. Я же не смогла придумать ничего более умного, чем покорно последовать за ними.
  
   Проверка на вшивость, которой подверглись мы и еще полсотни человек (вот уж не думала, что такое захудалое местечко так быстро станет популярным) оказалась на пробу дерьмом собачьим. Какие-то накаченные тетки с расширенными зрачками и серьезной миной на лице совершали некие странные пассы, махая руками прямо перед моим носом, что, конечно, меня не радовало. Зато Настя и Диляра, казалось, вовсю наслаждались зрелищем -- им-то, слабоумным бедняжкам, казалось, что они присутствуют на церемонии вызывания духов, но я-то видела, что это чистой воды липа. Я на их месте и то убедительней бы выглядела!
   Через полтора часа изрядно поднадоевшая проверка закончилась и одна накаченная тетка "огласила список победителей" -- сообщила, кто прошел испытание. Из пятидесяти трех человек в финал вышли только девять, но это не самое страшное. Обнаружив свою фамилию среди прошедших конкурс, я вдруг почувствовала дикий интерес к происходящему -- будто меня кто-то за нос тянул, честное слово! Настю и Диляру, естественно, никто не принял.
   -- Ладно, чего там, пошли домой, -- хмуро сказала Настя, дернув меня за рукав. Да, удача сегодня ей явно не улыбнулась! Тут бы мне ее и пожалеть, отвезти домой, накормить мороженым и скрипя зубами выслушать ее нытье, но... какой-то черт схватил меня и явно не собирался отпускать из этого странного места.
   -- Иди с Дилярой, -- попросила я ее, -- А мне надо насытить свое растущее любопытство, иначе мне всю ночь кошмары про это место будут сниться, честное слово!
   -- И ты будешь ходить сюда без меня?! -- укоризненно сказала Настя, -- А как же наша дружба?
   -- Если честно, сейчас мне до фени наша дружба, -- призналась я, повернулась и направилась в сторону остальных победителей. В любое другое время я бы отвязалась от Насти более цивилизованным способом, но это место действовало на меня настолько раздражающе и одновременно взбудораживающе, так что плюнув на свои обычаи и обругав пару человек нецензурной бранью, я продралась сквозь толпу и первой ринулась на встречу с неизвестностью.
  
   Андрей, тот самый, который встретил меня с Настей, повел "девятку избранников" по каким-то коридорам, и я удивилась, откуда они появились, ведь здание, в котором находился этот клуб, было раза в два меньше даже трети здешних коридоров.
   -- Ну и как вы все это объясните? -- проворчала я про себя.
   -- А ты еще не догадалась? -- удивился рядом чей-то насмешливый голос, я повернулась и обнаружила рядом с собой странного человека. Лет тридцати пяти, блондин с лохматыми патлами... Глаза!!! Радужка была абсолютно желтой, это не было похоже даже на линзы, но готова поклясться на внутренностях собственной матери, что желтоглазых людей не бывает! А самым милым из всего этого было то обстоятельство, что этот человек был мне смутно знаком.
   -- Если ты уже забыла, меня зовут Акс, -- представился этот удивительный парень, -- Мы встречались с тобой в прошлой жизни!
   Я старательно протерла глаза, но это не помогло. Мало того, этот глюк или Акс, как он сам себя называл, поднялся на полметра в воздух и старательно поболтал ногами, чтобы я убедилась, что это не фокус.
   -- Я все поняла, ты внебрачный сын Копперфильда! -- усмехнулась я. В конце концов, раньше мне снились сны и побредовей, и я точно знала, что никакое банальное щипание себя за руку тут не поможет.
   -- А жаль, -- усмехнулся Акс, прочитав мои мысли. Я немедленно возмутилась. Ладно, пусть мне снится самый бредовый из моих снов, ладно, пусть он потихонечку превращается кошмар, но чтобы какой-то мерзкий глюк еще и читал мои мысли?! Фигушки!
   -- Если так дальше пойдет, я, пожалуй, не смогу переубедить тебя, что это не сон, -- задумчиво сказал Акс, -- Вот что, иди за мной, я кое с кем тебя познакомлю... Этот кое-кто похоже был прав говоря, что не следует так резко тебя удивлять, -- тихо проворчал Акс, и я поняла, что последняя фраза для моих ушей вовсе не предназначалась. Акс круто развернулся и зашагал в противоположную часть коридора так быстро, что я категорически не могла за ним успеть. На мои робкие сообщения, что в той стороне находится выход, Акс не обращал внимания, но, увидев мои жалкие попытки догнать его, в конце концов, смягчился.
   -- Ладно уж, горе мое, дойдем другим способом, -- вздохнул он, -- Надо же, и как Катарине удалось уговорить меня взяться за твое обучение?! Мрак, да и только!
   И не успела я подумать, откуда мне знакомо имя "Катарина" и высказать нецензурные мысли по этому поводу, как произошло нечто странное. Акс подошел ко мне и резко накрыл мои глаза полой своего плаща (какого лешего у него плащ появился??? Секунду назад его не было!). Я тут же освободилась от складок тяжелой шелковой одежды, а когда смогла открыть глаза, тут же резко закрыла их снова. Объясню почему: во-первых, я находилась не в коридоре, а совершенно в другом месте, во-вторых, Акс куда-то исчез, а в-третьих, на мне была самая дерьмовая одежда, которую только можно придумать. Представьте себе нечто типа шелкового халата, вышитого серебренными и золотыми нитями и высокие металлические сапоги, инкрустированные алмазами и рубинами (я на сто процентов была уверена, что камни настоящие!). На головы у меня высилась настолько экзотическая прическа, что я не берусь описать это творение. Чтобы повторить сие произведение на своей голове суньте два пальца в розетку, а потом тщательно покройте лаком то, что получилось. За последствия не ручаюсь!
   Когда я обнаружила, что вернуть своей прическе первозданный облик у меня не получиться, я крайне расстроилась и впала в состояние депрессии, граничащее с мотивировками на убийство. В таком же очаровательном состоянии я набрела на какую-то дверь и, не долго думая, двинула по ней ногой.
   -- Кто там? -- холодно поинтересовался вполне человеческий голос.
   -- Сто грамм, -- буркнула я и вошла. Если честно я уже не думала, что когда-нибудь чему-нибудь удивлюсь, но как говориться никто не может предугадать будущее. Да, такого шока я не испытывала по крайней мере с момента рождения! Я, конечно, ожидала какое-нибудь чудовище из ночных кошмаров или еще чего похуже, но... передо мной стояла Катя и насмешливо улыбалась. Она-то точно не удивилась!
   Катя -- это моя школьная подруга. У нее прямые светлые волосы до плеч, темно-серые глаза, отвратительный характер и больное воображение. В принципе я больше ожидала встретить ее в тюрьме или психбольнице, а не в таком заведении. Хотя, как позже я поняла, ей здесь было самое место!
   -- Ну и что здесь происходит? -- сухо поинтересовалась я, не ожидая, что Катька сама что-нибудь сообщит.
   -- А тебе следует доверять такие тайны? -- усмехнулась она, -- Вдруг ты секретный агент правительства, который просто мечтает прикрыть наше заведеньице!
   -- Не мели чушь, -- проворчала я, -- Что это еще у тебя за бредни с правительством? Я, конечно, знала, что Белые Столбы по тебе уже плачут, но чтоб насколько!...
   -- Она правду говорит! -- сообщил мне внезапно вошедший Акс, и я возмущенно повернулась к нему.
   -- Вы что, наркотиками торгуете, раз на вас правительство глаз положило?
   -- Почти угадала! -- рассмеялась Катя, -- Видишь ли, ты сейчас находишься в параллельном измерении, в школе юных магов, где каждый второй человек таковым уже не считается! Как это для твоего слабого умишки?
   -- Да-а-а! -- признала я, -- Медицина тут бессильна! Акс, из какой психушки ты ее достал?
   -- Все что сказала Катя, является правдой, -- бесстрастно сообщил Акс, -- В данный момент ты находишься в параллельном измерении, а Катя -- сама маг и знает, что делает.
   -- Я похожа на младенца, да? -- обиделась я, -- Агу-агу! Ну ладно, скуки ради я готова была выслушивать Катины сказки, но чтоб все вокруг уверяли меня, что это правда? Нет, братцы Кролики, так дело не пойдет!
   -- У, Фома неверующая! -- взвыла Катька, схватила меня за руку и подтащила к окну, -- Смотри!!!
   Я недовольно взглянула в него и... через секунду Кате с Аксом пришлось меня откачивать.
   Мало того, что за окном был совершенно незнакомый, явно не московский пейзаж! Мало того, что вокруг золотых колонн сновали сомнительные личности в белых одеяниях!! Но в придачу из окна на меня пялилась чья-то оскаленная красноглазая рожа со змеиным язычком вместо обычного!!!
   -- Ой, мама! -- пробормотала я и медленно осела на пол. Катька подумала и налив стаканчик воды, облила меня с головы до ног. Тут мой разум, конечно, прояснился и я набросилась на нее с кулаками.
   -- Теперь-то ты нам веришь? -- уточнил Акс.
   -- Ущипни меня! -- жалобно попросила я Катьку, и та с видимым удовольствием исполнила это так, что я аж подскочила.
   -- Так значит это не сон! -- завопила я одновременно тряся ущипленной рукой, -- Что же получается, вы действительно маги??? А за окном параллельный мир? А...?!!!
   -- Стоп, стоп, стоп! -- оглохшая от моих воплей Катька заткнула мне рот, -- Расслабься! Лучше пошли выйдем на свежий воздух, там акустика поменьше, да и дышится полегче!
   -- Это на случай если я вздумаю тебя придушить? -- невинно поинтересовалась я.
   -- Что-то вроде, -- нервно усмехнулась Катя, -- Пошли!
   Мы вышли к тем самым золотым столбам которые так поразили меня вначале. Здесь действительно дышалось полегче, и я смогла спокойно переварить рассказ Акса.
   -- Впервые проход в параллельные миры изобрели у меня на родине, -- начал он, -- К нашему удивлению мы узнали, что существуют не только магические, но и технические миры, где магии, как таковой не существует. Также мы обнаружили миры, населенные странными существами, которые упорно не хотели признавать мира во всех мирах и пытались завладеть абсолютной властью. В вашем мире таких существ называют вампирами и оборотнями, но разновидностей Темных сил гораздо больше.
   -- Темные силы наехали на мир Акса, и тот чуть не окочурился, -- пояснила Катя. -- Тогда маги из его мира собрались с силами и замочили нечисть.
   -- Но к несчастью, это были не все гады, -- подвел итог Акс, -- Всеми этими созданиями управляет какая-то сильная темная личность, она же помогает завербовывать людей и из других миров. Тогда мы подумали и создали Шамбалу.
   -- Кого создали?
   -- То место, в котором ты сейчас находишься, -- пояснила Катька, -- Это нечто вроде искусственного измерения. Золотые столбы, которые, как ты видишь раскиданы по всей Шамбале на самом деле проходы в школы магов типа нашей, а те в свою очередь выходят в реальность одного из многочисленных миров.
   -- И в чем смысл этой самой Шамбалы? -- уточнила я.
   -- Блин, ну что тут непонятного! -- удивилась Катя, -- Если есть школы магов, значит, смысл в том, чтобы набрать побольше магов из всех миров, собраться кучкой и заставить нечисть склеить ласты!
   -- Беда в том, что в каждом мире рождается как Аксимум по тысяче магов, -- сказал Акс, -- А миров, с пригодной для нас атмосферой всего две тысячи. При этом нечисть может инициировать практически каждого человека, поэтому подавляет нас пусть не мастерством, но численностью. Обидно, да?
   -- Ага, -- глубокомысленно согласилась я, -- Только в вашем рассказе есть одно маленькое несоответствие. Вы сказали, что в технических мирах нет магии, а Катя -- маг. Как это получается?
   -- Магии в нашем мире действительно нет, -- кивнула Катька, -- Но понимаешь, у магов не одна жизнь, а много. То есть, когда маг умирает его душа не вылетает в астрал, а мгновенно переселяется в неродившегося младенца из другого мира, тем самым рождаясь как бы вновь. Новорожденный маг, конечно, ничего не помнит из своей прошлой жизни, но магическая пси-коррекция может вернуть память, что и произошло со мной.
   -- Так вот что ты имел в виду, когда говорил, что мы встречались в прошлой жизни! -- врубилась я, -- Значит я по типу маг? Круто, круто, круто!
   -- Ну, как бы тебе сказать помягче? -- замялся Акс, -- Вообще-то ты не совсем маг, точнее совсем не маг!
   -- То есть как??? -- рассвирепела я; мои надежды рушились прямо на глазах.
   -- Кроме магов существуют еще и энерги, -- пояснила Катя, -- Вернее энергодоноры. Видишь ли, без энергодонора даже самый сильный маг не может постоянно колдовать, а колдовать в связи с появлением Темных сил нам нужно весьма часто. К энергодонорам энергия из космоса поступает почти мгновенно, поэтому часть энергии, которую берет маг совершенно незаметна... Ну короче энерги нужны магам, как вода рыбам, а ты, кстати, энерг и...
   -- Та-а-арма-а-ази-и-и! -- резко выкрикнула я, и Катька заткнулась, -- Значит, вы, нехорошие бяки, позвали меня к добрым тетям и дядям магам только для того, чтобы подло воровать мою энергию? У-у-у, лысые какашки!
   -- Зачем воровать? -- скромно потупилась Катька, -- Мы бы попросили...
   -- Если мы не успеваем найти энергов первыми это за нас обязательно делают Темные силы, -- серьезным голосом сказал Акс, -- А я сомневаюсь, что ты предпочтешь стать рядовым зомби в отряде оборотней, вместо того, чтобы научиться боевым искусствам, стрельбе из пистолета и другим финтифлюшкам, и пойти защищать родной мир!
   -- Тем более если ты это делала в прошлой жизни, -- поддакнула Катя.
   -- Мрак!!! -- поморщилась я, -- Но, похоже, мне действительно придется помочь вам, квелым колдунишкам! Патриот я или нет?
   -- Нет! -- убежденно заверила меня Катя, -- Но я была уверена, что ты не откажешься помучить бедных чудовищ!
   -- Точно! -- хохотнула я, -- Итак, когда начинаем?
   -- Не скоро, -- остановил меня Акс, -- Для начала тебе надо месячишко-другой поучиться в школе для энергов, сдать проверку на вшивость, а также доказать что ты способна работать на территории иных миров. Только тогда ты сможешь считаться полноценным энергом! -- торжественно заключил он.
   -- Насчет того, что ты пробудешь здесь чуть больше, чем рассчитывала, можешь не переживать, -- добавила Катька, -- Пока в искусственном измерении типа Шамбалы проходит день, в реальном мире проходит секунда, так что вернешься ты даже раньше чем рассчитывала. Ясно?
   -- Нет, тьма застлала мои уши и мне больше нечем нюхать, -- усмехнулась я, -- А сама-то ты из-за чего сюда приперлась?
   Катька хищно оскалилась и вытянула руку вперед. В ту же секунду из ее пальцев вылетели маленькие белые молнии и быстро переплелись в мелкотравчатый сияющий шарик. Катя метнула шарик в землю, и он бесшумно взорвался, от чего в земле образовалась весьма глубокая дымящаяся воронка, а я взвизгнув, подпрыгнула -- меня больно ударило электричеством.
   -- И все маги умеют так делать? -- поинтересовалась я после бесплодных попыток надавать Катьке по харе.
   -- Нет, это мой личный фокус! -- гордо сказала Катя и добавила, -- Вообще, молниями кидаться умеют только Силовые маги, то есть управляющие разными силовыми полями. Кроме них существуют также Зверомаги, Древесные, Огненные, Воздушные, Водяные маги, а также Гипномаги.
   -- Ась-ась? -- уточнила я.
   -- Какая ты остолопина! -- вздохнула Катя и все-таки получив фингал под левый глаз продолжила объяснения:
   -- Зверомаги -- это маги-оборотни, которые, однако, обладают способностью обращаться не в одно, а в несколько различный животных, в том числе и принимать облик других людей, плюс к этому они могут призывать к себе на помощь любых неразумных тварей, начиная от млекопитающих и кончая насекомыми. Древесные маги или друиды, как они сами себя называют больше специализируются на травяных ядах и целительстве, нежели на боевых искусствах, как остальные нормальные люди, тем не менее, они прекрасные лекари и многие из нас обязаны жизнями их искусству.
   -- Ну, кто такие Огненные, Воздушные и Водяные маги, предположим мне понятно, -- кивнула я, -- А кто такие Гипномаги?
   -- Это самые таинственные создания из всех остальных видов магов, -- пояснил Акс, -- Среди нас их всего не больше пары сотен, но они составляют одну из наибольших ценностей. Гипномаги могут убивать взглядом, словом, жестом, они могут не только читать, но и внушать мысли другим людям даже со стойкой психикой и тому подобное, но их магия может вызвать необратимые изменения в природе данного мира, поэтому Гипномаги практически не используют свои дары, предпочитая пользоваться рядовой магией.
   -- Не хотела бы я встретиться с таким специалистом, -- глубокомысленно заметила я, -- А вообще ху ес ху? То есть я поняла, что Катя -- Силовой маг, а ты, Акс?
   -- А он Гипномаг! -- радостно сообщила мне Катя.
   -- Да-а, -- я осторожно поглядела на Акса, -- Дела-а-а... Ты уж не гляди на меня, не разговаривай, а руки лучше в карманы положи, от греха подальше!
   -- Не могу! -- улыбнулся Акс, -- Если я положу руки в карманы, то произойдет ядерный взрыв!
   До меня не сразу дошло, что это шутка. Потом я истерично расхохоталась. Потом ноги у меня подогнулись и я рухнула на землю.
   Катя и Акс многозначительно переглянулись.
   -- Слишком много впечатлений за сегодняшний день, -- поставила диагноз Катя, покрутив пальцем у виска, -- Медицина здесь бессильна!
   -- Давай доставим ее в один из этих безлюдных миров, где находится наш санаторий! -- предложил Акс, -- Пусть чуток оклемается! Да и знаний там она получит больше, чем в рядовой школе для энергов. Окей?
   И не сговариваясь они толкнули меня к золотому столбу, помеченному цифрой "12".
  
   Уже с неделю я жила в санаторном измерении попутно изучая азы боевых искусств, но большую часть времени все же предпочитала проводить в прогулках или в "созерцании внутреннего мира", как выражались наши учителя. Казалось, этот мир был специально выдумал для энергов с психическим расстройством. Сосновые боры, березовые рощи, дубравы, степи, луга, родники, водопады... И все это не изгаженное человеком!
   Однако все это благолепие начало мне надоедать, и я поняла, что период очухивания от впечатлений закончился. Настало время жестких тренингов дабы бедные глупые энерги, не обладающие никакой магией все же смогли выжить в страшенных чужих мирах с иной экологией! Конечно шутки шутками, но морили нас по страшному, благодаря чему я в первую же неделю освоила большинство основных приемов из боевых искусств нашего мира (и не замедлила опробовать их на своих сокурсниках). Из оружия я вместо традиционного меча выбрала пистолет, стреляющий серебряными пулями -- обычными оборотня не замочишь! Вначале меня поражала та скорость с которой я овладевала всяческими приемами борьбы, но потом узнала, что у энергов это врожденное -- таким образом мы постепенно вспоминаем свою прошлую жизнь. Конечно, это происходит гораздо медленнее, чем у магов, но все же память дает о себе знать.
   Так прошел месяц утомительных тренировок и познавательных навыков после чего учителя внезапно "обрадовали" нас новостью о том, что долгожданное испытание состоится завтра. На вопрос какого хрена они не сказали раньше, эти бяки уклончиво ответили, что неожиданность экзамена также входит в проверку на вшивость, так как в реальной обстановке нам придется работать с внезапностью и чем чаще тем лучше.
   Когда я явилась на экзамен, то поразилась какое количество энергов пришло его сдавать. Правда мне говорили, что помимо меня будет еще две тысячи человек, но услышать "две тысячи" и увидеть их собственными глазами дело разное! Короче в Шамбале, теснясь между золотыми столбами толпилась куча энергов начиная от десятилетней мелочи и кончая тридцатилетними бугаями. Многие были несколько отличны от людей -- с длинными клыками, с острыми ушами, некоторые с хвостами, а уж о цвете глаз и волос я вообще говорить не берусь! И представьте что вся эта толпа народу толкается, кричит, переговаривается и изредка падает в обморок -- неудивительно, что мои ноги от частого наступания на них превратились в ласты, и вообще я выглядела как взъерошенный бобик (это с ластами-то?!). Но вот над нами появилась колеблющаяся фигура Акса и народ затих. Акс, увеличившийся в размере до трех метров и спокойно левитирующий над нами вызывал зависть, и я пообещала себе, что со временем попытаюсь-таки выучиться хоть толике магии -- обидно же когда таким вот Аксам никто и ножки не отдавит!
   Между тем Акс начал толкать речь.
   -- Дорогие собратья по биологическому виду и разуму! -- громогласно изрек он, -- Добро пожаловать на экзаменационную проверку ваших новоприобретенных способностей, благодаря которым вы сможете постоять за себя в этих чуждых и опасных мирах, а также сможете помочь нам, магам, в борьбе с Темными индивидами или нечистью. Сейчас я оглашу список лиц, присутствующих в данном измерении, прибавляя к фамилии номер одного из золотых столбов. Внутри вас будет ожидать мой помощник, который даст вам определенное задание и препроводит вас к напарнику, каковой в данном задании должен будет проконтролировать вашу деятельность и сообщить лично мне о благополучном или неблагополучном исходе экзамена. Если результат будет положительным вы автоматически перейдете на следующую ступень в развитии своих способностей и будете отныне называться Посвященным, а не Учеником, как ранее. Если же экзамен не будет пройден вы по желанию сможете пройти путь Ученика вновь, но при более жестких условиях, либо мы сотрем ваши воспоминания об этом месте и вы ничего не будете помнить о нас. Итак, друзья, приступим к оглашению списка! Алапр Пылар Авоаптович пройдите в столб под номером 74!
   ...Если честно смысл его речи дошел до меня только когда Акс назвал мою фамилию, и я машинально стала пробираться к столбу с цифрой 558. Выходя из него я нос к носу столкнулась с Катькой, которая безуспешно пыталась разобрать бланки с заданиями. Это у нее катастрофически не получалось, отчего она была не в самом лучшем настроении.
   -- Кого я вижу! -- обрадовалась она моей физиономии, -- А я-то думаю кому бы мне сейчас изгадить жизнь! Что ж, проходи, гостем будешь... или трупом, смотря как повезет, -- с этими словами она выдернула из пачки бумаг одну и кинула мне, в связи с чем не удержала остальные, и они рассыпались по полу. Некультурно выразившись Катька щелкнула пальцами, бланки поднялись в воздух и застыли в определенном порядке.
   -- Сразу мне надо было так сделать, -- проворчала Катя, оглянулась, обнаружила меня и поинтересовалась, -- Чего уставилась? Я бы на твоем месте уже давно бы пошла на экзамен!
   -- Куда? -- уточнила я. Ориентироваться в этих коридорах я так и не научилась.
   -- Прямо и налево, -- отмахнулась Катя, к которой уже подошли очередные козлы отпущения, -- Там тебя встретит напарник, с ним и поговоришь!
   Мысленно пообещав себе дать Катьке по морде при следующей встрече, я направилась по указанному адресу и обнаружила там сидящую и спокойно читающую книгу... Василису!
   В двух словах поясню кто такая Василиса. Это маленькая подлая тварь, с которой Катя дружит с пеленок, хотя та над Катькой продолжает потихоньку издеваться, чтобы ей этого не стоило. С виду это низенький хилый пупсик не способный постоять за себя, с длинными рыжими волосами и шикарными зелеными глазами, но на самом деле этот гений уличной драки сильнее меня и Катьки вместе взятых, точнее был сильнее, пока я не узнала, что Катя -- маг. Хотя если Василиса находится здесь, то неизвестно, кем окажется она. Это я поняла после того, как обнаружила, что эта чукча умеет читать.
   -- Привет! А что ты тут делаешь? -- полюбопытствовала Василиса.
   -- Прикидываюсь валенком и не отсвечиваю, -- сообщила я, -- А ты?
   -- Да я вообще-то тут работаю, -- призналась та, -- Типа учу юных энергов-оболтусов уму-разуму!
   -- В таком случае я попала на место, -- усмехнулась я. Надо же, какое совпадение! И я, и Катька, и Василиса оказались в одном и том же измерении по одному и тому же делу. Если бы месяц назад мне кто-нибудь сказал, что я окажусь в другом мире и увижу много разных магов, я дала бы тому человеку в глаз и послала бы в Белые Столбы, но теперь я считаю самые странные совпадения делом обычным, как кашу по столу размазать!
   -- Ладно, чего зюзи развозить, покажи бланк! -- потребовала Василиса, которой надоело пялиться в мое лицо и соображать каким образом тут произошло мое явление. Я дала ей свой бланк и с любопытством уставилась на него сама. Тут меня поджидал большой облом -- на бланке вместо обычного русского (или пусть даже английского) языка были начертаны какие-то закорючки и загогулинки.
   -- Ну и что это за хрень? -- поинтересовалась я.
   -- Это магический язык Шамбалы, -- объяснила Василиса, -- И чему тебя только в школе учили?
   -- Меня учили умению давать в глаз, -- сообщила я, -- Хочешь, покажу, чему я научилась?
   -- Спасибо, не надо, -- торопливо отказалась Василиса, -- Лучше я расскажу тебе, что такое язык Шамбалы. Его создал один из самых первых магов, путешествующих в параллельных мирах и измерениях. Когда маг или энерг говорит на нем вслух, то сказанное может понять абсолютно любой человек, независимо от того, в каком мире он живет и на каком языке разговаривает. Но если маг, говорящий на этом языке попытается написать какое-либо послание, его сможет понять только тот, кому оно было адресовано, а посторонняя личность увидит как раз такие загогулинки, которые ты сейчас наблюдаешь. Это нужно для того, чтобы всякие любопытные гаврики не прочитали заранее плана выполнения проверки на вшивость и делали все сами, доходя своим жалким умишком. Дошло?
   -- Дошло, -- недовольно проворчала я, -- Ну и что там написано?
   Василиса внимательно вчиталась в текст послания, и вдруг ее физиономия расплылась в ехи-и-идной ухмылочке.
   -- Саша, а кто тебе дал этот бланк?
   -- Катька, а кто ж еще, -- ответила я не врубаясь в издевательское хихиканье Василиски, -- Ты что смеешься?
   -- Да так, -- загадочно ответила Василиска, -- Просто представляю что будет с бедной Катей, если ты пройдешь это задание! Инфаркт ее точно хватит...! Ну да ладно, суть задания в том, чтобы отыскать в данном мире некую дискету с записью элементов старинных заклинаний. Эту дискету угнали волкодлаки, иначе оборотни, и если она попадет к Темным магам, считай каюк Шамбале!
   -- И такой сложнятиной вы проверяете на профпригодность?! -- возмутилась я, -- Да это мрак темного колодца -- что плюй, что не плюй, а отражения не видно!
   -- Это еще что, -- отмахнулась Василиса, -- Ты пока что не видела заданий для начинающих магов! Вот там повесится точно можно, ан нет, глядишь и выполняют!
   -- Либо среди энергов и магов сплошные супермены, либо Темные маги безнадежные тупицы, -- проворчала я, -- Да ни в жизнь я с этим заданием не справлюсь!
   -- Все так вначале говорят, -- усмехнулась Василиса, -- А потом гоп-гоп и в дамках! Лучше давай выйдем в мир, где тебе предстоит работать, вот увидишь, на месте тебе будет сориентироваться гораздо легче!
  
   Ну, я бы так не сказала. Это был совершенно чуждый мне мир и он поразил меня тем, что был крайне неудобным для моего обитания. Во-первых, сила тяжести тут была в два раза выше, нежели на моей родной Земле, во-вторых, транспорта в этом мире не придумали, так что искать дискету нам надо было в пешем виде, а в-третьих, что меня особенно радовало, на небе сияло сразу три луны, слепя мои бедные глаза не хуже чем одно солнце. Я представила себе три солнца на этом злополучном небе и мне стало плохо.
   А в принципе здешний мир был довольно красив. По бокам узких дорог, вымощенных желтым кирпичом, стояли деревянные трехэтажные дома, с ажурной резьбой по ставням. Темнокожие златоглазые люди в ярких одеждах, сновали туда и сюда по улочкам, прикрикивая на чумазых детей и мелких ящериц, служивших здесь домашними животными. Я взглянула на себя и обнаружила, что выгляжу почти так же, как туземцы -- магическая маскировка, как объяснила Василиса. Да, забыла сказать, что растительность здесь была желтая, а вода цвета незрелого помидора.
   -- Ну как? -- поинтересовалась Василиса.
   -- Мир неплохой, но меня сейчас стошнит, -- призналась я, -- Это давление меня доконает!
   -- Ничего, привыкнешь, -- философски заметила Василиса, -- Если хочешь побыстрее отсюда выбраться, пошли поищем того, у кого эта дискета была в заначке и кто ее зажопил.
   -- Фи, как некультурно ты выражаешься! -- картинно оскорбилась я, но, подумав, решила последовать Василисиному совету.
  
   Человеком, у которого сперли дискету оказался довольно пожилой Древесный маг, который что-то лопотал исключительно на местном языке и успокоился только тогда, когда Василиса одела магическое кольцо-переводчик и дала мне такое же, попросив никогда не снимать. Но и после сиих действий явного результата мы не добились. На наши с Василисой вопросы и обещания дать по харе маг только разводил руками:
   -- Ну что я мог сделать? Я простой друид не способный постоять за себя. Я, конечно, могу вылечить практически любую болезнь, но с вервольфами мне не справиться!
   -- Как они хоть выглядели? -- устало спросила Василиса.
   -- Оборотни, как оборотни, -- пожал плечами друид, -- Черная дикая кошка и штук пять волков. Они схватили дискету и побежали куда-то на северо-запад! -- для пущей верности маг махнул рукой в том направлении, -- А кстати вы знаете, что кошки-оборотни встречаются довольно редко? А среди волков было два черных! И...
   Короче, мага мы покинули с полным сумбуром в голове и кучей ненужной информации в придачу.
   -- Ну, и что будем делать? -- поинтересовалась Василиса.
   -- Откуда я знаю? -- я раздраженно пожала плечами, -- В конце концов я вообще первый раз на задание вышла!
   -- На охоту, -- поправила меня Василиса, -- В наших кругах говорят не на задание, а на охоту. Да, это твоя первая охота, но смысл ее как раз в том, чтобы научить тебя действовать самостоятельно, независимо от окружающих!
   -- В таком разе пошли на северо-запад, -- предложила я, -- Разницы я все равно никакой не вижу, а так как оборотни уползли по этому направлению, то больше шансов найти их именно там!
   -- Это уже мысль! -- согласилась Василиса, -- Пошли, может найдем какую-нибудь зацепку!
  
   Первую "зацепку" мы нашли, примерно после того, как протопали полтора километра никуда не сворачивая и угодили прямо в болото.
   -- Да, везет нам, как тому утопленнику, -- проворчала Василиса, по уши измазанная в вонючей болотной жиже. На щеке ее алела свежая царапина, в волосах застряла кора и тина, и на фоне сиреневого неба она выглядела так потешно, что я не выдержала и расхохоталась.
   -- Смеешься!!! -- разъяренно возопила Василиса, -- Завела нас в такую муть, а еще и ржешь!
   Она подскочила ко мне и что было дури толкнула меня в болото (а дури у нее было много). Естественно, равновесие мне удержать не удалось, и я с размаху ткнулась носом в кочку заплесневелой желтой травы. Конечно, я не стерпела сие оскорбление, поэтому через мгновение Василиса очутилась в самой трясине, слезно умоляя вытащить ее оттуда.
   -- Убить тебя мало, -- проворчала она, когда я наконец-то соизволила вызволить ее из трясины, -- Где мы теперь мыться будем?!
   К этому времени ночь кончилась и начало восходить ярко-желтое солнце (к счастью одно), поэтому мы решили, что неплохо было бы отдохнуть после бессонной ночи, развести костер и хотя бы обсушиться, так как вымыться нам было негде. Василиса на скорую руку соорудила завтрак из припасенных для такого случая консервов, и вскоре мы мирно дали храпака в спальных мешках, честно экспроприированных у старого друида.
   Как и все противные морды, Василиса спала очень мало, поэтому, проснувшись за три часа до заката, не преминула разбудить и меня. Недовольно ворча и постанывая (я отлежала себе задницу), я поднялась, перекусила и вскоре мы были готовы к продолжению пути. На этот раз нам повезло -- прошагав полкилометра мы наконец-то вылезли из злополучного болота на сухую землю и прямо перед собой обнаружили чрезмерно большие волчьи следы, выходящие из липкой болотной жидкости.
   -- Волкодлаки! -- догадалась я.
   -- Верно, -- Василиса нагнулась и внимательно всмотрелась в землю, -- Следы еще свежие, оборотни проходили здесь недавно. Мы догоняем их!
   -- Ура-а! -- завопила я, и мы ринулись вперед с удвоенной энергией.
   Оборотней мы настигли примерно через полчаса. Эти мерзкие твари подло напали на нас, подкараулив на выходе из леса. Оценив обстановку, мы с Василисой вытащили оружие и немедленно ломанулись в атаку.
   Это был первый настоящий бой в моей жизни, но я не дала себя обломать. Выхватив пистолет, заряженный серебряными пулями я стреляла направо и налево (пару раз чуть не попав в Василиску) и разила врагов замертво. Волки (а их было двенадцать, а не пять, как говорил слабоумный друид) вначале сконцентрировали все свое внимание на Василиске, видимо считая ее более слабым противником, но как же жестоко они ошибались! Выхватив длинный серебряный меч, Василиса сокрушала волков наповал и меч в ее руках то колол, как шпага, то рубил, как топор, то превращался в тонкую сверкающую ленту, которая извиваясь, подобно змее, обвивала врагов за шею и душила их. И только когда на опушке не осталось ни одного живого оборотня, я осознала, что только что хладнокровно убила кучу редких животных, села на траву и впала в глубокую апатию.
   -- Ничего, все убивают в первый раз, -- философски сказала Василиса, -- Потом привыкнешь. Тем более, что дискета теперь у нас -- ее выронил вожак стаи, когда нападал на меня -- так что охота закончена и мы возвращаемся домой. Да перестань же ныть, в конце концов, радоваться надо!
   И верно, я вскоре повеселела, поняв, что все мучения, связанные с "отдыхом на природе" закончились, и в приподнятом настроении мы с Василисой поспешили обратно в Шамбалу.
  
   Когда наш путь приближался к концу, я, истерзанная сомнениями, решила, что все же что-то здесь не так. Слишком уж легко получилась операция, провал которой обещал быть крупным проигрышем в борьбе с Темными силами. Да и Василиса вела себя как-то странно -- если пока мы шли на поиски дискеты, она стращала меня сложностью операции, то теперь она спокойно шла, словно так и должно быть и ни в коем разе не хотела дать мне даже взглянуть на дискету, каковую, кстати, я спасла ценой своих нервов.
   -- Дай мне дискету, -- в очередной раз попросила я ее.
   -- Не дам, -- отрезала Василиса, -- Тебе она не нужна!
   -- А тебе нужна? -- в свою очередь поинтересовалась я, заподозрив неладное.
   -- Больше, чем ты думаешь, -- холодно усмехнулась Василиса, -- И не пытайся ее у меня отобрать, ты слишком хилая, чтобы со мной справиться!
   У меня и в мыслях не было отбирать ее, но когда Василиса попыталась мне угрожать, я окончательно сбрендила, дала Василисе в нюх и вырвала дискету. Точнее попыталась вырвать, но не тут-то было! Эта подлая какашка вцепилась в дискету мертвой хваткой и отдавать явно не собиралась. Тут я нажала посильнее (спасибо учителям из школы энергов) и дискета начала медленно выскальзывать из ее рук. Точнее не совсем рук. Точнее совсем не рук!!!
   Василиса глухо зарычала и схватила дискету внезапно удлинившимися клыками. Ее лицо покрылось густой черной шерстью и через мгновение, скалясь и царапаясь передо мной сидела огромная лесная кошка и пыталась вырвать мне горло.
   -- Ой, мама! -- пробормотала я. Василиса оказалась никем иной, как оборотнем, пытавшимся похитить дискету с не менее большим усердием, чем волкодлаки.
   Тут Василиса сделала глотательное движение, и дискета оказалась наполовину проглоченной.
   -- Тебе со мной не справиться! -- прошипела преображенная Василиса, -- Я размозжу тебе голову одним ударом лапы! Уйди прочь, мерзкий человечишка!
   Тут мой страх куда-то пропал и на его место пришла неизвестно из какого места взявшаяся гордость. Да какого черта этот мелкий ликантропишка смеет угрожать мне, великому и непобедимому энергу?! Тут я не долго думая, просунула руку в пасть Василисы, ухватила дискету, застрявшую у нее в глотке и что было дури рванула на себя.
   От удивления Василиса даже мяукнула, а я, воспользовавшись данным моментом, свободной рукой хлопнула ее по спине, после чего обслюнявленная дискета оказалась у меня в руках (боже, какая гадость!). Поморщившись, я засунула дискету в карман и щелкнула пытавшуюся откашляться Василису по носу. В результате та поперхнулась и на всех четырех лапах бросилась к кустам (не даром меня натренировали в искусстве давать щелбаны!), а я, довольная и гордая, направилась искать Катьку в бесконечных коридорах школы магов.
  
   К счастью мне повезло -- один молодой маг помог мне найти дорогу до Шамбалы, где Катя и Акс уже начали встречать энергов, выполнивших задание. Увидев меня, грязную, ободранную, но с гордо поднятой головой и дискетой в руках, Катька явно занервничала.
   -- А где... а где Василиса? -- спросила она.
   -- Василиса оказалась предателем! -- ответила я, -- Этот подло замаскированный оборотень прикидывался членом нашей организации, дабы завладеть дискетой, но мне удалось нейтрализовать ее и отобрать ценный артефакт!
   -- То есть как нейтрализовать?! -- одновременно спросили Катя и Акс. При этом в их глазах стояло такое неподдельное удивление, что мне невольно стало не по себе.
   -- Ах, нейтрализовать! -- вдруг раздался разъяренный вопль, -- Я ей дам в глаз нейтрализовать!! А потом догоню и еще раз дам нейтрализовать!!!
   Все как по команде посмотрели мне за спину. Я оглянулась и обнаружила там Василису. Но какую! Вся в грязи, пыли и болотной тине, со слезящимися глазами, огромной шишкой на лбу и распухшим носом.
   -- Я сейчас тебя саму нейтрализую! -- прорычала она и вцепилась мне в горло. Точнее попыталась вцепиться. А я в свою очередь завопила от негодования и долбанула ее в распухший нос. Точнее попыталась долбануть.
   -- Значит так, -- сказал Акс, после того, как лишил меня и Василису двигательных способностей, -- Катя будь добра, расскажи, что здесь происходит!
   -- Э-э-э, -- замялась Катя, -- Значит дело обстоит так. Я дала Саше задание, по которому она должна найти дискету с информацией и доставить сюда, обезвредив противников. Но задание было с подвохом -- Василиса должна была сыграть предателя и посмотреть, как поведет себя в данной ситуации Саша. Но в связи с тем, что Василиса не дочитала бланк до конца, она жестоко обломалась. В задание говорилось, что при малейшем проявлении агрессии со стороны Саши, Василиса должна вернуться в истинный облик и объяснить Саше, что она прошла экзамен. Но Василиса не вняла просьбе, указанной в бланке, в результате чего получила в нюх. А теперь, Акс, можешь разморозить их и выслушать их версии.
   -- Так это твоих рук дело!!! -- завопили мы с Василиской, как только обрели возможность говорить, -- Ну сейчас ты у нас попляшешь!
   -- Но ведь я была права! -- усмехнулась Катька, и они с Аксом растворились в воздухе.
   -- У, собаки страшные! -- проворчала Василиса, потирая шишку на лбу, -- А ты что же, действительно подумала, что я предатель?
   -- Ага, -- смущенно кивнула я, -- После всего, что я узнала про магов, я и не в это еще готова была поверить! Но объясни мне, как тебе удалось перевоплотиться в лесную кошку, если ты не оборотень?
   -- Явно тебя мало в школе обучали, -- заметила Василиса, -- Я Зверомаг, может, слышала про таких, а?
   -- Слышала, -- призналась я, -- Но что ты будешь делать с моей феноменальной догадливостью?!
   -- Да, медицина здесь бессильна, -- согласилась Василиса, -- Но по крайней мере ты прошла экзамен, чему я крайне рада!
   -- С чего бы это? -- подозрительно нахмурилась я.
   -- Если бы ты его не прошла, то мне же пришлось бы проводить охоту с тобой и во второй раз, чего я предпочла бы избежать! -- ухмыльнулась Василиса, и мы дружно расхохотались.
  
   -- Чем займемся? -- поинтересовалась я у Василисы, когда мы отсмеялись.
   -- Очень важным делом! -- таинственно ответила Василиса, -- Сейчас мы поедем на квартиру к Кате, где та нас уже давно дожидается!
   -- Зачем это? -- подозрительно прищурилась я.
   -- Зачем, зачем... Чтобы посвятить тебя, конечно! -- проворчала Василиса, -- Акс же говорил, что прошедший проверку энерг из Ученика становиться Посвященным! А Катька как раз и решила, что посвятить тебя ей надо самолично!
   Мы вышли из Шамбалы в реальный мир (к счастью наш, земной) и направились на поиски Катиной квартиры. Пока мы бродили по городу, Василиса в двух словах объяснила мне, что такое Посвящение.
   -- Посвятить новобранца, значит заставить его вспомнить все свои прошлые жизни, -- сообщила она, -- Но так как ты живешь всего вторую жизнь, то особо интересного тебе вспоминать будет нечего -- всего одна жизнь, да и то человеческая!
   -- То есть Посвященный -- третья ступень развития после человека и Ученика, -- уточнила я, -- И все?
   -- Разбежалась! -- усмехнулась Василиса, -- Есть еще ступени Высшего Энерга, Мага, Высшего Мага и Гипномага. Но до этого тебе еще далеко-о-о!
   -- Что-то я не врубилась, -- сказала я, -- Конечно я понимаю, что энерг и маг -- птицы разного полета, на какая разница между Посвященным, например, и Высшим Энергом?
   -- Тьфу, ты, непонятливая, -- поморщилась Василиса, -- Ну, короче, Посвященный -- это такой энерг, который ничего не знает, но кое-что умеет, а Высший энерг и знает и умеет все, что энергам знать и уметь положено; Маг -- это Высший Энерг, который уже сам помнит свои прошлые жизни, но приобретая эту способность, маг теряет способность хранить и передавать энергию космоса, в связи с чем магическому искусству его еще учить и учить. Высшего Мага учить не надо, он уже может почти все и стремиться стать Гипномагом, а Гипномаг, обладая всеми способностями и магов и энергов, стремиться перейти на новый уровень существования, который стоит выше человеческого понятия. Я ясно выражаюсь?
   -- А зачем Гипномаги хотят перейти на новый уровень? -- поинтересовалась я, уловив из всего рассказа только эту мыслю.
   -- Чтобы познать все тайны бытия, -- загадочно ответила Василиса и, подумав, добавила, -- А вообще, много будешь знать -- скоро состаришься!
   -- Чего? -- обиделась я.
   -- Если стала плохо слышать, проверь, не лезут ли из ушей мозги! -- съехидничала Василиса, -- Твое знание придет со временем, как и мое. Кстати, смотри, вон и Катин дом!
   Я узрела дом и мне сразу стало плохо. Если этот бежевый небоскреб является Катиным домом, то я не понимаю, зачем нам, вообще, та секретность, о которой так твердили учителя в школе?! Давайте тогда уж сразу вывеску повесим: "Школа юных магов, оплата -- 1000 долларов в час"!
   Но потом оказалось, что Катя занимает не весь дом, а только одну квартиру, после чего я чуть успокоилась. Мы с Василисой пешком поднялись на двадцать четвертый этаж (не для развития конечностей, как вы думаете, а потому что лифт не работал!) и позвонили в темно-коричневую дверь. Дверь тут же открылась, и нас пропустили внутрь.
   Я конечно знала, что Катя отличается экстравагантностью, но это... это было уже чересчур!!! Представьте себе большую, но темную комнату, всю задымленную благовониями. На больших окнах черные шторы, заграждающие чересчур яркий свет солнца, а на полу и стенах висят и лежат темно-бордовые с белым ковры. В одном углу стоит раскладной диванчик, в другом -- письменный стол и кресло на колесиках, в третьем -- огромный телевизор, а в четвертом -- навороченный компьютер со всякими прибамбасами. Подушки, покрывала и мягкие игрушки в виде больших зеленых змей и драконов валялись по остальному пространству комнаты, создавая какую-то странную симметрию. Из-под какой-то кучи покрывал появилась Катька, с ног до головы обвешанная бусами и быстренько препроводила нас на кухню.
   Кухня кардинально отличалась от комнаты. Это было небольшое, но светлое помещение с нежно-розовыми обоями и белыми занавесками в красную клетку. Мебель и плитку белого цвета украшали клетчатые салфеточки, а на столе лежала скатерть с серебристой бахромой. Катя включила электрочайник и поставила на стол чашки и коробку конфет.
   -- Ну и как тебе моя хата? -- осведомилась она у меня.
   -- Итак, вы видите перед собой фрагмент дома потенциально больного человека, -- прокомментировала я, -- А так, вообще-то, кухня ничего, съедобная!
   -- В твоих устах это звучит как комплимент! -- усмехнулась Катя.
   -- Ну так что, когда будем посвящать Сашу? -- нетерпеливо уточнила Василиса.
   -- Подожди, сейчас придет один человек, тогда и приступим, -- объяснила Катя, -- Ну куда ты спешишь, как на вурдалачьи похороны?!
   Но на самом деле мне тоже не терпелось узнать что же это за Посвящение такое и с чем его едят. Вспоминая Катин фокус с энергетическим шариком, я в тихую надеялась, что это будет не больно.
   Тут в дверь позвонили. Катя сделала неуловимое движение пальцами (послышался щелчок открываемой двери) и сказала:
   -- Ну все, можно начинать!
   Мы прошли внутрь комнаты и обнаружили что посреди нее появился низенький столик со всякими подозрительными предметами, которые сразу мне не понравились.
   -- Надеюсь, ты не собираешься подключать меня к розетке? -- дрогнувшим голосом поинтересовалась я.
   -- Конечно, нет! -- рассмеялась Катька, -- Моя сила тут вообще не при чем! А для обряда Посвящения для начала тебе надо будет... вываляться в муке!
   -- Что?! -- завопила я, но было уже поздно и на меня обрушился целый мешок этого белого, першащего горло порошка. Затем меня с ног до головы измазали медом и обваляли в перьях, выпотрошенных из специально приготовленной для этого подушки. Я уж подумывала -- не линчевать ли меня собрались? -- но Катька "только лишь" заставила меня съесть банку горчицы (не какой-нибудь, а самой острой, после чего присутствующие едва-едва не познакомились с моим завтраком), после чего меня потащили на чертову крышу этого чертового небоскреба, где я, замахав руками, как чертовыми крыльями, прокричала изо всей дури: "Земля имеет форму чемодана!" Затем Василиса сделала пару моих снимков на фоне синего небе, и они с Катькой, ржа, как полоумные, потащили меня обратно в квартиру.
   -- Боже, за какие грехи мне эти мучения?! -- взмолилась я, когда поняла, что Катька и Василиска всерьез собираются протащить меня в таком виде по городу.
   -- Действительно, народ, хватит прикалываться! -- раздался чей-то негромкий, но изумительно знакомый голос из самого темного угла, -- Пошутили и будет!
   -- Ладно, закончим это шутовское представление и приступим к настоящему Посвящению, -- согласилась Катька, -- Саша, иди вымойся, что ли, а то в таком виде, боюсь, я и посвятить-то тебя не смогу!
   -- Так это было еще не Посвящение?! -- взбешенно заорала я, -- Ах, вы смерти моей хотите?! Ну я вас!!!
   Тут началась такая потасовка, что и описывать страшно. Короче, закончилось все тем, что Катя оказалась левитирующей где-то в районе люстры, Василиса обнаружила себя в центре комнаты, отплевывающуюся от перьев, а я в крайне воинственном настроении... держалась обеими руками за подоконник и умоляла таинственного человека в темном углу втащить меня обратно в квартиру. В конце концов он смилостивился, протянул мне руки, я вцепилась в них и... оказалась стоящей нос к носу с Ванькой Григорьевым.
   -- ... твою мать! -- не очень культурно выразилась я, -- А ты-то что здесь делаешь?
   -- Привет, Шурила! -- ухмыльнулся Ванька, -- Как дела?
   Я с трудом сдержала порыв надавать Ваньке по харе. Этого парня я не терпела еще с седьмого класса школы. Этот блондинистый Дон-Жуан (любимец всех девчонок в техникуме) постоянно норовил сотворить какой-нибудь прикол, причем я от этого неизменно оказывалась в дурацком положении. Например, однажды этот гусь лапчатый чуть не выдал меня замуж за... впрочем, это уже личное. Тем не менее Ванька имел наглость считать себя моим другом и никакие потуги с моей стороны не могли его в этом разуверить. Я беспомощно повернулась к невинно улыбающимся Катьке и Василисе и спросила:
   -- А что он здесь делает? -- в тайне надеясь, что Ванькино появление окажется одной великовозрастной ошибкой.
   -- Познакомься, Саша, это Иван Григорьев, энерг второго разряда! -- ехидно представила Ваньку Василиса, -- Теперь он твой учитель на эту жизнь и задавать вопросы ты будешь ему. Ну а нам с Катей пора!
   С этими словами она превратилась в галку и вылетела из окна, прежде чем я успела раскрыть рот. Катя пожала плечами, растворилась в воздухе, и мы с Ванькой остались одни в чужой и совершенно пустой квартире.
   Ваньку, казалось, исчезновение этих недорезанных магов совершенно не волновало. Он спокойно достал ключ из-под коврика, выпроводил меня из квартиры и, тщательно закрыв ее, просунул ключ обратно под дверь. Тут язык мой наконец-то развязался и первый словесный понос был обрушен, конечно, на Ваньку:
   -- Куда делась Василиса? Где Катя? Кто меня будет посвящать? Что, разве все отменяется? Разве можно так над людьми прикалываться? И зачем ты тут взялся? А...?
   -- Саша, расслабься! -- замахал руками Ванька, -- А то я от твоих вопросов скоро загнусь!
   -- Хорошо бы, -- проворчала я, но вопросами забрасывать его перестала, и Ванька удовлетворенно кивнул.
   -- А теперь все по порядку, -- продолжил он, -- Василису срочно вызвали на задание, а Катю позвал Акс, поэтому твое Посвящение откладывается на потом. В сущности, посвятить тебя может и одна Катя, поэтому она как-нибудь зайдет к тебе вечерком. Насчет прикола, так это со всеми так вначале бывают -- эта хохма уже в традицию вошла. А я, собственно, оказался здесь, как и все энерги, которых удалось найти в этом мире.
   -- Ты совсем не похож на энерга, -- буркнула я, все еще недовольная тем, что эту жизнь мне придется провести в обществе какого-то там Ваньки.
   -- Это потому что моя душа зародилась в техническом мире, -- торжественно объяснил Ванька, -- Это случается очень редко, так что я, в своем роде, чудо!
   -- Ты чудо в перьях и этим все сказано, -- усмехнулась я, -- Ладно, убивать такую редкость я не буду, лучше объясни мне, что значит энерг второго разряда!
   -- Это значит, что я живу третью полную жизнь, -- объяснил Ванька.
   -- А что, бывают еще и неполные жизни? -- хмыкнула я.
   -- Бывают, -- серьезно подтвердил Ванька, -- Цикл от рождения до смерти называется неполной жизнью, а цикл, за который пройдена одна ступень градации человеческого сознания называется полной жизнью.
   -- Откуда ты слова-то такие умные знаешь? -- удивилась я, -- Что это за ступени такие?
   -- Первая ступень -- Человек, -- сообщил Ванька, -- Затем идут шесть ступеней Энерга, ступень Высшего Энерга, пять ступеней Мага и ступени Высшего Мага и Гипномага. Официально ступени называются разрядами, и чтобы пройти на разряд выше, надо стать настолько умным, чтобы разряд, на котором ты сейчас находишься, тебя не удержал и подбросил вверх. Но на один такой разряд может понадобиться не одна неполная жизнь, особенно в связи с тем, что Темные силы имеют привычку нас убивать. Я, например, умирал уже пять раз.
   -- Ясненько-о, -- протянула я, -- Это тебя Катя или Акс заставили выучить? Сам-то ты додуматься до этого не мог, это я точно знаю!
   -- А кому сейчас легко? -- тоном утомленного философа вздохнул Ванька, -- Зато, если бы не я, ты бы так сейчас и сидела неучем! Я вообще приставлен к тебе, чтобы научить тебя познавать свой внутренний мир!
   -- У меня внутри гражданская война и никакого мира там нет, -- огрызнулась я, -- И если лига правой почки победит левую почку, то я точно с ума сойду!
   -- А ты уверена, что уже не сошла? -- голосом опытного психиатра поинтересовался Ванька, -- Голосов не слышишь? Чертики зеленые не бегают? Сколько будет дважды два?
   -- Отцепись, -- проворчала я, -- Не строй из себя умного, не похож! Я-то надеялась, что после прохождения экзамена меня научат новым умным трюкам борьбы и владению холодным оружием, а вместо этого мне навязали тебя!
   -- Насчет холодного оружия ты права, -- согласился Ванька, -- Сейчас мы пойдем к моей жене, которая и научит тебя владению мечом!
   -- С каких это пор ты женат?! -- поперхнулась я.
   -- Я уже вторую жизнь женат! -- тоном оскорбленной невинности ответил Ванька, -- Не веришь -- сама спросишь! Пошли!
  
   Жилище Ваньки со спокойной совестью можно было назвать хоромами. Это была огромная пятикомнатная квартира, одна из комнат которой была переоборудована в спортивный зал. Далее прилагались отделанные в евростандарте гостиная, кабинет с двумя компьютерами, шикарная спальня и закрытая комната неизвестного мне предназначения.
   "Ты потом увидишь ее содержимое", -- по секрету сказал мне Ванька.
   -- Ну-ну, -- хмыкнула я и прежде всего пошла в ванную, где наконец-то отмылась от меда и перьев, которыми меня измазали Катя и Василиса. После чего я экспроприировала чей-то халат и направилась знакомиться с Ванькиной женой.
   Как всегда меня поджидала неожиданность, к которым я уже успела привыкнуть за тот короткий миг жизни, который я была энергом. Естественно, я знала Ванькину жену! Эту низенькую медноволосую девушку с невинными зеленоватыми глазками и кривой усмешечкой, как я помнила, звали Олей, и она была подругой Кати по колледжу. Я, конечно, могла представить, что именно она будет обучать меня владению мечом, но чтобы при этом она оказалась еще и женой Ваньки?! Боже, боже, кто теперь нам поможет! Мир рушится, господа присяжные заседатели!
   -- О, привет, Саша! -- обрадовалась Оля, -- А я тебя помню!
   -- Я тебя тоже помню, -- кивнула я, пытаясь выдавить страдальческую улыбку, -- По крайней мере хоть один разумный человек в этой кутерьме остался! Ну, рассказывай, как ты? И кто ты, если уж на то пошло?
   -- Я -- один из Высших Энергов, -- пояснила Оля, -- Но в данный момент я больше помышляю обучением Посвященных-новичков, чем определенными заданиями.
   -- Ты что, на пенсии? -- брякнула я.
   -- Точнее в отпуске, -- поправила меня Оля, -- Но, к сожалению, он скоро закончится, поэтому обучать тебя мне надо незамедлительно. Так что поговорим о деле: какой вид оружия ты предпочитаешь?
   -- Двенадцатикалибровый пистолет "Кобра", -- сообщила я, -- Бьющий серебреными пулями. Но Катя заявила, что в некоторых мирах пистолетов еще не придумали, поэтому мне надо обучиться хотя бы азам обращения с мечом.
   -- Положим, азам тебя обучили еще в школе энергов, -- сказала Оля, -- А сейчас я обучу тебя таким приемам, которые помогут тебе против оборотней и вампиров, что особенно полезно. Но для начала пойдем-ка, выберем тебе оружие!
  
   Мы прошли в ту самую комнату, которую мне вначале не удалось открыть, и я очутилась в царстве оружия. Чего только не висело на здешних стенах! И прямые мечи, и кривые ятаганы, и искривленное, с зубцами, оружие варваров. Да, тут еще были пики, копья, алебарды, луки со всевозможными стрелами, изящные дубинки, утыканные шипами и много-много других предметов, сталь которых пьет кровь и несет смерть.
   -- Ну как тебе моя коллекция? -- поинтересовалась Оля.
   -- Ни фига себе! -- восхищенно отозвалась я. Я во все глаза смотрела на это сверкающее великолепие и никак не могла выбрать меч для себя.
   -- Я не знаю, что мне взять, -- наконец призналась я.
   -- Неудивительно, -- усмехнулась Оля, -- Вообще-то эта коллекция предназначена только для осмотра, потому что во-первых, тебе нужен серебренный меч, а не стальной, а во-вторых, ничего из этой коллекции я все равно отдавать никому не собираюсь. На самом деле Катя уже наведывалась ко мне и попросила изготовить меч лично для тебя, что я и сделала.
   -- Правильно, -- кивнула я, -- Стану я еще чужим барахлом сражаться!
   -- Вот не знаю только, примет ли тебя меч, -- задумчиво сказала Оля, -- Он еще молодой, а уже таким своенравным оказался... Да не смотри ты на меня, как на психа, -- улыбнулась она, заметив мой ошарашенный взгляд, -- Скоро ты сама все поймешь!
   Оля скрылась в глубине комнаты и спустя минуту вышла с серебряным мечом на руках:
   -- Саша, познакомься со своим мечом!
   И этот меч оказался в моих руках. Я не берусь в точности описывать, как он был сделан, лишь скажу, что это был прямой меч с витой ручкой, инкрустированной изумрудами и рубинами и гардой в форме крыльев летучей мыши. Я сразу почувствовала, что это именно мой меч, мой и ничей еще. Меч тоже это почувствовал и доверчиво лежал в моих руках, готовый, однако, вскочить и пролить первую в своей жизни кровь.
   -- Его зовут Оникудаки -- Победитель Демонов, -- сообщила мне Оля.
   -- Спасибо, -- искренне сказала я, -- Лучшего меча и пожелать было нельзя!
   -- Я старалась, -- покраснела Оля, -- На самом деле для воина, коим является любой энерг нет лучшего спутника, чем хороший меч... да ты и сама видела, как Василиса управляется со своим мечом!
   -- А как называется ее меч? -- полюбопытствовала я.
   -- Шинкей -- Нервная Система, -- пояснила Оля, -- Ее меч сделан из особого сплава, благодаря чему обладает такой гибкостью, что Василиса может носить его на талии, как пояс. Это очень удобно, когда она превращается в зверя, потому что оружие, в отличие от одежды не может стать частью мага.
   Я представила лесную кошку, опоясанную мечом и усмехнулась.
   -- А у тебя есть меч? -- спросила я у Оли.
   -- Есть, -- кивнула та и достала меч с удивительно тонким лезвием, острым, как бритва, точеной рукоятью и гардой, закрывающей кисти рук, -- Мне его подарил мой учитель две жизни назад. Его зовут Шакунаши -- Бамбуковая Флейта!
   -- А почему флейта? -- удивилась я.
   -- Пойдем, поупражняемся в фехтовании и ты поймешь! -- со смешком ответила Оля.
   Действительно, имя "Шакунаши" мечу было дано не зря. Он рассекал воздух с таким музыкальным свистом и ударялся о лезвие Оникудаки с таким мелодичным звоном, что я невольно заслушалась и тут же получила удар плашмя по спине.
   -- Не отвлекайся! -- оборвала Оля мой возмущенный вопль.
   Постепенно я разгорячилась и вошла во вкус схватки. Мой Оникудаки почти идеально отражал атаки Оли, спеша, однако, напасть самому. Он был гораздо тяжелее Шакунаши и мог бы перерубить его лезвие одним точным ударом, но Оля всегда успевала ловко уводить меч из-под опасных ударов, при этом успевая еще и уколоть меня кончиком лезвия, что постепенно начинало меня злить. Но чем больше я злилась, тем явственнее на меня нападала Оля, в результате чего мне пришлось отказаться от нападений и перейти исключительно на защиту. Однако, стоило мне хоть чуть-чуть ослабить внимание, как Оля тут же выбила меч из моих рук и приставила Шакунаши к моему горлу.
   -- Считай ты убита! -- сказала она мне.
   -- Почему я такая невезучая?! -- проныла я в ответ, -- Так меня первый попавшийся маньяк на улице меня зарежет, а я не успею даже меч вынуть! Ну почему все сражаются лучше меня?!
   -- Катя, конечно говорила мне, что ты пессимист, но чтоб насколько! -- сочувственно покачала головой Оля, -- Да будет тебе известно, что ты -- первый энерг, который продержался против меня так долго! Обычно, все вылетают уже на первой минуте поединка. Так что, хоть мага тебе и не одолеть, но с вампиром и оборотнем ты вполне справишься!
   -- Но тебя же я не одолела, -- философски заметила я, -- А ты еще не маг!
   -- Зато я сражаюсь получше некоторых магов! -- огрызнулась Оля, -- Между прочим, я чемпион по фехтованию в своем родном мире, а там владению мечом обучают с младенчества!
   -- Верю, верю! -- отмахнулась я от возмущенной Оли, -- Пошли лучше чай пить!
   После чая произошло явление Ваньки, который сообщил, что моя одежда, постиранная в ванной, уже высохла и я уже могу отправляться домой. Я переоделась, попрощалась с Олей и Ванькой и поплелась домой в родную квартиру.
  
   Свою квартиру я, конечно, нашла не сразу -- как всегда я заблудилась в этом большом и странном городе, который, насколько я помню, зовется Москвой. В результате чего, когда я пришла домой, было уже поздно и начинало темнеть. С ощущением, будто у меня на спине сидит слон, я рухнула на диван и обнаружила рядом с собой не менее сонную Катьку.
   -- Блин, где тебя черти носят, я уже два часа тебя тут дожидаюсь! -- проворчала она.
   -- А с чего бы это тебе меня ждать? -- удивилась я.
   -- Как с чего? А Посвящение? -- возмутилась Катя.
   -- Что, опять?! -- испугалась я.
   -- Да нет, -- отмахнулась Катя, -- Не боись, на этот раз никаких приколов не будет!
   -- Фу-у-ух! -- выдохнула я, но тут заметила смущенное выражение на Катькиной физиономии, -- А что ж ты тогда так рожу скривила?
   -- Ну-у-у, -- замялась Катя, -- Помнишь я говорила, что не буду втыкать тебя в розетку? Так вот, как бы объяснить тебе помягче...? -- тут Катина рука засветилась голубоватым пламенем и не успела я сказать "ой", как она с размаху припечатала меня пятерней по лбу, от чего в комнате запахло палеными волосами, а меня обдало таким сильным разрядом электричества, что я почувствовала себя казнимой на электрическом стуле.
   -- Ой, -- несколько запоздало произнесла я.
   -- Действительно "ой", -- сочувственно кивнула Катя, -- Но ничего, к утру ожег пройдет. Зато, если бы тебя посвящал Зверомаг, например, Василиса, ты бы вся покрылась шерстью, которая продержалась бы в течение трех суток. А вот если бы тебя посвящал маг Огня...
   -- Не надо, я поняла, -- прервала я ее монолог, -- Спасибо, конечно, за пояснения, но знаешь, я как-то не в состоянии тебя слушать! -- с этими словами я свалилась со стула и незамедлительно потеряла сознание...
  
   Короче, очнулась я вся в холодном поту от охвативших меня воспоминаний прошлой жизни. Помню, что я была жрицей... или жрецом какого-то кровавого бога, помню, как меня сжигали на костре, помню еще множество неприятных моментов... Бр-р-р!!! Тем более что запомнила я далеко не все, а когда мне на ум будут приходить подробности, то, боюсь, мне станет совсем хреново. Впрочем, успокоила я себя, каждый энерг проходит через это, так что волноваться мне не из-за чего. Гораздо интереснее то, что со мной могут сотворить прямо сейчас.
   Тут я открыла глаза и обнаружила, что все мои вещи, находившиеся в квартире, тщательно собраны и упакованы, вся мебель куда-то подевалась, а прямо на полу сидят Катя, Ванька и Василиса с хитрющими рожами, попивают белое вино и спорят: следует ли меня облить водой или не следует.
   -- Не надо! -- вскрикнула я и вскочила.
   -- Ну вот, -- разочарованно сказал Ванька, -- А мы-то надеялись!
   -- Ничего, облить ее водой мы всегда успеем, -- успокоила его Василиса, -- А ты, Саша, ну-ка собирайся и давай за нами в Тсаолпри!
   -- Куды-куды?
   -- Тсаолпри -- это наш личный город, -- с гордостью пояснила Катя, -- Причем в настоящем мире, а не в каком-нибудь там искусственном измерении! В Тсаолпри все напрочь Светлые маги и энерги, не считая всякой нечисти, которая, вообще-то, на нашей стороне.
   -- Кого это ты подразумеваешь под словом "нечисть"? -- уточнила я.
   -- Демоны, оборотни, упыри, гаргулии, русалки, фавны, грифоны и прочее и прочее, -- загибая пальцы, перечислял Ванька, -- А ты что думала, нечисть только у Темных сил бывает, а?
   -- Я на это надеялась, -- буркнула я.
   -- Да не бойся ты, наша нечисть вполне безобидная! -- хохотнула Катя, -- Если только так можно сказать о нечисти!
   -- Ты меня обрадовала, -- ответствовала я.
  
   Тсаолпри прежде всего поразил меня своей необычностью. Вы можете представить себе обычный современный город, с обычными серыми небоскребами, где на нижних этажах вместо обычных магазинов располагаются средневековые кузницы, лавочки, продающие различные яды и снадобья, конюшни (не только лошадиные), сидят горшечники, пирожники, продавцы сладостей, одежды, обуви, рядом с которыми серьезные люди продают телевизоры, телефоны, компьютеры, аудио и видеотехнику и много чего другого. По улицам города, помимо обычных автомобилей ездят и доисторические тарахтелки, проезжают экипажи, запряженные лошадьми, единорогами, грифонами, маленькими драконами, а над всем этим плавно пролетают пегасы и летающие тарелки. Население здесь тоже очень разнообразно: начиная от совершенно нормально выглядящих людей, в строгих серых костюмах, или джинсах, или кожаных куртках, до людей в средневековых одеждах, в серо-стальных, на вид металлических комбинезонах, в длинных шелковых одеяниях Востока или же одетых вообще непонятно во что. Часто проходят создания, не совсем или совсем не похожие на людей: вот процокал копытцами по асфальту низенький человечек с маленькими рожками, острой бородкой и длинным хвостиком, вот пробежала полудева-полульвица, по пояс завернутая в лиловый плащ, а с другой стороны улицы садится с машину некое чудовище, состоящее из сплошных щупалец и глубоких синих глаз.
   Я на всякий случай еще раз протерла глаза и только после этого сообразила закрыть рот. Василиса и Катя, весело хохоча и здороваясь с половиной встречных, упорно тащили меня к центру города.
   -- Слушай, Саша, у тебя сейчас такое же выражение лица, как у Ваньки, когда Василиса сказала ему, что Деда Мороза не бывает! -- рассмеялась Катя.
   -- А что, разве его нет? -- удивился Ванька и губы его по-детски задрожали.
   -- Есть, есть, -- утешила его Василиса и обратилась ко мне, -- Ну, как тебе Тсаолпри?
   -- Впечатляет! -- честно ответила я, -- А что у вас здесь, все такие разные?
   -- Так тут же собираются маги из всех доступных нам миров, -- объяснила Катя, -- А все миры развиты по-разному: кто еще на уровне средних веков, а кто уже обогнал и наш мир, поэтому здесь можно встретить не только заурядных демонов, но и инопланетян, да еще и обладающих магическими свойствами. А то, что город выглядит так странно, так это постарались местные жители -- они, убогие, превратили Тсаолпри в рынок сбыта, вот мы и пользуемся!
   -- Что, тут еще и местные жители есть? -- испугалась я, -- Как же они бедные, терпят вас?
   -- А-а, привыкли, -- отмахнулась Катя, -- Мы им только на пользу -- раньше тут сплошные войны были, а теперь, глядишь, дела на поправку пошли! Вообще-то, без нас этот мир давно бы загнулся -- а мы его спасли, вот и поселились в Тсаолпри и фиг нас отсюда выгонишь!
   -- И что, все энерги живут здесь? -- полюбопытствовала я.
   -- Ты что, с дуба рухнула?! -- удивился Ванька, -- Да какой же нормальный энерг все это выдержит? Нет, конечно у каждого из нас есть своя квартира с Тсаолпри, но большинство, например я и Оля, предпочитают жить в обычных мирах -- может там и не так безопасно, но по крайней мере спокойно!
   -- Как город может быть одновременно безопасным и беспокойным? -- не поверила я.
   -- Поймешь, когда у оборотней начнется брачный период, -- тут Ванька бросил такой косой взгляд на Василису, что та покраснела, -- К тому же большинство здешних тварей -- ночные жители, так что поспать спокойно тебе удастся только в звуконепроницаемом боксе. Маги, правда, почему-то живут только здесь, но энерги... нет!
   -- По крайней мере не все энерги, -- поправила его Василиса, -- Лично тебе, Саша, я советую хотя бы недельку пожить здесь! К тому же район мы тебе выбрали тихий, отдохнуть никто не помешает, а достопримечательностей в Тсаолпри, скажу, побольше, чем во всех Эрмитажах, вместе взятых!
   -- А я и не собираюсь уезжать, -- кивнула я, -- Этот город меня уже заинтриговал!
   -- Еще бы! -- усмехнулась Катя, -- А Ваньку ты не слушай, на самом деле он давно бы сюда переехал, да Оля не позволяет -- ей, видите ли, как Высшему Энергу, надо последнюю жизнь пожить в простом мире -- магу-то там уже просто некомфортно!
   -- Понимаю, -- хмыкнула я, но тут мы вошли в какой-то дом, поднялись на семнадцатый этаж и с шумом ввалились в мою новую квартиру.
   Квартира поразила меня своими размерами. Две гигантские комнаты (каждая величиной с небольшой спортивный зал) заполнялись самой шикарной из той мебели, какую я видела за свою тогдашнюю жизнь.
   -- Саша, а почему бы тебе ни осмотреть кухню? -- предложила Василиса и, если бы я не была так ослеплена великолепием этой квартиры, я бы наверняка уловила ехидцу в ее голосе. Но, увы, ничего не подозревая, я направилась к кухне, распахнула чуть приоткрытую дверь и... и тут на меня обрушился целый водопад холодной воды!
   -- Убью!!! -- завопила я и повернулась к стонущим от смеха магам.
   -- Вот видишь, Ванька, -- умирала Василиса, -- Все-таки мы ее облили!
   Но, к счастью, на этом экзекуция закончилась, друзья попрощались и оставили меня одну переваривать впечатления.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

* * *

   Первую неделю своего пребывания в Тсаолпри я просто бесцельно бродила по городу, стараясь углядеть хоть малейшую взаимосвязь между здешними переулками. Но, всякий раз, когда мне казалось, что я окончательно заблудилась и поворачивала, чтобы найти дорогу домой, дорога неожиданно появлялась прямо у меня под ногами, а дом -- за соседним углом. Ванька объяснил мне это тем, что город просто насыщен магией до такой степени, что мгновенно подчиняется любому желанию любого магического существа. Хм! Я сочла это удобным и теперь могла путешествовать по Тсаолпри без опасений заблудиться, в результате чего к каждому вечеру карманы мои наполнялись безделушками, желудок -- сладостями, голова -- впечатлениями, а ноги просто гудели от усталости.
   В конце концов, сочтя, что достаточно изучила город, я решила навестить Акса, которого уже давно не видела. Катя по секрету сообщила мне, что он живет тут же, в Тсаолпри, поэтому, запасясь подарками, я положилась на магию города и позволила ей вести меня к дому Акса.
   Через первые двести метров я поняла, что этот переулок мне незнаком, а еще через полчаса ходьбы до меня дошло, что из всего города я изучила только одну часть, а сейчас я попала в какую-то глубь, все более и более отличавшуюся от моего родного района. Высотные здания стали куда-то пропадать и на их месте появились двух и трехэтажные домики из красного кирпича, со всех сторон окруженные какими-то сарайчиками. Людей по улицам бродило все меньше и меньше, а вместо них появлялись существа, совсем на людей не похожие. По рассказам Кати я знала, что это демоны, но я не представляла, что они могут быть такими разнообразными. Тут были всевозможные создания, сотворенные неизвестно по чьему образу и подобию, которые все чаще и чаще плотоядно ухмылялись, что, как ни говорите, наводило меня на неприятные мысли.
   На небе внезапно появились тучи, которые закрыли собой солнце, и сразу же стало темно и холодно. Я непроизвольно ускорила шаг, и тут почувствовала, что за мной кто-то идет. Осмотревшись, я никого не заметила, но не переставая чувствовала, как сотни маленьких злобных глаз неотрывно следят за мной. Тогда я не выдержала, повернулась и побежала, и улепетывала до тех пор, пока не уперлась в тупик. В отчаянии я оглянулась и, наконец, увидела своих преследователей.
   Итак, лихорадочно думала я, чувствуя, что сейчас помру от ужаса, что делать одному беззащитному энергу, попавшему в тупик, с семнадцатью вампирами, десятью оборотнями и еще пятью существами непонятного мне назначения, которые явно собираются мной поужинать?!
   -- Мама-а!!! -- завопила я, и с нечеловеческими усилиями перемахнула через высоченную стену, загораживающую мой путь. Нечисть с гиканьем и дикими воплями понеслась за мной.
   Теперь я мчалась уже не разбирая дороги, думая только о том, как бы поскорее добраться до Акса и спрятаться у него. Тем не менее, разъяренная охотой толпа неумолимо догоняла меня, так что я решилась на отчаянный шаг: я резко свернула и, выбив дверь первого попавшегося сарайчика одним ударом ноги, врезалась во что-то белое и мягкое.
   -- А-а-ай! -- завопило это нечто в унисон со мной, -- Больно же!
   Я отскочила и с изумлением уставилась на незнакомое мне существо. Оно было похоже на очень большую кошку-альбиноса (размером с письменный стол), вот только на голове у нее росло нечто среднее между жирафьими рогами и антеннами, лапы напоминали медвежьи, хвост походил на грифоний, а глаза были совсем человеческими.
   -- Ну вот! Еще один демон! -- разочарованно сказала я.
   -- Нет, я не демон, точнее не совсем демон! -- гордо ответило мне существо, -- Я -- тихая сапа!
   Несколько секунд я недоуменно смотрела на сапу, а потом разразилась диким хохотом. Надо же, какое имечко ей подобрали!
   -- А что такого?! -- обиделась сапа, -- Я почти нормальное существо, чем тебе не нравится?
   -- А что значит "почти"? -- отсмеявшись, уточнила я.
   -- Ну вообще-то, я демон, -- покраснела сапа (а под мехом это выглядело весьма оригинально), -- Но меня вселили в тело реального существа, а не во что-нибудь там, напридуманное!
   -- Отлично, раз ты демон, то выйди и останови всех тех существ, которые ожидают меня на выходе! -- предложила я.
   -- Пожалуйста! -- сапа с решительным видом подошла к двери и открыла ее. Потом она осторожно закрыла ее, отошла подольше и... грохнулась в обморок.
   -- Блин, когда ж я сдохну! -- проворчала я. С одной стороны меня окружала всяческая нечисть, которая может присниться только в кошмарах, а с другой стороны тут лежит бездыханная сапа, которую я хотя бы из чувства ответственности не могла оставить одну. И тогда я приняла единственно возможное в этой ситуации решение.
   Дверь сарайчика с грохотом распахнулась и на пороге появилась я. Волосы мои растрепались, тени смазались и выглядела я вообще неважно. Оглядев хищную толпу, казалось, состоящую только из оскаленных пастей, а набрала в легкие побольше воздуха и грозно произнесла:
   -- Извините пожалуйста, а что вам, собственно надо?
   Проговорив это, я на всякий случай закрыла глаза, чтобы не видеть, как вся эта разъяренная толпа набросится на меня. Но толпа не набрасывалась, а приоткрыв один глаз, я поняла, что нечисть явно смешалась. Тогда, собравшись с духом, я повторила вопрос. Вперед выступил самый страшный демон, и, не зная куда себя девать от смущения, произнес:
   -- Видите ли, мы вовсе не хотели вас пугать! Вся проблема в том, что в этом районе живет только нечисть и редкий человек сюда заглядывает. Так вот, у нас на весь район всего одни часы, а они взяли и остановились. Мы их починили, но точного времени, чтобы поставить их, не знаем. Не подскажете ли, который час?
   -- Пять минут седьмого, -- взглянув на часы, я почувствовала себя последней дурой, -- Советую вам завести еще хотя бы пару будильников!
   -- Спасибо и извините нас, -- поблагодарил демон, и вся свора нечисти с воплями умчалась прочь, а я повернулась к приходящей в себя сапе.
   -- Какая вы смелая! -- сказала она, неожиданно переходя на "вы", -- Я бы не смогла разогнать столько нечисти за такое короткое время!
   -- Пустяки, они только хотели поставить часы, -- отмахнулась я.
   -- Все равно, в моих глазах вы возросли до героини! -- рассыпалась в любезностях сапа, -- Как вас зовут?
   -- Меня зовут Сашей. Только давай без этого "выканья", а? -- предложила я.
   -- Окей, -- мгновенно переключилась сапа, -- Мое имя -- Крошка. А куда ты направляешься?
   -- Я иду искать Акса. Знаешь такого?
   -- Конечно! -- оживилась Крошка, -- Пошли, провожу!
  
   Жилище Акса оказалось не квартирой, как я думала, а просторной усадьбой с домом, конюшней, кузницей и фруктовым садом. Посреди сада была постелена чистая белая циновка, на которой в турецких позах сидели Акс, Ванька и Василиса и пили чай из пиал.
   -- О, привет, Саша! -- обрадовался Акс, -- А что ты здесь делаешь с моим личным демоном?
   -- С твоим личным кем? -- я сурово покосилась на Крошку.
   -- Только не говори, что поверила, будто она не демон! -- рассмеялся Акс, -- Поверь мне, она демон, вот только трусливый до безумия!
   При этих словах Крошка окончательно смутилась и отошла в сторонку, а я всучила Аксу изрядно помятые подарки и уселась рядом с Василисой и Ванькой.
   -- Что обсуждаем? -- поинтересовалась я.
   -- Да так, новое задание, -- отмахнулась Василиса и вдруг ее осенило, -- Слушай, Акс, а почему бы это же задание не предложить Саше? Оно достаточно легкое для первого раза, тем более что я и Ванька будем рядом и поможем, если что!
   -- Ну-у, не знаю, -- засомневался Акс, -- Вообще-то такое задание не предназначено для юных нервных энергов...
   -- Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! -- Василиса сделала умоляющее лицо.
   -- Действительно, Акс, -- поддержала я ее, -- Должна же я, в конце концов, когда-нибудь за ум браться! А то все шуточки шуточками, а на задание я так и не выходила!
   -- Так и быть, -- смиловистился Акс, -- Но чтоб в потасовки не встревать! Пусть это будет как бы инструктажем, то есть ты со стороны будешь наблюдать как действуют натасканные маги и энерги! И не считай это комплиментом! -- бросил он сияющему Ваньке.
   -- Ясненько! -- буркнула я, -- А что за задание-то?
   -- О, это будет настоящая охота! -- азартно ухмыльнулась Василиса, -- Видишь ли, мы пытаемся поддержать хрупкое равновесие между техническими и магическими мирами...
   -- То есть не даем проникнуть технике в средневековье, а магическим созданиям в небоскребы! -- встрял Ванька, -- А тут какой-то олух ведьмак это равновесие нарушил!
   -- То есть кто-то в техническом мире искалечил его подругу, вот ведьмак с досады того осла и проклял! -- Василиса изо всех сил старалась перекричать громкий Ванькин голос, -- Но что-то пошло не так, в результате чего из полутрупнутой девушки вылез скелет и начал охотится за тем типом, что вздумал перебежать дорогу ведьмаку!
   -- Причем этот скелет убивает всех людей, что попадутся ему на пути и вызывает панику местных жителей! -- вставил Акс, -- Так что вам надо заловить этого ведьмака и заставить его снять проклятие.
   -- А что будет, если ведьмак не сможет снять проклятие? -- поинтересовалась я.
   -- В таком разе мы будем думать своими мозгами! -- объяснила мне Василиса, -- Чего тут непонятного?!
   -- Ну как, ты с нами? -- уточнил Ванька. Я утвердительно кивнула, но тут раздался еще один голос:
   -- А можно и мне с вами?
   Все повернулись и удивленно уставились на Крошку.
   -- Так ты же трусиха! -- хмыкнул Акс, -- Ты даже своей собственной тени боишься, не то что живого скелета!
   -- Ну и пусть! -- храбро вымолвила Крошка, -- Надо же мне когда-нибудь переставать бояться! В конце концов я же демон!
   -- Если ты это признала, значит где-то случился конец света, -- задумчиво сказал Акс, -- Хорошо, я отпущу тебя, но вот пойти с тобой я не смогу... Вот что: как ты смотришь на то, чтобы стать Сашиным демоном?
   -- Я согласна! -- радостно завопила Крошка, прежде чем я успела вымолвить хоть слово, -- А то быть твоим демоном очень скучно -- ты все время сидишь на месте и никуда не выходишь. Может быть поэтому я и стала трусихой?
   -- Решено, -- кивнул Акс, -- Саша, как ты на это смотришь?
   -- Да я вообще-то не против, -- призналась я, -- Но у меня совершенно нет опыта в воспитании демонов, а к тому же я слышала, что демоны бывают только у магов...
   -- Ну, магом ты еще успеешь стать, -- отмахнулся Акс, -- А пока возьми вот это! -- с этими словами в его руке засветилось что-то ярко-красное; Акс взял мою руку и приложил к ней свою. Я ожидала боли, но ее, к моему удивлению, не было, а когда я отняла руку, на ней появился знак в форме семиконечной звезды, обведенной в треугольник.
   -- Это символ управления демоном, -- пояснил Акс, -- Кроме тебя его больше никто не будет видеть, а благодаря ему, Крошка станет твоим демоном и не сможет пойти против твоей воли, даже если ее попытаются заставить!
   -- Но это же рабство! -- возмущенно заявила я.
   -- Да, -- спокойно кивнул Акс, -- Но ты не видела Крошку в истинном обличие, а я видел и, поверь мне, это было что-то с чем-то! Если она нападет на тебя в родном облике, считай себя трупом, так что лучше себя обезопасить, чем надеяться на дружбу. Тем более, если эта дружба будет достаточно крепкой, символом тебе воспользоваться и не придется, так что считай его нет.
   -- Я бы предпочла, чтобы его действительно не было, -- проворчала я и повернулась к сияющей Крошке, -- Пойдем, что ли!
   -- Пошли, -- кивнула Крошка, и мы направились вслед за Ванькой и Василисой.
  
   -- Ну и какие есть предложения? -- поинтересовалась я, стоило мне выйти за пределы мира Тсаолпри.
   -- Этот мир сильно смахивает на наш, -- заметила Василиса, сверившись с бумажкой, -- Поэтому советую вести себя по-обычному!
   -- Это как? -- заинтересовалась Крошка.
   -- Ну, например, тебе следует превратиться в какое-нибудь незаметное животное типа собаки, -- пояснил Ванька, -- Смогешь?
   -- Смогу! -- уверенно ответила Крошка, сосредоточилась и... перед нами возникло гигантское чудовище, относительно напоминающее собаку. Впрочем, если вы когда-либо видели собаку ростом с пятиэтажный дом, то особого удивления вы не выскажете, но мне, если честно, стало немножко не по себе.
   -- Да не в ту собаку! -- поморщилась Василиса, -- Нужна та, что ростом примерно с метр!
   -- Поняла! -- прорычала откуда-то сверху Крошка, и передо мной оказался вполне обычный дог, разве что альбинос.
   -- Ничего не могу поделать с этой пигментацией! -- пожаловалась Крошка в ответ на немой вопрос Василисы.
   -- Ты не должна разговаривать! -- поправил ее Ванька, -- Здесь собаки, по сути, неразумные твари!
   -- Ну вот, -- поморщилась Крошка, -- Давайте я тогда, что ли в человека превращусь, а?
   -- Нет, -- отказала Василиса, -- Ты нам нужна, чтобы разнюхать след того ведьмака, а ползающий на четвереньках человек, согласись, будет выглядеть несколько экстравагантно!
   -- Ты права, -- признала Крошка, -- Но тогда будет справедливо, если и ты превратишься в собаку и в этом случае сможешь объяснить мне непонятные моменты на собачьем языке.
   -- Ладно, -- кивнула Василиса, внезапно обросла шерстью и, уменьшившись в размерах, превратилась в элегантную пегую колли.
   -- Идем, что ли! -- протявкала она, и мы неторопливо двинулись по улице.
   -- Слушай, Ванька, -- поинтересовалась я после минутного молчания, -- А что, все демоны могут изменять облик?
   -- А ты не знала? -- удивился Ванька, -- Конечно, все! Но, в отличие от оборотней, которые не прилагают к превращению никаких усилий, и от Зверомагов, которые питают себя нашей энергией, демонам составляет больших усилий держать наведенный облик, не подпитывая себя энергией со стороны.
   -- А как же тогда можно отличить настоящего человека, от демона, принявшего человеческий облик? -- уточнила я.
   -- Да-а, с тобой надо почаще заниматься, -- вздохнул Ванька, -- Ничего-то ты не знаешь! Короче, если видишь человека, идущего свободной наглой походкой, то это не совсем человек. Если у него голова чуть опущена, значит он принадлежит Темным силам, если чуть приподнята, значит он -- наш. Если при походке сутулится и глядит из-под бровей, то это скорее всего демон или вампир, правда вторые только ночью встречаются, а вот если походка подпрыгивающая, то это точно оборотень!
   -- А что если у простого человека такая походка? -- насмешливо спросила я, -- Этот вариант тебе в голову не пришел?
   -- Не спеши с выводами, -- строго осек меня Ванька, -- Ты сначала приглядись к людям!
   Я последовала его совету и только тогда поняла, что он имел в виду. Были люди и со свободной и с наглой походкой, но среди них иногда встречались и те, что шли, как бы подчиняясь какому-то скрытому ритму, мелодии, слышимой только им одним. Через пару минут я смогла обнаружить и те незаметные черты, о которых говорил Ванька и поразилась, сколько представителей Темных и Светлых сил ходит среди обычных людей.
   -- Ванька, а почему мы не отлавливаем Темных, как крыс, если может различить их в толпе? -- спросила я.
   -- Во, тупица! -- не выдержала Василиса и люди, проходящие мимо с удивлением воззрились на говорящую собаку, -- Как же ты не понимаешь, -- продолжила она уже чуть тише, -- Что если мы видим их, то и они видят нас тоже?! А они ведь тоже могут нас отловить!
   -- Можешь считать, что между нами и Темными существует немое соглашение о ненападении, -- сказал Ванька, -- Я бы не назвал это перемирием, но за затишье вполне сойдет. В принципе, Светлые сейчас засели в одном мире, Темные в другом и прерываем мы только явные нарушения в параллельных нам измерениях!
   -- А не легче ли найти какой-нибудь необитаемый мирок, собраться скопом да и помериться силами? -- предложила я, -- Тогда, по крайней мере, никто не будет ожидать подвоха от другой стороны!
   -- Да пробовали уже, -- отмахнулся Ванька, -- А ты думала, из-за чего на Земле динозавры вымерли?! Но тогда сама вечность сыграла с нами подлянку -- погибшие вновь оживали в других мирах, а по малолетству вступить в схватку не могли. В итоге обе стороны оказались кучкой обкаканых младенцев, сидящих на минном поле, представленном тремя разрушенными мирами. Тогда обе стороны и решили, установить политику ненападения.
   -- Короче, мы пошли окольным путем, -- добавила Василиса, -- Сейчас смысл нашей борьбы состоит в том, чтобы всех людей сделать Светлыми, а Темные в сием случае загнуться в корне от нехватки персонала!
   -- Действительно, если никто не захочет быть Темным, проблема решиться сама собой, -- задумчиво сказала я, -- Люди, по-моему это попахивает порабощением мира!
   -- Да-а, Саша перечитала умных книжек, -- вздохнул Ванька, -- Между прочим, Темные никакое перемирие не признают и пытаются вздрючить наших, как только им предоставляется такая возможность! Правда в людных местах они все же не пускаются на крайности, но, к несчастью, у нас разные понятия о людных местах.
   -- Людное место, это людное место! -- огрызнулась я, -- Чего тут непонятного?!
   -- Да ты хоть у Крошки спроси, людное ли здесь место! -- Ванька взглянул на Крошку, и та отрицательно качнула головой, -- Вот видишь!
   -- То есть как тут не людное место? -- растерялась я, -- Что же, по-твоему, многолюдное место, Крошка?
   -- Ну, я не знаю насчет того, многолюдное это место или нет, -- поправилась Крошка, -- Но если бы все здесь вдруг превратились в демонов, то народу явно было бы маловато!
   -- И вы всегда такими скопами бродите? -- удивилась я.
   -- А они не только бродят! -- ехидно вставила Василиса, -- Ты спроси ее, чем демоны там обычно занимаются!
   -- Да я, в сущности, не знаю, -- замялась Крошка, -- Мне слишком мало лет, чтобы присутствовать на ор... Но я как-то раз видела там Ваньку, так что спроси-ка лучше у него!
   -- Да-а-а? -- Василиса многозначительно улыбнулась, -- И что ты там делал, Ваня?
   -- Общался, -- пробормотал Ванька, стараясь не глядеть мне в лицо, так как я уже начала понимать сущность здешней пантомимы, -- И вообще, мы тут говорили о том, как поймать ведьмака, и моя биография тут не причем!
   -- Ну и как же ты собираешься его ловить? -- продолжала издеваться Василиса, -- Как того суккуба с лицом Бритни Спирс, помощью своего обаяния?
   -- Твое дело вынюхивать его след вместе с Крошкой, -- огрызнулся тот, -- А планы позволь придумывать настоящему человеку, а то уже на нас люди и так косятся!
   Люди действительно косились на нас, так что Василиса предпочла благоразумно замолчать, а я попробовала найти ведьмака по способу, указанному мне Ванькой. То есть я разглядывала проходящих мимо представителей Темных сил и выбрасывая из их перечня всех демонов и оборотней силилась угадать, кто больше похож на ведьмака.
   -- Ванька, а чем по сути ведьмаки от магов отличаются? -- уточнила я, заприметив персонаж, подходящий на эту роль, -- А то вроде и те колдуют и эти...
   -- Ведьмаки, ведьмы, а также колдуны отличаются от магов тем, что они привязаны к какой-либо одной стихии, -- важно начал лекцию Ванька, -- А маги могут управлять символами любой из стихий, правда, отдавая чему-нибудь предпочтение. То есть, если Василиса -- Зверомаг, это еще не значит, что она не сможет зажечь свечку или вызвать дождик в необходимое ей место. А вот если ты колдун, предположим, воды, то огонь, поверь мне, вызвать тебе не удастся, как бы ты не старался. Ну что же, -- с прискорбным видом добавил он, -- Не всем же рождаться с такими гениальными способностями, как у меня! Вот по этому, обычно, ведьмаки и колдуны занимают только сторону Темных, хотя бы потому, что у них нет запретов на издевательство над смертными...
   -- И еще на много вещей, -- не удержалась от реплики Василиса, -- В принципе, если хочешь об этом побольше узнать, поинтересуйся у Кати, которая в течение десяти прошлых жизней была на другой стороне, но потом все же вернулась к нам.
   -- И вы ее приняли? -- искренне изумилась я, -- А вдруг она предатель?
   -- Судя по тому, как ее пытались прибить ее бывшие друзья, я в этом сомневаюсь, -- заметил Ванька, -- Но к чему ты завела этот разговор?
   -- Ой, а я и забыла! -- встрепенулась я, -- Я, похоже, нашла какого-то ведьмака! Может, это тот, что нам нужен?
   Василиса и Крошка немедленно принюхались к указанному человеку и сообщили, что я права.
   -- Ты меня поражаешь, Саша! -- восхитился Ванька, -- Как это тебе удалось его обнаружить?
   -- Пустяки! -- скромно потупилась я, -- Я просто действовала по твоим указаниям обнаружения демонов!
   -- Вот как? -- нахмурился Ванька, -- Так они же липовые!
   -- Что?! -- поперхнулась я, но препираться было уже не с кем, так как вся моя компания мчалась на перехват.
   Естественно, ведьмак заметил наши потуги поймать его и резко ретировался, в результате чего бедным жителям того измерения удалось увидеть такую сцену: во главе процессии бежит ведьмак, одетый в длинный черный плащ; за ним, с криками "Не уйдешь!" и воплями несутся две злобные... собаки, за которыми поспешают два мрачных и усталых энерга. Зрелище, скажу вам, не для слабонервных! Тем временем ведьмак оглянулся назад и, побледнев от ужаса, шмыгнул в первую попавшуюся дверь, мои воинственно настроенные друзья устремились вслед за ним и только внутри поняли, что последнего делать совершенно не стоило.
  
   Мы находились в некоем заведении, похожем на смесь бара и дискотеки. Я бы сказала, что это было вполне миленькое местечко, вот только людей там совершенно не было! И не думайте, что там было пустынно, напротив, зал был битком набит всяческими существами типа оборотней, вампиров, гаргулий и прочей нечисти включая тех же ведьмаков. Сначала я расслабилась, думая, что они помогут нам в поисках, но по напряженным лицам Ваньки и успевшей перевоплотиться в себя Василисы я поняла, что у нас проблемы.
   -- Это Темные, -- сквозь стиснутые зубы прошептала Василиса, -- Их здесь так много, что нам четверым с ними не справиться!
   -- Да-а, веселенькое общество! -- пробормотал Ванька, -- Хотя... Думаю, я смогу нас отсюда вызволить!
   -- На сколько спорим? -- с готовностью откликнулась Василиса.
   -- На бесплатную выпивку! -- усмехнулся Ванька, уверенно пробираясь к стойке бара, -- Ждите здесь, я сейчас вернусь!
   Мы кое-как устроились у всех на виду, чувствуя на себе неприязненные взгляды, и Василиса заказала пиво (лично я вообще не пью, но в такой ситуации я чувствовала, что как-то расслабиться необходимо).
   -- И что будем делать? -- жалобно спросила Крошка, на которую после возвращения демонического облика бросали оч-чень косые взгляды, -- Мне кажется, еще пара минут и от нас останутся такие же скелеты, как и тот, что мы разыскиваем!
   -- Возможно, ты права, хотя лично тебе бояться как раз и нечего! -- огрызнулась Василиса (явный признак того, что она была на взводе), -- Темные демонов никогда не обижают, Темные демонов любят... во всех смыслах!
   -- В каких таких смыслах? -- заинтересовалась я.
   -- Лучше тебе не знать! -- вздрогнула Крошка, оставив мне самой мучительно понимать сие выражение.
   Короче, я решила обидеться на ее недомолвки и развернулась в сторону зала, осматривая толпу. Вопреки суждениям Василисы, все эти существа не казались мне такими уж агрессивными, они вели себя так, как вели бы себя обычные люди, вдруг встретившие в своем кругу общения незнакомцев. Но, по-моему, нечисть уже начинала догадываться, что мы -- Светлые, хотя это практически невозможно... Либо Ванька наврал мне про то, что Светлых нельзя отличить от Темных, а сам куда-то смылся! Вот тогда нам точно каюк! Я непроизвольно сжала кулаки и повернулась к Василисе сообщить, что я сделаю с Ванькой когда (или если) тот вернется и тут обнаружила его, спешащего к нам в самом радостном расположении духа.
   -- Васек, Шурила, Крошка, позвольте мне представить моего хорошего друга! -- подмигивая, сказал нам Ванька, как никогда походя сейчас на Темного, чей смутный образ уже успел сложиться в моем сознании, -- Знакомьтесь, это Дорган, вампир!
   -- Очень-очень приятно познакомиться! -- мягким бархатным голосом пропел Дорган, протягивая руку для пожатия и обнажая в улыбке свои клыки, -- Друзья Вани -- мои друзья!
   -- Рада познакомиться, Дорган! -- улыбнулась в ответ Василиса (а зубы у нее были весьма остро заточены, так что оскал получился ничуть не хуже), -- Как приятно бывает встретить хорошего вампира в незнакомой местности!
   Лично мне эти слова показались плохо скрытой издевкой, но Дорган принял все за чистую воду и его улыбка стала еще шире.
   -- Позвольте спросить, а какова ваша специальность? -- уточнил он.
   -- Я -- Зве... -- начала Василиса, но Ванька бросил на нее предупреждающий взгляд и она поправилась, -- Ну, в общем, я -- оборотень, Саша -- начинающая ведьма, а вот она, -- Василиса мотнула головой в сторону Крошки, -- Она -- демон!
   -- О...! -- казалось, Дорган был поражен до глубины души, -- Хм, нечасто встретишь демона в нашей скромной обители! Каким ветром вас занесло сюда, друзья?
   -- Мы ищем одного ведьмака, -- сообщил Ванька.
   -- Что, всего одного? -- Дорган был разочарован, -- На трех человек и одного демона вам нужен всего один ведьмак?
   -- Он нам нужен для выплаты кой-каких долгов, а не для того, о чем ты думаешь, -- направила его мысли Василиса, -- Он увидел нас на улице и заскочил сюда, так что мы вовек не найдем его здесь без твоей помощи!
   -- Хорошо, -- кивнул Дорган, -- В этом случае я, возможно, смогу быть вам полезным. Как выглядел тот ведьмак?
   -- Высокий такой брюнет с зелеными глазами и хамским выражением лица, -- вкратце описал Ванька, -- Еще он был одет в черный немодный плащ, а на левой руки находилось кольцо с треугольным рубином. Знаешь такого?
   -- Знаю, -- прошипел Дорган и внезапно его красивое лицо стало темным от гнева, -- Этого предателя зовут Самюэль!
   -- А почему он предатель? -- удивилась я, -- Он, что, перешел на сторону Светлых?
   -- Если бы, -- отмахнулся Дорган, -- Это еще не так подло! Просто этот паршивец зарекомендовал себя, как натуральный преступник!
   -- А разве среди Темных мало преступников? -- прошептала мне на ухо Крошка. Я двинула ее локтем в бок, чтоб не высовывалась, но Дорган все равно услышал ее слова и снисходительно объяснил:
   -- Настоящих преступников у нас, Темных, не слишком много, скорее даже мало, потому что большую часть общепризнанных преступлений у нас, как вы знаете, преступлениями никак не считают. Но Самюэль, этот предатель, он... -- тут Дорган внезапно вперил подозрительный взгляд в мое невинное лицо и что-то шепнул Ваньке. Бедный Ваня покраснел, изменился в лице и тихо передал информацию Василисе, судя по реакции которой ни мне, ни Крошке не удастся узнать сии впечатляющие подробности. Что ж, я уже начинала к этому привыкать.
   -- Так что у меня убедительная просьба передать Самюэля властям при поимке! -- настойчиво попросил Дорган.
   -- Ноу проблем! -- кивнул Ванька, -- Ты только покажи нам, куда он смылся?
   -- Второй этаж, комната тринадцать, -- чуть запнувшись, ответил Дорган, -- Представляю, сколько он вам задолжал, если вы даже после того, что я вам рассказал, решили его достать!
   -- Да уж, порядочно! -- проворчала Василиса, -- Короче, спасибо за все, Дорган!
   -- Да не за что! -- улыбнулся вампир, -- Если что звоните или заходите -- я часто здесь ошиваюсь!
   -- Обязательно, -- пообещала Василиса, мы попрощались и двинулись на второй этаж. Еще на лестнице мы договорились, что Василиса ворвется в номер, я и Ванька будем страховать на лестнице, а Крошка спрячется куда-нибудь, чтобы не мешаться под ногами.
   -- Но я... -- возмутилась Крошка, но Василиса повернулась и скорчила ей такую страшную рожу, что бедный демон смирился со своей участью.
   Итак, мы приступили к осуществлению плана. Ванька одним ударом распахнул дверь, Василиса ринулась внутрь, и мне захотелось заткнуть уши, чтобы не слышать воплей перепуганного ведьмака. Потом послышался треск ломаемых стульев, хруст костей, звон посуды, ругань Василисы и, наконец, все стихло. Минут через пять молчание стало уже гнетущим и я не на шутку встревожилась.
   -- Уснули они там, что ли? -- проворчал Ванька.
   -- Не думаю, -- прошептала дрожащая Крошка, -- Скорее всего они убили друг друга и теперь лежат с ножами в груди в лужах крови... Бр-р-р-р!
   -- Надо проверить, в чем дело! -- сказала я и решительно распахнула дверь, ведущую в номер. Ванька, ругаясь, что мы ведем себя не по плану, последовал за мной, а за ним, малость помедлив, пошлепала и Крошка. Если честно, я опасалась, что, зайдя в номер, я обнаружу примерно такую картину, как описывал демон, но...
   Пред нашими глазами предстала такая сцена: посреди довольно большой комнаты, заполненной обломками мебели, осколками посуды и обрывками обоев сидел ведьмак. Он был не просто связан по рукам и ногам, он, точно мумия, был спеленат лоскутами бывшей простыни. Рядом располагалась рассерженная Василиса, вся измазанная в белом креме, которая с каким-то садистским удовольствием кормила несчастного ведьмака безумно сладким шоколадным тортом, постоянно увеличивая куски, пропихиваемые ему в рот. Ведьмак, уже весь зеленый от отвращения, покорно жевал, потому что, стоило ему хотя бы на миллиметр отодвинуть голову от ненавистного тортика, он неминуемо напоролся бы на острые Василисины когти.
   -- Узнаю старый способ расспрашивать пленных! -- хохотнул Ванька. Василиса бросила на него обиженный взгляд.
   -- А чтобы ты стал делать, если бы в тебя с порога метнули торт с кремом? -- холодно поинтересовалась она и снова повернулась к ведьмаку, -- Ну, так ты скажешь все, что нам нужно? -- уточнила она с мрачной усмешкой.
   Тот судорожно кивнул, и Василиса одним ударом когтей перерезала опутывающие его ленты, с ухмылкой наблюдая, как постанывающий ведьмак бросился к туалету.
   Хмыкнув, Ванька подошел к остаткам тортика и, обмакнув два пальца в крем, задумчиво облизал их.
   -- А по-моему, вкусно! -- глубокомысленно заметил он.
   Тем временем побледневший и осунувшийся ведьмак вернулся и Василиса снова взяла допрос в свои руки.
   -- Говори, Самюэль, это ты наслал проклятие на здешнего жителя? -- грозно спросила она.
   -- В общем да, -- торопливо ответил ведьмак, -- Но он... Дарк сам был виноват! Он так искалечил Литу, что я просто не мог удержаться! Вы же понимаете, как трудно удержаться от мести за любимого человека!
   -- Местами я тебя понимаю, -- кивнул Ванька, -- Но только местами. Ты можешь сам снять проклятие?
   -- Нет, конечно! -- удивленно воззрился на него Самюэль, -- Такое под силу только магу, да и то не всякому! А наложить проклятие каждый дурак сможет!
   -- Это ты про себя? -- ехидно встряла Крошка.
   -- Нет, про тебя! -- огрызнулся Самюэль, но тут взглянул на Крошку и его взгляд прояснился, -- Эй, а ты часом не демон?
   -- Ну, вроде того, -- призналась Крошка.
   -- Хм! Слушай, -- обратился ведьмак к Ваньке, -- Меняю демона на ценное предостережение плюс адрес Дарка, к которому и направляется скелет моей подруги! Идет?
   -- Нет! -- возмутилась я, прежде чем Ванька успел раскрыть рот, -- Это мой демон и менять я его ни на что не собираюсь!
   -- Правильно! -- поддержала меня Василиса, -- А адрес Дарка ты и так скажешь, не так ли? -- и она зловеще усмехнулась.
   -- Ошибаешься! -- вдруг ухмыльнулся ведьмак, -- Насколько я вижу, тортик уже успел закончиться, смерти я, естественно, не боюсь, а если ты попытаешься причинить мне боль, я потеряю сознание на второй минуте пытки... скорее всего. К тому же, раз вам подвластен демон, то вы -- Светлые, а значит пытать меня не будете если не из жалости, то, хотя бы, из чувства собственного достоинства. Верно я говорю?
   -- Что верно, то верно, -- согласился Ванька, -- Но ты не учел одного. Здесь у нас есть куча хороших знакомых, готовых поклясться, что мы -- Темные, а значит поверят им, а не такому преступнику, коим ты являешься. Следовательно, никто не помешает нам спокойненько вызвать Темных стражей порядка, которые будут разбираться с тобой более оригинальным способом, нежели мы! Как тебе такая перспектива?! -- весело поинтересовался он.
   -- Я, -- Самюэль судорожно вздохнул, -- Я согласен помочь вам чем могу, только не сдавайте меня, прошу вас! Дарк живет на Крытой улице, дом двадцать семь, а при тройном стуке вам откроют не задавая вопросов!
   -- Хорошо, -- кивнула Василиса, -- А предупреждение?
   -- Какое предупреждение...? -- начал было ведьмак, но, увидев наши холодные взгляды, сдался, -- Ладно! Суть проклятия состоит в том, что его очень легко уничтожить. Для этого нужно найти плоть, из которой вышел скелет и оборвать ее нить связи с реальным миром!
   -- Короче говоря, замочить, -- понял Ванька.
   -- Ну да, -- кивнул ведьмак, -- Но вся проблема состоит в том, что проклятие перекинется на того человека, который и совершит это убийство!
   -- То есть, тот человек сам станет скелетом и будет шастать по миру в поисках очередной жертвы? -- вздрогнула Крошка, -- Нечего сказать, хорошенькое дельце!
   -- Ничего, с этим мы как-нибудь справимся, -- отмахнулась Василиса, -- Тем не менее, медлить не стоит. Ты, Саша, вызови такси, которое довезет нас до Крытой улицы, а ты, Ванька, сбегай и позови Темных стражей, чтобы те забрали Самюэля!
   -- Но... но вы же обещали этого не делать! -- полным ужаса голосом взвыл ведьмак.
   -- Мы?! Обещали?! -- поразилась Василиса, -- Кто тебе такое сказал? Тебя жестоко обманули! Тем более, мы обещали это сделать одному знакомому вампиру!
   -- Слушай, -- дернула я ее за рукав, -- Может все-таки не надо, а? Это же жестоко, в конце концов!
   -- Весь мир жесток, -- философски ответила Василиса, -- А то, что он сделал, просто требует наказания!
   -- И что же он такого сделал? -- спросила я. Поколебавшись, Василиса склонилась к моему уху и СКАЗАЛА. Да-а-а-а... Приводить вышесказанного я лучше не буду!
  
   Минут через десять прибыло четверо оборотней, одетых в униформу, которым мы и сдали Самюэля, после чего, облачив Крошку в облик довольно приемлемого человека, мы сели в вызванное мною такси и двинулись прямиком к Дарку. Добравшись до нужного дома, мы позвонили три раза в нужную дверь, и нас пропустили внутрь.
   Всю дорогу сюда я думала, как должен выглядеть человек, сумевший наслать на себя гнев ведьмака. Я решила, что это будет здоровенный тупоголовый бугай, весь затянутый в черную кожу и употребляющий ненормативную лексику через каждое второе слово. Но, к моему удивлению, Дарк выглядел полной противоположностью моим представлениям. Это был аккуратный блондин в чистенькой беленькой рубашке, больших роговых очках и при галстуке. Он явно собирался куда-то уходить, и мы застали его врасплох.
   -- Здравствуйте, а кто вы? -- робко поздоровался он, -- И чего вам нужно?
   -- Вы -- Дарк? -- напрямик спросила Василиса, и получив утвердительный ответ, продолжила, -- Не знаю, известно ли было вам, что ваш друг Самюэль являлся ведьмаком...
   -- Известно, -- перебил ее Дарк, -- Поэтому я и считал, что смертная девушка недостойна его, в связи с чем и покалечил ее настолько, чтобы та утратила красоту. Но Самюэль за это обозлился на меня, и наслал проклятие, к счастью, на меня не действующее, -- добавил он.
   -- Может быть, вы еще и знаете, из-за чего оно не действует? -- обиделась Василиса, которой не дали затронуть ее любимую тему допроса, -- И вообще, что это у вас за имя такое странное -- "Дарк"?
   -- Имя, как имя, -- пожал плечами Дарк, -- И совсем не странное! Вон вашего демона, между прочим, зовут Крошкой, так я же не удивляюсь!
   -- Ага! -- торжествующе воскликнула Василиса.
   -- Что "ага"? -- не поняла Крошка, все еще принимавшая облик человека, -- Ты хочешь сказать, что только сейчас поняла, что Дарк -- не человек?
   -- А ты все знала? -- разочарованно проворчала Василиса, -- И давно?
   -- Да с самого начала! -- сообщила Крошка, -- Мы, демоны, обладаем способностью видеть сквозь насланные облики и наведенные чары. В отличие от людей! -- с гордостью добавила она.
   -- Значит Дарк -- тоже демон? -- поняла я.
   -- Ага, -- кивнула Крошка, передразнивая Василису, -- Только он не вызванный демон, как я, а абсолютно свободный и обладающий способностью путешествовать между мирами!
   -- А как ты догадалась, что это демон? -- спросил меня Ванька. -- Ты что, тоже обладаешь способностью видеть истинные облики?
   -- Нет, просто я обладаю феноменальной догадливостью! -- ухмыльнулась я, -- В отличие от некоторых!
   -- Ну, раз все догадались, что ты демон, ты может быть примешь свой истинный облик, Дарк? -- нетерпеливо дернула плечом Василиса, -- А то лично я предпочитаю видеть лицо того существа, с которым разговариваю!
   -- Пожалуйста! -- пожал плечами Дарк и развоплотился в... короче, на этой минуте созерцания мне стало плохо, и я решительно потеряла сознание.
  
   Если вам кто-нибудь скажет, что демон в истинном облике ужасен, не верьте ему! Демон не просто ужасен, он ОЧЕНЬ ужасен, а еще омерзителен, злобен и мерзок, а к тому же морда у него хамская. Примерно этими словами я и описала Дарка, когда сознание вернулось ко мне. Он выглядел примерно так, как если бы с него содрали кожу, а потом обварили в кипятке. При этом из его совершенно лысой головы росли два изогнутых тяжелых рога, а из точки чуть пониже талии появлялся мощный чешуйчатый хвост с ядовитым жалом на конце (остальных отвратительных подробностей приводить не буду, поскольку это негигиенично). Демон оскалился, и из пасти, наполненной длинными искривленными клыками, показался черный раздвоенный язык.
   -- Ну, как я выгляжу? -- кокетливо поинтересовался Дарк.
   -- Если то, что демон становится ужаснее с каждым своим отрицательным поступком является правдой, то ты -- самое подлое создание, которое я видел! -- сообщил ему Ванька.
   -- Принимаю это за комплимент! -- ухмыльнулся демон, а затем повернулся ко мне, -- А ты что, никогда демонов не видела?
   Я качнула головой, и добавила:
   -- Раньше я думала, что те создания, что разгуливают по Тсаолпри довольно омерзительны. Но ты еще хуже!
   -- Какие же тут все вежливые! -- расхохотался Дарк, -- Совсем уже меня засмущали! Ладно, признаю, с непривычки мой облик довольно неприятен, но и только!
   -- Однако, теперь я понимаю, почему проклятье Самюэля подействовало именно таким способом! -- заявила Василиса, -- На демонов вообще практически ничего не действует! Зато, я почти поняла, как избавиться от этого колдовства!
   Мы с любопытством уставились на нее.
   -- Очень просто, -- объяснила Василиса, -- Если на демонов не действуют проклятия, то если Дарк окончательно убьет ту девушку, с ним ничего не случиться и продолжения проклятия не будет! Как вам идея?
   -- А почему бы вам ни вручить это дело Крошке? -- предложил Дарк, -- Я тут сторонняя личность, а она действует лично на вас!
   -- Ну что, Крошка, возьмешься? -- весело спросил Ванька. Но, к моему удивлению, Крошка замялась.
   -- Не знаю, -- задумчиво произнесла она, -- Демон-то я, конечно, демон, так ведь я же вселена в тело сапы! Из меня скелет, возможно, и не вылезет, а вот из моего тела может, вы так не считаете?
   -- Она боится убивать, -- прищурившись, прочитал ее мысли Дарк, -- В первый раз вижу трусливого демона, да еще гуманного в придачу!
   -- Значит, убить Литу придется тебе, -- решила Василиса.
   -- С какой стати?! -- возмутился демон, -- Я вам ничем не обязан!
   -- Но ты же виноват, что Самюэль произнес проклятье! -- заметила я, -- Неужели у тебя нет чувства ответственности?
   -- Нет, -- признал Дарк, -- И стыда с совестью у меня тоже нет, поэтому не вздумай меня укорять! Единственное, чем я вам помогу, так это укажу, где находится то бренное тело, но о большем и не просите!
   -- Для демона и это неплохо, -- сообщил мне Ванька, -- Сколько я видел свободных демонов, все как один были хитрые, скупые и бесчувственные, так что нам в своем роде повезло!
   -- Но что же мы будем делать, если ни один демон не соглашается окончательно добить Литу? -- спросила я.
   -- Значит, ее прикончу я, -- объяснила Василиса, -- Я, как-никак, маг, а значит проклятие должно подействовать на меня в меньшей степени или не подействовать вовсе. Ну, в крайнем случае, вы с Ванькой можете вызвать Катю, которая с этим бредом точно разберется!
   -- Почему ее тогда сразу сюда не направили? -- проворчала я.
   -- Во-первых, потому что сейчас Катька вместе с еще шестью сильными магами восстанавливает один из разрушающихся миров, который мы рассчитываем использовать как новую точку базирования, -- наставительно объяснила Василиса, -- А во-вторых, люди рассчитывали, что мы докумекаем и собственными мозгами и подводить никого мне не хочется. Ясненько?
   -- Теперь -- да, -- кивнула я, -- Тогда нам лучше всего быстренько дойти до тела Литы и уничтожить его, пока скелет сам до нас не добрался!
   -- А ты думаешь, он догадывается, что мы собираемся сделать? -- обеспокоено спросила Крошка.
   -- Может быть нет, а может быть да, -- постращала ее Василиса, -- Если что, тебя мы скормим ему первую, а сами успеем убежать, так что ты за нас не переживай!
   -- Я и не переживаю, -- поежилась Крошка, -- Просто обидно, когда ты нужна только как подкормка для скелета!
   -- Не слушай Василису, она шутит, -- успокоила я Крошку, -- Ты, главное не бойся, все равно с тобой ничего не случиться!
   -- Надеюсь, -- проворчала та.
   -- Эй, долго вы еще там будете телиться? -- Дарк, казалось, изнывал от нетерпения, -- Давайте скорее, что ли, а то у меня виза кончается!
   -- Какая виза? -- полюбопытствовала я, когда мы вышли на улицу и сели в такси.
   -- Чтобы путешествовать по измерениям, нам выдаются визы, -- охотно пояснил Дарк, -- А то раньше у большинства демонов была вредная привычка поедать местное население, что очень не радовало Светлых. Вот они и придумали визы: каждый демон, прибывший в этот мир, должен отметиться у ближайшего визпункта, иначе его выгонят. А если демон совершит какое-нибудь страшное преступление, его попросту привяжут за магом, лиша способности действовать самостоятельно.
   -- То есть поработят, -- помрачнела я, и тут меня осенило, -- Но ты же совершил преступление, покалечив ту девушку! Разве тебя не следует наказать?
   -- Да какое это преступление?! -- отмахнулся Дарк, -- Вот если бы я ее съел, меня бы наказали, а это пустяки, дело житейское!
   -- Ничего себе, дело житейское! -- хмыкнула я, -- А что будет, если ты ее просто убьешь, не едя?
   -- Меня лишат права визы на ближайшую тысячу лет, -- сообщил демон, -- А это, поверь, совсем не весело!
   -- Постой! -- вдруг дошло до меня, -- Если закабаляют только преступных демонов, то в чем же Крошка виновата?
   -- А ты сама у нее спроси, -- предложил Дарк, -- Мне тоже это интересно!
   Я открыла рот, чтобы поинтересоваться сиим вопросом, но тут нас прервал очень занятный случай. Так как помимо меня и Ваньки все остальные члены нашей компании приняли интеллигентный облик, чтобы не засвечиваться, водитель решил, что мы обладаем очень большой суммой денег. Чтобы проверить это, он притормозил в одном укромном переулке, где его ожидала пара приятелей, а когда мы начали возмущаться, вытащил пистолет.
   -- Ну вы, козлы, вышвыривайте бабки! -- прорычал он, -- Не то я и мои друганы наутюжим вам хавалки вашими же копытами!
   Мы, конечно, вылезли, но не потому, что испугались (такая глупость нам и в голову прийти не могла!), а просто было жалко портить машину, которая еще могла нам пригодиться.
   -- Чур, водителя буду бить я! -- поставила условие Василиса, но Дарк мягко отстранил ее:
   -- Нет! Не так все делается!
   С этими словами он выступил вперед, спокойно разглядывая возмутителей нашего спокойствия, а затем сказал:
   -- Спорим, я сейчас вас так напугаю, что вы убежите без задних ног, даже забыв про то, что хотели нас ограбить?
   -- Закрой хлебальник! -- огрызнулся наш водитель, но другой грабитель, помоложе, остановил его:
   -- Погодь, мне даже интересно, как тот мозгохлеб возникать будет!
   -- Делаем ставки, делаем ставки! -- Василиса мгновенно вникла в ситуацию, -- Ставлю два к одному, что Дарк вас испугает!
   Бандиты скинулись по крупной сумме здешних денег и с нескрываемым любопытством уставились на Дарка.
   -- И как ты их пугать собираешься? -- шепотом осведомилась я у него.
   -- Очень просто! -- ухмыльнулся тот, -- Смотри!
   С этими словами он встал в угрожающую позу и негромко сказал:
   -- Бу-у!!!
   И... и ничего не произошло. Бандиты, подло ухмыляясь вытащили ножи и начали на нас надвигаться, а Дарк растерянно смотрел на них, пока Василиса не дернула его за руку, яростно прошептав:
   -- Ты забыл принять истинный облик, тупица!
   -- Верно! -- удивленно заметил демон и исправил оплошность. На этот раз эффект превзошел все ожидания! Два бандита с воплями "Помогите!" и "Спасите!" бросились в разные стороны, а наш шофер, сообразив, кого вез все это время, побледнел и грохнулся в обморок, не забыв, предварительно, обделать брюки. Василиса с брезгливым видом собрала выигрышные деньги, которые никто не догадался взять с собой и сообщила, что подзаработали мы неплохо.
   -- А люди еще спрашивают, почему демоны такие богатые! -- расхохотался Ванька, -- Что ж, будем знать!
   Разделив добычу, мы в поднятом расположении духа пошли усаживаться в завоеванную машину, как чья-то холодная рука коснулась моего плеча. Я повернулась и... нос к носу столкнулась с тем, что искало нас все это время.
  
   Когда я сказала "нос к носу", я имела в виду "нос к провалу в черепе", потому что дело обстояло именно так. Несмотря на то, что кости скелета были абсолютно лишены мяса (лишь редкие сухожилия заменяли суставы), он умудрился напялить на свой череп какой-то рыжий измочаленный парик, а также основательно порванное свадебное платье и фату (боюсь, это была одежда его первой жертвы, так как пятна крови на пузе не заметить было очень трудно).
   -- Невеста смерти! -- съязвил Дарк.
   В принципе, скелет не выглядел больно уж страшным, но, во-первых, он все же был скелетом, во-вторых, изо рта его торчали неестественно выдвинутые клыки, обагренные чьей-то кровью, а в-третьих, когтистая лапа, что вцепилась мне в плечо, резко дернулась и оставила глубокие рваные раны. Я завопила и метнулась в сторону, сшибив с ног ошалевшего Ваньку. К этому моменту Василиса, оценив ситуацию, сорвала клинок с пояса и попыталась разрубить скелет пополам, что ей великолепно удалось, но кости скелета после удара довольно быстро срастались вновь. Поднявшись с земли, я и Ванька бросились ей помогать, и даже Крошка отважно перегрызала скелетову ногу. Но, увы, ничего не помогало и наши усилия были напрасны. По-моему, мы больше разозлили скелета, чем причинили ему вред.
   -- Тикай!!! -- вдруг не своим голосом завопил Ванька и первым рванул в сторону. И было почему! Скелет, которому мы уже окончательно поднадоели, неожиданно зашипел и выпустил из дырок в черепе черную вонючую жидкость, оставившую в асфальте глубокие дымящиеся дыры.
   Вслед за Ванькой слиняла и Крошка, а потом ускользнула и Василиса. Я с непривычки не сразу разобрала в чем дело, и сообразила только тогда, когда длинная струя черной жидкости устремилась мне в лицо. "Все! Баста карапузики!" -- успела подумать я.
   В этот момент что-то быстрое, как локомотив, и тяжелое, как два небоскреба сбило меня с ног, затем, подскочив к скелету, одним ударом кулака разбило ему череп, а пока тот собирал себя по кусочкам, дернуло меня за руку и утащило в машину, коротая незамедлительно рванула с места в карьер.
   -- Ну спасибо! -- поблагодарила я Дарка (а это был именно он).
   -- Да иди ты... -- огрызнулся тот, -- Зря я тебя спасал: посмотри, что теперь случилось с моим превосходным обличьем!
   Я взглянула на него и крайне обрадовалась. С кожи Дарка сошло покраснение и обгоревшим трупом он уже не выглядел. Скорее, это был рядовой демон, опасный, злобный, но не мерзкий.
   -- По-моему, тебе так даже больше идет! -- ухмыльнулась Василиса.
   -- Тебе легко говорить! -- буркнул Дарк, -- А у нас, в Демланде, чем хуже выглядит демон, тем выше его квалификация и тем легче получить прибыльную работу. А с каждым хорошим поступком внешность демона изменяется не в ту сторону, что надо. Это ты во всем виновата! -- обиженно заметил он мне.
   -- Если тебе это так надо, можешь вернуть меня обратно на растерзание скелету! -- огрызнулась я, обидевшись в свою очередь, -- Тебе легче?
   -- Да что я, изверг что ли?! -- возмутился демон, чем вызвал отчаянный хохот моих товарищей (похоже, они знали об этом демоне больше, чем я), -- Ладно уж! Обещал я вам помочь или нет, но менять решения я не собираюсь! И что на меня нашло?
   -- Ты поддался спонтанному проявлению положительных эмоций, -- по-научному ответила Крошка.
   -- Не важно, чему я поддался, -- отмахнулся Дарк, -- Но если я еще пару раз так сделаю, меня точно в рядовые бесы разжалуют! Правильно говорят про Светлых: с кем поведешься -- так тебе и надо!
   -- А я думала, что так говорят про Темных, -- удивилась Крошка.
   -- Это смотря кто говорит, -- объяснила Василиса, -- Не будут же Темные сами на себя наговаривать!
   -- Это кого ты назвала Темным, маг-недоучка? -- оскорбился Дарк, -- Я не Темный и не Светлый, я демон безо всяких отклонений!
   -- Ой ли? -- умильно ухмыльнулась Василиса, -- А, по-моему, слово "демон" говорит само за себя!
   -- Ну, Вась, ты это зря, -- вступилась я за Дарка, -- Крошка ведь тоже демон!
   -- Не спорю, -- кивнула Василиса, -- Поэтому мне очень интересно, как она выглядит в истинном облике и за что ее закабалили!
   -- Да, действительно, -- мгновенно переключилась я, -- Почему бы тебе ни принять истинный облик, Крошка?
   -- Просим, просим! -- зааплодировал Дарк.
   -- Ах, вы значит все на меня? -- возмутилась Крошка, -- Что ж, сами напросились! -- и она приняла демоническое обличье.
   Все, кроме меня, дружно ахнули. Крошка выглядела почти как человек, точнее как девушка с шикарной фигурой, гордым профилем и длинными шелковистыми белоснежными волосами, вот только вместо рук у нее были кошачьи лапы (с острыми, как ножи когтями), хвост и уши тоже были кошачьими, а на лице красовались желтые совиные глаза.
   -- Суккуб! -- прошептала Василиса, после чего дошло даже до меня (вы, надеюсь, знаете, кто такой суккуб). Но, хотя Крошка была ярко выраженным суккубом, она явно выглядела смущенной и растерянной, что этой породе демонов совсем не свойственно.
   -- И за что же тебя подвергли наказанию? -- осведомился Ванька на миг отворачиваясь от дороги, -- Вроде как ваш вид демонов преступлений особо не совершает!
   -- А я и не совершала! -- вспыхнула Крошка, -- Просто я... ну... отказывалась выполнять обязанности, присущие нашему виду!
   -- А зря! -- Дарк заговорщически подмигнул Крошке, -- А то я та-акие интересные места знаю!
   -- Ну уж нет, -- покраснела Крошка и вернулась в прежний облик тихой сапы, -- Ничего такого я делать не собираюсь, потому что пока мой хозяин не умрет, это запрещено по закону!
   -- Ну почему же, Крошка, можешь идти, я тебе разрешаю! -- сказала я под общий смех Василисы и Ваньки, которые, в отличие от меня, поняли тонкий намек Дарка. Крошка, естественно, засмущалась и, уменьшившись до размеров мухи, спряталась в какой-то щели. Я повернулась, чтобы ее найти и охнула от резкой боли в правом плече -- из-за всей этой беготни я и забыла, что меня контузили.
   -- Ни хрена себе ноготочки у этого скелета! -- выразилась Василиса, разглядывая мое ранение. Да, было на что посмотреть! "Царапины" оказались глубиной в сантиметр, все забитые пылью пополам с кровью и уже начинающие гноиться.
   -- А когти-то у скелетика ядовитые! -- заметил Дарк, -- Трупный яд, не иначе! Если не прочистить их сейчас, то как минимум без гангрены дело не обойдется!
   -- Да чем же их прочистить! -- буркнула Василиса, -- Тут вам не "Скорая помощь", а обычная легковушка!
   -- О, это очень легко! -- вдруг сообщила Крошка, увеличиваясь до обычных размеров, -- Вот только немножко неприятно!
   -- Плевать! -- отмахнулась я, -- Я предпочту потерпеть, чем заработать гангрену или что там еще!
   -- Сама напросилась! -- ухмыльнулась Крошка, до боли напоминая мне Василису. Гадать, почему я так решила долго не пришлось: Крошка, как последний садист полоснула своими когтями по грязной корке моих ран, а когда та удалилась и из плеча хлынула чистая кровь, это бесчеловечное создание облило мое плечо неразбавленным спиртом (интересно, она что, всегда его с собой носит?!) и туго забинтовало полосами от Ванькиной рубашки.
   -- И это ты называешь "немножко неприятно"? -- сухо поинтересовалась я у нее, когда отдышалась и вытерла выступившие на глазах слезы, -- Знаешь, у меня серьезное подозрение, что ты мне хотела за что-то отомстить!
   -- Ну разве что самую малость, -- невинно улыбнулась Крошка, -- Но зато теперь твое плечо в полной безопасности!
   Я на секунду замолкла, чтобы придумать достойный ответ, но тут Ванька резко затормозил и сообщил, что мы приехали.
  
   Мы оказались на заброшенном складе каких-то канцтоваров. Всюду валялись изгрызенные мышами тетрадные листы, карандаши, ручки и другие письменные принадлежности. Оглядевшись, Дарк решительно повел нас мимо всего этого хлама вглубь здания, где слабо слышался чей-то стон. Свернув за угол, мы и обнаружили Литу, точнее то, что от нее осталось.
   Это было ужасно! Лита валялась на какой-то куче ветоши, как труп, или как кукла, потому что лишенное костей тело выглядело совсем тряпочным. Там и тут в плоти зияли глубокие дыры, из которых сочилась кровь и какая-то слизь -- это были места выхода костей из-под кожи; лицо ее было полностью покрыто засохшей коркой крови, а зубы были выбиты.
   Мы повернулись и с угрожающим видом стали надвигаться на Дарка.
   -- Это не я! -- испуганно завопил демон, -- Единственное, что я сделал, так это разбил ей в кровь лицо и сломал пару пальцев, чтобы Самюэль убедился, что смертная ему не ровня! Все остальное с ней сотворил уже скелет, а не я!
   -- Но повинен в этом ты! -- скрипнув зубами, произнесла Василиса, -- И ты за это в ответе!
   -- Признаю, -- повесил голову Дарк, -- Но я же не знал, что так получиться!
   -- Думать надо было! -- заорала разъяренная Василиса (а когда Василиса ярится, то лучше ее не трогать), -- А если из тебя весь скелет вынуть?! По косточкам!
   -- Не вините его, -- вдруг раздался слабый голос, и все мы устремили взгляды на Литу, удивляясь, как же она может говорить в таком виде, -- Он думал, что так будет лучше!
   -- Как ты можешь так говорить? -- поразился Ванька, -- Будь я на твоем месте, я бы давно проклял Дарка!
   -- А его и прокляли, -- слабо улыбнулась Лита, -- И видите, что из этого получилось!
   Мы поняли и смутились.
   -- Как нам тебе помочь? -- спросила я.
   -- А никак, -- ответила Лита, -- Сейчас меня легче убить, чем снять проклятие! К тому же, боюсь, возвращать скелет на место слишком больно!
   -- Вся проблема в том, что проклятие перейдет на того, кто тебя убьет, -- пояснил Ванька, -- Поэтому особо горящих желанием тебя добить не наблюдается!
   -- Ну не знаю, -- промямлила Крошка, -- Но думаю, если Лите так плохо, я смогу ее убить...
   -- Нет, нет, нет, все давно решено! -- перебила ее Василиса, -- Мы уже решили, что удолбаю Литу я, потому что маловероятно, что проклятие перекинется на мага, коим я являюсь, а уж если перекинется...
   Тут ее прервал хриплый смех Литы.
   -- Забавно слушать, как люди обсуждают, кому лучше тебя убить, -- отсмеявшись, пояснила она, -- Но пусть уж лучше убьет меня Василиса, раз она так решительно настроена, к тому же скелет человека принесет куда малый ущерб, чем скелет демона-сапы!
   -- А тебе не страшно умирать? -- спросила я, -- Ведь это навсегда!
   -- Чушь! -- поморщилась Лита, -- Знаете, сколько мне лет?!
   -- Что, сто? -- не удержался от колкости Ванька.
   -- Вчера сто десять исполнилось! -- в тон ему ответила Лита. Ванька снова было хотел съехидничать, но тут Крошка прислушалась к Литиным мыслям и ошеломленно сообщила, что та говорит правду.
   -- То есть как??? -- Дарк опешил до такой степени, что сел прямо на пол.
   -- А вот так, -- усмехнулась Лита, -- Я не девушка Самюэля, как ты это подумал, а родная бабушка и только с помощью его магии я сохраняла столь цветущий вид. Я хотела тебе это сказать, но ты мне не дал, потому что упрям и скудоумен, как и все демоны!
   -- Да я тебя сейчас сам убью!!! -- завопил обозленный Дарк, -- Будешь еще обзываться!
   -- И к тому же обидчив, -- спокойно закончила Лита, и демон притих, -- Так что умерев, я оживу снова, поэтому бояться мне нечего! -- заключила она.
   -- Это хорошо, -- с облегчением выдохнула Василиса, -- А то кодекс Светлых запрещает нам убивать обычных смертных!
   -- Понимаю, -- кивнула Лита и перевела взгляд на Дарка, -- А с тобой я еще встречусь в следующей жизни! -- пообещала она напоследок.
   -- Ну-ну, -- буркнул тот, после чего Василиса сняла меч с пояса и со вздохом перерезала Лите горло.
   В тот же момент послышался скрежещущий звук и из пролома в стене появился Литин скелет. Все мы, кроме Василисы, хором отпрянули в сторону, но скелет и не думал нас преследовать, ибо с ним творилось что-то странное. С каждым шагом от него отваливалась часть сухожилия, а кости превращались в прах прямо на глазах и, не дойдя до останков Литы буквально двух шагов, он рассыпался в пепел.
   И тут издала дикий крик Василиса. Обернувшись, мы с ужасом наблюдали, как крошечные косточки начинают выпирать из-под кожи и, проделывая в ней дырочки, выползают из нее. Затем из боков пошли ребра, а когда Василиса открыла рот, чтобы вскрикнуть, сквозь него проломился череп, ударился об пол и вскочил на законное место на плечах скелета.
   -- Вот и жмурик с пылу с жару! -- оповестил всех Дарк, -- Слабо ей было сдержать проклятие, ох, слабо-о!
   Я отвернулась, стараясь не смотреть на то, что когда-то было Василисой, а Ваньку явно уж мутило. Но это было еще не все!
   -- Смотрите!!! -- закричала обезумевшая от ужаса Крошка, и мы повернулись.
   Со скелетом Василисы творилось нечто ненормальное. В отличие от голого Литиного скелета, этот был покрыт густой кровью, которая быстро меняла цвет, становясь из темно-красной слизисто-зеленой, а кости под этой вторичной жидкостью начинали корчиться и извиваться, точно змеи. Внезапно скелет резко дернулся и перед нами предстал гигантский ядовитый скорпион, выполненный из костей бедной Василисы.
   -- Упс!!! -- хором сказали мы, но это не помогло, и огромный скелетоскорпион продолжал двигаться к нам, а Василиса, единственный член команды, который мог что-то сделать против этого, валялся на полу без костей и без сознания.
   И в этот момент, когда решалась наша судьба, как живых существ в целом, меня внезапно ослепила короткая, но яркая вспышка, после которой я обнаружила, что сижу на зеленой травке, трясу головой и совершенно не понимаю, как я здесь оказалась. Впрочем, рядом располагались Ванька и Дарк, так что я решила поинтересоваться у них.
   -- Е-мое, что ж я здесь делаю???
   -- Дарк в очередной раз спас твою шкуру, -- объяснил Ванька, -- А также мою за компанию! То есть он перетащил нас в первое попавшееся измерение, подальше от шандарахнутого скелета Василисы, где мы сможем обмыслить, что делать дальше.
   -- А чего думать-то? -- встрял Дарк, -- Мотать надо куда подальше и вызывать тяжелую артиллерию типа Высших Магов! Сами вы с такой хреномантией не справитесь, а задаром помогать я не собираюсь!
   -- А ты и так нам уже помог, -- сообщила я и тут только заметила, что в нашем обществе не хватает второго демона, -- Народ, а где Крошка?
   -- Фиг ее знает! -- отмахнулся Дарк, -- Она же демон, а значит и сама могла перемахнуть в другое измерение!
   -- А вдруг не могла? -- не на шутку перепугалась я, -- И осталась она там наедине со злобным скелетоскорпионом, хотя даже мышей боится! А мы тут сидим на травке и беседуем!
   -- А ты предлагаешь идти на верную смерть? -- возмутился Ванька, -- Своя жизнь тебе не дорога?
   -- Я-то еще оживу, -- отмахнулась я, -- А вот Крошка?
   Ванька задумался, а потом перевел взгляд на Дарка.
   -- А я откуда знаю? -- пожал плечами демон, -- Мы вообще редко умираем, раз в десять тысячелетий, а то и реже, а убить нас могут только себе подобные, потому что еще ни один олух не пытался наслать на демона проклятие. При мне, например, еще никто не умирал и этот вопрос особо не рассматривался. А так, кто его знает...
   -- Надо немедленно спасать Крошку! -- возопила я, -- Что я без личного демона делать буду?!
   -- Согласен, -- решил Ванька, и по его сигналу Дарк вернул нас в прежнее измерение за Крошкой.
  
   Итак, быстро оглядевшись, мы обнаружили три вещи: во-первых, Крошка таки додумалась смыться, так что явились мы сюда зря; во-вторых, появиться нам все же следовало, так как к Василисе вернулось сознание; а в-третьих, скелетоскорпион надвигался на нас с жутким шипением, явно намекая на то, что лучше бы мы сюда не приходили.
   -- У меня предложение, -- процедил Дарк сквозь стиснутые зубы, -- Если вы сейчас искромсаете скелет в щепки, я, как ни прискорбно это будет сказать, помогу вам и переброшу его в какой-нибудь пустынный мир, где он никому не сможет причинить неприятностей.
   -- Неплохая идея, -- кивнул Ванька, -- Приступаем!
   И мы приступили. Не скажу, чтобы скелетоскорпион победить было проще, нежели обычный скелет, но разламывался он гораздо легче (наверно из-за того, что связь между видоизмененными костями была слабее). Тем не менее, не прошло и часа, как перед нами лежала куча извивающихся костей, щелкающих зачатками зубов и пытающихся уколоть нас острыми концами обломков.
   -- Надо собрать их во что-нибудь, пока они опять не соединились! -- сказала я, лихорадочно ища тару. Ванька подал мне пластиковый мешок для мусора, но, когда кости были уже собраны, и Дарк готовился отбыть, воздух пронизал резкий запах озона, сверкнула молния, и грозный голос произнес:
   -- Ах, мать твою за ногу да об стенку! Что ж вы делаете-то, ироды?!
   Мы одновременно повернулись и обнаружили, что стоим лицом к лицу с взбешенной и перемазанной в чем-то Катькой, в полах мантии которой запуталась перепуганная Крошка. Увидев ее, Ванька заметно сник, а Катя, разгорячившись, продолжила свой монолог:
   -- Я, конечно, знала, что дел вы натворите немалых, но когда я увидела Крошку, подумала "Все, кранты!". Когда она рассказала мне, каких лопухов вы насажали, я чуть инфаркт не схватила и поскакала сюда, как малолетний энерг, плюнув на все дела в надежде на то, что вы уже все устранили. И что же я вижу?! Лита отбросила копыта, Василиса валяется в позе "по мне проехался каток", а вы собрались отправить ее кости в заподнебесные дали! Да вы что здесь все, с дубу рухнули???
   -- А что же нам оставалось делать?! -- не выдержал Ванька, -- Стоять и смотреть, как скелет домачивает местное население? Или мне связать его надо было?
   -- Эх вы, неучи, неучи, -- вздохнула Катька, -- Смотрите, как все делается!
   И она, отобрав у Дарка мешочек с уже начинающими срастаться костями, брезгливым движением высыпала их в рот Василисы, после чего сделала пару красивых пассов руками и произнесла гортанным голосом очень длинную фразу, повторить которую я не берусь. В тот же миг раны на теле стали удивительнейшим образом затягиваться, кости воспринимали исходное положение и примерно через пару минут перед нами лежала совершенно целая и крепко спящая Василиса.
   -- И это все? -- разочарованным голосом спросил Ванька.
   -- Не совсем, -- призналась Катя, -- Видишь ли, чтобы не причинять Василиске ненужных страданий, я отделила ее дух от тела, а он, зараза, похоже смылся!
   -- Куда? -- удивилась я.
   -- Как куда? В Демланд! -- объяснила Катька, -- Дарк последним держал черепушки Василисы, а значит ее дух удрал в Дарков мир, и я отправляюсь туда его искать!
   -- Я с тобой! -- немедленно решил Дарк, -- Все равно моя виза давно кончилась!
   -- И я, -- сказал Ванька, -- Ведь в Демланде ты не можешь черпать энергию из космоса, а значит тебе нужен энерг!
   -- На этот раз со мной пойдет Саша! -- огрызнулась Катька, -- Я хорошо помню, что было, когда я в последний раз брала тебя в Демланд, поэтому ты вместе с Крошкой останешься здесь и будешь стеречь Василисино тело, пока мы не вернемся вместе с ее духом. Ты понял?
   -- Понял, понял, -- пробурчал Ванька, -- Но вы хоть сувенирчик привезите, а?
   -- Обещаю, -- кивнула Катька, обняла нас с Дарком за плечи, и мы перебрались в совершенно чуждый новый мир.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

* * *

   Единственное, чем порадовал меня Демланд так это цветом своей атмосферы. Небо здесь было багряно-розовым, меняя цвет от лимонно-желтого до сиреневого, и изредка подергивалось темно-фиолетовыми облаками, отчего цвет предметов в этом мире был не полностью ясен, а как бы подернут красноватой дымкой, причем небоскребы (по всей видимости их реальный цвет -- белый) переливались всеми цветами радуги.
   Но на этом красота Демланда и заканчивалась, и этот мир начинал походить на довольно банальное подражание тому миру, в котором я жила, если бы не демоны.
   А демоны были везде. Они сидели в машинах, что, точно ракеты, проносились мимо нас, они прохаживались по тротуару с удивлением взирая на невесть откуда взявшихся людей, короче, это был их мир. И от этих бесчисленных рогатых злобных ухмыляющихся рож мне стало если не тошно, но точно не по себе.
   -- А я-то думала, что Демланд -- это что-то вроде ада, что описан в Библии, -- заметила я.
   -- Ада нет, -- сообщил мне Дарк, -- А Библия -- всего лишь проекция одной из реальностей на ваше измерение, то есть мираж, по сути чушь собачья! На самом деле демоны -- это такая же разновидность сапиенсов, как и люди, вот только единственная в своем роде и обладающая оригинальными способностями!
   -- Куда уж оригинальней, -- проворчала Катя, -- Если всем демонам от рождения дается способность путешествовать между мирами, так хрен ли они ей не пользуются!
   -- Большинство демонов по сути домоседы, -- пояснил мне Дарк, -- Такие индивидуумы сидят в Демланде безвылазно и занимаются бизнесом или домохозяйством. И только две пятых населения, такие бесстрашные демоны, как я, -- Дарк скромно потупился, -- Путешествуют между мирами, занимаясь предпринимательством, либо покупая бессмертные человеческие души.
   -- А зачем они вам? -- полюбопытствовала я.
   -- Э-э-э... Видишь ли, -- помялся Дарк, -- Демона нельзя родить, так сказать, естественным способом, демона надо создать. А чтобы создать демона, нужно взять какую-либо невинную душу и перевоплотить ее личные качества в демонические способности. Впрочем, это уже особенности парагенетики, и тебе это неинтересно.
   -- Ну, раз это нам неинтересно, может быть ты пойдешь своей дорогой, а мы своей? -- предложила Катя, -- Мне кажется, я почувствовала присутствие инородного духа в здешней атмосфере, и нам с Сашей нужно узнать, Василиса это или нет.
   -- Да как же можно! -- запротестовал демон, -- Саша, можно сказать, в первый раз в моем мире, а ты даже не даешь ей осмотреть достопримечательности!
   -- Ну какие тут у вас достопримечательности! -- хмыкнула Катя, -- Забегаловки одни, да бары с клубами!
   -- Зато какие! -- ухмыльнулся Дарк, -- Как музеи, прямо! У нас все гораздо проще: и в музей сходить можно, и выпить там же, и комнату на ночь снять!
   -- Я не пью! -- запротестовала я, но Дарк, не обращая внимания, уже тащил меня за собой. Я обратила умоляющий взгляд на Катю, но та только пожала плечами:
   -- В принципе, ты мне понадобишься только тогда, когда я буду возвращать дух Василисы в бренное тело, а до этого я еще должна его найти. До завтра, я думаю, ты мне не потребуешься, так что развлекайся! -- и с этими словами она пошла в противоположную сторону, оставив Дарка выбирать, куда я направлюсь. К добру это, естественно, не привело, потому что первым делом Дарк, пробурчав что-то о старых знакомых, смотался куда подальше, оставив меня на произвол судьбы.
  
   Примерно уже три часа я бродила по городу, разыскивая Катю или, на худой конец, Дарка, который нравился мне все меньше и меньше. И только когда малиновый шар солнца стал садиться за горизонт, я поняла, что потерялась, но надежды на то, что кто-нибудь из местного населения укажет мне дорогу не предвиделось -- я была в настоящем большом городе, где при попытке постучать в окно на тебя наставляется пистолет или что похуже, а бабульки-демонши, при виде меня, с криками "Человек, человек!" и "Ужасть то!" разбегаются по подворотням. В конце концов я плюнула на свою предвзятость и тормознула такси.
   -- Первый раз в Демланде? -- поинтересовался пожилой демон-таксист с мощными рогами и острой козлиной бородкой.
   -- Ага, -- кивнула я, -- Вообще-то я тут по делу -- дух разыскиваю, но маг, с которым я сюда попала, утопал к чертовой бабушке!
   -- Какого черта вы имеете в виду? -- перебил меня водитель.
   -- Что, тут еще и черти есть?! -- изумилась я, -- Ну дела-а!
   -- Конечно, есть, -- подтвердил таксист, -- Черти -- это самый уважаемый клан мелких бесов, известные предприниматели во всех измерениях. Так какого черта вам надо?
   Я чуть не брякнула "лысого", но вовремя сдержалась.
   -- Я не имела в виду определенного черта, -- пояснила я, -- Просто в моем мире есть такое выражение! "К чертовой бабушке", значит неизвестно куда.
   -- Ясно, -- кивнул водитель, -- Тогда, собственно, куда вас везти?
   Я призадумалась: с одной стороны, Катю в этом городе могли и не знать, и я не была в курсе, где ее найти, а вот Дарк, как это ни неприятно говорить, мог бы быть известен.
   -- Может быть, вы знаете одного демона, по прозвищу Дарк? -- спросила я, -- Он мог бы мне помочь!
   -- А какой именно Дарк вам нужен? -- уточнил таксист, -- Дарк из Велиарого войска или Дарк, сын Люцифера?
   -- Понятия не имею, -- призналась я, -- Я участвовала в расследовании одного дела, первопричиной которого был нужный мне Дарк, но теперь у него кончилась виза, и он шастает где-то здесь!
   -- Так значит у него недавно кончилась виза? -- оживился водитель, -- Ну, тогда вам легко его найти -- сейчас съездим к ближайшему визбюро и уточним, какие Дарки должны были вернуться в Демланд в последние дни!
   Я слегка повеселела, мы развернули машину и рванули к визбюро, которое, к счастью, оказалось совсем неподалеку. И там мне пришлось лицезреть разговор двух настоящих демонов (а если все демоны так разговаривают, то я начинаю понимать, почему они могут размножаться только с помощью перевоплощения невинных душ).
   Это было нечто! Мой водитель и встреченный нами секретарь бюро рычали друг на друга, бросались оскорбительными фразами, рвались в рукопашную и ломали мебель. Здесь я как никогда понимала страх человечества перед демонами и, ощущая себя маленьким и беззащитным существом, боялась ежесекундно быть раздавленной. Видимо, мой перепуганный вид и возымел должный эффект, потому как, оглянувшись на меня, секретарь бюро невольно сбавил голос.
   -- Ладно уж, -- проворчал он, -- Выдам я вам нужную информацию! Заплатите пятнадцать тысяч крюмблей, и она ваша!
   Я беспомощно оглянулась на таксиста, ибо не только не знала, что такое крюмбли, но и к тому же их количество явно пугало.
   -- Тысяча крюмблей примерно эквивалентна вашему американскому доллару, -- успокоил меня водитель, которому я уже изрядно подрассказала о своем мире, -- Думаю, денег у тебя хватит!
   К счастью, в Тсаолпри на расходы нам выдавали бешеные деньги, которые в моем мире у порядочного человека не встретишь, поэтому в заначке у меня всегда хранилась пара тысчонок различных денег, откуда я и не замедлила поделиться с секретарем бюро. Увидев мои финансы, тот заметно повеселел и бодрым голосом произнес:
   -- Искомый вами субъект обозначен под именем Дарк, Ведьмин Пастырь; он проживает по данному адресу, -- тут секретарь протянул мне бумажку, -- Так же известно, что данный демон часто ошивается в клубе "Пьяный рог". Что-нибудь еще?
   -- Нет, спасибо, -- поблагодарила я, и снова сев в такси, попросила водителя двинуть к "Пьяному рогу".
   -- Что значит "ведьмин пастырь"? -- спросила я по пути.
   -- Это значит, что твой Дарк представляет собой вид демонов, произошедших от Вельзевула, Повелителя мух, -- объяснил таксист.
   -- Да, такой демон известен в нашем мире, -- кивнула я, -- А на чем этот Вельзевул специализировался?
   -- Ясен пень, на ведьмах, -- пояснил водитель, -- Или на ведьмаках. Короче говоря, ведьмы, получая свое могущество, считали Вельзевула своим покровителем и возносили ему хвалы, жертвы и все такое.
   -- И что, правда, что Вельзевул давал ведьмам силу? -- удивилась я, теперь понимая, почему Дарк так привязался к Самюэлю.
   -- Нет, конечно, -- усмехнулся таксист, -- Но при желании он мог эту силу отобрать, чего не хотела ни одна порядочная ведьма! А вообще, хороший был демон: те еще вечеринки он закатывал, ох, те еще!
   Я хотела уточнить, что же он за вечеринки такие закатывал, дабы понять, чего еще можно ожидать от Дарка и других вельзевулоподобных, но в этот момент мы как раз завернули и с визгом затормозили у какого-то здания.
   -- "Пьяный рог"! -- объявил водитель.
   -- Ну рог, так рог, -- пожала я плечами и, расплатившись за такси, вошла внутрь.
  
   Если вы из тех, кто считает, что интерфейс забегаловки поразить не может, то вам обязательно надо слетать на Демланд и зайти в "Пьяный рог", поскольку обстановка сего заведения просто ослепляет своей роскошью. Можно было бы сказать, что этот клуб выполнен в стиле барокко, но вместо белого бархата под золотым окаймлением стен скрывался черный, а зеркала на стенах были заменены на неприличные картины из жизни демонов. За янтарной стойкой в форме черепа дракона шипастый демон продавал алкогольные напитки и закуску, а в другом конце заведения в кресле из черного камня возлежал Дарк в обществе двух суккубчиков и категорически меня не замечал. Я процедила сквозь зубы нецензурное выражение, состоящее из трех слов и тридцати трех восклицательных знаков, вышла в центр залы и заорала что было мочи:
   -- Да-а-арк!!! -- да так, что бедный демон аж с кресла свалился.
   -- Са... Са... Саша? -- только лишь пролепетал он, -- А... а... а...?
   Я дала ему отдышаться, а потом ядовито уточнила:
   -- Значит так ты собирался показывать мне достопримечательности?
   -- Вообще-то да, -- кивнул Дарк, который уже пришел в себя, -- Видишь ли, все, что я хотел тебе показать, открывается далеко заполночь, вот я и решил, что до этого времени ты сама сможешь осмотреть город!
   -- Уже полпервого, -- не меняя тона, я взглянула на часы, -- Можешь приступать к показу!
   -- Ну... это, -- растерялся Дарк, -- Знаешь... вообще-то...
   -- Дарк, солнце мое, -- угрожающе-ласковым голосом сказала я, -- Либо ты сейчас убедишь меня, что Демланд неплохое местечко, либо я сообщу Кате, что ты бросил меня на произвол судьбы, после чего ты до конца дней своих будешь мыть полы в женском туалете, ибо на большее тебя уже не хватит!
   -- Хорошо, -- неожиданно согласился демон, -- Если уж ты ставишь вопрос таким образом, то... Пошли, я кой с кем тебя познакомлю!
   Мы поднялись и, пройдя пару кварталов, зашли в другое заведение, под названием "Асмодей и компания". Это место не отличалось той оригинальностью, что "Пьяный рог" (скорее, это был банальный клуб, выполненный в красных тонах и молодежном стиле), но народу в нем толкалось гораздо больше. Тут Дарка сразу окружила целая компания демонов, которые наперебой начали рассказывать ему свежие новости и анекдоты, изредка поглядывая на меня.
   -- Знакомься, Саша, это Крик, Эвелин, Селена, Грай, мои друзья! -- представил их Дарк, -- Народ, слушай сюда! Нам нужно сделать так, чтобы у Саши осталось НЕЗАБЫВАЕМОЕ впечатление о Демланде. Намек понят?
   -- А как же! -- ощерилась Эвелин, жгучая брюнетка с семью львиными хвостами, растущими прямо от поясницы, -- Это мы могем!
   -- Держи, Саша, -- улыбнулся Крик, на вид самый приличный демон из этой компании, протягивая бокал с янтарно-желтой пенящейся жидкостью, -- Пей!
   -- Что это? -- подозрительно спросила я.
   -- Моча единорога! -- прыснула Селена, вертлявая малютка с запасными глазами на пухлых щечках, -- Не боись, не отравим!
   -- Ну-ну, -- буркнула я, прихлебывая напиток. Он оказался на удивление вкусным, обжигающе холодным, оставлял после себя кисловато-медовый вкус, необычайную свежесть во рту и бодрость сознания. Я незамедлительно осушила весь бокал и спросила, что же все-таки это было.
   -- Коктейль "Дар Асмодея", -- пояснил Грай, подливая мне еще, -- Как тебе?
  -- Круто! -- сказала я, -- А он безалкогольный?
   -- Да я им не напьюсь, даже если месяц буду жить на одном коктейле, -- усмехнулся Крик, -- Расслабься!
   И я расслабилась. Прежде всего я вытянула целый графин этого "Дара Асмодея", после чего Селена и Эвелин, успевшие стать мне лучшими подругами, потянули меня танцевать, затем я снова пила, выступала с сольной программой на маленькой сцене, еще пила, а потом... Хотела бы я знать, что было потом!
  
   Проснувшись утром, я не сразу сообразила где нахожусь, потому что у меня дико болела голова, словно всю прошедшую ночь мне методично забивали в нее гвозди. Следующим шагом до меня дошло, что лежу я в совершенно чужой комнате под одной простынкой, под которой у меня не что иное, как костюмчик под названием "Ева в раю", но, когда я попыталась пошевелиться, чтобы подтянуть простынку повыше, мое бедное тело отозвалось такой ломотой в костях, что я громко застонала.
   Тут же открылась дверь и вошел Крик с чашкой кофе в руке, облаченный лишь в тонкое полотенце в нужном месте.
   -- Проснулась? -- тепло улыбнулся он, -- Кофе хочешь?
   Тут меня прорвало, и я в подробностях сообщила ему кто он есть, кем были его родители, где я их видела, куда послала, и в каких конкретно отношениях я пребывала с его друзьями, его родственниками, всем городом и этим миром в целом.
   -- Вау, Саша, -- пробурчала Селена, выбираясь из-под моей кровати, -- А я-то думала, ты не помнишь, что делала этой ночью! Правда насчет мира в целом ты, конечно, переборщила, но насчет остального твои слова полностью соответствуют фактам!
   -- Мн... да-а-а, -- задумчиво сказала я, -- И все мн... дее и мн... дее! Я тебе не верю!
   -- А зря! -- похабно ухмыльнулся Дарк, выползая из-под другого конца моей простыни, -- Я все видел!
   -- Может быть, все-таки кофе? -- услужливо предложил Крик, заметив, как я позеленела, -- А то, неровен час, тебе плохо будет!
   -- А это неплохая идея! -- пробулькала я, выхватывая из его рук чашку и присасываясь к ней. Если честно, в данный момент я больше хотела не кофе, а провалиться под землю, потому что мне было чертовски стыдно. Но больше всего я хотела, чтобы Катя в данный момент не появлялась и не видела меня в таком состоянии. Что она не замедлила сделать.
   -- Да-а-а, Саша, -- задумчиво проговорила Катя, внимательно меня разглядывая, -- Ты ли это?! Нет, уж лучше бы я взяла Ваньку, он бы, по крайней мере напился не до такой степени!
   Тут я заметила, что Катя одета не в ту одежду, что была на ней вчера, а в какую-то пижаму, и поинтересовалась, давно ли она здесь.
   -- Да со вчерашней ночи, -- ответила Катя, -- Я пришла еще в четыре часа, но ты к этому моменту уже была в таком состоянии, что ничего не соображала.
   -- И что же я такого натворила? -- слабо пискнула я, догадываясь, какой ответ она даст.
   -- Знаешь, это рассказ не для твоей слабой психики, -- серьезно сказала Катька, -- Так что безопаснее тебе будет оставаться в неведении!
   -- Боже, Боже, на що ж воно такэ похоже! -- простонала я, представляя себе самое худшее. Наверно, вид у меня был до того жалкий и испуганный, что мои мучители не выдержали.
   Первой прыснула смешливая Селена, потом не на шутку разоржались Грай и Эвелин, стоящие за дверьми. Через секунду уже весь народ, включая Катьку, катался по полу и стонал от смеха. Я все еще недоуменно смотрела на них, пока Дарк, вытирая слезы и держась за живот, не сообщил мне, что на самом деле я просто отключилась уже после третьего графина коктейля, после чего они перетащили меня сюда, уложили на кровать и приготовились разыграть эту сцену.
   -- А круто вышло! -- завывала Селена, -- У тебя такая рожа перекошенная была!
   Видимо, рожа у меня опять перекосилась, на этот раз от гнева, потому что Катя между ухахатываниями сообщила мне, что костюмчик Евы не самая лучшая одежда для драки, после чего, я, покраснев и завернувшись в простыню, побежала в другую комнату за халатом.
   -- Чем же вы меня споили? -- спросила я, вернувшись, -- Ведь Крик сказал, что напиток безалкогольный!
   -- Крик сказал, что не опьянеет от него и через месяц, а не то, что ты подумала, -- наставительно сказала Катя, -- Да будет тебе известно, что у разных существ разная степень опьянения, поэтому, когда ты будешь уже под мухой, демон останется трезвым, как стеклышко. В следующий раз будешь знать, как принимать незнакомые напитки на душу населения! -- и с этими словами она протянула мне обезболивающее, которое я с благодарностью выпила.
  
   Через полчаса, придя в полную боевую готовность мы с Катей вышли за пределы клуба, в верхних комнатах которого до сих пор находились, и в бодром расположении духа куда-то направились.
   -- Кстати, куда мы идем? -- полюбопытствовала я, -- Ты нашла Василису?
   -- Вообще-то да, -- кивнула Катька, -- Но, признаюсь тебе, нашла я ее в оч-чень оригинальном месте!
   -- Что, в сортире?
   -- Почти угадала, -- хмыкнула Катя, -- Василисин дух я обнаружила в... психушке!
   -- Что??? Чего ей там надо?
   -- Возможно, подлечиться, -- задумчиво сказала Катя, -- Но дело не в этом, а в том, как ее оттуда вызволить!
   -- По-моему, проще простого! -- заметила я, -- Заявиться, представиться ее друзьями, забрать дух и ретироваться оттуда в... ну, в общем далеко! Не вижу проблем!
   -- В твоем представлении сего вопроса действительно никаких проблем нет, -- согласилась Катя, -- Но в Демланде есть один занятный закон, называется "Незаконное хранение духа, представляющего опасность для местного населения", нарушение которого грозит наказанием, вторым по тягости.
   -- А каково самое страшное наказание? -- полюбопытствовала я.
   -- Полное стирание памяти без разрешения на восстановление, -- пояснила Катя, -- Знаешь, есть такие проступки, которые и Темными и Светлыми рассматриваются как тягчайшие преступления, и вот за такие бяки энергам и магам стирают память и отправляют в измерение перевоспитания, чтобы те смогли начать жизнь заново.
   -- Интересно, как оно выглядит, это измерение?
   -- Попадешь -- узнаешь, -- усмехнулась Катя, -- Но от всей души не советую! Итак, не отдаляясь от вопроса, поясню, что если до кого-либо дойдет, что мы как-то связаны с Василисиным духом, нам грозит заключение в многомерном измерении-тюрьме на одну жизнь. Тебе, конечно, легче, тебе жить Аксимум лет восемьдесят-девяносто, а мне не меньше тысячи, да и то при условиях большого риска, поэтому попадаться на таком пустяке я не собираюсь!
   -- И что же нам делать?-- уточнила я.
   -- Действовать скрытно, -- пояснила Катька, -- Элементарно, Саша! Психушка, в которой происходит явление Василисы, является общевидовой, то есть туда попадают не только демоны, но и другие подвиды, потому что только здесь, в Демланде, психов умеют лечить, а не просто запрятывать куда подальше. Ты притворишься ненормальной, что местами тебе и в реальной жизни неплохо удается, и я как бы отправлю тебя туда на лечение, где ты найдешь Василису и после этого вызовешь меня.
   -- А почему я буду притворяться психом, а не ты? -- возмутилась я.
   -- Потому что дерганых магов сначала отстреливают, а потом уже лечат, -- пояснила Катя, -- Маги -- психи буйные и довольно опасные, поэтому рисковать никто не собирается. Я же тебя буду ждать в пансионате, что находится в стенах психушки и предназначен для людей уставших от этого бешеного мира. Понятно?
   -- Куда уж понятнее, -- проворчала я, -- А почему мне нельзя находиться вместе с тобой в пансионате, а нужно притворяться психом?
   -- Потому что ты не умеешь проходить сквозь стены, -- доходчиво объяснила Катя, -- А я умею так делать, и буду навещать тебя каждую ночь, в то время, когда, по моим расчетам, дух Василисы должен бродить по зданию. Еще вопросы есть?
   -- Нет, -- вздохнула я, и мы приступили к выполнению операции.
  
   Да-а-а, думаю на врачей из психбольницы я произвела НЕЗАБЫВАЕМОЕ впечатление! Такого они еще явно не видели! Дело в том, что я прикинулась не кем иным, как параноиком с жаждой самоубийства, а, как выяснилось, бедным демонам-врачам и в голову не приходило, что бессмертному энергу придет в больную головушку себя убить. Сначала они даже предложили перво-наперво исполнить мое "сокровенное желание" и посмотреть, что будет со мной в следующей жизни, но Катька, быстро вникнув в ситуацию, сообщила им, что я знаю нечто такое, что в следующей своей жизни я в упор забуду, а эту информацию необходимо сохранить, поэтому умирать мне не следует. Своими смутными разъяснениями она настолько запудрила демонам мозги, что те согласились попытаться меня вылечить и успокоенная Катя удалилась.
   Обнаружилось, что я придумала довольно оригинальный способ попасть в психушку. Проблема была в том, что демландские врачи сотни раз встречались со случаем паранойи, но впервые с манией самоубийства, поэтому решительно не знали, что со мной делать (они помогали энергу склеить ласты гораздо чаще, чем наоборот). В связи с этим я здорово их помучила.
   -- Ау-у-у! Оу-у-у! -- выла я, прикидываясь жутко напуганной, -- За мной кто-то следи-и-ит! Кто-то хочет меня уби-и-ить! Я знаю это-о-о! Я не могу с этим больше жи-и-ить! Я хочу умере-е-еть!
   С этими словами не взирая на увещевания медсестры-демона я схватила первое попавшееся лекарство, стоящее на столике, и сунула его в рот, дабы выразить свое желание отравиться. К несчастью лекарство оказалось ни чем иным, как слабительным, поэтому следующие три часа своей новой жизни в роли психа я провела в маленькой белой комнате под названием "туалет".
  
   Меня поселили в одной палате с девушкой, у которой была магофобия, то есть она смертельно боялась всяческих проявлений магии и волшебства, включая и своих врачей-демонов. Истосковавшись по немагическому обществу, пациентка смертельно мне обрадовалась.
   -- Какие жуткие эти демоны, правда?! -- вот был ее первый вопрос ко мне.
   -- Да не особо, -- пожала я плечами, и тут вспомнила свою роль, -- Знаешь, мне кажется за мной кто-то следит!
   -- О, тут многим это кажется, -- усмехнулась девушка.
   -- Да здесь у большинства народа паранойя! -- презрительно хмыкнула я.
   -- Будто у тебя ее нет!
   -- Нет!
   -- Нет, есть! -- запротестовала моя собеседница, -- Насколько я знаю, тебя уже привезли с чувством, что за тобой кто-то следит, но здесь есть и такие, кто пришел к такому же выводу гораздо позже!
   -- Как это? -- не поверила я.
   -- А вот так, -- объяснила девушка, -- Тут до тебя сидела одна девчонка, которая безумно боялась открытого пространства. Знаешь как она излечилась? Она сломя голову выбежала из палаты, наплевав на все свои проблемы, потому что ей казалось, будто ее кто-то преследует. Знаешь, как с ней поступили? Засадили в одиночную камеру, потому что обнаружили у нее паранойю!
   -- Да? -- внезапно это начало меня интересовать. В самом деле, как можно заработать паранойю уже после поступления в психушку? Да и знакомая моя что-то слишком много знает для обычной пациентки...
   -- Как тебя зовут?
   -- Рявлюарлиодываи!
   -- Чего-о???
   -- Зови меня просто Рявли, -- улыбнулась девушка, -- Я знаю, что для большинства людей мое имя труднопроизносимо! А как тебя зовут?
   -- Саша.
   -- А ты Темная или Светлая?
   -- Светлая.
   -- А из какого ты измерения?
   -- А это что, допрос? -- огрызнулась я.
   -- Нет, что ты! -- замахала руками Рявли (а рук у нее, в отличие от обычного человека, было шесть, поэтому ее махание перед моим носом едва не закончилось плачевно), -- Мне просто любопытно!
   -- У меня на родине есть такая поговорка "любопытство убило кошку", -- сообщила я.
   -- А что такое "кошка"? -- спросила Рявли.
   -- Не важно, -- отмахнулась я, -- Скажи-ка лучше, давно ты здесь?
   -- Года два, наверно, -- задумчиво сказала Рявли, -- А что?
   -- Слушай, те кто за мной охотятся, могли послать на разведку призрака. Ты здесь случайно не видела призраков?
   -- В точку! -- усмехнулась девушка, -- Как раз примерно дня два назад одна медсестра обнаружила призрака в столовой... Бр-р-р, как же я их ненавижу!
   -- Что, призраков?
   -- Нет, медсестер. В моем мире призраки -- дело обычное!
   -- Хм-м, -- с минуту я помолчала, собираясь с мыслями. Не знаю почему, но мне упорно не нравилась моя соседка, хотя обычно я довольно легко схожусь с людьми. Эта же особь словно специально пыталась вызвать во мне раздражение: сначала этот допрос, ее осведомленность, потом это жуткое имя... Глупо, конечно, придираться, но при встрече я все же спрошу у Катьки, кто она такая. Вдруг ее приставили, чтобы следить за мной?!
   -- Боже, похоже паранойя действительно разыгрывается! -- пробормотала я про себя.
   -- Ты что-то сказала? -- уточнила моя соседка.
   -- Н-нет, -- нечленораздельно пробурчала я.
  
   В те же сутки, в полдвенадцатого ночи, как мы и договаривались, я выползла из палаты, свернула в коридор налево и очутилась у дверей столовой, внутри которой меня дожидалась Катя. Я подергала входную дверь за ручку и обнаружила, что та заперта. Гениально! Мы столько времени планировали место встречи, где нас никто не заметит, даже если мы решим орать во все горло, и в результате все замыслы портит одна запертая дверь! Как бы не так!
   -- Ты же сама говорила, Катька, что я не умею проходить сквозь стены, -- проворчала я, затем ухмыльнулась и достала отмычки (спасибо школе энергов!), которые мне тайком удалось протащить даже в палату. Минут через десять замок со скрежетом поддался, и я проскользнула внутрь столовой, что меня уже ожидала недовольная Катька.
   -- Чего ты так долго?! -- набросилась она на меня, -- Я тут сижу, значит, нервничаю, а она добрых полчаса гуляет неизвестно где!
   -- Не полчаса, а всего лишь десять минут, -- огрызнулась я, -- Между прочим, я открывала замок на двери, потому что ты не удостоила вниманием сию мелкую деталь! В следующий раз будешь сама думать, что делать, если столовая окажется заперта!
   -- А что, разве она была заперта? -- невинно осведомилась Катя.
   -- Нет, просто закрыта, -- проворчала я и перешла на более важные вопросы, -- Ты чего это так вырядилась?
   -- А тебе нравится? -- полюбопытствовала Катька.
   -- Э-э-э, -- замялась я. На этот раз в плане своеобразности Катя превзошла саму себя. Верхняя часть ее наряда напоминала бы костюмчик Смерти (такую хламиду с капюшоном), если бы не насыщенно-фиолетовый цвет. Мне это напомнило стилизованный банный халат в комплекте с такого же цвета обтягивающими брючками, однако черные сапоги до колен, дополняющие сей наряд, привели меня к мысли, что это все же прогулочное одеяние. Хотя, если честно, я бы в таком не вышла!
   -- Ну так как? -- выжидающе повторила Катька.
   -- Хм... Оригинально! -- высказалась я и поспешила перейти на тему не касающуюся сего экстравагантного гардероба, -- Ты чего-нибудь выяснила по поводу Василиски?
   -- Ну-у, -- задумалась Катька, -- Я выяснила, что Василисин дух имеет привычку появляться не в определенном месте, а на всей территории психбольницы, что как раз характерно для духов ее типа, то есть полуживых. В последний раз ее явление наблюдали в районе служебного туалета, но там ты уже была, так что поиски советую начинать с самых азов, то есть с верхних этажей.
   -- Слушай, -- поинтересовалась я, -- А что мне делать, когда я ее увижу?
   -- О, это просто, -- отмахнулась Катя, -- Просто окликни ее по имени, и она вспомнит кем являлась в телесной жизни, что нам и требуется. После ты пошлешь Василису ко мне, а уж остальное -- моя забота. Ясненько?
   -- Ага, -- глубокомысленно сказала я, -- Еще вопросик. Тут моей сопалатницей оказалась некая Рявле... Рявли... Рявлюарлиодываи, которая задает слишком много вопросов. Мне кажется, что она шпионит за мной в пользу Темных, ты так не считаешь?
   -- Сомневаюсь, -- пожала плечами Катя, -- Зачем Темным шпион в психушке?
   -- Но она задает слишком много знает...
   -- Потому что задает слишком много вопросов, -- перебила меня Катька, -- Но, если тебе неймется, я, так и быть, выясню, есть ли у Темных агентка по имени Рявлюарлиодываи. Еще вопросы есть?
   -- Да, -- ошеломленно сказала я, -- Как тебе удается с такой легкостью выговаривать такое сложное имя?
   -- Практика! -- усмехнулась Катя и растаяла в воздухе, прежде чем я успела сказать еще хоть слово.
   Высказав по поводу Катькиного исчезновения интересную мысль, состоящую из трех слов и тридцати трех восклицательных знаков, а также решив, что я сообщу ей при следующей встрече, я пробралась к кабине скоростного лифта и поехала на самый верхний этаж здания (а всего этих этажей было уж никак не меньше сотни -- еще бы, если учесть, что демландская психбольница набирала пациентов из всех воздуходышащих измерений), что заняло у меня примерно минуту.
  
   Длинные странные коридоры верхних этажей как нельзя больше навевали мысли о духах и призраках, поэтому я решила, что Катя не ошиблась в расчете искать Василису вначале наверху. Подумав, я пошла по правому отрезку коридора ежеминутно останавливаясь и оглядываясь, потому что паранойя, которую я заработала после общения с Рявли, нахлынула на меня новой волной.
   Решив как следует обследовать этаж, я пришла к выводу, что мне необходимо заглядывать в каждую палату, так как Василиса по простоте душевной могла оказаться где угодно. Лучше бы я так не решала! За первой же дверью, которую я, не долго думая открыла, оказался буйный псих-демон, примерно на два размера меня выше. Демон оскалил клыки в злобной ухмылке и протянул руки, вооруженные длиннющими когтями, к моему горлу.
   -- Кро-ови! -- прохрипел он.
   Мысленно обругав последними словами дебилов-демонов, которые не додумались сделать достаточно хороший запор на двери, дабы я не могла его отпереть, я долбанула кулаком демона по носу и пустилась наутек. Демон, оправившись от моего щедрого тумака, ринулся следом.
   Я очертя голову неслась по полутемным коридорам верхнего этажа, но демон не отставал от меня ни на шаг. В конце концов, разочаровавшись в своих опорно-двигательных силах, я распахнула еще одну дверь, ведущую в палату и проскользнула туда.
   Я обнаружила себя в кромешной тьме, настолько сильной, что я даже не могла разглядеть очертаний своих рук, хотя обычно это мне удавалось. Вначале я подумала, что в этой комнате кроме меня никого нет и с облегчением вздохнула, но, когда я нащупала на стене выключатель, нажала на него и повернулась, чтобы лицезреть обстановку, я поняла, как жестоко я ошибалась.
   Передо мной, близоруко щурясь на свет и плотоядно облизываясь, стояло нечто. Представьте себе ядовито-зеленую копну сена, снизу которой торчат две ноги, похожие на куриные, но размером со слоновьи. Представили? А теперь добавьте к полученному образу два маленьких красных глаза и гигантскую слюнявую пасть, полную отличнейших белых зубов, каждый из которых был длиной в мою берцовую кость и острый, как бритва. Неплохое зрелище для бедного, больного паранойей энерга, не правда ли?!
   -- А-а-а-а!!! -- завопила я и пулей вылетела из палаты, едва не врезавшись в соседнюю стену. Обнаружив, что демон вовсе не потерял меня из виду, а чудовище намеревается к нему присоединиться, я страшно не порадовалась и рванула прямиком к кабине лифта, нажала первую попавшуюся кнопку и благополучно опустилась вниз.
  
   Оказавшись в полусумраке очередного коридора неизвестного мне этажа, я впервые с облегчением вздохнула за все время после встречи с Катькой. Потом мне пришло в голову, что чудовище с демоном хоть и психи, но лифтом все же могут уметь пользоваться и поспешно ретировалась подальше от кабины. Окончательно на этом успокоив свои расшалившиеся нервишки я решила вначале обследовать этот этаж, прежде чем подниматься выше, туда, где меня подстерегают различные монстры. Здесь мне повезло больше -- на каждой двери здесь располагалось маленькое окошко, позволяющее заглянуть внутрь палаты, не открывая при этом саму дверь.
   Пройдя полкоридора и уже решив, что Василисы здесь нет и быть не может, я обнаружила, что впереди меня маячит какая-то смутная фигура, которая подманивает меня пальцем. Сначала я подумала, что это кто-то из врачей, и слегка напугалась; потом я решила, что это один из преследовавших меня монстров, и испугалась гораздо больше, но в конце концов поняла, что это ни то, ни другое. Решив, что это скорее всего еще кто-то, помимо меня и Катьки, проводящий в психбольнице свою деятельность, я смело шагнула вперед и... наткнулась на острие ножа.
   -- Э-э-э-э... -- нерешительно произнесла я.
   -- Тс-с-с! -- поднес палец к губам незнакомец. Я подняла глаза, чтобы увидеть его лицо и обнаружила, что это никто иной, как... вервольф! Вот и надейся после этого на опознавание!
   -- Э-э-э-э! -- произнесла я уже значительно громче. Вервольф досадливо поморщился и, придвинув нож поближе к моему горлу, свободной рукой аккуратно зажал мне рот. Я настолько же аккуратно попыталась вырваться. Не получилось.
   -- Вот так-то лучше, -- сказал оборотень неожиданно мягким и добрым голосом, -- Не следует излишне трепыхаться, иначе я просто чуть сильнее надавлю на нож и все, до свидания, аллигатор, пока, крокодил, не забывай, пиши! Понятно?
   -- М-м-м, -- согласно промычала я (а умирать было не в моих правилах), -- М-м-м?
   -- Чего? -- не понял вервольф, который похоже уже забыл, что зажимает мне рот, -- Ах, извини, я разрешу тебе сказать слово, но если оно будет слишком громком, твой язык окажется на пару сантиметров короче! -- с этими словами он убрал руку с моего рта, и я шепотом поинтересовалась:
   -- Кто вы? Зачем вы меня похитили?
   -- Ну, положим, кто я такой, я тебе, естественно, не скажу, -- усмехнулся оборотень, -- Скажем так: недоброжелатель. И между прочим, я тебя вовсе не похитил, по крайней мере пока не похитил.
   -- Зачем же вы тогда приставили нож к моему горлу? -- искренне удивилась я, -- Уберите его подальше и давайте мирно и спокойно разойдемся...
   С этими словами я начала помаленьку двигаться в сторону от ножа, но тот надавил мне на шею с такой силой, что невольно я отказалась от отступления.
   -- Я объясню тебе зачем, -- все так же мягко сказал вервольф, однако его голос стал угрожающим, -- Я просто хочу тебя предупредить, чтобы ты не бродила по ночам здесь, по моей территории, иначе...
   -- Но я ищу одно привидение... -- попыталась я объяснить.
   -- ИНАЧЕ, -- прервав мои попытки высказаться, закончил оборотень, -- До свидания, аллигатор, пока, крокодил, не забывай, пиши!
   -- Напишу, не переживай, -- проворчала я и тут почувствовала, что нож на пару миллиметров вонзился мне в подбородок, моя кровь капнула на его лезвие и упала на пол. Вервольф холодно поинтересовался, -- Так ты все поняла?
   -- Все, -- слабо пискнула я и попыталась выбить нож у него из рук. Оборотень презрительно рассмеялся моим жалким попыткам самообороны, вывернул мне руки за спину и, пребольно уколов ножом меня в бок, исчез в сумраке коридора.
  
   Не знаю, сколько времени я в полном шоке просидела на полу в коридоре, но, взглянув на большие настенные часы оригинальной формы, я обнаружила, что время приближается к семи (по крайней мере, если у нас и в Демланде одинаковая система времяисчисления), а следовательно, скоро медсестры начнут совершать обход и могут обнаружить мое отсутствие. Придя к такому выводу, я прошмыгнула в лифт и съехала на свой родной этаж. Только оказавшись перед своей дверью, я поняла, что забыла узнать номер этажа, где мне повстречался вервольф, но было уже поздно. Я огорченно вздохнула, открыла дверь в палату привычным поворотом отмычки, и... нос к носу столкнулась с Рявли!
   -- Где ты была? -- сузив зрачки, спросила она.
   -- Ну-у, э-э-э, -- я смешалась, -- Знаешь... Видишь ли...
   -- А ну колись!!! -- взревела Рявли, а кулаки на ее шести руках опасно сжались. Я пришла к выводу, что не хочу получить шесть фингалов сразу, потому что уж если я не справилась с двуруким оборотнем, с шестирукой разъяренной Рявли я не справлюсь и подавно.
   И я раскололась.
  
   -- Вот так все и было, -- закончила я рассказ. За последний час я немало рассказала Рявли, да и от нее узнала немало. Например, я узнала, что Рявли -- Темная, она находится здесь с заданием (я была права!), по которому ей надо разыскать некоего индивидуума, вызывающего у пациентов данной лечебницы небезызвестную паранойю.
   -- Сначала я думала, что это делает тот самый призрак, о котором ты говоришь, -- призналась Рявли, -- И решила, что вы работаете сообща...
   -- Разве возможно работать сообща с призраком? -- изумленно прервала я ее, -- Это ж все-таки дух!
   -- В моем мире возможно, -- объяснила Рявли, -- Наши шаманы вызывают духов умерших, чтобы те помогали живым в битвах и других предприятиях.
   -- А-а-а, об этом я и в своем мире слышала, -- успокоилась я, -- Просто как-то в голову не пришло!
   -- Неудивительно, если учесть, что в этой жизни ты родилась в техническом мире, -- кивнула Рявли (это я ей тоже рассказала), -- Скорее всего все мистические события вашего мира лишь отголоски событий иных миров, поэтому твоя память и не учитывает их. Тем не менее, я отвлеклась. Как я уже говорила ранее, основным подозреваемым я считала эту Василиску, но твое теперешнее заявление в корне меняет все мои домыслы. Что же нам делать?
   -- Думаю, все следует сообщить Кате, -- заявила я, -- Она-то разберется во всей этой неурядице!
   -- Надеюсь! -- вздохнула Рявли.
  
   С трудом пережив следующий день (не только потому, что нам не терпелось встретиться с Катькой, но и потому, что демоны наконец решили, как меня лечить, что было совсем не кстати) и дождавшись ночи, я и Рявли направились к условленному месту, где и обнаружили Катьку... в компании с каким-то сатиром!
   -- О, привет, Саша, -- рассеянно поздоровалась Катя, -- А что ты делаешь в компании этой Темной?
   -- Хотела бы задать тебе тот же вопрос, -- буркнула я и поинтересовалась, -- А как ты определила, что Рявли -- Темная?
   -- Поверь мне, Саша, Высшие Маги способны еще и не такие штучки, -- усмехнулась Катя, -- Также я могу сказать, что это энерг третьей... нет, четвертой ступени, настроенный явно благожелательно. Это так?
   -- Так, -- подтвердила Рявли, -- Меня зовут Рявлюарлиодываи, и я нахожусь здесь по делу расследования таинственных случаев подхватывания паранойи и мании преследования в стенах этой клиники. Раньше это дело касалось исключительно Темных, но теперь, наблюдая за Сашей, я решила, что это уже не так!
   Катька и сатир весело рассмеялись шутке Рявли (по крайней мере, я надеюсь, что это была шутка!), затем Катя представила своего спутника.
   -- Познакомьтесь с профессором Маричевски, специалистом по возвращению душ в бренное тело!
   Я представилась. Профессор Маричевски, лет тридцати от роду, со своими маленькими черными глазками, римским профилем, длинными вьющимися волосами и двусмысленной ухмылочкой почему-то не вызывал во мне доверия, только раздражение. Я считала, что Рявли, кажущаяся мне довольно умным человеком, разделит мое отношение к профессору, однако та, зардевшись от смущения, протянула профессору Маричевски одну из своих трех правых рук, и тот галантно поцеловал ее.
   -- Зовите меня просто Марч, -- произнес он мягким баритоном.
   -- А меня -- просто Рявли, -- кокетливо предложила Рявлюарлиодываи. Да-а-а, такого я от нее не ожидала!
   -- Профессор также отдыхал в пансионате, где мы и познакомились, -- сообщила Катя, -- Он любезно согласился помочь нам вернуть Василисин дух в принадлежащее ей тело.
   -- Куда уж любезнее, -- проворчала я.
   -- Не тебе судить, Саша, -- строго сказала Катька, заметив мое недовольство, -- Сама бы я ни за что не справилась с таким заклинанием!
   -- Почему это? -- удивилась я, -- Ты, вроде бы, Высший Маг!
   -- Это не моя специализация, -- пожала плечами Катька, -- На возвращении душ специализируются наши друиды, которые вечно заняты, -- тут Катя досадливо поморщилась, -- И некоторые типы колдунов у Темных, например, так называемые шаманы.
   -- А этот профессор -- Темный? -- полюбопытствовала я.
   -- Ага, -- кивнула Катя, -- К счастью, Марч оказался не из тех Темных, что при виде нас, Светлых, только мыслят нам напакостить. Он согласился нам помочь, что, поверь мне, было весьма кстати!
   -- Вы совершенно правы, коллега, -- улыбнулся ей профессор, -- Но где же дух?
   -- Да, Саша, -- внимательно посмотрев на меня, спросила Катя, -- Где же дух?
   -- Ну-у-у, -- протянула я, -- Понимаешь, когда я пошла его искать, то есть ее, то есть Василиску... ну, в общем на меня напало чудовище... и еще один псих... короче я не нашла ее призрак!
   -- Та-ак, -- угрожающе сказала Катя, -- Я тут целыми днями и ночами не сплю, мечусь по пансионату, словно ликантроп во время течки, нахожу человека, способного вернуть Василису обратно в тело, а ты, вместо того, чтобы решить пустяковую задачку по поимке Василисиного духа, прохлаждаешься в своей палате, да развлекаешься тем, что бегаешь от разных монстров?! Где этот гребаный призрак, спрашиваю тебя? -- тут она схватила меня за плечи и начала трясти, -- Где мой призрак? Где?!
   Хм-м... Мне пришло в голову, что пребывание в пансионате не пошло Катиным нервам на пользу, особенно, если учесть, что она действительно не спит днями и ночами (мне-то сегодня днем удалось соснуть где-то между завтраком и обедом), поэтому я, осторожно, стараясь не потревожить хрупкую Катину психику, заорала ей прямо в ухо:
   -- ПЕРЕСТАНЬ МЕНЯ ТРЯСТИ!!!
   И знаете что? Помогло! Катька, пораженная тем, насколько громким у меня может быть голос, выпустила мои плечи, отошла от меня на пару шагов и, пробормотав что-то о головной боли, тяжело осела на стул.
   -- Вот таким образом молодое и юное поколение энергов победит Высших Магов и прочих сильнейших мира сего! -- съязвила Рявли. Я, проигнорировав ее едкое замечание, обратилась к профессору, -- Что это с Катькой такое?
   -- Думаю, это эмоциональное переутомление, -- постановил тот диагноз, -- Скорее всего, связанное с большой нагрузкой и работой без перерывов. Так?
   Я вспомнила, что перед тем, как полететь в Демланд за Василиской, Катя уже работала над каким-то заданием, и кивнула.
   -- К тому же, -- продолжал философствовать профессор, -- Имеет значение и тот фактор, что в данной жизненной петле, Кате, по-видимому, не более двадцати лет, что, вкупе с энергетической и физиологической нагрузкой, также влияет на критичность состояния ее психоорганизма.
   -- Чего? -- не поняла я.
   -- Магией перезанималась, вот чего, -- внесла ясность Рявли, -- Знаете, Марч, отнесите-ка вы ее обратно в пансионат и дайте ей часиков двенадцать соснуть. После этого, уверяю вас, с ней будет все в порядке! Окей?
   -- Естественно, -- тепло улыбнулся ей сатир, затем подхватил полусонную Катьку на руки и с хлопком улетучился.
   -- А мы с тобой, -- Рявли повернулась ко мне, небезуспешно пытаясь передразнить Катьку, -- Пошли искать этого гребаного призрака, мать его за ногу да об стенку!
   -- Бедная Василисина мама, -- вздохнула я, но возражать не стала.
  
   Мы поднялись на один из верхних этажей (не на тот, где я повстречала буйных психов) и принялись за дело. На этот раз поиски происходили по такому графику: я открывала одну из дверей, ведущих в палату; Рявли кричала в темноту имя Василиски, и я тут же захлопывала дверь, дабы разбуженный и нервный пациент лечебницы спросонок не вздумал посмотреть на нас (а также не вздумал нами позавтракать). Все было бы просто прекрасно, если бы не постоянные причитания Рявли о том, как ей понравился Марч.
   -- А ты видела, как он смотрел на меня?! -- ежеминутно спрашивала она, -- У него такой пронизывающий взгляд! Как ты думаешь, я ему понравилась?
   -- Может быть, -- неохотно буркнула я, но Рявли даже не заметила моих слов, -- Он, ведь, такой милый, да? Тебе он тоже понравился?
   -- Нет, -- призналась я. Рявли ошеломленно уставилась на меня, -- То есть как нет???
   -- Рявли, но он же сатир! -- не выдержала я, -- А ты человек, хоть и шестирукий! У вас же видовая несовместимость, не говоря уж о разнице в возрасте!
   -- Ну и что? -- холодно спросила Рявли.
   -- Как что? -- я замялась, -- Ну, как бы тебе сказать помягче...
   -- Я все время забываю про то, что ты -- Светлая, -- продолжила Рявли, -- Вы все время страшитесь выйти за рамки своих правил и законов. А как же тогда свобода? Например, свобода выбора, свобода любви?!
   -- Хм, -- я смешалась, -- Слушай, давай не будем переходить на классовые недопонимания и сосредоточимся на поисках Василисы!
   -- Окей, -- Рявли тут же утратила воинский пыл, становясь обычным дружелюбным существом, -- Только последний вопрос: я ему понравилась?
   -- Думаю да, -- успокоила я ее, и больше к этой проблеме мы не возвращались.
   Меж тем Василисин дух мы не обнаружили ни на этом этаже, ни на трех последующих, и я вконец отчаялась ее найти.
   -- Ну где же она может быть? -- недоумевала Рявли.
   -- Скорее всего, она затаилась в таком месте, где ее никто не ожидает обнаружить! -- кисло усмехнулась я, -- Например...
   -- В столовой! -- неожиданно щелкнула пальцами Рявли, -- Мы там обычно собираемся, но никому и в голову не пришло посмотреть, не спряталась ли где Василиса. А в нынешнем состоянии она способна забраться в какую угодно щель и может оказаться в абсолютно любом месте!
   Я представила Василису, сложенную в четыре раза и мирно полеживающую на верхней полке холодильника и недоверчиво хмыкнула.
   -- Все же стоит проверить, -- настаивала Рявли, -- Поверь мне, Саша, моя жизнь была дольше твоей и этаких экивоков я насмотрелась предостаточно!
   Так как я не поняла, что такое "экивоки", мне осталось только пожать плечами и согласиться.
  
   Вернувшись на первый этаж, в столовую, я обнаружила, что та гораздо больше, чем выглядит с первого взгляда. Рядом со стойкой, возле которой выдавали пищу, я приметила небольшую дверь и, вновь воспользовавшись родной отмычкой, легко отперла ее. За дверью располагалась кухня, по совместительству являющаяся и складом -- горы пищпродуктов, хранящихся в различных мешочках, шкафчиках и холодильниках перекрывали пути к всевозможным плитам, микроволновым печам и иным предметам неизвестного мне предназначения. Сзади мне послышалось какое-то чавканье, я стремительно обернулась и облегченно вздохнула -- Рявли с совершенно невинным видом жевала большое красное яблоко.
   -- Что, опять паранойя? -- сочувственно поинтересовалась она. Проигнорировав сие замечание, я с неуловимым ехидством в голосе поинтересовалась:
   -- Ну, и где ты предлагаешь ее искать?
   -- Ф холошильшике, -- прочавкала та с набитым ртом, -- Я пы ояшательно фыла ф нем!
   Ни капли не поверив ей, я открыла дверцу ближайшего холодильника, но Василисы там, естественно, не обнаружила. Не было ее и в остальных девяносто семи холодильниках, а так же ее не оказалось в различнейших шкафчиках, ящиках, посудомоечных машинах и мешках с крупами.
   -- Теперь-то ты убедилась?! -- выжидающе спросила я у Рявли.
   -- Нет, -- ответила та, бросив в рот горсть арахиса, -- Ты забыла проверить микроволновки!
   -- Ох, Рявли, похоже ты слишком долго сидела в психушке, -- вздохнула я и тут заметила, что одна из микроволновок не выключена. Поморщившись такой бездумной трате электроэнергии, я открыла ее и... обомлела. Внутри микроволновки, уменьшившись до размеров карандаша, возлежал Василисин дух в весьма открытом купальнике и медленно поджаривался.
   -- Так я наверняка получу ровный загар! -- заявила Василиса.
   -- Я была права, -- усмехнулась Рявли.
   -- В чем права? -- полюбопытствовало привидение, -- И вообще, кто вы такие, чтобы мешать моему отдыху?
   -- Э-э-э... Василиса? -- нерешительно произнесла я.
   -- Чего? -- огрызнулась та, внезапно увеличиваясь до нормальных размеров, -- Саша?! Что ты тут делаешь? -- тут она огляделась, -- А я что здесь делаю?!
   Я быстренько пересказала ей события минувших дней и Василисино лицо приобрело более осмысленное выражение.
   -- Значит ты -- Рявлюарлиодываи? -- обратилась она к Рявли, -- Очень приятно, а я, как ты уже догадалась, Василиса. А куда спряталась Катя?
   -- Она там, в пансионате, -- объяснила я, -- Если ты умеешь проходить сквозь стены, то это совсем недалеко!
   -- Я провожу, -- вызвалась Рявли, -- Следуй за мной!
   И они скрылись за поворотом.
   Вначале я решила последовать их примеру, а точнее вернуться в палату и как следует отоспаться, но по дороге домой мне дико приспичило в некое отхожее место, куда я и направилась.
   Данного места я достигла в считанные секунды, но, стоило мне открыть дверь служебного туалета, как знакомая рука толкнула меня внутрь сего помещения и зловеще добрый голос произнес:
   -- Опять ты здесь!
   -- Крокодил вернулся! -- попробовала съязвить я и сразу же об этом пожалела, так как сию же секунду почувствовала весьма ощутимый удар под ребра, сопровождаемый мягким укором:
   -- Я же предупреждал!
   Стиснув зубы, я ожидала продолжения, и оно не замедлило последовать: вервольф с размаху долбанул меня ребром ладони по шее и, вдобавок, пнул меня ногой под колено. Не стерпев такого обращения (хоть и ожидая его), я вытащила из рукава маленький ножик-бабочку и со злобной радостью вонзила его вервольфу в руку. Тот завопил и отпрянул от меня настолько, насколько этого позволяло узкое пространство сортира.
   -- Маленькая дрянь! -- выругался он, ощупывая раненую руку, из которой я в самый последний момент успела выдернуть лезвие, -- Ну все, пока, крокодил, до свидания, аллигатор, не забывай, пиши!
   -- Баста, карапузики! -- закончила я за него и приготовилась к очередной атаке. Но оборотень и не думал нападать, напротив, он стоял подбоченясь и презрительно усмехаясь.
   -- Думаешь, меня так легко достать, да?! -- наконец произнес он, -- Ошибаешься! Знай же, глупый Светлый энерг, что я никакой не вервольф, как ты решила своим слабеньким умишкой; я -- перевертыш!
   -- Ась-ась? -- не врубилась я, но постепенно до меня начало доходить. В школе энергов нам рассказывали о редких видах Темных, которых нам следует ОСОБО остерегаться, среди которых нам рассказали и о перевертышах. Обладая такими же функциями организма, что и ликантропы, они имели не две ипостаси человеческую и звериную), как все нормальные оборотни, а сразу несколько. По сути говоря, то существо, что стояло сейчас передо мной, могло быть абсолютно кем угодно, начиная от уборщицы, что по утрам выносит ночные горшки из палат, и заканчивая... Рявли?!
   -- Мучаешься, да? -- полуучастливо-полуехидно поинтересовался перевертыш, -- Кто я, да где ты могла меня видеть? Угадал?! Теперь-то ты понимаешь, как я вызывал паранойю у пациентов этой клиники?
   -- А зачем ты это делал? -- поинтересовалась я.
   -- В целях научного эксперимента, ну да это не важно, -- отмахнулся оборотень, -- Дело не в этом, а в том...
   -- В том, что любые оборотни после смерти принимают свой истинный облик, -- зловеще ухмыльнулась я, -- Проверим?!
   И я бросилась на него, как разъяренная тигрица, у которой жалкий человечишка отобрал последний кусок мяса. Однако же, к моему вящему неудовлетворению, перевертыш легко избежал сей скорбной участи, премерзко расхохотался и с оглушающе громким хлопком исчез в воздухе.
   -- Так он еще и колдун, геморрой тебя разбери! -- выругалась я и пошла искать Рявли. В туалет, если честно, мне уже расхотелось.
  
   -- То есть как перевертыш??? -- не поверила Рявли.
   -- А вот так, -- жестко сказала я, --К тому же он вызывает у психов паранойю ради какого-то научного эксперимента, хотя я не думаю, что его слова были более чем хвастовством!
   -- Перевертыш может быть кем угодно, -- заметила Рявли, никак не реагирующая на мою последнюю фразу, -- Даже тобой!
   -- Или тобой! -- огрызнулась я, -- Я-то точно не перевертыш, так как явилась сюда гораздо позже него. К тому же я собственными глазами видела этого оборотня, а не могу же я побить саму себя!
   Красноречивым доказательством сего были лиловые синяки у меня на спине и кровоподтек под коленом.
   -- Я тоже не перевертыш! -- запротестовала Рявли, -- Зачем мне саму себя искать!
   -- А чтобы никто не догадался! -- хмыкнула я, но, заметив в ее глазах возмущение, быстро добавила, -- Шучу, шучу! Думаю, нам следует обследовать весь персонал клиники; скорее всего, перевертыш находится среди них!
   -- Я считаю, -- начала Рявли, но тут вдруг резко запахло озоном, и перед нами совершенно бесшумно матерелизовались Марч, сияющая Василиса и Катя в очередном экстравагантном наряде. Оригинальность сего костюма состояла в том, что, наряду с вошедшим в обычай капюшоном, к платью прилагался вырез, длинной примерно до пупка, и два боковых разреза на юбке, начинающихся как раз там, где заканчивалось декольте. Все это одеяние было ярко-лимонного цвета и перехвачено махровым поясом с вышивкой.
   -- Надеюсь, на этот раз ты не будешь меня душить?! -- вот был мой первый вопрос к ней.
   -- Не буду, успокойся, -- ответила та, -- Я вообще не знаю, что это на меня тогда нашло! Может быть, действительно слишком много времени на ногах...
   -- Хорошо еще, что она не вздумала применять магию во время твоего удушения! -- рассмеялась Василиса, -- А то было бы здесь на одного призрака больше!
   -- Кстати о призраках: как ты себя чувствуешь, Василиса? -- заботливо повернулся к ней Марч.
   -- О, благодарю, прекрасно! -- улыбнулась та, -- Я чувствую себя такой живой!
   -- Раз так, то самое время возвращаться домой! -- жизнерадостно заметила Катя.
   -- Ну-у, думаю ты права... -- замялась я.
   -- В чем дело, Саша? -- строго спросила та, заметив мою нерешительность.
   -- Вообще-то я хотела бы остаться и помочь Рявли найти того оборотня, -- призналась я, -- Он здорово меня достал!
   -- Хм, -- Катька сменила гнев на милость, -- Примерно этого я и ожидала от тебя с твоим-то нездоровым чувством долга! Вот что: я оставлю тебе переходник и через недельку ты вернешься в Тсаолпри сама! -- с этими словами она протянула мне нечто типа пульта управления телевизором, только треугольной формы, -- Эту штуковину придумали в одном из миров с чрезвычайно развитой технологией, -- пояснила она, -- Чтобы попасть в какое-либо иное измерение, ты должна набрать код доступа и нажать вот эту красную кнопку -- тут же напротив тебя появится проход, который приведет в заказанное измерение. Я понятно выражаюсь?
   -- Пока -- да, -- согласилась я.
   -- Код доступа на Тсаолпри -- шестьсот девяносто шесть, -- телепатически, чтобы не услышали стоящие рядом Темные, сообщила Катька, -- Повтори!
   -- Шестьсот девяносто шесть, -- послушно повторила я.
   -- Смотри не забудь! -- предупредила Катька, -- Возвращайся не позднее, чем через семь дней и ни в коем случае не экспериментируй с полетами -- а то может случиться и такое, что застрянешь в докембрийском периоде с севшими батарейками в руках. Помню, в те времена, когда я была энергом... -- но тут она сделала рукой какой-то пасс, и они с Василиской бесшумно растворились в воздухе.
   -- Разве ты не последуешь за ними? -- обратилась я к Марчу.
   -- Вовсе нет, -- улыбнулся тот, -- Я прилетел сюда не из-за прощальной встречи, а из-за Рявли!
   -- Из-за меня?! -- охнула Рявли и смущенно зарделась.
   -- Конечно! -- кивнул головой сатир, -- Я хотел бы пригласить тебя в один вполне приличный ресторанчик, здесь в Демланде. Ты не против?
   -- Естественно, нет! -- обрадовалась та, но вдруг сникла, -- Но как я выберусь из психушки, не потревожив персонал клиники?
   -- Предоставь это мне! -- предложил Марч, -- Я все-таки маг и умею перемещаться в пространстве, а также перемещать других.
   -- О, тогда проблема решена! -- просияла Рявли.
   -- Да, но что ты оденешь? -- все еще не доверяя сатиру, я попыталась ее остановить, -- Не пойдешь же ты в ресторан в больничной робе!
   -- Какой же я забывчивый! -- вдруг хлопнул себя по лбу Марч, -- Спасибо, Саша, что напомнила! -- тут он повернулся к Рявли, держа в руках какой-то сверток, -- Надеюсь, я не оскорблю твои лучшие чувства своим скромным подарком!
   -- Что ты! -- краснея, сказала Рявли и развернула подарок, -- О...!
   Внутри свертка оказалось длинное вечернее платье, переливающееся серебристым цветом, и туфли из молочно-белого стекла (или похожего на него материала) на высоком каблуке.
   -- Какая прелесть! -- взвизгнула Рявли, прижав подарки к груди.
   -- А вдруг медсестры заметят, что тебя нет? -- предприняла я последнюю попытку отговорить ее.
   -- Вот для этого, Саша, и нужны такие надежные подруги, как ты! -- Рявли улыбнулась по-детски обезоруживающей невинной улыбкой и убежала переодеваться.
   Разочаровавшись в своих убеждательных способностях, я неприязненно взглянула на Марча. Тот, как мне показалось, смотрел на меня с насмешливой укоризной.
   -- Что я тебе такого сделал, Саша? -- вдруг услышала я его голос, -- Почему ты так неодобряешь мой союз с Рявли?
   -- Н-не знаю, -- растерялась я, -- А с чего ты это взял?
   -- Ну я же не слепой, вижу, как ты раздражаешься, стоит Кате, Рявли или кому-нибудь еще похвалить меня, -- резонно заметил сатир, подходя ближе, -- А как ты сегодня пыталась уговорить Рявли не идти со мной?!
   -- Извини, -- выдавила я из себя, но, так как это вышло не слишком искренне, огрызнулась, -- А какое тебе дело до того, что я думаю?
   -- Ну как же иначе! -- вкрадчиво сказал Марч, -- Ты -- подруга Рявли, и я должен знать почему я тебе не понравился: ведь если я не понравился тебе, я могу не понравится и другим ее друзьям! Скажи, может быть в прошлой жизни ты подверглась нападению кого-нибудь из моего вида и теперь опасаешься всех сатиров?
   -- Нэт, -- я решительно покачала головой, -- Нэ так все было!
   -- Хорошо, -- успокоено вздохнул Марч, -- А то твоя психика была бы безнадежно разрушена, и у меня не было бы никаких шансов подружиться с тобой!
   -- Знаешь, -- начала я и заткнулась. "Знаешь, у тебя и так нет никаких шансов подружиться со мной, потому что ты -- Темный, я -- Светлая, и ты мне совсем не нравишься!", -- хотела сказать я, но тут вернулась Рявли, переодетая в свое новое платье, так что я деликатно не стала оскорблять ее кавалера и цвет ее ауры в ее же присутствии.
   -- Ну мы пошли. До свидания, Саша! -- нет, на этот раз его улыбка точно была насмешливой!
   -- Еще увидимся, -- кивнула Рявли, обхватила Марча покрепче за руку, и они исчезли с громким хлопком, оставив после себя запах фейерверков, что отозвалось в моей больной головушке смутными воспоминаниями, которые, однако, скоро улетучились, поскольку в родной палате, куда я в данный момент направлялась, обнаружился еще один гость.
   -- Дарк?! Какого черта ты здесь делаешь?! -- возмутилась я, все еще обиженная на тот "невинный" прикол, который он и его друзья подстроили мне в начале поездки в Демланд, -- А ну изыди, демоническое отродье!
   Демон смутился, явно не ожидая от меня столь бурной реакции. Я сурово нахмурилась, тем самым показывая, что насчет словечка "изыди" я совершенно не шутила, однако, безупречный смокинг, одетый на Дарке, в сочетании с аметистово-сиреневыми рогами на голове выглядел настолько потешно, что я не выдержала и залилась своим обычным, несколько истерическим смехом.
   -- Привет, Саша, -- услышав мой гогот, Дарк несколько приободрился, -- Можешь не верить, но я прилетел извиниться!
   Эти слова вызвали во мне очередной приступ дикого ржания, так как демоническое лицо Дарка и слова об извинении сочетались между собой еще оригинальней, нежели его костюм и "прическа".
   -- Чего тут смешного? -- наконец обиделся Дарк, -- Я, между прочим, совершенно серьезно, хоть из-за этого и страдает моя репутация непорядочного демона! Я приехал извиниться за то, что тогда мы с друзьями так бесчеловечно подшутили над тобой! Я забыл, что даже самые невинные шуточки демонов людьми воспринимаются несколько болезненно!
   -- За такие шуточки в зубах бывают промежуточки! -- огрызнулась я, -- А извинения принимаются исключительно в денежном эквиваленте!
   -- Правда? -- огорчился Дарк, -- А жаль! Я-то надеялся, что приглашения в демландский ресторан будет вполне достаточно!
   -- Куда-а??? -- завопила я, неожиданно впадая в реальность, из которой на мгновение выпала, поверив было, что демоны, это тоже неплохие существа, -- Опять в ресторан?! Ты что, опять меня споить собрался?! Да ни в жизни!!!
   -- Саша, Саша, не спеши с выводами, -- остановил меня Дарк, -- Я же извинился за прошлый раз и хочу искупить свою вину, пригласив тебя в ресторан. Обещаю, ничего алкогольного, если только ты сама не захочешь!
   -- А как же остальные демоны, что прикольнулись надо мной? -- прищурилась я, все еще не доверяя Дарку, -- Они, что, извиняться не собираются?
   -- Нет, конечно, -- ответил Дарк, -- Ни один нормальный демон не унизит себя такой вещью, как приношение извинений совершенно незнакомому человеку!
   -- А ты тогда чего? -- я окончательно перестала понимать демоническую философию, -- Мы ведь тоже не особо знакомы!
   -- Знаешь такую пословицу: "Всякое доброе дело не остается безнаказанным"? -- усмехнулся Дарк, -- Спасение тебя было добрым делом, после него я почувствовал к тебе невольную симпатию, а, как говорит Катька, дружба с тобой -- сущее наказание для неподготовленного человека! Теперь поняла?
   -- Возможно, -- кивнула я, -- Я решила, что если ты сможешь раздобыть мне какой-нибудь приличной одежды, я пойду с тобой в ресторан хотя бы просто из вредности!
   -- Весьма необычный способ выражать вредность! -- усмехнулся Дарк, -- Сейчас вернусь!
  
   Примерно через полчаса, напялив на себя нечто среднее между красным вечерним платьем и военной формой (Дарк утверждал, что в Демланде только так и ходят) я крепко заперла за собой дверь отмычкой и нацелилась с Дарком в ресторан. Сначала я, естественно, ожидала подвоха, но вид местечка, куда мы направились, меня успокоил. Ресторанчик под названием "Дисторсия" чем-то напоминал те добротные голливудские фильмы, сделанные в моем мире -- те же фальшивые улыбки на лицах обслуживающего персонала, те же странные блестящие наряды, а, что самое главное, в "Дисторсии" отдыхали не только демоны, но и представители иных рас, в том числе люди мне подобные.
   -- Кажется, на этот раз ты меня не обманул, -- удовлетворенно сказала я Дарку и проследовала внутрь.
   Внутри было довольно много народу, но, как оказалось, Дарк заказал столик заранее, поэтому проблем с этим не было. Улыбающийся официант-демон подал нам меню и я уставилась в него, пытаясь разобраться в местных блюдах. К несчастью, все указанное было написано исключительно на демландском языке, поэтому я предоставила Дарку самому выбирать что заказать.
   -- Ну? -- осведомился тот, сделав заказ, -- Как тебе?
   -- Круто, -- честно сказала я, -- Но слишком много шика и напыщенности!
   -- Не спорю, -- согласился Дарк, -- Вообще-то этот ресторан предназначен для демонов-домоседов и туристов, но я решил, что если опять поведу тебя в место, где мне по душе, ты заподозришь неладное!
   -- Точно, заподозрю, -- кивнула я, -- А что ты подразумеваешь под сочетанием "демоны-домоседы"?
   -- Так я называю тех демонов, которые предпочитают существовать исключительно внутри Демланда, не выходя за его пределы, -- объяснил Дарк, -- Их легко отличить от демонов-путешественников по внешности -- чем короче рога, тем реже демон вылетает из Демланда!
   Я забыла сказать, что у самого Дарка рога были подобно рогам горного тура -- длинные, винтообразные, да к тому же окрашенные в сиреневый цвет, они гордо возвышались над головой, ясно давая понять, что родной Демланд этот демон навещает лишь в исключительных случаях.
   Тем временем я огляделась и обнаружила, что у всех демонов рога чем-то, но различаются. У одних на голове было нечто, напоминающее рога Дарка, других украшали витые бараньи кольца, третьи покачивали тяжелыми рогами типа коровьих и тому подобное.
   -- А почему у всех рога такие разные?
   -- Наследственность! -- усмехнулся Дарк, но меня этот ответ не порадовал -- какая может быть наследственность у демонов, которые размножаются с помощью похищения душ?!
   Тут я заприметила в углу ресторана какую-то необычную группу демонов. Одетые в длинные белые тоги, все они выглядели не старше пятнадцати лет, однако их рога, окрашенные в золотой цвет, готовы были посоперничать с украшением любого парнокопытного, виденного мной.
   -- Кто это? -- полюбопытствовала я. Дарк взглянул в направлении, указанном мной и едва заметно поморщился.
   -- Это -- сыновья Люцифера, -- ответил он, -- Специалисты по поиску заблудших невинных душ!
   -- Они тебе чем-то не нравятся? -- полюбопытствовала я.
   -- Да так, просто я чуть не стал одним из них, -- отмахнулся Дарк, явно желая переменить тему, но, увидев мою мученически вопрошающую физиономию, вздохнул и продолжил, -- Короче, когда человек становится демоном, он не сразу переходит под начало какого-нибудь главного демона, а в течение десяти дней выбирает хозяина. Так как перевоплощали меня сыновья Люцифера, то я считал естественным стать одним из них, к тому же по возрасту подходил, пока не наткнулся на демона, принадлежащего Ведьминому Пастырю. Он вкратце пересказал мне, что значит быть слугой Люцифера и мне крайне не понравилось услышанное. Представляешь, они ведут себя как монахи -- то нельзя, это нельзя... Не совсем, конечно, монахи, вернее очень даже не совсем, но, становясь демоном, махаешь рукой на достаточно многие вещи, чтобы пускаться на такие крайности! Ты понимаешь, о чем я толкую?
   Я вспомнила "совершенно невинную шуточку", разыгранную демонами надо мной и согласно кивнула.
   -- Так вот, -- продолжил Дарк, -- Стал я, конечно, Ведьминым Пастырем, что гораздо выгодней, поверь мне, но Люциферовы отродья от меня не отстали -- так у них не делается! Поняв, что заполучить меня не удастся, они принялись доставать меня при каждом подходящим случае, то есть совсем проходу не давать. Тогда-то я и решил, что лучше уж путешествовать по разным мирам, чем сидеть на месте и дожидаться подвоха. В принципе, я уж и забыл об их существовании, но они, как видно, обо мне не забыли... А зря! -- зловеще скрипнул зубами Дарк, наблюдая, как шестеро сыновей Люцифера отделились от общего столика и направились к нам.
   -- Дарк?! -- с нескрываемым удивлением сказал некий рослый сын Люцифера, чьи рога были обрамлены копной светлых волос, -- Не всех больных война убила!
   -- Смотрю я на тебя, Альгус, и думаю, что ты прав, -- ответствовал Дарк, даже не поворачивая головы в его сторону.
   -- Что, Ведьмин Пастырь, опять очередную ведьмочку пасешь? -- ехидно поинтересовалась малышка лет пяти.
   -- Не твое это дело, Емина, -- вздохнул Дарк, пригубливая вино, стоящее на нашем столике, -- Ох, не твое!
   -- Братья, похоже он нас игнорирует! -- возмутился очередной Люциферов сын, -- Может, напомнить ему о нашем существовании?!
   -- Вот сейчас начнется! -- негромко сказал мне Дарк, но по его напряженному голосу, я поняла, ЧТО начнется. Сейчас мне предстоит стать скромным наблюдателем разборки представителей двух разных видов демонов, которые, судя по их внешнему настрою, уже не раз забивали друг другу стрелку. Хм...да-а!
   Но скромным наблюдателем мне стать не получилось, потому как стоило лишь предводителю Люциферян сделать угрожающее движение в сторону Дарка, за его спиной как по команде возникла семерка рослых (а, главное, взрослых) демонов, настроенных явно недоброжелательно. Самый высокий и мощный детина абсолютно мерзопакостной наружности кивнул Дарку, затем положил свою тяжелую лапищу Альгусу на плечо, заставив последнего обернуться и побледнеть.
   -- Что же это ты, недоделок мелкий, к нам лезешь? -- совершенно спокойно поинтересовался он.
   -- Но... но... -- краем глаза заметив, что его товарищи, до этого сидевшие за столиком, благополучно смылись, Альгус попытался отпереться, -- Но я же не к вам обращался, а к Дарку!
   -- К нам, к нам, к кому же еще! -- усмехнулся детина, -- В своем разговоре ты упомянул, что он Ведьмин Пастырь, а какие же мы будем однокланники, если друг за дружку вступаться не будем? У нас ведь только вы, Люциферовы ублюдки, братьями кличитесь, а, чуть что, уползаете спасать свою гнилую шкуру и плевать вам на своих братьев и сестер. Так я говорю?
   -- Да-а! -- прохрипел Альгус, но, думается мне, не потому, что был согласен, а потому, что детина схватил его за горло и, подняв фута на два над землей, встряхнул так, что тот едва не вылетел из своей тоги.
   -- Ну раз я прав, то пойдем поговорим! -- ухмыльнулся детина, не слишком бережно опуская Альгуса на пол, -- А то не портить же это заведение!
   Сыновья Люцифера попытались было воспротивиться такому обращению, но, получив пару ласковых затрещин, покорно двинулись к выходу в ресторан.
   -- Кто это был? -- поинтересовалась я у Дарка, имея в виду того крупного детину, назвавшегося Дарковым корешом.
   -- Понятия не имею, -- пожал тот плечами, -- Но, судя по всему, Ведьмин Пастырь, как и я. Принадлежи он к другому клану, он бы и пальцем и не пошевелил, но внутриклановая ответственность за количество представителей у нас очень развита!
   -- Удобно! -- хмыкнула я, -- Хотела бы и я побыть демоном, чтобы за меня так при случае вступались!
   -- А что тебе мешает? -- миролюбиво поинтересовался Дарк, -- Душа у тебя, как я чувствую, абсолютно невинная, то есть убийств и тому подобных преступлений на тебе нет, а значит перевоплотиться в демона ты можешь в любое время, только попроси! К какому бы клану ты хотела принадлежать?
   -- Эй, эй, я просто пошутила! -- отмахнулась я от него, -- Мне пока и энергом быть неплохо!
   -- Ну как знаешь, -- пожал плечами Дарк, -- Но учти, после того, как ты кого-нибудь убьешь, доступа сюда тебе уже не будет, так что решайся лучше сейчас!
   -- Нет, -- решительно отказалась я. В этот момент двери ресторана снова распахнулись, и на пороге показались те демоны, что отцепили от нас сыновей Люцифера. Выглядели они довольными и нисколько не взлохмаченными, посему я невольно спросила Дарка, -- А не стыдно детей-то обижать, а?
   -- Да какие они дети! -- рассмеялся Дарк, -- Сыновья Люцифера только выглядят молодыми, а на самом деле большинству из них лет побольше чем мне. Просто демону-ребенку гораздо чаще доверяют душу, чем взрослому демону, вот Люцифер и придумал подарить своим слугам вечную молодость.
   -- И живут они тоже вечно? -- уточнила я.
   -- Облезут! -- хмыкнул Дарк, -- Вечной жизни не бывает! Уж если ее не придумали демоны, значит ее вообще нет!
   -- А жаль, -- призналась я, но тут прибыл официант с нашим заказом, и я с любопытством начала исследовать принесенную им пищу.
   Передо мной стояло два блюда, одно из которых, по всей видимости было мясным. Оно представляло собой большие белые шарики, политые каким-то красным соусом, находящиеся в окружении из тонких, почти прозрачных ломтиков неизвестного мне фрукта. Второе блюдо представляло собой салат из нарезанных на мельчайшие треугольники овощей, перемешанных с янтарного цвета ягодами и украшенного большими листьями, похожими на наш салат. Все это источало такой аромат, что мой рот незамедлительно наполнился голодной слюной, а желудок заявил о желании опробовать сию пищу.
   -- Что это? -- спросила я, подавив желание наброситься на еду, как автохтон из голодной деревни.
   -- Мясо виверна под соусом из красных альпиков и салат "Буцефал" с синатийскими ягодами, -- тоном знатока ответил Дарк, -- Ешь, не сомневайся, в чем-чем, а в кухне демоны всегда были знатоками!
   Я попробовала. Изумительно! Мясо виверна на вкус напоминало нежнейшего из омаров, а соус придавал ему незабываемую остринку и аромат; салат же поражал своей необычной свежестью и сочностью компонентов. Мы закончили есть, и Дарк щелкнул пальцами, показывая, что пора нести десерт. Вмиг появился официант с двумя внушительными кружками, полными какого-то обжигающе горячего напитка, и с большой корзиной чего-то, напоминающего коржики.
   -- Знаменитые демландские пирожки с голейским мясом и ревикой! -- порекомендовал Дарк, -- Очень советую!
   -- А в кружках чего? -- подозрительно спросила я.
   -- Нарпын, -- коротко ответил тот, -- Не бойся, не алкогольный!
   Я пригубила нарпын и осталась довольна. Описать его вкус довольно сложно, могу лишь сказать, что обнаружила в нем компоненты липы, ромашки и елового меда, впрочем, я могла и ошибаться -- составляющие этого напитка собирались в семи различных мирах. Пирожки также оказались отменного вкуса, похожие на наши пирожки с голубятиной, но с легкой кислинкой, только задающей тон этого весьма аппетитного блюда.
   -- Спасибо, -- с чувством поблагодарила я Дарка, отваливаясь из-за стола, -- Но, честное слово, если я съем еще хоть один пирожок, то не дотащусь до своей палаты!
   -- Да не за что! -- улыбнулся Дарк, -- Это же вроде расплаты за тот прикол!
   -- Да, но это наверняка стоит кучу денег! -- заметила я, -- И тебе не жалко?
   -- Демоны не такие скупые, как об этом твердят в народе! -- усмехнулся Дарк, -- К тому же не думаешь же ты, что путешествуя по мирам, я остаюсь неплатежеспособным?!
   Я вспомнила, какие офигительные деньги мне платят в Тсаолпри только за то, что я есть, и решила, что понятие "куча денег" в моем мышлении надо слегка подкорректировать.
   -- Все равно спасибо, -- сказала я. Мы поболтали еще о некоторых интересных вещах, в том числе и моих продвижениях по делу Василиски и приключениях, связанных с перевертышем; но тут я нечаянно взглянула на гротескные часы, висевшие на входе в ресторан и обнаружила, что стрелка медленно придвигается к тому месту, где размещается цифра семь, -- Ой-ой, мне уже пора! Сейчас придет медсестра, заметит, что ни меня, ни Рявли нет, и поднимет истерику!
   -- В таком случае нам действительно пора! -- Дарк вышел из-за стола, взял меня за руку и начал бочком пробираться к черному ходу.
   -- Но ты же не заплатил! -- возмутилась я.
   -- Вот это-то и есть самое забавное! -- ухмыльнулся Дарк, -- Главное, не приходить в одно и то же заведение два раза!
   -- Эй, куда ты собрался? -- окликнул его хозяин ресторана, что-то заподозрив.
   -- Спасибо, еда была отменная! -- шутливо поклонился Дарк, и мы перенеслись обратно в коридоры психбольницы, очутившись прямо перед носом не ожидавших ничего подобного Рявли и Марча.
   -- Ну вот ты и пришла, -- тихо сказала Рявли и немедленно возмутилась, -- Где ты шлялась?! Между прочим, ты должна была охранять мои тылы от медсестер, а вместо этого я тебя тут битый час дожидаюсь! -- тут она перевела глаза на Дарка, скромно стоящего в сторонке, -- А это кто такой?!
   -- А, это мой приятель Дарк, -- познакомила я их, -- Знакомься, Дарк, это Рявлюарлиодываи и профессор Маричевски, те Темные, которым я помогаю в поисках того перевертыша, ну я тебе рассказывала, да?
   -- Друзья Саши -- мои друзья, -- вежливо произнес Дарк заученную формулировку, но Рявли и Марч совершенно не отреагировали на сие приветствие; напротив, они стояли ошарашено разинув рты и переводя взгляды с меня на Дарка.
   -- Вы... вы демон? -- наконец выдавил из себя Марч, -- Свободный демон?
   -- Ведьмин пастырь, с вашего позволения, -- в тоне самого Марча ответствовал Дарк, -- Профессионал одной из высших квалификаций!
   -- Ну ты даешь, Саша, -- Рявли вдруг что было силы хлопнула меня по плечу и рассмеялась, -- Подружиться с настоящим демоном и еще возмущаться по поводу нашей с Марчем видовой несовместимости!
   -- Да, но что тут такого? -- смущенно спросила я, но тут до меня дошел скрытый смысл восклицания, и щеки мои немедленно покраснели, -- Эй, мы не в этом смысле друзья! Мы... мы просто иногда разговариваем и вообще...
   Что было "вообще" мне так и не удалось сказать, потому что я обнаружила на лицах Рявли и Марча такой приступ новой волны изумления, что решила заткнуться -- как бы у них, бедных, сердечный приступ не случился от такого шока.
   -- Ты дружишь с демоном и не разу не...? -- как и положено настоящему джентльмену, Марч не закончил неприличную фразу, но всем все равно было ясно, на что он намекал.
   -- Конечно нет! -- тут уже настала Даркова пора возмущаться, -- Что же нам, и поговорить по человечески нельзя?! Я ж не инкуб какой!
   -- Ты и с инкубами знакома??? -- резко повернулась ко мне Рявли.
   -- Вообще-то нет, -- замялась я, -- Но мой личный демон Крошка...
   -- Та-а-ак, -- зловеще протянула Рявли, -- Всю жизнь я думала, что Светлые -- это такие невинные ангелочки с гигантским кодексом законов и детским желанием изменить мир к лучшему; а Темные стремятся к свободомыслию, потому я всегда была за них... И что же выходит на самом деле?! Похоже, что Светлые такие тихони только потому, что за первые жизни ТАК нагуливаются, что потом уж и смотреть не хочется! Верно я говорю?!
   -- Ну, положим, Светлые не такие уж тихони, -- едва слышно проговорила я, понимая, что увязаю в этой неразберихе все больше и больше, -- Но...
   -- Смотрите! -- вдруг вырвался вперед Дарк, тем самым спасая меня от безнадежного мямлянья, -- Вервольф!!!
   Все, как по команде повернули головы в ту сторону, что указывал демон, и наконец-то увидели виновника всех беспокойств (я же его видела не в первый раз, поэтому нисколько не усомнилась в его личности).
   -- Держите его! -- завопила Рявли, выскакивая на видное место. Перевертыш оглянулся, побледнел, как волк-альбинос и, издав протяжный вой, бросился прочь. Мы, естественно, устремились за ним.
  
   Похоже, что оборотень совершенно не умел удирать от погони: превращаться в различных существ -- пожалуйста! -- вызывать паранойю -- запросто! -- но вот бегать от разъяренной Рявли ему еще не приходилось, так что та настигла его в считанные минуты.
   -- Попался, перевертыш! -- радостно завопила она, выкручивая тому руки за спину.
   -- Ай-ай-ай! -- завизжал вервольф, -- Позвольте, но я никакой не перевертыш!
   -- Поздно изворачиваться! -- усмехнулась я, -- Ты меня бил, я таких садистских гадов я точно не забываю!
   -- Да я тебя в первый раз вижу! -- возмутился оборотень, -- Признаюсь, я тайком попал сюда, признаюсь, это был самый действенный способ сбежать от остальных, но Я НЕ ПЕРЕВЕРТЫШ! Может быть, настоящий перевертыш превращался в меня, поэтому я вам так знаком!
   Пока мы, развесив уши, слушали сию тираду, вервольф изловчился, выдернул одну руку из цепких объятий Рявли и, больно укусив ее за плечо, бросился куда подальше. Однако, далеко бежать ему не пришлось: Марч и Дарк, быстрые, как два взбешенных единорога, схватили его за ноги и резко дернули на себя. Оборотень упал, разбил себе нос и дико взвыл.
   -- Ну все, до свидания, аллигатор, пока, крокодил, не забывай, пиши! -- в припадке чувств высказался Марч, -- Каюк тебе!
   -- Ага!!! -- меня внезапно осенило, словно в моем мозгу зажглась маленькая лампочка, -- Так вот оно что!!!
   Все, как один повернулись и непонимающе уставились в мою сторону.
   -- Ты чего, Саша?!
   -- Отпустите этого несчастного вервольфа! -- властным голосом потребовала я, -- Это не перевертыш!
   Дарк подошел ко мне и заботливо пощупал мой лоб.
   -- Вроде, температура нормальная, -- сообщил он присутствующим, -- Что это с ней?
   -- Я здорова! -- огрызнулась я не хуже вервольфа, -- Я не ПРЕДПОЛАГАЮ, что пойманный нами субъект не перевертыш, я ЗНАЮ это!
   -- Но откуда? -- в недоумении спросила Рявли.
   -- Элементарно, дорогая Рявли! -- вспомнив знаменитую в моем мире книгу про Шерлока Холмса, я заложила руки за спину и принялась ходить по коридору, меряя его длинными шагами, -- Первые подозрения возникли у меня, когда я обнаружила, что Катя перемещается в пространстве абсолютно бесшумно, а Марч с громким хлопком -- точно так же делал и перевертыш. Смутные ассоциации возникали у меня и тогда, когда я слышала голос Марча и его манеру общения, но последним звеном в этой цепи стало то, что Марч сегодня неосознанно произнес свою любимую фразу: "до свидания, аллигатор, пока, крокодил, не забывай, пиши", а до этого я слышала данную фразу только из уст перевертыша! Все, дело раскрыто и пересмотру не подлежит!
   Закончив сию длинную речь и ожидая восторженных возгласов аудитории, я обнаружила, что и Дарк, и Марч, и Рявли, и даже вервольф смотрят на меня с таким видом, словно я только что пыталась объяснить марсианину, что его нет и быть не может.
   -- Ну ты хватила, Саша! -- наконец высказался Дарк, -- Такого я даже от тебя не ожидал!
   -- С чего ты взяла, что я -- перевертыш? -- проговорил Марч, -- Подумаешь, двое людей одинаково выражаются!
   -- Даже мне предъявили более достойное обвинение! -- вторил им вервольф.
   Но Рявли смотрела на меня так, словно на нее снизошло озарение.
   -- Я все поняла, Саша, -- наконец сказала она, -- Тебе так не нравились мои отношения с сатиром потому, что ты невольно сравнивала его с перевертышем. Так ведь? Ну ничего, сейчас я тебе докажу, что никакой он не перевертыш! -- заявила она, направляясь к Марчу, -- Моя мать, Амилоукорри, одна из самых сильных Темных магов, научила меня одному приемчику по распознаванию перевертышем и других оборотней. Смотри! -- и с этими словами она обвила Марча сразу всеми шестью руками и крепко поцеловала в губы; после чего с ним случилось то, что я буду помнить все оставшиеся жизни.
   Сначала он превратился в того самого вервольфа, которого мы заловили (настоящий вервольф давно сбежал) и глухо завыл, потом он оборотился в гигантское склизкое чудище и хрипло зарычал. После парочки неудобопечатных перевоплощений он стал птицей и попытался улететь, но рука Дарка, перекрывшая ему путь на свободу, заставила его вновь обернуться сатиром, смущенным и тяжело дышащим.
   -- Извини, -- пробормотал он, обращаясь к Рявли.
   -- Да пустяки, -- ответила та, -- Ты же не виноват, что родился перевертышем! К тому же я давно подозревала, что ты -- это он и хотела проверить свои догадки. Однако, тебе придется отправиться со мной в Айсфаал и ответить на кой-какие вопросы! -- с этими словами она повернулась ко мне, -- Подожди меня, Саша! Через пару дней все выясниться, и я вернусь и сообщу тебе подробности!
   -- Я подожду, -- кивнула я. Рявли улыбнулась, достала переходник, похожий на мой, набрала какой-то код и они с Марчем растворились в сияющем провале пространства.
   -- А тебе за это время, -- обернулся ко мне Дарк, -- Я настоятельно советую выписаться из психушки и подыскать себе на эти два дня гостиничный номер со всеми удобствами!
   -- Неплохая идея! -- улыбнулась я.
  
   Спустя два с половиной дня, находясь в полном обмундировании (в нормальной человеческой одежде и с Оникудаки за спиной) я с нетерпением бродила по номеру, снятому для меня Дарком и ожидала Рявли, с минуты на минуту готовую вернуться из Айсфаала, мира Темных.
   -- Блин, ну где она там застряла?! -- ворчала я, -- Сколько еще времени прошло?
   -- Ровно пять минут с тех пор, как ты в последний раз задавала этот вопрос, -- взглянув на часы, ответил Дарк. Демон, в отличие от меня, был совершенно спокоен; он сидел в большом кресле, потягивал очередной крепкий напиток и задумчиво посматривал в окно. Я уже подумывала, не удушить ли мне его со скуки, как в комнате знакомо запахло фейерверками и посреди нее с грохотом появились Рявли... и Марч!
   -- А он-то что здесь делает?! -- возмутилась я, -- Его что, оправдали?
   -- Конечно, -- кивнула Рявли, -- Марч, как оказалось, выполнял секретное задание Темных магов по изучению неадекватной реакции человеческой психики -- да и то, эксперименты проводились только над безнадежно больными Темными. Светлых это дело не касалось.
   -- Пока я, как всегда, не попалась под руку, -- заключила я.
   -- Извини, Саша, -- смущенно сказал Марч, -- Видишь ли, я не обладаю способностью видеть ауры, поэтому полагался исключительно на свой инстинкт! Знаете, есть такой способ определения человека по походке...
   -- Знаю, знаю, -- оборвала я его, вспомнив Ванькины нравоучения, -- Только чушь все это, как мне говорили! Я тоже пробовала так определять людей, и даже правильно определила, но, скорее всего, это была исключительная случайность.
   -- Думаю, ты права, -- согласился Марч, -- Человек, которого посвящали среди Светлых, не может быть Темным, только если его не посвящал Темный маг, перешедший на Светлую сторону; но и тогда ты могла бы оказаться Темной только в самом крайнем случае. А тебя, ведь, посвящал Светлый, не так ли?
   -- Конечно! -- фальшиво улыбнулась я, вспоминая, что Катька-то и есть Темная. Да-а-а...
   -- Ты забыл сказать самую главную новость! -- вдруг ткнула Рявли перевертыша под бок.
   -- Точно, -- кивнул тот, -- Саша, хм... Видишь ли... Когда Рявли поняла, что я не специально ее обманывал...
   -- Мы поженились! -- радостно выпалила Рявли, крепко прижимаясь к Марчу, -- Как тебе это?!
   -- П-поздравляю, -- чуть запнувшись, промямлила я. Такого я от них на сто процентов не ожидала!
   -- Я бы пригласила тебя на свадебный банкет, но, боюсь, это отобьет весь аппетит у человека, коим ты являешься, -- продолжила Рявли, -- Видишь ли, это будет вечеринка со стриптизом, причем стриптиз будет показывать сама еда незадолго до употребления. Теперь понимаешь, почему я не хочу тебя приглашать?
   -- Гм, -- я сглотнула, -- Желаю вам хорошо повеселиться!
   -- Спасибо, -- хором поблагодарили молодожены.
   -- Эй, а меня вы пригласить не хотите? -- вдруг подал голос Дарк, -- Я-то к таким зрелищам привычен!
   -- Мы будем очень рады твоему присутствию! -- ответил Марч, -- Подумать только, свободный демон на вечеринке Темных!
   -- Да, редко мы вас балуем, -- проворчал Дарк, но Марч уже взял его за руку и они вместе с Рявли шагнули в иной мир.
   "Ну, и мне пора!" -- бодро решила я, достала переходник, набрала код "девятьсот шестьдесят девять", шагнула в образовавшийся портал, и... и сразу же поняла, что запоминала код доступа, как всегда, не головой, а задницей.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

* * *

   Я огляделась по сторонам и тяжело вздохнула. Меня окружал очень густой туман, плотный, словно кисель, но все равно сразу было понятно, что очутилась я не в Тсаолпри. Я стояла на равнине, покрытой густой зеленой травой, справа от которой темнел лес, а слева что-то журчало, по-видимому река.
   -- Шестьсот девяносто шесть, а не девятьсот шестьдесят девять, дурья моя башка, код-то был! -- вслух выругала я себя и попробовала переставить на пульте место прибытия. Не получилось. Я достала батарейки и, тщательно осмотрев их, пришла к выводу, что те сели. Ну, как всегда, вовремя!
   Я обнаружила у себя за спиной камень, поросший бурым мхом, села на него, и тут только до меня дошло мое отчаянное положение. Я застряла в неизвестном мире, находящемся где-то на заре цивилизации (иначе воздух здесь не был бы таким чистым); да и неизвестно есть ли здесь люди и люди ли это вообще. У меня не было ни малейших представлений о том, чем здесь питаться, а уж о том, чтобы кто-нибудь из наших меня нашел и разговору не было.
   -- Ой, мама, -- пробормотала я, доставая меч и начиная им поигрывать, -- Что ж мне делать-то?
   "Предлагаю покончить жизнь самоубийством", -- раздался в моей голове резкий голос, напоминающий звон металла о стекло, -- "Так все делают!"
   Я сразу же вскочила и огляделась по сторонам, но никаких признаков жизни в этом тумане заметно не было.
   "Померещилось", -- подумала я, снова опускаясь на камень, -- "Да и кто бы это мог быть?"
   "Я."
   -- Кто это "я"? -- уточнила я, силясь разглядеть чей-нибудь силуэт на фоне леса.
   "Оникудаки."
   Я с таким видом уставилась на меч, будто он только что отрастил крылья и собрался улетать. Однако меч лежал в моих руках как и раньше, и ни рта, ни еще какого-нибудь отверстия для произношения слов у него не появилось.
   -- Как ты со мной говоришь?
   "Телепатически."
   Я с трудом подавила желание выбросить меч куда подальше и убежать отсель.
   -- Почему раньше ты со мной не разговаривал?
   "А ты и не спрашивала", -- меч мысленно пожал плечами, -- "Мы вообще редко встреваем в разговоры хозяев, но тут ты словно специально достала меня из ножен и задала вопрос, а так как отвечать больше было некому, я счел, что он адресован мне."
   -- Хм, -- я повертела в руках Оникудаки, -- И что, все мечи разговаривают?
   "Нет, только те, что сотворены из живого металла."
   -- То есть как?!
   "В мире, откуда я родом", -- ответствовал Оникудаки, -- "Единственное разумное существо -- это сама планета, а все твари, бродящие по ней, начисто лишены логического мышления и подчинены одним лишь инстинктам. Но если от той планеты отколоть кусочек, он будет жить собственной разумной жизнью, о чем и прознали Светлые, получая в тех местах серебренную руду. Весь металл, что есть во мне, разумен, поэтому я понимаю тебя, а ты, как ни странно, меня."
   -- Я-ясненько, -- протянула я, -- Так что ты там говорил о способности выбраться отсюда?
   "Ты должна покончить жизнь самоубийством", -- объяснил меч, -- "Большинство многожизненных, точнее Светлых или Темных, как вы себя называете, поступают именно таким образом, оказавшись в безвыходном положении."
   -- Может, мое положение не такое уж и безвыходное! -- огрызнулась я, -- Не буду кончать жизнь самоубийством, и все! Пусть уж лучше пару десятков лет тут поживу, чем собственноручно убью себя!
   "А жаль", -- вдруг сказал меч более оживленным голосом, -- "Представь себе, какое это ощущение, когда холодная сталь меча пронзает в твое сердце насквозь и выходит, обагренное тяжелыми каплями теплой крови..."
   Тут я обнаружила, что мои руки крепче сжали меч и непроизвольно направили его лезвие мне в грудь. Я попробовала отбросить Оникудаки, но ничего не вышло, и холодное серебро медленно коснулось моей кожи.
   -- Эй, эй! -- заорала я, -- Полегче там! Брось эти шуточки, кому сказано! Ты, вроде как, слушаться меня должен!
   "Ничуть", -- безапелляционно заявил Оникудаки, -- "Сначала ты должна оправдать мое имя!"
   -- Как это?
   "Ну, меня же зовут Победитель Демонов", -- гордо ответил Оникудаки, -- "И пока я в твоих руках не одержу победу хотя бы над парочкой демонов, настоящим хозяином ты мне не станешь!"
   -- Но если ты сейчас убьешь меня, как же я помогу тебе убить демонов? -- резонно оправдалась я.
   "Хм-м", -- задумался меч, -- "Никак. Но все равно, ты не устраиваешь меня, как хозяин, так что я лучше уничтожу тебя и подожду, когда меня поберет деловой человек!"
   -- А может не надо? -- робко сказала я.
   "Я не буду слушать тебя, пока... пока камень не заговорит!" -- резко прервал мои жалобы Оникудаки.
   "Ну-ну!" -- высказался камень.
   Меч удивился настолько, что утратил контроль над моим сознанием, а я, в свою очередь, выпустила его из рук и резко вскочила.
   -- Что??? И вы разговариваете?!
   "Ну да", -- ответил камень, -- "Правда я, в отличие от мечишки-то твоего вовсе не часть земли разумной, а опосля лишь дух, ну навроде дриад и нереид там, что в сумраке гулянки устраивают. Усекаешь?"
   "Ты нас подслушивал?!" -- возмутился Оникудаки.
   "Ну токмо самую малость", -- кивнул камень, -- "И думается мне, что поспешаешь ты с ее душегубством. Пользы-то, окромя она преставится, не будет, помысли! Валяться тебе опосля гдей-то годков сотню у сырой земле без подрыгов, ржаветь по-тихому, да и не мыслить, что какой человече тебя найдет, а?"
   "Бр-р-р-р!" -- поморщился меч, -- "А что, тут так редко бывают люди?"
   "А токмо вы за опоследний век-то и забредали", -- охотно сообщил камень, -- "Эвона как! Одесную-то омут Русалочий, а полевее лес Темный, где уж тут душеньке человечьей пошлендать-то!"
   "Хм..." -- задумался Оникудаки, -- "Тогда, Саша, я не буду тебя убивать; возьми меня и донеси до ближайшего населенного пункта, где я смогу попасться на глаза кому-нибудь иному, нежели камням и деревьям."
   -- Да щас, разбежался! -- съязвила я, слушая их телепатическую беседу, -- Нашел дурака, тоже мне! Оставлю-ка я тебя тут разлагаться до скончания веков, нужен ты мне больно!
   "Ох, промахиваешься ты, человече", -- возразил камень, -- "Без доброго мечишки в Темном лесе враз сгинешь, аж пикнуть не поспеешь, особливо одна-одинешенька-то. Без хорошего меча в нонешнее время как без рук!"
   -- Другой найду! -- отмахнулась я.
   "Где, интересно?" -- ехидно подначил Оникудаки, и я была вынуждена признать, что в тех местах, где он не найдет подходящего человека, я не найду подходящего меча и подавно.
   -- Ладно уж, -- пробурчала я, поднимая меч и аккуратно вкладывая его в ножны, -- Но как пройдем лес, сразу выкину тебя к чертовой матери!
   "Кто еще кого выкинет!" -- огрызнулся Оникудаки.
   "Нет, нет, нет по таковски дела не делаются!" -- вмешался камень, -- "Ежели вы так собачиться будете, никоей спайки у вас не вылезет. А должны вы сотворить присягу, да не простую, а на крови, про такую, что пущай за три года ущербу друг дружке не содеете."
   -- Как это "на крови"? -- полюбопытствовала я.
   "Ты должна порезать себе руку и обагрить мое лезвие своей кровью", -- объяснил Оникудаки, -- "Это как бы сделает нас кровными братом и сестрой и обяжет не причинять друг другу вреда."
   "А ежели кто расстроит присягу-то энту уздеся, в Аорти, то сгорит сей лжеприсяжник синим пламенем", -- закончил за него камень.
   -- Хм... Я согласна принести такую клятву, -- чуть помедлив, кивнула я, поскольку в ближайшее время нарушать ее мне не светило -- меч был нужен.
   "Я тоже", -- помедлив, ответил Оникудаки.
   -- Только не оттяпай мне руку, прежде чем мы произнесем клятву! -- предупредила я.
   "За кого ты меня принимаешь?!" -- возмутился меч. Пожав плечами, я осторожно вытащила его из ножен и сделала себе небольшой надрез на ладони левой руки. Моя родная кровь закапала на лезвие Оникудаки, мгновенно впитываясь, словно тот был выкован не из серебра, а из губки.
   "Увсе, таперича вы побратимы", -- заключил камень, -- "И цапаться боле не уможете!"
   "Так уж и быть", -- проворчал Оникудаки, -- "Может, ты еще и дорогу до ближайшего поселения нам укажешь?!
   "А что ж не выказать-то", -- согласился камень, -- "Ступайте к Темному лесу, тамотя вы улучите малость тропок. Йдите по энтой, коя с обоих краев вереском обросла, не то супротивные-то в болото заведут иль куды попоганее!"
   -- Спасибо, -- поблагодарила я камень, и мы с Оникудаки двинулись по указанному направлению.
  
   Тропинка, поросшая вереском, почти сразу же попалась мне на глаза и я двинулась по ней в самую чащу, гадая, что за опасности могут ожидать меня в лесу.
   "Никаких опасностей, скорее, обычный джентльменский набор", -- "успокоил" меня Оникудаки, -- "Дикие звери, лешаки, водяные, злые лесные духи, птицы-мясоеды, гарпии, лесные драконы и прочая чушь."
   -- Ага, для тебя это, конечно, чушь, -- поморщилась я, -- А вот мне все эти миленькие зверюшки представляют реальную опасность!
   "Расслабься!" -- мысленно отмахнулся Оникудаки, -- "Со мной в руках ты практически в безопасности!"
   -- Насколько "практически"? -- ехидно уточнила я.
   "Если мне встретится меч из моего мира, созданный раньше меня, я не смогу его победить", -- сообщил Оникудаки, -- "А насчет всего остального -- пожалуйста!"
   -- Ты меня успокоил, -- вздохнула я. Чтобы здесь появился второй разумный меч, должен появиться и его Светлый хозяин, а раз он явится, драться на мечах я с ним не буду, а только попрошу вернуть меня в родной Тсаолпри. Жаль, что пока такой встречи явно не предвидится!
  
   Мы шли уже довольно долго, наступили сумерки и на месте разошедшихся облаков на небо выплыли две маленькие красноватые луны, окруженные незнакомыми созвездиями. Сразу же резко похолодало и сделалось жутенько -- далеко за деревьями завыли волки, раздался какой-то мрачный хохот, а один раз мимо пролетела кровожадная летучая мышь, по счастью сочтя меня слишком труднодоступной добычей.
   "Предлагаю остановиться и развести костер", -- посоветовал Оникудаки, -- "Так будет теплее, ведь вы, люди, такие мерзлявые, а также огонь отпугнет диких зверей."
   Подумав, я поступила так, как советовал меч -- не зря в школе энергов меня учили разводить костер без спичек и зажигалок, а только благодаря подручным материалам -- и сразу же стало легче; огонь весело пылал, потрескивая и разгоняя тени, которые уже дошли до той черты, когда перестают быть мрачными наваждениями и становятся явью.
   Я уже было начала засыпать, как очнулась от того, что чья-то ледяная рука опустилась мне на плечо.
   "Гхм", -- суховато кашлянул мой меч, -- "Похоже у нас гости!"
   Я резко вскочила, держа Оникудаки наготове, обернулась и... замерла в восхищении. Передо мной стояли одни из наикрасивейших созданий виденных мной в этой жизни. Юноши и девушки, одетые в тонкие газовые одеяния; у них были нежно-ореховый и медовый цвета кожи, зеленые глаза всех тонов и нюансов и буквально шелковые волосы, легкие, как пух, каштановые, черные, красноватые или кремово-белые с черными прядями. Голоса их звенели, точно ветер в кронах деревьев, и шуршали, словно опавшая листва.
   -- Кто вы?
   -- Дриады мы, духи деревьев лесных! -- прошелестела одна девушка с шоколадного цвета кожей и вишневого цвета волосами, ниспадающими до земли, -- Ольхой величают меня! А как твое имя, о, дева с мечом, что серебрится в свете двух лун? Ты человек или нет, или дух ты? Ответь же, прошу тебя!
   Я заметила, что Ольха разговаривает со мной белыми стихами и попыталась ответить ей в том же стиле:
   -- Отвечу, что я человек, и "Саша" родители имя мне дали, и я...
   -- Ты человек? -- недоверчиво перебил меня юноша с дубовыми листьями, запутавшимися в волосах, -- Но ведь имя твое совсем не похоже на то, как отпрысков люди своих называют! И говорить ты умеешь как мы, на слоге великом, красивом и складном! Скажи же, откуда ты?
   -- Из мира иного, -- попыталась объяснить я, -- Зовется Тсаолпри...
   -- Она иномирка! -- восхитилась кудрявая малышка, голую грудь которой украшали грозди спелой рябины, -- Тогда не подвергнем тебя мы убийству!
   -- Конечно, Рябинка! -- поддержал ее очередной дриад, -- Ведь это же честь для нас, новая гостья из мира иного! Мы рады тебе, словно сестры и братья!
   -- И я очень рада вам, счастлива видеть прекрасных созданий рожденных из древа! -- успокоено произнесла я и вложила Оникудаки в ножны.
   -- Сегодня мы пир порешили устроить, -- сообщила мне Ольха, -- Прошу же тебя, наша новая гостья вкусить с нами яства и вина за честь Диониса, великого бога! Ведь ты не откажешь нам?
   "Соглашайся", -- прошипел Оникудаки в моем мозгу, -- "Иначе они могут и передумать насчет "не подвергнем убийству!"
   Я вздрогнула и поспешила согласиться:
   -- Как же мне можно?! Конечно останусь я с вами и праздновать буду на пире во славу прекрасного бога!
   -- Тогда попрошу направляться за нами, -- кивнула Рябинка и мы двинулись вглубь леса.
  
   Через пару минут ходьбы, увлекаемая дриадами, я вышла на огромную поляну, залитую светом лун. На ней уже собрались сотни дриад, смеющихся и весело переговаривающихся в ожидании празднества. Увидев меня, они приветливо улыбались и постоянно предлагали какие-нибудь напитки, например, березовый сок с кленовым сиропом. Я, конечно, не отказывалась, так что вскоре дриады, ободренные моим энтузиазмом, завалили меня всяческой снедью, как то: лесными орехами, жареными каштанами и тому подобным.
   -- Скажи мне, зачем же еда вам вся эта? -- спросила я у Ольхи, -- Неужто вы пищей зовете плоды свои, людям подобно?
   -- О, нет же, конечно! -- рассмеялась та, -- Питаемся мы лишь водою и солнцем! Но приведет к нам Бассарей Великий спутниц своих менад и сатиров! Вино они нам отдадут из рук в руки, взамен мы одарим их яствами леса.
   -- А сам Дионис будет пробовать пищу?
   -- Естественно, Саша! -- ответила дриада, -- А как же иначе? Ведь в облике вашем, людском он придет к нам! Вот, кстати, он! Овен скор на помине!
   Я повернулась в сторону, в которую указывала Ольха, и поразилась масштабности открывшегося мне зрелища.
   Впереди процессии бежали две полуобнаженные менады-воительницы со спутанными волосами; на поясе каждой из них бряцало по мечу. Далее следовала целая толпа сатиров, очень похожих на одного знакомого мне, однако с более миндалевидным разрезом глаз и очень вытянутым лицом. Они катили бочки с вином. После них, скромно потупив взгляд, шествовал сам Дионис, облаченный в ослепительно-белую тогу и украшенный венком из виноградной лозы. В одной руке он держал чашу с вином, в другой жезл, обвитый плющом. За ним попятам следовали пятьдесят юных вакханок, приплясывающих на ходу и выкрикивающих: "Вакх, Эвое!". Шкуры пятнистого оленя, прикрывающие их тела, были увиты плющом и лозой и подпоясаны задушенными змеями; в руках у них были такие же жезлы, как и у Бромия. И замыкал шествие толстый и до крайности пьяный силен, сидящий верхом на сером ослике и потягивающий вино их огромного меха.
   Заполнив всю поляну процессия остановилась, Дионис вышел вперед и подошел к наистарейшему дриаду -- раскидистому дубу, растущему в самом центре.
   -- Опробуй вина, о Старейшее Древо! -- мелодичным голосом произнес юный бог, обильно поливая корни дерева жидкостью из чаши. Земля мгновенно впитала вино и старческий голос, похожий на скрип сучьев на ветру, произнес:
   -- Воистину, Овен, на славу вино удалось тебе сделать! Велик и могуч Бромий, Бог-Виночерпий! Не медли, отведать сей влаги и детям моим предложи и менадам. И пусть же прольется рекою на землю вино и пусть груды плодов ублажают прибывших с тобою!
   -- Спасибо за доброе слово, Старейший! -- ответил Бассарей, затем повернулся и оповестил всех окружающих, -- Вперед, дозволяю откупорить бочки!
   И что тут началось! Вакханки и дриады, разбросав сатиров в стороны, с визгом и воплями ринулись на бочки, выбивая им днища в избытке чувств; и вино действительно полилось рекой, уже не впитываемое щедро насыщенной землей. Пробегавшая мимо Рябинка сунула мне в руки кубок из березовой коры, доверху наполненный вином и пару гроздьев винограда. Я пригубила вино, оказавшееся великолепным, однако, помня произошедшее в Демланде, решила не торопиться с выводами и пить сей крепкий напиток осторожно.
  
   Примерно через три часа, когда вечеринка по большей части вошла в спокойное русло (все напились вусмерть и потеряли способность к передвижению вообще и безумным танцам в частности), я почувствовала на своей спине чей-то пристальный взгляд, обернулась и обнаружила единственное существо, кроме себя, не напившееся до припадочного состояния -- Диониса.
   -- Так ты иномирянка? -- тихим голосом спросил он.
   -- Ага, -- кивнула я.
   -- А разве есть иные миры, кроме этого? -- чуть усмехнувшись, поинтересовался юный бог.
   -- Есть, и еще какие, -- ответила я, -- Ты даже не представляешь, сколько их много! И все совершенно разные!
   -- Да? -- улыбнулся Бромий, проявляя неожиданно живой интерес к происходящему, -- Ну и как там, в Тсаолпри?
   -- О, с Тсаолпри все окей, -- отмахнулась я, -- Правда я давненько там не была, но думаю, что... -- тут я резко осеклась и пристально посмотрела на Овена, -- Ты ведь не бог, да?
   -- Нет, -- признался тот, -- На самом деле я -- маг, точнее друид, по воле событий заброшенный сюда, в Аорти, без возможности выбраться.
   -- То есть как без возможности выбраться? -- не дошло до меня, -- Ты разве не умеешь перемещаться между мирами?
   -- Уметь-то я умею, -- вздохнул Дионис, -- Да что толку? Понимаешь, в Аорти отсутствует любая форма магии, за исключением парамагии!
   -- А что это такое? -- уточнила я.
   -- Ты что, не знаешь девятый параграф философии магии и колдовства? -- изумился Бромий и, получив утвердительный ответ (никогда не любила этот предмет в школе энергов), вздохнул и начал лекцию:
   -- Итак, в известных мирах существует три вида Сил -- парамагия, ферромагия и диамагия, а существа, использующие эти силы, называются соответственно парамагнетики, ферромагнетики и диамагнетики. Диамагнетики -- это обычные маги и колдуны, магическое поле которых подпитыватся из ауры энергов или из внешнего магического поля, тем самым ослабляя его. В мирах с отсутствующим магическим полем могут колдовать только в присутствии энергов. Кстати, к диамагнетикам относятся и демоны, как отдельный классовый вид. Ферромагнетики -- это собственно люди и энерги, своего магического поля не имеющие, но усиленно подпитывающие внешнее магическое поле энергией, собранной ими из космоса. Энерги также, в отличие от обычных людей, могут подпитывать своей энергией и ауру мага, затрачивающего в данный момент свои магические силы. Если энерг попадает в мир без внешнего магического поля, то способностей своих не теряет, но если энерга предварительно научить колдовать (что часто используют Темные в своей практике), то он утратит способность поглощать энергию из космоса во всех последующих жизнях, привив себе за качество энерговампиризм.
   -- Это как? -- уточнила я.
   -- Это значит, что данный энерг будет подпитывать себя энергией, похищенной из окружающих его других ферромагнетиков в неограниченном количестве, -- пояснил Бассарей, -- Особенностью будет то, что Темный энерговампир будет выкачивать лишь ту энергию, что превратилась в отрицательные эмоции, а Светлый энерговампир ту, что стала положительными.
   -- И что хуже? -- уточнила я.
   -- Подумай, -- наставительно сказал Дионис, -- Если Темный выкачает все отрицательные эмоции, человек окажется наедине только со своими положительными мыслями, а если за дело возьмется Светлый энерговампир, то получится наоборот.
   -- Что противно самой природе Светлых, -- поняла я. Действительно, что может быть хуже, чем убивать свет в душе Светлому же энергу?! Ладно там Темный подзарядится, в этом разе по крайней мере человеку только лучше будет! -- Теперь мне ясно, почему Темные обучают магии своих энергов, а Светлым это ни в коем случае делать нельзя!
   -- Ты уловила мою мысль, -- согласился Овен, -- Теперь поговорим о парамагнетиках. К ним относятся исключительно волшебные существа -- гномы, фавны, кентавры и так далее, -- создающие свое собственное магическое поле слегка усиляющее внешнее, если оное есть. Сила их ауры не зависит от других магических полей, поэтому парамагнетики могут колдовать даже в мирах с полным отсутствием Сил. Это происходит потому, как все вышеназванные существа сами являются частичкой магии и способность к определенной форме колдовства дарована им самой Природой. Правда эта форма обычно узконаправлена -- так гномы владеют способностью находить драгоценные камни глубоко в толщах породы, кентавры из простых трав составляют лекарства от любых болезней, русалки имеют способность дышать под водой столько, сколько им захочется и тому подобное. Улавливаешь общность?
   -- Вроде да, -- кивнула я, -- Все эти способности, не будь они дарованы магическим существам, обычные люди сочли бы просто врожденными талантами -- ведь существуют среди них знахари-травники, ловцы жемчуга, могущие задерживать дыхание на несколько часов и ясновидящие, отыскивающие воду в пустыни с помощью тонкой лозы.
   -- Парамагия и есть талант, -- объяснил Бассарей, -- Только не просто врожденный талант, а Талант с большой буквы. Между прочим, этим Талантом обладают и Гипномаги!
   -- Хм, -- не врубилась я, -- Где же тут узконаправленность?
   -- Ты плохо их знаешь, -- улыбнулся Дионис, -- Гипномаги, в отличие от обычных магов, которые помимо своей основной способности могут изучать и остальные, умеют только изменять структуру Бытия. Уловила?
   -- Да, -- признала я, -- Но где же тут та всесильность, о которой говорила одна моя хорошая знакомая?
   -- Ты не поняла, -- вздохнул Овен, -- Гипномаги не просто владеют только одним видом магии, они могут модифицировать само Бытие, саму структуру жизни! Например, если Зверомаг захочет поменять свой облик, ему придется сначала вызвать в памяти ключ, образ нового тела до последней молекулы, а потом трансформировать собственное тело по заданным меркам. Если Гипномаг захочет поменять облик, он изменит само прошлое так, чтобы в этой жизни он не мог не родиться тем существом, которое ему надо. Если Огненному Магу понадобится сжечь какое-либо дерево, то он сконцентрирует Силу на кончике одного пальца, раскалив его тем самым до такой степени, что одно касание до дерева подожжет его. Если же Гипномагу потребуется сжечь дерево, он повлияет на факторы прошлой недели или прошлого месяца так, чтобы в нужный момент жуткая жара воспламенила данное дерево, или же разразилась гроза и молния, ударив в дерево, спалила его, или еще чего там. Теперь осмысливаешь?!
   -- Угу, -- мрачно пробурчала я. Выходило так, что одним мановением мысли Гипномаг волен был захватить все миры под свой контроль, да так, что никто и не догадается, что раньше было иначе, -- И что же при их столь ощутимом всемогуществе заставляет Гипномагов примыкать к Свету или Тьме?
   -- Гипномаги не просто влияют на структуру миров, они влияют на нее весьма и весьма разрушительно, -- объяснил Дионис, -- И если то же самое простейшее изменение облика повлечет за собой гибель мира, с которым работает Гипномаг, на год раньше, чем предначертано, то захват власти над мирами, о котором ты наверняка подумала, повлечет за собой мгновенное уничтожение сотен и сотен миров, а те, что сохранятся, придется долго восстанавливать. К тому же, -- хитро прищурился юный бог, -- Откуда ты знаешь, что Гипномаги бездействуют? Может быть они каждый день уничтожают сеть миров и возрождают ее заново просто так, ради развлечения? Может в следующую секунду мы разлетимся на мезоны, а потом возродимся в иных телах и с иной памятью, но с твердой уверенностью, что так было всегда?
   Он этой мысли меня прошиб ледяной пот и я с трудом удержалась на ногах.
   -- Хотя, -- продолжал Бассарей рассуждения сам с собой, -- Имеют место также существа, называющие себя богами, которые утверждают, что миры, находящиеся под их контролем, не могут быть разрушены никем, ибо их власть если и не сравнится с силой Гипномагов, но по крайней мере ее хватит на то, чтобы предупредить изменения в своем мире и сообщить об опасности разрушения сети миров остальным. Однако, -- добавил он, заметив облегчение, скользнувшее в моем взгляде, -- Вполне возможно, что и этих самых богов создал какой-либо безумный Гипномаг в последнем варианте сети миров.
   Мелкие хищные мурашки стаей пронеслись по моей спине, я вздрогнула, чтобы согнать их и поспешила переменить тему.
   -- Разве боги есть?
   -- Естественно есть, -- согласился сменить тему Бромий, которому, похоже, уже надоело меня пугать, -- Богами именуют себя так называемые Дикие Маги.
   -- Кто-кто?
   -- Дикими -- или Серыми -- Магами называют таких существ, которые, по истечении отведенных для первой жизни ста лет, получили какую-либо тяжелую травму, например удар током, впоследствии которой наступала длительная клиническая смерть. После этого, как правило, тело Дикого Мага слегка меняет облик и приобретает определенные парамагнетические способности, отличные от способностей Гипномага только тем, что Дикий Маг способен влиять не на прошлое, а на будущее, да и то лишь в определенной степени. Впрочем, видимых проявлений Сил обычно становится достаточно, для того, чтобы немагические существа, живущие в данном мире, единодушно признали Дикого Мага богом.
   -- В мире, в котором я родилась в этой жизни, тоже был Бог, -- заметила я, -- Мог ли он быть Диким Магом или же являлся всего лишь фантазией, особенно если учесть что данный мир -- технический?
   -- Боги существуют независимо от того, технически развивается мир или нет, -- объяснил Дионис, -- Обычно они появляются на рассвете мира, когда тот еще молод, хрупок и беззащитен. Я бы даже сказал, что Дикие Маги -- это стражи, выставленные самой Природой в попытке оградить юный мир от всех возможных бед. Бог может быть один или несколько -- по одному на каждой планете или у каждого народа -- в зависимости от того, большой мир или нет. Насколько мне известно, среди двух тысяч доступных нам миров, в шестистах имеется по одному живому богу, в двухстах пятидесяти семи -- по богу на каждый народ и в девяносто одном -- по богу на планету. При этом я должен заметить, что в мирах, где каждому народу дарован свой бог, разумная жизнь существует только на одной планете, а там, где каждая планета наделена только одним богом, народы не настолько разобщены, как в большинстве иных миров.
   -- Все взаимосвязано, -- согласилась я и полюбопытствовала, -- А что случается с богами, когда мир становится старше и сильнее?
   -- По разному, -- уклончиво ответил Овен, -- Знаешь, Дикие Маги не бессмертны и не способны менять тела из жизни в жизнь, подобно Темным и Светлым. В большинстве своем, по прохождении нескольких тысяч лет, боги покидают свои народы, дабы раствориться в мироздании незаметно для остальных. Обычно в таких мирах люди мудрее и счастливее тех, которые заставили своего бога уйти.
   -- Заставили?
   -- Да. Если мир развивается быстрее, чем учит бог или же желает пойти своими путями, он обычно изгоняет Дикого Мага из жизни. Люди либо перестают веровать, а это наиболее мучительно для богов-одиночек, либо попросту уничтожают своего бога тривиальным смертоубийством, что еще хуже. Обычно после этого душа Дикого Мага на время воскресает и улетает в космос, чтобы умереть в одиночестве, а люди, видевшие это, ударяются в веру по новой, но, так как верить больше не в кого, последняя так искажается, что и думать страшно.
   -- Ой-ой, -- медленно произнесла я, переваривая полученную информацию, -- По-моему, в последнем мире, где я была, бога угробили приблизительно таким способом!
   -- И никто не видел, как он умирал после того, как воскрес? -- спросил живо заинтересовавшийся Дионис.
   -- Не-а.
   -- Вот что странно, -- сказал он, -- Всегда есть люди, видящие появление Дикого Мага на свет, но никто и никогда не видел, как тот исчезает. Случайность или же в этом есть скрытый смысл?
   -- Понятия не имею, -- вздохнула я, устав от этой бесконечной философии.
   -- Я, к сожалению, тоже, -- поддержал меня Бромий и устремил взгляд на горизонт, -- Эй, смотри-ка, солнце всходит! Что же это, мы с тобой всю ночь здесь проболтали?
   -- Похоже на то, -- кивнула я, чувствуя, что глаза слипаются все сильнее и сильнее, -- Думаю мне пора!
   -- Ты куда-то спешишь? -- повернулся ко мне Бассарей.
   -- Туда, -- неопределенно махнула я рукой, -- Иду к людям! Не хочу сидеть на месте, к тому же чувствую, что здесь, в Темном Лесе, меня сроду никто не найдет! А ты когда-нибудь пытался отсюда выбраться?
   -- Как же, не пытался, -- невесело усмехнулся Дионис, -- Аж два раза пытался! Где меня только черти не носили -- все бесполезно! Кончилось тем, что попал я обратно в Темный Лес и чуть не был растерзан дриадами, однако моя наследственная способность превращать немагическим путем в вино любые съедобные растения помогла мне укоренить среди них прочное мнение, что я -- бог Дионис и терзанью не подлежу. Все мои менады -- это девушки, рискнувшие в Ночь Русалок пойти в Темный Лес искать цветок папоротника, затем схваченные дриадами и только благодаря моим стараниям оставленные в живых, но не имеющие возможности вернуться назад. Впрочем, -- ухмыльнулся псевдобог, -- Они и не хотят возвращаться! Эти бедняжки тоже считают меня богом и думают, что избраны провидением, а у меня пока хватает ума не раскрываться даже им.
   -- А сатиры? Откуда они взялись?
   -- А-а-а, -- отмахнулся Овен, -- Эти рогатые пьянчуги присоединились к моей свите, стоило только дриадам заикнуться о вине! К тому же это один из их родных миров, а значит и сатиров, и силенов здесь столько, что хоть отстреливай!
   -- Хм, -- с минуту я помолчала, -- Знаешь, я вообще-то знакома с одним Гипномагом, точнее он мой друг... мне так кажется. Я хочу добраться до какого-нибудь населенного пункта и обосноваться там, возможно, Акс сможет меня отыскать. Ты не хочешь пойти со мной?
   -- Да ты что? -- замахал руками Бромий, -- Пойти с тобой в этот безумный мир, являющийся тонким сплетением различных путей и лишиться всего, чего я добился только ради бесплотной надежды?! Лишиться славы, удачи и власти, ставших столь привычными мне за эту короткую жизнь? А как же, разбежалась! Поверь мне, Саша, мне хорошо быть богом, я привык, и эту жизнь точно проведу в этой роли!
   -- Как знаешь, -- пожала я плечами, -- А лично мне пора идти! Не хочу видеть весь этот народ после похмелья!
   -- А может останешься? -- вдруг с надеждой спросил псевдобог, -- Признаться честно, я так соскучился по нормальному человеческому общению на равных! Хотя бы на недельку!
   Я было заколебалась, раздумывая, стоит ли задержаться и узнать еще кучу полезной информации, как мои мысли резко оборвал возникший ниоткуда голос меча:
   "Не соглашайся! Если привыкнешь, останешься здесь навсегда, а аура этого леса никому не даст тебя найти. Я не хочу ржаветь в ножнах!"
   -- Я не могу, -- сообщила я Дионису, чувствуя, что в случае отказа Оникудаки снова попытается завладеть моим сознанием, -- Меч не советует, да и не очень-то мне хочется!
   -- Как знаешь, -- вздохнул Дионис, -- Тогда прощай!
   -- Прощай! -- кивнула я, и мы с Оникудаки двинулись в дальнейший путь.
  
   Через несколько часов непрерывной ходьбы, когда я, наконец, прошла Темный Лес и вышла на цветущий луг, мой меч Оникудаки снова начал ворчать по поводу того, что я совершенно не отдыхаю.
   -- Слушай, а тебе-то что?! -- не выдержала я, -- Ведь не ты идешь и тащишь меня на перевязи, а я! Чего же тебя так беспокоит моя усталость?
   "Если на нас нападет какая-нибудь нечисть, то не посчастливится и мне и тебе", -- резонно заметил Оникудаки, -- "А если нелюди застанут тебя усталой и полусонной, то об отражении атаки и говорить нечего!"
   -- Ладно уж, -- проворчала я, -- Пожалуй ты прав и мне следует немного соснуть, тем более, что уже почти полдень и не всякая нечисть отважится напасть среди белого дня!
   "Не всякая, но может", -- заметил меч.
   -- Разбуди меня, когда моей жизни будет угрожать опасность, -- попросила я его, завалилась на травку, подстелив ножны вместо подушки и вскоре преспокойно отключилась, благо не спала я уже сутки с лишком.
  
   На этот раз я проснулась от того, что кто-то довольно настойчиво стучал мне пальцем по спине. Лениво приоткрыв левый глаз, я обнаружила, что дело близится к вечеру и поразилась тому, как долго я умудрилась проспать. Вновь смежив веки я решила было покемарить еще чуток, но довольно чувствительный пинок под зад рывком поднял меня с земли не хуже ледяного душа.
   Меня окружала толпа существ, с виду напоминающих простых людей, правда, не выше пятилетнего ребенка. Я было решила, что это гномы, однако их внешний вид вызывал сомнения в этом утверждении: во-первых, их лица, по-видимому, никогда не знали бород, присущих всем мужским особям гномского племени, во-вторых, ноги их, одетые в меховые штанишки до колен, были покрыты густой коричневой шерстью, что придавало им сходство с миниатюрными медвежьими лапами, а в-третьих, их рот был усеян мелкими острыми зубками (больше тридцати двух) без резцов, что, насколько я помню, гномам абсолютно не присуще.
   -- Кто вы? -- поинтересовалась я.
   -- Мы -- это хафлынгы, а хафлынгы -- это мы, -- картавя, ответил самый высокий из этих существ, скорее всего предводитель или вожак, -- Нэужто ты о нас нэ слышала?
   -- Вы -- малый народец?
   -- Мы, конэчно, знаэм, что нэ слышком похожы на нашых собратыэв, что жывут в вашых городах, -- продолжил вожак, -- Мы -- лэсныэ хафлынгы и прэдпочытаэм дэржатса подалшэ от вас, лудэй!
   -- По-моему, так здесь уже не лес, а самый настоящий луг, -- заметила я, -- Какие же вы "лесные"?
   -- Вот видишь, вот видишь, Гри-Гри, -- ткнул в бок вожака хафлинг поменьше, -- Я же говорил, я же говорил, что копать норы надо было теснее к деревьям!
   -- Заткныс, Уыхх, -- посоветовал ему Гри-Гри и снова повернулся ко мне, -- Как бы то ны было, чэловэк, тэпэр ты плэнныца и пойдош с намы. Как твой ымэ?
   -- Саша.
   -- Это нэ чэловэчэскоэ ымэ, -- нахмурился вожак, -- А элфскоэ прозвыщэ! Прызнавайса, ты полуэлфка?
   -- Сами вы полуэльфы! -- возмутилась я, осознав, что в интонации, с которой Гри-Гри говорил об эльфах, было что-то оскорбительное, -- Нормальное у меня имя!
   -- Хорошо, чэловэк, -- угрожающим тоном произнес вожак, -- Но знай, что элфов мы нэнавыдым дажэ болшэ, чэм лудэй ы, эслы обнаружытса, что ты мнэ солгала...
   "Слушай, давай их всех перебьем, а?" -- мечтательно произнес Оникудаки в моем мозгу.
   "Не время еще", -- также мысленно ответила я, -- "Мне не слишком хочется убивать этих маленьких человечков. Они не кажутся мне опасными!"
   "Как знаешь", -- проворчал меч, -- "Но учти, когда они покажутся опасными, будет уже поздно!"
   -- О чем это, о чем это ты задумалась? -- окликнул меня тот, кого вожак назвал Уиххом.
   -- Да вот думаю, смогу ли я протиснуться в вашу нору, -- соврала я, -- Вы вот какие маленькие, а я вон какая большая!
   -- Нычэго, -- успокоил меня Гри-Гри, -- На такой случай у нас эст особый вход в подзэмный город, спэцыално рассчытанный на толстых плэнныков!
   При слове "толстых" я недовольно поморщилась, так как таковой себя абсолютно не считала, однако, хафлинги уже меня не слушали, а, толкаясь и переругиваясь на чем свет стоит, схватили меня за руки и потащили к довольно большой дыре в земле, которую я вначале не заметила.
   -- У меня клаустрофобия! -- на всякий случай предупредила я, но естественно меня проигнорировали. Рухнув вниз, я больно ударилась обо что-то головой и потеряла сознание.
  
   "...Я, одетая в длинную зеленую мантию, стояла на площади возле алтаря. Мои пышные золотистые волосы развевались на ветру наподобие ореола, и толпы верующих восторженно ревели. "Ойхо, Ойхо!" -- слышались их голоса.
   Двое сильных жрецов втащили жертву. Ею оказалась молоденькая, только что достигшая совершеннолетняя девушка, обнаженная до талии, одетая лишь в простую белую юбку и церемониальный венок из черемухи. Она с ужасом смотрела на меня. В ответ я зловеще усмехнулась и подняла над головой ритуальный кинжал -- искривленное темное от времени лезвие с зазубринами с изображением лика бога на рукоятке. Жертва взглянула на кинжал и в глазах ее отразилась смерть. "Ойхо, Ойхо!" -- надрывалась толпа.
   Жертву бросили на холодный камень алтаря, привязав ей руки и ноги так, чтобы она не смогла пошевелиться, правда, она и не собиралась этого делать, ибо ее, как и всех других, уже охватило сковывающее безразличие, которое овладевает кроликом при взгляде на змею.
   "Прими эту жертву, о Ойхо!" -- завопила я, поднимая кинжал. "Прими, прими, Ойхо, Ойхо!" -- грохотала толпа. Я вонзила жертве кинжал в живот по самую рукоятку и медленно повела им справа налево, разрывая внутренности. Жертва дернулась, захрипела, ее кровь прыснула во все стороны, запачкав мое одеяние, и остекленевшие глаза застыли уже навсегда. "Бог принял жертву!" -- сообщила я толпе. "Да, да!" -- стонала та.
   На жертву уже начали опускаться вороны -- священные птицы Ойхо -- безбоязненно поглядывающие на толпу маленькими черными глазками. Я стояла и смотрела, как они, раздирая жертву своими мощными лапами, выклевывают ей сначала глаза, потом печень, потом сердце..."
  
   Я очнулась вся в холодном поту. Ни фига себе сон! Впрочем... Катька как-то говорила мне, что временами мне будут сниться отрывки прошлой жизни. Значит это было на самом деле?! Ужас! Я и жрица кровавого бога -- вещи несовместимые!
   -- Это был просто сон, -- внушила я себе и попыталась открыть глаза, -- Э-э-э?
   Я лежала связанная на сухом земляном полу в какой-то норе. Точнее, это место было бы норой, если б не дубовая дверь, закрывающая выход и не массивные светильники по углам. Поднапрягшись, я вспомнила события, произошедшие этим вечером (этим ли?!), пощупала здоровенную шишку на затылке и пришла к выводу, что самое лучшее, что я могу сделать, так это застонать.
   -- О-ох...
   Дверь моментально открылась и из-за нее появился хафлинг женского пола, одетый в меховую курточку с помпонами. У нее были огромные сиреневые глаза и копна апельсиново-оранжевых волос на голове. Она тащила здоровенную, плотно закрытую корзину, в которой спокойно могла уместиться и сама. Это патологическое сочетание вызвало во мне неблаговременный смех.
   -- Кто... ха-ха... кто тебе такую корзинку дал, чудо?
   -- Шама вшяла! -- сердито насупилось "чудо", -- Перештань шмеятьшя!
   -- Извини, -- мое чувство юмора всегда являлось не в самых подходящих ситуациях и этот случай не был исключением, -- Зачем явилась?
   -- Штонали, -- пожала плечами хафлинг, вызвав во мне ассоциацию с фразой из фильма "Белое солнце пустыни" и получив от меня очередную порцию хохота -- явно сказывалось напряжение, накопленное за эти дни.
   -- Я пришла, потому что думала, что тебе плохо, -- вконец обиделась хафлинг, -- Но раш тебе так вешело, шначит ты в порядке и я пойду отнешу вшю эту еду еще кому-нибудь!
   Услышав слово "еда в сочетании со словом "отнесу", я сразу посерьезнела.
   -- Как тебя зовут, чудо?
   -- Оши. А тебя?
   -- Саша.
   -- Это не человечешкое имя! -- заметила Ози.
   -- А кто сказал, что я -- человек? -- усмехнулась я, -- Я -- пришелец из иного мира!
   -- Иных миров не бывает! -- фыркнула Ози, -- Это каждый ребенок шнает!
   -- Бывает, -- заспорила я, -- Просто ты там никогда не была!
   -- Ну... ешли ты иш иного мира, шначит ты... демон? -- высказала предположение Ози. Я вспомнила предложение Дарка по этому поводу, представила себя демоном, не выдержала и снова хрюкнула, -- Да нет же! Послушай, если ты не будешь относить еду, а придвинешь ее поближе, чтобы я могла перекусить, я расскажу тебе об иных мирах все, что знаю. Как тебе идейка?
   -- Шоглашна! -- кивнула Ози, открывая свою корзину, доставая из нее самую большую лепешку и впиваясь в нее мелкими зубками. Я тотчас последовала ее примеру и приступила к рассказу, прерываемому только судорожными чавканьями -- действительно, одними историями сыт не будешь!
  
   -- Да-а, такой чуши я не шлышала еще ш тех пор, когда я была маленькой и мама рашшкашывала штрашные шкашки мне на ночь, -- сообщила Ози, когда вся пища нашими совместными усилиями была уничтожена, а все рассказы рассказаны. Заодно я узнала, что нахожусь в Аорти -- единственной человеконаселенной стране по эту сторону океана. Помимо Аорти здесь находились еще Неорина, страна эльфов, и Синие Земли, дикий край, из которого не возвращался еще ни один ушедший в путь странник. Большинство людей считало, что там живет нечисть, пострашнее той, что водится в Аорти и Неорине вместе взятых, но некоторые склонялись к выводу, что в Синих Землях все же живут люди, правда, с более странными обычаями (то есть, они едят себе подобных, готовы убить первого встречного только за то, что рожей не вышел и тому подобное). Кроме этого, Неорина вела постоянную войну с окрестными городами Аорти, силясь поработить жителей и захватить побольше территории. Эльфы были более ловкими и умелыми воинами, нежели люди, однако те побеждали своей многочисленностью, поэтому все атаки отражались с минимальным ущербом. Столица Аорти называлась Ин-Грата, и в нее-то я и собиралась направиться, благо, находилась последняя относительно близко. Оставалась еще только одна мелочь -- выбраться из этой чертовой норы!
   -- Как мне отсюда выбраться? -- спросила я у Ози.
   -- Понятия не имею, -- пожала плечами та, -- Вообще-то мне не штоило бы даже рашговаривать ш тобой о побеге, однако я шама давно мечтаю выбратьшя иш этого шатхлого убежища. Неужели больше никто не понимает, что в городах хафлингам было горашдо лучше!
   -- Чем тебе родные норы не милы? -- полюбопытствовала я.
   -- Ешли ты правда иш иного мира, то, наверно, ты не шнаешь, что хафлинги в ошновном городшкие жители, -- вздохнула Ози, -- Однако Гри-Гри, предводитель нашей общины, шчел, что хафлингов угнетают. Он предложил покинуть город и пошелитьшя обошобленно на опушке Темного Леша. К нешчаштью, мои родители шоглашилишь ш этим предложением, и я вынуждена была пошледовать ша ними.
   -- Хорошо, но почему теперь ты следуешь вопреки их пожеланиям? -- уточнила я.
   -- Ешли бы я в шамом начале откашалашь перебиратьшя шюда вмеште шо швоими шородичами, учтя то, что оштальные шоглашилишь на это ш радоштью, -- ответила Ози, -- То ша неподчинение общештвенному мнению меня бы вышвырнули беш пищи и оружия ешли не в шами Шиние Шемли, то точно в их район. А в этом шлучае я прошто шбегаю от родителей, у которых кроме меня еще три дочери и четыре шына и до моих проблем им дел шовершенно нет. Тем более, что эти шырые промошглые норы беш элементарных шредштв для комфорта меня уже окончательно шадолбали!
   -- Ясненько, -- кивнула я, не очень-то слушая ее излияния, -- И как ты предлагаешь устроить нам побег?
   -- А вот как, -- заговорщически зашептала хафлинг.
  
   Спустя некоторое время к стражнику, лениво скучающему у дверей в темницу, подошла молоденькая девица из племени и поинтересовалась, не хочет ли он перекусить.
   -- Конечно, малышка! -- кивнул то, игриво шлепнув самочку по круглой попке, -- А что ты принесла?
   -- Похлебку иш грибов ш улитками и кувшин еловой наштойки, -- ответила Ози (а это была именно она).
   -- Давай! -- согласился тот и через мгновение посуда оказалась пустой, -- Слушай, что-то я себя неважно ощущаю!
   -- Что же так? -- всполошилась хафлинг.
   -- М-мне надо в-выйти, -- резко побледнел стражник, -- Что-то меня м-мутит. Ой-ой! Пойди, п-позови Берна, п-пусть з-заменит меня, мне срочно надо отлучиться! Понимаешь? СРОЧНО!
   -- Понимаю, -- кивнула Ози, -- Шлушай, а давай я пока пошторожу дверь! Пленница швяшана, ты ненадолго, и ничего плохого не шлучитьшя!
   -- Ладно, -- кивнул стражник, вручил Ози посох с огнеметательным шаром на конце, ключи от камеры и опрометью бросился в тот конец коридора, где располагался сортир.
   -- Путь швободен! -- сказала гордая собой хафлинг, отпирая мою дверь.
   -- Что ты ему намешала? -- спросила я, после того, как раздобыла свой меч в соседнем помещении, и мы с Ози рванули к выходу.
   -- А-а, вшего понемногу, -- отмахнулась та, -- Лягушачьей желчи, помета летучих мышей, волош шо штолетней бородавки и тому подобного!
   -- Да-а, не хотела бы я оказаться на его месте! -- усмехнулась я.
  
   Мы вылезли на свежий воздух и в считанные минуты достигли большой дороги, где заканчивались владения хафлингов и начинался открытый мир.
   -- Шюда они ша тобой уже не пойдут, -- сообщила Ози, -- А я вшегда шмогу шпрятатьшя!
   -- Ты пойдешь со мной в Ин-Грату? -- спросила я.
   -- Нет, предпочитаю податьшя в Кшимеш, там больше шаншов найти работу, -- ответила она, -- Может, лучше ты шо мной?
   -- Не знаю, -- задумчиво сказала я, -- Почему-то я уверена, что в Ксимесе меня не ждет удача. Лучше уж я в Ин-Грату!
   -- Тогда желаю приятного пути! -- кивнула Ози, -- Может, еще вштретимшя!
   -- Все может быть, -- согласилась я.
   Мы попрощались, и я двинулась в дальнейший путь.
  
   В течение всего следующего дня я бодро шагала, воодушевленная своим удачным побегом из хафлингского жилья, но уже ближе к вечеру мне смертельно захотелось есть и спать.
   "Там, правее, находится чья-то избушка", -- между прочим сообщил Оникудаки, -- "Если хочешь, можешь попроситься на ночлег!"
   Я пошла по указанному направлению и вскоре действительно набрела на невысокий домик. Но какой! Сколоченный из черных, поросших мхом бревен, с лубяной крышей, он стоял на чем-то смутно напоминавшем лапы небольшого тиранозавра. На крыше дома сидел черный петух и тихо квохтал, а из трубы, находящейся напротив него, валил синий дым.
   -- Что-то эта хатка мне напоминает, -- пробормотала я, затем подошла к двери и постучалась.
   Дверь мне открыла человеческая особь, в двух словах которую можно описать как "страшная старушенция". Во-первых, ростом она была примерно с меня, однако ее клонил к земле здоровенный горб. Отменный нос, покрытый бородавками, нависал над беззубым ртом, а маленькие черные глазки смотрели весьма и весьма подозрительно. Однако в остальном выглядела она была довольно опрятно, -- седые волосы заплетены в длинную косу, одежда чистая, не рваная, выражение лица не вызывает мрачных раздумий.
   -- Здравствуй, деточка! -- заулыбалась старуха, -- Меня звать Йайгаа! Отколе ты будешь?
   -- Как-как вас зовут? Яга? -- осторожно уточнила я.
   -- А откуда ты про Ягу знаешь? -- в свою очередь насторожилась бабулька, -- Чую, что нездешним духом от тебя несет, ох, совсем нездешним!
   -- Точно, нездешним, -- кивнула я, -- Я прибыла из...
   "Ну что ты с ней церемонишься?!" -- перебил меня Оникудаки, -- "Вытащи меня из ножен, да и дело с концом!"
   -- Откуда ты? -- нетерпеливо повторила Йайгаа.
   -- Э-э-э... Ну... А ты меня сначала накорми, а потом уже и расспрашивай! -- вспомнила я отрывок фразы из старых русских сказок.
   -- Не больно ты похожа на молодца! -- усмехнулась старуха.
   -- Поэтому и прошу только покормить, -- объяснила я, -- А баньку топить не надо!
   -- Тады ладушки, -- согласилась Йайгаа, полезла в печь, и через минуту на столе появились разнообразные кушанья: пироги, кувшин с молоком, грибочки в сметане, жареная картошечка, соленые огурчики и много чего другого. Глядя как я уминаю за обе щеки всю эту снедь, бабка расслабилась и вновь заулыбалась.
   -- Так отколе ты?
   -- Я иж двугого мива, -- прочавкала я, -- Иж Тшаолпви. Флыхали пво такой?
   -- Как не слыхать, -- закивала бабка, -- У меня там внучка живет, Василисой Премудрой звать. Знавала такую?
   -- Знаю я одну Василису, -- сказала я, прожевав, -- Знаете, низенькая такая, волосы с рыжеватым отливом, глаза зеленые, зубы как у оборотня, а костяшки на пальцах словно у начинающего алхимика. Не ваша?
   -- Моя, моя, как не моя, -- не стала спорить Йайгаа, -- Неужто ты правда из Тсаолпри?
   -- Ну естественно! Постойте, а вы тогда откуда будете? -- спохватилась я.
   -- Так и я оттуда, -- засмеялась старуха, -- Я -- маг тринадцатого разряда, а сюда направлена, чтоб следить за тем, чтобы никто из Аорти не вспомнил свою прошлую жизнь ненароком. Вон, в Неорине, Каущий засел, эльфы его Бессмертным прозвали!
   Хм... Я так думаю, что Кощей Бессмертный и баба Яга в комплекте -- это либо дикое совпадение, либо чудовищный прикол Светлых магов, любящих русские народные сказки.
   -- Может, у вас тут и Змей Горыныч где сидит?
   -- Не Горыныч, а ГорынСвич, -- строго поправила меня бабка, -- И не змей он, а драконище самый настоящий! Трехглавый! Где-то в Синих Землях он, тоже люд сторожит, а что?
   -- Да так... -- я задумалась, -- А Дионис у вас что делает?
   -- Кто?
   -- Ну, Дионис, тот маг, что в Темном лесе застрял!
   -- А-а, так ты об этом разгильдяе, -- отмахнулась Йайгаа, -- Дык он по пьяни сам не в тот мир влетел, а обратно до конца жизни хода уже нет, вот и занялся тот своим любимым делом -- народ спаивать... А ты сама-то как здесь очутилась?
   -- Я код на переходнике перепутала, -- краснея, призналась я, -- В первый раз им воспользовалась, и вот...
   -- Ничего, ничего, -- успокоила меня старуха, -- У вас, юных энергов, жизнь короткая, не успеешь оглянуться, как уже конец. С девяносто лет и тут пожить можешь, а тамотя, авось и какой Гипномаг тебя хватится!
   -- Может быть, -- согласилась я, -- Что же это за мир такой, где магии настоящей нету? Обидно, все-таки!
   -- А ты до сих пор и не догадалась? -- всплеснула руками бабулька, -- Неужто тебе об измерении перевоспитания никто не рассказывал? В которое магов с памятью стертой посылают?
   -- Так это оно и есть? -- похолодело у меня внутри.
   -- Оно, оно, -- подтвердила Йайгаа, -- И выбрано хорошо-то как! Никакого колдовства здесь не сотворишь, значит и сбежать отсель никто не сможет, ежели только Гипномаг какой не подмогнет. Но те справедливые, никогда ни плохому человеку хорошего, ни хорошему плохого не сделают... Хотя с другой стороны и понятия о добре и зле у них свои собственные.
   -- Эх, советовала мне Катька не соваться в это место, -- вполголоса вздохнула я и перешла на более насущные проблемы, -- Бабушка Йайгаа, а можно я у вас в избушке сегодня переночую?
   -- Можно, как нельзя, -- кивнула та, -- Вон полезай на печку, там тепло, хорошо... А может останешься, погостишь?
   -- Нет, -- покачала я головой, -- У меня такое чувство, будто мне обязательно в Ин-Грату надо идти, иначе точно никто меня не найдет!
   -- Ну как знаешь, -- пожала плечами Йайгаа, -- Интуиция -- дело серьезное! -- и я полезла на печь.
  
   Когда я проснулась утром, меня уже ожидал ароматный завтрак из большой плошки пельменей и крынки молока. Обнаружив во дворе колодец с ледяной водой, я тщательно умылась и уселась за стол. Баба Йайгаа, подперев ладонями лицо, выдавала мне последние краткие характеристики мира, в котором я оказалась.
   -- Ты, дочка, правильно решила, что идти надо в Ин-Грату. Это спокойный город, самое сердце Аорти. Вот Ксимес, например, он тоже отсюда недалече, так в нем работорговство завелось. С умом туда идти надо -- иначе никак и в рабство продать могут. Правда, поколе идет война с Неориной, так они боле эльфами торгуют нежели человеком, но мало ли... К самим эльфам вообще не суйся, они такие-е!
   -- Какие?
   -- Эльфы, одним словом, -- отмахнулась бабулька, -- Ежели встретишь, то сама узнаешь. Никто их не любит, чуть что, так на ближайшем дереве вешают, словно воров каких. И за дело, скажу тебе, ох, за дело! Если ненароком вляпаешься в их стан, то особо не высовывайся, об искусстве меча и не заговаривать, а то до беды доведешь. Простой люд, они только в рабство забивают, а вот военного человека ни за что просто так не отпустят!
   -- Чего-то у вас здесь все рабовладельчеством занимаются, -- заметила я, -- Не кажется ли вам это чересчур?
   -- Да в каком мире в средние-то века рабов со слугами не было? -- удивилась бабка, -- Этого, согласись, не отнимешь! И войны были, и вассалы верные, и рабы... А что до свободы общей, так это по части Синих Земель. Только худая это свобода, скажу тебе!
   -- Чем же? -- полюбопытствовала я, -- Мне, конечно, уже успели про это Земли всяких сказок понарассказывать, но не может же быть все настолько плохо!
   -- Не знаю, не знаю, -- вздохнула Йайгаа, -- Сама-то я тамотя никогда не бывала, -- убоялась, убогая. Но если хоть и треть слухов правда, то и тебе туда попадать не советую!
   -- И путники оттуда никогда не возвращались, -- кстати вспомнила я.
   -- Да что путники, -- зашептала бабка, -- Не слыхала, какую король Ин-Граты казнь напридумывал? Будто теперь всем предателям не головы рубить будут, как полагается, а в Синие Земли ссылать. Ежели через год оные сумеют назад вернуться, значит правые они, а коли нет... Знать судьба их такая!
   -- Ну и как, действует? -- уточнила я.
   -- А вот с тех пор, как казнь эту удумали, ни одного шпиона с предателем и видом не видывали, слыхом не слыхивали, -- сказала старуха, -- Ведь в Земли-то эти Синие даже эльфы ходить боятся, знать точно что-то неладно с ними!
   -- Можно подумать, -- согласилась я, -- Ну, и что же вы мне посоветуете, бабушка Йайгаа?
   -- А иди ты, как и шла в Ин-Грату, -- велела та, -- Найди себе там работу поприличнее, швеей там или служкой какой, да и живи себе потихонечку. И пока до Ин-Граты не дойдешь, никому не доверяй, иначе мало ли что... А ежели мне Гипномаг встретится, попрошу я его, так и быть разыскать тебя и отправить обратно в Тсаолпри. Да и сама-то поосторожнее будь, весточку передавай, если что!
   -- Передам, -- пообещала я, подхватила Оникудаки на пояс и вновь вышла на большую дорогу, ведущую в Ин-Грату.
  
   Сегодня была просто замечательная погода -- солнышко стояло в зените, тумана не предвиделось, птички пели, летали бабочки, ну и все такое. Короче, прекрасная погодка для пикника на свежем воздухе, то что надо!
   "Не нравится мне все это", -- проворчал мой меч-пессимист.
   Не обращая на него ни малейшего внимания, я спокойно вышагивала по дороге, насвистывая какую-то мелодию, как вдруг явственно услышала чей-то стон.
   "Ну вот, я же говорил!" -- язвительно заметил Оникудаки.
   Выхватив его из ножен, я бросилась в сторону стона и, врезавшись в кусты, обнаружила странную картину -- стонал филин, попавший в лисий капкан. Вопрос: какого лешего филин, ночная птица, вышагивал пешком по лесу да еще и угодил в капкан?! Бред какой-то!
   Я подошла к бедной птице с целью освободить несчастное создание, но тут внезапно нечто коричневое и блестящее с воплями метнулось в мою сторону.
   "Осторожнее!" -- крикнул Оникудаки и, принимая инициативу в свои руки, быстро развернул меня и скрестился с мечом молодого человека, пышущего непонятной яростью.
   -- Так вот кто обворовывает мои капканы! -- сквозь зубы прорычал он.
   Оникудаки, не давая мне по-человечески объясниться, выскользнул из захвата и плашмя рубанул человека по плечу. Тот скрипнул зубами, но выдержал удар моего агрессивного меча и принял оборонительную позу. Оникудаки наносил удар за ударом так быстро, что я не успевала поворачиваться и вконец выдохлась. Но мой противник был неутомим. Он отражал такие удары, которые, казалось, должны были перерубить его пополам и уворачивался от самых сложных комбинаций. Но недаром мой меч имел разум. Выдержав эффектную паузу, во время которой меня чуть не разрубили на куски, и, описав троекратное сальто с разворотом вправо, он опустился на голову воина (по счастью тоже плашмя). Тот охнул и рухнул на землю.
   -- Сдавайся! -- прохрипела я, с трудом удерживая Оникудаки, рвущегося попробовать крови.
   -- Никогда! -- яростно ответил тот, которого я повергла, -- Лучше смерть!
   -- Почему? -- недоуменно уточнила я. Лично мне умереть никогда не желалось, пусть я и была практически бессмертной.
   -- То есть как "почему"? -- растерялся мой противник.
   -- Тебе что, жить надоело? -- поинтересовалась я.
   -- Я не потерплю жалости от врага, -- заявил тот, но уже менее уверенным тоном.
   -- Ну, и с чего ты взял, что я тебе враг? -- со вздохом спросила я, опуская меч в ножны и растирая уставшую руку, -- Я вообще просто мимо проходила и о капканах твоих слышу впервые!
   -- Правда? -- совсем запутался мой бывший антагонист, -- А... а чего же ты тогда на меня напала?
   -- А что, мне надо было спокойно смотреть, как ты меня убиваешь? -- язвительно ответила я вопросом на вопрос, протягивая руку, -- И вообще, это не я, это мой меч!
   -- Извини, -- смутился парень, позволяя помочь себе подняться, -- Меня зовут Кромол!
   -- Саша, -- представилась я, внимательно оглядев этого человека. Что ж, на чей-либо вкус он был довольно мил -- высокий, с большими невинными светло-серыми глазами и каштановой гривой волос, доходящей до плеч. Он был одет в кожаные брюки, переплетенные сыромятными ремнями, такую же безрукавку и сапоги до колен. Внезапно Кромол нахмурился, -- Постой! Ведь "Саша" не человеческое имя!
   -- Опять двадцать пять! -- я картинно воздела руки к небу, -- А "Кромол" человеческое, что ли?!
   -- На что ты намекаешь? -- внезапно снова разозлился мой новый знакомый, -- Я человек и по материнской и по отцовской линии и нисколько не похож на этих проклятых эльфийских отродий!
   -- А я похожа? -- с любопытством уточнила я. Кромол подозрительно оглядел меня со всех сторон и облегченно вздохнул, -- Нет... Но откуда ты?
   -- Из заподнебесных далей, -- огрызнулась я, -- Короче, из такого места, что отсюда не видно! А ты?
   -- Я родился здесь, в Аорти, -- сообщил тот, -- Принадлежу к клану охотников, но иногда подрабатываю наемником. А к какому клану принадлежишь ты? Я первый раз видел те приемы, которыми ты меня обезвредила!
   -- Я даже не понимаю, что ты имеешь в виду под словом "клан", -- сообщила я, -- Лучше представь, что я заявилась сюда... допустим, из другого мира и понятия не имею, что здесь происходит. Начинай все по порядку!
   -- Значит так, -- Кромол присел на траву и жестом предложил мне сделать то же самое, -- Я принадлежу к клану охотников, что обосновались близ Ин-Граты... Ты знаешь, это столица Аорти?
   -- Это единственное, что я знаю, -- усмехнулась я, -- Продолжай!
   -- Население Ин-Граты подразделяется на шесть групп: ремесленники, торговцы, охотники, слуги, рыбаки и богачи-лендлорды, -- подытожил он, -- Каждая группа представляет один или несколько кланов, например, в группу ремесленников входит клан кузнецов, клан горшечников и еще много других. Кстати, на самом деле клан охотников никогда не относил себя к кланам Ин-Граты, мы всегда считали себя свободными от устоев, однако лендлорды, обожающие порядок и точность, приказали писарям зачислить наш клан в общее количество, потому как Ин-Грата -- единственный город, с которым мы торгуем. Но мы не клан Ин-Граты! Охотниками могут стать только избранные люди, причем если ты стал охотником, то это уже навсегда. Пятилетних детей, в душах которых чувствуется призвание к охоте, забирают от родителей и отправляют в центр обучения на десять лет, по истечении которых каждый юный охотник должен пройти испытание, после которого имеет право называться полноправным охотником.
   -- А если они не выдерживают испытания?
   -- Такие уже больше ничего не могут сделать, -- криво усмехнулся Кромол, -- Испытание имеет три ступени, каждая из которых довольно тяжела и обладает скрытым смыслом, так что до конца доживает лишь половина участников.
   -- Жестоко, -- не одобрила я.
   -- Все в жизни жестоко, -- сурово ответил охотник,-- Просто к этой жестокости нас приучают с детства! А теперь твоя очередь!
   -- ?
   -- Твоя очередь рассказывать о себе, -- пояснил Кромол, -- я уже рассказал все, что тебе надо знать и теперь ты расскажи мне о себе. Так ты принадлежишь к какому-нибудь клану?
   -- Как бы тебе помягче сказать? -- я замялась, не желая рассказывать реальные события, но пытаясь подогнать под них хотя бы ложь, -- Скорее всего да, однако мы не называем это кланом. Сравнительно недавно я попала в некую организацию, занимающуюся отловом нечисти и водворением жизни в спокойное русло. Там меня научили владеть мечом...
   "Кто еще кем владеет", -- буркнул Оникудаки.
   -- Так ты тоже охотник! -- воскликнул Кромол, -- Просто прибывший издалека. Мы ведь тоже по большей части занимаемся уничтожением чудовищ, поселившихся близ города, а снабжение Ин-Граты лесной пищей -- это уже побочный продукт нашей деятельности. Слушай, -- вдруг осенило его, -- Если тебе пока негде поселиться, присоединяйся к нам!
   -- Ну-у, я не знаю, -- задумчиво протянула я, -- А это удобно?
   -- О чем речь?! -- рассмеялся Кромол, -- Мы всегда рады принять своих собратьев... и сосестер!
   -- Тады ладно, -- решилась я, Кромол наконец освободил птицу из капкана, и мы двинулись в путь.
  
   Убежище охотников оказалось довольно большим лагерем, расположенным в самом сердце леса, называемого Кентерберийским. По кругу аккуратно вырубленной поляны стояли шатры из звериных шкур, каждый из которых был украшен каким-либо символом, который, как объяснил мне Кромол, обозначал имя владельца. Шатры стояли в четыре ряда, а посреди находилась хорошо вытоптанная площадка, вернее, Площадь Сбора. В центре Площади горел костер и несколько человек сидели возле него, подбрасывая сучья в огонь и тихо беседуя. Охотник пояснил, что это сидят главные Мастера искусства охоты, именно они обучают новичков.
   Затем Кромол отвел меня к палатке, стоящей в отдалении от остальных и подтолкнул внутрь. На палатке висело изображение чего-то, смутно напоминающего фонтан.
   -- Для большинства из клана мое имя -- Гейзер, -- пояснил Кромол, -- Это вольный перевод моего настоящего имени. Главный Мастер не хотел, чтобы в детстве меня дразнили эльфийским отродьем только из-за необычного имени.
   -- А каков полный перевод? -- полюбопытствовала я.
   -- Кипящие Воды, Вырывающиеся Из Бездны, -- без запинки выговорил Кромол, -- Я назвал тебе себя по-настоящему, думая, что ты пришла из той же страны, где говорят на этом языке.
   -- На каком?
   -- Никто не знает, -- вздохнул Кромол, -- Я даже не знаю, кто дал мне это имя, просто я помню себя только с пяти лет, а все, что было до этого -- темнота. Только обрывки -- скалы, кипящая лава и летающие города.
   -- Летающие города?
   -- Я знаю, что таких не бывает, -- огрызнулся охотник, -- Но откуда все это у ребенка пяти лет?!
   Я знала, откуда он может это знать, но благоразумно промолчала. Зачем Кромолу, жителю Аорти, знать, что в прошлой жизни ему стерли память и сослали сюда за какое-то дикое преступление, оправдаться от которого невозможно? Впрочем, летающие города... В их реальности я сильно сомневалась.
   Внутри палатки горел костер, вынося свой дым через небольшое отверстие в стене. В одном углу лежала куча шкур, вероятно ложе, в другом -- принадлежности для чистки и заточки оружия. Кромол взял несколько шкур от общей массы и расстелил в другом углу шатра.
   -- Можешь пока отдохнуть там, -- сказал он, -- А я принесу чего-нибудь поесть, а заодно сообщу Главному Мастеру о твоем прибытии. Пусть он сам решает, принимать тебя или нет!
   Я пожала плечами и улеглась на шкурах. Теплый воздух и сказавшаяся усталость быстро сморили меня и я задремала.
  
   Когда стемнело, Кромол разбудил меня поужинать. Приятный запах жареного мяса разносился по всему шатру -- охотник жарил кролика. Почувствовав зверский голод, я быстро встала, и вскоре мы на пару наслаждались ужином, запивая его слабеньким вином из меха -- вода здесь явно была не в почете.
   -- Ты ходил к Мастеру? -- спросила я, когда с ужином было покончено.
   -- Ходил, -- кивнул Кромол, -- Он внимательно выслушал меня и сказал, что примет тебя завтра утром на Площади Сбора, где точно решит, что с тобой сделать. Остаться он разрешит, это я гарантирую, вот только возможно Мастер может заставить тебя пройти наше испытание, дабы увериться, что ты действительно охотник из далеких земель, а не обманываешь.
   -- Э-э, Кромол, -- засомневалась я, -- Тебе не кажется, что в твоем клане и в моем испытания могут быть совершенно разные?
   -- Пустяки, -- отмахнулся тот, -- Если ты уже имеешь опыт сражения с чудовищами, то ничего страшного с тобой не случиться!
   Некоторый опыт я имела (правда очень-очень маленький), поэтому слегка успокоилась. А чего мне волноваться заранее? Поэтому, не обращая внимания на ехидные замечания Оникудаки, что завтра волноваться будет уже поздно, я вытерла руки об узорчатое полотенце и растянулась на шкурах с намерением продолжить сон. Кромол помолчал и последовал моему примеру.
   -- Саша?
   -- Да?
   -- А твоя родина очень далеко отсюда?
   -- Да.
   -- За месяц не дойти?
   -- Нет.
   -- А за год?
   -- Тоже нет.
   -- А ты давно путешествуешь?
   -- С тех пор, как стала охотником, -- вывернулась я в надежде, что тот, наконец, заткнется.
   -- Саша?
   -- Да.
   -- А как переводится твое имя на наш язык?
   -- Примерно как Победительница.
   -- Саша?
   -- Да?!
   -- А что ты будешь делать, когда Мастер разрешит тебе вступить в клан?
   -- Ты мне дашь в конце концов поспать?! -- не выдержала я, и охотник обиженно замолчал.
  
   "...Я накинула на плечи длинное сиреневое покрывало и встала посреди храма, ожидая, когда меня посетит наш бог. "Ойхо, Ойхо!" -- раздавалось за стенами. Внезапно я почувствовала легкое прикосновение руки к затылку и открыла глаза. Он стоял передо мной. Его глаза были подобны сверкающим алмазам, а золотые клыки блестели в свете свечей. Я с трудом подавила вздох. Как же он был прекрасен!
   "Привет тебе, возлюбленная жрица моя", -- нежным голосом произнес бог.
   "И тебя я приветствую в этом мире, о Ойхо", -- отозвалась я, -- "Что привело тебя к нам?"
   "Я прибыл сказать, что мне надо ненадолго отлучиться", -- отвечал тот, -- "Пока меня не будет, управлять народом будешь ты".
   "Да благословенны будут твои речи, о Ойхо", -- сказала я, -- "Но почему ты назначил главной жрицей меня, а не Анимал? Ведь она мудрее меня!"
   "Ты -- Избранная, разве тебе этого недостаточно?" -- мягко удивился Ойхо, -- "Но я отвечу на твой вопрос. Поверь мне, Стайа, на самом деле ты гораздо мудрее всякого из людей, просто вся твоя сила еще не открылась тебе. Я счастлив, что ты служишь мне, а не какому-нибудь иному богу!"
   "Я тоже счастлива служить тебе, о Ойхо", -- улыбнулась я и протянула руку. Изо лба бога, оттуда, где находился его третий глаз, высунулся маленький жадный рот на тонком стебельке мышцы и вцепился мне в запястье. Я слегка поморщилась, но даже боль не мешала мне наслаждаться видом бога, упивающегося сладкой кровью, текущей из моих распоротых вен..."
  
   Я очнулась от того, что кто-то сильно тряс меня за плечо.
   -- Саша, Саша, что с тобой? -- я открыла глаза и увидела взволнованное лицо Кромола, -- Ты кричала во сне!
   -- Мне приснился кошмар, -- объяснила я. Хотя... Если честно, я уже сильно сомневалась, что это был именно сон, а не события прошлой жизни. Ужас, тихий ужас!
   -- Ну, тогда ладно, -- вздохнул Кромол, -- Если хочешь, можешь рассказать свой сон Мастеру, он здорово в них разбирается. А пока лучше позавтракай, нам пора идти на Площадь Сбора!
   Наскоро перекусив, я подхватила Оникудаки, и мы двинулись на Площадь. Мастера были уже там.
   -- Приветствуем тебя, Победительница! -- сказал Главный Мастер, -- Ты готова пройти испытание?
   -- Скорее всего готова, -- кивнула я. -- Но не могли бы вы поподробнее описать его? Думаю, что испытание моего и вашего кланов могли несколько различаться!
   -- Конечно, -- согласился Главный Мастер, -- Мы решили, что тебе достаточно пройти только третью часть испытания, а танцы на горящих углях и переход болота по веткам деревьев можно и опустить. Так что ты просто должна отправиться завтра утром в чащу Кентерберийского леса, разыскать буку и принести лично мне его отрубленную лапу.
   Та-ак. О буках в школе энергов меня никто не предупреждал! Похоже, что эти буки являются представителями исключительно местной фауны и определять их личность мне придется уже на месте. Впрочем, судя по названию этого существа, оно будет не слишком уж страшным, особенно если учесть тот факт, что я в отличие от остальных испытуемых уже имела дело с нечистью. Нет, здесь должен быть какой-то подвох!
   -- А больше вы ничего не хотите мне сообщить?
   -- Хочу. Если ты попадешься в руки кому-нибудь еще из племени до того, как встретишь меня, тебя подвергнут еще и проверке на выносливость. К тому же остальные испытуемые будут пытаться помешать тебе донести лапу в целости и сохранности. Разве у вас такое не практиковалось?
   -- Ну, было что-то в этом роде, -- признала я, вспомнив, как Василиса притворилась предателем и попыталась отобрать у меня дискету, -- Еще чего-нибудь есть?
   -- Ну, естественно, если ты не пройдешь испытания на выносливость или не принесешь лапу буки до заката, тебя сожгут на костре за то, что ты только притворялась настоящей охотницей, а не была ей, -- отмахнулся Мастер, -- Но это уже пустяки! Так ты готова пройти испытание?
   -- Конечно! -- улыбнулась я, внутренне скрипя зубами. На медленную смерть мы с Кромолом не договаривались, но отказываться уже поздно. Эх, говорила мне баба Йайгаа, не доверяй никому, пока до Ин-Граты не дойдешь, а я, дура, не послушалась!
  
   Весь последующий день и ночь я отдыхала, готовясь к испытанию. Меня успокаивало то, что ни я первая, ни я последняя прохожу через это. Кромол же прошел! Да и чем их бука может быть страшнее наших оборотней?
   "Ничего, пробьемся!" -- даже Оникудаки не волновался.
   Но вот наступило следующее утро. Подняли меня еще до зари, и не медля потащили к Площади Сбора. Там помимо Главного Мастера и девяти старейшин находились еще человек десять юных охотников, бросающих на меня весьма подозрительные взгляды. Ясно, от них помощи ждать нечего.
   -- Бук в лесу хватит на всех, -- провозгласил Главный Мастер, -- Так что отбирать лапы друг у друга незачем. По моей команде готовьтесь броситься в лес на поиски бук. Готовы? Пошли!
   И мы ринулись в лес. Уже чувствовалось приближение сезона дождей, поэтому передвижение затруднялось большой влажностью под ногами и мелкой моросью. Моя обувь, еще из Тсаолпри, быстро промокла и тяжело хлюпала на ногах. Все остальные охотники за буками ушли далеко вперед, я же пока не торопилась -- настроение было препаршивое.
   "Что ты медлишь?" -- недовольно поинтересовался меч, -- "Опоздать хочешь?"
   -- Да отстань ты! -- огрызнулась я, -- И без тебя тошно!
   Дойдя до развилки тропок, я повернула на самую чистую дорогу и снова услышала недовольный голос Оникудаки:
   "По-твоему, чудовища только и делают, что по проторенным дорогам ходят?"
   Не обращая на него внимания, я продолжала идти по самой широкой тропинке и довольно скоро натолкнулась на берлогу, очень похожую на медвежью.
   "Мы не за медведями пришли охотиться, а за буками! Хочу крови буки! Хочу! Хочу!" -- да-а, мой меч явно рвался в бой.
   Я заглянула в берлогу. Темно и сухо, хозяин куда-то запропастился. На полу свалена куча лапника. Подумав, я присела на него, затем прилегла и очень быстро отключилась.
  
   "...Мы посвящали новенькую. Ею была девушка лет двадцати со спутанными черными волосами и безумными зелеными глазами. Ее подобрала младшая жрица Агилая, когда ходила в лес за кореньями.
   "Как твое имя, сестра моя?! -- ласково спросила я.
   "Индихора."
   "Почему ты хочешь посвятить свою жизнь богу Ойхо?"
   "Потому что он самый великий бог из всех существующих в мире, и я с радостью буду служить ему!"
   Это были ритуальные вопросы, я давно знала ответ на них. Индихора ответила все правильно, и я не колеблясь протянула ей свой кинжал.
   "Так принеси же в жертву этого младенца, оповести Ойхо о своем прибытии!"
   Девушка взяла кинжал и склонилась над младенцем. Ее дикие глаза блестели торжеством. Я нахмурилась. Что-то не нравилось мне в ней, вот только я никак не могла понять что именно. Ну да ладно.
   "Ты готова, сестра моя?"
   "Готова."
   Индихора подняла кинжал высоко над головой и вдруг... вонзила его мне в грудь!
   "Измена!" -- завопил кто-то.
   Тотчас жрицы, стоящие поодаль, скинули с голов капюшоны и из-под них показались мужские лица.
   "Браво, Ромашка!" -- закричал один из них, вероятно предводитель, -- "С остальными мы и сами запросто справимся!"
   "Ойхо, помоги нам!" -- прохрипела я, упала на спину и тьма открыла мне свое лицо..."
  
   Оникудаки больно кольнул меня в бок, и я резко вскочила. Эта дрянь начинает сниться мне все чаще и чаще! Я так скоро с ума сойду!
   -- Ты чего меня уколол? -- спросила я меч.
   "Да тихо ты!" -- прошипел тот, -- "Смотри, бука идет!"
   Если бы я не сидела, то наверняка бы упала. Бука оказался совсем не таким безобидным, как я его себе представляла. Больше всего он напоминал двухметрового медведя, местами покрытого клочьями свалявшейся грязно-белой шерсти. Из ярко выделенной черным пасти торчали длинные кривые клыки, а дыхание отдавало болотной гнилью. У него был всего один глаз, гневно-красный, без белка.
   -- Абу-бу-бу-бу-у-у! -- неожиданно тонким голосом завопило чудовище и ринулось в атаку.
   "Что ж, повеселимся!" -- хмыкнул мой меч и дернулся вперед. При виде блеска острия, бука резко отпрянул и закрыл голову лапами.
   -- Э-э-э... ты чего? -- нерешительно спросила я.
   -- Чего-чего?! -- всхлипнул бука, -- Сейчас ведь убивать будешь!
   -- Ну... да...
   -- Ну вот! А я что, виноват, что мою лапу вам как цель назначили? -- плаксиво спросил бука, -- Меня кто-нибудь спрашивал?!
   -- Но ведь ты же чудовище! -- попыталась я оправдаться, -- Ты опасный и страшный. Ты причиняешь всем вред, и я просто обязана тебя убить!
   -- Нет, ну ты скажи, -- оживился бука, -- Лично тебе я какой вред причинил? Друзей съел, близких? Да мной, хочешь знать, только ребенка можно напугать, да и то не каждого! Мы, буки, самая безобидная нечисть, а ты сразу с мечом!
   Я растерялась. Бука меж тем тяжело протопал к правому углу берлоги, откопал темную бутыль и жадно к ней присосался.
   -- Вот бегаешь, бегаешь от вас, -- голос чудовища становился все более развязным, -- А какая благодарность? Ни-ка-кой! Приходят эти... ну... охотники, отрубают голову, лапу и се, каюк. Ты же уби... убить меня п-пришла, да?
   -- Я вообще-то не хочу тебя убивать, -- призналась я, -- Но если я не принесу твою лапу, меня саму убьют!
   -- Дык о чем ваще речь?! -- удивился бука, -- Р-руби! Мы это... того... ригнерироваться умеем!
   -- Здорово! -- порадовалась я.
   -- Ты... т-ты меня ув-важаешь? -- высказал бука легендарную мысль всех времен и народов, -- У... уважа-шь, да?
   -- Ну да, -- нерешительно сказала я.
   -- Тады пей! П-пей, кому говорю! -- рассердился бука, тыча мне в нос бутылью, -- Ин-че н-не дам лапу резать! Лушше убей!
   -- А-а-а, была не была! -- решилась я, беря бутыль из лап окосевшего буки и делая небольшой глоток. В конце концов, от одного глотка еще никто не пьянел. Ну ни-ихто!
  
   -- Я ваще добрый зверь, -- сообщал бука, -- До-о-о-обрый! И п-г-ворить любю!
   -- Я т-тоже!
   -- А со мной нихто п-г-ворить не хощет! -- жаловался бука.
   -- Эт-то неп-рядок! -- возмутилась я, -- Ушшас-то! Дай-ка это... еще гл-тнуть!
   -- На! -- бука откупоривал уже вторую бутыль, обливаясь пьяными слезами, -- Ты х-хорошая баба, П-б-дительнисса!
   -- Ага, -- кивнула я, пошатнувшись, -- Ваще хорошая-я! Лушше н-некуда!
   -- Т-то-то и есть, -- согласился бука, -- П-пробуй-ка эт-той, м-линовой!...
  
   То, что день начал клониться к вечеру, первым заметил сам хозяин берлоги и сообщил мне.
   -- Тебе т-того... пора!
   -- Ушше? -- я взглянула на заходящее солнце и вдруг меня осенило, -- Сушщий! Т-ты меня ув-важаешь?
   -- Ув-важаю! -- икнул бука.
   -- Тады не б-буду теб-бе лапу р-зать! П-п-пошли со мной!
   -- К-куды?
   -- Т-туды! Т-то есь не туд-ды, а в ентот, ихний... ну... штаб ох-хотников, во!
   -- А п-шли! -- решился бука, -- Ч-во т-рять-то?!
   И так потихонечку, помаленечку мы добрели до Площади Сбора. Все остальные юные охотники были уже там.
   -- Ты кого с собой привела? -- вытаращился на меня Главный Мастер.
   -- Эт-того... бу... бу... бу! -- я не могла говорить, меня душил нетрезвый хохот, -- Бу-ку, во! Он не хощщет, щоб ему лапу р-били!
   -- Не хощу! -- подтвердил бука, -- А-то кады ешче она в-вырастет?!
   -- Но тебе же было приказано, -- попытался возмутиться Главный Мастер.
   -- А що прик-зано? -- перебила я, -- Лап-пу принесть? Дай ему л-лапу, д-друг!
   -- Н-на! -- бука облапил Главного мастера и смачно чмокнул его в ухо.
   -- Ну дела... -- растерялся тот, -- Ладно, а нечисть эту куда денем?
   -- А я д-домой, -- заявил бука, -- Вот... вот... тока... -- тут он хлопнулся прямо на землю и громко захрапел.
   -- Д-да-а-а, -- протянула я, -- Х-роший м-мужик энтот б-бука! Тока выпить люб-бит! -- и с этими словами я бухнулась рядом и нырнула в сон.
  
   -- О-о-о-о-о-о-о...
   -- Головка болит? -- ласково спросил Кромол, заходя в палатку, -- Пить меньше надо было!
   -- Да я же один глоток!...
   -- А ты сначала бы пригубила, а потом уже этот глоток делала, -- взорвался он, -- У бук этих вместо вина спирт концентрированный! Как еще Главный Мастер тебе задание засчитал, удивляюсь!
   -- А он засчитал? -- я радостно подскочила и снова рухнула на постель с резким помутнением разума, -- У-у-у-у-у-у-у...
   -- На вот, выпей, -- протянул мне Кромол глиняную кружку, наполненную ароматным варевом, -- Пей, пей!
   -- Бю-ю-ю! -- я немножко отхлюпнула и сразу же начала отплевываться -- такой гадости я еще не пробовала. Зато в мозгу слегка прояснилось, поэтому, кривясь и внутренне содрогаясь я выпила эту гадость.
   -- Пар-раша!
   -- Знаю, что невкусно, -- пожал плечами охотник, -- Однако это лучше, чем полдня отлеживаться с головной болью. А теперь вставай и пошли к Главному Мастеру! У меня такое чувство, что даже если учесть засчитанное испытание, это не значит, что он разрешит тебе здесь остаться!
   -- Расслабься! -- отмахнулась я, -- Все будет в порядке!
   -- Ну-ну, -- проворчал он.
   Мы с Кромолом вышли на Площадь Сбора и увидели там такую картину, что у бедного охотника, до сих пор считавшего, что остаться мне запретят, отвисла челюсть: девять седобородых старейшин во главе с букой и Главным Мастером бухали ПО-ЧЕРНОМУ! Иначе это никак не назовешь! Да-а, видно бука умел спаивать не только соболезнующих ему юных энергов, вроде меня!
   -- О-о, П-б-дительнисса! -- Главный Мастер подошел ко мне, обдав страшным перегаром, -- Ты это... ну... пр-шла испыт-тание! Б-будешь жить у н-нас... один г-год! Это исп-пытательный с-срок, во! П-том делай чо хошь, тока это... не оп-зорь славное им-мя охотника! Т-ты теп-перь наш чел-ловек!
   -- Понятненько, -- кивнула я, и Главный Мастер, шатаясь, пошел обратно к компании.
   -- Вот видишь, а ты боялся! -- я украдкой показала Кромолу язык.
   -- Похоже, тебе все дается с легкостью, -- усмехнулся тот, -- Пошли, я покажу тебе твой личный шатер!
   И мы пошли.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

* * *

   Прошел год.
   Мой испытательный срок закончился, и отныне я могла считаться настоящей охотницей. За это время я успела многому научиться: новым приемам рукопашной и боя различным холодным оружием, запутыванию следов, перемещению босой по горячим углям и ледяному насту, лазанию по самым тонким веткам деревьев и многому другому, без чего настоящий охотник не сможет прожить и дня. Мой костюм из Тсаолпри давно износился, мне выдали новый, и теперь я выглядела как здешний человек: кожаные плетеные брюки, сапоги до колен, меховая жилетка и шерстяной синий плащ с капюшоном на случай дождя (плюс он был хорошей маскировочной одеждой).
   Кромол тоже успел измениться -- из несдержанного юноши то и дело срывавшегося на мои едкие замечания он превратился в сурового решительного человека, которого Главным Мастер в недалеком будущем надеялся сделать своим преемником. Короче все было бы абсолютно прекрасно, если бы меня не начало тяготить однообразие своей жизни -- никакой смены места, никаких новых впечатлений... Пока я училась, мне было чем занять себя в течение дня, но как только это время прошло, мне резко захотелось выбраться куда-нибудь подальше Кентерберийского леса. В конце концов мои мучения заметил и Кромол.
   -- Саша, что с тобой?
   -- Я скучаю, -- коротко ответила я, -- И вообще, надоело мне что-то на одном месте сидеть! Вот ты, например, постоянно куда-то пропадаешь, возвращаешься только через неделю или позже, а я тут уже целый год безвылазно торчу! Почему такая несправедливость?
   -- Так что же ты сразу не сказала, что тебе скучно? -- обиделся Кромол, -- Вот завтра же попрошу Главного Мастера выделить нам коней, и мы с тобой поедем в Ин-Грату на заработки!
   -- На какие заработки? -- заинтересовавшись, спросила я.
   -- Увидишь, -- загадочно ответил Кромол.
  
   Дорога до Ин-Граты обошлась безо всяких приключений, так что через два дня пути мы беспрепятственно подъехали к воротам города. Перед нами стояла целая очередь различного народа, -- торговцев, крестьянского люда -- которые также пытались проникнуть внутрь города. Четверо рослых солдат, охранявших въезд, собирали пошлину -- с кого по серебренному солнцу (местная денежная единица), а с кого и побольше. Я было попыталась достать свой кошель с некоторыми сбережениями, выданными мне и Кромолу Главным Мастером перед отъездом, но охотник жестом остановил меня и попросил накинуть капюшон.
   -- Сейчас я покажу тебе более дешевый способ проникновения в город, -- усмехнувшись, сказал он. Я пожала плечами, накинула свой капюшон и последовала за ним. Кромол меж тем, гордо выпрямившись в седле, пустил своего коня медленным шагом и протиснулся через толпу к самому входу. Стражник, стоявший рядом с ним открыл было рот, чтобы потребовать денег, но вдруг осекся и тихо отошел в сторону.
   -- Прошу, проезжайте пожалуйста, -- еле слышно сказал он.
   Кромол одарил того пристальным взглядом, кивнул мне и прошествовал внутрь. Я с тем же презрительным видом протиснулась следом за ним и только в некоторой отдаленности от ворот поинтересовалась, почему же нас пропустили не взяв ни гроша.
   -- Все очень просто, -- ответил тот, -- Изначально леса близ Ин-Граты были жутко опасным местом, где толпы людей исчезали безвозвратно. Поэтому когда появился наш клан, спокойно живущий в лесу и уничтожающий всех страшнейших врагов человечества, люди посчитали нас чуть ли не демонами. Слышала бы ты, какие байки про нас ходят по городу! И что мы сами нечисть, и что мы питаемся младенцами, и еще сто-о-олько всего! Умереть можно! Не знаю, насколько люди сами в это верят, но, по крайней мере, пошлину на входе с нас брать до сих пор стесняются. Удобно, да?
   -- Ага, -- кивнула я, затем поинтересовалась, -- А есть хоть доля правды во всех этих бреднях?
   -- Нет, конечно, -- улыбнулся Кромол, -- Ну разве мы похожи на нечисть?! А то, что мы едим младенцев пошло от того, что мы, помимо денежной платы за свои услуги, берем и детей -- одного пятилетнего мальчика или девочку за уничтожение пяти монстров. Никогда не слышала про такое: отдай мне то, что тебя дома ждет, но о чем ты не знаешь?
   -- Слышала где-то, -- согласилась я, -- И что, неужели родители так спокойно отдают своих детей?
   -- Ну, разумеется, нет, -- ответил Кромол, -- Но ежели вся деревня поднажмет, чтобы ты свое дитя за спасение села отдал, то куда ж денешься? А ребенок-предназначение и сам из дома сбежит, только бы свою судьбу найти!
   -- А ты как в охотники записался? -- поинтересовалась я, -- Сбежал или сами отдали?
   -- Наверно сбежал, -- пожал тот плечами, -- По крайней мере, как говорят старейшины, нашли меня на кромке Кентерберийского леса, три раза отводили в Ин-Грату, искали мне приемных родителей, но все три раза я возвращался обратно, пока во мне призвание к охоте не почувствовали. Никто не знает откуда я взялся и кто меня Кромолом назвал. Свое имя -- это единственное, что я помню, потому как даже в детстве ни на что другое не отзывался.
   -- Интересненько, -- задумчиво протянула я, сняла капюшон и огляделась.
   Не знаю, как лично вы представляли себе Ин-Грату, но я считала, что столица того времени должна быть чем-то вроде большой деревни или села. Как же мне надоело ошибаться! Более всего Ин-Грата напоминала какой-то восточный город: глиняные одноэтажные дома с соломенными крышами, образующие запутанные лабиринты улиц; торговля под пестрыми тентами, начинающаяся сразу за воротами; преобладание белого и желтого цветов; вечный шум и толкотня на дорогах, где не так-то легко проехать верхом на коне... И запах свежевылитых на голову помоев.
   -- Мимо, -- успокоил меня Кромол, и мы двинули дальше. Вдалеке показались более богатые здания -- каменные храмы с золочеными главами, дома ремесленников, дворцы так называемых лендлордов, каменные двухэтажные таверны. К одной из таких таверн, под названием "Голодный мельник", мы и направились.
   -- А какую работу мы вообще ищем? -- спросила я между прочим.
   -- Так я же тебе говорил, что иногда представители нашего клана подрабатывают наемниками, -- ответил Кромол, -- Вот и посмотрим, нужны ли кому люди нашей специальности!
   -- Например?
   -- Ну, -- задумался тот, -- Говорят, эльфы на границе вновь двинулись в очередную бесплодную атаку. Победить-то они, конечно, не победят, но руки, умеющие владеть оружием, всегда пригодятся в подобном деле. Я думаю разыскать в этой или иной таверне вербовщика и наняться, естественно, за повышенную оплату, как и стоит делать людям нашей квалификации.
   Э-э-э... Меж делом я вспомнила три правила, которые вдалбливали в нас в школе энергов: "Не убивай невинных людей, не доверяй Темным, даже если кажется, что вы на одной стороне и НИКОГДА не влезай в чужую войну и все будет в порядке". Что ж... Второе из этих правил я уже успела нарушить, подключив Рявли к поиску Василисы, однако дело обошлось. Теперь я явно собираюсь нарушить и третье. Да-а.
   -- А нельзя ли придумать какой-нибудь еще способ подзаработать? -- полюбопытствовала я, -- Например, заняться прямой задачей охотников, то есть уничтожить какое-нибудь чудовище?
   -- Дайте мне чудовище! -- усмехнулся Кромол, -- Но где же его взять? Лично у меня такая идея: сейчас мы присоединяемся к группе наемников, идущей в какой-либо небольшой окраинный город, типа Каверны или Осорики, где помогаем отбить первую атаку эльфов, а дальше следуем по границе вглубь страны -- говорят, по этому маршруту еще остались деревеньки, в которых требуются охотники. Как тебе мысль?
   -- Одобряю, -- кивнула я.
  
   Меж делом мы вошли в таверну, и я огляделась. Внутри сие здание, как и снаружи, было сделано из камня (Кромол объяснил каменную основу здания нежелательностью пожаров), а земляной пол был густо посыпан опилками, впитывающими в себя грязь, приносимую постояльцами на сапогах. На стенах висели большие чадящие факелы и различное оружие, -- топоры, алебарды, копья, луки -- видимо, как украшение. Стойка, стулья и низкие массивные столы были вырезаны из дуба, посуда была глиняной, а вместо бутылей с вином за стойкой находились большие кувшины размером с человеческий рост. Прямо напротив входа в очаге жарился на вертеле молодой барашек.
   Мы уселись за столик, стоящий поближе к очагу, и Кромол сделал знак хозяину подавать пищу. Через минуту на нашем столе громоздились горшок с рассыпчатой кашей, угри в винном соусе, блюдо с пареной репой (или чем-то похожим на репу) и довольно крупный кусок того самого барашка, которого я заприметила еще на входе. Из напитков нам подали легкое вино и жбан янтарного пива. Год назад я бы пожалела о недостатке безалкогольных напитков в этом мире, но теперь я относительно освоилось и вино было мне не в тягость.
   Большая часть народа в таверне была навеселе, но атмосфера в общем была довольно дружеская. Я силилась догадаться, как должен выглядеть искомый нами вербовщик, но никто, кроме нас, из толпы не выделялся. Тогда я спросила Кромола.
   -- Сейчас вербовщика здесь нет, -- подтвердил он мои подозрения, -- Но либо сегодня вечером, либо завтра утром он точно появится!
   -- И мы должны ждать его целый день? -- разочарованно протянула я.
   -- Придется, -- вздохнул Кромол, -- Вот что: я могу подождать его и один, а ты пока прогуляйся, исследуй окрестности, изучи город. Ты же здесь еще не разу не была?
   -- Нет, -- кивнула я. Мы договорились встретиться в этом же месте, когда солнце наполовину скроется за горизонтом, и я покинула таверну.
  
   Вначале я боялась заблудиться в нескончаемых лабиринтах улиц, но потом внезапно обнаружила, что больше этого сделать мне не удастся -- год жизни в лесу привил мне практически фотографическую память на местность, так что даже если бы я специально захотела потеряться, все равно не смогла бы. Этот факт обрадовал меня, и я безбоязненно двинулась вглубь Ин-Граты.
   "Э-эй!"
   Вначале я не сообразила, чей это голос прозвучал в моей голове -- Оникудаки не разговаривал со мной все то время, которое я провела у охотников.
   -- Чего тебе? -- шепотом спросила я.
   "Чего-чего?!" -- огрызнулся меч, -- "Ничего не забыла? Между прочим, мы прибыли в большое селение! Не пора ли тебе передать меня умному человеку?"
   -- Еще чего! -- буркнула я, -- Мы с тобой клятву на три года заключали? На три! Вот и терпи три года, а уж потом и возникать будешь!
   "Ну смотри у меня!" -- прошипел Оникудаки, -- "Если не отдашь меня кому-нибудь сейчас же, самой же хуже будет! Вред я тебе причинять не буду, но и слушаться не буду тоже! Надо будет тебе кого-нибудь пристукнуть -- а фиг! На-кося выкуси!"
   -- Ах так? -- обиделась я, -- Тогда я в первой же кузнице тебя на перековку отправлю! Брошку сделаю! В виде бабочки!
   "Не получится!" -- ухмыльнулся меч, -- "Нам нельзя причинять вред друг другу!"
   -- А кто сказал, что это вред?! -- поддела я, -- Может, тебе от этого польза будет? И к тому же не я тебя буду перековывать, а кузнец!
   Меч заткнулся, обдумывая мою угрозу, а я наконец получила возможность без помех оглядеть город. И было на что посмотреть! Время зашло за полдень, и город окрасился солнцем во всевозможные оттенки золота и меди, сверкая и слепя глаза. Я заметила, что по улицам ходили не только люди, но и уже знакомые мне хафлинги, а также гномы, сатиры и орки (так называют существ, произошедших от смешения крови гоблина и человека). Местных жителей от приезжих отличала привычка носить на голове толстые шелковые повязки с различным рисунком, вышитым поверх основной ткани. Самым распространенным транспортным средством здесь были мулы или ослы -- они единственные из всех ездовых животных без труда протискивались в узкие коридоры переходов.
   "Интересно, зачем такой восточный город поставили в самом центре западной страны?" -- задумчиво произнес Оникудаки, похоже, смирившийся с мыслью, что покинуть меня не удастся.
   -- А с чего ты взял, что понятия о Востоке в одном и другом мирах должны быть похожими? -- возразила я, -- И кто знает, как выглядит здешний восток?
   "Хм... Интересно", -- начал размышлять мой меч, -- "Аорти находится на западе, Неорина -- на юге, Синие Земли -- на севере, а вот про восток ничего не известно. Почему так?"
   -- А может, и нет востока? -- предположила я, -- Скажем, так или выжженная пустыня, или Мировой океан.
   "Возможно", -- согласился Оникудаки, -- "Но... Сомневаюсь!"
   Я мысленно плюнула на меч, явно решивший загрузить меня мучительными размышлениями в отместку на угрозу, повернула за угол и внезапно вышла на площадь.
   "Хор-роший стадиончик!" -- высказался меч.
   Представьте себе хорошо расчищенное пространство, идеально ровный квадрат где-то двести на двести метров, выложенный из ромбических кирпичей. Оригинально, да?! Прибавьте к этому, что все кирпичи этой площади были из чистого золота, и будет гораздо оригинальнее!
   Дальний от меня конец площади украшал огромный храм (огромным он был только по размерам зданий этого мира -- в нем было целых десять этажей). Стены его были выложены из белоснежного камня, а купола и решетки на окнах тоже украшала позолота. Над широкими воротами, в которые без труда могли бы пройти десять человек, вставших в ряд, была воздвигнута живописная резная арка. Вместо колонн ее поддерживали два беломраморных дракона. Такие же драконы, только поменьше, украшали весь храм снаружи в виде скульптур, оконных витражей и орнамента на стенах и позолоте. Храм был квадратным, но сужался к вершине и разделялся на пять башен -- четыре боковых и одну центральную, в которой располагалась колокольня. Сейчас звонарь выводил сложную мелодию, одновременно радостную и пугающую, а на площадь прибывали люди, на головных повязках которых был вышит лик дракона -- вероятно, храмовая символика. Похоже, собиралась месса.
   -- Извините, -- окликнула я одного прихожанина, -- Я прибыла издалека и не знаю, кому построен этот храм!
   -- Звездному Паломнику, кому ж еще! -- охотно откликнулся толстый прихожанин лет пятидесяти, -- Откель же ты будешь, коли о нем не знаешь?!
   -- О, я довольно долго странствовала по миру, -- попыталась отмазаться я, -- Лучше расскажите мне побольше о Звездану... Звездном Паломнике! Он бог?
   -- Никто не ведает, -- пожал плечами прихожанин, -- Уж никто и не помнит, человече ли он был, али нет. Вещают, был он драконом, вещают, людем с драконовыми крылами, а иные чают, что, не мудрствуя лукаво, был это толковый странник, ведавший знатнее прочих. В те времена окаянные эльфы осиливали победу за победой над человечим племенем и уж некуда было схорониться от этих нелюдей. Да и прочая нечисть осаждала честной люд. Тогда и возникнул Звездный Паломник, и повелел он на чистом месте сотворить город и наречь его Ин-Гратой. Толковал он, что покуда Ин-Грата стоять будет, никой эльф иль иная нелюдь человечей не загубит. Границы страны будут сотрясать бранями, но сердце ее будет стоять. А еще повелел он бабам вручить своих первенцев охотникам, чтобы взрастили они из детей этих заправских борцов с нечистью; и отныне охотники не просто за зверьем идут, а поболе чудищем промышляют.
   -- И с тех пор эльфы никогда не побеждали? -- полюбопытствовала я.
   -- Ни разу, -- подтвердил тот, -- Доводилось, отбивали у нас целые села иль города окраинные, но мы завсегда их назад возвращали.
   -- А где теперь Звездный Паломник?
   -- А кто ж его ведает? -- вздохнул прихожанин, -- Как смогли люди атаку эльфов отбить, так скрылся он в направлении незнаемом. Говаривают, в Синие Земли ушел, да там и сгинул. Иные болтают, что на востоке за Великими Топями дракон водворился, видать это он и есть, да кто ж проверит?
   -- И возвели ему храм, и стали ему поклоняться в надежде на то, что спустя тысячелетие он вернется и подарит новые знания, -- пробормотала я, -- Скажи еще, что за церемония тут у вас проходить будет?
   -- Да ты и впрямь нездешняя, -- покачал человек головой, -- Чуешь звон какой музыкальный? Когда звонарь так трезвонит, стало быть инквизиторы наново еретика какого нашли. А то ведьму казнить будут! Пошли, сама глянешь, на такое любой люд пускают!
   -- Э-э-э... Инквизиторы?
   -- Пошли, пошли, сама увидишь, -- потянул меня за руку прихожанин вглубь довольно плотной толпы, образовавшейся за время нашего разговора близ площади, -- Глянь, и прямо ведьма!
   Я протиснулась еще вперед и увидела ее, привязанную к необычному распятию, горизонтальные штрихи которого напоминали драконьи крылья. Ведьмой оказалась молодая девушка лет пятнадцати, почти ребенок. У нее были взлохмаченные рыжие кудри до плеч и заплаканные янтарные, почти желтые, глаза. Все ее руки были в царапинах и глубоких порезах, а под правым глазом красовался здоровый фонарь. Стиснув зубы, я подумала, что инквизиторы, должно быть, долго мучили эту несчастную, прежде чем та созналась в преступлении, которое совершила.
   "А она и не совершала никакого преступления!" -- заявил Оникудаки.
   -- С чего ты взял? -- тихо уточнила я.
   "Вспомни, Саша, мы находимся в измерении парамагии, а значит любое обычное колдовство здесь нонсенс", -- деловито сообщил меч, -- "Она могла бы колдовать только если бы была каким-либо магическим существом, а это взаимоисключает друг друга!"
   -- Ты прав, -- согласилась я, -- Жаль, что приходится допускать такую несправедливость!
   "Действительно, жаль", -- согласился Оникудаки и вдруг усмехнулся, -- "А мы и не допустим!"
   -- Как это? -- насторожилась я, -- Ты ведь не хочешь поставить меня в опасное положение?!
   "Нет, конечно!" -- ехидненько хмыкнул меч, -- "Разве что только ты сама поставишь себя в такое положение, если сию же минуту не передашь меня во-он тому прихожанину. Клятвенно обещаю вернуться! Ты мне веришь?"
   -- Нет, естественно, -- огрызнулась я, -- И вообще не следует нам вмешиваться в законы этой страны!
   "Тебе не следует", -- неожиданно согласился меч, -- "Но именно ТЕБЕ!"
   С этими словами он внезапно выпрыгнул из ножен прямо мне в руки. Я резко откинула его, не желая, чтобы Оникудаки вновь завладел моим сознанием, но, как оказалось, зря. Мерзкий мечишко так рассчитал траекторию своего полета, что я уронила его прямо к ногам прихожанина, которого меч как раз наметил своей жертвой. Тот, завидя ничейный меч, наклонился, чтобы его поднять.
   -- Не-е-ет! -- простонала я, но было поздно.
   Человек поднял меч, и в тот же миг глаза его остекленели -- Оникудаки захватил разум в свои руки. Меч подмигнул мне глазами прихожанина, ухмыльнулся и тихо двинулся прямо к инквизитору с колпаком палача на голове, который как раз нес факел, дабы поджечь дрова, сложенные у ног ведьмы. Стиснув зубы, я выругалась и побежала вслед за ним.
   Меж тем церемония сожжения ведьмы шла своим чередом. Человек в красно-белой мантии, вероятно, первосвященник, зачитывал длинный список грехов, которые якобы сотворила сия особа:
   -- Данная женщина, Плесенью именуемая, восьмого числа Пересвета месяца забралась в скотник к свидетельнице бабке Свекле и отравила все молоко у коров. Двадцать третьего числа месяца Опалы свидетель кузнец Бурундук заприметил оную ведьму за уворовыванием младенца из соседнего дома. Завидя Бурундука, ведьма завизжала нечеловечьим голосом, выронила младенца, обернулась черной собакой и скрылась в неизвестном направлении. Младенец с почетом был возвращен матери. Третьего числа Снегосыпа месяца эта женщина...
   И так далее. Обычные средневековые обвинения неповинной женщине, которую из-за чего-то невзлюбили соседи. Тем временем, пока я отвлеклась на заслушивание первосвященника, мой меч успел сделать гадость. Точнее: Оникудаки в облике прихожанина тихо продвинулся к палачу и внезапно исподтишка долбанул его плашмя лезвием по балде. Бедолага рухнул, даже не успев охнуть. Я было рванулась к мечу с целью отобрать его у прихожанина, но тот опередил меня -- в самый последний момент, когда уже я доставала до его рукояти, Оникудаки перепрыгнул из руки прихожанина в руку псевдоведьмы. Я поспешно отошла в тень: засвечиваться перед глазами прихожанина, который только что был подчинен Оникудаки, мне абсолютно не хотелось (правда тот и не смотрел на меня -- бедняга был в глубоком трансе).
   Первосвященник закончил свою речь и сурово взглянул на ведьму:
   -- Каково твое последнее слово, богомерзкая колдунья?
   -- Я тебе скажу свое слово, жалкий служитель ничтожного бога, -- неожиданно и громко прошипела минуту назад обессиленная девушка, и в голосе ее мне почувствовался звук речи моего меча, -- Я невиновата ни в одном из вышеперечисленных грехов, признание которых вы выдернули из меня только с помощью пытки, недостойной порядочного человека. Вы не сможете сжечь меня на этом костре, ибо он основан на лживых показаниях подкупленных свидетелей. Прощайте!
   И с этими словами девушка-Оникудаки рассекла лезвием веревки на руках (руки, в отличие от распятий нашего мира, были привязаны не к горизонтальным полосам, а за спиной, что увеличивало маневренность), перепрыгнула через разгорающийся костерок, растолкала ошалевшую толпу и исчезла за поворотом.
   -- За ней! -- воскликнул пришедший в себя первосвященник. Толпа похватала занявшиеся бревнышки из костерка на манер факелов и ринулась вслед за псевдоведьмой. Я тоже взяла ноги в руки и двинула вперед, пытаясь обогнать толпу и найти девушку с Оникудаки раньше ее. Долго бежать мне не пришлось -- к счастью, у Оникудаки хватило ума подождать меня в ближайшей подворотне и тихо окликнуть, пока толпа с ревом мчалась мимо.
   "Ну как я ее спас?" -- хвастливо спросил меч.
   -- Оригинально, что еще я могу сказать? -- проворчала я, забирая его из рук девушки, находящейся уже в полуобмороке, -- А тебе в голову не пришло, что ее будут искать? Ах да, извини, я забыла, что головы-то у тебя как раз и нет!
   "Ну, знаешь, -- обиделся Оникудаки, -- И это вместо благодарности?! Какие же вы, люди...!"
   -- Заткнись, -- сурово оборвала я его и попыталась привести девушку в себя, -- Эй, ты как?
   Та вдруг широко открыла глаза и испуганно попыталась забиться в угол, прикрывая руками голову.
   -- Ты чего? -- удивленно спросила я, -- Мы не причиним тебе вре... О, черт!
   Я наконец разглядела странные глаза этой девушки, и до меня дошло, что в этом мире вертикальные кошачьи зрачки -- особенность не присущая местному населению.
   "Ты кого спас, ирод?!" -- мысленно прорычала я сжавшемуся Оникудаки, а вслух спросила, -- Ты кто?
   -- Ве... ве... ведьма, -- заикаясь, тихо проговорила девушка.
   -- Ага, а я Звездный Паломник! Слушай, мне-то ты пургу не гони! -- обиделась я, -- Я тебя тут с костра спасаю, понимаешь, а мне брешут и не краснеют даже! Правду говори!
   -- А ты сама кто? -- осмелела псевдоведьма, -- Может, я тебе доверять не могу? И вообще, что со мной случилось? Внезапно что-то влезло в мой разум и приказало мне разрезать веревки тем мечом, что у тебя на поясе висит! Как это понимать?
   -- Ну меч у меня разумный, -- нехотя объяснила я, -- Он и приказал тебе себя спасти. Но если пикнешь кому...
   -- Да понятно, -- отмахнулась девушка, -- Не маленькие, знаем! А зовут тебя как?
   -- Са... Победительница!
   -- А меня Э... Плесень! -- познакомилась псевдоведьма, -- Слушай, а чего ты такая странная? Спасать меня вдруг стала... Нездешняя, да?
   -- Что-то в этом роде, -- кивнула я, -- А ты?
   -- Я тоже неместная, -- призналась Плесень, -- Моя родина находится в Синих Землях!
   -- Где??? -- от удивления я так вытаращила глаза, что испугалась за сохранность их в глазницах, -- Но там же ни один человек... Но оттуда же ни один человек...
   -- Правильно, человек, -- согласилась Плесень, -- Но я-то не человек! Я оборотень!
   -- Э-э-э...
   В моем мозгу бешено закрутилась мысля, как Темная умудрилась оказаться в этом мире, оставив память при себе, но тут в голове вновь возник голос Оникудаки:
   "Расслабься, Саша! Эта девушка не Темная, как ты думаешь. Это просто обычная нечисть".
   "А разве такая бывает?" -- мысленно спросила я.
   "Еще как!" -- ответил меч, -- "Видишь ли, вампиры, оборотни, гаргулии и тому подобные существа не обязательно Темные. Понимаешь, эти индивиды нечисти создались с помощью той же парамагии, что и гномы, кентавры и так далее. Просто в один прекрасный момент Темные энерги решили, что став отчасти нечистью и только отчасти человеком, они приобретут большую силу, нежели оставаясь просто энергами. С тех пор большинство людей настолько привыкли видеть вервольфов и вурдалаков Темными, что уже и не помнят, что те бывают и простой нелюдью с обычным цветом ауры. Впрочем, если этой девушке удастся прожить больше ста лет, она тоже сможет войти в широкий круг разновидностей Темных... или Светлых, если пожелает. Понятно?"
   "Ага", -- успокоилась я, и поинтересовалась у Плесени, -- В кого?
   -- Что "в кого"? -- не поняла та.
   -- В кого перевоплощаешься, спрашиваю? -- уточнила я, -- В волка, в лису, в пантеру или в кого еще?
   -- В рысь, -- созналась Плесень, -- А откуда ты так много про оборотней знаешь? Иные, узнав об этом, бегут со всех ног прочь, или пытаются прибить меня на месте, а ты вроде даже и не испугалась!
   -- Конечно, не испугалась, -- гордо заявила я, -- Чего мне тебя бояться? Я, между прочим, охотник!
   -- Кто?! -- Плесень вдруг снова сжалась и отползла от меня в спасительный угол.
   -- А теперь чего? -- устало поинтересовалась я.
   -- Чего, чего? -- огрызнулась девушка, -- Знаю я ваше охотничье племя! Сколько раз уже было: спасут от крестьян, зубы заговорят, а потом сдадут ближайшему лендлорду за порядочную плату! Да сами вы нелюди! Сколько про вас слухов ходит, будто вы людей зомбируете, чтобы те вам подчинялись, что вы младенцами плату берете, а потом съедаете их вместе с косточками, и еще...
   -- Выговорилась? -- сурово прервала я ее, -- А теперь слушай сюда! Умная, вообще, нашла чему верить! Слухам! Сама из-за чего на костер попала? Из-за слухов тех же! Ведьма ты? Нет! Вот и молчи себе в тряпочку! И запомни: если я тебя с костра спасла, значит никому сдавать не собираюсь! Больно надо было мне из-за денег перед народом засвечиваться! Балда наивная!
   -- А... а как же младенцы? -- робко попыталась возразить Плесень, -- Я сама видела...
   -- Что мы их едим?! -- не на шутку разозлилась я, -- Ну ты и...
   -- Что вы их как оплату принимаете! -- быстро перебила меня оборотень, -- Зачем они вам?
   -- А зачем другим людям дети? Продолжение клана воспитывать!
   -- У вас что, своих детей нет?
   -- Есть. Вроде, -- задумалась я, -- Просто не каждый человек достоин стать охотником. В одних это с рождения чувствуется, а в других... Не знаю я, короче! Довольна?
   -- Ага, -- ухмыльнулась Плесень, -- Теперь я тебе верю, так и быть! Куда пойдем?
   -- В одну таверну. Постой! -- мы проходили мимо дома, возле которого сушилось белье на длинной веревке, натянутой под крышей. Я подпрыгнула и стащила с нее еще влажный зеленый плащ, -- Надень-ка!
   -- Зачем? Он еще мокрый!
   -- Зачем, зачем! -- передразнила я ее, -- Забыла, что ли, что тебя все приверженцы Звезданутого Половника разыскивают? Али склероз замучил? Маскироваться кто будет?
   -- Точно, -- покраснела девушка, -- Извини!
   -- Ничего, понимаю, шок, травма головы, об крест носом стукнулась и все такое, -- отмахнулась я, -- Расслабься, теперь все в порядке!
   "Еще нет", -- проронил доселе молчавший Оникудаки.
   "То есть как?"
   "Ты подумала, что скажет Кромол?"
  
   Оказалось, по поводу Кромола я беспокоилась совершенно напрасно. Его реакция была достаточно адекватной.
   -- Ты кого притащила???! С ума сошла, что ли?! Где ты достала этого оборотня?!
   -- На костре, -- робко сообщила я.
   -- Где??? -- ни говоря больше ни слова, Кромол схватил за шиворот одной рукой меня, другой Плесень, и быстрым шагом двинул на второй этаж, где успел снять комнату. Только там он соизволил отпустить нас, запер дверь на засов и потребовал продолжения объяснений.
   -- Какой леший тебя дернул...!!
   -- Ну, знаешь ли, -- наконец не выдержала я, -- Прекрати меня упрекать, иначе схлопочешь по фуражке, да так, что зубы через уши выскочат! Ее сжечь хотели, понимаешь? За ведьму приняли! Ну не могла я допустить того, чтобы невинного человека за просто так спалили! Не знала я, что это оборотень, понимаешь, не знала!! Допетриваешь помаленьку?!
   -- Так ты не знала, что это оборотень? -- неожиданно успокоился Кромол, -- Тогда нет проблем! Пойдем, вернем ее назад, извинимся, может, нас еще и наградят за это!
   -- Да ни за что!
   -- Ну пойми, Победительница...
   -- Сам пойми!
   -- Погоди...
   -- Я кому сказала, Гейзер!
   -- А-а-а-а-а-а-а-а!!! -- этот резкий, пронзающий уши звук раздавался довольно продолжительно, так что к концу сей "оды" и я, и Кромол успели порядочно оглохнуть.
   -- А теперь слушайте меня! -- заявила Плесень, когда окончательно выдохлась, -- Я не намерена больше внимать вашей перебранке! Точно дети малые, леший меня задери! Не надейтесь, ни на какой костер обратно я не попрусь, а тащить силком меня весьма сложно. Я впервые встретила нормально охотника, ценящего любую разумную жизнь (благодарный кивок на меня), но тут подворачивается очередной олух, охотящейся исключительно за прибылью! Вот сейчас заберу этот зеленый плащ, и уйду на все четыре стороны, а вы орите друг на друга сколько влезет! Без меня!
   Мы с Кромолом переглянулись и сконфужено заткнулись. Действительно, развели тут разборки перед лицом ребенка (пусть даже и оборотня). Это же влияет на еще не сформировавшуюся психику!
   -- Мы больше не будем, -- извинился Кромол и снова обернулся ко мне, -- Победительница, спасение этого оборотня дурно влияет на репутацию всего клана охотников!
   -- Ничего, -- успокоила я его, -- А ты никому не говори! Я просто провожу Плесень до Синих Земель, где она будет в безопасности от инквизиции и нашего клана и вернусь обратно!
   -- Но дело не в том, что кто-то узнает, -- почти простонал охотник, -- Дело в самом принципе! Я бы и сам не стал сдавать эту девочку на костер, но ты-то не просто нашла ее, ты СПАСЛА ОБОРОТНЯ, то есть нечисть, от людей, а это уже пахнет преступлением! Я не могу такого допустить!
   -- Все равно...
   -- Погодите, -- вмешалась Плесень, -- Скажи, Гейзер, а если, предположить, что с костра спасла меня не Победительница, а кто-то другой, а она просто нашла меня в подворотне и привела сюда, изначально не зная, что я была на костре? Тогда ты допускаешь не возвращать меня обратно, а отправить домой? В этом случае твой принцип не пострадает?
   -- Не пострадает, -- кивнул Кромол, -- Если бы все было так, как ты сказала, можно было бы сослаться на то, что ты никому не сообщила, какие люди пытались тебя сжечь, а отдавать тебя другим палачам было бы уже несправедливо. Я бы мог предположить, что на первый раз тебе хватит и предсмертного ужаса, а сама смерть может и подождать, поэтому вернул бы тебя обратно в Синие Земли и взял письменную присягу, что больше на территорию Аорти ты выходить не будешь. Но ведь тебя спасла Победительница, а не кто-то еще!
   -- Не совсем, -- переглянулась со мной Плесень, -- Думаю, ему пора рассказать об Оникудаки!
   -- Ты права, -- вздохнула я.
   -- О ком вы ведете речь? -- не понял Кромол.
   -- Видишь ли, -- нехотя призналась я, -- На самом деле спасла Плесень не я, а мой меч, причем, без спроса. Сама я тихо стояла в стороночке и даже не поинтересовалась, что за люди пытались ее сжечь.
   -- Это были прихожане З... -- попыталась сообщить оборотень, но я вовремя зажала ей рот. Кромол благоразумно сделал вид, что ничего не расслышал.
   -- Погоди-ка, -- вдруг дошло до него, -- Как это ее спас твой меч? Его что, кто-то украл и перерезал им веревки?
   -- Скорей Оникудаки кого-то украл, -- проворчала я.
   -- Ничего не понимаю, -- совсем запутался охотник. Я молча стянула с себя перевязь, выдвинула Оникудаки из ножен и протянула Кромолу, -- На, поговори с ним!
   Кромол взял мой меч за рукоять, провел пальцем по лезвию, и тут же на его лице возникло сосредоточенно-задумчивое выражение -- меч и вправду решил высказаться.
   -- Как ты думаешь, у Оникудаки получиться убедить его? -- потянула меня за рукав Плесень.
   -- Не знаю, -- пожала я плечами, -- Время все решит!
   Разговор Кромола с Оникудаки продолжался чуть более получаса, после чего охотник очнулся, вернул меч мне и сказал:
   -- Извини, что сразу не поверил тебе! Оникудаки подробно объяснил мне, что ты действительно не принимала ни малейшего участия в похищении Плесени с костра, более того, это выглядело как обычный побег, и никто ничего не заметил.
   -- Так что мы теперь будем делать? -- уточнила я.
   -- Теперь? -- задумался Кромол. Он немного пошагал туда-сюда по комнате, затем схватил свой плащ с кровати и быстро вышел из помещения. Не успели мы как следует разволноваться, как тот вернулся, неся с собой небольшое корыто, тяжелый чайник с кипятком и какой-то сорняк с улицы.
   -- Это растение называется ма-гуа, -- пояснил он в ответ на мой немой вопрос, -- Сок его обладает особым свойством окрашивать в темно-коричневый цвет все, на что он попадает. Я принес его для того, чтобы устроить нашей новой знакомке более толковую маскировку, нежели просто плащ!
   С этими словами Кромол налил кипяток в корыто, разбавил холодной водой из ведра, стоящего в углу комнаты и тщательно выжал сок растений в воду, избегая попадания оного на пальцы.
   -- Раздевайся, -- приказал он Плесени.
   -- Чего??? -- уставилась та на него.
   -- Раздевайся, кому говорят, -- доходчиво пояснил Кромол, -- И полезай в воду. Сейчас мы будем делать из тебя смуглокожею гурию! Да не стесняйся, здесь все свои!
   Несмотря на просьбу Кромола не стесняться, Плесень покраснела до корней волос (видимо она знала смысл слова "гурия"), но все же разделась и прикрываясь ладошками полезла в воду. Жидкость тотчас же потемнела, скрывая ее от нас, и оборотень успокоилась.
   -- Вздохни поглубже и ныряй с головой, -- потребовал Кромол, -- Вылезешь, когда я тебе скажу, но не раньше!
   Та кивнула и скрылась под водой. Охотник в тот же миг достал из-за пазухи флакон с какой-то масляной жидкостью, вылил ее в корыто, и поджег. Поверх воды вспыхнуло синее пламя.
   -- Ты чего, с ума сошел?! -- вскрикнула я и попыталась погасить огонь.
   -- Успокойся, -- остановил меня Кромол, -- Так надо! После реакции горения сок ма-гуа будет держаться на теле Плесени неделю и даже дольше, так что нам не придется проводить повторное окрашивание.
   -- Но она же может обжечься, -- попыталась я возразить, -- У нее не такая закаленная кожа, как у охотников! Это же просто...
   -- Оборотень, -- закончил за меня Кромол, -- Поверь мне, Победительница, у нечисти кожа еще более крепкая, чем у людей. Она даже не почувствует жара!
   -- Ладно, поверю тебе на слово, -- проворчала я.
   -- Тогда повернись спиной к корыту, -- посоветовал охотник.
   -- Зачем?
   -- Скоро вода опять посветлеет, -- пояснил тот, -- Ты же не хочешь, чтобы Плесень, вынырнув из корыта, застала нас за подглядыванием?
   -- За кого ты меня принимаешь?! -- возмутилась было я, но Кромол уже последовал собственному примеру, так что мне осталось сделать то же самое. Секунд через десять послышался плеск воды и громкое отфыркивание -- видно, пламя уже успело погаснуть и оборотень вылезла наружу.
   -- Там, на кровати, твоя новая одежда, -- сказал Кромол (а я и не заметила, когда он успел ее принести).
   Через пару минут Плесень разрешила нам повернуться, мы сделали это и ахнули: перед нами стоял абсолютно новый человек. Полного сходства с юным папуасом достичь не удалось, но зато она приобрела шоколадный оттенок ранее почти белой кожи и темно-каштановые волосы. Одежду Кромол также подобрал в соответствии с новым обликом: девушка была одета в длинные парчовые шаровары бирюзового цвета, топик из той же ткани и узкие шитые узором туфли на ногах.
   -- Я в этом не выйду! -- громко заявила оборотень, топнув ножкой. Кромол пожал плечами, а у нас с Плесенью разгорелась долгая дискуссия, после чего обе стороны пошли на компромисс: с девушки сняли данный комплект одежды, отказали в предоставлении любимого платья (Кромол давно сжег его в камине, как опасную улику) и нарядили в обтягивающий костюм из лоснящейся шкуры черной пантеры и высокие сапоги -- охотник уверил Плесень, что так одеваются дикие амазонки с севера Аорти.
   -- Знаешь, я советую тебе сменить и имя, -- предложил он, -- Не хочется, чтобы после стольких усилий тебя узнали из-за такой промашки!
   -- Как же назвать себя? -- задумалась та.
   -- Предлагаю окрестить тебя Рысью! -- не долго думая, предложила я, -- Как раз ты превращаешься в рысь, поэтому в случае чего прозвище не забудется, а звучит это гораздо приятнее, чем Плесень!
   -- А я и не против, -- согласилась именинница, -- Рысь, так Рысь!
   Итак, на сей день приключения оказались закончены. Чтобы проверить на прочность маскировку девушки, мы спустились на первый этаж и плотно поужинали в обществе довольно большого количества народа. Никто и не догадался, что рядом с нами сидит недавняя беглянка. За едой Кромол слегка поменял планы: теперь мы уходили завтра же утром, не дожидаясь вербовщика, предварительно запасшись провизией. Далее мы провожали Рысь до границы Аорти, шли лесом в Осорику, а уж там решали, как быть дальше -- идти наемниками на войну или же приступать к охоте на чудовищ. Мы с Рысью переглянулись и одобрили планы охотника, после чего расплатились за еду и поднялись наверх -- солнце уже скрылось за горизонтом и наступила пора спать. Перед сном мы немного поругались из-за кроватей (их было две, а нас трое), но потом все дружно решили, что Кромолу, как мужчине, можно постелить и в углу на коврике. Тот, конечно, поворчал, но потом согласился, и через минуту мы услышали его мирное посапывание. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы с оборотнем последовали его примеру.
  
   Сборы следующего дня заняли у нас сравнительно немного времени, поэтому, позавтракав и расплатившись с хозяином таверны мы незамедлительно двинулись в путь. Дорога лежала через дикие леса без названий, расстилающиеся по всей территории Аорти.
   -- Скажи, твой дом далеко от границы Аорти? -- поинтересовался Кромол.
   -- Да нет, -- пожала плечами Рысь, -- Вообще-то будет считаться, что я дома сразу же после того, как я переступлю границу. Оборотни по большей части живут в лесу, а не в домах, как люди.
   -- Хм, я многого не знаю о вашем племени, -- задумался охотник, -- Думаю, зря!
   -- Естественно, -- поддакнула я, -- Вот убиваем мы оборотней, убиваем, а вдруг все, что про них известно, такие же слухи, как и те, что пустили про нас?
   -- Нет, это не слухи, -- призналась Рысь, -- Если честно, я просто еще слишком маленькая, чтобы быть полноценным оборотнем, поэтому и не пытаюсь съесть вас, убить во сне и еще что там.
   -- Хм, -- вторично хмыкнул Кромол, -- Расскажи мне о Синих Землях! Я многое слышал об этих странных местах, но ни разу из первых уст. Какие они?
   -- Ну, словами так просто этого не объяснить, -- сказала Рысь, -- Они не такие, как Аорти, там нет законов, нет общей религии, нет охотников... Единственный закон там -- это правило выживания. Ваш король был не прав, решив отправлять на мою родину самых закоренелых преступников в виде наказания -- такие люди как раз и могут выжить в Синих Землях. А вот обычный человек, пусть даже натренированный, пусть даже охотник -- не знаю. У нас есть простой люд, но ежедневно он погибает сотнями. Большинство народа сами стали почти нечистью -- если не телом, так разумом.
   -- С волками жить -- по-волчьи выть, -- кивнула я.
   -- И все-таки я не могу себе представить вашей страны, -- решил Кромол, -- Одно я понял: попадать туда мне очень не хочется!
   -- Я в этом и не сомневалась, -- хмыкнула оборотень.
   И так, за неспешными разговорами, мы продвигались вперед. Шла уже вторая неделя нашего безмятежного пути. Удивительно, но когда я путешествовала в этом мире не одна, никаких осложнений не было, а вот когда я двигалась в одиночку, еще до встречи с охотниками, мне попадались только оказии. Я решила проверить сие совпадение и отпросилась у Кромола на разведку. Зря, естественно, но я думаю, никто в этом и не сомневался!
  
   Мы как раз остановились на ночевку в небольшой деревеньке под названием Орша. Там собиралась свадьба, поэтому любой люд принимали без разговоров. Мы под видом дорогих гостей проникли в избу самой невесты и наконец-то перекусили чем-то иным, нежели жареным мясом, которое по дороге сюда мне уже порядочно приелось. Единственной проблемой было то, что Рысь, офигевая от такого количества разнообразных блюд и вин (правильно, где уж оборотню на наше раздолье полюбоваться, как не на свадьбе), быстренько нализалась до чертиков на потолке и полезла в общий круг петь застольные песни. Голос у нее, скажу вам бы-ыл... Пронзительный альт, то и дело перекрываемый рыканьем и повизгиванием, какое издает домашняя кошка, завидя валерьянку. Короче, половину ночи мы с Кромолом пытались оттащить ее в сторонку, дабы никто не заметил ее глаз, но потом плюнули и расслабились -- большинство гостей пело ничуть не лучше. В конце концов наклюкавшийся оборотень так растормошил охотника, что тот полез ей подпевать, а я, сожалея об отсутствии буки на этом празднике (вот кто умел напиваться!), отошла в сторонку и попыталась вздремнуть. Ага, разбежалась! Только мне начало чего-то сниться, как подал голос Оникудаки:
   "Саша, ты как?"
   -- Жива потихонечку, -- откликнулась я, -- А что?
   "У меня к тебе есть маленькая просьба..."
   -- Нет, я не буду убивать жениха и невесту, -- быстро перекрыла я его слова, -- И спасать из-под венца я тоже никого не буду -- все здесь собрались по доброй воле! Ах, да, ты тоже никого спасать и убивать не будешь!
   "Да погоди ты, я не про это", -- огрызнулся Оникудаки, -- "У меня личная проблема..."
   Я представила, какие у меча могут быть личные проблемы и тихонько захихикала. Влюбился он, что ли? Впрочем, висела тут на стене одна красивая сабелька...
   "Это не то, что ты думаешь", -- смутился меч, -- "Видишь ли, я не чувствую себя достаточно остро заточенным. Когда меня только что сотворили, заточка была просто идеальной, но сейчас она слегка затупилась. От этого я испытываю легкий дискомфорт, который очень раздражает. Ты не могла бы меня заточить?"
   -- Я никогда особо не практиковалась в заточке мечей, -- призналась я, -- И к тому же у меня нет точила.
   "Так сходи в кузню!" -- предложил Оникудаки, -- "Долго, что ли?! Заодно и купишь у кузнеца точильный камень!"
   -- Ага, все тебе купи, -- буркнула я, -- А сам меня не слушаешься!
   "Саша, не будь ржавой железякой!" -- на свой манер выругался меч, -- "Между прочим, мне вредно долго оставаться незаточенным!"
   -- Ну ладно, -- вздохнула я, поднялась и потопала в кузницу, находившуюся аж на другом конце деревни.
  
   Здание кузницы представляло собой небольшой каменный сарайчик с изображением подковы, повешенной на счастье над дверью. Я вошла внутрь и обнаружила там кузнеца (здорового бугая в замасленном фартуке с воспаленными глазами) и его помощника (хлипкого мальчугана с мозолями на руках от постоянного раздувания мехов). Сама кузница выглядела совершенно так, как и описывали средневековые кузни: темное помещение без окон, освещаемое лишь факелами да огнем из печи; огромные кожаные меха, кучи железных предметов, сваленных на шатающемся столе и несколько молотов различной тяжести, висящих на стене в металлических креплениях.
   Пока я озиралась, кузнец с подмастерьем переглянулись и двинулись ко мне.
   -- Чего угодно? -- пробасил кузнец, -- Коня подковать, ножи заточить, али еще что?
   -- Вот, -- протянула я Оникудаки, -- Его лезвие слегка затупилось и надо заострить!
   -- Ого, -- восхищенно цокнул языком кузнец, бережно дотрагиваясь до лезвия, -- Хорошая, однако, ковка! И сталь ладная, вот только странная какая-то...
   -- Это не совсем сталь, скорее, это серебро, -- призналась я, -- Это ничего?
   -- Ничего, -- успокоил меня кузнец, -- Особливый металл только, и ни сталь, но и окромя серебра в нем еще что-то есть... Слушай, а не продашь мне его? Золотом заплачу!
   -- Нет, он не продается, -- покачала я головой, -- Понимаете, я охотник и без меча не смогу работать. А серебренный он для того, чтобы вурдалаков одним ударом убивать!
   -- Да кой же ты охотник?! -- расхохотался кузнец, -- Охотники -- это мужики под два метра ростом в черных плащах, заслоняющих омерзительные рожи.
   -- А еще у них красные глаза и кормятся они младенцами, -- вставил подмастерье.
   -- Неправда! -- обиделась я, -- Охотники -- это нормальные люди, такие же как вы! И плащи у нас синие!
   -- Да что ты с ней возишься? -- возмутился помощник, -- Это, небось одна из тех деревенских баб, что за моду взяли не у очага с поварешкой стоять, а за меч хвататься и в эти... как их... в воительницы записываться!
   -- Да ну тебя, -- отмахнулся кузнец, -- Дело давай лучше делать, а не языком чесать! А ты, девка, дай-ка меч, так и быть, заточу я его как следует!
   Не подозревая подвоха, я протянула Оникудаки кузнецу и в тот же миг услышала его крик:
   -- Кончай с ней!
   Я попыталась обернуться, но тут что-то тяжелое так долбануло меня по черепушке, что я беззвучно повалилась на пол. Последней мыслью перед отключкой было: "Блин, когда ж я сдохну!"
  
   Я жива? Нет? Тогда ладно... Ой-ой-ой-ой! Нет, братцы Кролики, раз я на том свете, что ж у меня так голова болит? Скорее всего я жива. Жаль... Тогда почему здесь так темно?
   Я пошевелила правой рукой, затем левой, потом попыталась разлепить склеившиеся от крови ресницы. Все равно темно! Где же я нахожусь?
   Так, я определенно нахожусь в стоячем положении, вокруг меня все окружено холодным металлом. Руками и ногами шевелить можно, но только до определенного предела, будто я... в саркофаге?! Не-е-ет, в саркофагах руки и ноги в отдельные маленькие саркофажечки не засовывают, а у меня как раз такое чувство. Будто в шубе железной, честное слово! Погодите, погодите, в шубе, значит?
   Скрипнув зубами, я попыталась сдвинуть свою оболочку с места, что к моему вящему удивлению, получилось. Повертев головой, я обнаружила некую щелку и с жадностью к ней притиснулась. Так и есть, я сижу в рыцарских латах! Оригинально, скажу я вам!
   Каждая косточка в моем теле болела, будто их все тщательно пытались превратить в кальциевый порошок, а головой долго и методично играли в мяч. Кто ж это меня так? Будем вспоминать... Значит, я отпросилась у Кромола, потом Оникудаки попросил отнести его в кузницу и заточить поострее, потом этот кузнец с помощником... Ах ты крокодил гибралтарский, матерь твоя чукча, а отец -- китаец!!!
   Короче, я все вспомнила, после чего разразилась долгой серенадой ругательств, приводить которые категорически не следует. После чего я попыталась выбраться из своего "ходячего гробика", но это не вышло. Похоже что кузнец запхал меня в этот "костюмчик", думая, что я либо уже копыта откинула, либо рьяно собираюсь это сделать. Интересно, как же я тогда выгляжу, чтобы так подумать?!
   Где же это я нахожусь? Подумав немного, я раскачалась (латы дико скрипели) и сделала первый шаг. Дальше дело пошло гораздо легче, и я гулко потопала по коридорам сего здания.
   Это был замок. Я видела один в некотором отдалении от деревушки, весь выложенный из темно-серого камня под стиль тяжелой готики. Должно быть, я там и нахожусь. Я шла по длинной галерее, которую украшали многочисленные латы, наподобие моих. Внезапно жуткое подозрение охватило меня, я подошла к одним, другим, и прокричала через забрало:
   -- Эй! Есть кто живой?
   Нет реакции. Да, и остальные латы легкие, не в пример моим. К тому же, если бы где мертвец валялся, запашок бы стоял о-го-го. Ан нет. Живых тоже нет кажется, не мог же подлый кузнец в один день две души сгубить. Почти сгубить!
   -- Я отомщу тебе, ковальщик хренов! -- прошипела я сквозь стиснутые зубы. Если у меня и были раньше какие-то установки, типа "не убий", то теперь они рассосались, точно сахар в чае.
   Тут под ногами у меня вместо твердого пола оказалась шаткая лестница, я не удержалась и с грохотом покатилась вниз по ступенькам. Ушиблась я здорово, но сознание не потеряла (привыкла видно уже). Однако на шум сбежались стражники.
   -- Глянь, народ, дак это ж тот последний рыцарь из хозяйской коллекции, -- услышала я чей-то голос, -- Ну-кась, подсобите мне его поднять! А, хрен, тяжелый какой, будто лошадь в него впихнулась!
   -- Ну, не такая уж я и тяжелая, -- тихо проворчала я, но стражник ничего не услышал. Человека три подхватили мои латы под руки, подняли и придвинули к стенке. Я упорно скрывала свое присутствие -- не хотелось, чтобы меня обнаружили и прибили, прежде чем разберутся, кто я, да откуда. Однако, полностью схорониться не получилось.
   -- Гля, Дубина, -- вдруг воскликнул еще один голос, -- Да никак у энтого рыцаря кровища из-под забрала хлещет!
   -- Ага, -- сказал Дубина (ну и имечко, скажу вам!), -- Шо же это?
   Я мысленно выругалась: вероятно во время падения с лестницы я разбила себе нос, и теперь кровь текла из-под забрала на обозрение этим олухам. Что же будет? Неужели меня все же обнаружат?
   -- Не к добру это, -- испуганно буркнул новый человек, -- Ой не к добру! Если уж и латы кровавыми слезами плакать стали, знать у недоброго человека мы служим!
   -- А ты еще мне поклевещи на хозяина! -- взъярился второй, -- Энти слезы, небось, кузнецких рук дело! Толковал я вам, откель у него латы этакие, а вы не слушали! Видать, пригробил кого, а теперь призрак рыцаря и его порешит, и нас не пожалеет!
   -- Ну ты и загнул, Барсук! -- воскликнул Дубина, -- Да где ж ты призраков видал? Чушь все это да баб сопливых выдумки! Будь энто дух рыцарский, он бы столбом не стоял, а делал что! Тебя бы, Кувалда, задушил, к примеру!
   -- Чур тебя! -- отмахнулся вышеназванный, -- Гляди, вот накличешь беду, поймешь, кто прав был!
   Тут в моей голове блеснула сумасшедшая идейка. А что если...? Сейчас проверим!
   -- Раз ты призрак, то скажи чего, намекни на бытие свое! -- продолжал издеваться надо мной Дубина.
   -- Ы-ы-ы-ы-ы! -- сипло прорычала я в ответ.
   Мгновенно в зале возникла звенящая тишина. Громко прожужжала залетная муха.
   -- Ну все, мужики, я пошел, да? -- попытался смыться Кувалда, -- Вроде как и смена наша закончилась!
   -- Погодь, не тушуйся, -- схватил его за плечо Дубина, -- Авось почудилось!
   -- Ы-ы-ы-ы-ы! -- охотно повторила я еще раз, и в доказательство своей реальности протянула руки вперед и тяжело сделала шаг.
   -- А-а-а-а-а-а!!! -- откликнулись стражники и пустились наутек, только сверкая пятками.
   -- Хе-хе-хе! -- хрипло рассмеялась я и невозбранно двинулась искать выход. Странное дело, но никто не препятствовал моему движению -- в замке все будто повымерли, а если кто и попадался, то тут же закатывал глаза и пытался притвориться мертвым. Минут через тридцать я нашла выход и выползла на дорогу. Одного взгляда на деревню хватило, чтобы понять, что в этом "гробе на ножках" я не дойду туда и за неделю -- латы категорически отказывались стаскиваться.
   Тяжело вздохнув, я все же потопала вперед без надежды добраться, как вдруг меня окликнул чей-то голос:
   -- Куда ж ты это, милая, в таком наряде собралась?
   -- Туда, в Оршу, -- ответствовала я, и обернулась. За мной в шаткой повозке, которую тащила плешивая кляча, ехал довольно бодренький румяный дедок в непонятном белом халатике. На вид, он совершенно меня не боялся, поэтому в конце туннеля блеснула надежда.
   -- А вы меня не подвезете?
   -- Как не подвезти? Забирайся! -- кивнул старичок на место позади себя, -- Отчего же по дороге с добрым человеком не побалакать?
   Я тяжело перевалилась через край повозки, старичок цыкнул кляче, и мы поехали.
   -- Каким ветром тебя сюда занесло? -- продолжал вопрошать дедок, -- Да еще в таком виде?
   -- Не ветром, а кузнецом, -- буркнула я, -- Чтоб он в аду горел на медленной прожарке!
   -- Каким кузнецом? -- полюбопытствовал дедок, -- Не ковальщиком ли Подметкой?
   -- Имени своего он мне не называл, -- проворчала я и постепенно рассказала старичку все, что со мной приключилось в этой деревеньке.
   -- Ай-яй-яй, -- покачал тот головой, -- Да-а, злодейство совершил Подметка, недаром он мне не нравился! Мстить ему таперича будешь?
   -- Буду, -- кивнула я, -- Такое не прощают!
   -- Я тебе помогу, -- внезапно решил старичок, -- Так уж и быть!
   -- Значит, вы довезете меня прямо до нужного дома? -- обрадовалась я, боявшаяся, что на середине пути дедок прикажет мне вылезать.
   -- Конечно довезу, я ведь и сам на свадебку эту собирался, -- сказал тот, -- Ведь это внучку мою выдают! Вот только припозднился немного, зато тебя встретил!
   -- Тоже хорошо, -- согласилась я.
  
   Тем временем мы наконец-то подъехали к хате невесты и выгрузились из повозки. Дедок, поддерживая меня под руки, вошел в дверь, после чего попрощался и скрылся в толпе. Забавно, но оказалось, что отсутствовала я не так уж и много -- где-то часов пять -- и пир еще не успел закончиться. Народ, из тех, кто еще держался на ногах, обступил меня. Среди них я заметила и Кромола.
   -- Гейзер, это я!
   -- Победительница? -- удивился тот, -- Что это с тобой?
   Латы моментально раздолбали, и меня вытащили на свободу. При этом особо нервным резко захотелось на свежий воздух, из чего я поняла, что выгляжу отнюдь не интеллигентно.
   -- Кто это сделал? -- спросил Кромол, и лицо его потемнело от гнева.
   -- Кузнец Подметка, -- сказала я и выложила все, что со мной приключилось.
   Буквально через минуту я, Кромол и протрезвевшая Рысь с угрожающей медлительностью направились к кузне. И мы были не одни. Все те, кто был на свадьбе и слышал мою историю, все они пошли поддержать нас, вооружившись вилами, кольями или горящими факелами. Ни убийство, ни попытку его совершения не прощают!
   Дверь с грохотом слетела с петель, мы ворвались в кузницу и застыли в изумлении. Перед нами лежал кузнец Подметка, но лицо его превратилось в отвратительную кашицу из измельченных костей, крови и кусочков мозгов (особо впечатлительные опять скрылись в кустах, остальным просто поплохело). Рядом в углу, спрятавшись за большими мехами, сидел его подмастерье, дрожащими руками протягивая мне Оникудаки. Я бережно взяла меч, вложила в перевязь, чудом уцелевшую на поясе, и тут раздался грозный голос:
   -- Что здесь происходит?
   Это приехал тот лендлорд, в замке которого я недавно побывала. Возвращаясь из соседнего замка, куда ездил по делам, сэр Доберман сначала обнаружил перепуганных слуг, категорически отказывающихся возвращаться в замок, потом увидел, что половина деревни вспыхнула огнем (я и не знала, что с помощью толпы и факелов можно создать такое осияние!) и незамедлительно ринулся сюда, думая, что это пожар.
   -- Так что здесь стряслось? -- повторил вопрос лендлорд. Простой люд нерешительно замялся, но тут вперед выступил Кромол и подробно описал ситуацию.
   -- Я понимаю ваше стремление к мести, -- успокоил народ сэр Доберман, -- Я и сам бы убил мерзавца. Подумать только, подсунуть мне латы с трупом внутри! Но кто успел укокошить кузнеца до вашего прибытия?
   -- Давайте спросим у его помощника! -- предложила я, и все обратили взгляды к последнему. Тот покраснел, побледнел и выложил маловразумительную историю о том, будто в кузню пришел какой-то старик, которого Подметка безумно испугался и попытался сбежать. Тогда старик с неожиданной силищей схватил самую тяжелую кувалду, что стояла в кузнице и обрушил на голову кузнеца. Тот, естественно, упал замертво, а ужасный старик повернулся к подмастерью и сказал, что ежели он не признается в том, что помогал Подметке творить злодеяния, с ним случиться то же самое. После чего лицо старика исказилось в страшную маску и тот растворился в воздухе.
   -- Ну-ка, опиши нам этого старика! -- потребовал сэр Доберман.
   -- Ну такой маленький, румяный, ходит босиком и одет не то в халат, не то в саван, -- промямлил подмастерье.
   -- Люди, да ведь это же тот старичок, что довез меня до деревни! -- удивилась я, -- Вроде он и помочь мне обещал, но чтобы так... Он еще дедом невесты назывался!
   -- Да, и я его видел! -- кивнул жених, находившийся недалеко от меня. Его невеста стояла рядом, вся смертельно бледная и пытающаяся вымолвить что-то непослушными губами.
   -- Что это с тобой? -- обратился к ней жених.
   -- Да ведь деда моего три дня назад на кладбище похоронили...
  
   Думаю, никто не удивится, когда узнает, что я вместе с Рысью и Кромолом уехала из этой деревеньки на следующий же день, не дожидаясь расправы над помощником кузнеца. Люди постоянно на меня косились -- кто я такая, чтобы мне мертвецы помогали?! Да и Кромол с оборотнем вернулись к обычному отношению ко мне только после моего клятвенного заверения в том, что я и не подозревала о смерти доброго дедка и специально я никого не вызывала. Однако даже после этого до самой границы Аорти ни в каких деревеньках мы не останавливались -- а то мало ли?
  
   Оставшаяся дорога прошла без приключений, мы спокойно проводили Рысь до границы Синих Земель, горячо распрощались, и спустя два дня я и Кромол появились близ ворот маленького городка, окруженного чем-то похожим на великую китайскую стену.
   -- Добро пожаловать в Каверну! -- сказал Кромол, -- Думаю, нас там уже ждут!
   И он оказался прав. Стоило нам зайти в город, как к нам подбежал низенький и толстый человек, постоянно путающийся в полах своего плаща и длинных свитках.
   -- Вы наемники, да? -- с надеждой вопросил он.
   -- Точно, -- кивнул Кромол, -- Я слышал, вам нужны люди?
   -- Очень нужны, -- подтвердил суетной человечек, -- Очень приятно познакомиться, меня зовут Еж, сэр Еж! Я, как вы уже догадались, вербовщик, а вы, я полагаю, охотники. Знаю, знаю, и оценка ваших услуг, естественно, будет повыше цены простых воинов!
   -- Точно так, -- согласился Кромол, -- Скажите, сэр Еж...
   -- А вы знаете, что эльфы проклятущие опять в наступление двинулись? -- не дал ему закончить фразу сэр Еж, -- А сколько их много-о... Видать, со всей Неорины армию набирали! У-у, поганцы, опять Каверну родную отбить собираются! Но и мы не лыком, так сказать шиты, у нас-то солдат и поболе ихнего будет. Одних охотников две сотни уже поднабежало, а о простых хороших вояках и говорить нечего! И всех корми, пои, да еще деньги плати в придачу, так-то! А у короля кошель-то не бездонный, поймите меня правильно. А еще...
   -- Сколько? -- перебила я болтливого вербовщика, внезапно поняв, что своими словами он просто пытается сбить цену, за которую мы наймемся на это дело.
   -- Ну-у, -- замялся сэр Еж, -- Э-э... Скажем, десять золотых солнц вас устроят?
   -- Что?! -- Кромол аж поперхнулся от негодования, -- А ну пошли отсюда, Победительница!
   -- Стойте! -- завопил он нам вдогонку, -- Стойте! Двадцать даю! Двадцать пять! Пятьдесят, больше нет, честное слово! Сотню даю!
   Мы резко остановились и повернули назад.
   -- Я сказал сотню? -- сразу пошел на попятную Еж, -- Ну да, конечно, но если принять во внимание плату за аренду бараков, оплату труда повара, знахаря, да и моя помощь, естественно, не бесплатная, то...
   Мы вновь демонстративно повернулись к нему спиной.
   -- Даю сотню, даю! -- моментально опомнился вербовщик, -- У-у, кровопийцы проклятущие, чтоб вам пусто было! Нечисть подколодная! Вампиры вы, вот кто!
   -- А нам хоть вампиры, хоть кто, -- миролюбиво проворчал Кромол, протягивая руку за законным авансом, -- Лишь бы деньги честно платили, и проблем нет!
   -- Шли бы вы лесом, -- буркнул сэр Еж, торопливо отсчитывая пятьдесят золотых, -- Ну да ладно, чего уж там... А теперь ступайте прямо и запишитесь там у сэра Вулкана в его отряд. Потом он вас и в бараки определит, а мне с вами делать больше нечего!
   -- И на том спасибо, -- двояко высказалась я, и мы с Кромолом двинулись в указанном направлении.
  
   Повстречав мимоходом сэра Вулкана (мужчину средних лет довольно бравого и грозного вида, нашего будущего командира), мы быстренько поставили крестики своих подписей на тяжелом фолианте списка имен всех вольнонаемников и двинулись дальше по направлению бараков, которыми оказались не что иное, как здоровая каменная крепость близ западных ворот города. По желанию, каждому наемнику предоставлялась отдельная комната, но люди предпочитали держаться вместе, потому собрались все в нижнем зале около большого очага за веселой попойкой перед битвой. Кромола здесь многие знали, его часто окликали и приглашали за широкий стол, но он только кивал знакомым -- охотники никогда не любили особо больших компаний.
   -- Гейзер, дружище, каким ветром тебя занесло?! -- внезапно раздался относительно трезвый голос, и какой-то человек хлопнул Кромола по плечу.
   -- Волк, сколько битв прошло с нашей последней встречи! -- усмехнулся тот и крепко пожал руку подошедшему человеку. Это был явно охотник, высокий, худой и бледный; он был где-то на год старше Кромола, однако его длинные до плеч волосы были белы как снег. Темно-зеленые глаза жестко щурились из-под густых бровей, которые были смоляно-черными как бы в диссонанс с цветом волос; такая же жесткая складка пролегала по линии губ. От левой брови до скулы по его лицу проходил узкий рваный шрам. Человек усмехнулся, и мне подумалось, что улыбочка у него действительно волчья.
   -- А это еще что за цыпочка? -- Волк неожиданно обратил на меня внимание.
   -- Знакомься, это Победительница, охотница из далекой страны, название которой неизвестно, -- представил меня Кромол, -- А это Волк, мой старинный друг, мы вместе с ним проходили испытание. Помню, я никак не мог найти буку, чтобы отрубить ему лапу, а Волк показал мне место их обитания, и я наконец смог отличиться!
   -- Ты же все равно попал в руки старшим охотником, и они подвергли тебя проверке на выносливость, -- отмахнулся Волк и протянул мне руку. Она была очень сильной и неожиданно холодной. Глядя в глаза этому охотнику, я невольно пришла к выводу, что для него ничего не значит ни дружба, ни совесть, ни честь, непонятно только почему он пытается доказать обратное. Впрочем, я плохо разбираюсь в людях, и часто первое впечатление ошибочно.
   -- Все равно я в долгу перед тобой, -- продолжал протестовать Кромол.
   -- Я в этом и не сомневаюсь, -- хмыкнул Волк, -- Так, как какими путями?
   -- Да вот, заехали подзаработать немного деньжат, -- улыбнулся Кромол, -- Долго нам что ли город родной Аорти от мерзких эльфов защитить?
   -- Не сомневаюсь, -- пробормотал Волк, -- Слышал, эльфы собрали своих из всей Неорины и решили устроить большое нашествие?
   -- Так это не шутка? -- нахмурился Кромол, -- Хотя, мы все равно их победим!
   -- Но какой ценой? -- возразил Волк.
   -- А ты что, предлагаешь сдаться на их милость? -- влезла я.
   -- Детка, не лезь в мужские разговоры, -- недовольно поморщился Волк, -- Конечно, сдаваться я не собираюсь!
   -- Мирный договор они тоже подписать не согласятся, -- заметил Кромол, -- Мы два раза высылали послов на переговоры, где они теперь? Их головы с почетом доставили королю в красивых коробочках с черной ленточкой!
   -- Мне кажется, легче отдать Каверну им, -- ответил Волк, -- Чтобы потом, зная наперед все тайные проходы в город, пробраться в тыл врагам и без потерь уничтожить порядочную часть их гарнизона.
   -- Это подло! -- возмутилась я, обиженная тем, что на меня не обращают внимания.
   -- Ты еще здесь? -- удивился Волк, -- Гейзер, друг, твоей новой цаце не пора баиньки?
   -- Она не... -- смутился Кромол, -- В самом деле, Победительница, может тебе лучше отдохнуть? Эльфы могут напасть в любой момент, а встречать их усталыми и неподготовленными ой как невесело!
   -- Будь хорошей девочкой, не капризничай, -- поддел меня Волк.
   Я в сердцах плюнула на каменный пол и, пробормотав нечто обидное, гордо ушагала в другой конец зала. Вообще, обиделась я не столько на Волка (ну что с дурака взять, кроме анализа, да и тот неправильный?!), сколько на Кромола. Как он мог встать на сторону такого человека, как Волк? Они же абсолютно по-разному смотрят на жизнь, хотя и не мне об этом судить.
   Продолжая недовольно бурчать, я притулилась на довольно мягкое кресло, стоящее неподалеку от очага и, невзирая на шум, царивший вокруг, спокойно задремала.
  
   Вас, безмятежно спящих, когда-нибудь будил резкий гудок автомобиля под окном, взрывающий собой воздух пополам с душераздирающим мявом кошки, вылетевший из-под его колес и матерщиной хозяина этой кошки? Вам крупно повезло, потому что примерно под такой набор звуков я и проснулась следующим утром, а точнее в три часа ночи!
   Меня разбудил протяжно-визгливый звук рога, возвещающий несладкое пробуждение. Уловив два-три приличных слова из уст своих соседей, я поняла, что "эти ..... эльфы, мать их ....., а отец .....; и вообще ....., так вот они решили пойти в атаку в такой ..... момент, что просто .....!" Фразу, как вы уже поняли, я привела дословно.
   Короче, все в спешке пытались разыскать свои сапоги и оружие, привести опухшую ото сна рожу в порядок и расслышать указания сэра Вулкана.
   -- Успокойтесь! -- вещал тот, -- Время еще есть, войско эльфов едва-едва появилось на горизонте... ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ, МАТЬ ВАШУ!!!
   Все тут же культурно замолчали и прислушались к речи нашего бравого полководца.
   -- ЗНАЧИТ ТАК, -- орал тот, -- А НУ БЫСТРО ВЫЯСНИТЬ КТО В ПЕХОТЕ, А КТО ЛУЧНИКИ! ЧТОБ ЧЕРЕЗ ДВЕ МИНУТЫ В СТРОЕ БЫЛИ!! И БЕЗ РАЗГОВОРОВ!!!
   Народ тихо построился и приготовился выслушивать очередные указания.
   -- ВЫ ВОЙСКО ИЛИ БЕСТОЛОЧИ ОГОРОДНЫЕ?! -- ярился сэр Вулкан, -- МЕЧИ ЗАТОЧИТЬ, ТЕТИВУ НА ЛУКАХ ОБНОВИТЬ, ДОСПЕХИ НАДРАИТЬ ДО БЛЕСКА! НЕТ ДОСПЕХОВ? А В ОРУЖЕЙНОЙ ПАЛАТЕ СМОТРЕЛИ?! БЫСТРО ТУДА ВСЕ!!!
   Пехота умчалась в оружейную палату, а страшный дядя Вулкан наконец-то соизволил обратить взор на нас, бедных охотников.
   -- А ВЫ ЧЕГО РАССЕЛИСЬ??? ВАМ ЧТО, ЗА ЭТО ДЕНЬГИ ПЛАТЯТ?! А НУ МАРШ В КОНЮШНИ, БУДЕТЕ МНЕ КАВАЛЕРИЮ ИЗОБРАЖАТЬ! ПОНЯЛИ, ВЫ?!
   -- ДА, СЭР!!! -- грянули мы в ответ и отправились в конюшни. Мне досталась вполне сносная кобылка, рыжеватая с белыми подпалинами и довольно боевая. Я одела на нее седло и сбрую, повернулась и увидела сконфуженного Кромола.
   -- Чего тебе? -- холодно поинтересовалась я.
   -- Я хотел бы извиниться за то, что попросил тебя вчера уйти, -- сказал он.
   -- Нет проблем, извиняйся!
   -- Извини...
   -- Громче! Не слышу!
   -- Извини! -- уже отчетливо произнес охотник, -- Я знаю, что с женщинами Волк ведет себя несколько по-хамски, но я так давно его не видел!
   -- Ладно, забудь, -- отмахнулась я, -- Я, конечно, это еще тебе припомню, но не сейчас, попозже!
   -- Хорошо, -- просветлел Кромол, -- Так ты готова?
   -- Ага, -- кивнула я, взлетела в стремена, и мы бок о бок выехали на будущее поле битвы. И как раз вовремя.
  
   Первыми атаку начали эльфы. Странные, высокие (под два метра ростом, иногда и выше), они напоминали каких-то загадочных ниндзя в блестящем сиреневатом облачении. Их лица ниже глаз были скрыты под плотной маской ткани так, что оставались видны только небольшие отверстия. В руках у эльфов были длинные черные посохи, заканчивающиеся матово-сиреневым овальным камнем. Сначала я не придала особого значения этому оружию, но, как выяснилось, из камня мог исходить тонкий ослепительно-белый луч, поражающий врагов не хуже молнии. К счастью, оружие было не слишком-то дальнобойным.
   -- ВПЕРЕД!!! -- скомандовал сэр Вулкан, и вперед вышли наши лучники и арбалетчики. Длинные, оперенные белым стрелы и тяжелые болты поражали не хуже эльфийских посохов; и первый ряд наших врагов пал. Однако следующий ряд успел прикрыться маленькими круглыми щитами -- эльфы ловко подставляли их под удары стрел, и ни одна из них больше не коснулась незащищенной плоти. Сэр Вулкан кивнул, и лучники отступили в конец нашего войска.
   Дело пошло за пехотой. Мощные, закованные в стальную броню люди смело бросались на ряды эльфов, поражая тех ударами тяжелых двуручных мечей. Строй противника резко поредел, а потом и вовсе рассыпался на нестройные кучки сражающихся -- наши явно одерживали верх. И тогда эльфы пустили в ход свой основной козырь: из-за холма практически бесшумно на фоне общей битвы вылетела конница, -- эльфы, вооруженные длинными копьями, восседали на тяжелых боевых единорогах, чья шерсть переливалась синевой, сочетаясь с блеском глаз.
   -- А теперь наша очередь, -- подмигнул мне Кромол. Я пришпорила свою коняшку, и кавалерия людей ринулась наперерез единорогам.
   Мы сшиблись, и сразу же половина людей и эльфов оказалась на земле (мне повезло, и я не была одной из этих несчастливцев). Зато оставшиеся проявили себя в полной силе. Нашей целью, как успел объяснить сэр Вулкан, было подрезание подпруги и сухожилий единорогов, дабы наши враги не могли достойно сражаться.
   -- А чего мы не можем отразить атаку честно, лицом к лицу? -- спросила я.
   -- А у них копья длиннее, да к тому же ни одна нормальная лошадь в битве с единорогом долго не продержится! -- прокричал в ответ Кромол и ускакал куда-то вбок. Меж тем я обнаружила, что ко мне довольно быстро приближаются два мрачных эльфа, и предприняла попытку выхватить Оникудаки. Тот радостно завопил, разрезал воздух и с мокрым чавканьем вонзился одному из противников куда-то под ребра. Его товарищ растерянно воззрился на меня, удивленный кровавыми методами моего меча (признаться, я и сама такого от него не ожидала). Но тут эльф угрожающе поднял копье, ошеломление убийством резко прошло, и все снова завертелось колесом. Как оказалось, эти нелюди могли двигаться в два, а то и в три раза быстрее человека, так что я начала понимать, почему сэр Вулкан предпочитал именно такой бесчестный, но выгодный способ ведения битвы.
   Я выдернула Оникудаки из эльфийского трупа и скрестила его с древком копья другого эльфа. Если бы не это, меня давно проткнули бы насквозь, но от удара копье сломалось, и разъяренный эльф отшвырнул его в сторону. Даже без оружия он все еще был очень силен. Увернувшись от моего удара, он внезапно нагнулся и что было силы пнул мою лошадку в нос. Та жалобно заржала и упала на колени.
   -- Ах, ты животных обижать, да, -- злобно прошипела я и ответно долбанула единорога в нюх. Это было абсолютно безрезультатно, потому как единорог почти полностью был закован в броню, однако мой удар заставил эльфа покачнуться, и я успела перерезать ему горло.
   "Так его!" -- хищно завопил мой меч, я соскочила с лошади и, издав безумный клич своих диких предков, ринулась в гущу битвы. Это чуть было не стоило мне жизни, потому как первый же пеший противник с легкостью выдернул Оникудаки из моей руки и занес мой же меч над моей головой. Это было его последней непростительной ошибкой, ведь недаром же мой меч считался разумным. В последний момент он извернул лезвие так, что эльф полоснул им по собственной руке. В течение секунды он изумленно смотрел на свою руку, но этого мне хватило, чтобы подняться и, отобрав Оникудаки, вонзить его эльфу в горло. Интересно, как я смотрелась со стороны: вся в чужой и собственной крови, в порванных одеяниях, с безумными глазами и диким выкриком на губах? Сначала мне было страшно, очень страшно, но потом я поняла одно -- если остановиться, это будет равносильно смерти, и я, перебегая от одного противника к другому, разила эльфов наповал, словно маленький смерч с сияющим Оникудаки в руке.
   Внезапно я поняла, что стою совершенно одна на крошечном пятачке земли, а вокруг меня вовсю идет сражение. Я получила секунду отдыха, вздохнула как можно глубже, и тут же услышала насмешливый голос Волка:
   -- А ведь они боятся тебя, девочка!
   -- Конечно! -- гордо ответила я. Волк стоял в двух шагах от меня, тоже весь окровавленный и безумный; на щеке алел новый порез.
   -- Я бы не советовал тебе так выделятся, -- усмехнулся охотник, -- Выскочек нигде не любят, к тому же результат может оказаться совсем не таким, которого ты ждешь!
   -- Да ты просто завидуешь! -- я решила ему высказать все, что думаю, -- Думал, если девушка в первый раз на поле битвы вышла, так она ничего и сделать не может?! А фиг тебе!
   -- Я предупредил, -- пожал плечами Волк и скрылся в гуще битвы.
   -- Предупредил, не предупредил! -- проворчала я ему вслед, -- Что мне сделается!
   Я повернулась и тут же нос к носу столкнулась с каким-то эльфом, разглядывающим меня таким же взглядом, что и Волк. Оникудаки было дернулся вперед, но я придержала его: этот эльф был безоружен.
   -- Убирайся, я дарю тебе жизнь! -- давно мечтала произнести эту фразу!
   Эльф внезапно расхохотался.
   -- Ты? Даришь? Мне? Жизнь? -- медленно и отчетливо произнес он, -- Это я дарю тебе жизнь, жалкое отродье человека!
   -- А что ж это так сразу? -- ухмыльнулась я.
   -- А вот так! -- вдруг совсем весело проговорил эльф и одним резким движением сорвал с головы маску. Я ахнула и остолбенела. Тонкие пронзительные черты лица странной красотой гармонировали с насыщенно-лазурной кожей и синими озерами глаз. Изящная линия рта, изогнутая в презрительной усмешке. И пышные волосы, ложащиеся волнами на плечи, они были такого же золотистого цвета, каким бывает свежий цветочный мед. Эта нечеловеческая красота одновременно пугала и восхищала, она была неправильной, она не должна была восхищать, но восхищала.
   -- Смотри мне в глаза! -- потребовал эльф. Не имея возможности отвернуться от его лица (оно словно приковывало к себе), я покорно взглянула в его глаза и чуть не задохнулась. Это были уже не озера, это были огромные темные омуты, полные соленой воды. Никаких зрачков не было и в помине, вместо них в самом сердце взгляда сверкал маленький водоворот, с каждой секундой утягивающий в себя по капле моей жизни. Я попыталась зажмуриться, закрыть глаза рукой, но мое тело больше не подчинялось мне. С каждой секундой я слабела все сильнее и сильнее.
   -- Оникудаки, помоги! -- прошептала я из последних сил.
   "Нет, Саша", -- резкий голос меча раздался в моей голове подобно тому, как камень разбивает стекло воды: мучительно и больно, -- "Я поклялся в течение трех лет не причинять тебе вреда и не давать причинять другим вреда тебе. Так поверь мне, этот эльф не причинит тебе вреда!"
   Пораженная таким предательством, я на миг вновь обрела себя, но... только на миг. Глаза вновь сами собой обратились к эльфу, затем закатились, и в течение нескольких секунд я видела только небо...
  
   "...Она снова пришла. Я устало подняла глаза на ее лицо и горестно усмехнулась -- вот так проходит былая слава... Ромашка, предатель из предателей, она была все такой же молодой, как и тогда, пять лет назад, когда тщедушные людишки, объединившись, захватили храм великого Ойхо и пленили меня. Я надеялась, я жаждала смерти, но нет, я осталась жива и с тех пор нахожусь здесь, прикованная цепями к стене подвала собственного храма. Она знала, что здешние стены отнимают всякую силу, поэтому в первый же год я постарела на много-много лет... Теперь я выглядела ровно на столько, сколько я прожила на этой земле, но жизнь все отказывалась покинуть меня.
   Ромашка взглянула на мое иссохшее тело и презрительно сплюнула.
   "Сколько еще ты будешь занимать это место, отвратная ведьма?" -- поинтересовалась она, -- "Когда же ты сдохнешь?"
   "Ты этого не увидишь, поверь мне", -- усмехнулась я, -- "Никогда!"
   "Да ты скоро сгниешь от старости!" -- премерзко хихикнула эта тварь, -- "Что ты можешь? Твой бог отступился от тебя? Он такое же ничтожество, как и ты?"
   Кровь хлынула мне в голову, и я в очередной раз предприняла бесплодную попытку оторваться от стены. Но нет, я слишком слаба... Неужели все это зря?! Неужели те сто лет, что я провела в ученицах великого Ойхо, все это напрасно? Но нет, я еще кое-что могу, пусть это будет последним, что я успею в жизни. В этой жизни!
   "Ты хочешь, чтобы я сдохла?" -- едко хмыкнула я, совсем как в былые времена, -- "Что ж, я исполню твою просьбу! Но знай, что еще ни одна главная жрица всемогущего Ойхо не умирала бесследно! Не сейчас, но я вернусь и отомщу тебе!"
   И резким рывком я откинула голову назад, с удовольствием слушая, как ломаются позвонки, и произнесла те слова, что высвобождают энергию души. Я знала, что в этот момент видит Ромашка, знала, что это не могло ее не пугать и радовалась этому. Мой дух с треском прорвал оболочку и устремился в никуда. Но... перед полной потерей себя я успела увидеть, как густые черные волосы предательницы стали белыми точно молоко..."
  
   Я очнулась и крепко выругалась: опять эта дрянь привиделась! А я-то была уверена, что в прошлый раз некая Стайа все-таки откинула копыта! Надеюсь, хоть в этот раз я смотрела последнюю серию!
   Где это я? Меня сильно шатает, как если бы я ехала на корабле, но запах явно не морского ветра. Открывать глаза или нет? О-о-о-о, я ведь знала, что не надо!
   В принципе, я и не сомневалась, что попала в плен, но чтоб все было настолько плохо... Я находилась в изящной клетке из темного дерева, которую тащили два боевых единорога. Пол, вопреки моим ожиданиям, был устлан не соломой, но мягкими шкурами, однако, кроме меня здесь находилось еще человек десять таких же пленников. Справа и слева катились клетки подобные нашей, которые сопровождались молчаливыми эльфами в масках. И хоть выражение их лиц было не разобрать, мне отчего-то подумалось, что на сей раз люди не победили.
   Я повернулась к другим пленникам, но не обнаружила ни одной знакомой рожи.
   -- Скажите, -- обратилась я к людям, -- Так Каверна проиграла?
   -- Каверна нацело захвачена эльфийскими отродьями, -- ответил мне кто-то с другого конца клетки, -- Левая крепость выжжена дотла, наместник короля убит, а всех младых, дюжих и пригожих людей ныне перевозят в Кайкалу.
   -- Зачем? -- наивно спросила я, до сих пор надеясь, что это не то, о чем я думаю.
   -- В рабство, на кой же еще? -- усмехнулся тот.
   Ой-ой! Это было как раз то, о чем я подумала!
  
   Город был точно высечен из черного обсидиана. Высокие, узкие здания с островерхими крышами, каждая из которых заканчивалась длинным шпилем. Дома весьма напоминали небольшие замки, украшенные гравюрами и скульптурами хищных птиц, расположенных в нишах, однако, ни на одном из них не было заметно трещин -- можно было с точностью сказать, что они не из кирпича и не из камня. В городе было бы темно, но мостовая под ногами оказалась выложенной из молочно-белых плит неизвестного мне материала. Тротуары были довольно широкими, поэтому света, который они отражали, было вполне достаточно для освещения города в дневное время суток. Близ некоторых домов росли деревья, кажется, кипарисы, и росли она не на земле, а в больших фиолетовых кадках, и помимо них ни одной травинки не было в городе.
   Такой была Кайкала.
  
   Мы достигли этого пункта торговли рабами только через месяц путешествий по стране. Я надеялась, что Кайкала будет гораздо ближе к границам Аорти, но та оказалась почти в центре Неорины.
   Наши клетки остановились посреди главной улицы города, наши стражи отперли замки, и люди, немного помявшись, вышли из них и осмотрелись. По белым мостовым прогуливались эльфы. Как я уже поняла, это была более привилегированная каста существ, нежели та, что участвовала в битве при Каверне. Эти эльфы предпочитали носить длинные сиреневые халаты-балахоны, украшенные черным и белым орнаментом. Их лица плотно прикрывались непрозрачными, но тонкими тканями так, как если бы они не хотели дышать одним воздухом с людьми.
   А людей здесь также было немало. То тут, то там проходила пара или тройка человек, одетых только в белые набедренные повязки, невзирая на пол. Обуви к ним никакой не прилагалось, но на шеях большинства были надеты золотые либо кожаные ошейники, указывающие на принадлежность тому или иному эльфу. Я уже давно заметила, что среди пленных были только юноши и девушки до двадцати пяти лет от роду, обязательно красивые; такое же предпочтение эльфы отдавали и рабам.
   Долго осматриваться нам не дали. Самый высокий из наших надсмотрщиков, вероятно, предводитель, приказал другим сопровождающим нас эльфам собрать пленных и направить вслед за ним к ближайшему зданию, которое украшала большая наддверная гравюра, изображающая павлинов в клетке (по-моему, это было здание пересмотра рабов и распределения их по рынкам, и я не ошиблась).
  
   Внутренность здания представляла собой большую залу, отделаю под темное серебро. По стенам располагались несколько кресел и пара корзин с фруктами из тех, что носят на голове, а в центре размещался небольшой бассейн, выложенный розовым мрамором или похожим на него камнем.
   Первым делом у нас отобрали все вещи, в том числе мое кольцо-переводчик, что было совсем уж некстати. Оникудаки пропал с тех пор, как меня загипнотизировали, поэтому помешать эльфам я ничем не могла. Утратив прямую связь с кольцом, я тут же перестала понимать и людскую, и эльфийскую речь, чему крайне не порадовалась.
   Далее эльфы попытались стащить с пленников грязную, запыленную дорогой одежду и облачить нас набедренные повязки, так популярные среди рабов в Неорине. Мне и еще некоторым индивидам эта идея пришлась совсем не по вкусу, но наши яростные отбивания быстро прекратили неким небезопасным способом: один эльф ткнул пару раз зажженным факелов в нашу сторону, одежда одного пленника тут же воспламенилась, и тот с воплем прыгнул в бассейн, похоже созданный именно для этой цели. Остальные пленники после такого живого примера переоделись беззаговорочно.
   Вскоре эльфы скрылись, предоставив нас самим себе. У меня было такое чувство, что торги нами вот-вот должны начаться, но я и не собиралась на них появляться.
   Осторожно приоткрыв дверь, я высунула нос наружу. Все тихо, нас не охраняют, хотя это и понятно, -- куда деваться человеку в городе эльфов?! Тем не менее у меня возникла небольшая идейка: подхватив стоящую неподалеку корзину с фруктами и водрузив ее на голову точь-в-точь как проходящая мимо рабыня, я преспокойно двинулась вперед по улице вслед за ней. Меня никто не останавливал, и это неудивительно: не думаю, чтобы эльфы могли отличать одного своего раба от другого -- настолько похоже многие выглядели даже для меня. Единственное, что меня смущало, как вы уже догадались, так это практическое отсутствие одежды, но и эту проблему я частично решила, нацепив себе на шею какую-то фиговину, смутно напоминающую гавайское ожерелье, которую я тихонько экспроприировала из корзины одного эльфа низшей касты. Это, конечно, абсолютно не заменяло привычной мне одежды, но создавало хоть какую-то уверенность в себе, а это уже что-то.
  
   Увлекшись собственными мыслями, я продолжала машинально двигаться за какой-то рабыней, пытаясь копировать ее движения, поэтому и не заметила, как свернула в узкий проход между двумя домами. Внезапно ворота одного из домов открылись, оттуда выскочили двое эльфов из низших, схватили сначала рабыню, идущую впереди, а потом и меня, и втащили во внутренний дворик здания. Я почувствовала, что опять влипаю в историю и попыталась отбиваться. Не получилось.
   Внутренний дворик дома весь порос мелкой пушистой травой, словно натуральный английский газон. На фоне травы мрачные стены здания выглядели не столь угнетающе, поэтому зрелище в виде двадцати человек (восьми юношей, почти мальчиков, и двенадцати девушек), сбившихся в кучу и явно чего-то ждущих меня не встревожило.
   Двери центрального отделения здания открылись, и оттуда появился эльф высшей касты, облаченный в переливающийся пурпуром халат, под которым похоже ничего больше не было, -- видимо, в домашних условиях эльфы предпочитали более свободный выбор одежды, нежели на улице, среди всех. Верхнюю честь лица эльфа закрывала черная бархатная маска, но золотисто-пшеничные волосы ничем не прикрывались и лежали свободными волнами на плечах. Я никак не могла решить какого пола этот эльф -- мужского или женского -- но так и не успела прийти к какому-нибудь выводу, поскольку мои размышления прервал резкий звук гонга.
   Все рабы-люди тут же попадали на колени. Я слегка ошарашилась происходящим, но все же предпочла остаться на ногах, скромно стоя в сторонке. И правильно, поскольку пошло уже совсем из ряда вон выходящее: по кивку высшего эльфа, низшие начали по одному подходить к людям и срывать с них набедренные повязки, оставляя обнаженными. Меня низшие эльфы попросту пропустили: поскольку я все еще твердо держалась на ногах, они решили, видимо, что так и надо, и не обращали боле на меня внимания. А я и не привлекала его, ибо больше всего мне сейчас хотелось смыться куда подальше. Но тут высший эльф скинул свой халат-балахон на руки услужливо подбежавшего низшего, и я невольно охнула, потому как поняла, отчего никак не могла определить пол эльфа. Эльф был гермафродитом!!!
   -- Ой-е, -- прошептала я, сообразив, что будет происходить дальше.
   Раздался второй удар гонга, и высший эльф размеренным шагом подошел к ближайшей девушке. Та смотрела на него широко раскрыв глаза, как впрочем и остальные рабы, восхищенно, безропотно. Я сначала удивилась такой общей завороженности, но потом до меня дошло, что околдованность эта буквальна: эльф попросту загипнотизировал своих рабов для личных целей, а я знала, что это у них неплохо получается.
   Не отрывая взгляда от лица девушки, эльф вдруг совершенно легко приподнял ее за шею в воздух и впился своими губами в ее. Далее я вынуждена была культурно отвернуться: откровенно говоря, я не питала нежных чувств к порнографии в натуре. Сзади меня обнаружились какие-то плодоносящие деревья, я подошла к ним и решительно занялась питанием -- мое громкое чавканье позволяло заглушить звуки, раздающиеся с газона.
  
   Не знаю, сколько времени я проторчала возле данного дерева, но в какой-то момент я почувствовала, что все уже закончилось, и оглянулась. Эльф действительно уже заканчивал во всех смыслах этого слова; я покраснела и попыталась незаметно испариться, но было поздно -- высший заметил мое шебуршенье среди деревьев и отдал какой-то резкий приказ низшим. Те кивнули и, мгновенно очутившись рядом со мной, подхватили под руки и притащили на злосчастный газон.
  
   Высший эльф что-то спросил у меня, я отрицательно помотала головой: чтобы он ни сказал, сомневаюсь, что это мне бы понравилось. Эльф повысил голос. Я замотала головой еще отрицательнее, но тут почувствовала, будто что-то мягко подталкивает меня под колени. Я пошатнулась, но выстояла, мгновенно поняв, на что намекают все эти эльфы. Ясен пень, стоит мне упасть на колени, как со мной произойдет то же, что и с остальными рабами, а это мне совсем не в радость, поверьте! Меж тем подталкивания стали более настойчивыми, я повернулась и внезапно двинула кулаком в морду низшему эльфу, который и пинался. От неожиданности тот ойкнул, схватился за нос и между его пальцами закапала темно-рубиновая кровь. Второй низший весело рассмеялся над своим товарищем -- очевидно эльфы не слишком-то друг друга уважали. Высший аж сплюнул от раздражения, повернул мое лицо к себе и вперил в него свои непонятные глаза, бормоча под нос какие-то гадости. Удивительно, но и это не помогло.
   -- Аоа мутиа астигдам! -- в сердцах высказался эльф.
   -- Точно, точно! -- ухмыльнулась я, -- Все так и было! А если б я еще хоть слово понимала...
   Тут эльф кажется резко понял в чем дело и, крепко стукнув низшего по балде, что-то проговорил, указывая на мою шею. Я машинально дотронулась до нее и тут до меня дошло: все нормальные рабы носили ошейники, а у меня оного и в помине не было. Похоже, мой скромный план побега был раскрыт!
   Высший эльф в сердцах притопнул ногой, низший почтительно кивнул и быстро скрылся за дверьми. Не прошло и часа, как он возвратился в сопровождении того самого эльфа, что являлся по совместительству моим надсмотрщиком. Тот нес в руках различные предметы моей экипировки, начиная от одежды и заканчивая заколками и злополучным кольцом-переводчиком. У него не было только оружия и я всерьез начала опасаться, что Оникудаки мог потеряться. Ох и не повезет же его следующему хозяину!
   Эльф протянул вещи ко мне, по-видимому считая, что я выберу то, что помогает мне понимать чужую речь и, как не велико было искушение выбрать удобный синий плащ, мне пришлось предпочесть кольцо.
   -- Теперь ты снова понимаешь речь? -- уточнил мой надсмотрщик как только я одела кольцо на палец. Я кивнула.
   -- Но каким образом? -- не понял высший эльф. Признаться честно, я и сама не понимала, ведь Дионис объяснил, что здесь, помимо парамагии, никакая другая магия не работает. Возможно то, что кольцо было создано не магическим, а исключительно техническим способом, и оставляло его способности, но эльфам этого было не понять, поэтому, скорчив таинственную рожу, я сообщила, что на моих предков наложили страшное проклятие Синих Земель и только этот перстень дает мне возможность понимать человеческую речь. К счастью, эльфы удовлетворились сим ответом и более по этому поводу меня не расспрашивали.
   Но оставалась еще одна проблема.
  
   -- Итак, почему ты в этом месте? -- сурово поинтересовался мой надсмотрщик.
   -- Э-э-э, ну-у, -- задумалась я, -- А мне город осмотреть захотелось!
   -- Осмотре-еть? -- недоверчиво протянул эльф, -- В первый раз человеку город осмотреть захотелось!
   -- Нелюбознательные все какие-то, -- хмыкнула я.
   -- А сюда как ты попала? -- продолжал вопрошать он.
   -- Это моя вина, -- вмешался высший эльф, -- По-моему, слуги приняли ее за мою рабыню, вот и привели сюда, а я сразу и не обратил внимания на отсутствие ошейника. Впрочем, -- он внимательно посмотрел на меня, -- Я не против приобрести ее по соответствующим расценкам!
   -- Лучше приходите на торги, -- посоветовал ему надсмотрщик, -- Лично я не имею полномочий по официальной продаже!
   -- Жаль, -- вздохнул высший эльф, -- Я не люблю отдавать то, что когда-то побывало в моих руках! Что ж, значит еще увидимся!
   Мой надсмотрщик кивнул, мы вышли за пределы сего дома и двинулись обратно в сторону здания торговли рабами.
   -- Так зачем ты на самом деле сбежала? -- тихо поинтересовался эльф, -- Ты что, не знала, что ни единому слабосильному человечишке нет выхода из Неорины?
   -- Выход есть, его не может не быть, -- буркнула я, -- Просто его еще никто не нашел!
   -- Эх, следовало бы оставить тебя в фионе Альда, -- вздохнул эльф, -- Ты бы сама на торги попросилась после такой участи!
   Я представила себя на месте рабов того высшего эльфа и почувствовала, что вспыхнула.
   -- А "фиона" -- это что? -- поинтересовалась я, -- Вы так называете здания?
   -- Да, -- кивнул эльф, -- И в будущем именуй настоящих эльфов "ада", это такое уважительное обращение! Многие из нас не терпят непочтительных существ.
   -- Ясно, -- кивнула я, -- Постой, а ты что, не настоящий эльф? А то я тут заметила, что вы еще на какие-то касты делитесь...
   -- Это не касты, -- оборвал меня тот, -- Официально я, конечно, тоже считаюсь эльфом, но в моих жилах течет и жидкая людская кровь.
   -- А-а, так ты полуэльф, -- поняла я, -- И вы служите настоящим эльфам...
   -- Это самое меньшее, что мы можем сделать для них, -- сказал он, -- Без них мы могли быть такими же безнадежно ничтожными, как и вы, люди!
   -- Не знаю, не знаю, -- пробормотала я про себя, -- Если судить по тому, сколько в этом мире людей и сколько эльфов, можно предположить, что именно эльфийская ветвь вымирает, а не наоборот! И вообще...
   -- Ты что-то сказала? -- нахмурившись, переспросил эльф.
   -- Ничего, -- моментально среагировала я. Не стоит со своим уставом в чужой монастырь лезть!
   -- Эй, Эуренен, ты нашел беглянку? -- окликнули моего надсмотрщика.
   -- Нашел, нашел, -- кивнул тот, -- А что, торги уже начались?
   -- Давно уже, -- бросил проходящий мимо полуэльф.
   -- Давай, иди быстрее, -- потянул меня за руку Эуренен, -- Если опоздаем, продам тебя в чей-нибудь гарем из чистой вредности!
   В гарем мне совсем не хотелось, поэтому, скрепя сердце, я двинулась вперед. Хотя еще неизвестно, куда меня могут продать в других случаях!
  
   Торги действительно уже начались, меня быстро привели в благопристойный вид (а именно стащили "гавайское ожерелье" и надели много украшений из лунного камня, высоко ценящегося среди эльфов) и выставили в дальнем углу залы торгов в ожидании своей очереди. Здешнее помещение представляло собой большую залу небесно-лазурного цвета, углы которой украшали ажурные кресла, а в центре располагался традиционный бассейн. Посреди правой стены располагалось закрытое ширмой отверстие, ведущее на подмостки, с которых и велись торги. Краем глаза было заметно, что на помосте сейчас стояла девушка-рабыня, от силы пятнадцати лет от роду, прибывшая той же партией, что и я. Сейчас она скорее всего стояла перед огромной толпой настоящих эльфов, испуганная, беспомощная. На миг мне стало ее жаль, но потом я вспомнила, что рано или поздно окажусь на ее месте и тут же впала в крайне неоптимистичный настрой.
   -- А теперь лот двадцать четыре! -- провозгласил полуэльф-работорговец, стоявший там же на помосте неподалеку от девушки, -- Молодая и здоровая рабыня! Смотрите, какое гибкое у нее тело, какие пышные волосы! Она может как готовить, убирать по дому, так и участвовать в процедурах телесного услаждения! Эта рабыня достойна многих гаремов, это прекрасный вклад ваших денег! Взгляните на ее нежную кожу! На ее стройные ноги! Ну же, неужели никто не хочет приобрести ее?! Стартовая цена сорок камней! Ну? Ну? Кто больше!
   -- Пятьдесят камней! -- раздался голос из зала.
   -- Семьдесят! -- тут же перебили его.
   -- Восемьдесят!
   -- Девяносто пять!
   -- Сто двадцать!
   -- Снимите с нее повязку! -- потребовал кто-то, -- Я заплачу за нее двести камней, но сначала хочу убедиться, что на ней нигде нет изъянов!
   -- Воля покупателя -- закон, -- склонился работорговец и одним незаметным движением сорвал с девушки набедренную повязку, держа ей руки так, чтобы она не успела прикрыться. Эльфы одобрительно зашумели, оценивая новооткрывшиеся достоинства рабыни.
   -- Плачу пятьсот! -- вдруг раздался новый, но откуда-то знакомый голос. Я чуть-чуть высунула голову из-за ширмы и убедилась, что это тот самый эльф, в фионе которого я тогда умудрилась побывать -- я узнала его по необычно-пурпурному цвету халата-балахона и ядовито-ехидному голосу существа, полностью уверенного в своих силах.
   -- Есть ли еще предложения? -- обратился работорговец к залу и, не услышав ответа, поклонился, -- Она ваша, ада Морхен!
   -- Знаешь, кто ее купил? -- ткнул меня в бок раб, стоящий поблизости, -- Сам ада Морхен! Во власти над ним только сам ада Аэрдолик, светлый король эльфов, а в богатстве ему вообще нет равных!
   -- Значит, этой девушке повезло? -- уточнила я.
   -- Что ты, что ты! -- замахал тот руками, -- Ада Морхен ужасный господин, он не принимает людей за разумных созданий и может подвергнуть тяжелейшим пыткам за малейшую оплошность. Его даже полуэльфы боятся! А знаешь еще что, -- доверительно сообщил он мне, -- Меня уже третий раз перепродают, а во второй раз я попал именно к ада Морхену. Пока я состоял при гареме, жизнь еще можно было выносить, но когда я впал в немилость и оказался на алмазных рудниках... Я оказался неприспособлен для работы на солнце и меня выкупили из чистого милосердия, чему я бесконечно благодарен... Но больше я ни за что, ни за что не соглашусь пойти с ним! К кому угодно, только не к нему! Уж лучше смерть!
   -- А ну замолкните вы оба! -- прикрикнул на нас стоящий неподалеку Эуренен, и вовремя, поскольку работорговец провозгласил:
   -- А теперь представляю вам лот двадцать пять!
   -- Ну мне пора, -- кивнул мне мой сосед и вышел на помост.
  
   Прошло еще около человек десяти рабов, всех купили по соответствующим расценкам, а меня все еще не вызывали. За прошедшие четыре часа я успела пару раз слегка перекусить и даже искупалась в бассейне (главное, надо было выбрать момент, пока на тебя никто не смотрит). Но вот раздался выкрик:
   -- А теперь лот тридцать шесть! -- и меня вытолкнули на подмостки.
   Первым делом меня ослепил яркий свет, потом глаза несколько привыкли, и мне тут же захотелось уползти куда подальше -- конечно, у меня нет сценобоязни, но когда не менее трех с лишним сотен эльфов оценивающе смотрят на твое полуобнаженное тело сквозь тканевые маски -- это уже чересчур, поверьте мне!
   Я огляделась и поняла, что такой яркое освещение создается благодаря факелам, свет от которых направлялся на подмостки с помощью зеркал. В связи с этим помост освещался со всех сторон таким образом, что я была видна всему залу, сиденья которого располагались полукругом вокруг этой импровизированной сцены.
   -- Взгляните на эту рабыню повнимательней! -- расхваливал тем временем меня работорговец, -- Это необычный экземпляр! Смотрите, какая у нее смуглая кожа (это правда, кожа у меня действительно темная)! А какие мягкие волосы! -- в доказательство этого полуэльф взлохматил мою буйную каштановую гриву и без того не слишком причесанных волос, на что я злобно окрысилась, -- А ее ноги! Они почти такие же длинные, как и у нашей расы! Она сможет быть отличным курьером и никто так быстро не принесет ваш завтрак в постель (я начала потихоньку закипать -- ненавижу, когда меня пытаются эксплуатировать, пусть даже на словах)! А какие крепкие у нее мышцы! Если вам надоест услаждаться ей в своем гареме, вы всегда сможете использовать ее и в тяжелом физическом труде... Ой!
   Работорговец сказал "ой", потому что я, не выдержав болтовни о моих мышцах, сильно двинула полуэльфа под дых. Я надеялась, что это несколько отобьет желание меня покупать, но эльфы, напротив, оживились.
   -- Плачу сто камней! -- раздался первый решительный голос.
   -- Начальная ставка двести! -- тотчас оживился быстренько отдышавшийся работорговец.
   -- Триста! -- тут же перебили его.
   -- Пятьсот!
   -- Тысяча! -- неожиданно поднял руку ада Морхен и все остальные голоса моментально стихли -- да я и сама понимала, что такая цена слишком высока для обычной рабыни. Что-то будет!
   -- Есть еще предложения? -- нерешительно оглядел зал работорговец.
   -- Есть! -- внезапно раздался негромкий голос и в самом дальнем ряду поднялся эльф в темном халате-балахоне, шитом золотой нитью и украшенном мелкими рубинами, -- Предлагаю тысячу двести!
   -- Тысяча пятьсот, -- продолжил торг ада Морхен и презрительно взглянул на сопротивника, -- Тебе есть чем ответить, Каудриал?
   -- Тысяча шестьсот, -- сказал тот вместо ответа.
   -- Кто это? -- шепотом поинтересовалась я у Эуренена, который от любопытства высунулся из-за ширмы -- не каждый день в воздухе звучат такие расценки.
   -- Это сын светлого ада Аэрдолика, принц Каудриал, -- так же шепотом ответил тот, -- Во власти он равносилен ада Морхену, и был бы выше его по рангу, если бы принадлежал к чистокровным!
   -- Ваш принц -- полукровка? -- удивилась я, -- А не похож!
   -- О нечистой крови Каудриала запрещено говорить вслух, -- зашипел на меня Эуренен, -- Конечно, если ты не хочешь, чтобы тебя подвергли колесованию, да и меня заодно с тобой!
   -- Молчу уж, молчу, -- недовольно пробурчала я, -- Уж и высказаться нельзя!
   Меж тем принц Каудриал и ада Морхен продолжали торговаться:
   -- Тысяча семьсот!
   -- Тысяча восемьсот!
   -- Две тысячи!
   -- Две с половиной!
   -- Вы что, совсем офигели, да? -- негромко спросила я, -- И на кой я вам сдалась?
   -- Две и шестьсот камней! -- проигнорировал мое замечание ада Морхен.
   -- Две и семьсот! -- не отступал принц. Если честно, ему я сострадала гораздо больше -- слишком уж были свежи воспоминания о фионе Альда, возвращаться куда мне не хотелось.
   -- Две и семьсот пятьдесят! -- чуть понизил скачки цен чистокровный эльф.
   -- Три тысячи камней! -- заявил Каудриал, победоносно усмехаясь. Ада Морхен тяжко вздохнул. Работорговец уж было открыл рот, чтобы сказать "продано", как эльф произнес:
   -- Пять тысяч!
   Каудриал только яростно плюнул на лазурный пол залы.
   -- Продано! -- с явным облегчением наконец оповестил всех работорговец.
   -- Мы еще встретимся, эльф! -- зло сказал принц, развернулся на каблуках и быстрым шагом удалился из залы торгов.
   -- Уверен в этом, -- усмехнулся ада Морхен, затем вышел из рядов и легко запрыгнул ко мне на помост, -- Я же говорил, что не люблю отдавать уже побывавшее в моих руках! -- с этими словами на моей шее щелкнул замком новенький золотой ошейник с эмблемой в виде единорога с птичьей головой. Я невольно вспомнила, как Кромол сообщил мне, что помимо самого хозяина эльфийский ошейник не может снять никто, и поморщилась -- рабство давило на меня, не успев еще толком начаться.
   -- Простите великодушно, ада, но я должен убедиться в наличии той суммы, за которую вы купили эту рабыню, -- робко произнес работорговец.
   -- Да, конечно, -- ада Морхен отмахнулся от него как от назойливой мухи, и по этому знаку двое рослых полуэльфов втащили на подмостки огромный сундук; эльф еле слышно звякнул ключом, и крышка откинулась. Я тихонько ахнула: говоря "пять тысяч камней", эльфы и подразумевали пять тысяч камней, а именно прекрасных крупных рубинов, изумрудов и алмазов -- здесь лежало целое состояние!
   -- Дорого же ты мне обошлась, -- хмыкнул ада Морхен, придирчиво осмотрев меня, -- Но дело того стоит, я думаю. Пошли!
   И я пошла. А что мне еще оставалось делать?!
  

* * *

   И настали дни моего рабства. Вначале больше всего я опасалась, что ада Морхен первым делом потащит меня на такое же "мероприятие", на которое я невзначай попала вначале нашего знакомства. Но нет, напротив, сразу же после торгов ада Морхен с почетом доставил меня в фиону Альда, а сам тотчас же куда-то спешно уехал. Дела, дела... Подождав с полнедели полуэльфы, служащие у него, не сговариваясь направили меня на обычные работы: убирать дом, ухаживать за садом, ходить за продуктами и тому подобное. Мне не раз предоставлялась возможность тихо смыться, но я этим не воспользовалась. Почему? Да потому что уже успела убедиться, что из Неорины действительно нет выхода, по крайней мере, очевидного. Все выходы из города охраняются, по улицам постоянно прогуливаются патрули, а даже если я и покину Кайкалу, то обязательно натолкнусь на действующие части армии полуэльфов, а это еще менее радостней, нежели мое настоящее положение. Потому я на время смирилась со своей участью и мирно сосуществовала с другими рабами на предоставленной мне фионе -- в конце концов, это не самый худший способ коротать жизнь в этом мире. Хотя...
  
   Однако все это смертельно скучно! Нудность изо дня в день вызывала во мне здоровое раздражение, поэтому, когда тутошний повар, с которым я успела подружиться, сообщил мне, что ада Морхен возвращается, я даже обрадовалась этому -- будет кому набить морду, если что. Правда такой возможности мне не представилось -- этот эльф вновь приехал исключительно по делу. Это я поняла по тому, как забегали полуэльфы в его присутствии, яростно собирая какие-то вещи -- похоже, что фиона Альда перебрасывалась на новое место.
   Так оно и было. Прихватив с собой всех слуг-полуэльфов, нескольких рабов-людей, а заодно и меня (непонятно только зачем), ада Морхен водрузился на запряженную четырьмя единорогами колесницу и двинулся в путь. За ним последовало не менее двадцати таких же повозок, груженных людьми и вещами. Тем же днем мы выехали за пределы Кайкалы и направились вглубь страны (куда ж еще глубже!).
   -- Куда мы направляемся? -- спросила я у полуэльфа по имени Фулваэн, которому надлежало стеречь нас по дороге и который единственный из многих относился к людям без раздражающего меня презрительного отвращения.
   -- В фиону Блук, -- ответил тот.
   -- А точнее?
   -- Это поместье ада Морхена, находящееся близ Большой Арены, -- неохотно пояснил Фулваэн, -- Большая Арена -- столица всей Неорины и сердце аристократии. Там живет светлый король ада Аэрдолик, и его наследники, принцы Каудриал и ада Тьяураваль. За стены Большой Арены имеют доступ только приближенные к королю эльфы, в том числе и наш господин. Ни люди, ни полуэльфы, за исключением рожденных в пределах города, не допускаются в Большую Арену.
   -- Погоди, погоди, -- перебила я его, -- Если людям туда ходу нет, как же тогда полуэльфы получаются? Из воздуха?
   -- Нет, конечно, -- рассмеялся тот, -- В Большую Арену имеют доступ люди, занимающиеся особым видом деятельности. Я еще не сказал тебе, что Большая Арена, помимо роли столицы, выполняет также роль культурного центра. Именно там проводятся соревнования по стихопению, исторологии и мироведению среди достойных, а также любимое развлечение пресветлого короля -- бои между лучшими человеческими воинами, находящимися ныне в нашем распоряжении. Каждый раз по приближению празднования дня воцарения Аэрдолика на престоле Неорины ада Морхен переезжает в фиону Блук, дабы узреть великие соревнования лучших бойцов, которые длятся в течение сорока одного дня. Иногда наш господин выставляет и своих бойцов, но еще ни разу его люди не побеждали. Однако он не теряет надежд.
   -- А в этот раз ада Морхен будет кого-нибудь выставлять? -- полюбопытствовала я.
   -- Неизвестно, -- пожал плечами Фулваэн, -- Господин обычно скрывает будущего воина даже от нас, своих преданных слуг. К тому же, даже если мы будем добираться до Большой Арены два месяца, а это маловероятно, так как обычное время путешествия всего лишь полтора месяца, все равно останется еще три месяца до начала празднества, а это достаточно большой срок, чтобы подобрать воина и обучить его правилам Игры.
   -- Какой игры? -- уточнила я.
   -- Сто К Одному, -- важно сообщил полуэльф.
   Я тихонько хихикнула -- игра с таким названием имелась и в том мире, где я родилась в этой жизни, хотя сомневаюсь, чтобы эти игры имели одинаковые правила.
   -- Что ж, -- задумчиво произнесла я, -- Любопытно было бы узнать, кого же ада Морхен выберет в свои воины в этот раз!
   -- Это любопытно каждый раз, -- согласился со мной Фулваэн.
  
   В принципе, дальнейшая дорога действительно прошла без приключений, поэтому ровно через полтора месяца наш караван единорогов прибыл на фиону Блук. Она поразила меня своими размерами -- если все дома в Кайкале напоминали маленькие замки, то Блук и была самым настоящим замком с обширным садом, святилищем для поклонения королю, просторными конюшнями и даже со специально отведенным зданием подготовки воинов (в данном случае оно больше служило для обучения людей правилам Игры). Само здание замка было отстроено в классическом эльфийском стиле -- стены, вылитые из черного обсидиана; островерхие башенки с черепичными крышами, на шпилях которых извивались флаги с эмблемой ада Морхена; узкие и длинные зарешеченные окна, над которыми в нишах располагались статуи хищных птиц... Внутренняя отделка была выполнена в морских тонах: всего пять больших залов и в каждом из них по бассейну, мягкие узорчатые подушечки вместо стульев, низкие столики, лазурные шелковые ширмы на дверях и балдахины над кроватями, и зеркала, зеркала, зеркала... Да, эльфы очень любят смотреть на себя, это я уже успела заметить!
   Мне выделили небольшую комнатку вблизи от здания подготовки воинов, затем слуги растолкали свои и чужие пожитки по укромным уголкам, и все как будто опять вошло в свою колею. Но не надолго!
  
   Спустя пару дней ко мне вошел Фулваэн и жестом попросил следовать за собой. Я пожала плечами, но не стала спорить. Мы вышли на плац, посыпанный желтым песочком и прилегающий к здешнему подобию стрельбища. Здесь располагалось несколько манекенов, предназначенных для упражнений с мечом, снаряды для развития ловкости рук и ног, а также ада Морхен собственной персоной во главе четырех воинственно выглядящих полуэльфов.
   -- А, вот и ты, -- заметил он, делая Фулваэну знак удалиться, -- Давненько же я тебя не видел! Догадываешься, зачем я тебя пригласил сюда?
   -- Не имею ни малейшего понятия, -- честно ответила я.
   -- Хм. Странно, -- остановился он, -- Но разве ты ничего не знаешь о предстоящей Игре?
   -- О ней-то я как раз знаю, -- признала я, -- Но причем здесь я?
   -- Так ведь ты и будешь тем самым воином, которого я желаю выставить на боях! -- улыбнулся эльф, -- Неужели ты подумала, что я выложил за тебя такие сумасшедшие деньги только рассчитывая позабавится на досуге?! Какая самовлюбленность!
   Я потемнела от возмущения; потом до меня дошел смысл вышесказанного.
   -- Кем-кем я буду? Воином?! Ну уж нет, фигушки, да меня же первый встречный поколотить может, не говоря уж о профессиональных гладиаторах! Не пойду на смерть! Не пойду, не пойду, не пойду!!!
   -- А кто тебя спрашивает? -- остудил мой пыл ада Морхен, -- К тому же ты явно занижаешь свои возможности. На войне была? Значит воин! А ведь мне еще сказали, что ты из отряда охотников, а значит будешь посильнее некоторых!
   -- Кто это сказал?! -- возмутилась я.
   -- Ну я, -- лениво произнес один из полуэльфов, стоящих поблизости. Он стащил маску, и я с ненавистью узнала лицо того, что загипнотизировал меня тогда, на поле битвы.
   -- Убью, собаку!!! -- завопила я и ринулась на него. Тот легко отскочил и выхватил из-за пояса меч. Я мимоходом удивилась -- ведь у эльфов мечи не в почете -- но тут такой же меч неизвестно как очутился и в моих руках, и я, не раздумывая, бросилась в атаку. Полуэльф пока только защищался, но я заранее знала, что тот сильнее меня -- слишком уж играючи он уходил из-под моих выпадов. Удар сверху, снизу, серия прямых замахов и сальто вбок, все быстрее и быстрее, но полуэльф не отступал. Он подпрыгивал так высоко, будто не был скован земным притяжением, и я не успевала, совершенно не успевала его достать. Внезапно бок обожгло болью, я инстинктивно схватилась за него и почувствовала, что в ладони полно крови.
   -- Ах так, да, -- прошипела я, стиснув зубы. Внезапно злость спала, и я смогла оценить свои силы и силы эльфа. Да, он был быстр, ловок и практически не устал, но на моей стороне была та хитрость, что тяжкими неделями вдалбливалась в меня старшими поколениями энергов и охотников. Я поняла, что надо делать!
   В очередном замахе я пригнулась и быстро откатилась в сторону. Эльф, не ожидавший такого, отскочил, а этого-то мне и было надо. Разогнувшись в прыжке, я кувыркнулась эльфу под ноги; тот вновь попытался отпрыгнуть, но я уже крепко держала его за ногу.
   -- А-а-а-а!!! -- завопил полуэльф, и верно, кусаюсь я очень больно. Отбросив меня в сторону, эльф машинально схватился за прокушенную голень, отвлекшись буквально на секунду, но я уже налетела на него как вихрь, нападая со всех сторон, не давая ни отпрыгнуть, ни как следует размахнуться мечом. Вдруг эльф резко выбросил левую руку из-за спины -- оказалось, что в ней скрыт маленький кинжальчик -- и полоснул мне по плечу. Я неловко дернулась, углубляя рану и, перекинув меч в другую руку, что было силы саданула им эльфа по ребрам, на манер дубины. Тот охнул и согнулся, а я, не медля, пнула его в пах и занесла меч над его головой. Еще секунда и...
   -- Довольно! -- повелительно раздался голос ада Морхена и четыре сильные руки оттащили меня от врага. Тот, охнув, встал, но тут же сел обратно, болезненно скорчась. Я довольно ухмыльнулась -- и у этих непобедимых существ была своя Ахиллесова пята.
   -- Я же говорил, что ты преуменьшаешь свои силы, -- обратился ко мне ада Морхен, -- И ты только что доказала это! Но знай, победить полуэльфа сложно, но победить победителя полуэльфов гораздо сложнее. Тебе еще предстоит многому научиться до начала Игры, и ты научишься этому, хочешь того или нет. Я лично буду руководить твоим обучением. Эй, Фулваэн! -- кликнул он моего знакомого, -- Отведи нашу победительницу в замок и перевяжи ее, пока она не истекла кровью! Как зовут-то тебя, победительница полуэльфов? -- вновь обернулся он ко мне.
   -- Победительница! -- ухмыльнувшись, эхом отозвалась я.
   -- На старом языке людей это звучит как Стайа, -- задумчиво произнес эльф, -- Что ж, тоже неплохо!
   Стайа? Стая? Стадо, свора, отара? Что-то это имечко мне смутно напоминает!
  
   И ада Морхен действительно самостоятельно взялся за мое обучение. Оказалось, что он, как и все эльфы, великолепный боец. Видимо, искусство битвы было дано эльфам с рождения, но если при желании полуэльфа я могла победить в поединке, то с чистым эльфом этого ну никак не получалось. Ада Морхен мог управляться со всеми видами оружия начиная от простого меча и заканчивая утыканной гвоздями булавой и сложнейшей метательной штукой, именуемой орионом. А уж о силе его и говорить нечего! Однажды, во время моей тренировки, к нам на площадку ворвалась взбешенная самка единорога, у которой только что отобрали детеныша для подготовки последнего к верховой езде. Животное проломило деревянную стену конюшни и выбежало на плац, отчаянно отбрыкиваясь от поспешающих за ним полуэльфов. Тогда я своими глазами увидела, как мой хозяин подбежал к единорогу и, увернувшись от копыт и смертоносного рога, обхватил ее поперек туловища и так сжал, что кобыла аж задохнулась. После двух минут этих "объятий" ада Морхен спокойно отпустил полусдохшее животное, и то спокойно дало полуэльфам отвести себя в стойло. С тех пор я невольно прониклась уважением к этому высшему эльфу, не смотря даже на отвращение к некоторым его привычкам.
   В принципе, ада Морхен оказался довольно неплохим учителем, если бы не жестокость, присущая эльфийскому племени. Да, он охотно объяснял мне все непонятные места, моменты ударов, демонстрировал их применение и тому подобное, но стоило мне совершить хоть малейшую оплошность... Здесь была такая штуковина, называется полоса препятствий, так вот, вместо передышек между обучением мой хозяин заставлял меня бегать по ней, тренируя ловкость. Полоса препятствий представляла собой узкий мостик над глубокой ямой с жидкой грязью, на котором встречались различные установки типа раскачивающихся молотов, провалов, тонких канатных переходов, эпизодов, где надо ползти по-пластунски, так как сверху мостик прикрыт крышкой, утыканной острыми кольями, и так далее. Всего эта полоса занимала километра два (она шла по кругу, огибая всю фиону Блук), но обычно я ее проходила по два-три раза подряд. Плюс, по этой полосе всегда приходилось довольно быстро бегать, иначе меня могло ждать иное наказание -- иногда не давали есть, иногда пить, иногда, что тоже оказалось пренеприятным, спать. Скажете легко? А вы когда-нибудь пробовали не спать по пять дней подряд, когда за тобой следят два полуэльфа, больно хлеща плетью по ногам при малейшем признаке сонливости?! Впрочем, ЭТО тоже считалось испытанием на выносливость, как и полоса препятствий. А ученические бои с ада Морхеном (читать "мученические")! Да это были не бои, а бессовестное избиение! Я честно пыталась применить новые и давно изученные приемы, а мой хозяин, даже не двигаясь с места, лениво отбивал их, иногда прохаживаясь мечом плашмя по моим ребрам. Я постоянно ходила голодная, сонная, вся в синяках и совершенно выдохшаяся, чуть ли не воющая от усталости и абсолютно не понимающая, почему ада Морхен так надо мной издевается.
   Но потом я начала понимать.
  
   Через недель через шесть я постепенно пообвыклась с жестким, нормированным режимом своей новой жизни. Приучилась экономить энергию, урывая каждую секунду свободы, чтобы отдохнуть, привести себя в порядок. Обнаружила в себе способность отдыхать даже на бегу, когда ноги передвигаются абсолютно механически, а все остальное остается в относительном покое. Испытания на выносливость также не прошли даром -- я могла бодрствовать несколько суток кряду, не чувствуя желания задремать, но также могла заснуть в любой миг и в любом месте, начиная от обычной кровати и заканчивая... да чем угодно!
   Я уже могла свободно фехтовать с тремя полуэльфами одновременно, не сражая их, но и не подпуская близко к себе, и даже ада Морхен пару раз высказывал свое одобрение, видя как я резко повышаю свою квалификацию. Да мне и самой чувствовалась собственная сила, я уже принимала за реальность свое участие в Игре, и даже надеялась победить. Нет, не надеялась, а мечтала, потому что наказанием проигравшим была смерть.
  
   Но вот прошло еще две недели, и ада Морхен решил, что пора собираться в сердце Большой Арены. Мне в кои-то веки выдали иную одежду, нежели набедренную повязку (к которой, впрочем, я уже успела привыкнуть), а именно: легкую безрукавку и короткую кожаную юбочку из тонкой белой кожи какой-то специальной обработки, свободные босоножки на пробковых подошвах, ремешки которых затягивались чуть ниже колен, и широкую повязку на лоб с вышитым гербом ада Морхена. В знак того, что отныне я гладиатор, принадлежащий лично королю, с меня сняли ошейник, и повязка нужна была в знак того, что именно ада Морхен обучил меня всему, что я знаю (впрочем, всему -- это громко сказано, охотники и энерги тоже неплохо постарались). Я переоделась в новую одежду, мне торжественно выдали новый меч и маленький круглый щит, и я двинулась за ада Морхеном к Большой Арене.
  
   Сердце Большой Арены окружала высокая стена, на удивление белая, с голубовато-желтым отливом, хотя в большинстве своем эльфы предпочитали черный и фиолетовый цвета. Впрочем, материал, из которого та была сделана, напоминал цельный кусок лунного камня -- хоть в этом эльфы не отошли от своих привычек. Перед входом в Большую Арену мой хозяин снял черную маску, и я наконец-то узрела его лицо полностью: те же крупные, невинные черты, что и у всех настоящих эльфов, наивная, чуть кривая улыбочка и большие темно-синие глаза, прекрасно сочетающиеся с нежно-голубой кожей. В целом выражение его лица могло бы сойти за безмятежное, но взгляд, еле видный из-под пушистой золотой челки, был неожиданно гнетущим. Если бы незнакомый человек решил оценивать моего хозяина, он принял бы это за мимолетную грусть или усталость, но я знала цену этой грусти -- она так и сквозила ироничностью и ледяным цинизмом. Нет, что бы ада Морхен ни говорил, поверила бы я ему только на второй или третий раз, да и то, проверив свободу пути к отступлению.
   Я прошла вслед за ада Морхеном в прозрачные льдистые врата, охраняемые десятком местных полуэльфов и огляделась. Столица явно отличалась от Кайкалы: такие же высокие, узкие дома, но цвета преобладают больше сиреневые, нежели фиолетовые, и темно-зеленые, с переливом, покрытые тончайшей пленкой слюды. В нишах располагались скульптуры не хищных птиц, но всевозможных рептилий, а флаги на башнях имели кроваво-красный цвет. Вдалеке виднелось здание такой формы, как если бы римляне решили построить свой Колизей в два раза больше и исключительно из слоновой кости с золотом -- это и была та большая арена, в честь которой назывался этот город, и где мне вскоре предстояло побывать. Однако, оставался еще месяц до начала Игры: что же я буду делать все это время?
   Вопреки моим ожиданиям, ада Морхен не повел меня сразу к большой арене, но направился к высокому зданию грязно-бордового цвета, расположенному у близлежащей стены и, наверно, единственному в своем роде. Этот замок отличался от остальных еще и своей неопрятностью, полуразрушенностью, однако будто бы нарочитой, словно хозяин его сам желал выглядеть более бедным и непримечательным, чем на самом деле. Меж тем ада Морхен решительно взялся за большое перламутровое кольцо на двери и громко постучал.
   -- Кто здесь? -- настороженно спросил мелодичный голос.
   -- Открывай, это я, -- нетерпеливо произнес мой хозяин, и дверь приоткрылась. Оглянувшись, ада Морхен подтолкнул меня внутрь, затем вошел сам.
   Мои глаза постепенно попривыкли к полутьме внутри здания, я огляделась и крайне удивилась. Ничего такого, что я привыкла видеть внутри эльфийских построек, здесь не было, напротив, это место напоминало заброшенную человеческую библиотеку -- кучи, кучи старых запыленных книг на ветхих стеллажах и глубокие мягкие кресла, будто специально приспособленные для чтения. Так же здесь зачем-то находился широкий деревянный стол с какими-то приборами и приспособлениями, сваленными в кучу, а в углу, близ занавешенного окна, стояла маленькая кушетка, с которой на нас смотрели блестящие глаза.
   -- Аурель, это Морхен, -- на всякий случай известил мой хозяин, -- Ты меня не узнаешь?
   -- Узнаю, -- произнес все тот же голос, и глаза придвинулись ближе, -- А кого это ты привел с собой, мой старый друг?
   -- Человека, воина, которого я собираюсь выставить в Игре на этот раз, -- сообщил высший эльф, -- Неужели ты разучилась отличать людей от эльфов в своем заключении?
   -- Ну, не в таком уж я и заключении, -- чуть громче заявило существо, спрыгнуло с кушетки и подошло к нам вплотную. Я, разглядев его, ахнула и изумленно отшатнулась: это был не эльф, а... хм... ну, скажем, эльфка! У этой особи были ярко выраженные женские признаки -- узкая талия, широкие бедра, грудь, сильно выделяющаяся под обтягивающим лиловым халатом-балахоном. Ее волосы были не такими мягкими на вид, как у остальных эльфов, но темно-золотыми и завитыми в тугие кольца. Правда, плечи ее были чересчур широки, а руки грубы, но это компенсировала по-лебяжьему длинная шея и тот мелодичный голос, который приятно потревожил мой слух еще из-за двери. Не возникало никаких сомнений, Аурель была женского пола. И эльфом.
   -- Ну, что ты молчишь, словно призрак увидела! -- усмехнулась она.
   -- Стайа еще ни разу не видела полуэльфов благородных кровей, живущих внутри Большой Арены, -- пояснил ада Морхен, -- Она привыкла, что ни эльфы, ни полуэльфы не одевают выразительную одежду и никак не выражают свое предпочтение к определенному полу.
   -- Не все эльфы безлики, -- сказала мне Аурель, -- Слугам-полуэльфам запрещается как бы то ни было подчеркивать свое предпочтение к однополому образу жизни, но полуэльфам благородных кровей никто не может этого запретить. И хотя наше поведение никак не влияет на наши отношения с другими эльфами, к полуэльфам, предпочитающим выглядеть по-женски и человеческим девушкам я отношусь совершенно нейтрально.
   -- А зачем об этом знать мне? -- спросила я, -- Зачем вы мне это рассказываете? -- в последнее время я поняла, что все делается неспроста.
   -- Затем, что теперь нам некоторое время придется пожить у Аурель, -- объяснил ада Морхен, -- Здесь единственно надежное место, где никто не поинтересуется ни мной, ни моим последним приобретением, то есть тобой. А Аурель, может быть подправит в тебе некоторые недостатки, которые не заметил я.
   -- А их предостаточно! -- ухмыльнулась та, -- Удивляюсь только, почему ты раньше не приводил ко мне своих воинов!
   -- Они были не достойны даже твоего внимания, -- улыбнулся ей ада Морхен.
   -- А эта, скажешь, достойна? -- хмыкнула Аурель, -- Ну-ка, Стайа, бери меч и становись в центре комнаты!
   Я вытащила оружие из ножен и остановилась где-то посередине зала, все еще не понимая, как собирается нападать на меня Аурель -- ведь у нее не было даже кинжала! Но, как оказалось, тот и не понадобился полуэльфке -- она резким рывком выбросила себя вперед, схватилась за лезвие моего меча и дернула на себя, прежде чем я успела чего-нибудь сообразить. Я тут же отскочила в сторону, но меч остался в руках Аурель, которая не замедлила им воспользоваться. Я мгновенно была отброшена назад шквалом ударов и комбинаций сложнейших приемов. Аурель просто летала вокруг меня, не давая возможности ни напасть, ни отступить к стенке. Приходилось вертеться во все стороны, не переставая постоянно приседать и подскакивать в таком бешеном темпе, что скоро я начала мечтать об успокоительном ударе по голове или о чем-то в этом роде. Внезапно я заметила в движении противницы незначительную ошибку, воспользовалась ей и перехватила рукоять меча. Лучше бы я этого не делала! Полуэльфка вдруг мимолетным движением вывернула свою кисть на сто восемьдесят градусов, дернула меч вбок, и тот со звоном отлетел к ногам ада Морхена, а Аурель точным ударом вогнала колено правой ноги мне в горло, затем перевернула ногу, зажала под коленом мою шею и стремительным броском впечатала мою голову в стену с таким звуком, будто кто-то долбанул молотом по наковальне. Я охнула и бессильно осела.
   -- Вставай! -- бесцеремонно пнула меня Аурель и обратилась к ада Морхену, -- Ты прав, кой-какой потенциал у нее есть, но все же она слишком слаба!
   -- Не всем же быть такой, как ты, дорогая! -- мягко сказал ей мой хозяин (а я и не знала, что он так умеет), -- Я не гонюсь за большим! Просто скажи мне, есть ли что-нибудь, что ты можешь исправить в Стайе к лучшему?
   -- Вообще-то можно попробовать, -- задумалась полуэльфка и обратилась ко мне, -- Протяни-ка мне свои руки!
   Еще не отойдя от удара по голове, я послушно протянула ей руки и тут же пожалела об этом: Аурель крепко сжала мои кисти и вдруг повернула их по собственной оси, слегка нажав вперед. Я взвизгнула, а кисти, щелкнув, вылетели из суставов.
   -- Не ори, -- спокойно сказала полуэльфка, -- Не так уж это и больно! А если и больно, то привыкнуть тоже можно!
   Однако я продолжала вопить (а вы попробуйте не вопить, когда ваши руки буквально разбирают по частям!), и в конце концов ада Морхен подошел ко мне и аккуратно заткнул мой рот ладонью.
   -- Нельзя, чтобы она теряла сознание, -- предупредила Аурель, -- Иначе мышцы расслабятся и мои действия не произведут желаемого эффекта!
   Мой хозяин кивнул, а я скрипнула зубами и вцепилась в его ладонь. Эльф вздрогнул, но промолчал, а я меж тем рискнула посмотреть, что творит полуэльфка.
   Та подошла к маленькой полке близ стола и, достав оттуда ядовито-зеленые свечи, подожгла их. Свечи распространяли удушающий пряный аромат, от которого почему-то начало ныть все тело.
   -- Запах действует на нервные окончания? -- полюбопытствовал ада Морхен.
   Полуэльфка кивнула, затем, выдернув основные кости фаланг пальцев из ложбинок, начала поворачивать их в разные стороны. Слегка подергав, она внезапно рванула их что было силы, и мои пальцы безжизненно повисли. Я дернулась и еще сильнее впиявилась в руку ада Морхена.
   -- Ты что, не мог приучить ее терпеть боль? -- недовольно поинтересовалась у него Аурель.
   -- Не было времени, -- пожал тот плечами.
   -- Думать надо было, -- буркнула полуэльфка, продолжая калечить мои руки. Закончив с кистями, она принялась измываться над моими локтевыми и плечевыми суставами. Несколько свободных рывков -- и мои руки перестали мне принадлежать. Нервы под их кожей разбухли, точно налитые жидкостью, и я поняла, что это так воздействует запах свечей, от которого к тому же сильно болела голова и плыло перед глазами.
   -- Смотри, как теперь просто будет наращивать мускулы, -- обратилась полуэльфка к ада Морхену, без труда растягивая мое сухожилие прямо под кожей, -- Здесь теперь ничего не возможно будет защемить!
   Покончив с руками, полуэльфка принялась за ноги. Я попробовала отбрыкиваться, но после предупреждения о паре выбитых зубов и оторванных мизинцев (на Игре это тебе ничем не помешает!) я покорно приняла свою участь. Больнее всего оказалось, когда Аурель перешла на ребра. Если боль, причиняемая ей моим рукам и ногам еще можно было как-то терпеть, хотя она и напоминала выдирание коренных зубов без наркоза, то новое ощущение было еще непереносимей. Боль охватила меня жестокой волной, не отступая ни на минуту, опутывая все сильнее и сильнее, стуча в голове кровавым молотом. Я рванулась что было сил, но ноги и руки больше не слушались меня. Я начинала думать, что именно поэтому Аурель начала разбирать меня именно с них.
   -- Держи ее, она теряет сознание! -- завопила полуэльфка, видя, как мои глаза болезненно закатываются. Ада Морхен встряхнул меня, я чуть очнулась и тут же задохнулась от нового приступа боли -- полуэльфка что-то резко вонзила мне в руку, и словно порция яда оказалась в моей крови, растекаясь по венам, точно кислота. Я мгновенно обмякла, потеряла способность шевелиться вообще (ада Морхен с облегчением отнял от моего рта посиневшую, распухшую и окровавленную руку). Однако, при всей моей неподвижности я внезапно утратила и желание лишаться сознания -- нет, не то чтобы я не могла, просто произошло внезапное отключение моего нормального человеческого инстинкта самосохранения, и я с каким-то мазохистским любопытством продолжала наблюдать за действиями Аурель. Тем временем в руках последней появился большой, широкий нож, острый, как бритва. Полуэльфка аккуратно им разрезала мне кожу и плоть чуть выше желудка, примерно на том же уровне, где находятся десятое и одиннадцатое ребра. Однако, всепроницающая боль от разрываемых частиц моей кожи была совершенно не сравнима с дальнейшим. Аурель, вставив пальцы в разрезы плоти и достигнув оголенных костей, сильно надавила на них. Я завопила так, что голос сорвался и перешел в отчаянное хрипение. Мои ребра влажно хрустнули и распрямились настолько, как это было можно.
   -- Держи здесь! -- приказала полуэльфка ада Морхену, который послушно вставил свои пальцы в разрез, а Аурель схватила какую-то белую эластичную и плотную ткань и начала обматывать меня так, что позвоночник прогнулся в другую сторону. После чего эльфы совместными усилиями перевернули меня на живот, и полуэльфка, встав коленями мне на спину, несколько раз осторожно, но сильно нажала мне прямо на позвоночник. Что-то хрустнуло вновь, и тут вдруг моя чувствительность к боли резко уменьшилась. Я совершенно спокойно проследила за тем, как эльфы запеленали все в ту же ткань мои руки и ноги, сложив их под определенным углом, испытывая лишь малый дискомфорт, потом Аурель нажала большим пальцем куда-то в основание шеи, и я почувствовала, как моя отрешенность плавно перетекла в дрему, затем в спокойный сон.
  
   Очнулась я от того, как что-то ласково капало мне на лицо. Я улыбнулась и попробовала пошевелиться. Ой-е-е-е!!!
   Я моментально вспомнила все то, что случилось минувшим днем, да и не могла я этого забыть -- все тело болело, точно парочка слонов долго и упорно пыталась станцевать на нем брачный танец.
   Я открыла глаза и скосила их на свои руки. Никому не пожелаю такого увидеть! Мои конечности распухли под тугими повязками, которые извернули их насколько, что те казались оторванными. А мой позвоночник! Под повязкой плотными буграми вздымались ребра, расширяя грудную клетку, а низ тряпок побурел от высохшей крови. Шея абсолютно не двигалась, и я не сомневалась, что и остальной позвоночник находится точно в таком же состоянии.
   Что-то опять капнуло мне на лицо, я взглянула вверх и обнаружила там Аурель, которая медленно выжимала мне на лицо пропитанную влагой губку.
   -- Уже очнулась? -- кивнула она мне, -- Повязки не беспокоят?
   -- Только то, что под ними, -- хрипло выдавила я из себя. Надо же, я еще и говорить могу!
   -- Кости атрофируются где-то недели через две, -- прикинула полуэльфка, -- Тогда бинты можно будет снять, а до этого тебе почаще надо будет шевелить ногами и руками, чтобы кровь не застаивалась в жилах.
   -- Да я даже голову повернуть не могу! -- возмутилась я, -- Какой там руками шевелить!
   -- Ох, точно! -- вспомнила Аурель, приподняла меня за голову и с хрустом повернула ее вправо и влево. Дышать сразу стало легче.
   -- Пить хочешь? -- поинтересовалась полуэльфка. Я согласно шевельнула головой. Та вновь смочила губку водой и поднесла к моим губам, слабо сжимая. Я открыла рот и проглотила живительную влагу.
   -- Легче?
   Я попыталась ответить, но тут кто-то громко постучал в дверь.
   -- Это, наверное, ада Морхен, -- обрадовалась полуэльфка, -- Я отправила его за свежими фруктами. Он, конечно, не привык самостоятельно ходить по рынку, не думала, что он так быстро вернется!
   Она оставила губку поблизости со мной и побежала открывать дверь.
   -- Привет, ада Аурель, -- раздался негромкий голос. О, черт! Похоже, это не ада Морхен!
   -- Ка... Каудриал? -- неуверенно произнесла Аурель, -- Что ты делаешь здесь в этот час?
   -- Я подумал, что не помешаю, если зайду проведать тебя, милая, -- тихо ответил принц эльфийский, лютый враг моего хозяина, -- У тебя ведь никого нет?
   -- А кто у меня может быт? -- делано усмехнулась полуэльфка, -- Подожди минуточку, я сейчас!
   Она проскользнула мимо Каудриала в маленькую комнату, где лежала я, схватила черную непрозрачную ткань и накрыла меня ею с головы до ног.
   -- Лежи тихо, -- предупредила она меня, -- Каудриал не должен знать о тебе, иначе ада Морхен убьет меня, когда вернется!
   -- За тобой будет должок, ада Аурель, -- буркнула про себя я, но полуэльфка услышала, усмехнулась и вышла из комнаты.
   -- А, вот и ты! -- раздался голос Каудриала, -- Я уже успел по тебе соскучиться!
   -- Не верю, -- с улыбкой в голосе сказала Аурель, -- Лучше расскажи, как твои дела? Как отец? Брат?
   -- А как ты думаешь? -- неожиданно зло ответил принц, -- Отец явно живет последние месяцы, ты и сама это знаешь, он уже совсем плох и никакие лекари не могут ему помочь! Он хочет завещать Неорину мне, но ты же знаешь ада Тьяураваль! Он и большинство приближенных эльфов не желают видеть на троне полукровку. Если мой брат что-либо сможет найти против меня, никто уже не встанет на мою сторону!
   -- Почему никто? -- возмутилась Аурель, -- А приближенные полуэльфы?
   -- Их гораздо меньше и пока они не имеют значительной власти, -- ответил Каудриал, -- Если я взойду на трон, я попытаюсь установить равноправие, но удастся ли мне это? Ада Тьяураваль наглеет с каждым днем, он замышляет что-то недоброе. Я могу и не дожить до собственной коронации!
   -- Он не посмеет! -- воскликнула полуэльфка, но я даже отсюда поняла, что та побледнела, -- Оставайся здесь, -- предложила она, -- Здесь тебя никто не потревожит, это мой личный замок и даже твой брат не вправе заходить сюда без моего позволения!
   -- Спасибо, любимая! -- обрадовался Каудриал, -- Я знал, что ты не бросишь меня в такой момент! Сегодня же соберу вещи и перееду к тебе.
   -- Э-э-э... ну, -- Аурель внезапно вспомнила о существовании меня и ада Морхена и поняла, что поторопилась давать обещания, -- Я боюсь, что переезд ко мне будет возможен только после начала Игры. Видишь ли, до этих пор у меня гостит другой эльф...
   -- Кто это? -- мрачно поинтересовался принц, -- Почему ты делишь с ним жилье? Уж не хочешь ли ты сказать мне...
   -- Нет, нет, это совсем не то, что ты думаешь! -- поспешно перебила его полуэльфка, -- Здесь мой... брат! Да, мой брат, который прибыл в Большую Арену раньше начала Игры специально, чтобы повидать меня!
   -- Я не знал, что у тебя есть родичи, не отказавшиеся от контактов с полукровкой, -- удивленно, но облегченно заметил Каудриал, -- Кто он? Я его знаю?
   -- Возможно, -- увернулась Аурель, -- Но какое это может иметь значение? Уж не боишься ли ты, что я люблю кого-то другого? Чем вызваны эти мысли? Не своими ли действиями? Милый, у тебя есть кто-то в замке?
   -- Нет, конечно нет! -- испугался принц, -- Как ты могла даже подумать такое? Я люблю только тебя, я хочу, чтобы ты стала спутником моей жизни, ты же знаешь, только тебе я могу доверять!
   -- И поэтому любишь? -- уточнила полуэльфка, как мне показалось, с улыбкой в голосе.
   -- И еще по многим другим причинам, -- серьезно ответил Каудриал.
   -- Я тоже люблю тебя! -- жемчужно рассмеялась Аурель, и в наступившей тишине явственно раздался звук поцелуя. Я деликатно попыталась думать о чем-нибудь другом. Звуки стали погромче, к ним прибавились кой-какие интимные подробности, очень отвлекающие от мыслей. Я вздохнула и рискнула попробовать перевернуться на бок. Зря-я! Оказалось, что я лежала на той самой узкой кушетке, где тогда встретила нас с ада Морхеном Аурель. Своим неловким движением я потревожила шаткое равновесие старой мебели, ножка кушетки подломилась, а я с грохотом свалилась на пол. Падение отозвалось щемящей болью в вывернутых суставах, и я прикусила губу, чтобы не завопить.
   -- Что там упало? -- в тот же момент раздался встревоженный голос принца.
   -- Упало? -- недоуменно переспросила Аурель, -- Я ничего не слышала!
   -- Нет, что-то было! -- упрямо возразил принц, направляясь к моей комнате. Я не могла даже сдвинуться с места, поэтому с ужасом ждала, как принц вот-вот войдет, и что потом с нами сделает ада Морхен, когда это узнает.
   Спас меня стук в дверь.
   -- Ну кого это еще там принесло? -- недовольно буркнул Каудриал, -- Пойду открою, и скажу, чтобы убирались и приходили в другое время!
   Его шаги, к моему облегчению, стали удаляться. Вот Каудриал подошел к двери и отпер тяжелую щеколду. В воздухе повисло гнетущее молчание.
   -- Ты?!
   -- Что он здесь делает? -- резко бросил принц полуэльфке, -- По какому праву он стучит в твою дверь?
   -- А что здесь делаешь ты?! -- вопросом на вопрос ответил ада Морхен, -- Аурель! Где...
   -- О, Морхен, наконец-то! -- быстро перебила его Аурель, -- Ты принес покупки?
   -- Да, -- растерялся тот, -- Но...
   -- Так ты знаком с моим братом, ада Каудриал? -- она не дала ему вставить слова, -- Это ада Морхен, дитя ада Карнуа и ада Эроан, моего кровного предка! А это мой нареченный, ада Каудриал, дитя пресветлого ада Аэрдолика и ада Умбалы. Помнишь, я рассказывала тебе о нем?
   -- Конечно! -- понял ее игру мой хозяин, -- Как мне не знать наследного принца Неорины! Аурель так много рассказывала о тебе, ада Каудриал!
   -- Не сомневаюсь, -- хмуро сказал принц, -- Любимая, почему ты не сказала мне, кто именно твой брат?
   -- А ты и не спрашивал, -- прикинулась удивленной та, -- А что, что-то не так?
   -- Неужели ты все еще в обиде на меня за то, что я тогда обошел тебя на торгах? -- усмехнулся ада Морхен, -- Нельзя же быть таким злопамятным! Хочешь, я подарю тебе ту рабыню? Я не хочу портить отношения с избранником моей близкой!
   -- Да нет, что ты, она не нужна мне, я уже все забыл! -- перед лицом Аурель выглядеть злопамятным Каудриал конечно же не собирался, -- Я рад видеть родственника своей нареченной!
   -- Я тоже рад видеть тебя! -- сказал мой хозяин, -- Откушаешь с нами? Я принес множество экзотических фруктов и морепродуктов, сейчас Аурель приготовит их, и можно будет насладиться ее талантом!
   -- Большое спасибо за предложение, но, боюсь, мне уже пора идти! -- ответил Каудриал, -- Может, загляну еще как-нибудь!
   -- Мы будем ждать, -- заверил его ада Морхен и закрыл за принцем дверь, -- Он видел Стайу? -- быстро спросил он у полуэльфки.
   -- Нет, но она чуть не выдала себя шумом, -- пожаловалась та.
   -- Это ты чуть не выдала нас, пригласив своего любовника домой, -- прервал ее мой хозяин, направляясь к моей комнате, -- Ты не могла найти другого времени?
   -- Каудриал не мой любовник! -- обиженно воскликнула полуэльфка, -- Он...
   -- Думаешь, я не понял, чем вы тут занимались наедине? -- ехидно возразил высший эльф, -- А как вы себя при этом называете, любовниками или нареченными, меня уже не волнует! -- тут он вошел в комнату и уставился на меня, беспомощно лежащую на полу.
   -- Она упала, -- попыталась объяснить Аурель. Ада Морхен медленно повернулся к ней, и в его взгляде скользнула холодная ярость.
   -- Почему она упала? -- нарочито спокойно спросил он.
   -- Кушетка оказалась слишком узкой...
   -- А почему ты положила ее на узкую кушетку? -- так же тихо уточнил ада Морхен, -- Ты что, не думала, что она может упасть? Если из-за тебя я потеряю свою лучшую рабыню, я не премину намекнуть королю, что в его столице живет безродная полуэльфка, которую по милости приютил юнец благородных кровей и которая так ему отплатила за это! Ты не забыла, кем ты на самом деле являешься?
   -- Прости меня, ада Морхен, -- неожиданно горько и устало сказала Аурель, сразу вся как-то сжавшись, -- Я ведь тебе еще тогда говорила, что от меня не будет никакого толка, но ты решил, что будет, и вот, я тебя снова подвела...
   -- Пока еще не подвела, -- прервал ее мой хозяин, -- А могла бы! И не говори, что от тебя нет никакого толка: поверь, ты лучше всех, кто я знаю, обращаешься с оружием, а о врачевании твоем вообще и говорить нечего! Если тебя не было, я бы и не пытался выставить кого-то в Игре! А теперь могу даже мечтать о победе!
   -- Знаешь, как меня прозвали мои соседи и пациенты? -- вдруг чуть усмехнувшись, произнесла Аурель, -- Костоломкой!
   -- И за дело! -- ухмыльнулся в ответ ада Морхен, -- Ну, так что будем делать со Стайей?
   -- Ну, для начала научим ее пользоваться своими новыми руками и ногами, -- ответила Аурель.
  
   И далее, на продолжении двух недель меня долго и упорно учили снова ходить. Вывернутые суставы абсолютно не слушались, отвечая на каждое новое движение лютой болью, но ада Морхен был упрям в своем желании, и постепенно боль начала утихать. На следующий день после этого Аурель наконец-то сняла повязки и вправила суставы на место. Удивительно, но на этот раз я не чувствовала даже дискомфорта, а когда восстановилось привычное кровообращение, то ощутила прилив необычайной легкости и новых возможностей. Я не замедлила опробовать их и осталась довольна. Суставы кистей могли поворачиваться почти на сто восемьдесят градусов, ноги и руки изгибались в совершенно немыслимые положения, а обновленная грудная клетка (за эти две недели у меня успел гораздо увеличиться объем легких) позволяла дышать ровно даже при сильных нагрузках. Теперь я была благодарна полуэльфке, не смотря на жуткие мучения, испытанные мною в начале ее "врачевания".
   -- Теперь тебе надо побольше тренироваться, -- сказал мой хозяин. Я согласно кивнула, -- Аурель поможет тебе в этом, -- продолжил он.
   Полуэльфка действительно оказалась неплохой фехтовальщицей. Конечно ада Морхен несколько преувеличил, называя ее лучшей, но и среди худших она тоже не была. По крайней мере, победить Аурель мне не удавалось. Но если у нее и не было той силы, что имеют чистокровные эльфы, то она знала множество ловких приемов, причем рассчитанных именно на существо с вывернутыми суставами. Как я выяснила, эту процедуру в юности проходили все эльфы, независимо от их положения и чистоты крови; я же была первым человеком, на котором также был проверен сей эксперимент.
   Вскоре я обнаружила еще некоторые преимущества своего обновленного тела. Теперь я могла двигаться во много раз быстрее обычного человека, практически не уставала вообще (и не только из-за увеличения грудной клетки), потеряла чувствительность к обычной боли (ну разве что руку до кости рассекут, остальное -- так, ерунда) и неожиданно прибавила в силе. Однако, появились и недостатки. Я опять же никак не могла привыкнуть к увеличению скорости быстроты реакций и частенько как бы "размазывалась" в воздухе. От резкого перенапряжения, вечерами сильно ныли мускулы, но потом, после длительных тренировок, это "размазывание" несколько поубавилось. Во-вторых, у меня неожиданно стали возникать приступы необузданной жестокости, особенно во время ученических схваток с полуэльфкой. Если бы та допустила хоть малейшую ошибку, я бы не остановилась и искромсала ее на куски, но пока мне было с ней не справиться. Аурель говорила, что это так называемая небезызвестная "ярость эльфов", находящая на них во время боя и характерная презрением к поверженным врагам и оттого такой безжалостностью. Впрочем, со временем это проходило. Тем не менее теперь я понимала, откуда взялась такая сила у полуэльфской армии, напавшей на Каверну. Удивительно только, как раньше люди могли отражать такие атаки!
  
   Месяц пролетел незаметно, и неожиданно я поняла, что Игра вот-вот должна была начаться. Заметил это и мой хозяин. Попрощавшись с Аурель, ада Морхен надел один из самых лучших своих халатов-балахонов, все такого же яростно-пурпурного цвета, и мы направились к зданию самой большой арены.
   -- Надеюсь увидеть тебя в конце финала, -- на прощанье пожелала мне удачи полуэльфка.
   -- Я тоже надеюсь остаться живой до того времени, -- ответила я.
  
   -- Ада Морхен! -- обратилась я к своему хозяину, -- Я все еще не знаю правил Игры. Не мог бы ты мне рассказать о них?
   -- Так тебе никто ничего не говорил?! -- поразился тот, -- Ладно, слушай. Сначала в Игре участвуют две команды по сто человек каждая. Они сражаются до тех пор, пока одна из них не будет полностью уничтожена. Оставшуюся команду, сколько бы человек в ней не оставалось, через три дня отдыха сталкивают с другой сотней и так далее, пока в итоге выжившим не останется только один человек. Если же никто из данной команды не выживает, то главенство принимают те, кто победил в последний раз. Это продолжается, как я уже говорил, до тех пор, пока не останется всего один человек, так называемый Великий Воин. Конечным боем будет битва Великого Воина с Последней Сотней -- командой людей, специально обученных для драки с одним, но чрезвычайно сильным человеком. Если победит Великий Воин, светлый король Аэрдолик обещает ему свободу, а его хозяину высший титул Правой Руки короля до победы следующего Великого Воина. Если же побеждает Последняя Сотня, Правой Рукой остается тот же эльф, что и был ранее.
   -- А может быть такое, что Великого Воина не остается еще до схватки с Последней Сотней? -- поинтересовалась я.
   -- Бывает и такое, -- кивнул мой хозяин, -- Если команды перебивают друг друга полностью, король провозглашает ничью; если же побеждает команда участников больше чем один человек, проводится внеочередной бой, в которой каждый бьется против каждого, то есть выбор Великого Воина проводится внутри самой команды.
   -- Бр-р! -- поежилась я, -- Как можно сражаться друг с другом людям, которые успели сработаться во время битв сообща?!
   -- Поэтому-то мы и знакомим между собой состав команды в самый последний момент, -- философски заметил ада Морхен, -- Чтобы они не успели сдружиться!
   -- Все равно это гадко! -- проворчала я, но высший эльф никак не отреагировал.
  
   Ко времени окончания нашего разговора мы как раз подошли к большой арене, проникли внутрь через главный вход и оказались меж рядов длинных белых скамей, плавно спускающихся вниз. Чуть выше нас располагался золотой трон, находящийся на самой выгодной для наблюдения позиции -- вероятно, на нем будет восседать король во время проведения боя. Справа и слева от золотого престола возвышались два беломраморных трона поменьше -- для принцев.
   Не обращая внимания на знакомое ему убранство большой арены, ада Морхен провел меня в самый низ, к покрытой темным песком площадке для сражений и вышел в почти незаметную маленькую дверцу. Там, под ареной, находились специально отведенные помещения для воинов опускающиеся под землю на глубину нескольких этажей. Мой хозяин тут же препоручил меня какому-то полуэльфу, сообщил, что при особой надобности могу потребовать встречу с ним, кивнул на прощанье и ушел.
   Полуэльф провел меня в небольшую комнату, отведенную на одного воина и исчез. Комната, к моему удивлению и восхищению, была просто великолепна. Большая человеческая кровать под золоченым балдахином, стены, укутанные изумрудного цвета портьерами. Множество низких столиков с разнообразными яствами и напитками. Неизменный бассейн, отделанный зеленым мрамором. Я было бросилась к пище, наслаждаясь почти забытым вкусом разнообразия, но назойливо вертящаяся в голове мысль о последней обеде смертников весьма быстро поубавила мой пыл.
   Игра начиналась завтра.
  
   Меня разбудили часов в восемь по моему внутреннему времени -- солнце только-только взошло, но Игра уже начиналась. Начистив до блеска меч и отполировав щит, я вышла из своих покоев и двинулась знакомиться со своей новоиспеченной командой. Как и говорил ада Морхен, нас была ровно сотня, и мы назывались "Воины Солнца". Многие мои соратники, как и я, были рады наступлению Игры, другие же были в ужасе.
   -- Неужто ты не разумеешь, что нас убьют? -- недоумевал воин средних лет по прозвищу Каррой (все имена приводились на старом языке), -- Эта Игра бессмысленна!
   -- Не обязательно, -- возразила я, -- А вдруг мы победим!
   -- Ты сможешь выстоять одна супротив целой сотни? -- недоверчиво хмыкнула другая женщина-воин, Бианка, -- Лично я -- нет!
   -- А я смог бы! -- возразил ей самый оптимистичный член нашего отряда, Сол, -- Я одержу победу и выйду на волю!
   -- А ты уверен, что выйдешь? -- усмехнулся Каррой.
   -- Так обещался мой хозяин, -- ответил тот.
   -- В Осорике, откель я родом, бают, что доверять эльфам можно в той же степени, как доверяешь голодному волку, сунув ему в пасть собственную руку, -- заметила Бианка.
   -- А там, откуда я родом, -- вмешалась я в их разговор, -- Знают способ удушить волка, сунув руку ему в пасть и заставив проглотить язык!
   -- Еще одна жизнелюбка! -- презрительно буркнул Каррой, -- Ну что ж, глянем, что вы молвите опосля нынешней схватки!
   Однако, вопреки нашим ожиданиям, в этот день мы были всего лишь сторонними наблюдателями. В первый день Игры на арену пригласили команды "Дикие Единороги" и "Тихий Омут". Я протиснулась к щели между прутьями, отделяющими наши узкие оконца от сражающихся, и внимательно осмотрелась.
   Эльфов были тысячи! Они сидели по всему периметру арены, заполняя собой все место и с нетерпением ожидая начала боя. Золоченый трон также был занят -- там сидел король, худой, болезненный, уставший от жизни эльф с грустным задумчивым лицом и совершенно седыми волосами. Впрочем, его лицо не выглядело старым, но я уже слышала, что эльфы до самой смерти кажутся такими, будто им всего по двадцать лет. Из этого я сделала вывод, что светлый Аэрдолик поседел не столько от старости, сколько от проблем связанных со всей Неориной. Да, король эльфов умирал, это было заметно.
   Справа от короля сидел старый знакомый Каудриал, как две капли воды похожий на своего отца, только разве не седой. Слева сидел другой принц, Тьяураваль, отличавшийся от остальных эльфов своим чрезмерно узким и длинным лицом с резко очерченными скулами. Чуть ближе к арене находился ряд самых высоких по рангу эльфов, где я быстро отыскала своего хозяина, а совсем в первых рядах, среди полуэльфов, обнаружила Аурель, лицо которой было наполовину скрыто темным капюшоном.
   Прозвучал удар гонга -- сигнал к началу битвы. Команды, одна вся в золотом, другая в синем, вышли на арену. Вооружение воинов было самым разнообразным -- мечи, копья, алебарды, молоты, цепы, дубины, боевые топоры, секиры и множество чего другого. Обе команды склонились в почтительном поклоне, устремив свои взгляды на короля. Светлый Аэрдолик властно махнул рукой, и схватка началась.
  
   Это было хуже войны! Море крови, искалеченные трупы участников, зверская жестокость -- и все для того, чтобы победить. Алая жидкость из перерезанных артерий долетала до первых рядов зрителей, но эльфы, измазанные до ушей кровью воинов, продолжали восторженно вопить, требуя продолжения. И схватка продолжалась. Сразу было видно, что команда "Диких Единорогов" проигрывает. Из них осталось всего пятеро человек, но эти пять сражались так отважно, что трупы горами лежали у их ног. Число воинов "Тихого Омута" редело.
   Внезапно один из пяти, низенький и верткий человек, развернулся и пырнул копьем в бок своего же соратника.
   -- Остановитесь! -- закричал он, -- Не надо! Я сдаюсь!
   Но его вопль был прерван тяжелой булавой, проломившей голову, и мозг его брызнул во все стороны. Пленных в Игре не берут.
   Ослабленные уничтожением одного своего друга и предательством другого, оставшиеся три участника команды "Диких Единорогов" вскоре были убиты, и "Тихий Омут" торжествовал победу. Они вновь устремили свои взоры на короля, ожидая, что же он провозгласит.
   -- Я признаю победу за вами! -- по-эльфийски сказал тот, но люди поняли смысл.
   -- Продолжение Игры будет через два дня, -- продолжил светлый Аэрдолик, -- Дабы воины из "Тихого Омута" могли отдохнуть и вернуть утерянные силы. Противниками же их будет неизвестная пока команда "Воины Солнца"!
   "Воины Солнца"? Это же мы!
  
   И настал час нашей Игры. Все мы, в полном боевом вооружении выстроились в ряды и вышли на арену, отдавая честь королю. Напротив нас стояли наши противники с таким же выражением в глазах. В последний момент я почувствовала, что не хочу сражаться с такими же людьми, как и я, но остальные, похоже, не разделяли моего мнения. Что ж...
   Прозвучал гонг, и наши ряды сцепились в яростнейшей схватке. Все смешалось; и если бы не разные цвета наших одеяний, ясно дающие понять кто свой, кто чужой, я бы не знала с кем сражаться. Но все было ясно как день и, не слишком отдавая себе отчет в том, что я делаю, я билась, билась наравне с остальными, билась лучше остальных, билась так, как учила меня полуэльфка.
   Внезапно все кончилось, никто больше не нападал на меня. Я выпрямилась, оттерла свою и чужую кровь, заливающую глаза и огляделась. Неужели мы победили? Да, это было так, мы победили, потеряв всего семь человек, но среди них был ворчун Каррой, веселый Сол и те, кого мне не удалось узнать. Такова цена победы в Игре.
   Словно во сне, я вместе со всеми поклонилась королю, затем какие-то прислужники, не полуэльфы, а такие же люди, как и мы, подхватили нас под руки и растащили по комнатам отходить после битвы. Я не чувствовала себя такой уж усталой, но теплая ванна и сладкое питье сделали свое дело, и мои глаза закрылись.
  
   Дальше была команда "Северные Орки", потом "Ученики Металла", потом еще и еще, но я уже не запоминала названий. Все шло как в тумане, в легкой дымке которого я успевала лишь считать погибших. А нас становилось все меньше и меньше с каждым днем. Кто-то умирал от ран, кто-то -- от простой человеческой усталости... Пока в один прекрасный день я не обнаружила, что нас осталось всего трое -- некто Ваддал, Бианка и я.
   -- В энтой битве либо не выживет никто, либо наконец-то обозначится Великий Воин, коего, как бают, не водилось опоследние две Игры, -- заметила воительница, начищая клинок.
   -- Энтим ратником буду я! -- гордо заявил Ваддал.
   -- Возможно, -- ответила та, -- Но возможно и то, что нынче мы все умрем!
   -- А возможно, что выживем все втроем, -- заметила я.
   -- Уж лучше кончина, -- отмахнулась Бианка, -- Ныне мы ратуем с единственной сотней, оставшейся в живых, окромя нас. Ежели мы победим все, нам приведется сражаться между собой, а я не желаю!
   -- Я тоже, -- поддержала я, -- Что ж, легкой смерти вам, друзья!
   -- Легкой смерти! -- эхом откликнулись те; это выражение в последнее время стало нам ближе, нежели "спокойной ночи" для иных.
   И мы вышли на арену.
   И победили.
   Все.
  
   -- Сегодня мы узреем внеочередную битву! -- провозгласил светлый Аэрдолик со своего трона, -- Соратники из команды "Воины Солнца" будут сражаться между собой, дабы узнать, кто же из них достоин стать Великим Воином, а кто должен быть погребен в земле и забыт! Начинайте же!
   Удар гонга. Мы: я, Бианка и Ваддал встали лицом к лицу, с оружием наголо, не зная, кто первым решит напасть.
   -- Может не надо, а? -- робко предложила я, -- Что они сделают, если мы откажемся драться? Нарушим правила Игры? Не думаю, что нас прибьют на месте!
   -- Но и на волю не выпустят, -- заметила Бианка.
   -- Черта с два! -- вдруг заорал Ваддал и взмахнул секирой в нашу сторону, -- Я сражу вас, жалких девок, это я, я Великий Воин, а не вы! Я ворочусь в родной Рурт и буду жить долго и счастливо с семейством, ни в жизнь боле не вспоминая Неорину! А вы, лежа в земле, тоже никогда не вспомните ее!
   -- Он не выдержал напряжения, -- пожала плечами Бианка, обращаясь ко мне. Ее оружие, длинный бич с шипами на конце, громко щелкнул, обвиваясь на рукояти секиры. Рывок, и та вылетела из рук Ваддала.
   -- Ты слишком поспешил, Великий Воин, -- насмешливо проговорила воительница, следующим ударом бича перерывая ему гортань, -- Я же не буду спешить, -- закончила она, медленно поворачиваясь ко мне.
   -- Может, передумаешь? -- грустно спросила я, мне совсем не хотелось ее убивать. Бианка качнула головой.
   -- Или ты, или я, Стайа, -- сказала она, -- Или ты, или я.
   Она сделала свой выбор. Неторопливо, почти лениво, я пошла по кругу арены, держась спиной стенки и постепенно включая внутренние резервы, прибереженные специально для такой схватки, один на один с человеком, почти таким же сильным, как и я. Почти.
   Бианка бросилась на меня и взмахнула бичом, но я, развернув руку параллельно оружию, быстрым взмахом перерубила его кончик, усеянный шипами и стремящийся к моему горлу. На лице воительницы отразилось изумление.
   -- А ведь я недооценила тебя, Стайа, -- сказала она. Жаль только, что поняла Бианка это слишком поздно. Я прыгнула к ней и рассекла острием меча ее бровь. Принимая вызов, воительница отбросила бесполезный бич и вытащила из-за пояса тонкую, как острие иглы, шпагу.
   -- Ого! Становится весело! -- усмехнулась я, парируя ее удар.
   Последовал бешеный шквал нападений, бросков, ловких приемов. Я отбивала все, не нападая сама, просто отбрасывая Бианку каждым своим ударом все дальше, пока та не прижалась спиной к стене. Она все еще сражалась, но в ее глазах уже появилась капля отчаянья.
   -- Нет, тебе не победить! -- вдруг яростно выкрикнула она, в последний миг проведя обманную атаку, выдернув шпагу из-под удара и направив ее мне в шею. Ни один человек не успел бы поднять руку и парировать удар. Я и не поднимала. Вместо этого, отбросив бесполезный щит, я левой рукой схватилась за летящее ко мне лезвие и что было силы дернула его вниз. Шпага, бессильно звякнув, упала во влажный от натекшей крови песок, а я приставила свой меч к сердцу противницы. Та вдруг поняла.
   -- Ты не человек, -- прошептала она, -- Слишком скоро реагируешь и не переживаешь боль! Не ведаю как, но ты стала такой же, как и эти эльфийские отродья!
   -- Может быть, -- жестоко ухмыльнулась я, -- Хотя... Вряд ли!
   Я убила ее без сожаления.
   -- Великим Воином провозглашается Стайа, ученица нашего главного советника, ада Морхена! -- торжественно сказал король эльфов, -- Через семь дней, после того как восстановятся силы, Великий Воин будет сражаться против Последней Сотни, команды, под названием "Демоны Короля"! Если победит Стайа, то получит свободу от моего имени, а ее хозяин -- титул Правой Руки! Дерись с честью, Стайа и пусть удача сопутствует тебе!
   Я склонилась в почтительном поклоне, когда кое-что пришло мне на ум. "Демоны Короля", говоришь? Хм...
  
   -- Я требую визита своего хозяина! -- орала я на человека, пытающегося перевязать мои раны, -- Слышишь?!
   -- Но ада Морхен занят... -- попытался объяснить тот.
   -- А мне плевать, что он занят! -- разорялась я. Затем схватила меч и приставила его к своему горлу, -- Если через пять минут его не будет, я убью себя и никакого окончания Игры вы не увидите!
   Ровно через пять минут в мои покои ворвался разъяренный ада Морхен.
   -- Что ты себе позволяешь, Стайа?! -- завопил он на меня, -- Как ты смеешь...
   -- Послушай, -- прервала я его гневную тираду, -- И ты, и я прекрасно знаем, что против Последней Сотни я не выстою и минуты. Так?
   -- А ты уверена, что не выстоишь? -- с робкой надеждой уточнил мой хозяин.
   -- Да, -- сурово констатировала я, -- Однако, есть один шанс...
  
   Через семь дней, бодрая и отдохнувшая, я в последний раз вышла на арену. И поразилась. Все, без исключения, люди из Последней Сотни оказались теми самыми, что прислуживали нам на протяжении всей Игры. Как же они должны были меня ненавидеть! Когда мы, простые воины, отдыхали и нежились в покоях, они работали, выполняя малейшие наши капризы и потихоньку зверея, когда мы их доставали (а мы умели это делать!). Да, и зря Аурель говорила мне, что Я первый человек, которому вывернули суставы. Они ВСЕ были такими, как я, были лучше меня, потому как у них было гораздо больше времени на тренировку. Я могла бы проиграть, если бы не...
   Я почти ласково провела рукой по ножнам и достала оттуда Оникудаки. В течение всех семи дней ада Морхен рыскал по Неорине, отыскивая мой меч. И вот, наконец, он в моих руках и никакая Последняя Сотня мне не страшна!
   -- Привет, Оникудаки, -- шепотом поздоровалась я.
   "Ого, приветик", -- удивился меч, -- "Давненько же я тебя не встречал! Где ты пропадала? Что с тобой случилось?"
   -- Это долго рассказывать, -- отмахнулась я, -- Как-нибудь потом! По крайней мере, я рада, что нашла тебя!
   "Рада?" -- испугался Оникудаки, -- "За это время с тобой успело случиться безумие?"
   -- Слушай, не доставай меня, пожалуйста! -- огрызнулась я, -- У меня и так проблемы!
   "Где?" -- не поверил меч, -- "Эти жалкие людишки, что так злобно смотрят на тебя?"
   -- Угадал, -- кивнула я, -- Помоги, убей их!
   "И не подумаю!" -- глубоко обломал меня меч.
   -- Почему???
   "А потому что жизнь такая!"
   -- Но наш договор...
   "Был рассчитан ровно на три года!" -- прервал меня меч, -- "Отгадай, сколько времени прошло с тех пор?!"
   Я прикинула и ужаснулась. Ведь как раз вчера истек срок нашей с Оникудаки обоюдосторонней клятвы! Ой, бли-ин...
   Гонг. Похоронная мелодия и то приятнее звучит! Я внезапно забыла все, чему меня учили, только с ужасом смотрела на неуклонно приближающуюся стену людей. Это конец?
   -- Чертов мечишко! -- заорала я уже в полный голос, -- Нет, ну что за подлость, в конце концов! Тебя, понимаешь для меня ковали, а ты даже от каких-то чепуховых "Демонов Короля" защитить меня не можешь! Урод заржавленный!!!
   "Ну-ка, ну-ка, повтори свою последнюю фразу", -- вдруг посерьезневшим голосом сказал Оникудаки, -- "Как-как ты сказала?"
   -- Урод заржавленный, -- с удовольствием повторила я, -- А что?
   "Да не ту фразу", -- поморщился меч, -- "Как, говоришь, называются те людишки, что пытаются на тебя наехать?"
   -- "Демоны Короля", а... -- тут внезапно до меня дошло, -- Постой! Ты ведь Победитель Демонов, и...
   "А значит", -- закончил за меня Оникудаки, -- "Держись, подружка, сейчас повеселимся!"
   И он с хрустом врубился в самую гущу "Демонов Короля". Бедная, бедная Последняя Сотня! С силой говорящего меча и с моими-то возможностями... Короче, мир их праху!
   Минут через тридцать все было кончено.
   "Теперь я твой навсегда!" -- торжественно заявил Оникудаки, -- "Больше я тебя никогда не предам!"
   -- Я знаю, -- сказала я, потом дружески добавила, -- Спасибо!
   "Да не за что!" -- мысленно покраснел мой меч, а я повернулась к королю и остальным эльфам, ошеломленно сидящим на трибунах и находящийся в по-олнейшей прострации.
   -- П-п-поздравляю тебя, Стайа! -- наконец произнес светлый король Аэрдолик, придя в себя после шокового зрелища, -- Отныне и навсегда ты свободна! Тебе позволяется беспрепятственно путешествовать по Неорине и никто не посмеет тебя остановить! Но не пытайся напасть на нас, эльфов, иначе мои слова утратят смысл!
   -- Не буду, -- кивнула я королю эльфов, -- Я и не собиралась, честно говоря!
   -- Вот и хорошо, -- облегчено вздохнул тот, -- Тогда предлагаю тебе собраться и покинуть Неорину, если ты, конечно, не хочешь остаться. Необходимые для дороги вещи и провизию ты можешь попросить у того полуэльфа, что первым встретил тебя здесь!
   -- Я поняла! -- ответила я, и двинулась в покои, которые я последний раз имела право назвать своими.
  
   Сначала меня навестил Фулваэн, слуга ада Морхена.
   -- Я тайком прошел сюда за вами, -- шепотом ответил он на мой немой вопрос, -- Я пришел пожелать тебе удачи, Стайа, удачи выбраться из нашей страны и вернуться домой. Поверь, она тебе все еще пригодится!
   -- Я верю, -- кивнула я, -- Желаю и тебе удачи, эльф, желаю, чтобы когда-нибудь полукровки и чистокровные наконец смогли взглянуть друг на друга как на равных!
   -- Это хорошее пожелание, -- серьезно сказал Фулваэн и ушел.
   Затем пришли попрощаться Аурель с Каудриалом.
   -- Я так и знал, что кто-то там упал! -- улыбнулся эльф, -- Аурель рассказала мне о том, как ты жила у нее, но я не сержусь на свою любимую, понимая, что обещания нельзя нарушать, а первое обещание о том, что всегда будет помогать, она дала ада Морхену.
   -- И не надо на нее сердиться, -- сказала я, -- Некоторое время у меня было желание удушить тебя, Аурель, за то, что ты сделала со мной. Но теперь я понимаю, что добро -- это иногда больно!
   -- Точно больше удушить не хочешь? -- настороженно спросила полуэльфка, но не выдержала и рассмеялась, -- Жаль, что ты уезжаешь, Стайа! Когда ты была рабой ада Морхена, мне следовало обращаться с тобой, как с низшей, но теперь я была бы рада подружиться!
   -- Может быть, -- неопределенно ответила я, -- Неизвестно, кто к кому попадет в рабство в следующий раз! Не забывай, что за тобой должок, Аурель!
   -- Я помню, -- улыбнулась та, обняла Каудриала за талию и они тоже ушли.
   Когда я уже выходила из Большой Арены, я увидела ада Морхена.
   -- Уходишь?
   -- Да, -- с ним я прощаться не хотела, как бы то ни было, капля неприязни к этому высшему эльфу у меня осталась. Ведь все, что со мной случилось здесь было из-за него -- и толика хорошего и плохое, которого было больше.
   -- Почему? -- спросил он, -- Многие оставались!
   -- Мне есть куда идти, -- возразила я, -- У меня есть цель!
   -- Оставь ее, -- внезапно предложил эльф, -- Переходи ко мне на службу уже не как рабыня, а как обычный слуга! Ты будешь получать жалование и станешь на одном уровне с полуэльфами. Как тебе такая перспектива?
   -- А говна в телеге тебе не надо?! -- высказалась я, пораженная его предложением, -- Фигу тебе с маслом! Да счас, разбежался! Нашелся тут, собственник!
   -- Не хочешь добровольно, заставлю силой, -- тихо сказал ада Морхен и в руке его блеснул нож. Я коротко хохотнула, заломила его руку и нож упал на землю. Теперь, когда Оникудаки был со мной как друг, я была сильнее любого эльфа. И тут я поняла, что мой бывший хозяин боится меня.
   -- Я не собираюсь убивать тебя, Морхен, -- сказала я, -- Ты всего лишь ничтожное пятно на моем прошлом, такое незначительное, что не стоит пачкать меч!
   -- Я знал, что ты не поднимешь руку на своего бывшего хозяина, -- облегченно сказал эльф.
   -- Почему не подниму? -- весело осклабилась я, -- Я сказала, что не убью тебя, а вот морду начистить тебе для меня ничего не стоит!
   -- Слабо! -- совсем по-человечески сказал эльф. Продолжить он не успел, так как я с удовольствием съездила ему по харе, вспоминая и ученические бои, и унижение, и боль, которую причинила мне Аурель по его приказу. Нет, одним ударом тут обойтись ну никак нельзя, решила я, поставив эльфу элегантный фонарь под глазом.
   Минут через пять я успокоилась и решила, что можно идти дальше.
   -- Эй! -- раздалось у меня за спиной. Я оглянулась. Порядочно излохмаченный Морхен перевернулся на живот и насмешливо смотрел мне вслед. Нос, похоже, был сломан, изо рта текла кровь, но эльф особо не переживал по этому поводу.
   -- Ну как, отвела душу? -- ехидно поинтересовался он.
   -- Ага, -- кивнула я.
   -- Рад, -- искренне сказал тот, -- Просто не хочу, чтобы ты вспоминала меня, как существо, которому надо отомстить! Ведь чем дольше вынашиваешь план мести, тем мучительнее последняя сказывается и на мстящем и на том, которому мстят. Хочу сказать, что если еще окажешься в Неорине, сможешь спокойно зайти ко мне, я не обижусь! Считай, я к тебе успел привыкнуть. Знаю, Аурель пыталась предложить тебе дружбу, я не предлагаю, просто говорю, что два существа, достаточно умные, чтобы не воевать, смогут договориться о чем угодно!
   -- Я поняла тебя! -- ухмыльнулась я.
   -- Вот и хорошо, -- кивнул эльф и повернулся, чтобы уйти.
   -- Эй! -- на этот раз я окликнула его, -- Знаешь, а я вовсе не собиралась тебе мстить!
   -- Да? -- растерялся тот, -- Но тогда зачем же...
   Но я уже шла вперед.
  
   Я решила направиться не прямиком в Ин-Грату, как собиралась ранее, а в Торсику, эльфийский приокеанский город, дабы доплыть до Рурта, портового города Аорти океаном. Разница была в том, что пешком пришлось бы идти несколько месяцев, а так -- полмесяца до Торсики и где-то недель пять океаном. Да, идея была хорошая.
   Благополучно приобретя небольшого единорога (светлый король Аэрдолик приказал выдать мне немного денег на дорогу), я водрузила на него свои пожитки и двинулась в путь, который пролегал через небольшую пустыню. К моему удивлению, дорога пока проходила абсолютно удачно, что обычно моим путям не свойственно, и я наслаждалась жизнью по полной программе.
   Пока не услышала чей-то стон за порядочной величины дюной.
   Я резво соскочила с единорога и, обнажив на всякий случай Оникудаки, двинулась посмотреть, что же там такое. Каково же было мое удивление, когда я узрела... Ози! Закопанную по пояс в песок, связанную и еле живую.
   -- Ну ни фига себе! -- высказалась я, -- А что ты здесь делаешь?
   -- М-м-м-м!!! -- объяснила Ози, ее рот был заткнут каким-то грязным кляпом. Я вытащила его (на поверку это оказался чей-то носовой платок), и хафлинг продолжила, -- Гряшные ублюдки! Дети лышого единорога! Чтоб их матери в швинарнике прошнулишь!
   -- Кто это сделал? -- полюбопытствовала я.
   -- Рашбойники, чтоб их! -- пояснила Ози, -- Я направлялашь в Торшику к шнакомым череш вшю Неорину и ни единый эльф меня не потревожил! Но эти Шакалы Пуштыни! Ограбили меня, шабрали деньги и оружие, а шаму шакопали шдешь помирать голодной шмертью! У-у, ненавижу!
   -- Давай-ка я тебя вытащу, -- предложила я, ухватила хафлинга за плечи, напряглась и выдернула ее из песка, словно морковку с грядки, отчего мы обе покатились по земле. Затем я протянула Ози флягу с водой и внимательно оглядела ее. Выглядела та плачевно. В волосы ее забился песок, кожаная жилетка разорвалась на две части, а о штанах и говорить нечего -- они были такими рваными, что любой панк из того мира, где я родилась, позавидовал бы! Жуть, короче!
   -- Штрашно? -- виновато спросила Ози. Я подошла к единорогу, порылась в сумках и добыла оттуда большой кусок красного шелка, в который Ози мгновенно задрапировалась на манер пончо, проделав в центре ткани дырку для головы.
   -- Шпашибо, -- поблагодарила она, -- А ты-то как шдешь окашалашь?
   Я вкратце пересказала ей свою историю.
   -- Да-а, -- задумчиво пробормотала хафлинг, -- Ну, и что мы теперь будем делать? Пойдем вмеште в Торшику?
   -- Нет, -- покачала я головой.
   -- Ты ведь не брошишь меня шдешь? -- жалобно спросила Ози.
   -- Конечно нет, как тебе такое в голову пришло! -- возмутилась я, -- У меня возникла несколько другая идея. Сколько, говоришь, было этих разбойников?
   -- Двадцать или больше, -- прикинула Ози, -- Поштой, ты ведь не шобираешьшя нападать на них и мштить ша меня?!
   -- Именно это я и собираюсь сделать! -- зловеще усмехнулась я.
  
   Лагерь разбойников, горделиво именующих себя Шакалами Пустыни, мы обнаружили уже после того, как солнце село за горизонт. Их было ровно двадцать один человек -- сама шайка и атаман. К моему недоумению, Шакалы Пустыни оказались людьми, а не эльфами. Они были облачены в одеяния из плотного черного шелка, мягкие кожаные сапожки и настолько увешаны оружием, что казалось странным, что они не позвякивают при каждом своем шаге.
   -- Это они, -- прошептала Ози, -- Что будем делать?
   -- Подберемся поближе, -- предложила я, -- Только осторожнее, смотри не засветись!
   Засветилась, однако ж, не она, а как всегда я. М-да, если ты научилась хорошо драться, это еще не значит, что ты еще и умеешь хорошо действовать в рекогносцировочных условиях! Жаль, поняла я это не сразу.
   Разбойники, видимо, были людьми чистоплотными, потому не гадили близ своего лагеря, а вырыли, пардон, отхожую яму в отдалении. Хорошо же однако я выглядела со стороны, когда с размаху шлепнула в эту самую яму, громко чавкнув сапогом, споткнулась, сделала пару шагов по инерции и с чувством приземлилась на близрастущий куст саксаула! Окрестность огласилась воем сирены -- очевидно, нечувствительность к боли я приобретала только во время битвы или же на некоторые участки тела это не распространялась.
   Разбойники, естественно, нас заметили. Вытащив кривые ятаганы и издавая дикий боевой клич, Шакалы бросились на меня и Ози. Я неловко поднялась и, вытаскивая свободной рукой колючки из пятой точки, встала в боевую стойку. Первых же из нападавших Шакалов я небрежным жестом отмела в сторону. Противники тут же скучковались в отдалении, не желая повторить плачевный опыт своих товарищей, и образовали вокруг нас плотный полукруг. Затем их ряды расступились и вперед вышел капитан, высокий и худой человек с повязкой на левом глазу, на удивление смуглокожий. Так обгореть можно исключительно в пустыне, либо другом чрезвычайно открытом и жарком пространстве, отчего я сделала вывод, что разбойничают Шакалы уже давно.
   -- Кто вы и что здесь делаете? -- хриплый голосом на эльфийском языке спросил разбойник, -- Как вы осмелились приблизиться к лагерю бесстрашных Шакалов Пустыни?
   -- Кто мы, тебе не скажем, -- заявила я, -- А пришли вернуть то, что было украдено!
   -- У тебя, что ль, украдено? -- не поверил атаман.
   -- У меня! -- пискнула Ози, выглядывая из-за моего плеча, за которым до сих пор пряталась, -- Единорога шперли, денег двести шолнц и кинжальчик такой маленький! У-у, шобаки штрашные!
   -- Вы грабили этого хафлинга? -- сурово обратился атаман к своей банде. Та стояла, смущенно вертя в руках мечи, ковыряя землю носками сапог и безмятежно посвистывая.
   -- Та-ак, -- внушительно произнес разбойник, доставая из-за пояса кривой ятаган со зловещими зазубринами на лезвие, -- Помалкиваете? А как насчет того, чтобы казнить каждого пятого, желательно на месте?!
   -- Да не виноваты мы! -- возмущенно возопил один из шайки, -- Мы видим: едет-то не человек точно, а эльф или кто иной -- не уразуметь. А уж опосля, когда нагнали, порешили, что добрый хафлинг в одиночку по Неорине разъезжать не будет. Откель нам ведать было, что энто не шпионка какая?!
   -- Шами вы шпионы! -- обиделась Ози, -- Бандюги лышые! Шами-то чего в Неорине делаете?
   -- Дык грабим! -- удивился другой разбойник, -- Чем же еще в эльфийской стороне заниматься-то? Эльфы-то -- эвон какие богатые, их шелка в Аорти втридорога идут!
   -- А вещички мы твоей подруге возвратим, -- решил атаман, -- Негоже своих соплеменников грабить. А чтоб вы еще и нет обижались на нас, до Торсики проводим -- мало ли кто еще по пустыни шастает!
   -- А вам можно доверять? -- усмехнулась я, поигрывая мечом.
   -- А отчего ж нет? -- удивился атаман, -- Вы свои, мы свои... А ежели надо, даже до Рурта доехать подмогнем -- там галера друга нашего, капитана, как раз скоро с товаром назад поедет! И вас довезет, вы уж дурного не думайте!
   -- Ну, мне в Рурт не надо, -- вмешалась Ози, -- Мне бы только вещички швои нашад получить, а вот ей, -- кивок в мою сторону, -- Ваш корабль пригодилшя бы!
   -- Тогда решено, -- сказал атаман, -- Завтра же утром отправляемся в Торсику!
  
   Оставшаяся дорога до Торсики заняла всего шесть дней передвижения на единорогах. Город удивил меня своей необычностью для эльфийской страны. Прежде всего здесь, похоже, жили не только эльфы, но и простые люди. "Ах да, они же торгуют между собой!" -- вспомнила я. Однако странно было видеть, как две враждующие стороны могут мирно сожительствовать на этой нейтральной территории. Интересно, был ли Рурт таким же нейтральным?
   Дома тут были окрашены в приемлемые у эльфов цвета, сделаны из того же материала, но все же более походили на человеческие, нежели на узкие эльфийские замки. Возможно, так было еще и от того, что часть города была построена прямо на воде, на деревянном настиле, который тяжелые замки, конечно, не выдержал бы. Но все же эльфов здесь было больше, чем людей, вернее, не эльфов, а полуэльфов, одетых так же, как и люди и отличающихся от последних разве что цветом кожи.
   -- Могут же мирно сосуществовать, когда хотят! -- вслух произнесла я, -- И чего тогда дерутся!
   -- Политика! -- пожала плечами Ози, шедшая рядом.
   Город пах рыбой, соленой водой и тиной. Широкие улицы были загажены всякими отбросами, наподобие протухших рыбьих голов и внутренностей, и между ними с визгом носились собаки, кошки и какие-то мелкие зверьки, напоминающие хорьков. Было очень душно и жарко, повсюду сновали толстые торговцы, моряки и неделями немытые дети. Настил под ногами слегка покачивался в такт бьющим в него волнам, доски скрипели и шатались. Я вдруг совершенно некстати вспомнила, что у меня случаются приступы морской болезни, но я решила оставить эту проблему на потом -- не возвращаться же из-за этого, в конце концов?!
   -- Ну, как тебе Торсика? -- поинтересовался атаман разбойников, которого, кстати, звали Одноглазым, -- Чудо, а не город!
   -- Да уж, -- кивнула я, подавив внезапно нахлынувший приступ тошноты, -- Скажи, а здесь есть какая-нибудь таверна? Мне дико хочется отдохнуть по-человечески!
   -- Я покажу, -- вызвалась Ози. Вместе с ней мы вышли к небольшой таверне, стоящей прямо у воды. Она называлась "Морская качка". Мне снова резко поплохело.
   -- Красивое название, -- задумчиво сказал Одноглазый, -- Жаль, раньше я здесь не был!
   -- Блэ! -- неоднозначно булькнула я, и мы вошли внутрь.
   Хозяин таверны оказался весьма дружелюбным человеком и, увидев наши голодные физиономии, сразу же побежал накрывать на стол. Естественно, в меню были только морепродукты, но жареные кальмары и салат из морской капусты не вызывал у меня такого отвращения, нежели представление качающихся волн. Впрочем, есть я все равно ничего не стала.
   -- У тебя есть свободные комнаты, хозяин? -- меж делом поинтересовался Одноглазый.
   -- Две наверху и одна здесь, на первом этаже, прямо у самой воды, -- кивнул хозяин, -- Она специально предназначена для лучших гостей...
   -- Мне ту, что наверху! -- мгновенно среагировала я. Мне вовсе не улыбалась перспектива провести ночь близ качающейся воды, ощущая эту качку каждой своей клеточкой.
   -- Ну и добро, -- кивнул атаман, -- Мы с ребятами пойдем искать моего старого приятеля-капитана, а ты можешь пока пойти отдохнуть.
   -- Мне тоже пора, -- сказала Ози, -- Мои родичи, должно быть, меня уже шаждалишь! До шледующей вштречи!
   И они все ушли, а я осталась наедине с мерно покачивающимся городом.
  
   Верхняя комната, в которой меня поселили, совершенно не напоминала об океане, поэтому ночь я провела великолепно. А наутро, едва я успела позавтракать, как в таверну заявился Одноглазый, ведя за собой огромного рыжебородого человека в засаленном синем камзоле и черных шелковых шароварах с огромной саблей за красным кушаком.
   -- Энто мой друг, капитан Хряк, -- познакомил нас атаман, -- Он перевозит наши товары на галере, прозванной "Золотой Дракон", а также перевезет и тебя пряменько в Рурт. А энто -- та воительница, о коей я тебе говорил!
   -- Хряк, -- односложно представился капитан, бегло оглядывая меня маленькими, красными, насквозь пропитыми глазками. Он действительно походил на большущего борова: злые глазки, большой рот с полусгнившими зубами, приплюснутый нос с широкими ноздрями, рыжая всклоченная щетина по всему подбородку. И с этим человеком мне предстояло путешествовать по океану! Впрочем, дареному коню в зубы не смотрят...
   Мы пошли смотреть галеру. Сегодня я чувствовала себя гораздо лучше, нежели вчера, поэтому корабль показался мне довольно приятным на вид. Это была узкая, длинная конструкция теплого желтого цвета о двенадцати веслах с каждой стороны. Помимо "ручного" двигателя, на галере имелся парус -- плотная красная материя с золотым солнцем посередине, на котором была нарисована забавная рожица: светило жмурило глазки и, сморщась, показывало язык, будто его тошнило. Над парусом трепетал куцый черный флаг (пиратский, естественно, что, впрочем, никого не пугало -- кажется, у всех здешних жителей была похожая "профессия"), а на борту рубиновыми буквами было написано название корабля. В принципе, читать на местном языке я не умела, но что еще можно написать на борту?! Нос корабля был вырезан в форме головы дракона -- на устрашение врагам.
   "Золотой Дракон" плавно покачивался на прибрежных волнах.
   -- И когда вы отплываете в Рурт? -- уточнила я.
   -- Завтра на рассвете, -- ответил капитан Хряк, -- Но я советую тебе нынче же перебраться на мое судно -- или ты любишь подниматься до зари?
   -- Не очень, -- призналась я, кивнула на прощанье Хряку и Одноглазому и направилась в свою комнату собираться. Однако, что мне было собирать? Большинство вещей и так уже было при мне, поэтому, продав своего единорога и сорвав приличный куш, я на всякий случай спрятала Оникудаки, приторочив ножны к бедру так, чтобы они не выделялись, но и не мешались при ходьбе, закинула на спину вещевой мешок и тем же днем перебралась на "Золотого Дракона".
  
   Команда, в отличие от капитана, мне более-менее понравилась. Она состояла не только из просоленных морских волков, как мне думалось ранее, но и из так называемых морских волчиц. Видимо, в этом мире не считалось опасным брать на волны женщин, приводящих суда к гибели. Впрочем... Глядя на мускулистых и загорелых по сравнению даже со мной женщин, с обветренными губами, выгоревшими на солнце волосами и широкими мозолистыми ладонями, я посчитала, что уж чужие-то суда они к гибели точно приведут! Ну хотя бы к разграблению и порабощению экипажа.
   А элемент рабства в Торсике присутствовал. Двадцать четыре гребца, сидящие в трюме галеры оказались никем иными, как рабами, подбадриваемыми лишь скудной пищей, да мерным барабанным боем, что усиливался по мере ускорения корабля и ослаблялся, когда судно замедляло ход.
   Все это мне рассказал капитан Хряк, пока водил по палубе и знакомил с обстановкой. Больше ничего особо интересного на галере не было, поэтому я интереса ради попыталась разговорить экипаж. Единственным любопытным индивидом оказался рулевой, здоровый чернобородый детина, весь испещренный шрамами: оказалось, когда-то он бывал в Синих Землях.
   -- А какие они? -- допытывалась я.
   -- Жуткое место, -- отвечал Акулодав, как звали рулевого, -- Когда меня сослали туда, мне от силы исполнилось двенадцать годков, и я служил юнгой на шхуне отца нашего капитана, грозы всего океана, Колченогого Филина. С его именем на устах творилось абсолютное беззаконие: мы грабили и убивали не только эльфов и простых купцов, но и другие пиратские галеры, что запрещено, конечно, нашим негласным законом. И если стража обычных портов (не Рурта и Торсики) смотрела на пиратов сквозь пальцы, благо ей отваливали немалый куш, то за голову Колченого Филина предлагали такую награду, что все, кому не лень, пытались его поймать. Короче, кончилось все тем, что нас все-таки схватили, большую часть команды повесили на месте, а меня по малости лет да по неопытности на полгода сослали в Синие Земли -- тогда этот вид кары король Лабра только-только придумал.
   -- И что? -- нетерпеливо спросила я.
   -- Что-что? -- вздохнул Акулодав, -- Да я в ближнем леске все время хоронился. Не знаю как выжил тогда! Нечисти в этих Землях Синих полным-полно! Ложишься спать, а сам слушаешь, как воют вервольфы, пищат летучие мыши, перешептываются кикиморы на далеких болотах. Каждую ночь меня кто-то из нечисти навещал -- то упырь украдкой подкрадется, то стая оборотней придет погостить. Впрочем, эти-то были не особо злобными -- им мяса какого оставь, они и радуются, им большего не надо. Но так ведь и зверей разных там полно! Вервольф уйдет, а простому волку теплой кровушки попить охота. Благо повстречал я тогда гнома одного, калеку однорукого, он и обучил меня в энтих Землях проживать. Кое-как дотерпел до условленного срока, вылез оттуда и боле в Аорти ни ногой не сунусь! А то, не приведи Звездный Паломник, опять в эту дрянь засунуть решат!
   -- У меня есть одна знакомая, которая утверждает, что Синие Земли -- ее дом родной, -- вспомнила я Рысь.
   -- Знакомая, говоришь? -- недобро прищурился Акулодав, -- А человек ли энта твоя знакомая? Али мет?
   -- Ну... местами! -- нашлась я.
   -- Ну-ну, -- пробормотал сквозь зубы Акулодав, но тут капитан Хряк дал сигнал к отплытию, и рулевой двинулся на свой пост.
  
   Как я не пыталась сдержать свой нелегкий приступ морской болезни, ни фига у меня не вышло. Когда на галере подняли парус, а гребцы легли на весла и судно, медленно покачиваясь, стало разворачиваться, я решила, что дело плохо. Но когда галера вышла в открытое море и встало на курс, я поняла, что это пока цветочки, а ягодки еще впереди. Болтанка была такая, что волны переливали через низкий борт шхуны и заливали палубу. По трапам тотчас забегали юнги со швабрами, вытирая особо большие лужи, дабы матросы ненароком не поскользнулись, выполняя свои работы. Дул ветер, но и он не приносил большого облегчения: от города доносились ставшие почти привычными отвратительные ароматы, теперь внезапно усилившиеся на слишком свежем воздухе. Я перегнулась за борт и в разводах темно-синей воды углядела, что лицо мое принимает нежно-зеленый оттенок. Я пошатнулась и, чтобы не упасть, резко села на палубу.
   -- Укачивает? -- участливо спросила одна из команды Хряка, некто Альбатрос.
   -- Угу, -- кивнула я.
   -- Сейчас жаль, что ты не эльф, -- сказала Альбатрос, присаживаясь рядом со мной, -- У них с организмом еще в детстве что-то проделывают, после чего их никакая морская хворь не берет, разве что, кроме лихорадки!
   -- Ой ли? -- не поверила я.
   -- Да чтоб мне сквозь палубу провалиться, -- поклялась Альбатрос, -- У них кости такие, что иными местами боли вообще не чувствуют. А ежели зажать вот здесь (она показала мне на левое запястье), то внутри такого эльфа шатка пропадает и становится он бодренький такой, аж зависть берет.
   -- Ну не знаю, -- задумалась я. Конечно, насчет костей морячка большей частью напридумывала, но кой-какая доля правды в ее словах есть. А вдруг...?
   -- Да ладно, плюнь ты на все это, -- махнула рукой та, -- Энти все дела только на эльфийское племя действуют. Куда нам, людям, с ними тягаться-то!
   Тут матроску кликнули, она кивнула напоследок и ушла, а я решила опробовать *эльфийское действенное средство* на своей родной шкуре. Нажала там, куда указала Альбатрос... ничего. Есть только захотелось. Хотя... Есть-то мне как раз хочется, только если не тошнит, а значит действует средство! Вот и ладушки!
   Больше морская болезнь меня не тревожила. Я мысленно поблагодарила Аурель Костоломку, принесшую мне столько пользы, спустилась вниз, в специально выделенную мне каюту и приготовилась продолжать путь.
  
   Мы плыли уже вторую неделю, и неприятностей пока не предвиделось. Правда капитан Хряк сетовал на отсутствие торговых кораблей, которые можно было бы ограбить, но по мне так было даже лучше. Однако, когда сия семидневка была практически на исходе, далеко на горизонте замаячил незнакомый корабль.
   -- Добыча! -- обрадовался Хряк, потирая руки и любовно поглядывая на свою саблю, -- Наконец-то повеселимся!
   Остальная команда, похоже, также нисколько не разделяла моего мнения, что надо бы быть поосторожней.
   -- Как вы определяете, что это не такая же как вы пиратская галера или не военные суда Аорти или Неорины? -- спросила я у Акулодава, -- Разве это видно издалека?
   -- Конечно, -- снисходительно кивнул рулевой, -- На главной мачте любого судна всегда должен развеваться опознавательный флаг -- у пиратов он черный, у военного флота Аорти -- красный с двумя белыми полосами, у эльфов -- синий с черным единорогом, а у нейтральных купцов -- желтые и зеленые с различными украшениями и эмблемами их коалиций.
   -- А какой флаг у того судна? -- полюбопытствовала я.
   -- Юнга с мачты сказал, что флаг темно-зеленый с оскаленной мордой белого волка посередине, -- сообщил Акулодав, -- Не слышал я про купцов, ходящих под таким флагом, ну да ладно, сейчас энтих торгашей так много развелось, разве кто всех перечислит?
   -- Не нравится мне все это, -- проворчала про себя я, -- Ох, чувствую, точно подлянка какая подставится!
   А мы медленно приближались к незнакомому кораблю.
  
   Завидя нас, капитан судна, показавшийся мне смутно знакомым, что-то громко прокричал своему экипажу. Тот моментально среагировал: матросы забегали по палубе, влезли на реи, потом кто-то подкатил к правому борту штук пять небольших пушек, которые ранее были не заметны.
   -- Это еще что? -- опешил капитан Хряк.
   Тем временем и на нашей галере тоже не спали. Пушкарь по кивку капитана зарядил наши орудия. Прозвучал залп. Вражеская галера легко увернулась от летящих в нее ядер, послав нам ответный выстрел. На этот раз пушка достала цель и наш черный флаг закачался на одной ниточке.
   -- На абордаж!!! -- взревел разъяренный Хряк. Мы подошли вплотную к чужой галере и с обеих сторон полетели абордажные крючья. Пираты с грацией кошек взбирались по ним на соседние судна, на ходу вытаскивая сабли и выкрикивая боевые кличи и обидные оскорбления. Однако, наших врагов было гораздо больше.
   *Наших бьют*, -- тихо сказала я Оникудаки, вытаскивая его из ножен, -- *Поможем?*
   *Бить?* -- по старой привычке съехидничал мой меч, однако более спорить не стал, а мысленно присоединился ко мне, отдавая свою силу.
   Я перескочила на борт соседней галеры и врезалась в гущу битвы. Да, такой помощи капитан Хряк явно не ожидал. Я разила направо и налево, памятуя о старых привычках сражения на арене, и экипаж чужого судна резко сократился почти наполовину.
   Меня подло сняли из арбалета, послав стрелу в бедро, отчего я, разом утратив способность ходить, тут же была брошена на землю. У меня хватило ума отползти в сторону, чтобы не быть затоптанной в пыли сражения, но на большее меня уже не хватало. Внезапно на меня опять напал приступ морской болезни, палуба подо мной заходила ходуном, а атакующие друг друга пираты начали представляться плавно покачивающимися в ритме волн. Я доползла до борта, схватилась за него обеими руками, перегнулась и меня стошнило.
   Тут кто-то крепко схватил меня за плечо.
   -- Кого только не встретишь в океанских просторах! -- раздался раздражающий меня насмешливый голос, я медленно повернула голову и увидела... увидела... кого бы вы думали? Волка!
   -- Какая приятная встреча! -- растянул тот свой рот в премерзкой улыбочке, -- Жаль обстановка не та, а то я предложил бы тебе разделить со мной трапезу! Но, как видишь, я немного занят. Обожди немного, лапулечка, ладушки? Эй ты! -- крикнул он пробегавшему мимо матросу, -- Отведи девушку к остальным гостям, а то им скучновато становится! И смотри, осторожно, эта киска умеет кусаться!
   Матрос ухмыльнулся и грубо дернул меня за руку.
   -- Пошли! -- приказал он, -- Уж отведу я тебя... в гости!
   Наступив на больную ногу, я вздрогнула от боли, но тут взгляд мой упал на валяющегося рядом Оникудаки. Нет, я не допущу, чтобы мой меч достался в руки кому-нибудь иному! Носком сапога я толкнула оружие в груду сваленных веревок, где тот был надежно укрыт. Вот так-то лучше!
   Матрос, заметив мое движение куда-то в сторону (благо меч он не увидел), злобно ткнул меня кулаком в спину.
   -- Пошли, я сказал! -- рявкнул он.
   -- Иду я, иду! -- огрызнулась я и, получив за это еще один тычок, покорно двинулась в трюм, куда меня и вели. Иного плана действий пока не намечалось.
  
   Оказавшись в полузатопленном морской водой трюме, я узнала следующие факты: во-первых, капитан Хряк проиграл сражение и находился тут же, поблизости, закованный в кандалы, во-вторых, помимо нас в трюме находились исключительно рабы-гребцы, из чего я сделала вывод, что нас ожидает такая же участь, а в-третьих, я выяснила, что Волк является последней сволочью, которую даже в преступном мире за своего не примут (в прочем в этом я еще и в Аорти не сомневалась -- он меня еще там крайне не порадовал).
   Шум сражения продолжался еще некоторое время, потом стих, но на замену ему пришло громкое бултыхание, вопли и злобные проклятия. Я осознала, что это команда Волка сбрасывает убитых и раненых за борт, чтобы те не мешались под ногами -- остальных можно было выгодно продать. Хряк произнес гнуснейшее замечание по поводу нашего положения, но пират, стороживший его, нахмурился и прошелся длинным бичом по его ребрам, после чего капитан раскрывать рот не пытался.
   Час спустя к нам в трюм спустился Волк, одетый в алый камзол и черные шелковые шаровары, принятые у разбойничьих народов Торсики. За золотой кушак была заправлена семихвостая плетка. На каждом его пальце блестело по золотому кольцу, шея была увешена цепочками, а в ухе одиноко сверкала алмазная серьга.
   -- Ай-яй-яй, как нехорошо, -- притворно нахмурился он, -- Скат, собака ты этакая, куда ж ты наших гостей привел? Я же сказал тебе по каютам их разместить, да обед подавать!
   -- Дык все каюты заняты были! -- названный пират ухмыльнулся во весь рот, -- А что, разве им здесь плохо? Ну, ежели они желают к друзьям своим на дно морское, энто тоже устроить несложно...
   -- Нам и здесь неплохо, -- заверила я его, ощущая, что капитан Хряк сейчас не выдержит, скажет чего-нибудь оскорбительное и будет растерзан этими падальщиками, которые только того и ждут, как наброситься.
   -- Ну, раз вам не плохо, то давайте поговорим, -- приятно улыбнулся Волк, -- Рассказывай, рыбка моя, как же ты здесь очутилась? Неужто эльфы нехорошие поймали-таки тебя, ловкую нашу? А на галеру как попала? Сбежать удалось, шустренькой?
   -- Не твоего ума дело! -- огрызнулась я, чувствуя, что еще минута выслушивания фальшивого Волкова лебезения, и я саморучно так его наоскорбляю, что уши в трубочку свернутся.
   -- Может быть, может быть, -- горестно вздохнул Волк, -- Придется уж мне, несчастному, своими делами позаниматься. Крыс! -- окликнул он другого пирата, -- Пыточная камера готова?
   -- До блеска вычищена! -- кивнул тот, -- Орудия блистают, не скрепят, что надо -- раскалено докрасна, что надо -- солью посыпано! Качественно сделано!
   -- Вот и ладушки! -- обрадовался Волк, -- Как раз к вашему прибытию, дорогой Хряк! Все в идеальном порядке, можете мне поверить. Да что там поверить, пройдемте, я вам все-все покажу! -- оскалился он и кивнул Крысу, который высвободил ноги капитана из оков, не давая, однако же, вырваться на свободу полностью. Скат ткнул его саблей в бок и тот, спотыкаясь, проследовал к выходу из трюма.
   -- Кстати, зайчик мой! -- обратился Волк ко мне напоследок, -- Ты ведь всегда любила помогать другим, да? Помоги тогда моих дорогим друзьям передвигать нашу тяжелую галеру, а то они слабенькие все, не справляются. Я тем временем и твоих новых знакомых с вашей лодочки тебе на подмогу приведу. Но ты не пугайся, ласточка, я вообще-то очень добрый. Вот всем, кто уж совсем-совсем работать не может, я такой отпуск устраиваю! Бессрочный! -- и не выдержав, эта пакость злобно расхохоталась и исчезла в дверях трюма.
  
   Однако, мне не пришлось становиться в ряд зачумленных и покрытых язвами рабов галеры Волка, чего я, признаться, жутко боялась. Не прошло и двух минут, как дверь в трюм открылась и в нее заглянул Скат.
   -- Хозяин требует Победительницу к себе! -- громко сообщил он, схватил меня за руку и грубо дернул к двери. Хм... Давно меня не называли Победительницей!
   Мы прошли по узкому коридору вдоль нижней палубы до массивной деревянной двери, обозначающей вход к каюту Волка. Скат толкнул ее и почтительно отступил. Я вошла и глаза мои изумленно расширились.
   Передо мной было довольно крупное помещение, стены которого были обиты синим бархатом с вышитыми на нем гобеленами. Все пространство каюты занимал длинный, но узкий дубовый стол, заваленный какими-то непонятными бумагами, железный сундук, набитый пестрым барахлом и встроенная в стену койка, покрытая волчьими шкурами, на которой расположились бледные и почти не дышащие эльфы. Аурель..? Каудриал..? Они-то что здесь делают?!
   Стараясь не выдать своего знакомства с этими индивидами, я подошла к койке и осторожно вгляделась в их лица. Аурель с трудом открыла глаза и пристально посмотрела в мое лицо.
   -- Стайа... -- она покосилась на сидящего рядом на табуретке Волка, -- ...ть не могу! И сидеть тоже! Ты -- Победительница?
   -- Да, -- кивнула я.
   -- Ваш капитан сказал, что ты долго жила среди нас и знаешь наши порядки. Мы умираем. Ты сможешь вылечить нас? -- Аурель едва заметно кивнула.
   -- Я попытаюсь, -- я перевела взгляд на Волка, -- Что ты с ними сделал?
   -- Ничего, -- пожал тот плечами, -- Они как попали сюда, так сразу свалились. И вообще, какое тебе дело, деточка? -- нахмурился он, -- Если ты можешь их вылечить -- давай! Это не простые эльфы, в Аорти за них дадут такую награду, о которой я не мог и мечтать за все дни своей жизни!
   -- Я попытаюсь им помочь, -- сказала я, пытаясь не обращать внимания на презрительно-ласкательное обращение *деточка*, -- Но им нужно уединение и покой! Возможно через неделю...
   -- Ты в своем уме, Победительница?! -- взорвался тот, впервые обратясь ко мне по имени, -- Может ты еще хочешь, чтобы я выделил им отдельную каюту и четырехразовое питание?!
   -- Может, та награда, о которой ты говоришь, не так уж и важна для тебя? -- безразлично заметила я, пожимая плечами, -- Мне-то, в принципе, все равно...
   -- Ладно! -- скрипнув зубами, сказал Волк, -- Я сделаю то, о чем ты просишь. Но если через неделю они не встанут на ноги... -- он не договорил, угрожающе блеснул глазами и выскочил из каюты, громко хлопнув дверью.
   -- Что с вами? -- шепотом обратилась я к эльфам.
   -- Тс-с! -- приложила Аурель палец к губам, -- Мы только притворяемся, ты еще не поняла? Просто мы не хотим, чтобы с нами обращались как с обычными рабами. Но что здесь делаешь ты?
   -- Я плыла домой, но Волк захватил нашу галеру, -- я рассказала им о своем путешествии, -- Я абсолютно не представляю, что делать дальше. Здесь всюду охранники, а я еще не умею драться бесшумно. Но как сюда попали вы? Неужто, тоже решили сбежать из Неорины?
   -- Почти, -- криво усмехнулся Каудриал, -- Светлый Аэрдолик при смерти. Он завещает Неорину мне, но Тьяураваль не хочет находиться при моей власти. Однажды ночью, когда я был у Аурель, в ее дом ворвалось пятеро человеческих убийц, ведов, как называют их у вас. Никто не знает, откуда они приходят и никто не знает, куда они деваются. Но Тьяураваль как-то смог вступить с ними в сговор, пообещав кучу всяческих благ за наши головы. Однако нам удалось бежать. Мы бежали день, ночь и еще день, пока проезжавший мимо караван не сжалился над нами и не отдал одного из своих единорогов. Тогда мы скакали верхам вплоть до побережья, надеясь, что проезжие суда подберут нас, и мы возвратимся в Неорину, дабы рассказать, как жестоко предал нас мой брат. Но нам не повезло и мы натолкнулись на *Дикую галеру*, как называется судно этого бесчестного пирата. О, как он сначала был обходителен! Он все понимал! Но потом, когда мы окончательно расслабились, он опоил нас каким-то зельем, от которого мы впали в сон, а очнулись уже здесь, посреди океана. Единственное, чего мы решили, так это сказаться больными и избежать мерзкой участи рабства, а потом Волк, как ты его называешь, прислал тебя, и мы встретились.
   -- В Аорти он был тем, кого называют охотниками, -- сказала я, -- Я тоже была охотником и знаю, что такое поведение для них не свойственно. Я не понимаю, почему Волк перестал быть охотником и вдруг стал пиратом!
   -- А ты уверена, что он не был пиратом до того, как его приняли в охотники? -- поинтересовалась Аурель, -- Ты хорошо его знаешь?
   -- Нет, -- призналась я, -- Там, в Аорти, я видела его всего раз, когда мы с Кромолом прибыли с Каверну на битву. Кромол! Вот кто может помочь нам! Уверена, разобравшись во всем, он не будет делить нас на эльфов и людей, а только на плохих и хороших, а уж хуже Волка я человека и представить не могу!
   -- Поверь, ты мало видела в жизни, -- хмыкнул Каудриал.
   -- Может быть, -- не сдавалась я, -- Но Кромолу я доверяю как самой себе, а себе я доверяю! Если бы мы могли добраться до него...
   -- Но как? -- с горечью в голосе перебила меня Аурель, -- Мы здесь, на чужой и враждебной галере, а он там, в Аорти, и даже не подозревает, в какой ты беде!
   -- Эта галера все-таки едет в Аорти, -- между прочим заметила я, -- А что насчет охраны и всяческих неприятностей по поводу Волка... ребята, вы знаете, похоже у меня появился план!
  
   В течение пары дней я спокойно притворялась лекарем эльфов -- мои "пациенты" добросовестно "шли на поправку*. В конце концов мне разрешили на некоторое время отлучаться от них и бродить по кораблю -- я еще слишком сильно хромала из-за той раны и, как казалось Волку, не представляла особой опасности. Однажды, пока никто этого не видел, я незаметно проникла в трюм, где обитала бывшая команда с *Золотого дракона* и сообщила им будущий план действий. Капитан Хряк, изможденный сначала пытками, а потом греблей, пришел в восторг, но виду не подал, так как за ним наблюдали, и обещал сообщить остальным, чтобы те были наготове. Далее я начала приводить свой план в действие.
   Первым делом я разыскала Оникудаки, которого, к счастью, никто не нашел под веревками. Меч страшно мне обрадовался.
   *Я уж было подумал, что валяться мне здесь веки вечные!* -- ворчливо произнес он, -- *Ты, конечно, обо мне и думать забыла!*
   -- Я тоже рада тебя видеть, -- шепотом сказала я, спрятала меч под полами одежды и унесла в каюту эльфов. Как-то Ольга, та самая, что ковала этот меч, сказала мне, что волшебные мечи способны перерубить даже железные оковы, если сами того захотят. Оникудаки был не против, и той же ночью я прокралась в трюм и перепилила кандалы узников, но так, чтобы на первый взгляд об этом никто не догадался. Далее, оглушив парочку пиратов, ведущих караул, и надсмотрщика за рабами, я отобрала их оружие и отдала его эльфам. Каудриал и Аурель были наготове.
   Следующим днем к нам собирался заявиться Волк, дабы проверить, как идет выздоровление его самых дорогих пленников. Капитан *Дикой галеры* не замедлил появиться.
   -- А-а-а, Победительница! -- наиласковейшим голоском протянул тот, появляясь в дверях, -- А как наши пленнички поживают? Здоровеют, хорошие наши?
   -- А как же иначе, -- ответила я, незаметно ухмыляясь, -- Совсем выздоровели, на ноги уже встают!
   -- Ну вот и ладушки! -- обрадовался пират, -- А то я за тебя, родненькую уж было бояться начал: никак эльфы не поправляются, значит доктор виноват, значит его и наказать надо, верно я говорю?
   -- Верно, верно, -- отмахнулась я, -- Только вот у тебя все равно проблема скоро появится!
   -- Какая это? -- нахмурился Волк.
   -- Да вот слушаться они тебя не будут! -- уже открыто ухмыльнулась я, -- Они и меня-то не хотели слушать: то лекарства не принимали, то им горшки ночные не по вкусу пришлись, а уж тебя-то с твоими требованиями и во внимание принимать не будут!
   -- А пусть только попробуют! -- обиделся Волк, начиная незаметно для себя горячиться, -- У меня есть местечки для таких неуступчивых. Все, кто там побывал, больше капризничать не желают! А может и тебя с ними сводить, а то мало ли, вдруг это ты их избаловала, нехороших!
   -- Может быть и я, -- неопределенно качнула я головой, -- Но, боюсь, местечки твои им тоже не слишком понравятся!
   -- А кто ж их спрашивать будет! -- хмыкнул Волк, -- Я, что ль?
   -- А хоть бы и ты! -- раздался за моей спиной звонкий голос, и из глубины каюты появились Аурель с Каудриалом, пряча оружие у себя за спиной, -- Не с командой же твоей неотесанной нам разговаривать!
   -- А вы мою команду не обижайте! -- Волк разозлился до такой степени, что даже перестал сюсюкать, -- Она получше вас будет, мутантов переразвитых! Мы вас схватили, а не наоборот, вот и молчите себе в тряпочку, да не рыпайтесь, а то живо вас всех уму-разуму под килем научат! Протянут разок и баста! Вы, мразь земная, со слов ничего не понимаете, так я вас делом учить буду!
   -- Фу, как ты неэстетично выражаешься, -- давя в себе смех, произнесла я, -- Так ведь и прыщики на языке появится могут!
   -- Да я тебя! -- окончательно завелся Волк, выхватывая из-за пояса плетку и бросаясь на меня. Я мгновенно выставила перед собой Оникудаки, направив тот в горло врагу, но пират не сумел остановиться сразу, слегка налетел на острие и капля крови скатилась по шее к белому воротнику рубашки.
   -- Э... это как? Это что? -- невнятно забормотал он.
   -- Это бунт! -- спокойно ответила я и обратилась к Каудриалу, -- Дай ему свой меч, пожалуйста!
   -- Зачем? -- нахмурился тот.
   -- У этого слизняка нет своего, а мне кажется недостойным убивать безоружного противника, -- пояснила я, -- Уж не думаешь же ты, что я сохраню ему жизнь?!
   -- Мне кажется, передать его суду Аорти было бы более жестоким! -- ухмыльнулся Каудриал и Волк заметно побледнел.
   -- Ты прав, -- кивнула я, -- Но я не отношу себя к садистам, а потому предпочту разбираться сама. Дайте ему меч!
   Каудриал пожал плечами и кинул пирату свой меч, тот поймал его на лету и жестко прищурился.
   -- Зря ты это сделала, Победительница! -- усмехнулся мой враг, -- Если раньше у вас был хоть какой-то шанс меня победить, то теперь ты его утратила. Никто не может справиться со мной в открытой схватке!
   -- Какое самомнение! -- насмешливо протянула я, -- Защищайся!
   И мы вступили в бой.
   Сначала я, несмотря на свою хромоту, легко отбивала удары Волка, а тот, даже не пытаясь выставить блок, обрушивал на меня наипростейшие удары и комбинации, словно это... словно это была подначка. Поэтому я совершенно ничего не ожидала, когда он, вдруг выставив перед собой двойную блокаду, достал меня тройным ударом -- сверху, подсечкой и резким боковым. Я еле успела пригнуться, чтобы голову не срезало, словно бритвой, как пират подскочил ко мне и перехватил Оникудаки за рукоять. Я удивилась, почему он не взялся за лезвие, хотя это было вполне приемлемым в поединках, но вдруг сообразила, что тот знал, что мой меч способен разрубить держащую его руку словно волос. У меня внезапно перехватило дыхание: я вспомнила, в какой мире нахожусь. Здесь любой человек мог оказаться преступным магом, забывшим свое прошлое, но забывались ли при этом и инстинкты, в том числе инстинкт ведения схватки, прививающийся энергам в течение многих жизней? Имело место быть и такое предположение, что человек, стоящий передо мной с оружием, в давно забытом прошлом являлся мастером меча, грозой врагов и чемпионом среди своих. А я, с дуру, полезла на него со своими моральными принципами, сама еще толком сражаться не научившись!
   Волк не замедлил подтвердить мои предположения. Он явно был быстрее эльфов, которые, заподозрив неладное, бросились мне на помощь; он был умнее меня, придумывая и вспоминая совершенно немыслимые комбинации; он был явно лучше всех тех, с кем мне ранее приходилось сталкиваться. Всего три обмена ударами, и я уже лежу на палубе, окровавленная настолько, что цвет кожи теряется под багровой жидкостью, а Волк, даже не поцарапанный, стоит надо мной с победным видом и тихо так говорит:
   -- Ну что, кисонька, знать надо, что девушкам сражаться вредно! Тебе бы мужа завести, детей пяток, да сидеть у домашнего очага и не рыпаться. Но нет, в головушку пустую взбрела идея воительницей стать, вот теперь и расплачивайся за это!
   Он занес меч над моей головой, когда Каудриал, предприняв последнюю отчаянную попытку поразить Волка оружием, просто изо всей силу пнул его, да так, что пират вытаращил глаза, завопил от боли и, повернувшись, огрел эльфа по балде мечом плашмя. Каудриал качнулся и рухнул как подкошенный, но когда Волк вновь повернулся ко мне, я, сделав нечеловеческое усилие, схватила выпавшего из рук Оникудаки. Меч мгновенно сообразил, что от него требуется и без всякой моей помощи, обойдя слабый блок не ожидающего такого Волка, вошел ему в живот с такой силой, что выйдя наружу с другой стороны не сразу смог вернуться обратно. Пират удивленно раскрыл глаза, изо рта его потекла кровь, он зашатался и тяжело осел на палубу. Дыхание замедлилось и исчезло вовсе.
   Тут, наконец, появилась и остальная команда, услышавшая шум, произведенный падением капитана. Увидев того, неподвижно лежащего на окровавленной палубе, они остановились, широко открыв рты от неподдельного изумления. Воспользовавшись этим, Аурель толкнула меня в бок, напоминая тем, что я должна позвать остальных, сидящих наготове в трюме и ждущих моего сигнала. Тяжело вздохнув, я приподнялась на локте и прокричала то, что должна была прокричать, когда нам потребуется помощь:
   -- Банза-а-а-ай!!!
   Не знаю, зачем я придумала кричать именно это дурацкое слово, но мои друзья услышали его и с ревом вырвались из тесного трюма. Завидя их устрашающие лица, перекошенные маской ненависти и жаждой мести, я облегченно вздохнула, опустилась на палубу и отключилась, как и должна была сделать в подобном случае.
  
   Что-то влажное и приятное лежало у меня на лбу. Я открыла глаза и увидела прямо перед собой встревоженные лица эльфов и капитана Хряка.
   -- Она пришла в себя! -- громко объявил кому-то Хряк, и в пределах моей видимости раздались радостные вопли: пираты благодарили меня за то, что я помогла им спастись.
   -- Ну, не стоит благодарности, -- смущенно пробормотала я и попыталась встать. Ой-ой! Боли я не чувствовала, это правда, но ноги и руки категорически отказывались меня слушаться, не поднимаясь и даже не двигаясь.
   -- Лежи спокойно, -- предупредил меня Каудриал, -- Аурель тебя так забинтовала, что еще одна потуга встать, и ты свалишься с койки, как тогда, помнишь?
   Я помнила. Скосила глаза и попыталась себя оглядеть. Да, нечего сказать, Аурель поработала на славу! Я ощущала себя ожившей египетской мумией (или мумия ощущала себя мной -- это еще неизвестно).
   -- Зачем вы меня так замотали? -- спросила я.
   -- Во-первых, у тебя сломано два ребра, -- начала перечислять Аурель, загибая пальцы, -- Во-вторых, ты потеряла сознание от того, что вся истекала кровью, а в-третьих, если ты будешь двигаться, все твои раны начнут болеть, а сейчас, как ты заметила, такого не наблюдается.
   -- Ладно, буду лежать неподвижно, -- признала я ее доводы, -- А вы мне пока расскажите, что там у нас творится. Я таки убила Волка?
   -- А хрен его знает! -- неожиданно заявил капитан Хряк, -- сначала подходим: вроде не двигается, кровищей весь истек, а на пузе такая рана, что хошь-нехошь, а помирать придется. Ну, мы плюнули на него, да пошли с другими разбираться -- немало народа из его команды полегло! Мертвых мы за борт выкинули, раненых перебинтовали как могли, потом подходим Волку голову отрубить -- за нее награда назначена -- а того уж и след простыл! Нет, след кровавый все ж остался, так обрывается он посереди палубы, а дальше никого: ни трупа, ни живого Волка. Моя команда суеверная -- чуть за борт не попрыгала. Нечисто, говорят, здесь, теперь призрак бродить будет, людей честных крушить. Мне-то как-то все равно, но вот скажи: сдох Волк, али трупаком только прикидывался?
   -- А кто его знает, -- честно сказать, новости меня слегка ошарашили, -- Но вот что я вам скажу: если Волк погиб, то бежать нам посреди океана все равно некуда, а если жив, значит выдаст себя рано или поздно, так или иначе.
   -- Уж лучше бы рано, -- пробормотал Хряк, кивнул эльфам, и они все вышли, оставив меня наедине со своими мыслями.
  
   В голову мне опять пришла та идея, что Волк -- бывший маг. Может, маги умели устранять действие смертельных ран на свой организм? В мозгу тут же зашевелилось воспоминание о знакомых мне магах: Катьке, Василисе, Аксе. Как они там? Искали ли они меня? Не факт, но надеяться приятно. Если честно, я уже свыклась с мыслью, что всю эту жизнь мне придется провести здесь, в этом мире. Однако, надежда, как всем давно известно, это такое маленькое сволочное чувство, которое уходит только перед тем, как ваш хладный труп остается распростертым на глазах бесчисленного множества людей. Впрочем, в случае с Волком, этот неаргументированный факт потерпел поражение.
   Не имея шанса пошевелиться, я решила, что лучшее в моем положении это спать, спать и еще раз спать. Придя к сему выводу, а смежила веки и задремала.
  
   Кто-то тихо крался по моей каюте. Кто-то бесшумно подошел к койке и застыл в ожидание чего-то такого, что я не в силах придумать. Кто-то еле слышно шмыгнул носом.
   Не в силах больше сдерживаться, я открыла глаза и изумленно уставилась на ту фигуру, что предстала передо мной. Лицо ее было белее снега, белее волос, которые его обрамляли, и глаза зияли на нем огромными зелеными провалами. На одежде тут и там темнели пятна крови, а самое большое из них, в центре живота, открывало страшную рану, края которой уже свернулись и начали гноиться. Я было открыла рот, чтобы позвать на помощь, но Волк быстро приложил палец к губам, прося меня молчать.
   -- Что со мной, Победительница? -- тихо спросил он, -- Почему я жив?
   -- Э-э-э, ну-у, -- задумалась я, лихорадочно соображая, как не говорить Волку правду, -- Дело в том... Ну, в общем...
   -- А все-таки? -- уточнил тот, -- Ты знаешь в чем дело?
   -- Н-н-да, -- придумала я, -- Дело в том, что... хм... на тебя наложили заклятие!
   -- Заклятие? -- недоуменно переспросил Волк, -- Но кто?
   -- Откуда мне знать? -- я раздраженно пожала плечами, -- Может, какой-нибудь злой колдун, наложил проклятие на твою семью, не позволяя никому умереть после убийства, а может это просто врожденный дар, позволяющий тебе оставаться бессмертным. Кто его знает?
   -- Так я не оживший мертвец, несущий людям смерть? -- облегченно переспросил Волк, -- Это меня несказанно радует! Но почему я так выгляжу?
   -- Последствия, -- отозвалась я, -- Думаю, дня через два ты будешь как новенький. А пока...
   Тут двери моей каюты раскрылись, и сюда вбежал капитан Хряк в сопровождении пятерых человек. Завидя Волка все они остановились, попадали на колени и быстро начали осенять себя знамением Звездного Паломника. За ними вошли Аурель с Каудриалом и с неприкрытым изумлением уставились на пирата.
   -- Э-э, взять его! -- неуверенно произнес Каудриал.
   -- Вы не сможете схватить меня! -- завопил Волк, отскакивая в сторону, -- Я Волкан МакЛауд из клана МакЛаудов и... что за чушь я несу?
   Но я-то знала, о чем он бредит, поэтому, неловко развернувшись, свалилась с койки и придавила пирата своим перебинтованным телом. Не ожидавшие от меня такой прыти, моряки скоординировались и быстренько повязали бывшего капитана *Дикой галеры*. Волк отчаянно сопротивлялся, но ему, еще не пришедшему в себя после встречи со смертью, это плохо удавалось.
   -- Не бойтесь его, -- сказала я остальным, -- Он не оживший покойник, просто я его плохо убила.
   -- Понимаем, -- медленно произнес Хряк, косясь на рану Волка, -- Но что нам с ним делать?
   -- Ну, раз убить его не удастся, придется довезти его до Аорти, а там передать королю Лабре из рук в руки, -- решила я, -- Пхните его в трюм до нашего прибытия и... Каудриал! У меня возникла одна идейка!
   -- Поделись, -- заинтересовался полуэльф.
   -- Что если тебе и Аурель пойти к королю Аорти вместе со мной? -- предложила я, -- Вы заверите его в своей нейтральной по отношении к людям позиции, пообещаете перестать воевать с ними и попросите выделить небольшой кусочек армии, чтоб вернуть себе трон Неорины. Я не думаю, что Тьяураваль самолично отдаст его в ваши руки!
   -- Ты права, -- признал Каудриал, -- Но согласится ли ваш король помогать нам, ненавистным эльфам?
   -- Если ему надоела война, он будет обеими руками за, -- сказала я, -- А мы, люди, за редким исключением типа Волка, существа мирные!
   -- Мы рискнем, -- сказала Аурель и, глядя на нее, кивнул и Каудриал. На том и порешили.
  
   Как я и предсказывала, рана Волка зажила где-то дня за три, поэтому прибыли мы в Рурт с совершенно здоровым преступником. Охрана города приветливо поздоровалась с капитаном Хряком, косясь на связанного Волка почти что с суеверным ужасом. Как только мы вышли на берег, полуэльфы и я тепло попрощались с командой *Золотого дракона* (Хряк теперь плавал на *Дикой галере* Волка, но переименовал ее, как и свою, утерянную), купили повозку, запряженную парой лошадей, от которых я уже отвыкла в Неорине и, не мешкая, двинулись в Ксимес, город, в котором был построен дворец верховного правителя Аорти, короля Лабры. Дорога прошла без эксцессов, поэтому через полтора месяца мы предстали перед красными воротами города.
   Ксимес, в отличие от Рурта, как две капли воды похожего на Торсику, следует описывать отдельно. Ворота сего города действительно были красными, они были вырезаны из чистейших рубинов и инкрустированы золотым орнаментом, изображавшим драконов. Ворота так сверкали и переливались на солнце, что даже Каудриал с Аурель, привыкшие к роскоши, вытаращили глаза от изумления. Стражники, одетые в малахитового цвета мундиры, сначала загородили нам дорогу, неприязненно косясь на эльфов, но Каудриал гордо выступил вперед и высокомерно заявил, что он, наследный принц эльфийский, прибыл в Ксимес с целью подписания мирного договора. После этого нас пропустили беззаговорочно.
   Внутри город также поразил нас своим великолепием. Небольшие двухэтажные домики сложенные из белого кирпича с крышами из красной черепицы были окружены небольшими цветущими садами, по которым прогуливались павлины и длинноногие лани, цвет шкуры которых в этом мире имел спектр от золотистого до нежно-розового. В искусственных озерцах, являющих нам изредка свою гладь, красовались фламинго или белые лебеди, вальяжно плавающие среди голубоватых лилий. Дорога, по которой мы шли, была не каменная, но устланная измельченной разноцветной галькой, отчего ходить по ней было также удобно и приятно. Вдоль дороги росли огромные пестрые цветы, и бабочки, нимало не уступающие цветам в размерах, парили возле них. Попадавшиеся нам на пути люди были на удивление приветливы, все спрашивали, не подсказать ли нам дорогу, и сопровождали наш путь милыми и безобидными шутками. И даже рынок, мимо которого мы прошли, был абсолютно чистым и пах свежестью. Все палатки казались новенькими, были покрашены в желтых и красных тонах, а торговцы не зазывали к себе покупателей, а просто дружелюбно улыбались, отчего самим хотелось подойти к ним и что-нибудь купить.
   Наконец мы вышли в роскошные придворцовые сады, обилизирующие фруктовыми деревьями и живыми изгородями, полными маленьких сиреневых цветов. То тут, то там попадались фонтаны с чистой ключевой водой, в которых плавали золотые рыбки. Затем сады расступились и мы вышли ко дворцу. Он не был таким большим, как мне представлялось, всего три этажа, но, выложенный из белого мрамора, весь сверкал от бесчисленных драгоценных камней, образующих на его стенах сложный рисунок. Стражники у дверей с поклоном отступили в сторону -- видимо их уже уведомили о нашем прибытии -- и мы вошли внутрь.
   То великолепие, что мы узрели внутри, описывать я не буду -- это слишком долго, да никому и не нужно, скажу лишь, что тронная зала вся сплошь состояла из различной величины рубинов, как и главные ворота. Пол и потолок представляли собой цельные зеркала, отчего казалось, что мы находимся в бесконечном колодце. Посреди залы, в окружении веселых и улыбающихся придворных возвышался белый, обитый бархатом трон, на котором сидел монарх. Более всего король Лабра напомнил мне Санта-Клауса: он был маленьким, толстым, одетым в красный камзольчик и брючки того же цвета; на голове его было нечто, похожее на Шапку Мономаха, только без камней -- просто золотая корона, внутри которой приподнятая в форме шапки красная ткань. Король быстро соскочил с трона и горячо пожал нам всем руки, включая закованного в кандалы Волка, после чего забрался обратно на трон и мягким, располагающим к себе голосом сказал:
   -- Очень приятно со всеми вами познакомиться! Рассказывайте, зачем пожаловали и чем я могу вам помочь.
   Мы с Каудриалом переглянулись, затем эльф выступил вперед и рассказал нашу историю начиная от попадения полуэльфов на *Дикую галеру* и заканчивая нашим появлением в Ксимесе.
   -- Ясненько, -- задумчиво сказал король Лабра, -- Значит, если я все правильно понял, госпожа Победительница путешествовала на пиратской галере, затем натолкнулась на господина-отступника Волка, у которого нашла пленного принца эльфов и его подругу, с помощью которых победила этого плохого человека, так?
   -- Так, -- кивнула я.
   -- А теперь достопочтенный господин Каудриал просит нас, чтобы мы одолжили ему на время свою армию, чтобы он победил своего брата, злоумышленно предавшего наследного принца, так?
   -- Так, -- подтвердил Каудриал.
   -- И вы привезли мне господина Волка, дабы я сам смог назначить ему кару за все его деяния, так? -- закончил монарх, -- Что ж, эту вашу просьбу я исполню. Ты, господин Волк, за поимку этих полуэльфов и за уничтожение мерзких пиратских кораблей назначаешься адмиралом моей личной флотилии и награждаешься почетным орденом Королевского Меча!
   У меня отпала челюсть. Эльфы застыли в полном шоке. Волк скромно потупился.
   -- Но с другой стороны, -- продолжил король Лабра, -- Ты, господин Волк, нарушал наши законы, преследуя мирные торговые судна, а, следовательно, пиратствуя. Это очень, очень плохой поступок! За это мне придется тебя наказать. Наилучшим уроком для тебя будет отправление в Синие Земли, скажем, лет на пять. Думаю, за это время ты раскаешься в своих злодеяниях, и я буду рад принять тебя, как своего любимого адмирала!
   Волк смертельно побледнел, а мы облегченно вздохнули. Но монарх еще не остановился.
   -- Вам, господа эльфы, я бы с радостью поверил, -- сказал он, -- Но умудренный годами размышлений, я пришел к выводу, что слишком многое принималось на веру за это время, и слишком многие от этого пострадали. Посему я решил проверить ваши слова испытанием Звездного Паломника. Только что мне было озарение, что наилучшим выходом будет отправление вас в Синие Земли сроком в два года, после которого вы, окрепшие телом и духом, вновь можете прийти ко мне, и я охотно рассмотрю вашу просьбу!
   -- Врете вы все, не было вам никакого озарения! -- неожиданно для самой себя брякнула я. Король Лабра строго посмотрел на меня.
   -- А ты, госпожа Победительница, ни в чем не виновна, даже то, что ты обозвала меня лгуном, простительно. Но ты обманулась, поверив этим эльфам, и ты спокойно путешествовала на пиратской галере. Если пираты не ограбили тебя, значит ты была заодно с ними!
   -- Неправда! -- обиделась я.
   -- А я и не спорю, -- неожиданно мягко сказал король, -- Ты просто доверилась этим нехорошим людям, и они подло, подло тебя обманули! Нельзя быть такой доверчивой! И чтобы хоть чуть-чуть научить тебя быть менее доверчивой, я решил отправить тебя вместе с господами эльфами в Синие Земли сроком также на два года. Если они не предадут тебя там, и ты вернешься в целости и сохранности, я пойму, что был не прав по отношению к ним, а ты вовсе не такая доверчивая, какой хочешь казаться. Итак, мой приговор оглашен, все записано, желаю вам приятно провести время, друзья! -- король Лабра ехидненько ухмыльнулся, а я внезапно поняла, что подданные вокруг трона только пытаются казаться веселыми, но это не очень-то у них получается, потому как они страшно перепуганы, а ухмылка короля сильно напоминает мне ту, что появлялась на губах Волка, когда тот замышлял гадость. Я хотела сказать обо всем этом, но тут мне на голову обрушился устрашающей силы удар, ноги подкосились, и я потеряла сознание еще до того, как рухнула на пол.
   Очнулись мы уже в Синих Землях.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

* * *

   -- Грешные эльфы-ы, -- тихо простонала Аурель, -- И что же мы теперь будем делать?
   -- Как мы здесь очутились? -- не понял Каудриал.
   -- Элементарно, -- пожал плечами Волк, -- Всем нам одновременно дали дубинками по башке, чтобы мы вырубились, а по дороге отпаивали маковым настоем, потому-то мы в себя и не приходили. Ясно?
   -- А тебя вообще не спрашивают! -- буркнула я, -- Иди куда хочешь, нам с тобой по разным дорогам!
   -- А вот и нет! -- обнадеживающе заявил Волк, -- Вы меня сюда затащили? Век за это вам благодарен буду! Начну с того, что без меня вы здесь пропадете в первый же день! Вы что из себя представляете? Сопливая девчонка с глупым именем Победительница и два жалких эльфа, которые кроме родной Неорины ничего в глаза не видели. Думаете, вас тут встретят с распростертыми объятиями? Да вы оглядитесь!
   Мы огляделись. Куда ни посмотри, везде распространялся лес, густой и темный. Ни пения птиц, ни шорохов, только тоскливый волчий вой вдалеке. Под ногами пожухлая трава, насквозь промокшая от постоянно моросящего дождя. Промозглый непрекращающийся ветер, сбивающий с ног резкими порывами и сводящий с ума своей монотонной песней. Из деревьев -- только сосны, ели и колючий кустарник, на котором нет ни ягод, ни цветов. И холод, заставляющий передергивать плечами каждую минуту.
   -- Добро пожаловать в Синие Земли, дорогие друзья! -- иронически провозгласил Волк, -- Это место называется Волчьим лесом, который прилегает к болоту Большой Утопленнице. Не правда ли, мило со стороны местных жителей назвать этот лес в мою честь?
   -- Что ж, без хорошего проводника мы здесь точно копыта отбросим, -- признала я, -- Но с какой стати ты решил, что этим проводником будешь ты?
   -- А ты видишь здесь кого-то другого? -- изумленно огляделся Волк, -- Мне бы твое зрение, лапочка! Нет, боюсь, что кроме меня никого, знающего эти места, вы здесь не встретите!
   -- Будто ты знаешь Синие Земли, -- проворчала Аурель, пытаясь укрыться тонким плащом от пронизывающего ветра.
   -- Представь себе, -- шутливо поклонился Волк, -- Ваш покорный слуга бывал здесь и ранее!
   -- Я и не сомневался, -- заметил Каудриал, -- Тоже за пиратство?
   -- А вот и нет, -- обиделся тот, -- Я был здесь по собственной воле! -- наверно все мы выглядели уж слишком изумленными, поэтому Волк не стал мучить нас многозначительными паузами, а сразу продолжил, -- Мне тогда было лет десять, не больше и я мирно жил среди других охотников. Ну, как всегда бывает, поспорили с друзьями, что войду сюда и живым выйду. Не помню, на что спорили, но на что-то дельное, это точно. Короче, вошел я сюда, чуть правее этого леса -- и прям в болото! Все, думаю, каюк. Ан нет, выкарабкался, да не с той стороны, а в Синих Землях, в местечке под названием Ангран. Что делать? Все жители там -- либо бывшие преступники, умудрившиеся выжить, идя через Волчий лес, либо местные жители. Причем, если первые были просто преступниками, ну там крыша набекрень и все в этом роде, то вторые и людьми-то не всегда были. Думаете, откуда хафлинги всякие и гномы к нам в Аорти набежали? Оттуда! Только там они все обозлившиеся, заразы, не углядишь -- прирежут на месте. Да и люди простые такими были, что и вспомнить страшно, -- Волка аж всего передернуло, -- Но из города нельзя -- в лесу оборотни, упыри, людоеды и все такое. Вот и выбирай: погибнуть смертью храбрых в лесу, али в городе притереться. Я еще тогда не дурак был, остался в Ангране. Знал бы, что мне перетерпеть придется, уж лучше бы в лесу сгинул, но поздно было. Взялся я тогда работать в одной таверне конюхом. Неделю поработал и сбежал к черту: а то что ни посетитель -- то либо маньяк какой, либо извращенец! Все ж мне повезло: жил там на окраине старичок один лесовичок, все меня в ученики звал. Ну, я и пришел!
   -- И стал его учеником? -- не выдержав, прервала я его. Волк в ответ обнажил зубы в пакостном оскале.
   -- Ага, прямо-таки и стал! Я к тому времени уже начал понимать что к чему! Потому как увидел, что старичок котел большой на огонек ставит, так сразу ходу в сарай. А там у него инструмент был: топоры, пилы, молоток, вилы с граблями и так далее. Ну как дедок тот головенку в сарайчик сунул, так я всем этим в него! Думал, сразу преставится, ан нет! Очухался, глазенки покраснели, слюну пустил. Иди сюда, говорит, я сейчас обедать буду! Я не знаю куда деваться, тут глянь, в углу сверло стоит, каким для гвоздей дырки сверлят. Я его хвать, да лесовичку в глаз шарах! -- Волк от нахлынувших переживаний раскраснелся, замахал руками, -- У того мозги из ушей потекли, а все шевелится! Я чуть со страху в штаны не наделал, выскочил в окно, по дороге схватил головешку из костра, что дедок под котелком развел, да кинул ее в тот сарайчик. Там, видать, солома была, вспыхнул, как миленький. А я бегом обратно в таверну и на коленях к хозяйке. Возьмите меня, говорю, обратно! Все делать буду, только чтоб больше к таким лесовичкам не попадаться! Та меня обратно и приняла.
   -- А дальше что? -- нетерпеливо переспросила Аурель, -- Как ты оттуда выбрался?
   -- Как? -- Волк тяжело перевел дух, -- Как-то устроили там гулянку, кажись, на ночь Недобрых Духов прям. Ну, все пошли веселиться, а я, чтоб лишний раз на глаза не попасться, залез на чердак да продрых там до утра. А оказалась, ночью на хозяйку да гостей какой-то оборотень заезжий напал, да не просто там волк али зверь какой, а чудище, каких и не видывали. А коли я один выжил, то знамо я тот оборотень и есть. Собрался весь город с факелами и вилами, да на меня. А что мне делать? Я рванул прям через болота, аж пятки сверкали! Не помню как, но выжил, бежал весь день и ночь, а наутро выбрался на полянку и без сил свалился. Просыпаюсь: матерь родная! Да это ж Аорти! Я чуть не помер от радости. Прибежал обратно к охотникам, они все неделю в шоке ходили: как это парень в Синих Землях сгинул, а живой вернулся! Зауважали меня после, но невзлюбили, как самого умного. Только мне тогда это уж нипочем было! Все одно: жив, а значит так надо! -- закончил Волк, переводя взгляд с одного из нас на другого.
   -- Да-а, тяжелое у тебя было детство, -- высказала я общее мнение, -- Ну ладно, ты здесь, предположим, выживешь, а мы тебе на кой сдались?
   -- Надо, -- твердо сказал Волк, -- Может, я и выживу, да только если с ума сойду или таким, как местные, стану, а я того не хочу. На вас, кое-как, но положиться можно, на других -- нет. А здесь без хоть малой опоры считай все равно что помер. Так что не только я вам нужен, но и вы мне!
   -- Ну раз так, -- серьезно сказал Каудриал, -- То мы принимаем твои проводнические услуги, обещая взамен некоторую помощь, но если мы заметим, что ты решил нас предать...
   -- Понял, понял! -- усмехнулся Волк, возвращаясь к своему обычному язвительному тону, -- А раз мы пришли к такому заключению, родные вы мои, прошу следовать за мной, да быстренько, а то вдруг бяка какая прибежит, да скушать вас захочет!
   Вздрогнув, мы быстренько последовали за Волком.
  
   Мы шли уже где-то часа два, как, наконец, пришли к болоту.
   -- Это и есть Большая Утопленница? -- вздрогнув, поинтересовалась Аурель.
   -- Она самая, -- кивнул Волк, -- А теперь самое главное: ни в коем случае не отходите от меня ни на шаг. Здесь каждое движение может стать последним, да к тому же мало ли кто позарится на нас.
   -- В каком смысле? -- уточнил Каудриал.
   -- В смысле съестного, -- пояснил Волк и уверенно шагнул в глубину топи.
   Болото казалось бесконечно длинным, оно пахло плесенью и прогнившим мясом. То и дело ветер доносил чьи-то вопли, стоны и завывания, от которых кровь стыла в жилах. Меж тем начинало темнеть.
   Над болотом появилась полная луна, зависшая в тяжелых багряных облаках. Какие-то мелкие твари, ползающие по тонкой кромке тины, начали прятаться в свои норки, опасаясь быть раздавленными подходящей тьмой. Однако, пока что ничего на нас не нападало, разве что... Разве что в наводящем ужас шорохе внезапно раздался чрезвычайно ясный и отчаянный крик.
   -- На помощь! Помогите!
   -- Кто-то в беде! -- заметила я, -- Вам не кажется, что следовало бы помочь?
   -- Ты с ума сошла? -- Волк схватил меня за локоть, -- Да ты знаешь, кто это кричит?
   -- А кто бы не кричал! -- я резко выдернула руку, -- Ему нужна помощь! Может быть, он тонет там, а мы тут ничего не делаем! Я, конечно, понимаю, что тебе все до фени, но я не такая!
   -- Правильно, Победительница, так его! -- поддержал меня Каудриал, -- Вперед!
   И мы бросились вперед, невзирая на вопли Волка. К счастью, туда, где слышался крик, вела еле приметная тропинка, поэтому мы не завязли. Перед нами замелькал колючий низенький кустарник, раздвинув который мы увидели такую картину: по пояс в вязкой тухлой жиже стоял старик и молодая девушка. Оба были до неузнаваемости измазаны тиной и их длинные волосы закрывали лица, мешая крикнуть как следует. Завидя нас, люди явно приободрились.
   -- Спасите! -- простонала девушка.
   Не мешкая, я встала на колени и, схватив валяющуюся близ меня ветку, протянула ее девушке. Та вцепилась в нее что было сил и начала миллиметр за миллиметром подтягиваться к берегу, как вдруг...
   -- Да ты что, очумела совсем?! -- Волк резким движением выбил у меня из рук ветку и оттащил подальше от людей. Увидев его, те испустили очередной вопль отчаянья.
   -- Неужели вы не спасете нас? -- отчаянно вскрикнул старик, погружаясь еще глубже.
   -- Нет, -- ответил Волк, и было в его голосе что-то такое, что эльфы, бросившиеся было на помощь вместо меня, остановились и замерли в ожидании. Я же рванулась снова и почти высвободилась, но Волк шандарахнул мне рукой по шее с такой силой, что я потеряла равновесие.
   -- Убирайтесь прочь, -- твердо сказал он, -- Я знаю кто вы такие!
   -- Но та милая девушка об этом и не подозревает, -- заметил старик, -- Отдай ее нам, и мы отпустим тебя и эльфов!
   -- Нет, -- снова сказал Волк. Тут девушка, до сих пор еле-еле держащаяся на плаву, прыгнула и вырвалась из плена воды. Аурель испустила облегченный вздох, но тут же испуганно вскрикнула и отпрянула поближе к Каудриалу. И было из-за чего! Легкий ветерок откинул прядь волос со рта девушки и под ней обнаружилась длинная, абсолютно безгубая щель, из которой торчали мелкие, острые как иглы зубы. Меж ними шевелился синюшный распухший язык. Существо протянуло к нам скрюченные пальцы, оканчивающиеся кривыми когтями и жалобно закричало.
   -- Кто это? -- шепотом спросила я.
   -- Упырь, -- также шепотом ответил Волк, -- Болотный вампир, нечисть, питающаяся плотью и кровью утонувших в болоте. Они зазывают своих жертв криками о помощи, а потом топят и пожирают. Мне уже доводилось с ними встречаться. Если мы будем стоять на тропке, она к нам не подойдет: упыри не могут ходить по твердой земле.
   И правда: подойдя к тропинке, существо остановилось и снова завопило.
   -- Пойдем отсюда, -- предложил Волк. Мы разом повернулись и медленно пошли назад. Больше ни на какие вопли мы не откликались.
  
   Мы двигались, не останавливаясь, всю ночь и к рассвету покинули болото. Вокруг шелестел мрачный лес, показавшийся нам таким родным и знакомым. Аурель повеселела, а Каудриал умудрился поймать кролика, которым мы слегка перекусили, после чего пошли дальше. Волк честно предупредил нас, что идти еще целый день и ночь и лучше не расслабляться. Но прохождение болота, по-моему, на всех нас подействовало облегчающе, поэтому, когда впереди забрезжил свет и показался невзрачный, выложенный из неотесанных бревен домик, даже Волк пришел к выводу, что там можно остановиться и передохнуть.
   -- Там, скорее всего, живет лесник, -- сказал он, -- Это обычные люди, заботящиеся о том, чтобы лес не поглотил в себе всех идущих в Ангран.
   И он оказался прав. На стук нам открыл маленький сухенький мужичок, седой как лунь, но еще довольно молодой (лет под сорок). Он был одет в засаленную кожаную куртенку и льняные штаны, а на ногах красовались большие лапти.
   -- Милости просим! -- добродушно заулыбался тот, завидя нас, -- Давненько у меня не было гостей! Сейчас я приготовлю что-нибудь покушать, а вы пока расскажете, как там дела в Аорти! Будьте, как дома, путники!
   Доверившись мужичку, вы зашли в домик и расположились на лавочке. Из маленькой печурки немедля появился горшок каши, вяленое мясо, всяческая зелень и кувшин парного молока. Так как мы слегка оголодали, то с благодарностью набросились на всю эту снедь, а мужичок уселся в уголке и принялся что-то нам рассказывать.
   -- Вот вы все ходите туда-сюда, по свету путешествуете, а я как прижился здесь, так и живу иже лет десять. Мне тут хорошо, коровенку завел себе, огородик маленький. Сначала думал, помру я здесь, волки загрызут, нелюди сожрут, ан нет! Нелюдь суды не суется, авось боится, а волки -- они-то что? Сначала приходили, выли под окнами, но я их опосля подкармливать начал, они и сдружились со мной. Таперича, ежели какая гадость суды забредет, волки-то мои враз ее прогонят! Вот так-то!
   -- И часто к тебе волки приходят? -- поинтересовался Каудриал.
   -- А каждый день, -- сказал мужичок, -- Знаете, вам бы лучше денек у меня отдохнуть! А то дальше опять нечисть изо всех углов полезет, а у меня тут тихо, мирно.
   -- Уговорил, -- решился Волк, -- Нам действительно надо отдохнуть, оклематься. Но день мы тут сидеть не будем, а вот часиков пять, пожалуй, соснем!
   -- И то дело, -- согласился мужичок, -- Девицам я эвон на полатях постелю, а ты с эльфом иди вот туда. Там в углу солома навалена, как раз хорошо будет.
   Мы так и сделали. Каудриал немного помялся, решая, следует ли ему по положению ложиться спать на солому, но иного выхода не было, поэтому он принял предложение мужичка. Уже засыпая, я услышала, как хлопнула дверь, но не придала этому значения: мало ли, куда мужичок пошел -- в огород или корову свою доить.
   Разбудил нас волчий вой. Я резко вскочила, хватаясь за меч, и похолодела: Оникудаки не было на месте. Остальные стояли рядом с такими же бледными рожами и оружия не было ни у кого.
   -- Потеряли что? -- раздался рядом паскудный голосок мужичка, мы повернулись к нему и заметили длинные вилы, нацеленные прямо Аурель в живот. Каудриал было бросился вперед, но мужичок предупреждающе качнул вилами.
   -- Не-не-не! -- произнес он и ехидненько захихикал, -- Не надо! Я к вам по-добренькому, а вы как?
   -- Что тебе надо? -- хрипло сказал Волк.
   -- Как что? -- восхитился мужичок, -- Друзья пришли! Кушать хотят! Пойдем в лес скорее!
   И, подталкиваемые вилами, мы вышли на крыльцо. Лучше бы мы этого не делали! Все пространство, которое мог определить простой человеческий глаз, было заполнено волками, лесными кошками, волками, рысями и еще раз волками, которые смотрели на нас, жадно облизываясь и скаля зубы.
   -- Сейчас-сейчас, -- бормотал мужичок, сгоняя нас с крыльца, -- Кушайте, друзья, кушайте!
   -- Елки-палки, -- пробурчала я.
   -- И что теперь будем делать? -- холодно поинтересовался Каудриал.
   -- Снимать штаны и бегать? -- предположила я.
   -- Лично я в состоянии отбиться от парочки этих симпатичных зверушек голыми руками, -- заметил Волк, -- Но уж слишком много этих очаровашек!
   -- Как бы то ни было, -- кивнула Аурель, -- Приступаем!
   Но приступить нам так и не удалось. Едва-едва хищники оскалили свои клыки, как вперед выскочила здоровенная палевая рысь, загородив нас своим телом.
   -- Рар-р-р! -- высказала она окружающим.
   -- Ур-р-ряу! -- огрызнулся на нее матерый леопард-альбинос.
   -- Мр-р-ра-а-а! -- философски заметила рысь и, повернувшись ко мне, продолжила, -- Все в порядке, наши сказали, что вас не тронут. Эй, Победительница, ты что, не узнала меня?!
   -- Хм... Рысь? -- озарило меня, -- Это ты?
   -- Нет, блин, дикая собака динго в кимоно сорок пятого размера! -- усмехнулась Рысь, -- Ну, хрен ли вы тут стоите, пошли в хижину, что ли! Лесник, конечно, козел тот еще, но вот бормотуха у него элитная!
   -- А... а разве рыси пьют? -- подала голос Аурель.
   -- Ну нет, закусывают только! -- открыто ухмыльнулась Рысь, -- Ты что, оборотней никогда не видела?
   -- Нет, -- призналась полуэльфка. Рысь сочувственно покачала головой.
   -- Да-а, странные люди эльфы... А-а, неважно, пошли!
   Мы вернулись в лесникову избушку (я не преминула дать мерзкому мужичонке подзатыльник) и расположились за столом. Вслед за нами вошли еще тот самый леопард, лесной кот с наглым взглядом и годовалый волк-одинец, которые вернули себе человеческий облик едва переступив порог. Рысь тоже приняла изначальную форму. Я опишу, как это выглядело: сначала у оборотней с хрустом вправились суставы, кости где надо укоротились или удлинились, принимая людской вид, и, в конце концов, они выбрались из звериных шкур, разрывая из у глотки. Упавшие шкуры мгновенно скукожились и потемнели, а обнаженные оборотни спокойно уселись на лавку, совершенно не стесняясь своей наготы.
   -- Вы сбрасываете кожу всякий раз после перевоплощения? -- поинтересовался Волк.
   -- Ага, -- кивнула Рысь, -- Смена кожи требует больших затрат сил и энергии, поэтому мы стараемся находиться подолгу в каком-нибудь одном облике, пока это возможно... Но, Победительница, ты не представила мне своих друзей!
   -- Пожалуйста. Эти эльфы -- Каудриал и Аурель, а вон тот мрачный тип -- Волк, наш проводник.
   -- Очарован, леди! -- Волк галантно склонился к руке Рыси, -- На старом языке ваше имя звучит как Эмери, не так ли?
   -- Да, -- согласилась Рысь, несколько смущенная таким обращением к себе, -- А ваше...
   -- Я предпочитаю, чтобы меня называли просто Волком, -- заскромничал тот, -- Мое имя не так благозвучно звучит по сравнению с вашим, леди!
   -- Меня еще никто не называл леди! -- вдруг зарделась Рысь, -- Это так мило!
   Но я-то понимала, что Волк называет грязную и ободранную Рысь "леди" только из чувства собственной язвительности, поэтому исподтишка показала последнему кулак, чтоб тот особо не распускался.
   -- Именовать вас "леди" делает мне большую часть! -- рассыпался в комплиментах бывший пират и охотник, абсолютно меня игнорируя, -- Позвольте предложить вам этот стул, леди Эмери!
   -- Позволяю, -- Рысь элегантно села, вперив свой взгляд в Волка, который в свою очередь бесстыдно разглядывал обнаженную Рысину фигурку, но тут многозначительное покашливание со стороны остальных оборотней вернуло девочку к реальности, -- Ах да! Это Саам, Гартрид и Лой, наши вожаки. Они пришли проверить, правда ли вы не представляете опасности для племени оборотней или нет. Вы ведь не представляете опасности, да?
   -- Конечно нет, -- заверил всех Каудриал, -- Напротив, мы даже безобиднее, чем сами думали. Сейчас я расскажу вам нашу историю и вы все поймете!
   Пока полуэльф занимал рассказом оборотней, я потихоньку наблюдала за Рысью и Волком. Бывший пират, казалось, откровенно издевался над девочкой: делал ей вдохновенные комплименты, бодро рассказывал о каких-то своих бредовых похождениях и незаметно подливал ей крепкое калиновое вино, щедро предоставленное лесником, явно задавшись целью ее споить. К счастью, Рысь после последней нашей вечеринке в Орше, явно поднабралась силенок -- выхлестав две бутылки наливки, она принялась за третью без малейших признаков алкогольного опьянения. Однако, раз Волк вознамерился что-то сделать, он это сделал, и к тому моменту, когда Каудриал окончил свой рассказ, глаза юного оборотня начали подозрительно блестеть, а улыбка превратилась в неестественную расползающуюся гримасу.
   -- Если ваша история правдива, нам действительно нечего вас опасаться, -- задумчиво произнес Гартрид, который ранее был леопардом-альбиносом, в человеческом облике альбиносом и оставшийся, -- мы даже поможем вам добраться до Анграна, а то кто еще вам встретится, но...
   -- Что "но"? -- уточнили мы хором.
   -- Но придется вас испытать на правдивость, -- закончил предложение Саам, -- Если вы пройдете испытание, мы вам поможем, если же нет...
   -- Мы вас съедим, -- плотоядно оскалился Лой. После этих слов вожаки встали, молча перекинулись обратно в животных и удалились вместе с лесником, даже не захватив с собой осоловевшую Рысь.
   -- И пошли они! -- отмахнулась та в ответ на мое замечание, -- Я лучше с вами останусь! Ты мой друг, эльфы тоже прилично выглядят, а Волк вообще самый воспитанный человек из тех, которых я знала! К тому же он друг Кромола, а на того можно было положиться, несмотря на то, что он был охотником.
   -- Волк тоже охотник, -- сообщила я.
   -- И ты тоже. Странно: чем больше я знаю охотников, тем больше они мне нравятся! -- заявила мне Рысь, громко зевнула и полезла на лесовикову печь отсыпаться. Эльфы куда-то потихоньку удалились, а Волк было последовал за юным оборотнем, но я остановила его, дернув за рукав:
   -- А ты это куда собрался?
   -- К девушке! -- широко улыбнулся Волк, -- А ты, заюшка, что, ревнуешь?
   -- Нет, просто мне интересно, с каких это пор ты стал зоофиликом? -- возразила я.
   -- Кем-кем? -- возмутился Волк.
   -- С чего это ты вдруг такой вежливый с Рысью стал? -- не среагировала я, -- С последнего ума сошел? Да я, если бы сама не слышала, ни за что не поверила бы, что ты такие слова вежливые знаешь!
   -- А вот знаю, -- усмехнулся Волк, -- Понимаешь, пупсик, у меня много талантов. А что до леди Эмери, так может, я, наконец, понял, что такое любовь и хотел испытать это высшее чувство вместе с ней!
   -- Сказала бы я, что ты с ней испытать хочешь, но меня учили не говорить таких неприличных слов, -- буркнула я, -- Короче, слабо тебе!
   -- Мне слабо? -- обиделся Волк, -- Мне слабо?! Нет, мне слабо??? Ну, знаешь ли... На что спорим?
   -- На это не спорят, собака ты бесчувственная! -- разозлилась я, -- Хочешь девочке всю жизнь испортить?
   -- А может, наоборот? -- заговорщически подмигнул мне охотник, -- Кто знает, что надо от жизни молодой, неопытной, но полностью созревшей рыси? Ты видела ее взгляд, когда она смотрела на меня? Эти блестящие глаза, эти вызывающе приоткрытые губы, эти...
   -- Ниже не надо! -- пресекла я его воспоминания.
   -- Стесняешься или завидуешь? -- мягко улыбнулся мне Волк.
   -- И не надейся! -- презрительно хмыкнула я.
   -- А может, и то, и другое? -- продолжал напирать Волк, -- Помочь тебе расслабиться? -- он почти ласково опустил руки мне на спину. К моему удивлению, он оказался весьма хорошим массажистом, и мои косточки благодарно захрустели.
   -- Приятно? -- я кивнула, -- А потом, вместо того, чтобы кричать друг на друга, мы можем уединиться на мягкой соломе и заняться кое-чем еще более приятным, -- быстро шепнул он мне на ухо. До меня не сразу дошло.
   -- Да что ты о себе возомнил! -- прошипела я, вскакивая, -- Я тебе кто, девушка легкого поведения?!
   -- А кто тебя знает! -- счастливо расхохотался этот гад, отпрыгнув, -- Но согласись, козленок мой, Рысь клюнет на это, как миленькая!
   -- Ты только попробуй... -- угрожающе начала я, но Волк вдруг посерьезнел, -- И что? Что ты мне сделаешь? Ты даже убить меня не сможешь! В прошлый раз тебе просто повезло, но в следующий раз я не буду давать тебе таких поблажек! Думаешь, не справлюсь? -- Волк в мгновение ока оказался возле меня, повалил на землю и сел мне на живот, схватив за руки и придерживая ступнями мои ноги, дабы я не порывалась его долбануть.
   -- Ты, ведь, считаешь меня таким мерзавцем да? -- усмехнулся он, -- Почему? Пушистик мой, да я еще и не начинал быть таким мерзавцем, как ты думаешь! А вот как начну, так ты сразу взвоешь! Знаешь, мы, люди, умеем быть оч-чень мерзкими!
   Я молча попыталась его укусить. Волк лениво дал мне по зубам и, не рискуя лишиться последних, я прекратила попытки.
   -- С чего бы мне начать? -- задумчиво проговорил охотник, -- Проявить свой садизм и помучить тебя, -- он оскалился, -- Или показать все-таки, насколько ты мне нравишься? На физическом примере? Жаль, что в примеченной мною сарайчике скорее всего обосновались твои друзья эльфы, но это нас не остановит, верно? -- и он легонько укусил меня за ухо, -- Скажи мяу!
   Я повернулась и сказала ТАКОЕ... Матросы и уличные торговки в благоговении склонили бы передо мной колени, услышь они сей монолог. У Волка изумленно вытаращились глаза и отвисла челюсть.
   -- Никогда не думал, что бабы умеют так выражаться!
   -- А все потому, что ....., ..... ....! -- ответила я.
   -- Здорово! -- искренне восхитился тот, -- И что? Думаешь, это меня остановит?
   Больно сжав мои запястья, он склонился ко мне, я ощутила его горячее дыхание и уж подумывала, не заорать ли мне, как услышала вялый голос:
   -- Блин протухший, чего ж вы все шумите и шумите? -- и сонная Рысь скатилась с печи.
   -- Прости нас, леди Эмери, мы больше не будем, -- Волк в одно мгновение оказался близ Рыси, -- Просто Победительница упала, а я помогал ей стать.
   -- Падать вредно для здоровья, -- глубокомысленно проговорила оборотень.
   -- Ты как всегда права, -- очаровывающе улыбнулся ей Волк, -- Может быть, Победительница, тебе пока стоит отдохнуть перед тем испытанием, которое предоставят нам вожаки местных оборотней, а мы с леди Эмери пока пойдем подышим свежим воздухом?
   Я безразлично пожала плечами. Мне пришло в голову, что в последнее время на мои плечи сваливаются сплошные испытания...
  
   Итак, в назначенный час (а именно первый ночной час следующего дня) все были в сборе -- появились вожаки оборотней и мы приготовились к испытанию.
   Лил дождь, однако Саам, нарвав березовой коры и веток, поджег их: они вспыхнули ослепительно синим пламенем, которое бывает только в насыщенных газом местах; возможно, это горела сама почва. Рысь с помощью Волка и эльфов расчистила от мусора место вокруг костра, в образовавшийся круг вошел Лой и, произнося медленным речитативом гортанные слова, начал насыпать в огонь какие-то порошки и травы, от которых воздух запах сиренью и горным миндалем. В голове появился глушащий другие звуки шум, ноги сковала усталость и уже все, не взирая на сырость, опустились на землю, покачиваясь в ритме слов, задаваемым Лоем. В руках Рыси и Гартрида откуда-то появились продолговатые барабаны, Саам начал вторить Лою, и вскоре, зачарованные резким непонятным ритмом, мои глаза закрылись, и я отдалась во власть барабанного боя.
  
   "...Я бежала по густому, пахнущему свежей травой лесу. Влажный мох приятно холодил подушечки моих лап, мускулы переливались под глянцевой серой шерстью, мне было весело и легко. Но что это? В нос резкой волной ударил будоражащий кровь, мускусный запах кролика. Вот он, я вижу его, маленький серый холмик, шевелящий тонкими ушами, настолько тонкими, что в них видны сосуды, несущие алую жидкость к сердцу. Он тоже почуял меня. Вот он вздрогнул, повел вечно дергающимся носом, встал на задние лапки, обводя окрестность чуть раскосыми глазами. Я навострила уши и нырнула в высокую душистую траву. Кажется, не заметил. С каждым ударом сердца мне становилось все веселее, мой хвост то и дело норовил вильнуть, тогда как любой шорох сейчас спугнул бы зверька. Но вот он снова сидит и спокойно щиплет мягкие побеги какого-то куста. Теперь можно! Я бросаюсь к нему, выпрыгивая из-за высоких цветов, неожиданно, и сердечко маленького зверька на миг замирает, прежде чем он понимает, что надо бежать. Поздно. Неловкая попытка спастись бегством -- и я настигаю серый комочек, безжалостно вонзаю в него свои великолепные зубы, и теплая жидкость льется в мое разгоряченное охотой горло..."
  
   Я очнулась, и странное давление внутри головы тотчас пропало. Что со мной было? Сейчас я лежала близ затухающего костра под умирающим дождем и никак не могла прийти в себя от яркого, точно загоревшийся от молнии уголек, воспоминания. Я приподнялась на локтях и огляделась. Все мои товарищи, а именно эльфы (и Волк) лежали в распростертых позах, как и я до недавней поры, и глаза их были закрыты. Лой, Саам и Гартрид сидели рядом, скрестив ноги и положив ладони на колени, а взгляды их были устремлены в бесконечность.
   -- Они смотрят ваши сны, -- тихо сказал кто-то за спиной, я обернулась и увидела насквозь промокшую рысь, неловко разминающую затекшие ноги, -- Я тоже смотрела сны, -- продолжила она, -- Но почувствовала, что ты просыпаешься и решила последовать твоему примеру.
   -- Что это было? -- спросила я у нее.
   -- Лой низложил на вас Сон Зверя, -- объяснила оборотень, -- Он достигается при помощи сочетания запахов определенных трав и специального настроя членов церемонии. Но только трое избранных вожаками имеют право точно знать состав.
   Ясненько, это был простой бред, вызванный галюциногенными травами и помноженный на природную магию оборотней.
   -- И что ты можешь сказать? -- уточнила я, -- Мы прошли испытание?
   -- По-моему, да, -- помявшись, решила Рысь, -- Не могу точно сказать про остальных, я следила конкретно за тобой, но в твоем Сне Зверя не было ничего такого, что могло бы нам угрожать. Ты ведь была волчицей, так?
   -- Кажется да, -- подумав, кивнула я. Через пару минут я встала, сбегала в избушку лесника и принесла плащ продрогшей Рыси. Вскоре начали просыпаться и остальные, за которыми последовали вожаки стаи.
   -- Поздравляю, все вы прошли испытание! -- торжественно сказал Гартрид, -- Я, правда, немного испугался за Каудриала, когда тот почувствовал себя горным львом, но все обошлось. Вы говорили правду о своей безобидности, и мы поможем вам!
   И они действительно помогли. Сразу же после испытания нам вернули наше оружие, и мы двинулись в сторону города. Все то время, которое мы шли до него, нас не потревожила ни единая нечисть, ни один человек и ни один зверь. Нас провожали помимо Рыси пять молодых и сильных оборотней из стаи и саам, взявшийся проверить нашу сохранность. По дороге Волк и Рысь окончательно сдружились, что благотворно подействовало и на первого, и на последнюю. Если Волк, пообвыкнув уважительно относиться к Рыси, стал менее язвителен и к остальным, то Рысь, которой Аурель нашла опрятный костюм, переделанный ею из честно экспроприированной у лесника одежды, наконец, приобрела эстетичные человеческие черты поведения, относительно утратив сходство с той нечистью, что вылезла из леса и с той девушкой, которую я спасла из костра. Хотя, возможно, она просто выросла.
   Вот уже прошли должные сроки, мы подошли на Аксимально возможную близость к Анграну, и настала пора расставаться. Мы как раз вышли на опушку леса и далеко-далеко впереди себя увидели высокий частокол стены, окружающий город.
   -- Дальше нам нельзя, -- сказал Саам, -- Если люди нас увидят, они попытаются нас убить. В Ангране ненавидят нечисть!
   -- Тогда давайте прощаться, -- предложила я. Остальные кивнули.
   -- Нет! -- вдруг вырвалась вперед Рысь, -- я не хочу прощаться, я пойду с вами!
   -- Ты что? -- искренне удивился Каудриал, -- Тебя же убьют там, в Ангране!
   -- Не обязательно, -- заявила оборотень, -- Не убили же меня в Ин-Грате!
   -- Да ведь я тебя с костра еле успела стащить! -- возмутилась я, -- А вдруг в этот раз не успею?
   -- Ну и пусть, -- решительно махнула головой Рысь, -- А может... может вам не стоит идти в Ангран? Зачем? Останьтесь на отведенный вам срок у нас в лесу, вас здесь никто не тронет...
   -- Но Эмери, -- Саам положил руку девочке на плечо, -- Они не оборотни, им нужно место, где спать, приготовленная на огне пища, чтобы есть, а условия жизни в лесу хороши, но все же не для всех.
   -- Но, Победительница, ты же рассказывала, что охотники тоже жили в лесу! -- Рысь подняла на меня полные слез глаза.
   -- Мы жили в поселении, Рысь, -- объяснила я, -- У нас были шатры, рядом находилось чистейшее озеро, а люди Ин-Граты всегда готовы были продать нам свои товары, -- вообще-то я понимала, что могла бы и остаться с юным оборотнем, но почему-то остро чувствовала, как и тогда, в Темном Лесе, что меня здесь ничто не ждет. А Рыси идти с нами опасно.
   -- Ладно, -- тяжело вздохнула та, -- Тогда прощай, Победительница! Не думаю, что встречу тебя еще раз, поэтому желаю тебе удачи, что бы ни было твоей целью!
   -- Спасибо, -- я горячо обняла оборотня, -- Желаю тебе того же, Рысь!
   -- Теперь мы, -- сказала Аурель, и они с Каудриалом подошли к девочке, -- Прощай, Рысь, но помни о нас, -- мягко проговорила полуэльфка, -- А на память я подарю тебе вот это, -- она сняла с пальца небольшое темное кольцо, которое даже Волк, будучи еще капитаном галеры, не смог снять, и одела его оборотню на палец, -- Без твоего желания никто не сможет его снять, -- добавила она.
   -- Спасибо тебе! -- восхищенно пробормотала Рысь.
   -- Теперь я, -- выступил вперед Каудриал, -- Мне нечего тебе подарить, но я обещаю, что как только я стану королем Неорины, я разрешу оборотням беспрепятственный вход в свою страну. Возможно, мы еще увидимся!
   -- Я надеюсь! -- просияла Рысь, а потом, снова погрустнев, обернулась к Волку, -- Что ж, прощай и ты!
   -- Как это "прощай"?! -- неожиданно возмутился тот, -- Котенок мой, а что, разве я куда-то ухожу?
   -- А разве нет? -- недоверчиво переспросила Рысь.
   -- Нет, -- улыбнулся Волк, -- Я обещал Победительнице и эльфам только ПРОВОДИТЬ их до Анграна, но о том, чтобы ОСТАТЬСЯ и дальше с ними и речи не было! Я принял собственное решение и хочу остаться здесь, с тобой!
   -- Но людям нужен город... -- начала Рысь, еще не веря в свое счастье.
   -- А я тут кой о чем поболтал с твоим вожаком, -- Волк дружески подмигнул Сааму, -- И он любезно рассказал мне, что оборотнем рождаться необязательно. Существует некий Обряд Укушения, после которого я стану таким же полноправным оборотнем, как и ты. К тому же во Сне Зверя мне очень понравилось быть настоящим волком, -- усмехнулся он, -- Поэтому прощаться я буду не с тобой, а со своими дорогими друзьями, -- он шутливо поклонился в нашу сторону.
   Сначала я не поверила своим ушам. Волк? Останется с оборотнями?! Сам, без принуждения???
   -- Похоже, Рысь действительно приглянулась нашему приятелю, -- весело хлопнул меня по спине Каудриал, -- А ты все не верила!
   -- А я и сейчас не верю, -- улыбнулась я, -- Впрочем... Возможно, Волк и прав: здесь, в лесу среди оборотней ему самое место. А если его так называемые комплименты радуют Рысь, так я обеими руками "за"!
   -- Почему это "так называемые"? -- обиделся Волк, -- Если я тебя называл зайкой и лапочкой, это не значит, что я так не думал!
   -- Ну-ну, -- ошарашено пробормотала я.
   И мы с полуэльфами двинулись по направлению к городу, а оглянувшись, я увидела Волка и Рысь, стоящих рядом, и белые волосы переплетались с рыжими в порыве теплого ветра.
   -- Одного я не понимаю, -- задумчиво пробормотала Аурель, -- Если она перекидывается в рысь, а он будет перекидываться в волка, то какими у них будут дети?
  
   Ангран, как оказалось, больше всего походил на большую деревню, нежели город. За острым частоколом (осиновым, как оказалось) находилось около ста деревянных скособоченных домиков, причем от силы только пять или шесть из них были двухэтажными. Улицы были залиты помоями и коровьим навозом -- видимо, правила гигиены были тут не в милости. По редким чахлым огородикам бродили облезлые курицы, тощие коровы и плешивые овцы. Пара собак пронеслась за кошкой, к хвосту которой был привязан какой-то мусор. Одна из собак остановилась обнюхать валяющегося в подворотне и, кажется, гниющего, пьяницу, как тот, быстро выбросив руку, схватил зверя за шею. Раздался хруст сворачиваемой шеи и торопливое чавканье. Аурель брезгливо отвернулась.
   -- Лучше бы мы в лесу остались! -- высказал Каудриал общее мнение.
   Стараясь не наступать на кишащие червями помои, мы направились к единственной таверне, видимой вблизи -- "Кипящий котел". Она худо-бедно была выложена из заплесневелых камней, но дверь выглядела относительно чистой. Близ нее блевал какой-то мужик, мы осторожно обошли его стороной.
   Пол в таверне был завален пропахшими пивом и мочой опилками. На столе дрыхла очередная кошка, возле которой вились полчища мух (по крайней мере, я очень надеялась, что именно дрыхла). Мы осторожно сели за обшарпанный столик.
   -- Заказывать что-нибудь будете? -- к нам подошла хозяйка таверны, грузная женщина с грязными патлами и в засаленном фартуке.
   -- Да, нам, пожалуй, мяса, каши какой-нибудь и хорошего вина, -- заказала я.
   -- Вина нет, пиво будете? -- пожала плечами хозяйка.
   -- А оно хорошее? -- вмешался Каудриал.
   -- Лучше во всем городе не сыщете! -- хрипло расхохоталась женщина, -- Впрочем, его боле нигде и не продают!
   -- Тогда давайте какое есть, -- покорно согласился полуэльф.
   -- А деньги у вас есть? -- недобро покосилась на того хозяйка.
   Деньги, к счастью, у нас были -- король Лабра соблаговолил выбросить вместе с нами в Синие Земли все наши вещи, даже не удосужившись посмотреть, что в них; а капитан Хряк, прощаясь с ними, щедро отвалил чуть ли не половину бывшего Волковым богатства. Увидев деньги, хозяйка заметно повеселела, и заказ не замедлил последовать.
   К моему удивлению, посуда была практически чистой, а еда даже вкусной. Мы с наслаждением вгрызлись в мясо, одновременно приглядываясь к творящемуся в таверне.
   А творилось там вот что: человек пять или шесть, мужиков явно разбойничьего вида, с хохотом выкатили на середину таверны бочку с протухшей брагой, отбили ей крышку.
   -- Ты, кажись, хотела с нами выпить! -- кричал один из них, -- Тогда пей, холера тебя дери!
   С этими словами мужики бултыхнули в бочку какое-то мелкое лохматое существо. То завопило и попыталось вылезти, но получило палкой по макушке от самого толстого бандита и, хлюпнув, снова погрузилось в брагу с головой.
   -- У-у, нелюдь окаянная! -- вопили мужики, -- Набежали тут гоблины всякие с хафлингами да гномами и еще чего-то требуют! Вот мы тебя!
   Да, правы были оборотни, действительно, не любят здесь нечисть, и еще как не любят! Даже такую безобидную. Хотя безобидную ли? Ведь единственный хафлинг, который пришелся мне по душе, была... Ози???!
   -- Шпашите! Помогите!! -- вопило мокрое взлохмаченное существо.
   -- Каудриал! Аурель! -- вскрикнула я, -- Да там же мою знакомую мочат!
   -- Поможем? -- предложил Каудриал.
   -- В смысле: ей поможем или мочить поможем? -- вяло пошутила Аурель, но мы с полуэльфом уже ринулись к бочке.
   -- Стойте! -- прокричала я, вытаскивая на ходу Оникудаки, -- Прекратите!
   Все резко замерли и молчаливо уставились на меня. Только один бандит тихонько придерживал голову хафлинга под слоем браги. Аурель ребром ладони рубанула его по руке, та повисла плетью, разбойник взвизгнул, как раненый поросенок, а Ози наконец-то получила шанс вдохнуть свежего кислорода.
   -- Тебе чего? -- хмуро сказал один из бандитов, -- Жить надоело?
   Краем глаза я заметила, что остальные обыватели таверны начинают потихоньку подтягиваться поближе к нам, доставая из-за поясов ножи, топоры и другую рубяще-режущую утварь. Отступать было поздно.
   -- Что вам сделала эта хафлинг? -- жестко поинтересовалась я.
   -- Она нелюдь, и энтим все сказано, -- сказала хозяйка, стоявшая тут же. В ее руках я заметила тесак для разрубания мяса.
   -- Вы уздеся, в Синих Землях, новенькие, да? --0 неожиданно спросил какой-то мужик с таким лицом, как если бы по нему хорошенько съездили лопатой, -- Лады, все понимаем. Тока нелюдь энта -- вражина людская и треба ее умертвить, дабы другим соваться сюды неповадно было. Усекли?
   -- Но она же совершенно безобидная! -- возмутилась Аурель.
   -- А ты помалкивай, отродье эльфийское! -- окрысился на нее бандит, -- Мыслишь, мы не подметили, аки ты сама нечисть подколодная?! Вот и вступаешься за энтаких же, как сама, тварей. Чудно, как тока девка с вами в братии очутилась!
   -- Слышь, девка! -- сально усмехнулся другой бандит, -- Скажи имя-то свое, чтоб было что на могилке нацарапать!
   -- Меня зовут Стайа, только укажут то не на моей могиле, а в твоей эпитафии! -- не знаю, почему в этот раз я назвалась не Победительницей, а Стайей, возможно, это имя меня просто больше радовало, а возможно вмешался Его Величество Случай, но сие сочетание звуков произвело определенное действие: от стойки отделился какой-то странный тип и направился к нам. Он был одет в длинный черный балахон, капюшон которого был надвинут на самые глаза; на ногах его красовались черные кожаные сапоги, а на руках -- черные же перчатки. Вот он откинул капюшон, и обнаружилось смуглое скуластое лицо со щетинистым подбородком и бледными узкими губами. Под черными бровями вразлет сверкали неожиданно яркие и светлые глаза цвета стали, они блестели тем лихорадочным огнем, который бывает только у смертельно больных, да еще у людей, жаждущих чьей-то смерти. В толпе зашелестел шепот: "Вед, вед, это вед". Я вспомнила, кто такие есть веды и мысленно вздрогнула.
   -- Твоя болтовня совершенно не радует меня, человек, -- свистящим голосом прошелестел вед, голос его был тих, однако все ясно поняли, что он сказал, -- У меня болит душа, когда я смотрю на этих полуэльфов и девушку, мужественно защищающих маленькую нелюдь.
   -- Ты же вед, какая у тебя может быть душа? -- неловко попытался пошутить один из бандитов. Вед слегка шевельнул рукой, и неудавшийся остряк рухнул на пол с тончайшим стилетом во лбу; толпа вздрогнула и отшатнулась подальше от трупа, словно показывая свою непричастность к содеянному.
   -- Кто следующий? -- также тихо спросил вед. Ответом ему было молчание. Едва кивнув мне, вед сказал, -- Возьми свою маленькую нелюдь и следуй за мной. Твои друзья могут присоединиться. Человеку с именем Стайа нечего делать в этой занюханной таверне!
   Я вытащила дрожащую Ози из бочки и последовала за ведом. Эльфы -- за мной. Мы прошли через весь город, остановились у маленького, но аккуратного домика на окраине и вошли внутрь. Первым делом вед разжег большой камин сухими березовыми сучьями и кинул Ози какие-то тряпки, чтобы та вытерлась и переоделась. Затем он жестом предложил нам сесть. Мы сели и выжидательно уставились на него.
   -- Меня зовут Дрейдр, -- первым нарушил тот молчание, -- Я представляю собой служителя одного древнего культа, о котором все уже давно забыли, а если и не забыли, то просто не хотят вспоминать.
   -- Я -- Стайа, а это Ози, Аурель и Каудриал, -- представила я своих спутников, -- Я благодарю тебя за наше спасение и хочу полюбопытствовать -- почему?
   -- Все очень просто, -- пожал плечами вед, -- Когда наш культ все еще был в расцвете сил, в храм нашего бога ворвались предатели, перебили послушников и пленили главную жрицу. Нас осталась жалкая горстка -- человек сорок, не более, но мы смогли узнать, что перед смертью наша жрица поклялась вернуться сюда и отомстить своим врагам. Ее звали...
   -- Стайа, -- закончила я, -- Не надо, я знаю, -- я с неожиданной ясностью вспомнила все свои сновидения, так впечатляющие меня в начале путешествия по этому миру. Может быть... это тот самый мир, где я впервые появилась на свет?
   -- Так ты все же пришла! -- воскликнул Дрейдр, и в глазах его мелькнуло подобие радости.
   -- Да... по крайней мере, мне так кажется, -- решила я, -- Ведь бога звали Ойхо, да?
   -- И будут звать, поверь мне! -- с жаром ответил вед, -- Вернувшись в полуразрушенный храм, Ойхо страшно разгневался, а, узнав о твоей смерти, опечалился. Он сказал, что уходит в иные миры до тех пор, пока ты не вернешься обратно, как обещала. Только тебе он вновь явит свой лик, ибо при жизни ты не успела назначить себе преемницу. Ты же откажешь нам?!
   -- Нет, -- твердо сказала я, -- Я точно знаю, что хочу во всем этом разобраться! -- я оглянулась на эльфов, -- Вы со мной?
   -- Ну, неужели мы останемся в этом поганом городе? -- усмехнулся Каудриал, -- Конечно, с тобой!
   -- И я тоже ш тобой! -- пропищала Ози из своего угла.
   -- Хорошо, -- кивнул Дрейдр, -- Тогда мы выходим завтра на рассвете!
  

* * *

   Я не буду описывать путь в Лаклу -- местечко близ храма Ойхо, скажу лишь, что мы двигались в сторону, противоположную Аорти где-то около двух месяцев. Дорога была скучной и весьма однообразной. Дрейдр попросил меня одеться так же, как и он сам -- во все черное. Так было гораздо теплее, нежели в моей бывшей одежде, что было очень кстати, так как начинало холодать. Моим спутникам Дрейдр торжественно вручил серебряные медальоны, внутри которых скрывался рубиновый глаз -- символ прихожанина. Я смутно вспомнила, что во времена моей прошлой жизни звание прихожанина Ойхо тоже требовалось заслужить, так что можно было бы сказать, что Дрейдр поступил более чем великодушно.
   По пути вед то и дело отлучался -- на час, иногда на два, -- а возвращался всегда не один: за ним следовал молчаливый спутник, такой же вед, как и он; он склонялся передо мной и называл свое имя, после чего присоединялся к нашей процессии. По истечению двух месяцев пути ведов вокруг меня было уже за пятьдесят. Молчаливые, все в черном, смотря на них, я тоже все больше молчала, даже обычно болтливая Ози не приставала ко мне с расспросами, а полуэльфы вообще шли чуть в стороне, говоря о чем-то своем.
   -- А почему вы назвали себя ведами? -- только раз поинтересовалась Аурель у Дрейдра.
   -- А ты не понимаешь? -- чисто искренне удивился тот, -- Веды -- это от слова ведать, а мы и есть последние, кто еще ведает и помнит о великом Ойхо!
   -- Я-ясно, -- протянула Аурель и больше ничего не спрашивала.
   Тем временем мы, наконец, добрались до Лаклы -- городка поменьше Анграна, но почище его, где жили не только бывшие преступники, но и люди, попавшие в Синие Земли по ошибке -- и через нее вышли к подножию храма Ойхо. Храм поражал. Его стены были созданы из темно-розового мрамора, а высокие окна и дверной проем украшала сложная мозаика из костей каких-то древних животных. Над дверью сверху, справа и слева в те же кости были вставлены огромные рубины в форме жестоких, но всепрощающих глаз, которые даже алчная рука мародера не решилась снять. Первый этаж был размером в два обычных; выше него ютились кельи жрецов, которые, впрочем, насколько я помнила, были размером с приличную двухкомнатную квартиру мира, где я родилась в этом жизни, плюс были неплохо обставлены.
   Мы вошли внутрь. Отделка храма была выполнена в любимых цветах бога: черные, словно закоптелые стены, черный же алтарь и красный пушистый ковер под ногами. Я вспомнила, как часами находилась тут, беседуя с Ойхо, как жрецы приносили на этот алтарь свои самые сокровенные жертвы. Для больших, общественных жертв имелся еще один алтарь за храмом; именно он виделся мне в моих сновидениях. Он тогда был разрушен, но, возможно, веды смогли его реконструировать, как реконструировали они сам храм.
   -- Ты помнишь? -- тихо окликнул меня Дрейдр.
   -- Да, -- тихо сказала я, затем оглянулась к остальным, -- Прошу вас выйти из храма, я попытаюсь установить контакт с богом!
   Все послушно вышли, а я уютно уселась близ алтаря и попыталась войти в состояние, близкое к медитации. Прискорбно заметить, но в этой жизни медитация мне никогда не удавалась. Получится ли сейчас?
   Я закрыла глаза, положила руки ладонями на колени и попыталась мысленно унестись в те времена, когда я была Стайей, главной жрицей. Сначала ничего не происходило, но потом я ощутила ТОЛЧОК. Затем ТОЛЧОК повторился, еще и еще раз, перерастая сначала в ИМПУЛЬС, а потом в ПУЛЬСАЦИЮ. ПУЛЬСАЦИЯ все усиливалась и усиливалась, настолько, что я даже не почувствовала момента, когда кто-то ласково коснулся моей руки. Я открыла глаза и увидела ЕГО.
   В тот самый миг мое сознание разделилось на два: уже знакомую вам Сашу и Стайу, главную жрицу великого Ойхо. Сам бог выглядел почти как человек: высок, его кожа была цвета алебастра, клыки, высовывающиеся из нежного рта, казалось, были из чистого золота. Глаза Ойхо как две капли воды походили на те рубины, что украшали дверь храма, а в густых волосах золотистого оттенка изредка появлялись головки золотистых же змеек, лениво шевелящих темно-синими язычками. Саше Ойхо показался весьма любопытным, но жутеньким созданием; Стайа же сочла бога великолепным.
   -- Ты вернулась, возлюбленная жрица моя! -- обрадовано произнес бог, -- Ты нашла в себе силы сделать это!
   -- Скорее уж силы нашли способ вернуть меня, -- заметила Саша во мне, а Стайа добавила, -- Даже эти силы благоволят тебе, о Ойхо!
   -- Я знаю, -- кивнул бог, -- Ты клялась, что, вернувшись сюда, покараешь ту, что заставила тебя лишиться жизни. Помнишь это?
   -- Помню, -- сказала я, а Саша продолжила, -- Но не в моих нынешних правилах убивать людей за их прошлые проступки, хотя, -- заметила Стайа, -- Если бы не память о моей нынешней жизни, я с радостью отомстила бы за тебя, О Ойхо, и за всех твоих погибших жрецов и жриц!
   -- Я понял тебя, -- вновь кивнул Ойхо, -- Я выполню твою невысказанную просьбу. Сейчас я сотру в тебе ту частицу памяти, кою ты получила в этой жизни, и ты вновь вернешься в те времена, когда главная жрица Стайа клялась отомстить!
   И прежде чем Саша во мне успела завопить, что этого делать не надо, бог щелкнул пальцами...
  
   (Дальнейшие события я вспомнила через много-много лет. Очень долго я находилась в полнейшем неведении, но ни веды, ни эльфы не решились мне рассказать об этом. Однако, для полноты рассказа, я привожу сие, произошедшее без контроля меня нынешней).
  
   Я, Стайа, главная жрица великого бога Ойхо, облачилась в торжественные зеленые одеяния и вышла из храма. В глазах остальных жрецов и жриц мелькнуло узнавание, они разом опустились на колени, и даже эльфы и хафлинг, стоящие в отдалении со знаками прихожан, склонили головы в знаке почтения.
   -- Что прикажешь, главная жрица? -- обратился ко мне жрец, имя которого, как я знала, было Дрейдр.
   -- Великий Ойхо вернулся к своим детям! -- объявила я, -- Идите в храм и начинайте вести приготовления! Я вернусь на закате этого дня и надеюсь, что вы подготовите все в должностном порядке!
   -- Будет исполнено, о Стайа, -- склонился передо мной Дрейдр, -- Во имя Ойхо!
   -- Во имя Ойхо! -- эхом откликнулась я.
   -- Во имя Ойхо! -- подхватили все остальные. Я благосклонно кивнул им и двинулась туда, куда звало меня чувство справедливого отмщения. Лакла. Посреди городка уютный деревянный домик с крашенной в синий цвет крышей. Дверь с резной ручкой.
   В полутемной горнице близ стола сидит женщина лет пятидесяти с совершенно седыми волосами. Улыбаясь, она смотрит в окно, в противоположную мне сторону -- на маленькую девочку с пушистыми черными волосиками, играющую во дворе в большой куче песка. Женщина не видит и не слышит меня.
   -- Индихо-ора! -- тихо позвала я ее, мой шепот был тяжелым и свистящим, как у змеи, заглатывающей свою жертву. Та вздрогнула и огляделась -- должно быть уже очень давно ее никто так не называл.
   -- Индихо-ора! -- я еле слышно рассмеялась и вышла из тени. При виде меня та заметно успокоилась: хотя на мне и были одеяния главной жрицы, все-таки мое нынешнее обличие совсем не походило на прошлое.
   -- Ты кто? -- спросила предательница, -- Почему на тебе одежды жрицы культа мертвого бога?
   -- Ойхо не умер, Индихора, -- я улыбнулась, зная, что ту, что сидит передо мной, пугают улыбки: именно с улыбкой нас учат приносить жертвы, с улыбкой же отдаем мы в жертву и себя, -- Это я, Стайа, неужели ты не помнишь меня?
   Она помнила, об этом говорила смертельная бледность, разлившаяся по ее лицу.
   -- Стайа умерла! -- она нашла в себе силы ответить мне, -- с тех пор прошло двадцать три года!
   -- Но я обещала вернуться, -- заметила я, -- Неужели ты не ждала меня, Индихора?
   -- Нет! -- ее голос перешел в крик, -- Убирайся отсюда, кто бы ты ни была! Уходи назад в прошлое! Сгинь!
   -- Индихора, -- мой голос был полон мягкой укоризны, -- Как ты можешь просто так выгонять из дома свою старую подругу? А ведь я еще не познакомилась с твоей... дочерью? Нет, внучкой!
   -- Не трогай Ромашку! -- завопила женщина.
   -- Так ее тоже зовут Индихора? -- улыбнулась я, -- Скажи, может она окажется вернее своей бабушки, в честь которой ее назвали? Ромашка-а! Ромашка-а! Поди сюда, к тете Стайе!
   Малышка услышала мой зов и доверчиво прибежала со двора. Впрочем, я и не собиралась ее обижать.
   -- Ну, привет, Индихора, -- я присела перед ней на корточки, -- И сколько тебе лет?
   -- Меня зовут не Индихола, а Ломаска, -- обиженно заявило юное создание.
   -- Это одно и то же, -- ответила я, -- Скажи, хочешь пойти со мной в гости к одному милому богу?
   -- А у него есть сладкие булоськи? -- спросила Ромашка-младшая.
   -- Сколько угодно, -- успокоила я ее, -- А скоро к нему придут и другие дети, с которыми тебе можно будет поиграть!
   -- Тогда холосо! -- решило дитя, вкладывая свою мягкую ладошку в мою, -- Посли!
   -- Подожди меня немножко во дворе, -- попросила я, -- Мне еще нужно попрощаться с твоей бабушкой!
   Та убежала, а я обернулась к Индихоре, еще более одряхлевшей за время моего разговора с ее внучкой. Она не посмела заставить меня замолчать и все еще сидела за столом, бессильно сжимая и разжимая кулаки; по ее виду я поняла, что она не может ходить.
   -- А ты постарела, Индихора, -- я легко рассмеялась, глядя на нее, -- А ведь если бы ты не предала нас тогда, то до сих пор выглядела бы как двадцатилетняя девушка!
   -- Не надо мне такого счастья! -- злобно огрызнулась та, -- Я слишком хорошо помню, что мне пришлось пережить за вашу вечную молодость! Эти жуткие пытки, эти жертвы, эта... эта кровь!
   -- Не пытки и жертвы, а испытания и дары великому Ойхо, -- холодно оборвала я, -- И кровь во имя крови, во имя того, что даже без нее мы можем многое!
   -- Да вы с вашим богом перебили половину Лаклы на эту вашу кровь! -- взвыла женщина.
   -- Только мерзких еретиков, -- справедливо возразила я, -- Честные прихожане оставляли право жить за собой!
   -- Жалкая горстка перепуганных олухов! -- Индихора громко расхохоталась, -- Их мозгов хватило только на то, чтобы слепо подчиниться вашей силе! Но мы смогли вас победить!
   -- И что вы от этого выиграли? -- мягко спросила я, -- Свободу? Хаос! Все выглядит точно так же, как и при моей жизни, разве что более запущено, недостойно истинных людей!
   Индихора снова расхохоталась, но ее смех неуловимо перешел в хриплое рыдание.
   -- Ты ведь сходишь с ума, Индихора! -- вдруг заметила я, -- Медленно, но уловимо. Чувствуешь, как резко меняется твое настроение? С тобой это уже давно или только после встречи со мной?
   Старуха попыталась что-то выкрикнуть, но слова получились слишком уж бессвязными. Я сочувственно покачала головой.
   -- Все проходит, Индихора, -- сказала я, -- И стремление к власти, и радость жизни. Ты хотела сделать людей счастливей, но получила то, что обычно получают несмышленыши. Поверь, я лучше знаю, что им надо!
   И, повернувшись спиной к полубезумной, начавшей пускать слюни старухе, я вышла за дверь, кликнула ждущую меня Индихору-младшую и направилась к храму Ойхо. Я знала, что ребенка никто не будет искать. Кто поверит сошедшей с ума старухе, что я воскресла из мертвых? А когда поверят, будет уже поздно.
   Вечерело. Мы с Индихорой-младшей обогнули храм и поднялись к большому алтарю. Все мои жрецы и жрицы были уже тут.
   -- Я исполнила свою кару! -- оповестила я всех. Сразу же услышала приветственные крики:
   -- Слава Ойхо, Ойхо, Ойхо!
   -- Здесь ли, среди нас сестра моя, именуемая себя Констриктор Медноволосая? -- крикнула я в толпу. Люди расступились, и к алтарю взошла очень худая и очень бледная девушка с тусклыми синими глазами и огромной копной волос цвета красной меди, опускающихся прямо до земли. Девушке от силы было лет семнадцать, ее приняли уже после моей смерти, но я хорошо помнила ее мать -- Анимал Медноволосую, которая решила назвать свою дочь именно так. Анимал умерла в одно время со мной, но я знала ее как лучшую.
   -- Взойди на алтарь, Констриктор! -- приказала я девушке. Та вздрогнула, но покорно исполнила мою волю. Бедняжка! Она знала, что мне сейчас ничего не стоит принести ее в жертву, но не знала, что ей уготована иная судьба.
   Дрейдр приблизился ко мне и почтительно подал мой кинжал -- искривленное, темное от времени лезвие с зазубринами с изображением лика великого Ойхо на рукоятке. Я поднесла его к губам, а затем передала малютке-Индихоре, стоящей рядом:
   -- Сделай надрез на груди этой женщины. Только осторожней, дитя мое, не убей ее!
   Индихора послушно кивнула, расстегнула несколько пуговиц на балахоне Констрикторы и сделала надрез -- такой аккуратный, как может сделать только дитя. Я забрала у нее кинжал и с улыбкой полоснула себя по левому запястью. Капли моей крови упали на рану девушки и мгновенно впитались, влились в ее собственную кровь. Констриктор с ужасом ждала, что будет дальше, но постепенно ужас отходил, уступая место эйфории. Мне было знакомо это чувство -- оно присуще всем главным жрицам, когда они обретают способность ощущать всех остальных жрецов и жриц как самое себя. Когда в твоей груди бьется сначала пятьдесят, а потом и много сотен тысяч сердец, когда на себе ты всегда ощущаешь благословенный взгляд великого Ойхо -- это невозможно описать, ибо дано почувствовать лишь избранным.
   -- Констриктор Медноволосая! -- мой голос звучал в тишине, словно гром в безоблачном небе, -- Я, имеющая право повелевать вами, дарованное самим великим Ойхо, я передаю тебе свою силу и свою власть! Прими же этот кинжал, прими символ власти как саму власть!
   -- Но... но почему я? -- пролепетала Констриктор, все еще не веря своим ушам.
   -- Я тоже когда-то задавала этот вопрос, -- улыбнулась я ей, затем снова громко сказала, -- Индихора! Поднимись на алтарь и встань на колени!
   Малышка исполнила это; тем временем я помогла Констрикторе слезть, сняла с себя одеяния главной жрицы и облачила ее.
   -- Ойхо, Ойхо! -- скандировала толпа.
   -- Надрежь кинжалом себе левое запястье, -- пояснила я ей, -- Не бойся, что кровь утечет -- без твоего желания она останется в вене, как и должно. Так, молодец! Теперь поднеси запястье к губам Индихоры. Малышка, помнишь, чему я учила тебя в дороге?
   Индихора взяла руку новой главной жрицы в свои и приникла к ране, сделав ровно три глотка.
   -- Клянусь хланить свою велность главной злице и отдать свою велу великому Ойхо, -- произнесла она ритуальную фразу, -- Во веки веков, пока зызнь не лазозмет свои объятия!
   -- Во веки веков! -- откликнулась Констриктор.
   -- Это -- ритуал инициации, -- объяснила я ей, -- Повтори его со всеми, кто встал на наш путь после моей смерти.
   -- Да, -- кивнула новая главная жрица, -- Но куда ты?
   -- Я иду увидеть великого Ойхо в последний раз, -- ответила я, -- И запомни: та, что выйдет из храма, уже не будет той Стайей, которую вы все знали, и прошу не напоминать ей о событиях сегодняшнего дня!
   -- Я исполню твою последнюю волю, -- склонила передо мной голову Констриктор. Я мягко подняла ее, -- И запомни! Главная жрица НИ ПЕРЕД КЕМ не должна склонять голову. Даже великого Ойхо встреть лишь улыбкой, ибо вы теперь почти на равных!
   -- Я запомню, -- кивнула та, я поцеловала ее в лоб и прошла прямиком в храм, где Ойхо уже ждал меня, удобно расположившись на красном ковре.
   -- Ты точно решила? -- еще раз спросил он меня.
   -- Да, -- откликнулась я, -- Я знаю, что нахожусь сейчас не на своем месте и хотела бы освободить его для той, что последовала за мною. Может быть, ей предстоят великие деяния, не менее великие, чем мои, и я не хотела бы лишать мир его будущего!
   -- Я знал, что ты решишь все правильно, -- вздохнул бог, -- Что ж, тогда прощай, на этот раз навсегда!
   -- Да, -- кивнула я, -- И прошу тебя, сделай так, чтобы новая главная жрица полюбила тебя так же, как и я!
   Ойхо согласно улыбнулся, приложил губы к моему лбу и закрыл ладонью глаза...
  
   Спустя несколько минут я, Саша, простой энерг живущий второй жизнью, вышла из храма Ойхо. Вокруг, похоже, был какой-то праздник, только Аурель, Каудриал, Ози, да еще Дрейдр стояли в отдалении и смотрели на меня.
   -- Что произошло? -- спросила я, подходя к ним.
   -- Вше в порядке, Шаша? -- встревожено обратилась ко мне Ози.
   -- Вроде я, -- отозвалась я, метнув подозрительный взгляд на веда и полуэльфов, -- Если только не считать того, что меня зовут не Саша, а Победительница!
   -- Я решила рашшкашать им твою ишторию, -- объяснила Ози, -- Про то, что ты иш другого мира. Ты ведь не обижаешьшя, да? Не надо шкрывать такое от друшей! А Дрейдр, кажетшя, шнает, как тебе помочь!
   -- Правда? -- истлевшие уголья надежды в моей душе вдруг вспыхнули с новой силой, -- И как?
   -- Когда-то давно, -- начал рассказ вед, -- Я был в Аорти, и слышал, что люди там поклоняются некоему Звездному Паломнику, пришедшему к ним со звезд. Один древний старец сообщил мне, что Паломник пришел вовсе не со звезд, а из иных миров, и твоя история очень напомнила мне его. Звездный Паломник, говорил старец, еще не ушел из нашего мира. Старец даже дал мне карту, с помощью которой можно будет найти этого самого Паломника.
   -- Где эта карта? -- я почувствовала разрастающееся в глубинах себя нетерпение.
   -- Вот она, -- Дрейдр вытянул из рукава древний свиток, -- Будь с ней осторожна!
   -- Конечно, -- я бережно приняла хрупкую бумагу, -- Спасибо тебе!
   -- Не за что! -- вед улыбнулся, -- Ты же вернула нам бога!
   -- Шлышишь, Шаша, я иду ш тобой! -- торопливо вылезла вперед Ози, -- Я так хочу узнать, правда ли это вше про иные миры или нет!
   -- И мы с тобой! -- добавил Каудриал.
   -- Хорошо, -- кивнула я, -- Тогда вперед, друзья! Нам еще многое предстоит успеть!
  
   Дорога наша протекала весело и незаметно. Постепенно пейзаж изменился в южный уклон: исчезли могучие ели и гордые сосны с кедрами, появились деревья наподобие эвкалиптов, олеандров; под ногами пропали мхи, и мы перемещались по густому папоротниковому ковру; ближе к концу пути начали попадаться пальмовые. Солнце пригревало все сильней, мы скинули большую часть своего облачения и уже с радостью встречали каждый чистый водоем с надеждой хоть чуть-чуть искупаться.
   Ози, воспользовавшись нашей долгой дорогой и тем, что от эльфов ничего не надо было скрывать, постоянно расспрашивала меня об особенностях жизни в Тсаолпри и других мирах. Я, ничтоже сумняшеся, все ей рассказывала -- да и чего таить? Так что вскоре Ози (после меня самой, конечно) стала самой осведомленной об иных мирах во всем Аорти -- по крайней мере, если Дрейдр ошибся насчет Звездного Паломника. Это, естественно, не смогло не отразиться на поведении Ози и, как следствие, на ее речи:
   -- Блин горелый, Шаша, вше, что ты мне тут нагнала -- офигенно круто! Эта маза типа иных миров -- вообще шупер!
   И откуда в ее лексиконе взялись такие словечки? Я, вроде бы, их не употребляю -- по крайней мере, часто...
   Наш путь перешел в очень заболоченную местность -- так называемые Великие Болота, куда ни один мудрый житель Аорти не решался сунуть даже кончик собственного носа. Впрочем, все оказалась не так уж и страшно, как мы думали -- жижа по колено, в крайнем случае, по пояс, она не воняла так, как вода в Большой Утопленнице, здесь пахло как на простом пруду, плюс стойкий аромат каких-то красных болотных цветов (Ози сказала, что это русалочьи слезки в натуре). Рядом с нами постоянно водилась какая-то живность: грузная темная рыба, таящаяся в особенно густых зарослях русалочьих слезок; боброобразные зверьки -- только белого цвета -- строящие миниатюрные плотины, перегораживающие нам путь; разные водоплавающие птицы. Мне либо Каудриалу всегда удавалось подстелить или поймать что-нибудь, после чего мы поджигали одну из псевдобобровых плотинок, благо зверькам пока что не грозило истребление, и быстро готовили еду на таком оригинальном костерке. С ночлегом тоже не было проблем: иногда нам попадались утопающие в воде деревья, мощные и раскидистые как баньян, мы забирались на их нижние ветви и беспрепятственно засыпали.
   Чтобы зря не мочить по дороге одежду, Аурель обрезала свою юбку, оставшись в короткой по колено; в остаток же она протянула тонкую бечевку и предложила мне. Я с благодарностью надела сие сооружение -- все же лучше, чем зря мочить брюки. Сложнее всего приходилось бедной Ози -- ведь там, где нам было по пояс, хафлингу приходилось с головкой. В конце концов, я из обрывков тряпья, дарованного ей ведом, соорудила нечто типа купальника, дабы размокшая одежда не обременяла передвижение Ози; через особо глубокие места мы несли ее по очереди на спине.
   Это было одно из самых умиротворенных моих путешествий по тому миру, потому как в Великих Болотах возникало ощущение, что бояться и в самом деле нечего, да так оно и было -- похоже, что мы оказались самыми опасными хищниками, явившимися в той местности за последнюю тысячу лет.
   Но все хорошее когда-нибудь кончается, и как-то раз...
  
   Все началось с того, что Ози в очередной раз набрела на глубокое место -- и провалилась в него с головой. За весь наш путь хафлинг так и не научилась плавать, что выразила соответствующими словами и звуками:
   -- А-а-а-а-а-а!!! Опять эта мокрошть! То... гр-р, буль... ну! Тону, кому говорю!!! Ну, шмокодявки лышые, помо... буль-буль, хлюп... могите мне!!!
   Мы с эльфами переглянулись.
   -- Ну, кто ее будет спасать в этот раз?
   -- Я не буду! -- быстро заявил Каудриал, -- Я в прошлый раз спасал!
   -- А я в позапрошлый! -- быстро парировала я, и мы перевели взгляды на Аурель. Та выкрутилась:
   -- Зато я в последний раз спасала два раза подряд!
   -- Значит, сейчас опять твоя очередь, Каудриал, -- заметила я полуэльфу.
   -- Ничего подобного! -- с невозмутимым видом возразил тот, -- Мы спасаем, как обычно, через раз, а отступ Аурели от порядка произошел по ее же вине, и не считается!
   -- Как это не считается? -- обиделась полуэльфка, -- Как это не считается?! Это же не моя вина, что Ози тогда в яму провалилась, а вы все по кустам разбежались!
   -- Опять-таки это твои проблемы, потому как обед тогда готовила тоже ты, -- сказала я, -- И мы не виноваты, что он так подействовал на наши нежные организмы...
   -- Эй!!! Меня будет кто-нибудь шпашать или нет? -- от возмущения Ози даже перестала тонуть. Мы отмахнулись от нее и продолжили сию прелюбопытную дискуссию:
   -- А я говорю, что сейчас очередь Саши!
   -- Нет, Каудриала!
   -- И вообще, мне кажется...
   -- Гр-р-р-р!!! -- не слишком вежливо высказался кто-то поблизости. Мы повернулись, да так и остались стоять, разинув рты.
   Над Ози из-за очередного баньянового дерева нависло нечто. У нечто была серебристо-серая чешуя по всему длинному гибкому двадцатиметровому телу, которое с удаленной от нас стороны украшал нежный тонкий хвост с шипами на кончике, черными и изогнутыми. С ближней же стороны на нас уставилось множество пар любопытных аквамариновых глаз; и под каждой из этих пар глаз наблюдалась крупная пасть, похожая на черепашью, если бы не множество острых очень мощных зубов наподобие крокодильих, только во много раз больше, украшавших сии пасти. Головы эти (это были именно головы) возвышались на длинных, посеребренных чешуей шеях; некоторые из них довольно плотоядно облизывались черными раздвоенными языками, другие же вновь сказали:
   -- Гр-р-р-р!!!
   -- А-а-а, чудовище!!! -- внезапно завопила насмерть перепуганная Ози и, вдруг обретя способность плавать, умчалась прочь со скоростью выпущенной в космос ядерной боеголовки. Чудовище удивленно мигнуло пару раз ей вслед, откашлялось и громогласно произнесло:
   -- Ой-ой, извините, пожалуйста! Я совсем забыла, что вы не знаете нашего языка! Я не очень вас напугала?
   -- Ничего страшного, мы в полном порядке! -- успокоил громадину Каудриал, не удержавшись от истерично-нервного смешка, когда с десяток голов, улыбаясь во все пасти, склонились поближе к нему, -- Могу я узнать ваше имя... э-э, леди?
   -- Какой воспитанный молодой эльф! -- лучезарно оскалилось сие создание, -- Охотно представлюсь, милок, меня зовут Сумеречная Роза, гидра!
   -- Гидра?! -- хором переспросили мы.
   -- Ну да, -- кивнуло нам десятков семь голов, -- А что вас удивляет?
   -- Видите ли, -- решилась я, -- Просто мы уже давно ищем некого индивидуума, который, как говорили люди, сможет мне помочь. Звездный Паломник, но мне говорили, что он дракон, я не...
   -- Конечно, я знаю его! -- радостно перебила меня Сумеречная Роза, -- Это мой муж. Хотите с ним повидаться, милочка?
   -- Почтим за удовольствие, леди! -- поклонился Каудриал, -- Но успеем ли мы за вами?
   -- Нет проблем, милок, -- панибратски усмехнулась гидра, -- Я охотно привезу вас к нему на своей спине. Вас это не смущает?
   -- Нисколько! -- растянула я губы в улыбке, увидев, что Аурель что-то пытается возразить, -- Однако для начала нам предстоит отыскать еще одну нашу спутницу, незадачливого хафлинга, пять минут назад уверявшего, что она не умеет плавать!
  
   Полчаса спустя (Ози мы нашли неподалеку, запутавшуюся в густых лианах, свисающих с баньяна) Сумеречная Роза посадила нас к себе на спину, которая была бы скользкой, если бы не двойной гребень, за который так удобно было держаться, и устремилась вглубь болот. Пообщавшись с нами еще немного, изголодавшаяся по новым людям гидра уже дружески попросила именовать себя просто Розочкой.
   -- А то из ваших уст, милки, мое полное имя звучит так, будто я вас лет на пятьсот постарше, -- говорила она, -- Впрочем, ты, милок, можешь и дальше именовать меня леди -- это так приятно!
   Каудриал в согласии склонил голову, а Аурель спросила:
   -- Скажи... Розочка, а ты действительно настоящая гидра?
   -- Ну, на двадцатиметровую корову я, пожалуй, не слишком похожа! -- расхохоталась та, -- Это что, плохо заметно?
   -- По типу очень шаметно! -- Ози решила внести в разговор свою лепту, -- Ведь у ваш так много голов...
   -- Ровно сто пятьдесят, -- не без гордости призналась Сумеречная Роза, -- В нашем племени младенцы рожаются только с одной головой, и с каждым годом у них прибавляется по еще одной новой. Например, у моего мужа целых двести две головы!
   -- Впечатляющая цифра! -- уважительно кивнула я, но тут под звуки этой занимательной беседы мы въехали в... город?
   Да, это был город, но город этот был не таким, как все виденные ранее мной. Дома здесь были построены прямо в воде на толстых опорах, напоминающих бамбуковые стебли. Из таких же бамбуковых тростинок, только поменьше, примерно с руку толщиной, были возведены стены домов, а крыши покрывала густая травяная прослойка. Жители, одетые в легкие юбочки из пальмовых листьев, трудились в затопленных водой огородах, где с удовольствием прорастали различные съедобные растения; другие отгоняли под скопища баньянов непонятных зверей: вроде бы и единорогов, но с ластами вместо ног и мутно-зеленой шерстью; третьи просто подошли поприветствовать гидру, с любопытством разглядывая меня и моих спутников. Обычный уголок жизни, оторванной от цивилизации, но... странностью этого райского уголка было обилие бараков наподобие военных и то, что аборигены сии были эльфами -- сплошь как один.
   -- Это -- мирные жители, -- объяснила нам Сумеречная Роза, заметив наше удивление, -- мы их не трогаем, а за это они каждый месяц приносят мне и мужу по десять морских единорогов на каждого и одну девственницу. Почему-то эти милые создания считают нас драконами, -- пояснила она, взглянув на наши недоумевающие физиономии, -- Мы всякий раз возвращаем девушку обратно, но они не особо нам верят, и всякий раз пытаются снова ее подсунуть. И откуда-то они ее взяли! -- хрипло хохотнула гидра, -- Сами, ведь, ни то, ни се, прости, милок, и ты, сестренка, а где-то человечку раздобыли. Бедняжке уже лет сорок, она уж бабкой считается, а не девушкой, ан нет же, все подсовывают и подсовывают... Ну, вот и наш дом! -- громогласно оповестила она, внезапно прервав свой рассказ.
   Мы взглянули. Перед нами высилось нечто, напоминающее огроменный вулкан, весь обвитый живыми и сушеными водорослями. В центре сего сооружения красовалась черная бездна, уводящая куда-то круто вниз.
   -- Это наша нора, -- объяснила Сумеречная Роза. Подумав, она окинула нас подозрительным взглядом, -- Но слишком уж вы мелковаты. Боюсь, если решите прыгнуть за мной, то костей не соберете. Куда же вас пристроить пока? -- внезапно она заорала изо всех сил, -- Старки! Старки, куда ты запропастился?! Старки!!! Ах, чтоб тебя, Старкиниэль!!!
   -- К вашим услугам, госпожа, -- ряды шествующих за нами эльфов моментально расступились, и нам явился эльф, длинный и худой, как щепка, однако не без присущей эльфам врожденной красоты. В отличие от большинства аборигенов, одетых только в юбки, Старкиниэль облачился в нечто, напоминающее тунику, только черную. Завидя Аурель и Каудриала, он с достоинством поклонился.
   -- Мои собратья! Позвольте представиться, ада Старкиниэль, местный управляющий и по совместительству самый главный церемониймейстер Звездного Паломника, прибывшего из иных миров, дабы наставлять простой люд на путь истинный!
   -- А что, ешть и другие церемониймейштеры? -- не удержалась от ехидного вопросика Ози. Аурель посмотрела на нее с укоризной и поспешила представиться:
   -- Меня зовут ада Аурель, это ада Каудриал, наследный принц Неорины, а это...
   Но не успела она закончить, как Старкиниэль, а за ним и все эльфы, стоящие вблизи, повалились на колени.
   -- О, пресветлый! -- восклицал главный церемониймейстер, -- Наконец-то мы дождались тебя! Знай же, что мы -- племя бедных полуэльфов, много веков назад изгнанных королем ада Парантэ за нашу нечистую кровь. Долгие годы мы ждали, когда же король вернется за нами и простит нас, и вот этот день настал!
   -- Но, но... друзья! -- Каудриал был явно смущен и в растерянности, -- Я не тот, за кого вы меня принимаете! Я действительно должен был взойти на трон, но мой брат-узурпатор, ада Тьяураваль...
   Короче, Каудриал рассказал всю свою историю. Слушающие его эльфы дико возмущались, некоторые достали из-за поясов оружие вроде мачете и начали грозно им потрясать. В конце Старкиниэль сказал:
   -- Наш народ возмущен поведением твоего брата! Нас много, гораздо больше, чем когда нас отправили в изгнание, и мы поможем тебе, наш король! С помощью нас ты ворвешься в Большую Арену и свергнешь мерзкого диктатора! За Неорину!
   -- За Неорину! -- поддержало крик несколько сот голосов. Каудриал стоял посреди них со счастливой улыбкой на лице.
   -- Благодарю вас, друзья! -- громко произнес он.
   -- Мы устроим праздник в честь твоего прибытия! -- ответствовал ему Старкиниэль, затем повернулся ко мне, -- А тебя уже давно кое-кто дожидается!
   Недоумевая, я, а Ози за мной, прошествовали за полуэльфом в один из бараков, за дверью которого удивленных нас встретило несколько десятков людей, одетых в синие плащи и...
   -- Здравствуй, Саша, -- улыбнулся Кромол.
   -- П-привет, -- от неожиданности я даже начала слегка заикаться, -- А... а как ты здесь очутился?
   -- Шлышь, Шаша, а он что, в натуре твое имя шнает? -- не вовремя вмешалась Ози, -- И про то, что ты, короче, иш иного мира тоже шнает?
   -- Ты из другого мира??? -- вытаращил глаза Кромол, -- Саша, как это может быть?!
   -- Что, он не шнает? -- зажала себе рот Ози, -- Ну я, блин, чмо в натуре, не шпрошя рот рашинула...
   -- Разве другие миры бывают? -- прервал ее Кромол.
   -- Коша бешдарная, шкура шобачья! -- перебивала его своими самоистязаниями Ози.
   -- Да тихо вы оба! -- рявкнула я, -- Теперь по порядку. Как ты здесь оказался, Кромол?
   -- Ну, после битвы в Каверне после долгих поисков я решил, что ты погибла, -- сказал тот, -- Да и Волк куда-то исчез. Я много странствовал, затем вернулся в Кентерберийский лес, где, как оказалось, меня ожидал пост старейшины. На нем я и находился, пока месяц назад ко мне не пришли погостить Волк с той миленькой девчонкой, Рысью, ну ты помнишь?
   -- Ага, -- кивнула я, -- Помню, они встречались. Их любовь все еще продолжается?
   -- Какое там! -- махнул рукой Кромол, -- Сейчас Волк вовсю крутит шашни с какой-то б