Калинин Вадим Сергеевич: другие произведения.

Заметки кругосветки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

ЗАМЕТКИ КРУГОСВЕТКИ
.
  
  
Путевые заметки из кругосветного плавания барка "Крузенштерн" с курсантами Калининградского морского рыбопромышленного колледжа на борту.
  
   "Моряки пишут худо,
   но зато искренно"
   И.Ф.Крузенштерн

Глава 1- Подготовка.


 []

  
   В честь шестидесятилетия победы в Великой отечественной войне и двухсотлетия со дня первого кругосветного плавания русских моряков правительство России приняло решение в 2005 году организовать второе кругосветное плавание учебно-парусного барка "Крузенштерн". Цель кругосветки - Мир посмотреть - себя показать. Первая кругосветка состоялась в 1995 году в честь пятидесятилетия победы и ста девяностолетия со дня первого кругосветного плавания россиян. Тогда судно возглавлял молодой капитан Седов Олег Константинович. Капитаном-наставником на борту был старый опытный парусный капитан Коломенский Геннадий Васильевич.


 []

   Три капитана: Олег Константинович Седов, Павел Васильевич Власов - первый капитан "Крузенштерна"
в гостях перед кругосветкой и Геннадий Васильевич Коломенский.
  
   Вот и в эту кругосветку они вышли в таком же составе. Оба кругосветных плавания барка "Крузенштерн" планировались маршрутом русского мореплавателя Ивана Федоровича Крузенштерна, совершившего первое кругосветное плавание. 7 августа 1803 года шлюпы "Надежда" (16 пушек, водоизмещение 450 тонн) и "Нева" (14 пушек, водоизмещение 370 тонн) под командованием капитанов И.Ф.Крузенштерна и Ю.Ф.Лисянского вышли из Кронштадта в Балтийское море. Иван Федорович не был первым кругосветчиком. Многие мореплаватели совершали такие плавания и до него. Например, Джеймс Кук совершил аж три кругосветных плавания. В 1768 - 1771г., 1772 - 1775г. И 1776 - 1779 г. Первым же мореплавателем, совершившим кругосветное плавание, как известно, был Магеллан.
   В 1577-1580 г. подвиг Магеллана повторил известный английский пират и морской волк Франсиско Дракес (он же Френсис Дрейк). В ноябре 1577 года эскадра Дрейка из пяти кораблей, вооруженных по последнему слову техники, вышла из Плимута, и в августе 1578 года Дрейк подошел к Магелланову проливу, где флагманское судно "Пеликан" было переименовано в "Золотую лань". Эскадра Дрейка вошла в пролив, и через двадцать дней он первым из англичан вышел в Тихий океан. Пережив страшный шторм и растеряв почти все корабли отряда, он дрейфовал две-три недели на запад-юго-запад, Дрейк провел наблюдения за большой зыбью, идущей из Атлантики при северо-восточных штормах, и правильно решил, что существует пролив, соединяющий Тихий и Атлантический океаны. Делая набеги на западное побережье южной Америки, грабя встречавшиеся испанские суда, он понимал, что вернуться в Атлантику через Магелланов пролив не удастся, Испанцы подстерегали его у прохода. Тогда он в июне 1579 года пересек Тихий океан, первым из англичан вошел в Индийский и в июне 1580 года обогнул мыс Доброй Надежды. 26 сентября "Золотая лань" вошла в Плимутскую гавань, привезя несметные богатства. Пряности, шелк, фарфор, золото - все было в трюмах его судна. Только стоимость сданного в казну золота и серебра достигала 500 тыс. фунтов стерлингов. Невиданные драгоценности, подаренные пиратом королеве и ее окружению, были приняты с благодарностью: Дрейка произвели в рыцари, а Елизавета почтила своим присутствием "Золотую лань".
   В 1776 - 1769 г. на фрегате "Будез" и транспорте "Эту Аль" совершил кругосветное плавание первый из французов Луи Антуан де Бугенвиль.
   Но из россиян Крузенштерн был первым. Вслед за Крузенштерном и Лисянским до 1850 года русские мореплаватели совершили 38 кругосветных путешествий - значительно больше, чем англичане и французы, вместе взятые, создав целую эпоху русских географических исследований Мирового океана, а барон Фаддей Беллинсгаузен на шлюпах "Восток" и "Мирный" открыл Антарктиду.
   Отто Коцебу, будучи кадетом, участвовал в экспедиции Крузенштерна. На бриге "Рюрик" и шлюпе "Предприятие" совершил свое второе кругосветное плавание, руководя научной экспедицией.
  
   Готовиться к плаванию в колледже начали заранее. Из двух групп судоводителей необходимо было скомплектовать одну в 25 человек. Еще 15 человек добавить из групп других отделений. Заниматься этим вопросом было поручено отделу практики и начальникам отделений. Предстоящее четырнадцатимесячное кругосветное плавание барка было разбито на три этапа. Первый этап с 16 июня по 30 сентября проходил в европейском регионе. 16 июня 2005 года судно вышло из Калининграда и направилось в Санкт Петербург, откуда и начиналась экспедиция Ивана Федоровича Крузенштерна. 19 июня оно ошвартовалось у набережной северной столицы. Судно встречали с оркестрами. На борту за время стоянки побывало несметное количество именитых гостей. Это и представители МИДа, других министерств, послы и посланники разных стран, губернаторы и клерки помельче. Обеды и фуршеты проходили непрерывно. Экипаж и, особенно капитан с капитаном-наставником уставали ужасно. С утра до вечера в напряжении. С утра до вечера улыбки, тосты, пожелания, приветствия. Наконец 24 июня судно покинуло гостеприимный Петербург и направилось в ирландский порт Вотерфорт. Далее пошли заходы в порты: Ньюкасл (Великобритания), Фредрикштадт (Норвегия), Бремерхафен (Германия), Амстердам (Голландия), Сантандер (Испания), Лиссабон (Португалия). В каждом порту проводились праздничные мероприятия, готовившиеся принимающей стороной. Это и концерты, и соревнования, и торжественные шествия, и награждения победителей различных мероприятий. Так что курсантам первого этапа досталось прилично. Но курсанты КМРК в этом этапе участия не принимали.
   30 сентября судно прибыло в Санта Крус де Тенерифе (Испания).
   На борту судна находилось большое количество фото и кино корреспондентов, журналистов и репортеров. Об этом этапе отснято много фильмов и репортажей.
   Новый московский телеканал "Звезда" организовал еженедельные репортажи о жизни судна. Эти репортажи шли и по Калининградскому телевидению.
   Калининградскому морскому колледжу был отведен шестимесячный второй этап. Это самый интересный этап всего кругосветного плавания. БГА от него отказалась из-за нежелания нарушать учебный процесс. А наше руководство построило учебный процесс так, что никакого нарушения не последовало. На этот этап планировались заходы в порты: Сальвадор (Бразилия), Рио-де-Жанейро (Бразилия), Монтевидео (Уругвай), Ушуайа (Аргентина), Вальпараисо (Чили), Лима (Перу), Галапагосские острова (Эквадор), Акапулько (Мексика), Гонолулу (США) и Владивосток. Как я уже отмечал, второй этап должен продлиться шесть месяцев.
   Мне задолго да начала рейса было предложено возглавить нашу группу курсантов. Кроме нашего колледжа в рейсе должны были принять участие Астраханский и Санкт Петербургский морские колледжи. У меня началась кропотливая работа по подготовке моей супруги к этому походу. Я то был не против сходить в такой интересный рейс. Даже, несмотря на то, что мне шел уже семидесятый год. Но в таком возрасте оставить жену на столь длительный срок - это должно было быть не мое, а ее отчаянное решение. К такому решению она была явно не готова. Когда я стал осторожно намекать на кругосветку и возможное мое в ней участие, я получил категорическое "нет!". Я, конечно, понимал ее доводы. Это и мои годы, и гипертония второй степени с высоченным кровяным давлением, это и необходимость в приеме ежедневно понижающих давление таблеток, это и высокие температуры тропической зоны, куда гипертоникам категорический запрет, это и ее одиночество на столь длительное время, это и довольно нервная работа с молодежью. Да и вообще - для чего это нужно? Друзья также с недоумением задавали этот вопрос. И они были по-своему правы. Наша жизнь вступила в завершающий этап. Все в жизни мы видели, всего достигли. Мы устроены, работаем для души. Зачем еще какие-то рискованные приключения? Я и сам задумывался над этими вопросами и не находил убедительных аргументов в пользу путешествия. То, что других кандидатов моего уровня не было в учебном заведении - меня не должно было беспокоить. Я уже совершил ранее пять трехмесячных рейсов на этом судне в качестве руководителя практики. Пусть идут специалисты с меньшим опытом. Желающие были. Мне-то, зачем это все? Так проходили дни за днями, а я не давал твердого ответа администрации колледжа. Где-то в глубине души сидел какой-то червяк и днем и ночью точил мои сомнения. Безумно интересный рейс. Я никогда не был и не буду в этих странах и портах. Я никогда не видел Тихого океана, который отличается от Атлантического. Я никогда не был в столь длительных рейсах. Я никогда не проходил мысом Горн и не видел его суровой действительности. Я никогда не испытывал тех чувств и ощущений, какие испытывали наши предки, находясь в кругосветных плаваниях на парусных судах. Пропустить такую уникальную возможность было выше моих сил. Но как убедить супругу. Эти мои эмоции понятны только мне одному.
   Для берегового человека они не более, чем каприз человека, выживающего из ума. И я потихоньку, день ото дня вел неспешную работу с моей женой. Я приводил различные доводы в пользу рейса. То я убеждал ее, что у моряков, как и у летчиков, есть другая жизнь в другой стихии, не менее интересная, чем береговая и жить без нее также трудно, как без родного очага. То я обращал ее внимание на то, что я работаю в окружении двух десятков компьютеров тренажерного центра, излучающих вредные для человека частоты, что может привести к страшному заболеванию. Мои доводы немного убеждали ее. Но она была категорически против. Можно, конечно, топнуть ногой и грубым голосом сказать, что все будет по-моему. Но я слишком люблю мою верную спутницу жизни, чтобы так поступить по отношению к ней. Я продолжал свою кропотливую работу. В какой-то момент я почувствовал, что она стала немного не столь категорична в своих возражениях. Это мне придало силы для убеждения, и я почувствовал, что она начинает понимать мои внутренние чувства и стремления. Что в ее глазах я продолжаю оставаться энергичным по жизни человеком. И смиряться с диванной стариковской жизнью я пока не намерен. Окончательный перелом наступил тогда, когда мне заведующая поликлиникой медсанчасти номер один, после длительных направлений в разные кабинеты, вынесла приговор - в море я вас не выпущу, вы свое отплавали. У вас гипертония второй степени с ярко выраженными симптомами и вам нужно забыть о плавании. В тот день, когда я ходил к ней на заключение со всеми анализами - моя жена поджидала меня в нашей машине. И когда она увидела мое пунцовое от волнения лицо и почувствовала мое состояние - она для себя решила все. Я ей рассказал о результатах моего разговора с упивающейся своей властью над людьми заведующей. Окончил свой рассказ выводом о том, что не делается - все к лучшему, значит, мне действительно не суждено больше в жизни побывать в родной стихии. Но вид у меня бол очевидно плачевный. Я полагал, что жена обрадуется, скажет, что вот видишь - не судьба. Но ничего подобного не случилось. Она расстроилась из-за меня ужасно. Может быть даже больше чем я. Стала предлагать альтернативные варианты. И их оказалось достаточно много. Она меня настолько успокоила и обрадовала своим участием, что я просто воспрял духом. Самым простым вариантом оказалась возможность пройти медкомиссию в больнице водников. Там не то, что требования иные. Там нет такого властолюбивого, безжалостного и бескомпромиссного заведующего. Медсанчасть рыбаков номер один как была сортировочным пунктом моряков, так и осталась до сего времени. Ведь мне не предложили ни подлечиться, не назначили никаких медикаментов. То есть, медсанчасть просто выбраковывает моряков и ничего более. Иди моряк после этого куда хочешь. А если у судоводителя просто нет другой профессии? Этот вопрос нашу медсанчасть просто не волнует.
   Плюнув на нашу медсанчасть, я стал проходить медкомиссию в больнице водников. Через несколько дней комиссия была пройдена и я получил путевку в море, может быть в мое последнее плавание.
   Таким образом, моя супруга стала в этом вопросе не только моим соратником, но во многом и моим вдохновителем. Глубоко в душе я знал, что так и получится. Ведь мы с ней прожили душа в душу уже более сорока пяти лет. И не один десяток раз бывали подобные ситуации, когда позарез требовалось ее хрупкое плечо. Например, во время моей учебы в КВИМУ я получал от базы флота 15 рублей стипендии и еще 35 рублей в месяц вместо питания в курсантской столовой. А ведь у нас было уже двое детей. Мы жили отдельно от ее родителей и к ним за какой-либо помощью никогда не обращались. Моя мама жила вообще в Саратове и кроме писем никакого другого общения с ней не было. Кроме этих денег я подрабатывал несением вахты на ремонтирующихся судах. Это еще рублей 80. Успевающим курсантам разрешалось пропускать занятия один раз в четверо суток, и я пользовался этой привилегией. Как она ухитрялась содержать семью на такие средства - мне до сих пор не понятно. Ведь младший сын Олежка только родился, и жена какое-то время не работала. Так продолжалось три с половиной года моей учебы.
   Или другой пример. Меня направляют в 1978 году в представительство Министерства рыбного хозяйства в Республику Сьерра Леоне на два года. С кем оставить двоих детей? Старший учится на втором курсе КВИМУ, младший в пятом классе. Дети уже большие. Справиться с ними трудно. Родители жены не берут на себя такое бремя. Я связываюсь с моей мамой, и уговариваю ее остаться с нашими детьми. Она, в конце концов, соглашается. Приезжает в только что полученную трехкомнатную квартиру, и мы уезжаем. Ее пенсия была 63 рубля. В Москве я с ужасом узнаю, что Соврыбфлот будет выплачивать по 40 рублей на каждого ребенка. Хоть цены были иными, но эта сумма была безумно мала на троих человек. Я отказываюсь от командировки, но меня уговаривают, и мы улетаем в эту страну. За двухлетнее пребывание за границей я только однажды побывал в командировке, в том числе пару дней в Калининграде. Жена за этот срок ни разу не была дома и, ни разу не видела своих деток.
   Вот и теперь моя любимая оказалась рядом со мной, обрекая себя на зимнее одиночество. Это какой силой любви нужно обладать, чтобы ради любимого человека пойти на такие лишения. Как хорошо я понимаю жен декабристов, отправившихся в ссылку за своими любимыми. Только ради этого уже можно жить на белом свете.
   Я пишу эти строчки 12 октября 2005 года после девятисуточного пребывания на судне. У меня пока не улеглось и не забылось пережитое на берегу. Со временем это отойдет на второй план. Появятся новые проблемы, новые заботы. Но сегодня эти чувства наиболее обострены, и излить их бездушному компьютеру - моя острая необходимость.
   В ходе подготовки к рейсу выяснилось, что требуются визы Испании и США. Мы стали заполнять анкеты, фотографироваться. Далее выясняется, что для открытия американской визы необходимо личное присутствие на собеседовании в посольстве Соединенных штатов. Стали готовиться к поездке в Москву. Все сорок человек курсантов и нас двое руководителей практики. Вторым руководителем практики по моему предложению утвердили преподавателя английского языка судоводительского отделения Бертову Наталью Андреевну. Вот мы в этом составе и двинули в Москву. Наталья Андреевна в купейном вагоне, а я и сопровождающий нас начальник отдела практики в плацкартном вместе с курсантами. Для нас железнодорожники прицепили дополнительный шестнадцатый вагон. Доехали без особых приключений, не считая устроенного курсантами распития спиртных напитков, которое мы заметили и пресекли поздновато. Они успели прилично клюкнуть. В результате дальний от нас туалет был приведен в такое антисанитарное состояние, что пришлось проплатить проводникам за его уборку. Своим решением я всех замеченных в пьянке лишил заочно одного увольнения в иностранном порту. Свое решение я, конечно, приведу в исполнение. В Москву прибыли в воскресенье, а в посольство нужно было явиться в понедельник к 10 часам. Как и было оговорено, нас на вокзале встретил представитель Рыбопромышленного колледжа, расположенного в поселке Рыбное. Это место мне хорошо знакомо. Перед командировкой за границу в 1978 году я там учился четыре месяца на специальных курсах подготовки специалистов для работы за границей. С небольшими приключениями мы добрались до колледжа и разместились в их общежитии. Меня с моим коллегой, разместили в трехместном кубрике, где третьим сожителем оказался мой знакомый заместитель начальника Астраханского морского колледжа по практике, с которым я был в рейсе в сентябре-декабре 2004 года. Это была приятная неожиданность, и мы с удовольствием пообщались. Их группа прошла собеседование в пятницу, и он ждал результатов визирования. Нас хорошо накормили обедом. До ужина было свободное время, и мы с Натальей Андреевной отправились бродить по окрестностям поселка. Поселок Рыбное расположен среди красивейшего лесного массива. Во время строительства домов деревья вырубались очень осторожно. Иногда здоровенная сосна находилась от стены дома так близко, что ладошка не помещалась между стеной и деревом. Наталья Андреевна приходила в дикий восторг от увиденного. Поселок сильно разросся. Раньше там было всего два пятиэтажных дома, в которых жили преподаватели колледжа, да небольшая группа ученых ВНИРО, занимавшихся рыборазведением. Теперь же там выросла целая улица пятиэтажек. В пойме речушки садковое хозяйство по рыборазведению разрослось до огромных размеров. По дамбам, разделяющим садки, патрулировали машины охранной организации. В общем, перемены произошли значительные. Но самое главное - леса остались такими же прекрасными, как и были двадцать семь лет тому назад.
   Мы переходили из хвойной рощи в лиственную. Из лиственной снова в хвойную. Воздух насыщен фитонцидами. Его не вдыхаешь, а пьешь. Немного кружится голова. А пить воздуха хочется все больше и больше. Так бы и не выходил из этого рая. Так неспешно бродили мы в этой сказочной прелести. Вышли к искусственным водоемам. Их обустроили более сотни. Идем по дамбам. Я рассказываю моей спутнице о методах разведения рыбы.
   Она не верит, что этот вид деятельности может быть рентабельным. Я подвожу ее к одному из бассейнов, где у берега роятся тысячи мелкой рыбешки. - Ну, и сколько же лет необходимо для выращивания ее до промышленных размеров? Интересуется моя спутница. Я отвечаю - один сезон. На зиму воду спускают. Иначе она промерзнет до самого дна, а такой анабиоз может выдержать не всякая рыба. Моя спутница в сомнениях. И вдруг из бассейна выпрыгивает за бабочкой огромная рыбина. Выпрыгнув на полметра из воды, она плюхается обратно в водоем, поднимая фонтан брызг. Моя спутница обомлела. Что это было такое огромное, Вадим Сергеевич? Я в это время несколько отвлекся, и увидел только фонтан брызг. - Наверно крокодил, отшучиваюсь я. И вдруг опять из воды вылетает огромное бревно, с метр длиной. Выпрыгнув с полметра в высоту, бревно плюхается в воду, вновь поднимая тучу брызг. Теперь мы оба стоим с открытыми ртами. Что это была за рыбина - я не знаю. Очень похожа на сома. Но не сом. И сомы таких размеров растут не один год. А может быть, в каких-то водоемах и не спускают на зиму воду.
   Так мы бродили до самого ужина. Вечером для пацанов устроили дискотеку. Местные девчонки были очень рады представившейся возможности познакомиться с будущими мореходами. А уж наших парней распирала такая гордость, что у многих из них именно на этом вечере любовь к своей будущей профессии возросла многократно.
   В понедельник 19 сентября 2005 года в пять утра за нами заехали два микроавтобуса - такси, с которыми мы договорились накануне. Мы, сорок три человека с пожитками как селедки набились в эти автобусики, сидя и лежа в два и три яруса на коленях друг у друга, и двинули в Дмитров на электричку. Успели в срок к 10 часам. У посольства прямо на уличном тротуаре уже стояла очередь человек в двадцать. День обещал быть теплым и солнечным. Мы сняли верхнюю гражданскую одежду и остались в нашей красивой морской форме. Только теперь на нас стали обращать внимание все прохожие. Мы построились в две шеренги и, отодвинув очередь, стали проходить предварительный контроль. Прямо здесь же на улице сверялись паспорта с личностями, и металлодетектором проверялось наличие металлических предметов. Ну, хорошо, а если бы шел дождь? Оказалось, что и в дождь и в снег эта процедура остается неизменной.
   После досмотра вошли в огромный вестибюль посольства. Снова прошли через рамку. У меня зазвенело. Наши же сотрудники, обслуживающие эти операции, предложили снять брючный ремень и предупредили, что если снова зазвенит, они вынуждены будут меня обыскать. К счастью не зазвенело. Далее, по огромным просторным коридорам, да это и не коридоры, а огромный переход, прошли в зал ожидания. Там рядами как на вокзале в зале ожиданий стояли кресла.
   Симпатичная сотрудница, тоже русская, стала вызывать нас группами по 10 человек и препровождать для прохождения процедуры идентификации. Мы по очереди подходили к окошечку, и миловидная американка на плохом русском языке спрашивала каждого, - как фаше фамилие? Находила его в компьютере и просила положить на специальный прибор сначала левый, потом правый указательные пальцы для снятия отпечатков. И снова в зал ожидания. Через некоторое время нас вновь вызвали уже в другой зал ожидания. Там нас по пять человек стали приглашать к одному их четырнадцати окошечек, за которыми сидели офицеры. Очевидно разведчики. Первого курсанта в нашей пятерки офицер огорошил следующим вопросом - Зачем фи едэтэ ф Америка? Курсант поморгал, поморгал и промямлил - Ну, парусник идет туда, а я на нем. - Спасыбо! Счастлыфаго плафаныя! И курсант отвалил от окошечка. Следующему - Сколко дэнь фи будэтэ ф Америка? - Четыре дня. - Спасыбо! То сфиданя! Подошла моя очередь. - Ест лы у фас дэты? - Извините, не понял я. - Дэты у фас ест? - А, дети! Есть. Двое сыновей. Я знал, что для открытия визы американцам очень важно, чтобы в своей стране кандидат оставил либо детей, либо собаку. - Спасыбо! Кдэ фаши дэты? - В Калининграде. - Спасыбо! Счастлыфаго плафаныя! - Спасибо. И пошел на выход. И это все. Из-за этих дух вопросов мы тряслись двое суток. А деньжищев колледж потратил не меряно.
   В этот же день мы снова прицепным вагоном двинулись в обратный путь. Поезд уходил вечером. А мы освободились уже к 12 часам. Мы добрались до Белорусского вокзала, сдали там вещи в камеру хранения, распустили личный состав и отправились бродить по Москве. По Первой Тверской Ямской мы с Натальей Андреевной не спеша пешочком добрались до Красной площади и побродили по ней. Там несколько зазывал приглашали в полуторачасовые экскурсии по Москве. Мы выбрали одну из таких экскурсий и, заплатив по 200 рублей, разместившись в комфортабельном автобусе, двинулись по Москве. И экскурсовод, и сама экскурсия были очень интересными. Мы побывали и на Воробьевых горах, и на Поклонной горе, где воздвигнут грандиозный мемориал войнам, погибшим в Великой Отечественной войне. Прокатились по многим московским достопримечательным местам, и, отдохнувшие, возвратились на Красную площадь. Не спеша, пешочком прогулялись до нашего вокзала.
   Обратный переезд прошел благополучно. На двух границах нас не очень долго задерживали и мы по расписанию прибыли в Калининград. Американская виза была открыта на два года.
   Вылетали в Санта Крус в субботу 2 октября. С утра в колледже суматоха. Курсанты, родители, отдел воспитания, администрация, преподаватели, просто любопытные. Суета. Курсантов строят чуть не каждые полчаса. То отдел практики, то начальники отделений, то руководство колледжа. Самолет должен улетать в 16 часов. А суета с утра. Я подъехал к 14 часам. К этому времени прибыл ректор БГА Пимошенко Александр Петрович со своим верным проректором и моим однокашником Палецким Николаем Павловичем.


 []


 []

2 октября 2005 года. Морской колледж. Последнее построение. Выступает Ректор БГА А.П.Пимошенко.

  


 []

Нaчальник судоводительского отделения Ю.А.Спирин, руководители практики Н.А.Бертова и В.С.Калинин.
  
   Снова построили курсантов КМPК, Астраханского и Санкт Петербургского морских колледжей. Они приехали накануне и размещались в нашем колледже. Курсанты БГА участия в этом этапе не принимают. Ректор выступил с проникновенной речью. После него пару наших руководителей. Начальника КМК Волкогона Владимира Алексеевича на построении и торжественных проводах не было. Он находился в командировке. Таким "возмутительным" поведением нашего начальника ректор БГА был очень недоволен. После торжественных речей мы погрузились в три автобуса и двинулись в аэропорт. Всего курсантов набралось 115 человек и пять руководителей практики. Нас двое, двое Астраханцев и один Санкт Петербуржец. Как всегда наш самолет куда-то запропастился. Откуда-то возвратился только в 21 час. В 22 часа мы погрузились и вскоре взлетели и легли курсом на Санта Крус. Прилетели уже в пять утра. Нас встретили на трех автобусах члены экипажа во главе с самим капитаном Олегом Константиновичем Седовым. Со многими я был уже хорошо знаком по предыдущим рейсам. Мы крепко пообнимались как старые добрые друзья. На судне наша команда сразу улеглась спать до обеда. С экипажем, который мы меняли - так и не встретились. Они грузились в тот же самолет, но с другого терминала.
   Канарские острова - буквально - "собачьи острова". По словам древнеримского историка Плиния Старшего, на одном из этих островов водились большей собаки.
   В память об этом на ратушной площади Лас-Пальмаса сооружены групповые скульптуры собак, обитавших на этом острове. В группу Канарских островов входят наиболее значительные - Гран Канария, Тенерифе, Фуэртавентура. Острова являются автономной областью Испании с 1978 года. Область образует две провинции: Лас-Пальмас и Санта-Крус-де-Тенерифе. Территория 7,3 тыс. квадратных километра. Население 1,5 млн. человек. Лас-Пальмас - около 380 тысяч и Санта-Крус - около 240 тысяч человек. Острова сложены из базальтов. Много потухших и действующих вулканов на островах Тенерифе, Пальме, Лансароте. Население - в основном испанцы, смешанные с группами коренного населения гуанчей. Занимается земледелием, животноводством. Возделывают бананы, зерновые, картофель, цитрусовые, табак, виноград, бобовые. Разводят коз, овец, крупный рогатый скот. Развито рыболовство. Большой доход приносит иностранный туризм, климатические курорты. Имеется нефтеперерабатывающая, химическая, судоремонтная и плодовоовощная промышленность.
   Вот мы к утру 3 октября и добрались до этого благодатного края.
   Кое - как, выспавшись, мы плотно пообедали и сразу же приступили к освоению десятисуточной программы. Этой программой предусматривалось знакомство с судном, его механизмами, оснасткой и парусным вооружением. Проводились занятия по технике безопасности, промсанитарии, судовым распорядкам, парусным авралам и судовым тревогам. Практиканты были расписаны по кубрикам и мачтам. Нас поселили в третьем и четвертом кубриках. Это самые престижные кубрики. Во-первых, эти кубрики находятся рядом со столовой курсантов. Не надо выскакивать на палубу для перехода в столовую. Во-вторых, они находятся в центре судна. То-есть, здесь обитатели испытывают наименьшую качку. В-третьих, они самые просторные и в них имеются умывальники. Удобно расположенные кондиционеры не создают направленных на отдыхающих курсантов холодных потоков воздуха и не провоцируют простудных заболеваний.
   4 октября мы снялись со швартовов и двинулись в кругосветное плавание. Весь курсантский состав высыпал на верхние палубы. Защелкали фотоаппараты, бухта озарилась вспышками фотокамер. Увольнений в порту Санта Крус не было, и мы только с палуб судна обозревали окрестности. Серые вулканические вершины высоченных гор были озарены лучами солнца. По их склонам карабкаются вверх сказочно маленькие домики. Иногда они забираются так высоко, что проносящиеся облака остаются намного ниже их. И вот эта южная, нетоптаная нашими башмаками красота медленно уплывает за корму легендарного парусника.

Канарские острова []
  
Канарские острова.
  

 []
  
На память перед уходом в плавание. Курсанты КМРК - Первый грот.
  
   Я тоже на верхней палубе снимаю и фотоаппаратом, и видеокамерой, которыми меня снабдил перед рейсом начальник колледжа. Все руководители практики, и особенно молодые астраханцы, безмерно завидуют мне.
   Никто так не экипирован, как я и наши курсанты. Они одеты с иголочки. У них такая красивая новенькая форма, и столько разных ее комплектов, что даже бывалые моряки диву даются. Такого они не видели ни в одном рейсе.
   Медленно развернувшись, мы ложимся курсом на зюйд. Температура воздуха 23, а воды 24 градуса. Море ласковое и спокойное. На душе и волнительно и радостно. Все рвались в этот рейс. Все на пути к нему преодолевали какие-то трудности. И вот теперь все позади, а впереди неизведанные дали. Как сложится дальнейшая наша судьба? Что нас ждет впереди? У каждого в голове роились эти вопросы. А я продолжал снимать неописуемую красоту морских пейзажей. Уплывающие вдаль громады морских утесов, лазурную гладь океана и счастливые лица салажат, отчаявшихся в это плавание.
  

Глава 2 - Атлантика.

  
   Теплое тихое море, ласковый попутный ветерок, неспешное переваливание с борта на борт огромного немного ленивого парусника, все располагало к хорошему чуточки возвышенному настроению. Не каждому моряку выдавалась в жизни такая возможность - совершить кругосветное плавание, да еще на парусном судне прошлого века. Хоть мы половину кругосветки выполним на самолете, все равно это будет кругосветное путешествие.
   Итак, мы в плавании. Окончательно порты захода пока не определены. Идем просто на юг в зону Мавритании, где наш капитан договорился со своим знакомым капитаном рыболовного судна о том, что тот подбросит нам свежемороженой рыбки на наш и так довольно богатый стол. А стол наш действительно богат. Кормят нас четыре раза в день. Не успеешь проголодаться, как вновь труба зовет на подвиг. И так изо дня в день. Мученье, да и только. Стол изобилует овощами и фруктами. На обед первое и второе - понятно. Но на ужин и первое и второе - явный перебор. Притом первое варят вновь, а не оставшееся после обеда. Сегодня только семнадцатый день плавания, а я уже на эти волосатые небритые киви смотреть не могу.
   Но вот наступает тихий теплый тропический вечер. Потихоньку по одному весь свободный от вахт экипаж подтягивается к первому гроту. Начинает звучать сначала одна гитара, потом другая, а потом то соло, то многоголосьем заливаются инструменты. И какие только песни не звучат. И грустные, и лирические, и патриотические. Поют все. То хором, то одиночно звучит чей-то негромкий голос. Если песня незнакомая, начинают аккомпанировать все гитары. Оторваться от таких посиделок просто невозможно. И даже строгий помпоуч не объявляет в положенное время отбой. Ребята, да и члены экипажа засиживаются далеко за полночь. На душе, при этом, становится так спокойно и благостно, что хочется жить на этом прекрасном белом свете.

 []

 []
   Когда скорость небольшая многие любители рыбалки собираются на корме с различными орудиями лова. Кто-то готовится ловить крупную рыбу. Кто-то кальмара, кто-то акулу. У каждого рыбака свои пристрастия, а, значит, и свои орудия лова. А уж сколько зрителей собирается на это шоу - не протолкнешься. Иногда бывают очень интересные уловы. Попадаются и огромные марлины, и акулы, и парусники, и тунцы, и кальмары и другая живность. Каждый владелец такой добычи сам готовит из нее какие-то только ему известные блюда. Угощения достаются и самим рыболовам, и болельщикам.

 []
   17 октября в 23 часа 57 минут на двенадцатые сутки плавания мы пересекли экватор. К этому моменту в тесной штурманской рубке собралось с десяток различных спецкоров. Я тоже толкался среди них. Правда, я не так нахально лез вперед. Поэтому мои съемки всегда идут из-за спины какого-нибудь проныры.
   И вот наступил момент, когда все электронные приборы, отображавшие широту места судна обнулились. Защелкали фотоаппараты, застрекотали видеокамеры.
   Нахалы полезли к приборам, оттесняя друг друга. Штурмана позировали то влево, то вправо. Их физиономии светились улыбками, как будто только им принадлежит эта заслуга. Капитан тоже бодрствовал. Но он не удосужил нас своим присутствием. Спустился с капитанского мостика, когда толпа, удовлетворенная своей работой, уже разбрелась.
   На следующий день 18 октября был запланирован праздник "Нептуна". Это традиционный праздник моряков при пересечении экватора. Капитан судна должен получить разрешение владыки морского на беспрепятственное плавание по всем полуденным и полуночным морским хлябям. Для этого и совершается установленный обряд. Нептун со своей свитой поднимается на борт судна и капитан ему докладывает, из каких стран, в какие путь держит его судно. Нептун требует даров, без которых он не может разрешить дальнейшее плавание по его владениям. Капитан откупается припасенной загодя бутылочкой спиртного, от которого Нептун не в силах отказаться. Пригубив из бутылочки зелья, Нептун приказывает своей свите окрестить водицей морской экипаж судна. В свиту Нептуна входят: его дочка русалка, звездочет, брадобрей, виночерпий, доктор, пару пиратов и с десяток чертей.

 []

 []
Экватор
  
   Свита зависит от численности экипажа. Черти хватают некрещеных членов экипажа и, пропустив через чистилище, бросают в специально приготовленную купель с морской водицей. Каждому из вновь крещенных выдается красивое, подписанное Нептуном Свидетельство. Если ты такое свидетельство забыл дома, считается, что ты не крещеный и тебя обязательно макнут в купель. Вот такой обряд проходил и на нашем судне. В специально приготовленный бассейн побросали и капитана, хотя он уже второй раз в кругосветке, и экипаж, и курсантов, и нас - руководителей практики. Все это действо сопровождалось шутками - прибаутками по специально подготовленному сценарию.

 []
  
Нептун со своей дочкой русалкой
  
   Праздник прошел шумно, красочно и весело. И курсанты, и экипаж остались очень довольными. Не всем морякам доводится поучаствовать в таком действе.
   Сегодня 23 октября 2005 года. Мы находимся на 12 градусе южной широты и на 35 градусе западной долготы. Следуем курсом 190 градусов со скоростью 6 узлов. В Бразильский порт Сальвадор заходить не будем. Направились сразу в Рио-де-Жанейро. Заход планируется на 4 ноября. Идем под всеми парусами свежим восточным ветром. Уже несколько дней не было парусных авралов. Ветер не меняет направления и мы то с большей, то с меньшей скоростью продвигаемся на юг. Температура воздуха понизилась с 29 градусов до 27. Воздух стал не таким липким, как на экваторе. Но днем солнце палит нещадно.

 []
  
У капитана хорошее настроение после купели.
  
   Сегодня я дежурный по учебно-судовой службе. Я уже сделал подъем курсантов, пройдясь по всем семи кубрикам. Выгнал всех на утреннюю физзарядку. Она проходит каждое утро на верхних палубах при любой погоде. Длится всего 15-20 минут. Но ребята за это время окончательно просыпаются, обретают бодрое настроение и хороший аппетит.

 []
  

 []
  
   Построил на завтрак первую и вторую смены. Теперь нужно проконтролировать подготовку столовой курсантов к занятиям и усадить их за учебу. Потом будет контроль за накрытием столов для обеда, построение и разводы на разные мероприятия. Обходы кубриков с выставлением оценок за чистоту и порядок. Контроль за самоподготовкой и отбоем. Крутиться приходится целый день. Вроде и не сложная работа, но хлопотная. И так каждый пятый день.
   Курсантская жизнь на судне построена следующим образом: Все курсанты разбиты на три смены. Когда первая смена находится на учебе, а обучение на матросов 2 или 1 классов ведут руководители практики, вторая смена работает на палубе у боцманов мачт.

 []
  

 []
  
Урок навигации в учебном классе "Крузенштерна".
  

 []
  
Занятия в аудитории "Крузенштерна".
  

 []
  
Работы на высоте.
  
   В это время третья смена обеспечивает дежурство по всему судну. Курсанты накрывают столы в курсантской столовой, убирают и моют посуду, чистят мешок картошки. Все это делается под руководством всего одной буфетчицы и трех поваров. А ведь накормить нужно 115 курсантов в две смены, да еще 70 членов экипажа и с десяток аккредитованных лиц. Это теле, кино и фотокорреспонденты, писатель, художник, представитель Оргкомитета и др.
 []
  

 []
  
Наряд столовой курсантов.
  
   Другие дежурят по кубрикам, наводя там чистоту и порядок. Третьи несут вахту на руле и впередсмотрящими. Четвертые поддерживают порядок в местах общественного пользования. Ежедневно один-два курсанта из дежурной смены помогают в прачечной, в пекарне. Другими словами, на судне нет ни одного курсанта, кроме больных, не задействованного ежедневно в каком-либо мероприятии. Время от времени звучат парусные авралы. Все без исключения курсанты (кроме рулевых), побросав свою работу и занятия, выскакивают на палубу к своим мачтам для участия в парусном аврале. В зависимости от ситуации курсанты поднимаются на мачты для постановки или уборки парусов, разбираются по тысячам снастей и лебедок для перебрассопке рей при смене галса и т.д. Иногда из-за этого задерживаются приёмы пищи, срываются занятия. Но все с пониманием относятся к таким сбоям. Ведь работа с парусами это благополучие и безопасность судна и его экипажа. И так изо дня в день в течение шести месяцев.

 []
  

 []
  
   Нельзя сказать, что все курсанты относятся добросовестно к данным нагрузкам. Несмотря на строгий отбор, попадаются и сачки, и провокаторы, подбивающие товарищей к неповиновению. И самыми недисциплинированными оказались курсанты высших военно-морских университетов. Их у нас на судне пять человек. Они из разных вузов. Но почему-то решили, что на гражданском судне нет никакой дисциплины, и они могут делать все что захотят. Их пришлось обламывать очень строго. Четверо как-то приспособились, а по одному из них, курсанту Санкт Петербургского военно-морского института сегодня зачитали приказ с вынесением строгого выговора. Капитан даже готов отправить его в Россию из Рио-де-Жанейро. Если будет еще хоть одно замечание в адрес этого курсанта, капитан точно приведет в исполнение это свое решение. Подобная ситуация сложилась и с Санкт Петербургским морским рыбопромышленным колледжем. Там группа курсантов прибыла на "Крузенштерн" прямо с парусника "Седов". Они тоже решили, что им море по колено. Дерзили, пререкались, не подчинялись указаниям старших. Мой коллега из того колледжа, Евсевьев Алексей Иванович, прекрасный человек и опытнейший моряк шестидесятипятилетнего возраста, до сих пор прилагает недюжинные усилия, чтобы обломать эту братию. Так проходит наша жизнь на судне. Достаточно однообразно и достаточно прозаично. Месяца через три нашим курсантом это все надоест как горькая редька и проблем наверняка прибавится. Но об этом я буду рассказывать позже. А сегодня - теплое солнце, ласковый ветер и мирно похрапывающий мой сожитель по каюте Алексей Иванович в послеобеденной релаксации. А мне нельзя. Я при шпаге.
   Сегодня 24 октября 2005 года. Мы на 14 градусе южной широты и на 36 градусе западной долготы. До Рио-де-Жанейро остается каких-то 7оо миль, а заход запланирован аж на 4 ноября. Спешить особо некуда. Вот капитан и затеял проигрывание различных тревог и учений. Сперва мы выполнили несколько раз поворот "оверштаг". Это когда направление ветра пересекается носовой частью судна. Поворот на таком тяжелом судне очень сложный. Наши ребята изрядно попотели на лебедках при перебрасопке рей. Затем прозвучала команда "человек за бортом" и за борт полетел пенопластовый куб с надписью "человек". Экипаж бросился спускать дежурный катер. Но провозились дольше положенных международными нормами 5 минут. После того, как катер, выловив "человека", был поднят на борт и закреплен по - походному, вновь прозвучала команда "человек за бортом". И вновь за борт полетел пенопласт.

 []
  
   Моряки, не остывшие от предыдущей работы, более сноровисто справились со спуском катера, и капитан остался довольный их работой. В этих тревогах наши ребята не принимали участия и только глазели на работу экипажа.

 []
  
   Далее последовал поворот через фордевинд и незаметно подкрался полдник. Уставшие, но довольные, что сорвались и занятия, и вахта пролетела незаметно, молодые моряки отправились пить чай. Ну а после чая самоподготовка и личное время. Так в хлопотах пролетел еще один день.
   Сегодня 26 октября. В Питере снег. В Калининграде холодно. А мы на 18 градусе южной широты и 37 градусе западной долготы. Температура воздуха и воды 27 градусов. Легкий северный ветерок подгоняет наше судно скоростью 4-х узлов все ближе и ближе к первому порту захода - Рио-де-Жанейро. Сегодня по судну объявлен санитарно-банный день. Он проходит следующим образом. Утром, вскоре после подъема, вместо команды "построиться на физзарядку" звучит команда: "курсантскому составу построиться с одеялами. Место построения - первый грот". Ребята выходят на верхнюю палубу и вытряхивают одеяла. При этом они с удивлением обнаруживают изрядное количество пыли в каждом одеяле. И откуда она только берется в стерильном воздухе многодневного плавания в открытом океане?

 []
  
   Затем до обеда занимаются обменом белья и мокрой приборкой в кубриках. Влажными тряпками протирается все от подволока до палубы подкоечных рундуков. Другими словами, протирается все, куда проникает рука курсанта. А если рука не проникает, то берется плоская палочка, и с ее помощью протираются все щелочки. Затем ребята приступают к стирке рабочего платья. На палубу подается пресная вода в которой и замачивается роба. После этого она с применением стирального порошка и щеток трётся до дыр прямо на палубе. Полощется и вывешивается на специально растянутых леерах.
 []
  
   После обеда до чая драются надстройки и палуба судна. При хорошей погоде после чая выносятся на просушку и проветривание матрацы. И тут наступают часы блаженства. Ведь в такой день нет ни занятий, ни самоподготовки. И здесь можно наблюдать вот такую картину.

 []
  
   Когда заканчиваются и эти мероприятия, объявляется помывка (помойка - курсантский сленг) курсантского состава. В кубриках проживает от 18 до 20 человек. Каждому кубрику дается 15 минут на помывку. Сначала этого времени катастрофически не хватало, а потом оказывается, что оно даже лишнее. В 17 часов старший помощник капитана, помощник капитана по учебно-судовой службе, медсестра и дежурный руководитель практики делают обход всех кубриков и мест общественного пользования. Дотошно и придирчиво осматривают каждую щелочку помещений, белоснежными носовыми платками лезут в самые неприметные и недоступные места.
   По итогам проверки каждому кубрику выставляют оценку. Наши курсанты размещены в 3 и 4 кубриках. Сегодня наш четвертый кубрик, единственный из семи кубриков, получил пятерку. Помпоуч растрогался и объявил старшине кубрика и дневальному по одному лишнему увольнению в первом порту. После ужина личное время - в курсантской столовой просмотр видеофильма. Иногда в это время мы посещали судовой музей. В нем в фотографиях и экспонатах представлена вся многолетняя жизнь экипажа. Здесь можно увидеть и молодых капитанов, и различные грамоты, призы и награды за победы в гонках и соревнованиях. Хранятся и старинные предметы и фотографии восьмидесятилетней давности. И, конечно, в заключение фотография на память. В 23 часа отбой. Такая процедура происходит каждые десять суток.

 []
  

Глава 3 - Уругвай.

  
   Сегодня 17 ноября. Давненько я не садился за путевые заметки. Итак, мы не зашли в порты Бразилии Сальвадор и Рио-де-Жанейро. Причина в том, что через эту страну какая-то фирма предъявила России имущественные претензии и наше судно, как государственная собственность, могло стать заложником имущественных споров двух стран. 8 ноября утром мы зашли в Уругвайскую столицу порт Монтевидео.
   Восточная Республика Уругвай - государство на юго-востоке Южной Америки. Его территория лежит к востоку от реки Уругвай, которая и дала название стране. Территория Уругвая - 186,9 тысяч квадратных километров. Население - 3,285 миллиона человек (1998 г.), из которых 1,5 миллиона проживает в столице. Государство экспортирует мясо, кожи, шкуры, шерсть, рыбу, текстиль. Ввозит - нефть, нефтепродукты, машины, оборудование, химические товары. ВНП на душу населения - 5170 долларов США.
   До испанской колонизации земли Уругвая заселяли индейские племена (чарруа, чана и др.), которые затем были почти полностью истреблены. Европейцы начали колонизацию региона в 1624 году.
   В XIX в. территория современного Уругвая вошла в состав вице-королевства Рио-де-ла-Плата. Долгое время территория Уругвая служила предметом спора между Аргентиной и Бразилией. И лишь в 1828 году обеими странами было подписано соглашение об обоюдном отказе от притязаний на неё, и провозглашено создание самостоятельного государства. Со второй половины XIX в. В Уругвай проникал иностранный, главным образом английский и северо-американский, капитал. В начале ХХ в. Уругвай был процветающей страной, но в 60-х годах, возникли экономические проблемы, политическая нестабильность. Сменилось несколько военных режимов. С 1985 года у власти находится демократическое правительство, которое стремится возродить экономику. Процесс возрождения идёт медленно и болезненно.
   Название столицы произошло от расположенной рядом с неё безымянной горы (по-испански - монте). Первые испанские картографы обозначали горы римскими цифрами с указанием западного или восточного направления. Нанесенная на карту запись "Шестая гора к западу" - Monte Vide O (O - первая буква испанского слова "Oeste" - запад) - и породила название Монтевидео.
   Но есть и другая версия. Когда к берегу приблизился корабль Магеллана (около 1480 - 1521 гг.), один из матросов, увидев гору, так и крикнул: "Monte Video" - "Вижу гору". Так и возникло название "Монтевидео". И та и другая версии имеют право на жизнь. Но лично мне нравится вторая.
   Первыми в районе Монтевидео обосновались португальцы, выстроившие на горе в 1720 году крепость. Вскоре эту крепость захватили испанцы, заложившие рядом в 1726 году город Монтевидео. С 1816 по 1828 г. город входил в состав Бразилии. В результате победоносного завершения войны за независимость испанских колоний под предводительством генерала Артигаса в 1828 году он стал столицей вновь созданного государства Уругвай, принявшего в 1830 году первую конституцию независимой Восточной Республики Уругвай.
 []
08.10.2005 г. Встреча "Крузенштерна" в Монтевидео.
  
   Ну а нас на центральном причале многочисленный оркестр в морской униформе встречал бравурными маршами. На пирсе чинно стояли представители уругвайских властей, наши: консул, морской и военный атташе, дипломатические работники посольства и, как оказалось, торговые агенты нескольких, преимущественно кожевенных, магазинов.

 []
В первое увольнение.
  

 []
Утренняя физзарядка.
  

 []
Пешеходная улица
  
   Одни из них были просто бывшими русскими гражданами, а другие неплохо владели русским языком. Капитан занялся своими делами, а мы своими.
   В первый же день стоянки в порту курсанты пошли в увольнение. Ну а мы, руководители практики, погрузившись в предоставленные агентами машины, двинули в магазины. Мы уже знали, что Уругвай является одним из крупнейших в мире поставщиков кожи. И это действительно оказалось так. Магазины были завалены изделиями из кожи. У наших судовых женщин глаза разбежались так, что горы перемеренных шуб и курток росли на глазах. Вон и моя Наталья Андреевна надолго зависла на этой процедуре. Намаявшись с примеркой и присмотрев некоторые вещи, мы вышли в центр столицы.

 []
Остатки старинных ворот на площади независимости Монтевидео.
  
   Огромную площадь "независимости" украшала конная скульптура генерала Артигаса, как мы помним, освободителя страны от испанской колониальной зависимости и героя победоносной войны. Население Уругвая, напомню, всего 3,5 миллиона человек. Из них в столице проживает 1,5 миллиона. Город Монтевидео огромный. Более восьмисот памятников находится в его различных частях. Преобладающее их число посвящены генералу Артигасу. И как он только не изображен.

 []
Памятник генералу Артигасу
  
   И на конях, и в рост, и многочисленные его бюсты украшают различные уголки города. Имеются памятники и другим выдающимся деятелям. Но большинство из них полководцы на конях в любых позах. Уж очень любят испанцы коней. Ну, это и понятно.

 []

 []
Дилижанс
  

 []

 []
Фургон
  
  

 []
Индейская семья.
  
   При покорении южной Америки невиданные звери с всадниками на спинах наводили дикий ужас на племена местных индейцев. Особой известностью пользуются памятники "Фургон" и "Дилижанс" - повозки колонистов-переселенцев, запряженные несколькими парами коней и волов. Другие известные памятники - "Гаучо", "Пахарь", "Индеец". В центре города встречаются и уютные чистые скверики, где можно отдохнуть в тени раскидистых платанов и эвкалиптов.
  

 []
  
   Цветники самого старинного и красивого парка Прадо насчитывают более 800 разновидностей роз. В парке Батлье находятся крупнейшие спортивные сооружения, в том числе стадион на 80 тысяч мест. Там же расположен зоопарк. Но скудность государственной казны видится во всем.

 []
  
   Особенно это чувствуется, когда ты из порта выходишь прямо в центр старого города. Тебя окружают старинные неухоженные здания с грязными, веками не реставрированными фасадами, пыльные улицы с латанным, перелатанным асфальтовым покрытием.

 []
   И жара. Солнце палит нещадно. 30 градусов в тени. Но пот не выступает. Свежий ветер с моря иногда при такой жаре бывает столь холодным, что начинаешь мерзнуть. Поневоле приходится искать тихий закуток и отогреваться. На незащищенных от морского ветра улицах ветер поднимает тучи пыли. Летают листья, бумага, пластик.

 []
Улица Монтевидео
  
   Как и во всяком крупном городе, все первые этажи центральных улиц - магазины. Как и во всяком западном городе в магазинах столько товаров, что после нескольких заходов тебе уже ничего не нужно. Бродим и равнодушно взираем на горы товаров. Нужно бы было прикупить сувениров, но глазу не на чем задержаться. Все ширпотреб. Либо безвкусная дешевка, либо та же безвкусица, но дорогущая. Но что удивительно. Деньги-то потихоньку все равно убывают и убывают. И куда они только деваются? Непонятно.
   Наши ребята уже побывали в автобусных экскурсиях. Экскурсии организованы очень хорошо. Русскоговорящие гиды подробно рассказывают о стране, городе, обычаях и традициях народа. Очень понравился им и военный музей. Искусно организованные экспозиции оружия, амуниции, портретов и батальных картин от древних до настоящих времен действительно производили завораживающее впечатление. Он расположен в древней крепости, заложенной еще испанскими конкистадорами. Мощная крепость на высоком холме хранит все атрибуты прошлого времени.

 []
Вход в музей.

 []
Новоиспеченный пулеметчик.
  

 []
  
   Курсанты побывали на уругвайском паруснике "Капитан Миранда", где их тепло встретили и показали всё судно от киля до клотика. Оно намного меньше нашего, но уютно и ухожено.

 []
  
   В свою очередь они пригласили их моряков на наше судно и долго водили их по всем помещениям. Наше судно уругвайцам очень понравилось. Понравилось так, что почти весь их экипаж в сотню человек перебывал на нашем судне.

 []
   Огромное количество жителей посещало наше судно в каждом порту. Они интересовались как самим судном, так и нашим бытом. Общительность наших моряков очень нравилась нашим гостям и они с большой охотой общались и с членами экипажа и, особенно, с нашими мальчишками. Они очень удивлялись тому, как такие молодые ребята осмелились пуститься в такое длительное плавание на таком древнем судне. А ведь у нас на борту были и юнги 14-15 лет юношеской морской лиги. К ним посетители проявляли особый интерес.

 []

 []
  
   Состоялась встреча по футболу с военными моряками Уругвая. Они вкатили нам одиннадцать мячей. Мы им только четыре. Побывали наши моряки и в военно-морском колледже. Экскурсию провел сам начальник колледжа. Переводила Наталья Андреевна. Это посещение впечатлило наших ребят. Ну а уж сувениров они накупили множество. Самым популярным сувениром была матэшница.

 []

 []
Народное творчество. Союз вилки и ложки.
  

 []
Композиция с Булем и матэшницами.
  
   Это такой сосуд из местного плода похожего на маленькую тыкву. В нее засыпают траву "матэ", заливают подслащённым кипятком и через специальную трубочку с маленькими отверстиями попивают в течение всего дня. Даже на улице примерно треть населения ходит с маленькими термосами и матэшницами. Говорят, что этот напиток очень полезен для желудка. Я тоже приобрёл парочку матэшниц в качестве сувениров. Приобрел и пару пачек самой травы. Экипаж поговаривает, что она есть и в наших специализированных аптеках и магазинах. Посмотрим.
   Стоянка наша затягивается. Ждем каких-то запчастей. Идет десятый день нашего пребывания в Монтевидео. В город ходить уже не хочется. На экскурсиях уже побывали не однажды. Все интересные места посетили. Скорее бы в море. Это не только мое мнение. Ребята рвутся в море еще активнее нас. После недельной стоянки у пирса мы вышли на внутренний рейд и встали на якорь. Но каждый день местный катер дважды в день доставляет наши группы на берег и обратно. То-есть, увольнения продолжаются.

 []
Через несколько секунд сумочки не будет.
  
   Сегодня воскресенье 20 октября. Завтра снимаемся с якоря. Наталья Андреевна уговорила меня пойти с ней в город позвонить домой. Да и мне захотелось из города позвонить домой. Ведь звонил двенадцать дней тому назад. А впереди переход до Ушуайи шестнадцать суток. Надо позвонить. Тем более, сегодня воскресенье. Будет приятно и мне и моей жене. Да и попрощаться на шестнадцать дней необходимо. Итак, мы в городе. Бредем не спеша по пустынным улицам. У них сиеста. Выходим на нашу любимую пешеходную улицу. Несколько дней тому назад на ней выставили диковинные скульптуры. Идем, фотографируемся. Задержались у одной необычной скульптуры. Узкие металлические полоски с дырочками изображают огромную стрекозу. Только я снял Наталью Андреевну, как кто-то сзади рванул у меня из рук фотоаппарат. От неожиданности мои руки свело так, что похититель не смог его вырвать. Это был пацан лет десяти. Я замахнулся на него, но ударить не успел. Он рванул по улице так, что только пятки засверкали. И здесь я увидел, как Наталья Андреевна чешет за убегающими пацанами. Старшему из них лет четырнадцать. Троим младшим лет по десять. Я не побежал за ними, так как не потерпел никаких убытков. Только правый карман брюк оказался вывернутым наизнанку и из него исчез носовой платок. Я еще подумал. Зачем за ними понеслась Наталья Андреевна? Ведь ничего не пропало. А она неслась квартал за кварталом. Я пошел за ней. Ведь когда-нибудь она выдохнется, хоть и занималась в молодости конькобежным спортом. Через два квартала она выдохлась. Я помахал ей рукой. Она подошла. - Вы что так неслись за ребятами? - Да они сумочку у меня вырвали. Вот те на. К нам подошли двое молодых людей. Парень и девушка. Они видели всё происшествие. Я пытался объяснить парню, чтобы он помог разыскать воришек. Обещал ему за это заплатить. Они пошли по улице, но вскоре вернулись. Убежали. Нужно вызывать полицию. И тут как по мановению волшебной палочки вниз по другой улице прямо к нам бегут два полицейских. Наверно им кто-то сказал о происшествии. Подбежали. Залопотали по-испански. Мы по-английски. Они ни бельмес. Перешли на международный. Жестами. Вроде кое-что поняли. Побежали в указанном нами направлении. Вскоре возвратились. Нам стало ясно, что ничего не получится с возвратом сумки. Тут подлетает полицейская машина. Еще два полицейских. На униформе написано, что это полиция по обслуживанию туристов. То-есть нас. И эти ни слова по-английски. Снова на пальцах стали объяснять, что произошло. И вновь они рванули на газах в указанном направлении. Но вскоре и они возвратились ни с чем. В сумочке у Натальи Андреевну было около 70 долларов, двадцать евро, тархета и другая мелочь. Но самое-то обидное, там были прекрасные очки, накануне изготовленные по заказу в Монтевидео за 70 долларов. Вот их было действительно жалко. Да еще когда у нее вырывали сумку, которую она крепко держала, она упала прямо на угол той скульптуры. И теперь жалобно стонала, держась за левый бок. Мне ее было очень жалко. Уж лучше бы казенный фотоаппарат украли. И то бы было не так обидно. Полицейские, уже вчетвером, полопотали, полопотали и пригласили нас проехать в полицейский участок. Началась обычная процедура по составлению протокола происшествия. Совершенно бесполезная процедура. Но куда деваться. Поехали. Оказывается, их участок расположен на центральной площади, куда мы и направлялись на переговорный пункт. Пригласили прямо к машине одного водителя из рядом стоящих такси. Хоть он немного заговорил по-английски. А перед увольнением я не нашел свою тархету и взял другую у одного из руководителей практики. Тархеты были с фотографиями. В первый день перед увольнением нас сфотографировали в бюро пропусков порта и выдали пропуска со штрихкодом и фотографией. Только по этой карточке открывался турникет проходной порта. Вот для этой цели я и взял напрокат чужую тархету. Фотография ну нисколько не соответствовала моей личности. Во-первых, тот руководитель был совсем молодым и остриженным наголо. Так и было на фотографии. А я седой и с волосами. Когда бдительные полицейские рассматривали этот документ, моя спутница занервничала. - Что сейчас будет? - Да ничего не будет - успокаивал я ее. И точно. Они усиленно пытались выяснить - в тархете указано мое имя или фамилия. Наш англичанин никак не мог взять в толк этот вопрос. А ведь ему пыталась объяснить профессиональный преподаватель английского языка. То я, то она растолковывали им, что это фамилия - Кзазанский. А где же тогда имя? Недоумевали они. Тогда я говорю, разумеется, на английском. Вот есть испанское имя Хосе Марти. Так Хосе - это имя, а Марти - это фамилия. Так и здесь. Даниил - это имя, а Казанский - это фамилия.

 []
Сестрички.
  
   Полицейские расплылись в широченной улыбке. А, Хосе Марти! Хосе Марти! Понятно! Понятно! И заносят в протокол мое имя - Хосе Марти. - Вы испанец? - Nо, русо. Уже с раздражением ответил я. Так и подписали протокол. Казанский Хосе Марти и Бертова Натали. По-видимому, они и не слышали о такой личности, как Хосе Марти. Да и бог с ними. Одно удивляет. Какие же они полицейские по туристам, если с туристом объясниться не могут.
   Распрощавшись с полицией, мы, держась за левый бок, постанывая и поохивая, побрели звонить домой. Деньги у меня лежали в нагрудном кармане рубашки в торчащем наружу конверте. Но разбойник не обратил, очевидно, на этот конверт внимания. К обеду мы возвратились на судно, проклиная и неуютный город, и жару, и жуликов, и неумех полицейских. И только воспоминания о моем имени и отчестве доводили нас до дикого смеха. Решили никому не рассказывать о происшествии. За новым ключом от каюты Натальи Андреевны пошел к старпому я. Я сказал, что она потеряла ключ в городе. Посетовав на ее растерянность, он выдал новый ключ. На следующий день мы снялись с якоря и легли курсом на Ушуайю.

 []
Прощай Монтевидео.
  
   В четырех милях от входа в бухту мы прошли мимо торчащих из воды мачт затопленного здесь своим экипажем германского карманного линкора "Адмирал граф Шпее.

 []
   Как известно, этот корабль был заложен 1.10.1932 года на государственной верфи в Вильгельмсхафене, спущен на воду 30.06.1934 года. Он был хорошо бронирован, Длина его составляла 186 метров, водоизмешение 14100 тонн при мощности 53650 л.с. На мерной миле в Нойкруге он развил скорость 28,5 узла.
   Корабль получил имя в честь адмирала Максимилиана фон Шпее - командующего германской крейсерской эскадрой (в период Первой мировой войны), уничтожившей 1 ноября 1914 года в бою при Коронеле у побережья Чили английские крейсера "Гуд Хоуп" и "Монмут", и погибшего вместе со своей эскадрой 8 декабря 1914 года у Фолклендских островов в бою с английскими линейными крейсерами "Инвинсибл" и "Инфлексибл".
   К августу 1939 года руководством кригсмарине был разработан план, одобренный лично Гитлером. План предусматривал высылку в море "карманных линкоров" и судов снабжения задолго до начала атаки Польши. Их огромная дальность плавания и возможность пополнения запасов позволяли оставаться в районах ожидания в течение нескольких месяцев с тем, чтобы в зависимости от развития событий либо начать рейдерские действия, либо тихо и мирно вернуться домой.
   5 августа 1939 года, почти за месяц до начала войны, судно снабжения "Альтмарк", предназначенное для работы в паре со "Шпее", вышло в Соединенные Штаты, где оно должно было принять дизельное топливо и раствориться в океанских просторах до встречи с линкором, который в свою очередь, 21-го числа покинул Вильгельмсхафен под командованием капитана цур зее Ганса Лангсдорфа и направился в южную Атлантику.
   Ему удалось незамеченным пройти сначала к берегам Норвегии, а затем и Атлантику южнее Исландии. Корабль не спешил, и к началу войны 1 сентября 1939 года находился в 1000 милях к северу от островов Зеленого Мыса. В этот день он встретился с "Альтмарком", приняв полный запас топлива.
   Почти весь первый месяц войны линкор двигался малым ходом к экватору, уклоняясь от любого дыма на горизонте и оставаясь необнаруженным.
   25 сентября "Адмирал граф Шпее" получил приказ о начале крейсерских операций. Первым районом действий был выбран северо-восток Бразилии около порта Ресифи. 30 сентября потоплена первая жертва - английское судно "Клемент".
   Для операций против немецких рейдеров союзниками было выделено 8 тактических боевых групп. Против "Адмирала графа Шпее" действовали три британских соединения: крейсерская эскадра под командованием коммодора Хэрвуда (группа G)в составе тяжелых крейсеров "Эксетер" и "Камберленд", группа "H" в составе тяжелых крейсеров "Сассекс" и "Шропшир" и наиболее сильная группа "K" под командованием контр-адмирала Уэллса в составе линейного крейсера "Ринаун" и авианосца "Арк Ройял".
   С 5 по 10 октября 1939 года "Адмирал граф Шпее" потопил или захватил еще 3 судна. Опасаясь обнаружения 28 октября он пополнил запасы с судна снабжения "Альтмарк" и 4 ноября перешел в Индийский океан, обогнув мыс Доброй Надежды.
   14 ноября остановлен и потоплен небольшой танкер "Африка Шелл".
   20 ноября "Адмирал граф Шпее" обогнул южную оконечность Африки в обратном направдении и перешел в Атлантический океан.
   2-3 декабря потоплены два английских судна. 6 декабря рейдер пополнил запасы топлива с судна снабжения "Альтмарк".
   Утром 13 декабря "Адмирал граф Шпее" и английские корабли обнаружили друг друга. Завязался бой, известный как сражение у Ла-Платы. В результате боя крейсер "Эксетер" получил тяжелые повреждения и полностью вышел из строя. "Адмирал граф Шпее" сохранил хороший ход и способность вести огонь. На нем оставалось около трети боезапаса главного калибра и около половины 150-мм снарядов.
   К вечеру "Адмирал граф Шпее" пришел в Монтевидео. Уругвайское правительство предоставило германскому линкору 3 дня на исправление повреждений. Британская разведка организовала дезинформацию немцев и создала у них впечатление, что в направлении линкора движется английская эскадра в составе линейного крейсера "Ринаун" и авианосца "Арк Ройял". В реальности же к оставшимся у англичан двум легким крейсерам вечером 14 декабря присоединился лишь тяжелый крейсер "Камберленд". Капитан "Шпее" Лангсдорф несколько раз связывался со штабом кригсмарине, предложив на выбор интернироваться в Аргентине или затопить корабль. Попытка прорыва или гибель в бою даже не предлагалась. В результате совещания между командующим флотом адмиралом Редером и Гитлером Лангсдорф получил приказ уничтожить корабль.
   Вечером 17 декабря 1939 года в 18.00 "Адмирал граф Шпее" вышел из Монтевидео, провожаемый огромной толпой на набережной. Пройдя к устью Ла-Платы, он бросил якорь в 4 милях от берега. Около 20.00 корабль был взорван. Пожары и взрывы на нем продолжались около трех дней. Все 1100 человек команды благополучно прибыли в Буэнос-Айрес. Командир корабля капитан цур зее Ганс Лангсдорф застрелился утром 20 декабря в одном из отелей Буэнос-Айреса. Большая часть офицеров линкора разными путями пробрались в Германию, чтобы принять участие в дальнейших боевых действиях.
   "Адмирал граф Шпее" затонул на мелком месте, так что над водой возвышались его обгорелые надстройки. Англичане снарядили специальную экспедицию для снятия с него остатков приборов и вооружения. Однако из-за шторма операцию пришлось прекратить. С 1942 года остатки корабля постепенно разобрали на лом. Только мачты, как могильные кресты, напоминают о трагедии, разразившейся здесь много лет тому назад.
   Несколько месяцев тому назад у инициативных уругвайцев, возглавляемых бизнесменом Альфредом Этчегараем, возникла идея подъема корабля. С тех пор специально нанятые бригады спасателей и плавучий кран пытаются поднять с 8 метровой глубини элементы корпуса и оснастки немецкого линкора. И вот некоторое время тому назад бригаде удалось поднять на поверхность дальномер линкора весом 27 тонн. Теперь вдохновленные успехом уругвайцы планируют демонтировать и переправить на берег три боевых орудия погибшего линкора. А вслед за этим и другие его части, которые в перспективе планируется собрать воедино и таким образом превратить корабль "Адмирал граф Шпее" в музей.

Глава 4 - Ushuaia.

  
   24 ноября 2005 года в 19 часов 10 минут пересекли сороковой градус южной широты и вошли в "сороковые ревущие широты". Температура воздуха понизилась до десяти градусов, вода до девяти. Натянули теплую одежду. Помпоуч снабдил нас теплыми непромокаемыми куртками, такими же жилетками, вязаными шапочками. В такой экипировке не страшно встречать и холода. В Монтевидео на борт прибыло более сорока пассажиров. Все немцы. И только одна - уругвайка Майя Кастэльгранде. Да и та более двадцати лет прожила со своими родителями в России, окончила и нашу школу и медицинский институт. Муж уругваец. Да у нее ничего и нет европейского. Смуглая. Пухлые губы. Маленький рост и чернющие волосы. Но остальные - немцы, фанатики моря. Все они уже неоднократно побывали в море на различных круизных судах. И вот теперь им посчастливилось на нашем судне пройти мыс Горн и получить возможность стать полноправными Кейп-хорнерами. А кто такие кейп-хорнеры - расскажу.
   Давным давно в далеком 1937 году в приморском городе Сен-Мало во французской Бретани собралась группа немолодых мужчин. Все они были когда-то капитанами парусных судов, которым довелось хоть однажды пройти проливом Дрейка, обогнув мыс Горн.
   Старые капитаны собрались, чтобы учредить необычное общество под названием Amicale Cap Horner, что в переводе с французского означает - "Содружество моряков, обошедших мыс Горн". По-английски таких моряков называют Cape Horners.
   Нельзя сказать, что деятельность Содружества была активной. Старые кейп-хорнеры встречались от случая к случаю. А после войны их организация, оставаясь, по существу, национальной, стала увядать. Чтобы не дать ей погибнуть, французские кейп-хорнеры решили сделать ее международной.
   В 1957 году общество кейп-хорнеров создается на Британских островах, затем в Германии, Бельгии, Голландии, во всех скандинавских странах, отдельно - на Аланских островах, а со временем и за пределами Европы - в Северной Америке, Чили, Австралии, Новой Зеландии.
   Появилось и новое название - Международное Содружество (Amicale Internationale Cap Horner - AICH). Его действительным членом признается только тот, кто обошел мыс Горн в экипаже торгового судна с прямым парусным вооружением и, кроме того, имеет удостоверение капитана дальнего плавания. Есть и другие категории членства: член-корреспондент, товарищ, почетный член и яхтсмен. Последняя категория - яхтсмен кейп-хорнер - для тех, кто обошел мыс в крупной гонке или в особом одиночном плавании.
   Но время торговых парусников прошло и пока не возвратилось. Последний рейс, пополнивший список истинных кейп-хорнеров, состоялся в 1949 году, когда мыс Горн обогнули два финских барка - "Пассат" и "Памир". В составе их экипажей были финны, австралийцы, новозеландцы.
   Международное содружество пока держится, но жесткий устав делает его будущее проблематичным. Истинные кейп-хорнеры стареют, а смене взяться неоткуда. Ведь такие парусники, как российский "Седов" (бывший "Магдалена Винен"), не могут получить титул полноценного кейп-хорнерского судна, так как снабжены двигателем. Правда, не так давно Ассоциация приняла решение объявить своим почетным членом российский барк "Крузенштерн", который, как мы помним, обошел мыс Горн во время своего кругосветного плавания 1995-1996 годов.
   Беспокоясь за судьбу своей организации, британское отделение AICH пыталось инициировать изменения в уставе, чтобы открыть доступ в Содружество новым членам. Это предложение обсуждалось в 1996 году на Конгрессе AICH в Бресте (Франция), но поддержки не получило. "Железные капитаны" обрекли традицию на вымирание. Она уходила в прошлое вместе со своими последними представителями.
   Британские кейп-хорнеры не успокоились и на своем ежегодном собрании в 1997 году, которое проходило в Гринвичском Морском музее. с молчаливого согласия AICH, создали параллельную организацию, назвав ее Международной Ассоциацией Кейп-Хорнеров. Ее цель - смягчить жесткие правила приема в Содружество, и тем самым позволить его новым членам - мужчинам и женщинам любой национальности - принести традицию кейп-хорнеров в третье тысячелетие. В нее может войти любой, кто имел счастье пройти под парусами вокруг мыса Горн.
   Вот на нашем борту и собрались такие фанаты. Среди них семидесятидвухлетний господин Манфред Хёвенер - бывший капитан, а ныне капитан-флагман немецкого парусника "Александр фон Гумбольдт".
   Этому судну на будущий год исполнится сто лет. Оно является единственным парусником в мире, плавающим под зелеными парусами. Кроме того, господин Хёвенер является профессором Германской морской Академии, а также членом других академий различных стран. Заядлые яхтсмены и путешественники шестидесятипятилетний Рольф и шестидесятилетняя Рената Пробст, профессора Немецкого Аэрокосмического Центра Томас Герц - метеоролог и Айке Стампф - аэродинамик, старший помощник капитана огромного двухсотметрового контейнеровоза хрупкая женщина Кристал Курт и другие преданные морю и путешествиям люди.
   Для закрепления знаний в разговорном английском языке мы организовали встречи наших курсантов с этими интересными людьми. Манфред Хёвенер в течение полутора часов рассказывал ребятам о своей жизни и карьере. Ребята заворожено слушали его неспешный рассказ на отточенном английском языке. Задавали массу вопросов. Эта встреча с легендарным человеком им запомнится надолго.

 []
  
Манфред Хёвенер выступает перед курсантами.
  
   Живо и интересна прошла встреча и с супругами Пробст. Ребята были удивлены тем, что и в таком почтенном возрасте на пенсии люди неугомонной натуры продолжают сохранять живейший интерес к своим жизненным идеалам. Профессора Томас Герц и Айке Стампф прочитали интереснейшие лекции. Один по глобальной метеорологии, другой по принципам аэродинамики. Лекции шли с восьми тридцати и до одиннадцати часов. Во время лекций докладчики обращались к ребятам с различными вопросами. Например, - Как вы считаете, какие основные факторы влияют на метеорологическую обстановку на земном шаре? И ребята называли: солнце, вращение Земли и т.д. Профессор приходил в восторг от эрудированности наших ребят. И это всё на английском. Наталья Андреевна занимается английским языком и с астраханцами, и с петербуржцами. Но их подготовка не идет ни в какое сравнение с нашей. Несмотря на то, что петербуржцы учатся на четвертом курсе, а наши только на втором, те ели-ели добрались до образования времен глаголов. Ни о каких встречах с ними иностранцев даже и речи не могло быть. А наши ребята молодцы. Слух об этом идет по всему судну.
   На одну из таких встреч я пригласил молодого руководителя практики из Астрахани. Он посидел, посидел и, прошептав мне на ухо, что он ничего не понимает, и что на Каспии английский не нужен, покинул лекцию. Может быть на Каспии английский действительно не нужен, поэтому им и не занимаются серьёзно. Но это их дело. Наши ребята просто молодцы. Подобралась очень продвинутая группа. Компьютерными программами владеют практически все. Ну, кто-то меньше, кто-то больше. Но все.
   Занятия с курсантами ведём не только мы с Натальей Андреевной. Медицинский раздел Журнала регистрации практической подготовки на судах взял на себя старший судовой врач Шабалин Александр Васильевич. Парусное вооружение и управление парусными судами будет читать капитан-флагман Коломенский Геннадий Васильевич. Будут проводить занятия старший механик, помощник капитана по радиоэлектронике, штурмана, боцманы и другие судовые специалисты. Так что учёба проходит разнообразно и интересно.
   Заход в порт Ушуайа запланирован на шестое декабря. А мы подошли к Огненной Земле третьего. Неподалеку от островов легли в дрейф. До порта остается 150 миль. Будем давать ход пятого декабря. Ну и погодка здесь. Температура воздуха четыре градуса. Воды - пять. Заряды со снегом, градом и дождем следуют один за другим. И это в середине лета южного полушария. Пронизывающий ледяной ветер то стихает, то дует с силой 10-11 баллов. В бинокль рассматриваем гористые голые берега. Кое-где видны одинокие маленькие домики. И кто только ухитряется здесь жить, оторванным и отрешенным от всего мира. Здесь даже мобильные сети не отыскивают наши телефоны.
   Зато за нашей кормой и с правого наветренного борта творилось нечто невероятное. Тысячи морских птиц различных пород и раскрасок держались кто на воде, кто в восходящем потоке, высматривая свою добычу.

 []
  
   Огромные альбатросы держались особняком и на большем расстоянии. Они часами висели в воздухе, не шевеля могучими крыльями. Размах их крыльев достигал, как это указано в справочниках, полутора - двух метров. И теперь мы с большим интересом наблюдали эту картину. Олуши, высмотрев рыбешку в глубине, сложив крылья, как стрелы с большой высоты почти вертикально вонзались в водную стихию. Большие и малые чайки держались так близко к борту, что их можно было достать рукой. Моряки кидали им крошки хлеба и те на лету их подхватывали. Ни одной крошечки не суждено было упасть в воду. Сноровистость чаек и их способность виртуозно маневрировать просто поражали. Мы неустанно фотографировали эту захватывающую картину. Интересно вели себя пеликаны. Во-первых, они держались на воде стаями. Взлетали все вместе. Поскольку они являются плохими летунами, то они сначала разбегаются по воде, а потом медленно отрываются. При этом во время полета их голова закинута назад и прижата к туловищу. Получается такой птеродактиль. И в такой позе они медленно пролетают низко над водой. А садятся на воду они еще интереснее. Они как по команде выставляют вперед свои лапы и приводняются на них как на водных лыжах. Прокатившись несколько метров на лапах, они мягко опускают свое мощное тело на воду.

 []
Взлет пеликана.
  

 []
Посадка пеликана.
  

 []
Эту картинку подметил фотокор Юрий Масляев
  

 []
Общение.
  

 []
  
   Ветер и волна поутихли, когда мы, обогнув мыс Сан-Диего, что на острове Огненная Земля, втянулись в пролив Бигл. Это узкий фьордовый пролив длиной около 200 километров отделяющий остров Огненная Земля от островов Осте и Наварино. По восточной части пролива проходит граница между Аргентиной и Чили. Пролив был открыт английским капитаном Р.Фицроем, совершавшим пятилетнее (1831-36 гг.) кругосветное плавание. В честь его корабля (Beagle - гончая) и был назван пролив. В этом плавании на корабле находился Чарлз Дарвин. Экспедиция положила начало его ученой деятельности как естествоиспытателя.

 []
Пролив Бигл.
  
   Мы высыпали на верхние палубы и стали фотографировать высоченные горы, стиснувшие океанские воды. Их заснеженные вершины и скудную растительность сурового края.

 []
Пролив Бигл.
  

 []
Тюлени.
  
 []
Птаха
  

 []
   На борт поднялся лоцман. Ему предстояло провести нас проливом протяженностью 40 миль. Через несколько часов мы вошли в просторную бухту Ушуайа.

 []
Ушуайа.
  
   На склонах высоченных гор с покрытыми снегом вершинами раскинулся городок с шестидесятитысячным населением. Небольшие, не более четырех этажей, домики окаймляли бухту. Всего пять улиц, параллельные береговой черте и составляли его территорию. Одна из них, ближайшая к берегу, была даже с двухсторонним движением. Остальные с односторонним.

 []
   Следующая улица была торговой. На ней и располагались магазины, кафе и многочисленные рестораны. Перпендикулярные им улочки делили город на малюсенькие кварталы.

 []
Улочка Ушуайи.
  
   Нас ошвартовали у пассажирского причала. На причале был выстроен немногочисленный почетный караул и военный оркестр, игравший марши. Неподалеку толпились представители порта, военно-морских сил, городской администрации и, конечно, наш военно-морской атташе. Флота военного здесь нет, кроме двух патрульных судёнышек, но атташе есть. Пусть знают наших

 []
06.11.2005 года. Встреча "Крузенштерна" в Ушуайе.

  

 []
Наш почетный караул.
  
   Вскоре парадный трап был подан, и вся эта пестрая толпа устремилась на борт. Я то и дело щёлкал фотоаппаратом.
   Как известно, этот городок начинался с закладки тюрьмы для особо опасных преступников. Эта тюрьма действует и поныне. Известны также сведения, что за всё время её существования ни одному из узников не удалось отсюда сбежать. Да и бежать-то особо некуда. Повсюду чилийская территория. Поймают сразу. Узников в настоящее время поубавилось и половина тюрьмы сейчас отдана под тюремный музей. Наши ребята с удовольствием его посещали. Впечатление музей производил очень сильное. Там сохранились камеры, где содержались преступники. Многих из их приковывали кандалами к стене. Сохранились орудия пыток и наказаний. Одним словом, тюрьма надолго отбивала охоту её посещения.

 []
   Существовала ранее и железная дорога с очень узенькой колеёй. Она до сих пор функционирует. Только служит для туристических поездок. Мои моряки и здесь попробовали покататься. Им очень понравилась такая поездка. Стоила она только несколько дороговато. Но это не смутило некоторых наших курсантов. Многие из них предусмотрительно захватили деньги из дома. Нашим курсантам, конечно, выплачивали на судне стипендию. Не много, конечно. По два доллара в сутки. Но и это было тоже каким-то подспорьем в посещении музеев, покупке сувениров и звонкам домой.

 []
   В небольших магазинчиках cувениров была тьма. Но цены! Менее десяти долларов и не найдёшь никакой безделушки. Карманы ребят, да и наши тоже, стали быстро опустошаться. Купить хотелось все. Но деньги таяли так быстро, что вскоре мы просто перестали заходить в магазины. Идея всей рекламы состояла в том, и нас со всех полок и витрин магазинов убеждали, что мы находимся на краю света, или в лучшем случае на краю земли. Реклама была поставлена на широкую ногу и очень профессионально. По улицам бродили толпы туристов, и всё что-то покупали и покупали. За покупкой сувениров нужно было стоять в очередях.

 []

 []

 []
  

 []
В увольнение.
  
   В последующие дни стоянки начались автобусные экскурсии в национальный парк. С нашей группой курсантов поехал и я. Час поездки и мы в парке на берегу большого озера. И чё? А ни чё. Озеро, лес как у нас и холодно. Ни экскурсовода, ни каких-то мероприятий. Походили по берегу двадцать минут, пофотографировали, и в автобус. Снова полчаса езды и мы на берегу другого озера. То же самое. Походили двадцать минут, пофотографировали, и в автобус. Ещё час поездки и мы дома. И зачем нас туда возили? Непонятно. Хорошо хоть на обед успели.

 []
   После обеда парни сами пошли по музеям (их здесь аж два), звонить домой по дорогущему тарифу (доллар двадцать - минута), снова по магазинам. Некоторые полезли в горы.
  
 []

 []

 []
Домики Ушуайи.
  


 []

 []
   На третий день состоялись товарищеские встречи по футболу и волейболу с местными военными. В футбол продули со счетом 4:1. Единственный гол забил курсант технологического отделения КМРК Максим Садков.

 []
   В волейбол проиграли со счетом 3:0. Нет тренировок. Нет сыгранности команд. Как мы помним, уругвайцам мы проиграли в футбол со счетом 11:4. Таким образом, прогресс налицо, и это радует.
   Трое моих ребят - Максим Кузьменков, Евгений Будрецких и Андрей Горбачёв - удумали совершить велосипедную прогулку. Они нашли турбюро, где предоставляют напрокат велосипеды. Поделились со мной своей задумкой. Я в принципе был не против такой поездки. Но как её осуществить? Официально не разрешат. Мы не имеем права покидать черту города, прилежащего к порту. Да и в спортивной одежде их не выпустят в город, а никаких сумок с собой выносить с борта нельзя. Тогда мы придумали следующее. В день экскурсии и спортивных встреч я попросил помпоуча выделить их в моё распоряжение якобы для закупки сувениров. Это мне разрешили. Они как положено по форме, которую придирчиво осматривают при увольнении, вышли в город. Один из заговорщиков - третий помощник капитана Евгений Ромашкин, уходя в город, взял с собой рюкзак с их спортивной одеждой и загодя припасенными бутербродами и передал им его в городе.
   В турагентстве они переоделись в спортивную одежду и отправились в поездку в ледяные пещеры за полусотню километров от города. До пещер они так и не доехали. Но накатали 75 километров. Побывали в горах у ледников, встретили в отдаленных поселках редкую породу собак "хаски". Познакомились с приветливыми и общительными сельчанами. Возвратились на судно в восторге. Взахлеб рассказывали мне и своим товарищам об этой авантюре. Она пока ещё не раскрыта руководством судна.

 []
   Здесь мы познакомились еще с одним чудом природы. Только в этом районе южного континента существуют голубоглазые собаки породы "Хаски". Это южные лайки. Отличительной особенностью этих собак являются их голубые глаза. Ни у одной другой породы не встречаются такие голубые глаза. А у местных хаски ну совершенно человеческие глаза. И когда собака на тебя пристально, как бы изучая, смотрит, мороз по коже пробегает. Такой выразительный у них взгляд. По моему они могут даже обладать гипнозом. Долго выдерживать их взгляд просто невозможно. Или для этого нужно иметь необходимую тренировку.
   Эта замечательная порода была выведена Чукчами более 3000 лет назад. В суровом климате, в условиях низких температур (до -60 градусов) и продувного ветра, она стала надежным помощником обитателей Сибири.
   В 1909 году торговец мехом по фамилии Гусак провел приобретенную им упряжку хаски через Берингов пролив для участия в гонках "All Alaska Sweepstakes", протяженностью 408 миль. "Сибирские крысы", как их прозвали за то, что они были значительно меньше собак общепризнанных пород, выступили очень неплохо, заняв третье место. Это было большой неожиданностью для всех. Победа сибирских хаски вдохновила молодого шотландца по имени Фокс Рэмсей приобрести в Сибири около 70 сибирских хаски. Он потратил на их приобретение и транспортировку 25 000 долларов. Разделив их на три команды, выставил на гонки в 1910 году. Эти упряжки заняли соответственно 1, 2 и 4 места. Это было началом пути сибирских хаски по странам и континентам.
   Несмотря на то, что предки породы хаски жили в России, первыми эту породу зарегистрировали американцы. Поэтому страна происхождения породы - США.
   Хаски очень дружелюбная и преданная собака. Она всегда готова и способна к тяжелой работе. Приветливые и веселые хаски становятся хорошими друзьями для любителей санного спорта. Взрослые собаки бывают несколько замкнутыми по натуре, держатся с достоинством. К человеку относятся не агрессивно. Характер спокойный, уравновешенный, но встречаются особи с выраженной пассивно-оборонительной реакцией на человека. Некоторые собаки наряду с работой в упряжке используются для пасьбы оленей.

 []
   Четверо суток стоянки пролетели как один день. Десятого декабря мы отдали швартовы, и старенькие портовые буксиры развернули нас носом на выход. На берегу собралось много провожающих. Наши ребята успели понравиться своей общительностью и открытостью местным жителям и туристам. Почётный караул взял карабины "на караул" и здесь раздался густой оглушительный рев нашего судового тифона. Я, снимавший сцену расставания, вздрогнул от неожиданности. Камера смазала несколько кадров. Все стоящие в порту суда ответили нам троекратными судовыми гудками. Было очень трогательно это слышать и наблюдать. Даже старенькие буксиры, успевшие отдать буксирные концы, своими тоненькими свисточками нежно прощались с нами.

 []
   Среди провожающих была и Майя Кастэльграндэ, подружившаяся со многими членами экипажа благодаря своему южному темпераменту, неуёмной общительности и ностальгии по России. Кстати, у неё двойное гражданство и она часто бывает в России у своей матери, которую на будущий год хочет перевезти в Монтевидео. Старенькая уже.
   Прямо в бухте мы поставили часть прямых и все косые паруса и под звуки судовых гудков направились в дальнейший путь. Впереди был мыс Горн. Обогнуть его проливом Дрейка, да ещё под парусами, во все века считалось подвигом. Недаром морякам, совершившим такое плавание, разрешалось в ухе носить золотую серьгу. Раньше не было круинговых компаний. И капитаны судов, подбирающих экипаж, ходили по портовым тавернам и высматривали моряков с золотой серьгой в ухе. Если потом выяснялось, что он не проходил мысом Горн, его просто выбрасывали за борт.
   Погода стояла холодной, но попутный умеренный ветер вселял в нас надежду на то, что так нам и удастся проскочить южную оконечность континента. Надежда была слабой. Безусловно, мы получали краткосрочные и долгосрочные прогнозы погоды. Но они практически ничего не давали. Именно в этом районе зарождались глубокие циклоны. Притом, их развитие бывало столь стремительным, что предсказать его бывает практически невозможно. Но мы шли в разгар южного лета. Циклоническая активность не столь велика, как зимой. Поэтому и была надежда. Но пацанам-то хотелось шторма. Притом не просто шторма, а жестокого шторма. Да ещё чтобы с нами что-нибудь случилось. Вот это класс. Будет что вспомнить. Но это дети.
   А мы, взрослые, просто знали, что может быть сложно, но не более того. Подождем. Поборемся. И дождались.
   К 11 декабря ветер значительно усилился, притом, часто меняя направления. Температура воздуха упала до четырёх градусов. Шли только под марселями да косыми парусами. Парусные авралы следовали один за другим. Брасопили реи то на один, то на другой борт. Шли лавировкой. Ночью крен на левый борт стал достигать тридцати пяти градусов. На судне всё летело. То и дело раздавался грохот летящей мебели, посуды. Хотя давно было всё раскреплено по штормовому.

 []

 []
   В 4 часа 30 минут 11 декабря прозвучал сигнал парусного аврала. Я поднялся с постели, с трудом балансируя на уходящей из-под ног палубе. Резкая качка и большой крен на левый борт не давал возможности оторваться от переборки. С трудом, натянув тёплую одежду, стал выходить на палубу юта, где уже слышался топот десяток ног курсантов. Они более сноровисто одевались и выскакивали на палубу. Только приоткрыл водонепроницаемую дверь, как на меня обрушился поток воды. А ведь высота этой палубы на шесть метров выше ватерлинии. Ветер достигал скорости 28 - 30 метров в секунду. Высота волны шести метров. Я захлопнул дверь.

 []

 []
   Через дверной иллюминатор увидел, как мои ребята покатились к левому борту. Некоторые попадали и катились на спинах. Фальборта у нас высокие. За борт не слетишь. Но приятного в такой эквилибристике мало. Когда немного ушла с палубы вода, я вновь предпринял попытку выйти наружу. С трудом, удерживая вырывающуюся из рук ветром и креном дверь, я вышел наружу. Ребята повскакали на ноги и уже действовали по надрывному крику боцманов. Перекричать рев ветра было не просто. Они скользили по палубе как по льду. Некоторые вновь падали.
   Передвигались, держась за предварительно натянутые леера. Палубу шкафута вообще заливало. Там работали курсанты Санкт Петербурга и недавно прибывшие юнги Морской Молодежной лиги. Им было совсем трудно. Раскрепившись у тамбучины, я вытащил из-за пазухи видеокамеру и стал снимать.
  
 []
   На фоке полоскал порванный нижний брамсель. От ребят узнал, что лопнул фор-штаг, крепящий фок мачту в диаметральной плоскости. Мачта, конечно, не рухнет. Там есть ещё и другие снасти, крепящие мачту. Но ситуация неприятная. Ребята вскоре взяли паруса на гордени и гитовы. Крен уменьшился. Дождь и морские брызги секли лицо. Я, как мог, прикрывал объектив камеры. И снимал, снимал. В обязанность руководителя практики на авралах входит контроль за экипировкой курсантов. Иногда они выскакивают недостаточно тепло одетыми, обутыми, без головных уборов или без верхней непромокаемой одежды. Вот мы, руководители практики, и следим за этим.
   Но мои курсанты очень дисциплинированы и уже не нуждаются в мелкой опеке. Прозвучала команда: "Приготовиться к подъёму на мачты для укатки парусов". Это уже серьёзно. При таком ветре и качке! И вскоре: "Пошли по правым вантам на укатку парусов". Ребята, прижимаемые к вантам шквалистым штормовым ветром, пошли наверх. Пошли быстро. Снасти были мокрыми и удерживать равновесие при качке сложно. Но ребята шли и шли. Перейти с вант на реи вообще сложно даже при хорошей погоде. А здесь! Но они переходили.
   Расходились по пертам и приступали к усмирению рвущуюся из рук дакроновую ткань парусов. Я снимал. Паруса оглушительно хлопали на ветру. Ветер свистел, нет, даже не свистел, а ревел в снастях. Я снимал. Комментировать было невозможно. Рёв ветра могли перекричать только боцмана. Вскоре паруса были укатаны и плотно принайтовлены сезнями к реям. Ребята пошли вниз. - Ну, как? Спрашивал я раскрасневшихся и взволнованных ребят. - Классно! Здорово! Кайф! - Были ответы. И ни один не посетовал на трудности. Отбой аврала. Пошли под машинами. Бортовая качка сменилась килевой. Против волны и ветра, при встречном течении в 1,5 узла, на полном ходу под двумя машинами выгребали со скоростью 2,5 узла. До меридиана мыса Горн оставалось 23 мили. Ребята сожалели, что, очевидно, придётся его пересекать под машинами. А Нептун гнул своё. Никак не хотел пропускать нас в Тихий океан. Наступил полдень. Ветер немного стих. В 13 часов вновь зазвенели колокола громкого боя.
   Ти-та,ти-та,ти-та. - звучали колокола громкого боя. "Парусный аврал, парусный аврал, парусный аврал! Пошёл все наверх! Приготовиться к постановке парусов!"
   И вновь ребята на палубе. Стало ясно, что капитан задумал всё же пересечь меридиан мыса Горн - 67 градусов 17 минут западной долготы - под парусами. До него оставалось каких-то шесть кабельтовых. Ребята с радостью восприняли такое решение капитана. Они мигом взлетели на реи и вскоре мы вновь шли под штормовыми марселями. Построились.

 []
   Помпоуч вытащил из-за пазухи бутылку шампанского. Поздравил курсантов с проходом мыса Горн и, встряхнув хорошенько бутылку, снял проволочную оплётку пробки. Хлопок, и струя пенящегося шампанского окатила и курсантов, и нас, руководителей практики. Раздался охрипший голос боцмана первого грота: "Мысу Горн - гип, гип - и сотня голосов - ура! Гип-гип - Ура! Гип-гип - Ура! Ура! Ура!". Ребята поздравляли друг друга с таким событием. А мы поздравляли их. Фотографировались на память.

 []
   Потихоньку стали расходиться. Тянулись минуты, а официального сообщения о пересечении меридиана не было. Наконец, в 13 часов 40 минут по трансляции прозвучал голос капитана. - "Внимание экипажа и курсантского состава! Сегодня, 11 декабря 2005 года в 13 часов 40 минут мы пересекли меридиан мыса Горн и вошли в Тихий океан. Поздравляю экипаж, курсантский состав с этим знаменательным событием. Желаю всем крепкого здоровья и надеюсь, что и в дальнейшем мы достойно справимся со всеми трудностями!". Раздались громкие крики Ура! Мы высыпали на палубу со своей съёмочной аппаратурой. В дымке на правой скуле просматривались огромные скалы. Которая же из них мыс Горн? То и дело раздавались риторические вопросы. В конце концов, пошли выяснять у штурманов. Появились бинокли. Стали по очереди всматриваться в высившиеся громадины скал.
  
 []
Мыс Горн.
  

 []
Карта пересечения меридиана мыса Горн.
  
   Мысом Горн оказался невысокий мысок, выступающий перед теми громадинами, оборудованный беленьким маячком. Невзрачный, приветливый, совсем не грозный. А столько человеческих жизней числится за тобой, подумалось мне. Более двух тысяч только известных кораблей ты унёс. А сколько ещё неизвестных? Наши пассажиры вынесли на палубу венок, любовно изготовленный ими на судне. В присутствии почти всего экипажа под оглушительный прощальный рев судового тифона, венок опустили в воду в память всех погибших здесь моряков.
  

 []
   Пройдя ещё немного неудобным для нас курсом, приступили к уборке парусов. Пока убирали и укатывали паруса, нас снова снесло восточнее от меридиана. Другими словами, мы вновь очутились в Атлантическом океане. Дали ход, легли на курс 270 градусов и под машинами вновь пересекли меридиан мыса Горн в западном направлении и снова очутились в Тихом океане. Итак, за одни сутки мы дважды пересекли меридиан мыса Горн. Один раз под парусами, один раз под машинами. У каких моряков такое бывало? А теперь вперёд. Через одиннадцать суток нас ожидает Чилийский порт Вальпараисо.
  
  

Глава 5 - Вальпараисо.

  
   Одиннадцать дней пролетели как один. За работой и учёбой дни летели за днями и вот мы на рейде Чилийского порта Вальпараисо. Заход запланирован на завтра - 23 декабря 2005 года. Сутки необходимо повести на рейде. Дело привычное.
   Подошли поближе к берегу. Выбрали место якорной стоянки, и последовала команда с мостика - "Отдать якорь!". Двухтонная махина адмиралтейского якоря, висевшая за бортом на цепной подвеске, сорвалась с места и полетела в воду. Ленточный стопор был отдан и якорь цепь, набирая скорость, стала уходить на семидесятиметровую глубину. С палубы было видно, как старший боцман бросился к ленточному стопору и стал бешено вращать его привод, стараясь задержать цепь. Барабан перестал вращаться. Но цепь, приобретя огромную инерцию, стала обходиться вокруг звездочки и продолжала с грохотом уходить в воду. Цепь всё летела и летела. Наконец, послышался удар и грохот прекратился. Что произошло? То ли боцману удалось задержать цепь? То ли ...? Мы все смотрели на ржавое облако, медленно выплывающее из-под полубака. И боцмана, поспешно надевшего респиратор. Под полубак неспешной походкой прошёл капитан. И вдруг он бегом рванул назад в рубку. Стало всё понятным.
   Цепь оборвалась. Нужно было срочно зафиксировать место потери якоря. И что теперь будем делать? Ведь потеря якоря - авария. А коль это так, то регистровые документы на право плавания автоматически прекращают своё действие. А без документов мы не имеем права продолжать плавание. Операция по поднятию цепи не такая уж сложная операция. Да и деньги на её проведение возместит страховая компания. Но время. На такую операцию потребуется достаточно длительное время. Во-первых. Глубина в 70 метров достаточно серьёзная. Нужен или тяжелый вентилируемый скафандр, или опытные аквалангисты. Есть ли они в этом порту? Эти вопросы, безусловно, нас не касались. А каково капитану? Да и по итогам рейса к капитану будут серьёзные претензии. Ведь в любом учебнике морской практике сказано, что с ленточного стопора можно отдавать якорь только до глубин 20-30 метров. А на больших глубинах его нужно мотором стравить до грунта, а уж потом потравливать цепь с ленточного стопора. Ни в коем случае нельзя сказать, чтобы капитан не знал этих прописных истин. Просто перед многочисленной снимающей и пишущей братией он захотел попижонить. Вот и вылезло это пижонство боком.
   Ну а у нашей учебно-судовой службы своя жизнь и свои заботы. Учитывая, что мы остались без якоря, а левый якорь почему-то никогда не отдавался, нас в тот же день поставили к пирсу. Начались увольнения в город. А история города, да и страны, очень интересная.
   Это самая протяжённая по меридиану страна в мире. Длина её территории с севера на юг составляет более 4300 километров. Территория Чили, открытая в 1520 году Магелланом, была населена индейцами. Название стране дали испанские конкистадоры от испанского слова "chile" - острый зелёный перец, который выращивали индейцы. В начале XVI века испанцы, завоевав Перу, вторглись в пределы территории Чили.
   В 1810 году в Сантьяго вспыхнуло антииспанское восстание, в результате которого в 1818 году была провозглашена независимость Чили.
   Второй по величине город Вальпараисо (население 300 тысяч человек) основан испанцами в 1536 году. В 1674 году превращён в мощную крепость, способную отбиться от английских и голландских пиратов, часто пытавшихся высадиться на побережье Чили. В период войны за независимость (1817 год) испанцы разрушили и сожгли город. Восстановленный в 1832 году он вскоре превратился в один из крупнейших портов Южной Америки. В 1866 году Вальпараисо подвергся жестокой бомбардировке со стороны испанской эскадры.
   21 мая 1879 года чилийский фрегат "ESMERALDA" в Тихом океане встретился с перуанским броненосцем "HUSKAR". Несмотря на то, что фрегат имел с каждого борта по десять пушек, а броненосец только две, силы были далеко неравны. У броненосца эти две пушки были гораздо большего

 []
  
"ESMERALDA"
  

 []
  
"HUSKAR"
  
   калибра с нарезными стволами и располагались во вращающейся башне, что было новинкой кораблестроения. На фрегате были старые гладкоствольные безоткатные орудия не представлявшие броне перуанского монитора серьёзной опасности. Перуанцы, находившиеся в состоянии войны с чилийцами, предложили фрегату спустить флаг и сдаться в плен. За это они гарантировали сохранить морякам жизнь. "Эсмеральдой" командовал адмирал Arturo Prat. Он обратился к команде с призывом принять бой, вместо позорной сдачи в плен. И команда его поддержала. Завязался бой. Фрегат получал всё больше и больше повреждений. Уйти от врага он не мог. Машина была слишком слабой. В какой-то момент адмирал принимает решение идти на таран. Корабли от столкновения получили смертельные повреждения и затонули. Адмирал Прат погиб в этом сражении.
   На центральной площади Вальпараисо установлен грандиозный памятник морякам, погибшим в этом сражении. Днём и ночью у памятника стоит почётный караул и горит вечный огонь.

 []
Памятник героям "Есмеральды".
  
 []
Новая "Esmeralda"
  
   Город неоднократно сильно страдал от землетрясений (1730, 1817, 1906, 1960 годы). Поэтому в городе не сохранилось древних строений.
   Сам город расположен на склоне Анд. Дома карабкаются вверх по склону, цепляясь за любые выступы.
   Несколько улиц с односторонним движением, стиснутых серыми громадами домов, идут параллельно береговой черте. К верхним ярусам домов ведут древние фуникулёры. Когда один вагончик, состоящий из трёх ветхих кабинок, тросом поднимается по крутым рельсам вверх, другой этим же тросом, перекинутым через огромное вращающееся колесо, спускается вниз. В них так трясёт, что устоять на ногах просто невозможно. Поэтому по периметру кабинок на 6-8 человек установлены деревянные скамейки. Я по незнайке однажды пристроился с видеокамерой в первой кабинке у лобового окна. Думал снять медленное погружение в каменное чрево города. Фуникулёр вдруг так рванул сначала вверх, а потом вниз, что меня только и успели подхватить заботливые руки пассажиров. Я еле попал задним местом на узенькую скамейку. Пока меня ловили и пристраивали - фуникулёр оказался внизу. Заплатив 150 песо (около четверти американского доллара), через узенький-узенький отлитый из чугуна тяжеленный турникет, я выполз на улицу, такую же узенькую и тесную. Таких фуникулёров в Вальпараисо насчитывается более шестидесяти.
   Знакомство с городом началось с пеших прогулок. Но гулять по каменным мешкам - удовольствие небольшое. Через несколько кварталов мы вышли на большую площадь, о которой нам говорили наши пассажиры. На площади раскинулся большой шатер внутри которого помещались торговые точки. Мы с интересом прошлись по рядам. Посетителей было много. Здесь продавались в основном кустарные поделки. В большинстве своём это были различные сувениры. Кое-что присмотрели и мы. Какие-то безделушки на память об этой стране. Но самое-то главное - каждый из нас позвонил домой. Тариф был недорогой. Около полудоллара за минуту разговора. Мобильные телефоны молчат. Не регистрируются карты. Почти у каждого курсанта телефон. И у всех одна и та же беда. Частоты здесь другие. Вот и молчат телефоны.
   Множество лотков и магазинчиков разбросано на тесных улицах города. Здесь обилие сносных по ценам овощей, ягод и фруктов. Но все они какие-то безвкусные. Виноград мелкий и без вкуса. Крупнющая клубника. И без вкуса. Мы сделали вывод, что жаркая тропическая зона плоха для выращивания этих культур. Мы, конечно, знали, что именно местные индейцы подарили миру картофель и кукурузу. Вот эти овощи были хороши. А остальное, как и тропические цветы, яркое и без вкуса и запаха. Но это так. К слову. Не это же главное. Главное то, что мы, может быть, единственный раз в жизни попали в эти экзотические страны. Да нам за это ещё и кое-какую зарплату платят. Поэтому мы с удовольствием, до боли в ногах, бродили по улицам и без конца фотографировали и снимали на видео.
   Как-то вечером мы с помпоучем решили подняться на верхний ярус города. Выбрали одну из улочек, ведущих вверх, и пошли. Идём полчаса. Идём час. Нет никаких боковых ответвлений. Сначала и слева и справа тянулись трущобы.

 []
Вид сверху.
  

 []
Присмотрели покупку.
  

 []
  
   Малюсенькие домики, размером примерно 3 на 3 преимущественно с плоскими крышами стояли один на другом. Как будто кто-то из кубиков сложил эти пирамиды, карабкающиеся вверх по почти отвесному склону вулканических гор. Вверх к этим клетушкам вели извилистые ступени, зачастую вырубленные прямо в породе. Сложены эти кубики из той же вулканической породы. Смотреть на эту нищету было грустно. Нищета окружала нас. Отсюда в припортовом районе грабежи и разбой. Вчера у одного нашего немецкого пассажира вырвали дорогой фотоаппарат, сбив его с ног ударом сзади по ногам. У другой пассажирки вырвали кошелёк с деньгами и загранпаспортом. Поэтому мы ходили только по нескольку человек в группе и прятали под куртками и безрукавками аппаратуру. Вот почему я на всех снимках в тёплой безрукавке, несмотря на несносную жару. Другой лёгкой верхней одежды у меня просто нет. Так и шли мы по совершенно пустой улице, непрестанно исподволь озираясь по сторонам, чтобы вовремя заметить готовящееся нападение. Если попадался интересный кадр, мы оба останавливались и по очереди извлекали из-под одежды фотоаппараты или видеокамеры, чтобы сделать снимки. Когда один снимал - другой бдел. И так мы шли и шли. А конца извилистой улицы и не было. Назад возвращаться не хотелось. Да и под гору идти гораздо сложнее, чем в гору. Икры ног так устают, что однажды мы вынуждены были поворачиваться спиной и спускаться задом наперёд.
   Но вот ближе к вершине гор стали появляться всё более и более красивые и богатые дома. Воздух стал заметнее прохладней. С нас перестал лить пот. За каждым поворотом открывались всё более красивые дома. Появились и многоэтажные. Мой спутник несколько раз предлагал повернуть назад. Но я его убеждал в том, что от таких красивых домов должен же быть какой-то цивилизованный спуск. Ну, ни один человек нам не попался навстречу. А ведь где-то они спускаются вниз. Все офисы находятся внизу. Здесь только спальный район. И мы брели дальше. Наконец наша единственная дорога, круто развернувшись на 180 градусов, привела нас на самую вершину плато к многоэтажным домам. С другой стороны плато был практически обрыв. Далеко внизу расстилался город. Ну, должен же быть какой-то спуск вниз. Нет. Спуска не видно. Мы вышли на нависающую над кручей площадку дома и стали с высоты птичьего полёта снимать город. Практически прямо под нами расстилался порт с ошвартованным нашим судном. Но как до него добраться? Я уже закончил съёмку. А мой коллега всё снимал и снимал. И тут вдруг я увидел, что метрах в ста от нас по почти вертикальному склону вверх ползёт фуникулёр. Так вот, оказывается, как местные жители спускаются вниз. Мы рванули в сторону фуникулёра и вскоре очутились в его утробе. Ну а как он дёрнул сначала почему-то вверх, а потом полетел, подпрыгивая и переваливаясь, вниз - я уже рассказал раньше. Никакой съёмки у меня не получилось.
   На следующий день помпоуч утречком шепнул мне на ухо, что посольство выделило экипажу свой микроавтобус на 12 человек для поездки в столицу Чили Сантьяго. И если я имею желание, он может оставить одно местечко для меня. Я, конечно, тут же согласился. К 10 часам автобус был у борта. Мы быстро загрузились и двинули в столицу. В автобусе находились в основном фото и кинокорреспонденты. От порта Вальпараисо до Сантьяго 130 километров. Дорога была широченная с прекрасным покрытием. Делали её французы. Мы поднимались всё выше и выше по предгорью Анд. Закладывало уши. Посольский водитель держал скорость 100-120 км. в час. По бокам дороги и слева и справа тянулись нескончаемые плантации виноградников. Невысокие, с метр высотой, виноградные деревца были заботливо ухожены. Ни одной травиночки не было видно между ровных шпалер виноградника. Каждый стволик был обёрнут каким-то блестящим материалом в виде фольги. Очевидно от грызунов. В автобусе нас сопровождала торговый советник. Миловидная женщина всю дорогу рассказывала о стране, её населении и обычаях. Она была очень эрудированным и интересным рассказчиком. Сначала её внимательно слушал весь автобус. Потом корреспонденты сначала тихо, а потом и громко стали обсуждать свои проблемы, и я уже ничего не слышал. Было обидно. Но что поделаешь. Это для них был выделен автобус. Я любовался предгорьем Анд и заботливо ухоженными безбрежными плантациями винограда, уходящими к подножью высоченных гор главного хребта. Главный хребет приближался всё ближе и ближе. Сейчас дорога извивалась по долинам, лежащим между не очень высокими холмами предгорья. А как же мы преодолеем главный хребет? Мучил мены вопрос. Он вздымался впереди неприступной громадиной. Миновали два участка частной платной дороги. Шофёр заплатил порядочные суммы. И вот мы подъезжаем вплотную к главному хребту. И вдруг дорога за поворотом уходит в широкий тоннель длиной в три с половиной километра. Наша гид в наступившей тишине поясняет, что это не самый длинный тоннель. Есть и подлиннее. Не снижая скорости мы несёмся в свете желтых люминесцентных ламп. Потом ещё один тоннель и мы въезжаем в столицу Чили Сантьяго.
   Попетляв по довольно узким улицам центра столицы мы выезжаем на площадь ла Монеда, где и расположен президентский дворец. Площадь сохранила своё название с тех давних времён, когда в двухэтажном здании настоящего дворца размещался монетный двор. Во времена упадка экономики страны правительство выкупило этот дворец, сделав его резиденцией президента. Но у всех нас дворец связан совсем с другими событиями. 11 сентября 1973 года военным генералом Пиночетом был совершён государственный переворот, во время которого погиб законный Президент Сальвадор Альенде. Как его называли - последний на земле идеалист. И вот мы на этой площади. Озираемся по сторонам. И у всех одно на уме. Вон там стояли танки и вели обстрел дворца. А вон на тех высотных домах располагались снайперы, расстреливавших защитников дворца. Отсюда начался штурм. И так далее.
   И резким диссонансом, среди высоких и раскидистых пальм высилась огромная искусственная ёлка. Пальмы и ёлка. Юг и север рука об руку. Очень непривычная картина. И мы, первым делом, стали фотографировать эту картину.

 []
   Но вот наша гид приглашает нас пройти во внутренние дворики дворца. Не спеша по несносной жаре, мы проходим под арку дворца. Приветливые карабинеры металлоискателями проверяют всех входящих во дворец. Выдержав эту несложную процедуру, мы входим в первый внутренний дворик. Он не очень большого размера с фонтаном. Окружают двор двухэтажные корпуса дворца. Какой-то совсем домашний дворец. Да и не дворец он вовсе. Просто так его назвали. Слева входная дверь, задрапированная библейским сюжетом. Она закрыта с того момента, когда в неё вошел последний раз Президент Альенде. Войдя со двора в эту дверь, убедившись в безысходности своего положения, чтобы не допустить дальнейшего кровопролития, он приказал оборонявшим дворец, прекратить сопротивление, а сам застрелился. С тех пор в эту дверь никто не входил и не выходил.
   Сфотографировавшись на память с карабинером, мы проходим под аркой во второй дворик. Он называется "апельсиновым". Там действительно растут деревья, обильно усыпанные оранжевыми апельсинами. И опять-таки как-то всё по-домашнему.
   Поверх двора от крыши до крыши второго этажа натянуты тросы. Я поинтересовался их назначением. Оказывается, во время больших приёмов столы накрываются прямо во дворе. А поверху натягивается прозрачная плёнка. Так было во время приёма Президента Путина, где присутствовала и наша торговый советник. Приглашенных было около трехсот человек. Нашего Президента принимали очень тепло.
   Из этого дворика мы вышли на улицу с другой стороны дворца. Обогнув дворец, мы подошли к величественному памятнику Сальвадору Альенде. Древко окутывающего фигуру Президента знамени опустилось до земли.

 []
   Это было так трогательно, что невольно мурашки побежали по телу. И тут же закралась мысль. И символически закрытая дверь, и монументальный памятник были установлены во время правления Пиночета, которого наша пропаганда окрестила как кровавого диктатора. Да и экономика страны при нём пошла резко в гору. Что-то здесь не так. Ну да Бог с ним. Мы сфотографировались у памятника и продолжили знакомство со столицей.
   Шла суббота 24 декабря - канун католического Рождества. Перед дворцовой площадью раскинулся значительный по размеру сквер. Сегодня весь сквер заполнили лотки и палатки со всякими сувенирами. Народу было очень много. Все что-то покупали. Мы тоже стали присматриваться к сувенирам. Мне очень понравился бронзовый бык в боевой позе. Так и кажется, что он вот-вот сорвётся с места и ринется в бой. Я его купил за 6 долларов. В Вальпараисо такая статуэтка стоила 12.
   Изделий из бронзы на лотках великое множество. По залежам меди и её добычи Чили стоит на одном из первых мест и в мире, и на южноамериканском континенте. Отсюда и такое изобилие поделок из меди и бронзы.
   Набродившись по импровизированному рынку, мы заглянули в католический храм. Как и в большинстве столиц, храм огромен. Шла служба. Народу было много. Один молодой мужчина сидел на ступенях святой мученицы и громко рыдал. Перед ним стоял маленький детский трёхколёсный велосипедик, и лежали детские игрушки. Очень жалко было смотреть на эту сцену. Очевидно, его ребёнок недавно погиб, и безутешный отец не мог сдержать рыданий.
   Сделав несколько снимков, мы вышли на пешеходную улицу. Гуляющих было столько, что мы с трудом пробирались сквозь нарядную толпу.
   На пешеходной улице кипел праздник. Через каждые сотню метров какая-нибудь музыкальная или танцевальная группа демонстрировала своё искусство. Причём, в действе мог принять участие любой прохожий. Группа тут же подхватывала такой почин и подыгрывала любителю изо всех сил. После окончания номера один из группы обходил толпу зевак, и те бросали в шляпу или кружку несколько монеток. И так после каждого номера. Так потихоньку пробираясь и фотографируя мы добрались до станции метро. Наша провожатая предложила спуститься вниз и посмотреть местное метро. Его делали тоже французы. Спустились и обомлели. Распросторнейший вестибюль. Никакого столпотворения. Уютные стекляшки. Из этого вестибюля турникеты и эскалатор вниз. Не глубоко. Подошли к перилам. Пришёл один, потом другой поезд. Вагоны не грохочут. Полумрак. Огромное панно над туннелями. И опять-таки почти отсутствие народа. Полюбовавшись этой красотой, двинули в обратную сторону. Снова улица с танцами, живыми статуями. И тридцатиградусная жара. У нас в Вальпараисо гораздо прохладнее. Там даже иногда дождичек брызжет. А здесь - жара и несносное солнце.
   И как жалко было смотреть на многочисленных дедов Морозов, парившихся в своём зимнем наряде. То ли они привычные к такой жаре. То ли охота пуще неволи.

 []
   Добрели до автобуса и двинули по городу. По тесным центральным улицам, застроенным громадами домов 50-х годов, мы выдрались на окраину столицы. Здесь уже совсем другая застройка и архитектура. Частные двух-трех этажные игрушечные домики уже не теснились друг к другу. Пространство между ними занимали заботливо ухоженные дворики. И кругом зелень, зелень. Каких только растений не встречается. А наши флоксы цветут неимоверно огромными разноцветными шапками.
   Попетляв по городу мы стали подниматься по серпантинной дороге на высокую гору. Наш лихой немолодой водитель такие закладывал повороты над обрывами, что дух захватывало. А дорога поднималась всё выше и выше. Закладывало уши, и все в автобусе судорожно сглатывали слюну. Наконец остановились на смотровой площадке. Мы вышли из автобуса и раскрыли рты от удивления. Далеко под нами раскинулся город. Он был огромен. Нескончаемой лентой он охватывал гору, на которой мы находились. Наша провожатая рассказала, что когда в 1583 году адмирал поднялся на эту гору и окинул взглядом окрестности, он сразу решил, что здесь будет столица покорённого им края. Два рукава реки огибали огромную гору, на которой находился адмирал. Долина этих рукавов благоухала пышной растительностью.
   Вдали возвышался величественный главный хребет Анд, со склонов которого и брали начало реки. Но на всякий случай он спросил у местных индейцев, хорошее ли это место для города. Они знали, что это место гиблое. Реки иногда так разливаются, что затапливают всё, за исключением этой горы. Но, желая отомстить за вторжение чужеземцев, они сказали, что это место очень хорошее для города. Так появился город святого Яго - Сантьяго. В долине разместился сначала военный гарнизон. Потом стали прибывать переселенцы. Гора превратилась в пристанище бандитов и разбойников. Она жила по своим законам и никто не мог сунуться в её пределы. И только генерал дон Педро де Вальдивия, правивший страной в 1810 году, смог с помощью армии очистить гору от преступников и разбить здесь прекрасный парк, завезя различные растения со всего света.
   Город действительно периодически затапливало, и жители вынуждены были возводить дамбы, спасаясь от наводнений. Кроме того, примерно раз в сто лет город подвергается не просто землетрясениям, а разрушительным землетрясениям. Поэтому старинных построек и нельзя здесь увидеть. И ещё несчастье. Город находится в долине закрытой со всех сторон высоченными горами. И над городом практически круглый год висит смог. Жители болеют и задыхаются от него. Предпринимаются исключительные меры по борьбе со смогом. Правда, мы что-то не почувствовали его пагубного влияния на нас. То ли был не сезон. То ли правительство хорошо борется. Но картина мегаполиса была грандиозной. Это не город, а какой-то муравейник - казалось нам с высоты. Если в центре видны хорошие высотные дома, то окраины застроены нищими лачугами. Представшая перед глазами картина и завораживала нас, и приводила в шок. Безмолвно мы щёлкали фотоаппаратами, а наша гид, видя наше состояние, предложила подняться ещё выше. И мы пошли на вершину горы.
 []
   Вершину венчала величественная скульптура Божьей Матери. Подаренная французами в 1963 году в честь 150-летия независимости страны, она как бы благословляет город и его жителей на благоденствие и процветание. Защищает его от напастей тёмных сил. Подножье памятника во все времена года устлано цветами. Их приносят все граждане, посещающие это место. Очень спокойная и умиротворённая скульптура.
   Но чуть пониже, на крутой скале помещена скульптура индейца. Он то ли готовит лук для стрельбы. То ли пращ для метания камней. Но поза очень агрессивная. И агрессия-то направлена против Божьей Матери. Как будто он не нуждается в её покровительстве. Так и кажется, что он вот-вот сорвётся с места, чтобы отомстить чужестранцам за вторжение в его землю. Скульптура полна экспрессии и просто завораживает.

 []
   Обратный путь был и длинён и противен. Члены экипажа набрали в одном из магазинов ящика два вина и стали глушить его прямо в автобусе.
   К этому времени мы уже высадили торгового советника и дали себе волю. Я не перестаю удивляться этим людям. Ну, чего стоило привезти вино на судно, сесть и культурно выпить с хорошей закуской. Нет, они как с цепи сорвались. Ну, когда мужики вырываются в краткосрочные командировки - понятно. Там нужно быстрее восполнить вынужденное воздержание. А здесь-то что. Времени хоть море пруди. Ну, посмотри ты вокруг, полюбуйся пейзажами. Нет. Нужно лакать и лакать. А ведь среди участников был и старший штурман, и научный сотрудник, и московский работник федерального агентства по рыболовству с красными, выпученными как у рака глазами. И на тебе. Разговор становился всё громче и громче. Все старались перекричать друг друга. А водитель посольства старался музыкой забить пьяный ор подвыпившей компании. Мы с доктором да помпоучем, отвернувшись в окна автобуса, с сожалением внимали пьяным речам, пересыпаемым крутым матом.
   Подъехали к судну затемно. Изрядно подвыпившая толпа фотографов и журналистов, качаясь и поддерживая друг друга, с трудом поднялась на борт судна. Наверное, по их представлениям поездка удалась.
   Я с грустью и сожалением покидал эту экзотическую страну. Я благодарил судьбу за то, что она предоставила мне возможность здесь побывать. И не важно, что это произошло в преклонном возрасте. Это даже ещё ценнее, чем, если бы это случилось в молодости.
   Мы покинули причал Вальпараисо 27 декабря 2005 года после полудня. Но как вы помните, якоря-то у нас нет. Он ещё покоится на дне бухты. Вот мы и легли в дрейф, ожидая, когда военные моряки Чили достанут его со дна моря. А они взялись за это дело, запросив около 70 тысяч долларов. И мы согласились. Ведь у нас уже нет регистровых документов на продолжение плавания. Из России прилетел представитель инспекции Регистра Морского Судоходства и ожидает восстановления мореходности для продления действия документов. Но у чилийцев идут рождественские праздники. И никто нашим якорем не занимается. Прошли рождественские праздники, но начались новогодние. Мы тоже встретили новый год и застольем, и новогодними концертами, и шуточными программами.
 []
Конферансье.
  
 []
Брейк-данс.
  
 []
  
 []
  
 []
  
   В своём коллективе воспитали и Деда Мороза, и Снегурочку, и, даже, снеговика с длинным красным картонным носом вместо морковки. Его роль прекрасно исполнил один из курсантов нашего колледжа.

 []

 []

 []
   Наступили будни. Военные как будто зашевелились. Мы в бинокли наблюдали, как вспомогательные военные корабли вышли в координаты потери якоря. Как водолазы один за другим уходили под воду. И с нетерпением ждали результатов. А их всё не было и не было. Военные подходили к борту и что-то уточняли. И снова ожидание. К этому времени стало известно, что где-то на складе есть старинная якорная цепь немного меньшего калибра. Согласовали с Регистром. Он осмотрел и одобрил её для нас. Наконец 4 января стало известно, что наш потерянный якорь покрыт полутораметровым слоем ила, и водолазы до него добраться не могут. Пробные траления результата не дали. И капитан принимает решение закупить имеющуюся цепь и оснастить её запасным якорем. Пятого января на портовом буксире нам подвезли на рейд две смычки закупленной якорьцепи. Ошвартовали буксир у правого борта носом к корме. Через наш якорный клюз завели стальной трос и застропили начало цепи на борту буксира. Мы с борта наблюдаем эту картину. Я говорю моему соседу, что строп какой-то не серьёзный. Это был брезентовый ремень шириной в три пальца. Оба капитана, толкавшиеся на баке, тоже заметили это и крикнули нашему старпому, находившемуся на борту буксира, чтобы он перестропил цепь. На борт полетел строп из стального троса. Но старпом крикнул, что этим стропом цепь грузили на буксир, и он всё выдержал. Капитаны настаивать не стали. Пошёл шпиль, и цепь медленно поползла с кормы буксира нам в клюз.

 []
   И вдруг она под своей тяжестью стала с грохотом уходить за борт буксира. Мелькнули последние звенья, и я успел нажать на спуск фотоаппарата. Я был готов к этому моменту. Брезентовый строп лопается, и две смычки вновь купленной якорьцепи уходят на дно океана. Новый подарок Нептуну. Несколько секунд оцепенения и зрители начали расходиться, потихоньку обсуждая случившееся. Ещё один косяк судоэкипажа. Ещё один чёрный шар в корзину кругосветки.
   Что теперь предпримут капитан с капитаном-флагманом? Эти вопросы и обсуждали члены экипажа, не принимавшие участия в операции.
   Вскоре мы дали ход, и пошли на швартовку в порт. На причале нас ожидали ещё восемь смычек цепи. Теперь застропили более надёжно первую смычку и стали брать на борт. Как только появился провис, цепь с грохотом сорвалась с пирса и легла на грунт. Но здесь глубина была всего десять метров, и боцманская команда помалу стала брать якорьцепь. Потом пошел второй, третий отрезок. И вскоре все оставшиеся восемь смычек были у нас на борту. К ночи подсоединили запасной якорь и восьмого января, выйдя из порта, легли курсом на Кальяо.
  

Глава 6 - Кальяо.

  
   Потеря времени на рейде Вальпараисо привела к тому, что мы выбились из графика и ни о каких Галапагосах думать не приходится. Было очень жаль, что мы лишались такого интересного захода. Да и в Кальяо мы значительно опаздывали. А ведь по программе, согласованной ранее, наш корабль должен был посетить сам Президент Перу. Ведь заход планировался на седьмое января. А мы в лучшем случае могли прибыть только пятнадцатого. Но не зайти в Кальяо мы не могли. У нас уже подходили к концу запасы продуктов и воды. Из за неблагоприятной эпидемиологической обстановки в Чили мы не пополняли свои запасы. Нас судовой врач так напугал эпидемиями, что мы мыли руки по десятку раз в день. Он откуда-то получил такую информацию. Мы спросили у посольских - так ли это? Они, оказывается, ничего подобного и не слышали.
   Утром пятнадцатого января мы ошвартовались у причала Кальяо. На берегу выстроился почётный караул из кадетов морской высшей школы торгового флота в белоснежных мундирах. Делегацию встречающих возглавлял Посол России с супругой. Его сопровождал многочисленный состав посольства и представительств. Были и иностранные гости. Курсанты КМРК также застыли в почётном карауле.
  
 []
  
 []
  
   Прямо на причале танцевальный ансамбль из шести девушек босиком в ярких длинных юбках под аккомпанемент неведомых нам ударных инструментов, на которых музыканты и сидели, исполнил зажигательный национальный танец. Во время танца они задорно поднимали свои яркие юбки, как будто нарочно соблазняя наших изголодавшихся по женской ласке моряков.
  
 []
  
 []
  
 []
  
 []
 : :
   Окончился танец, и гости поднялись на борт судна. Поднялся на борт и почётный караул.
  
 []
  
   Наши ребята организовали им экскурсию по судну. Перуанские курсанты были очень довольны общением, которое шло на английском языке. Вскоре стало известно, что в 12 часов нашей делегации предстоит процедура возложения венка к памятнику национального героя Перу генералу Хосе Галвезу Эгускуиза, и нашему почётному караулу необходимо и там исполнить свою роль. Я увязался с ними. Недалеко от порта на берегу бухты была разбита небольшая площадь. На площади и находился этот памятник. Рядом с памятником была установлена огромная старинная пушка, которая стреляла раз в месяц первого числа. Но в связи с нашим приходом выстрел этого месяца был отложен до этого момента. Наш и перуанский почётные караулы построились.
   Оркестр заиграл гимны, и на высоких флагштоках медленно поползли вверх российский и перуанский флаги. Потом стали заряжать пушку. Процедура эта длилась довольно долго. Я хотел снять момент выстрела. Подошёл поближе, насколько позволяло оцепление. В желобок пушки насыпали порох и медленно стали подносить фитиль. Мой палец лежал на спуске фотоаппарата. И вдруг эта махина как грохнет. Я от неожиданности вздрогнул, и палец застыл, не в силах нажать на спуск. Нажал только тогда, когда из ствола шёл лёгкий дымок. На несколько секунд заложило уши. Вроде и рот открыл. А как заложило.
 : :
 : :
 []
  
 : : Вскоре процедура закончилась и нас, прокатив по прибрежному району с богатыми особняками, доставили на судно.
  
 : :
 []
  
   Порт Кальяо с его инфраструктурой сливается со столицей Перу Лимой. Но официально он является автономным районом, со своей мэрией и её аппаратом.
   Столица Перу Лима основана в 1535 году испанским конкистадором Ф.Писарро и именовалась Сьюдад-де-лос-Рейес - "Город королей на левом берегу реки Римак". Однако очень скоро город стали называть Лима от слова "римак", что означает "говорить". Индейцы кечуа с незапамятных времён называли реку Римак "говорливая река".
   В течение трёх веков Лима была центром испанских колониальных владений в Южной Америке и столицей вице-королевства Перу. После провозглашения независимости Перу в 1821 году Лима стала столицей Перу. Центр города - главная площадь Лимы. Именно здесь Ф.Писсаро, воткнув в землю пику, велел заложить столицу. Каждый год 18 января на этой площади торжественно отмечается годовщина основания Лимы. От нашего причала до центра Лимы всего 12 километров. Это совсем недалеко от центра города с 7 миллионным населением. Учитывая кратковременную стоянку, всего в трое суток, мы в первый же день наметили поездку в один из торговых центров Лимы Мирафлорес. Посетить этот мегарынок рекомендовали наши посольские сотрудники. Объединившись в группу, мы вышли за ворота сильно охраняемого порта. Нам посольские сотрудники говорили о неблагополучной криминальной обстановке в районе порта. Но такого мы не ожидали. Как только мы оказались за воротами, пред нами предстала следующая картина. На небольшой парковочной площадке стояло несколько такси. Посольские нам сказали, что поездка до города стоит 3-4 доллара. Здесь таксисты заломили десять. Мы попробовали торговаться. Бесполезно. Тут же стояли двое полицейских в полной экипировке с пистолетами, демонстративно торчащими из кобуры. Решили ехать на автобусе. Направились к автобусной остановке. Но полицейские преградили нам дорогу. Туда нельзя. Туда нельзя - затараторили они. Там опасно. Там бандиты.
   Но нас было много, и мы, настырно обойдя полицейских, направились на остановку. Полицейские поплелись за нами. Вот так-то лучше. Вот и охраняйте нас от ваших бандитов. Ждём пять, десять минут. Нет автобусов. Решили ехать на такси за десять долларов. Расселись по машинам. Поехали. Дорога не очень ровная. Недорогие лачуги перемежаются с магазинами побогаче. Через полчаса мы были на месте. Таксист нам сказал, что здесь три огромных промтоварных рынка. Мы стали бродить, подбирая подарки для родных и близких. Экзотических товаров и серебра было море. И всё хотелось купить. Но деньги быстро кончились и мы вчетвером за 4 доллара отправились на такси домой. Первый день стоянки в порту кончался. На судне узнали, что завтра группа наших курсантов должна поехать в высшую морскую школу торгового флота, а их курсанты прибудут к нам. Посему и я и Наталья Андреевна должны оставаться на борту и проводить экскурсию на английском языке. То-есть, до обеда у меня день безнадёжно пропал. Но что делать? Кроме нас с ней английским никто из учебно-судовой службы не владеет. А штатному экипажу до наших дел нет никаких дел.
   В 10 часов утра наши уехали туда, а их курсантики приехали к нам. Такие же чистенько одетые, до безобразия дисциплинированные, непрерывно строящиеся в шеренги, улыбающиеся, они производили прекрасное впечатление. Среди них были и две девушки. Низенькие, толстенькие, с очень аппетитными попками.
   Мы гостей разбили на две группы. Одну группу взял я, другую Наталья Андреевна. Маршрут экскурсии построили так, чтобы группы не пересекались. Сначала Наталья Андреевна рассказала всей группе об истории российского мореплавания и происхождении названия нашего судна. Потом я о его тактико-технических данных, количестве практикантов и экипажа, режиме их учёбы и работы на судне. Ну, а дальше мы пошли по судну. Ребят интересовало все. Такого судна они никогда не видели. С десяти до двух часов длилась экскурсия. Закончилась она просмотром сделанных нами видеоклипов на нашу курсантскую жизнь.Над некоторыми моментами которых они смеялись до слёз. Потом групповым фотографированием на память. Руководитель группы - декан судоводительского факультета - подарил судну памятный адрес с гербом школы на бархатном полотне, оправленном в рамку из красного дерева. Я много и Курсантам других колледжей это было не под силу. Они с большой завистью издалека посматривали на наших парней, оживленно беседовавших с перуанцами.
   Наконец гости погрузились в автобусы и отбыли восвояси. Мы с Натальей Андреевной облегчённо вздохнули и пошли принимать души. Жара стояла под 30 градусов, и мы изрядно попотели. Да и усталость чувствовалась приличная.
   Вечером намечался большой приём на сто двадцать приглашённых. В числе приглашённых был и наш генерал, глава военной миссии в Перу. Он ещё ранее предложил воспользоваться его семиместным лимузином и пока идёт банкет съездить в центр Лимы. Мы с благодарностью согласились. Гости собрались к 17 часам, а мы семеро рванули в город. Шофер генерала оказался очень общительным и эрудированным человеком. В центре города мы оставили машину, и пошли осматривать достопримечательности центра. За оградой президентского дворца происходила смена караула. Отряд караульных, неся пики наперевес медленно вышагивал, задирая ноги при каждом шаге выше головы. Ну и смешно же они выглядели. Все низкорослые. Смешно одетые в мятых синих штанах задирали ноги на разную высоту.
  
 []
   Глазело на них множество народа. Я снимал на видеокамеру. И вдруг краем глаза я заметил среди зрителей семью настоящих индейцев. Как и все индейцы, они были низкорослые с суровыми лицами, одетые в национальные одежды они производили неотразимое впечатление. Я пошел за ними и снимал, снимал.
   Бродили по городу и снимали до самой темноты. Народу в городе было очень много. Готовились к празднику площади, улицы. Народ тоже готовился. Вернулись на судно часам к 10 вечера. Банкет ещё продолжался. Мы с благодарностью распрощались с нашим водителем, и пошли на отдых.
   На следующий день, как только отошли от пирса мы поставили все паруса. Это посольские работники попросили капитана для фотографирования. Благо ветер был попутным. Так и вылетели из порта на всех парусах. Наш курс лежал нп Акапулько.

Глава 7 - Акапулько
  


 []

  

Бухта Акапулько.

  
   Переход проходит спокойно. Океан совсем тихий. Мы уже пятидесятые сутки бредём по океану. А он всё тихий и тихий. Вот таким он и предстал перед Магелланом во времена его плавания. Таким он остаётся и до сего времени. Парусные авралы редки и ленивы. То подбрасопим реи. То паруса возьмем на гордени и гитовы. То снова их поставим. Скукота. Однажды доскучали до того, что роль боцманов мачт исполняли курсанты. И ничего. Справились не хуже боцманов. Нет. У ребят свободного времени не так уж много. Работа, учёба, вахта. Крутиться приходится много. Да ещё в свободное время различные мероприятия. Соревнования, состязания. Вечером просмотр видеофильмов. Работает библиотека. Да и отчёты о практике пора готовить. А 22 января мы во второй раз пересекали экватор. Теперь с юга на север. Снова стали готовить праздник Нептуна. Но теперь всю программу и всех действующих лиц должны готовить сами пацаны. Они рьяно принялись за дело. Сочиняли стихи. Придирчиво отбирали действующих лиц. Готовили костюмы. Записывали музыкальное сопровождение. Словом, работы было по горло.
   И вот наступил день пересечения экватора. В16 часов 30 минут зазвучали фанфары и на палубу юта поднимается Нептун со своей свитой. Зрители - весь экипаж - встречают их громкими аплодисментами. Я начинаю снимать на видио, взобравшись на скамейку. Неудобно, но всё видно хорошо.
   Особо выделялась дочка Нептуна - русалка. Она была вообще неотразима. В роскошном парике, размалёванная, с пышным бюстом, непринуждённо держалась, закинув ножку на ножку и шпаря наизусть свои монологи, написанные в стихотворной форме. Да и Нептун был не плох. Хоть и подсматривал текст, но, зато, ни разу не сбился, в отличие от предыдущего праздника. Тексты были написаны в очень юморной форме, и вызывали непрерывный смех зрителей. Ну а черти оттягивались по полной программе. И брызгались, и мазали, и яйца о лбы разбивали, и в бассейн швыряли крестившихся. Они были гораздо экспрессивнее чёртовой бригады из членов экипажа. А крестили десятерых юнг Морской Молодёжной Лиги, да двух их руководителей практики. Двух операторов телеканала "Звезда", да троих курсантов Архангелогородского морского колледжа. Все они прибыли в Монтевидео и на борту судна экватор не пересекали. Праздник прошёл весело, искромётно и непринуждённо. Все насмеялись до слёз. Конечно, не обошлось и без режиссуры помпоуча. Ну а как без него?
   Так незаметно и пролетели пятнадцать суток перехода до мексиканского порта Акапулько.
   Из истории мы знаем, что Мексика - страна древнейших цивилизаций, на территории которой в течение многих тысячелетий жили различные племена индейцев. Они умели обрабатывать металлы, сооружать величественные храмы и пирамиды, строить города, плотины и водоводы. Древние очаги земледелия, существовавшие в горных долинах, подарили человечеству такие ценные сельскохозяйственные культуры, как кукуруза, фасоль, томаты, некоторые виды хлопчатника. Территория Мексики 1958,2 тыс. квадратных километра. Местность гористая. Когда у завоевателя Мексики конкистадора Эрнана Кортеса спросили, как выглядит эта страна, он смял в кулаке лист бумаги и ответил - "Вот карта Мексики". В этом остроумном ответе - всё многообразие ландшафта страны.
   Акапулько - Акапулько-де-Хуарес, город в штате Герреро с 515 тысячным населением. Один из наиболее популярных курортов Западного полушария на берегу Тихого океана возник в 16 веке как селение. Название происходит от индейского acapulco - "место тростниковых зарослей". В 19 веке название дополнено в честь национального героя Мексики Бенито П. Хуареса (1806-1972) - Акапулько-де-Хуарес.
   Одной из достопримечательностей города является крепость Сан-Диего, построенная в 17-18 веках. Она расположена на высоком холме прямо против порта, в котором нам и предстояло ошвартоваться.
   Но в день прихода к причалу нас не поставили. Причал небольшой. Ждали огромный автомобильный паром, который должен был забрать большое количество приготовленных к отправке автомобилей. В основном это были легковые Фольксваген-жук. Их здесь собирали, используя дешевую рабочую силу. Но увольнение в город началось в тот же день. Трижды в день вместительный прогулочный трамвайчик подходил к нашему борту и доставлял увольняющихся моряков на берег и обратно. В первое увольнение после обеда 2 февраля с моей группой курсантов и некоторыми руководителями практики отправился и я. Мы, руководители практики, так и держимся обособленно от членов экипажа. Интересы разные. Мы пошли бродить по городу, ориентируясь на курсантов. У тех какой-то нюх на интересные места.
  


 []

  
   Петляя по улицам, поднялись к крепости. Заходить внутрь не стали. Было мало времени. В крепости встретили небольшую группу детишек лет по шести. Им экскурсовод рассказывал про историю. Я попросил разрешения их сфотографировать. Он охотно согласился, став расспрашивать, откуда мы и как здесь оказались. И когда узнал, что мы из России пришли на парусном судне, он с жаром стал объяснять детишкам на их детском языке - где это Россия и что там за люди. И мне, и другим руководителям практики было очень приятно слушать его тёплые слова о нашей стране. Где бы мы не встречались с местными жителями, они очень тепло и приветливо к нам относились. А американцев не любят. Не любят упорно и настойчиво. На прощание детишки нам прокричали "Viva Russia" и дружно помахали ручонками. Было очень приятно и трогательно это кратковременное общение.
  


 []

  
 []
  
   Портовая часть города от фешенебельного центра отдыха отстоит примерно на три километра. В нашей старой портовой части города также есть магазины и базары. И всюду море серебра. И такие красивые изделия, что трудно удержаться от покупок по сносным ценам. А вообще-то город приперт к заливу высоченными горами. Домишки карабкаются вверх по склонам, используя каждую ложбинку. Вдоль побережья бухты идет широкая автострада и не очень тенистая аллея, по которой мы и топали до пляжа по 35 градусной жаре. Можно было, конечно, подъехать и на автобусе и на такси за три доллара. Но на такси было жалко тратить деньги. А номеров втобусов, идущих в ту часть города, мы и не знали. Да и знать не хотели. Топали пешком. Все побережье застроено отелями. И цена в них несколько меньше, чем на других курортах. Поэтому здесь всегда много отдыхающих. Нам встретилась одна бабулька из Москвы, которой туристическая путёвка обошлась в 700 долларов с проживанием в гостинице.
   Как и в большинстве куротных стран богатство существует рядом с нищетой и убогостью. В одном из уголков бухты приютился рыболовный флот. Он состоял из небольших суденышек прибрежного лова рыбы. Но рыба в уловах преобладала ценная. Это и парусники, и марлины, и тунцы и другая прелесть. Здесь же, под палящим солнцем разделывается и продается рыба и морепродукты. Прямо на пыльных плитах причала рыба чистится, потрошится, изготавливается из нее филе и тут же продается. Пыль, грязь, антисанитария - ничего не смущает рыбаков. Таковы многовековые традиции - объясняют местные жители.
  
 []
  
 []
   Из информации, вычитанной из разных источников, мы знали, что здесь есть место, где специально тренированные люди прыгают в лагуну с высоты более 40 метров. Некоторые наши члены экипажа посещали это место. А наш фоторепортёр Юра Масляев караулил там до ночи, чтобы сделать эти потрясающие по красоте снимки, которые он любезно мне предоставил. Вдали видна освещённая скала, на вершине которой стоит прыгун. Через несколько секунд он сорвётся вниз, пролетая в нескольких сантиметрах от выступающих скал. Занятие это очень опасное. На скале нанесено несколько крестов с именами прыгунов, закончивших жизнь на этих скалах. Вход на смотровую площадку стоит 38 долларов. Да ещё прыгуны на выходе стоят с протянутыми руками. Прыжки совершаются и поодиночке, и группами. Ночью прыгают с горящими факелами. Захватывающее зрелище.
  
 []

  
Скала
  
 []
  
Прыжок
  
   Уже в первый день стоянки стало известно, что имеется возможность посетить древний город племени майя Xochicalco, где в прекрасном виде сохранились пирамиды. Поездка за 320 километров предлагалась платной на микроавтобусах. Желающих набралось на два микроавтобуса по 12 человек в каждом. Я попал во вторую группу вместе с Натальей Андреевной и группой курсантов высших военно-морских училищ. Поездка должна была состояться 4 февраля 2006 года. Стоимость поездки 50 долларов.
   В 7 часов 45 минут, плотно позавтракав, мы погрузились в автобус и двинулись в поездку. Автобусик был просторным и мягким на ходу. Мне досталось очень удобное место рядом с водителем. Так что всю дорогу я снимал то видеокамерой, то фотоаппаратом.
   Основной выезд из города проходил по трёхкилометровому тоннелю. Вырвавшись из него, мы попали в распадок между высокими горами. Так по этому распадку и проходила дорога. Дорога была очень хорошей по два ряда в каждую сторону. Местный водитель держал скорость 110-120 км. в час. В автобусе работал кондиционер и была приятная прохлада, несмотря на 30 градусную температуру снаружи. Автобус плавно покачивался, убаюкивая пассажиров.
   Первая группа съездила вчера. Их поездка окончилась как всегда пьянкой. В составе той группы были, конечно, все фото и кинокорреспонденты. Я очень радовался, что мы попали в другую группу. И немного волновался накануне оттого, что желающих во вторую группу набралось всего 10 человек. Но поездка состоялась, и я был уже спокоен.
   Первую остановку водитель организовал на смотровой площадке реки Рapagajo - "попугаев". Место очень красивое. В глубоком каньоне течёт широкая быстрая река. И ни одного попугая. Мы стали фотографировать друг друга. Наталье Андреевне всё мешал ёё плёночный фотоаппарат. Она его никак не могла спрятать при позировании. Тогда она положила его на бетонное основание фонарного столба, да так мы и уехали, забыв аппарат. Мыльница, конечно. Но жалко. Я её успокаивал, что заберём его на обратном пути. Она выглядела расстроенной. Сумочку с очками и деньгами украли в Уругвае. А здесь уже в автобусе сломалась дужка недавно купленных за 5 долларов солнцезащитных очков. А теперь и фотоаппарат накрылся.
  


 []

  

Каньон Papagajo.

  
   Но его исчезновение мы обнаружили позже. Пока у нас всё было хорошо. Автобус уносил нас всё дальше и дальше вглубь страны. Водитель рассказывал об окружающей обстановке. Вдруг он говорит, что впереди гора спящего индейца. Сначала я не понял о чём речь. Может быть индейцы пастухи здесь останавливались. Через некоторое время он куда-то показывает пальцем. Я взглянул и обомлел. Вершина горы действительно удивительно напоминала голову спящего индейца в боевой раскраске. Сначала я думал, что это местные художники постарались. Но, подъехав поближе, увидел, что это потоки воды разукрасили голову. Правда, я увлёкся видеосъёмкой и немного запоздал с фотоаппаратом. Но и здесь отчётливо видна описанная голова спящего индейца. Снимал через лобовое стекло, поэтому чёткости нет.
  


 []

  

Голова спящего индейца.

  
   Через пять часов поездки мы прибыли в древний город племени майя Хочикалько. Как такового города не было. На двух высоких холмах расположились два комплекса. Мы подъехали к одному из них. Это был этнографический музей. Вход в него стоил 36 песо. Это 3,5 доллара. Мы, естественно, заплатили и прошли в огромный музей. Он был расположен звездой. От главного зала отходили лучи, в которых демонстрировались различные эпохи развития Мексики. Было одно плохо - вся аннотация давалась на испанском языке. И вообще, скитаясь по испаноязычным странам, я обратил внимание на то, что они полагают, что весь мир состоит из испаноязычного населения. И если им попадается человек, не знающий испанского языка, то они на него смотрят с большим удивлением. Это, конечно, на бытовом уровне. Действительно, испанцы открыли южную и северную Америки и заселили их. Южную на сто процентов, северную на четверть. Да и в Европе их прилично. Это, безусловно, много. И вот у них создалось впечатление, что и все народы земного шара должны говорить на испанском языке. Вот и здесь. Представленные памятники древней культуры являются мировыми. Казалось бы, прокомментируй их на всех основных языках мира. Но нет. Всё на испанском языке. Даже путеводители на испанском. Вот мы ходили и глазели на представленные экспонаты, не в силах прочитать о них информацию. Обидно.
   Выйдя из музея, мы отправились на соседний холм к пирамидам. Уже издалека было видно, что мы приближаемся к чему-то неземному.
  


 []

  
   Вершина холма, на котором покоились пирамиды, была срезана словно огромным ножом тремя уровнями. Первый уровень представлял собой просто ровно срезанную площадку. С неё открывался прекрасный вид на окружающий ландшафт.
  


 []

  
   Не очень высокие горы, сплошь покрытые зарослями и распадки с речушками и озёрами. Райская красота. Правда, жарковато немного. Градусов под тридцать.
   На второй ярус вели 18 ступенек, сложенных из ровных квадратов шлифованного гранита. И сразу вопросы. Почему именно 18 ступенек? Где древние люди добывали гранит, ведь рядом нет никаких следов каменоломен? Чем пилили этот гранит, чем шлифовали его? Ведь когда строились эти пирамиды, люди не знали металла. Ну, ладно. Идём дальше.
  


 []

  
   Восемнадцатью довольно высокими ступенями поднимаемся на второй ярус. И тут перед глазами возникает грандиозная картина.
  


 []

  
   На огромной площади второго яруса, обложенное таким же тёсаным гранитом, сооружено основание третьего яруса, на котором и высятся две огромные пирамиды. Почему две? Почему такие огромные? Снова одни вопросы без ответов. По углам этой огромной площади второго яруса сооружены ещё четыре пирамиды размером поменьше. И тоже выложены тёсаным гранитом. Это сколько же камня нужно было изготовить для таких огромных сооружений. И это в те века, когда люди и жилья-то кроме пещер не знали. Открывшаяся взору картина просто завораживала. Невольно приходили на ум версии внеземного происхождения этих памятников древних зодчих.
  


 []

  
   Мы бродили как завороженные. На верхний ярус вела широченная гранитная лестница. Но половина её почему-то была закрыта дёрном. Поэтому мы пошли в обход пирамиды. Мы обратили внимание на то, что облицовка основания пирамиды выложена полосами из светлого и тёмного гранита. То есть, зодчие не просто укрепляли основание, а они заботились и об эстетике сооружения.
   Итак, мы бродили и снимали. Бродили и снимали. В душе творилось что-то невообразимое. Каждый думал о чем-то, о своём. Мы позировали друг другу, и снимали.
   Настало время собираться в обратный путь. Подтянулись к автобусу. Расселись. И молчим. В голове роятся какие-то мысли. Но я ловлю себя на том, что мысли не земные. Отвлечённые от бытия. Что это? Воздействие биополя пирамид? На секунду я представил, когда первобытный человек вылез из пещеры и подошёл к такому чуду, наверно у него ноги должны были подкоситься, и он должен был поверить в то, что здесь обитают боги. Ибо только богам под силу такое созидание.
   С этими мыслями мы и отправились в обратный путь. А следующим пунктом нашего назначения был город серебра Таско. В районе этого города карьерным способом добывается ежегодно около полутора тысяч тонн серебра. Огромное его количество здесь же и обрабатывается. Мы с нетерпением ожидали встречи с этим городом. И вот с высоты огромного перевала перед нами открылась панорама города. Водитель остановился на смотровой площадке.
   Далеко внизу террасами раскинулся город. Большой город. Склоны крутых гор усеяны домиками. Ну, прямо муравейник какой-то. Поехали дальше. Въехали в крохотные, словно игрушечные улочки. Никаких тротуаров. Просто улочка с медленно движущимися пешеходами и медленно движущимися в толпе пешеходов машинами. Идут вперемежку. Люди и машины. Идут медленно. Никто никого не подгоняет. Никто ни на кого не обижается. Такое я встретил впервые. Видел, конечно, подобные города. Например, Несебр в Болгарии. Но там все оставляли машины перед въездом в город. И по городу передвигались только пешком. А здесь всё смешалось. Так мы доехали до центральной площади. Не успели выйти, как у машины уже стоял гид с бейсиком на рубашке. Шофёр с ним был знаком, и они о чём-то переговорили. Этот гид стал бесцеремонно нами командовать. Сначала он приказал осмотреть серебряный магазин, почти в дверях которого мы и толпились, уворачиваясь от проходящей публики. Но мы слышали, что здесь работает серебряный базар, и просили его отвести туда. Гид неплохо владел английским и объяснил, что после этого магазина мы пойдём на базар.
  


 []

  


 []

  
   Я заглянул в этот тесный магазин, набитый как кошка блохами серебром. Чтобы хоть что-то рассмотреть, понадобится пол дня.
  

 []
  
   А время уже три часа, нам домой пилить ещё пять часов. Так что этих пол дня нет. В то время, как наша делегация зависла в это магазине, мы с Натальей Андреевной пошли потихоньку вдоль по улице, по которой должны были идти на базар. И вдруг мы увидели удивительный магазин, оформленный в виде пещеры.
  


 []

  
   От потолка до пола свисали сталактиты. Им навстречу вырастали сталагмиты. Ну, натуральная пещера, усыпанная серебром. Мы, конечно, вошли в это подземное царство серебра. Удивительные изделия из этого металла окружили нас. Оторваться не было никаких сил.
   Я снимал то камерой, то фотоаппаратом. Подтянулись наши. Ходили с раскрытыми ртами. Мне приглянулись несколько тоненьких цепочек. Но, оказалось, что 100 долларовую купюру разменять не где. Они готовы были дать сдачу местной валютой. Но в таком количестве она мне не была нужна. Мы продолжили наш поход. Некоторые улочки были так круты, что приходилось в цепочку выстраиваться на узеньких ступенечках, идущих вдоль игрушечных домиков. А были и такие улочки, где машины и вовсе не ходили.
  


 []

  
   И так мы петляли, петляли до тех пор, пока не подошли к длинному зданьицу, куда и повёл нас наш гид. Это оказался ряд отдельных лавчонок под одной крышей. Товар был несколько дешевле, чем в магазинах, но гораздо примитивнее. Там была лавочка, в которой торговала жена нашего гида. Около этой лавочки он и задержал всю делегацию, предлагая на и так невысокую цену ещё и скидку. Кто-то приценился к одной вещице. Гид тут же назвал цену и с помощью калькулятора стал высчитывать скидку. Она оказалась в один доллар. Протолкнувшись через толпу потенциальных покупателей, я вышел на улочку и стал дожидаться нашу группу. Она там зависла надолго. С террасы этой улочки открывался прекрасный вид на католический собор чудной красоты. Он был огромен. Особенно большим он казался в этой тесноте. Но площадь перед ним была значительной.
  


 []

  
   Его ажурные башни и фронтон были словно вылеплены из песка заботливой рукой очень терпеливого человека. Когда мы спустились на эту площадь, первым делом я пошёл в храм. Там шло венчание. Жених с невестой сидели на отдельных стульях в проходе двух рядов перед великолепнейшим иконостасом. Проповедник монотонно читал молитвы. На плечи молодых была накинута одна фата, шлейф которой двумя лентами шел вдоль прохода от ряда к ряду и на каждом четвёртом ряду завязывался бантом. На тех же рядах стояли вазы с роскошными белыми хризантемами и лилиями И так вдоль всего огромного зала до самого последнего ряда.
  


 []

   На стене храма красовался календарь майя, выложенный керамической мозаикой.
   Поснимав у храма, мы пошли дальше по улочке. И вдруг, вывернув из-за угла костёла 17 века, мы остолбенели. Прямо на нас двигалась какая-то странная процессия. Странные страшные люди в чёрном одеянии и чёрных масках производили жуткое впечатление. Немного оправившись от шока, мы стали их фотографировать. И, главное-то, прочитать о них ничего не смогли. Всё на испанском языке.
  


 []

  


 []

  


 []

  
   Мы, конечно, знали, что у некоторых народов существует такой обряд искупления грехов. Когда грешники несут в гору, как Иисус Христос, кресты и другие тяжелые предметы. Но впечатление они производят какое-то гнетущее. Так и хочется поскорее смотаться от них подальше. Потолкавшись ещё по городу, так и не разменяв мою купюру, мы двинули восвояси. Выезжали из города уже по другой дороге, ведущей в южном направлении к основной автостраде. Дорога была узкой и страшно извилистой. Она петляла по круче гор, непрерывно меняя направление. А водитель держал высокую скорость. Правда, дорога была выполнена как велосипедный трек. Мы то и дело неслись то по одной его наклонной плоскости, то по другой. Сначала наша единственная женщина жалобно попискивала на очередном вираже над пропастью. Да и у мужиков-то дух захватывало. Но потом все попривыкли. И даже было интересно. Только иногда закрадывалась такая противная мысль, а что если водитель уснёт за рулём? Ведь он уже семь часов кряду ведёт машину. Ушла эта мысль из головы только тогда, когда мы, спустя два часа выехали на главную автостраду. Я стал договариваться с шофёром о том, чтобы он остановился у места нашей первой остановки у реки попугаев, где мы забыли фотоаппарат. Он обещал это сделать. Стемнело. Мы неслись с той же скоростью что и днём. Он мы уже не беспокоились за шофёра. Он оказался профессионалом высокого класса. Остановились у места первой стоянки. Водитель осветил место, где мы оставили фотоаппарат. Но его там не оказалось. Хоть и оставили его в довольно укромном месте, но.... Наталья Андреевна немного расстроилась. Но она была уже готова к тому, что фотоаппарат безнадёжно утерян. Поэтому грусть её была не глубокой. Да мы ещё начали подтрунивать над ней. Так что через некоторое время она сама со смехом вспоминала свою растерянность, подсчитывая убытки за рейс. После того, как она познакомилась с работой цифрового аппарата, она твёрдо решила купить такой по приходу в порт. А теперь её решение было подкреплено и утратой плёночного.
   По пути водитель предложил остановиться у гигантских кактусов. Мы с охотой согласились. И вот мы подъехали к тому месту. Жаль только было, что на улице стояла кромешная тропическая темень. Водитель осветил дорогу фарами, и мы спустились к этим огромным растениям. Они были действительно гигантскими. Сотни отростков тянулись ввысь. В свете фотовспышек они казались какими-то неземными существами. Мы с опаской подходили к ним и фотографировались. Нижняя часть ствола была без колючек и походила на кору обыкновенного дерева, покрытого чешуйками.
  


 []

  
   Вдоволь нафотографировавшись, мы продолжили путь.
   Возвратились на судно в 21.30. Усталости особой не чувствовалось. Все ужины давно прошли, и никто нас кормить не собирался. Обменявшись впечатлениями об увиденном, похвалившись купленными вещицами, мы улеглись спать.
   Отход был назначен на 14.30 5 февраля 2006 года. До обеда мы были отпущены на берег для последних звонков домашним. Курсанты на берег уже не увольнялись. Сделав звонок домой и, пробежавшись напоследок по близлежащим магазинам, мы явились на судно.
   Ровно в 14.30 были отданы швартовы, и мы вышли в 25 суточное плавание до порта Гонолулу, что на Гавайских островах.
  
  

Глава 8 - Гонолулу

  
   Сегодня 25 февраля 2006 года. Мы двадцатые сутки на переходе к Гавайским островам. Заход в Гонолулу запланирован на второе марта. Американцы уже подтвердили дату захода. Готовятся различные мероприятия на период четырёхсуточной стоянки.
   Воздух и вода стали заметно прохладнее. По судовой трансляции то и дело звучат объявления:"Внимание! Киты по правому борту". Или: "Внимание! Дельфины прямо по курсу". Вся команда, похватав фото и видеоаппаратуру, высыпает на палубу и бесконечно снимает или фотографирует представления, которые устраивают эти морские животные. Особенно дельфины. Они, очевидно, понимают, что на их концертах появилась публика и изо всех сил стараются показать нам свои способности. То выпрыгнув из воды метра на два, сделают несколько оборотов вокруг оси и с фонтаном брызг плюхнутся в воду. То синхронно и очень грациозно выполнят огромный прыжок в высоту. Ну а верхом искусства считается удерживаться вертикально на хвосте. Этот трюк удается немногим. Но каждый раз мы сопровождаем его громкими криками и оглушительными аплодисментами. И дельфины понимают, что их трюки нам нравятся и стараются еще больше. Ну а мы снимаем и снимаем без устали. Потрясающее зрелище. В дельфинариях мы видим эти же трюки и считаем это заслугой дрессировщиков. Но, оказывается, они это прекрасно делают и без дрессировки. Завораживающая картина.
  
 []

  
   Киты ведут себя спокойнее. То подплывут близенько и держатся параллельно нашему курсу. То поднырнут под корпус и вынырнут с другого борта. Так мы и бегаем с борта на борт. А они словно играют с нами. Когда им надоедает такая забава, они степенно удаляются.
  


 []

  

Барракуда.

  
   Гавайские острова представляют архипелаг, вытянутый на 2700 км. Он состоит из 24 вулканических и коралловых островов в Северо-Восточной части Тихого океана. Общая площадь островов - 16,7 тыс. кв.км. Население - 965 тыс. человек. Гавайи были заселены в VI-VII вв. выходцами с Маркизских островов. Язык аборигенов содержал только семь гласных звуков. Поэтому до настоящего времени сохранившиеся древние названия звучат для нас крайне непривычно.    Зависимость Гавайских островов от США была закреплена экономическим соглашением 1875 года и договором об аренде бухты Пёрл-Харбор на острове Оаху для военно-морской базы.
   В 1898 году острова были официально присоединены к США, а в 1959 году стали 50-м штатом.
   Но вплотную с островами мы будем знакомиться через четверо суток. А сегодня мы лежим в дрейфе в трёхстах милях от островов и подкрашиваем борта судна, потёртые кранцами предыдущих портов.
   Позавчера в честь праздника "Защитника Отечества" состоялась спортивная олимпиада с олимпийским Мишкой и другой олимпийской атрибутикой. Готовиться стали загодя. От каждого колледжа были выставлены по две команды. Одна должна участвовать в силовых видах спорта, другая в морской эстафете. Силовики должны были продемонстрировать отжимание от палубы, подтягивание на перекладине и толкание 24-х килограммовой гири.
   Команда КМРК начала с отжиманий. Первым приступил к выполнению упражнения курсант судомеханического отделения Виктор Хорошкин. Небольшого росточка. Аккуратного телосложения. Он ничем не выделялся среди своих сверстников. Но мы-то знали, что он силён в отжиманиях. Он уже завоёвывал первое место в соревнованиях среди группы, которые организовывал боцман первого грота. Виктор был способен отжаться 70 раз. Итак, он начал упражнение. Я снимал то видеокамерой, то фотоаппаратом. Рубеж в 70 отжиманий он прошёл довольно легко. После восьмидесятого он задержался на вытянутых руках. Это допускалось нашими правилами. Мышцы рук мелко дрожали. Я видел, что он ещё сможет отжаться несколько раз, но как-то не решается продолжить упражнение. Я прекратил съёмку, опустился на колени голова к голове и зашептал: "Витя, ты ещё сможешь отжаться раз десять. Давай". Он мельком взглянул на меня и продолжил отжимание. Восемьдесят. Пот лил с него градом. Снова остановка. "Витя, а ещё пять раз. Попробуй". Восемьдесят пять, девяносто! Теперь дрожало всё его тело. "Виктор! Заканчивай упражнение. Ты уже чемпион. Заканчивай!". А ребята орут во всю глотку: "Ви-тя! Да-вай! Ви-тя! Да-вай!" Девяносто пять, сто, сто один! И он ложится на палубу не в силах подняться. Ребята подхватывают его и ставят на ноги. Десятки рук тянутся к нему.
  


 []

Виктор Хорошкин.

  
   Хлопают кто по плечу, кто по спине. Кто-то начинает делать ему массаж. А он счастливо улыбается во весь рот.
   Потом он подошёл ко мне и сказал: "Если бы не вы, Вадим Сергеевич, я бы не смог это сделать". Я был, конечно, рад за него. Но сказал в присутствии ребят из команды, что это хорошо, что ты превозмог себя. Но впереди другие упражнения. Нужно рассчитать силы так, чтобы и там показать хороший результат. А времени на восстановление сил нет. И они приняли во внимание мой совет. Но Виктор успел восстановиться и в следующем упражнении подтянулся 20 раз. Рекорд был в 23 подтягивания. Потом отжимался Дмитрий Плохотюк, курсант судоводительского отделения. Высокого роста парень. Не особо атлетического телосложения. Превозмогая себя, отжался 75 раз. Никто не ожидал от него такого результата. Да и будущий судоводитель Андрей Борисов отжался 59 раз. По сумме баллов за это упражнение мы уверенно взяли первое место.
   Следующим упражнением было подтягивание на перекладине. Здесь результаты были не такими убедительными. Но и здесь судовод Никита Васильев подтянулся 23 раза, разделив первое место с питерцами. Дальше шла гиря. Здесь у нас был свой козырь. В состав группы входил курсант электромеханического отделения Илья Быков. Природа наградила его могучим телом и недюжинной силой. Кроме того, он занимался в секции тяжелой атлетики и неплохо владел гиревой техникой.
  


 []

Илья Быков.

  
   Мы уже знали, что наилучший результат у питерца. Сто сорок жимов. Илья,сравнительно легко выжав сто сорок три раза, прекратил упражнение. Но ведь нам нужен был и командный результат. А его не было. Виктор Хорошкин, после рекордного отжимания от палубы, выжал гирю всего шесть раз. И вот к гире подходит Дмитрий Плохотюк. Начал упражнение. Меняя руку, дотянул до пятидесяти жимов. Опустил гирю вниз, но на палубу не ставит. Такое у нас разрешается. Результат неплохой. Я снимаю. Ребята уже не кричат, а орут: "Дим-ка! Да-вай! Дим-ка! Да-вай!". Он с трудом берёт гирю к плечу. Жим одной рукой, другой. Семьдесят. Снова гиря внизу. Снова крики публики. Передохнув несколько секунд, снова тяжеловато берёт гирю к плечу. Восемьдесят. Я продолжаю снимать, не в силах оторваться от съёмки. Гиря внизу. Больше не сможет, думаю. Ведь он прошёл уже все предыдущие упражнения. Да и силушкой то природа его не очень наделила. Но что это? Он снова берёт гирю на плечо. Девяносто. Ничего себе. Хватит. Гиря внизу. Результаты ещё не подсчитаны, но мы должны быть уже впереди. Хватит. Но гиря снова у плеча. Неимоверные усилия. Сто. Всё. Достаточно. Гиря его уже сама водит Дмитрия взад-вперед. Парень тяжело дышит. Мышцы его уже не дрожат, а вибрируют. Нужно останавливаться. Сбежались все болельщики. Другие упражнения уже закончились. Но они как с цепи сорвались. "Дим-ка! Да-вай! Дим-ка! Да-вай!" Несётся над Тихим океаном. И Димка снова рвёт гирю к плечу. Сто пять, сто десять. Нет. Он так может потерять сознание от перенапряжения. Надо сказать ему об этом. Нужно остановить его. А я не могу оторваться от объектива. Да что же это такое творится? А он снова гирю к плечу. Его водит из стороны в сторону. И снова жим. Сто пятнадцать, сто восемнадцать, сто двадцать. И, наконец, гиря на палубе. Море рукоплесканий. Все бросаются к нему. Его обнимают, тискают. А он смущённо улыбается. Что это было? Победа над собой? Победа разума над телом? Проба силы воли? Наверное, и то, и другое, и третье. Такой воли к победе мы не наблюдали ни у одного из ста пятнадцати курсантов. Да и в других-то рейсах я такого не видел. А я уже два года провёл на этом судне в среде курсантов.
  


 []

Дмитрий Плохотюк. Начало упражнения.

  
   Итак, мы вырвали первое место у питерцев, несмотря на то, что они парни четвёртого курса, а наши только второго. Да ещё они как на подбор такой могучей комплекции, что у меня были большие сомнения в наших шансах на первое место. Но победила не сила, а воля. И самое главное то, что это произошло это на глазах сотни молодых людей, которые сделают соответствующие выводы для себя.
   Потом была морская эстафета. Команда из трёх человек поочерёдно должна была обтянуть и уложить три горденя. Затем подняться по шкентелю с мусингами на высоту пять метров, отбить склянки, пронести муляж вокруг фок мачты, с помощью рук и ног проползти по канату метров десять. Завязать пять морских узлов, закрепить на себе спасательный жилет и передать эстафету своему товарищу. В этом виде состязания даже постоянный судоэкипаж выставил свою команду, и она завоевала первое место. Но помощник капитана по УСС со своей судейской командой посчитали её выступление показательным, и первое место среди команд курсантов присудили снова нашему колледжу. Таким образом, и в командном, и в личных первенствах наши ребята заняли все первые места. И что характерно, я уже совершаю за последние десять лет шестое плавание на "Крузенштерне". Каждый рейс проходят подобные состязания. И каждый рейс наши курсанты оказываются первыми. То ли ребята подбираются такие, то ли физическая подготовка в нашем учебном заведении лучше, чем в других. Я склоняюсь ко второму.
   Так незаметно за учёбой и работой мы подобрались к последнему порту захода Гонолулу. Судя по предыдущей кругосветке, нас должны были ожидать грандиозные мероприятия. Десять лет назад военно-морские силы США на Гавайях устроили великолепную встречу экипажу "Крузенштерна". Здесь был и митинг, и возложение венков к мемориалу погибшим во второй Мировой войне, как никак, а американцы были тогда нашими союзниками. Были и автобусные экскурсии по городу и окрестностям острова Оаху. А офицер ВМС по связям днями находился на борту со своим микроавтобусом, на котором в любой момент комсостав судна мог совершить любую поездку. Были посещения нашего судна военными моряками, а наших курсантов возили на корабли ВМС США, базировавшихся на Гавайях. Были товарищеские встречи с военными моряками по футболу и волейболу. И, естественно, подобные мероприятия мы ожидали и на этот раз. Безусловно, мы к ним готовились как могли. Отрабатывали торжественные построения. Репетировали приветствия. В идеальный порядок под пристальным вниманием помпоуча, приводили форменное обмундирование. Словом, готовились капитально. Перед заходом курсантам выдали новенькие белые футболки и бейсболки с логотипами "Крузенштерна" и новенькие прекрасные чёрные сандалии. В этом одеянии наши курсанты должны были ездить на экскурсии и ходить в увольнение. Наш красавец "Крузенштерн" днями чистили и драили. Несколько тихих солнечных дней лежали в дрейфе и подкрашивали наши потёртые и потрёпанные южными ветрами борта. А так как забортные работы правилами запрещены на ходу судна, вот и приходилось ложиться в дрейф. Как известно, правительство Америки уделяет огромное внимание своему военно-морскому флоту. В его содержание, подготовку и довольствие моряков вбухиваются огромные деньги. И мы должны были выглядеть не хуже их. Мы так и выглядели. Одним словом, к приходу в порт Гонолулу мы подготовились прекрасно.
  


 []

   Подходили к порту рано утром 2 марта 2006 года. Уже в 09.00 взяли на борт лоцмана. Моросил мелкий противный дождь. Он был хоть и тёплым, но всё равно неприятно было мокнуть под ним. Правда, он иногда ненадолго прекращался. Но вскоре налетало очередное облако, и дождь лил вновь. Ошвартовали нас у грузового причала. Никаких встречающих видно не было.
   Пустая причальная стенка и длиннющие складские помещения. Правда, очень чистенькие и аккуратные. На пирсе одиноко прогуливался один единственный швартовщик, и лениво принимал наши швартовные концы. Странно. Так нас не встречали ни в одном иностранном порту.
   Но вдруг ворота одного из пакгаузов медленно поползли вверх, и в его глубине перед нами оказался военный оркестр в белоснежной морской униформе, более чем на половину состоявший из симпатичных девушек.
  


 []

   Мы с облегчением вздохнули. Ну, наконец-то хоть что-то торжественное. А как классно оркестр был вымуштрован. По мановению правой руки дирижера оркестранты вставали по стойке смирно и брали наизготовку свои инструменты. По мановению левой руки они их подносили к губам и готовились к исполнению. Далее он грациозно дирижировал. Оркестр исполнял красивые мелодии. Совсем не маршевые, нет. Просто красивые мелодии. После окончания он также красиво рукой подавал команду, и оркестранты, включая девушек, брали инструмент наизготовку, а по следующей команде брали его подмышку и становились по стойке "вольно". Мы дружно аплодировали и снимали всеми видами съёмочного снаряжения. Так продолжалось минут пятнадцать. Потом ворота-жалюзи опустились, и мы вновь остались одни-одинёшеньки с пустой узенькой полоской причальной линии. Перед заходом командование судна нас предупредило, что правительство Америки очень строго относится к вопросам безопасности и досмотр нашего судна будет очень тщательным и чуть ли не с собаками. Но появился какой-то дохленький агент и пару полицейских. Да какие-то трое русскоговорящие женщины и более никого. Они надели на капитана и помпоуча венки из местных цветов и капитан повёл их в свой салон.
  

 []
  
   Через час нам объявили, что оформление прихода окончено и мы свободны. Наша смена была учебной и я начал готовить моих ребят к увольнению. Перед заходом нам выдали по 152 доллара на каждого курсанта, и они просто жгли карманы ребят. Они уже расспросили бывалых моряков о том, куда направиться и где что можно посмотреть из сувениров, где и каким образом можно позвонить домой. Ребята убыли на берег, а мне что-то не хотелось. Дождь то затихал, то начинался вновь. И хотя температура воздуха была 25 градусов, мокрая погода как-то не тянула в город. Тем более, что заработал мобильник, и я прямо из каюты позвонил домой и нашему другу в Калининград. Слышимость была прекрасной. Как будто моя жена находилась за переборкой, так хорошо её было слышно. Правда, 1500 рублей, что находились на моём счете, закончились через 15 минут переговоров. И на экране телефона вновь высветилось, что карта не регистрируется. Хоть бы заранее предупреждали о том, что деньги кончаются. Ведь у меня оставались ещё аж две карточки по пятьсот рублей каждая. Но связь прекратилась, и я даже не мог положить на счёт эти деньги. Несмотря на дороговизну переговоров, я остался очень довольным. Ведь я сидел в тишине каюты и разговаривал с домом. Ну, в какие века ранее был такой комфорт? Как же быстро прогресс внедряется в нашу жизнь.
   Уже наступил вечер, когда матрос фока Пузанов Олег Григорьевич, крутой предприниматель, заядлый яхтсмен, прекрасный гитарист, нанявшийся на этот рейс матросом и прекрасно исполняющий свои матросские обязанности, пригласил меня прокатиться по ночному Гонолулу. Оказывается, он познакомился с бывшим российским армянином, проживающим здесь, который и задумал эту поездку. А так как в машине было местечко, Олег Григорьевич пригласил меня. Я с готовностью согласился. Заскочил за видеокамерой, и через минуту мы были уже на пирсе.
   Порт оказался наглухо закрыт для посетителей. В единственных воротах, сменяя друг друга, непрерывно дежурили двое вооружённых полицейских. Мы входили только по специально выданным пропускам с копией первого листа паспорта моряка, на котором красовалась наша фотокарточка. Как проходил наш армянин мне неизвестно. Но, тем не менее, мы уже через несколько минут оказались в его машине и покатили по ночному городу. А что увидишь ночью? Море огней и высоченные здания. Правда, если чуть отъехать от побережья, то попадаешь уже совсем в другой мир. Конечно, здесь нет такой нищеты, как в странах латинской Америки. Но и роскоши никакой уже не увидишь. Скромные одно или двухэтажные домики с плоскими крышами. Узенькие улочки. Латанные дороги. Всё как и везде. Блеск и нищета рядом. Прокатившись по городу, мы выехали на городской пляж Вайкики бич. Вдоль песчаного побережья раскинулись роскошные и дорогущие отели. Толпы простенько одетых отдыхающих неспешно бродили взад-вперёд по ярко освещённой улице, протянувшейся на несколько километров вдоль моря. Первое, что бросилось в глаза - это множество газовых факелов, не столько освещавших, сколько придающих декоративность множеству магазинчиков и кафюшек, расположенных на первых этажах зданий. С ярко освещёнными витринами, заполненными различными сувенирами, с распахнутыми настежь стеклянными дверями, так и манили внутрь. Сначала мы сопротивлялись этому соблазну. Но всё же их притягательная сила затащила нас внутрь, и мы завязли в несметном количестве местной экзотики. И ещё - огромное количество восточно-азиатских лиц. Сколько их здесь много. Китайцы, корейцы, японцы, филиппинцы - всё смешалось на Гаваях. Ну, и небольшое количество местного населения - полинезийцев, можно заприметить среди нескончаемой толпы отдыхающих. Белые - сплошь отдыхающие. В магазинах и кафе - сплошной узкоглазый восток.
  

 []
  

 []
  
   А напротив кафе и магазинчиков вдоль газона и пели, и исполняли местные танцы, и играли на местных древних инструментах сотни самодеятельных коллективов. Мы невольно остановились около двух гигантов, исполнявших национальные песни под аккомпанемент гитар. Гитара здесь очень популярный инструмент. Гитара да там-там - основа любого самодеятельного коллектива. Да ещё такие дудки вроде губной гармошки. От малюсенькой пищалки до метрового размера труб. Они издают звуки, которые вы можете извлечь из пустой бутылки, приложив её горлышком к нижней губе. Очень интересные какие-то гортанные звуки при этом получаются. Но мелодии, в исполнении таких инструментов, звучат очень красиво.
   Так вот. Эти два гиганта необъятных форм очень высокими бабьими голосами исполняли какие-то красивые песни. Сначала я подумал, что это женщины, оголившиеся по пояс для экзотики. Но потом, присмотревшись, мы поняли, что это такие мужчины. Я стал их снимать на видео. А наш армянин, эдак бесцеремонно стал приглашать нас сфотографироваться вместе с ними. Он бросил в их шляпу доллар и потянул меня к необъятным горам мяса. Я немного посопротивлялся для порядка. Но потом согласился. Тем более, что те сами приглашали меня присесть с ними рядом. Они чуть-чуть раздвинулись, и я втиснулся в узенькое пространство между ними. Олег Григорьевич щёлкнул фотоаппаратом.
  

 []
  
   Мы ещё долго прогуливались вдоль пляжа. Нежданно-негаданно грянул салют. Я выхватил камеру. Моросил мелкий дождь. Но я снимал. И зачем снимал - не знаю. Да и позиция для съёмок была не совсем удачной. Мешали пальмы, что разместились прямо на пляже. Может быть это и хорошо от солнышка, но мне они мешали. Я пробовал изменить позицию, но салют также неожиданно кончился, как и начался. В честь чего он был - наш провожатый не знал. Как не знал очень многого, о чём мы его спрашивали. Просто живёт в тепле и ничем не интересуется. Он в молодости занимался фехтованием. Выступал даже за сборную СССР. И здесь он ведёт кружок фехтования. Но этим, как он сказал, не проживёшь. Поэтому он занимается ещё продажей цветов. Или как он называл - цветочным бизнесом. Снимает очень дешевую для этих мест двухкомнатную квартиру у своего друга за 400 долларов в месяц. И доволен жизнью. Жены у него нет. Умерла ещё в союзе. Приехал к сыну. Но сын свалил в Канаду, а он остался здесь. У сына дела идут хорошо, и он зовёт отца к себе. Но он не хочет расставаться со ставшем милым ему краем. Жениться здесь также не хочет. Не на ком. Не азиатку же брать. Да и ему уже полсотни лет. Думает прожить так.
   И ещё что бросилось в глаза. Здесь нет воровства на улицах и нет никакого разбоя. В магазинах на тебя никто не обращает внимания. Ходи хоть целый день и никто тебя допекать не будет. Это очень приятные моменты. Здесь было так уютно и комфортно. Просто прелесть. Никуда не надо прятать аппаратуру. Ходи, снимай. Одевайся во что попало. Никто тебя в плавках из ресторана не попросит. Ходи хоть голяком. Никто и глазом не моргнёт.
  


 []

Прикалываемся в местных обновках.

  
   Так незаметно пролетел первый день стоянки в чудесном порту Гонолулу. Уставшие, но довольные мы к 23 часам возвратились на судно. На следующий день я планировал пробежаться, естественно, по магазинам. Но всё сложилось иначе.
   Моя группа в этот день была рабочей и находилась в распоряжении дежурного боцмана. Но вся группа боцманам не нужна, и они отпускают в увольнение до обеда одну половину группы, а после обеда вторую. Увольнение начинается в 9.00 утра. Я уволил часть моих курсантов и уже готовился сам пойти в город, как ко мне подошёл писатель Вадим Александрович Арефьев, аккредитованный на всю кругосветку, и предложил поехать по острову на машине. Предложила такую услугу бывшая украинка Надежда с трудной немецкой фамилией. Она вышла замуж за немецкого американца, которого направили как военного историка в Пёрл Харбор. Они уже два года здесь. Она тоже устроилась на работу журналистом. Очень активная и разбитная сорокапятилетняя бабёнка. Она как журналистка и познакомилась с нашим писателем вчера. И чтобы закрепить контакт пригласила его в эту поездку по острову Оаху. Но один он, очевидно, не рискнул поехать и стал искать попутчиков. И тут в коридоре судна я ему и подвернулся. Вот он и предложил мне присоединиться к ним. Мы прихватили ещё двух курсантов и покатили в путешествие. Надежда была очень разговорчива и не умолкала ни на минуту, рассказывая нам о достопримечательностях острова. Было очень интересно слушать её. Её эрудиция была безгранична. Не было ни одного вопроса, на который она не могла бы дать ответ. Она из газет узнала о нашем приходе и незамедлительно прикатила на борт, воспользовавшись своим журналистским удостоверением.
   Она повезла нас на самый юг острова, где, как она сказала, расположены самые престижные отели и необыкновенные лагуны. Моросил мелкий тёплый дождь. Ехать нужно было километров тридцать. Надежда нас уверяла, что в том месте дождей никогда не бывает. Нам как-то не верилось. Всего тридцать километров - и другая погода. Проехали поворот в Пёрл Харбор. Дорога среди живописных холмов уходила всё дальше и дальше на юг. Впереди открылся какой-то городок. Высокие горы остались позади.
   И вдруг, как по мановению волшебной палочки, дождь прекратился. Из пелены мелкого дождя мы вынырнули на яркое ласковое солнце. Очевидно гряда гор задерживала дождевые облака, делая этот уголок рая просто волшебным. Высотные дома оказались отелями. Через охраняемые ворота мы въехали на территорию отелей. Припарковали машину и двинулись по аллее в сторону моря. Не прошли и ста шагов, как перед нами открылась завораживающая картина. Безбрежное море и несколько сказочных лагун.
  


 []

  


 []

  
   Словно гигантская рука талантливого Гаргантюа любовно вылепила ряд лагун, аккуратно оградив их грядами скал от временами бушующего океана. Сказка. Мои спутники расположились на зелёном мягком ковре, специально созданном с помощью какой-то мягкой и плотной травки. Надежда быстро экипировала наших ребят масками с трубками, и те ринулись в тёплые воды сказочных лагун. А я отправился снимать окрестности. Слева плескалось тёплое ласковое море. Справа высились громады причудливо оформленных отелей. А кругом неспешная немногочисленная публика. Проходя, все здороваются. Это очень приятно. То ли здесь так принято, то ли это относилось только ко мне - старику элегантно для этих мест одетому. Но всё равно приятно. Здесь располагались небольшие кафе прямо под открытом небом. Работали массажисты под тентами. А в лагунах плескалось множество деток, приехавших сюда со своими богатыми родителями. Спустя два часа, как и было намечено, я возвратился к своей группе. Они уже одевались, сполоснувшись пресной водой под душем. Ребята были в диком восторге от открывшейся перед ними подводной картины. Непуганые экзотические рыбки и рыбины плавали рядом с ними и щипали за все волоски, принимая их за живность. Было щекотно и приятно так близко общаться с обитателями подводного царства. Ребята никогда не испытывали такой эйфории. Они взахлёб наперебой рассказывали о своих ощущениях.
  


 []

  
Бывшая хохлушка, а ныне американка Надежда с курсантом Астраханского морского колледжа Шаргановым.
  
   Ну а я тоже был чрезвычайно доволен, проведя два часа в тропической сказке. И живут же люди.
   Надежда была довольна компанией и предложила проехать немного дальше на юг, где прямо на пляже в потрёпанных палатках живут аборигены, не платя никаких налогов и нигде не работая. Мы были удивлены этому и согласились проехать в эту часть острова.
   Через полчаса езды вдоль моря мы приблизились к тому району, где жили бездомные. Всю дорогу мы расспрашивали Надежду, как правительство самой богатой на Земле страны может позволить себе такую роскошь - иметь бездомных в раю? Она объяснила, что они получают как безработные 400 долларов, которые им хватает на существование. Работать они не хотят, а правительство насильно их заставить работать не может. Мало того, по другую сторону дороги, напротив пляжа правительство построило для этих людей просторные одноэтажные коттеджи, в которые им предлагают заселяться совсем бесплатно. Выбирай себе дом и живи. Но они не хотят этого делать, поскольку за домом нужно ухаживать. А они не желают возиться с домом. Целые посёлки стоят пустыми. Некоторые дельцы дают деньги, чтобы семья аборигена заселилась в коттедж. Потом его выкупают у этой семьи и на его фундаменте строят прекрасные особняки. С десяток таких особняков мы видели. Через каждые 150-200 метров прямо на пляже для бездомных правительство построило общественные туалеты и душевые. И так живёт несколько тысяч людей. Это всё мы видели своими глазами. В каждом таком посёлке построены школы. Но дети аборигенов в них практически не учатся. Не хотят. А правительство, свято соблюдая права человека, не может применить к ним принудительные меры.
   Проехав ещё несколько километров, мы прибыли в конечную точку нашего путешествия. Это была огромная пещера в скале утёса, почти вертикально спускающегося прямо в океан. Дальше дороги не было. Мы вышли из машины и обомлели. Пред нами предстала грандиозная картина. В вертикально поднимающейся в высь скале зияла огромная пещера. На плите, расположенной вблизи пещеры было отлито в бронзе сообщение о том, что в этой пещере живёт бог создания Земли "KANE". И если ты углубишься в эту пещеру, то он заберёт твою душу себе, и ты никогда не сможешь возвратиться в этот мир. Мы, конечно же, пошли углубляться в пещеру. Прошёл я вглубь метров сто. Далее идти смысла не было. Меня окружала сплошная обволакивающая темнота. Снимать камерой и фотографировать стало невозможным.
  

 []

   Лампочка камеры и вспышка фотоаппарата были не в силах осветить необъятную внутренность пещеры. Мои коллеги не пошли так глубоко. Очевидно, предупреждение подействовало на них.
   Насладившись величественной темнотой и покоем пещеры, я направился к выходу, сделав несколько снимков на память.
   На обратном пути мы заглянули в придорожный Макдональд-с. Довольно большая вереница машин стояла в очереди к окошечку, из которого подавали гамбургеры и хот-доги прямо водителю, который даже и не вставал из-за руля. Но мы вошли внутрь. Стоимость фаст-фуда варьировалась от четырёх до семи долларов. При их-то зарплатах это совсем не дорого. Посидели. Перекусили. Запили колой. Ничего. Есть можно. Мягкая булочка, нежная курица с прослоечками листьев салата. Незатейливо, но рационально.
   Обратный путь проделали быстро. Болтали меньше. Переваривали полученные впечатления. Со словами глубокой благодарности расстались мы с нашей знакомой. Она доставила нам огромное удовольствие. Мы до конца жизни будем помнить эту поездку по сказочной стране.
   На следующий день была запланирована поездка в бухту Пёрл Харбор, где 7 декабря 1941 года японской авиацией, поднявшейся с шести подкравшихся скрытно авианосцев под командованием адмирала Isoroku Yamamoto, практически был уничтожен весь Тихоокеанский военно-воздушный и военно-морской флот Америки. 12 военных кораблей было потоплено или разрушено, 9 повреждено. 1999 моряков погибло и 1178 получили ранения. На аэродроме было уничтожено 164 и повреждено 159 самолетов. В то же время японцы потеряли 29 самолетов и 74 самолета было повреждено. Людские потери составили 64 человека.
   Наиболее ужасная трагедия разыгралась на линкоре "Аризона". Там японская авиационная 800 килограммовая бомба, пробив палубу, попала в артпогреб. Сдетонировал весь артиллерийский запас линкора, который просто разорвал могучий корпус корабля вместе с его экипажем. За 8 минут корабль лег на грунт, унося с собой 1177 человек включая и его командира.
   В назначенное время мы погрузились в два школьных автобуса и отправились в бухту Пёрл Харбор. Вход в мемориал был платным, но мы, естественно, ничего не платили. На наше счастье в это время на остров прибыл один из сотрудников нашего посольства в Вашингтоне. В тот день он был свободен и любезно согласился нас сопровождать. Чтобы нас 80 человек пропустить администрация мемориала перекрыла вход и под любопытные взоры местных посетителей мы стали проходить через два турникета. Наши курсанты, одетые с иголочки в летнюю униформу, вызывали неподдельный интерес. Не каждый день здесь можно наблюдать такое количество молодых российских моряков. А уж наши-то ребята так и млели от пристальных любопытных глаз местной публики.
   При входе нам вручали талончики с каким-то временем. Оказалось, что это время нашего сеанса в мемориальном кинотеатре. А пока мы прошли в музей, где были представлены экспонаты той трагедии. Работник посольства оказался большим эрудитом. Как школьный преподаватель он сыпал именами участников сражения, как с американской, так и с японской стороны. Датами и фактами того трагического дня. Типами и техническими характеристиками участвовавших в бою сил и средств. Переходя от стенда к стенду он подробнейшим образом комментировал представленный материал. У каждого стенда или макета мы задерживались гораздо дольше обычных гидов, сопровождавших группы. Его сведения были так огромны, что вскоре память перестала воспринимать подаваемую информацию. Мы облегченно вздохнули лишь тогда, когда настало наше время посещения кинотеатра.
   Вместе с другими посетителями мы вошли в огромный прохладный зал кинотеатра. Зал вмещал не менее 1200 посетителей. И таких залов было два. Мы свободно расселись. А посетители этого сеанса всё прибывали и прибывали. Свободных мест практически не осталось. На авансцену вышел высокий худой старик. Зал затих. Старик негромким чистым голосом стал рассказывать и о себе, и о событиях того дня. Оказывается он в то время служил на одном из кораблей Тихоокеанского флота и 7 декабря нес свою вахту, когда в 07.55 утра командующий японской авиагруппой Mitsuo Fuchida подал условный сигнал атаки "To, To, TO" и "Tora, Tora, Tora". В 08.06 взорвалcя линкор "Аризона", а линкоры "Калифорния" и "Вест Вирджиния" затонули, торпедированные самолетами-торпедоносцами. Линкоры "Мэриленд", "Пенсильвания" и "Теннесси" получили значительные повреждения. Линкор "Невада" попытался выйти из бухты, но получив несколько попаданий бомб, сел на мель, перегородив выход из бухты.
   В 08.40 атаку на Пёрл Харбор продолжила вторая волна японской авиации. Она довершила разгром американского флота и авиации. Двадцать одно судно было потоплено или разрушено, и, как я указывал ранее, на аэродроме уничтожено 164 и повреждено 159 самолетов. Число погибших достигло 2390 человек. Японцы потеряли 29 самолетов и 55 летчиков, пять подводных лодок-малюток и девять моряков-подводников.
   Вот о событиях того страшного дня и рассказывал их очевидец - пожилой моряк. Потом начался документальный фильм. Он шел всего 23 минуты. Но за эти минуты мы пережили вместе с моряками Тихоокеанского флота страшные события. В то время на острове было большое количество фото и кинорепортеров. Они снимали эту катастрофу с разных точек и разных ракурсов. Фильм документальный. На твоих глазах гибли корабли и люди. Мурашки бегали по коже от увиденного. Когда окончился фильм и зажегся свет люди еще некоторое время сидели не шелохнувшись. В гробовой тишине стали потихоньку подниматься и направляться к выходам. Никто не проронил ни слова, включая наших довольно импульсивных парней.
   Неподалеку нас ждали водные трамвайчики. Молча занимали места. Когда все расселись, суденышки, управляемые исключительно молодыми девушками в белоснежной военно-морской форме, повезли нас к мемориалу "Аризоны".
   Корпус линкора "Аризона" до сего времени покоится на грунте в том месте где он и затонул после взрыва. Верхняя его палуба находится примерно в метре под водой. Но кристально чистая океанская вода позволяет рассмотреть все детали его верхней палубы. Мемориальная арка длиной 56 метров сооружена над корпусом "Аризоны". Начато её строительство в 1958 году и окончено в 1961 году. В 1962 году она приняла первых посетителей.
  

 []
  

 []
  

 []
   Арка состоит из трёх залов. Сразу после входа находится зал для конференций. Далее идет зал для обозрения корпуса судна и окружающей обстановки. И далее находится зал памяти погибшим. Там на мраморной стене выбиты в алфавитном порядке все 1177 имён погибших моряков. Где-то в середине списка находится и имя командира корабля.
  

 []
   Несмотря на такой большой срок, прошедший с того трагического дня, из корпуса судна время от времени к поверхности воды поднимаются капельки судового топлива и растекаются по поверхности, переливаясь всеми цветами радуги. Так и кажется, что огромный корабль продолжает жить и мерно дышит. Вот он выдохнул, и очередная капелька понесла его дыхание к поверхности воды. Посетители не отрываясь завороженно наблюдают это дыхание. Впечатление потрясающее.
  

 []
   Но вот нас снова приглашают на трамвайчики. Сделав еще несколько снимков мы отправляемся в обратный путь. Побродив еще немного по музею и прикупив видео об этих событиях, мы отбываем на тех же автобусах восвояси, унося потрясающие впечатления об увиденном.
   Вторая половина дня была свободна и я с руководителем практики Санкт Петербургского морского колледжа Евсевьевым Алексеем Ивановичем отправился в город. Многое в городе было для нас непривычным. Мы уже достаточно насмотрелись на различные города и столицы. И тем не менее.
  


 []

   Вот, например, по городу курсировали вот такие маршрутные экскурсионные автобусы, сделанные под старину. Когда автобус был готов к отправлению, водитель дёргал за верёвочку и колокольчик мелодично приглашал всех в поездку.
  


 []

   Или вот такое чудо техники. Оно даже в кадр не поместилось. Человек двадцать вы можете пригласить прокатиться в таком лимузине.
   А какие горы различных сувениров размещалось на прилавках и витринах тысяч магазинчиков и лавчонок. Но всё это аккуратненько. Всё кругом чистенько. Другими словами, поражала высокая культура сожительства десятков национальностей, религий и обычаев. Ни одна нация не высказывала, или точнее, не выказывала превосходства над другими. И это было очень интересно наблюдать. Было тепло и радостно на душе оттого, что где-то есть ещё такие уголки земли, где думают не о хлебе насущном, а об отдыхе и досуге. Вот бы побывать здесь хоть ещё разок, но только в качестве богатого туриста. Чтобы тебе были доступны все радости жизни, которые в большом изобилии может предоставить этот маленький, затерянный в безбрежном океане уголок земли.
   А сегодня мы были сторонними наблюдателями и созерцателями этого мира. Немножко грустно. Но что поделаешь. Другим людям и этого не дано увидеть и прочувствовать, что выдалось нам.
  

 []
   К обеду следующего дня 5 марта 2006 года мы уходили из порта, сократив на сутки стоянку. Причин нам, конечно, никто не объявлял, но мы чувствовали, что капитан спешит покинуть этот порт поскорее, поскольку нам предстоит осуществлять плавание в сороковых ревущих широтах Тихого океана. В предыдущей кругосветке десять лет тому назад их так сильно прихватило на этом переходе, что память о том шторме свежа у моряков так, как будто это было вчера. Дело в том, что на судне достаточно много ходит моряков, участвовавших в предыдущем кругосветном плавании. Нужно сказать, что, несмотря на небольшие оклады, основной костяк экипажа здесь держится десятками лет.
  


 []

   Ещё одно чудо техники. На этой амфибии вы можете и покататься, и поплавать по бухте Пёрл Харбор.
   Так, капитан Коломенский Геннадий Васильевич ходит здесь уже более сорока лет. Капитан Седов Олег Константинович - более пятнадцати. Более пятнадцати лет ходят: старшая буфетчица Чистохвалова Людмила Васильевна, Боцман Тамашаускас Арунас Альбинович, старший электромеханик Маслаков Николай Александрович, парусный мастер Орлов Лев Николаевич, пом. капитана по радиоэлектронике Пьец Игорь Станиславович и многие другие.
   Уходили без оркестра. Пара буксиров вывела нас на внутренний рейд и, погудев на прощание, ретировались восвояси. Впереди предстоял двадцатисуточный последний для нас переход до Владивостока. И ребята, и мы, руководители практики почувствовали щемящую сердце грусть. Я думал, что ребята, подустав за полугодовое плавание, будут ходить радостными в предвкушении встречи с близкими. Но нет. То один, то другой курсант с грустью делились своими чувствами о скором завершении нашего плавания. И я, и они понимали, что вряд ли кому-нибудь из нас выпадет шанс побывать ещё разок в подобном путешествии. Их ждёт нелёгкая работа на промысловом и транспортном флоте, ну а нас, руководителей практики, преподавательская деятельность на своих любимых отделениях. И только бесконечные воспоминания о прошедшем плавании будут жить в наших сердцах. Да бесчисленные фотографии смогут подтвердить, что это был не сказочный сон, а та реальность, с которой мы не расстанемся до конца нашей жизни.
   Переход проходил при встречном ветре от вновь и вновь зарождавшихся циклонов в районе Японии. Ветер дул то умеренно, то вдруг усиливался до штормового. Скорость при этом падала до 2,5 узлов. А нам на борт уже поступило несколько программ нашей встречи во Владивостоке. Одна программа пришла из Федерального агентства по рыболовству, другая от Ректора БГА, третья из оргкомитета кругосветки. Все они чем-то отличались друг от друга, но в одном они были идентичны и категоричны. Во Владивосток мы должны прибыть не позднее 15 часов 28 марта 2006 года. И руководство совершенно не интересовала погода-непогода. Должны и всё тут. Вот мы и старались уложиться в поставленные сроки. За двадцать суток всего один раз прозвучал парусный аврал, и мы поставили все паруса. Главные двигатели продолжали молотить полным ходом. Скорость увеличилась до 12,5 узлов. Но такая гонка продолжалась не долго. К вечеру снова прозвучал парусный аврал, и все паруса пришлось убирать. Ветер зашёл на носовые румбы, скорость вновь упала, снова нависла угроза нашего опоздания на торжественные церемонии.
   Наши судоводители выбрали путь через Сангарский пролив, разделяющий острова Хоккайдо и Хонсю. Но для того, чтобы пройти этим путём необходимо было подняться до сорок второго градуса северной широты. А это, как известно, ревущие широты. Можно было пройти и Цусимским проливом, обогнув Японию с юга. Этот путь более спокойный в метеорологическом отношении. Но он на 700 миль длиннее первого. А это трое-четверо суток плавания нашей скоростью. Такой форы у нас не было, и капитан повел корабль Сангарским проливом. Вот и встретил нас этот маршрут такими погодами.
   12 марта подошли к 180 меридиану. Этот меридиан известен как линия перемены дат. То есть, если судно пересекает его с запада на восток, как мы, то одна дата пропускается. А если с востока на запад, то одна и та же дата повторяется дважды. Это связано с разницей времени в 12 часов по отношению к Гринвичскому меридиану. Итак, вечером 12 марта мы услышали объявление по судовой трансляции, что в связи с пересечением 180-го меридиана завтра наступит 14-е марта. Вот и получилось, что мы легли спать 12-го, а проснулись 14-го марта. Тут все стали интересоваться, а как же зарплата. Она что? На один день будет меньше? Да. Один день выпал и из нашего табеля и из нашей жизни. Вот такие события происходят с моряками, когда они пересекают 180-й меридиан. А если бы мы шли с востока на запад, то одна и та же дата повторялась бы дважды. То есть, и сегодня и завтра было бы 12-е марта. 180-й меридиан так и называется - линия перемены дат.
   На двадцать вторые сутки после выхода из Гонолулу мы прибыли во Владивосток. Ещё в Сангарском проливе нас встретил холодный восточный ветер со снегом. После почти шестимесячного пребывания в теплом, а то и в жарком, тропическом климате нам было совсем не комфортно. В фильмах и на фотографиях мы привыкли видеть весеннюю Японию в цветущей вишней - сакура. А здесь! Холодный пронизывающий ветер и громады гор острова Хоккайдо, сплошь покрытые снегом. Небольшие городишки, прижатые к морю высоченными горами, также утопали в снегу. А на дворе стоял конец марта. Невольно в голову закрадывалась мысль о том, что в таком суровом крае и люди должны быть такими же суровыми. Может быть так оно и есть.
  
  

Глава 9 - Владивосток

  
  
   Ночью 27 марта мы подошли на рейд Владивостока. Нас встретил тот же ледяной ветер и два военных сторожевых корабля, выделенных для почётного эскортирования нас в бухту. Приняв на борт лоцмана, под двумя буксирами мы проследовали к причалу.
  

 []

   Лихо развернувшись с отдачей якоря, ошвартовались кормой к причалу рядам с расцвеченным флагами дальневосточным парусником "Паллада". Его специально сняли с ремонта и поставили рядом с нами. А чуть подальше, также расцвеченная флагами, стояла красавица "Надежда", недавно, как и мы, совершившая кругосветное плавание. Ошвартовали нас у 33-го причала военной гавани. Это самый центр города. Самые почётные причалы, у которых были ошвартованы и военные корабли также расцвечены флагами.
  


 []

   На всех кораблях и парусниках были выстроены вдоль бортов почётные караулы в парадной форме. Наши ребята тоже были выстроены вдоль борта. Только холодная снежная погода заставляла их втягивать головы в плечи, и вблизи они смотрелись неказисто. Шесть месяцев мы находились в жарком климате. Шесть месяцев организм привыкал переносить сильную жару. И вдруг здесь такой холод.
  
   А на берегу уже была выстроена швартовная команда и взводы из представителей военно-морских и морских учебных заведений.
  


 []

  


 []

  


 []

  

Наша группа.

  
   Многочисленные гости толпились на пирсе. Здесь был и Губернатор Приморского края Дарькин, и Мэр города, и прилетевший из Москвы для нашей встречи Заместитель Главкома военно-морских сил, и Заместитель начальника Генерального штаба флота адмирал Пепеляев, сын которого был с нами в рейсе, и командующий Тихоокеанским флотом и многие другие. Прилетел и первый проректор БГА Валишин с проректором по экономики Палецким. Появился и Начальник Санкт Петербургского колледжа Николай Николаевич Безрук. Если первые прибыли для торжественной встречи легендарного барка, то последний скорее для того, чтобы нивелировать те неприятности, которые петербуржские курсанты выдали в рейсе. Были здесь и представители Федерального агентства по рыболовству, и много, много других VIP персон. Перед началом торжественного митинга прямо на причале были выстроены взводы военных моряков, курсантов военно-морского института, морской Академии и колледжа. Мои ребята также находились в этом строю. И только нашему колледжу доверили эту почётную миссию. Все остальные курсанты следили за митингом с борта судна. Капитан О.К.Седов сошёл на пирс и отдал рапорт Губернатору.
  


 []

  


 []

  


 []

   Молоденькие девочки, совсем раздетые, преподнесли капитану хлеб-соль. А командующий Тихоокеанским флотом жареного поросёнка. Так по традиции военные моряки встречали корабли, возвращавшиеся из дальних походов.
   Затем начался митинг. Первым с короткой речью выступил Губернатор. Он очень тепло приветствовал наш приход в его владения и пообещал, что приложит все силы к тому, чтобы за короткую стоянку судна его моряки смогли ближе познакомиться с краем и его приветливыми жителями.
  
   Затем к микрофону подошёл мэр города. Он очень удивил нас, назвав наше судно "Крузенштейн". Что ему взбрело в голову переиначить известное всем имя знаменитого мореплавателя. Да и за спиной у него красовался огромный плакат следующего содержания:
  


 []

  
   Или он никогда ранее не слышал о таком мореплавателе, или ляпнул с большого бодуна.
   Далее один из военачальников зачитал приказ командующего флотом о награждении пятерых военных моряков, участвовавших во втором этапе кругосветки, медалями за участие в кругосветном плавании. При этом он упомянул о их мужестве в плавании. Хотя особого мужества по сравнению с нашими ребятами со стороны военморов замечено не было. Но о награждении, конечно, позаботился адмирал Пепеляев во благо своего сынка. Ну а четверо других курсантов искупались в славе своего собрата.
  


 []

  
   А мы, после короткого митинга направились на возложение цветов к памятнику морякам, погибшим во второй мировой войне. Я, обвешанный аппаратурой, беспрерывно снимал, путаясь под ногами Дарькина и компании. Он несколько раз зыркал на меня недовольным взглядом. Но я не обращал на это внимания. И только позднее я узнал, что для съёмки его персоны необходимо специальное разрешение. И без такого разрешения никто не имеет права его снимать. Мало того. Весь отснятый материал необходимо представить ему на просмотр. Но я то этого не знал и снимал напропалую.
   Далее было прохождение торжественным маршем около подводной лодки и приглашение всех участников парада в неподалёку расположенный дом офицеров. Раздевшись, мы уселись в трёх первых рядах, отведённых для героев с барка "Крузенштерн". Я полагал, что сейчас продолжится митинг со скучными стандартными речами. А на сцену вышел весь в белом с орденами на груди, заслуженный артист России, руководитель ансамбля тихоокеанского флота и сообщил, что в честь прибывших из кругосветного плавания моряков сейчас будет дан концерт. И тихоокеанцы дали такой прекрасный концерт, что мы сидели просто обалдевшими. Прямо с корабля и на бал. Да ещё на какой распрекрасный бал. Гордость переполняла наши сердца. Правда, было немного грустно от того, что другие-то ребята не видят этой прелести. Их вины нет в том, что их так небрежно экипировали в рейс. Но делать было нечего. Мы одни представители Калининградского морского колледжа были удостоены такой чести. Огромный зал дома офицеров был полон. Концерт продолжался около полутора часов. Оказалось, что в составе ансамбля много заслуженных артистов. Одна солистка с распрекраснейшим голосом была даже народной. В заключение на сцену вышел контр-адмирал. Он ещё раз поздравил нас с возвращением и предложил всему залу стоя поприветствовать представителей экипажа. И вот весь зал встал и зааплодировал нам. А мы с Натальей Андреевной и тридцатью с небольшим ребятами сидя своими аплодисментами благодарили гостеприимных хозяев за такой тёплый приём. Мои мальчишки были в шоке от такой радушной встречи. Их лица светились радостью. Гордость переполняла их души. Такая честь им оказывалась в их жизни впервые. Только сейчас они начинали осознавать свой подвиг и свою значимость. Только сейчас они почувствовали, что они являются участниками уникального плавания. Только сейчас они стали понимать, что ничего подобного в их жизни может и не случится никогда.
   После концерта мы отправились на судно на обед. Не успели отобедать, как по трансляции объявление: калининградцам и астраханцам построение для поездки в Дальневосточный технический университет. Мы снова с Натальей Андреевной оказались во главе нашей группы. На двух автобусах отправились через весь город в университет. Там нас ожидала такая же теплая встреча. Первый проректор и профессорско-преподавательский состав собрались в просторном зале компьютерной библиотеки. Проректор и пара преподавателей выступили с приветственными речами. Я приготовился держать ответное слово. Но нам они такой возможности не предоставили а, разделив нас на две группы, повели знакомиться с университетом. На факультете Российско-Китайско-Корейской дружбы нас ждал ансамбль китайских студентов одетых в яркие национальные одежды всех провинций Китая.
  


 []

   Они исполнили нам несколько национальных мелодий под бурные аплодисменты наших курсантов.
  


 []

   Потом мы вместе сфотографировались на память. Китайские дети очень дисциплинированы, обаятельны и скромны. Ими так легко управлять. С ними так легко контактировать. Кроме улыбки на их лицах и бесчисленных поклонов ты больше ничего не увидишь. Прощаясь, наши парни поинтересовались у обаятельной девушки - старшей китайской группы, как будет по китайски "до свидания"? Оказалось просто "си-си". И когда все наши ребята, выходя из аудитории, стали произносить "си-си" китайские студенты запрыгали от восторга, громко аплодируя каждому прощавшемуся. "Си-си", "си-си" - неслось с их стороны.
   В состав университета входит несколько институтов. Среди них есть и морской институт. Им-то мы и интересовались. Посмотрели тренажёрную базу. Ничего особенного. ТРАНЗАСовские системы. Правда, версии одни из последних. Показали военную кафедру. Тоже ничего особенного. Бросилось в глаза только то, что у них огромные площади и на всех факультетах царит простор. В целом нам университет понравился. А особенно понравились его гостеприимные хозяева. Понравились настолько, что несколько моих ребят решили после окончания мореходки приехать сюда для продолжения учёбы. Тем более, что их обещали принять без вступительных экзаменов. Таков у них порядок.
   Набродившись по университету, мы теми же автобусами отправились в картинную галерею, где нас ожидала встреча с младшим братом известного путешественника Фёдора Конюхова Павлом Конюховым. Он такой же, как и брат фанатик-путешественник. Только в отличие от брата он избрал способ путешествий на велосипеде. Мы немного опоздали к началу встречи. Но он не обиделся. Немного подождал, пока мы не рассядемся в зале, и продолжил рассказ о своих путешествиях. Они с женой живут в Хабаровском крае. А во Владивосток он приехал по приглашению картинной галереи в связи с его пятидесятилетием. Дело в том, что и он сам, и его жена - мастер по росписи шёлка, очень неплохие художники. И вот в связи с юбилеем Павла Конюхова картинная галерея организовала выставку работ Павла и его жены.
   Их картины заняли два огромных зала. Картины прекрасные. Очевидно, суровый север заставил их писать свои картины очень яркими и живыми. В них много света и радости жизни. Ну, просто прекрасные картины. Картины мужа и жены схожи не только по колориту и фабуле рисунков, они схожи и по технике исполнения, и по цветовой гамме. Просто удивительно это единение их душ.
   Особенно меня потрясла картина Павла, где он изобразил себя во время пребывания его на полюсе холода под Верхоянском. Эта картина перед вами и вы сами можете её оценить.
  


 []

  


 []

   Сфотографировавшись на память, я спросил Павла, не может ли он посетить наше судно? Оказалось, что он, находясь во Владивостоке и прослышав о приходе легендарного барка, мечтал о том, как бы посмотреть это судно. Ведь его брат Фёдор уже несколько раз совершал кругосветные путешествия на различных яхтах и даже на крошечной гребной лодке. И Павел с готовностью согласился посетить наше судно уже на следующий день. В половине десятого следующего дня я оделся, чтобы отнести на проходную гавани подготовленное мной письмо с просьбой капитана судна пропустить на наш борт знаменитого путешественника для встречи с курсантами. Только вышел на палубу, как столкнулся с Павлом, поднимающимся к нам на борт. Я очень удивился тому, как он прошел через строгий пропускной контроль на проходной. Но он так спокойно ответил, что он пройдёт через любую проходную беспрепятственно. И ведь прошёл.
   Я провёл его в свою каюту и предложил сбросить куртку. Павел с удовольствием согласился. А в это время объявили по трансляции о предстоящей встрече. Я с Павлом прошёлся по внутренним помещениям судна. Он с огромным интересом осматривал каждый уголок. Я давал пояснения. Вскоре мы добрались до столовой курсантов. Она была битком набита ребятами.
  


 []

   Мы усадили Павла за первый стол, нос к носу с ребятами. Он начал с того, что вчера он уже с некоторыми ребятами встречался и рассказывал о своих путешествиях. А сегодня он хотел бы рассказать о некоторых путешествиях своего брата Фёдора. И полился его неспешный рассказ с северным специфическим говорком. Слушать его было страшно интересно. Во время рассказа какой-нибудь смешной истории он сам заливался заразительным смехом. И даже трагические истории в его изложении не казались такими страшными, какими они были на самом деле. Его мягкий завораживающий голос просто разливал по душам тепло, уют и спокойствие. Как известно, голос человека отражает как в зеркале его душу. И уже через несколько минут общения вот с таким человеком ты готов идти с ним хоть на край света. Идти не потому что он тебе нужен. А потому что ты ему нужен во сто крат больше, чем он тебе. Очевидно, и его старший брат Фёдор обладаем такой же магической силой. Очевидно, только по этому он без проблем набирает себе команду для самых невероятных путешествий. Очевидно, только по этому ему без колебаний предоставляют безвозмездно дорогущее оборудование и многомиллионные плавсредства для кругосветных плаваний и установления мировых рекордов. Очень интересная семья.
   Беседа длилась уже более двух часов. Ребята задавали тьму вопросов. Их интересовало всё. И что они ели на полюсе холода когда температура стояла минус 71,5 градуса. И как они спали в такую температуру. И зачем они на полюс холода тащили велосипеды. И как они спасались от жары во время пересечения Австралийской пустыни. И почему он уже семь раз проезжал матушку Россию с одного конца в другой. И многое, многое другое. Его можно было слушать без конца. И только команда на общее построение для погрузки продуктов на предстоящий рейс прервало эту встречу.
   Я повёл Павла в судовой музей. Он с огромным интересом знакомился с историей судна, его конструкцией, нашим кругосветным плаванием. И только необходимость идти на очередную встречу с посетителями выставки его картин заставила нас расстаться. Он подарил мне свою фотографию с дарственной надписью.
   А на следующий день 30 марта 2006 года мы, калининградцы, первыми покидали свой ставший для многих любимый корабль. Это был очень грустный день. Как будто мы расставались навсегда со своим близким другом. И даже скорая встреча с родными как-то отступала на второй план. Встреча - встречей. Она впереди и конечно будет радостной. А расставание сегодня и очень грустное.
  

 []

  


 []

  
   В 5 часов утра 30 марта я спустился в кубрики, и каково было моё удивление, когда я увидел, что и в третьем и в четвёртом кубриках все ребята были уже на ногах. Я стал интересоваться - что случилось? Оказывается, они и не ложились спать. Всю ночь они вспоминали весь наш пройденный путь, все приключения нашего прошедшего рейса. Ребята были непривычно молчаливы, грустны и сосредоточены. Всю ночь они неспешно паковали свои вещи, переживая за то, что не укладываются в положенные 20 килограмм веса. В 6 утра полусонные повара предложили на завтрак слипшиеся макароны со слабыми признаками тушенки. Якобы макароны по-флотски. Холодный чай сиротливо стоял на полупустых столах. Многие отказались от завтрака. Мы с Натальей Андреевной тоже, немного поковырявшись вилкой и выпив по полкружки чая, пошли собираться на выход. Спустились на пирс. Было ещё темно и прохладно. Нас вышли провожать многие члены экипажа. Вышел и капитан. Он тепло поблагодарил ребят и нас с Натальей Андреевной за отличную учёбу и хорошую работу. Нас уже ждали два автобуса. Нацеловавшись вдоволь с провожающими, мы, сорок человек, комфортно разместились в автобусах, и отбыли в аэропорт.
   Весь восьмичасовой перелёт ребята провели в полудрёме. Летели Владивосток-Иркутск-Барнаул-Санкт Петербург. В Питере не успели выйти в вестибюль аэровокзала, как объявили посадку на рейс до Калининграда.
   В четверг 30 марта около 20 часов благополучно приземлились на родной земле. Ребята заметно волновались. Заглохли двигатели. Командир самолёта попрощался с пассажирами и попросил всех оставаться на местах до подачи трапа. И вдруг, вслед за командирской речью, по трансляции раздаётся зычный голос начальника судоводительского отделения Юрия Александровича Спирина: "Поздравляю всех с прибытием. В понедельник к восьми тридцати всем на занятия". Ребята дружно загудели. Они-то надеялись хотя бы на недельный отпуск после такого длительного плавания. И вдруг все надежды рухнули. Сначала подумали, что это шутка. Но нет. Так оно и оказалось. В аэропорту кроме начальника отделения нас встретил и сотрудник отдела практики с автобусом. Но подавляющее число ребят отбыли со счастливыми родителями на личном транспорте.
   Так закончилось наше шестимесячное кругосветное путешествие, половина пути которого была совершена на парусном судне, а вторая половина на воздушных судах.
  
   Руководитель практики, капитан дальнего плавания
   В.С.Калинин
  
   Борт учебного парусного судна "Крузенштерн" - Калининград 2005 - 2006гг.
  
  
   Послесловие.
   Через некоторое время после нашего возвращения произошло награждение всех участников кругосветного плавания памятными медалями "За участие в кругосветном плавании 2005-2006 годов". Награждение было приурочено ко дню посвящения новобранцев в курсанты. На плацу собралось огромное количество родителей, знакомых и близких вновь зачисленных курсантов.
  

 []

  
   Новобранцы в новенькой морской форме были построены по группам. Перед ними с теплой и проникновенной речью выступил начальник колледжа Владимир Алексеевич Волкогон.
  

 []

   Он это умеет делать классно. У него простая, доходчивая и эмоциональная речь. После его выступления у всех новичков должна была появиться уверенность в том, что каждому из них будет по силам одолеть предстоящее обучение и посвятить свою жизнь не только трудной, но и крайне интересной и романтичной профессии моряка. И как бы в подтверждении своих слов он объявил о награждении участников кругосветного плавания памятными медалями.
  

 []

  
   Наши ребята были построены напротив колонн новичков и те уже долго и пристально рассматривали нас, не зная для чего это бывалые моряки выстроились напротив них. То ли петь будем. То ли плясать. И вот теперь стало всё понятным. Наших ребят вызывали по очереди к столу руководства и под оглушительные аплодисменты присутствующих вручали медали. Ребята вновь вставали в строй уже с медалями на груди. Я представляю что творилось в душах новичков. Их глаза горели. Вторые шеренги тянулись из-за первых, чтобы хорошенько рассмотреть героев. Щелкали фотоаппараты, кинокамеры не спускали с нас свои объективы. А уж моих-то ребят распирала такая гордость, что их лица светились нескрываемой радостью и счастьем. Очевидно каждый из них думал, что ради такой минуты стоит нести все тяготы морской жизни. Правда, это была не полная наша кругосветная группа. Многие судоводители уже ушли на очередную практику на различных транспортных и промысловых судах. Но это не помешало превратить церемонию награждения в очередной праздник для участников кругосветного плавания.
  
  

Наградили и нас с Натальей Андреевной.

  

 []

  

 []
  

 []
  

Несколько фотографий на память.

   Так закончилось это историческое событие. Оно по своему замыслу и исполнению было действительно историческим. Ведь наш парусник был спущен на воду в 1926 году. В таком преклонном возрасте отважиться на кругосветное плавание вокруг мыса Горн, да ещё с полутора сотнями ребят на борту, могли только уникальные по своему опыту и отваге моряки, виртуозно владеющие и парусным вооружением и тактикой плавания парусных судов. Недаром же капитан О.К.Седов является кандидатом географических наук, защитившийся по тактике плавания парусных судов.
   Экипаж "Крузенштерна" с честью справился с поставленной задачей. Он действительно в век атома и космических путешествий остался верен парусным традициям и с честью продемонстрировал свою исключительность.
   Спустя некоторое время Наталья Андреевна от имени Морской коллегии при Президенте страны была награждена медалью за добросовестный труд а мне объявили благодарность с выплатой премии в размере месячного оклада.
   Так закончилась кругосветная эпопея.
  
   С глубоким прискорбием вынужден сообщить, что 27 июля 2008 года на 91 году ушел из жизни первый капитан "Крузенштерна" Павел Васильевич Власов. Он похоронен на Кузьминском кладбище города Пушкин. Одним утешением является то, что память о нем будет долго жить в сердцах людей, прикоснувшихся к его интересной героической жизни. Для многих поколений моряков он является примером беззаветнго служения Родине.
  
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Емельянов "Последняя петля 6. Старая империя"(ЛитРПГ) М.Шугар "Училка и хулиган"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) K.Sveshnikov "Oммо. Начало"(Киберпанк) А.Верт "Нет сигнала"(Научная фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) А.Гончаров "Образ на цепях"(Антиутопия) С.Панченко "Вода: Наперегонки со смертью."(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) О.Чекменёва "Беспокойное сокровище правителя"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"