Каминский Андрей Игоревич: другие произведения.

Алтарь и змея

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Древние расы и боги не умерли...Они просто ждут...

  Алтарь и змея
  
  - Саня, держи себя в руках!- Алиса с силой вывернулась из моих рук, прервав наш страстный поцелуй.- Мальчикам, вроде тебя еще рано приставать к взрослым девочкам, даже если они и немного выпили.- Она снисходительно похлопала меня по щеке.- Пойдем к остальным.
  Нарочито виляя округлыми бедрами, она пошла по тропинке между садовых деревьев, туда, где виднелся свет и раздавались голоса двух других членов нашей компании. Я плелся, за ней матерясь про себя и одновременно чуть ли не пуская слюни от вожделения. И было от чего - Алиса Ковалева по праву считалась самой сексапильной девчонкой нашего факультета. Стройная, с соблазнительными зрелыми формами и длинными черными волосами, Алиса всегда считала себя неотразимой. И в этом с ней была согласна чуть ли не вся мужская половина нашего, да и других факультетов. Главным достоинством была даже не внешность, а живой, общительный характер и острый ум, помогающий ей находить общий язык и студентами и с преподователями. Но жизнелюбие и коммуникабельность были искусным притворством: мало кто понимал, что на самом деле Алисе глубоко безразличны почти все ее ухажеры. Эта черта делала ее весьма циничной особой, что, впрочем, не отталкивало, а скорей притягивало парней. Каждый новый кавалер моментально терял голову, едва заглянув в эти большие темные глаза, одновременно наивные и порочные. Бедняга не понимал, что для Алисы он вовсе не принц на белом коне, а глупая муха, пойманная паучихой, которая высосет все соки из своей жертвы, а затем брезгливо отбросит пустую оболочку.
  Я знал об этом и все же, как последний кретин, попал под чары нашей роковой красотки. Поэтому я и пригласил ее отдохнуть в Змеиный Мыс,- отдаленный район курортного поселка на Черном море. Проблема была в том, что само место нам подсказал один из наших сокурсников, Никита Лягвин, человек, которого на нашем факультете всегда считали "белой вороной". А Алиса, в соответствии со своей взбалмошной натурой пригласила на море самого Лягвина, и еще одного нашего сокурсника- Андрея Рудина. Так, что мои надежды на приятное времяпровождение оказались изрядно деформированными действительностью. Вся неделя отдыха прошла, на мой взгляд, слишком целомудренно, хотя Алиса и относилась ко мне заметно благосклонней, чем к остальным. В последний наш вечер на море, я решил снова возобновить свои поползновения. Подходящий момент вроде бы подвернулся, когда Алисе понадобилось совершить поход к деревянному сортиру, затерянному в глубине большого сада, окружившего ту часть дома, в котором мы снимали комнаты. Мне она поручила сопровождать ее, сказав, что боится летучих мышей. Но когда, на обратном пути я попытался претворить свои планы в жизнь, Ковалева снова отшила меня, заставив в очередной раз уныло размышлять о женском коварстве.
  Тем временем Алиса, остановилась возле кряжистой яблони и жестом поманила меня к себе.
  - Похоже, наши умники опять завелись,- шепотом прошептала она мне на ухо, показывая на полутемную веранду, освещаемую лишь светом тусклой лампы висящей над потолком. За небольшим столиком, на котором выстроилась целая батарея пустых пивных бутылок, сошлись в яростном споре двое наших сокурсников. До наших ушей долетали слова: "дуалистические мифы", " трехчастная модель мира", "народная демонология" и прочая заумь. Я поморщился,- похоже, веселой прощальной пирушки не получится,- разговор перешел в очередную занудную дискуссию. В которой, по всей видимости, нам придется принимать участие,- как-никак мы все учились на одном историческом факультете.
  Жаркое дыхание опалило мое ухо и почти сразу же, Алиса легонько укусила меня за мочку. После этого она со смехом отскочила в сторону и поспешила к веранде. Я последовал за ней, мое настроение немного улучшилось. Заслышав наш смех, оба спорщика на минуту прервались и посмотрели в нашу сторону. Я скорее почувствовал, чем увидел как на их лицах отразилось недовольство,- каждому из них тоже нравилась Алиса и они ревновали ее ко мне и друг к другу. Правда друг к другу, гораздо больше- здесь соперничество в любви накладывалось на глубокие идейные противоречия, которые выплескивались наружу, едва оба студента хватали лишку.
  
  - О чем спор?- спросил я, поднимаясь на веранду по расшатанным деревянным ступенькам
  
  - Да, вот этот мракобес,- Андрей кивнул на Никиту,- опять пытается какую-то чертовщину пропагандировать. Он говорит, что здесь неподалеку находится что-то вроде Лысой горы.
  
  - Ну, не Лысой и не горы,- ответил Никита - Просто здесь в древности проводились обряды в честь Великого Змея или Ящера, как его называли славяне. И, кстати ты тут не совсем прав,- все эти ритуалы, дадут сто очков вперед любому шабашу.
  
  - И проводили эти обряды тоже славяне?- уточнил Андрей.
  
  - Конечно! И еще много кто до них.
  
  Рудин даже не нашелся, что ответить на такие заявления, хотя Андрей и считался самым начитанным членом нашей компании. Но в этот вечер, он явно был не настроен на дискутирование, - как и я, Андрей, безусловно, предпочел бы более романтическую беседу, попытавшись в последний раз добиться благосклонности Алисы. Никита тоже был к ней не равнодушен, но любимая тема волновала его гораздо больше, настолько, что это становилось просто неприличным. Он пер как танк, не считаясь ни с мнениями, ни с желаниями остальных. Видя растерянность Андрея перед агрессивным напором Лягвина, я счел своим долгом прийти к нему на помощь, хотя мои знания по истории религий были ничтожными в сравнении с Никитиными:
  
  - Ты хоть сам понимаешь, какую чушь ты сейчас говоришь. Славяне никогда не молились твоим любимым змеям и драконам,- Змей для них был первейшим врагом богов и людей, а вовсе не всемогущим богом. А даже если такой культ где-то и существовал, то он наверняка сгинул еще до того, как первый славянин ступил на эту землю.
  
  Лягвин презрительно скривился, глядя на меня.
  
  - Шурик, не обижайся, но лучше бы ты молчал. Небольшие отряды славян проникали на это побережье чуть ли не со времен готских походов. А наши предки тысячелетиями исповедовали культ Ящера. Перун возглавил русский пантеон лишь перед самым принятием христианства. Князь Владимир совершил двойное предательство: сначала он отвратил славян от их истинного и главного бога, заставив поклоняться второстепенным божествам, а через восемь лет начал крестить Русь. Все капища были разрушены, а волхвы Ящера убиты или подверглись гонениям.
  
  - Судя по твоим рассказам, туда им и дорога!- фыркнул Андрей.- Вы пришли позже - обратился он к нам - поэтому не слышали, что тут он мне плел про этот культ. Человеческие жертвоприношения, изуверские обряды и прочие мерзости. Русские стали единым народом именно когда перестали поклоняться жестоким богам, постоянно требовавшим крови. Принятие православия, - поворотный момент в нашей истории. Андрей был искренне верующим человеком, чуть ли не единственным из всех студентов нашего факультета, кто регулярно посещал церковь и даже имел своего духовного отца. На этой почве у него постоянно происходили перепалки с Лягвиным, убежденным сатанистом. Он постоянно выступал на научных конференциях и в студенческих кружках с докладами о древних полузабытых религиях, темных богах и демонах различных мифологий, с каким-то нездоровым воодушевлением мог часами рассказывать о культах включающих человеческие жертвоприношения, каннибализм, вампиризм, сексуальные извращения. К Андрею и его вере Никита относился с плохо скрываемым раздражением (впрочем, и тот не оставался в долгу).
  
  - Поворотный, конечно - презрительно фыркнул Лягвин,- только поворот этот на кладбище. Христианство зародилось среди рабов, калек и прочих отбросов, - что хорошего может принести такая религия? Наши предки сами обрекли себя на гибель, когда отвергли поклонение Великому Змею и превратились в покорное стадо, блеющее, что-то о " смирении, общинности, равенстве".
  
  - Никита, может, на сегодня обойдемся без проповедей?!- взмолилась Алиса.- Мы все достаточно хорошо тебя знаем, чтобы выучить их все наизусть. Стоит ли повторять снова?
  
  Общество Никиты Лягвина иногда было действительно утомительно. Он вообще был своеобразной личностью. Закоренелый мизантроп, Никита, тем не менее, регулярно общался с Ковалевой, оказывая ей неуклюжие знаки внимания. Алиса иногда благосклонно принимала его ухаживания,- ее самолюбию льстило, что перед ней не смог устоять даже такой бирюк как Никита. На одной из студенческих вечеринок, куда он неохотно зашел, поддавшись ее уговорам, мы свели более тесное общение с Лягвиным, все общение с которым сводилось ранее к стандартным приветствиям и некоторым вопросам по учебе. Выпив лишку, Никита разговорился. Лягвин обладал своего рода мрачным обаянием, хотя временами становился просто невыносим.
  
  - Какой смысл сейчас рассуждать о том, что было и давно прошло,- продолжала Алиса.- Даже если этот культ и был таким замечательным, как ты говоришь, то сейчас его все равно никто не исповедует, все эти боги забыты черт знает когда. Так что нам остается, только пожалев об этом, продолжать наше скучное отстойное существование.
  
  Обычно Алисе легко удавалось утихомирить Лягвина когда его начинало "заносить", но сейчас ей это не удалось.
  
  - Извини, конечно, Вика,- с жаром сказал он,- но ты ошибаешься! И очень сильно. Старые Боги не умерли! Они ждут своего часа, ждут, когда посвященный произнесет их имена и принесет жертвы. Очень скоро человечество вновь окажется под властью великих сил, что придут из темных пучин забвения! И тогда, все вы,- даже ты Алиса,- вспомните этот вечер и поймете, что прав был именно я!
  
  Никита уже почти кричал, лицо его раскраснелось, глаза его стали стеклянными как у фанатика. Он уже не замечал где он и с кем разговаривает. Было очевидно, что если его не остановить, он будет вещать всю ночь.
  
  - Перестань, Никита! Ты похож на идиота!- Ковалева поднялась.- Я иду спать.
  
  - Извини, пожалуйста, извини!- быстро заговорил Никита, приподняв руки словно сдаваясь.- Конечно, я увлекся, но ты же видишь, что я уже пьян. Ты же простишь меня,- сказал он, подобострастно заглядывая в глаза Алисе.- И вы ребята, тоже извините,- обратился он к нам.
  
  - Еще не знаю,- надменно проговорила Алиса, довольная очередным подтверждением своей власти над мужчинами. Потом она села обратно и милостиво кивнула. - Ладно, можешь продолжать. Мне, если честно, самой интересно послушать до чего вы договоритесь.
  
  - Мне кажется, что за своими диспутами, вы уклонились от главной темы,- заметил я. - Ты, Никита говорил о каком-то святилище на этом побережье. Мне тоже стало интересно, что здесь действительно какие-то археологические памятники?
  
  - Нет тут ничего,- буркнул Андрей.- Просто у нашего мракобеса слишком буйная фантазия.
  
  - Это святилище, самый старый археологический памятник в этих краях, а может и во всем мире,- торжественно начал Никита.- Эти места вообще имеют очень давнюю историю. Хотя славяне тоже приносили здесь жертвы Великому Ящеру,- само капище-осколок гораздо более древней культуры.
  
  - Оно, что скифское? Или сарматское?- скептически хмыкнул Рудин.- Или может тут отметились какие-нибудь меоты- сатанисты.
  
  - Скифы, сарматы, киммерийцы... Все они приходили к алтарю, чтобы принести жертвы Тагимасаду,- Властелину Вод. Но даже тогда все давно забыли имя народа, который возвел черный алтарь на берегу моря. Даже во времена строителей дольменов, этот алтарь уже был седой древностью. И, если честно, его воздвигли вообще не люди.
  
  - А кто же? Инопланетяне?- усмехнулся я.
  
  - Во времена, которые наши профаны - археологи называют каменным веком, в Европе царила великая империя, имя которой - Валузия. Пурпурные башни ее городов, казалось, возносились к самим звездам, поступь ее легионов звучала по всему миру, еще до того как Лемурия и Атлантида поднялись из морских волн. Множество тайн таилось под сводами мраморных дворцов и храмов, много чудес... и ужасов. Могущественные маги и колдуны творили свои заклятия на вершинах алых, как кровь, цитаделей и жуткие обряды таились в ночи, когда в небе всходила полная луна.
  Но даже самые могущественные некроманты, смели только шепотом говорить о самой страшной тайне Валузии. Ибо они знали, что до прихода человека на земле правило Змеиное племя.
  
  Голос Никиты упал до благоговейного шепота, словно он и сам испугался своих слов. Да и нам, хотя мы никогда всерьез не воспринимали его болтовню, почему-то стало не по себе. Даже воздух стал как-то холоднее, и Алиса зябко поежилась.
  
  -Змеиное племя было порождено великим Ящером, еще до того как людской бог начал лепить из грязи первых человечков. Величайшие колдуны людей, самые страшные тайны черной магии, ведомые человеку - лишь слабые отголоски тех знаний, которыми владели маги змеелюдей. И все же человечество смогло победить, изгнав змей в самые далекие и глухие уголки мира. Людям казалось, что в той битве достигнута окончательная победа,- ведь порождения Ящера были разбиты и как говорили мудрецы, начали вырождаться. Спариваясь с настоящими змеями, они все глубже уходили в леса и болота, превращаясь в персонажей страшных сказок вместе с драконами, гарпиями и другими чудовищами Древнего Мира.
  
  Но Змей не захотел погибели своего народа. Во влажных джунглях далекой страны, которую мы сейчас называем Камбоджей, великий бог спустился на землю и сошелся с верховной жрицей Змеиного Племени - Коброй-Нагой. И от их союза родилась та, кого позже назовут Эйхглой, Королевой Змей. Великий Ящер открыл ей тайну - как змеям скрывать свой облик, оборачиваясь людьми. Те уже забыли о древних войнах и страхах и Змеиное Племя, принимая человечье обличье, вновь стало возвращаться в свои исконные земли. Мало кто смог распознать оборотней среди обычных людей. Они принесли в мир культ Великого Змея, и глупые людишки стали обращаться в новую веру, отвергнув своих богов. Жрецы Змея стали захватывать власть, убивая валузийских сановников и принимая их обличье, потом поднимаясь все выше. И настало время, когда первый змеечеловек взошел на престол Валузии. С тех пор каждый король этой страны правил не больше двух лет, потом его убивали, а на трон садилась змея в людском обличье. В течение тысячелетий Валузия была вотчиной Змеиного Племени, и нелюди восседали на ее престолах, принимая решения, от которых стыла кровь у любого рожденного женщиной.
  Так продолжалось века. А потом на трон Валузии вошел варвар- авантюрист, не связанный с прежней династией, атлант по имени Кулл. Он сумел распознать змей среди знати и сановников империи и повел с ними жесточайшую борьбу, в которой он сумел одержать победу. Бедный дикарь, мог ли он подумать, что минут века - и люди сами начнут поклоняться чешуйчатому богу?
  - Здесь - Никита выбросил руку в сторону моря,- стоял алтарь Змеиного племени, где оно в течение веков справляло ритуалы, о которых люди боялись говорить даже шепотом. Даже Кулл не посмел его тронуть. Геологические катастрофы и нашествия варваров стерли из памяти человечества Валузию и ее короля, но Древний Бог царил здесь еще долгое время. Хотя,- Лягвин снисходительно усмехнулся,- сейчас вряд ли кто знает, почему этот поселок называется Змеиным мысом.
  Он замолк, словно выговорившись. Мы тоже растерянно молчали, не зная как вообще можно реагировать на всю эту ахинею. Первым опомнился Андрей.
  
  - Тебе бы романы писать, Никита,- язвительно произнес он,- ненаучно-фантастические. Парить нам мозги весь вечер, чтобы в конце рассказать, очередную безумную байку,- на это действительно нужен талант. Что же, мы его оценили, а теперь закруглимся с дискуссией и пойдем спать. Твои аргументы превратились в какой-то набор нелепых сказок, которые никого здесь не интересуют.
  
  - Почему сказок?- спокойно спросил Лягвин.
  
  - Да потому, что ты так уже погрузился в свои больные фантазии, что перестал отличать их от действительности. Даже если отбросить все эти бредни о змеях-оборотнях и древних империях - тут ты переплюнул Блаватскую с Рерихом и Мулдашевым вместе взятыми. Я читал книги и статьи по истории Северного Кавказа, но нигде и близко ни слова ни полслова не говорилось об этих местах. Тут даже дольменов никогда не находили, не то, что какие-то алтари или святилища.
  
  - История не сохранила упоминаний о нем, это верно, - с сожалением сказал Никита.- Князь Владимир уничтожал религию предков огнем и мечом, он сумел изгнать змеепоклонников с Руси. Часть из них бежали сюда к последнему святилищу, где их поддерживал князь-волхв Всеслав Полоцкий, на короткое время правивший Тьмутараканью. Но монгольское завоевание уничтожило и эти остатки древнего культа. С тех пор никто не знает о древнем святилище. И твои археологи, Андрей здесь не исключение - это место слишком священно, чтобы его оскверняли профаны с их пошлым скептицизмом и кругозором каракатицы.
  
  - Как же ты узнал об этом святилище, если оно такое засекреченное?- скептически спросил я, хотя полная абсурдных заявлений история, невольно заинтересовала меня
  
  - Этого я вам сказать пока не могу, - невозмутимо ответил Никита.- Но сам алтарь по-прежнему стоит на берегу моря. И если вас не смущает ночная прогулка по пляжу, вы сможете убедиться, что я не вру.
  
  Как ни странно, Лягвину все-таки удалось уговорить нас, хотя каждый и думал про себя, что это дурацкая затея. А вскоре мы вовсе перестали сердиться. Была великолепная летняя ночь. Большая полная луна освещала нам путь, придавая предметам причудливые очертания. Оглушительно стрекотали цикады, в кустах шелестели какие-то зверушки. Иногда порывы ветра доносили до нас звуки дискотеки из курортного поселка. Все это настраивало на романтический лад, и мы с Андреем наперегонки стали заигрывать с Алисой. Та верная своему кокетству, заигрывала с нами обоими, причем явное предпочтение отдавалось Андрею. Никиту же она демонстративно игнорировала. Он шел впереди, высматривая какие-то, лишь ему ведомые ориентиры, время от времени он, исподлобья смотря на Алису с Андреем. Ковалеву, как я успел заметить, это только забавляло.
  Вскоре Лягвин нас привел к небольшой группе скал, преграждавших нам путь к морю. Спустившись к ним , Никита какое-то время что-то искал, потом обернулся и махнул рукой. Подойдя, мы увидели длинную узкую расщелину, из которой доносился шум моря. Спускаясь по ней, я вспомнил Дантово ущелье в Горячем Ключе, куда мы не раз выезжали отдыхать с ночевкой. Но это ущелье было куда глубже и уже. Какие-то корни, проросшие сквозь каменную толщу, то и дело цепляли нас за ноги. Подошвы наших кроссовок скользили по влажным камням и сырой земле, порой нам даже приходилось скользить на ногах, чтобы избежать падения. Временами расщелина сужалась настолько, что нам приходилось буквально протискиваться дальше. В другом месте дорога понижалась так отвесно, что пробираться приходилось чуть ли не ползком.
  
  - В древности это ущелье называлось "Путем Червя" - насмешливо пояснил Лягвин, глядя на то, как мы осторожно на корточках спускаемся по скользким камням.
  
  Вот уж верное название, - сказал Андрей, помогая Алисе спускаться. - Никита, ты все-таки чокнутый.
  
  Алиса, которой в ее обуви с высокими каблуками приходилось особенно трудно, выразилась гораздо резче. Никита даже смутился и пробормотал, что идти осталось недолго.
  Он не солгал, - расщелина вскоре кончилась и нашим глазам открылась потрясающая картина. Слева и справа стояли скалы, отрезающие все подступы к узкой полоске пляжа. Огромные волны, в свете луны, казавшиеся совсем черными, накатывались и с шумом бились о прибрежные камни, торчавшие из воды, словно зубы гигантского дракона. Целые горы водорослей, плавника, всякой дохлой морской живности возвышались между камнями. Какие-то мелкие твари копошились там, то, скрываясь в поваленных грудах, то вновь выползая. В воздухе стоял устойчивый запах гниения.
  А прямо пред нами стоял огромный черный монолит, залитый лунным светом. Он выглядел как-то нереально, как и весь окружающий пейзаж, и внушал невольный трепет. Глядя на алтарь, действительно легко было представить как в древности косматые жрецы в звериных шкурах проводили здесь свои обряды и каменными ножами вырывали сердце из груди трепещущей жертвы.
  Преодолев первый испуг, мы начали осматривать древний реликт. Было сразу понятно: камень очень древний. Неясно сколько он здесь простоял, но очевидно, что не одно тысячелетие. Это не был базальт или гранит, скорей камень напоминал черный мрамор. На стенках алтаря были какие-то полустертые рисунки. Алиса и Андрей, периодически освещавшие камень огнем зажигалок, сошлись на том, что на камне вырезан огромный змей, пожиравший маленьких людей, распластанных на алтаре. Я, содрогнувшись, признал в нем тот алтарь, который мы сейчас рассматривали. Но там были и другие рисунки, в основном изображавшие каких-то гротескных чудовищ. Эти твари терзали людей, пожирая кровавые лохмотья, предавались свальному греху, а также совершали иные поступки, которым вообще нет названия в человеческом языке.
  Наибольшее замешательство, у наших спецов вызвало происхождение предполагаемых создателей монолита. В свое время Алиса посещала спецкурс по истории древнерусской живописи, а Андрей не один год участвовал в летних археологических раскопках. И сейчас они в один голос утверждали, что ни древнерусским, ни скифо-сарматским стилем здесь даже не пахнет. Не похоже это было и на традиционные изображения адыгов, монголов, турок, да и вообще любых народов, оставивших сколь-нибудь значимый след в истории края. По словам Алисы, в целом рисунки напоминали норманнский "усебергский" стиль, только более сложный и насыщенный, будто скандинавская манера изображения, была деградировавшим последышем неведомых резчиков, украшавших черный алтарь. В то же время иные из картинок, по мнению обоих "знатоков" и вовсе не имели аналогов в человеческом искусстве. С той стороны алтаря, что была обращена к морю, изображения выглядели самыми причудливыми и древними. Сама техника доисторических художников была настолько чужой и непонятной, что по сравнению с ней творения сюрреалистов казались чем-то банальным и заурядным. В каждой черточке изображенных здесь созданий, казалось, таилась неведомая угроза и чудовищное, дочеловеческое зло.
  Доминировала здесь "змеиная" тема,- извивающиеся рептилии переплетались с человеческими телами в самых немыслимых, порой даже непристойных сочетаниях. Я не знаю, какое извращенное сознание могло породить эти омерзительные картины, но видно было, что тот кто вырезал их не испытывал ни малейшего почтения к бессмертному постулату "Человек-это звучит гордо". Один из сюжетов повторялся особенно часто: изображение обнаженной женщины с головой змеи, либо наоборот- -красивая женщина, но ниже пояса- ядовитая гадина. А еще бесчисленные переходные состояния этого гибрида,- от почти человеческого существа, до настоящей змеи. Было ясно одно,- все эти картины призваны были изображать одно и то же существо, одновременно прекрасное и отвратительное. Судя по почтению, которое оказывалось женщине- змее окружавшими ее чудовищами и бесами - именно она была главным действующим лицом этих шабашей.
  
  - Серьезная девушка,- произнес я, безуспешно пытаясь шуткой снять нарастающее напряжение и испуг.
  
  - Это и есть Эйхгла, верховная жрица Змеиного Народа,- тут же откликнулся Никита.- У каждого короля Валузии была любимая жена или наложница, в обличье которой скрывалась бессмертная дочь Великого Змея. Именно она в течении веков управляла древней империей. На этом алтаре Эйхгла взывала к темным богам, имена которых даже Змеиное Племя боялось произносить вслух. Своими заклинаниями Эйхгла искажала пространство и время, подчиняя их своей воле и общаясь напрямую со змеиными королями, правившими еще в те времена, когда на земле еще не было ни людей, ни их богов. Но потом к власти к Валузии пришел Кулл, который низверг власть Змеиного Племени. А Эйхгла исчезла неизвестно куда.
  
  - Никита, может, перестанешь нести эту чушь про змей?- раздраженно спросил Андрей, но уже без прежней уверенности в голосе.- Лучше расскажи нам, откуда ты вообще узнал про этот алтарь? Если хотя бы четверть, того что ты здесь рассказал правда, то это - археологическая находка века. Ты прославишься на весь мир.
  
  - Я не нуждаюсь в людском признании,- рассмеялся Никита,- тем более что мало кто поймет, ЧТО именно здесь находится. И вас я привел сюда, вовсе не для того, чтобы похваляться. Но о том, как я нашел алтарь, я могу рассказать. Как вы знаете, я давно интересуюсь оккультизмом и черной магией. Свои познания я черпаю из разных источников - из древних легенд и преданий, фольклорных сборников, современных книг на эту тему, а также из Интернета. Но то, что впоследствии перевернуло мою жизнь я узнал этой весной- накануне Первого мая, в Вальпургиеву ночь. Тогда я допоздна засиделся за компьютером и спать лег где-то часа в четыре. И мне приснился сон.
  
  Никита замолчал, словно припоминая произошедшее, в то время как мы растерянно молчали.
  
  - Мне приснилось, - опять заговорил Никита,- что я стою на берегу какого-то огромного болота. За моей спиной был густой лес из черных деревьев, а впереди- лишь бескрайняя топь, покрытая густым туманом. И в этом тумане был Тот, Кто говорил со мной- я сразу понял с Кем мне приходится общаться. Это чувствуешь сразу, когда к тебе обращается живой Бог, известный миру под многими именами: Сет, Тифон, Йормунганд, Ящер, но чьи изначальное сакральное имена было и есть - Ийг. У меня в мозгу сами собой возникали его слова, обращенные ко мне, а перед глазами возникали картины давно прошедших эпох,- когда на Земле царствовали люди-змеи и их Королева. О, это были славные времена, времена необычайной красоты и неименуемого Ужаса. И я понял, что должен сделать все возможное, чтобы их вернуть. А Змей говорил дальше,- о священном алтаре на берегу моря и о том, что времена Распятого и других людских богов на исходе и Тьма вновь овладеет миром. До этого времени алтарь был скрыт от людских глаз, но сейчас чтобы впустить в мир Древних Богов нужно, чтобы на алтаре впервые за много лет должен быть совершен один ритуал. Всего один, но он изменит мир раз и навсегда.
  Змей много чего говорил мне, а потом словно черная молния вспыхнула у меня перед глазами и я проснулся в своей кровати, дрожащий и в холодном поту, а в голове моей была буквально вшито знание- куда и как надо ехать чтобы добраться до алтаря, как его найти и все остальное - вплоть до номера автобуса и цены на билет.
  
  - Дальше,- издевательски улыбнулся Никита,- все было просто. Я помнил, как вы все обсуждали, как нам лучше всего отдохнуть на море. И я знал, что Шурик спит и видит, как ему вывезти Алису на курорт. Я пришел к нему и посоветовал тихое и красивое место. И я хорошо понимал, что Алиса не удержится, от того, чтобы лишний раз не повыделываться и настоит на том, чтобы сюда пригласили нас. Я очень тебе благодарен,- обратился он ко мне,- у меня не было денег даже на билет сюда.
  
  Такое заявление нас просто вогнало в ступор. Я прекрасно помнил, как ко мне пришел Никита и с горящими глазами стал взахлеб рассказывать о чудесном месте у моря, где можно нормально отдохнуть, купаясь и загорая. По его словам там почти нет курортников, так что никто не будет нам мешать наслаждаться солнцем и морем. И вот мы узнаем, что вся эта дружеская забота- лишь прикрытие каких-то безумных желаний Лягвина. Если у нас и существовали раньше сомнения в здравости Никитиного рассудка, то сейчас они отпали полностью. Такое заявление нас поразило. Я прекрасно помнил, как ко мне пришел Никита и с горящими глазами стал взахлеб рассказывать о чудесном месте у моря, где можно нормально отдохнуть, купаясь и загорая, где нет толп отдыхающих и никто не буде нам мешать наслаждаться солнцем и морем. И вот мы узнаем, что вся эта дружеская забота - лишь прикрытие каких-то безумных желаний Лягвина, вызванных устремлениями его больного мозга. Если у нас и существовали раньше сомнения в здравости Никитиного рассудка, то сейчас они отпали полностью. Алиса первой пришла в себя.
  
  - Ну, знаешь это уже слишком. Хочешь сходить с ума,- пожалуйста, но только без нас. Надо же такое придумать,- затащить нас сюда, только после того, как тебе что-то приснилось. Раньше ты не напивался до белой горячки,- издевательски добавила она.- Пойдем отсюда ребята.
  
  - Ты никуда не пойдешь!!!- неожиданно рявкнул Никита, его глаза загорелись нездоровым блеском. - Слишком долго я терпел тебя и твои выходки,- теперь настал мой черед посмеяться! И вы тоже,- он обернулся к нам, - не тронетесь с места, пока я не позволю. Очень скоро вы увидите то от чего ваши трусливые душонки разорвутся на куски.
  
  В другое время, я бы за такие слова особенно не церемонился с Никитой, просто вырубив его качественно и надолго. Но сейчас перед нами стоял явный безумец, от которого можно было всего ожидать. К тому же правой рукой он шарил за пазухой своей черной джинсовой куртки, явно придерживая там что-то. Андрей, стоявший ближе всех к Лягвину, осторожно обратился к нему.
  
  - Никита, успокойся, все нормально. Давай поговорим.
  
  - О чем с тобой можно говорить?- презрительно бросил Лягвин.- Ты можешь только наблюдать за великим действом - избавлением мира от власти твоего бога . На Землю вернутся Другие Боги, Боги Мрака и Теней. И первым среди них будет Великий Змей, Владыка Царства Мертвых, Ящер Пучины. Жалко только, что ты так и не станешь первым верующим христианином, который увидит низвержение Распятого.
  
  - И почему это?- спокойно спросил Андрей.
  
  - Потому что, еще утром, когда вы еще дрыхли, я пробрался сюда и подготовил алтарь к ритуалу. Звезды уже заняли нужное положение в небе и полная Луна освещает обитателям Ада дорогу на Землю.. Йа, Ктулху фхтагн! Врата Водной Бездны уже раскрываются, и демоны Древнего Мира толпятся за ними. Им нужно только одно, чтобы обрести плоть.
  
  - Что же?- невольно спросила Алиса.
  
  - Жертва!- С этими словами Лягвин изо всех сил толкнул Андрея в грудь. Не удержавшись на ногах, Рудин упал на спину, на алтарь. Не два ему опомниться, Никита выхватил из-за пазухи охотничий нож с широким лезвием и, ухватив его обеими руками, нанес удар, вложив в него всю массу своего тела. Острие ножа пробило грудную клетку и, когда Никита выдернул его, на алтарь потоком хлынула кровь. Лягвина тем временем выкрикивал какие-то безумные заклинания, о том, что "открылись Ворота" и что "Тьма уже идет". Я метнулся вперед, полный решимости размазать по камням эту мразь. Никита слишком поздно обернулся в мою сторону, я вышиб нож из рук Лягвина и одним ударом повалил его на землю. Тот упал, но его глаза по-прежнему, светились торжеством, с разбитых губ срывался злорадный смех. Я посмотрел на алтарь, но Андрею уже нельзя было ничем помочь. Я шагнул к Никите, но тут у меня неожиданно померкло в глазах, меня охватил какой-то неземной холод и я словно ухнул в бездну, сопровождаемый криком Алисы и безумным смехом Лягвина.
  
  ...Спустя какое-то время мрак рассеялся и я обнаружил, что по-прежнему стою на том же месте. Я сказал - на том же? Нет, это было не совсем так. Местность вокруг меня, была без сомнения той же, и в то же время она изменилась до неузнаваемости. Море словно отступило дальше к югу, оставив между кромкой прибоя и скалами обширный пляж. Небо над головой было другим,- багрово-алым, по нему клубились черные тучи, иногда разрываемые вспышками неестественных, темно- синих молний. Иногда из туч выглядывало мертвенно-бледное светило,- я так и не понял, солнце или луна. Позади меня открывался черный зев все того проклятого Пути Червя, из которого вытекали к морю быстрые ручейки, иногда стекавшиеся в небольшие лужи. Почва была черной и влажной, из нее вырастали причудливые растения - огромные папоротники и хвощи, что-то похожие на кусты гигантской крапивы. Встречались здесь и вовсе невообразимые отродья земли,- огромные шаровидные клубни покрытые толстым слоем блестящей слизи и высокие грибы с тонкими ножками и широкими шляпками, напоминая гигантские поганки. Было здесь и что-то похожие на высокие цветы, вроде подсолнухов,- только вместо лепестков у них были подрагивающие бледно-розовые щупальца, обрамляющие пульсирующий зев.
  Посредине этого буйства больной фантазии Природы виднелась площадка полностью очищенная от всяких растений и довольно сухая. На ней возвышался все тот же черный мегалит уже не казавшийся таким уж древним. Вокруг него бесновались, прыгали и извивались самые уродливые и жуткие твари, каких только может представить человеческий рассудок. Словно все потаенные страхи человечества, притаившиеся в самых укромных и темных уголках его памяти, вдруг разом вылезли наружу, обретя плоть и кровь.
  Великий Боже! Теперь я видел, что Никита ничего не выдумывал, когда рассказывал об этом месте. Шабаш ведьм, Черная Месса, ацтекское жертвоприношение,- даже эти банальные определения не могли передать весь ужас богохульной и омерзительной церемонии разворачивающейся на моих глазах. Мохнатые козлоногие сатиры выплясывали вокруг алтаря, напевая какую-то древнюю литанию блеющими голосами. Им подвывали черные рогатые черти и мохнатые карлики со свалявшейся серой шерстью и собачьими головами, а также еще более жуткие создания, - обнаженные девушки, но с головами гиен и кабанов. У самого подножия алтаря копошились и извивались какие-то твари, с выпученными глазами и извивающимися щупальцами. Рядом с ними перебирали суставчатыми лапами мерзкие существа, напоминающие огромных пауков и сколопендр. А из окрестных зарослей выбирались, спеша на этот праздник, все новые отродья - огромные не-то ящерицы, не то крокодилы, большие черные слизни, раздувшиеся жабы, стаи серых крыс, идущих попеременно то на четырех, то на двух лапах. Неподалеку от алтаря, ближе к морю, мерно колыхалось и шарило по песку студенистыми щупальцами, жуткое существо - похожее на амебу или медузу, но величиной чуть ли не со слона. В воздухе тоже кружили всевозможные чудища: гарпии, драконы, черные демоны с крыльями летучей мыши, причудливые создания, напоминающие помесь людей и ночных бабочек.
  Вся эта нечисть увлеченно предавалась самым различным занятиям, совершенно не ограничивая свою фантазию. Гиеноголовые девушки предавались свальному греху с сатирами и упырями, спруты дрались с гигантскими насекомыми за куски какой-то отвратительной пищи, черти, оседлав гигантских лягушек, гонялись за обнаженными зеленокожими нимфами с острыми ушами и зубами, больше напоминающими клыки хищного зверя. Этими же зубами другие нимфы разгрызали толстые кости, обгладывали чьи-то ребра, пожирали большие окровавленные куски мяса. Этим же занимались и прочие участники жуткого сборища. Чьи именно кости они глодали - гадать особо не приходилось: возле алтаря возвышались пирамиды из человеческих черепов, позвонков и обглоданных суставов. А неподалеку валялись связанные, еще живые люди трясущиеся от страха в ожидании своей участи. У меня на глазах существо, напоминающее помесь лягушки и человека, ухватило перепончатой когтистой лапой за волосы связанную девушку, подтащило ее к себе и тут же разорвало горло одним движением могучих зубастых челюстей. Неподалеку связанного мужчину средних лет рвала на части стая тварей напоминающих помесь собак и ласок.
  Но не только в качестве связанных пленников присутствовали люди на этом пиру. Меж галдящих, совокупляющихся, дерущихся тварей расхаживали и вполне человеческие существа - мужчины и женщины, в большинстве своем - совершенно голые. Похоже, что на этом шабаше они чувствовали себя, как дома,- охотно встревали в склоки между всевозможными уродами, трахались с сатирами, нимфами и другими тварями, даже пожирали человечье мясо. Я понял, что это первые из людей,- ведьм и колдунов, ставших на путь служения силам Тьмы. Показалось мне или я и впрямь увидел среди этих предателей рода человеческого ухмыляющегося Никиту Лягвина?
  Неожиданно один из драконов летающих над алтарем издал пронзительный крик, и почти сразу же все жуткое сборище всполошилось. Сразу же прекратив все свои непотребства, твари начали разбегаться в разные стороны, очищая пространство перед алтарем. При этом все взоры нечисти были обращены к черному ущелью между скалами. На всякий случай я отступил подальше в глубь жутких зарослей, хотя был почему-то уверен, что меня здесь никто не видит.
  Вновь раздался крик дракона, и в ответ ему из прохода послышалось громкое шипение. Потом в темноте ущелья что-то зашевелилось, и оттуда стали выползать огромные змеи, от двух до четырех метров в длину,- черные, зеленые, бурые. Холодно поблескивали неподвижные глаза рептилий с вертикальными зрачками, зловещее шипение вырывалось из распахнутых пастей с острыми зубами, с которых капал яд. Неумолимым чешуйчатым потоком скользили они к черному монолиту и за время движения с ними происходили постоянные изменения. Сначала я подумал, что просто приподнимают свои туловища, как это делает кобра перед броском. Потому что зрение меня подводит. Но затем мне пришлось признать, что змеи и впрямь стремительно превращались в нечто иное - и от этого - еще более страшное. К алтарю уже не подползали безногие рептилии,- гордо и с достоинством, к нему подходила процессия существ, совсем бы не отличающихся от человека,- если бы не змеиные головы на длинных шеях. Вся нечисть и мерзость, собравшаяся возле алтаря испуганно шарахалась в стороны, уступая дорогу подлинным хозяевам сегодняшнего праздника. Столь же поспешно уступали дорогу своим наставникам и повелителям людские маги.
  Вот один из змеелюдей, возглавлявших процессию протянул руку по направлению к алтарю и непонятным шипящим голосом произнес несколько слов. Почти сразу вокруг черного алтаря взметнулись столбы неприятного гнилушечно-зеленого пламени, опалившего, а то и сжегшего тех из нечистых кто оказался слишком близко. Но никто из разумных рептилий и бровью не повел - и не только потому, что у них и не было бровей. Лишь подойдя к самому алтарю один из людей-змей досадливо махнул рукой, заставляя умолкнуть скулеж обожженной нечисти.
  Тем временем Змеиное Племя встало вокруг черного монолита, сцепив руки (или как там можно назвать их конечности?). Став вокруг черного монолита змеелюди обратили взоры к небу, в котором по-прежнему клубились черные тучи и негромкими шипящими голосами затянули очередную песнь- заклинание тут же подхваченное остальным сборищем. По мере этого жуткого песнопения тучи постепенно рассеивались и огромная Луна - а я теперь ясно видел, что в небе была именно Луна - насмешливо струила на землю свой холодный свет. Окончив песнопение, предводитель змей отдал приказ нескольким колдунам и те, вместе с чертями и сатирами стали подхватывать с земли связанных пленников и швырять их на алтарь. В руках у человекозмея сверкнул острый нож или, скорей, короткий меч, которым жрец рассек грудь первой жертвы. Кровь потоками орошала черный камень, в то время как жрецы поднимали вверх вырванные сердца, громко выкрикивая слова какого-то заклинания. Вразнобой, шипением, рычанием, козлиным блеяньем вторило ему остальное разномастное сборище. Чаще всего я различал слова "Ийг" и "Эйхгла".
  И вдруг воздух над алтарем стал меняться. В нем сгущалась и переливалась клубами мрака Темнота. Вот уже она словно стала еще непроницаемей, потом словно приобрела очертания человеческой, или похожей на человеческую, фигуры,- потом двух таких фигур. Жрец выступил вперед и выкрикнул слова последнего заклинания. В небе громыхнул очередной раскат, полыхнула ярким светом синей молнии, заставившей всех зажмуриться. Когда же я открыл глаза, то увидел что темнота рассеялась, а с алтаря странным образом исчезли все тела принесенных в жертву. И, тем не менее, капище вовсе не пустовало. На нем стояли две девушки? Демоницы? Богини?
  Первой из них было на вид не больше двадцати лет. Она была красива какой-то дикой, пугающей красотой, которой, - и я сразу это понял,- не могло быть у обычной женщины. Гибкое, стройное тело, тем не менее, совсем не выглядело хрупким,- напротив, во всей фигуре, осанке и пластике девушки чувствовалась скрытая сила - та сила, которая кроется в теле анаконды или другой крупной змеи. Полные груди с острыми сосками волнующе подрагивали, розовый язычок мелькал меж ослепительно белых зубок, что тоже наводило на змеиные ассоциации. Большие, слегка раскосые зеленые глаза были полны неги и разврата, но читалось в них и кое-что еще, что приводило меня в дрожь. Вдоль спины до самой поясницы спускалась грива огненно-рыжих, почти алых волос.
  При взгляде на вторую женщину, я почувствовал, что вот-вот потеряю сознание. Ибо если я не обознался и не сошел с ума от всего пережитого, то там, на черном алтаре, скользком от пролитой крови, совершенно обнаженная сидела... Алиса Ковалева. В ее глазах ясно читался ужас, когда она оглядывала окружавшее алтарь беснующееся сонмище. И защиты она искала именно у жрицы, прижимаясь к ее длинным стройным ногам и с мольбой заглядывая ей в глаза. Девушка успокаивающе погладила Алису по голове и воздела руки, приветствуя собравшуюся нечисть. Та ответила ей восторженными воплями и воем. И я понял, что это Эйхгла, великая колдунья и дочь Бога-Змея.
  Она вновь склонилась над Алисой (или все-таки не Алисой, я так и не мог понять) кончиками тонких пальцев приподняла за подбородок, заставив глянуть ей в глаза. Та подчинилась и тут же замерла, словно птичка перед взглядом удава. Эйхгла бережно уложила ее на алтарь, и сама опустилась рядом с ней на колени. Сладострастно оглаживая все тело девушки, жрица принялась покрывать ее легкими касаниями губ, проводя языком в самых укромных уголках ее тела. Алиса часто задышала, затем издала протяжный стон. Было ясно видно, что ее невероятно возбуждает все, что делает с ней Эйхгла. И я, несмотря на весь ужас момента, невольно тоже возбудился, глядя, как извивается под ласками женщины-змеи наша роковая красотка. Да и вся окрестная нечисть и даже люди- змеи невольно замолчали, словно завороженные этим по-своему очень красивым зрелищем.
  И в то же время я почувствовал что-то неладное. В какое-то мгновение мне показалось, что язык, ласкающий Алису, словно становится длинней и уже, да и само совершенное тело Эйхглы, как бы утончается. Вот она подняла голову, чтобы посмотреть на своих подданных, и я с ужасом увидел как ее зрачки стали узкими и вертикальными. Нижняя часть совершенного лика выдвинулась вперед, нос сплющился и исчез, а лоб стал плоским. В приоткрытом рту влажно блеснули два длинных острых клыка., меж которых мелькнул раздвоенный язык. Тело потемнело, и на нем заблестели зеленые чешуйки, стройные ноги слились в змеиный хвост. Еще мгновение - и тело Алисы уже обвивала большая зеленая змея, с алой полосой вдоль хребта. Но, что самое ужасное - Алису, казалось, вовсе не смутило ужасное чудовище, обхватившее ее тело, скольжение змеиной чешуи по коже, явно доставляло девушке удовольствие. Раздвоенный язык по-прежнему ласкал Алису, исторгая у нее похотливые стоны. Вот треугольная голова оказалось у шеи девушки, язык нежно коснулся горла.
  Дальше все произошло так быстро, что Алиса видно даже не успела понять, что к чему. Раскрылась огромная пасть и острые зубы погрузились на всю длину в горло девушки. Та лишь раз конвульсивно дернулась, пока змеиные кольца по-прежнему крепко сжимали ее тело. А змееголовые жрецы вновь возобновили свой страшный ритуал, распарывая жертвенными ножами тела, оставшихся жертв, доставая их внутренности и небрежно швыряя их на песок. В окровавленных ошметках уже рылись колдуны и ведьмы, гадая на человеческих потрохах. Между тем люди-змеи возобновили чтение своих заклинаний, пока вся нечисть вокруг орала и завывала в восторге.
  Дикие крики достигли своего апогея, и мне показалось, что в них слышен очередной призыв. И, похоже, он не остался без ответа,- каким-то шестым чувством, я почувствовал приближение чего-то или кого-то, очень могущественного... и очень злого. Какая-то мрачная губительная сила поднималась из самых глубин преисподней, я почти физически ощущал ее приближение. Мой мозг словно сдавило железными тисками, я почувствовал, как у меня начинает кружиться голова, и я теряю сознание. Перед тем как отключиться, я успел заметить, что змея на алтаре, вновь начинает менять свой облик.
  
  Безудержное ликование, граничащее с помешательством, охватило меня, когда я очнулся и обнаружил себя возле алтаря в том же месте, куда нас привел Никита. Но порадоваться своему избавлению от гнета кошмаров стародавних времен я не успел. В мерном шуме морских волн мне вдруг послышался какой-то тревожный рокот. Я оглянулся и с ужасом увидел, как над набольшими волнами возвышается громадная масса воды, почти нависшая над нашими головами. В неверном свете Луны гигантская волна выглядела особенно нереально, напоминая какое-то чудовище вышедшее из моря. Поскольку до расщелины никто из нас не успел бы добежать, я мертвой хваткой вцепился в алтарь, в слабой надежде удержаться на нем. Казалось, этой волне ничего не стоит смыть камень и унести вместе с нами в море.
  Тем временем волна уже возвышалась над нами. Мне, оказавшемуся на спине и смотревшему снизу вверх, внезапно пришло в голову, что она похожа на колоссальных размеров змею, готовую к броску на своих жертв. Я ясно различал в бурлящей воде немигающие змеиные глаза, огромную пасть, раскрывшуюся в предвкушении добычи и длинный раздвоенный язык, пляшущий меж острых клыков. Мне даже казалось, что волна, игнорируя все законы тяготения, зависла над нами в неподвижности, словно кобра, нацелившаяся на оробевшую пташку.
  Наконец, с оглушительным шумом, напоминающим оглушительное шипение, волна обрушилась на нас. Я почувствовал, как мои руки отрываются от камня, меня куда-то понесло. Раздался душераздирающий крик, потом я сильно ударился обо что-то головой и третий раз за сегодняшний день потерял сознание.
  Очнулся я лежащим у алтаря с дикой головной болью. Было уже утро, значит, я провалялся без сознания около пяти часов. Никита стоял возле алтаря, и лицо его прямо таки сияло от восторга. Алиса же сидела на алтаре, согнув ногу и опираясь подбородком об колено. В ее глазах была какая-то странность - мне почему-то показалось, что она рассматривает меня с брезгливым любопытством. И все же я почувствовал огромное облегчение, увидев ее живой и здоровой. Значит все-таки не Алису я видел на том алтаре, окруженной сворой завывающей нечисти. Андрея нигде не было видно - ни живого, ни мертвого.
  
  - Алиса отойди от него!- хриплым срывающимся голосом сказал я.- Отойди потому, что сейчас я убью его.
  
  - О чем ты говоришь, Саша?- спросила Алиса.- Что плохого тебе сделал Никита?
  
  Я изумленно посмотрел на нее.
  
  - Ты что не помнишь? Этот подонок убил Андрея. И я собственными глазами убедился, что он не свихнулся и не врал нам насчет всего ужаса, который творился в этом месте. Он не просто маньяк и убийца, это злобная тварь, место которой в Аду. Дай я собственными руками отправлю его к хозяину.
  
  - Какие страшные вещи ты говоришь,- тихо произнесла Алиса.- Андрей погиб в волнах, и меня могло унести, если бы не Никита. Как ты можешь обвинять своего друга в таких ужасных грехах! С тобой точно все в порядке?
  
  - Похоже, он очень сильно ударился головой,- с показной грустью покачал головой Никита.
  
  - Помоги мне спуститься,- бросила Алиса Лягвину, и тот поспешно бросился выполнять ее приказание. Это был именно приказ,- Никита суетился вокруг Ковалевой так, как не делал даже когда больше всего сходил с ума по ней. Это было особенно странно, если вспомнить как Никита разговаривал с Алисой, перед тем как началась вся эта чертовщина . Сейчас же в его глазах светились такой восторг и обожание, которого я не видел даже у самых пылких поклонников Алисы. Та с царственной небрежностью принимала эти знаки внимания как должное. Спустившись с алтаря, Алиса властно посмотрела мне прямо в глаза.
  
  - Наш друг погиб в волнах, но мы то живы - сказала она.- Ты нездоров и придумываешь всякие страхи. Не было ни алтаря, ни убийства, ни шабаша- это все сон. Ты и сейчас спишь и видишь кошмарный сон. Скоро ты проснешься и забудешь свой бред. Слушай меня и все будет хорошо. Не противься мне и тебе станет легче.
  
  Я помотал головой, не понимая, что происходит. Голова вдруг потяжелела, тело охватила предательская слабость и я не удержавшись сел прямо на песок. Все это стало напоминать какой-то театр абсурда, пьесу, написанную сумасшедшим режиссером. Может, я действительно так сильно ударился головой, что у меня повредился рассудок? И то, что я вспоминаю сейчас - убийство Андрея, жуткий шабаш возле алтаря,- на самом деле порождения моего больного мозга?
  Из последних сил, борясь с подступающим одурением, я посмотрел на Алису, которая уже открыто, усмехалась, глядя на меня. Внезапно я понял, что мне показалось странным в ее глазах,- из карих, они почему-то стали зелеными. Но меня уже охватывало полное безразличие ко всему, что происходит вокруг, я равнодушно наблюдал, как зрачки Ковалевой вдруг стали вертикальными, а сами глаза огромными, словно два зеленых омута, в которых медленно утопал я. Не было не сил ни желания сопротивляться этому гипнотическому взгляду, я не мог отвернуться или хотя бы закрыть глаза.
  "Своими заклинаниями Эйхгла искривляла пространство и время, подчиняя их своей воле", вплыло в моей голове. Меж полных губок Алисы мелькнул раздвоенный язычок.
  Никита издевательски рассмеялся, доставая из-за пазухи нож и подходя ко мне.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) GreatYarick "Время выживать"(Постапокалипсис) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) В.Свободина "Темный лорд и светлая искусница"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Боевое фэнтези) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"