Камушкин Александр Владимирович: другие произведения.

Почти неделя (Раздолбайство четвертой степени)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    КОШМАРИКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ, НО ДО ПОЛНОГО ГЕМОРРОЯ ЕЩЕ ДАЛЕКО.


пятница

  
  
   Всю ночь Волчок не мог заснуть. Перегревшиеся за день стены отдавали накопившееся тепло комнатам. На балконе было чуть легче. Он хотел улечься здесь спать, но почуявшие свежую кровь комары, слетелись подкрепиться со всей округи. Вернулся в спальню. Накрывшись влажной простыней, Волчок глядел в потолок. "Артема отпустили. С такой новостью точно не заснуть. Может уже знает, что я его сдал. Завтра же сниму новую хату, и отлежусь там недельку. А Седой успокаивал: "Не волнуйся, мы все уладим!". Я, конечно, не сомневаюсь в его возможностях, но свою шкуру стоит поберечь вдвойне". Он ворочался и крутился до утра, заснув под конец совершенно измученным.
   - Какая хлипкая у него дверь! - Бита уже собрался высадить ее плечом.
   - Ну зачем ты так? Семь утра, многие люди еще спят, а ты их лишишь такого удовольствия, - Артем достал из кармана связку отмычек, прикинул, какая подойдет, и вставил в замок. Тот, слегка хрустнув, сдался. Волчок постоянно шифровался, и дешевые квартиры сменял, чуть ли не каждый день. У Артема с Битой это было уже не первое жилье, в которое они проникли этим утром. Но там было пусто, здесь же другое дело, в коридоре живой беспорядок. На кухне остатки ужина и недопитый коньяк.
   - Тут зарылся! - Артем указал на дверь маленькой комнаты.
   Проснувшийся Волчок не успел еще, что- либо сообразить, как Бита, навалившись всем своим весом, взял его тело в стальной зажим. Артем залепил ему рот и замотал руки лейкопластырем. Жалобное мычание Волчка их мало интересовало.
   - Хочется узнать, что в вечерних новостях будут показывать? - Артем закрыл поплотнее окно и форточку. - Так вот первый вариант. Соседи обнаруживают следы крови под входной дверью и вызывают милицию. Те в свою очередь вскрывают квартиру, и картина жесточайшего изуверства заставляет показывать оператора только кровавые следы, да комментарии специалистов. А самое интересное, куски человеческой плоти будут настолько жутки, что их запечатлят только для милиции, - Артем остановился поглядеть за реакцией Волчка. Связанный перестал дергаться и только вращал глазами. От таких усилий капилляры в них полопались и белки стали красными. "Он сейчас похож на кролика в руках повара, собирающегося приготовить его на обед. В глубине животное понимает, что это конец, но все же продолжает надеяться, что его отпустят снова пастись, на свежую травку, к подружкам". Эта мысль быстро проскочила в сознании Артема и размазалась в хаосе других.
   - И вот второй вариант. Скучные новости без всяких происшествий, которые ты выключишь не досмотрев, и поедешь к очередной шлюхе. И какие известия больше по душе? - приставив нож-бабочку к горлу Волчка, Артем отклеил лейкопластырь, залеплявший ров. Пленник, жадно втянув воздух, задирая подбородок, чтобы не пораниться о лезвие произнес: "Второе!"
   - Да, но для этого предстоит честно ответить на все наши вопросы, а то когда ему начинают врать, - Артем кончиком ножа повернул голову Волчка в сторону Биты, - он сильно обижается.
   - Выложу все, даже чего не знаю! - от вида второго громилы в глазах у Волчка появилась безысходность. - Здоровье оставьте!
   - Чья команда была сдать меня ментам? - Артем прошелся бабочкой по кадыку.
   - Сурен позвонил и сказал передать твои координаты операм.
   - Сурен, он ведь седой, - Артем сложил нож. - Что же это через меня Гарика хочет достать?
   - Подробности мне не известны, я только выполнял приказ.
   - А может он нас обманывает? - Артем отошел, давая возможность Бите по-истязать пленника. Одними руками тот мог переломать Волчонку все кости. Но сегодня Громила, как он сам считал, "был гуманен", достав из-за пояса туристический топорик, до того скрывавшийся под рубашкой.
   - Острый как бритва, сам точил, - Бита провел лезвием о ноготь. - сначала это откромсаю, - он дернул Волчка за левую ногу.
   - Только всю сразу не руби, по кусочкам, так веселее, - Артем приготовил свежий кусок лейкопластыря для кляпа.
   - Правда, я ничего не знаю. Сурен действительно что-то задумал, но нам ничего не говорит. Вам нужен Илья, он сейчас у Седого в любимчиках, - Волчок пальцами цеплялся за простынь, чтобы удержаться на кровати.
   - Я о таком раньше не слышал, откуда он? - Артем играл бабочкой, то открывая, то складывая нож обратно.
   - Говорят из уральских, с ним еще человек пятнадцать приехало.
   Похоже, возвращались старые времена. Еще год назад между Гариком и Суреном шла война, много народу положили. Артему тогда тоже хорошо досталось. Три пулевых ранения в грудь, ожоги и порезы от взорванной машины. Весь город лихорадило. Улаживать конфликт приехало несколько авторитетных людей. Группировки подписали мировую. У Гарика с Суреном появился даже совместный бизнес. Артем больше не боялся ходить по улицам. Никто не мешал делать деньги, и казалось, что так будет вечно. А теперь получается, Сурен по-тихому решил избавится от Гарика и от нас за одно. Для этого даже с Урала стрелков выписал. Артему так не хотелось снова ходить в бронежилете и возить целый арсенал оружия в багажнике. Оставив Волчка, утренние визитеры вышли переговорить в соседнюю комнату.
   - Вроде он все сказал, - Бита заправлял топорик под рубашку. - Надо его кончать. Можно повесить или выкинуть в окно, так, чтоб походило на самоубийство.
   - Пока рано мутить воду. Сурен сразу догадается, что это мы его. Пусть лучше думает, что Волчок со страха подался в бега, - Артем просчитывал дальнейшие ходы.
   - Отвезем его на лодочную станцию. Пусть Хриплый нашего пленника постережет.
   - Согласен, здесь мочить не стоит, но охранять зачем? Закопаем в лесу, да и все!
   - Все, да не все. Может нам голос Волчка еще понадобиться, - Артем должен был вести игру с Суреном еще хитрее.
  
  
   "Какие дни бывают разные. Вчера раскаленное солнце и ширь безбрежная, а сегодня все заволокло тучами без просвета". Серега смотрел в окно пригородной электрички. Леса и поля сменили унылые многоэтажки. Голос из динамика попросил не забывать вещи в поезде. Пассажиры, подталкивая друг друга сумками, потянулись по проходу на перрон. Серега подождал, когда схлынет поток, и , засунув газету с разгаданным кроссвордом за скамейку, вышел из вагона. Милицейские патрули в этот день были особенно любопытны. заглядывая в документы и поклажу большинства вновь прибывших. Взгляд сержанта прошелся по Сереге и, не заинтересовавшись порожним пассажиром, остановился на дородной женщине в цветастом пиджаке с большой сумкой на колесиках. Сереге хотелось закурить, но он никак не мог найти, куда-то завалившуюся зажигалку. В карманах оказалось много полезной ерунды: пол пачки жевательных подушечек, зубочистка, презерватив, складной нож, расческа, брелок, наконец, зажигалка и телефонный жетон. "Звякнуть что ли кому-нибудь?" В голове замелькали цифры, и лица их обладателей, а рука автоматически набрала номер Макса.
   - Молодец, что позвонил, я как раз хотел тебя разыскивать, - на заднем плане слышались еще голоса, один из которых точно принадлежал теще.
   - С утра пораньше уже дома грызут? - Серега сдвинул сигарету к уголку рта.
   - Да, есть немного. Слушай, давай подгребай к Стасу, поговорим о наших делах.
   - Лады, буду! - Серега опустил трубку на рычаг. "На дорожку следует подкрепиться" и он заглянул в привокзальную забегаловку. Через сто пятьдесят грамм, сосиску с кетчупом и час дороги, он был на месте. Дверь открыл Макс.
   - Мог бы и быстрее!
   Стас все так же спал, зарывшись с головой под одеялом, из под которого выглядывали клок шевелюры и пятки. Мешки за диваном оставались нетронутыми.
   - Спит беспробудно, но при этом еще умудряется жрать, - Макс указал на сковороду со следами яичницы и хлебной коркой.
  
  
   Ситуация для Баютдинова вырисовывалась очень интересная. Росинский или Матвеев пытались убить шефа. Если правильно воспользоваться ситуацией, можно завалить всех скопом. Для выработки стратегии он встречался сегодня с Ханаевым. Внешне Баютдинов создавал впечатление человека, не подозревающего за собой слежки. А как же иначе? Начать отрываться от хвоста и путать следы? Сразу станет понятно, что он знаком с содержанием разговора в кабинете Чевасова. Со вчерашнего дня банкир чувствовал за собой наблюдение. Попеременно сменяя друг друга, его пасли две машины, бежевое "жигули" и серая "волга". Помимо этого, не попадая не только в поле зрения Баютдинова, но и в объективы лапенских сотрудников, с утра этого дня к ним на хвост сели Прораб с Сомовым на "опеле". Встреча с Ханаевым была назначена на вещевом рынке. Баютдинов планировал "случайно" затеряться в толпе, чтобы потом, незамеченным, пробраться в сто тридцатый контейнер.
   - И чего его понесло в такую толчею, - оператор из окна "волги" снимал Баютдинова.
   - Надо держаться к банкиру поближе, чтоб не упустить, - парень, сидевший на заднем сидении, натянул бейсболку на глаза.
   - Я готов, можем идти, - оператор замаскировал работающую камеры в сумке, висевшей у него на плече.
   - Да, а ты, - парень в бейсболке обратился к водителю, - наблюдай за выходом, на случай, если мы его потеряем.
   - Чую, у него здесь с кем-то стрелка, - Прораб припарковал "опель" у выезда со стоянки. С масками обыденности на лицах, они с Сомовым двинулись вслед за лапинской парочкой. "Хорош наблюдатель!" - Прораб посмотрел на водителя "волги", который, наплевав на приказание, развернул перед собой во всю ширь свежий "Спорт экспресс". Баютдинов, останавливаясь, то возле одного, то возле другого продавца, щупал товар, прикидывал цены и цвет, поглядывая на выставлявшееся перед ним зеркало, за неотвязным хвостом. Мелкие оптовики, впряженные вместо лошадей в тележки, волокли горы товаров к своим автобусам. Баютдинов пристроился сзади к одной из таких, навьюченных телег.
   - Тебе пирожков взять? - Сомов остановился у передвижной палатки кафетерия.
   - Если есть парочку с капустой, - Прораб не на секунду не выпускал из виду голову Баютдинова.
   - На держи, еще горячие. - расплатившийся с продавщицей Сомов передал напарнику обернутые полоской бумаги золотистые дымящиеся пирожки.
   - А с рисом тоже ничего, - Сомов заглотил один из своих пирогов целиком. Прораб глянул на его жующее лицо, откусил хрустящую корку и опять устремился на Баютдинова. Но тот пропал. "Не мог же он за пять секунд исчезнуть! А где лапинские, тоже растворились?" Прораб выпрыгнул из толпы, стараясь разглядеть все сверху, но без толку.
   - Упустили! Все из-за твоих сраных пирогов! - он швырнул еду на асфальт.
   - Что ты злишься, в самом деле. Со вчерашнего дня ведь к кишке ничего не прилипало, - Сомов во избежание гневных тычков в особо слабые места прикрыл живот локтями.
   - Вот ты такой умный, скажи теперь, в какую сторону нам идти? - Прораб еле сдерживался, чтобы не начать лупить, этого идиота с набитым ртом.
   - Может сюда? - Сомов указал направо.
   - Ладно, давай бегом, а я проверю в левом крыле. Если найдешь, сразу сообщай мне на рацию.
   Баютдинов так все и шел за челноком, посматривая на товар, как порядочный покупатель. Он выжидал момент, когда навстречу поедет такая же груженая телега. И вот аналогичное нагромождение баулов вывернуло из бокового прохода. Баютдинов остановился возле витрины с пластиковыми очками. Лапинская слежка, притормозила шагах в десяти позади, возле кожаных курток. Дождавшись, когда между телегами осталось не больше метра, Баютдинов устремился в этот проем. За его спиной охранники попытались тоже проскочить, но щель сузилась настолько, что парень в бейсболке застрял сдавленный спортивными костюмами и коробками с обувью. "Сработало" - Баютдинов чуть улыбнулся и со словами "Покажите мне вон тот верхний пиджак" - свернул на боковой ряд. Молодая продавщица потянулась с палкой, чтобы снять выбранную вещь, но банкир остановил ее.
   - Нет не надо, теперь я вижу, это не двубортный, - и больше не отвлекаясь на всю эту продаваемую ерунду, быстрым шагом двинулся по проходу. На то, чтобы растащить телеги и вызволить парня в бейсболке, ушло минуты три. Часть товара, так тщательно увязанного и упакованного, разлетелась под ноги. Челноки принялись матом честихвостить этого малохольного в кепке, несущегося как на пожар.
   - Да сами вы бл**и мешочные! - перепрыгивая через коробки, охранник бежал к угловой палатке, в надежде, что Баютдинов должен быть где-то рядом. Оператор, не ввязываясь в перебранку, обошел тюки с другой стороны.
   - Здесь только что мужик был, пиджак выбирал? - парень в бейсболке пытался показать продавщице внешние габариты банкира.
   - Ах, такой был, ему фасон не понравился, может вам показать? Производство Италия, все размеры.
   - Какая Италия? - охранник не понимал, чего она несет.
   Оператор добежал до следующей развилки, но и там Баютдинова не было видно.
   - Прямо Гудини какой-то! - парень снял бейсболку и с силой смял козырек.
   "Еще не факт, что я этого хмыря найду, а посмотреть одежонку на осень стоит".
   Сомов шел по кожевенно-шубному ряду. "Вон тот пилот ничего, или может лучше взять на пуговицах". Глазея на витрины, вплотную увешанные куртками, он встал посреди прохода.
   - Ну, село, всю дорогу загородил. - тем недовольно спешащим оказался Баютдинов, который избавляясь от слежки сбился немного с курса.
   "Какой же я молодец, правильно выбрал направление!" - Сомов следовал, прижимаясь к прилавкам, и задевая плечом, развешанный на цепочках товар, отпихивая локтем к центру прохода покупателей, в месте с продавцами. Пройдя мимо кафе, банкир уперся в выстроившиеся в два этажа, крашенные в едкий коричневый цвет, металлические контейнеры. Большинство из них были открыты, то и дело подходили продавцы, пополнить запасы товаров на прилавке, рылись в кипах вещей, находили нужное, и закрыв контейнеры уходили вновь к покупателям. Баютдинов следил за номерами в поисках условленного. Возле сто тридцатого была приставлена передвижная трубчатая лестница. Несколько человек из личной охраны Ханаева прогуливались рядом. Только после того, как банкир назвал свою фамилию, его пропустили наверх к контейнеру.
   - Сокол, ответь ястребу, прием! - Сомов включил рацию.
   - Ты чего там, сбрендил, какой еще ястреб? - раздался голос Прораба.
   - Это я так, для секретности. Банкира я нашел. У него встреча в контейнере, походу с серьезными людьми.
   - Интуиция меня еще не разу не подводила, близко к ним не лезь, жди меня, я мигом, - интонации Прораба подобрели.
   Сомов почесал вытянутой антенной затылок. "Ради маскировки встречаться в консервной банке!"
   Нога у Баютдинова соскочила со ступеньки, и он точно бы съехал вниз по лестнице, не подхвати его вовремя дежуривший на верхней площадке охранник.
   - Здравствуй дорогой! - тяжелая металлическая дверь за Баютдиновым захлопнулась наглухо. Преставления банкира, о том что он попадет в нечеловеческие условия оказались надуманными. Все поверхности, в том числе и потолок, были обшиты вагонкой. Над дверью вентиляционная отдушина, прикрытая решеткой, а у стены напольный кондиционер не давали застаиваться воздуху. Сидевший на мягком диване Ханаев, снял очки и положил их на журнальный столик, рядом с газетой.
   - Рад тебя видеть! Быстро нашел дорогу?
   - Пришлось поплутать, народу-то ведь много, - Баютдинов сел в предложенное хозяином кресло. - Зато от любопытных людей отделался.
   - Да, суета здесь, уследить за человеком невозможно, - Ханаев открыл небольшой холодильник, примостившийся сбоку от дивана. - Может тебе холодненькой водички с газами?
   - Соглашусь, только лучше не сладкой, - с фотографии на первой полосе газеты, на Баютдинова смотрел Чевасов, под заголовком "Банкир под прицелом террористов!".
   - Вот тебе минералка, а я только "Байкал". Вот "Колу" и "Пепси" - не могу, не приемлет организм их импортную заразу, только отечественное, родное. На статейку глядиш? - Ханаев дал осесть пене в открытой бутылке. - Может правду пишут бумагомараки? - авторитет улыбнулся.
   - За этим я и приехал, подумать надо, перспектива богатая, - Баютдинов накрыл ладонью фотографию.
   - Сколько они там разговаривают? - Прораб сделал несколько снимков ханаевской лички.
   - Уже минут двадцать, - Сомов прикрыл от света циферблат электронных часов.- Смотри, открывают!
   Ханаев попрощался с Баютдиновым, и опять вернулся в контейнер.
   В момент последнего рукопожатия банкира с авторитетом Прораб успел щелкнуть затвором фотокамеры.
   - Самое интересное закончилось, можем возвращаться к машине.
  
  
   - Ты, мудила, объясни, зачем в ящик то полез? - отжатый чайный пакетик Макс выкинул в форточку.
   - Ребята, с чего вы взяли? - Панку ну никак не сиделось на рабочем месте, и он на удачу забрел к Стасу. - Я их вообще видел только раз, когда они в банк ломились.
   - Чего он нам трет? - Макс подул на пальцы. "Чашка, зараза, нагрелась". - Кто на голову чулок напялил, я что ли?
   - Какой же это чулок? Настоящая омоновская маска, - Панк ковырял кухонные обои, отошедшие в одном месте от стены.
   - Видишь, уже прогресс, маску стало быть признал, - Макс ткнул приятеля в локоть.
   - Угу. Продолжай, сейчас расколем, - Серега мочил в чашке пряник полугодовалой выдержки и откусывал от него раздобревшие куски, запивая преспокойно почти что кипятком.
   - Я же все это по телеку видел, поэтому так и решил, - Панк в импульсивном порыве оторвал приличный кусок верхнего слоя обоев с помутневшим рисунком не то роз, не то пеонов.
   - Правильно, ты пока свою морду по телеку не увидал, не знал чего на голову нацепил. А как хорошо про охрану сказал, то бишь про нас, - Макс поднял большой палец, - как там "мужественно и бесстрашно обезвредила опасный груз". Так глубоко мог сказать только поэт!
   - Когда на меня накатывает вдохновение, я не то, что по телеку, в ООН могу выступать, - Панк расправил плечи и поднял подбородок, мол, "лицезрейте героя". Но восторженного преклонения не последовало.
   Макс опрокинув табуретку, обхватил борцовским захватом шею Панка и притянул к полу. А Серега принялся за уши и нос разоблаченного, отвешивая сливы и растирая локаторы до крайней степени покраснения.
   - Уроды, что вы делаете! Я задохнусь и оглохну одновременно, - взбешенно гундосил Панк, стараясь дать сдачи своим мучителям.
   - Оттянем тебе сейчас нос с ушами до слоновьих размеров, чтоб в следующий раз такого уникума "в мире животных" показали, - Серега старался над подопечным как мог.
   - Ну что, раскаиваешься в содеянном? - Макс еще чуть сильнее придушил провинившегося.
   - Ладно, это был я в телеке, - заверещал Панк на последнем кислороде, - чтобы все узнали, какие мы герои!
   - Ведь опять врет, - Серега указательным и средним пальцами выкручивал в сторону ставший сизым нос Панка, - говори, за сколько тебя телевизионщики купили?
   - Я бескорыстно! - теперь Панк уже хрипел и кашлял, - а эти гады мне пятьдесят долларов всучили! - о второй половине гонорара он все-таки умолчал.
   Мучители отпустили растерзанного друга. Тот лежал на линолеуме, растирал шею, старался пригладить растопырившиеся уши и вправить распухший нос.
   - Из него еще что-то сыпется? - Макс поднял один из нескольких выпавших из кармана Панка пакетиков. - Очередная дрянь для башки? - он обнюхал белую бумажную свертку.
   - К вам по делу нельзя прийти, одни издевки, а это, между прочим, димедрол! - многообещающе изрек Панк.
   - Дельное предложение, закинемся с утра пораньше порошочками, - изображая неимоверное удовольствие Макс закатил глаза.
   - Смейтесь, смейтесь! Пока вы вчера загорали, я нашему товару сбыт нашел.
   - Наверное, секретарше Ирочке или Галине Игоревне, - Серега, смеясь, даже подавился куском пряника.
   - Немного подальше, в институте. Сейчас смешаем с димедролом, расфасуем и отдадим Чегеваре, пусть торгует! - Панк собрав порошки, сел на табуретку.
  
  
   Единственный въезд на лодочную станцию преграждали ворота, зеленые с пятиконечной звездой посередине. Еще в том году их здесь не было, и все желающие могли подъехать на колесах к самой воде. Но с этой весны, когда все хозяйство перешло в веденье Хриплого, на пляже произошли существенные перемены. Помимо лодок и катамаранов появились водные мотоциклы, горки и лягушатник с поплавками, открылись кафе, биллиардная и теннисный корт. Хриплый решил "не стоит захламлять машинами берег". Расчистил кусок земли под стоянку, и вкопал купленные по дешевке в ближайшей военной части ворота. Присматривавший за машинами парнишка еще издалека признал 2тайотавский джип" на котором разъезжал Бита и, махая рукой, пошел открывать ворота. Время было уже без чего-то три. Попасть с утра пораньше на лодочную станцию как планировал Артем не получилось, две неотложных встречи с терами задержали их в городе. Все это время Волчок провел в багажнике как нелегальный пассажир, скрученный по рукам и норам лейкопластырем, с залепленным ртом и накрытый сверху брезентом.
   - Сегодня тебе поспокойнее, машин поменьше! - Бита в знак приветствия хлопнул ладонь о ладонь охранника.
   - И не говори, вчера в радиусе трехсот метров ни одного свободного места не было, - парнишка зацепил воротину за торчавшую из земли согнутую трубу.
   - Держи, водички похлебаешь, - Бита достал из микрохолодильника в подлокотнике бутылку минералки.
   - Хороша, холодненькая, - парнишка подкинул бутылку в воздух.
   - Чего ты с ним так возишься? - Артем уперся руками в бардачок, сопротивляясь болтанке в машине от резко ухудшившейся дороги.
   - Хороший пацан, думаю может к нам его пристроить? - Бита лавировал между большими ямами, но при этом собирал те, что поменьше.
   - Может и так, времена грядут не простые, а он стрелять умеет?
   - Парнишка, как и я, в десантуре служил, - Бита выставил свое плечо, на котором виднелась татуировка ВДВ.
   Хриплый лузгал семечки на крыльце биллиардной. Высокий, худой, нос с горбинкой, рыхлое лицо со следами оспы.
   - Может сразу, партейку сгоняем, или осетринкой с "Абсолютом" перекусим?
   - Это мы запросто, но потом, - Артем прошелся рукой по запыленному капоту.
   - Ты что у себя "кэмэлтрофи" надумал проводить? - Бита заглянул под днище машины. - Кажись, ничего не оторвалось.
   - Решился сделать хорошую дорогу и фонари поставить, нанял бригаду молдаван, так они все перекопали и попросили аванец, я их и выгнал, теперь надо других брать, чтобы доделывали, - голос у Хриплово в точности соответствовал прозвищу.
   - Может, стоит хоть раз денег заплатить? - у самого Артема на заводике по производству минеральной воды в рабских условиях, под охраной работала пара десятков человек. - Ладно, не смотри ты так, это шутка. С утра по телефону не успели сказать, мы тебе гостинец привезли, - Артем покрутил на пальце моток лейкопластыря.
   - Ах вы опять тушу притаранили! - Хриплый наморщил лоб. - Надо было сразу машину вон туда подгонять, - он указал на одноэтажный домик в лесном массиве.
   Бита подал джип задом к самому входу.
   - Кто же у нас сегодня плохо себя вел? - Хриплый стянул с привезенного мученика покрывало. - А лицо-то знакомое, не иначе это Волчок, ну заходи гость дорогой. Устрою тебя с шиком.
   Пленнику освободили ноги, чтоб не тащить на себе в дом. Дальняя комната без окна делилась пополам решеткой. В углу валялся полосатый матрац. Волчка завели в эту клеть, и так и оставив с замотанными за спиной руками, заперли решетку. Из домика троица отправилась прямиком в кафе. Накрытый стол их встречал водкой, икрой и жареной осетриной.
   - Ну, по маленькой, за встречу!
   Водка из запотевшего графина не лилась, а прямо тянулась. Закусив, Артем продолжил --Ты еще не забыл, где стволы закапывал?
   Хриплый перестал жевать, сглотнул и кивнул головой.
   - Вот и хорошо, достань и проверь, чтобы все работало. Нынче будет хорошая охота!
   - Ыгы. - Бита запустил в рот полную ложку икры.
  
  
   После звонка Сурена Гарик, глядя на собственное отражение в зеркале, мысленно по второму разу прокручивал последний разговор. Сурен поинтересовался делами и предложил встретиться. Ничего в этом звонке странного не было, остро назрел вопрос, что дальше делать с Матвеевым, и встреча акционеров нынешним вечером в парке отдыха и аттракционов - чисто деловая. Беспокоило другое, не попытается ли Сурен его убрать, до или после встречи. Для этого парк вполне подходящее место. "За каждым кустом не углядишь" - Гарик связался с Артемом.
   - Уральских друзей нашел?
   - Да, шестерых. Расположились в гостинице "Северной". Ведут себя тихо, еще четверых ищем. Но пока они не проявились. - Артем попутно пересчитывал патроны, доставая их из пакета и сортируя по калибрам.
   - Это у тебя звякает, или телефон барахлит? - Гарик постучал по динамику. - Собери людей и дуйте в центральный парк. На семь забили стрелку с Седым, возможно там будут уральские гости, разыщи их обязательно, чтоб моя душа не волновалась.
   - Если будут, оприходуем. А шум - это я кулек семечек взял. Раскладываю, подсушить надо!
   По команде Артема, к парку съезжались пацаны со всего города. Парковались не у центрального входа, а на соседней с парком улочке. "Не стоит раньше времени уральцам на глаза показываться". Разномастных машин собралось больше десятка, и в каждой как минимум человека по три. Развернув на капоте карту, Артем показывал кому куда идти. Особое внимание он уделил домам, расположенным с другой стороны площади.
   - Проверьте все подъезды и чердаки, уральцы могут там спрятать своего снайпера.
   Небольшими группами братва отправилась прочесывать намеченные квадраты. Отослав всех, Артем подъехал к центральному входу, заглушил мотор и посматривая в окна, стал ждать сообщений по телефону. Минут через пятнадцать они посыпались один за другим. Пацаны докладывали, что все просмотрели и пока никого из уральцев не видели. Фотографии четверых залетных братков перед выездом Артем размножил на ксероксе. Теперь у каждой группы было с чем сравнить оригинал. С утра, зная, что в городе десяток стрелков, Артем обзавелся, при помощи знакомых милиционеров, оперативными данными на Илью и всю его группировку. Ребята у себя занимались только убойной работой, причем давно и успешно. Пошли звонки из домов: чердаки и крыши пустые, осталось одно здание, с которого никак не поступала информация. Не выдержав, Артем позвонил сам.
   - Почему молчите, у вас проблемы?
   - Да, пытаемся пробраться внутрь, но здесь охрана. По-видимому это "ящик". Дрон пошел выбивать пропуск.
   - Если пустят - хорошо, но сильно не наезжайте, - Артем положил мобильник под лобовое стекло, "вроде бы все проверил, может сегодня ничего не будет?". Он прижался подбородком к кожаному рулю.
   С седьмого этажа площадь представала как на ладони. Ключи от квартиры снайпер получил часа два назад, и успел здесь немного обжиться. Вырезал в окне стеклорезом небольшое отверстие и занавесил шторы, оставив щель для обзора. Внизу за домом его поджидала машина. Ни тревоги, ни волнения он не испытывал, давно привыкнув к этой работе. Только зуд на коже и во всем теле, не проходил до тех пор, пока он не нажимал на спусковой крючок, а после этого становилось так легко, как будто, груз с плеч свалился. Будильник на часах пропикал без пятнадцати семь, пора укладываться на позицию.
   - Мы подъезжаем, что у вас с обстановкой? - Бита включил в машине селектронную связь.
   - Люди на местах, уральцев не видно, - Артем произнес это с уверенностью в голосе, но маленькая гадость, затаившаяся глубоко в нем, говорила: "Что-то не так, тебя провели!".
   Бита въехал на тротуар, остановив машину у чугунной ограды. Снайпер, затаив дыхание, прильнул к оптическому прицелу. Первым вышел громила-водитель. "А вот и объект!" - стрелок взял его голову под прицел. Указательный палец лег на спусковой крючок.
   - Я не пойму, как Артем все контролирует, ни одного нашего пацана в округе, - Бита подошел вплотную к Гарику, не подозревая, что своим телом загораживает в данный момент шефа от пули. Снайпер вздохнул, ведя винтовку за объектом. "Идеальных условий в принципе не бывает, придется чуть выждать, когда громила отойдет".
   - Там не машина Сурена? - Гарик указал на серебристый "лексус".
   - Одни семерки в номере только у него, - Бита сделал больший шаг, чем его спутник, и голова шефа показалась из-за плеча шофера. Стрелок тут же нажал на курок, но пуля легла выше, чиркнув объект по волосам.
   - Что это за гадость пролетела? - Гарик ощупывал голову.
   - Не беспокойся, наверное, бешеная оса, приняла тебя за своего, - Бита пригляделся к кустам за изгородью.
   "Чуть-чуть не рассчитал!" - снайпер взял прицел ниже к основанию черепа, и тут нечто синие закрыло весь обзор. Басовито рыча и поскрипывая будкой, к канализационному люку подъехал "зилок".
   - Огоньку не найдется? - из кунга выпрыгнул рабочий в комбинезоне.
   Бита весь напрягся, вцепившись в рукоятку пистолета за поясом.
   - Ну-ну, спокойнее! - Гарик придержал своего шофера, чтобы тот не начал палить сдуру. - Трубы прорвало? - крутанув колесико "зиппо", он поднес пламя к беломорине.
   - Сейчас глянем, - рабочий с пьяными глазами, втянул дымок папиросы. Второй ремонтник крючком стащил канализационную крышку, и из колодца повалили клубы белого пара.
   - Ексель-моксель, там сущая преисподняя! - Этот рабочий был пьян хлеще первого. Его качало, и он так и норовил свалиться вниз.
   - Да, вас ребята штормит! - Бита вынул свободную руку из под рубашки.
   - Разве это качка, херня! Сейчас с Дмитричем еще по сотке и все устраним, - рабочий с беломориной приподнял спинку сидения в кабине доставая чебурашку водки и газетный сверток по видимому с закуской.
   - А позже они приехать не могли? - Снайпер еще сильнее вжался щекой в приклад. С его места ЗИЛ загораживал вход в парк полностью. "Посмотреть, так у нас кроме дырявых труб ничего и нет. Такое хорошее дело срывают! Вот сегодня они ее залатают, а завтра в другом месте прорвет!" - Стрелок оторвался от окуляра, потирая глаза и переносицу. "В парке густая листва, объект не достать. Придется дожидаться его возвращения со стрелки".
   Аллеи парка сходились к центральной площадке. Здесь, на деревянной эстраде проходили все культурные мероприятия. Ряды лавочек в простой будничный вечер пустовали. Только мамаша в первом ряду с вязанием и двумя ребятишками, носившимися по сцене, да пожилой мужчина в центре с газетой. За скамейками тихо журчал фонтан, выложенный гранитом. С краю на его плитах сидели Сурен и второй смуглый компаньон, к которому собеседник обращался просто как к Ивану. Разговор шел о любовницах и дороговизне их содержания.
   Иван, сидевший лицом к центральной аллеи первым заметил приближающегося Гарика.
   - Точно приехал к семи, не минутой раньше.
   - Сурен не ожидал увидеть живьем третьего акционера. На какие-то доли секунды он не совладал с лицом и, по нему промелькнула серая тень, тут же сменившаяся приветственной улыбкой.- Ты не против, мы сегодня по-простому, возле воды!
   - Конечно, нет. В молодости я сюда каждые выходные на дискотеку ходил. - Да, воспоминаний у Гарика с этим местом связано было много. Только известные обстоятельства помешали ему настроиться на лирический лад.
   - А ты пока пойди, музыку послушай, - он отправил Биту к сонной эстраде.
   - Давайте теперь подумаем, нужен нам Матвеев или нет, - Иван подровнял две печатки на руке.
   - По-моему теперь он будет только мешаться, - Седой провел пальцем по мраморным жилкам.
   - И я согласен. Только пусть это будет несчастный случай, - Гарик незримо ощущал присутствие своих людей по периметру площадки.
   - Можно устроить аварию на машине, - Смуглый ударил в ладоши, изображая крушение.
  
  
   - А ты не сильно разбавил? - Портняжными ножницами Серега старался отрезать ровные бумажки, но рука гуляла, и края получались фигурными.
   - В самый раз. У меня как в аптеке, строго по рецептуре, - Панк разделил смешанный порошок на десять частей.- А может еще забодяжить? - он с надеждой посмотрел на Макса.
   - На первый раз хватит, - неуемное желание Панка к обогащению приходилось сдерживать. Подкладывая неровные края бумажек под стекло от кухонной полки, Панк аккуратно лезвием бритвы ссыпал героин. Сгибал упаковку в несколько раз и получал симпатичный белый чек. О присутствии в комнате Стаса уже позабыли. Он воспринимался как неодушевленный предмет и, его шевеление на диване, показалось очень необычным. Тело под одеялом стало перетекать в одну точку и достигнув наибольшего уплонения высунуло голову наружу. Все устремились на Стаса. Панк при этом чуть не порезался бритвой. А Серега откоментировал: "Пробуждение лемура, объевшегося несвежих лиан". Щелочки глаз, подрагивая веками, чуть приоткрылись, а изо рта посыпались буквы, все сплошь согласные. От чего понять Стаса было проблематично.
   - Панк, ты у нас специалист по разным аномалиям. Переведи, чего он хочет, - Макс щелкал пальцами перед лицом Стаса, но тот на внешние раздражители не реагировал.
   - Ст...пб.., нет это какая-то тарабарщина, - Панк для лучшего соображения оттягивал себе нижнюю губу.
   - Что он делал последним, до того как впал в спячку? - Такой идиотский вопрос Сереги, поставил Макса в тупик.
   - А это причем?
   - Надо восстановить в точности хронологию двухдневной давности, - вид Сереги напоминал ученого перед грандиозным открытием.
   - Так мы пошли к Артему, а потом к моей теще. Тебя с Панком забрали в ментовку. Я двинулся вас вытаскивать, а Стас отправился дрыхнуть.
   - Давай подробнее, ты упускаешь важные детали, - Серега взял ручку и лист бумаги.
   - Я не пойму, какие подробности тебе нужны? Во дворе ошивалась куча милиции, а в квартире нас ждала засада. Не то? - Макса начинала бесить Серегина въедливость. - Всю эту бучу мы переждали со Стасом за столом у тещиной подруги.
   - Вот это уже ближе! - Серега вырисовывал на листе жирный параллелепипед. - И что вы делали за столом?
   - Ей богу, ты как маленький, что за ним еще делают, водку пьют! - Макс показал на пылившуюся возле батареи бутылку с сушеными мухами внутри.
   Панк слабо понимал суть происходящего, но от этого интерес только разгорался. Оставив на письменном столе недоупакованный героин, он, закинув ногу на ногу, поставил на колено локоть, а сверху придавил все это подбородком. Поглядывая то на вопрошающего, то на ответчика, он постукивал себя пальцами по передним зубам.
   - Может быть это то, что нужно. Стас впал в спячку после того, как выпил водки. Правильно? - Серега пририсовал к уголкам четырехугольника столбики, и его художество стало походить на уродливый столик. - Значит, и проснуться он должен после того, как выпьет водки.
   - И откуда у тебя такая глупая мысль взялась? - Макс взъерошил волосы на затылке.
   - Не знаю, но скажи, правда ведь здорово? - Серега оставил картину в покое, решив, что больше к ней ничего не добавишь.
   - Не то слово, а водка у тебя есть? - такой эксперемент по разумению Макса для Стаса большой опасности не представлял.
   - Будет! - и Серега повернул в коридор направо, в сторону кухни. Здесь между газовой плитой и стиральной машиной выстроилась в два ряда пустая тара. В большинстве своем бутылки были высохшие насквозь, но попадались отдельные экземпляры, с винтовыми пробками, на дне которых плескалась драгоценная жидкость.
   Вылив из чашки остатки чая в раковину, Серега приступил к сцеживанию последних граммулек. В общем, получилось неплохо, сотка с лишним белой. "Пожалуй, Стасу выйдет слишком большая доза!" и Серега отхлебнул половину. Морщась от водочного коктеля, он понес лекарство в комнату. Стас все также продолжал нечленораздельно бубнить. Пары из кружки, поднесенной к самому рту, не смогли всколыхнуть спящее сознание. Самостоятельно это Стас выпить не мог. Сереге пришлось запрокинуть назад голову коматозника и, отжав нижнюю челюсть, влить водку тонкой струйкой в рот.
   - Всю микстуру проглотил, умница! - Прямо на глазах Серега преображался в заботливую хозяйку.
   - Так водку можно лить и в бегемота. Результата - ноль. Он так и останется в своем болоте, пузыри пускать. - Макс похлопал себя по карманам, в поисках сигарет.
   - Погоди, дай продукту усвоиться! - Серега вглядывался в прикрытые глаза Стаса, стараясь по зрачкам определить душевное состояние.
   Медленно ресницы поползли вверх, и хозяин обвел комнату не фокусируемым взглядом.
   - Стас, ты меня узнаешь, это я! - Серега подпрыгивал на диване, привлекая к себе внимание.
   Но сонный приятель заинтересовался им не больше, чем выключенным компьютером. У Стаса начали получаться простые движения. Он сам смог спустить ноги с дивана и пригладить всклоченные волосы. Этим и ограничился весь прогресс.
   - Что с таким зомби делать? - Найденная пачка сильно помялась, а вытянутая Максом сигарета вообще надломилась.
   - Тут все понятно, мы действуем в нужном направлении, но Стасу необходим последний толчок, чтобы ожить, - Серега приставил пальцы к вискам и закрыл глаза, пытаясь уловить потустороннюю информацию.- Что-то было еще после вашего застолья?
   - Вот прицепился, я же тебе говорю, не было больше ничего! - отломив непригодную часть сигареты, Макс начал крошить табак на пол.- Вас у пивной не было. Стас просился домой спать. Что еще?
   - Ты понимаешь, выхода нет, соню надо вести к палатке, - Серега пододвинул Стасу ботинки с носками.
   - Это к пивной что ли? - Макс, не замечая того, потрошил уже и хорошую часть сигареты.
   - Серега прав, - Панк достал из коробки с вещами жеваную рубашку Стаса.- Все, как дважды два, на месте его обязательно вставит. У меня так тоже было. Раз просыпаюсь, глядь на часы, - Опа, ни фига не суббота, а понедельник. Понимаю, два последних дня напрочь выпали. Я к другану, раскумарился, в окно на песочницу зырю, а в голову, как будто дискету с информацией вставили. Все до последних мелочей восстановилось.
   При активном содействии друзей, Стас начал поднимать руки и ноги, гнуться в суставах в нужную сторону. В течение десяти минут он был одет полностью. Речь Макса, что это чистый бред, осталась без внимания. Утомив голосовые связки и не прошибив чугунные головы Панка с Серегой, он согласился идти со всеми. Начальный энтузиазм утекал вместе с силами от каждого пройденного метра пути. Расходить Стаса не удавалось, а тащить на себе упирающуюся тушу для Сереги с Панком становилось все невыносимее.
   - Надо ловить колесное средство, пока меня самого не скособочило, - лицо Панка пошло красными пятнами, а у основания волос проступили капельки пота. Хоть Серега был и покрепче, но тоже дышал уже тяжело, из легких доносились свистяще хрипящие звуки. Один Макс себя чувствовал превосходно, идя позади двух тягловых идиотов, впрягшихся в беспомощное тело, бороздившее ногами землю.
   - Приятель, твой "феррари" на ходу? - вняв мольбам Панка, Макс обратился к парнишке, лет четырнадцати, возившемуся с ушастым "запорожцем".
   - Сейчас свечи заменю, и полетит как миленькая, - пацан протер руки промасленной тряпкой свисавшей из правого кармана джинсов.
   - Ключи у бати взял? - Макс заглянул под капот.
   - Щас! Это моя! У Григорича за сто баксов купил со всеми документами, - парнишка подтянул новые свечи.
   - А нас четверых, может, добросишь к пивняку, здесь не далеко, около "плешки", - Панк ослабил поддержку Стаса со своего бока.
   - Троих запросто, а вот этого не знаю, - юный водитель оценил повисшее на плече Сереги бездыханное тело, - если только в багажник. Но это будет стоить баллона пива и пакета чипсов.
   - Лады, открывай железяку, - Серега присел, чтобы на Панка снова легла нагрузка.
   Свободного места в багажнике не было в принципе. Здесь валялось запчастей, наверное, еще на один запорожец. Кое как скрюченную половину Стаса запихали, а вторая уже не шла ни в какую. Чтобы тело не вывалилось по дороге, не закрывающуюся крышку багажника в нескольких местах подвязали к бамперу, белой двухжильной проволокой. Внутреннее убранство машины ничем не уступало внешнему. Дыры в заднем продавленном диване закрывал лист ДСП. Сидеть на нем не улыбалось никому. Пришлось проводить два тура "камень, ножницы, бумага". В итоге, честно обжуленные Панк с Серегой с опаской за свои мягкие места притулились на древесностружечном покрытии. Вернувшееся в исходное положение передние сидения вжали колени в грудь.
   - Чем же мне теперь дышать? - свободно поворачивать Панк мог только головой.
   А Серега за счет более высокого роста был лишен и этой возможности, упираясь затылком в потолок. Спереди оказалось чуть поухоженнее. Проржавевшее днище прикрывали резиновые коврики, а сиденья - войлочные подушки. Под лобовым стеклом красовались два мотоциклетных шлема.
   - Да у тебя тут и в правду одно гоночное оборудование, - захлопнуть дверь Максу удалось попытки, эдак, с четвертой.
   - Я на ней "мерседесы" со светофора делаю! - парнишка газанул на холостом ходу и машина наполнилась хищным рычанием. Глушитель прогорел в чистую и вместо утихомиривания мотора, добавлял несколько своих пронзительных нот к общему ансамблю. - С такой обтекаемостью и обзором, быстро не доехать!
   Вздыбленный капот закрывал две третьих лобового стекла и ориентироваться по кронам деревьев и верхним этажам зданий, мог только ас.
   - Сегодня нам шлемы без надобности, - пацан высунулся из окна, трогая машину с места.
   - Вам нынче везет неоднократно, доедите в целости и сохранности, а ну подставляйте головы, - Макс просунул первый шлем между сидениями, пытаясь попасть им в голову Панка.
   Малость поупражнявшись, ему все же удалось обезопасить бошки задних пассажиров. Оглядев рук своих творенье, Макс невольно улыбнулся.
   - Чистые космонавты перед стартом! - тут его подбросило вместе с машиной, неприятно ударив о стойку двери.
   - Выглянь, на что я там наехал? - пацан все так же, высунувшись по плечо в боковое окно, крутил одной рукой баранку.
   - Канализационный люк, - придерживаясь обеими руками за дверь, Макс следил за обстановкой со своего борта машины.
   Управление в две пары глаз мало, чем улучшило плавность хода. Макс то слишком поздно замечал очередное препятствие или яму, то наоборот, советовал свернуть за десять метров от нее. Автомобиль, как попрыгунчик скакал от кочки к кочке. Парнишка, войдя в раж, лихо закладывал руль на виражах, умудряясь при этом не посадить не одной шишки себе на лоб. Макс не столь везучий упирался во все, что мог, но все равно получал тычки от машины. А сзади болтанка разыгралась совершенно страшная. От полного размазывания по салону содержимого голов Серегу с Панком спасали шлемы. Полноценно жаловаться им не удавалось, слышались куски слов, охи, ахи, глухие удары о стены и звонкие соударения шлемов друг от друга. Сложный маршрут был единственно верный в данных условиях. По дорогам в общепринятом понятии, с патрулями милиции, перемещаться казалось стремновато. Оставалось только ехать за гаражами мимо детского сада через пустырь. Если в начале пути попадались следы других машин, то ближе к детскому саду и людские стали редкостью. У дороги появился правый уклон, и запорожец начал сползать все ближе к сетчатому забору детского сада.
   Череда добрых и спокойных снов прервалась, последние грезы Стаса походили на кошмар. Нет, в начале все было как обычно. Он сдал в прачечную свой кожанный диван, но когда пришел его забирать и увидел, что ему вынесли, чуть не рехнулся. Диван сел после стирки настолько, что на нем свободно мог разместиться только трехлетний ребенок. Стас закатил скандал, требуя жалобную книгу. Заведующая с приемщицей вместо этого, схватив его по рукам и ногам, запихнули в центрифугу. "Малек здесь покрутится и утрясется до разметов дивана!" Заведующая, посыпав несчастного стиральным порошком, закрыла крышку и включила агрегат. Стаса заливало пенящийся водой, а урчащий мотор, принялся вращать барабан вместе с телом. Кричать не получалось. Рот заполнялся противной жижей. С каждым витком он чувствовал, что становиться все меньше и меньше. И вот его крохотная ручка попала в зазор между двумя валами. Стас попытался выдернуть конечность, но вместо этого угодил туда ногой. Последняя надежда на спасение пропала. Шестеренки втягивали его все глубже, переминая и уродуя тело. Голова последней попала в эту мясорубку, и все болевые ощущения тут же отрубились. Перед глазами заплясали серо-белые пятна, вернулся звук, но уже другим, смешанным, непохожим, новым. "Серое, проблески белого, смазано. Нет, я различаю, это шестеренка, но она маленькая, такая не могла меня перемолоть. Впереди темный край, а за ним, выше ствол дерева, ветки, зеленая крона. А где же небо? Вместо него чернота и давящее железо. На каком я свете?" Боль от впившейся в лопатку детали убедила его, что он еще среди людей. "Тогда, что это за место, почему он весь скрюченный лежит, на непонятных загогулинах, и куда это все катится?" Движения тела стесняла верхняя крышка. Развернутся не удавалось. Все, что он смог, упершись ногами продвинуться ближе к краю, и высунуть голову в проем между бортом и крышей. Перед глазами замелькала земля, песок и камни, а прямо под ним крутилось колесо. "Я еду на машине!" С неимоверными усилиями Стас вывернул шею вправо больше, чем мог. Выглядывавшая из окна машины голова Макса, сильно озадачилась. "Да нет, показалось наверное!" Вот только вымученное лицо Стаса с побелевшей шеей никуда не исчезало.
   - Ёп..., да ты чё! Тормози давай! - наконец допетрил Макс.
   Парнишка расценил это как непреодолимое препятствие и резко дал по тормозам. Что действительно было в порядке у "запорожца", так это они, родимые. Автомобиль еще попытался двинуться вперед, но колеса уже стояли как вкопанные. Летя вперед на встречу с водителем, Серега успел подставить руки для смягчения удара. Панк такого гуманизма не проявил, треснув Макса по затылку шлемофоном.
   - Убийца, держаться надо было! - в ушах у Макса зазвенело, а в глазах засверкали звездочки.
   - Чего так орал? Впереди ведь свободная дорога! - Панк стянул с головы шлем, и тут же получил по открывшемуся уху от Макса локтем, - За что, ведь больно! - объяснений не последовало, обидчик вышел из машины.
   - Почему вы меня сюда запихнули? - Стас, ломая ногти, распутывал проволочный узел.
   - В общем, идея принадлежала Сереге, - Макс взялся за другую жилу, сдерживавшую багажник.
   - Он ожил, все получилось. Мой план в точности сработал! - но вместо помощи в вызвалении Стаса, Серега начал только мешаться, норовя ущипнуть или пощекотать неожиданно проснувшегося товарища.
   - Ой, что он делает! Уберите его от меня скорей! - защищаясь руками от приставания, Стас начал уже похохатывать. Парнишка единственный не понимал, к чему такая радость. "Подумаешь, мертвецки пьяный корефан очухался!" Терпение разматывать затянувшиеся от лихой дороги узлы закончилось. И всеми руками друзья выцарапали Стаса из объятий хищно разинутого багажника.
   - Ты во время спячки легче был, - Панку досталось придерживать ноги Стаса.
   - Так в меня этой дребедени набилось столько! - из карманов, рукавов и за пазухи обратно в багажник полетели подшипники, прокладки, болты и гайки. - Сегодня у нас четверг? - поеживаясь из-за шиворота Стас вытянул резиновый шланг.
   - Здорово живеш! Уже пятница, ты двое суток проспал, - для доходчивости Макс показал рогатину из указательного и среднего пальцев.
   - Значит с товаром и Артемом все накрылось? - голова у Стаса сразу вспомнила о деле.
   - Порошок остался у нас, а вот твоего знакомого, Серега с Панком в последний раз видели в обезьяннике.
   - Не пойму, что они все там делали? - Стас приготовился к не хорошим вестям.
   - Ну, эти двое устроили свалку возле пивняка, а у Артема на квартире засада была. Сейчас, наверное, кореш в центральном управлении парится, - Макс прошелся рукой по сетчатой рабице детсадовского забора.
   - Теперь вспомнил, мы были этажом ниже у Люськи. У нее еще тело такое большое и рыхлое, а вот лицо не прорисовывается. Мы только в квартиру зашли, еще присесть не успели, а у меня эта фигня уже началась, сонливость. И ее ведь не таблетки , ни чего не берет! Отрубаюсь натурально и все. - Стас застегнул рукава рубашки.
   - Про пиво не забыл? - Парнишка, перекусывавший пассатижами проволоку обратился к Сереге.
   - Не боись, все будет! Тут малой толковое предложение внес. - Серега заговорил громко, чтобы перекрыть неудержимый голос Стаса.- К пивняку надо двигаться, там и потрещим.
   Ехать больше не хотелось, переставлять ноги по такой дороге выходило безопаснее. Парнишка, лишенный такого выбора, закрыв багажник снова сел за руль. Без балласта в виде четырех тел, запорожец поскакал шустрее, да и с обзором теперь все было в порядке. Компания расступилась, пропустив машину первой к пивняку. Джек встречал Макса с сотоварищами как старых друзей, облизывая руки и оставляя приветственные пыльные отпечатки лап на одежде. У стола как всегда были: Колясочник, Семен на костылях и Электрик. Грусть и уныние царило в их рядах. Две банки стояли пустыми, а в той, что держал в руках электрик, плескалось чуть-чуть на донышке.
   - Во все вместе пришли и целые! - Мужик на коляске катнулся к ним по дуге, подставляя руку для приветствия.
   - А что с нами будет, мы же вечные! - Панк хвастливо ударил себя кулаком в грудь.
   Из запорожца подошел парнишка с двухлитровой пластиковой бутылкой.
   - Пора поднять настроение янтарным напитком, - Серега похлопал Панка по спине. - Ты у нас больше всех нахалтурил, к тому же звезда телеэкрана. Тебе и угощать.
   Парнишка отоварился первым. Завернул крышкой рвавшуюся из бутылки пену, спрятал в карман пакет чипсов и одев боевой шлем, на "запоре" с пробуксовкой сорвался с места, полетев над ухабами по своим делам. Панк и дальше предпочел не мелочиться, заказав четырнадцать банок, всем по две, и тройку больших костистый лещей. Стол от такого количества желтых тонов стал гораздо живописнее, а лица пьющих - веселее.
   - Так харю в вытрезвителе разукрасили? - Серега пил пиво небольшими глотками, любуясь синевой вокруг Семенова глаза.
   - Нет, это я дома. Спросони в дверь не мог попасть, все на косяк натыкался, - он надавил пальцами на припухлость.
   - А у той двери вот такие кулачищи, - Колясочник сложил два своих в один, - и звать ее Соня. Семен, значит из профилактория с утречна возвернулся, тут она от пламенной страсти на косяк и направила. - все заулыбались, даже не ставший спорить Семен
  
  
   Сидеть на лавочке и смотреть на пустую сцену Бите было мучительно. Для успокоения он несколько раз связывался с Артемом. Наконец, разговор закончился. Акционеры прощались. Седой пошел к боковому выходу, а Гарик и смуглый по главной аллее. Бита, не обращая внимания на пугавшие крупными штрафами таблички, давя зеленую растительность, попер прямо по газону напрямик, чтобы оказаться у центральных ворот раньше шефа. Разглядеть кованную ограду удалось, подойдя к ней почти вплотную.
   - Мужики, вы хоть прохудившуюся трубу нашли? - сразу ступать в непроглядный туман Бита не торопился.
   - Так у нас все уже под контролем - похоже, голос был второго, не Демитрича, и доносился он слева, но почему-то сверху.
   Придерживаясь руками за решетку и делая небольшие шаги, чтобы не свалиться в люк, Бита вышел из парка. Налетевший порыв ветра пробил дыру в облачности. Показалась крыша "зиловской" будки, а на ней лежащий на боку тот самый ремонтник с потухшей беломориной.
   - Ты чего туда забрался? - рубашка и брюки у Биты пропитывались паром.
   - Дмитрича высматриваю. Пошел еще одну купить и как провалился, десять минут нету. Тебе он там нигде не попадался? - клубы пара снова затянули пьяного мужика с "зилом".
   - Двадцать три, двадцать четыре. А вот и машина - Бита взялся рукой за изогнутую трубу кингурятника на переднем бампере "тойоты". - Теперь обратно, Гарик, наверное, уже на выходе, - Бита повел обратный отсчет шагов. Главные ворота появились раньше расчета.- То ли я неправильно двигаюсь, то ли дорога сократилась.
   Нажав кнопку связи с шефом, Бита, больше не опасаясь провалиться, сделал большой уверенный шаг. Что-то мягкое хрустнуло под подошвой.
   - Ой, ё ... слоняра! - голос Гарика из трубки послышался очень хорошо, как живой.
   - Держись, сейчас я их покромсаю! - снимая правой рукой пистолет с предохранителя, левой Бита зацепил неопознанное тело.
   А шеф продолжал кричать совсем рядом. Сунув ствол в область головы противника, Громила вторанил тело обратно в парк. Гарик перестал кричать, слышалось только невнятное бульканье.
   " Мясники шефа ранили! Он обливается кровью и не может уже ничего сказать!"
   Сквозь проредевшие пары Бита, наконец, разглядел, кого же он схватил. Черные горящие глаза, шрам на губе и пистолет во рту, не дающий сказать Гарику и слова. Громила по одному выражению лица шефа понял, что переборщил.
   - Гарик, извини, в этом мареве, не зги не видать. Я подумал тебя убивают, - убрав пистолет, Бита поправлял на шефе одежду.
   - Больше думать не придется, я сейчас тебя вон в том канализационном люке похороню! - Гарик старался вырвать из рук Громилы пистолет. Но тот держал его намертво.
   - Ноги все оттоптал, ребра чуть не сломал. А от ствола я мог вообще задохнуться! - не получив желаемого оружия, Гарик стал осыпать "дубинку" шофера тумаками по всем частям тела.
   Бита не сопротивлялся, стараясь только, уберечь нос от прямого попадания.
   - Правильно, врежь ему еще по загривку. Без мордобоя ни лада в семье, ни порядка в работе не бывает! - это из кустов выбрел Димитрич. - Я своему напарнику сейчас тоже дам, ведь мог же пока я по делам ходил, все починить.
   Резьба на пробке у водочной бутылки была сорванна, а в поллитровке не хватало грамм пятьдесят.
   - Припух такое заявлять! - ремонтник с беломориной вышел из тумана на голоса, - итить твою мать, начальничек нашелся. Лучше объясни, каким тебя макаром в парк занесло?
   - Там значит не было, - Димитрич указал бутылкой в неопределенном направлении, - пришлось идти в дальний, а от туда, значит, на скаски через парк и вышел.
   - Может с нами по полста за дружбу, - ремонтник с папиросой достал из нагрудного кармана комбинезона граненый стакан и недоеденный плавленый сырок.
   - От такого заманчивого предложения грех отказываться, - Гарик хлопнул Биту ладонью по животу, но уже не сильно, без злобы.
   По отработанной методе ремонтник дунул в стакан спиртовые пары для дезинфекции и подставил его напарнику для налива. Движениям Дмитрича не хватало самоконтроля. Отвернутая пробка не удержалась в руках, проскользнув между пальцами, а горлышко бутылки пришлось придерживать второму работнику, чтоб водка лилась в стакан, а не на траву. Гарика угостили первым. Напиток шибанул по ноздрям нестерпимым запахом, "чистый ацетон". Понимая, что чем дальше держать перед собой стакан, тем меньше останется пороха, чтобы выпить эту гадость, Гарик, задержав дыхание, проглотил водку. Левый глаз пробила слеза. Желудок попытался противиться такому ядовитому реактиву, но сырок встал преградой, перекрыв пищевод. Острое и давно забытое ощущение "а ведь раньше такую только и пил". Организм Гарика постепенно смирился с зельем. Соизмерив Битины габариты, ремонтники налили ему двойную дозу.
   - Я вообще-то за рулем, - он посмотрел на шефа, в надежде на то, что Гарик скажет свое решительное нет.
   - Давай, давай, эта вещь прочищает мозги получше любого пистолета!
   "Вечно у шефа причуды, если уж так охота выпить, взял бы приличной водки! Но ворчи, не ворчи, а пить придется". Громила принял дозу, как продолжение экзекуции над собой. А вот ремонтник, вынувший по такому случаю изо рта папиросу, выпил водку с большим аппетитом.
   - Гораздо лучше предыдущей, мягче. Можно даже не закусывать.
   Дмитрич, наклонявший бутылку пил соответственно последним. Плеснув в стакан прозрачных градусов, он заглянул через стеклянные грани внутрь, заметив, по-видимому, там кого-то или что-то интересное, с многозначительным "о" он указал на донышко пальцем, потом сказал "Брысь!" и сделал над стаканом рукой пас как фокусник и опрокинул в себя водку. Зелье тяжестью легло в теле. Ноги не сдюжив с такой нагрузкой, согнувшись в коленях, пошли в ход, норовя в движении нагнать верхнюю часть тела. И это ему удалось. Поймав на себя ствол клена. Так он и замер, сплюснув лицо и обхватив руками кору дерева.
   - Слушай, он в порядке? - Гарику понравился такой маневр Дмитрича.
   - В полном! - отблески сознания в глазах ремонтника с беломориной угасли.
   - Хорошо здесь, но пора ехать. Держи, возьмете потом с Дмитрием еще одну бутылку, - Гарик протянул ему сторублевку. - Только трубу перекрыть не забудьте. Ну, веди Сусанин к нашей машине, - это он уже обратился к Бите.
   -Строго, вдоль забора, шагов около двадцати, - Громила уходил в туман частями: ноги, голова и последней скрылась спина.
   Надежды у снайпера в таком тумане снять объект не осталось. Он аккуратно разбирал винтовку. "Отложим финал на денек". Сложив все в спортивную сумку, уралец закрыл дверь квартиры и спустился во двор к машине.
   - Артем, тебе благодарность от Гарика. Сработал хорошо! Все, оцепление можеш снимать. - Машина, ведомая Битой, выплыла из тумана на площадь.
  
   - Почему мы затормозили? - Сомов провожал взглядом удалявшеюся машину Баютдинова и неотвязно следующий за ним "жигуленок" лапинской наружки. - Может, у банкира еще с кем встреча сегодня?
   - Маловероятно. С нужными людьми он уже переговорил, - Прораб в оглавлении атласа искал нужную улицу.- Давай лучше заедем вот сюда.
   - Это же на востоке, - Сомов переключил скорость, разглядывая координаты.- Придется разворачиваться под мостом. В объезд завода, там сейчас асфальт меняют, через хуторскую. А вообще, чего мы там забыли?
   - Ты хоть одним глазом смотрел на бумаги, которые Матвеев оставил?
   Сомов кивнул, он действительно прочел все, но это было настолько скучное занятие, что в голове, кромке пары фамилий, ничего не отпечаталось.
   - Мы едем к Баютдинову домой, посмотрим, как он живет, - Прораб задвинул окно, чтобы не нюхать запахи заводского отстойника.
   Сомов терялся в догадках, но с вопросами решил повременить, пока они не доберутся до места. Китайская улица производила впечатление средней запущенности. Явных признаков разрухи не наблюдалось. Покраска на домах от времени потеряла сворю первоначальную привлекательность. Растительность, удобряемая отходами, выбрасываемыми из окон жильцами, разрослась так, что первые два этажа скрывались за ней полностью. О том, чтобы разглядеть номер дома, не было и речи. Полагаясь на свою интуицию, и непосредственный подсчет строений, "опель" по команде Прораба остановился у пятнадцатого дома.
   - Сейчас пойдем выясним, можно ли проникнуть через чердак из одного подъезда в другой. И нечего строить непонятливую рожу. Время нас поджимает сильно, да и заказ теперь двойной, долго раздумывать некогда. Баютдинов личность темная, к тому же под подозрением. На роль первого кандидата сгодится. Я его свалю в подъезде и уйду через чердак, так что лапинские ничего и не узнают, а ты меня будешь ждать с этой стороны. Квартира Баютдинова занимала весь третий этаж. Из четырех входных дверей на площадке, три были бутафорские, заложенные с обратной стороны кирпичом. Подъездный лифт старой конструкции, открывавшийся и закрывавшийся вручную, подпоясался со всех сторон лестничными маршами. Так что поднимающегося на лифте можно было разглядеть с любой точки.
   - Место действия мне нравится, только вот со светом перебор, - Прораб вывернул лампочку с потолка.
   - На, кинешь в машину, ведь чудо техники, маленькая, а сколько света дает, - с этой в карманах Сомова стало четыре стоватки.
   - Теперь наверх, так сказать поближе к звездам - несмотря на больную ногу Прораб поднимался по лестнице намного шустрее Сомова, проклинавшего свой живот, так любящий пиво.
   Упирающаяся, под прямым углом в потолок, чердачная лестница, использовалась как стойка для лыж, детских санок и пластмассовой ванны. Простенький навесной замок на люке открылся Прорабу с первой попытки, осветив проем фонариком, он пошел на разведку. Сомов в нерешительности мялся на площадке. "Там пыль, паутина, вымажусь весь! А оставаться внизу, значит светиться. Ох, и как он по ней забирался?" Оперевшись одной ногой на санки, вторую Сомов старался поставить на свободную ступеньку. Луч фонарика уже уходил в метрах десяти впереди. Прораб расчищал дорогу под ногами. Разогнув спину Сомов сразу же повстречался головой с деревянной стропилой перекрытий.
   - Чтоб ее! - он ударил по балке кулаком, получив в ответ под кожу острую занозу.
   Постаравшись больше ничего не касаться и согнувшись буквой "Г" Сомов поспешил ближе к свету.
   - Нет, ты обратил внимание, дом очень правильный, - Прораб, развернувшись, осветил лицо напарника.- С чердака можно попасть в любой подъезд. Думаю через крайний идти. Кстати, телогрейку нашел, размерчик как раз на тебя, возьми, в деревне будешь ходить, - и он сунул под мышку Сомову грязный, слегка поеденный молью ватник.
   Распечатывать чердачный люк крайнего подъезда, Прораб отправился в одиночестве. Сомов, побоявшись, что с таким барахлом его могут принять за мелкого воришку, вернулся к машине. Каждую лампочку он завернул в газету, прихваченную им из почтового ящика. "Так не разобьются!". И положил стоватки вглубь бордачка, за пистолет с рациями. Мазать чистый багажник "опеля" у Сомова рука не поднималась. Встряхнул телогрейку и его окутало такое облако пыли, что второй раз этого делать не стал. Настелив газетных страниц на дно багажника, он аккуратно положил на них ватник, накрыл его еще сверху газетами, подоткнул с боков. "Более менее герметично".
   - Чистоту соблюдаешь, правильно. Тогда на, и это оприходуй, - Прораб вернулся из дома с шахматными часами.
   - Время к ужину, Баютдинов должен вот-вот подъехать. Я на чегдак прятаться. А ты смотри за дорогой. Как только объект появиться, сразу сообщи мне на рацию, только смотри, не проморгай! - Прораб, положив в пакет необходимый инвентарь, двинулся на исходную позицию.
   "На чердаке все углы облазил, а к нему хоть бы одна пылинка прилипла!" Сомов сравнивал одежду отходившего со своей. Картина получилась не утешительная, он как пылесос, собрал на теле всю грязь, что мог. "Себя в газету не завернешь". Ему на счастье, в машине нашлась щетка для уборки в салоне. Сомов прошелся ею сверху вниз по всем плоскостям и выпуклостям одежды. Возле ног образовались небольшие кучки мусора. Замигавшая на переднем сидении рация отвлекла его от столь полезного занятия.
   - Перестань чиститься, и следи по сторонам!
   - А как ты об этом узнал? - Сомов поднял глаза на уровень крыши дома.
   - Птицы напели и больше без вопросов. Что делать, когда Баютдинов появится помнишь?
   - Да, а если нас будут прослушивать? Может, специальный пароль придумаем, - Сомов, наконец, узрел, откуда за ним наблюдал Прораб - двухстворчатое окошко на крыше под козырьком, забитое досками.
   - Например, мороженное!
   - А почему не ... Ладно, говори, что хочешь, только вовремя, - угол обзора из чердачного окна у Прораба выходил небольшой, только пятачок возле дома, все, что было справа и слева, оставалось загадкой. Он проверил пистолет. "Механизм в порядке, осечки быть не должно!"
  
  
   Второй раз за день Баютдинов шагал по рынку. Теперь он действительно делал покупки. Обычно этой процедурой занимались жена и дом работница, но в минуты хорошего настроения, банкир покупал продукты сам, тщательно их выбирая, чтобы затем приготовить дома одно из своих фирменных блюд. Сегодня был именно такой день, все получалось без напряга, само собой. События ближайших дней сулили радужные перспективы. Наученные чужой нерасторопливостью, вторая смена лапинской наружки, из бежевых "жигулей", на рынке держалась к Баютдинову в плотную. Один шел впереди банкира, а второй позади, не стараясь скрывать своей слежки. Баютдинов купил парной телятинки, овощей и зелени. Его так и подмывало отдать сумки охранникам, чтобы они хоть что-то сделали путное. "Помогли нести продукты к машине".
   - Пусик, я дела решил, еду домой. Ничего не готовь, сегодня у нас будет пир для желудков, - Баютдинов разговаривал по телефону с женой. - И это конечно. Непременно похулиганим. Все, лечу, целую! - настроение стало у него совсем уж игривым, а по телу побежали джазовые мелодии. В машине Баютдинов подобрал соответствующую музыку на компакте и погрузился в нее со всех сторон. Его английского хватало, чтобы понять всю незамысловатость песни, и тянуть вместе с хором припев. "Последний поворот, и вот она, родная улица!"
  
   Сомов икнул, в зеркале заднего вида показалась машина Баютдинова. Пригнувшись, он зашептал в рацию:
   - Банкир подъезжает! Что мне делать? - про собственный пароль он забыл.
   - Не дергайся, сиди в машине, - Прораб затушил ногой окурок.
   Откинув люк и зажав в зубах пакет с оружием, он опустился в проем, повиснув на руках, бесшумно приземлился на кафельный пол. "А теперь чинно, как будто не при делах иду вниз, люк так и оставлю открытым, возвращаться придется скоро".
   Гараж Баютдинова находился в двух кварталах от дома и в обычные дни он не использовался. "Неудобно, далеко ходить!" Машина оказывалась в сухом боксе, только когда он уезжал в отпуск или по делам в другой город. Банкир обычно приезжал домой к тому времени, когда все места на асфальтовой дорожке бывали уже заняты. Приходилось ставить "линкольн" на газон под деревьями. Для немереных габаритов его машины, это было даже лучше, не надо опасаться за бампер или крыло при парковке. Бежевый "жигуль" тоже въехал во двор - наблюдение велось круглосуточно. Домашние разговоры писались с помощью чувствительных микрофонов, направляемых на окна квартиры. Места сразу приткнуться "жигулю" не нашлось, и он выехал из двора, в надежде со второй попытки, когда Баютдинов зайдет в дом, встать напротив его подъезда. Прораб выбрал место на один пролет выше площадки третьего этажа. Притаившийся за сетчатой шахтой лифта, он был практически незаметен снизу.
   - Привет, футбол вчера смотрел? - сосед с шестого этажа, выгуливавший стриженного пуделя подошел к Баютдинову.
   - Только последние минут пятнадцать, но судя по всему, игра получилась чумовая. Немыслимое дело, шесть мячей забить! - Банкир достал с заднего сидения портфель с пиджаком.
   - Это еще что, судья два пенальти не назначил, а в перекладину сколько раз попадали, - сосед махнул рукой на судейство и злополучные ворота. Собака, обнюхав линкольн, пометила переднее правое колесо.
   - Следующая встреча-то когда? - руки Баютдинову оттянули сумки, а большой палец правой руки никак не попадал на клавишу брелка сигнализации.
   - Во вторник перенесенный матч, правда, показывать будут в записи, после новостей, - соседу хотелось еще потрепаться, но пудель уже умотал в соседний двор. - Абсолютно безмозглая собака, если бы жена ее так не любила, давно свез на помойку. Персик, ко мне! Никого не слушается, - и он пошел выманивать пуделя из бетонных плит, валявшихся на границе дворов уже целую вечность.
   Красная пластиковая вогнутая к центру кнопка лифта на первом этаже была залеплена жвачкой. Чтобы не пачкать пальцы, Баютдинов нажал на вызов антенной сотового телефона. Оживший противовес пополз вверх, влекомый подрагивающими тросами, а кабина, пощелкивающая при встрече с каждым этажом, вниз. Приставшая к антенне жвачка, тянулась веревочкой на целый метр. Банкир смахнул ее о целлофановый пакет. "Прямо как паутина поймала! И держит наверх, не пускает". При сегодняшнем настроении это показалось Баютдинову забавным. Закрывшись двумя дверями, лифт понес его к "пусику", а электромотор, словно на контрабасе заиграл новую мелодию. Банкир тихо в голос с хрипотцой, как Луи Амстронг, подхватил ее. Ноги заходили с пятки на носок, и обратно, выбивая степ. Прораб наблюдал, как к нему приближается крыша лифта. Достав пистолет из пакета, он сделал шаг вправо. "Пора пряток прошла!" Дверь лифта открылась, и Баютдинов, проехавшись по кафелю, захлопнул железную створку ногой. Подняв в сторону руки с сумками и вещими, он крутанулся на месте. Прораба ничуть не смущало убийство человека. Клиенты попадались разные, в основном, серьезные, деловые, реже напуганные, мечущиеся, но с таким, радостно умолишенным сталкиваться приходилось впервые. Вытянув перед собой руку с пистолетом и поймав на мушку танцующую фигуру банкира, Прораб выстрелил. Из-за глушителя раздавшийся хлопок показался тихим и ненатуральным. Баютдинову обожгло левое плечо. Не имея и малейшего представления, что это может быть, он развернулся на шум. На площадке, между этажами виднелся силуэт человека. Отсутствие освещения помешало разглядеть подробности лица и одежды. Второй хлопок, и запылала грудь. Ударной силой тело отбросило назад и опрокинуло навзничь. "Меня убили! Но за что?" Сил хватило только на то, чтобы перевернуться на живот и втянуть голову в плечи. Левая рука оказалась прижатой к груди, а правая, на которую он пытался опереться, проскальзывала по мокрому от крови кафелю. Прораб спускался на этаж, чтобы произвести контрольный выстрел в голову, но следом за ним с четвертого этажа, сбегала шумная ватага молодежи. Судя по голосам, не меньше трех человек. "Встать в темный угол и завалить случайных свидетелей тоже? Одной обоймы не хватит, а вторую я не захватил. Значит, уходить быстро, не мешкая!" Произведя на бегу по безжизненному телу банкира еще два выстрела, Прораб заскочил в так и стоявший на этаже лифт, и нажал верхнюю кнопку. Компания парней и девчонок не обратила внимания на человека в кабине, прятавшего от них лицо. Во мраке третьего этажа лужа крови возле тела Баютдинова, если смотреть бегло, представала грязным пятном.
   - Во мужик нажрался, даже до квартиры не дополз! - парень с коротким ежиком, обесцвеченных перекисью водорода волос на голове, заржал.
   - Может, у него другой вариант, жена в таком виде не пустила? - весело поделилась своим мнением подружка, державшая бойфренда за талию.
   - И все-таки, обидно, одежонка на мужике приличная, давайте позвоним в квартиру, вдруг домашние его пожалеют! - вторая девчонка подошла поближе к телу. - А рубаха у него на спине рваная, с дырками, и лужа под ним темная.
   Ее приятель в штанах, размера, эдак, пятьдесят четвертого, не меньше, при собственном сорок шестом, с накладными карманами до колен, зажег одноразовую зажигалку, осветив спину банкира. Девчонка дотронулась до лужи и потерев между пальцами липкую субстанцию, поднесла ее к огню.
   - Это кровь! - она вскочила с коленок, показывая, размазанные по ладони красные капли.
   - Еще не запеклась. Балдово кента прикокнули, совсем недавно, - спокойно, как эксперт-крименалист, сделал заключение парень с обесцвеченным ежиком.
   Компашка не думала тушеваться в соседстве трупа. Наоборот, глаза загорелись, будто они смотрят фильм ужасов по телевизору. Парень в шароварах, взявшись за плечо банкира, перевернул тело. Глаза у того были закрыты, а на губах пузырилась кровь.
   - Так он еще дышит! - прислушиваясь, парень поднес ухо поближе к лицу Быютдинова.
  
  
   Пробежавшись по чердаку насквозь, так и не расставшись с пистолетом и рацией "Еще второго убирать!", Прораб, чуть отдышавшись, вылез из люка в последнем подъезде. "Жаль, в голову не удалось попасть, но все равно, пара пуль в сердце вошло наверняка!" Ни с кем не повстречавшись по дороге, он преспокойно вышел из дома. Ожидания Прораба, что молодежь тут же поднимет панику не подтвердились. Во дворе пока все было тихо. "Жигуленок" с наружкой пристроился на удобном месте, и лапинские только распаковывали подслушивающее оборудование, находясь в неведении о последних событиях. Стоило задержаться на месте, дабы убедиться в смерти Баютдинова. В этом был риск, хоть и небольшой, но все-таки, кто-то мог его опознать. Прораб вернулся к "опелю".
   - Трогай, пока менты все дороги не перекрыли!
   На несколько ближайших дней преступники поселились в центре города, у Сомовского школьного приятеля. Гена, так его звали после развода с женой, совсем расклеился. С работы сократили, на новое место устроиться никак не получалось, а жил он, точнее пил, на те деньги, что приносили две комнаты, сдаваемые жильцам. В данный момент последний квартирант съехал три недели назад, и Гена несказанно обрадовался, когда днем позвонил старый приятель с вопросом, "Можно ли у него немного пожить?" Купив по дороге две литровых бутылки водки, в оплату сегодняшнего ночлега, Прораб с Сомовым легли до утра на дно.
  
  
   Эта пошла в грудь, а та в плечо, - парень с ежиков изучал отверстия на теле банкира, - с теми, что на спине, получается четыре.
   - В третью квартиру звоню, и никакого толка, - подружка шароварщика подошла к четвертой настоящей, а не замурованной двери.
   - А здесь звонок слышен! - она держала руку на кнопке до тех пор, пока дверь не открылась.
   Женщина на пороге в коротком зеленом халате с драконами недовольно посмотрела на трезвонившую хулиганку.
   - Тут мужчину подстрелили, случайно не ваш? - девчонка отошла в сторону, чтобы "пусик" увидел всю кровавую картину побоища.
  
   Отчаянный женский крик ударил по ушам, заставив жмурившегося лапинского охранника убавить громкость аппаратуры.
   - Зачем так орать, рехнулась что ли! А теперь тихо, не бельмеса не разобрать. Сходи, посмотри, что там, в подъезде.
  
   Вместе с истошным криком из жены Баютнинова вылетело сознание, и она, как стояла в дверях, так и рухнула на пол в прихожей, опрокинув на себя вешалку с плащами и куртками.
   - Зекински, у меня чуть перепонки не лопнули, - парень в шароварах переступил через лежавшую без чувств хозяйку. - И где у них тут телефон? А комнат сколько, заблудиться можно.
   Его подружка тоже зашла в квартиру. Разойдясь по разные стороны, они через некоторое время встретились на кухне. Парень, все-таки, нашедший радиотелефон, разговаривал с милицией, одновреименно изучая содержимое здоровенного холодильника, в котором, при желании, можно было разместить целую корову. Милиция не желала верить в убийство, подозревая парня в телефонном терраризме. Он вел с мусорами словесную перепалку, поедая клубнику, найденную на средней полке. Девчонка, отмыв руки от крови. Набрала стакан холодной воды, и тоже перехватив пару ягод, пошла откачивать хозяйку. Вторая парочка оставалась возле банкира.
   - Я видела в кино, чтобы человек не помер от потери крови, его нужно плотно обернуть целлофановой пленкой, - девчонка вытягивала резинку, и снова отправляла жвачку в рот.
   - Нет, ты что, не знаешь, до приезда милиции трогать ничего нельзя, да и кровь останавливать поздно, вон какая лужа здоровенная. Наверное, уже вся вытекла, - парень стоял у самого края ее темной границы.
   Девчонка в прихожей, набрав из стакана полный рот воды, прыснула жидкость на лицо хозяйки. Вздрогнув, глаза открылись. В жену банкира возвращалась жизнь, но уже отравленная ужасной горечью. Сбросив с себя наваленную горой одежду, она стала подниматься по стенке. Голова не переставая кружилась, не давая сосредоточиться мыслям. "С Бовой произошло что-то страшное!"
   - Это какой, четвертый этаж? - для отвода глаз спросил охранник, открывавший внутренние створки лифта.
   - Еще один не добрал, - парень показал большим пальцем на потолок.
   Сходу разобраться в ситуации не удавалось. Охраннику была видна только открытая дверь квартиры банкира. А площадку перед лифтом закрывала отвязанная парочка.
   - Вечно я все путаю! - он неуклюже стал обратно закрывать двери.
   Тихо плача, из квартиры вышла жена Баютдинова. Сев в лужу крови, она положила голову мужа себе на колени, и стала причесывать ему волосы.
   - Бова, держись, скорая уже близко!
   - Ты заметил, как у того хмыря глазки бегали? - спросила подружка у крашенного приятеля, как только лифт скрылся на четвертом этаже.
   - Ага. Еще шлангом прикидывается. Мол, не на тот этаж попал, - парень попытался спародировать охранника.
   - Так значит, он и есть ... - девчонка закрыла себе рот, боясь произнести последнее слово.
   - Сто процентов, - парень посмотрел вверх на лестницу.
   И как в подтверждение его слов, из-за перил выглянуло ухо и один глаз неизвестного. Пацан спокойно перевел взгляд на окно, делая вид, будто ничего не заметил, обнял подружку за шею, и открывая только левую половину рта, по конспиративному сообщил, - Сверху пасет.
   Первую парочку эти детективные страсти мало занимали. После клубники парень в шароварах принялся за пирог, общипывая края бисквита пальцами. На запивку пошло красное вино из незапечатанной бутылки. Девчонка, недавно так удачно реанимировавшая хозяйку, занялась примеркой нарядов, разбросанных по коридору. Облачившись в очередную вещь, она забегала на кухню, чтобы услышать мнение бойфренда о ее прикиде. Рецензии выходили немногословные, типа "ничего", или "то было лучше". Разглядев все, что хотел, охранник спустился на лифте вниз. Напарник, сидевший в машине, сразу же обеспокоился встревоженным видом возвращающегося товарища.
   - В Баютдинова стреляли на лестничной площадке, вроде пока жив, - сев в машину, охранник сразу же взялся за пачку сигарет. - По-видимому, киллера спугнули тинэйджеры, они там сейчас как раз крутятся. Им все до балды, что покойник, что новорожденный, стоят себе да прикалываются. Я на лифте подъехал, спрашиваю с понтом "какой этаж?", а они так нахально улыбаются, и не полслова о том, что за ними человек подстреленный лежит. "Ты, говорят, езжай выше", а что делать, выходить нельзя, сразу заподозрят нехорошее. Вот и пришлось ехать наверх. Но я там тоже ничего обзорчик нашел. Все углядел. Баютдинов на руках жены кровью истекает, а эта молодежь себе преспокойно гагочет. Неужели у меня сын таким же дебилом вырастет? Придушу собственными руками. А чего звук такой плохой? Не единого слова не разобрать, о чем говорят, - раздраженный тон охранника, наконец, сменился на деловой.
   - Лучше не будет, я уже все перепробовал, - второй крутанул рукоятку громкости.
   - И куда он пошел? - девчонка села на лестничные перила, придерживаясь, чтобы не съехать вниз, за сетку лифта.
   - Прямо к бежевым "жигулям". Номера грязью залеплены, специально, чтобы не запомнили, - парень с обесцвеченным ежиком на голове, распластавшись лицом по подоконнику, вел наблюдение за подозреваемым. - В машине второй, о чем-то говорят, видать, решают когда и как лучше мужика добить. А вот и наша доблестная милиция!
   Освещая крышу мигалкой, подъехала "волга", а за ней "уазик", чуть не перевернувшийся на резком повороте.
   Побросав на дороге машины, все милиционеры до единого поспешили в подъезд. Прилетевшей следом скорой помощи, места возле подъезда не нашлось, и медработникам пришлось протискиваться вместе с носилками между рядами припаркованных машин. "Жигуленок" с лапинской наружкой выехал со двора на безопасную дистанцию.
   - Встанем через дом на дороге и посмотрим, куда банкира, в морг или больницу, - ходивший в подъезд охранник сверил телефон из записной книжки с тем, что он набрал на сотовом телефоне.
   - Алё, у нас тут изменения, в Баютдинова стреляли.
   - Выяснить, кто это сделал и мне доложить! - властный голос принадлежал Лапину.
   Следователь попытался разговорить жену банкира, но кроме слез и рыданий ничего не добился. Женщина, накручивая себя все больше и больше, впадала в истерику. Милиционер обратился к бородатому врачу, укладывавшему Баютдинова на брезентовые носилки.
   - Если бабу не унять, убьется к е...еням! -
   - Запросто, - бородач посмотрел на женщину, бившеюся о стенку затылком.
   - Возьми здесь, - доктор перепоручил нести свою сторону носилок молодому сержанту. Достав из чемоданчика шприц, лекарь набрал в него из ампулы успокаивающий раствор. Женщина вся сжалась.
   - Уйдите от меня со своей дрянью!
   Капитану пришлось удерживать руку сопротивлявшейся, пока врач делал инъекцию. Почти сразу банкирша сникла, ее отвели в квартиру и уложили спать. Оперативник, тем временем, пытался установить ход трагических событий, на основании рассказа четырех подростков, шароварщик успевший в квартире банкира накачаться вином, нес чистый бред. Его подружка также ничего вразумительного поведать не смогла, а вот вторая парочка оказалась на удивление словоохотливой. Они подробно рассказали, как нашли тело на лестничной площадке, и что когда спускались сверху, мимо них на последний этаж проехал, "по видимому убийца". Капитан тут же отдал приказание проверить чердак. Через несколько минут сведения подтвердил старшина весь в паутине.
   - Чердачные замки в нашем и крайнем подъездах - вскрыты, оружия не нашел, но следы свежие. Видимо, убийца действительно ушел через чердак, - милиционер протирал носовым платком снятую с головы фуражку.
   Парень с девчонкой, приободренные такими известиями, продолжили изложение версии случившегося. Речь пошла о якобы ошибшемся этажом подозрительном типе.
   - Плотный такой, с короткой стрижкой, а глаза, словно, сквозь тебя смотрят.
   - Точно! - парень согласился с подружкой, передернув плечами.
   - А еще, у него нос большой, вон как у него, - девчонка указала на вернувшегося с улицы сержанта.
   - Степанов, ты где был пол часа назад? - капитан вглядывался в выпуклость на лице подчиненного.
   - На машине по микрорайону патрулировал, - сержант отвечал выдыхая в пол, потому что во время объезда останавливался возле злачных точек и, не сдержавшись, чуть принял на грудь.
   Его счастье, что острое чутье капитана сегодня было притуплено за обедом с "модерой".
   - Жиденькое у тебя алиби. Вы приглядитесь, может это он и есть? - милиционер лукаво посмотрел на свидетелей. Сержант знакомый с шутками начальника улыбнулся.
   - Нет, этот худой и выше, - посовещавшись с подружкой заявил парень.
   - Все Степанов, свободен, иди, помогай народ на улице опрашивать. И что этот носатый делал дальше? - капитан вернулся к последним показаниям свидетелей. Выслушав все, он согласился с подростками, - Да, эту машину стоит проверить. Сейчас уже поздно, - он сверился с наручным хронометром, - Значит завтра с утра к десяти часам в отделение, запишите показания и составите фото робот подозреваемого.
   Скорая помощь под вой сирены промчалась мимо лапинской наружки. Стаявшие под парами бежевые "жигули" развернулись поперек дороги и последовали за медиками. Баютдинова доставили в реанимационное отделение центральной больницы. Погрузив банкира на каталку, хирурги покатили раненного к операционному столу. Дав червонец пенсионного вида охраннику, дежурившему на больничном шлагбауме, бежевый "жигуленок" въехал на внутреннюю территорию.
   - Будем ждать, чем операция закончится, - водитель заглушил двигатель на стоянке для служебных автомобилей.
   Вытянув за шнур рацию из окна "волги", оперативник сообщил на пульт, - Проверять бежевые "жигули" седьмой модели. Номера залеплены грязью. В машине двое подозреваемых в совершении убийства.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"