Канер Ян: другие произведения.

Соколиная охота (основная сборка)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Пойти туда не знаю куда, принести то не знаю что? Это к нам. Сопроводить ценный груз? Тоже мы. Вычислить серийного убийцу? Не хочется, а придется. Спасти мир? Можно, но предоплата 100%. Ну и что, что неэтично, мы же наемники...
    Выкладывать по главам лениво, поэтому здесь будет основная сборка, а в другом файле -- последний дописанный кусок.
    Знаю, что аннотацию слизал у Чекалова ("Гончие преисподней"), нормальную придумаю позже. А вообще, это приквел (предыстория, если кто не понял) "Неупокоенного". Вика там, естественно, еще нет, но Эдрик и Кайел имеются. Позже объявится и Атари.
    Обновлено 23.07.07 -- первые три главы.
    Дамы и господа, маленькая просьба. Если ставите оценку 7 и меньше, пишите, пожалуйста, ПОЧЕМУ. Очень хочется знать, где я, по вашему мнению, налажал.


   Глава 1. Еще один ненастный день
  
   Весенний и осенний дожди невозможно спутать. Вроде бы все одинаково: холодно, пасмурно, в окно даже голых деревьев не увидишь - город. Но никак не перепутаешь тяжелую слякотную поступь приближающейся зимы и подающий надежду шепот весенних дождевых капель.
   Кайшим бездумно смотрел в приоткрытое окно на падающую с неба воду. Руки без участия сознания гоняли какие-то крошки по столу облезлым гусиным пером. Обычно ему нравился весенний дождь, как признак надвигающегося благословенного жаркого лета. Но сейчас тоска навалилась на него, словно воспользовавшись длящимся уже более двух декад отсутствием Гаунур. Все сразу... И потеря четырех человек - трети отряда - которую никак не удавалось восполнить, и клановые дела Гаунур, с родственничками которой Кайшим не имел больше ни малейшего желания пересекаться путями, и эти холодные дожди, к которым он так и не смог привыкнуть... Мерзость! Хотелось напиться, выбросить все из головы и крепко уснуть под убаюкивающий шорох воды. Кайшим знал, что это просто еще один ненастный день - сколько их уже было - завтра-послезавтра хандра пройдет, затихнет до осени, но легче от этого не становилось.
   От мрачного созерцания дождя наемника отвлек шум открывающейся двери. Вошедшего в комнату человека он видел впервые, из этого следовало, что к нему забрел кандидат на место в отряде. Скорее всего. Ведь не исключалось, что парень просто ошибся дверью.
   - Кайшим Три Руки? Мне сказали, вы набираете бойцов в отряд.
   Значит, не ошибся.
   Кайшим посмотрел на кандидата внимательнее. Молод, раза в два моложе его самого. Да нет, даже еще младше. Рубленые черты лица, темные жесткие волосы, чуть сглаженная, но все же заметная горбинка носа - все указывало, что кто-то из родителей юноши, как и сам Кайшим, с момента появления на свет дышал пылью пустыни Ганаат. В тех местах взрослеют рано, а горячая южная кровь даже при смешивании доносит это свойство до третьего-четвертого колена, так что парню явно не больше семнадцати. Широкий для ганаатца - ну, точно полукровка - костяк только начал как следует обрастать мясом, до пика силы еще ой как далеко, но и тем, что есть, пользоваться вошедший явно умел. Движения плавные, экономные, на костяшках пальцев мозоли, как у землепашца на ладонях. Высоковат, правда, ну так мало ли кем были его родители. Темно-карие глаза спокойны, взгляд прямой, но не по возрасту жесткий. Кайшим совсем отвык от такого взгляда здесь, где солнце не бьет молотом по мальчишкам, превращая их либо в твердых, как сталь, мужчин, либо в высохшие трупы. Одежда неброская, удобная, не стесняющая движений, кое-где приклепаны двойные кожаные вставки - особо не мешают, но удар легкого клинка задержат, а то и остановят. С парнем явно поработал мастер своего дела.
   - Садись, - Кайшим кивнул на табурет, - поговорим.
   Юноша едва заметно улыбнулся и присел. Но выбрал другое сиденье, с которого можно было видеть окно и - краем глаза - дверь.
   - Поговорим, - согласился он.
   Кайшим попытался представить, что же видит юноша, пришедший записываться к нему в отряд. Небольшая комната, три табурета, стол, топчан за ширмой. Немногочисленные пожитки хозяина частью развешены по вбитым в стены крючкам, частью сложены в брошенных в угол седельных сумках. Вещей немного, но все они хорошего качества, особенно оружие. Типичное временное пристанище не бедствующего наемника. Сам хозяин комнаты - среднего роста сухой смуглый человек с черными глазами, начинающими седеть волосами и профилем хищной птицы. Более яркий, дольше поживший и, что говорить, местами побитый этой жизнью вариант того, что может увидеть парень, посмотрись он в зеркало. Не великий полководец, уткнувшийся в карты будущих битв, но и не возомнивший о себе незнамо что неумеха, привозящий с каждого задания в Гильдию медальоны вместо товарищей.
   - Как мне тебя называть? - поинтересовался Кайшим.
   - Кайел. - Ха, ну точно без Ганаата не обошлось. Имена на "кай" редко встречались вдали от Проклятого Города. - Что вы хотите знать обо мне?
   Вежливый мальчик. Кайшим уже давно отвык от такого, когда к старшему из разговаривающих обращаются на "ты" только после его разрешения. Люди, знающие обычаи его родины, встречались ой как нечасто...
   - Я не мудрый старец, - усмехнулся он в усы. - К будущему командиру стоит обращаться без церемоний.
   Кайел едва заметно кивнул, соглашаясь.
   - У кого обучался? - Кайшим и не ждал, что услышит знакомое имя. Важнее было другое - не что, а как говорил этот юноша. А уж кто над ним поработал - не столь важно, на Айраде достаточно хороших учителей. Повидавший жизнь командир наемников уже не сомневался, что наставник у сидевшего перед ним кандидата был одним из лучших.
   Кайел замялся:
   - Я не знаю его имени.
   Брови наемника удивленно поднялись. Существовало только два вида учителей, которые не называли своих имен. Одни - Дети Смерти, посвященные тайного культа, поклоняющиеся проникшему на Айрад во времена Прорыва Хаоса демону. Многие считали их выдумкой, но только не Кайшим. Однажды он еле выжил, столкнувшись с воином, окольцованным змеиными браслетами. Другие - набирающее в последнее время силу "Стальное Братство", организация, преимущественно занимающаяся наемными убийствами. Что те, что эти были вне закона практически на всем Айраде, хотя, судя по всему, им это не особо мешало.
   Детей Смерти, правда, можно было сразу отмести: то немногое, что о них было известно, гласило, что они открываются только своим жертвам. Кайшим же не чувствовал себя настолько важной персоной, чтобы на него натравили душегуба из полумифического общества. За свою жизнь он не обзавелся настолько влиятельными врагами, да и чтобы нанять Детей Смерти, их надо было сначала найти. Ганаатец никогда не понимал, в чем смысл существования ордена убийц, настолько тайного, что чем нанимать их, проще было расправиться с врагом самому. Но мало ли в мире вещей, не имеющих на первый взгляд разумного объяснения?
   Стальное Братство создали бывшие наемники, которых не устраивали рамки, устанавливаемые их организацией. Единственным объединением Айрада, которое называлась просто Гильдией. Гильдией с большой буквы, потому что, в отличие от остальных гильдий, в этой правила устанавливал бог. Хранитель, тот, кто закрыл Прорыв Хаоса. Он жестоко карал отступников, но почему-то не трогал тех, кто уходил, честно сдавая гильдейские знаки, какие бы непотребства не вытворяли позднее эти люди.
   - Странно, - Кайшим в задумчивости провел пальцами по усам, - я всегда думал, что Братства можно покинуть только в виде трупа.
   - А так и было, - Кайел распахнул рубаху и показал шрам, жирным червяком извивающийся на груди. Прямо напротив сердца. - Хотя я не виноват, что меня немножко не добили, - усмехнулся парень.
   - Но если в гильдии узнают, что ты жив... - Каким бы хорошим ни был боец, если он тянет за собой такой "хвост", уж лучше отказать сразу...
   Кайел по-волчьи оскалился, угадав мысли собеседника:
   - Некому узнавать. Больше некому. Я знаю, как "зачищать хвосты".
   - Твой наставник?.. - задавая вопрос, Кайшим уже знал ответ.
   - Он слишком хорошо меня подготовил.
   Кайшим недоверчиво хмыкнул. Собеседник, по-видимому, ожидал этого. Оголив предплечье, он чиркнул по коже лезвием, как по волшебству оказавшимся в другой руке. Из неглубокого пореза выступила кровь. Обмакивая туда палец, Кайел парой движений начертил на стоящем рядом столе несложный рисунок.
   - Клянусь именем Хранителя, что я действительно не знаю имени своего наставника. Клянусь, что я победил своего учителя в поединке. Клянусь, что я не имею отношения к Детям Смерти. Клянусь, что те в Стальном Братстве, кто знал меня, как члена Братства, мертвы. Пусть Хранитель примет мою клятву.
   Кайел припечатал кровавый узор ладонью. Когда же парень поднял руку, от него не осталось и следа. Царапина на предплечье тоже исчезла. Хранитель подтвердил клятву. Наемник знал, что малейшая ложь - и сидящий перед ним упал бы замертво. Хранителю было все равно, во что верили те, кто клялся его именем, но клятвопреступников он не терпел.
   Кайшим снова хмыкнул, на этот раз удивленно. Крыть было нечем.
   - А ты меня ни о чем не хочешь спросить? - осведомился он.
   - Зачем? Условия для новичков одинаковы в любой команде, а о тебе я уже знаю все, что мне нужно. Ты - командир отряда, который за последние десять лет потерял только шестерых, причем там, где другой лишился бы всех. И эти десять лет твои люди ни разу не сидели без денег. Мне этого достаточно.
   Кайшим посидел еще несколько песочных долей, поглаживая усы, а затем встал и поманил Кайела за собой.
   - Хорошо. Пошли, посмотрим, каков ты в деле.
  
   Дождь на улице никуда не делся, наоборот, он зашуршал каплями еще сильнее, словно приветствуя высунувшихся из-под крыши людей. Оттаявшая земля на заднем дворе уже напиталась водой. Не сильно, конечно. Даже если и дальше так пойдет, то утоптанная почва тренировочной площадки превратится в болото еще не скоро. Но все равно верхний слой уже сделался довольно зыбким и сопровождал шаги легким почавкиванием. Поэтому на свежем воздухе никого не было: кому охота мокнуть и сверху и снизу, когда в здании есть большой и сухой зал?
   Тонкая струйка воды проложила-таки себе путь сквозь незаметную щель в крыше. Понемногу собравшись в увесистую каплю, дар небес плюхнулся за шиворот стоявшему на крыльце наемнику. Кайшим встряхнулся, поежившись от попавших под одежду студеных брызг. Будь они трижды прокляты, эти холодные дожди! Хорошо еще, что при всей своей промозглой мерзости, вода не лилась с неба потоком. Это было бы уже чересчур для жителя пустыни, пусть Ганаат и остался далеко в прошлом.
   Кайшим не хотел заходить в тренировочный зал за учебным оружием - ему сейчас не нужны были посторонние глаза. Так что он ограничился захваченными из своей комнаты двумя деревянными подобиями сабель. Он таскал их с собой с давних пор - именно с ними в руках молодым наемником он отрабатывал навыки боя парными клинками. За прошедшие годы потемневшее от времени дерево украсилось узором из вмятин и царапин, но до отправки в костер было еще ой как далеко. Ганаатец взвесил учебные клинки в руке и протянул одну из сабель Кайелу, рукоятью вперед.
   Однако взяться за оружие парень не успел. Пальцы еще не коснулись кожаной оплетки, когда из здания послышался приближающийся топот. Ведущая на тренировочную площадку дверь распахнулась, и в проем вылетела невысокая фигура. Не заметив низенького порожка, бегун запнулся и, ойкнув, кубарем полетел на шарахнувшихся в стороны наемника и бывшего убийцу. Проехавшись на локтях и коленях через все крыльцо и чудом не окунувшись в раскинувшуюся сразу за ступеньками лужу, заполошное создание подняло голову, проморгалось круглыми желтыми глазищами и нагло обратилось к наемнику:
   - Мастер Кайшим, возьмите меня к себе в отряд.
   Кайшим оторопел. Еще раз он окинул взглядом валяющегося чуть ли не под ногами просителя. Ну что за день такой, мало того, что дождь, так еще и это! "Это" - встающее с пола блондинистое растрепанное чучело - оказалось пацаном, которому, небось, еще и двенадцать не стукнуло!
   Мальчишка поймал взгляд наемника. Янтарные глаза сощурились, зрачки, вместо того, чтобы собраться в точки, как у всех нормальных людей, сдвинулись в узкие щели, словно у древесного кота. Говорили, что такие глаза можно увидеть и у драконов, но мало кто мог это подтвердить.
   - Вижу, вы думаете: пришел тут какой-то малец... - холодно заметил желтоглазый. Чувствовалось, что рост - больная для него тема. - Да, я недомерок. Но я совершеннолетний недомерок.
   Пошарив за пазухой, он достал свидетельство и развернул перед Кайшимом. По пергаменту побежали зеленоватые отблески, подтверждая, что его держит именно тот, о ком в нем идет речь. Паренек же продолжил:
   - Четырнадцать мне уже есть, и я могу на законных основаниях присоединиться к вашему отряду, - здесь его пыл несколько приутих, и закончилась речь не так твердо, как хотелось говорившему, - если, конечно, вы меня возьмете...
   Кайшим прочитал каллиграфическую вязь и кивнул:
   - Эдрик, сын Хонемаэна, сколько бы тебе ни было лет, я не смогу взять в отряд человека, который не будет на равных с остальными.
   Паренек склонил голову. Похоже, он оценил, что наемник не произнес слово "слабость". Но взгляд желтых глаз снова дерзко поднялся.
   - Испытайте меня, мастер. Если я не смогу быть на равных ну, хотя бы, с этим переростком, даже с оружием в руках, - Эдрик ткнул пальцем в сторону Кайела, - я уйду.
   Брови Кайшима второй раз за день полезли вверх. Хотя... А почему бы и нет? Если случится чудо, и мальчишка отстанет от подготовленного Братством бойца не более чем наполовину, то его действительно можно будет взять. Молодость - это тот недостаток, который быстро проходит, а смену надо готовить, если уж самому детьми обзавестись не удалось. И еще - Эдрик напоминал Кайшиму самого себя много лет назад. Не внешним видом, нет, другим... Смесью вежливой покорности судьбе и нагловатой настойчивости в вырывании у этой судьбы из того, что она соглашалась ему дать - по максимуму.
   - Договорились, - согласился наемник, - но выполнять мои приказы - беспрекословно!
   На лице Кайела тем временем вздулись желваки. Неслыханное дело, его, подготовленного бойца, будут сравнивать с каким-то малолеткой! Но продолжалось это недолго. Кайшим заметил, как мгновенно восстановилось спокойствие парня, и облегченно вздохнул. Неведомый наставник, похоже, помимо всего прочего, научил Кайела выполнять приказы, не давая чувствам мешать делу.
   Повинуясь команде, кандидаты вышли из-под защиты крыльца. Холодная влага тут же осела на одежде и волосах, собираясь в большие, скатывающиеся под ноги капли.
   - Кайел - здесь, Эдрик - здесь, - указал наемник. - Две сотни отжиманий.
   Кайел, не говоря ни слова, тут же упер кулаки в раскисающую землю. Эдрик же замялся, посмотрев себе под ноги. Там расстилалась та самая начинающаяся у крыльца лужа, в которую он чуть не угодил во время своего столь шумного прибытия. Затем, по-видимому, вспомнив о беспрекословном подчинении, паренек плюхнулся в воду. Кайшим внутренне усмехнулся: мальчишка явно понял, что к чему.
   ...Две спины ритмично поднимались и опускались. К удивлению Кайшима, Эдрик поддерживал тот же темп, что и Кайел, и делал это с неутомимостью гномьего механизма. Волосы его теперь напоминали не разворошенный сноп соломы, а обвисший пучок грязной пакли, матерчатые штаны намокли и обрисовывали напряженные, словно натянутые струны, тонкие ноги, из-за пазухи куртки после каждого отжимания выливалась вода... Но движения оставались такими же размеренными, а дыхание не участилось. Интересно, - подумал Кайшим, - кто из предков этого мальчишки чересчур задержался в Ничейных Землях?..
   Наконец, оба парня закончили отжимания и встали. Напоминающий мокрого куренка Эдрик обхватил себя руками, пытаясь согреться.
   - Я смотрю, кто-то тут озяб, - издевательски заметил Кайшим. - Сейчас все согреются. Бежать вокруг площадки, пока я не скажу "хватит"!
   Эдрик сорвался с места первым. Наверное, хотел показать, что может не только быть вровень с "переростком", но и превзойти его. Правда, оглянувшись и заметив, что Кайел побежал небыстрой трусцой, экономя силы, тоже сбавил ход.
   ...Эдрик стал сдавать только на девятом круге. Бег его сделался неровным, он то чуть сбавлял скорость, то припускал, заметив, что теряет преимущество. Кайшим кивнул сам себе и прокричал: "Хватит!" Оставшуюся часть круга, отходя от нагрузки, парни прошли так же, как и бежали - не разговаривая друг с другом, Эдрик чуть впереди Кайела.
   Кайшим ждал их у крыльца, держа в руках деревянные сабли. Последнее испытание. Он уже узнал почти все, что хотел. Осталось проверить ту странную фразу про оружие. Этот Хонемаэн, он что, учил сына сражаться? Кайшиму были известны все здешние мастера меча, но он не помнил никого с таким именем.
   Отдавая Кайелу клинок, наемник негромко сказал ему:
   - Не покалечь парня. Возможно, ему действительно придется когда-нибудь прикрывать тебе спину. Но и сам не попадись...
   Боец согласно кивнул. Он уже давно понял, что "недомерок", не так прост, как кажется.
   Приняв из рук Кайшима деревянную саблю, Эдрик провел по клинку левой рукой, точно поглаживая ластящегося к человеку домашнего зверька. Он внимательно всматривался в оружие, словно вязь царапин была на самом деле надписью тайными рунами, неведомыми для всех, кроме этого мальчишки. Когда же Эдрик поднял взгляд, то на лице подростка ганаатец увидел задумчивую полуулыбку, он словно вслушивался во что-то глубоко внутри. "Я готов", - сообщил паренек, и наемник шагнул назад под крышу, освобождая место для схватки...
   Противники кружили друг вокруг друга, изредка обмениваясь взрывными сериями ударов. Разница в росте и силе совершенно не мешала Эдрику выдерживать атаки Кайела. Мальчишка либо уклонялся, либо отводил клинок, заставляя его "стекать" по лезвию своей сабли, и атаковал сам. Он явно наслаждался боем, пусть даже ему и не удавалось победить. Глаза его по-прежнему были мечтательно полуприкрыты, но ухмылка на лице становилась все шире и даже взвинченный было Кайелом темп не сбивал восстановившееся после забега дыхание. Кайшим завороженно следил за этим странным то ли боем, то ли танцем, даже не пытаясь остановить схватку. Казалось, это будет продолжаться вечно...
   Бой закончился внезапно. Эдрик отразил очередной выпад Кайела, но атаковать сам не успел. Используя инерцию отбитого в сторону оружия, воин Стального Братства развернулся и ударил ногой по руке паренька, держащей саблю. Деревянный клинок выскользнул из взмокшей ладони и улетел в сторону, плюхнувшись в лужу. И сразу же произошло странное: из умелого воина, наслаждавшегося схваткой, Эдрик превратился в перепуганного мальчишку. Неуклюже пятясь, он широко раскрытыми в панике глазами следил за осторожно приближающимся к нему Кайелом...
   - Стоять! - прозвучало откуда-то из-за спины Кайшима.
   Поединщики замерли. Еще бы: если Гаунур хотела, она одним голосом могла остановить мчащегося на полном скаку ездового ящера. А тут - всего-то пара насквозь промокших и до бровей извазюкавшихся в грязи парней.
   - В мыльню - оба! И чтоб отмокали, пока новую одежду не принесут!
   Мгновенно разобравшись с прервавшими поединок кандидатами, "отрядная мама" принялась за командира:
   - Кайшим, саксаул ты пересушенный! И как тебе только в голову пришло проверять мальчиков на улице в такую погоду!..
   Не желая становиться свидетелями явно семейного скандала, парни просочились в полуоткрытую дверь и исчезли из вида. Уходя, Кайел с поклоном вернул саблю Кайшиму. Эдрик же, выловив из лужи свое оружие, неловко сунул его в руки владельцу и почему-то поклонился Гаунур, что-то смущенно буркнув.
   Парни так и не увидели, что вместо ожидаемой ссоры, строгая светловолосая женщина обняла распекаемого ею мужчину, потерлась щекой о жесткую щетину на его лице и прошептала:
   - Ох, Кайшим, как же мне тебя не хватало!
  
   Неторопливо спускаясь от кастеляна с двумя комплектами чистой одежды, они тихо беседовали.
   - И что ты думаешь насчет Эдрика?
   - Знаешь, Гаунур, пока ничего не думаю. Я слишком потрясен тем, что один из самых известных атаманов Ганаата оказался женат на судье, пусть даже и временном.
   Гаунур негромко рассмеялась.
   - Ха, я-то думала, что это уже давно в прошлом... Значит, если ты возьмешься за старое, придется казнить тебя на месте! - теперь уже улыбались оба. - Но зато, если бы мои дорогие родственнички не назначили меня судьей, представь, это сокровище просто повесили бы. Ты ведь убедился, что он - Чувствующий Оружие?
   - Да уж. А еще и стойкий, как кремень, и наглый не по размеру. А что это чудо натворило, что его собирались вывесить на всеобщее обозрение?
   - Убил Тоннуга, когда тот пытался изнасиловать его мать. А перед этим расправился с двумя его телохранителями.
   - Ну и поделом скотине. Никогда не понимал, зачем держать капитаном стражи сволочь, которая хапает взятки налево и направо, а также имеет "милую" привычку насиловать все, что ему понравится, невзирая на пол и возраст. В Ганаате его давным-давно закопали бы по шею в песок, будь он хоть трижды чей-то родственник!
   - Поэтому-то я и заменила казнь изгнанием и направила парня к тебе. Вообще, я бы ему вместо этого вознаграждение выплатила, но ты же знаешь эти наши клановые выверты. Равновесие сил и все такое... Доиграются когда-нибудь наши советники, ой, доиграются...
   - Знаю, и поэтому стараюсь держаться подальше от таких игр. И людей своих туда не даю втягивать. Может, потому и везет до сих пор... - вздохнул Кайшим. - Изгнание, говоришь... Когда его объявляют вне закона в городе?
   - Завтра в полдень.
   - Плохо. Я думал, удастся набрать еще людей. Пока получаются только двое - Эдрик и парень, с которым он дрался, Кайел. Я еще надеялся нанять мага...
   - Кайел... - Гаунур словно попробовала имя на вкус. - Кто он?
   - Бывший член Братства, - Кайшим полюбовался на удивленную жену и продолжил, - поклялся именем Хранителя, что ушел, уничтожив все следы.
   - И что ты собираешься с ним делать? - Гаунур, похоже, уже знала ответ, но все же хотела, чтобы слова прозвучали.
   - Будет в паре с Эдриком. Хоть парень и Чувствующий, но если выбить у него клинок, сразу становится перепуганным мальчишкой. Пусть Кайел его натаскает. Заодно и отношения наладят: похоже, Кайелу мое испытание не по нутру пришлось, да еще и Эдрик ему на хвост наступил. Не хочется, чтобы это все смертоубийством закончилось. Жаль, конечно, я хотел, чтобы они оба походили в паре с кем-нибудь из наших, пообтерлись, но другого выхода нет...
   - Да не дергайся. Будет день - будет пища.
   Кайшим усмехнулся. Жена слово в слово повторила то, что когда-то много раз говорил своей избраннице бывший атаман одной из разбойничьих шаек пустыни Ганаат...
   - Все равно мы завтра выступаем, - продолжила Гаунур. - Заказ Совета кланов. На этот раз охраняем груз. Совет опять занялся какими-то тайными делами, поэтому указания выдадут только утром и в запечатанном пакете. Так что придется сейчас вытаскивать наших изо всех щелей и приводить в порядок. А до следующего посещения Гильдии обойдемся без второго мага.
   "Что же", - подумал Кайшим. - "Дождь - это не повод для плохого настроения. Всего-навсего еще один ненастный день, и далеко не самый плохой". Хандра отступила, настроение стремительно улучшалось.
  
  
   Глава 2. Равнозначный обмен
  
   "Дождь - это не повод для плохого настроения. Легко сказать..."
   Эдрик не любил дождь. Так уж сложилось, что все неприятные события в его жизни оказались отмечены падающей с неба водой. Поэтому ничего хорошего от осадков он и не ждал. Мало того, что весь до нитки вымокнешь, так сквозь пелену дождя тут же просунет свое мерзкое рыло очередная пакость.
   Не того он ожидал, становясь наемником, совсем не того. Не бесконечного скучного путешествия незнамо куда. Не монотонной тряски на спине выданной в конюшне Гильдии флегматичной лошаденки, когда на привале приходилось разминать поясницу, чтобы разогнуться. Не ежедневных утомительных тренировок с напарником, тем самым переростком Кайелом, который в день принятия в Гильдию - тоже, кстати, в дождь - уделал его, Чувствующего Оружие, в двух испытаниях из трех. Не проскальзывавших изредка снисходительных взглядов остальных членов отряда. "Эльфы бы побрали этого Тоннуга - и живой он был изрядной сволочью, и смертью своей смог нагадить". Даже принятие в отряд, самое важное событие в новой жизни Эдрика, и то оказалось каким-то тусклым и будничным. Он просто выговорил слова клятвы, забрал из чаши с беззвучно пляшущим голубым огнем Хранителя свой медальон - и все. Даже не почувствовал ничего, пока шарил рукой среди языков пламени, нащупывая загодя положенного в чашу медного сокола. Не так все пошло, ох не так...
   Слишком высокой оказалась цена умения Чувствующего: вся налаженная жизнь полетела к Темному Хранителю. Учеба у мастера-лекаря, скорое посвящение Матери Жизни, стабильный заработок, будущая семья, почет и уважение - все переменилось, словно в кошмарном сне. Теперь весь мир Эдрика составляла покачивающаяся перед ним в серых струях дождя лошадиная шея, да силуэты спутников вокруг.
   Настроение портило еще и то, что пользоваться своим любимым оружием - парными клинками, оставшимися в наследство от исчезнувшего отца - ему было запрещено. Слишком дорогими оказалось эти мечи. Эдрик, конечно, и раньше подозревал, что с ними что-то не так: уж больно легкие, заточки не требуют, хоть гвозди ими руби, да и порезаться о серебристо-серое лезвие - раз плюнуть. Но что их сделали из дорогущего смертельного для любой нежити талгерана еще эльфы до Исхода, и что стоят они много больше своего веса в золоте - и не думал. И теперь вез свое сокровище в седельном вьюке, тщательно замотанным, а на поясе вместо успокаивающе мурлыкавших отцовских клинков болталась пара новеньких сабель из арсенала Гильдии. Не нравились они Эдрику. И дело не в том, что крови еще не попробовали, просто отталкивало его самоуверенное взвизгивание этих двух стальных дур, стоило только коснуться рукоятей. А избавиться от них можно будет только когда Кайел скажет, что Эдрик и без оружия в руках может постоять за себя. Правильно, конечно, но до чего же муторно...
  
   Иногда Эдрик вспоминал первый раз, когда увидел весь отряд Соколов в сборе. Всех тех людей, с которыми теперь связана его жизнь. Рано утром в первый день этого кажущегося теперь бесконечным путешествия. Тогда они с любопытством рассматривали друг друга - шесть опытных наемников и два новичка. Представившие их Кайшим и Гаунур сдвинулись чуть в сторону, не мешая любопытным взглядам. Эдрик припоминал, как его взор беспокойно метался по стоящим перед ним ветеранам и чувствовал, как спокойно и оценивающе смотрят на него. С тех пор прошло достаточно времени, чтобы даже сейчас, отделенный от остальных спутников маревом дождя, он мог четко представить себе их лица и движения.
   Кайшим, Гаунур, Сермет, Тиэль, Астис, Кестис, Шефри, Майим. Командир, помощник, следопыт, волшебница и четыре "простых" воина. Если, конечно, можно так говорить об опытных наемниках. Все такие разные, и в то же время чем-то похожие.
   Кайшим. Действительно, сокол, что на вид, что по поведению. Говорили, что когда-то он был вожаком одной из разбойничьих шаек вблизи Проклятого Города. С тех пор, правда, прошло немало лет, но некоторые привычки явно указывали на его прошлое. Например, прикрепленный к запястью метатель, стреляющий ядовитыми иглами. Именно за ловкое использование этого оружия при рубке двумя клинками Кайшим получил прозвище "Три Руки".
   Гаунур. Светловолосая, статная, ростом даже выше своего мужа, она и была той причиной, из-за которой Кайшим прервал разбойничью карьеру. Дочь и единственная прямая наследница главы одного из влиятельных кланов Донморста попала в плен к шайке Кайшима во время одного из своих торгово-разбойничьих походов. Что было дальше, и насколько правда соответствовала рассказываемым романтическим историям, Эдрик не знал: Гаунур вернулась с мужем в Донморст еще до его рождения. Навряд ли все были рады воскресшей из мертвых наследнице, но до явных волнений дело не дошло. Гаунур принесла клятву Гильдии, и с тех пор отряд Кайшима пользовался благоволением Совета Кланов, а сама она во время визитов в город выполняла какие-то официальные обязанности в Совете. "Отрядная мама", квохчущая над подопечными, как наседка над птенцами, в ней как-то ухитрялась уживаться с требовательным командиром.
   Сермет-южанин. Если Кайшим напоминал сокола, то Сермет казался Эдрику кем-то вроде высушенного солнцем грифа. Он пришел в Донморст вместе с Кайшимом, втроем - Кайшим, Гаунур и Сермет - они были тем, с чего начались "Соколы". В отличие от своего командира, давно носящего более удобную северную одежду, Сермет не изменил просторным южным балахонам и плащам. Казалось даже, что они даже помогают ему скользить сквозь любые заросли, не оставляя следов, и исчезать на ровном месте. Самый опытный в отряде, он на все смотрел с невозмутимой легкой усмешкой много повидавшего человека.
   Шефри. Кряжистый, как медведь, весь исполосованный чьими-то когтями, он больше походил на бандита, чем на члена Гильдии. Он лишь чудом не потерял правый глаз, а стянувшиеся шрамы скривили лицо в вечном подмигивании. Однако это не мешало ему правильно оценивать расстояние и точно метать ножи. Что же до красоты, то на это Шефри давно махнул рукой. "Пострадало только полрожи", - говорил он, - "а для баб и вторая половина сгодится. Тем паче, есть в постели показать, чего у остальных нет". Эдрик, услышав это, долго гадал, о чем идет речь - о шрамах или все же о чем-то другом. Ко всему прочему, как и к собственной внешности, Шефри относился с тем же непоколебимым спокойствием. Но упаси Хранитель принять это за медлительность: внезапный удар боевого топора легко мог освободить от глупых заблуждений. Только он, да еще его напарник, рыжий верзила Майим, предпочитали легкой кожаной броне и тонким кольчугам, не стесняющим движения, длинные тяжелые рубахи из толстых колец двойного плетения со стальными накладками на груди и предплечьях.
   Тиэль. Пухленькая непоседа-хохотушка чуть ниже среднего роста преображалась, когда дело доходило до использования ее способностей. Волшебник не из последних, она могла как защитить своих, так и устроить врагам веселую, но недолгую жизнь. Даже если заканчивался отпущенный ей запас магии, все равно к Тиэли было опасно подходить без оружия - спрятанные в складках одежды кинжалы могли провертеть в неосторожно приблизившемся противнике пару лишних дырок. А еще она была отрядным лекарем и обрадовалась, узнав, что Эдрик изучал врачебное дело у одного из Детей Жизни.
   Близнецы Астис и Кестис - лучница и мечник. Тонкие в кости гибкие фигуры, одинаковые черты лица и прически заставляли случайных людей часто путать брата и сестру. И они этим иногда пользовались, к своей выгоде, конечно. Особенно Кестис, "кобелина", как его иногда величала Гаунур. Сам Эдрик этого, конечно, не видел, но по рассказам, девушки толпами бегали за изящным парнем с тонкими чертами лица. А хлипкое телосложение не мешало опытному бойцу-рукопашнику выходить победителем из схваток со слишком настойчивыми поклонниками ветреных красоток. Астис на проделки брата смотрела снисходительно, но сама в связях была более чем разборчива. И этим Кайшим с Гаунур постоянно попрекали героя-любовника.
   И, наконец, Майим. Брюзга Майим. Вечное выражение недовольства на лице. Вечное "я же говорил", которое привычно сдерживалось напарником - спокойным, словно сытая змея, Шефри. Как заметил однажды сам воин, он необходим отряду хотя бы для того, чтобы предсказывать пакости. Если требовалось что-то спланировать, всегда звали Майима испытать результат на прочность: острый ум язвительного рыжего верзилы находил все пропущенные ловушки.
   Временами Эдрик удивлялся - зачем такому отряду еще и пополнение? С чем столкнулись Соколы в прошлый раз, что потеряли аж четверых, причем один из них был магом? Но никто ему не рассказывал, а сам он не рисковал настаивать - слишком недавними были потери...
  
   Жизнь наемника оказалась гораздо скучнее, чем ожидал Эдрик. Три десятка дней отряд шел в соседний аллод - и хоть бы что случилось! Бандиты, с весны начинающие подстерегать купеческие обозы, словно вымерли. Даже в разграничивающих аллоды Ничейных Землях не оказалось ничего угрожающего. Только изредка далеким громом слышалось рычание охраняющих свои охотничьи угодья древесных котов, не рисковавших связываться с вооруженными людьми. Когда же Эдрик пожаловался на скуку Кайшиму, тот лишь рассмеялся и пожелал, чтобы все их задания были такими же спокойными. Судя по речам командира, наемникам очень повезло. Поджидавшие торговцев лихие люди то ли не повстречались им на пути, то ли не решились напасть, опасаясь сильной охраны. Ничейные Земли, где не действовала никакая магия, и где нечего было ожидать помощи от волшебницы Тиэли, тоже миновали без происшествий. Так что, почему бы ученику не порадоваться столь благосклонной к нему ситуации и не заняться тренировками? Чтобы, когда передышка все-таки закончится, достойно встретить все то, что пошлет ему судьба. И Эдрик занимался...
   Эдрик занимался, не обращая внимания на погоду. Он учился правильно дышать, ходить, бегать и падать. Ухаживал за лошадью. Готовил. Шлифовал владение своим даром, выходя с деревянным тренировочным клинком против самых разных противников. Дрался со всеми воинами отряда, начиная от вооруженного парой "кинжалов" верткого Кайела, бойца с повадками наемного убийцы, и заканчивая неторопливым, похожим на медведя Шефри, чья дубина, заменяющая при обучении боевой топор, вполне могла отправить Эдрика на другой конец тренировочной поляны. И, конечно же, пытался освоить рукопашный бой. Получалось пока плохо. Но, все равно, каждый день он вставал, сдерживая стон от боли в избитом и перетруженном теле, и начинал разминку... А поздно вечером без сил падал на лежанку и мгновенно засыпал. Против всех правил, Кайшим освободил его от ночных дежурств.
   Любой другой навряд ли выдержал бы и декаду таких издевательств над собой. Эдрик не сбавлял темпа и через три. Возможно, именно это упорство и изменило отношение к нему остальных членов отряда. Эдрику стали помогать. Не только Кайшим, принявший его в отряд, "отрядная мама" Гаунур и назначенный его напарником и тренером Кайел, но и остальные. Тиэль разминала ему сведенные судорогами непомерных усилий мышцы. Близнецы Астис и Кестис помогали содержать в порядке оружие и упряжь. Здоровяк Шефри и старый гриф Сермет делились с ним маленькими хитростями, позволявшими приготовить сытный ужин буквально из ничего. Даже язвительный рыжий великан Майим, которого вечно раздражала "всякая копошащаяся рядом мелочь", снизошел до объяснения некоторых тонкостей верховой езды. В ответ парень вытребовал свою смену у часовых, сторожащих лагерь по ночам. Когда же Кайшим попытался прекратить "это безобразие", Эдрик заявил, что не желает снисхождения и хочет хотя бы этим облегчить жизнь товарищей, взявших в отряд такого неумеху. Как он ухитрялся не засыпать, знала только Тиэль, чьи запасы трав переворошил бывший ученик лекаря.
   Эдрик много раз с благодарностью вспоминал своего прежнего наставника. Учеба у мастера Ойвона дала ему не только кое-какие целительские умения, которые вполне могли пригодиться наемнику. Жрец Матери Жизни, как оказалось, незаметно для ученика заложил в него навыки, сильно пригодившиеся при обучении рукопашному бою. Теперь-то парень понимал значение той странной разминки, которую приучал его делать мастер. После посвящения богине началось бы настоящее обучение - ведь статус жреца Матери Жизни и лекаря помогает далеко не всегда - но наставник не хотел зря терять время и закладывал основы. Делал он это на совесть, потому и превращение Эдрика в члена Гильдии шло чуть легче, чем он сам ожидал...
  
   Все когда-нибудь кончается. Закончилась и полоса дождей, сопровождавших отряд с момента выхода из Донморста. Путь длиной в три декады тоже подошел к завершению. Маленький караван дошел до своей цели - замка одного из мелких владетелей аллода Кошуоз.
   В отличие от родного аллода Эдрика, власть в Кошуозе принадлежала одному человеку - магу, Хозяину Источника Силы. Хозяин Источника в Донморсте был привязан к своему отрезанному от большой земли острову, поэтому почти не мог влиять на жизнь аллода, здесь же было по-другому. Волшебник, живший в столице, держал в своем кулаке аллод, подчинив себе всех владетелей. Даже если мага убивал в поединке претендент на обладание Источником, ничего не менялось - Источник Силы и власть над аллодом переходили к победителю. Все это Эдрик узнал по дороге от товарищей по отряду.
   Власть правителя аллода была тверда, но на мелкие разногласия между владетелями он смотрел сквозь пальцы. Поэтому нередки были споры соседей из-за какого-нибудь лежащего на границах владений луга или болотца. Из-за этого и наблюдение за тем, что творится на его землях, у хорошего властителя было на высоте. Так что довольно скоро караван встретили два всадника в одинаковых кожаных доспехах со значками местной дружины. Поговорив со старшим обоза, они разделились: один остался сопровождать гостей в замок, а второй поскакал сообщить владетелю и готовить встречу.
  
   Проехав через притулившуюся к крепостным стенам деревеньку, обоз с сопровождением втянулся в ворота замка владетеля. Эдрик вертел головой, с любопытством разглядывая окрестности. Его, никогда не выбиравшегося за пределы родного города, интересовало все: от окружавшего стены обмелевшего рва до поднимавшегося посреди двора донжона, не одной башни, а эдакой крепости в крепости. Даже ему, не знакомому толком с воинской наукой, было ясно, что замок строился еще в эру Хаоса для противостояния прорывающимся с Ничейных Земель тварям. Крепость должна была выстоять во что бы то ни стало, поэтому внутренней ее части уделялось как бы не больше внимания, чем внешней. Это потом, в мирные годы, двор заполонили хозяйственные постройки, ров зарос и оплыл, а крошащиеся от старости стены начали латать чем попало, лишь бы не разваливались. Причины подобной небрежности новичку объяснила оказавшаяся рядом Гаунур: массовые набеги тварей Хаоса прекратились давным-давно, а захваты замков другими владетелями властелин этого аллода жестоко карал, только он здесь имел право менять хозяев владений. Что же до самого властелина, то от мага, владеющего Источником Силы, отгораживаться камнем и вовсе бесполезно. Даже опасно - вдруг подумает, что против него замышляют недоброе.
   Первая половина похода закончилась. Повозки, остановившиеся в центре двора, тут же, словно муравьи, облепили люди, и началась бестолковая на первый взгляд суета разгрузки. Возницы остались дожидаться окончания, чтобы перевести телеги в более удобное место, а потом распрячь и устроить в конюшню лошадей. Наемников же повели в отведенную для них комнату в донжоне. Вместе с "Соколами" увязался и начальник каравана.
   Перед дверями комнаты Кайшим остановил Эдрика и Кайела.
   - Передайте свои вещи кому-нибудь из наших, - приказал он. - О них позаботятся. Вы сейчас идете со мной к владетелю. - Кайшим еще раз оглядел парней. - Посмотрим, как держитесь на людях... Да, Эдрик, отдай сабли тоже, не будем смешить местных твоим видом. Возьми лучше пару кинжалов у Кайела, у него этого добра много.
   Эдрик с облегчением избавился от остоэльфевших клинков, вручив их вместе с остальными своими вещами высунувшейся из двери Астис, и протянул руку Кайелу. Тот недовольно хмыкнул, но кинжалы передал. У него действительно было много подобного "добра", хотя на внешнем виде наемника количество навьюченного на него железа никак не отражалось. Эдрик прицепил клинки на пояс. С его ростом длинные кинжалы смотрелись, словно мечи. Кайшим снова оглядел напарников и довольно кивнул:
   - Пошли.
   Кайел и Эдрик пристроились замыкающими, прикрывая спины командиру и старшему обоза. Именно его приказывали защищать наемникам в том самом пакете, который позволил себя вскрыть только за стенами Донморста. Сам обоз был больше для отвода глаз: десяток наемников, подряженный для охраны нескольких повозок, менее подозрителен, чем тот же десяток, охраняющий лишь одного человека.
   Внутри донжон походил на изрытый ходами муравейник. Казалось даже, что изнутри он больше, чем снаружи.
   - Зачем вся эта путаница? - тихонько спросил Эдрик у Кайела.
   - Удобнее защищать, - так же негромко ответил тот. - Свои знают этот лабиринт, чужие здесь запутаются, их можно будет зажать с нескольких сторон. Коридоры построены так, что хозяевам легче обороняться и контратаковать. Умные люди делали...
   Оборотной стороной такой подходящей для защиты планировки было то, что наемники и не представляли, как им добраться до владетеля. Правда, в растерянность никто не впал: первого же пробегающего мимо обитателя замка Кайшим цепко ухватил за плечо и не отпускал, пока тот не привел их к дверям, перед которыми стояли в карауле два дружинника. Эдрик изумился - зачем владетелю охрана в центре собственного дома - но так как никто из его спутников не выказал и следа удивления, то промолчал и сам.
   Владетель ожидал гостей: стража расступилась, пропуская наемников в комнату. Эдрик закрутил головой, разглядывая первое увиденное им в этом замке жилое помещение. Коридоры были не в счет - голые каменные стены, изредка оживляемые узкими окнами-бойницами или закрепленными в грубых держалках факелами, не представляли никакого интереса. В комнате же было на что посмотреть. Драпировки из толстой, свисающей мягкими складками, ткани закрывали каменные стены. Вместо факелов - два магических кристалла на подставках. Ровный, чуть синеватый свет заполнял все помещение, не оставляя темных углов. Несколько тяжеловесных стульев с высокими прямыми спинками. Стол недалеко от дальней стены. За столом, откинувшись на спинку еще одного стула, восседал полноватый человек средних лет. Одежда его была скорее удобной, чем богатой, да и на лице Эдрик не заметил привычного для власть имущих Донморста брюзгливо-скучающего выражения. О титуле владетеля можно было предположить разве что по придерживавшему волосы металлическому обручу с блестящим черным камнем. По традиции только носитель такой зачарованной Хозяином Источника драгоценности мог стать владетелем - лишь этот черный камень давал владению защиту от созданий Хаоса. Прорыв давно закрыли, чистокровных тварей Хаоса повыбивали сотни лет назад, но традиция осталась...
   - Владетель Шамвил.
   - Советник Эмквист, - легкий кивок. Эдрик был удивлен: три десятка дней начальником каравана вместе с ними путешествовал аж целый советник!
   - Как я понимаю, вы привезли?.. - двое беседующих старательно замалчивали предмет разговора.
   - Конечно, - советник достал из-за пазухи плоский футляр и передал хозяину замка.
   Шамвил открыл крышку, посмотрел внутрь, потрогал там что-то и удовлетворенно хмыкнул:
   - Прекрасно.
   Покопавшись в столе, владетель выложил на столешницу небольшой кошель. Подтолкнул его к советнику и откинулся на спинку стула. Эмквист распустил завязки и вытряхнул на ладонь что-то небольшое и круглое. Повертел в руках, посмотрел зачем-то на свет, а затем выронил и с хрустом раздавил каблуком.
   - Это что, шутка? - ледяным голосом осведомился он.
   - Да, - с улыбкой ответил владетель и выстрелил в советника из выхваченного из-за спинки арбалета.
   Выстрел послужил сигналом. Эмквист только начал заваливаться, хватаясь за пробитую грудь, а драпировки уже упали, открывая арбалетчиков, спрятавшихся в стенных нишах. Ладони Эдрика рванулись к рукоятям кинжалов...
  
   Позднее Эдрик пытался вспомнить этот бой, но цельной картины у него никак не получалось. Он помнил как все началось, как негромко запели, придавая уверенность в своих силах, кинжалы в его руках. Как растянулось время, и как его бросило наперерез медленно летящим коротким арбалетным стрелам. Как круговыми движениями, наполовину разрубая древки, он отбивал болты, нацеленные в Кайшима и падающего советника. Как за спиной басовито фыркал воздух, кромсаемый отбивающим стрелы с другой стороны Кайелом... Дальше в голове оставались только какие-то обрывки.
   ...Небольшая комнатка, тоже освещенная магическим светильником. Порезанные драпировки на стенах. Пятна крови на полу. Бледный до синевы советник, опирающийся на стену, шипящий что-то Кайшим, пытающийся скользкими от крови руками вытащить за оперение из плеча болт. Выныривающий из-за одной из занавесей Кайел, огорченно покачивающий головой: "Ушел". Содрогание выламываемой двери за спиной...
   ...Колеблющийся свет факелов, отбрасывающий на стены эльфову кучу пляшущих теней. Это мешает. И так по коридору приходится идти задом, прикрывая остальных, отбивая в стороны редкие стрелы и радуясь бедности здешнего владетеля. Не смог он обзавестись выпускающими несколько болтов подряд гномскими арбалетами, о которых как-то рассказывал Кайел. Жалеет сейчас, наверное. Ноги скользят на пятнах крови, оставленных то ли противниками прорубающего путь Кайела, то ли бредущими в обнимку Кайшимом и Эмквистом. В двух шагах - перекошенные рожи дружинников владетеля, почему-то не желающих приближаться...
   ...Взмах кинжала, остановленный на полпути. Это не противник, всего лишь отражение движения в отполированном металлическом щите на стене. Взгляд выхватывает кого-то перемазанного в крови, с горящими желтыми глазами и радостным диким оскалом. Неужели это - ты, Эдрик?..
  
   Окончательно Эдрик пришел в себя только после того, как ему в лицо плеснули водой. Протер глаза рукой. Врагов вроде бы не наблюдалось. Вытряс из-под куртки оторвавшийся рукав рубашки - швы не выдержали - и вытер им кинжалы, прежде чем вернуть в ножны. Рядом монотонно поминал Хаос, эльфов, Темного Хранителя и прочую нечисть Кайшим, обнаружив, что уже давно волок на себе мертвого советника.
   Беглецы находились в небольшой, но довольно уютно обставленной комнате, дверь в которую они заклинили тяжелым столом. Помещение это подвернулось очень вовремя - как раз тогда, когда Кайел объявил, что он пропустил нужный поворот и остается только пробиваться наудачу. Удача, как водится в таких случаях, тут же повернулась к наемникам задом: через несколько мгновений обнаружилось, что они сами себя загнали в тупик. Хорошо хоть, что сбоку притулилась дверь в чьи-то покои. Пусть даже охраняемые - когда Эдрик последним проскакивал в проем, он чуть не споткнулся о пару трупов. И населенные - прежний обитатель помещения валялся сейчас без сознания. Неугомонный Кайел, сноровисто связав лежащего частями его же собственной одежды, уже метался по всей комнате, обшаривая углы и простукивая в подозрительных местах стены.
   Эдрик сделал пару нетвердых шагов до стены и рухнул на стоявшую там скамейку. Навалилась усталость. Он не получил ни единой раны, отделавшись только порванной в нескольких местах одеждой и оторвавшимся рукавом, но чувствовал себя, словно его порезали на кусочки, а потом неаккуратно сшили.
   - Ты как? - осведомился у парня Кайшим.
   - Цел, устал только.
   - Посмотри тогда, что у меня с плечом. Ты же вроде на лекаря учился.
   Эдрик с трудом поднялся со скамьи. Ноги были словно ватные, руки ощутимо подрагивали. Даже не верилось, что еще и малой доли не прошло, как он метался, отбивая стрелы, из одного угла коридора в другой, выворачивал пинком неосторожно приблизившимся дружинникам ноги коленями назад и пропарывал толстые кожаные доспехи, словно ветхие тряпки.
   - Ну, что? А то видно плоховато...
   - Так себе. Не дергай рукой, командир. Могло быть и хуже. Да не дергай, кому говорю! Кровью истечь хочешь? Кайел, хорош метаться, иди помоги...
   Дрожь куда-то прошла, усталость исчезла, как и не было. Спасибо тебе, мастер Ойвон. Вбил-таки в ученика, что рядом с пациентом лекарь должен быть спокоен и собран. Даже если у него под задницей костер разводят.
   Эдрик осторожно снял с плеча командира куртку, чуть раздвинул звенья надетой под ней кольчуги, пробитой болтом. Стрела сидела плотно, несмотря на прошлые попытки Кайшима выдернуть ее. Из-под древка медленно сочилась кровь. Наемник опять пошевелил рукой, слегка подсохшая корка треснула, выплескивая новую порцию красной жидкости.
   - Да не дергайся ты! - парень лихорадочно вспоминал, что в человеческом теле помещается в продырявленном месте. Выходило, что Кайшиму здорово повезло: плечевой сустав находился в стороне от раны, а легкое начиналось ниже. Наконечники у болтов, насколько помнил Эдрик, были обычные, без всяких хитростей. Так что, вытаскивая стрелу, все внутри не разворотишь.
   - Что мне делать? - поинтересовался подскочивший Кайел.
   - Нужна ткань на повязку. Еще - длинная полоса, руку примотать, - буркнул Эдрик, роясь в поясном кошеле. Пригодилась-таки лекарская привычка таскать с собой кое-какую врачебную мелочевку. - И подержать, пока я эту дрянь вытаскивать буду.
   Добыв из кошеля пузырек с "жидким огнем", Эдрик подождал, пока вернувшийся с разодранной простыней Кайел ухватит командира за плечи, а затем уцепился как следует за торчащий из пробитой кольчуги хвостовик болта и плавно потянул... Под стон сжавшего зубы Кайшима стрела вышла из плеча. Парень помедлил немного, давая вытекающей крови очистить пораженное место, а затем плеснул "жидкого огня". Кайшим дернулся, зашипел, словно рассерженная змея, из дыры в плече толчками пошла розовая пена и тут же застыла, затворив рану. Закрыв дырку в плече вытащенной все из того же кошеля чистой тряпицей, Эдрик перевязал пробитое место прямо поверх кольчуги. Только после этого наемники аккуратно примотали командиру руку к туловищу обрывками простыни.
   - Все, - вздохнул новоявленный лекарь. - На три-четыре доли сойдет. Потом все-таки придется заняться раной как следует. Если живы будем.
   В заложенную столом дверь забарабанили.
   - Здесь есть тайный ход, - поделился Кайел результатами своих метаний по комнате. Но тут же уточнил, - но я не знаю, как туда попасть. Вход-то я нашел, но как его открыть...
   - Вы хотите удрать отсюда? - раздалось откуда-то сзади. Кайел с Эдриком отскочили в стороны, разворачиваясь. Прежний обитатель комнаты, казалось бы, надежно связанный, сидел на полу, скрестив ноги, и растирал запястья. Атаковать он не собирался, и только это удерживало от броска сжатого, как пружина, Кайела. Эдрик погладил рукояти кинжалов, голоса клинков прояснили голову и отогнали навалившуюся было усталость.
   - Кайел, Эдрик, расслабьтесь, - приказал Кайшим. - Успеете еще железяками помахать.
   В дверь забарабанили сильнее. Грохнуло, словно кто-то попытался высадить ее плечом. Но старший из наемников, казалось, не обратил на это никакого внимания. Он еще раз внимательно прошелся взглядом по сидящему парню сверху вниз. Эдрик тоже заинтересованно посмотрел на хозяина комнаты. Лет шестнадцати, широкая кость, чуть рыхловатое телосложение. Растрепавшиеся русые волосы падали на хитрые серые глаза, отчего их обладатель то и дело встряхивал головой, отбрасывая непослушные пряди. Одежда не слишком богатая, какая-то потертая и словно бы пропитавшаяся пылью.
   - А ты кто такой, что делаешь такие предложения? - поинтересовался Кайшим.
   - Тоже "гость" здешнего владетеля, который хочет убраться отсюда. Вы ведь наемники, так? - словно по волшебству в пальцах парня появился медный сокол. Кайел пару раз безрезультатно хлопнул рукой по груди, нащупывая висящий на цепочке гильдейский знак, и требовательно протянул руку. Вор, усмехнувшись, кинул фигурку хозяину.
   - А почему ты не ушел раньше, если знаешь, как? - озвучил возникшие подозрения Кайел.
   - Есть одно место... - скривился их собеседник, - там надо прорываться, а боец из меня... Одного могу вырубить из засады, ну, двоих, если повезет. Но там всегда трое-четверо, не меньше...
   Дверь снова задрожала. Удары отозвались хрустом ломающегося дерева: кто-то с той стороны взялся за топор.
   - Открывай ход, - забеспокоился Кайшим.
   - Э, нет, не так быстро, - оскалился парень. - Поклянись, командир, что ни ты, ни твои люди меня не тронут. Вы ведь явно что-то такое натворили, что вас по всему замку гоняют. А я хорошо знаю, как ваша братия любит случайных свидетелей.
   - По-моему, ты что-то путаешь. Ну ладно. Клянусь именем Хранителя, что ни я, ни мои люди не причинят тебе вреда, если ты не заведешь нас в ловушку, - мужчина выжидающе посмотрел на вора. - Этого хватит? Извини, но для клятвы на крови я несколько не в том состоянии, да и время неподходящее.
   - Хорошо, - вор неудовлетворенно поморщился, но, действительно, дальше медлить было опасно. Лезвие топора уже проходило сквозь дверь, выбивая щепу с другой стороны. - Идите за мной.
  
   Тайный ход оказался узким, темным и пыльным. Жуткая планировка коридоров, как оказалось, служила двум целям. Помимо помощи обороняющим, случись что, замок, она великолепно скрывала запутанную систему тайных ходов и лазов. Дени, как назвался обитатель комнаты, "гостил" в замке достаточно долго, чтобы изучить ее как следует. После того, как Эдрик в очередной раз сдержал чих, до него наконец-то дошло, почему одежда их нового спутника выглядела настолько потертой и пропыленной.
   Вот уже около доли длилось блуждание наощупь по тесным коридорам. Еще в самом начале пути Кайшим объяснил Дени, где разместили остаток отряда, и теперь вор вел их туда, что-то бормоча и загибая пальцы на развилках. Эдрик попытался прикинуть, остался ли еще кто-нибудь из наемников в живых, ведь нападать только на троих и забывать про остальных не имело смысла, но тут же оставил это занятие. Что будет - то будет, и незачем лишний раз заранее расстраиваться или питать напрасные надежды.
   Кошачьи глаза Эдрика обычно улавливали малейшие проблески света, поэтому он не знал что такое настоящая тьма. Не знал до этого момента, пока не оказался в узких коридорах, отделенных от любого освещения толщей холодного камня. Тишина, нарушаемая только легким шорохом шагов, давила на внезапно ослепшего парня. Лучики света, вырывающиеся из смотровых щелей, встречались так редко, что казалось: маленький отряд обречен блуждать в этой черноте вечно. Такое состояние было ему в новинку и изрядно раздражало. Ему даже приходилось прикасаться к рукоятям кинжалов, чтобы их негромкие голоса успокоили его. С этим надо было что-то делать.
   Наемники, ведомые вором, шли по проходам, уцепившись друг за друга, чтобы не потеряться в темноте. Ничего более страшного им не грозило: замок со всей его хитрой начинкой построили так давно, что механизмы ловушек уже успели придти в негодность. Дорога была безопасна, поэтому Эдрик мог позволить себе немного отвлечься и поразмыслить.
   Мысли, как это бывало и прежде, свернули на накатанную колею. Эдрику не нравилось убивать. Он понял это еще в Донморсте, когда выронил клинок у разрубленного на куски тела Тоннуга и обблевал все вокруг, даром что ученик лекаря и покойников уже успел повидать всяких, и целых, и резаных. Сегодняшние события только укрепили эту уверенность. Десятка полтора - а, может быть, и больше - человек уже расстались с жизнью из-за того, что Совет Донморста и местный владетель играли в какие-то свои непонятные игры. И половина из этих мертвецов на его, Эдрика, совести.
   Уйти? Нет, не получится. Мало того, что это будет нарушением клятвы Гильдии, за которое последует немедленная кара... Но не это главное, совсем не это. Главное, что служба в отряде - плата за жизнь. Не только за жизнь его, Эдрика, но и за жизнь матери и брата. За то, что им не придется вечно оглядываться, опасаясь мести кланников Тоннуга, за то, что они не разорятся, выплачивая виру за "безвинно убиенного" мерзавца... И это держит его в отряде крепче кары Хранителя. Жизнь за жизнь, как ни погляди. Равнозначный обмен...
   Размышления успокоили Эдрика, но не способствовали хорошему настроению, так что когда Кайшим вдруг остановился, оба наемника зашипели. Один от неожиданности, уткнувшись в возникшую из ниоткуда спину, а другой - от боли в раненом плече. Раздался шорох, и темноту тонкими клинками прорезали два луча. Даже того неяркого света, вырывавшегося из смотровых отверстий, хватило парню, чтобы разглядеть своих спутников. Все в пыли, в каких-то паутинных ошметках, они застыли в ожидании, пока припавший к потайным глазкам Дени вглядывался в то, что творилось за стеной. Наконец, вор оторвался от своего занятия, и пригласил Кайшима:
   - Открывать? Или это не твои люди?
   - Мои, - успокоил его командир. - И они знают, что здесь кто-то есть, так что открывай осторожнее.
   - Обнадежил, - буркнул парень, грюкая каким-то механизмом.
   Наконец, что-то щелкнуло, Дени навалился на стену, надавил всем телом - ничего.
   - Да помогите же! - позвал вор.
   На плиту налег еще и Кайел, и с гулким скрипом каменная панель стала поворачиваться на невидимых петлях.
   - Гаунур, это я! - крикнул в щель всполошившимся наемникам Кайшим. - Помогите открыть эту...
   Договорить он не успел. От серебристо мерцающей магическим барьером двери к щели в стене тут же кинулись Шефри и Майим, уцепились, рванули...
   - Вот так всегда. Стоит оставить его на долю-другую, как тут же испачкается, поранится, кольчугу порвет, да еще кого-нибудь с собой притащит. Хорошо, хоть трезвый, - резюмировала Гаунур.
   Столпившиеся по ту сторону магического барьера дружинники так и не поняли, почему в комнате, в которую им никак не удавалось попасть, раздался громкий дружный хохот.
  
   Вновь шагая в кромешной тьме тайного хода, Эдрик в очередной раз предавался раздумьям. Но на этот раз мысли его были более светлыми, а на губах блуждала легкая улыбка. Да, жизнь за жизнь. Равнозначный обмен. Но с чего он взял, что он - пострадавшая сторона в этом обмене? Обмен-то действительно равнозначный. Да, его жизнь сильно изменилась, но почему обязательно к худшему? Эдрик вспомнил радость остальных наемников при встрече с неожиданно вылезшими из тайного хода членами отряда. Припомнил общий радостный смех в ответ на шутливое замечание Гаунур, дружеские похлопывания по плечам... Ему есть с кем разделить эту новую жизнь. А что до нежелания убивать - так перестал же он в свое время бояться покойников. В конце концов, привыкнет их создавать. Человек ко всему привыкает.
  
  
   Глава 3. Третий - не лишний
  
   Человек - это такая скотина, которая привыкает ко всему. К жаре и холоду, снегу и проливным дождям. К боли и наслаждению. К чужому имени, к жесткой дисциплине, к бесконечным тренировкам. К ограничениям во всем, и к свободе, внезапно появляющейся после отмены этих ограничений. К тому, что без предупреждения прервать чью-то жизнь - зачастую самый эффективный способ избежать неприятностей и массового кровопролития. И к тому, что время от времени тебе снится какой-то бред, тоже привыкаешь.
   Кайелу опять снился кошмар. В отличие от обычных снов, такие всегда выделялись каким-то мутным ощущением предопределенности. И, что самое противное, основой этой дряни всегда служило что-то, произошедшее с Кайелом недавно, что еще добавляло в происходящее неправильности. И проснуться - нельзя. Никак. Разве что разбудит кто.
   На этот раз основой для сводящего с ума своей ненормальностью представления стало прошлое поручение Кайела.
   ...Перед дверью, ведущей из тайного хода в караулку, коридор расширялся, позволяя собрать в кулак растянувшуюся цепочку отряда. Тиэль засветила магический кристалл, давая возможность увидеть хотя бы очертания друг друга, пусть и подернутые синей каймой колдовского огня. Именно там командир отвел Кайела в сторону.
   -- Задание мы почти провалили. Но еще есть возможность все исправить, - начал Кайшим. Контуры его колебались, подергивались нереальной дымкой. Кайел уже знал, что произойдет дальше, но ничего не мог поделать. В этих снах он всегда был обречен на роль "куклы" для отработки приемов мастером боя: как ни крутись, но свое все равно получишь.
   В этот раз его тело только посмотрело на ганаатца с тщательно выверенной долей удивления. Не хочет ли командир приказать ему поработать по прежней специальности?..
   - Насколько ты хорошо сможешь ориентироваться в этом лабиринте? - последовал вопрос. Ну, точно... Но отвечать надо, хоть и не хочется.
   - Достаточно хорошо, особенно, если Дени поделится своими знаниями. Не думаю, что меня смогут поймать, даже если тайные ходы и обнаружат. Только вот, если здесь есть хоть один волшебник...
   Кайшим привычным жестом прошелся по усам и вдруг превратился в Майима, поглаживающего гладко выбритый подбородок. Непонятно откуда взявшийся туман окутал остальной отряд, оставляя свободным маленький участок пола, на котором стояли говорившие.
   - В этом нам повезло. Тиэль говорит, что волшебников нет. Только колдун, и, скорее всего, это владетель. Но если ты сможешь сделать все быстро, то у него не будет времени, чтобы провести какой-нибудь ритуал.
   Кайел, как и тогда, кивнул, соглашаясь. Уж если и идти против магии, то уж лучше пусть противником будет колдун. Он ведь, в отличие от волшебника, может серьезно напакостить только если дать ему время на подготовку. Чародеи тем и отличаются от магов, что могут колдовать, лишь проводя ритуалы. И чем сложнее колдовство, тем длиннее и запутаннее подготовка. И тем легче это прервать. Не зависящие от ритуалов волшебники - более опасные противники для убийцы, хотя и их можно подловить. Ведь они, за исключением Хозяев Источников, не могут использовать Силу Мира напрямую и полностью зависят от кристаллов-накопителей.
   - И что мне делать? Убить владетеля в отместку за смерть советника?
   - Если хочешь, - ответ прозвучал глухо, как сквозь слой ткани. Туман волнами заклубился вокруг ног, не поднимаясь, впрочем, выше щиколоток. - Вообще-то, нам нужно хотя бы вернуть вещь, которую привез Эмквист. А еще лучше, если вдобавок мы получим и то, за чем он ехал. Ты запомнил футляр?
   Кайел кивнул. Опустив на миг взгляд, он пропустил новое превращение. На этот раз его собеседником был Шефри.
   - Если это не лежит в тех тайниках, которые знает Дени, то тебе, наверное, придется расспросить владетеля. - По тону, которым произнес это слово постоянно меняющий форму командир, было понятно, что речь идет о беседе, после которой "расспрашиваемого" обычно добивают. Из жалости.
   - Я буду один?
   - В замке - да. Думаю, даже компания нашего знакомого вора будет тебе в тягость. - Понимающая усмешка Кайшима странно смотрелась на чужом лице. - За воротами я оставлю Сермета, он выведет тебя к нам, когда все закончится. Остальные будут прорываться с боем. Наделаем как можно больше шуму, чтобы колдун поверил, что мы только рады унести ноги. Не думаю, что он кинется за нами в погоню самолично.
   - А если все же кинется? - Хранитель, как же раздражает, когда знаешь наперед, что и как будет сказано и сделано и чем закончится. Только и остается ждать: когда же ...
   - Тогда мы сделаем всю работу за тебя. В замке Тиэль не могла развернуться - его стены блокируют чужую магию. А в лесу или в поле эти ребята сильно пожалеют, что не обзавелись собственным магом, а понадеялись на колдуна. Только, думаю, владетель понимает это не хуже нас. Ну, что, сможешь выполнить такое задание?
   - А если нет? Выгоните из отряда?
   - Нет, конечно. - Еще одно превращение. Теперь на месте Шефри был выглядящий разочарованным Кестис. Голос зазвучал еще глуше, туман поднялся уже до колен. - Но тогда едва ли все будет так легко сделать. Придется караулить владетеля, а он вряд ли скоро высунется из замка - не дурак. Скорее всего, вообще не вылезет, а пожалуется Хозяину Источника. Тогда придется уходить в Ничейные Земли, с силой Источника Тиэль тягаться не сможет.
   - "Так легко сделать", - губы сами сложились в едкую усмешку. - Отыскать неизвестно что, утащить это из-под носа у колдуна, а если найти не удастся - поймать самого колдуна и вытрясти у него. Причем в одиночку, потому что больше ни у кого нет такой подготовки... - Кайел широко улыбнулся. - Когда я вернусь, расскажешь, что у вас считается трудным.
   - Хорошо, - послышался сзади женский голос. Кайел обернулся на звук, но никого не увидел. Когда он снова посмотрел на собеседника, его уже не было, только туманные стены очерчивали пятачок чуть больше шага размером, на котором дымка незаметно поднялась уже по пояс. Сзади раздался смех, и парня обняли незнакомые нежные руки.
   - Да, у меня есть кое-что для тебя... - грудной голос обволакивал не хуже тумана. Кайел попробовал извернуться, чтобы попытаться разглядеть незнакомку, но тело не повиновалось. Ударило в спину, дыхание прервалось, а куртку на груди прорвало блеснувшее красным лезвие.
   Туман рванулся вверх, захлестнул раскрытый в безмолвном крике рот, завертел, унося куда-то бесчувственное тело и развеялся, открывая взгляду проносящиеся мимо стены очередного тайного хода. Видимо, на этот раз все произошло слишком быстро, так что теперь приходилось вытерпеть еще и продолжение...
   Парень целеустремленно шел по узкому неосвещенному проходу быстрым шагом, тем не менее ухитряясь не поднять ни одного облачка вездесущей пыли, не задеть ни одну свисающую с потолка нить паутины. Так, словно это были не незнакомые закоулки враждебной крепости, а коридор собственного дома. Но случайных свидетелей Кайел не опасался: он работал один. Как обычно. Что до местных обитателей - даже если они и сумели попасть в тайный ход, то уж затаиться в его узких закоулках незамеченными опытным убийцей... Без шансов. Тем более, что это все равно был сон. Кайел мог ничего не опасаться и бессилен был на что-либо повлиять.
   Тренированное тело привычно пробиралось по коридорам, замирая на рейю перед поворотами, чтобы прислушаться. Надо было спешить. Колдовская сила стекалась к замку, холодя кожу, завязывая узлами внутренности. Зачесались шрамы - на груди и под лопаткой... Чародей явно готовил какую-то пакость.
   Что же, в эту игру можно играть и вдвоем... Кайел приложил ладони и лоб к прохладной каменной плите, казалось бы, напрасно растрачивая драгоценное время, выровнял дыхание и зашептал древние слова. Ему потребовалось совсем немного - всего лишь пол сиим. Оторвавшись от стены, он поклонился, благодаря замок, и метнулся вглубь лабиринта коридоров. Мчась к цели, Кайел улыбался, как мальчишка. Тем-то и опасно колдовство, что овладеть им может кто угодно, хватило бы памяти на запоминание деталей ритуалов и силы воли, чтобы удерживать себя в полнейшем спокойствии во время их проведения.
   Простое, но очень древнее чародейство позволило Кайелу чувствовать себя в переплетении переходов, как дома. Да что "как дома", он и был этим "домом", странное единение с замком, возникшее во время ритуала, не исчезало до сих пор. Недаром говорят, что каждый дом имеет свою душу. Душа этой крепости почему-то была недовольна ее нынешним хозяином. Очень недовольна...
   Кайел нашел колдуна перед самым завершением ритуала. Воздух, казалось, звенел, словно натянутая невидимая струна, Кайел чувствовал, что еще немного - и она лопнет. И тогда случится что-то очень нехорошее для него, уж в этом-то чутье не подводило.
   Колдун, как и тогда, стоял у стола посреди небольшой комнаты. Его фигура еле различалась в клубах сладковатого дыма, поднимающегося из жаровен по углам покоя. Тогда, несколько дней назад, чародей надымил так, что даже в тайном ходе было трудно дышать, а сознание начинало мутиться. Сейчас же ничего не стесняло дыхания, только густой ароматный дым завитками просачивался через смотровые отверстия. Наемник стал аккуратно сдвигать в сторону закрывающую выход панель, благодаря условиям ритуала Кайел получил возможность появиться незамеченным...
   Если может случиться какая-то гадость, то она случается в самое неподходящее для этого время, не раньше и не позже. Механизмы замка простояли без обслуживания не меньше пары сотен лет. Конечно же, все, что могло проржаветь - проржавело, все, что могло сломаться - сломалось, а все остальное было готово развалиться в любой момент. И поэтому при попытке Кайела аккуратно открыть дверь тайного хода, каменная плита просто слетела с рассыпавшихся направляющих. Кайел метнулся к замершей фигуре, понимая, что на такой грохот обратит внимание даже самый обкуренный колдун.
   Один удар - и с чародеем можно будет делать все, что угодно. Но нет - рывок угас, словно облака дыма обладали плотностью воды. Наемник завис в воздухе, медленно приближаясь к проводящему ритуал. Слишком медленно...
   Дверь, наконец, упала на пол, еще больше взвихрив дым. Колдун обернулся, показав совершенно незнакомое лицо. Распахнулся плащ, открывая зажатые в обеих руках арбалеты. Тенькнула тетива, Кайела подхватило, понесло и пришпилило к странно мягкой стене. Оттуда-то сзади опять потянулись мягкие руки, обвили, крепко прижали. Раздалось знакомое "у меня есть кое-что для тебя".
   Привычного удара в спину все не было. Колдун не спеша подходил ближе. Улыбался, поигрывал вынутым из ножен на поясе кинжалом...
   Заполнявший комнату дым вдруг резко уплотнился, подхватил Кайела и поволок куда-то вверх, немилосердно встряхивая.
   - ...вставай, тебе говорю! Твоя очередь дежурить!
   Еще никогда Кайел не был так благодарен разбудившему его среди ночи.
  
   Удобно устроившись в подходящей развилке дерева, Кайел привычно контролировал пространство вокруг. Сумрак, сквозь который иногда посверкивали языки пламени угасающего костра, окутывал выбранную для ночевки поляну. Как обычно после кошмара, настроение резко испортилось. Снова возникло недостойное воина желание набить кому-нибудь морду, просто так, без причины. Как обычно. Хвала Хранителю, такие пакостные ночи выпадали нечасто - только раз в три-четыре десятка дней. Но все равно, сновидения основательно встряхивали Кайела, а давние шрамы - на груди и на спине, как раз те, через которые во сне каждый раз проходил клинок незнакомой женщины - жутко чесались еще несколько долей после пробуждения. И сами сны... То обычная беседа превращалась в сводящий с ума круговорот превращений, заканчивающийся обязательным "у меня есть кое-что для тебя". То вдруг какая-то из пройденных в прошлом схваток завершалась обхватившими сзади ласковыми руками и вылезающим из груди острием клинка. И какая-то неправильность этих кошмаров - она раздражала, путала мысли, сводила с ума. Ведь каждый раз все было не так...
   На этот раз, например, реальность и кошмар расходились в момент падения плиты. Кайел тогда действительно прыгнул к колдуну, и действительно не успел. Чародей, впрочем, от этого ничего не выиграл. Кайела угораздило прервать сосредоточение владетеля перед самым финалом. Собранная сила высвободилась, никем не контролируемая, и рассеялась, учинив жуткий кавардак, смешав все планы и колдуна, и наемника.
   Откат повалил жаровни, в щепки разнес стол и разбросал то, что на нем лежало, по всей комнате. Досталось и противникам - обоих словно приложило невидимым кулаком, отбросив друг от друга. Кайел, извернувшись в полете, как кот, прокатился по стене и привычно встал в боевую стойку. Владетель же влип спиной в противоположную стену и кулем свалился на пол, оставив на деревянных панелях кровавый след. Подойдя к нему, Кайел лишь медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы, чтобы не выругаться в полный голос от досады: колдун был мертв. В противостоянии затылка владетеля и стены выиграла стена.
   Кайел вспомнил, что потратил тогда несколько рейя, приводя мысли в порядок. Тело требовало бежать, грохот просто не мог остаться незамеченным, но он унял рвущиеся в проем тайного хода ноги. Наоборот, нарочито медленно подошел к двери и проверил запор, а затем опустился на колени, внимательно вглядываясь в покрывающий пол мусор. Шаг за шагом он прочесывал комнату, но попадались только щепки и глиняные осколки, припорошенные пылью и каким-то порошком, от которого сильно хотелось чихать. Было на удивление тихо. Никто не ломился в дверь, пытаясь пробиться к владетелю и узнать причины грохота, который, по ощущениям парня, потряс замок до основания. Хотя, скорее всего, люди колдуна были привычны к таким вещам, мало ли чем занимался их хозяин.
   В конце концов, терпение Кайела было вознаграждено: в углу, присыпанный содержимым смятой жаровни, лежал знакомый продолговатый футляр. Толстая кожа успела лишь слегка обуглиться, а содержимое - широкий чешуйчатый браслет - совершенно не пострадало. Похоже, что именно его убитый советник привез в Кошуоз: открыв футляр, Кайел почувствовал заключенную в браслете волшбу. Что могла эта вещь, оставалось для него загадкой, но он и не рвался ее разгадывать. Желание получить ответы на все вопросы исчезло давным-давно. Вместе с детством.
   Не расслабляясь, Кайел закончил осмотр комнаты, но он так и не нашел ничего похожего на ту круглую вещицу, которую растоптал перед боем советник. Возможно, настоящий предмет обмена был совершенно другой формы, а, может, его и вообще не существовало...
  
   Размышления Кайела прервало падение темной фигуры с дерева на противоположном конце выбранной для отдыха поляны. Упавший завозился у корней, отряхиваясь и шепотом поминая немногочисленных небожителей Айрада, а потом упрямо полез обратно. Наемник позволил себе мстительно ухмыльнуться. Стремление показать свою полезность сыграло с его новоиспеченным напарником злую шутку. Казалось бы, умеешь растворяться в тенях - так выбери себе удобное место на поляне и сторожи, пока смена не кончится. Так нет, ведь хочется показать, что тоже способен удерживаться на дереве в позе, выворачивающей нормальному человеку все суставы. Ну да, способен. Но недолго. И не до наблюдения тебе, и маскировка твоя никого не обманет. Ну, хотя бы, своей возней отвлечешь от настоящего наблюдателя, который незаметен и чувствует шевеление всего, крупнее кошки, чуть ли не на пол-ларроны вокруг. И то хорошо.
   Кайел до сих пор не мог понять, какие эльфы потянули наследника богатого купца сначала научиться воровать, а потом пытаться попасть в Гильдию. Но вот последствия этих желаний прочувствовал на себе в полной мере.
   ...Сермет ждал там, где было условлено, и с возвращением из замка владетеля не оказалось никаких проблем. Неладное Кайел заподозрил, лишь встретив остальных и поглядев на лица товарищей по отряду. В обращенных на него взглядах он еще никогда не видел такой смеси облегчения от того, что какая-то пакость прошла мимо, ехидства от того, что в эту пакость вляпался ближний, и жалости к этому "ближнему". А вот физиономии Эдрика, напротив, позавидовал бы крыльник, у которого разболелись все три ряда зубов.
   - Кайел, представь, - не мог сдержать нетерпение паренек, - они назначили его к нам!..
   - Кто "они"? Кого "его"? - недоумевал Кайел.
   После объяснения он сам почувствовал себя не лучше летучего ящера с больной челюстью.
   - Пока Денул - только кандидат, - успокоил его Кайшим. И в одной команде с тобой и Эдриком он будет только пока мы не доберемся до здешнего отделения Гильдии...
   - Или не выгоним его к Темному Хранителю, - прервал командира Кайел. - Если правдива даже половина того, что мне рассказал Эрик, то лучше я этого "третьего лишнего" прикопаю прямо здесь под каким-нибудь деревом. По крайней мере, он умрет без мучений.
   Ганаатец только усмехнулся в усы.
   - Ты не прав. У этого парня дар не только к воровству, но и к переговорам. И если он не будет нарываться на неприятности, то из него выйдет лучший переговорщик из всех, кого я только видел. Ведь он не только уговорил нас с Гаунур взять его в отряд, он еще и помирился со всеми после своих выходок.
   - Со всеми? А почему Эдрик на него смотрит, как Хранитель на тварь Хаоса?
   Кайшим скривился.
   - Когда Денул, да, кстати, он почему-то не любит свое полное имя... Так вот, когда Дени доказывал свои умения, он утащил у Эдрика отцовские клинки, потому парень и бесится. Пожалуй, с ним этому воришке договариваться было труднее всего...
   Кайел только хмыкнул. Он, как и все в отряде, знал о привязанности желтоглазого к талгерановым мечам, доставшимся от исчезнувшего отца. Так что проделка доказывающего, чего он стоит, вора сильно ударила по парню.
   - Испытание уже закончилось или мне тоже стоит ждать пропажи? - подозрительно поинтересовался наемник.
   Кайшим только пожал плечами.
   На следующее утро Кайел недосчитался половины вооружения. Прыткому ворюге пришлось расставаться с украденным, будучи связанным и подвешенным за ноги на дерево...
  
   Один из холмиков на поляне зашевелился, слабый отблеск света от углей окрасил вихрастую голову, высунувшуюся из-под плаща, в цвет красного золота. Сверкнули желтым глаза. Эдрик поднялся с лежанки, завертел головой, прогоняя дремоту. Сегодня была его очередь стоять в самое пакостное предрассветное время. Его и Гаунур, которая мгновенно откинула покрывало, откликаясь на едва заметное касание. Оглядевшись, Эдрик пристроился спиной к костру и постарался не пропустить возвращения Кайела. У них сложилось уже что-то вроде традиции: когда их дежурства шли одно за другим, тот, кто сторожил первым, пытался подкрасться к заступающему на смену. Пока это не удавалось никому - Эдрик был еще слишком неуклюж, а Кайел, при всем своем умении, почему-то не мог спрятаться от слишком чуткого обладателя кошачьих глаз.
   На другом конце поляны опять раздался шум падения, сменившийся сдавленными ругательствами и негромким голосом Гаунур, отчитывающей незадачливого стража. Даже спуститься с дерева по-человечески Дени не удалось. "Везучий", - подумал Кайел, пытаясь обойти поляну, чтобы выйти Эдрику в тыл, - "столько раз падал и даже не вывихнул ничего".
   Незаметно подкрасться не получилось и в этот раз. Кайел неопределенно хмыкнул, улегся и завернулся в плащ. Прежде, чем начнется новый день, можно было поспать еще доли три-четыре...
  
   Пробыв лидером тройки всего несколько дней, Кайел начал клясть судьбу, которая свела его с непутевым вором. Насколько одарен Дени был в своем ремесле, насколько умело достигал своих целей, запутывая собеседника в словесной паутине, настолько неловок он был в обычной жизни. Парень постоянно что-нибудь терял, спотыкался на ровном месте, умудрялся получить копытом от самой смирной лошади и сломать то, что не ломалось в принципе. К приготовлению еды его долго не подпускали - хватило и одного раза. Более искусного способа порчи продуктов Кайел еще не видел. Правда, научить готовить Дени оказалось легче всего: достаточно было заставить его есть только им же состряпанное. Поэтому дней через десять парню стали доверять чистить овощи, не боясь, что их потом придется собирать по всей стоянке.
   С оружием оказалось гораздо хуже. На тренировках будущий наемник представлял опасность скорее для себя, чем для противника. Создавалось впечатление, что ему доступен только любимый прием воров всех мастей - неожиданно оглоушить случайного свидетеля дубинкой, желательно сзади. Никакое иное оружие ему не давалось. Кайел измучился, пытаясь научить новоявленного напарника хоть чему-то, но результата все не было. Парень честно старался, но ничего не выходило. Казалось уже, что в столице аллода им придется расстаться: каким бы одаренным вором ни был Денул, как бы ни хотелось Кайшиму заполучить переговорщика, но ни один командир не будет держать в отряде не умеющего постоять за себя.
   Неладно было и с настроением во внезапно образовавшейся тройке. Командир упорно отказывался прикрепить Дени к кому-то еще, обрекая Кайела на постоянное напряженное бдение: что еще выкинет его новый напарничек. Эдрик же так и не простил вору кражу отцовских клинков, и дулся, как мальчишка. Впрочем, он во многом и остался мальчишкой, даром что в Донморсте уже считался совершеннолетним. Так же как и Дени, который никогда не упускал случая беззлобно подшутить над кем-нибудь. Но, к беспокойству Кайела, желтоглазый паренек не смеялся и не отшучивался в ответ, а мрачнел и замыкался в себе. По-видимому, хваленое искусство переговорщика на него не действовало. Это еще больше распаляло вора. Создавалось впечатление, что Дени воспринял формальное примирение с Эдриком, как вызов своим способностям и изо всех сил старался сблизиться с напарником. Кайел ожидал взрыва, но, похоже, он ошибался: Эдрик, словно раз и навсегда составив мнение о Дени, равнодушно отгородился от него. Однако Кайел не доверял этому спокойствию и все продолжал следить.
   Так проходили дни. Отряд шел к сердцу аллода, на привалах Кайел выполнял свою часть обязанностей, а после под сочувственными взглядами остальных наемников занимался с доставшимися ему учениками. Каждый день он оттачивал навыки Эдрика и безуспешно пытался научить Дени хоть чему-нибудь. Теперь ему редко помогали: похоже, у командира существовали какие-то планы по поводу неожиданно образовавшейся тройки, и он испытывал ее на прочность. Кайела эта проверка выводила из себя, но он держался, предвкушая, как прибыв в город, отряд наконец-то расстанется с вором. И тогда ему не придется все время приглядывать за свалившейся на него парочкой, боясь, как бы очередная шутка "будущего лучшего переговорщика" не перешла грань и не превратила тихого подростка в спятившего убийцу. Потому что навряд ли он сможет так просто остановить того Эдрика, которого увидел в коридорах замка Шамвила...
  
   Все начало меняться на подъезде к столице аллода. Кайел так и не понял, какая блажь пришла в головы шайке местных бандитов. Возможно, они позарились на лошадей, часть которых была уведена у владетеля Шамвила, а часть куплена по дороге. А, может, им просто было скучно... В любом случае, ничего у них не вышло.
   Засаду заметили Кайел и Сермет. Разбойники затаились в удобном месте: путь пересекал то ли очень крупную рощу, то ли небольшой лес, и пространства для маневра почти не было. Повинуясь условным знакам, наемники пришпорили лошадей, держась как можно ближе друг к другу и пытаясь без боя убраться с опасного участка дороги. Не получилось. Наверное, вид пытающихся уйти всадников подстегнул бандитов, и тропу с обеих сторон перегородили падающие деревья, а в воздухе засвистели стрелы...
   Вот только результат был не такой, какой ждали нападавшие. Тиэль прищурилась, сосредотачиваясь, и от магички во все стороны с клекотом рванулся ветер, отчаянно хлопая одеждой, тормозя и сбивая с пути вражеские стрелы. Гаунур, Астис и Сермет вскинули луки, успешно выцеливая противников среди листвы. Ветер им не мешал, словно не замечая стрел наемников. Спустя несколько рейя к трем лучникам присоединились Кайел и Эдрик, а Кайшим разрядил арбалет в подозрительное шевеление в кустах. Крики и удаляющийся топот подсказали, что оставшиеся в живых разбойники предпочли не искушать судьбу.
   Невезение Дени и тут показало себя во всей красе. Одна из последних бандитских стрел на излете клюнула коня, на котором сидел вор. Наконечник только поцарапал круп, но животное вскинулось, буквально метнув парня в ближайшие кусты. Оттуда послышалась оханье, многоголосая ругань, несколько ударов, и все стихло. Шефри и Майим нырнули в листву, продираясь к месту схватки.
   - Эй, посмотрите на нашего неумеху! Ну, ничего ж себе! - раздалось из кустов, привлекая внимание оставшихся членов отряда.
   "Да, это действительно стоит увидеть", - подумал Кайел, проскользнув сквозь ветви. На небольшой проплешине дергались в агонии два зарубленных разбойника, а рядом стоял перемазавшийся чужой кровью Дени и отчаянно пытался не расстаться с завтраком. Еда, похоже, все-таки брала верх. В руке парень судорожно сжимал боевой топор с обломанным топорищем. Куски дерева, валяющиеся около одного из умирающих, подсказывали, у кого победитель в этой схватке позаимствовал оружие.
   - Глубже дыши! - рявкнул Кайел, отворачивая "героя" в сторону от покромсанных бандитов. - Медленно, давай, вдох - выдох, вдох - выдох...
   В конце концов, лицо Дени приняло нормальный оттенок, мускулы расслабились. Из рук выпал забытый в суматохе топор... Кайел с руганью отскочил, спасая ноги, и отвесил недотепе подзатыльник.
   - Как это ты их? - полюбопытствовал оказавшийся рядом Сермет. Только он, да Кайел добрались до места схватки, не исцарапавшись и не пожертвовав ни клочком одежды.
   - Н-не знаю, - снова вцепился в топор Дени. - Упал на одного, а потом как-то само все получилось...
   Трупы даже не стали трогать - бедная одежда и плохонькое оружие говорили сами за себя. Лишь Дени захватил с собой так выручивший его топор.
   Кайел подозрительно сощурился, вылезая из кустов: в стороне, скрытый завесой листьев, лежал еще один мертвый бандит. Что странно, убили его не топором - жизнь бандита прервал один точный удар узкого клинка. И, кажется, Кайел знал, кто это сделал.
   Отряд продолжил движение, оставив мертвецов валяться там, где они упали. Взять с них было нечего, а что до самих тел - пусть о них заботятся те из разбойников, кто смог унести ноги. Только убрали завалы, освобождая путь. Словно стряхнув с рук капли воды, Тиэль двумя небольшими серыми вихрями разрезала стволы, позволяя оттащить деревья с дороги. По завалам точно прошлось идеально острое лезвие, одним махом разрубив прочную древесину. Кайел скривился, представив, что такой "вихрь" может сотворить с человеческим телом. Он только порадовался за вора - стащить что-то важное у женщины-мага и остаться после этого невредимым мог далеко не каждый.
   Вечером, когда все, кроме часовых, уже легли спать, Дени подошел к Эдрику, сидящему у костра и самозабвенно полирующему саблю.
   - Спасибо тебе, - сказал вор после долгого молчания.
   - За что? - желтоглазый нехотя оторвался от созерцания искривленного отражения своей физиономии на клинке.
   - За третьего.
   - Я должен был это сделать, - в голосе не слышалось никаких эмоций.
   - Но тебя ведь никто не просил кидаться в те кусты вслед за мной...
   - Я так же прыгнул бы за любым другим из отряда, - видно было, что Дени аж перекосило на мгновение от интонации собеседника. Пусть тебе делают одолжение, или пусть общаются, как с непутевым неумехой - но при этом хоть что-то чувствуют по отношению к тебе. Даже если это злость или раздражение. В голосе Эдрика не было ничего. Совсем. К живым людям так не обращаются.
   У одного из, казалось, спящих наемников чуть сдвинулось покрывало, давая возможность его хозяину мгновенно кинуться - и разнять. Если успеет.
   - Почему ты так ко мне относишься? Я же извинился, а после испытания ни у кого больше ничего не пропало, - на этот раз Дени и не думал как-то использовать свое умение. Было похоже, что он смирился с устойчивостью Эдрика к силе убеждения. - Я ведь у всех что-то украл тогда, Кайел, вон, вообще меня за ноги подвешивал, но никто ко мне не относится как к пустому месту...
   Молчание. Шуршание, прерываемое иногда еле слышным звоном металла указало, что Эдрик снова принялся наводить лоск на оружие. Потоптавшись рядом, Дени хотел было еще что-то сказать, но махнул рукой и ушел.
   Напряженно следивший за разговором Кайел бесшумно выдохнул и, перевернувшись на другой бок, заснул.
  
   Этой ночью Кайел дежурил в предпоследней паре, поэтому он проснулся позже обычного. Плеснул в лицо воды из фляги, прогоняя остатки сна - нет, не привиделось: по поляне со скучающим видом кружил Шефри, а на него, перехватив дубинку у самого комля, азартно наскакивал Дени.
   - Это еще что? - непонимающе буркнул юноша.
   - Это? Сначала Дени пытался вспомнить, как он вчерашних разбойников угомонил, а теперь - так, развлекаются, - пояснила оказавшаяся рядом Тиэль.
   - Лучше бы он так на тренировках "развлекался", - недовольно проворчал Кайел. Завертел головой, высматривая съестное: не все же умяли, должны были и ему оставить.
   Еды ему действительно оставили: у костра стоял накрытый крышкой, чтобы не остыло, котелок, к которому уже пристраивался Майим, стороживший сегодня в паре с Кайелом и поэтому тоже опоздавший к завтраку.
   - Доброе утро, - поприветствовал его юноша.
   - Доброе, - согласился рыжий, снял с котелка крышку, но к еде почему-то не приступил.
   Кайел удивился было, но подумав, что ему виднее, зачерпнул ложкой каши со дна посудины. Привкус у еды был незнакомый. "Интересно, кто сегодня готовил, Тиэль или Эдрик?" - подумал парень. - "Опять новые приправы пробуют".
   - Кто готовил? - поинтересовался он.
   - Дени, - Майим, казалось, готовый насладиться тем, как его собеседник будет гримасничать и отплевываться, удивленно поднял брови: на лице Кайела не отразилось ничего.
   - Один? - невозмутимо уточнил Кайел
   - Нет, Тиэль помогала.
   - Это хорошо, - парень задумался о чем-то, продолжая уничтожать кашу. Видя, что представления не получилось, Майим присоединился к завтраку.
   - Ох, и прорвет у нас днище с таким кашеваром... - буркнул он для порядка.
   - Тогда этот кашевар будет кланяться облакам, пока сам не обгадится - пообещал Кайел. Майима передернуло. "Поклоном облакам" Кайел называл изуверское на взгляд прочих упражнение, когда висящий вверх тормашками человек должен был коснуться головой коленей. Сам он выполнял это действие, просто перекинув ноги через ветку дерева, напарников и одновременно учеников - привязывал за лодыжки. Так, на всякий случай, чтобы не свалились раньше времени.
   Впрочем, Эдрика он перестал страховать почти сразу. Способности, унаследованные от измененного Ничейными Землями отца, позволяли тощему мальчишке не только прилипать к дереву так, что не отдерешь, но и изворачиваться в случае падения не хуже кота. А вот Дени... Для вора он был довольно силен и ловок, но и сила и ловкость, с точки зрения Кайела, были недостаточны для человека с таким количеством наросшего на костях дурного мяса. "Так что", - ухмыльнулся про себя парень, - "Майим ежится не зря. Хотя, может, этот горе-повар хоть кашу научился готовить?.."
   К завтракающим подошел Кайшим. Его шаги заглушались шумом схватки Дени и Шефри - теперь уже вор пятился и пытался уклониться от мощных ударов наемника - но Кайел все равно услышал и оторвался от котелка поприветствовать командира.
   - Что скажешь? - указал ганаатец на так неожиданно начавшуюся тренировку.
   - Что учеников брать мне еще рано, - посмотрев на поединок, заключил Кайел. - Хорошего бойца чуть не проворонил... Дать ему топор - и пусть Шефри обучает.
   - Все отделаться норовишь? - улыбнулся Кайшим, - А не выйдет. С топором, да, пусть с ним Шефри занимается. Но и ты его продолжай гонять, чтоб жир сбросил и правильно морды бить научился. Да не хмурься ты, - отмахнулся южанин. Кайел готов был поклясться, что он не пустил на лицо гримасу неудовольствия, но поди ж ты, заметил! - Дойдем до Кошуоза, в Гильдии возьмем Дени временного напарника поопытнее. А если найдем второго мага, поменяю нашего вора местами с Кестисом, пусть с ним Тиэль возится. - Кайшм хмыкнул, похоже, ему понравилась идея. - Тем более, она, вроде, против не будет. По крайней мере, когда он ее кристалл с запасами магии утащил, то обошлось без членовредительства.
   Тем временем Шефри прижал новоявленного ученика к дереву и парой тычков "добил" его, мокрого, как мышь.
   - Неплохо для второго раза, - оценил он успехи Дени. - Похоже, Кайел с топором не дружит, а у тебя ни подо что другое руки не заточены. О, вон как раз командир с твоим напарником беседует. И кажется мне, что теперь я тебя учить буду.
   - Правильно кажется, - заметил подошедший Кайшим. - Но только работе с топором. Бою без оружия по-прежнему будешь заниматься с Кайелом. Он тебя еще погоняет, чтобы ты окреп. И еще, - ганаатец на мгновение задумался, - принеси-ка свой трофей.
   - Что принести? - растерялся Дени.
   - Ну, тот топор, который ты в кустах у разбойников отобрал, а потом им Кайелу чуть ногу не оттяпал.
   Оружие оказалось необычно хорошего качества, почти не испорченное небрежным уходом за ним у предыдущего хозяина. На двойном несимметричном лезвии сохранились даже остатки талгерановых полосок, делавших топор опасным не только для людей, но и для различной нежити. Рукоять, правда, никуда не годилась. Кайел даже удивился, как она не развалилась у Дени во время боя с бандитами. Это как раз было поправимо: Шефри обещал приладить запасную от своего топора. Но сначала новый владелец оружия должен был отчистить его от грязи и ржавчины.
   Как ни странно, но здесь Дени пришла помощь, от кого он совсем ее не ждал. Вечером, устроившись на пеньке у мелкого ручья, он потратил целую долю, но смог отчистить только несколько ногтей поверхности. Когда парень уже в третий раз уронил головку топора себе на ногу, к нему подошел Эдрик. Достав из болтающегося на поясе кошеля небольшую колбу толстого стекла в металлической оправе, желтоглазый набрал туда воды из ручья и кинул несколько синеватых кристалликов. Потом забрал у оторопевшего Дени многострадальный топор и плеснул на него содержимым пузырька. Оказавшемуся рядом Кайелу послышалось явственное шипение. Размазав жидкость по лезвию разлохмаченной палочкой, Эдрик подождал немного и опустил топор в ручей, смывая едкую дрянь. Повторил то же с другой стороной и невозмутимо вернул топор хозяину.
   - Счищай песком, пока мягкое, - на этот раз Кайел не услышал прежней ледяной сдержанности. "Похоже", - подумал он, - "Эдрик понял, что Дени и в Кошуозе никуда не денется, и решил не враждовать с товарищем по отряду".
   - Но почему? - по-видимому, Дени был потрясен, что первый шаг был сделан не им, а прежде невозмутимой жертвой его воровского умения.
   - Чем быстрее обзаведешься нормальным оружием - тем меньше с тобой хлопот, случись что, - последовало чуть ворчливое разъяснение. - Прыгать за тобой по кустам я не нанимался.
   Дени зашуршал песком по металлу с удвоенной силой.
   Но как он ни торопился, но получить новое оружие он смог только утром следующего дня. Шефри чуть-чуть подтесал запасную рукоять, а потом Тиэль, которой это явно было не впервой, обхватила обух руками и сосредоточилась. Железо под ее ладонями раскалилось чуть ли не докрасна, но оба лезвия, за которые держал головку топора Дени, наоборот, стали еще холоднее. Шефри вогнал в расширившееся отверстие рукоять, Тиэль остудила металл и, уходя, шепнула вору:
   - Утащишь у меня хоть что-нибудь, я тебя так поцелую.
   Дени в очередной раз уронил топор.
  
   Наконец, после долгих дней в дороге отряд приблизился к своей цели - столице аллода Кошуоз. Позади было три декады пути, и почти две из них наемники прошагали не просто так: в одном из сел Кайшим договорился с купцом, ведущим свой караван в столицу. Торговец нервничал: говорили, что в аллоде появилась крупная банда, причем, по слухам, они даже напали на один из замков и убили владетеля. Поэтому караванщик был только рад, когда к охране прибавился еще десяток членов Гильдии, предъявивших зачарованные амулеты. Скорость, конечно, здорово уменьшилась - запряженные волами повозки не ускоряли передвижения. Но на вопрос Кайела, не стоит ли все-таки быстрее попасть в Гильдию, чтобы доложиться нанимателям, Кайшим ответил:
   - Время терпит. Тем более, с нами и так есть человек нанимателя, - и, улыбнувшись, кивнул в сторону Гаунур.
   Оставалась последняя ночевка в дороге. В следующий раз все Соколы рассчитывали спать на нормальных кроватях, а не заменяющих их кучах лапника. Привычно выслушав от Кайшима очередность стражи, Кайел завалился спать. Его смена была еще не скоро.
   Дрема закружила Каела в разноцветном хороводе и выбросила на поляну, на которой двумя десятками дней раньше насаживали топор Дени на рукоять. Сам хозяин оружия стоял спиной к Кайелу, держал головку топора за лезвия и завороженно следил, как под руками Тиэль раскалялся обух. Рядом стоял Шефри и готовился вставить рукоять в предназначенное для нее отверстие. Остальное скрывала уже знакомая по предыдущим кошмарам дымка.
   Внезапно Дени развернулся. Куда подевался топор, Кайел так и не понял, но его волновало не это. Повернувшийся к нему человек не был так досаждавшим ему недотепой. Откуда в сновидении взялся незнакомец, уже пытавшийся его убить в давнем кошмаре, повторявшем происшедшее в замке владетеля Шамвила - да Хранитель его знает. Важно было то, что в его руках снова появились арбалеты, блеснули наконечники болтов...
   - У меня есть кое-что для тебя! - снова ядом разлилось в воздухе.
   Опять из-за спины вынырнули руки, обнимающие и сковывающие не хуже цепей. Только теперь кожа куртки под их ладонями обугливается, поднимается вонючий дым, кружит голову. Но запах - не паленой кожи, чего-то другого, смутно знакомого. Сейчас, сейчас он узнает этот запах...
   Кайел раскрыл глаза, заорал "Тревога!", рывком отбрасывая покрывало и перекатываясь в сторону. Тотчас же в его лежак ударила стрела. Другая, с привязанным к древку мешочком с сонной смесью, аромат которой узнал воин, занималась пламенем, воткнутая в угли костра. Кайел снова перекатился, ухватил покрывало и запустил им в костер, накрывая угли, пытаясь хоть немного задержать мутящий сознание дым.
   Снова засвистели стрелы - теперь лучники лупили почти не целясь, стремясь если не выбить, то хотя бы ранить просыпающуюся стражу. "Вспышка!" - раздался вопль Тиэль и поляна, на которой остановился на ночевку караван, осветилась режущим глаза бледным светом.
   - Эльфы вас раздери, - ругнулся полуослепший Кайел, но ноги уже сами несли тренированного убийцу туда, где он заметил пару застывших от неожиданности темных фигур.
   Теньканья тетивы слышно не было - видно, стрелки ослепли вместе с остальными неподготовленными бойцами. Особо легче от этого не стало - чутье подсказывало Кайелу, что людей на поляне стало больше где-то на десяток. Плюс двое или трое лучников, плюс потери от стрел - и кто знает, что останется после боя от каравана...
   Ругань, звон металла, щелчки чьего-то лука, бьющего в упор, чавкающие звуки погружения железа в плоть... Завертелась извечная кутерьма схватки.
   Подскочить к до сих пор не продравшему глаза врагу, удар, еще один - для верности. Скользнуть за спину еще не понявшего, что он мертв, противника, словно в фигуре какого-то странного танца. Пропасть на мгновение из вида второго нападавшего и, тут же снова возникнув перед ним, метнуть нож в открывшееся горло. Мазнуть взглядом - да, можно не беспокоиться, последние рейя своей жизни он потратит, вытаскивая из тела клинок... Нет, конечно ничего такого Кайел специально не планировал, вообще голова была удивительно пуста - видимо, все-таки он основательно надышался сонного дыма. Но тело помнило уроки, вколоченные в него потом, болью и кровью. И потому Кайел дрался в неверном свете заливающего поляну сияния. И был еще жив, несмотря на то, что его вынесло прямо перед выбегающими из-за деревьев темными фигурами.
   Но сонного дыма оказалось слишком много, постепенно он все-таки брал верх над тренированным телом. Поэтому когда перед Кайелом возник словно из ниоткуда уже дважды виденный им в сновидениях воин с двумя арбалетами в руках, это оказалось последней каплей, смешавшей сон и реальность. Кайел застыл, непонимающе глядя на противника. Щелкнула тетива арбалета, болт прошил куртку, расцарапав бок, а порождение кошмара упало лицом вниз. Над ним склонился Дени, выдергивая застрявший в разрубленной спине топор.
   Глаза Кайела закрылись, и мир пропал, завертевшись в водовороте тумана, криков и запаха крови.
  
   Муравей пробрался сквозь густой лес волос и остановился в замешательстве. Перед ним лежала бескрайная равнина лица с рощицами бровей, холмом носа и степью пробивающихся усов и бороды. Передохнув немного, он продолжил свое утомительное путешествие...
   Кайел проснулся, когда муравей топтался по переносице, видно раздумывая, с какой стороны обходить нос. Мазнул рукой, сбрасывая насекомое. Букашка оказалась упорной и не только никуда не подевалась, а еще и начала носиться туда-обратно по переносице. Еще одна полусонная попытка сбросить путешественника чуть не закончилась свернутым набок носом, а рука натолкнулась на что-то, чего там вообще не должно было быть. Кайел окончательно проснулся и, уцепив щекочущего его травинкой шутника за запястье, открыл глаза. Шутником оказалась Тиэль, только теперь переставшая сдерживать смех.
   Кайел привстал на локте и огляделся. Он находился все на той же поляне, где ночью шел бой. На первый взгляд, особых потерь Соколы не понесли, хотя стража каравана грузила несколько завернутых в мешковину тел на повозки.
   - Пятеро стражников, - ответила на немой вопрос магичка. - Еще четверо ранены, один вряд ли доживет до вечера. У нас, слава Хранителю, только легко раненые. Хотя, если бы ты не проснулся, всех бы поубивали.
   - Кто сторожил из наших? - нахмурился Кайел.
   - Дени и я.
   Увидев перекосившееся на мгновение лицо Кайела, Тиэль отпрянула, но снова подалась вперед:
   - Это были не простые бандиты, а люди из Братства, у всех амулеты...
   - Понятно, - буркнул Кайел, вставая, - иначе они бы мимо тебя не прошли... Кайшим знает?
   - Конечно, - удивилась Тиэль, - я ему первому сказала. Подожди, не вставай, - забеспокоилась она, - дай я сначала тебя проверю. Вроде вся дрянь выветрилась, но мало ли чего. Ты вчера ближе всех к костру был и много вдохнул...
   Бормоча что-то, волшебница пощупала пульс на обеих руках Кайела одновременно, посветила ему в глаза лучом из своего магического кристалла, поцокала языком и признала:
   - Здоров. Можно вместо вола в телегу впрягать.
   У Кайела на этот счет было иное мнение, но, с другой стороны, больная голова действительно не помешала бы тянуть повозку. Хотя, может, и не больная - уж очень подозрительным было сходство человека из кошмара и воина с двумя арбалетами, встреченного ночью. Парень не поленился сходить посмотреть на мертвеца - действительно, во время боя ему не почудилось.
   "Интересно, кто был целью?" - подумал Кайел, собираясь в дорогу. - "Это ведь действительно люди Братства, и просто так они на обычного торговца не напали бы. Либо купец темнит, либо наш отряд Братству чем-то не угодил. Загадки, загадки..." Похоже, такие же мысли мучили и остальных Соколов.
   Был и еще один повод для размышлений - Дени. Чем дальше, тем больше Кайел привыкал к третьему члену их маленькой команды, выделяемой из всего отряда Кайшимом. Тем более что с топором паренек уже приспособился неплохо обращаться - помогали широкая кость и длинные руки. Конечно, вору требовалось еще учиться и учиться новому для себя делу, но преподаватель у него был толковый. А вдохновленный своими успехами, Дени стал совершать меньше ошибок на занятиях рукопашным боем, да и развивающие силу упражнения теперь он выполнял все легче и легче. Даже Эдрик, казалось, стал оттаивать и прекратил смотреть на Денула, как на пустое место. Обычные неловкость и невезучесть, правда, так никуда и не подевались - но не все же сразу...
   Кроме того, в первый раз за свою карьеру бойца Кайел был обязан кому-то жизнью. Непривычное чувство. Не сказать, чтобы неприятное. Вот тебе и "третий лишний". Теперь придется гонять его не на страх, а на совесть, чтобы он дожил до момента, когда Кайел сможет вернуть ему долг...
   - А не слишком ли часто мы деремся в последнее время? - послышался вдруг громкий голос самого Дени.
   - Да, вроде, нет... А что такое? - поддался на явную провокацию Майим.
   Подозрения Кайела подтвердились, потому что следующая реплика парня, пытающегося хоть как-то развеселить людей, прозвучала с интонациями капризного ребенка:
   - У-у-у... Ведь так и убить могут!
   Но смех, последовавший за этим, был слишком горек, чтобы свидетельствовать о поднявшемся настроении.
  
   Сутки делят на 4 четверти (полуночная, утренняя, полуденная и вечерняя, отсчет от полуночи), каждая из которых делится на 10 долей (для 24-часовых суток - 36 минут). Каждая доля делится на 10 сиим или малых долей (3 мин. 36 сек.), в сиим 100 рейя или песочных долей (2,16 сек.).
   Ларрона - расстояние, которое человек проходит средним по скорости шагом за 1 малую долю, 300 шагов, 150 саженей, около 203 м. Редко используемая единица
   Ноготь - квадрат примерно 1,5 х 1,5 см.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"