Кариди Екатерина Руслановна: другие произведения.

Троянская война

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
      Мифы о Троянской войне всегда вызывали неоднозначное толкование. Одни историки считали их откровенным вымыслом, другие верили в то, что под ними есть реальная основа. Не будем сейчас пытаться доказать что-либо или опровергнуть, не станем ссылаться на научные труды и данные археологических раскопок. Для этого все равно недостаточно данных и авторитета. Что если просто проанализировать имеющийся текст и составить на его основании некоторую картину событий. Черновик. Пишется......Обновление 31.03

  
  Троянская война.
  
   Троянская война - одна из загадок, которые будоражат умы многих поколений. Что это? Красивая легенда? Быль? Мне кажется, скорее быль, но сильно обросшая легендами...
  
  
  
   Есть многое въ природе, другъ Гораціо,
   Что и не снилось нашимъ мудрецамъ.
   Вильям Шекспир
  
  
  
  
   Глава 1
   Мы все выросли на литературном и историческом наследии. Не знаю, как вам, но лично мне древняя история нравится куда больше, чем современная. Теперь мы так прочно завязаны политическим и информационным полем, что даже шагу ступить не можем, чтобы не вызвать мгновенный мировой резонанс. А в те блаженные времена...
   Бушевали мировые войны ради прекрасных дам, собирались за круглыми столами рыцари, умирали Цезари, рождались легенды.
   Мифы о Троянской войне всегда вызывали неоднозначное толкование. Одни историки считали их откровенным вымыслом, другие верили в то, что под ними есть реальная основа. Не будем сейчас пытаться доказать что-либо или опровергнуть, не станем ссылаться на научные труды и данные археологических раскопок. Для этого все равно недостаточно данных и авторитета.
   Что если просто проанализировать имеющийся текст и составить на его основании некоторую картину событий?
  
   Итак.
  
   Все началось, как всегда, с супружеской неверности.
   Упс...
   Надо как-то объяснить свою позицию по этому вопросу. Греческие мифы часто упоминают, что боги, пленившись красотой смертных женщин, спускались с Олимпа (а некоторые поднимались из преисподней), и одаривали своих избранниц младенцами. А счастливые избранницы, как правило, бывали замужем, но мужья не устраивали сцен ревности, а с гордостью и благодарностью этих младенцев принимали.
   Так вот, жил был некто Тиндарей, царь Спарты. Жена его Леда, потрясающей красоты женщина. А теперь их дети, двое от мужа и двое от любовника - верховного бога Зевса:
  
   'Четверо детей было у Леды. Прекрасная Елена и Полидевк были детьми Леды и громовержца Зевса, а Клитемнестра и Кастор были детьми Леды и Тиндарея.'
  
   Согласно мифу, Кастор и Полидевк - близнецы и Елена и Клитемнестра тоже.
   Как обычно поступают в таких случаях все нормальные правители? Назначают наследником старшего сына, а из близнецов - того, кто считается старшим. Но ничего подобного здесь не происходит, ни Кастор, ни Полидевк как наследники не рассматриваются. Просто надо немного знать древних греков. Все из тех же их древнегреческих мифов становится ясно, что цари в основном получали царство, женившись на царевне, или царице, естественно, победив конкурентов в 'предвыборной компании'. Тиндарей отдал Клитемнестру замуж в соседние Микены за Агамемнона, а наследницей Спарты назначил Елену.
   Опустим версию о Немесидах и яйцах, по той простой причине, что даже древние греки не стали бы назначать наследницей совсем уж чужую, непонятно чью дочь. А то, что к моменту замужества Елену ребенком уже однажды похищал Тесей, отдельная история.
   Далее:
  
   'Прекрасна была Елена. Ни одна из смертных женщин не могла сравниться с ней красотой. Даже богини завидовали ей. По всей Греции гремела слава Елены. Зная о ее божественной красоте, ее похитил у Тиндарея великий герой Аттики Тесей, но братья Елены, Полидевк и Кастор, освободили сестру и вернули ее в дом отца. Один за другим приходили во дворец Тиндарея женихи свататься за прекрасную Елену, каждый хотел назвать ее, прекраснейшую из женщин, своей женой. Не решался Тиндарей отдать кому-нибудь из приходивших к нему героев в жены Елену, он боялся, что другие герои из зависти к счастливцу начнут с ним борьбу и возникнет великая распря. Наконец, хитроумный герой Одиссей дал такой совет Тиндарею:
   - Пусть прекраснокудрая Елена решит сама, чьей женой хочет она стать. А все женихи пусть дадут клятву в том, что никогда не подымут они оружия против того, кого изберет Елена в мужья, а будут всеми силами помогать ему, если он призовет их в случае беды на помощь.
   Послушался Тиндарей совета Одиссея. Все женихи дали клятву, а Елена выбрала из них одного, и этим избранным был прекрасный сын Атрея, Менелай.
   Женился на прекрасной Елене Менелай. После смерти Тиндарея он стал царем Спарты. Спокойно жил он во дворце Тиндарея, не подозревая, сколько бед сулит ему брак с прекрасной Еленой.'
  
   Как-то, поневоле складывается впечатление, что Одиссей (его эпитет в мифе хитроумный, это о многом говорит) помог сыновьям Атрея пролоббировать выбор жениха. Потому что собрались женихи со всей Греции, а выбрали младшего братца властителя Микен, за которым уже замужем сестра Елены Клитемнестра. Похоже, что Атриды попросту прибрали Спарту к рукам, да еще и заручились лояльностью остальных соискателей. Если Елену и спрашивали в этом вопросе, то для того, чтобы проинструктировать, кого она должна выбрать.
   Но это, так сказать, официальная версия. Есть и другая. Но об этом позже.
   Во всей этой ситуации удивляет только то, что Менелай собирался жить спокойно. Когда в античном мире столько героев - разбойников и интриганов.
  
   Вывод:
   Могло быть такое в истории древних греков? Пожалуй, могло.
  
   Глава 2.
   Вернемся к знаменитому своими любовными похождениями верховному богу Зевсу. Этот любитель дам всех рангов и возрастов собирался сделать своей любовницей богиню Фетиду, но в дело вмешался Прометей.
   Прометей был так счастлив, когда его отковали от Кавказского хребта, что открыл Зевсу страшную тайну. Остановить любвеобильного Зевса могла только угроза потери власти, он и сам, став сильнее папы Крона, отправил родителя в небытие. А История Пелея сама по себе очень интересна и характерна:
  
   'Знаменитый герой Пелей был сыном мудрого Эака, сына Зевса и дочери речного бога Асопа, Эгины. Братом Пелея был герой Теламон, друг величайшего из героев - Геракла. Пришлось бежать с родины Пелею и Теламону, так как они убили из зависти своего сводного брата. Пелей удалился в богатую Фтию. Там принял его герой Эвритион и дал ему третью часть своих владений, а в жены дал ему свою дочь Антигону. Но недолго оставался во Фтии Пелей. Во время Калидонской охоты он нечаянно убил Эвритиона. Опечаленный этим несчастьем, покинул Пелей Фтию и ушел в Иолк. И в Иолке ждало несчастье Пелея. В Иолке пленилась им жена царя Акаста и склоняла его забыть о дружбе к Акасту. Отверг Пелей жену своего друга, а она, мстя ему, оклеветала его перед мужем. Поверил жене Акаст и решил погубить Пелея. Однажды, во время охоты на лесистых склонах Пелиона, когда утомленный охотой Пелей уснул, Акаст спрятал чудесный меч Пелей, который подарили ему боги. Никто не мог противостоять Пелею, когда он сражался этим мечом. Акаст был уверен, что, лишившись своего чудесного меча, погибнет Пелей, растерзанный дикими кентаврами. Но на помощь Пелею пришел мудрый кентавр Хирон. Он помог герою найти чудесный меч. Кинулись на Пелея дикие кентавры, готовые растерзать его, но он легко отразил их своим чудесным мечом. Спасся Пелей от неминуемой гибели. Отомстил Пелей и предателю Акасту. Он с помощью Диоскуров, Кастора и Полидевка, взял богатый Иолк и убил Акаста и его жену.'
  
   История страшная и кровавая. Однако подобные истории встречаются у древних греков это сплошь и рядом.
   А Кастор и Полидевк успевают везде. К ним мы вернемся позже.
  
  
   'Когда титан Прометей открыл великую тайну, что от брака Зевса с богиней Фетидой должен родиться сын, который будет могущественнее отца и свергнет его с престола, он посоветовал богам отдать Фетиду в жены Пелею, так как от этого брака родится великий герой. Так и решили поступить боги; одно лишь условие поставили боги: Пелей должен был победить богиню в единоборстве.
   Когда бог Гефест сообщил Пелею волю богов, Пелей пошел в тот грот, в котором часто отдыхала Фетида, выплывая из глубины моря. Спрятался в гроте Пелей и стал ждать. Вот поднялась из моря Фетида и вошла в грот. Бросился на нее Пелей и обхватил своими могучими руками. Старалась вырваться Фетида. Она принимала вид львицы, змеи, она превращалась в воду, но не выпускал ее Пелей. Побеждена была Фетида, теперь она должна была стать женой Пелея.'
  
   По отношению к Фетиде, ситуация больше смахивает на предательство и насилие. Но не нам судить древних греков, у них был свой моральный кодекс.
  
   Вывод: Мог ли властелин, зная, что связь с некоей аристократкой опасна лично для него, но в принципе, сулит некоторые выгоды, отдать ее своему родственнику, которому она принесет очень сильное потомство? Пожалуй, мог. По принципу 'чтобы деньги не уходили из семьи'
  
   'В общирной пещере кентавра Хирона отпраздновали боги свадьбу Пелея с Фетидой. Роскошен был свадебный пир. Все боги Олимпа участвовали в нем. Громко звучала золотая кифара Аполлона, под ее звуки пели музы о великой славе, которая будет уделом сына Пелея и богини Фетиды. Пировали боги. Оры и хариты водили под пение муз и игру Аполлона хоровод, а среди них выделялись своей величественной красотой богиня-воительница Афина и юная богиня Артемида, но всех богинь превосходила красотой вечно юная богиня Афродита. Участвовали в хороводе и быстрый, как мысль, вестник богов Гермес, и неистовый бог войны Арес, забывший о кровавых битвах. Богато одарили боги новобрачных. Пелею подарил Хирон свое копье, древко которого было сделано из твердого, как железо, ясеня, выросшего на горе Пелионе; властитель Посейдон подарил ему коней, а остальные боги - чудесные доспехи.'
  
   Судя по тому, скольких героев воспитал кентавр Хирон в своей пещере, напрашивается вывод, что его пещера это и есть древнейшая античная академия.
  
   'Веселились боги. Одна лишь богиня раздора Эрида не участвовала в свадебном пире. Одиноко бродила она около пещеры Хирона, глубоко затаив в сердце обиду на то, что не позвали ее на пир. Придумала, наконец, богиня Эрида, как отомстить богам, как возбудить раздор между ними. Она взяла золотое яблоко из далеких садов гереспид; одно лишь слово написано было на этом яблоке - "прекраснейшей". Тихо подошла Эрида к пиршественному столу, и для всех невидимая, бросила на стол золотое яблоко. Увидали боги яблоко, подняли и прочли на нем надпись. Но кто из богинь прекраснейшая? Тотчас возник спор между тремя богинями: женой Зевса Герой, воительницей Афиной и богиней любви златой Афродитой. Каждая из них хотела получить это яблоко, ни одна из них не хотела уступить его другой. Обратились к царю богов и людей Зевсу богини и требовали решить их спор.'
  
   Вот как опасно не приглашать на пиры бывших любовниц. Когда кругом столько амбициозных дам. Попробуй, обойди кого-нибудь вниманием. Зевс попросту ушел от ответственности.
  
   'Зевс отказался быть судьей. Он взял яблоко, отдал его Гермесу и велел ему вести богинь в окрестности Трои, на склоны высокой Иды. Там должен был решить прекрасный сын царя Трои Приама, Парис, которой из богинь должно принадлежать яблоко, которая из всех - прекраснейшая. Так кончился свадебный пир Пелея раздором. Много бед должен был принести людям этот спор трех богинь.'
  
   Вывод: Если царственные особы, переносят свои дрязги на простых людей, то простым людям от этого просто гибель.
  
   Трудно сказать, из каких соображений выбрали Париса, но, кого бы ни выбрали судить в этом споре, результат для него был бы плачевный. Выбрать одну богиню значило приобрести в лице двух других непримиримых врагинь. Зевс точно изначально имел что-то против Троянцев. Но, как говорится, предсказания должны исполняться. А древнегреческие в особенности:
  
   'Перед рождением Париса мать его Гекаба видела страшный сон: она видела, как пожар грозил уничтожить всю Трою. Испугалась Гекаба, рассказала она свой сон мужу. Обратился Приам к прорицателю, а тот сказал ему, что у Гекабы родится сын, который будет виновником гибели Трои. Поэтому Приам, когда родился у Гекабы сын, велел своему слуге Агелаю отнести его на высокую Иду и бросить там в лесной чаще. Но не погиб сын Приама - его вскормила медведица. Через год нашел его Агелай и воспитал как родного сына, назвав Парисом. Вырос среди пастухов Парис и стал необычайно прекрасным юношей. Он выделялся среди своих сверстников силой. Часто спасал он не только стада, но и своих товарищей от нападения диких зверей и разбойников и так прославился среди них своей силой и храбростью, что они назвали его Александром(поражающий мужей). Спокойно жил Парис среди лесов Иды. Он был вполне доволен своей судьбой.'
   Здесь, как и в случае с Фетидой, обман и сокрытие фактов от заинтересованной стороны.
  
   'Вот к этому-то Парису и явились богини с Гермесом. Испугался Парис, увидав богинь и Гермеса. Он хотел бежать от них, но разве мог он спастись бегством от быстрого, как мысль, Гермеса? Остановил Париса Гермес и ласково заговорил с ним, протягивая ему яблоко:
   - Возьми это яблоко, Парис, - сказал Гермес, - ты видишь, перед тобой стоят три богини. Отдай яблоко той из них, которая самая прекрасная. Зевс повелел тебе быть судьей в споре богинь.
   Смутился Парис. Смотрит он на богинь и не может решить, которая из них прекраснее. Тогда каждая из богинь стала убеждать юношу отдать яблоко ей. Они обещали Парису великие награды. Гера обещала ему власть над всей Азией, Афина - военную славу и победы, Афродита же обещала ему в жены прекраснейшую из смертных женщин, Елену, дочь громовержца Зевса и Леды. Недолго думал Парис, услыхав обещание Афродиты: он отдал яблоко ей. Таким образом, прекраснейшей из богинь была признана Парисом Афродита. С тех пор Парис стал любимцем Афродиты, и она во всем стала ему помогать, что бы он ни предпринял. А Гера и Афина возненавидели Париса, возненавидели они и Трою и всех троянцев и решили погубить город и весь народ.'
  
   Очень важный момент. Парис тогда был мальчишкой - пастухом и не подозревал, что он троянский царевич, возможно, это и определило его выбор. Ведь получи он придворное воспитание и образование, скорее всего, выбрал бы власть или может быть, военную славу. Для простого мальчишки - пастуха власть и военные победы - пустые звуки, а вот любовь прекраснейшей из женщин...
  
   Вывод: Мог пастух отказаться от власти и военной славы и отдать предпочтение тихой жизни в любви с красивой женщиной? Счастливый, очень юный пастух - мог, царевич, выросший при дворе - вряд ли.
  
   Глава 3.
   Проведя первичное знакомство, позвольте вернуться к началу. К Диоскурам, Атридам, Гераклу и, извините, Лебедю. Это даст возможность как-то определить временные рамки и достоверность событий, описанных в мифах о Троянской войне.
   Итак, близнецы Диоскуры - Кастор и Полидевк.
   Забудем на время о Елене и Клитемнестре.
  
   'Женой царя Спарты Тиндарея была прекрасная Леда, дочь царя Этолии, Фестия. По всей Греции славилась Леда своей дивной красотой. Стала женой Зевса Леда, и было у нее от него двое детей: прекрасная, как богиня, дочь Елена и сын, великий герой Полидевк. От Тиндарея у Леды было тоже двое детей: дочь Клитемнестра и сын Кастор.
   Полидевк получил от отца своего бессмертие, а брат его Кастор был смертным. Оба брата были великими героями Греции. Никто не мог превзойти Кастора в искусстве править колесницей, он смирял самых неукротимых коней. Полидевк же был искуснейшим кулачным бойцом, не знавшим равных себе. Во многих подвигах героев Греции участвовали братья Диоскуры. Всегда были они вместе, самая искренняя любовь связывала братьев.'
  
   Наиболее значимы три их подвига, описанные в мифах о Диоскурах Касторе и Полидевке, о Тесее, и знаменитейшем эпосе об аргонавтах. Немыслимо приводить цитаты такого объема, потому сведения будут краткими.
  
   Поход на Аттику. В Афины - освобождение сестры Елены, похищенной Тесеем. Не будем подробно останавливаться на Тесее, это надолго уведет нас в сторону, отметим только, что Тесея на тот момент в Афинах не было, он отбывал наказание в подземном царстве у Аида. Интересно, что сыновья Тесея участвовали в походе на Трою и привезли оттуда мать Тесея Старую Эфру, которую захватили в рабство Диоскуры, когда забирали из Афин Елену.
  
   Поход аргонавтов. Диоскуры принимают участие в походе Ясона за золотым руном в Колхиду, вместе с многими другими сланными героями, среди которых Тесей и даже Геракл. Можно предположить, что поход аргонавтов состоялся раньше, чем Тесей похитил Елену. О Геракле надо сказать отдельно.
  
   Борьба с Идасом и Линкеем. В результате которой Кастор был смертельно ранен, а Полидевк отказывался жить без него.
  
   'У Диоскуров было два двоюродных брата, Линкей и Идас - сыновья мессенского царя Афарея. Могучим бойцом был Идас; брат же его Линкей обладал таким острым зрением, что оно проникало даже в недра земли; ничто не могло скрыться от Линкея. Много подвигов совершили Диоскуры со своими двоюродными братьями. Однажды во время смелого набега угнали они из Аркадии стадо быков и решили поделить между собой добычу. Делить стадо должен был Идас. Захотел Идас завладеть с братом всей добычей и решил прибегнуть к хитрости. Разрезал Идас быка на четыре равные части, разделил их между собой, братом и Диоскурами и предложил отдать одну половину стада тому, кто съест свою часть первым, а другую половину - тому, кто съест вторым. Быстро съел Идас свою часть и помог брату Линкею съесть его часть.
   Страшно разгневались Кастор и Полидевк, увидев, что Идас обманул их, и решили отомстить своим двоюродным братьям, с которыми их связывала до этого неразрывная дружба. Вторглись Кастор и Полидевк в Мессению и похитили не только стадо, угнанное из Аркадии, но и часть стада Идаса и Линкея. И этим не удовлетворились Диоскуры, они похитили еще невест своих двоюродных братьев.'
  
   Ничего не скажешь. У древних греков все этическое, что ненависть, что дружба, что любовь, что воровство...
   Идас убил Кастора, а Полидевк Линкея. На этом бой прекратили.
  
   'Вернулся Полидевк туда, где лежал смертельно раненный Кастор. Горько плакал он, видя, что смерть разлучает его с братом. Взмолился тогда Полидевк к отцу своему Зевсу и просил дать и ему умереть вместе с братом. Явился громовержец своему сыну и дал ему на выбор: или жить вечно юным в сонме светлых богов на Олимпе, или же жить вместе с братом один день в мрачном царстве Аида, другой на светлом Олимпе. Не захотел Полидевк расстаться с братом и выбрал общую с ним долю. С тех пор братья один день блуждают по мрачным полям царства теней умерших, а другой день живут вместе с богами во дворце эгидодержавного Зевса.'
  
   Звучит очень красиво, но, выражаясь простым человеческим языком, оба - мертвы. Однако это к Троянскому циклу не имеет никакого отношения, за исключением того, что Диоскуры-близнецы в нем не участвовали, т.к. в то время уже работали созвездием. И это момент важный, на него следует обратить внимание.
  
   Пересечения Диоскуры - Тесей - Ясон укладываются в рамки двух-трех поколений. Критерий - бабушка Эфра. Вот Геракл немного выбивается из общей временной картины.
  
   Геракл.
   На нем тоже не будем останавливаться подробно, отметим несколько моментов. Согласно текстам мифов о Геракле, он отрабатывал 12 подвигов на службе у царя Микен Эврисфея, освободил Прометея, прикованного на Кавказе, и, среди всего прочего, взял Трою и посадил там царем мальчишку Приама, у которого впоследствии родился сын - наш герой-любовник Парис. А на момент падения Трои, имеются в виду события уже войны за Елену Прекрасную, Приам был седовласым старцем, родившим пятьдесят сыновей и дочерей.
  
   Теперь Атриды, Агамемнон и Менелай.
   Атриды кошмарная семейка, древние греки вообще поражают воображение кровосмесительной жестокостью, но эти... Их так и называют - проклятые Атриды.
  
   'Ряд злодеяний совершили они. Погубили Атрей и Фиест Хрисиппа, сына нимфы Аксионы и отца их Пелопса. Совершив это злодеяние, бежали они из царства отца, боясь его гнева, и укрылись у царя Микен Сфенела, сына Персея, который женат был на сестре их Никиппе. Когда же умер Сфенел и сын его Эврисфей, захваченный в плен Иолаем, погиб от руки матери Геракла Алкмены, стал властвовать над Микенским царством Атрей, так как Эврисфей не оставил после себя наследников.'
  
   Тот самый Эврисфей, у которого на службе Геракл и совершил знаменитые 12 подвигов.
  
   'Завидовал Атрею брат его Фиест и решил каким бы то ни было способом отнять у него власть.'
  
   Фиест долго интриговал, не брезгуя грязными методами. Но увы.
  
   'Отказались микенцы признать царем Фиеста, и он, спасаясь от гнева брата, принужден был бежать из Микен. Мстя брату, он тайно увел из Микен сына Атрея, Полисфена. На чужбине воспитал Фиест Полисфена, как родного сына, и внушил ему великую ненависть к Атрею. Хотел коварный Фиест воспользоваться Полисфеном как орудием мести своему брату. Когда Полисфен вырос, Фиест послал его в Микены, велев ему убить Атрея. Но юноша пал сам от руки своего отца. В ужас пришел Атрей, узнав, кто убитый им юноша. Поклялся он отомстить своему брату и придумал коварный и зверский план. Атрей, чтобы выполнить свой план, притворился, что готов примириться с Фиестом. Он послал к брату и звал его вернуться в Микены. Когда Фиест вернулся в Микены... Велел тайно схватить он сыновей Фиеста, юных Полисфена и Тантала, и убить их. Из их тел приготовил Атрей ужасную трапезу своему брату.
   Пригласил он Фиеста на пир и поставил перед ним яства из мяса его сыновей. Фиест ... ничего не подозревая, сел за трапезу и спокойно ел. Насытился Фиест. Вдруг смутное предчувствие великого несчастья овладело им, и он спросил Атрея о своих сыновьях. Атрей позвал слуг и велел им показать Фиесту головы и ноги Полисфена и Тантала'.
  
   Фиест тронулся умом и бежал. Нет комментариев. Одна скорбь.
  
   'Прогневались боги на Атрея за совершенные им злодеяния. Чтобы наказать его, наслали они неурожай на Арголиду. Ничего не произрастало на тучных полях. Голод воцарился во владениях Атрея. Тысячами гибли жители. Обратился к оракулу Атрей, чтобы узнать о причине несчастья. Оракул дал ответ, что бедствие прекратится только тогда, когда будет возвращен в Микены Фиест. Долго разыскивал по всей Греции Атрей своего брата, но не мог открыть его убежища. Наконец, нашел он его малолетнего сына Эгисфа. Привез Атрей Эгисфа в свой дворец и воспитал его как сына.'
  
   Запомним Эгисфа, мы с ним еще встретимся.
  
   'Прошло много лет. Как-то случайно сыновья Атрея, Менелай и Агамемнон, открыли, где скрывается Фиест. Им удалось схватить Фиеста и привезти его в Микены. Не примирился Атрей с братом. Он заточил его в темницу и решил убить его. Призвал он Эгисфа, дал ему острый меч, велел пойти в темницу и убить там узника. Не знал Эгисф, на какое страшное дело посылает его Атрей, которого он считал своим отцом. Лишь только вступил Эгисф в темницу, как тотчас узнал в нем своего сына Фиест. Он открыл ему, кто он, и отец с сыном тут же в темнице составили план, как погубить Атрея. Эгисф вернулся во дворец и сказал Атрею, что исполнил он его приказание и убил узника. Обрадовался Атрей, что наконец-то удалось ему погубить брата. Он поспешил на берег моря, чтобы принести жертву богам-олимпийцам. Здесь-то во время жертвоприношения ударом в спину поразил его насмерть Эгисф тем самым мечом, который дал ему Атрей, чтобы он убил им отца. Освободил Эгисф Фиеста из темницы. Фиест с сыном завладели властью над Микенами. Сыновья Атрея, Менелай и Агамемнон, принуждены были спастись бегством. Они нашли защиту у царя Спарты Тиндарея. Там женились они на дочерях Тиндарея - Менелай на прекрасной, как богиня Афродита, Елене, а Агамемнон - на Клитемнестре. Через некоторое время Агамемнон вернулся в Микены, убил Фиеста и стал править там, где правил некогда его отец. Менелай же после смерти Тиндарея стал царем Спарты.'
  
   Откровенно говоря, у Тиндарея не было другого выхода. Иначе кошмарные Атриды его бы просто убили.
  
   Из всего перечисленного видно, что Диоскуры - Кастор и Полидевк встречались с Тесеем, Ясоном и Гераклом, представителями так сказать, старшего поколения, однако не встречались с Атридами, Агамемноном и Менелаем, и не участвовали в Троянской войне, которую затеяли Агамемнон и Менелай, чтобы вернуть Елену прекрасную, потому что к тому времени были уже мертвы. Еще очень интересен тот факт, что знаменитейшие древнегреческие эпосы о Геракле, Тесее, аргонавтах, Троянской войне описывают события, происходившие в промежутке примерно сто - от силы стопятьдесят лет. Жизнь трех или пяти поколений.
  
   Вывод: Могли ли Кастор и Полидевк быть братьями Елены и Клитемнестры? Могли, но должны быть намного старше, и разница в возрасте между ними была бы не менее 20 лет (одно поколение). Так что, если верить тому, что и те и другие дети Леды и Тиндарея (и Зевса), то папа Зевс надевал костюмчик лебедя как минимум два раза. Хотя, он вообще любил ролевые игры. К Европе подкатывал в образе быка, к Данае - в виде золотого дождя, а Ио превращал в корову. Большой был экспериментатор.
  
   Теперь о Лебеде.
  
   Поскольку легенда упорно настаивает на лебеде, значит, лебедь все-таки был.
  
   'Пленённый красотой Леды, Зевс предстал перед ней в образе лебедя и овладел ею. От этого союза Леда родила яйцо, из которого появилась Елена, прекраснейшая из женщин. Скорлупа яйца находилась в одном из храмов Спарты (об этом есть исторические свидетельства). По другой версии мифа, Леда лишь сберегла у себя яйцо, снесённое богиней возмездия Немесидой от брака с Зевсом и найденное пастухом. Когда из яйца появилась девочка, Леда воспитала её как свою дочь.
   Существуют и другие версии мифа. Согласно одной из версий, Леда снесла два яйца, из которых появились Полидевк и Елена, либо же три яйца, из которых появились Полидевк, Кастор и Елена, либо четыре яйца, из которых появились Полидевк, Кастор, Елена и Клитеместра.'
  
   От птиц не родятся дети, и женщины не несут яйца. Однако, если попробовать проникнуться духом древнегреческой старины, и при этом мыслить логически, можно найти какое-то объяснение. У всех древних народов, на ранних стадиях развития, имелись тотемные и божественные культы, отождествляемые с какими либо животными. А еще у них у всех процветали разнообразные жертвоприношения, в том числе и человеческие, и, конечно же, ритуальная проституция и ритуальный секс. Из довольно близкой истории известно, что мать царя Александра Македонского, бывшая жрицей Диониса - менадой, отдалась в храме богу (есть версии, что Зевсу), и от него де родился мальчик Александр. Не важно, кому она отдалась, важна традиция.
   Если следовать этой традиции, царица Леда, которая по положению должна была бы быть жрицей, скорее всего, тоже регулярно отдавалась некоему божеству, очевидно Зевсу, имевшему образ лебедя. А вот жрецом, исполнявшим обряд в костюме лебедя, мог быть Тиндарей, на время проведения обряда отождествляемый с Зевсом. Это объясняет полную любовь и лояльность царя Тиндарея к рожденным его женой 'детям Зевса', а если учесть то, что обряд должен был проводиться регулярно, ибо задабривать бога надо постоянно, а не то - сразу мор, неурожай и т.д., то и разницу в возрасте между детьми.
  
   Вывод: Мог ли иметь место пресловутый Лебедь? Мог.
  
   Глава 4.
   Когда мы более или менее разобрались с братьями и отцами Елены Прекрасной, давайте вернемся к Парису и Елене. Познакомимся с ними поближе и попробуем определить возраст наших героев и временные рамки описываемых событий.
  
   Возьмем за точку отсчета свадьбу Пелея и Фетиды. На момент празднования свадьбы Парис пас стада на склонах горы Иды. Судя по тексту, Парису лет 14-16, или около того, стало быть, Парис был старше Ахилла, сына Пелея и Фетиды как минимум лет на 15, и, скорее всего, являлся ровесником Атридов, Агамемнона и Менелая.
   Матушка Ахилла богиня Фетида старше самого Зевса, по ней мы точно ничей возраст не узнаем. А вот Пелей, (о нем подробно упоминается в 1-ой главе), брат Теламона, друга Геракла, участвовавшего вместе с ним в разгроме Трои, и друг Диоскуров Кастора и Полидевка. Из текстов получается, что Пелей моложе Ясона и Геракла, он примерно ровесник Диоскуров.
   Сын Пелея Ахилл участвовал и заработал свою великую посмертную славу в Троянской войне. К Ахиллу мы еще не раз вернемся. Но пока просто отметим, что Ахилл был к времени начала Троянской войны очень молод, но уже и очень знаменит. И еще он успел родить сына. Можно предположить, что когда Менелай и Агамемнон объявили поход на Трою, Ахиллу было около 20-ти лет.
  
   'После встречи с богинями Парис недолго оставался в лесах Иды. Приам, видя, что жена его Гекаба не может утешиться и все горюет о потерянном сыне, устроил богатые игры в честь погибшего, как думал он, сына. В награду победителю назначен был лучший бык из стада царя Приама. Этот бык был как раз в стаде, которое пас Парис. Жаль было Парису расстаться с быком, которого он очень любил, и он сам повел его в город. В Трое увидел Парис состязания героев. Разгорелось в нем сердце жаждой победы. Он принял участие в состязаниях и победил всех, даже могучего Гектора.'
  
   Конечно, жаль, что история умалчивает, что это были за состязания, но скорее всего стрельба из лука и борьба. Так как другим боевым искусствам пастушок не был обучен.
  
   'Разгневались сыновья Приама на то, что их победил какой-то пастух. Сын Приама Деифоб выхватил меч и хотел убить Париса. В страхе Парис бросился к алтарю Зевса и у него искал спасения. У алтаря увидала его вещая дочь Приама Кассандра. Сразу узнала она, кто этот пастух. Обрадовались Приам и Гекаба, что нашли утраченного сына, и с великим торжеством повели его во дворец. Напрасно Кассандра предостерегала Приама, напрасно она напоминала ему, что роком предопределено Парису быть причиной гибели Трои. Никто не внял словам вещей Кассандры. Ведь бог Аполлон обрек Кассандру на печальную участь: никто не верил ее предсказаниям, хотя сбывалось все, что она предсказывала.'
  
   Просто удивительно, как Аполлону не везло с женщинами. Дафна предпочла обратиться в дерево, лишь бы не быть с ним, Мерпесса между ним и смертным Идасом выбрала Идаса, Кассандра отказала, с Сивиллой тоже мутная история.
  
   'Прошло много дней, после того как вернулся Парис в дом своего отца Приама. Казалось, что та перемена, которая произошла в его жизни, заставила его позабыть о даре, обещанном ему Афродитой за золотое яблоко. Теперь он был царевичем, а не простым, никому не известным пастухом. Но Афродита сама напомнила ему о прекрасной Елене и помогла своему любимцу построить великолепный корабль, и он собрался отплыть в Спарту, где жила Елена. Напрасно стал предостерегать его вещий сын Приама Гелен. Он предсказал гибель Парису. Ничего не хотел слушать Парис. Он взошел на корабль и пустился в далекий путь по безбрежному морскому простору. Отчаяние овладело Кассандрой, когда увидала она, как удалялся быстроходный корабль Париса от родных берегов. Простерши к небу руки, воскликнула вещая Кассандра:
   - О, горе, горе великой Трое и всем нам! Вижу я: объят пламенем священный Илион, покрытые кровью, лежат поверженные в прах его сыны! Я вижу: ведут в рабство чужеземцы плачущих троянских жен и дев!
   Так восклицала Кассандра, но никто не внял ее пророчеству. Никто не остановил Париса.'
  
   Дней действительно прошло немало.
   Вывод: Если учесть, что предположительно Ахиллу (который младше Париса лет на 15-20) было на момент начала похода на Трою около 20-ти лет, то получается, что когда Парис впервые увидел Елену, ему было около 35 лет.
  
   'И вот... прибыл, наконец, к берегам Лаконии. Причалил Парис в устье Эврота и вышел со своим другом Энеем на берег. С ним отправился он к царю, как гость, не замышляющий ничего злого.'
  
   Древнегреческое коварство с одной стороны и гостеприимство с другой поражают воображение.
  
   'Менелай радушно принял Париса и Энея. В честь гостей приготовил он богатую трапезу. Во время этой трапезы Парис впервые увидел прекрасную Елену. Полный восторга, смотрел он на нее, любуясь ее неземной красотой.'
  
   Каков же возраст Елены?
   Ведь сведений-то об этом в текстах нет. Возможны лишь предположения.
   Елену похищал Тесей, и освобождали ее из Афин Диоскуры. Она, конечно, могла быть ровесницей своих братьев, но, судя по тому, что Елена и Клитемнестра выходили замуж уже после их смерти, она все-таки моложе. Не могла же такая страшная красота сидеть в девках до 40 лет? При такой-то популярности.
   Вероятнее всего, в то время, когда Афродита обещала Парису в жены прекраснейшую из смертных женщин, Елену, дочь громовержца Зевса и Леды, та была девочкой от 6-10-ти лет. Если снова применить за точку отсчета возраст Ахилла, то до момента ее встречи с Парисом прошло 18-19 лет.
  
   Вывод: к моменту начала Троянской войны Елене было примерно 25 лет.
  
   'Пленилась красотой Париса и Елена, он был прекрасен в своих богатых восточных одеждах. Прошло несколько дней. Менелаю необходимо было ехать на Крит. Уезжая, он просил Елену заботиться о гостях, чтобы ни в чем не имели они недостатка. Не подозревал Менелай, какую обиду нанесут ему эти гости.'
  
   Так и напрашивается мысль о некотором слабоумии Менелая. Или о его изощренном многоходовом коварстве. Он уезжает на Крит, это вам не пару часов туда-сюда съездить, это морская поездка не меньше чем на неделю. И оставляет 'свой огород' на попечение двух заморских 'козлов'.
  
   Вопрос: Что было поведение Менелая, чрезмерное доверие или провокация?
   Трудно сказать.
  
   'Когда Менелай уехал, Парис тотчас же решил воспользоваться его отъездом. С помощью Афродиты он уговорил нежными речами прекрасную Елену покинуть дом мужа и бежать с ним в Трою. Уступила Елена просьбам Париса. Тайно увел Парис прекрасную Елену на свой корабль; похитил он у Менелая жену, а с ней и его сокровища. Все позабыла Елена - мужа, родную Спарту, и дочь свою Гермиону забыла она ради любви к Парису.'
  
   Елену 'похищают' уже во второй раз. Как говорится, два раза - это уже система. Характерно, что она забыла о ребенке. Женщина никогда не забудет о ребенке от любимого мужчины. Напрашивается вывод, что Менелая она никогда не любила, а замуж за него вышла в силу обстоятельств.
  
   'Покинул корабль Париса устья Еврота, увезя с собой богатую добычу. Быстро несся корабль по морским волнам назад к троянским берегам. Ликовал Парис, с ним была прекраснейшая из смертных женщин, Елена. Вдруг, когда корабль плыл далеко от берегов в открытом море, остановил его могучий бог моря Нерей. Он всплыл из морской пучины и предсказал гибель и Парису, и всей Трое. Смутились Парис и Елена. Но Афродита успокоила их и заставила забыть это грозное предсказание. Три дня плыл корабль, хранимый Афродитой, по спокойному морю. Быстро гнал его попутный ветер. Благополучно прибыл он к троянским берегам.'
  
   Вывод: Очевидно, Троянское царство было действительно очень сильным, а сама Троя хорошо укрепленным, неприступным городом, если наши беглецы-любовники считали себя в безопасности, достигнув берегов Трои.
  
   'Лишь только прекрасная Елена покинула с вероломным Парисом дворец Менелая, как боги послали вестницу богов Ириду к Менелаю на Крит. Быстро помчалась на своих радужных крыльях Ирида с Олимпа, в мгновенье ока предстала пред Менелаем и сообщила ему о постигшем его несчастье. Тотчас отправился в обратный путь Менелай.'
  
   Вестницы богов, быстро летящие на радужных крыльях, бывают только в сказках. Вот тот момент, который наводит на мысль о 'засаде'. Обманутого мужа оповещают не слуга или верный друг, а боги! Казалось бы, всезнающие боги могли предупредить и заранее. Но нет. Кому-то точно очень нужен был поход на Трою.
  
   Вывод: Похоже, Менелай только и ждал, когда свершится веромный адюльтер и подлый побег, чтобы потом с полным правом развернуть масштабную вендетту.
  
   'Быстро достиг он Спарты. В страшный гнев пришел он, увидав, что обманула его Елена и что сокровища его похищены. Тотчас поехал Менелай к своему брату Агамемнону, чтобы посоветоваться с ним, как отомстить Парису за его вероломство. Агамемнон с полным сочувствием принял своего брата и посоветовал ему тотчас же собрать всех тех героев, которые дали некогда клятву всеми силами помогать ему в несчастье. С этими героями и их войсками Агамемнон советовал идти войной против Трои. Менелай принял совет Агамемнона и вместе с ним отправился прежде всего к престарелому царю Нестору в Пилос.'
  
   Обратите внимание, обманутый муж-рогоносец, который должен был бы стать предметом нескончаемых насмешек на всю оставшуюся жизнь, вдруг становится просто национальным героем. Странно? Но вполне объяснимо.
   За последние 20-30 лет перед описываемыми событиями состоялись:
   - Походы и подвиги Геракла;
   - Поход аргонавтов с Ясоном за золотым руном в Колхиду;
   - Походы и подвиги Тесея;
   - Походы и подвиги Диоскуров;
   И так далее.
   И во всех этих походах и экспедициях участвовала масса кровожадного, авантюристически настроенного народа, живущего в основном масштабными грабежами и более мелким воровством. В мифах же и легендах они красиво называются - ГЕРОИ.
   А теперь вот, наступило временное затишье, все эти лихие ребята разбрелись по домам, где им осталось только пропивать награбленное и терпеть занудство вечно недовольных бедностью жен. Конечно, они были счастливы, и тут же с восторгом приняли идею античного 'крестового похода'! Снова воевать, снова грабить, и не важно, скольких из них убьют, оставшимся больше достанется!
   Надо немного прояснить ситуацию. Дело в том, что сидеть дома и мирно заниматься скотоводством и земледелием могли себе позволить троянцы, у которых были отличные плодородные земли, но не греки. Потому что земель, пригодных для нормального земледелия во всей тогдашней Греции было крайне мало, а еще добавьте засушливый климат - и картина ясна.
  
   'Одним из мудрейших греков был старец Нестор. Много видел он героев за свою долгую жизнь, во многих славных подвигах принимал он сам участие. Велика была опытность Нестора в военном деле. Уже третье поколение героев видел Нестор.
   Радушно принял Нестор Менелая и Агамемнона. Страшно вознегодовал старый Нестор на Париса. Он сам решил участвовать в походе против Трои и решил взять с собой сыновей своих Фразимеда и Антилоха. Нестор согласился объехать вместе с Атридами и героев Греции, чтобы побудить их всех принять участие в походе.'
  
   Из текста можно увидеть, что Нестор, как впоследствии и Одиссей, является идеологом и вдохновителем троянского похода и проводником политики Атридов, так сказать, 'в массы'.
  
   'Много героев решило принять участие в походе. Одни из них приняли участие потому, что сделать это обязывала их данная клятва, другие участвовали потому, что велика была их жажда военных подвигов. Решили отправиться против Трои: царь Аргоса Диомед, сын великого Тидея, равный силой богу Аресу мудрый сын царя Эвбеи Паламед; могучий внук Миноса, царь Крита Идоменей; друг Геракла Филоктет; ему дал стрелы свои перед смертью Геракл. Без этих стрел, как предсказал оракул, нельзя было взять Трою. Приняли участие в походе и два Аякса: могучий сын друга Геракла, Теламона, Аякс, царь Саламина - равного ему силой не было никого среди героев - и сын героя Оилея Аякс из Локриды. Много и других героев приняло участие.'
  
   Приняли участие многие. Герои почитай трех поколений, а с учетом малолетнего сына Ахилла Неоптолема, участвовавшего в последних днях штурма Трои, то четырех поколений.
   Хочется обратить внимание читателя на еще один очень важный, но завуалированный момент.
   Вернемся к мифу о Атридах, которые некоторое время жили у царя Спарты Тиндарея. Там женились они на дочерях Тиндарея - Менелай на прекрасной, как богиня Афродита, Елене, а Агамемнон - на Клитемнестре. Через некоторое время Агамемнон вернулся в Микены, убил Фиеста и стал править там, где правил некогда его отец. Менелай же после смерти Тиндарея стал царем Спарты.
   Итак, из этого мифа ясно, что Елена красива. Очевидно, унаследовала красоту своей знаменитой матери, но нет ни слова о ее божественном происхождении. Так же напрашивается косвенный вывод, что Клитемнестра старшая дочь. И Агамемнон, будучи старшим сыном с большими правами женится на более выгодной невесте и возвращается с женой в свое, опять же, более крупное и значимое Микенское царство. А младший брат Менелай женится на оставшейся девице, и остается в примаках в Спарте, ждать, пока Тиндарей освободит трон.
   Вопрос: Будь Агамемнону известно, что Елена дочь Зевса, оставил бы он ее без внимания, уступив младшему брату? Безумно алчный до власти, жестокий и беспринципный Агамемнон?
   Ответ: Нет.
   Теперь попробуем немного проанализировать весь материал.
   Старший и наиболее значимый брат Агамемнон берет себе лучшее - Клитемнестру и Микены, а младшему брату оставляет Елену и Спарту. Менелай живет себе в Спарте со своей красивой женой, и тут приезжает легкомысленный купец с востока. Пока он отсутствует, тот купец соблазняет его драгоценную женушку, и она, бросив ребенка, бежит с любовником. Ситуация вполне рядовая.
   Что делает наш обманутый муж? Травится от горя? Закалывает себя мечом? Нет. Он во всеуслышание объявляет миру о своем позоре и приглашает всех на священную войну.
   Вопрос: Но кто пойдет воевать ради того, чтобы вернуть обыкновенную блудную бабу домой?
   Ответ: Никто. Все только посмеются.
   Тогда снова Вопрос: А если это дочь самого Зевса и прекраснейшая из всех земных женщин?
   Ответ: Ооооо!
   Для нормального 'крестового похода' нужен был нормальный клич. И лозунг 'ВЕРНЕМ ДОМОЙ ПРЕКРАСНЕЙШУЮ ИЗ СМЕРТНЫХ ЖЕНЩИН, ЕЛЕНУ, ДОЧЬ ГРОМОВЕРЖЦА ЗЕВСА И РАЗГРАБИМ ПРОКЛЯТУЮ ТРОЮ!' отлично для этого подошел. Дело было за малым - всего лишь объявить Елену дочерью Зевса. Опровергнуть божественное происхождение Елены было некому. Тиндарей к тому времени был уже мертв, братья Елены, Кастор и Полидевк тоже. Клитемнестра? Кто ее станет слушать? А Леда, будь она даже жива, вряд ли стала бы возмущаться. Все-таки, когда вам приписывают в любовники самого Зевса...
  
   Вывод: Скорее всего, именно после совещания со старым многоопытным интриганом Нестором и было выработано решение, для придания грабительскому походу на богатую Трою благовидного предлога, объявить Елену дочерью верховного бога Зевса.
   А потом придумать все остальные красивые легенды про яблоко раздора и суд Париса, а также про обещания Афродиты, и гнев обиженных богинь. При том бурном воображении, каким были наделены древние греки, это было нетрудно.
   Самое интересное, что Лебедь все-таки мог быть! Как культ, жрецами которого вполне могли являться Тиндарей и Леда.
  
   Глава 5.
  
   Полномасштабная вербовка сторонников в ряды войска Атридов на этом не закончилась. Оставалось еще несколько ключевых фигур предстоящей войны, от которых, согласно предсказаниям придворного прорицателя Калхаса напрямую зависел исход Троянской войны. Войны, что будет длиться по словам того же Калхаса 10 лет.
  
   'Необходимо было заставить выступить в поход и царя Итаки, хитроумного Одиссея, сына Лаэрта. Не хотелось покидать Одиссею Итаки. Ведь он только недавно женился на прекрасной Пенелопе, и у него только что родился первый сын Телемах. Неужели же придется ему покинуть мирную жизнь и горячо любимых жену и сына, отплыть далеко под стены Трои, может быть даже для того, чтобы никогда не вернуться на родину? Поэтому, когда Одиссей узнал, что Менелай с Агамемноном, Нестором и Паламедом прибыли в Итаку, он решил обмануть их. Притворившись помешанным, он стал пахать свои поля, запрягши в плуг вола и осла, а засевал он поле солью.'
  
   Вот и настал момент вывести на арену самого интересного героя Троянской войны - хитроумного Одиссея. Обратите внимание на Одиссея, пристальное внимание, ибо он того заслуживает.
   Вы когда-нибудь видели остров Итака на карте? Взгляните, он там есть. Крохотный скалистый островок. Так что поля Одиссея, может быть, составляли соток пятьдесят в общей сложности. Но это сейчас не важно, к этому мы вернемся много позже.
  
   'Первым понял хитрость Одиссея Паламед и решил заставить Одиссея признаться в ней. Он взял завернутого в пеленки Телемаха и положил его на борозду, по которой шел Одиссей. Остановился Одиссей. Как ни велико было его желание остаться на Итаке, он не мог все-таки ради этого погубить своего единственного сына. Так Паламед обнаружил притворство Одиссея, и пришлось Одиссею покинуть родную Итаку, жену и сына и идти на долгие годы под стены Трои. С той поры Одиссей возненавидел Паламеда и решил отомстить ему за то, что он заставил его принять участие в походе.'
  
   Улыбнитесь, здесь мы встречаем первое в истории описание попытки уклонения от призыва на военную службу. Но помните, Одиссей хитроумен, мстителен и крайне жесток.
  
   'Еще одного героя должны были привлечь герои к участию в походе. Это был юный Ахилл, сын царя Пелея и богини Фетиды'.
  
   Мы, наконец, добрались до величайшего смертного героя Греции. Ахилл самая яркая, жесткая и, вместе с тем, самая романтическая фигура во всем эпосе о Троянской войне.
  
   'Прорицатель Калхас предсказал Атридам, что только в том случае возьмут они великую Трою, если участвовать в походе будет Ахилл.'
  
   Калхас достаточно одиозная фигура во всем эпосе. Неоднократно появляется мысль о его политической нечистоплотности, как и о том, что прорицатель расправлялся с неугодившими ему греками, используя свое право жреца. К его фигуре следует вернуться позднее.
   Ахилл фигура загадочная, его происхождение, воспитание и сама жизнь весьма необычны.
  
   'Бессмертную славу сулил рок Ахиллу. Он должен был быть величайшим из героев, которые будут сражаться под Троей. Велики будут подвиги Ахилла, но не вернется он живым из-под стены Трои, погибнет он в цвете сил, пораженный стрелой.'
  
   Согласитесь, не каждый, даже наделенный великим мужеством, услышав такое о себе предсказание, примет участие в походе. Можно пойти на смерть за близких, за идею, за родину, но просто за славу? Только очень восторженный и романтичный герой, презирающий смерть. Ахилл действительно шел на эту войну не из-за корысти, как подавляющее большинство. Что же он за человек?
  
   'Знала богиня Фетида то, что сулил рок ее сыну. Всеми силами старалась она предотвратить грозную судьбу. Когда был еще младенцем Ахилл, она натирала тело его амврозией и держала его в огне, чтобы сделать сына неуязвимым и, таким образом, дать ему бессмертие. Но однажды ночью, когда Фетида положила младенца Ахилла в огонь, проснулся Пелей. Он ужаснулся, увидав своего сына в огне. Выхватив меч, он бросился к Фетиде. Испугалась богиня, убежала в страхе из дворца Пелея и скрылась в пучине моря в чертогах отца своего Нерея. Ахилла же Пелей отдал на воспитание своему другу, кентавру Хирону. Выкормил Хирон Ахилла мозгами медведей и печенью львов. Вырос могучим героем Ахилл. Будучи всего только шести лет отроду он убивал свирепых львов и кабанов и без собак настигал оленей, так быстр и легок был бег Ахилла. Не было равного Ахиллу в умении владеть оружием. Научил его также Хирон играть на сладкозвучной кифаре и петь. Не забывала и Фетида своего сына, часто всплывала она из морской пучины, чтобы повидаться с сыном. Всюду всегда заботилась Фетида о своем сыне.'
  
   Иными словами, Ахилл получил по тем временам наилучшее воспитание и образование. Он прекрасный спортсмен, воин и вообще, высококультурный собеседник, разбирающийся в философии и музыке.
  
   'Когда Ахилл вырос и стал прекрасным юношей, по всей Греции разнеслась весть, что собирает героев Менелай в поход против Трои. Фетида, зная, какая судьба грозит Ахиллу, укрыла его на острове Скиросе, во дворце царя Ликомеда. Там жил среди царских дочерей Ахилл, одетый в женские одежды. Никто не знал, где скрыт Ахилл'.
  
   Маленький, не относящийся к теме, Вывод: Господа, уклонявшиеся в свое время от призыва в ряды ВС, гордитесь, вы в одной лодке с такими героями древней Греции как Одиссей и Ахилл!
  
   А теперь все-таки хотелось бы проанализировать два предыдущих отрывка. Из обоих становится ясно, что на жизнь Ахилла в юности пыталась оказывать влияние мать. Сам по себе момент интересный, потому такой самоотверженной матери, как Фетида, в древнегреческих мифах днем с огнем...
   Итак. Из первого отрывка складывается образ такого древнегреческого рэмбо, вскормленного мозгами медведей и печенью львов, который шести лет отроду убивал свирепых львов и кабанов и без собак настигал оленей. С самого раннего возраста, отлученного от маминой юбки и воспитанного суровыми мужами. А что мы видим во втором отрывке? Мама прячет великовозрастного сыночка от армии. И где? Среди дочерей царя Ликомеда в женском платье, где его невозможно не отличить от девушки. А как же его могучие мышцы? Неужели все это скрывалось под нежной девичьей внешностью? А героическое 'я' могучего героя, его куда спрятать?
   Напрашивается вывод, либо один из отрывков лжет, либо оба, а истина где-то посередине. Однако, есть еще и третий отрывок, который стоит проанализировать.
  
   'Но прорицатель Калхас открыл Менелаю его убежище'.
  
   Калхас злопамятен и пристрастен, чему мы еще получим веские доказательства.
  
   'Тотчас собрались в путь Одиссей с Диомедом. Одиссей же придумал следующую хитрость. Под видом купцов прибыли на Скирос Диомед и Одиссей и пошли во дворец Ликомеда. Они разложили перед царевнами свои товары: роскошные материи, золотые ожерелья, запястья, серьги, затканные золотом покрывала, а между ними положили они меч, шлем, щит, поножи и панцирь. Царевны с восторгом рассматривали золотые украшения и богатые ткани, а Ахилл, стоявший среди них, смотрел лишь на оружие. Вдруг у дворца раздались военные клики, зазвучали трубы и загремело орущие. Это спутники Диомеда и Одиссея ударили мечами в щиты и издали военный клич. В страхе разбежались царевны, а Ахилл, схватив меч и щит, бросился навстречу врагам. Он думал, что совершено нападение на дворец Ликомеда. Так узнали Ахилла Одиссей и Диомед. С великой радостью согласился Ахилл участвовать в походе против Трои'.
  
   Три отрывка, в которых содержатся достаточно противоречивые сведения об этом величайшем герое Троянской войны, признанном вообще величайшим из смертных героев древней Греции. Что отсюда принять на веру?
  
   Вывод: Судя по тому, что Ахилл привел с собой войско Мирмидонян, у Ликомеда он жил. Стало быть, мозги медведей и печень львов, такой же плод разгулявшейся фантазии древнегреческих сказителей, как и то, что Елена - дочь Зевса. Великому герою положена великая 'легенда'.
   Надо отдать Ахиллу должное, как только он услышал о походе на Трою, с радостью решил принять в нем участие. Значит, он там от войны не прятался. На самом же деле, если отбросить домыслы, получается, что в юности Ахилл был, выражаясь современным языком, нетрадиционной сексуальной ориентации (хотя, теперь уже скорее традиционной), вел веселую жизнь трансвестита и, живя в неге на острове Скиросе, даже не подозревал о том, что вся Греция собралась идти грабить Трою. И при этом еще умудрился-таки наградить царевых дочек как минимум одним ребенком. Потому что на десятый год осады, под стенами Трои появился его сын Неоптолем.
  
   'С ним отправились его верный друг Патрокл и мудрый старец Феникс. Пелей же дал своему сыну те доспехи, которые получил он некогда в подарок от богов на свадьбе своей с богиней Фетидой, дал ему и копье, подаренное ему Хироном, и коней, полученных от Посейдона.'
  
   Вопрос: юный Патрокл и старец Феникс тоже жили у Ликомеда? Тоже в женском платье? И что за дочери такие были у Ликомеда, если их от дюжего воина не отличить?
  
   Выходит, на Скиросе было нечто вроде панэллинской тусовки трансвеститов.
  
   Вывод: Во время вербовки сторонников в ряды войска Атридов применялись всевозможные грязные методы, свидетельствующие о невероятной изобретательности и беспринципности участников. И такие отмазки, как нетрадиционная сексуальная ориентация и новорожденные дети, ни в какое внимание не принимались.
  
   Глава 6.
  
   Наконец-то мы добрались до великого города Илиона (или Трои, так привычнее).
   Для начала немного истории.
  
   'Основал Трою Ил, правнук сына Зевса Дардана и плеяды Электры. Дардан пришел из Аркадии к царю Тевкру. Тевкр отдал Дардану в жены дочь свою, а в приданое дал ему часть своей земли, на которой и был основах город Дардания. Внуком Дардана был Трос, а его-то сыном и был Ил. Он во Фригии принял однажды участие в состязании героев и вскоре победил их одного за другим.'
  
   Опять эта интересная особенность у древнегреческих царей. Почти все с удовольствием шли в примаки.
  
   'В награду за эту победу получил он пятьдесят дев и пятьдесят юношей. Дал ему царь Фригии также пеструю корову и сказал, чтобы он шел за коровой и там, где остановится корова, основал бы город. Великую славу обещал оракул, по словам царя Фригии, этому городу. Ил поступил так, как сказал ему царь Фригии. Пошел он за коровой, а она остановилась как раз на холме богини Атэ. На этом-то холме и начал Ил постройку города.'
  
   Пока что все совершенно реально. А вот дальше идет уже хитропридуманное.
  
   'Он поднял руки к небу и молил Зевса послать ему знамение того, что благословил громовержец его дело. Утром, выйдя из своего шатра, Ил увидал перед ним вырезанное из дерева изображение Афины-Паллады; это и был тот палладий, который должен был охранять новый город'.
  
   Где это видано, чтобы статуи возникали ниоткуда или с неба падали? Всю ночь, небось, строгали, чтобы до утра успеть.
   Однако вернемся к городу.
  
   'Во время царствования Ила только та часть Трои была окружена стеной, которая находилась на холме, часть же города у подошвы холма была не защищена. Стену вокруг этой части города построили Посейдон и Аполлон, которые, по повелению богов, должны были служить у царя Трои Лаомедонта, сына Ила. Несокрушимую стену построили Посейдон и Аполлон вокруг Трои. Только в одном месте можно было разрушить стену - там, где работал герой Эак, помогавший богам в труде'.
  
   О да, в чем-чем, а в пристрастии древних греков к невероятным преувеличениям невозможно усомниться.
  
   'В то время, когда герои Греции собирались в поход против Трои, в ней правил внук Ила Приам; один только он остался в живых из детей царя Лаомедонта после того, как взял Трою сын Зевса Геракл. Богат был Приам. Роскошен и величествен был дворец его, в котором жил он со своей женой Гекабой. Вместе с Приамом жили и пятьдесят его сыновей и дочерей. Среди сыновей Приама особенно славился своей храбростью и силой благородный Гектор'.
  
   Итак.
   Великому и могущественному, а главное, жутко богатому городу, основанному населением в пятьдесят семей, к моменту Троянской войны всего три поколения. Если еще учесть, что при отце Приама Лаомедонте Троя подверглась разгрому и разграблению Гераклом, напрашивается вопрос.
  
   Вопрос: Что за богатства такие несусветные можно было успеть скопить силами одного поколения? Что за великие каменные стены можно построить? Подрядить богов на постройку? Да....
  
   Если обратить внимание на фразу 'Во время царствования Ила только та часть Трои была окружена стеной, которая находилась на холме', можно сделать вывод, что холм богини Атэ когда-то раньше уже был населен. И к тому моменту, когда Ил основал на нем свое поселение, там уже были старые стены и, скорее всего, покинутые строения. Потому что силами только 50 семей за время жизни одного поколения можно поставить хороший частокол, вырыть землянки на первое время, или построить деревянные дома. Со временем - каменные. Но дворцы? Дворцы, а тем более роскошные - нет.
   Тогда выходит, что Ил со своими людьми заселил старый пустующий город. Что заставило прежних владельцев покинуть город, неизвестно. Но только пришел он со своей пестрой коровой не на пустое место.
   А вообще, покидали ли это место прежние жители? Возможно, они там благополучно и жили, а Ил просто получил город, вроде как "с ярлыком на царство" и назвал его своим именем? Вот это больше похоже на правду. И как-то объясняет наличие дворцов и мощных крепостных стен, и даже богатств. Более того, если верить тексту (а мы договорились ему верить), то 'Велика и могущественна была Троя, против которой собрались выступить герои Греции'. Заметьте, собирались выступить громадным войском! 'Сто тысяч вооруженных воинов было в этом войске. На 1186 кораблях оно должно было плыть под Трою'. А в Трое, или вернее, Илионе, тоже было неслабое войско, возглавляемое славным Гектором. Все-таки десять лет осаду держали, и так и не сдали город. Греки его хитростью взяли.
  
   Напрашивается Вывод: Силами 50-ти семей, пусть даже расплодившимися за два поколения как кролики, невозможно выстроить огромную по тем временам и неприступную крепость, и сдерживать в течение 10-ти лет 100000 - ное войско.
   Значит, кто-то немного лжет. Легче всего принять на веру то, что Илион не был основан в чистом поле, а просто вобрал в себя ранее существовавший на этом месте город вместе с его населением.
  
   'Могущественна была Троя. Великие трудности предстояли греческим героям в их борьбе с воинственными троянцами, но зато и великая слава, и богатейшая добыча ожидала тех, кто победит троянцев и овладеет Троей'.
  
   О, эпическая поэзия!
   Как прекрасны, грандиозны, а главное благородны ПОДВИГИ ГЕРОЕВ, которые ты описываешь!
   На самом же деле, да простит меня Гомер, собралась огромная банда алчных и кровожадных грабителей, чтобы скопом напасть на богатый город с целью наживы.
   Давайте вернемся на берега Греции, туда, откуда к берегам Трои отправится несметное войско греков.
  
   'Все герои и их войска собрались в гавани Авлиде, чтобы плыть оттуда к берегам Трои. Громадное войско собралось на морском берегу. Сто тысяч вооруженных воинов было в этом войске. На 1186 кораблях оно должно было плыть под Трою. Перед отъездом собрались все предводители войск, великие герои, под сенью столетнего платана у алтарей, чтобы принести жертвы богам и молить их о счастливом плавании. Вдруг из-под одного из алтарей выполз ужасный змей, красный, как кровь. Извивая кольцами громадное тело, змей быстро вполз на платан до самой почти вершины. Там было гнездо с восемью птенцами и самкой. Красный змей проглотил и самку, и птенцов, а сам превратился в камень. Пораженные, стояли герои под платаном; они не могли понять, что значит это знамение богов. Но вещий прорицатель Калхас открыл им смысл этого знамения. Он сказал героям, что девять лет придется им осаждать Трою, так как девять птиц поглотил змей, лишь на десятый год после тяжких трудов возьмут они великую Трою. Обрадовали греков слова Калхаса. Полные надежды на благополучный исход предпринятого ими похода спустили они свои корабли. Один за другим отплывали корабли из гавани Авлиды, Налегли гребцы дружно на весла, и быстро поплыл громадный флот греков к берегам Азии'.
  
   1186 кораблей, и 100000 воинов.
   Не знаю как остальных, а меня эти цифры смущают. Все-таки придется обратиться к истории. Возьмем, скажем, Греко-Персидскую войну времен Ксеркса I. Так вот.
  
   'Летом 480 года до н. э. персидская армия, насчитывающая согласно исследованиям современных историков от 80 до 200 тысяч воинов (Геродот же приводит совершенно фантастические цифры в 1 миллион 700 тысяч человек)'
  
   Не будем придираться к Геродоту, возможно, он считал вместе со всеми куртизанками, сопровождавшими обозы, а также оставшимися дома в Персии. Все равно сто тысяч воинов, ушедших на Троянскую войну, впечатляют. Это действительно полномасштабная война.
   Что касается флота в 1186 кораблей... Если взять для сравнения знаменитое Саламинское морское сражение между греческим флотом и персидским флотом царя Ксеркса I в ходе все той же Греко-персидской войны, произошедшее в 480 г. до н. э. близ острова Саламин в Сароническом заливе Эгейского моря неподалёку от Афин, и провести некий анализ.
  
   'Битве предшествовал ряд событий, которые могли существенно повлиять на дальнейший ход войны. Войско персов заняло и разрушило Афины. Жители города были предварительно эвакуированы на близлежащий остров Саламин. В узких проливах между островом и материком оказался сосредоточен весь союзный греческий флот (согласно Эсхилу - 311 кораблей, Геродоту - около 380)'
  
   Это греческий флот. А персидский?
  
   'Ктесий пишет о флоте в более чем 1000 кораблей, а участвовавший в сражении Эсхил - о 1207, из которых 207 были 'особой быстроходности'. Современные исследователи оценивают флот Ксеркса, который принимал участие в морском сражении, в 500-800 кораблей. Вне зависимости от действительного числа, персы обладали численным преимуществом'
  
   У самого великого царя Ксеркса I было меньше кораблей.
   Еще лично меня удивляет в текстах о Троянской войне полное отсутствие упоминания о флоте Троянцев.
   Как бы то ни было, по тем временам 100000 воинов - это огромная армия, колоссальная. Если опустить первоначальное потрясение, и принять эти невероятные цифры на веру, то в данном фрагменте заслуживают внимания два момента, даже три.
  
   - Первое - это то, что ни жуткие предсказания (один только красный змей, пожирающий птичек, чего стоит), ни прогноз прорицателя, что война будет тяжелой и кровопролитной, не смущает никого. Все как один готовы выступить немедленно.
   - Второе - то, что прорицателю поверили безоговорочно. А ведь он мог и ошибаться. И к этому стоит вернуться позже.
   - И третье - десять лет немалый срок. У многих из них семьи, что станется с их семьями, пока мужчины отсутствуют? Да за десять лет их дома могут разорить сто раз, близких поубивать, могут жены уйти к любовникам, родственники власть захватить, да мало ли что.
  
   Вот и выходит сам собой маленький Вывод: Ничего не способно удержать ГЕРОЯ, когда впереди маячит ДОБЫЧА.
  
   Глава 7.
  
   Однако, паруса наполняет попутный ветер, гребцы на веслах, плавание началось.
  
   'После недолгого плавания пристали греки к берегам Мизии. Здесь правил сын Геракла, герой Телеф. К его владениям и пристали греки. Они были уверены, что достигли берегов Трои, и начали опустошать владения Телефа. Собрал войско Телеф и двинулся во главе его на защиту своих владений. Начался кровопролитный бой'.
  
   Слабо верится, что греки не знали, что грабят не троянцев. Войску просто не терпелось начать грабить.
  
   'В бой вступил Ахилл со своим верным другом Патроклом. Ранили Патрокла, но, не обращая внимания на рану, мужественно бился он рядом с Ахиллом.
   Наконец, с великим трудом обратил Ахилл в бегство Телефа.'
  
   Ну, вот и начались великие подвиги Ахилла.
  
   'Наступившая ночь дала возможность Телефу бежать в свой город и запереться в нем. Рано утром стали собирать греки тела павших воинов и тут вдруг узнали, что не с троянцами бились они, а с мизийцами и их царем Телефом, сыном Геракла. Опечалились греки: они бились со своим союзником, а не с врагом. Заключили греки мир с Телефом, и он обещал помогать им. Только отправиться с ними в поход против Трои отказался Телеф: он был женат на дочери Приама и не хотел воевать против отца своей жены. Похоронив павших в бою, греки покинули Мизию и поплыли дальше к берегам Трои. В открытом море застигла флот греков страшная буря. Подобно горам, вздымались на море грозные волны. Как легкие щепки, раскидала буря корабли греков. Сбились они с пути. Долго блуждали греки по морю и, наконец, вернулись в Авлиду. Один за другим приплывали корабли греков в ту гавань, которую еще так недавно покинули, чтобы плыть к великой Трое. Неудачей кончилось первое выступление их в поход.'
  
   А как же предсказание Калхаса? Выходит, красный змей не слишком заслуживал доверия? А может, сам прорицатель?
  
   'Когда все корабли греков собрались вновь в Авлиде, греки вытащили свои корабли на берег. На берегу образовался огромный военный лагерь. Многие герои не остались в Авлиде. Они вернулись домой. Покинул Авлиду и предводитель всего войска, царь Агамемнон. Никто не знал, когда же можно будет опять выступить в поход против Трои.'
  
   После этого становится понятным, почему война тянулась десять лет. Похоже, греки девять с половиной лет только добирались до берегов Трои.
  
   'Но как быть грекам? Нужен проводник, который указал бы им путь к берегам Трои. Этот путь мог указать им лишь Телеф, с которым только недавно бились греки.'
  
   Странно, почему именно Телеф? С Гераклом в Трою ходила масса народу, почему бы воспользоваться их услугами? Им было мало разграбить его земли и ранить самого. Надо было увериться, что Телеф, будучи зятем Приама, не выступит на стороне троянцев, и не ударит грекам в тылы. А политических играх все средства хороши.
  
   'Во время битвы был ранен Телеф Ахиллом в бедро. Как ни лечил Телеф свою рану, - ничто не помогало. Рана болела все сильнее и сильнее, боль становилась невыносимой. Наконец, измученный страданиями, Телеф отправился в Дельфы и там вопросил Аполлона, как излечить ему рану. Пифия дала ответ, что исцелить Телефа может лишь тот, кто ранил его. Одетый в лохмотья, на костылях, под видом нищего пришел Телеф в Микены ко дворцу Агамемнона; он решил просить царя Микен, чтобы он уговорил Ахилла исцелить рану. Первая увидела Телефа жена Агамемнона, Клитемнестра. Он открыл ей, кто он, Клитемнестра же дала совет Телефу, когда войдет Агамемнон, вынуть из колыбели младенца Ореста, сына Агамемнона, подбежать к жертвеннику и грозить, что он размозжит о жертвенник голову Ореста, если Агамемнон откажется помочь ему исцелиться от раны. Телеф поступил, как велела ему Клитемнестра. Испугался Агамемнон, что убьет его сына Телеф. Он согласился помочь ему и сделал это охотно, зная, что лишь Телеф может указать грекам путь в Трою. Послал Агамемнон послов за Ахиллом. Удивлен был Ахилл, он не мог понять, как может он, не зная врачебного искусства, исцелить рану Телефа. Но мудрейший из героев Одиссей сказал Ахиллу, что не нужно Ахиллу быть врачом, что железом с острия копья, которым нанесена рана Телефу, Ахилл исцелит рану. Тотчас наскоблили железа с копья Ахилла, посыпали рану Телефа, и рана зажила. Обрадовался Телеф. Он согласился в награду за исцеление вести флот греков к троянским берегам, от чего раньше так упорно отказывался' .
  
   Вся эта история с исцелением раны Телефа сильно попахивает театром. А вот позиция Клитемнестры в этом деле заслуживает отдельного внимания.
   Мать советует чужому дядьке, опасному дядьке, схватить ее новорожденного ребенка из колыбельки и пугать мужа тем, что размозжит младенцу голову. Странная мать... Невольно вспоминается Фетида, которая все старалась уберечь сыночка. Впрочем, что Елена, что Клитемнестра, обе к своим детям были равнодушны. Будто не Лебедя дочери, а кукушки.
  
   Отсюда опять напрашивается маленький Вывод: Жена Агамемнона Клитемнестра была очень заинтересована в том, чтобы ее муж поскорее уехал из дома.
  
   Однако не шла грекам никак удача, никак не получалось начать уже делать то, ради чего все собрались - грабить.
  
   'Найден был теперь проводник, но отплыть все же не могли греки из Авлиды: на море все время был противный ветер. Этот ветер послала богиня Артемида, разгневавшаяся на Агамемнона за то, что он убил ее священную лань. Напрасно ждали герои, что ветер переменится, - он, не ослабевая, дул все время в прежнем направлении. Скучали в бездействии собравшиеся герои. Начались в стане болезни, ропот поднялся среды воинов. Боялись даже их восстания'.
  
   Казалось бы, самое время вернуться домой пока живы, и потихоньку воровать у соседей, но...
  
   'Наконец, прорицатель Калхас объявил вождям греков:
   - Лишь тогда смилостивится богиня Артемида над греками, когда принесут ей в жертву прекрасную дочь Агамемнона Ифигению'.
  
   А вот коварство и предвзятое отношение прорицателя Калхаса. Что-то не додал ему Агамемнон, может, сферы влияния не поделили. И вот вам, пожалуйста - МЕСТЬ. И ведь не отмажешься, вся эта озлобленная голодная орда уже на грани. Порвут в клочья.
   Позиция Агамемнона в этом всем походе однозначная и главенствующая. По тексту выходит, что он фактически смертный (потому что в мифе были и бессмертные) организатор и зачинщик всей Троянской войны. Интересно, если бы он повернул домой из Авлиды и отказался от этого похода, какая судьба ждала бы его в этом случае?
  
   'Опечалился Агамемнон, когда узнал об этом, вернувшись в Авлиду. Он готов был даже совсем отказаться от похода под Трою, лишь бы сохранить жизнь своей дочери'.
  
   Жажда наживы была сильнее любви к дочери.
  
   'Долго убеждал его Менелай подчиниться воле Артемиды; наконец, уступил Агамемнон просьбам брата и послал в Микены к Клитемнестре гонца, который должен был сообщить ей, скрыв настоящую причину, повеление Агамемнона привести Ифигению в Авлиду, - Ахилл якобы хочет, прежде чем выступить в поход, обручиться с Ифигенией. Послал гонца в Микены Агамемнон, и еще сильнее овладела им жалость к дочери. Тайно от всех послал он другого гонца, которому велел сообщить Клитемнестре, чтобы она не везла в Авлиду Ифигению. Но этого второго гонца перехватил Менелай. В гневе упрекал он Агамемнона за то, что он поступает так, как может поступать лишь тот, кто изменяет общему делу. Долго укорял Агамемнона Менелай. Возник горячий спор между братьями. Этот спор прервал пришедший вестник, объявивший, что только что прибыла к стану греков Клитемнестра с Ифигенией и маленьким Орестом и остановилась около источника у самого стана'.
  
   В этом отрывке Менелай раскрывается как достойный представитель проклятой семьи Атридов, такой же алчный, жестокий, кровавый, беспринципный и.д. и т.п. Но и ему иногда свойственно раскаяние. Временное. Ненадолго.
  
   'В отчаяние пришел Агамемнон. Неужели суждено ему судьбой потерять нежно любимую дочь Ифигению, неужели сам он должен будет вести ее на смерть, на заклание у жертвенника Артемиды? Видя горе своего брата, готов даже и Менелай отказаться от такой жертвы со стороны брата. Но Агамемнон знает, что Калхас объявит волю богини Артемиды всему войску, и тогда заставят его принести в жертву Ифигению. Даже если Калхас не объявит о воле богини, скажет всем об этом Одиссей, ведь и он знает волю богини'.
  
   Ага. Вот тут, наконец, Одиссей и всплывает снова. Атриды знали, что Одиссей обид не забывает. Они с Калхасом прекрасно спелись и теперь могли повернуть войско против кого угодно. Тут и жизнь не потерять бы, не только власть.
   Хочу обратить внимание читателя на отрывки, посвященные этой мрачной истории с жертвоприношением Ифигении. Их много, но давайте наберемся терпения и рассмотрим их все.
  
   'Полный глубокой скорби, Агамемнон пошел навстречу жене и дочери. Он старался казаться спокойным и веселым. Но это не удалось ему. Сразу увидела Ифигения, что отец ее чем-то глубоко опечален. Стала она расспрашивать отца, но он ничего не сказал ей. Ничего не сказал и жене своей Агамемнон, он только уговаривал ее уехать в Микены: не хотел Агамемнон, чтобы Клитемнестра была свидетельницей смерти дочери. Наконец, покинул Агамемнон жену и дочь и пошел к Калхасу: он хотел спросить его, нельзя ли как-нибудь спасти дочь'.
  
   Агамемнон будет молить, Калхас будет непреклонен, просто греческая трагедия... Но вот сейчас будет выход единственного положительного героя в этой мутной истории. Удивительного романтика, не укладывающегося в общие рамки - Ахилла. Еще раз прошу набраться терпения.
  
   'Едва только ушел из шатра Агамемнон, как пришел Ахилл. Он хотел видеть царя Микен, чтобы потребовать от него немедленного выступления против Трои. Надоело Ахиллу сидеть без дела в Авлиде, да и его мирмидоняне волновались и требовали, чтобы их либо вели в поход, либо отпустили домой. Когда Клитемнестра узнала, кто этот герой, спрашивающий Агамемнона, она обратилась к Ахиллу и приветствовала его как жениха своей дочери. Удивился Ахилл. Ведь он никогда не говорил Агамемнону о том, что хочет взять в жены его дочь. Смутилась Клитемнестра, узнав, что Ахилл никогда не помышлял о женитьбе на Ифигении, и не знала, что сказать Ахиллу. Но тут пришел тот самый раб, которого посылал Агамемнон со вторым известием в Микены. Открыл он Клитемнестре, зачем вызвал ее с Ифигенией в Авлиду Агамемнон. В ужас пришла Клитемнестра. Ей предстояло потерять дочь. У кого искать ей зашиты? Упала она на колени перед Ахиллом, рыдая обняла она его колени и молила его о защите, заклиная матерью его, великой дочерью Нерея, Фетидой. Поклялся Ахилл, видя отчаяние Клитемнестры, вещим морским старцем, богом Нереем, помочь ей. Он клялся, что не даст никому даже коснуться Ифигении. Быстро ушел Ахилл из шатра Агамемнона, чтобы облечься в доспехи. Когда Агамемнон вернулся в шатер, Клитемнестра стала с гневом упрекать его за то, что он решился погубить собственную дочь'.
  
   А кстати, сколько лет Ифигении? Вернемся-ка к этому моменту попозже.
  
   'Что мог ответить ей Агамемнон? Ведь не по своей воле решился он принести в жертву богине Артемиде родную дочь. Не в силах был он поступить иначе. Он мог лишь сказать, что если бы даже и уступил он мольбам жены и дочери, то разгневанные греки убили бы и его, и всех его близких, так как для блага всей Греции приносят в жертву Ифигению.
   В стане началось уже сильное волнение. Мирмидоняне чуть не побили камнями Ахилла, когда он объявил, что не даст принести в жертву ту, которая обещана ему в супруги. Все воины, предводимые Одиссеем, с оружием в руках бросились к шатру Агамемнона. Ахилл с мечом в руках, прикрывшись щитом, встал у входа в шатер, готовый до последней капли крови защищать Ифигению.
   Но тут остановила всех, готовых уже начать кровавый бой Ифигения. Громко объявила она, что готова сама добровольно идти под жертвенный нож ради общего дела. Не хочет она противиться воле великой дочери Зевса, Артемиды. Пусть принесут ее в жертву, ей вечным памятником будут развалины Трои, когда возьмут ее греки. Убедила она героя Ахилла не защищать ее, не начинать междоусобной битвы. Покорился воле Ифигении Ахилл, хотя жаль было ему прекрасную деву, которую он полюбил за ее великую решимость жертвовать собой ради общего блага'.
  
   Ахилл единственный! Единственный, кто встал на защиту! Да, не совсем бескорыстно, он собирался биться за невесту. Но все равно - один против всех, настоящий герой. Противостоять озверевшей в жажде наживы толпе, защищая ценой жизни девицу... Ах... Романтично до жути. Вот вам и трансвестит.
   Так все-таки, сколько же лет Ифигении? Сколько, если она может принимать самостоятельные решения? Получается, что это не маленькая девочка, может быть молодая девушка. Даже если очень молодая, ей примерно 12-16 лет. А теперь сравним кое-какие данные. Как мы уже определились с возрастом Елены на момент начала Троянской войны, ей примерно 25 лет и еще у нее от Менелая есть маленькая дочь Гермиона. Выходит замужем она примерно 5-10 лет. Разброс великоват, но точнее определить, увы, не удается. Вернемся-ка к истории женитьбы братьев Атридов на наших сестрах Елене и Клитемнестре:
  
   'Они нашли защиту у царя Спарты Тиндарея. Там женились они на дочерях Тиндарея - Менелай на прекрасной, как богиня Афродита, Елене, а Агамемнон - на Клитемнестре. Через некоторое время Агамемнон вернулся в Микены, убил Фиеста и стал править там, где правил некогда его отец. Менелай же после смерти Тиндарея стал царем Спарты'
  
   По приведенному выше фрагменту можно предположить, что они женились почти одновременно. Однако из истории с Ифигенией сам собой напрашивается
   Вывод: либо Клитемнестра старше Елены и, соответственно, лет на 5-8 раньше вышла замуж, либо Ифигения не ее дочь, а Агамемнона.
  
   И еще.
   Прошу вас забыть все, о чем мы сейчас говорили, и присмотреться внимательнее к тому, как начинался Поход на Трою. С того момента, как греки устроили погром в Мизии. Не кажется ли вам что-то несколько странным? Кто из персонажей выбивается из общей картины?
   Клитемнестра.
   Нам рассказывают про стотысячное войско только воинов, у большинства из них жены, матери, дочери. Но об этих женщинах нет никаких упоминаний. А эта дама прямо мельтешит. То она дает ценный совет Телефу, как добиться исцеления, угрожая Агамемнону, смертью его единственного сына, то стравливает между собой весь лагерь греков. И все для того, чтобы война все-таки состоялась. Чтобы греки все-таки пошли на Трою. И ведь все для того, чтобы удалить мужа из дома. Как только Агамемнон соберется повернуть назад, она тут как тут с новыми идеями.
  
   И вот он Вывод: Серым кардиналом Троянской войны являлась сестра Елены Клитемнестра. Но делала она это не из любви к сестре, а с целью держать мужа подальше.
  
   Теперь вернемся в лагерь греков в Авлиде, туда, где в соответствии с предсказанием Калхаса собираются принести в жертву юную Ифигению.
  
   'Спокойно пошла Ифигения туда, где сооружен был жертвенник в честь богини Артемиды. Прекрасная и величественная, прошла среди несметных рядов воинов Ифигения и встала около жертвенника. Заплакал Агамемнон, взглянув на свою юную дочь, и, чтобы не видеть ее смерти, закрыл голову своим широким плащом. Спокойно стояла у жертвенника Ифигения. Все хранили, по повелению глашатая Тальфибия, глубокое молчание. Вещий Калхас вынул из ножен жертвенный нож и положил его в золотую корзину. На голову девы он надел венок, как на жертву, которую ведут к алтарю. Вышел из рядов воинов Ахилл. Он взял сосуд со священной водой и жертвенную муку с солью, окропил водой Ифигению и жертвенник, посыпал мукой голову девы и громко воззвал к богине Артемиде, моля ее послать войску благополучное плавание к троянским берегам и победу над врагами. Взял Калхас в руку жертвенный нож. Все замерли. Вот занес он нож, чтобы поразить им Ифигению. Вот коснулся уже нож девы. Но не упала с предсмертным стоном у жертвенника Ифигения. Совершилось великое чудо. Богиня Артемида похитила Ифигению, и вместо нее у алтаря, обагряя его кровью, билась в предсмертных судорогах лань, сраженная ножом Калхаса Пораженные чудом, как один человек вскрикнули все воины. Громко и радостно вскрикнул и вещий Калхас:
   - Вот та жертва, которую требовала великая дочь громовержца Зевса - Артемида! Радуйтесь, греки, нам сулит богиня счастливое плавание и победу над Троей. И действительно, не была еще на жертвеннике сожжена лань, посланная Артемидой, как уже переменился ветер и стал попутным. Поспешно стали собираться греки в далекий поход. Все в стане ликовало. Агамемнон же поспешил в свой шатер сообщить Клитемнестре о том, что произошло у жертвенника, и торопить ее возвратиться в Микены.
   Богиня Артемида, похитив у жертвенника Ифигению, перенесла ее на берега Эвксинского Понта, в далекую Тавриду. Там стала жрицей богини прекрасная дочь Агамемнона Ифигения'.
  
   Очень красиво, очень трагично, очень театрально... и да, очень театрально. Потому что это прекрасная инсценировка. Подобных превращений в природе не бывает. Это же не фэнтези про оборотней, это мифы, в конце концов, поэтому достоверность, прежде всего!
   Так что позвольте упорядочить картину и перевести это все с цветистого языка эпических метафор на простой приземленный человеческий.
   Если принять на веру предыдущий вывод, где путем некоторого сличения фактов мы определили, что мадам Клитемнестра - Серый кардинал, то жертвоприношение Ифигении, как великолепная театральная постановка, вполне укладывается в канву. Очевидно, идея с невинной жертвой, имеющей целью поднять боевой дух войска, принадлежит именно этой хитрой даме. Состряпывается легенда про то, что ветер, препятствующий отплытию 'послала богиня Артемида, разгневавшаяся на Агамемнона за то, что он убил ее священную лань'. Возможно, идея принадлежит самой Клитемнестре, возможно она консультировалась с прорицателем Калхасом, возможно просто подкупила Калхаса, и тот все придумал сам.
   Трудно сказать. Скорее всего, Агамемнон, да и вся его семья были в курсе, что жертвоприношение будет, так сказать, понарошку. Что на самом деле зарежут лань, а девицу Ифигению отошлют с глаз долой далеко и надолго, в Тавриду (в Крым, то есть), а не возьмут домой в Микены, где тоже полно храмов Артемиды, заметьте. Это лишний раз заставляет предполагать, что Ифигения не была родной дочерью Клитемнестре, и она искала повод от нее избавиться. (Вот как тут не вспомнить еще раз о самоотверженной матери Фетиде или о других нормальных матерях).
   Но честные греческие вояки-то этого всего не знали! А потому спектакль прошел на ура. Все воодушевлены, никому не страшно, дранг на Трою! Аминь.
   В противном случае, я рассуждаю чисто по-человечески, за подобную профессиональную ошибку мстительный и злобный Агамемнон должен был бы Калхаса не просто с должности снять, а на ленточки порезать и скормить собакам. А раз такого не происходит, значит, сговор таки имел место.
  
   А теперь Вопрос: Могла ли царица Клитемнестра, мстительная, амбициозная жена царя Агамемнона, ненавидящая своего мужа и все, что с ним связано, (кроме личной власти, разумеется), быть режиссером и идейным вдохновителем Троянской войны?
  
   Ответ: Судя по тому, как окончился для ее мужа этот поход - ВПОЛНЕ.
  
   Есть также версии в мифах, что Агамемнон убил предыдущего мужа и маленького ребенка Клитемнестры, а ее саму забрал как военный трофей. Диоскуры, еще живые в то время, собирались объявить войну Агамемнону, но Тиндарей, мудрый отец, не желавший войны, признал Агамемнона как мужа своей дочери Клитемнестры.
   В общем, с замужеством Клитемнестры история темная, кровавая и неоднозначная. А потому не удивительно, что эта дама к своему мужу каких-либо добрых чувств не испытывала.
  
  
   Глава 8.
  
   А теперь, когда мы более или менее выяснили, кто же стоял за кулисами подготовки этой войны, поплывем вместе в греками в Трою. Они и так уже заждались, эдак и мечи в ножнах заржавеют, без крови-то.
  
   'Спокойно было плавание греков к берегам Трои. Все время дул попутный ветер. Быстро рассекали морские волны корабли. Уже видны были берега острова Лемноса. Здесь, недалеко от Лемноса, находился пустынный остров Хриса. На нем был жертвенник, поставленный в честь покровительницы острова, нимфы Хрисы. Греки должны были найти этот жертвенник и принести на нем жертву нимфе, так как им было предсказано, что только в том случае возьмут они Трою, если по пути пристанут к берегу Хрисы и принесут на нем жертву. Жертвенник на этом острове поставил еще великий герой Ясон, когда плыл он со своими спутниками аргонавтами в далекую Колхиду за золотым руном. На этом жертвеннике принес жертву и великий сын Зевса, Геракл, когда он предпринял поход против Трои, чтобы отомстить за оскорбление царю Лаомедонту'
  
   Интересная традиция. Несколько хлопотная, конечно,
  
   'Друг Геракла Филоктет знал, где находится жертвенник. Он вызвался показать его героям. Пошли за Филоктетом вожди греков. Безлюден был остров. Весь зарос он низким кустарником. Вот, наконец, виден и жертвенник, уже наполовину развалившийся. Приблизились к нему герои. Вдруг выползла из кустов большая змея, охранявшая жертвенник, и ужалила героя Филоктета в ногу. Вскрикнул Филоктет и упал на землю. Подбежали к нему герои, но было уже поздно. Яд змеи проник в рану. Страшно стала болеть она. Обильный гной вытекал из раны, заражая воздух страшным зловонием. Невыносимы были страдания Филоктета. Не переставая, стонал он и днем, и ночью. Стоны несчастного Филоктета не давали покоя грекам. Воины начали роптать. Они не могли выносить зловоние, которое распространяла рана Филоктета'
  
   Итак, стотысячное войско. На 1186 кораблях. На маленьком острове Хриса.
   И все-все страдают от зловония, распространяемого раной несчастного Филоктета. Да! Они еще страдают от стонов, стоны Филоктета не дают им покоя. Всем ста тысячам. Хочется сказать как Станиславский:
   - Не верю.
   Сто тысячное войско со своими 1186 кораблями производит столько шума и, пардон, зловония, что бедняга Филоктет со своими ранами просто отдыхает.
  
   Остается только сделать Вывод: На острове Хриса побывала небольшая горстка народа, скорее всего, только вожди с личной охраной.
  
   'Наконец, вожди греков решили, по совету Одиссея, покинуть несчастного друга Геракла где-нибудь на берегу. Во время плавания мимо острова Лемноса вожди велели снести уснувшего Филоктета на пустынный берег. Там, среди скал, положили его, оставив ему его лук и стрелы, одежду и пищу'
  
   Это тоже интересная традиция. Очень героическая традиция - бросить раненого товарища одного на острове. Авось, сам умрет. В итоге Филоктет назло всем выжил, а мир получил первого в истории 'Робинзона Крузо'.
  
   'Так покинули греки того героя, без стрел которого не суждено было им взять Трою. Девять лет пришлось томиться Филоктету на пустынном берегу. Но настало время, когда пришлось грекам самим послать за Филоктетом и просить у него помощи. Это случилось на десятом году осады Трои'
  
   А что же великий прорицатель Калхас? Где был в этот момент его 'непогрешимый' дар предвидения?
  
   'Покинув Филоктета, греки отправились в дальнейший путь и, наконец, приблизились к троянским берегам, где ждало их столько трудов, опасностей и великих подвигов'.
  
   Теперь, когда мы вместе с многострадальным греческим войском приблизились-таки к берегам вожделенной Трои, осталось выяснить, сколько же лет они туда добирались? Потому что у Гомера в Илиаде описаны события только последнего, десятого года этой войны, а события предыдущих девяти лет размазаны по различным мифам и описаны довольно скудно. За исключением отдельных моментов, на которых мы уже останавливались.
  
   Вот вам и Вывод: Греки добирались до берегов Трои примерно девять лет. Это, конечно, не блицкриг совершенно. Почему так долго? Не спешили? Фатальное невезение?
  
   Рассмотрим же этот интересный момент пристальнее.
  
   Стотысячное войско греков. На 1186 кораблях. У берегов Трои.
   А помнится, Трою ведь еще брал в свое время Геракл. Там еще царем Лаомедонт был, отец Приама. Что это была за история?
  
   'На обратном пути из страны амазонок прибыл Геракл к Трое'
  
   Разумеется, не один, с ним был небольшой отряд. И двигались они к Эврисфею в Микены, отчитаться о проделанной работе, т.е. предъявить пояс царицы амазонок Ипполиты, добытый в честной захватнической операции. И что за картина является их очам?
  
   'Они увидели прекрасную дочь царя Лаомедонта Гесиону, прикованную к скале у самого берега моря. Она была обречена, подобно Андромеде, на растерзание чудовищу, выходившему из моря. Это чудовище послал в наказание Лаомедонту Посейдон за отказ уплатить ему и Аполлону плату за постройку стен Трои'
  
   На самом деле все выглядело еще забавнее, но, вчитайтесь в эти строки. Переводя это на наш современный язык, Посейдон и Аполлон на тот момент были силой, великой силой, а Лаомедонт посмел кинуть их на деньги! Это говорит сразу о нескольких вещах. Во-первых, стены Трои после капитального ремонта и реконструкции, проведенной богами, стали неприступными, а Лаомедонт уверовал в свою безнаказанность настолько, что посмел не заплатить очень серьезным мужчинам. Во-вторых, мы уже второй раз в мифах встречаем ситуацию, когда от разгневанных богов откупаются дочерями. Вспомните Андромеду. Что далеко ходить, вспомните Ифигению. Стало быть, денег гораздо жальче, а дочери бесплатные, и Лаомедонта вполне можно понять, в этом контексте.
   Что же делает Геракл? О, он спасает деву! Разумеется, за вознаграждение.
   А что делает Лаомедонт? Кидает Геракла так же, как и Посейдона с Аполлоном.
   Нет, Лаомедонт точно мнил, что стены Трои неприступны.
   Однако Геракл тоже был серьезный мужчина. Поскольку не мог отомстить сейчас, отложил это до лучших времен. И как только эти самые лучшие времена настали, иными словами, как только освободился из рабства у Омфалы, тут же собрал большое войско героев и отправился под Трою.
  
   А теперь обратите внимание:
   У Геракла было 'большое войско героев на восемнадцати кораблях'. В среднем на тогдашнем корабле могло быть 200, от силы чуть больше 400 человек воинов, они же и гребцы. (Взяты примерные данные времен Греко-персидских войн). И вот, войско Геракла, приплывшее под Трою на восемнадцати кораблях после непродолжительной осады берет город штурмом. Во время взятия города убивает своими стрелами Лаомедонта и всех его сыновей, кроме самого младшего, Подарка. А Гесиону отдает в жены своему другу Теламону. Гесиона же в качестве свадебного подарка получает право выкупить одного из пленников.
   Она и выкупила брата, Подарка, которого с тех пор стали звать Приамом.
  
   Ну вот, прибыл Геракл к неприступным стенам Трои (8 метров в высоту и 5 метров в ширину, просто Великая Китайская стена какая-то). Прибыл с большим войском (от 5000 до 7000 человек примерно) на 18 кораблях. А через лет... ну, скажем, двадцать, от силы двадцать пять, под Трою приходит стотысячное войско греков. На 1186 кораблях. И в этом войске есть даже те, кто ходил тогда в поход с Гераклом, а также их сыновья, а кое у кого и внуки. И правит Троей тот самый Приам, сын Лаомедонта.
  
   Итак. Троя все та же, стоит на месте. Те же самые стены (8 метров в высоту и 5 метров в ширину). Но Геракл прибыл на 18 кораблях и быстро взял город, а Агамемнон с Менелаем, да со своим стотысячным войском, да на 1186 кораблях...
   Девять лет только добирались. А потом еще долго осаду держали.
   Какая-то не совсем складная картина получается...
  
   И сам собой напрашивается Вопрос: Не многовато народу в войске у Агамемнона? Не многовато ли у него кораблей? Извините, сколько места надо, только чтобы те корабли на берег вытащить?
   Да, возможно, цифры сильно завышены.
   И да, возможно, никуда Агамемнон с Менелаем не торопились.
   Тем не менее, не прошло и девяти лет, как они, наконец, приплыли под Трою. Лучше поздно, чем никогда.
  
   Глава 9.
  
   Ну, раз греки все-таки добрались до Трои, можно взглянуть на вожделенную землю этого великого и богатого города. Холм, хранящий развалины древней Трои находится теперь километрах в пяти от морского берега, на месте теперешнего турецкого местечка Гиссарлык. Возможно, в те времена рельеф был несколько иным, а море могло быть дальше или ближе, как, например, в современных Фермопилах, где сражались и полегли знаменитые 300 спартанцев. Во времена оные дорога мимо Фермопил была настолько узкой, что всего несколько воинов могли на ней поместиться в ряд. С одной стороны обрывистый берег моря, с другой скалы. Зато теперь, там просторно и ровно, и моря нет даже на горизонте.
   Как бы то ни было, известно лишь, что на берегу Илиона было достаточно места, чтобы разместились и корабли греков, и их лагерь. И еще оставалось большое пространство для маневра. Надо же было где-то воевать. Собственно, сам холм, на котором стояла Троя, имел не такие уж большие размеры, Гомер пишет, что во время поединка Ахилла с Гектором они успели обежать его трижды. И, тем не менее, для своего времени, это была большая крепость.
  
  
   план раскопок холма гиссарлык [просторы инета]
   Археологический план раскопок холма Гиссарлык
  
  
   разрез холма гиссарлык [просторы инета]
   Разрез холма Гиссарлык
  
   Однако, которая из этих Трой, изображенных на рисунке, та самая Троя?
   Общепринятое мнение ученых относит период Троянской войны к слою "Троя VII-A (1300-1200 гг. до н. э.)".
   Шлиман нашел свой "Троянский клад", который состоял из многочисленного оружия, медных безделушек, частей драгоценных украшений, золотых сосудов, могильных плит доисторического и раннеисторического периода в слое "Троя II (2600-2300 гг. до н. э.)".
   Шлимана принято считать авантюристом, дилетантом и т.д. и т.п. Однако, именно он, руководствуясь античными текстами и интуицией, и нашел ее, Трою. До него все это античное наследие считалось просто мифом.
   Оспаривать мнение мужей науки не стоит. Но, возможно, стоит сопоставить некоторые общеизвестные факты с имеющимися текстами мифов.
   Ранее, при определении примерного возраста ключевых героев Троянской войны, уже проводился анализ мифов об Аргонавтах, о Тесее, о Геракле и о Троянской войне. Судя по исследованным текстам, эти знаменитейшие древнегреческие эпосы описывают события, происходившие за время жизни трех или пяти поколений. Мифы о Геракле и о Троянской войне упоминают топонимы, напрямую связанные с мифом об Аргонавтах. Следовательно, и происхождение легенд можно отнести примерно к одному и тому же времени. Слишком уж стройная складывается картина, в принципе все мифы увязаны между собой, за исключением небольших накладок. Но что такое 5-10 лет для древней истории?
  
   А теперь основные моменты:
  
   1. Благодаря красочным описаниям Гомера в текстах "Илиады" и "Одиссеи" известно, что все вооружение и утварь изготовлена из меди. Это позволяет отнести описанные события к Медному веку.
   Судя по тонкой проработке и деталировке - период расцвета. Медный век (энеолит) приблизительно охватывает период IV-III тысячелетия до н. э., с учетом отсутствия точного разграничения с Бронзовым веком, примем во внимание хронологические рамки Бронзового века: 35/33 - 13/11 вв. до н. э.
   За ним следует Желемзный век - эпоха в первобытной и раннеклассовой истории человечества, характеризующаяся распространением металлургии железа и изготовлением железных орудий; продолжался примерно с 1200 г. до н. э. до 340 г. н. э.
   (Историографы называют Гомеровским (предполисный) период, 'тёмные века' (XI-IX вв. до н. э.). Это окончательное разрушение остатков микенской (ахейской) цивилизации, возрождение и господство родоплеменных отношений, их трансформация в раннеклассовые, формирование уникальных предполисных общественных структур. Но куда в данном девать все описанное Гомером вооружение и утварь, изготовленное исключительно из меди?)
   Не стоит недооценивать античный текст, если там написано "медь", значит, это была медь.
  
   2. Описанные в текстах мифов об Аргонавтах, о Тесее, о Геракле и о Троянской войне события совершенно определенно относятся к Крито-Микенскому периоду (конец III - II тысячелетие до нашей эры). Миф о Тесее, а также мифы о том, как Зевс похищает Европу в образе быка, указывают, что Кносс основан сыном Зевса Миносом. (Тем самым, у которого был печально известный Минотавр, убитый Тесеем). Ибо эти истории восходят к тому периоду, когда рождались великие топонимы. Такие, как Эгейское море, море Геллы (Геллеспонт), Дарданеллы, Колхида. И кносский Лабиринт в том числе. А значит, раз первые, ранние дворцы примерно относятся ко времени мифа, мы имеем дело со Среднеминойским периодом (XXII-XVIII вв. до н. э.). Известным также как период 'старых', или 'ранних', дворцов. Или Среднеэлладским периодом (XX-XVII вв. до н. э.), характеризующимся расселением на юге Балканского полуострова первых волн носителей греческого языка - ахейцев. Заметьте, в тексте Илиады греков далеко не всегда называют ахейцами, называют их и аргивянами, и данайцами. Помните знаменитое: "Бойтесь данайцев дары приносящих".
  
   3. И еще такой незначительный, но аргумент. Троя времен Приама была полностью окружена стеной по периметру. (Вспомните, как Лаомедонт, отец Приама, отказался платить Посейдону и Аполлону за постройку стен). На Археологическом плане раскопок к таковым можно отнести стены слоя "Троя II (2600-2300 гг. до н. э.)".
  
   Трепещущей рукой написан Вывод: Все-таки Троянская война (если она была) должна была происходить примерно в XXII - XX веке до н.э. Если быть точнее, крепость, подходящая под описания, приведенные в мифах, более всего соответствует слою Шлимановской Трои. И если принять на веру общепринятые датировки.
   Лично я могу относиться со скептицизмом к 'Троянскому кладу' Шлимана, это вполне могла быть фальсификация. Разумеется, изделия там весьма и весьма драгоценные, но, возможно, в погоне за сенсацией, Шлиман их туда 'подложил', а возможно, и нет. Это и не важно. Важно, что человек, поверив написанному черти когда тексту, отправляется к черту на куличики рыться в старых курганах. И да, находит именно там крепость более всего соответствующую этому тексту.
   Есть также версии, что на самом деле Троя находилась по другую сторону Геллеспонта. И это возможно.
   Но.
   По другую сторону Геллеспонта уже Европа, и во времена Гомера это тоже была Европа. А Троя принадлежит Азии.
  
   ***
   Итак, вот он берег Илиона. Приплыли!
  
   'Обрадовались греки, что окончилось их долгое плавание. Но когда подплыли ближе к берегам, то увидели, что их ждало уже сильное войско троянцев под предводительством Гектора, могучего сына престарелого царя Трои Приама. Как было пристать грекам к берегу? Как высадиться? Видели все герои, что погибнет тот, кто первым ступит на троянский берег'.
  
   Дальше в тексте идет красивая легенда о том, как хитроумный Одиссей провел легковерного Протесилая. Таким образом, человеческая жертва за благополучную высадку на Троянскую землю была принесена. Теперь можно высаживаться остальным.
  
   'Греки дружно бросились с кораблей на врагов. Закипел кровавый бой, дрогнули троянцы, обратились в бегство и укрылись за неприступными стенами Трои. На следующий день было заключено между греками и троянцами перемирие, чтобы подобрать павших воинов и предать их погребению.
   Предав земле всех убитых, греки приступили к устройству укрепленного лагеря. Вытащили они свои корабли на берег и расположились большим станом вдоль берега моря от гор Сигейона до гор Ройтейона. Со стороны Трои они защитили свой лагерь высоким валом и рвом'.
  
  
  
   лагерь греков у стен Трои [просторы инета]
  
   'На двух противоположных концах лагеря разбили свои шатры Ахилл и Аякс Теламонид, чтобы наблюдать за троянцами и не дать им напасть неожиданно на греков'.
  
   Иными словами, два царя охраняют фланги. Этот и еще многие моменты в тексте указывают на то, что не было под Троей стотысячного войска. А было около трех-пяти десятков царей с личными войсками. Причем состав царей был переменным, одни в Троаду приплывали, другие уплывали, лишь основной контингент оставался под Троей постоянно. И численность тех личных войск, точнее отрядов могла колебаться примерно от ста пятидесяти бойцов до пяти тысяч. Ибо не все были богаты людскими ресурсами, как впрочем, и деньгами. Если верить Гомеру, один корабль нес от 50 до 120 воинов.
  
   Самое время вернуться к походу Геракла на Трою.
   У Геракла, как уже было сказано ранее, было 'большое войско героев на восемнадцати кораблях'. Согласно данным Греко-персидских войн, откуда и были взяты цифры, в среднем на тогдашнем корабле могло быть 200, от силы чуть больше 400 человек воинов, они же и гребцы.
   Но.
   Если согласиться с написанным ранее, то получается, что Троянская война произошла примерно на тысячу (спорно, но других цифр нет) раньше, чем предполагают историки. И тут определиться с численностью бойцов на корабле помогут все те же мифы.
   Существует достаточно точный список гребцов знаменитого корабля Арго, на котором Ясон сплавал в Колхиду за золотым руном. Иными словами, известны участники похода Аргонавтов. По разным источникам их количество колеблется от 45 до 67 человек. Геракл, заметьте, тоже какое-то время принимал участие в этом походе. Гомер пишет, что корабли Филоктета, друга и соратника Геракла, имели по 50 гребцов. Значит, 50 бойцов на корабле - это и есть оптимальная вместимость кораблей времен Геракла.
   В этом случае, простой арифметический подсчет показывает: то большое войско, что привел под Трою Геракл на 18 кораблях, составляло около 900 бойцов, ну, может быть, 1 тысячу. Даже не 5-7 тысяч! И с этим войском он быстро взял неприступный город.
  
   Вывод возникает сам собой: Греки под чутким руководством Агамемнона и Менелая вовсе не преследовали цели взять город быстро. Потому что, если с 1 тысячей бойцов можно взять город штурмом после непродолжительной осады, то 100 тысяч должны сделать эту работу... Ну уж не за год.
  
   Тогда Вопрос: А что за цели они преследовали?
   Ответ: ...?
   Но мы на него непременно ответим.
  
   С другой стороны, если троянцы могли время от времени гонять греков до самих кораблей, а однажды и подожгли эти самые корабли, их войско, то самое, что Гомер называет 'сильное войско троянцев под предводительством Гектора', должно было хоть как-то соответствовать по численности войску греков. А где, позвольте вас спросить, в крепости размером 200 на 300 метров разместить такую армию? На целый год? Это же одних доспехов сколько, а кони, а колесницы? А провиант? Там ведь еще и мирное население живет постоянно. И что-то не было слышно, что троянцы голодают.
  
   Но вернемся в лагерь греков:
  
   'В середине лагеря возвышался роскошный шатер царя Агамемнона, выбранного греками предводителем всего войска. Здесь, около шатра Агамемнона, была и площадь для народных собраний. Мудрый Одиссей поставил свой шатер около площади народных собраний, чтобы во всякое время быть в состоянии выйти к собравшимся и чтобы всегда знать, что происходит в стане. Он, несмотря на то, что раньше так не желал участвовать в походе, теперь стал ярым врагом троянцев и требовал, чтобы греки во что бы то ни стало взяли и разрушили Трою'.
  
   Одиссей неподражаем, впрочем, как всегда.
  
   'Когда лагерь греков был устроен и укреплен, греки послали в Трою царя Менелая и хитроумного Одиссея для переговоров с троянцами'.
  
   То есть, воевать они не собирались? Нет? Просто так, прогуляться под Трою приехали? Собрали вселенское войско, девять лет добирались, чтобы немного поговорить на отвлеченные темы?
  
   'Греческих послов принял в своем доме мудрый Антенор и устроил для них роскошный пир. Всей душой желал Антенор, чтобы заключен был мир и удовлетворены были законные требования Менелая. Узнав о прибытии послов, Приам созвал народное собрание, чтобы обеспечить требование Менелая. Явились на собрание троянцев и Менелай с Одиссеем. Менелай в краткой, сильной речи потребовал, чтобы вернули троянцы жену его Елену и сокровища, похищенные Парисом. После Менелая говорил Одиссей. Заслушались троянцы дивной речи мудрого царя Итаки. Он убеждал троянцев удовлетворить требования Менелая. Народ троянский готов был уже согласиться принять все условия Менелая'.
  
   Роскошный пир, отменное гостеприимство, речи на народном собрании.
   Светские беседы.
  
   '...Уже сама прекрасная Елена раскаялась в своем опрометчивом поступке и жалела, что покинула дом героя-мужа ради Париса. И Антенор убеждал народ исполнить требования Менелая. Он видел, сколько бед повлечет за собой война троянцев и греков. Но не желали мира с греками сыновья Приама, и прежде всего, конечно, Парис. Неужели заставят его выдать Елену? Неужели отнимут у него всю его добычу? Он не хотел подчиняться народному решению, а его поддерживали в этом братья. Подкупленный Парисом Антимах требовал даже, чтобы троянцы схватили царя Менелая и убили его. Но этого не допустили Приам и Гектор, они не позволили оскорбить послов, находящихся под защитой громовержца Зевса. Колебалось народное собрание, не знало, какое принять окончательное решение.
   Тут встал троянский прорицатель Гелен, сын Приама, и сказал, чтобы не боялись троянцы войны с греками, - боги обещают Трое свою помощь. Поверили троянцы Гелену. Они отказались удовлетворить требование Менелая. Послы греков принуждены были ни с чем покинуть Трою. Теперь должна была начаться кровопролитная борьба троянцев с греками'.
  
   Представьте себе, вы живете в хорошо укрепленном городе. Живете себе, в ус не дуете, богатеете с каждым днем. И вдруг, в один прекрасный день, приплывает туча вооруженного до зубов народу бандитской наружности, и устраивается лагерем у вас перед носом.
   Как бы вы не были легкомысленны, вы встревожитесь. Хотя бы потому, что эти бандиты разоряют ваши окрестности. Невольно должно прийти на память, как лет двадцать назад орава греков тоже приплыла на кораблях и разорила город.
   Что же троянцы?
   Встревожились? Может быть, Приам вспомнил, как Геракл перебил всю его семью? Нет, нисколько. Согласно доброй традиции, которую заложил еще отец нынешнего царя Приама Лаомедонт, кинувший на деньги двух богов Олимпийцев и одного Геракла, троянцы послали к черту наглых Атридов, явившихся требовать назад свои деньги и блудную жену.
   Восхитительно, театрально, дерзко. Жаль только, что все так печально кончилось.
  
   Отсюда можно сделать только один Вывод: Троянцам грозное и опасное войско греков совершенно таковым не показалось.
   Позвольте еще один маленький, не относящийся к делу Вывод: Боги обещали помощь Трое. Заметьте, помимо остальных, все те же Посейдон и Аполлон. Вероятно, надеялись все-таки получить свои деньги за постройку стен.
  
   Вопрос: Но почему? Как может не показаться угрожающим огромное войско, стоящее прямо под стенами вашего дома?
  
   Чтобы на этот вопрос ответить, надо обратить внимание на то, что эта война в описании Гомера более похожа на рыцарский турнир, устроенный для приятного времяпровождения, в котором индивидуальные поединки перемежаются в 'командными', чем на настоящую военную операцию по захвату города.
  
   'Заперлись троянцы в неприступной Трое; даже Гектор не осмелился покидать Трою. Греки же начали осаду. Они три раза пытались взять штурмом Трою, но это им не удавалось'.
  
   А пока этот турнир под стенами Трои продолжался, греческое войско делало то, ради чего оно сюда приехало.
  
   'Тогда греки стали разорять окрестности Трои и завоевывать все города, которые находились в союзе с Троей. Греки предпринимали против них походы по суше и по морю. Во всех этих походах особенно отличался великий Ахилл. Греки завладели островами Тенедосом, Лесбосом, городами Педасом, Лирнессом и другими. Много городов разрушили они внутри страны. Овладели и городом Фивами, где правил отец жены Гектора Андромахи, Эстион. В один день убил Ахилл семь братьев Андромахи. Погиб и отец ее. Но не предал труп Эстиона поруганию Ахилл, - боясь гнева богов, он предал его погребению. Мать же Андромахи была уведена пленницей в стан греков. Богатую добычу захватил Ахилл в Фивах. Он захватил в плен прекрасную дочь жреца Аполлона Хриса, Хрисеиду, и прекрасную Брисеиду. Хрисеида была отдана греками царю Агамемнону'.
  
   Иными словами, методично разоряя весь регион, греки и не стремились взять город, они просто удобно стояли в его окрестностях лагерем. И предавались в это время внутренним распрям и интригам.
  
   Что же касается великого Ахилла. С его биографией вообще все немного странно.
   В шесть лет проходит обучение у кентавра Хирона в его знаменитой пещере-академии. В столь нежном возрасте уже способен пешком догонять оленей и убивать львов. Потом с девяти лет матушка Фетида 'укрыла его на острове Скиросе, во дворце царя Ликомеда. Там жил среди царских дочерей Ахилл, одетый в женские одежды'. Жил там Ахилл среди женщин, одетый в женское платье, около 10 лет. За это время успел и детишек родить. Одного сына Неоплолема уж точно. И очевидно, сделал он это в очень юном возрасте.
  
   Возникает Вопрос: Где учился воинскому мастерству великий Ахилл? Среди дочерей Ликомеда? Одетый в женское платье?
  
   Точного ответа на этот вопрос, увы, нет. Но есть предположения, которые следует рассмотреть позднее.
  
   Глава 10.
  
   Хотелось бы задаться Вопросом: Что же на самом деле происходило под стенами Трои?
   Ответ: Как что? Троянская война!
   Тогда еще Вопрос: А как же она происходила, эта война?
   О...
  
   'Все кругом Трои опустошали греки. Троянцы не смели показываться за стенами Трои, так как каждому грозила смерть или жестокий плен и продажа в рабство'.
  
   Итак, греки встали благоустроенным лагерем, отрезав Трою от удобных подходов к морю. (Кстати, в очередной раз удивляет отсутствие упоминаний о флоте троянцев). Предприняли несколько попыток штурма, неудачных попыток, скорее отвлекающих. Демонстрация силы. И перенесли свое внимание на окрестный регион, методично уничтожая более слабых союзников Троянского царства.
  
   Вопрос: На что же это похоже больше всего?
  
   Ответ: Поскольку на тот исторический момент Троянское царство было доминирующим в регионе и имело самое сильное войско, возглавляемое, без сомнения, выдающимся полководцем Гектором, вывести его из игры, чтобы захватить более слабые царства союзников Трои, было стратегически наиболее верным ходом.
  
   Тактика же была в примерно одинакова во всех случаях. Греки, обладавшие мощным флотом и мобильными отрядами, быстро возникали у того или иного противника 'перед дверями'. И тут да, в каждом случае это был блицкриг.
  
   'Греки предпринимали против них походы по суше и по морю. Во всех этих походах особенно отличался великий Ахилл. Греки завладели островами Тенедосом, Лесбосом, городами Педасом, Лирнессом и другими. Много городов разрушили они внутри страны'.
  
   А под стенами Трои они стояли лагерем, большим, удобным, хорошо оснащенным. Из которого мобильные группы направлялись в рейды, завоевывать все новые и новые территории. При этом, вынуждая основное войско, самое сильное в регионе, безвылазно сидеть в крепости. Не совсем, конечно, безвылазно, успешных боев за стенами города троянцами было дано несколько, один раз они чуть не согнали греков с насиженного места, начав жечь их корабли. Но это войско было постоянно привязано к обороне города от возможного нападения, и не могло прийти на помощь союзникам!
   Далее, судя по тексту, Ахилл наиболее часто возглавлял эти успешные захватнические рейды, наводя ужас на все побережье.
  
   Вопрос: Куда свозилась добыча?
   Ответ: Вряд ли вся хранилась в лагере под Троей. Во-первых, слишком много добычи делало лагерь уязвимым, т.к. они стали бы сами объектом охоты. Много ценностей - много желающих их поиметь. Значит, вероятно, часть добычи отправлялась домой. Для этого нужны корабли, много кораблей. А на кораблях гребцы - они же и воины.
  
   Еще Вопрос: Что происходило с завоеванными островами и городами внутри страны? Их быстро брали, быстро разоряли и потом так же быстро покидали, оставив после себя дымящиеся развалины? Или оставляли в каждом завоеванном городе своих людей?
   Ответ: Быстренько разорить и вырезать город, а потом так же быстренько прыгнуть на корабли и исчезнуть, несколько опасно. Потому что, до тех пор, пока греки эти города не трогали, они могли ничего не предпринимать и сидеть у себя дома, трясясь от страха, что злобные чудовища - греки, известные всем своей варварской жестокостью, придут и разорят их. Но когда катастрофа уже произошла, найдется немало мстителей, желающих немедленно поквитаться. А куда идти, всем известно - вон он, лагерь, под Троей. Потому, можно предположить, что часть войска оставалась в каждом покоренном городе, чтобы не ожидать удара в спину.
  
   Не стоит забывать о том, что много покоренных городов - это и много рабов.
  
   Вопрос: Рабы весьма ценный товар, пожалуй, самый ценный. Рабов куда девать?
   Ответ: Рабов надо продавать, либо отправлять на 'Большую землю'. Не везти же всю эту толпу в лагерь под Троей. Там и так слишком скученно и полно инфекции. Туда в лагерь привозили только отдельных 'жемчужин'. Таких, как Брисеида или Хрисеида. А остальных куда девать? Мужчин, женщин, стариков, детей? А на корабли их, отправить к себе или продать на невольничих рынках! Можно и пешком погнать, по суше. Но для всего этого тоже нужно много кораблей и много воинов сопровождения.
   И главное, не забыть отстегнуть долю в ставку Агамемнона.
   ***
   Пока стотысячное войско (а чтобы распылиться на весь регион, действительно нужно очень большое войско, с очень большим количеством кораблей), разбирается с покорением окрестных царств, вернемся в лагерь греков под стенами Трои.
   Лагерь греков жил кипучей жизнью, корабли сновали туда-сюда, отвозя и привозя лихой народ, злато-серебро-медь-рабов-коней-утварь-рабов и т.д. и т.п. Опять же добычу делили. И сортировали, кое-что для временного хранения (чтобы радовало глаз), кое-что для отправки на родину. Даже маяк установили, чтобы никто не потерялся в тумане. А в самом лагере постоянно находился Агамемнон с Менелаем, да еще та часть контингента, силами которой и сдерживали войско Гектора в Трое.
  
   И да, Одиссей, король интриг, как же без него, он и в набеги успевал ходить, и 'дома' вопросы решать.
  
   'Много претерпели и греки за девять лет войны. Много и у них было убитых. Многие герои погибли от руки врагов. Погиб и мудрый герой Паламед, но не от руки врага. Из ненависти и зависти погубил его хитроумный Одиссей. Много разумных советов давал грекам Паламед, не раз оказывал он им неоценимые услуги. Целебными травами излечивал он раны и болезни; он устроил маяк для греков, чтобы знали отплывшие из стана, куда пристать темной ночью. Чтили героя Паламеда греки и охотно слушались его советов. За это возненавидел его Одиссей. Он видел, что Паламеда слушают греки охотнее, чем его'.
  
   Одиссей, если к нему приглядеться внимательно, настоящее беспринципное, подлое и невероятно жестокое чудовище, однако, неизменно вызывает у Гомера да и у читателей симпатию. Парадокс.
  
   'Вспомнил Одиссей и то, как раскрыл Паламед его хитрость, когда притворился он помешанным, чтобы не идти под Трою; это воспоминание еще более усиливало его ненависть к Паламеду. Долго размышлял Одиссей, как погубить ему Паламеда. Наконец, воспользовался он тем, что Паламед стал советовать грекам кончить войну и вернуться на родину. Одиссей придумал коварный план. Ночью он спрятал в шатре Паламеда мешок с золотом и стал уверять всех, что недаром советует Паламед прекратить осаду Трои, что эти советы дает он грекам лишь потому, что подкуплен Приамом. Немало было недовольных Паламедом и среди греков. Ведь если бы греки послушались советов Паламеда, то лишились бы они богатой добычи, которой завладели бы они, взяв Трою. Все эти недовольные охотно поверили клевете Одиссея'.
  
   Дальше у Гомера описывается в деталях, как была провернута операция, по итогам которой ни в чем не повинного Паламеда по приказу Агамемнона забили камнями.
  
   'Не только на смерть осудил Агамемнон Паламеда, но и его душу обрек он на вечные скитания. Не позволил Агамемнон предать тело Паламеда погребению, оно оставлено было на берегу моря, чтобы растерзали его дикие звери и хищные птицы. Но не допустил этого могучий Аякс Теламонид. Он совершил погребальные обряды над телом Паламеда и с честью похоронил его. Аякс не верил, что изменил Паламед грекам'.
  
   А теперь внимание Одиссея переключится и на Аякса сына Теламона, того, который в свое время ворвался в Трою раньше Геракла. А это был авторитет!
  
   Но дальше по тексту Агамемнон поссорился с Ахиллом. Тот вынудил его вернуть жрецу Аполлона Хрису его дочь Хрисеиду, которая досталась Агамемнону как часть добычи. Ибо, сами знаете, как это бывает, Хрис взмолился Аполлону, тот наслал жуткий мор (на самом деле большая скученность народа, антисанитария и инфекции виноваты во всем), вмешался Калхас...
  
   "Девять дней свирепствовал уже мор. На десятый день, по совету, данному Герой, созвал великий герой Ахилл на народное собрание всех греков, чтобы решить, как быть им, как умилостивить богов. Когда собрались все воины, первым обратился к Агамемнону с речью Ахилл:
   - Придется нам плыть обратно на родину, сын Атрея, - сказал Ахилл, - ты видишь, что гибнут воины и в боях, и от мора. Но, может быть, мы прежде спросим гадателей: они скажут нам, чем прогневали мы сребролукого Аполлона, за что послал он гибельный мор на наше войско.
   Лишь только сказал это Ахилл, как поднялся прорицатель Калхас, уже много раз открывавший грекам волю богов. Он сказал, что готов открыть, чем прогневан далеко разящий бог, но откроет он это лишь в том случае, если Ахилл защитит его от гнева царя Агамемнона. Ахилл обещал свою защиту Калхасу и поклялся в этом Аполлоном. Тогда только сказал Калхас:
   - Гневается великий сын Латоны за то, что обесчестил царь Агамемнон жреца его Хриса, прогнал его из стана, не приняв от него богатого выкупа за дочь. Умилостивить можем мы бога лишь тем, что вернем отцу черноокую Хрисеиду и принесем в жертву богу сто тельцов".
  
   Короче, или Хрисеиду вместе с отступными возвращают, или мементо морэ.
   Далее Гомер описывает отвратительную грызню между царями, в результате которой Агамемнон решил в отместку отнять добычу у Ахилла. Показательно оскорбить и унизить великого героя-добытчика, и отнять у него Брисеиду. А Брисеида, по всему видно, Ахиллу нравилась, да и унижение он так просто сносить не собирался. Решил показать всему войску греков, и Агамемнону с Менелаем в первую очередь, кто чего стоит. Удалился в свой шатер и отказался принимать участие в военных действиях.
   Хрисеиду же на корабле отправили к отцу в Фивы. Кто возглавлял дипломатическую миссию? Конечно же, Одиссей.
  
   Что характерно, в тексте весьма красочно описано, как великий и ужасный Ахилл в слезах жаловался маме Фетиде на своих обидчиков Атридов, а та, чтобы сыночек не плакал, обещала всяческое содействие. (Это нисколько не бросает тени на его героическую сущность, просто ранимый был человек и богобоязненный, с тонкой душевной организацией, поэт, одним словом).
   Вот с этого случая начинается активное вмешательство богов в дела Троянской войны, но, хотелось бы на время обойти вниманием цветистые рассуждения Гомера на тему участия в этой войне богов.
  
   Глава 11.
  
   В тексте у Гомера описан весьма интересный момент. Как раз после того, как Агамемнон поссорился с Ахиллом. Самый главный добытчик, свирепый и безбашенный Ахилл, краса и гордость греческого войска, выбыл из игры. И, поверьте, многие почувствовали себя неуютно. Естественно, Агамемнону надо было поддержать свой престиж и доказать всем, что и без Ахилла обойдутся. Он замыслил показательно устроить впечатляющую победу под личным руководством. А, поскольку ехать далеко никуда не собирался, решил атаковать Трою.
   Но прежде следовало проверить, чем войско дышит. Что там, в головах царей, ему более или менее известно, но что думают рядовые воины, те, кому достается умирать на поле боя, а вот добычи... ну очень маленькая доля. Собирает он собрание и, взяв в руки скипетр, вещает о тяготах войны, и, что вероятно, им следует вернуться домой.
   Далее следует уже очень забавный текст, он настолько примечателен, что его стоит привести в стихотворной форме, для большей пафосности. Итак, Агамемнон провещал:
  
   'В милую землю родную бежим с кораблями немедля!
   Широкоуличной Трои нам взять никогда не удастся!"
   ***
   Так он сказал и в груди взволновал у собравшихся множеств
   Сердце у всех, кто его на совете старейшин не слышал.
   Встал, всколебался народ, как огромные волны морские
   Понта Икарского: бурно они закипают от ветров
   Евра и Нота, из зевсовых туч налетевших на море;
   Или подобно тому, как Зефир над высокою нивой,
   Яро бушуя, волнует ее, наклоняя колосья, -
   Так взволновалось собранье ахейцев. С неистовым криком
   Кинулись все к кораблям. Под ногами бегущих вздымалась
   Тучами пыль. Приказанья давали друг другу хвататься
   За корабли поскорей и тащить их в широкое море.
   Чистили спешно канавы. До неба вздымалися крики
   Рвущихся ехать домой. У судов выбивали подпорки'.
  
   Да...
   Вот вам и ответ. Войско считало, что награблено уже более, чем достаточно, пора и честь знать. Домой-домой-домой!!!
   Ничего себе, боевой дух у войска накануне решающего (с точки зрения Агамемнона) сражения! То-то царь, надо полагать, заметался по лагерю, размахивая скипетром.
   Кто же тут приходит Агамемнону на помощь? О, разумеется, Одиссей. Да, и конечно же, Нестор. Всех вернули от кораблей, промыли мозги, недовольных застращали. Толкнули великую речь - и все, народ снова готов идти умирать, воодушевленный возможностью захватить богатую добычу и переизнасиловать всех троянских женщин от мала до велика.
   И вот, шлемоблещущие, скудоумные и волоокие, но преисполненные отваги, а также благородного желания провести хотя бы один показательный бой, Атриды во главе греческого войска двинулись на Трою. Это Ахилл воевал грязно и быстро, разоряя тут все вокруг, а они покажут, как это надо делать, чтобы все было красиво, благородно и эпически. Войско греков шло к стенам Трои, вздымая тучи пыли, а с той, с другой стороны выходили из стен города и строились войска троянцев.
   Первое противостояние после достаточно долгого времени.
   Все в лучших традициях. Войска стоят друг против друга, пока что просто стоят, ничего не предпринимая. На стенах множество зрителей. Множество зрителей, женщины! То есть, никто и не планировал город брать приступом. Иначе на стенах были не зрители, а защитники.
   Но сначала, по закону жанра, поединок один на один.
  
   "Сошлись оба войска, но не вступали еще в бой. Тогда вышел из рядов троянцев прекрасный Парис. Через плечо его перекинута была шкура леопарда, за спиной - лук и колчан со стрелами, у бедра - острый меч, а в руке держал он два копья. Вызывал Парис кого-нибудь из героев греков на единоборство. Лишь только увидел Менелай Париса, как быстро соскочил с колесницы и, сверкал своим вооружением, вышел вперед. Радостно шел против Париса Менелай, подобный льву, который неожиданно нашел богатую добычу; ликовал Менелай, что может отомстить похитителю прекрасной Елены.
   Едва увидал Парис Менелая, как дрогнуло его сердце и скрылся он среди друзей своих, испугавшись смерти".
  
   Но честь велит, все жаждут зрелищ. Поединок состоится.
   Причем, бой ведется по всем правилам рыцарских поединков. На поле выезжает сам царь Приам, обратиться с речью к войскам обоих сторон. Гектор и Одиссей отмеряют место, бросают жребий, кто начнет.
   Дуэль. Замечательная, почти театральная постановка.
   И это после довольно продолжительной осады, когда 'все кругом Трои опустошали греки. Троянцы не смели показываться за стенами Трои, так как каждому грозила смерть или жестокий плен и продажа в рабство'?
  
  
   Вывод: Вероятно, не такая уж страшная опасность грозила жителям Трои, раз они нарядились как на праздник и собрались посмотреть эту показательную дуэль.
  
  
   Кроме того, интересно, что троянцы не испытывают особой ненависти к Елене. А Приам и вовсе благоволит к ней. Но этот вопрос заслуживает отдельного рассмотрения.
  
   Описание поединка между Парисом и Менелаем тоже достаточно забавно, и бросает тень на обоих героических мужей. Парис просто струсил, сбежав с поля боя в спальню к Елене, заниматься любовью (это намного приятнее, чем воевать). А Менелай - рогоносец (честно говоря, он производит впечатление слегка слабоумного), бегал по всему полю с мечом, разыскивая сбежавшего Париса.
   Ну вот, дуэль проиграна, Агамемнон требует вернуть деньги, блудную жену, да еще и дань заплатить. Хе-хе...
   Троянцы свои долги всем прощают!
   А чтобы Менелай не мельтешил перед носом и не доставал всех своими воплями, его слегка подстрелили. Точнее, немножко пустили кровь.
  
   "Рана была неглубокая, но все же обильно полилась из нее кровь. В ужас пришел Агамемнон, увидав, что брат его ранен".
  
   Микровывод: Надо полагать, что за все время с начала войны, Атриды получили ранение в первый раз, потому что Агамемнон был потрясен произошедшим.
  
   О, а потом была славная сеча! Знатно тогда наваляли друг другу и греки, и троянцы, и даже участвовавшие в битве многочисленные боги.
  
  
  Глава 12.
  
   Битва эта была длительной, если верить Гомеру, с обеих сторон в ней участвовало много разных богов. Но день закончился вничью.
   Интересен момент, когда Гектор на время покидает сражение, чтобы умилостивить богов (Афину, в частности), а кроме того, заходит пристыдить Париса, позорно бежавшего с поля битвы под юбки Елены, и на всякий случай прощается с Андромахой. И вот во время прощания Андромаха произносит фразу:
  
   "- О, муж мой! Погубит тебя твоя храбрость. Ты не жалеешь ни меня, ни сына. Скоро уже буду я вдовой, убьют тебя греки. Лучше не жить мне, Гектор, без тебя. Ведь у меня нет никого, кроме тебя. Ведь ты для меня все - и отец, и мать, и муж. О, сжалься надо мной и сыном! Не выходи в бой, повели воинам троянским стать у смоковницы, ведь лишь там могут быть разрушены стены Трои".
  
   То есть, уязвимое место, где могут быть разрушены стены, существует. Но никому из греков это не интересно.
  
   В общем-то исход битвы решил поединок Гектора с Аяксом Теламонидом, .
  
   "Грозно взглянули друг на друга бойцы. Первым бросил копье Гектор. Не пробил он щита Аякса. Метнул свое копье Аякс и насквозь пробил щит Гектора. Пробило копье и броню Гектора и разорвало хитон. От гибели спасся Гектор лишь тем, что отскочил в сторону. Вырвали копья герои и сшиблись вновь. Гектор опять ударил копьем в щит Теламонида, не согнулось острие его копья. Аякс же еще раз пробил щит Гектора и легко ранил его в шею. Не прервал боя Гектар, он поднял громадный камень и бросил им в щит Аякса; загремела медь, покрывавшая громадный щит, Аякс же схватил еще более тяжелый камень и с такой силой метнул его в шит Гектора, что проломил щит и ранил Гектора в ногу. Упал Гектор на землю, но бог Аполлон быстро поднял его.
  Схватились за мечи герои, они изрубили бы друг друга, если бы не подоспели глашатаи и не простерли бы между ними жезлов".
  
   После поединка Гектора с Аяксом Теламонидом, устроенного также по всем канонам рыцарских турниров, но так и не выявившего победителя, герои обменялись подарками и заверениями в дружбе и взаимном уважении.
   Неплохо повоевали. Агамемнон на радостях закатил пир.
   А потом в стане греков был Совет, на котором по совету мудрого Нестора решили объявить перемирие, дабы похоронить павших и построить высокую стену вокруг лагеря, а также вырыть еще один ров. Нестор был хитромудр и откровенно трусоват, но лишняя осмотрительность (я думаю все это понимают) безопасности награбленного никак не повредит.
   Естественно было бы предположить, что и у троянцев вечером состоялся Совет. Парис уже не был столь категорично настроен. Он даже готов был откупиться от Атридов с деньгами! Но не собирался расставаться с Еленой. О чем с утра следующего дня и было сообщено грекам.
   Те предложение гордо отвергли.
   Все утро греки занимались погребениями, оставшийся же день до вечера - постройкой стены. Действуя этим на нервы троянцам. А вечером в стан греков корабли лемносские вина доставили ... Короче, перепились греки и доблестно уснули с чистой совестью.
  
  ***
   А назавтра был бой. Только уже настоящий, без театральных эффектов и куртуазных церемоний. Видимо терпению Гектора пришел конец.
  
   "До самых кораблей оттеснили греков троянцы. Грозно носился по рядам Гектор".
  
   Причем боги к участию в битве не допускаются! Так повелел Зевс по просьбе Фетиды. А на все претензии ответил:
  
   "Зевс сказал Гере, что до тех пор будут побеждать троянцы, пока Агамемнон не примирится с Ахиллом и не пошлет ему богатых даров за то оскорбление, которое нанес ему".
  
   А дальше было:
  
   "Село солнце. Ночь покрыла своим покровом землю. Прекратилась кровопролитная битва. По совету Гектора не вернулись троянцы в священную Трою. Они расположились на ночь в поле, а город повелели охранять отрокам и старцам. Гектор надеялся, что удастся ему на следующий день одержать окончательную победу над греками и изгнать их из Троады. Множество костров развели троянцы на поле. Словно звезды, сверкали эти костры во мраке ночи".
   (Приводить все описание нет никаких сил и возможностей)
  
   Вывод: Тут и выяснилось, что царей в лагере у Агамемнона много, а специалист по настоящей, а не подковерной войне, один Ахилл.
  
  
   В итоге, у Агамемнона уже начала вырабатываться привычка, как только запахнет жареным, созывать Совет и, посыпая главу пеплом, говорить, что надо бежать домой. И к черту Трою! Вроде, достаточно награбили. Однако мудрый Нестор с мудрым Одиссеем (этим никогда не будет достаточно) посоветовали помириться с Ахиллом. Пусть, де, он наводит ужас на троянцев как раньше.
   Но Ахилл, встретивший их в своем шатре играющим на лире, был холоден к попыткам Агамемнона помириться. Вот, мол, всесильный Агамемнон пусть сам теперь и разбирается с Гектором.
  
  
   А Гектор одерживал одну победу за другой. Добрался таки до кораблей и начал жечь их. По-хорошему, не вмешайся тогда Патрокл, верный друг, соратник и возлюбленный Ахилла, поражение греков было бы неминуемо. Согнал бы их Гектор с насиженного места.
   Что там произошло точно, не совсем ясно, но, видимо, одни доспехи Ахилла, в которые был облачен Патрокл, сыграли свою роль. Впрочем, Патрокл, правая рука могучего героя, всегда сопровождал Ахилла в его рейдах и сражаться умел. Возглавил войско греков, полностью отбил атаку и прогнал троянцев обратно к стенам города. Но, увы, недолгой была его славная карьера полководца, в том бою погиб Патрокл от руки Гектора.
  
  
   Вопрос: Если вид доспехов одного человека мог переломить ход битвы, следовательно, не так уж много народа в этой битве участвовало. Иначе, кто бы заметил одного человека среди огромного количества сражающихся?
  
   Кстати о доспехах. Совершенно очевидно, что в те времена хорошие доспехи представляли большую ценность, за обладание снятыми с мертвого врага доспехами завязывались ожесточенные битвы. Так за доспехи Ахилла, в которые был облачен Патрокл, а потом и за тело самого Патрокла, бой был долгий и кровопролитный, и участвовали в нем все те же силы, что и в бою за корабли.
  
   "Увидал царь Менелай лежащий во прахе труп Патрокла и бросился к нему: не хотел он допустить, чтобы троянцы осквернили труп героя, сражавшегося за него. Подобно грозному льву, ходил он около трупа Патрокла, прикрывшись щитом и потрясая тяжелым копьем".
  
   "... Побудил стреловержец Аполлон Гектора напасть на Менелая. Бросился он на Менелая. Не хотел отступать Менелай от тела Патрокла, зная, что осудят его за это все греки, но боялся и быть окруженным троянцами. Решил Менелай позвать на помощь Аякса. Медленно отступил он под натиском троянцев и призвал Аякса. Уже успел Гектор схватить труп Патрокла и снять с него доспехи Ахилла, когда подоспел Аякс. Пришлось Гектору оставить труп. Увидав это, Главк стал укорять сына Приама в малодушии, в том, что боится он греческих героев. Этими словами Главк заставил Гектора опять вступить в битву. Он призвал назад своих слуг, которым велел отнести доспехи Патрокла в Трою, и облачился в них сам".
  
   "....Гектор же исполнился неудержимой силой и храбростью. Быстро пошел он к войску и стал воодушевлять к битве героев. Менелай громким голосом сзывал в это время героев на защиту тела Патрокла. Первым пришел Аякс, сын Оилея, затем Идоменей, Мерион и другие. Сомкнули свои щиты вокруг тела Патрокла герои, но троянцы отразили их. Опять завладели они трупом Патрокла. Могучий Аякс Теламонид рассеял, однако, ряды троянцев и отбил у них труп, поразив того героя, который тащил труп за ноги. Опять возгорелась сеча за труп, и дрогнули уже троянцы".
  
   "... Все кровопролитнее и кровопролитнее становилась битва".
  
   "... Но лишь только увидали троянцы, что подняли герои тело Патрокла, как бросились на них, как разъяренные псы. Но стоило лишь обратиться к ним Аяксу, как останавливались троянцы, бледнея от страха. Разгорался все сильней бой, подобно пожару, который уничтожает город, пожирая все вокруг. Медленно шел Менелай с трупом Патрокла на руках. С трудом сдерживал Аякс натиск троянцев, впереди которых бились Эней и Гектор".
  
   "... В это время Ахилл сидел у своего шатра и раздумывал, почему не возвращался Патрокл. Тревожило его то, что опять обратились в бегство греки. Он уже начинал подозревать, что погиб Патрокл. Вдруг к нему подошел плачущий сын Нестора. Он принес Ахиллу весть о гибели Патрокла".
  
   "... Между тем с трудом сдерживали герои греки натиск троянцев. Уже три раза пытался Гектор, гнавшийся за греками, подобно яростному пламени, вырвать труп из рук Менелая. Трижды отражали его Аяксы. И овладел бы Гектор трупом Патрокла, если бы не явилась к Ахиллу посланная богиней Герой вестница богов Ирида. Она побуждала Ахилла идти и отстоять тело друга. Но не мог вступить в бой Ахилл, не было у него доспехов. Тогда повелела Ирида Ахиллу встать безоружным на валу, окружавшем стан греков, и устрашить наступающих троянцев своим видом".
  
   "... Трижды вскрикивал грозно Ахилл, и трижды в страшное смятение приходило все войско троянцев. Среди этого смятения погибло двенадцать троянских героев. Часть их наткнулась на копья, часть растоптали кони. Греки же вынесли тело Патрокла, положили его на носилки и с громким плачем понесли к шатру Ахилла".
  
   Все эти фрагменты приведены единственной с целью - обратить внимание читателя на малочисленность сражающихся и с той, и другой стороны. Следовательно, битва, в которой греки чуть не понесли самое сокрушительное поражение, когда чуть не были сожжены корабли, состоялась весьма малыми силами.
  
  
   Вывод: Сражение, в котором отличился и погиб Патрокл, явилось неким переломным пунктом во всей непонятной Троянской войне. Потому что с этого момента Ахилл уже не распыляется на рейды по региону, а со всей присущей ему жестокостью вступает в бой именно под стенами Трои.
  
   В связи с Ахиллом прослеживается интересный момент. У Гомера, а также других античных авторов многие герои проливают горькие слезы и жалуются. Но столько, сколько плачет и жалуется маме Ахилл...
   Великий, свирепый и ужасный, но тонко чувствующий, романтичный и поэтичный. Специфический типаж, одним словом.
  
   После трагической, а точнее, закономерной гибели Патрокла, наконец, происходит примирение Ахилла с Агамемноном. Ахиллу приносят богатые дары и возвращают Брисеиду.
  
  
   И вот отсюда маленький, но Вывод: Судя по тому, что мы видим в мифах, девственность прекрасной дамы, а также моральные качества, на ее ценность нисколько не влияли. Более того, на ее ценность совершенно не влияло то, сколько дама уже имела пользователей. Скорее наоборот. Истинную ценность имели только красота и профпригодность.
  
   А если дама была царицей... То - О! Будь она хоть страшна как смертный грех, все равно соискателей будет великое множество, даже если она уже замужем. Ничего страшного, от мужа ее можно легко освободить.
  
  
  Глава 13.
  
   Опустим пространное описание того, как Гефест ковал для Ахилла новые доспехи, взамен тех, что снял с Патрокла Гектор. Как Ахилл, проводя свои дни в обществе Брисеиды, терпеливо ждал, пока божественный кузнец закончит свою дивную работу.
   Перейдем прямо к войне.
   Вообще же, таких доспехов как у Ахилла не было ни у кого. Чистое золото, потрясающий тюнинг, ручная работа, работа бога, заметьте! Кроме всего прочего, еще и говорящие бессмертные кони.
   Глядя на это, все невольно хочется разобраться, что же в образе этого героя является домыслом, и где крупицы истины.
  
   Итак:
  - На свадьбе его родителей пировал весь высший свет богов Олимпийцев (это ж связи надо иметь какие!).
  - Получил прекрасное по тем временам образование.
  - В юности жил на острове Скиросе среди дочерей Ликомеда. Родил сына - Неоптолема.
  - От участия в войне не уклонялся, участие в походе принял охотно. Несмотря на предсказание, сулившее ему гибель.
  - Непобедимый воин, стремительный и жестокий. Без ярко выраженных шкурных интересов. Получалось - брал, но не жадничал.
  - Необычайно тщеславен (выделить особо).
  - Очень романтичен по натуре, моментами склонен к меланхолии. Бисексуален (но это мелкий штрих), одинаково любил и мужчин, и женщин.
  
   Вывод: В отличие от, скажем, Одиссея, который постоянно выгрызает у жизни свое и не только свое, персонаж Ахилла был баловнем судьбы, богатым, рафинированным аристократом с невероятными связями в высших сферах. Изнеженным, декаденствующим, а потому обреченным на красивую гибель.
  
   Кроме того, следует обратить внимание на еще один интересный момент, связанный с матушкой Ахилла Фетидой. Именно мать поселила его у Ликомеда на Скиросе, заметьте, жил он не у папы Пелея, а у постороннего дяди Ликомеда. Там же и внук госпожи Фетиды живет, сын Ахилла Неоптолем. Логично предположить, что у госпожи Фетиды особо хорошие отношения с царем Ликомедом. Настолько хорошие, что она доверяет ему самое дорогое. И отношения эти не любовные. Если пойти в своих предположениях дальше, то остается прийти к выводу, что тут либо нерушимая дружба, либо имеет место близкое родство.
   Про амурные дела (коими столь знамениты древнегреческие боги), богини Фетиды особых сплетен нет. Да и про дружбу с Ликомедом тоже ничего не известно.
  
   Вопрос: А вообще, кто такая богиня Фетида?
   Ответ: Фетида дочь морского старца Нерея и океаниды Дориды. Ужасно древняя боги и т.д. и т.п.
  
   Да, конечно же, богиня Фетида дочь морского старца Нерея и океаниды Дориды, ужасно древняя богиня, и все такое. Но боги-то это, прежде всего, сущности. А в древних религиозных культах часто встречается наличие человеческого носителя сущности того или иного бога. Так фараоны, например, были живым олицетворением бога, совсем еще недавняя история помнит об этом. Царица Клеопатра была живым олицетворением богини Исиды, она и представлялась своему народу богиней Исидой. Иными словами - живая богиня.
   Такая живая богиня или бог вполне могут принимать участие в делах людей, воевать на стороне греков или троянцев. Строить крепостные стены, раздобыть новые доспехи для сына, организовать королевские похороны. И да, поместить единственного сына в доме у близкого родственника, которому она всецело доверяет.
  
   Сомнительный, но Вывод: Иными словами, есть предположение, что боги, принимавшие участие в войне, такие как Фетида, Аполлон, Посейдон, Афина и другие могли иметь вполне человеческих носителей сущности.
  
   Но все-таки, оставив в стороне лирику, что же можно сказать о герое Ахилле доподлинно?
   Доподлинно известно, что он проводил успешные рейды на всем побережье, и убил на поединке Гектора. Собственно, именно то, что Ахилл убил Гектора, и считается его главным подвигом во всей Троянской войне.
  
   Вывод шаблонный, но уж что есть: Будь Гектор жив, черта с два греки взяли бы Трою.
  
   Однако вернемся к битве.
   Прошло две недели, и теперь у Ахилла новенькие блестящие золотые доспехи!
  
  ***
   А битва была кровавая и грандиозная. В ней участвуют и боги, официально разделившись на два лагеря. Кто-то за троянцев, кто-то за греков.
  
   '... Лишь только приблизились боги-олимпийцы к войскам, как тотчас богиня Эрида возбудила брань. Грозно вскричала Афина-Паллада, пронесшись по войскам греков. В ответ ей раздался крик бога войны Ареса, подобный грозной буре. Сшиблись войска. Загрохотали громы Зевса и раскатились по небу. Потряс всю землю бог Посейдон. Заколебались горы от подошвы до вершины, содрогнулась великая Троя и корабли греков. Ужаснулся властелин царства душ умерших Аид. Он вскочил с трона, боясь, что разверзнется земля и откроется его царство ужасов, которые приводят в трепет даже бессмертных богов. Началась ужасная битва. Ахилл жаждал лишь встречи в битве с Гектором'.
  
   '... В гневе Ахилл бросился на других троянских героев, и много пало их от его губительного копья. Словно неистовый пожар, свирепствовал он в рядах троянцев. Как под ногами волов вымолачиваются колосья, когда земледелец на гумне молотит ячмень, так под ногами коней Ахилла дробились тела, щиты и шлемы. Неистовый Ахилл весь пылал жаждой воинской славы; кровью залил он свои руки'.
  
   Не знаю, как вы, лично я в восторге...
   Дальше в тексте леденящие кровь описания ужасной жестокости и кровавой резни.
   И вот на конец они встретились лицом к лицу.
   Ахилл и Гектор.
   На самом деле, Гектор мог уклониться от боя, видимо, ему следовало именно так и поступить. Но кто скажет, по каким причинам мужчины устраивают смертельные поединки?
   Очевидно, земля была слишком тесна для них двоих.
  
   'Все ближе и ближе был Ахилл. Страх овладел Гектором, и пустился он бежать от грозного сына Пелея вокруг Трои. За ним, подобно ястребу, который гонится за слабой голубкой, несся бурный Ахилл. Три раза обежали герои вокруг Трои.
  В бурном беге неслись герои. Несколько раз хотел Гектор укрыться у стены, чтобы дать троянцам возможность отразить стрелами сына Пелея, но Ахилл не подпускал его к стене. Уже давно настиг бы сына Приама великий Ахилл, если бы не вдохнул сил Гектору бог Аполлон. Когда в четвертый раз пробегали герои мимо ключей Скамандра, бросил на золотые весы бог-громовержец два жребия смерти, один - Ахилла, другой - Гектора. Опустился жребий Гектора к царству мрачного Аида. Покинул Гектора бог Аполлон, а к Ахиллу приблизилась богиня Афина-Паллада. Она повелела герою остановиться и обещала ему победу над Гектором. Сама же богиня, приняв образ брата Гектора, Деифоба, явилась Гектору. Она убедила его сразиться с сыном Пелея, обещая помочь. Остановился Гектор'.
  
   Маленький Вывод: Столько подлостей, или, если хотите, военных хитростей позволяли себе античные боги, участвовавшие в Троянской войне с обеих сторон, что отличить 'хороших' от 'плохих' невозможно. Все одинаково ужасны и беспринципны.
  
   А сам поединок Ахилла с Гектором был коротким и жестоким.
   И Троя в тот день лишилась Гектора, своего героя и защитника. (На самом деле, Гектор один из наиболее добропорядочных типажей во всем эпосе). Поединок между ними оказался необычным, они успели обежать крепость трижды, и только на четвертом круге собственно состоялся бой, в котором и был убит Гектор.
  
  
   Вывод: Город, называемый Троей, подобно многим древним городам имел кольцевую структуру, концентрически расходящуюся от центра к краям, что обуславливает его форму, близкую к кругу. Сама же Троянская крепость имела относительно небольшой диаметр, замкнутую стену по периметру и была хорошо защищена со всех сторон.
  
   Возвращаясь к вопросу о значимости победы Ахилла в поединке с Гектором, хочется обратить внимание на то, что смерть Гектора, конечно, ослабила троянцев, но, тем не менее, Троя как была, так и осталась неприступной крепостью.
  
   Вопрос: Как же ее взял штурмом Геракл? И почему так и не смогли взять штурмом ни Агамемнон, ни Ахилл, ни кто-либо еще из участников этого похода?
  
   Ответ: Геракл взял, потому что хотел этого. Об остальных же следует говорить отдельно.
  
   Со смертью Гектора (там, кстати, тоже не все чисто и попахивает предательством), положение троянцев осложнилось, но опять таки не было ни угрожающим, ни безнадежным. Опустим полное трагизма описание того, как Ахилл глумился над трупом Гектора, но после выдал его Приаму для организации погребения, достойного лучшего из сынов Трои. Обе армии на это время хранили нейтралитет.
  
   Да и после этого греки не предпринимали попыток штурма. Естественно было бы предположить, что троянцы могли обратиться за помощью к дальним соседям-союзникам, поскольку ближайшие союзники Троянского царства уже были разгромлены. Даже не союзникам, а государствам, чьи интересы в данном регионе затрагивала эта война.
   Судя по тексту, троянцы обратились к эфиопам и амазонкам. А возможно, эти дальние соседи, по сути, сильные царства, просто решили принять участие в войне, потому что запах крови всегда привлекает хищников. Наверняка, слухи о богатой добыче, которую поимели греки, разграбив все побережье и даже материковую часть, достигли и эфиопского царства и амазоночьего, а возможно и других. Слухами вообще земля полнится.
  
   Так или иначе, Вывод таков: Усиление позиций захватчиков-греков в бассейне восточного средиземноморья обеспокоило эти дальние царства настолько, что они подтянули войска к театру военных действий. Война набрала еще большие обороты.
  
   В окрестностях Трои, можно сказать в непосредственной близости от города произошло еще две мини войны. На сей раз атаковали именно греков, стоявших лагерем в Троаде. Сначала амазонки во главе с Пенфесилией, а после с громадным войском пожаловали эфиопы под предводительством Мемнона.
   К этому моменту войско греков, закаленное в постоянных стычках, уже настолько превосходило своих противников, что без особых усилий разбило обе армии. Естественно, в обоих случаях отличился Ахилл, лично убивший и Пенфесилию и Мемнона.
   (Приводить все в подробностях нет смысла, описания слишком пространны)
  
  
   Немного лирики.
   Ахилл... Великий, ужасный. Невероятно, сказочно жестокий воин, и одновременно неисправимый романтик. Словно всю сознательную жизнь занимался не тем, чего ему хотелось. Да, убивать умел просто замечательно, но очевидно, что ему бы куда больше подошло заниматься музыкой и поэзией в кругу друзей и нежных дев.
  
   Убил в бою царицу амазонок Пенфесилию, а потом снял с нее шлем, увидел и влюбился...
  
   '...Снял с нее шлем Ахилл и остановился, пораженный необычайной красотой дочери бога войны Ареса. Прекрасна, как богиня Артемида, была умершая Пенфесилия. Стоит над телом сраженной им красавицы Пенфесилии Ахилл и чувствует, как овладевает им любовь к убитой. Когда, погруженный в печаль, стоял Ахилл над Пенфесилией, подошел к нему Терсит и стал бранить героя, как делал это и раньше. Издеваясь над печалью Ахилла, пронзил Терсит копьем глаз прекрасной Пенфесилии. Вспыхнул страшным гневом Ахилл. Размахнулся он и ударил Терсита с такой силой по лицу, что убил его на месте. Диомед воспылал гневом на Ахилла за то, что убил он его родственника. Насилу удалось грекам примирить двух героев.
  Тихо поднял Ахилл убитую им Пенфесилию я вынес из битвы. Потом выдали греки трупы Пенфесилии и двенадцати убитых амазонок вместе с их вооружением троянцам, а те устроили пышные похороны, предав трупы сожжению на костре.
  Ахилл же отправился на остров Лесбос. Там принес он богатые жертвы богу Аполлону и богине Артемиде и матери их Латоне, моля их очистить его от скверны пролитой им крови Терсита. По повелению Аполлона, очистил Ахилла хитроумный Одиссей'.
  
   Обратите внимание на специфический моральный выверт. Ахилл, это кровавое чудовище, убил кучу народа, а кровищи пролил, страшно подумать сколько. Но вот случайно прибил Терсита - и, пожалуйста, надо очищаться от скверны!
  
  
   И Вывод отсюда такой: Очищаться от скверны пролитой крови следовало только в случае непредумышленного убийства. Если же убийство спланировано и осуществлено сознательно - все в порядке. Лейте кровь сколько душе угодно. Так, во всяком случае, получается из мифов.
  
   Итак, тот, кто торопится жить, стремясь достичь бессмертной славы, умрет молодым. (Это, кстати, тоже Вывод).
  
   Вскорости вслед за Мемноном погиб и Ахилл, как раз в тот момент, когда разгоряченный боем, решил таки взять Трою приступом. Парис подстрелил его со стены.
   (Не без помощи благородных/подлых богов Олимпийцев).
   Теперь и греки лишились своего лучшего воина.
   Тело героя вынесли с поля боя на руках, а потом ему были устроены достойные похороны.
  
   'Семнадцать дней оплакивали Фетида, нереиды и греки Ахилла. С высокого Олимпа спустились музы. Они пели в честь умершего погребальный гимн. Оплакивали героя и бессмертные боги на Олимпе'.
  
   Сначала бессмертные боги помогли Парису его подстрелить, а потом душевно оплакивали.
  
   'На восемнадцатый день сооружен был погребальный костер. На нем сожжен был труп Ахилла. Много жертв заклали в честь величайшего из героев греки. Все греки участвовали в похоронах, одевшись в пышные доспехи. Когда догорел костер, собрали кости Ахилла и положили их в золотую урну, которую бог Дионис подарил Фетиде. В этой же урне лежали и кости Патрокла, В одной могиле были похоронены Ахилл, Патрокл и Антилох, сын Нестора. Высокий курган насыпали греки над могилой, далеко был виден он с моря, свидетельствуя о великой славе погребенных под ним героев.
  После же похорон были устроены в честь умершего игры. Драгоценные дары вынесла из моря богиня Фетида. Они должны были служить наградой победителям в играх. Так роскошны были эти дары, что самого Ахилла привели бы в восторг, если бы жив был великий герой'.
  
   И вот здесь возникает маленький Вопрос: А троянцы в этих играх принимали участие?
   Ответ (такой же маленький): Вполне возможно. Перемирие же.
  
   Да! Величайший герой троянской войны был любимцем судьбы, рафинированным аристократом с колоссальными связями в высших сферах. Изнеженным, декаденствующим, гомо- и прочее- сексуальным, поэтичным, романтичным и избалованным.
   В конце концов, он добился, чего хотел.
   Получил самые впечатляющие похороны в древнегреческой истории.
  
   Малюсенький Вывод: Вся эта пышность похорон (не только Ахилла, но и других героев) позволяет забыть о горе, о трагизме ситуации. О том, что умирали-то молодые мужчины. Молодые, сильные, во цвете лет.
  
   Однако после Ахилла остались просто шикарные доспехи! И кому же они достанутся? Претендовали на них Одиссей и Аякс Теламонид, надо ли удивляться, что достались они Одиссею? А у Аякса, видимо, и раньше страдавшего расстройством психики, произошел приступ безумия на почве вопиющей несправедливости.
  
   'После смерти Ахилла остались его золотые, выкованные богом Гефестом доспехи. Фетида повелела отдать их тому, кто больше всех отличался, защищая тело Ахилла.
  Следовательно, получить их должен был либо Аякс, либо Одиссей. Между ними-то и возгорелся спор за доспехи. Но как было решить этот спор? Оба героя были достойны награды. Наконец, решили, что судьями в этом споре должны быть пленные троянцы. И здесь помогла Афина-Паллада своему любимцу Одиссею. С ее помощью подменили Агамемнон и Менелай жребий Аякса, да еще и неверно сосчитали голоса троянцев, и получил доспехи Одиссей. Опечалился могучий Аякс. Ушел он в свой шатер, задумав отомстить сыновьям Атрея и Одиссею.
  Ночью, когда весь стан греков погружен был в глубокий сон, вышел он с мечом в руках из своего шатра, намереваясь убить Агамемнона и Менелая. Но богиня Афина-Паллада поразила безумием Аякса. Уже давно гневалась на него богиня за то, что отвергал он, надеясь на свою силу, помощь богов. Безумный Аякс бросился на стадо быков, во тьме стал убивать их, думая, что убивает греков. Оставшихся же быков погнал он в свой шатер, воображая, что гонит пленных. Ужасно истязал быков Аякс в своем шатре. Он радовался их мучениям и смерти. Ведь для него в его безумии это были не быки, а сыновья Атрея, Наконец понемногу стал проясняться разум Аякса. Велик был его ужас, когда увидел он, что весь его шатер наполнен убитыми животными. В ужасе просит Аякс объяснить ему, что произошло. Когда рассказали ему все, невыразимое горе овладело сердцем великого героя. Он решил своей смертью искупить тот позор, который постиг его. Поручив сына своего Эврисака защите своего брата Тевкра и воинов, пришедших с ним с Саламина, он удалился на берег моря, взяв с собой меч, который получил некогда в дар от Гектора, сказав, что идет молить богов смилостивиться над ним, меч же свой он хочет посвятить Аиду и богине Ночи'.
  
   Короче, очнувшись от помешательства, Аякс Теламонид покончил с собой. Разумеется, ему были оказаны великие посмертные почести, и насыпан высокий курган на могиле.
  
   Вывод: Подошел к концу 10-й год войны, много добычи награблено, много территорий завоевано, но и основные ударные силы греческого войска теперь уже торжественно лежат в своих курганах. Воевать кем?
  
  Глава 14.
  
   Подошел к концу 10-й год войны.
   А кампания-то еще не закончена! Атриды и их благородные (или, если хотите, алчные и подлые) друзья Нестор с Одиссеем не удовлетворены до конца. Но и сражаться особо не кем. Кто будет устрашать своим видом врага? Кто пойдет на смерть ради обогащения Атридов? Вот и остается действовать шпионскими методами, (ну, по части разных хитрых методов чемпион Одиссей), да еще привлечь к войне дополнительные силы.
   Силы?
   Стариков и детей.
   Иными словами, старого Филоктета, Гераклова друга и соратника, которого в свое время бросили умирать на Хрисе, и мальчишку Неоптолема, сына Ахилла, у которого еще молоко на губах не обсохло.
   Итак, на острове Хриса остался Филоктет со своими стрелами, подаренными ему Гераклом, он, кстати, и Трою уже однажды с Гераклом брал, его опыт может пригодиться. Весьма пригодиться. Однако Филоктет был крепко обижен на греков, так крепко, что появись кто из них в поле зрения, тут же получит отравленную стрелу. Вообще, там достаточно мутная история, и так до конца не понятно, почему же Атриды Филоктета бросили одного на острове, а корабли его угнали. Как бы то ни было, в тот момент им показалось, что справятся без него, а теперь вот, востребовались и знания, и опыт старого бойца.
   И как его выманить? А очень просто, поручить это дело тому, кого Филоктет не заподозрит в предательстве. Юному сыну Ахилла.
   Решение найдено, дальше дело техники.
   Одиссей, (везде он успевает), быстренько сплавал на Скирос к Ликомеду, где и жил мальчишка Неоптолем, юный сын Ахилла. Заморочить юнцу мозги для хитроумного Одиссея не составило труда. Неоптолем, несмотря на юный возраст вероятнее всего 14-16 лет, был весь в папеньку. Сильный, развитый не по годам, свирепый и жестокий воин, а тут еще жажда мести за славного отца, да еще жажда подвигов и личной славы... Мальчик был просто машина смерти.
  
   Вывод промежуточный: Надо полагать, в те времена юноши взрослели рано. А морально-психологический облик у них формировался по принципу права сильного и полной безнаказанности.
  
   Вот юношу Неоптолема за стариком Филоктетом и отправили.
  
   Вывод: Этот момент прямо указывает на то, что концу войны силы греков уже были на исходе, раз им приходилось привлекать в свое войско стариков и подростков.
  
  ***
   Итак, силы греков на исходе, 10 лет войны вдали от дома хоть кого утомят. Кроме того, погибли очень многие сильные герои, основной костяк греческого войска. Теперь главная ударная сила - мальчишка Неоптолем.
  
   'Много подвигов совершил Неоптолем, прибыв под стены Трои. Никто не мог сравниться в силе и храбрости с сыном Ахилла. Много троянских героев пало от руки Неоптолема в бою'.
  
   Обратите внимание, как емко и обтекаемо звучит формулировка 'много героев' пало от руки Неоптолема. Много можно понимать и пять и пятьсот. Все зависит от размаха воображения.
  
   'Убил он в жестоком поединке и могучего потомка Геракла, Эврипила, сына Телефа. Его послала на помощь Приаму мать его, подкупленная драгоценным даром - золотой виноградной лозой, которую вырастил Зевс для прекрасного Ганимеда. После Мемнона самым могущественным защитником Трои был прекрасный, как бог, Эврипил. Погубило его корыстолюбие матери'.
  
   Понятие 'корыстолюбие матери' или жены встречается в мифах сплошь и рядом. И, надо сказать, особого осуждения не вызывает. Ибо это норма жизни. За редкое, раритетное украшение женщины были готовы на что угодно.
  
   'Вскоре после прибытия к стенам Трои ранил своей стрелой Филоктет Париса, виновника всей войны. Филоктет нанес ему отравленной стрелой Геракла неисцелимую рану, от которой в страшных мучениях должен был скончаться Парис. Яд стрелы все глубже и глубже проникал в его тело. Парис ушел из Трои в лес и умер там в страшных мучениях. Он умер там, где некогда беспечно жил, как простой пастух. Нашли тело Париса пастухи. Горько оплакивали они смерть своего бывшего товарища. Соорудили высокий костер, положили на него тело Париса и подожгли. Собрали прах пастухи, положили в урну и поставили в могилу'.
  
   Эта версия смерти Париса сокращенная, однако основная суть отражена верно. Парис умер, подстреленный отравленной стрелой Филоктета. Все меньше и меньше становится тех, кто являлись зачинщиками этой войны. Меньше сил у защитников Трои, но и у нападающих их тоже почти не осталось.
   Однако достигнуто главное:
   Греки подчинили себе практически весь бассейн Геллеспонта, большие, прилегающие к Троаде, территории в материковой части Малой Азии, острова Тенедос и Лесбос. Результат этой первой описанной в мировой истории гражданской войны налицо. Иными словами, сфера влияния Троянского царства перешла к грекам. Правда, так и не удается взять столицу Троянского царства, но захватчики упорны и терпеливы, они не оставляют попыток.
  
   Как мы уже говорили, сил у обеих сторон все меньше. Греческие лидеры осознают, что пора сворачиваться, но уходить так просто, не поживившись троянским добром, тоже нонсенс. Так сказать, добить врага в его логове. А для этого нужны отвлекающие маневры, шпионаж и военные хитрости! Как раз то, в чем так силен хитроумный Одиссей. И пока Неотолем шумит под стенами Трои, Одиссей с Диомедом ходят в разведку.
  
   'С каждым днем все труднее и труднее становилось троянцам защищать город. Все же не могли силой овладеть греки Троей'.
  
   Обратите внимание на эту фразу. Греки не могли овладеть городом силой. Т.е. сил не было?
  
   'Тогда решился Одиссей на опасный подвиг. Он обезобразил себе лицо ударами бича и, одевшись в рубище, под видом нищего прошел в Трою, чтобы выведать все, что замышляют троянцы. Видели все троянцы несчастного нищего, собирающего по многолюдным улицам подаяние. Одна лишь Елена узнала Одиссея. Позвав его в дом свой, омыла его тело Елена и поклялась не открывать троянцам, кто он. Все выведал Одиссей и, убив многих стражей, благополучно вернулся в стан греков'.
  
   'Еще более опасный подвиг совершили вдвоем Одиссей и Диомед: они тайно проникли в Трою и прокрались в святилище Афины-Паллады; там стояло деревянное изображение богини, упавшее некогда с неба (палладий). Это изображение необходимо было добыть грекам, так как, покуда оно было в Трое, нельзя было овладеть Троей. С великой опасностью похитили его храбрые герои. На возвратном пути перебили они много троянцев и вернулись в лагерь'.
  
   Из этих отрывков складывается впечатление, что проникают они в город без особых проблем. Просто переодевшись! Даже во дворец, в покои Елены! Это при том, что Одиссей бывал в Трое, и его знают в лицо? Но и это еще не все, они умудрились выкрасть из храма главную святыню города! Идол-палладий. Однако троянцы беспечны...
  
   Промежуточный Вывод складывается интересный: Враг, просто переодевшись, может разгуливать по 'осажденному городу, почти лишенному защитников, живущему в постоянном страхе', может проникнуть даже на женскую половину дворца (!), выкрасть из храма главный идол города, и, главное, беспрепятственно вынести приличного размера статую прямо на глазах у стражи через ворота - это говорит только об одном. Город практически не охранялся. Осажденный город Троя толком не охранялся, потому что его толком и не осаждали.
  
   Вывод: Да, оставшаяся горстка греков стояла под Троей лагерем, да, они иногда шумели под стенами. Да, они даже разгуливали переодевшись по улицам и даже по дворцу Приама. Но они не представляли для города серьезной опасности. Более того, их действия нередко вызывали у троянцев откровенное недоумение.
  
   И вот мы подходим к главной загадке этой войны - к Троянскому коню.
   Лично меня всегда поражало, как могли троянцы в здравом уме и трезвой памяти втащить в город это сверх подозрительное наследие врага, да еще и разобрать кусок стены? Попробуем разобраться, что же там могло произойти.
  
   'Но все же никак не могли греки овладеть городом. Тогда Одиссей уверил греков действовать хитростью. Он посоветовал соорудить такого громадного деревянного коня, чтобы в нем могли укрыться самые могучие герои греков. Все же остальные войска должны были отплыть от берега Троады и укрыться за островом Тенедосом.
   Когда троянцы ввезут коня в город, тогда ночью выйдут герои, откроют ворота города вернувшимися тайно грекам. Одиссей уверял, что только таким способом можно взять Трою'.
  
   Ага. Стало быть, остров Тенедос в двух шагах от троянского берега. Если верить древним картам, так оно и было.
  
  
  
  
  
   'Вещий Калхас, которому было послано знамение Зевсом, тоже убеждал греков прибегнуть к хитрости'.
  
   Вещий Калхас умиляет. Его бы самого принести в жертву в виде поощрения за многочисленные ошибки в толкованиях знамений, которые посылали (а может, и не посылали), хитромудрые боги. Так нет же, доверие к нему непоколебимо!
  
   'Наконец, согласились греки на предложение Одиссея. Знаменитый художник Эней со своим учеником, с помощью богини Афины-Паллады, соорудил громадного деревянного коня. В него вошли Неоптолем, Филоктет, Менелай, Идоменей, Диомед, младший Аякс, Мерион, Одиссей и несколько других героев. Вся внутренность коня заполнялась вооруженными воинами. Эней так плотно закрыл отверстие, через которое вошли герои, что нельзя было даже подумать, что в коне находятся воины. Затем греки сожгли все постройки в своем лагере, сели на корабль и отплыли в открытое море'.
  
   Итак, 10, от силы 15 диверсантов. Хотя, есть версии, что их в брюхе коня было 50 человек, а некоторые утверждают, что аж 3 тысячи. Простите, если бы у них было три тысячи народу, так они могли бы взять Трою штурмом как Геракл! Да и какого размера должен быть конь, чтобы в него могло влезть столько народа?
  
   Пребывание в этом сооружении, именуемом 'конем' не могло было быть долговременным. От силы сутки, может чуть больше, иначе сработают естественные нужды и от коня пойдет такое зловоние, что зловоние от ран Филоктета покажется просто амброзией.
   Оставляя троянцам свой сомнительный подарок, греки были уверены, что хитрость сработает, и сработает сразу.
  
   И, наконец, фраза: 'Затем греки сожгли все постройки в своем лагере, сели на корабль и отплыли в открытое море'
  
   Сели на корабль и отплыли в открытое море!
   Все сели на один корабль?
   А давайте-ка вспомним, сколько народу помещается на одном корабле?
   Если верить Гомеру, один корабль нес от 50 до 120 воинов.
   Допустим, они хорошенько уплотнились на самом большом корабле. Сколько их там могло быть? 50? 100? 200? 250? 300?
   Да....
   Конечно же, корабль, на котором они отплыли был не один. Но то, что к данному моменту лагерь в принципе уже превратился в кладбище бесхозных кораблей и пустующих палаток, больше всего похоже на правду.
  
   Вывод: Получается, к завершающему моменту войны под стенами города бойцов у греков оставалось совсем незначительное количество. Во всяком случае, имен перечисляемых античными авторами в текстах, описывающих именно этот период войны, на порядок меньше, чем вначале.
  
   'С высоких стен Трои осажденные видели необычайное движение в стане греков. Долго не могли они понять, что такое там происходит'.
  
   И троянцев можно было понять.
  
  Глава 15.
  
   Позвольте немного отклониться от темы, и заставить всю картину древней войны замереть в неподвижности.
  
  ***
   Существует множество исследований древнегреческой мифологии, а также истории, археологии, социологии и т.д.
   И толкуют они сей материал по-разному. В толкованиях мифов нередко встречаются довольно странные обобщения, особенно если учесть тот момент, что и мифы, образно выражаясь, собраны с миру по нитке, и исследователи достаточно далеки от описываемых в них событий. Действительно, какие-то моменты, считавшиеся абсолютно естественными и понятными три-четыре тысячи лет назад, теперь просто загоняют нас в тупик. И мы ищем символы, чтобы было легче уложить это в голове. Ибо смысл, который мы находим, кажется нам слишком простым, а потому слишком сложным для понимания.
   Впрочем, удивляться нечему, просто представьте, через пару-тройку тысяч лет, ознаменованных славными мировыми войнами и прочими глобальными катаклизмами, находят наши далекие потомки в раскопках унитазы или лазерные диски, или еще лучше - виниловые грампластинки.
   И что они, по-вашему, об этом подумают?
   А если им в руки попадется некая, написанная в стихах история, скажем, о второй мировой войне? Или о нашей октябрьской революции? Какие обобщения они могут сделать? Что будет символизировать Ленин или Гитлер, а Сталин? А фашизм, коммунизм или международный терроризм? А Жаклин Кеннеди или Мерилин Монро?
   А потому следует принять, что иногда все именно такое, каким кажется. То есть иногда банан - это просто банан.
   Все эти измышления к тому, что не всегда следует искать двойное дно в древнегреческих мифах и проводить параллели с мифами шумеров или сведениями о религиозных культах. Шумеры сами по себе, и за свое ответят, а религиозные культы лишь помогают понять мотивы тех или иных поступков людей.
   Главные же действующие лица всех мифов- всегда ЛЮДИ.
   То есть. Миф о Троянской войне писан о людях. И пусть он оброс несусветными небылицами, но в основе его все равно реальные события.
   Потому что реально существуют развалины города, который удивительно напоминает Трою, и потому что некоторые описанные события настолько невероятны, что, скорее всего, так оно в жизни и было.
  
  ***
   Итак, мы остановились на том, что:
  
   'С высоких стен Трои осажденные видели необычайное движение в стане греков. Долго не могли они понять, что такое там происходит'.
   И троянцев можно было понять.
  
   Конечно, их можно было понять. Эти греки вели себя совершенно непонятно.
   С одной стороны, город вроде бы простоял в осаде достаточно долгое время, но так всерьез его за это время никто и не пытался взять. Потому что (не будем сейчас снова вспоминать Геракла) при желании это можно было довольно легко сделать.
   Если считать, что под Троей стояло 100 тысячное войско. Крепость-то всего около 300 метров в диаметре. Можно даже не нападать вовсе, просто задушить блокадой.
   Если бы все те 100 тысяч и впрямь стояли под стенами Трои. Если бы.
   Но что же описано в мифах? Великолепные описания кровавых боев, в которых могучее войско троянцев нередко славно побивало могучее войско греков. Заметьте, в обычное время могучее войско троянцев умещалось в городе-крепости около 300 метров в диаметре вместе со всеми мирными жителями. И за все время осады в Трое не было недостатка в провианте!
   А еще под стенами города происходили поединки доблести, пиры, турниры, знатные поминки, игры. Плелись интриги. Не говоря уже о том, что устраивались любовные дела.
   Не серьезно как-то вели себя греки, особенно, в последнее время, вот потому троянцы и не могли понять, что такое там, в этом палаточном городке происходит.
  
   Вывод: Резюмируя все вышесказанное, можно отметить, что греки, стоявшие лагерем под Троей, не держали город в осаде, у них для этого не было ни достаточно сил, ни желания. Более того, в последнее время то малое количество народа, что ютилось в лагере, вообще было непонятно чем занято. И троянцы привыкли к тому, что греки постоянно торчат тут под носом, да еще в последнее время вовсе валандаются без дела.
  
   А потом вдруг начинается непонятная возня со строительством. Представляю, что только не думали троянцы, пока наблюдали со стен, как греки с самым загадочным видом копошатся у себя в лагере и что-то строят. Трудятся над непонятным сооружением. Кошмарным то ли конем, то ли памятником Агамемнону, то ли гигантским погребальным костром, который они собрали из остовов своих кораблей. По другой версии за деревом для своего коня греки ходили на ближайшую гору. Еще загадочнее! На месте троянцев любой счел бы поведение греков, по меньшей мере, странным.
   И тут, нате вам - в лагере греков внезапное оживление!
   Что видят жители Трои со своих высоких стен? Эти непонятные типы, подозрительные данайцы, которые столько времени мозолили им глаза, портили пейзаж и загаживали экологию, сваливают к чертовой матери!
   Не то, чтобы они очень мешали жить, но они просто ужасно мешали жить! И когда, наконец, убрались, это было архиприятно видеть.
  
   'Вдруг к своей великой радости увидали они, что из стана греков поднимаются густые клубы дыма. Поняли они, что греки покинули Троаду. Ликуя, вышли троянцы из города и пошли к стану. Стан действительно был покинут, кое-где догорали еще постройки. С любопытством бродили троянцы по тем местам, где стояли недавно шатры Диомеда, Ахилла, Агамемнона, Менелая и других героев. Они были уверены, что кончилась теперь осада, миновали все бедствия, можно предаться теперь мирному труду'.
  
   То есть, они были уверены, что захватчики ушли навсегда?
   Не знаю, не знаю... Если у меня за дверью столько времени лагерем стояли враги и осаждали, я была бы менее доверчива...
  
   'Вдруг в изумлении остановились троянцы: они увидали деревянного коня. Смотрели они на него и терялись в догадках, что это за изумительное сооружение'.
  
   Вот это весьма важный момент.
   Вероятно, это все-таки статуя, причем, прекрасно выполненная статуя, очень красивая, вызывающая восхищение и восторг. Конь был настолько изумительным и соблазнительным, что его очевидная опасность померкла перед желанием получить его в собственность. Да уж! 'Бойтесь данайцев, дары приносящих'. Но, несмотря на невероятную привлекательность, не все потеряли голову.
  
   'Одни из них советовали бросить коня в море, другие же - везти в город и поставить на акрополе. Начался спор. Тут перед спорящими появился жрец бога Аполлона, Лаокоон. Он горячо стал убеждать своих сограждан уничтожить коня. Уверен был Лаокоон, что в коне скрыты греческие герои, что это какая-то военная хитрость, придуманная Одиссеем. Не верил Лаокоон, что навсегда покинули греки Троаду. Умолял Лаокоон троянцев не доверять коню. Что бы то ни было, а Лаокоон опасался греков, даже если бы они приносили дары Трое. Лаокоон схватил громадное копье и бросил им в коня. Содрогнулся конь от удара, и глухо зазвучало внутри его оружие. Но помрачили боги разум троянцев, - они все-таки решили везти в город коня. Должно было исполниться веление судьбы'.
  
   Почти удалось, но не судьба, не судьба была троянцам спастись. Потому что как раз в этот момент вступил в игру еще один участник. Будущая пятая колонна.
  
   'Когда троянцы стояли вокруг коня, продолжая двигаться на него, вдруг послышался громкий крик. Это пастухи вели связанного пленника. Од добровольно отдался им в руки. Этот пленник был грек Синон. Окружили его троянцы и стали издеваться над ним. Молча стоял Синон, боязливо глядя на окружавших его троянцев. Наконец, заговорил он. Горько сетовал он, проливая слезы, на злую судьбу свою. Тронули слезы Синона Приама и всех троянцев. Стали они расспрашивать его, кто он и почему остался. Тогда Синон рассказал им вымышленную историю, которую придумал для него Одиссей, чтобы обмануть троянцев. Синон рассказал, как задумал погубить его Одиссей, так как Синон был родственником того Паламеда, которого так ненавидел царь Итаки. Поэтому, когда греки решили прекратить осаду, Одиссей уговорил Калхаса известить, что будто боги за счастливое возвращение на родину требуют человеческой жертвы. Долго притворно колебался Калхас, на кого указать как на жертву богам, и, наконец, указал на Синона. Связали греки Синона и повели к жертвеннику. Но Синон разорвал веревки и спасся от верной смерти бегством. Долго скрывался в густых зарослях тростника Синон, ожидая отплытия греков на родину. Когда же они отплыли, вышел он из своего убежища и добровольно отдался в руки пастухов'.
  
   Как говорится, одно слово против другого.
   Звучала речь греческого шпиона очень складно. А главное, правдоподобно.
  
   'Поверили троянцы хитрому греку. Приам велел освободить его и спросил, что значит этот деревянный конь, оставленный греками в стане. Только этого вопроса и ждал Синон. Призвав богов в свидетели того, что говорит он правду, Синон сказал, что конь оставлен греками, чтобы умилостивить грозную Афину-Палладу, разгневанную похищением палладия из Трои. Конь этот, по словам Синона, будет могучей защитой Трои, если троянцы ввезут его в город'.
  
   Вот сейчас самый подходящий момент задать вопрос.
  
   Вопрос: Почему конь взамен палладия? Почему не статуя грозной девы-воительницы? Или сребролукого Аполлона, покровителя Трои? Геры? Афродиты?
   Ответ на этот вопрос мы попытаемся найти позже.
  
   А в бывшем стане греков на берегу моря разыгрывался дальше фарс с конем в главной роли. Самое смешное, что Троянцы больше поверили Синону, ловко сыгравшему ту роль, что поручил ему Одиссей. Понятно ,что они могли еще какое-то время колебаться, а значит, пора вмешаться богам.
  
   'Еще сильнее убедило троянцев, что Синон говорил правду, великое чудо, посланное Афиной-Палладой. На море показались два чудовищных змея. Быстро плыли они к берегу, извиваясь бесчисленными кольцами своего тела на волнах моря. Высоко подымались красные, как кровь, гребни на их головах. Глаза их сверкали пламенем. Выползли змеи на берег около того места, где Лаокоон приносил жертву богу моря Посейдону. В ужасе разбежались все троянцы. Змеи же бросились на двух сыновей Лаокоона и обвились вокруг них. Поспешил на помощь сыновьям Лаокоон, но и его обвили змеи. Своими острыми зубами терзали они тела Лаокоона и его двух сыновей. Старается сорвать с себя змей несчастный и освободить от них детей своих, но напрасно. Яд проникает все глубже в тело. Члены сводит судорогой. Страдания Лаокоона и сыновей его ужасны. Громко вскричал Лаокоон, чувствуя приближение смерти. Так погиб Лаокоон, видя ужасную смерть своих ни в чем не повинных сыновей, погиб потому, что хотел вопреки воле бога спасти родину. Змеи же, совершив свое ужасное дело, уползли и скрылись под щитом статуи Афины-Паллады'.
  
   Мороз по коже... Конечно, ужасно живописно, потрясающая экспрессия, трагизм.
   А какой забойный аргумент! Ну, после этого троянцам ничего не оставалось, как тащить сию скульптуру в город.
   Остается только слегка удивиться, почему именно 'слово' Афины-Паллады оказалось решающим. Учитывая то обстоятельство, что она к богам-покровителям Трои не относится. Хотя... Официальная история города началась с того самого палладия, что свалился с неба перед палаткой Ила. Вроде логично: палладий забрали - взамен оставили коня. И, тем не менее, в чем же причина?
  
   Вопрос: Почему троянцам так хотелось, а им именно ХОТЕЛОСЬ, затащить коня в город?
   Ответ на этот вопрос, похоже, следует искать в косвенных признаках, упоминаемых в тексте, либо наоборот, не упоминаемых. Но рассмотрим их позже, сначала нужно ввести коня в 'стойло'!
  
   'Гибель Лаокоона еще сильнее убедила троянцев, что они должны ввезти деревянного коня в город. Разобрали они часть городской стены, так как громадного коня нельзя было провезти через ворота, и с ликованием, под музыку и пение, потащили коня канатами в город. Четыре раза останавливался конь, ударяясь о стену, когда тащили его через пролом, и грозно гремело в нем от толчков оружие греков, но не слыхали этого троянцы. Наконец, притащили они коня в акрополь'.
  
   То, что написано в этом отрывке, позволяет сделать двоякий Вывод: Либо троянцы совершенно не опасались тех греков, что только недавно (чуть ли не сегодня) покинули Троаду, то ли они поголовно сошли с ума.
  
   Пожалуй, верно и то, и другое.
   Но это уже не важно, потому что пророчества (тем более, если это античные пророчества!) должны сбываться. Раз Кассандра предсказала, что Трою сожгут - значит сожгут. Пусть даже никто в это не хочет верить.
  
   'Вещая Кассандра пришла в ужас, увидав в акрополе коня. Она предвещала гибель Трои, но со смехом ответили ей троянцы - ее предсказаниям ведь никогда не верили.
   В глубоком молчании сидели в коне герои, чутко прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся извне. Слыхали они, как звала их, называя по именам, прекраснокудрая Елена, подражая голосу их жен. Насилу удержал одного из героев Одиссей, зажав ему рот, чтобы он не ответил. Слыхали герои ликование троянцев и шум веселых пиров, которые справлялись по всей Трое по случаю окончания осады. Наконец, наступила ночь. Все смолкло, Троя погрузилась в глубокий сон. У деревянного коня послышался голос Синона - он дал знать героям, что теперь они могут выйти'.
  
   Вот этот эпизод, когда Одиссей 'насилу удержал одного из героев, зажав ему рот' сильно портит общую картину диверсии, совершенной в глубочайшей тайне. Однако важен момент, когда Елена зовет героев по именам. Советую присмотреться вообще к ее поступкам. Ибо Елена Прекрасная персонаж весьма и весьма недооцененный.
  
   'Синон успел уже разложить и большой костер у ворот Трои. Это был знак укрывшимся за Тенедосом грекам, чтобы скорее спешили они к Трое. Осторожно, стараясь не производить шума оружием, вышли из коня герои; первыми вышли Одиссей с Эпеем. Рассыпались по погруженным в сон улицам Трои герои. Запылали дома, кровавым заревом освещая гибнущую Трою. На помощь героям явились и остальные греки'.
  
   Ну вот. Все фигуры расставлены, теперь пусть сцена на некоторое время замрет, к описанию раздирающего душу кровавого побоища при взятии Трои можно вернуться чуть позже. А пока приглашаю вас проанализировать военную операцию под названием "Троянский конь".
  
   Итак.
   Операция "Троянский конь".
   Что нам известно из текста:
   - Греки, завоевав все побережье и установив там свое господство, наконец-то покидают Троаду;
   - Но главный приз, город у стен которого они стояли базовым лагерем, так и не взят, что само по себе нонсенс;
   - А между тем, сил, чтобы взять город, как не было, так и нет;
   - Хитрость!
   - Главные хитромудрецы - Одиссей и Диомед отправляются в разведку, да не куда-нибудь в камыши, а в сам славный город Трою. При этом Одиссей посещает (обратите внимание!) Елену Прекрасную, а потом они с Диомедом похищают главную святыню города - палладий.
  - Почти сразу после этого созревает план, тот самый, с конем.
  - Дальнейшее - дело техники.
  
   А теперь, что могло быть на самом деле.
  
   Одиссей и Диомед, а вполне вероятно, что и другие греки, ходили в "разведку" скорее всего не один раз, а делали это регулярно. Тем более, что доступ в город почти не охранялся. К тому же существовал некий храм Аполлона, находившийся за пределами Трои, считавшийся нейтральной территорией. Его посещали и те и другие, иногда пересекались. Информация об этом присутствует в мифах.
   Поддерживали связь с Еленой. Наверняка получали информацию. И поверьте, координировали с ней свои действия.
  
   Далее.
  
   Разумеется, конь был построен. Замечательная, очень красивая статуя. Настоящее произведение искусства. Чтобы пленить сердца троянцев своей красотой.
   Почему конь? И почему троянцы должны были захотеть внести его в город?
   Вернемся к косвенным признакам.
   Один из таких признаков - отсутствие флота у троянцев. Это странно - город торговый, богатый, стоит практически на самом берегу моря. И у него нет своего флота!?
   А флота действительно нет, потому что о нем нет никаких упоминаний. Есть упоминание о том, что Парис построил корабль для того, чтобы плыть в Спарту к Елене. Построил специально, а не воспользовался имеющимися.
   Такое может быть в том случае, если жители приморского города являются недавно пришлыми с континентальных равнин. Что и упоминается в родословной Троянских царей. Не важно, что за люди жили до них на том холме богини Атэ, где они основали свой Илион, и имели ли они флот, те, кто называл себя троянцами, в отличие от мореходов-греков, были сугубо сухопутными товарищами, и своего флота не имели.
   Еще один характерный момент. Союзники Трои - эфиопы и амазонки, да и остальные. Тоже сугубо сухопутные товарищи, ибо не было дано ни одного морского сражения!
   Для них всех основным средством перемещения были именно КОНИ.
   Вспомните хотя бы 'конеборного' Гектора. Несомненно, у троянцев была и конница, и колесницы. У греков конницы не было, а колесницами обладала лишь малая часть войска - только цари. Заметьте, кони у них наперечет, все чуть ли не говорящие или бессмертные. Иными словами, редкие весьма. Раритетные.
   И здесь присутствует также интересный фактор. Для греков лошади относительно новая фишка. Они запрягают их в колесницы, однако они пока еще не ездят верхом. Вы найдете всадников на древних рельефах или вазах, но только не среди греков. Амазонки, например, изображаются верхом на лошадях, есть и другие племена. Зато у греков были кентавры. Сами понимаете, существ с торсом человека и телом коня в природе не существует. А всадники существуют!
   Так вот, у греков были корабли, а у троянцев - кони.
   Потому и конь.
   В данном случае конь символизировал победу сухопутного (троянского) над мореходным (греческим). Пожалуй да, символ такой победы стоило завести в свое 'стойло'.
  
   Теперь, когда мы приблизительно разобрались с конем, вернемся к самой военной операции.
  
   Значит так. Конь был довольно велик. А еще внутри него предполагалось спрятать главный сюрприз! А насколько велик?
   Стены города были высотой около восьми метров, значит ворота - примерно... от 3 до 5 метров. И высота того коня была бы следовательно 5-7 метров. в холке вероятно метра 4, да на ноги метра 2. Примерно. Тогда какое место там можно выделить, чтобы поместить в него несколько человек в доспехах?
   Приблизительно размером со среднюю лифтовую кабину.
   Уже какая-то ясность.
   А скажите, вам приходилось застревать в лифте? Если приходилось, вы поймете, о чем идет речь.
   Если следовать тексту, греки отплыли от берегов Троады, оставив свой подарочек-коня, вероятнее всего с утра пораньше. А народ-то в коне должен был уже сидеть замурованный. Чтобы снаружи ничего видно не было, и троянцы ничего не заподозрили.
   И вот приходят троянцы, глазеют, удивляются, разводят руками. Разворачивается жуткая драма с Лаоокооном, появляется Синон произносит свои речи и т.д. Потом коня торжественно тащат в город за несколько километров. А сначала, вероятно подгоняют к нему телегу соответствующего размера (возможно даже строят). Хотя есть версии, что статуя могла быть на колесиках. Дальше они разбирают часть стены - конь-то великоват, не проходит. Заметьте! Неприступную стену вполне можно было при желании разобрать. Но на это нужно время, вам так не кажется? Думается, не один час.
   Потом они тащат коня на акрополь и гордо устанавливают его там.
   А после, естественно, пир горой. Народные гуляния, пляски и все такое. Короче, народ гуляет до поздней ночи, пока не упадет замертво кто где попало.
  
   И все это время с десяток воинов, вооруженных до зубов сидит в брюхе у коня в маленьком замкнутом пространстве без вентиляции и кондиционирования.
  
   Вопрос: А не задохнутся ли они там?
   Ответ: Вполне могут. И это будет значить, что вся операция коту под хвост.
  
   Потому что вентиляционные отверстия, если бы таковые имелись, моментально демаскировали бы людей, спрятанных в брюхе той деревянной лошади.
   С другой стороны, если уж организовывать диверсию, а это была именно диверсия, потому что господа греки, снявшись со своих позиций, оставили троянцам этакий сюрприз - 'бомбу замедленного действия'. Простите, коня. С пятой колонной в лице Синона.
   От того острова Тенедоса, за которым укрылись основные силы греков около 40 км, плыть примерно 3-4 часа при попутном ветре. Считается, что максимальная скорость античных кораблей под парусом - около 7 узлов. Допустим, что и ветер был попутным. Значит, увидев костер, они вполне успели вернуться где-то уже перед рассветом, когда город мирно спал после попойки.
  
   Все абсолютно логично.
   Кроме людей, спрятанных в тесном замкнутом пространстве внутри деревянной лошади примерно на 15-17 часов, это при наилучшем раскладе, а то и больше. Потому что это значительно увеличивает вероятность провала.
   Гораздо проще и менее рискованно спрятать внутри коня оружие. Его если даже и обнаружат, ничего страшного не произойдет. А люди, герои греков, то есть? Несколько человек, переодетые нищими, вполне могли незамечено проникать в Трою в течение последних дней по одному. Тем более, что их там прикрывала сама Елена.
   Если так, то абсолютно нет проблем. Пусть тащат коня в город хоть неделю, хоть месяц, операция от этого не сорвется!
  
   А вот теперь, минуточку...
  
   Выходит на арену резидент разведки греков, внедренный в Трою десять лет назад. Прошу любить и жаловать - Елена Прекрасная.
  
   Ох... совершенно неожиданный Вывод: Елена Прекрасная вовсе не была статичным и пассивным персонажем, какой ее принято считать. Эта прекрасная "постельная грелка" на самом деле была Матой Хари своего времени и вполне могла участвовать в захвате Трои изнутри. Чтобы не сказать, руководить...
  
  
   А помимо этого, еще один Вывод, основанный на современной информационной статистике.
  
   Но сперва Вопрос: Для чего создаются грандиозные и абсурдные вещи?
  
   Ответ: Как правило, чтобы привлечь внимание масс.
  
   Тогда, по аналогии с нашими СМИ, если кто-то пустил грандиознейшую "утку", значит, ею прикрывают некую важную информацию, которая должна пройти незамеченной. Иными словами, чтобы отвлечь внимание общественности от чего-то.
  
   И вот он, Вывод: Одиозный и абсурдный Троянский конь призван был отвлечь внимание троянцев от тайных манипуляций греков. И пока те увлеченно спорили на берегу, что делать с этим сомнительным подарком, потом пока они разбирали свою стену, можно было много чего незаметно провернуть. Например, несколько человек могли незаметно проникнуть в город. Если это не было сделано заранее.
  
  Глава 16.
  
   Более или менее разобравшись с конем, вернемся к полному трагизма описанию падения Трои.
   Итак... Пусть картинка отомрет.
  
   " Запылали дома, кровавым заревом освещая гибнущую Трою. На помощь героям явились и остальные греки. Через пролом ворвались они в Трою. Началась ужасная битва. Троянцы защищались, кто чем мог. Они бросали в греков горящими бревнами, столами, утварью, бились вертелами, на которых только что жарили мясо для пира. Никого не щадили греки. С воплем бегали по улицам Трои женщины и дети".
  
   Не знаю, как у вас, а у меня мороз по коже...
  
   "Наконец, подступили греки к дворцу Приама, защищенному стеной с башнями. С мужеством отчаяния защищались троянцы. Они опрокинули на греков целую башню. С еще большим ожесточением пошли на приступ греки. Выбил топором ворота дворца сын Ахилла Неоптолем и первый ворвался в него".
  
   Вот этот момент позволяет предположить, что дворец Приама был крепостью в крепости. Что вполне логично с точки зрения фортификации.
  
   "За ним ворвались во дворец и другие герои и воины. Наполнился дворец Приама воплями женщин и детей. У алтарей богов собрались дочери и невестки Приама, они думали найти здесь защиту, Приам в доспехах хотел защитить их или пасть в бою, но молила Гекаба престарелого царя искать защиты у алтаря. Разве мог он, слабый старец, бороться с могучими героями!
   Вдруг ворвался Неоптолем; он преследовал смертельно раненного сына Приама, Полита. Ударом копья поверг Неоптолем Полита на землю к ногам отца. Бросил копьем в Неоптолема Приам, но оно, как слабая трость, отскочило от доспехов сына Ахилла. Схватил в гневе Неоптолем Приама за седые волосы и вонзил ему в грудь свой острый меч. Погиб Приам в том городе, в котором жил столько лет, правя великой Троей".
  
   Бедный Приам. В его жизни этот кошмар уже имел место однажды. Тогда он был молодым. А теперь, на закате жизни видеть смерть всех своих детей... Уж лучше умереть с оружием в руках, чем влачить потом жалкое существование.
  
   "Не спасся никто из сыновей Приама. Даже внук его, сын Гектора - Астианакс, был убит: его сбросили с высоких стен Трои, вырвав из рук несчастной Андромахи".
  
   Хотелось бы еще раз остановить события.
  
   И присмотреться теперь уже к Неоптолему, сыну Ахилла.
   Это, по всей видимости, это он уничтожил новорожденного сына Гектора, потому что Андромаху он изнасиловал там же, а потом она перешла к нему в качестве добычи. И родила от него ребенка Но это не все факты, указанные в мифах.
   "Факты, указанные в мифах" - это, знаете ли, ОКСЮМОРОН. И тем не менее.
   Поражает невероятная жестокость этого юноши.
   Но что же могло послужить причиной?
  
   В текстах мифов о троянской войне довольно много боковых версий и ответвлений сюжета. Например, очень много их о любовных похождениях славного Ахилла. В частности, тот случай, когда он влюбился в дочь Приама царевну Поликсену и просил ее руки. А Приам ставил условие, при котором он отдаст ему дочь в жены, что Ахилл сдает ему лагерь греков. Ахилл, де, долго колебался, но лагерь все-таки не сдал.
  
   По этой версии получается, что Ахилл мог при желании сдать троянцам весь лагерь греков?
   Это важное обстоятельство. Получается, в какой-то момент не Агамемном был правителем в стане греков, а Ахилл. А где в это время были Агамемнон с Менелаем? Ездили расслабиться к девочкам на соседний Тенедос или там, на Лесбос, оставив Ахилла на хозяйстве? Почему бы и нет, они ведь тоже люди?
  
   Согласно версии одного из мифов, познакомились Ахилл с Поликсеной тоже интересно. Встретились в храме Аполлона (в том самом, что был за стенами города), который считался нейтральной территорией. И посещали тот храм и греки, и троянцы, и вообще все, кому этого хотелось.
   И есть мнение, что в этом самом храме и был предательски убит величайший герой греков.
   Влюбленного заманили на свидание.
   А вот это уже был великий нонсенс. Это вполне могло оправдать последующую жестокость Неополема. Священная месть сына за отца.
   Тогда все логично. Вынес топором ворота дворца, убил всех мужчин из рода Приама (всех, до кого руки дошли), вдову Гектора взял рабыней. а Поликсену, из-за которой и был убит Ахилл, принес в жертву тени своего отца. Но и на этом мститель не успокоился. После всего, как вернулся из-под Трои, предъявил счет Аполлону, чуть не разрушив его храм в Дельфах.
   Увы, бедняга был там и убит.
  
   Что ж за Вывод отсюда следует?
   Вывод: Месть за великого героя должна быть ужасной и поражать воображение своей жестокостью.
  
  
  
  Продолжение следует.
  
  
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика) Е.Мэйз "Воровка снов"(Киберпанк) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) Д.Винтер "Постфинем: Дыхание Дьявола"(Постапокалипсис) А.Респов "Небытие Бессмертные"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"