Дёмина Карина: другие произведения.

Глава 46. Арена

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:


Глава 46. Арена

   Зверинец пустел.
   Ушла и не вернулась рысь. И гиена исчезла, только оглянулась напоследок, и в желтых глазах ее я увидела тоску. Звери тоже испытывали страх. Даже псы, смирившись с тем, что не выйдет до меня дотянуться, легли и теперь не лаяли - скулили, прижавшись друг к другу.
   И лишь мой старый знакомец, медведь, по-прежнему сидел возле клетки.
   Ждал.
   Его не стало утром третьего дня. И я поняла, что скоро наступит мой черед.
   Боялась ли?
   Да, пожалуй. Я ведь все-таки достаточно живая, чтобы чувствовать боль. И умирать не хочется. И верить моей ядовитой сестрице...
   Надеялась ли я на спасение?
   Да, конечно.
   Сидела, вслушивалась в звуки, вбирая запахи, пытаясь среди всех чужих выявить один, тот, который принадлежит Янгару.
   Было ли все зря?
   - Хий-с-си, - зашелестела солома, и дальняя дверь, за которой начиналась арена, приоткрылась, пропуская знакомого уже старика с посохом. - Хий-с-си.
   - Здравствуй, - сказала я ему, одергивая шкуру. В последнее время я как-то особенно остро стала ощущать собственную наготу.
   - Хийси умрет, - брухва остановился возле клетки. - Скоро.
   - Спасибо, что предупредил.
   Он тихо засмеялся и, когда псы встрепенулись и зарычали, приложил палец к губам.
   - Возможно, хийси умрет.
   Костлявые пальцы поглаживали посох.
   - Я пришел сказать, что появились новые дороги для хийси. Только... - он наклонился к самой клетке. - Смотреть надо. Очень хорошо надо смотреть.
   - Куда?
   - Не куда. На кого.
   - И на кого же?
   Старик покачал головой.
   - Много вопросов. Много слов. Слова меняют дороги.
   Он повернулся ко мне спиной, но все же не ушел. Прикосновение к моей руке было легким, случайным. И мир привычно уже кувыркнулся, распадаясь на сотни путей.
   ...вновь белый песок под ногами.
   Яркий такой.
   Горячий. Солнце что-то расщедрилось. Глаза слепит. Я моргаю часто, до слез, и в этом стеклянном плывущем мире вновь вижу решетку.
   Людей.
   И белые стены дворца.
   Балкон, с которого свисают стяги, ветер колышет полотнища, заставляя золотых оленей скакать. А выше стягов - люди.
   Пиркко в золотой короне.
   За правым ее плечом - мой муж. И она, поворачиваясь к нему, что-то говорит... смеется. И ветер робко касается черных прядей.
   Черное на черном.
   - Хийси, смотри, - голос брухвы пробивается сквозь боль.
   Я ведь не живая.
   И сердце почти остановилось уже. Так почему же оно ноет... не хочу их видеть.
   - Смотри! - шипит брухва.
   Смотрю.
   Белое лицо Пиркко. И красные губы, которые кривятся. Рука касается руки, а кожа Янгара по-прежнему смугла, и потому пальцы моей сестры на его запястье неестественно бледны. Он наклоняется к ней и... и что-то неправильное есть в этом его движении.
   - Смотри...
   Она что-то говорит, а Янгар слушает.
   Выражение лица такое... задумчивое?
   Пиркко указывает вниз. На меня? Янгар поворачивается... он иначе двигался, быстро и плавно, как та рысь, которой не стало вчера. Сейчас же он резок и... в то же время медлителен, словно прорывается сквозь сон. И чернота в глазах погасла, словно на бездну набросили полог.
   Янгар идет ко мне.
   Не торопится.
   Солнце ластится к булатному клинку в его руке, пляшут в воздухе былинки. И ветер вдруг доносит запах гнили... не от людей, с балкона. Моя сестрица подается вперед, упираясь ладонями в перила. Рот приоткрыт, глаза сияют, а грудь вздымается часто. Она... то, чем она стала.
   - Смотри, смотри...
   Брухва рядом. Еще немного и он возьмет меня за руку, возвращая в реальный мир.
   Смотри, Аану, хорошенько смотри.
   За маску лица, которая способна обмануть людей.
   Кто под нею?
   Существо, столь отвратительное, что я цепенею. Белая кожа? Полупрозрачная, мутная, словно старая слюда. Синие глаза? Темные омуты-провалы под тонкой пленкой век. Волосы-паутина рассыпались по плечам. И шевелятся они вовсе не от прикосновений ветра, но сами по себе. Каждый волосок - живая нить... и нити эти тянутся к Янгару.
   Опутали.
   Проросли сквозь смуглую кожу.
   - Она...
   Я не успеваю задать вопрос, поскольку брухва хватает меня за руку, дергает и вытягивает с завороженной дороги.
   - Что она такое? - я, просунув руки меж прутьев, хватаю посох брухвы. - Скажи, что она такое?
   - Сумеречница.
   Подумав, он добавляет:
   - Молодая еще. Глупая... как ты... не вошла в полную силу.
   Посох выскользнул из моих пальцев.
   - Погоди, - я знала, что не смогу его удержать. - Почему ты мне помогаешь?
   - Помогаю? Хийси тоже глупая. Не тебе. Не ей. Себе. Сумеречница все съест. Ничего никому не оставит, - брухва скривился. - Сумеречницу убить надо.
   Убить?
   То, что было моей сестрой, уже не являлось человеком. Вот только я не умею убивать...
  
   Он помнил, кем был.
   Был?
   Когда?
   Раньше. Уже давно.
   Забирался на вершину старого дуба, где ветви были тонкими и прогибались под его тяжестью. Страшновато было, потому как земля казалась далекой, но соколиное гнездо манило с неудержимой силой. Вдруг да птенцы есть?
   Есть, конечно, не даром сокола кружат над поместьем, высматривают добычу.
   - Янгири, ты опять забрался! - мамин голос доносится снизу. А сама она выглядит такой маленькой, смешной. Платок сполз на плечи, и в маминых волосах блестят росой камушки. - Янгири, ты же можешь упасть, поранится!
   И что с того? На нижних ветках не интересно.
   И вообще, разве он, Янгири, не наследник? И отец говорит, что он должен быть храбрым. Сильным. Пример всем подавать.
   И он, цепляясь за ветки, нарочно выбирая такие, чтобы потоньше, скользит вниз... мама охает и ахает. Обнимает. Целует, не обращая внимания на его недовольство.
   Он взрослый уже!
   ...мамины руки такие горячие.
   ...а холодно как. Постоянно почти холодно. И холод этот с ума сводит.
   - Очнись, - говорит кто-то и, вцепившись в плечо, трясет. Янгар спит и прекрасно осознает, что находится во сне. И человека на самом деле нет, но... он есть.
   Знакомый... смутно так... у него круглое лицо и голова налысо обрита. Сам он чудовищно толст, и старая хламида не скрывает необъятного тела...
   - Ну же, малыш, ты можешь.
   Что?
   - Ты должен бежать.
   Янгар почти вспомнил, как зовут этого человека. Но та, что стоит за его спиной, коснулась шеи. У нее очень холодные пальцы, и прикосновения неприятны. Но Янгару нравится смотреть в ее глаза, темно-синие, глубокие, как омут.
   Эти глаза пробираются и в сны.
   - Видишь, теперь он мой, - говорит та, что прячется за его спиной. - И останется моим.
   Ее смех острый, как осколки стекла.
   Синие и желтые в горсти.
   Янгар высыпает их на пол и пытается собрать. Что?
   Желтый ковер... ступать нельзя, потому как ковер стоит дорого, куда дороже, чем Янгу. И хозяин разозлится, если раб испортит столь ценную вещь. Ноги Янгу грязны и грязь эта прочно въелась в кожу.
   Хозяин сидит у окна и, устремив мечтательный взор на решетку, щекочет губы тонкой кистью. Он задумчив и сосредоточен. На коленях его лежит доска с драгоценной инкрустацией, и тонкий лист папируса ждет прикосновения кисти. Но нужные слова не идут на ум. И хозяин хмурится.
   А Янгу ждет.
   Он - глупый раб, который должен отнести еще ненаписанное послание.
   Время...
   ...рядом с Янгу столик, отделанный пластинами из слоновой кости. А на столике - клепсидра. Падают капли воды, отсчитывают время.
   Клепсидра стоит на самом краю.
   И Янгу переступает с ноги на ногу. Осторожно. Медленно. Стараясь не привлекать к себе внимания. Хозяин вздыхает. А Янгу оказывается чуть ближе к столику.
   ...и еще ближе.
   ...и снова...
   Когда хозяин, все ж решившись, касается волоском кисти чернильной глади, Янгар добирается до столика. Он касается клепсидры острым локтем, словно невзначай, и та качается.
   - Что ты там делаешь? - хозяин вдруг поворачивается к Янгу.
   - Ничего хозяин.
   Незаметный толчок, и клепсидра падает.
   Стекло тонкое. Бьется со звоном. Осколки летят и вода, окрашенная синей краской, марает желтизну ковра. Кричит хозяин, лицо его наливается краснотой и, подлетев к Янгу, он хватает за волосы, бьет по лицу...
   ...сволочь.
   - Да я тебя...
   Порют старательно, до алого тумана перед глазами. Надо продраться сквозь него, но та, что стоит за спиной Янгара, не позволит ему сбежать.
   - Ты мой, понимаешь? - она смотрит прямо в душу. И бездна синих глаз ее пленяет Янгара. - Он мой...
   - Только пока ты его держишь.
   Этот голос тоже знаком.
   И человек с ошейником. Он слишком вызывающе держится для раба. И Янгар помнил причину, когда-то давно помнил... имя тоже. Был бой на краю леса.
   Клинки в руке...
   ...на поясе Янгара больше нет палаша.
   ...та, что стоит за его спиной, не настолько уверена в собственной власти.
   ...и значит, от нее можно сбежать?
   А глаза у раба синие, только бездны в них нет. Лицо... он похудел и щеки ввалились, а нос сделался крупным, тяжелым. Кажется, его Янгар мог бы назвать другом... он ведь думал о таком? Раньше.
   - Ты глуп, Олли, - та, что стоит за спиной Янгара, подходит к рабу и, взяв за цепь, дергает, заставляет наклониться. - Уже недолго осталось. Тебе... остальным... всем...
   Ее лицо прекрасно.
   Настолько прекрасно, что Янгар не в силах смотреть на него.
   Он отворачивается.
   - Скажи, кто ты? - спрашивает Олли, разглядывая... хозяйку?
   Ее цепь прочна, но... любую цепь можно перерезать.
   - Разве ты не помнишь?
   - Помню, что когда-то ты была моей сестрой. И человеком. А теперь... кем ты стала?
   - Кейне, - отвечает та, что стоит за спиной Янгара. - Хозяйкой Севера. И твоей госпожой... поклонись сам, Олли. Ты же не хочешь, чтобы я заставила тебя поклониться?
   И раб, бросив на Янгара странный взгляд, становится на колени.
   ...под коленями мелкий камень, он впивается в кожу, в мышцы, кажется, до самых до костей доходит. И Янгу кривится от боли, кусает губы, чтобы не заплакать. Он заслужил наказание, разбив драгоценную чашу. Был порот, но порка не убавила дерзости. Янгу снова забылся... и если так пойдет дальше, то на лбу его поставят клеймо, чтобы все видели - вот строптивый раб.
   ...тень солнечных часов скользит по земле. Так медленно... еще долго стоять и камни, верно, навсегда прирастут к Янгу. А ноги откажут. И тогда он не сможет сбежать.
   ...беглых рабов ловят с собаками. А вернув хозяевам, клеймят... но Янгу не боится клейма.
   Он не раб.
   Когда-нибудь он сумеет уйти.
   И отыщет дорогу домой.
   - Какой же ты упрямый, - ледяные руки той, что стоит за спиной Янгара, ложатся на щеки, сжимают со злостью, словно желая раздавить. - Почему ты не хочешь просто все забыть? Я тебе помогу. Ложись.
   Она устраивается на подушках и указывает на место рядом с собой.
   - Ложись и закрой глаза.
   Пальцы ее плетут сеть из тумана.
   ...а губы красны.
   ...вчера ей поднесли кубок, и она, устроившись вот так же, на полу, вдыхала медный аромат крови.
   - Хочешь попробовать? - спросила у Талли, который всюду сопровождал ее. И тот в ужасе отпрянул, она же не разозлилась, рассмеялась и окунула в кубок палец. - И зря. Вкусно.
   - Ты... ты слишком увлеклась.
   Талли был бледен.
   Он боится ее, ту, что стоит за спиной Янгара.
   И хочет убежать. У него получилось бы, ведь он свободен от ее цепей, но страх держит его на привязи.
   Она поднимает палец медленно, и тонкая бурая нить протягивается между ним и кубком. Она же, наклоняясь, касается нити языком.
   - В последнее время, братец, ты стал слишком много говорить, - та, что стоит за спиной Янгара, щурится от удовольствия. Янгар слышит его эхо. - Меня это печалит.
   Ее печаль притворна.
   Она лакает кровь, как кошка, а напившись, засыпает, разметав по подушкам черные волосы. В них больше не держатся алмазы и огненные лалы, гаснут. Лишь белый лунный камень готов служить той, что стоит за спиной Янгара. Во сне ее глаза приоткрыты, словно она и в минуты отдыха опасается выпустить Янгара из виду.
   Тишина.
   Служанки боятся тревожить ее. И рабы перестают дышать, моля богов, чтобы покой этот продлился хоть сколь бы долго. Талли и тот замирает у двери.
   А потом решается.
   Он идет на цыпочках, не сводя с нее настороженного взгляда.
   - Ты... - шепот его почти беззвучен, и Янгар скорее по губам читает, чем и вправду слышит его голос. - Должен ее остановить.
   Сбежать.
   - Я не знал, что она такое, - Талли дрожит и страх его сладок. - Если бы знал...
   Она хмурится во сне и пальцы шевелятся, проверяя, на месте ли привязь.
   - Вот, возьми, - в ладонь Янгара ложится камень.
   Темно-зеленый, с золотыми искрами и дыркой, в которую продета веревка.
   - Она его сняла и... вдруг да поможет.
   Талли кривится.
   Он молод и устал бояться. Он не знает, что еще сделать.
   - Я хотел Печать взять... Печать она стережет... проверяет... - наклонившись к Янгару, он надевает веревку. - Пожалуйста... останови ее... ты же... ты же Полоз!
   Камень Талли прячет под рубаху и, бросив на сестру настороженный взгляд, пятится. У него вышло добраться до двери и коснуться ручки. Но та, что стоит за спиной Янгара, открывает глаза, синие, словно бездна.
   - Ты хочешь оставить нас, Талли? - спрашивает она, улыбаясь.
   - Я... если больше не нужен... - Талли дрожит и бросает на Янгара умоляющий взгляд. - Я проверю, как на арене... чтобы завтра... тоже надо присмотреть...
   Она садится и зевает.
   У нее красивые зубы, белые. И клыки длинны.
   - Иди, - говорит она, когда Талли уже почти готов признаться. - Завтра и вправду важный день.
   Та, что стоит за спиной Янгара, поворачивается к нему.
   - Очень важный.
   Она тянется к его губам, а ее собственные еще сохранили запах крови.
   - Он трус. И ничтожество, но пока еще нужен. Кто-то ведь должен защищать меня, - это не поцелуй - Янгар помнит, что поцелуи должны быть другими - но прикосновение, которое вызывает тошноту. - Скоро ты станешь моим. Понимаешь?
   Он кивает, потому что ей этого хочется.
   И та, что стоит за спиной Янгара, выдыхает с облегчением.
   - Надо просто избавиться от лишнего, - она падает на подушки и лежит, глядя в потолок. Губы ее шевелятся, и она улыбается собственным мыслям.
   А потом уходит смотреть, как порют рабов.
   Она будет отсутствовать долго. И вернется утомленная, но счастливая. Она снимает платье, забрызганное кровью, и прижмет к лицу, будет нюхать и жмурится... запах крови одурманит ее.
   И Янгар, наблюдая за ней сквозь ресницы - она приказала спать - сожмет в руке камень.
   Зеленый с золотой искрой.
   Сквозь камень можно смотреть на солнце...
   ...и солнце делится светом.
   Та, что стоит за спиной Янгара, не любит солнечный свет.

Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"