Карнишин Александр Геннадьевич: другие произведения.

Миниатюры

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.38*11  Ваша оценка:

   Гыук
  
   Гыук был тощ, слеп и упорен. Он воркал на воркстейшне - фонил задник. Лытдыбрами он занимался в свободную минуту, когда глаза уже переставали воспринимать пиксели и шейдеры. Говорили, что он на глаз, надев очки с толстыми стеклами, определял тактовую частоту любой видюхи. Для лытдыбров этого было не надо. Лытдыбры писались плавно и напевно, переходя с экрана в виртуальное пространство рунета.
   "Гыуки!"- писал он, сосредоточенно тыкая пальцами в буквы виртуальной клавы.- "Мой лытдыбр не для лохов педальных! Не знаешь харда и софтвера - молчи и слушай. Считаешь, что знаешь? Ты - гыук!"
   Гыуки внимали.
   Гыуки были сильны своей массой и своим ноухау.
   Гыуки никого не боялись.
   Кроме админа.
   Админ имел логин на сервере. Кто имеет логин на сервере - тот не гыук. Тот выше. Спорить с ним нельзя. Только говорить "ку!" - и все. Иначе одним гыуком могло стать меньше.
   Но если делать "ку!" правильно и вовремя, то добрый админ мог ввести в дворянство и называть с тех пор простого гыука д'гыуком.
  
   Аббревиатуры
  
   К аббревиатуре МТА (молодой талантливый автор) для полноты картины следует добавить МНТТА (молодой, но не такой уж талантливый автор), НМТА (не молодой талантливый автор), МНТА (молодой не талантливый автор), НМНТА (не молодой и не талантливый автор), НА (не автор).
  
   Редакция
  
   - Вот тут вы написали... Вот, сейчас, сейчас... Ага! Вы написали, что в магазин входит тридцать патронов.
   - Ну, и что? Правильно.
   - Я рекомендую написать здесь не магазин, а обойма. И патронов не тридцать, а тридцать пять.
   - Но это же будет не правильно, так же не бывает!
   - Вот и ладно. Вот и пусть, что не бывает. Но зато зацепится глазом специалист по оружию, начнет листать книгу, увидит, что не правильно, напишет об этом, смеясь, ему не поверят и тоже полезут читать вашу книгу, и тоже увидят... И так по цепочке все больше и больше людей, которые прочитали вашу, безусловно полезную и нужную книгу.
   - Ну, если вы так считаете...
   - Именно так! Мы - специалисты. Не первую книгу выпускаем. У вас это какая? Тоже не первая? Нет-нет, вы слушайте специалистов. ... Так... Дальше... Вот я прочитал всю книгу, но не нашел ни одной эротической сцены. Это просто никуда не годится.
   - Но...
   - Что - но? Что - но? Разве вы писали в расчете только на детскую аудиторию? Если так, то наше издательство не может гарантировать...
   - Нет-нет, я вас слушаю. Что там с эротикой?
   - Здоровый эротизм просто необходим, понимаете? И это должна быть именно эротика, и чтобы никакой порнографии... Поэтому, записывайте: стройные длинные ноги, затянутые - и так далее... Высокие полные груди, обтянутые бархатистой кожей - и так далее... Большие карие или синие, блестящие и вожделеющие глаза с прыгающими бесенятами - и так далее... Ну, вы же взрослый человек, должны понимать!
   - Хорошо, я сделаю.
   - Вот, как с оружием, так чтобы и с эротикой. Слушайте и пишите. И будет вам тираж. И кстати, что за странное название вы придумали? Кто на это купится?
   - А что... Мне казалось, нормальное название: "Квантовая физика, часть третья".
  
   Право на мат
  
   Все попытки воспрепятствовать моему выражению эмоций являются ущемлением моих законных прав. Вы говорите, что, матерясь я унижаю и оскорбляю окружающих. Но это совсем не так. Мат в моих текстах не оскорбление, а сам текст. Не надо подходить к моему мату, как будто я специально кого-то ругаю. Я не ругаю. Я просто матерюсь в свое удовольствие. Вы боитесь, что от моего мата пострадают ваши дети? Но ведь с экрана телевизоров льется иногда гораздо больше вреда. Так запретите лучше телевизоры, чем бороться с моими выражениями. И мнение, что матерящихся надо изолировать от остального общества в специальных гетто - оно совершенно не демократично! На самом деле мат не вредит ничьему здоровью - нет ни одного доказанного официально случая заболевания или смерти именно от мата. Нет этого! Более того, на самом деле матерится огромное большинство населения. Просто некоторые матерятся, закрывшись дома, боясь какой-то там ответственности. За что ответственность? За откровенное выражение эмоций? Даже психологи говорят, что нельзя скрывать, сдерживать эмоции - от этого могут быть различные психические и сердечные заболевания. А вы твердите мне, чтобы я не матерился? Вот некоторые тут спрашивают хитро: мол, не хотите ли вы, чтобы и ваши дети матерились? Отвечу просто: а вот детей не тронь. Дети, они вырастут и сами решат, материться им или нет. И вообще, прежде чем бороться с моим матом, сначала ликвидируйте безработицу, поднимите зарплату, очистите воздух, закройте дебильные программы на телевидении, исправьте власть... Много есть еще сфер приложения рук тем, у кого кое-где чешется. А мат не троньте! Мат - это искреннее и открытое выражение эмоций, когда одним емким словом можно выразить любую сложную мысль. И главное, всем будет понятно.
   Матерился, матерюсь, и буду материться, несмотря ни на что.
  
   Сисадмин
  
   Все двери здесь были сделаны под правую руку. Все красивые деревянные двери, покрытые светлым лаком, с блестящими начищенными ручками "под бронзу" открывались направо. Так все и ходили - открывая правой рукой и выходя в коридор учреждения.
   И только сисадмин всегда открывал левой. Распахивал, замирал на миг на пороге, выглядывая налево. Потом делал шаг вперед и заглядывал за открытую дверь - направо по коридору. Потом аккуратно закрывал дверь и бесшумно шел длинным коридором, притормаживая перед поворотами и делая шаг в сторону, к середине, на ковровую дорожку.
   И никто этого не замечал.
   До тех пор, пока однажды он не забыл сохраниться.
   С тех пор у них здесь появился новый сисадмин.
  
   В каждом - ребенок
  
   В каждом остался ребенок. Даже в том, кто это тщательно от всех скрывает. Даже в том, кто неодобрительно ругается на соседей - ишь, в детство впали, ишь, ребячатся...
   Только этот ребенок - он же такой разный, как разными мы были в детстве.
   В одном сидит любознательный и жизнерадостный пацан. Он сует нос везде, лезет через забор с колючками, чтобы выяснить, что там такое белеет в кустах, спрашивает и переспрашивает, слушает и задает вопросы. Ему интересно все вокруг, и он, бывает, видит то, что не замечают другие.
   В другом - послушный ученик. Если ему говорить и показывать - он все поймет, и будет делать правильно. Но если не показать, так и останется на всю жизнь учеником.
   В третьем - капризный избалованный ребенок, которому объяснили, что он - самый лучший. Он не стал лучшим, потому что становиться никем не надо. Он уже - лучший. А кто так не считает, тот просто завидует ему черной завистью, а сами никто и звать их никак.
   В четвертом - плакса, с детства отвечающий на камень на дороге, на дождь с неба, на грубость товарищей только плачем, только нытьем.
   В пятом - задира и хулиган. Он повзрослел, но с удовольствием выпускает задиристого хулигана на волю и отпускает вожжи.
   В шестом - хитрый проныра, готовый на все ради достижения своих целей. Он холоден и расчетлив, скользок и неуловим. И всегда добивается своего.
   В каждом - тот, маленький. Даже в том, кто с детства вел себя, как маленький злобный старичок. Вот таким он и живет всю жизнь.
  
   Себе надо нравиться
  
   Не так, что - фи, все равно найдется, кому понравлюсь! А так, чтобы искренне радоваться своему отражению в зеркале и любоваться иногда и выбирать правильный поворот головы, и глазами, глазами играть и сверкать! И чтобы идти по улице и посматривать в глаза встречных: оценили? Поняли класс и качество? И радоваться, видя отклик.
   Надо, чтобы и то, что выходит из-под собственных рук - нравилось. Шьешь? Чтобы красивое было и приятное, чтобы хотелось оставить себе. Пишешь программу? Чтобы щекотно в животе было от удачно вставленной функции и скорости работы. Сочиняешь рассказ? Чтобы и потом, через год или два, читать свое произведение было приятно и интересно и пробивало до слез иногда.
   И тогда сразу улучшится походка, выпрямится спина, исчезнут угри, пропадет диарея, наладится кислотно-щелочной баланс и стабилизируется давление, улучшится сон, исчезнут боли то там, то сям, и станет на улице светло и совсем не холодно.
  
   "Писатели"
  
   Они вяло толкали друг друга ладошкой в плечо, изредка стонуще спрашивая:
   - Кто ты такой?
   - Нет, ты кто такой, а?
   - Кто ты такой, сколько у тебя читателей?
   - Нет, ты кто такой? Кто тебя знает и какой у тебя рейтинг в Яндексе?
   - Нет, кто ты такой, а? Да тебя даже "пираты" не воруют!
  
   Аберрация зрения
  
   - Доктор, я очень болен. Я уже давно не вижу ничего зеленого. Вот деревья за окном - они черные. Вот лужайка - она же белая! Черное и белое. Черное и белое...
   - Голубчик, у нас зима длится пять месяцев... Чего же вы хотите? Ваша болезнь лечится очень легко - самолетом.
  
   Куда уходит детство?
  
   А оно никуда не уходит.
   Оно не гость из "правильных", который понимает, что пора и совесть знать, да и съедено-выпито все, и поэтому начинающий сам собираться, одеваться, прощаться с хозяевами, и уходящий в ночь с улыбкой удовлетворения, потому что долг вежливости соблюден, сеанс общения произошел, ужин был, а теперь можно и поспать. И хозяева остаются довольными, потому что и ужин был, и общение, и гость оказался "правильный", и не стал слишком долго утомлять своим присутствием.
   Вот детство - оно совсем не такое. Оно не пришло, и поэтому ему и не уходить. Оно всегда с нами. И только если его вежливо выпроводили, как засидевшегося и обжившегося уже гостя, если не просто намекнули, а прямым текстом произнесли "волшебные" слова, вот тогда оно уходит. В никуда. Оно просто умирает.
   Поэтому никогда не говорите детству: "Я уже старенький (кая). ...Что ж я, как маленький (кая). В моем возрасте..."
   Детство никуда и никогда не уходит. Его выгоняют. "Выпинывают". Выкидывают. Прогоняют.
   Не надо этого делать. Некрасиво... Оно же - детство.
  
   Объявление
  
   Лысый, седой, где не лысый, пузатый, низенький, беззубый шестидесятилетний холостяк с массой вредных привычек познакомится с высокой спортивной красивой девушкой 18-20 лет, без жилищных проблем, с богатыми родителями, для совместного проживания и создания семьи.
   Интим не предлагать.
  
   Старое кино
  
   Свой среди чужих - это "наш" храбрый разведчик среди врагов...
   Чужой среди своих - это "их" подлый и трусливый шпион среди наших...
   Свой среди своих - это нашего разведчика обнимают, награждают орденами и новыми погонами за выполненное задание, ведут с собой куда-то и наливают ему водки...
   Чужой среди чужих - это когда он докладывает о выполнении, выходит один на улицу, закуривает и с тоской смотрит в небо...
   Ну и правильно - что там хорошего, у чужих, может быть? Он же не среди своих, а среди чужих остается!
  
   Медицина
  
   - Если болит рука от напряжения, от работы тяжелой, надо повязать шерстяную нитку на запястье и не снимать две недели. А если горло разболелось, то нитку надо по шее пустить, но с правильным амулетом, потому что без амулета только ослабление боли, но никакого лечения. А если чирьи замучили, то помогает собачья шерсть, потому что у собак чирьев не бывает. Безрукавка из собачьей шерсти помогает и от чирьев, и от простуды и колотья в спине. А если болит голова, нажать на точки над бровями. Или еще помогает, если массировать левый мизинец. А если...
   - У меня - вот. Нога. Подранили слегка, а теперь не заживает никак. Сочится сукровицей и сапог надеть - больно.
   - Это раньше надо было приходить - давно бы уже на коне скакал. Но и так, по запущенному, все равно есть хороший рецепт. Надо взять красную тряпку. Очень красную, самую красную, какую найдешь. И на ночь завяжи ногу этой тряпкой.
   - И все?
   - И все.
   - А заклинание какое-нибудь?
   - Какое заклинание? Вы о чем, мужчина? Это вам не шарашкина контора какая-нибудь, а солидное медицинское учреждение! Заклинания... Придумают же тоже. Хотя, если какие-то знаете на отворот крови, то почитайте. Вреда не будет.
  
   Прогресс
  
   Вот вы всему верите. Новостям разным верите, особенно когда они о плохом. Верите соседям. Коллегам на работе. Слухам верите. Ведь, раз говорят - это же неспроста? Только в прогресс никак не поверите. В науку. В технологии разные. смеетесь над "нано". Читаете фантастику, четко понимая, что все это - сказки. Фильмы фантастические смотрите для того же - пощекотать немного себя изнутри, понимая, что все это сказки. Так просто не бывает.
   Не бывает?
   А вы пользуетесь, например, Скайпом? Программа такая, в которой разговариваешь с другими городами и странами, и видишь собеседника... А-а-а... Знаете, да? Хорошо. Как вы видите друг друга? Камера! У вас ноутбук, да? И камера встроена в его крышку и всегда направлена на вас. Как вы считаете, если вы не в Скайпе, камера работает? Что значит - нет? Оптика как-то ломается сразу? Или не подается напряжение на контакты? Или как вы себе это представляете, что вот вы видите друга, а потом - раз, и сразу не видите? Программа отключается? Так это Скайп отключается. Это программа связи всего лишь. А камера - она у вас встроена в систему. Она питается той же энергией, что и весь ноутбук. И оптика у нее - стеклянная. Стекло же не отключается? Вот вы отошли зачем-то. А камера смотрит на комнату. Она все видит. Все, что в комнате - принимается на ее сенсоры. Что вы говорите? Вы отключаете свой компьютер? У вас не ноутбук, а "большой"? То есть, камера отдельно? Такая кругленькая или кубиком таким - да? А вы не думали, почему она больше, чем та, что глядит из крышки ноутбука? Кто вам сказал, что она лучшего разрешения? Да у них у всех разрешение одно и то же. Чтобы видеть вас и вашу комнату, и все, что в этой комнате делается. И нужно камере минимальное питание. В ноутбуке питание от ноутбука. А если камера отдельно стоит? Вот, правильно понимаете - потому она и больше размером - из-за элемента питания.
   Вообще нет камеры? Что вы говорите? И компьютера нет? А телевизор - есть? Как он показывает, представляете? Люминофор реагирует на электрический ток и светится по-разному. Вот картинка и проявляется на экране. А если - наоборот? Если светить на люминофор, а с контактов снимать информацию? А?
   Потому что свет - он и есть свет. И пишет свет на сенсоры, что вот это - хозяин. А вот - гость...
   Кстати, вы не слышали, что там рассказывали насчет программы распознавания лиц?
   Это уже не говоря о том, как вы себя ведете, когда дома никого. И жарко. И скучно.
   Не верите мне? И в прогресс не верите?
   А сплетням разным, новостям идиотским про политику - верите? Вот такие вы странные и нелогичные.
  
   Жизненное
  
   Жил был офис. И был в офисе системный администратор. Он был очень хороший системный администратор. Поэтому в офисе все работало и никогда ничто не ломалось. Сервер не падал ни с того, ни с сего, сети не рвались, программы и пакеты информации не улетали в неизвестность. Синих окон смерти, кстати, тоже не было ни у одного пользователя.
   И однажды финансовое управление этого офиса, рассмотрев все затраты, пришло к выводу, что системный администратор им, в принципе, не так уж и нужен. Сидит там у себя в комнате мужик какой-то. Никто его почти и не видит. Получает зарплату и даже премии на уровне с другими. А толку?
   Системный администратор был уволен, штатная единица сокращена, расходов стало меньше.
   Через месяц сервер начал падать, сети отваливаться, программы зависать, а на мониторы пользователей регулярно вылетать синий экран смерти.
   И вот тут всем и всё стало понятно...
   Всё стало понятно!
   Это гадкий ленивый бездельный бывший системный администратор, уходя, наколдовал там что-то, что теперь все стало ломаться! Это, выходит, слишком поздно они его уволили! Давно надо было с ним расставаться! Мерзкий тип, мерзкий...
   Теперь в том офисе работает целый айти-отдел из пяти человек. Все они, работники отдела, очень загружены работой. Настолько загружены, что откладывают срочные вызовы на дни и даже целые недели. И все видят, как много трудов у настоящих системных администраторов. Не то, что у этого, бывшего, самого хитрого, которого слишком поздно раскусили.
  
   Актуально-праздничное
  
   Вова приехал на новогодний праздник на метро, выпил бутылку "Гжелки" по сто двадцать рублей, а потом портвейна, принесенного друзьями, а еще сладкого шампанского вместе с девушками, и запил все двумя бутылочками "Сибирской короны"...
   Петя приехал на "бэхе-семерке" с личным шофером, оставшимся за рулем. Потом Петя выпил в одно лицо бутылку "Абсолюта", затем употребил поллитра "Бейлиса" под разговоры с девочками, после под бой курантов и под концерт выкушал крымского брюта, залакировал двумя бокалами фирменного разливного Гиннесса из соседнего паба...
   Как же им обоим было одинаково плохо 1 января!
   Независимо от материального положения и невзирая на экономический кризис...
  
   Политическое
  
   И спросил тогда Тот, что пришел Оттуда:
   - Скажи мне, чего же ты хочешь?
   И ответил Василий Алексеевич, что хочет он, блин, как бы это сказать, черт, в общем, типа, чтобы не было никаких коммуняк этих, нахрен, совсем, типа, и чтобы история, значит, шла, как ей положено ходить, без всяких там революций и большевиков.
   И сказал Тот, что пришел Оттуда:
   - Да будет так.
   И стало так.
   И возопил Василий Алексеевич:
   - Где мой дом? Где мой автомобиль? Где счет в банке и заводик, мною управляемый? Где все мои деньги, мое богатство, мой авторитет и мое место в обществе?
   И было ему отвечено свыше:
   - Твое место, мурло немытое, в полях за плугом. А не нравится на земле трудиться, так в заводской общаге.
   И горько заплакал тогда Василий Алексеевич. Ибо не был он тут в новой жизни дворянином и князем или графом. И купцом первой гильдии не был. Даже третьей - не был все равно. И был он никто и звать его было никак.
   И возжелал он тогда революции.
   Но не было ея.
  
   Черный телефон
  
   Вот ты будешь спокойно спать, а среди ночи вдруг раздастся телефонный звонок. Схватишься, скатишься с постели, подхватишь трубку, будешь вслушиваться, но на том конце волны или провода будет только непонятная далекая музыка и какие-то смутные шорохи.
   - Алло, алло!- будешь бесполезно кричать в трубку.
   Будешь потом ломать голову, кто же мог тебе позвонить в такое неурочное время. Будешь ругаться и даже отключать аппарат. А назавтра - опять такой же звонок в самый разгар хорошего сна, когда про лето и друзей, и еще про подруг.
   А это Черный телефон набирает твой номер. Это Черный телефон молчит при соединении. Это Черный телефон по ночам доводит людей до сердечного приступа.
   Бойся Черного телефона!
   А если не боишься...
   Вот ты будешь спокойно спать, а среди ночи вдруг раздастся телефонный звонок. Схватишься, скатишься с постели, будешь вслушиваться, но на том конце волны будет только непонятная далекая музыка и какие-то шорохи.
   - Алло, алло!- будешь кричать в трубку.
   Поздно кричать. Бесполезно.
   Черный телефон уже нашел тебя.
  
   Стыдная болезнь
  
   Скрипнула дверь. Олег нажал комбинацию клавиш, сворачивая все окна, потом щелкнул мышкой, открывая "Цивилизацию". Щелкнул еще раз.
   - Бум-м-м!- гулко отозвались пушечным залпом колонки.
   Сзади нависла тень. Олег свернул "Циву", щелкнул мышью и открыл старенькие "Меч и магия". Снял с паузы и врезал "звездным дождем" по зеленым драконам.
   - Ш-ш-шах-х-х!- влупило яркими искрами по крылатым.
   Тень не уходила. Олег поставил на паузу, свернул окно "М&М" и включился в разгадывание квеста в нереально красивом мире "Myst". Он помнил, что игра, в принципе, проходима. Но тут можно было и не рваться никуда, не отгадывать ничего, а просто рассматривать окружающее, прорисованное до нереальной четкости. Вот бабочка села на тропинку. Можно нагнуться и посмотреть на рисунок на крыльях. Справа розовеет восход над бескрайним океаном. Слева - какие-то чугунные конструкции в заклепках. Видна ржавчина там, где никто годами не касался металла. Шумит ветер, скрипят какие-то насекомые в зарослях. Яркие тропические птицы летают над головой.
   Олег прислушался. За спиной дышали. Что еще надо? Ну? Он повернулся в своем крутящемся кресле и спросил:
   - Ну? Чего за спиной стоим?
   - Ты играешь?
   - Играю - видишь же!
   Он повернулся к экрану и опять по очереди бухнул из пушки, атакуя город, махнул свитком с заклинаниями, нажал несколько кнопок с иероглифами на чугунной двери.
   - Вот, играю.
   - Но это же, я смотрю, всё старые игры? А почему ты не играешь в новые?
   Почему, почему... Потому что в новых играх нет пошагового режима! И на паузу не поставить. Все слишком реально - оторваться невозможно. Но как это объяснишь? Что значит - оторваться? Зачем - оторваться?
   - Ну, понимаешь, это мои любимые игры. Вот есть просто новые и хорошие, а есть - любимые, понимаешь?
   - Не понимаю. Мы с отцом тратим такие деньги. Покупаем тебе самое новое. Самое лучшее. И компьютер у тебя специальный - игровой. А ты играешь в какое-то старье? Да еще в три игры одновременно? Не верю! Ты опять начинаешь? Опять?
   - Что я начинаю?- недовольно пробурчал Олег.- Ну, что?
   - А вот, что!
   Над плечом мелькнула рука матери, она умело ткнула мышкой в вордовский ярлык, развернувший документ на весь широкоформатный экран.
   - Вот! Я так и думала! Ты опять за старое?
   Олег понурился, вжал голову в плечи. Сейчас начнется...
   - Мы с отцом с таким трудом оторвали тебя от этой гадости. Мы сил не жалеем, работаем, даже на пенсии, не покладая рук, чтобы обеспечить тебя всем самым новым, передовым. Мы с отцом готовы на все. Даже сериалы покупать в подарочном исполнении. Даже антологии кино. А ты - опять за свое?
   - Ну, ма-ам... Это же просто маленькая сказка... Я обещал...
   - Ты и нам с отцом обещал! Говорил - всё. А сам? Нет, придется все-таки вызывать специалиста. Они, говорят, кроме игр и кино знают и другие очень эффективные способы излечения от этой позорной болезни. Логорея... Графомания... Фу, сын! Стыдись! Тебе уже пятьдесят!
  
   Прикольно
  
   - Прико-ольно,- сказала она в очередной раз, смешно вытаращив глаза и вытянув губы трубкой.
   - Послушай, ну, разве нет других слов? Я тебе что ни покажу - все у тебя "прикольно". Что за слово - паразит? А ведь столько можно найти других эпитетов... Ну, например: офигительно, офигенно, охренительно, классно, ништяк, полный отпад, умереть - не встать, железно... Да, у нас так говорили о чем-то хорошем - железно! Или еще - четко, шикарно, мурчибельно, кошкам нравится, просто очуметь, кавайно... Наконец, самое простое - блеск! Ну, что скажешь?
   - Прико-ольно...
  
   Другой жизни не будет
  
   Пауза была длинная, как в театре перед коронной репликой. Или после короткой, когда артист стоит и ждет аплодисментов и восхищения зрителей. Ждет, ждет, а - ничего...
   - Сколько тебе лет-то?- спросил он, наконец.
   - А какая разница? Ну, двадцать семь,- шмыгнула она носом.
   - А до скольки жить собираешься?
   - Чего?
   - Ну, сколько ты жить-то будешь? Не думала? Ну, примерно!
   - У нас в семье все долго живут,- вспоминала медленно она.- Дед до восьмидесяти дожил, а бабка так и вовсе под девяносто...
   - Ну? А ты - до скольки?
   - А если скажу до восьмидесяти - и что?- окрысилась она.
   - И все. И ты вот так до восьмидесяти будешь плакаться, как плохо живешь и все тебе не так?
   - А вдруг...
   - А вдруг не бывает. И принцев на самом деле нет. И будет у тебя или так - или по-другому. Вот и все. До восьмидесяти.
  
   Политическая история
  
   - Ленин породил Сталина. Сталин породил Берию и Маленкова. Берия породил Андропова, а Маленков породил Брежнева. Андропов породил Горбачева, Шеварнадзе и Алиева, а Брежнев породил Черненко и Лигачева. Горбачев породил Ельцина...
   - Постой, постой! А Хрущев?
   - А Хрущева никто не породил. Он был самородок.
  
   Амруская область
  
   - Это что?- брезгливо толкнул лист по полированной поверхности стола президент.- Это как?
   - Упал самолет, комиссия вылетела для проверки.
   - Да черт с ним, с самолетом! Это какая область?
   - Э-э-э...
   Да, некрасиво вышло. И не просто некрасиво, а совсем плохо. На таком уровне ошибок не прощают.
   - Вы меня совсем за лоха держите, что ли? Я, мол, свою страну не знаю? Проверяете? Чья это работа? На кого работаете?- голос поднимался все выше, лицо краснело, кулаки сжимались и стучали по краю дубовой столешницы.
   - Это не ошибка. Это ваша новая область.
   - А почему в Интернете ничего не говорят? Когда у нас область новая появилась?
   - Да уже с неделю. Там потому самолеты и летают - перебазируемся. По вашему распоряжению.
   - Знаю я, что по распоряжению! Не хватало еще, чтобы бомбардировщики летали без моего ведома... Но помнить все свои подписи не обязан. Для того у меня есть администрация. То есть, ты и твой народ. Так что там, с областью?
   - Прошу полчаса для составления аналитической записки.
   - Двадцать минут. Время пошло.
   ...
   - Идиоты! Теперь быстро за работу! Расхлебывать будем вместе. Откуда эта мерзость?
   - Из Интернета. Из Газеты.ру. Ну, ошиблись они.
   - Садись на телефон - никаких ошибок. Пусть не правят.
   - Так нет такой области - Амруской!
   - Теперь есть. Или нет тебя, умник. Выбирай.
   - Так точно, есть Амруская область!
   - Ты, молодой, по блогам политическим пробежаться. Устроить кампанию протеста и кампанию поддержки исторического решения. Пару новостей от соседей. Протест от американцев. Хотя, нет. Протест американцев и ответ нашего МИД - это тебе, Вань. У тебя опыт, ты уже такое организовывал.
   - А демонстрацию и праздник во вновь присоединенной области?
   - О! Сделать видеорепортаж. Кто там у нас записки пишет? Сколько тебе еще времени?
   - Заканчиваю.
   - Молоток! Быстро схватываешь! А про Думу там будет?
   - Конечно! Ратификация и все такое.
   - Все - время, время, время! Давай свою писульку. Ого, сколько! Молоток. Премию получишь.
   - А нам?
   - А вам - работать, негры! Он сейчас в Интернет полезет, читать о новой области. Так что и в Вики и куда там еще - везде, чтобы. Быстро! Пока я там беседую...
   ...
   - Вот, аналитическая записка.
   - Так... Неоднократные обращения. Всенародное волеизъявление. Протест американской администрации. Эти, как всегда, недовольны... И чего лезут не в свои дела? Наша нота на протест. Молодцы. МИД не дремлет, значит. Закон. Дума. Ратификация. Президент подписал... Это когда? А-а-а... Что-то было, точно. Тогда много всякого подписывал.
   - Так что - никаких ошибок. Новая область. Вот там и бомбардировщики поэтому.
   - А где хоть на карте-то? Покажи!
   ...Ой, как неудобно... И где она... И чтобы никого не задеть... Ой, как неудобно...
  
   "Хуй"
  
   Так было написано на заборе жирной черной краской, матово блестящей на заходящем солнце.
   - Блиа,- воскликнул фанат.- Это ж точно! Тут ни прибавить, ни убавить. Это все, как есть, Одну игру еще туда-сюда, вторую - с трудом, а на третью - не стоит! Гениально короткий анализ и четкое видение проблемы! Да никогда! Так оно и будет все время! Потому что - читай сам!
   ...
   - Да-а... Распустилась молодежь. Чтобы вот так, на заборе, практически в центре города. Это показатель, тут даже и не поспоришь. Показатель уровня нашей культуры. Показатель, что бы там ни говорили, уровня совка в крови. Это надолго, если не навсегда. Так жить нельзя.
   ...
   - Вот, посмотри, что написано. И как ты думаешь, что там, за забором? А-а-а-а... То-то. А там совсем не то. Это снова обман. Дурят русский народ. Всю жизнь дурят. Вот такие и дурят, кто пишут невесть что на заборе...
   ...
- А ведь написана правда. Все именно так и есть. В такой стране, в таком государстве жить нельзя! Что значит, там не о том? Там именно о том самом! Это вы читаете как-то не так и относитесь предвзято!
   ...
Утром пришла пожилая женщина в оранжевом жилете, покачала головой, достала из мешка распылитель и залила толстым слоем серой эмали яркую жирную надпись. В два слоя, дождавшись, чтобы первый подсох.
   ...
   -... Суки, не принимают критики! Все правильно было написано, значит!
  
  
   Откуда пошел футбол
  
   В древности завоеватели запретили завоеванным народам иметь металлическое оружие. За меч-кинжал-нож сразу рубили головы.
   И народ научился биться на дубинах и шестах.
   Тогда им запретили длинные шесты и дубинки.
   Народ придумал каратэ и всякое кунг-фу. Специально, чтобы без оружия. Рука и нога стали оружием.
   И тогда завоеватели поняли, что надо что-то делать с этим народом. Как сделать так, чтобы мальчик с детства не руку набивал на макиварах, а был увлечен чем-то достаточно тяжелым физически, но не дающем никакой практической пользы в случае восстания или каких-то иных противоправных действий?
   Итак, во-первых, надо было сделать так, чтобы не дрались руками, чтобы не развивали руки и плечи, чтобы попавший в руки простого населения меч не стал смертельным оружием, чтобы дубина или шест не угрожали рыцарю. То есть, руками - ни-ни! Нельзя руками!
   Во-вторых, если уж не руки, а ноги - так было решено, то надо запретить поднимать их выше плеча, чтобы не могли ударить в голову, победить в бою ногами.
   В-третьих, при всем при этом нужны были выносливые и сильные рабы, которые умеют тупо подчиняться и могут работать в большом сплоченном коллективе, четко выполняя свои функциональные обязанности.
   Вот так и появился современный футбол - совершенно бесполезный спорт с точки зрения прикладного боевого искусства, с совершенно бесполезными правилами, приучающими лишь к одному: не думать, почему надо делать так, а не иначе, а выполнять требования того, кому положено требовать.
   Ко всему прочему, эта игра еще отлично отвлекает от размышлений народные массы, сами не участвующие в футбольном матче.
  
   Наша песня
  
   Худой, скрюченный, весь какой-то угловатый м дерганый мужик остановился у скамейки, на которой сидели с пивом студенты, слушая магнитофон.
   - О, мля! Строубери филдз форева! Блин, аж прослезился! Только у нас ее пели иначе, порезче немного, поритмичнее. А так тоже неплохо, но очень уж грустно получается. Что за запись, пацаны?
   - Ты что, мужик, офонарел? Это ж "Битлз"!
   - О, как! И название наше, правильное. "Жуки"... Мы там как жуки как раз и были. Ты хоть понимаешь, о чем в песне поется, молодой?
   - Языкам обучен...,- усмехнулся пренебрежительно один.
   - Да мне похрен твой язык, салабон. Тут же не в языке дело, в сути самой. Это ж про меня песня, про нас всех, про тех, кто,- он немузыкально напел фразу из только что отзвучавшей песни.- Давай, крути назад. Включи еще, порадуй деда!
   - Не, мне лень,- вытянул ноги хозяин магнитофона.- В падлу мне, ясно? Дальше слушать будем.
   - Ты не понял, что ли? Это ж наша песня, понимаешь? Наша! Мы ж под нее - с утра до ночи!
   - Иди, бомжара вонючий, не отсвечивая и не нарывайся. Этой песне уже сорок лет скоро будет...
   - А я о чем? Это вечная песня! Как вечны эти поля с длинными грядками, за горизонт. Как вечны эти нормы. И каждый день, понимаешь, каждый день в любую погоду мы выходили и ползли, как жуки, на четырех костях с корзинками на шее туда, за горизонт. Строубери филдз - форева-а-а-а... Мать! Нет, ребята, вам не понять, пока сами не испытаете, что такое - навсегда. Не просто так навсегда, а земляничные поля - навсегда. Навсегда - это пожизненно. Да даже если и не пожизненно, а всего лишь десятка - это тоже почитай навсегда, когда разогнуться не можешь, кровь стучит в голове, от запаха этого тошнит уже, на еду смотреть не можешь, и понимаешь, что это всего лишь один маленький день из трех тысяч шестисот пятидесяти трех длинных дней... Строубери филдз форева-а-а-а...
   - Три тысячи шестьсот пятьдесят.
   - Студенты, что ли? Двоечники? А високосные года срок не сокращают, увеличивают... Эх... Не включишь еще? Нет? Ну и ладно. Только запомни, пацан - это страшная песня. Это песня невольников. Это стон души русской. Это - земляничный поля, блин, навсегда! Эх...
   Он махнул рукой и пошел дальше, чуть скривившись набок и придерживая сумку, висящую на шее.
   - Чего это?- переглянулись студенты.
   - А ну его, в задницуу! Включи-ка лучше погромче про еще один кирпич в стене!
  
   3D
  
   Днем показывали небо. Сквозь тучи делали такие разрезы в параллель и поперпендикулярно и показывали небо.
   Старожилы смотрели и ругались ругательски.
   - Раньше-то,- говорили они,- Небо было вовсе не такое. Выше оно было как-то. И синее или голубее - тут уж как кто произнесет. И не так оно светилось от солнечных лучей. Кстати, и Солнце светило ярче и желтее. Фигня эта ваша три-дэ.
   А молодежь, не зная, как было раньше, радовалась и чуть не аплодировала:
   - Небо! Солнце! 3D!
  
   "Черный критик"
  
   - Не могли бы вы поругать нашу книгу?
   - А за что же мне ее ругать?
   - Ну, ведь плохая, да? Скажите, что она плохая!
   - Вот если, извините, говно пахнет. За что же мне его ругать? Оно все равно будет пахнуть. Даже вонять. Так что вам надо постараться, милейший, чтобы ваша книга была обругана мной. Очень постараться.
   Трубку положить аккуратно на оба рычага. Трубка тяжелая, красивая, старинная. И телефон такой же - под старину. С рогами-рычагами. Тяжелый, со стола не сдернешь, не смахнешь в сердцах. Все должно быть таким, чтобы не бояться внезапного проявления чувств. Вот и монитор - старый. Не тонкие эти пластинки, а большой, пузатый и со специальным защитным экраном, наброшенным сверху. Тут хоть плюйся в него, хоть кидайся карандашом - ничего не случится. И мышка на толстом крученом проводе. Ты ее - на пол, а она не долетает, а подскакивает на пружине - и опять на стол. Углы у стола оббиты мягким. Стены до человеческого роста - в мягкой обивке. Это все на всякий случай. На случай - мало ли что. Бывает, да. Срывается. Но нельзя же своему здоровью вред наносить! Потому что работы много. Очень много. Вон, пачки книг выстроились, ожидая своего рецензента и критика.
   Он снял с пачки верхнюю, нажал кнопку на клавиатуре, оживляя компьютер.
   - Чё-орный кри-итик, что ж ты пи-ишешь...
   Замурлыкал, всматриваясь в цветастую обложку.
   Ишь, ведь как. Всем-то он нужен. Все хотят ругательное. А то кругом сплошь патока и славословия, а книжка-то не продается. Вот, мол, "черный критик" обругает, так сразу и продаваться начнет. Можно подумать, если про говно написать, что оно мерзкое на вид и запах, так все сразу кинутся его скупать, чтобы убедиться. Нет, голубчики, говна тут маловато. Даже говна в патоке. Тут особо отличиться надо...
   Так о чем эта книжка? Что там в аннотации?
  
   Коллайдер
  
   Перед ремонтом решили разобраться с завалами на антресолях, во встроенных шкафах, на балконе, наконец. 
   - Мам,- говорила она с нажимом.- Балкон - это же так важно! А если вдруг окурок сверху прилетит? И зачем тогда нам делать ремонт? 
   Мама бегала за дочкой и буквально хватала за руки:
   - Это нужное! Это от папы осталось!
   - Что осталось? Что? Туфли? И кто их будет носить теперь?
   - Ну, мало ли...,- задумывалась, поджимая губы, мама.- Может, пригодятся еще.
   Целый день, с утра до вечера, с перерывами на чай, на обед, снова на чай и разговоры. Мешок за мешком уходил к мусорным бакам, где уже караулили, ходя кругами, местные краснолицые и резко пахнущие мужики.
   - А это еще что?
   - Ну, дочка, как же... Это нужно. Это адронный коллайдер. Он ускоряет...
   - Я знаю, что он ускоряет! Грамотная. Только он же - большой? БАК, то есть?
   - БАК - это во Франции. А у меня Небольшой Адронный Коллайдер. НАК, то есть. Еще от папы остался.
   - НАК? Ну, и нак, то есть, зачем он тут у тебя стоит?
   - Мало ли,- уклончиво ответила мама.- Может, пригодится. На черный день.
   - Все, мама! Все! Черный день пришел. Покажи, как будешь использовать этот свой НАК! Покажи, покажи!
   Поздно ночью, уже уходя домой, пыхтя от злости, дочка выволокла к мусорным ящикам большой обруч светлого металла.
   - Во, смотри,- тут же оживились тени.- Совсем народ заелся. Коллайдерами кидается. Чур, этот мне!
   - Чего это - тебе? Надо по совести!
   - Вот скажи, зачем тебе - коллайдер? Ну?
   - А тебе - зачем?
   - Мне - ясно, зачем. На всякий случай. На черный день, так сказать... В хозяйстве сгодится.
  
   "Удавить"
  
   Он прочитал очередное письмо о том, что в какой-то зимбабвийской или эфиопской лотерее его почтовый адрес выиграл восемьсот тысяч "паундз" и ткнул в верхнем меню на кнопку "Удавить".
   И только после сделанного увидел, что криворукие программеры опять переписали интерфейс и добавили кнопок. Теперь кроме "Удалить", "Спам", "Переслать", появилась и непонятное "Удавить". Хотя, чего тут непонятного? Удавить - это удавить. Привязать за шею и сдавливать, пока человек или нелюдь какая не перестанет совсем дышать. Говорят, очень неприятная смерть и очень не эстетичная.
   Вот когда нажмешь "Удалить" - письмо оказывается слева в "Корзине". И его можно вернуть обратно. Если в "Спам" - то там можно открыть папку спамерскую и указать, если вдруг ошибся, что не спам вовсе, а нормальное письмо. И чтобы в дальнейшем спамоловка его пропускала. А если "Удавить"?
   Он для пробы нажал "Удавить" еще на нескольких письмах.
   Ни в "корзине", ни в других папках ничего не появилось. Но как же "откатить", если вдруг ошибся?
   Он еще пять раз нажал "Удавить". Ничего, вроде.
   А еще? Заело? Кнопка "Удавить" не нажималась.
   Зато звякнул сигнал "мэйлера" и в верхней строке появилось письмо от администрации:
   "Уважаемый пользователь системы почтовой связи! На сегодня ваш лимит удавленников исчерпан. Бесплатный аккаунт позволяет повесить в день не более десяти спамеров. Но, заплатив всего десять долларов в месяц, вы получите право довести это число до ста."
   И почти тут же опять звякнуло, и вышло еще одно письмо:
   "Исполнено. Десять повешено."
   Как - повешено? Кто - повешено? Кем? Почему?
   И главное - не вспомнить, на чьих письмах он нажал эту новую кнопку. Ну, чисто для пробы же!
  
   Анекдот
  
   - Привет! Как жизнь?
   - Ну, как бы тебе объяснить... Вот, помнишь анекдот, как молодожен просыпается в субботу после пятничного бракосочетания и горячей ночи в постели с любимой и весь день из постели выйти не может, так же и в воскресенье, а в понедельник, со звонком будильника, вскакивает и одевается второпях, приговаривая восторженно: "На работу, на работу, на работу..."?
   - Ну?
   - Так вот у меня - точно так же. Только без постели и без любимой...
  
   Мужской шовинизм
  
   - Вот ты говоришь, что я, типа, мужской шовинист... Ну, и что ты имеешь в виду? Как это? Я вот не понимаю, может!
   - Да все ты понимаешь! Всё вы, мужики, понимаете!
   Кухня - это то самое место, где можно говорить о чем угодно. Особенно, когда знакомы давно, и жизнь друг друга известна чуть не с детских лет.
   - Нет, ты скажи, скажи, не отнекивайся. Или сказать нечего?
   - Ну, хорошо... Вот так если... Вот у тебя же есть и сын и дочь, так?
   - Какое отношение...
   - Постой, не перебивай. Вот, скажем, твоя дочь замуж выходит...
   - Ну, нормально. Взрослая уже.
   - Угу. А муж старше ее.
   - И это правильно! Мужик должен быть старше!
   - Ты сказал - мужик должен?
   - Ну, ладно, не так сказал. В общем, считается, что когда мужик старше - семья крепче.
   - А он старше на двадцать лет...
   - Ты о ком? Ты что-то знаешь?
   - Да я просто гипотетически!
   - Вот дура... А я поверил... Хотя, двадцать лет, говоришь? Это значит... Угу. Ну, не смертельно. Ей же с ним жить. Может, она его любит... И он крепче любить будет. Молодую-то.
   - Так. Зафиксировали позицию. Понятно. А теперь к пацану твоему обратимся.
   - А чего к нему обращаться? Он учится еще...
   - Да не спорь раньше времени, дай сказать!
   - Ну?
   - Вот он приходит и говорит: бать, я решил жениться. У нас любовь-морковь и все такое...
   - Ну, молод еще, конечно, но что делать.. Любовь, говоришь?
   - Ага, любовь. А она старше его на двадцать лет!
   - Ё-о-о-о!
   - Вот это и есть мужской шовинизм. Понял?
  
   Дамба
  
   Вдоль высокой стены ходили парами и тройками мальчишки лет по десять. Они внимательно смотрели на кирпичную стену, ковыряли закаменевший раствор, спорили о чем-то, показывали пальцем вверх, куда им никак было не добраться без лестницы. По другую сторону стены был лес. Не фантастический, не страшный и опасный - самый простой лес.
   - Это что они тут делают?
   - У нас такая традиция, понимаете? Если вдруг в дамбе появится отверстие, дырка, если по-простому, то мальчик тут же сунет палец, и ее не размоет. А мальчику потом памятник, и книжку про него напишут, и еще много разных вкусностей...
   - Не понял... А с чего в дамбе - дырка?
   - Вода, знаете ли, она даже камень точит. а тут - всего лишь дамба!
   - Какая вода? Там лес!
   - Археологи наши копали в том лесу. Говорят, раньше тут было море. И сказка про мальчика, который своим пальцем остановил настоящий потоп - тоже говорит об этом. А раз море было, значит, оно снова может прийти. Как угадать момент? Как дождаться и прямо сразу найти ту дырку? Вот - никак. Они и ходят... Я вот тоже, когда маленький был, ходил. И отец мой ходил, и дед. А вон тот, рыжий - это внук мой. Может, ему повезет?
  
   Трусы
  
   - Это что такое вы мне принесли?- наливался краской и гневом по самую макушку коротко стриженный могучий человечище.- Это как понимать? Вы на что намекаете?
   - Извините, вы о чем? Какие намеки, что вы? Стринги - это очень удобно! Очень! Вот хоть какую женщину спросите...
   - Причем здесь женщины, а? Я пришел в магазин мужского белья, а не женского! Мне нужны просто трусы!
   - Вот, я вам и даю трусы. Как вы и спросили.
   - Но это... Это веревка в жопе, а не трусы!
   - Именно, именно веревка и именно там! Но какая экономия для текстильной промышленности! Вы подумайте, сколько можно всего нового сшить!
   - Какая экономия? Эта веревка еще и стоит дороже!
   - И это правильно! А как же? Это специально разработанный синтетический материал, который не натирает, извините, попу... Вот у меня как раз такие. очень удобно, знаете.
   - Да как это - ЭТО - может быть удобным?
   - Ну-у-у... Вы же взрослый человек, не мальчик в детском саду. Вы должны понимать, чтобы оценить - надо попробовать. как вы можете говорить о неудобстве, если сами ни разу не носили? Вот возьмите, попробуйте...
   - Да я не хочу пробовать! Я хочу простый трусы! Понятно? Хоть семейники сатиновые, хоть боксеры, хоть плавки... Тру-сы! А не веревки!
   - А других, извините, нет. Теперь выпускают только такую модель. И ни в одном магазине вы не найдете других.
   - Тьфу! Ничего... Ничего. Жена сошьет.
   - Представьте себе: вы нагибаетесь, такой сильный, такой даже страстный я бы сказал, а у вас из штанов - самодельные "семейники"... То ли дело - веревочка стрингов! нет, вы подумайте - как вы сможете носить свой домашний "самопал", когда все - понимаете, все - будут в стрингах?
  
   Телефонный звонок
  
   Звонок:
   - Привет, это я.
   - Да?
   - Ты говорить не хочешь?
   - Я на работе.
   - А я тебе в аське стучу-стучу, в одноклассниках написала, Вконтакте записку кинула.
   - Ага.
   - Ты чего не отвечаешь?
   - А ты ничего не спрашиваешь.
   - Тебе нечего мне сказать, что ли?
   - А что тебе надо сказать?
   - Ты занят?
   - Я занят.
   - Я перезвоню...
   Звонок:
   - Это я.
   - Ага.
   - Ну, ты как там?
   - Нормально.
   - А у нас сейчас такенный дождь, прямо ливень за окном такенный...
   - Аналогично.
   - А что ты делаешь?
   - Работаю.
   - Ты не хочешь со мной говорить? Почему ты мне почти ничего не отвечаешь? Я тебе и в аське стучу, и в одноклассниках, и Вконтакте вот записку написала. Тебе не интересно со мной разговаривать?
   - Да я вообще как-то с незнакомыми людьми...
   - Кто это? Это не Вася?
   - Нет.
   - А как вас зовут?
   - Александр.
   - Саша, можно я с вами поговорю?
  
   Блоггинг
  
   - Я - антисемит!- гордо заявил он в своем блоге.
   - Ах-ах-ах, он антисемит, он антисемит,- понеслось по пространствам Интернета, и тут же его зафрендили тысяча антисемитов, чтобы ссылаться на него и читать его, и пятьсот сионистов, чтобы ругаться с ним и показывать на пальцах его глупость.
   Прошла неделя. Рейтинг пошел вниз.
   - Фашизм - будущее России!- кинул он клич.
   - Ах-ах-ах, он фашист, он говорит правильно, нет, он говорит неправильно, нет, он просто феерический мудак!- зазвучало со всех сторон и рейтинг немного неуклюже, но неуклонно стал выправляться.
   - Нефть кончится. Это все научно доказано. Через пару лет мы все замерзнем. Но это через пару лет. Сначала резко подешевеет жилье и будет экономический кризис,- пустил он новый шар.
   Но Интернет как-то вяло отреагировал на экономические выкладки.
   Что там с рейтингом? Рейтинг колебался. Он был неустойчив.
   Нужна была идея. Вернее, Идея. Только так. С большой буквы.
   - Сиськи-и-и-и-и!- заорал он.- Разные сиськи! Крупным планом!
   Идея была признана основополагающей в блоггинге. Он стал классиком.
  
   Шутка
  
   Скажите женщине, что она одевается и красится для мужчин, чтобы им нравиться, и вы получите горящие глаза и яростный крик, что все не так, что она именно так одевается, так причесывается и так красится, потому что ей именно так нравится! А вовсе не для мужиков, которые по сути своей - известно кто. И нижнее белье вот такое, да. И каблук отакенный - это все только потому что ей именно так нравится. А вовсе не для мужиков...
   Скажите писателю, что он пишет для читателей...
  
   Они долго жили вместе
  
   Он научился болтать ни о чем и о всем сразу, только чтобы заполнять паузы.
   Она научилась молчать. Это очень трудно - просто молчать, но она научилась.
   Он научился делать то, что надо ей. Буквально пальцем ткнет - он уже готов делать то, что ей надо.
   Она поняла, что он не всемогущ и научилась желать понятного и исполнимого.
   Он научился не спать ночами, рассказывая ей новости и смеясь собственным шуткам.
   Она научилась засыпать под любой шум.
   Он никогда не обижался на нее.
   Она...
   Она стала подумывать, не пора ли купить новый телевизор и подписаться на "НТВ+".
  
   Мужчинам жить легче
  
   Мужчинам просто намного легче жить. Например,
   - Нам не надо думать о диете, потому что у нас не бывает целлюлита. А пивной животик - это даже модно, им даже гордятся.
   - Нам не надо ломать голову над цветом нижнего белья. Нам главное, чтобы не было дыр в трусах.
   - Нам не приходится мучиться в выборе одежды: есть один костюм и джинсы. Раз не в театр, значит, джинсы.
   - И с обувью мы не напрягаемся. Одни кроссовки и одни туфли - и все.
   - А уж как мы не напрягаемся с косметикой и парфюмерией! И совершенно не понимаем мы слез, когда после долгих выборов и покупки чего-то дорогого женщина вдруг понимает, что эта туалетная вода ей совершенно не идет...
   - В любом коллективе нам проще, мужчинам. Никто не смотрит на твою грудь. Пристально и одновременно задумчиво никто не смотрит на грудь. Никто не рассматривает сзади, когда проходишь по коридору. Никто не пристает и не распускает руки.
   - А если у тебя голова болит с утра или настроение не очень, то все понимают - выпил мужик накануне, мучается. И ничего больше не придумывают.
   - Нам не надо бояться беременности и постоянно думать об этой боязни в постели.
   - Нам не надо носить перед собой тяжелый живот, а потом таскать маленького ребенка, нагружая спину.
   - Да и просто в туалет нам, мужчинам, сходить гораздо проще, когда припрет. Даже если мороз на улице.
   - И про любовь мы совсем по-другому понимаем, и не мечтаем дурацкие мечты о принцах на белых конях.
   - И с запахами у нас проще.
   - И с депиляцией. Кстати - серьезная проблема для женщин! А нам, мужчинам, все пофиг. некоторые даже бороды и усы не стригут.
   - И работаем мы спокойнее, потому что по большому счету нам работа пофиг.
   - И живем спокойнее...
   И вообще...
  
   Странно
  
   - Водку хочешь?
   - Нет.
   - ...А почему?
  
   Ожидание
  
   На лестничной площадке было темно. Это было хорошо. Но все равно стоять под дверью было нельзя. Алекс прислушался... Нет, в квартире царила тишина. Ну, так и должно было быть, он же пришел раньше. Черная куртка, черная шапочка-афганка, которую можно натянуть на лицо в виде маски, черные мягкие кроссовки. Некоторые любят тяжелые берцы, но Алекс предпочитал кроссовки. В них удобнее. Конечно, по грязи или в лес в кроссовках не полазишь, но тут совсем другое дело.
   Внизу хлопнула дверь. Алекс насторожился, потом быстро и, мягко ступая, поднялся на два этажа выше, откуда стал не торопясь спускаться обратно, буквально по ступеньке, с ленцой. Одновременно он поглядывал на экран телефона. Кстати, если у человека в руке телефон, то замечают именно его, а не лицо. Такая странная избирательная память у большинства. Потом скажут, что держал в руке Нокию из последних, или Соньку раскладную с клавиатурой. Шаги снизу приближались. Вот они простучали по нужной лестничной площадке, каблуки зацокали дальше.
   - Здравствуйте,- кивнула головой женщина, похожая на учительницу. С черной сумкой на боку. В красном пальто. Два пакета с продуктами в руках.
   - Здравствуйте,- вежливо ответил Алекс, пропуская ее мимо себя.
   Он спустился до самого низа, выглянул на улицу. Посмотрел на часы. У него были хорошие часы - водонепроницаемые и с противоударным механизмом. По времени выходило, что вот-вот. Плюс-минус пять минут. А может, и прямо сейчас.
   Он сунул руки поглубже в карманы, взбежал вверх по лестнице, остановился этажом выше и стал наблюдать за дверью квартиры, одновременно усиленно дыша носом, насыщая мозг кислородом.
   Ждать на улице осенью было бы гораздо хуже. Вот, скажем, была бы дверь подъезда закрытой - что тогда? Где-нибудь за углом, или вон, на детской площадке у дерева, или гулять туда-сюда от подъезда к подъезду, привлекать внимание. А так - тепло, сухо. Даже руки не мерзнут. Он пошевелил пальцами в карманах - точно, не мерзнут.
   Дверь внизу хлопнула снова. Алекс насторожился, вынул руку из кармана, посмотрел на часы.
   Похоже, дождался.
   Он присел на корточки, смотря вниз через решетку, закрывающую лестничный проем.
   Шаги? Один человек. Это хорошо. Рука на перилах. Похоже, точно дождался.
   Он стал медленно спускаться навстречу, к двери квартиры, рассчитывая так, чтобы оказаться сразу за спиной.
   Лязгнул вставляемый в замочную скважину ключ, щелкнул замок.
   - Не закрывай,- хрипло сказал Алекс. Хрипло - потому что долго молчал.
   - Лёша, ты опять забыл ключ? Давно стоишь?
   - Да что ты, мам! Только подбежал. Мы с парнями играли...
   - Ну, пошли, пошли домой. Ужинать и насчет школы разговаривать.
  
   Натурально, фентези
  
   Эйван с подозрением осматривал стоящего перед ним непонятно кого. Зеленоватая кожа, низкий рост, худой, аж все ребра наружу, длинные, до колен, руки, клыки, торчащие из рта...
   - Ты кто такой вообще будешь-то?
   - Эльфы мы,- солидно объяснил зеленокожий, стеснительно прикрывая клыки ладошкой.
   - Да как же - эльфы! А рост? А кожа? А зубы? А красота где эльфийская?
   - Болели мы сильно. А так-то - эльфы. Натуральные.
  
   Скорей бы весна!
  
   Женщина думает:
   - Скоро весна. Хочу новое платьице. Светлое, короткое, разлетайку такую. И влюбиться. Скорей бы весна!
   Мужчина думает:
   - Скоро весна. Надо проверить спиннинг. Заменить колеса. Масло поменять. Скорей бы весна!
  
   Гостиница
  
   Седьмой этаж... Почему седьмой? Ведь есть же второй. Ну, третий, на крайний случай. Даже четвертый - если выпрыгнуть в коридоре, в торце, в окно и там сразу на крышу пристройки-кафе. А потом вниз и переулком в сторону. А с седьмого - ну, никак, кроме как по лестнице или лифтом.
   Он распахнул окно и высунулся, держась за трубу отопления, торчащую в углу. Нет, гладкая стена. Ни ухватиться ни за что, ни влезть никуда.
   Простыни? Он откинул покрывало и примерился, как рассечь простыню и пододеяльник с вложенным одеялом на полосы шириной в ногу, чтобы не порвались. Связать вот так, скрутить жгутом, чтобы наверняка... Нет, все равно не получается. Слишком высоко.
   В дверь коротко и уверенно постучали.
   Ну, вот... Начинается. Он просканировал этаж. Так. Один стоит на выходе из коридора. Прямо у лифтов. Еще трое группируются возле двери. Причем, правильно группируются, умело. Он прикинул разлет, угол охвата - нет, никак не получалось уверенно зацепить всех троих сразу. То есть, кто-то наверняка сможет ответить. И еще этот, что в коридоре, у лифтов. И седьмой этаж!
   Он рванул чемодан, кинул его на кровать, распахнул одним движением и стал лихорадочно собирать бластер, выуживая детали из комков мятой одежды, присоединяя их друг к другу с мягким щелчком...
   Снова стук. Они не отстанут. Они уже здесь.
   Пряча оружие за спиной, инопланетянин Иванов (такое ему дали условное псевдо для врастания в местную цивилизацию), щелкнул замком и хмуро спросил в открывшуюся щель:
   - Ну?
   Стоящая первой из той троицы, что таилась за дверью и простенками, худощавая женщина в черном, лет тридцати пяти с небольшим гаком, наклонилась чуть вперед и мягко, душевно спросила:
   - С девушкой не желаете развлечься?
   - Достала!- заорал во всю мощь легких инопланетянский шпион под псевдо "Иванов".- Убью, зараза!
   - Ну, не хотите, как хотите,- сказала она недовольно.- Пошли девочки! Еще в семьсот тридцать первую новенький заехал!
  
   Вот такой
  
   Да, я такой и сякой и вообще плохой.
   Но я не потому такой весь из себя плохой, что я именно плохой, а потому просто, что вы такие хорошие.
  
  
   На приеме у психоаналитика
  
   - ...Доктор, как же все это понимать? Я плохой сын: мало интересуюсь жизнью родителей. Я плохой отец: не дергаюсь по поводу своих детей. Я плохой муж... Вернее, уже не муж: развелись. Я плохой любовник: ни одна женщина не остается со мной больше года. Я плохой патриот: я не люблю слишком многое в своей стране. Я плохой гражданин: я нарушаю законы и не плачу налоги. И при этом все мне говорят, какой я хороший, какой я славный...
   - Ах-х-х, какой же вы славный, какой хороший!
  
   Эвфемизм
  
   - Добрый вечер.. Добрый вечер...- раздалось со всех сторон. Улыбаясь, кивая, махали руками, зовя за стол, в беседу.
   - Да чего там... Чего доброго? Вон, дождь... Кризис опять же... Чего доброго?
   - А-а-а...- понимающе переглядываются.- Гипербола, мля!
   - Ну, как ты, что ты, где ты?
   - Все там же. Все так же. Скучно.
   - Ой, скучно, ой, скучно,- заохали, заглядывая в глаза, жалея.
   - На, вот, поужинай,- сгрудились вокруг стола, в рот смотрят с интересом.
   - Знаете, мне бы одному побыть...
   - Одному? А-а-а... Эвфемизм! Это вон туда. Свет справа включается.
  
   Руководству Киевского вокзала
  
   Мне пацаны сказали, что у вас есть такая камера забытых вещей, и туда можно прийти и забрать свои потерянные вещи. А если никто не приходит, то вы реализовываете. Так я прошу пока не реализовывать мою сумку, пока я не пришел за ней.
   Дело было так:
   Я приехал на электричке, потому что пацаны в Интернете сказали, что на выходе из метро шмонают. Когда я уже прошел в здание вокзала, я увидел, что ко мне направляются менты. Я сумку на всякий пожарный "сбросил".
   Потом меня шмонали, а потом отвезли в отделение "до выяснения". Отпустили уже под полночь и велели быстро уезжать и не попадаться. А что я сделал-то? Я же просто стоял на вокзале! Может, я собирался куда!
   В общем, прошу мою сумку пока придержать, и я приеду дней через несколько.
   Она темно-синяя, по бокам надписи на иностраном "Адидас". Внутри два кухонных ножа - это я пацанам в общагу нес, а то у них там совсем с ножами плохо. И еще кусок арматурины, ручка сделана из синей изоленты. Это чтобы мясо отбивать. Не "мясо", а мясо, ясно?
   В общем, мне пока велено в Москву не ездить на Киевский, но я вскорости приеду, и прошу мою сумку никуда не девать, она мне еще очень пригодится.
  
   Господин полицейский
  
   - Господин полицейский!
   Иван дернулся, шарахнулся в сторону, заоглядывался испуганно...
   - Господин полицейский, господин полицейский! Ха-ха-ха!- плясали вокруг и смеялись подкравшиеся незаметно школьники.
   Ну, что с ними делать? Дубинкой? А за что? Они же вежливо.
   - Господин полицейский!- басом вмешались старшеклассники в красно-белых майках.- Господин полицейский!
   Иван сделал вид, что это все его не касается, и прошел на платформу. Там с лавочки тут же подскочил какой-то полуинтеллигентный, наподобие тудента. Он дурашливо напоказ раскланялся, и стал гудеть в курчавую бороду:
   - Господин полицейский, господин полицейский!
   И в вагоне метро при входе Ивана тут же нашлась троица, подскочившая с мест, типа, чтобы уступить, и в поклоне махавшая руками - сюда, мол, сюда:
   - Господин полицейский! Господин полицейский!
   И на улице, в том небольшом промежутке между станцией метро и квартирой все смеялись в лицо, махали, приветствуя, руками, кричали хором и по одиночке:
   - Господин полицейский! Господин полицейский!
   Все. Он решил. Все. Завтра сдаст документы, бляху, дубинку, форму необношенную. Нафиг такие издевательства терпеть. Это скоро и друзья начнут смеяться и обзывать "господином полицейским". Нет уж. Лучше в дворники. Там тоже квартиру дают. И никто не обзывается. Все уважают.
   Уже у самых дверей дома за спиной снова раздалось:
   - О! Смотрите! Вон, вон!
   И хором:
   - Господин полицейский! Господин полицейский!
  
   Наш "Дед Мороз"
  
   Новый мэр был из Сибири. Он ходил по городу, недовольно крутя головой и презрительно щурясь:
   - И вот это у вас называют снегом? И вот из-за этого пробки? И вот это - чистить?
   При этом слово "это" он произносил так, как будто его вот-вот вытошнит. Местные тоже оглядывались, пожимали плечами в полной своей непонятливости и пытались что-то говорить:
   - Ну, в том-то году совсем ничего не было. А в этом - прямо настоящая зима! Вон, сугробы какие!
   - Это - сугробы?
   В общем, все было не так. И зима была не такая, и город зимой - совсем не такой. Поэтому мэр принял меры. Из далекой Сибири вместо порожняка эшелоны потянули снег, которого там всегда хватает. Дворники так же шоркали и шваркали большими жестяными лопатами по утрам. Вот только они теперь не убирали снег, а разбрасывали его, привезенный ночью на самосвалах в каждый двор. Специальным, самым чистым и мягким сортом снега, самым дорогим (а что вы думали, снег - бесплатно, что ли?) дворники аккуратно посыпали стоящие во дворах блестящие разноцветными бортами автомобили.
   - Ну, вот...,- радовался, вздыхая полной грудью, мэр, рассматривая снимки с вертолета.- Вот это - пробка. А вот это - снег! Вот теперь есть с чем бороться представителям префектур. А не будут бороться, я их совсем снегом завалю.
   "Наш Дед Мороз" - так ласково называли мэра жители города.
  
   Встреча
  
   - Ты знаешь, я соскучилась... Может, увидимся?
   - Наверное, не стоит.
   - Почему? Я правда соскучилась.
   - Тебе как сказать? Как на самом деле?
   - Конечно, я всегда жду правду, какая бы она ни была горькая!
   - Если мы увидимся, мне может опять захотеться грубо говоря - потрахаться с тобой. Или не захотеться. Если не захочется - это может обидеть тебя, как женщину. Нет-нет, ты не перебивай. Пусть будет так: грубо но честно... А если захочется, то тут будут два варианта: тебе тоже захочется или не захочется. Если мне захочется, а тебе - нет, то зачем мы встречаемся, и не обидит ли это меня, и не будет ли мне плохо от этого? А если тебе тоже захочется... Ты представляешь? Мы опять будем вдвоем. Опять ласки. Медленное раздевание. Поцелуи, сначала холодные, а потом все горячее и горячее. Кожа к коже. Грудь к груди. Соски торчком... Темнота в глазах. Сердцебиение...
   - Сволочь ты. Куда приезжать?
  
   Ленточки
  
   ...А чего, у вас, правда, только на один день в году ленточки? Странно... У нас так прямо индустрия ленточная существует. Некоторые только ленточками и зарабатывают... Раньше-то, помню, все семечки жарили, сбрызгивали маслом, чтобы блестели, потом сами и грызли... А теперь вот - ленточками занимаются. Ленточки - они же красивые и полезные. Сразу видно, какой день и почему ленточка. Вот у нас, если Первомай, красную ленточку все вешают. На новый год - голубую с серебром. Если Рождество, то розовую с золотом. А на Пасху - черную с золотом. Еще на свадьбу - белую. И на похороны - черную. И на 23 февраля - защитного цвета. И на 8 марта - голубую. И на валентинов день - тоже ленточка, в сердечках. На Николу зимнего и на Николу летнего - свои ленточки. На Троицу - ярко-зеленую. На родительскую - тоже есть. На День печати - белая такая ленточка с буквами разными. А на день Радио - с частотами популярных радиостанций. Еще ленточки у нас повязывают на деревья и на кусты разные. На мосты и на ворота. На антенны, на карманы, на рюкзаки, на обувь - вместо шнурков, на шею - красиво очень у девушек, на руку, как браслетик, в косы вплетают, у кого косы есть, еще в петлицы вдевают, еще банты вяжут и на карман прикалывают... А у вас только на один день ленточки? Странно это...
   Ничего вы в ленточках не понимаете...
  
   Сеть
  
   Он сидел в своей каморке и скучал, перебирая воспоминания. Вот симпатичная, беленькая такая. Она все рвалась куда-то, рвалась... А этот - почти приятель. Вон та была красивой до невозможности, но все суетилась, жужжала чего-то... Регулярно он проверял, не позвал ли кто его на обед или ужин. Нет ли сообщения какого. Сеть была его жизнью. Здесь, в сети, находил он их, своих красивых и не очень, приятелей и почти товарищей.
   О! Кажется, опять сигналят?
   ...Маленький мальчик, наклонившись, внимательно рассматривал паутину. По всей ее ширине были разбросаны серые сухие комочки, бывшие когда-то мухами или бабочками, или даже пчелами, пойманными большим пауком. От дыхания паутина колебалась, подрагивала, и сидевший в самом темном углу паук перебирал всеми восемью лапками, пытаясь угадать, откуда идет эта дрожь, куда кинуться, как отреагировать.
  
   Лучше и хуже
  
   Давным-давно в одной очень-очень далекой галактике на самом краю вселенной Свет победил Тьму. Навсегда победил.
   Давным-давно в одной очень-очень далекой галактике на другом краю вселенной Тьма победила Свет. И тоже - навсегда.
   А совсем даже в другой галактике, ближе к центру нашей вселенной, астрономы до сих пор спорят, что лучше: вспышка сверхновой или черная дыра...
  
   Далекое светлое будущее
  
   В далеком светлом будущем производством занимались машины. Всем производством: и выплавкой металла из руды, и штамповкой из полученного металла деталей, и сборкой других машин, для переработки и для услуг. И производство пищи было автоматизировано. Машины контролировали температуру и качество сырья, машины создавали в автоклавах белковую и углеводную структуру, из которых другие машины буквально "шили" любую еду высокого качества. И добычей полезных ископаемых занимались машины. И охраной окружающей среды - тоже они. И планированием доходов и бюджетированием затрат - машины. Ремонтом машин занимались тоже машины. Сверхмощные сервера были объединены в одну огромную нейронную сеть, опутывающую всю Землю. Вся Земля стала копией мозга - огромного мозга, в подкорке которого мечутся сигналы, передающиеся в конечности - к машинам-производителям.
   Что делали люди? Люди занимались составлением тех программ, по которым работали машины. Людей, понимающих в этом и разбирающихся в программировании, было много. Целый миллион!
   А больше людей на Земле не было.
   Потому что человек не может жить без дела и без цели.
   Так решили специальные машины, обобщающие данные, которые получили другие машины в ходе исследования человеческого общества потребления.
  
   Про любовь
  
   Придя на работу, он обходил свои владения, заглядывал в каждую урну и строго показывал дворнику на страшные огромные "пальцатые" листья каштана, улегшиеся на крыльце. Потом снимал серое, слегка побитое молью по обшлагам пальто - не уследил этим летом, вешал его на вешалку и становился у дверей. Его работой было встречать гостей. Открывать двери, склонять голову в приветствии, аккуратно принимать скинутые на ходу, буквально сами соскользнувшие с загорелых спин яркие и невесомые шубки, откладывать их давнему знакомому - гардеробщику, говорить густым басом "спасибо" за каждые пять рублей, сунутые на ходу в его руку, обтянутую белой перчаткой...
   Она сновала по залу, следя за каждым движением гостей. Вот только кто-то поднял голову от зеленого стола, а она уже рядом с подносом, уже предлагает бокал прохладительного или маленькую тарталетку на закуску.
   - Ну-ка, постой, не уходи,- говорили ей и делали ставку. А потом, бывало, счастливо и расслабленно смеялись и совали в кармашек на фартуке или даже, совсем распустившись, за кружевной ворот, купюру или две...
   Рано утром, когда еще было темно, они уходили с работы. Он всегда дожидался ее, она никогда не уходила без него. Они были очень странной парой - пожилой длинный седой мужчина с нафабренными усами с загнутыми вверх, под Дали, кончиками в сером прямом старомодном пальто, и невысокая, даже маленькая совсем молодая девушка, по виду студентка, в простеньком китайском пуховике непонятной расцветки с куриными перьями, вылезающими из швов.
   - У меня сегодня тысяча,- хвалился он.
   - А у меня - пять!- гордо заявляла она, приобняв его за талию.
   Потом она нажимала кнопку на плеере, они делили два наушника, распутывая провода, и шли дальше, в обнимку, плотно прижавшись друг к другу, стараясь попасть в ногу, в такт сложной мелодии:
   ...Они никому не верят, и никогда не плачут -
   Бог, открывающий двери, и ангел, приносящий удачу...
  
   Кавайная сказка
  
   Жили были две пусечки. Одну звали Ня, другую - Кавай. И такими они были миленькими, красивенькими, мягонькими и большеглазенькими, что все их сильно-сильно любили. А когда они выходили на улицу, то только и слышали со всех сторон:
   - Ня-а-а... Кава-а-а-ай!
   Пока они были маленькими пусечками, им это только нравилось. Они и сами любили потереться розовыми щечками, приговаривая нежно:
   - Ня-а-а-а... Кава-а-а-ай...
   Но потом пусечки выросли, и им стало противно. Они решили измениться. Покрасили лица белым, волосы, губы и ногти - черным. Посмотрели друг на друга с восхищением и вышли на уоицу.
   - Ня-а-а! Кава-а-ай!- услышали они со всех сторон.
   Тогда на другой день они вбили себе по семь гвоздиков в ухо, вставили штангу в нос, железячку в язык.
   - Ня-а-а-а! Кава-а-а-ай!
   Задолбали.
   Пусечки закончили ВУЗ, пошли работать и продвинулась до больших начальников. Они стали носить строгие костюмы и белые блузки. Очки в тонкой оправе подчеркивали их ум и индивидуальность. Они строили навытяжку коллектив, сокращали рабочие места, ругались, как строители (а строители - это вам похуже сапожников!). После тяжкого рабочего дня пусечки возвращались домой, принимали ванну с разными вкусно пахнущими пенками, надевали яркие халаты и выползали на кухню, где их встречали их мужчины:
   - Ня-а-а-а... Кава-а-ай!
   Тьфу, черт!
   Закрываясь в квартире, отключая на выходные дни свои телефоны, выгоняя всех гулять или по магазинам, пусечки крепко обнимали своих любимых котэ и нежно шептали им в мохнатые уши:
   - Ми-ми-ми...
   Только наедине с собой они могли так расслабиться.
   - Они такие пусечки, такие пусечки,- щебетали дети, хвастаясь своими мамами.
   Но наступил возраст, и их перестали узнавать. Никто не кричал при встрече:
   - Ня-а-а-а! Кава-а-ай!
   Никто больше не называл пусечками.
   Более того, однажды на автобусной остановке - они снова стали ездить общественным транспортом - им сказали:
   - Сучки крашенные!
   Пусечки поглядели друг на друга, прыснули в ладошку, потом поехали на кухню и там долго пили вкусные коктейли, вспоминая молодость и шепчась о чем-то своем, пусечном.
   А потом дети привезли внуков.
   А внуки, увидев бабушек, расплылись в беззубой улыбке и завопили:
   - Ня-а-а! Кава-а-ай!
   - Ми-ми-ми,- растроганно прошептали пусечки, тиская внуков.
   - Ах, какие же они пусечки,- радовались, убегая по своим делам, дети.
   - Ня-а-а-а... Кава-а-ай,- сказали пусечки, глядя друг на друга, и беззубо радостно засмеялись вместе с внуками.
  
   Не интересно
  
   Старший сын быстро смел свою порцию и вскочил с места, собираясь выскочить во двор.
   - Стоп!- строго сказал отец.- Что сначала сделать надо?
   - Зарычать?- спросил средний сын.- Вот так - р-р-р-р-р...
   - Нет!
   - У-у-убежать?- заикнулся старший, косясь глазом на приоткрытую дверь.
   - Нет! Сказать что надо?
   - А-а-а! Я знаю!- подскочил младший.- Мы с тобой одной крови, ты - и я!
   - Тьфу, дурень... Спасибо кто сказать должен?
   - У-у-у...,- недовольно сморщились все трое.- Спасибо - это не интересно...
  
   Б-га нет!
  
   - О, б-же, как же мне хорошо,- мурлыкнула она из-под одеяла, пока он собирался на работу.
   - Правда?- обернулся он от зеркала, перед которым завязывал галстук.
   - Ей б-гу! Зачем мне тебя обманывать?
   - Ну, мало ли...
   - Да мне, слава б-гу, притворяться с тобой не надо. Я тебя просто люблю.
   Он с улыбкой до ушей шел по проспекту. До места работы - полчаса неспешным ходом. Все друзья этому завидовали.
   Возле входа в метро между колоннами стоял нищий и просил милостыню, истово крестя лоб.
   - Б-г подаст!- привычно ответил ему, пробегая мимо и посматривая на часы.
   Поперек проспекта колыхались праздничные растяжки:
   "Слава Б-гу!" - прочитал он выписанное золотом на синем полотнище и разулыбался еще больше, вспомнив ее утренние слова. Ах, любовь...
   Выскочившая из-за угла большая черная машина со скрипом тормозов остановилась в полуметре от его коленей.
   - Ф-фух...,- выдохнул он.- Спаси, б-г...,- и размашисто перекрестился.
   - На б-га надейся, а сам не плошай,- раздалось из открывшейся двери.- Ты куда с такой мордой довольной с утра идешь? Ты же по сторонам не смотришь совсем! Хорошо, машина у меня новая, тормоза... А если бы грузовик? Счастливый твой б-г, а то ведь костей бы не собрал!
   - Б-г защитил бы,- отмахнулся герой рассказа.
   - А вон и гаишник...
   - Ну, б-гу б-гово, а кесарю, как говорится...
   ...
   Бог слушал, слушал все это, пока не надоело, а потом раздвинул тучи, громыхнул молнией, да как закричит страшно:
   - Б-га нет! Нет и не будет больше б-га!
  
   Подчеркивая эмоциональность
  
   - ..., воздух, ..., как весной, ..., ..., ...!- сказал он, выйдя на улицу, вдохнув широко и тут же прикурив первую сигарету.
   - Ага, ..., ..., просто ..., ...!- подтвердила она, следя за летящими в ярко-синем небе лохматыми облаками.
   - А мы, ..., ..., ..., на работу, как ..., пидорасы, ...!
   - Зато, ..., ..., пятница, ...!
   - Что, ..., ..., ..., ...?
   - И чо, ..., ..., делать, ..., вечером?
   - Праздник, ...!
   - Весна? ..., ..., ...!
   - Весна,- подтвердил он, и, подчеркивая эмоциональность текста, грязно выругался.
  
   Скидки
  
   - А что, милейший, правду ли говорят, что когда начались события нехорошие в Египте, и напуганные европейцы прекратили свои поездки, и египтяне объявили о снижении цен на туризм, то наши туда рванули буквально валом?
   - Точно так-с... Так все и было. Буквально валом.
   - Хм... А вот когда эпидемия страшная объявилась в Мексике, и даже поговаривали о закрытии границ и прекращении полетов туда, то опять, говорят, наши валом кинулись в туры по сниженным ценам?
   - Просто рвали друг у друга, просто хоть на аукцион выставляй!
   - И когда арабы с иудеями сцепились, и в тот район правительства всех стран не рекомендовали ездить своим гражданам, и чуть не рухнул рынок туризма, то именно наши там оказались? И опять - толпой, что ли?
   - Да-с, ваше сиятельство!
   - Ну, иди, иди, пожалуй. Благодарю за помощь.
   - Рад стараться!
   ...
   - Ну, что скажешь, министр? Все слышал?
   - Так, ваше сиятельство, это же показывает на храбрость нашего народа!
   - Я о другом. Ты вот с Кавказом справиться все не можешь, а я тут тебе подсказки даю. Ну, думай!
   - Не понял...
   - Вижу, что не понял. Объявить народу о резком снижении цен на кавказские сафари. Мол, лицензия на отстрел одного боевика теперь будет стоить смешные деньги - обдумай там сколько конкретно.
   - И?
   - И все, дубина ты стоеросовая! И - все. И не будет проблемы. Как заполонили Египет, как спасли Мексику, как гуляли под выстрелами в Палестине, так наши толпой как ломанутся на Кавказ... Лицензия-то - со скидкой!
  
   Быдло
  
   - Я не могу, просто не могу больше! Эта серая масса, это быдло, эта гопота несносная лезет всюду, размножается, завоевывает, захватывает, жрет в три горла, поет странные песни, говорит на странном языке, когда слова и буквы вроде похожие на наши, но понять ничего нельзя...
   - А ты сделал, как я советовал? Надо было написать на стене крупно: "Мене, текел, фарес". И гулко хохотать ночью.
   - Это я ли не хохотал? Да я так хохотал... Только они хохотали громче. А там, где я писал страшные пророческие слова, они писали свои, еще более страшные, потому что вовсе не пророческие. Они изрисовали все стены во дворце! И снаружи и внутри!
   - Та-ак... Неучи. Ничего не знают из истории... Ну, а собаку? Ты показал им собаку Баскервилей?
   - Все сделал: страшную собаку, фосфор, все светится страшно...
   - И?
   - Они с гоготом и свистом гонялись за ней, пока она не забилась под мостки у ручья. И не вытащить теперь. Визжит, скулит, машет лапами и даже пыталась укусить меня, когда я хотел ее достать.
   - Настоящее быдло. Они и этого не читали... Может, показать им трех всадников Апокалипсиса?
   - Было. Кричали "лошадка! лошадка!" и загоняли до бесчуствия.
   - Затмение?
   - Закоптили все стекла в доме, и скопом смотрели на солнце. Радовались, когда оно совсем скрылось. Собаки воют. Птицы умолкли. А эти радуются!
   - Что еще делал?
   - Участкового вызывал, так они его побили, говоря что "Нургалиев разрешил". Сманил гопскую компанию с другого края города - мол, подерутся и станет их меньше. Ага. Как же... Они подружились и теперь все живут здесь. Им вместе хорошо...
   - Можно еще крайнее средство...
   - Крайнее?
   - Выкати ты им водки. Столько, чтобы до полного посинения. Водка - она ж дешевая.
   - И что с того?
   - А похмелиться утром не давай. Верный способ. Выведутся, как и завелись - моментом.
   - ...Ну, ты зверь...
   - Не хочешь. Жалеешь, значит... Ну, тогда пиши афишу. Завтра после обеда - концерт классической музыки. Присутствие всех проживающих - обязательно.
   - Думаешь, классическая подействует?
   - Думаю, хватит просто афиши. Главное, выдели цветом и шрифтом: музыка - классическая, явка - обязательна.
   - И все?
   - И все.
  
   Психическое
  
   Встретились за пивом идиот, параноик и шизофреник. Параноик предупреждал всех о том, как все плохо, а будет еще хуже, шизофреник талдычил свое, никого не слушая и всех перебивая, а идиот моргал глазами и ничего не понимал. Но психика - вещь странная. И параноик, уходя, почувствовал себя идиотом, шизофреник задумался о своей паранойе, а идиот, укладываясь спать, был уверен в своей шизофрении.
  
   Женитьба
  
   - Я, наверное, жениться буду... Ну, понимаешь, все так хорошо у нас... Что скажешь, пап?
   - Постой, не торопись. Я вот тебе сейчас тестик один... Вот... Предположим, с ужина она все к тебе прижимается. То грудью, то рукой, то ногой. То присядет на колени и обнимет. То поцелует невзначай. То потрется, как кошка. Ты, конечно, сразу в душ. Помылся, побрился, зубы почистил, постелил свежие простыни. Лежишь, значит, ждешь. А она не идет. Ворочаешься. А ее нет. Потом прибегает, нагибается, целует в лоб и говорит, что по телевизору идет классный фильм, и она его досмотрит. Ну?
   - Вот черт... Прибил бы!
   - Рано тебе жениться. Ты еще не понял, что для женщин все это - просто так. Просто приятно поласкаться. И никакого секса... Поймешь - женишься.
  
   Все мужчины одинаковы
  
   Она сидела на кровати и плакала. Молча и безнадежно. Крупные слезы скатывались одна за другой по щекам, иногда щекоча верхнюю губу, и тогда она слизывала соленую слезу розовым языком, всхлипывая и вздрагивая.
   - Что случилось? Ну, что опять?- кинулся он к ней, протягивая руки, чтобы обнять, вытереть слезы, прижать к себе.- Нам пора собираться... Время, солнышко...
   Ее затрясло. Она с ожесточением отталкивала его руки. Слезы сразу высохли, зато глаза блеснули ненавистью:
   - Пора? Куда пора? Как - пора? Мне нечего надеть, понимаешь? Мне совершенно нечего надеть!
   - Но вот же,- показал он пальцем на раскрытый настежь огромный трехстворчатый шкаф.- Вот же...
   - Вот же? Ты издеваешься? Ты всегда издеваешься надо мной! Куда я могу пойти в этом? А? Вот в этом, а может, в этом, да?
   Она зла выдергивала одно платье за другим, трясла перед ним, бросала на кровать.
   - Ну, можно и в этом,- пощупал он краешек.- Или вон в том. И то вон красивое.
   - Ну, все,- вдруг успокоилась она.- Я такое терпеть не могу. Издевается, смеется внаглую, да еще с таким серьезным выражением лица...
   - Погоди, лапа, я не понимаю... Вот это разве плохое?
   - Это - хорошее. Я в нем хожу на работу!
   - А-а-а... На работу... Тогда - да. А вот то?
   - Я его надеваю дома, когда приходят гости!
   - А вон...
   - Это старое! Ему уже год!
   Он думал совсем недолго, и вот расплылся в идиотской улыбке (он всегда так идиотски улыбается, когда решает, что проблемы нет!) :
   - Так, это... Поехали, купим новое. Сейчас и купим. И будет тебе подарок...
   - Да?- аж взвизгнула она.- Да? Поедем и купим? Вот так просто? Ты не понимаешь...
   Ее опять затрясло. Слезы покатились еще чаще, чем до того. Она снова упала на кровать, закрыв лицо руками.
   - Ну, что ты... Ну, не надо,- пытался утешить он.- Ну, давай купим два, давай, три... Ну?
   - Гад, гад, гад! Три... А куда я их повешу-у-у-у...
  
   Старый анекдот
  
   - Тпру-у-у...,- перед верховыми стояла маленькая девочка в белом фартучке на темно коричневом платье, коротковатом для нее, как это обычно и делают. Кто придумал такую моду - неизвестно, но маленькие девочки всегда носят такие короткие платья, что если бы не фартук...
   - Здравствуй, девочка,- свесился Тим с седла.- Ты потерялась? Тебе нужна помощь?
   - Кто старший в караване?- хриплым басом спросила маленькая девочка и закашлялась.
   - Заболела?- заботливо осведомился Тим.
   - Болтать тут еще будешь? Где старший?
   Старший уже подъехал, чтобы проверить причину остановки, и уже суетливо слазил с высоковатой для него лошади.
   - Я, я старший!- он стянул с головы берет, махнул охране - мол, не мешайте - и низко поклонился маленькой девочке.
   Она какое-то время рассматривала его, наклоняя голову то к одному плечу, то к другому.
   - Ты меня знаешь,- наконец сделала заключение.
   - Да как не знать? Встречались, встречались!
   - Ну, тогда...,- она разгладила фартучек, засунула застенчиво обе руки в большой карман на нем, поковыряла кокетливо землю носком кожаного сандалия.- Тогда, значит, сто. Ровно сто. И конфеты!
   - Но как же... В прошлый раз было меньше?
   - Но теперь-то мы знакомы, и можно не стесняться,- очень логично объяснила маленькая девочка.
   Лес вокруг стоял, как завороженный. Ни птицы, ни зверя, ни треска какого. Листок не шелохнулся. И ветра не было. В полной тишине старший обернулся к каравану. Тим чуть подал вперед своего коня, шепотом спросил:
   - А чего мы стоим-то? Девчонку - в седло, отвезем в город, так родители еще и спасибо скажут - нет?
   - Ну?- топнула девочка ногой, подняв клуб пыли.- Сто и конфеты. А будете тут шептаться - надену шапку!
   - Сейчас, сейчас,- откликнулся старший, одновременно маша руками на Тима.- А ты отъедь, отъедь в сторону, не мешайся! Родители... Родители, если мы ее привезем, и вовсе ограбят на полную... За такую помощь-то... Дурак ты, Тим, а не лечишься!
   - Да кто это такая, черт побери, что ты так трясешься?
   - Тс-с-с! Это сама Красная шапочка!
   - Из сказки, что ли? Ну, и что?
   - Ты по сторонам посмотри, на лес этот, прислушайся, наконец! И запомни: на самом деле у нее шапка серая, понял ты? Серая! Из волка она, шапка эта! Только носит она ее мясом наружу! Бр-р-р...
  
   Настроение
  
   Представляешь мой район? Вот... А еще эта погода. Серое все, промозглое. Влажность такая... И вонь какими-то прелыми тряпками из всех переулков. Облупленные старые пятиэтажки, решетки по окнам, коробки доширака, бомжи замасленные на теплоцентрали...
   Идешь с работы - так бы и поубивал всех. Никакого настроения.
   А тут вот утром встаю, собираюсь, выхожу...
   Розовый восход. Оранжевые редкие облачка. Пар и дым из труб вертикально в небо. Белая изморось на ярко-зеленой траве. Запах свежести, и чуть-чуть морозом пахнет, как огурчиками свежими. А перед подъездом - вишневый "Мерседес S800".
   Мерседес. Вишневый. S800... Перед моим подъездом.
   И погода такая...
   Выщелкнул я ножик, ткнул аккуратно в заднее правое колесо. Аж зашипело...
   Иду к метро, дышу глубоко, улыбка во весь рот.
   Настроение отличное.
   Хорошо!
  
   Завтрак блоггера
  
   Насыпал в чашку ложку кофе. Посмотрел на объем чашки:
   - ДАЙТЕ ДВЕ!
   И насыпал вторую.
   Поискал сахар. А его как всегда нет.
   - БОЯН!!!
   И положил в кофе две большие ложки варенья. Налил кипятку, размешал все тщательно, глотнул:
   - ЖЖОШЬ!
   Отставил в сторону, немного остыть, пока извлекаю из холодильника йогурт (чуть не написал - ЙАДУ), а из пакета - круглую такую булку с изюмом и орехами...
   Расставил все красиво на столе, попробовал одно-другое-третье, вдохнул с удовольствием кофейный аромат и, глядя в окно на совершенно серую погоду, сказал себе шепотом:
   АФФТАР! ПЕШИ ИСЧО!
Оценка: 9.38*11  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"