Воздушные шары были самые разные. Цветные, пятнистые, в полоску, с фигурами животных, со знаками зодиака. И форма их была разнообразной, а если бы кто-то взялся измерять их размеры, то убедился бы, что ни одной пары одинаковых шаров не было. Одинаковым было одно: они все рвались в небо. И еще было одинаковым у них то, что в небо улететь им не удавалось. Разве только одиночкам, вырвавшимся как-то из детских рук и рванувшим вверх, вверх, вверх! Выше, еще выше! А оставшиеся внизу только провожали завистливыми взглядами этих, освободившихся и свободных, вздыхали, морщили бока, тяжелели... Иногда под конец жизни, сморщенные и мягкие, они оказывались на долгожданной свободе. Их больше никто не держал за ниточку, за веревочку... А улететь, как мечталось в детстве - уже не было сил...
- Эх-х-х,- говорил какой-нибудь весь цветной и красивый шар,- вот бы мне в небо. Ух, я бы тогда...
- Да-а-а...,- поддерживал его другой, в виде глобуса,- уж тогда-то... Да-а-а... Летать на свободе... Это... Это необъяснимо. Это просто присуще нам, воздушным шарам. Иначе, зачем мы? В чем смысл нашей жизни? Только в полете! Полет - наша жизнь! А здесь... Разве здесь - жизнь?
Остальные шары только вздыхали в ответ, качаясь на крепко держащих их нитках, веревках, канатах с якорями.
- Земля держит,- солидно говорил какой-нибудь небесно-голубой "профессор".- К земле тянутся наши путы. Не было бы связи с землей - не было бы и помех нашему полету. Обрубить, обрезать, снять эту паутину - вот великая цель, за которую не жалко ничего... Даже собственной жизни.
- Что вы говорите такое, коллега?- щурился ехидно ярко-зеленый, вытянутый огурцом.- Так-таки - земля? Может, это вовсе и не путы, а наши корни тогда? Думали ли вы об этом? Может, живем мы, пока привязаны к земле, пока связаны с ней накрепко. А обрубишь наши корни - и всё. Конец этой жизни.
- Но как же те, кто освободился?- робко спрашивала молодежь.- Мы видели, они летали...
- Они не летали, дети мои! Они - улетали. Я бы даже сказал - отлетали! Хоть один из них вернулся оттуда? Хоть один подал нам знак? Пролетел над нами, воззвал к нам? Нет.
Но шары не слушали умных бесед. Их тянуло вверх. Они рвались в небо. И чем сильнее они рвались, тем крепче становились их путы. Те, кто привязывал их к земле, накидывал сети с грузилами, наматывал нитку на указательный палец, точно знали, что смысл жизни воздушных шаров вовсе не в полете, а в том, чтобы приносить радость. Ведь, если отпустить шар, знали они, он улетит и лопнет там, в вышине. А здесь он будет радовать собой взрослых и маленьких. И поэтому надо привязать его крепко-крепко, чтобы он ни за что, ни в какую бурю, ни на какую-такую свободу не сумел вырваться.