Семена страсти
Журнал "Самиздат":
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь]
|
|
|
|
Аннотация:
Семена. Тростник. Дороги любви пересекут множество героев, чтобы проверить их на простые, но зачастую непонимаемые истины. без редактуры. черновик.
|
1
Встречающих в порту было очень много, но Льюис точно знал, здесь ему не помашет разноцветная трехмерная карточка с номером и фамилией. Потому что юноша - всего лишь беженец, коих прибывает в Свободную Лагуну тысячами каждый день. Родина юного путешественника была в огне. Горели города, богатые пастбища, горела вся маленькая планета, на которую напали почти три сезона назад, когда в полях производилась рассада тростника, приносящего самый сладкий из сахаров, использующегося для создания элитных сладостей.
Льюис тяжело вздохнул. Из начинающей звезды, владеющей кулинарными рецептами ста поколений штицев, он превратился в изгнанника, у которого остался лишь один бесценный дар (нет, не деньги, которые еще оставались в изрядно истраченном кошеле) - семена тростника. Многие штицы спасали лишь имущество, заказывали за баснословные суммы лайнеры из Свободной Лагуны. Большинство бежали от войны налегке, потому что не имели и чтила (мелкая монета) в кармане.
Льюис оставлял родину, бросив фамильный особняк, мебель и даже не успев перевести капитал на счета. Впрочем, что теперь его привилегии в новом мире?
Юноша вышел к акваробусам, отправляющимся по основным каналам к представительству штицев, и занял самое дешевое место в конце салона. Будущее казалось расплывчатым, потому что с каждой минутой становилось ясно, что военные действия не ограничатся только разорением, затем фланки предъявят претензии на живой товар... И Лагуна сдаст несчастных беженцев на расправу.
Льюис подпер щеку рукой, задумчиво разглядывая первых пассажиров - жители Лагуны были очень красивой расой. Гуманоиды, только с особенными чертами: лица отличались особым изяществом и тонкостью, кости тонкие, отчего кажется, что вокруг одни манекены. Юноша бывал и в других государствах этой части вселенной, но лишь среди прочего населения выделял именно лагунцев. Не только за внешность, но и за некую странную отстраненность. И в делах, и в общении они предпочитали ровность, практически равнодушие и холодность. Вероятно, потому что были все одного пола и размножались искусственно. Но Льюис видел и такие миры, где однополость не служила препятствием для отношений.
Теперь юношу не волновало поведение принимающей стороны. Задерживаться на гостеприимной планете - все равно, что искать себе приключений. И ждать, когда тебя отдадут в качестве раба какого-нибудь фланка.
Фланки - их побаивались даже развитые военные союзы. Фланки выбирали очередную жертву методично в противовес общему совету государств, в парламенте которого имели вес из-за многих факторов. Частенько от деда Льюис слышал, что агрессия проистекает не только из-за жажды наживы, но и потому, что существует договоренность поделить власть среди двух правящих сил пополам. Только второе государство держится политики поддавков.
Юноша со скучающим видом глядел, как вода за бортом взлетает, оседает и вновь взлетает от быстрого движения. Засыпал от однотонной работы моторов, под неспешный разговор ближайших пассажиров. Завтра он купит билет до Лиги и вступит в ряды армии. Чтобы хоть как-то пополнить счет и начать новую жизнь, уже без родины.
Льюис испытывал светлую грусть по погибшим сородичам. Чувствовал их души, которые теперь омывали ауру прощальными объятиями, не плакал, ибо слезы ничего не стоят в сравнении с истинной тоской. Потом... оно утеряно навсегда. Не следует ждать возврата в тростниковые поля.
- Станция посольская, - громкое объявление, звук ног, проходящих к трапу. И вот Льюис на широкой улице города недалеко от белоснежного двухэтажного здания, венчающегося шпилем и флагом штицев. Рядом с ним толпа желающих получить печати и визы. Настоящее столпотворение.
Юноша поправил сумку на плече. Деваться некуда.
Придется занять место в очереди и покорно дожидаться. Шестисотый? Прекрасно. Некоторые штицы стояли под зданием по несколько дней. Среди них - и бывшие благородные, и простолюдины, и семьи.
Льюс получил номер в системе контроля, перешел на другую сторону. Сел на камень рядом с перилами. Он сидел спиной к каналу, глядя в одну точку. И не понимал, почему сородичи так паникуют. Раньше надо было. Гораздо раньше, а теперь... Голова опустилась вниз, на лицо упала длинная челка. Уходить нельзя, потому что каждую минуту могут позвать внутрь. И очередь весьма неоднородна в своих посылах: кто-то ждет визу на временное проживание, кто-то на выезд, кто-то...
- А, очередной штиц. - ироничное замечание заставило Льюиса посмотреть вверх. Два молодых представителя Лагуны в военной форме явно перебрали в баре. Мундир у одного был застегнут не на те пуговицы. Широкие шаровары были кое-как перевязаны широким поясом. Второй вообще щеголял изрядным синяком на скуле. Нетипичное поведение, но все же лучше встать и избежать агрессии.
Юноша быстро поднялся и уже хотел вновь пересечь дорогу, как вслед ему полетело:
- Не уважаешь нас? Это вы заполонили планету. Из-за вас фланки могут и нас уничтожить... - цепкие пальцы потянули за ткань на плече. Льюис даже не успел понять, как его начали бить. Вероятно, это произошло потому, что юноша находился слишком далеко от основной массы беженцев. Вероятно, потому что он был слишком щуплым по сравнению с основной массой штицев, которые всю жизнь работали на земле и славились неимоверной силой в отличии от элиты, к которой недавно принадлежал и сам Льюис.
Юноша инстинктивно укрывал руками коробку с семенами, нисколько не заботясь о собственной персоне. Пару раз он ощутил удар в пах. Пару - по голове. Колени подкосились... Оставалось только подтянуть ноги к груди, ожидая дальнейшей быстрой расправы. Но в это мгновение послышался громкий голос где-то близко, хлопнула дверца машины. И вот уже огромный незнакомец поднимает и отряхивает Льюиса, пытаясь понять, как тот себя чувствует:
- Живой? Эй, брат, как ты? - темно-оранжевые глаза с совершенно белыми ресницами вопрошали настойчиво.
- Я?.. - юношу качнуло, словно лодку в шторм. Он проверил цельность коробки и выдохнул - цела! - Все в порядке... Спасибо, - маленькие пальчики наконец отпустили темную куртку спасителя. Льюис испуганно огляделся, но лагунцев и след простыл, зато рядом стояла настоящая скала.
О, все знают, что сгриги - это великаны. Но данная особь еще и в ширину удалась весьма. Сколько интересно дуб в обхвате?
Юноша сделал шаг назад, утопая в энергетике сгрига, чья родина - горы на дальней планете Лиги. Тот успокоенно кивнул.
- Значит, в порядке, раз ты меня уже испугался, - сказал он, обнажая белоснежную улыбку. - Будь осторожней в следующий раз, брат. Здесь в последнее время частенько нападают на чужаков.
- Я... я... - Льюис растерянно искал слова ответа, когда кто-то окликнул спасителя. Сгриг обернулся на стоящего у машины. Высокого фланка в длинном черно-белом балахоне, с зачесанными назад длинными красными волосами, говорящими, что тот относится к клану военных. Вокруг врага ярко светилось защитное поле. Он требовательно указал на водительское кресло сгригу.
- Удачи, брат! Работа, но ты все же будь осторожен. - гигант хмыкнул, словно умилялся растерянностью Льюиса, и пошел к машине, чтобы открыть заднюю дверцу рассерженному господину и затем, еще раз подмигнув юноше, помог тому сесть вперед.
Льюис не ожидал скорой возможности получить визу, потому запасся терпением, бутылкой воды и лепешкой, в которую продавец положил жареных овощей и немного мяса с соусом. И теперь сидел среди штицев, наблюдая за тем, как садится солнце за розоватую дымку открывшейся впервые столицы Лагуны. Солнце словно растекалось по зданиям, плакало лучами, прощалось, ласкалось нежно, пыталось прыгнуть в ладони прижаться к груди, к внутреннему карману, где жило самое ценное - память о вечерах, нарисованных золотом тростника, который качается от хрупкого дуновения. Юноша забрался в небольшое углубление между стеной и оградой, откусил свой скромный ужин, запил глотком воды. Он вспоминал лишь хорошее: ласковые руки, вот что нужно растениям, говорил дед перед смертью. Твои руки, Льюис.
Юноша закрыл глаза. Родины нет. И никому неинтересно, что произошло. Лишь ветер черный, лишь осколки остались для изгнанников, которые скоро растворятся в разных частях света и перестанут быть одним народом.
...- Номер шестьсот тридцатый. Льюис Калар. Здесь Льюис Калар? - вопрос прозвучал над самым ухом, и юноша, забывшийся на рассвете от тяжкой дремы со снами, полными прозрачной грусти по умершим родителям и любимом старике, подскочил и бросился к распахнувшимся дверям:
- Я! Я здесь! - махание руками и бег через ступеньку.
- Идемте, - уполномоченный штиц пригласил юношу пройти через коридор в кабинет и положил перед присевшим на край стула претендентом бумагу с печатями фланков. Такие последние полгода назад появились на купчих на земли. - Прочитайте. Не спешите только. - соплеменник открыл окно после ночи, чтобы впустить в спертое помещение свежий воздух, налил себе воды. - Прочитали?
- Да, - Льюис кивнул. - Но почему? Почему они включили меня в этот список?
- Туда вошла вся элита, включая известных кулинаров, агрономов. Вам запрещено покидать Лагуну до окончания войны.
- Вы предлагаете мне остаться здесь, когда я точно знаю, что фланки делают с военнопленными?
- Нет, не предлагаю. Я вынужден приказать вам остаться. И поселиться в одном из домов на набережной Присни. Квартиры там дешевые. Возможно снимать с компаньоном... - штиц старался держаться спокойно, хотя Льюис чувствовал, что сейчас чиновнику очень плохо, как и всем остальным, которые попались в ловушку войны.
- Хорошо. Но мне нужен вид на жительство и разрешение на работу...
- Конечно, я все подготовил, - документы, новенькие, прошитые, легли на поверхность. - Спасибо за понимание и удачи... Простите меня.
Юноша, уже направлявшийся к дверям, обернулся:
- Я все понимаю, - сказал тихо, хотя сейчас понимал лишь то, что стал заложником планеты до решения фланков. Они составили список, точно перечислили всех, кто занимал высокое положение и трудился - забывая об отдыхе, самозабвенно. Прагматично обозначили будущих рабов.
Льюис вышел на улицу. Пытался сосредоточиться на скорби о погибших, но вдруг понял, что сейчас сам нуждается в поддержке. Хоть какой-нибудь... Хоть малюсенькой надежде, ниточке, которая вырулит судьбу.
- Эй, брат!
Юноша удивленно расширил глаза, хотел нырнуть в толпу подальше от вчерашнего громилы, но потом понял, что со спасителем так поступать нельзя. И шагнул навстречу гиганту, оседлавшему огромный агрегат с крыльями.
- Есть хочешь? - огромная лапища в кожаной перчатке протянула пакет, от которого исходил восхитительный запах.
- Я тебе очень благодарен... Но... Ты... - Льюис опять терялся перед сгригом, который разглядывал его благодушно и продолжал протягивать пакет.
- Да ладно! Не жмись. Тебя подбросить? Я все равно в город...
- К тому... тому...
- Фланку, - закончил сгриг, прерывая икоту. - Ага... Работа должна приносить доход. Мне удобно... Так что, вроде тебе даже документы выдали...
Юноша опять растерянно посмотрел на бумаги в правой руке, торопливо расстегнул сумку и убрал.
- Я сам. Спасибо.
- Зря... до порта транспорт в такую рань не ходит. Ой, я ж не представился. Элан. Слыхал?
Льюис отрицательно покачал головой.
- Да ну! Три года назад блистал на ринге. Теперь вот травма. Врачи сказали, что еще один удар по голове - и покойник. Ну, или на лампочку буду улыбаться, - опять искренняя и немного глупая улыбка.
- А я Льюис, - юноша, как недоверчивый ребенок, наконец принял подношение и приоткрыл. - Это мне?
- Не, ехал мимо, смотрю, ты тут все еще тусуешься. Думаю, голодный мальчишка. Ну, куда тебя везти, брат?
- Тут мне сказали набережная есть, где квартиру снять можно подешевле.
- Присни? Та еще берлога. Дерут деньги почем зря. Мебель старая, грязная... Лучше на Свит. Показать? Я тебя с хозяином нашим сведу... Найдешь компаньона, вообще в копейки встанет...
Льюис захлопал ресницами.
- Прямо теперь? - спросил удивленно.
А Элан утвердительно кивнул:
- При таком наплыве действовать надо быстро. Едешь? - спросил сгриг, указывая на сидение сзади. - Только шлем надень. Скорости люблю запредельные. И спешу.
Льюис неуверенно шагнул к адской машине - была не была.
Никогда раньше юноша не катался ни на чем подобном, На его планете использовалась либо тяжелая медлительная техника, либо маленькие машины, которые не влияли на природный баланс. За последним следила специальная комиссия, которая каждый сезон проверяла фермеров и их производства.
Сами штицы в основном занимались земледелием, поставляя на рынок свой тростник и в качестве сырья, и для производства тех лакомств, от которых кружится голова, которые способны пробуждать самые прекрасные эмоции, чувства... И даже вызывают взаимность. Считалось особым подарком преподнести возлюбленной или возлюбленному коробку с конфетами, в которых добавлялся тростник штицев.
Но сам Льюис никогда не злоупотреблял сладким и совсем не понимал, каким образом воздействует на того же фланка подобный десерт. Просто счастье для юноши было в его единении с близкими, с семьей. Многие штицы определялись с полом уже в зрелом возрасте, когда чувствовали потребность в создании крепкой пары. Выбор делался осторожно, а союз длился до самой смерти. Родители Льюиса тоже долго просто общались, прежде чем решились пойти на церемонию единения. Их любовь казалась юноше волшебным даром, посланным свыше. И теперь, когда все так зыбко, приходило понимание о хрупкости мира вообще.
Штицы закрыты даже для себе подобных, найти родную душу, обрести любовь... Если бы Льюис мог теперь махнуть рукой и отринуть привычные догмы, но он мчался на огромной скорости по дороге, прямо-таки вцепившись в мощный торс сгрига, который успевал еще что-то подмурлыкивать на своем языке. А когда слева появился зеленый парк и набережная незнакомого канала, потянулись жилые дома с круглыми арками и центральными подъездами, он запаниковал. Слишком уж хорошо выглядело место для скромной цены.
Агрегат затормозил. Элан помог юноше спуститься на землю. За пятнадцать минут натерпелся страху - хватит. Льюис спрыгнул на тротуар. И недоуменно осмотрелся, в то время, как сгриг заглушил мотор и махнул, приглашая идти за собой.
- Ты смелый, - сказал с улыбкой. - Сидел так смирно... Катал тут одного друга, так он через минуту начал умолять богов Влаази о пощаде. Эти лагунцы - слабый народ. Слишком много предрассудков, слишком мало мозгов. Сюда! - Элан вошел в арку и ввел карточку в дверь подъезда, который находился на внутреннем цветущем дворике.
- Здесь я живу, на втором этаже. - прежде чем войти, новый приятель показал на окна и на площадку-балкон, заваленный старым хламом.
Затем сразу постучал в ближайшую дверь, совершенно не церемонясь о раннем часе. Оттуда донеслись нечленораздельные звуки, раздались шаркающие шаги, и вот на пороге появился пожилой лагунец в длинном халате с трубкой в зубах.
- Элан! Дружище! Хочешь выпить? Чего так рано? - старик похлопал гостя по плечу, а сгриг обратил внимание на жмущегося в коридорчике Льюиса с дорожной сумкой.- Вот, принимай! И не говори, что сдал ту квартирку...
- Клянусь тебе, сдал. - лагунец перешел на местное наречие, засуетился, что-то бурно рассказывая Элану, а юноша вдруг понял - вряд ли есть еще место.
Придется все-таки ехать туда, куда отправили с самого начала. Льюис поднял с пола сумку, уже готовясь к новому путешествию, когда сгриг тяжко выдохнул:
- Слушай, брат, неудача... Опоздали! Вот шустрые пройдохи... Э, хочешь ко мне в компаньоны? - темно-оранжевые глаза стали почти коричневыми, гигант явно чувствовал ответственность за осечку.
- Нет, спасибо, но я, пожалуй... - юноша отрицательно закачал головой, но Элан потащил нового знакомца вверх по лестнице на второй этаж.
- Сначала погляди. Я ж не в одной комнате жить предлагаю, - сгриг открыл дверь и пропустил недоверчивого гостя внутрь.
В огромном холле, прямо посередине, стояли огромные ботинки, на вешалке болталась черная кожаная куртка. В углу - коробки. Льюис неуверенно переступил порог. Прошел внутрь. Комнат действительно было две. Изолированных. В первой - огромная неубранная кровать, не выключенный визор показывал трехмерный клип без звука. На стуле болтались брюки и свитер.
- Можно мне вторую посмотреть?
Сгриг пожал плечами.
- А то! Она у меня пустует все равно. А приходится за две платить.
Льюис пересек логово великана, пытаясь не оборачивать внимание на беспорядок, который казался ему безобразным. Заглянул во второе помещение, залитое утренним солнцем. Диван, стол, кресло, на котором сложены старые журналы. И стеклянные двери, ведущие на площадку.
Почему именно этот квадрат привлекал Льюиса? Почему? Если очистить от мусора, если сбить конструкцию, можно создать небольшой парник. Устроить поливочную систему... И разбить мини-огородик.
- Сколько? - юноша обернулся к сгригу, который спешно убирал раскиданные вещи, закидывая в шкаф.- В месяц около сотни выйдет на брата, - Элан взглянул на часы. - Так что? А то я опаздываю уже.
- Согласен, - кивнул Льюис. - А внутренняя дверь запирается?
- Да. Да не волнуйся, я чужого не трогаю. Ну, брат, бежать пора... Ты устраивайся. Ключи забираю. Позвони по внутреннему телефону, Крис тебе вторую связку принесет. Скажи, что мы сговорились.
Сгриг застегнул свою коричневую модную куртку: наполовину вязаную, наполовину кожаную, пригладил рыжий ежик на голове и рванул к выходу, предоставляя компаньону время для обустройства и...
Юноша и сам не представлял пока для чего. Но первым делом он направился в поисках ванны. Квартира оказалась просто огромной - под стать хозяину. За коридором располагалась кладовая, забитая какими-то банками с консервами и чистящими средствами. Далее располагалась кухня. Длинная, узкая, с бесконечным столом во всю стену с одной стороны, и настенными шкафчиками - с другой. Холодильник был встроен в стену. Юноша ожидал увидеть и тут бардак, но оказалось, что посуда вымыта, лишь на столе сиротливо стояла недопитая чашка кофе.
Ванная оказалась вообще в полном порядке. Справа располагался душ, что вполне устраивало Льюиса. Не любил он все эти пенные прелести, а потому, разгрузив скромный багаж на диван, сразу отправился освежиться и переодеться. День предстоял сложный: штицы педантично относятся к месту обитания. И чтобы чувствовать себя уютно, необходимо сделать все так, как того требует обычай. А потому выдворены были, в первую очередь, за порог личные вещи сгрига и лишний мусор. Диван переместился как раз к внутренней двери, дабы навсегда закрыть проход к соседу. Стол переставлен к окну.
Льюис устало опустился в кресло, удовлетворенно разглядывая новое жилище. Вожделенно открыл коробочку с семенами. Замок сработал на подушечку указательного пальца, щелкнул, крышечка отъехала в сторону. Драгоценность. Вот так выглядит драгоценность. Золотистые зерна, продолговатые, прозрачные, если смотреть на них в лучах солнца. Подождите, мы справимся... Мы найдем работу. И Льюису много не требуется. Только чтобы спасти вас.... Свободная Лагуна устраивала беженцев, обеспечивала их минимумом гражданских прав. Штицы не могли получать высокооплачиваемые ставки, зато работали на всех низших - уборщики, дворники, обслуга, ремонтники... Чего еще заслуживают представители проигравшей стороны, когда фланки дышат в затылок и обязательно потребуют сдачи живого товара? Только того, чтобы использовать себе во благо.
Первая же контора по трудоустройству выдала Льюису с десяток адресов недалеко от дома. Все практически с одинаково низким жалованием, которого с натягом хватит на оплату нового жилья и на один раз в день сносно поесть.
Юноша особо не выбирал. Когда его приняли в кафе посудомойщиком и уборщиком одновременно, он только обрадовался, что практически весь день будет свободен, а ночью... Ну, прекрасный график. И со сгригом не встретятся. А значит, мешать не будут.
Льюис прокрутил в голове лаги (мелкая монета), остающиеся на оплату жилья, мысленно сконструировал теплицу, а когда вернулся и получил ключи от хозяина, принялся рисовать подробно на листе бумаги примерный план и записывать покупку нужных материалов. Это помогало отвлекаться от тоски и боли. Придавало смысл маленькому существованию вопреки всем горестям.
Юноша даже не заметил, что день сменился мягким вечером, за окном опустились тени от деревьев. А в дверях щелкнул замок и раздались громоздкие шаги вернувшегося Элана. Тот протопал сразу в ванную, потом шумел посудой на кухне, распуская съестные ароматы и, наконец, постучал предупредительно и, как показалось молодому штицу, даже робко:- Братишка, есть хочешь?
Льюис сглотнул голодную слюну. Отложил в сторону карандаш и направился к дверям, боясь вновь увидеть огромную страшную скалу мышц и мяса перед собой.
- Спасибо. Но я через четверть часа ухожу на работу, - юноша постарался скрыть волнение за вежливой улыбкой. Почему его так пугает сгриг? Почему он так огромен? Просто чудовищен!
- Да ну! Так быстро? Ты просто везунчик, - Элан всучил тарелку и бесцеремонно ввалился в комнату. Льюис не удержался, чтобы не попробовать мясистое рагу с рисом и красными помидорами. - Уже переставил? Слушай, могу тебе ковер отдать... У меня их два... О, забавный рисунок... Что это за архитектура?
- Летний садик, - вздохнул Льюис, понимая, что быстро мечту не осуществит. Взгляд его переместился на коробку, рядом с которой стояла огромная скала. Побледнел. Покраснел. Бросился скорее и подхватил драгоценность, прижал к груди, в то время как сгриг недоуменно почесал затылок.
- Наследство? - поинтересовался у взбаламученного юноши, прижимавшего семена к груди.
- Все, что осталось... - в зеленых глазах появилась слеза. - Если не соблюдать температурный режим, они умрут.
- Кто? - Элан сделался и сам чрезвычайно испуганным. - У тебя там мыши что ли? - предположил он.
- Семена. - юноша не скрывал тоски.
- Древняя легенда нашего мира утверждает, что все мы превращаемся в конце перерождений в семена тростника и приходим дарить счастье и любовь.
- Иносказательно?
- Нет, - Льюис засобирался, быстро натянул поверх футболки свитер.
- Буквально. Мой дед получил коробку от отца. Я - от деда. Когда началась война... Последними были семена моих родителей и старика.
- Ясно. Это что-то вроде тотема... У нас тоже дают зверя в защиту.
- Ты не понял, - Льюис улыбнулся со светлой грустью. - В семенах заключена история всей моей семьи, всего рода - от первого земледельца. Но ладно... Теперь мне пора. И... Спасибо за помощь. Угощение за мной.
2
Три недели показались кронпринцу Греду временем отпуска. Свободная Лагуна только вступила в ряды союза, но уже удачно была втянута в политику войны, которая происходила совсем рядом. И фланки были уверены, что именно здесь смогут задержать элиту штицев, просеяв всех остальных, ненужных земледельцев.
Гред проснулся гораздо позже обычного, хотя наметил на этот день несколько встреч и переговоров. Мужчина потянулся, не открывая глаз, ощущая, как рядом шевелится в дреме белокурый принц завоеванной два года назад планеты Арии. Юноше исполнилось семнадцать, когда фланки выбирали себе из элиты подходящих рабов. Гред сразу заметил подходящий экземпляр, хотя понимал, что придется побороться за такого красавчика с другими претендентами. Включить всю свою агрессию, выпустить наружу ядовитый отросток и вступить в схватку.
Юноша сильнее обнял хозяина, потерся щекой о гладкую грудь, на которой проступал алым узором растущий потенциал воина. Сам Гред понимал, что недоволен нынешним положением дел. Его брат, правящий около тридцати лет, медленно угасал. И скоро - очень скоро настанет час, когда молодому фланку удастся сдвинуть заржавевшую машину и предъявить претензии на единоличную власть в совете. Демократия уместна лишь там, где ничего нет. Где разруха и бедность...
- Гред, не уходи, - арий попытался удержать мужчину в постели поцелуями. Сладкие, как ванильная карамель, они каждый раз зажигали в господине жаркий огонь, и теперь мягкое касание губ, манило воспользоваться доступностью прирученной зверушки. Да, в тело мальчика был внедрен чип подчинения и воспитания, служивший также маячком для поиска и регистрационным знаком, а ключ к пользованию хранился внутри Греда.
- Ниже, - фланк толкнул белокурую голову к паху, откинулся на подушки и закрыл глаза, продолжая наслаждаться ласками ария, который от возбуждения изменил цвет с золотисто-бронзового на темно-коричневый. Каждый волосок раба начал светиться призрачным светом и излучать наслаждение.
- Губками поработай, - Гред позволил юноше целовать свой длинный толстый член, а сам в это время гладил нежную спину, ловя удовольствие от каждого прикосновения к заряженным волоскам. Язык любовника облизал конусообразную головку, пальцы оттянули крайнюю плоть, чтобы втянуть внутрь ярко-красный шарик.
Фланк приглушенно зарычал. Обычно он не позволял выходить возбужденному члену целиком. Но наступал сезон Краа (время для размножения на родной планете, когда воины пьют чай из цветов дерева похоти, создают пары на несколько месяцев для продолжения рода), и Греду трудно было сдерживаться... Даже такая невинная игра пробуждала в нем охотника. А мужчине совсем не хотелось убить такого восхитительного раба.
- Бери глубже, Лани. - фланк продолжал контролировать процесс, заставляя себя думать о делах, но достаточно было одного взгляда, чтобы подмять юношу под себя и раздвинуть тому ноги. Нежный, послушный любовник... Всегда готовый к жесткости, всегда готовый к нежности.
Мужчина погладил собственность по щеке, гладкой, как дорогой жемчуг, поцеловал в пухлые губы с возрастающим желанием. Волоски на коже ария потянулись к коже господина, присасываясь к потокам ауры, улавливая, что именно хочет получить Гред. Это было очень приятное ощущение - словно тебя укутывает с головой в тепло волшебное покрывало. Лани еще выше поднял и развел ноги. Его анус давно изменился от постоянного внедрения и крупного размера члена, стал податливым, разработанным. Арию вставили внутри специальную спираль, чтобы та работала, как мышечная зона с выделением смазки, и теперь ничто не мешало фланку получать удовольствие, специально сжимая внутренности мальчика, чтобы получать нужное удовольствие, а его извиваться от дикого возбуждения. Арии вообще имели очень маленькие члены, отличавшиеся изяществом и красивой формой, но основная эрогенная зона располагалась внутри - три уплотнения по ходу проникновения члена делали их отличными претендентами на игры в постели.
Сейчас Гред не особо церемонился с любовником, как раньше. Он позволял себе брать Лани размашисто, вбиваться внутрь так, чтобы все внутренности хлюпали. Юноша подавался вверх, открываясь, откровенно насаживаясь на фланка, член которого вылез на четверть из кожистых уплотнений и теперь ввинчивался внутрь, добиваясь разрядки. О получении удовольствия Гред даже не думал. Он много раз пытался достичь его с Лани, потихоньку увеличивая проникновение и позволяя выпускать уплотнения по всему члену. Но даже спираль не позволяла расширить юношу так, как надо, а потому приходилось довольствоваться потоками ауры и вдалбливанием на четверть размера.
Конечно, фланк давно мог заменить Ария на более подходящего претендента, но ему пока доставало и Лани... И отрывов на стороне.
Член теперь ходил как по маслу, поднятая кверху гладенькая попка раскрылась, крутилась из стороны в сторону, призывая двигаться активнее.
- Сильнее, глубже... Да, еще, - Лани потянулся к ягодицам фланка, сжал крепко, прижимая к себе. Закричал от того, что спираль начала сжиматься, уменьшая пространство и позволяя члену испытывать сильное сопротивление, вламываться на предельную глубину, тереться о выступы внутри.
Мужчина закинул руки раба за голову, чтобы острые длинные ногти не располосовали спину, так как анус раба был растянут до предела, а движения стали очень резкими и провоцировали на отклик взбудораженные внутри уплотнения. Получить быструю разрядку, когда чуть перегибаешь пределы возможного и заставляешь Лани закричать, а потом отпускаешь, притягиваешь к себе и начинаешь целовать тонкую шоколадную шею, ключицы и плечи, которые пахнут дорогим маслом и гладки, как лепестки цветов.
- Опять? - юноша уткнулся носом в широкую грудь Греда. - Новый сезон? Ты взрослеешь... Это было... Очень... Сильно... Только не убей.
- Я постараюсь контролировать процессы. Посол должен прислать чай, чтобы я не испытывал лишнего дискомфорта. - фланк погладил Лами по потемневшей от возбуждения линии скулы. Ему очень нравился арий. Даже больше, чем во время знакомства, когда, казалось, терпения хватит на короткое владение. Но вот уже два года. Надо что-то подарить милому, терпеливому другу. Именно так... Синие, густого грозового цвета глаза Греда в последний раз насладились красотой, а затем фланк поднялся и отправился в душ.
Это был высокий, во всех отношениях чистый воин - голубая кровь из всей свое породы. Красные волосы, не такие тонкие, как у людей, шириной с тонкую резиновую трубку, служили фланкам в первую очередь как оружие и как способ удерживать партнера во время секса. На широких плечах имелись наросты, выдающие его агрессивность и доминирующую позицию. Из них в грудь и внутренности поступала особая жидкость, которая могла при близком контакте парализовать противника или привести в аморфное состояние сопротивляющегося сексуального партнера. Фланки имели развитый торс, длинные сильные ноги и неимоверную физическую силу. Многие считали, что они недоразвитые, потому что нацелены на постоянное противостояние. Лани думал иначе. Его предубеждения рушились одно за другим с первого вечера. Во-первых, речи не шло ни о каком насилии. Гред просто ухаживал за полученным в честном поединке арием несколько месяцев. Во-вторых, наследник воинов был прекрасно образован, мог с легкостью выдавать стихотворные экспромты, владел несколькими языками и разбирался в искусстве. В-третьих, и это было самым главным, Лани был уверен в хозяине. Тот никогда не оставил юношу в нестандартных ситуациях. Он защищал его честь в ту страшную ночь, когда пьяные фланки попытались на банкете затащить раба в пустой кабинет. И лично сидел над умирающим от лихорадки юношей почти целую неделю.
- Чем займешься? Прогуляешься по магазинам? - Гред остановился на пороге в ванную комнату. - Пойдем со мной в душ, - позвал ласково.
Лани улыбнулся.
- Вечером. Иначе ты никуда не успеешь...
- Боишься меня соблазнить. Правильно думаешь, - сказал тихо. - Я оставлю тебе коды на карты, купи что-нибудь на прием.
- Какой? Ты уверен, что мне нужно идти? - Лани начал собирать волосы в хвост , демонстрируя господину свое тело и намеренно призывая того каждым движением вернуться.
- Несомненно. Там соберутся все шишки этого паршивого мирка. Элита, которая боится нашей власти. Приедет и мой брат с Ваалем, твоим братом. Ты ведь хотел...
- Вааль?
Гред не купился на заманку, только рисунок на груди стал чуть ярче.
- Да, - сойти до снисходительности фланку ничего не стоило. Лани будет прекрасно смотреться в тонком прозрачном платье, когда уберет волосы в высокую прическу и достанет из сейфа драгоценности, чтобы украсить ими божественную шею, запястья и щиколотки. Каждый раз, выходя в свет, Гред видит, как завистливо смотрят другие фланки на ария, как шепчутся, что лучшее всегда достается мерзавцу.
Да, Лани стоит того, чтобы вкладываться в него. И прекрасно дополняет власть и льстит амбициям.
- А что купить? - любовник поскребся в душ, как испугавшаяся одиночества зверушка.
- Платье. Открытое. Очень открытое. Чтобы не только я, но и другие не могли оторвать глаз. На цену не смотри, понятно?
Гред простился с любимым арием на пороге номера. Лани, быстро надевший на голое тело халат, потянулся к кронпринцу, обхватил руками шею, поднял лицо для последнего поцелуя. Золотистые глаза хитро улыбались, заманивая обратно, подальше от дел... Но они и так слишком много времени проводят сейчас вместе, а не встречаются лишь ночью, когда мужчина возвращался домой ночью и заваливался сразу спать, чтобы рано утром опять отбыть на службу. И секс стал более неторопливым, а не похожим на короткую гонку за приз по получению оргазма. Или хотя бы чего-то похожего не него.
- Любую сумму, понял, - Грег опять огладил очаровательное, еще полное страсти утра личико драгоценного пленника, зарылся на мгновение в его мягких волосах, напоминающих блестящую воду, на дне которой золотится песок. Поцеловал Лани в пухлые, чувственные губы.
- Понял. Куплю то, что тебе понравится. - арий гладил господина по плечам. - Когда ты вернешься?
- Ближе к вечеру, если не затянется торжественная церемония по вручению мне документов на правообладание элитой штицев. Война уже выиграна. Лорды захотят выбрать себе рабов...
- Они красивые?
- Не думаю так. Штицы занимаются земледелием и торговлей, кажется. Есть среди них отменные кулинары. Ты хочешь нового повара?
Лани кивнул, прижался всем телом к Греду.
- Только самого лучшего, - попросил он. - Я люблю сладкое. То, что ты купил мне однажды... Из тростника с добавлением нектара и... Что они еще там кладут?
- Поговорим вечером, - мужчина мягко освободился от объятий. - Я дам тебе знать, когда вернусь. А потом мы поедем кататься по каналам. Согласен?
Конечно арий был в восторге. Он опять весь засветился, что предвещало хорошее настроение и новую разрядку. Хотя Гред, заходя в целиком зеркальный лифт и оглядывая себя со всех сторон, уже купил проститутку-фланка. Помоложе и поноровистее, чтобы целенький был и не разработанный. Он на время успокоит плоть и позволит работать дальше: и с документами Лагуны, и с будущими рабами.
Мужчина уже прокручивал, как отберет себе самых перспективных, прежде, чем остальные фланки получат право доступа.
А пока в фойе отеля Греда ожидал помощник Кхра. С документами и докладом об основных моментах дневной церемонии.
- Ты привез? - вместо приветствия, спросил кронпринц, застегивая на шее защитную цепочку и включая режим активации.
- Да, чай доставят в номер.
- Я не про это... - Гред раздраженно отметил, что более слабые фланки уже вызывают в нем негатив. Значит первая фаза началась.
- Да, вашу добычу на этот сезон уже разместили в отеле. Вот ключ.
- Прекрасно. - мужчина принял протянутую карточку с номером. - До вечера подготовь и проинструктируй его. А теперь - к делам. Из чего будет состоять церемония?
- Сначала будет проводиться экскурсия по центральному дворцу для почетного гостя. Далее - выступление императора Свободной Лагуны, который подтвердит, что подписан мирный договор. Далее - передача документов на штицев и банкет. К прибытию вашего брата лагунцы обещали расчистить столицу от беженцев, которым выданы визы на отбытие, и соответственно - собрать в одном месте претендентов.
- Я понял. Кхра, такая просьба: мне нужны сведения по лучшим кулинарам из списка штицев. Ну, да! Лани попросил сладкого. Я хочу сделать подарок. Он заслужил...
Помощник понятливо закивал. Арий наследника действительно вызывал слюни. Томный, как полуденный зной. Со стройными ногами и тонкой талией. С великолепным личиком. Кхра про себя даже облизнуться боялся, но, как и многие, мечтал потрахать игрушечку, и не один раз, а чтобы было много времени, чтобы всласть...
- О чем задумался? Хватит витать в облаках. - остудил короткие фантазии Гред, забирая из рук помощника папку. - Твоя задача на сегодня следить за моей вещью. Лани поедет покупать платье. И лучше, чтобы с ним отправился этот приживалка, его слуга с Арии. Не хочу инцидентов и слез потом...
- Будет исполнено. - Кхра воодушевленно отдал честь фланку, упиваясь мыслью, что хотя бы глядеть на ария сможет. А уж подрочить...
- И смотри, рот закрывай, когда с ним рядом. Ты понял, фантазер? - еще раз поинтересовался Гред, а потом махнул рукой - бесполезно. Разве мальчишку исправишь? Лишь бы спокоен был и не рыпался в армию. Дядьке обещано, что малыш годик адьютантом отслужит и целым домой вернется.
Огромная черная машина уже стояла у дверей. Шофер предупредительно открыл хозяину дверь в салон.
- Доброе утро, - поздоровался вежливо. Гред тоже молча поприветствовал сгрига, который работал у него уже почти пять лет. Громила предпочел снять квартиру, а не жить в гостинице. Сказал, что хочет почувствовать, что такое дом. Фланк не возражал. Сейчас его больше волновало то, как сложится собственная судьба.
Новые земли давали новые же возможности для развития. И Гред точно знал, что в будущем сезоне вызовет брата на поединок, чтобы занять место главы.
- Сперва в совет Свободной Лагуны. Туда же прибудут другие фланки-послы.
- Знаменательный день? - сгриг вырулил на основную трассу.
- В какой-то степени да, если учитывать, что штицы - лишь повод доказать наше превосходство и заставить принять нужные правила игры.
- На вашем месте, принц, я бы теперь еще и об охране подумал более сильной. - заметил сгриг спокойно, но Гред отмахнулся, хотя прекрасно понимал, что негласного сопровождения недостаточно. И требуется изменить схему защиты. Но не теперь. Не следует привлекать внимание и заранее повышать статус.
Фланк откинулся на сидение. Раскрыл подготовленные документы по завоеванной планете. Скользил взглядом по плывущей перед глазами трехмерной проекции, читал доклады, но при этом постоянно возвращался в спальню, видел золотистую фигурку Лани, представлял, как тот теперь занимается собой, чтобы встретить господина вечером во всеоружии. И злился, что вынужден использовать для удовлетворения присланного фланка.
За окном мелькали каналы, на которых лагунцв выстроили дворцы и разбили сады. Прохожих стало меньше. Зато появились солдаты в красных мундирах, которые стояли караулом на въезде в центральную систему дворцов.
Белоснежный мрамор сочетался с яркой зеленью, еще не тронутой холодными ночами. Празднично смотрелись похожие на зефир строения вельмож. И фланк заулыбался, понимая, что скоро Лагуна станет еще одной колонией, подчиненной и послушной, как ласковый ручной арий. - Элан, ты вчера помог тому штицу... Почему? - Гред внезапно вспомнил вчерашнюю потасовку на набережной, когда он возвращался с переговоров.
Сгриг пожал плечами.
- Пожалел. - односложно ответил он.
- Под всяким действием есть мотивация.- кронпринц заулыбался хитро. - Признайся, что заметил его до драки? Ты, такой хладнокровный, непробиваемый, вдруг вступился за какого-то мальчишку, беженца...
Сгриг медлил с ответом. Машина начала тормозить около подъезда...
- Одна просьба, ваше величество, - вдруг попросил шофер. - Я знаю, что вы станете делить рабов...
Гред приподнял выжидательно бровь. В темно-синих грозных глазах мелькнул интерес - сгриг и просьбы несовместимы по определению. А это что-то из ряда вон.
- Я хочу за этого штица попросить... Если вы будете милостивы и позволите мне его забрать себе...
- Какие речи! Элан, а ты лукавая бестия оказывается... - рука Греда коснулась ручки двери. - Значит знакомство не ограничилось спасением... - короткая пауза. - Я подумаю... - добавил он благосклонно, а сгриг заулыбался с благодарностью большого ребенка.
3
Льюис даже представить себе не мог, что так устанет за свою первую рабочую ночь. Мыть посуду оказалось нелегко, так как приходилось постоянно загружать ее в определенную часть машины: бокалы на верхние полки, тарелки в середину, столовые приборы - вниз. Следить за водой, моющими средствами, одновременно контролировать напор и прочее, и прочее. Да и развеселые клиенты постоянно то разливали вино, то опрокидывали блюда. Так что швабра и совок не оставляли Льюиса, который только теперь осознал, насколько он превратился в изгнанника. Но юноша плотно сжимал зубы, успокаивая себя тем, что первый день всегда дается тяжело, что неделя унизительного путешествия до Лагуны и теперь самая простая работа - только шаг... А не конец, и у него впереди сотни возможностей избежать контакта с фланками. Не станут же они рассматривать каждого штица в качестве добычи?
Льюис плелся домой, чуть дыша от усталости. Если пройдет треклятая церемония выбора раба, то путь к Лиге откроется. Не сейчас, так хотя бы через полгода. Штицы умеют затягивать пояски - тратить оставшиеся деньги не следует. Они еще пригодятся на черный день. Гораздо интереснее копить, чем растрачиваться на съестное. В желудке раздалось недовольное бурчание, но юноша проигнорировал потребности организма. И отогнал от себя сладковатый запах открывшейся напротив булочной, представляя, что попробует однажды куда более вкусное угощение - созданное из выращенного собственными руками тростника.
Только для этого нужно сперва очистить площадку от хлама.
Льюис добрался до квартиры, вошел в тихий коридор, предполагая, что новый знакомый еще спит. Тихонько проскользнул в ванную, стянул одежду, пропахшую дешевой едой, дымом и спиртным. Шагнул в душ и подставил лицо потокам воды. Вода освежала не только кожу, но и разум - беспомощный перед слишком тяжелыми жизненными задачами. Что предложил бы дед в данной ситуации? Не рыпаться. Сохранять себя и семена. Не позволять чужеродному завладеть вниманием. А потому юноша закрыл глаза и начал взывать к предкам. К мудрости, которую так и не успел обрести, потому что оказался лишним.
Юноша услышал звук открывающейся двери и хоть и находился за прозрачной перегородкой, запаниковал невероятно, заскользил, уцепился за стену... Сгриг. Надо же было не повернуть защелку!
- Извини, я не знал, что ты вернулся... - сосед сразу покинул ванную, а Льюис все равно несколько минут стоял, вжавшись в стену и трясясь от страха и волнения. Потом быстро обтерся, с сожалением потянул на влажное тело грязные шмотки, кляня себя, что забыл чистые в комнате.
- Тебе носить что ли нечего? - Элан вырулил из кухни в спортивном костюме с чашкой горячего кофе в руке. Янтарные глаза изучали прикид юноши с иронией.
- Есть, - буркнул Льюис и опять поднял полный затаенного ужаса взгляд на гиганта. Тот отхлебнул глоток с явным удовольствием.
- Я понял, что есть. - заметил он. - Смена белья, еще одни джинсы и майка.
- Ты по вещам моим лазил? - молодой штиц начал медленно вскипать, вспомнив обещание сгрига. Хотя что ожидать от опасного зверя? Так называют их расу - злобные, безмозглые, пособники фланков.
- Нет. Я тоже с этого начинал, пока не поимел мир сам. - Сгриг ни капли не перешел границ дозволенного, даже заметно отступил. - Там в холодильнике яйца и творог... Ты бери, не стесняйся.
- Спасибо, - волнение вновь схлынуло с Льюиса. Не так уж и страшен сгриг. Фобия. Глупости... - Я потом отдам. Мне неудобно, правда... Прости, выдался тяжелый день.
- Ерунда, брат. Отдыхай спокойно, а я на пробежку.
Юноша окончательно пришел в себя, лишь когда избавился целиком от ауры сгрига, отбросил рефлексию и размышления над тем, почему каждый раз ведет себя рядом с горой, словно щенок. Или он так и выглядит?
А потому опять снял все вещи, переоделся, грязные пихнул в машину для стирки и вскоре уже сидел на диване в комнате, флегматично пережевывая яйца и глотая кофе. Сон накатывал на юношу, как иной раз на младенца. Вроде жуешь, вроде клюешь носом. Голова опустилась вниз, рука с вилкой так и осталась в тарелке.
Последнее, что помнил и чувствовал Льюис, это то, что Элан забирает остатки завтрака и укладывает его на подушку, закрывая пледом. А потом пришел сон, глубокий, впервые после начала войны. И молодой штиц изнутри ощущал, как обрываются нити с родителями и дедом, потому что они окончательно покидают пределы вселенной, чтобы стать зернами тростника и придать им великую силу.
Юноше снилось зеленое поле, птицы, свободно парящие в светлом небе. Казалось, он и сам способен вот так же подняться выше деревьев, упиваться поцелуями дождя, играть с ветром, плавать в невесомости. Лететь к родному дому... Все ближе, ближе... Крича, что скоро придет, что... Но окна разбиты, но стены черны, и рушится мир, как карточный домик.
Льюис резко сел на диване. Плед пополз вниз. Пальцы напряженно вцепились в сидение - маленькие, тонкие, с круглыми розовыми ногтями. Костяшки побелели от напряжения. Всего лишь видение явилось пугать, но кажется, теперь уже не вернуть прошлого и не обрести настоящего. Тебя отдадут фланку. Ты утратишь свободу. Унизительнее только прилюдное наказание перед общиной или что? С чем можно сравнить нынешнее положение?
Штиц закрыл лицо руками, заплакал тихо, навзрыд - никогда он еще так не плакал. Когда-то давно отец говорил, что ранка от падения еще ничего, дул, промакивал ватой с настойкой, утешительно гладил ревущего ребенка. Ранка - да! Заживет и забудется. Но здесь совсем другое - война украла родину безвозвратно. Потянуться к бритве, сделать надрез на запястье.
Льюис смотрел без эмоций, как кровь стекает по ладони, по пальцам, как капает на пол.
"Дед не одобрил бы твоего поведения, - сказал себе тихо. - Ты отвечаешь за память предков. Великое сокровище держишь в руках". Проглоченная слеза горше утраты казалась теперь. А жизнь? Льюис накрутил на запястье оторванный от рубашки подол, затянул зубами крепко. Встал и вновь посмотрел на площадку. Если принял решение, будь последовательным до конца.
Все следующие дни юноша помнил лишь несколько вещей: рабочие ночи, глубокие сны до обеда, встречи с великаном по утрам и таскание хлама до ближайшего контейнера. В конце недели площадка уже не выглядела такой маленькой, а некоторые палки и железяки вообще были пущены штицем в дело. Более того, он нашел здесь крепкие деревянные ящики. И даже старый, но вполне крепкий шланг.
Элан вопросов про расчистку не задавал, зато однажды утром юноша обнаружил на пороге мешок с плодородной землей и три квадрата стекла.
- Подумал, тебе пригодится, - сгриг опять вырулил с кухни с чашкой и в обычном своем костюме для пробежки.
Льюис после сумасшедших ночей расплылся в трогательной улыбке.
- Спасибо, - пробормотал, стесняясь такого внимания.
- Я еще лески тебе притащу и гвоздей, - подмигнул великан. - Любопытно, что получится.
- Это не сразу... Долго делать...
- Завтра выходной - подсоблю.
- Я не все могу купить пока для точного воспроизведения и чтобы заработало. - попытался отвертеться Льюис, но сгриг лишь рукой махнул.
- Не больше сотни потратишь, если разумно подойти и список заранее составить. Я одолжу. Можешь частями отдавать...
Юноша нервно прикусил губу. Теперь его страх преобразовался во что-то новое - приобрел черты постоянного размышления о сгриге. Даже если того не было в квартире, ощущались сильная аура и запах. Льюиса подавляла забота совершенно постороннего, практически чужака. Он искал объяснение и старался не отвечать себе, потому что точно понимал почему. Интерес читался в глазах Элана с самой первой встречи.
Если бы юноша мог собрать вещи и уехать, выбрать новую квартиру, найти подходящего штица, чтобы устроить хоть какой-то быт... Но его словно влекло в омут, ему даже была отчасти приятна заботливость великана.
Определенные механизмы работали против Льюиса, еще не выбравшего пол, но сознающего, что Элан взял ведущую роль в этом ограниченном пространстве. А его короткие прикосновения, как будто нечаянные, трогательные, почти испуганные! Ожидание отторжения. А постоянная опека!
- Боюсь, что мне не по силам, - Льюис хотел любым способом отказаться от помощи соседа. Решительно направился к себе в комнату и закрыл дверь, чтобы дождаться, когда сгриг уйдет наконец. Не прошло и десяти минут, как тот вновь нарисовался в дверях - уже с каким-то свертком в руках.
- Тут друзья отдали? Посмотришь? Кажется, тебе как раз по размеру будет.
Льюис встал. Хоть чуточку бы вырасти, научиться выгонять и не реагировать так откровенно на голос соседа. Не краснеть густо, словно общение что-то значит. Не выглядеть заблудившимся в лесу ребенком.
- Я пошел, - сгриг положил очередной подарок на диван, отступил в коридор, а юноша так и остался тот гипнотизировать.
Обычно у штицев подобные жесты расценивались как выражение не просто симпатии, но в чужом мире, где все живут разобщено и не помогают друг другу, не держатся семьи, поселения, не оберегают общину, подарок может ничего вообще не значить.
Что юноша знает о сгриге? Что тот вроде выступал на ринге, что работает у врага, что по ночам храпит так, что стены дрожат. Что любит сладкое и использует простое лезвие вместо механического...
Привычка следить за членами, входящими в сообщество, заставляла молодого штица и здесь наблюдать. Вся деревня погибла в огне. Фланки убивали намеренно. Всех, кроме тебя, Льюис. Тебя сунули в машину с другими перепуганными подростками и доставили до города - выбираться с планеты самим.
Рука потянулась к бумажному пакету. Надорвала край, под которым обнаружилась шерстяная темная ткань и другая - из тонкого кашемира. "Он купил это мне, - мелькнула короткая мысль. - Выбирал".
Льюис встал и отправился к окну, сильно взволнованный. Сейчас же следует собрать вещи и уйти. Ты не имеешь права принимать дары и не отвечать. Ты видишь, что скоро границы будут нарушены.
Есть обязательства перед утраченным родом. Есть правила, по которым семена предков должны возродить мир штицев. Тогда найдется пара. Которая сдвинет камни. Сдвинет ветра и дожди. Терпи, Льюис...
Не поддавайся мягкости, хотя тебе так не хватает ласки и тепла. Но ты сильнее, чем думаешь, и пустишь корни в подходящую почву.
Юноша не помнил, как прошел день. Он резал стекло, он сочленял железо и поднимал свой мини-садик все выше, а потом без единой мысли отправился на ночную пытку посудой и уборкой. В кафе бурно веселились лагунцы, которые много пили и унизительно отзывались о штицах, как об отбросах, чье место на заднем дворе фланков. Льюис еще ниже опускал голову и терпеливо слушал, кем считают его свободные, не знавшие огня подонки. Он мыл за ними посуду, хотя мог сейчас гладить траву и дышать свободой до самого горизонта. В его мире царила гармония.
- Убери, мразь, - очередной приказ за долгий вечер, и опять юноша безропотно принялся собирать с пола выброшенные салфетки. Он собирал, а лагунцы смеялись. И конечно, могли ударить. И уничтожить. Легко добить тех, кто лишен корней.
К утру Льюиса качало от усталости и глубокой обреченности. На автомате он добрался до квартиры на набережной, долго шарил по карманам в поисках ключей и осознал, что забыл их в коридоре. Звонить? Если сгриг еще спит, ведь у него выходной, получится не очень удобно. Палец нерешительно надавил на темную кнопку. Тишина. Льюис прислонился лбом к холодной поверхности, не чувствуя ни ног, ни рук от усталости, когда уловил какое-то движение в коридоре. Сгриг щелкнул замком и теперь стоял на пороге в одних трусах и длинной рубашке, натянутой явно со сна. На взлохмаченной голове волосы стояли вертикально, рот раскрылся в зевке... Великан был таким огромным в одежде, но юноша просто опешил, когда оценил все его мышцы, всю возможную физическую силу.
- Ключи забыл. Видел... - еще один протяжный зевок. - Пойду дальше досматривать...
- Прости, я не хотел тебя будить, - юноша мялся на пороге, пытался успокоиться и не заплакать от скопившегося в душе напряжения. Ни к чему чужаку знать о проблемах мальчишки.
- Да глупости, брат. Ты чего не примерил? Зима не за горами... - Элан отодвинулся в сторону, пропуская Льюиса внутрь. Тот рванул к своей комнате слишком резво. Из последних сил, как в темную нору, где есть подушка, в которую можно выплакаться и успокоиться. Но огромные руки на этот раз не пропустили юношу и впервые перешли границы.
Более того, сгриг внимательно рассматривал лицо, глаза, полные слез, а потом молча сгреб в охапку и позволил целиком погрузиться в тепло ауры. Льюису в первую секунду показалось, что это пушистый зверь решил утешить. Что огромные лапы качают и несут в заветную темноту душу. Медведь. Белый. Самый страшный хищник, согревающий тонкий росток.
- Все будет хорошо, верь, брат! Я тебя в обиду не дам. Тсс, - рука стала гладить волосы рыдающего юноши. - Все пройдет. Не сразу, со временем... Ты держись... Ну, поверь мне. И потом... Потом ты посадишь зерна. Те, что в коробочке. Начнешь заново... Я тебе помогу.
- Не надо! - Льюис вырвался из разжавшихся объятий и быстрым шагом направился в комнату. Он отчаянно закинул в сумку брюки, свитер, осеннюю куртку, продолжая утопать в растущем огромной волной прорвавшемся горе, бормотал под нос, что вырвется за границу Лагуны и доберется до Лиги.
Элан наблюдал за суматошными действиями штица, прислонившись к косяку, а когда мальчишка сунул в нагрудный карман заветную коробочку и развернулся, собираясь убраться, перекрыл выход.
- Совсем сдурел, - закачал головой с какой-то отеческой огорченностью. - Да тебя дальше порта не пустят. Ты в списке - я сам видел.
Льюис поднял глаза на великана. Янтарь в них светился с сумасшедшей силой. Сумка с плеча упала на пол. Тело затряслось...
- Где видел? - пробормотал, утирая нос.
- У фланка. - сгриг закряхтел несмазанной телегой, замялся. - Тем, кого не возьмут в рабы, перережут глотки.
Льюис побледнел.
- Я говорил с моим хозяином о тебе...
- Обо мне?
- Я спрашивал, могу ли тебя забрать как бы себе?
Юноша онемел. Гора сдвинулась и ввалилась в комнату. Надвигалась на штица, который опять почувствовал острый приступ страха, отступил и плюхнулся на диван.
- Через три недели сюда прибудут высшие чины во главе с императором Аргом. Вас всех парализует. Сработают вставленные чипы. Потом фланки выберут подходящих претендентов.
- Для чего мы им? - юноша не спрашивал, а дрожал.
- Когда как. Прислуга, ученые, любовники, повара... Кажется, последнее как раз то самое. Ты ведь умеешь готовить?
Льюис коротко кивнул.
- Вот за этим и нужны. Хотя я не исключаю и постели для хорошеньких особей. Если вы им физиологически, конечно, подходите.
- То есть? Разве не противоестественно природе спать не со своим видом? - Льюис весь дрожал, как в лихорадке.
- У моего хозяина больше двух лет живет арий. Пока вроде не менял. - сгриг на секунду вышел, оставляя молодого штица одного, а вернулся уже с бутылкой вина. - Выпьем. Что-то и у меня нервы шалят, - заявил он, разливая по бокалам. - Ты вот меня опасаешься, жмешься по углам. Понимаю, я здоровый детина. Но, брат, побольше твоего в жизни видел. И не такое паскудство, как рабство. Выпей, полегчает.
Юноша послушно, практически залпом осушил бокал. Вновь посмотрел на севшего в кресло Элана, стараясь не обращать внимания на его мощные волосатые ноги и... на то, что очевидно проступало под трусами.