Ересь белого налива,
загорелые колени - 
вот и лето: от разрыва
спелой тучи до Успенья.
Село бабочкой на палец, 
стало куколкой в ладони.
Ах, мин херц, еще не аллес!
Сердце стынет, сердце стонет,
буря мглою небо... полно!
Это яблоко червиво.
Это дерево припомнит
руки Евы, стан Годивы,
речь назойливой Далилы, 
скорбный очерк Магдалины...
Эта ветка тень продлила
на двойные крестовины
нашей детской. Нашей взрослой,
нашей жизни продолженье
так сомнительно и слезно.
Так бесспорно. Так на клейких,
в паутинке, рыжих листьях
поджигают капли радуг -
ради бога, без корысти,
в потаенных дебрях сада.