Нач. склада: другие произведения.

Проект "Терра-2"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 5.65*38  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что будет, если серьёзные ребята из нашего мира попадут в мир магический? Ринутся учиться магии? Будут торговать или изучать культуру? Начнут спасать всех от Тёмного Властелина? Не угадали, они его завоюют! Обновление от 03.02.12. Выложена 9-я глава, в которой наемники думают и приходят к неутешительным выводам.

   Как говорится в Библии, Бог всегда на
   стороне тех, у кого артиллерия получше.

Р. Хайнлайн, "Луна - жестокая хозяйка"

  
  
  
   Пролог
  
   Из протокола решений, принятых на собрании акционеров корпорации Terrum Research Inc. (Британские Виргинские острова):
   "...
   5. Сырьё, продукты его переработки, а также любые другие ценности, полученные в результате деятельности Корпорации на территории Аномалии, равно как и прибыль от другой операционной деятельности Корпорации, распределяются между акционерами Корпорации пропорционально их доле в уставном фонде Корпорации. Список акционеров и величина удельной части в уставном фонде Корпорации каждого из них указаны в Приложении 1.
   ...
   11. Изучение феномена Аномалии возложить на внутренние исследовательские подразделения Корпорации с привлечением при необходимости других научно-исследовательских организаций.
   ...
   14. Обеспечение боевой поддержки деятельности Корпорации, а также охрану её объектов и персонала на территории Аномалии возложить на вольнонаёмные боевые подразделения. Список нанимаемых боевых подразделений, численность личного состава и количество боевой техники в них указаны в Приложении 7.
   15. Обеспечение внутренней безопасности деятельности Корпорации на территории Аномалии также возложить на независимую контрразведывательную службу.
   ..."
  
  
  
   Глава 1. Совещание в верхах
  
   Спокойную, ленивую тишину утра разорвал артиллерийский выстрел.
   Да, давно я не слышал этих звуков, с таким же, как и утро, лениво-безразличным настроением подумал Аврелий. Однако, отметил он, артиллеристы принялись за обустройство резво - только позавчера вечером прибыли, а сегодня уже начали ознакомление с местностью и условиями...
   За первым выстрелом последовали новые. Била артиллерия неторопливо, со вкусом и расстановкой. Собственно, она не била по какой-то конкретной цели, а просто пристреливалась, экспериментируя, пробуя на ощупь особенности этого мира, пытаясь понять, оценить, прочувствовать, как на её работе могут отразиться новые условия - сила притяжения, плотность воздуха и чёрт знает что там ещё, что влияет на поведение снаряда в полёте...
   Аврелий допил кофе, прихватил лежащий прямо на столе автомат, проверил, не оставил ли рацию, и выбрался из блиндажа. Оказавшись на свежем воздухе, он неторопливо достал сигарету, закурил и осмотрелся. Как и следовало ожидать, местность со вчерашнего вечера совершенно не изменилась: ровная, как стол, степь, освещаемая ярким солнцем, какое бывает в апреле в умеренных широтах - достаточно яркое, достаточно тёплое, но загорать всё же пока не время...
   Наверное, ещё недавно здесь была сущая идиллия, подумал Аврелий, неторопливо направляясь к одиноко стоящему возле его блиндажа армейскому грузовику. Было здесь, надо думать, тихо, спокойно, а солнце освещало безлюдную степь. И тишина, прерываемая лишь звуками живой природы...
   Сейчас ни тишины, ни покоя не было. Воздух был полон множеством шумов, ни малейшего отношения к природе не имеющих: ревели двигатели проезжающих грузовиков и бронетранспортёров, слышался шум от строящихся укрытий, подземных складов, казарм и всего прочего, раздавались голоса перекрикивающих друг друга наёмников, слышалась канонада пристреливающейся артиллерии и все другие звуки, которые неизменно возникают в том месте, где обустраивается одновременно большое количество людей. Особенно если это место - оборудующаяся передовая база.
   Аврелий поудобнее устроился на водительском месте своего грузовика, запустил двигатель и направился к позициям на окраине базы.
   На переднем крае тоже никаких изменений не наблюдалось. Стояли, никем не потревоженные, три ряда колючей проволоки, переговаривались о чём-то своём часовые, поудобнее расположившись прямо на брустверах и мешках с песком, а вдалеке виднелся всадник, за прошедшие недели превратившийся в такую же обыденную деталь пейзажа, как и всё остальное. Здесь было намного тише, чем на базе. Ближайшие к подъехавшему грузовику часовые лениво помахали рукой, мол, ничего интересного за время дежурства не случилось, и вернулись к своим делам. Аврелий вышел из машины, достал бинокль и снова, в который уже раз, начал изучать лежащую перед ним местность, уделив, как всегда, особое внимание всаднику.
   В облике всадника, вообще-то, тоже ничего необычного не было. Всадник как всадник. На лошади. Стоит, не двигается, и, надо полагать, занят тем же, что и Аврелий, - наблюдением за потенциальным противником. Неизвестно, что там мог видеть местный кавалерист, но Аврелию мощности офицерского бинокля вполне хватало, чтобы рассмотреть разведчика.
   Следящий за базой всадник был эльфом. Нет, на самом деле, поправил себя Аврелий, никаким эльфом он, конечно, не был. Он вообще был миарит - именно таким было самоназвание народа, с которым уже успели войти в контакт экспедиционный корпус, и представитель которого сейчас маячил перед Аврелием. Эти аборигены весьма мало отличались от обычных людей, а издалека - не отличались вообще. Но характерные особенности данных местных жителей настолько напоминали литературных персонажей, что наёмники моментально окрестили их эльфами. Были эти самые миарит довольно высокими, чуть выше среднего человеческого роста, но какими-то... чересчур стройными, что ли? Кроме того, все виденные миарит поголовно были блондинами, имели раскосый, миндалевидный разрез глаз, а ещё - и именно за это получили своё прозвище - явно заостряющиеся к верху уши. Откуда у этого народа, во всём ином мало отличающегося от обычных людей, взялись острые уши, понять никто не мог. Впрочем, никто особо и не старался.
   Всадник отвернулся, поворотил коня, предоставив возможность рассматривать себя в профиль, и начал глядеть в противоположную от базы сторону. В открывшемся виде тоже ничего интересного не было. Тот же всадник, только теперь в профиль. Конный боец, очень похожий на рисунки из книг по древней истории. Или, может, средневековой - Аврелий до сих пор затруднялся определиться, на какой стадии развития находится местное население. Но седло, уздечка и стремена присутствовали, так что на полных дикарей эльфы всё же не походили. К седлу был приторочен лук, а на поясе кавалериста красовался меч в ножнах. Нет, явно не дикари. Наверняка и государство уже давно образовали...
   Аврелий перевёл взгляд с экипировки разведчика на его лошадь. Вот как раз лошадь была самой натуральной лошадью. По крайней мере, не было замечено ничего такого, что не позволяло бы животное под всадником определить как обычную, известную по всей Земле лошадку. Или всё же не лошадь, подумал Аврелий, отрываясь от бинокля. Вот, скажем, мустанги, водившиеся в Америке, - это лошади или нет? Ковбои, помнится, их тоже вполне успешно ловили и под седло определяли...
   Размышления Аврелия о природе лошадей и их ближайших родственников были прерваны ожившей рацией:
   -- Доброе утро, Аврелий, -- раздался из рации голос Толстого Ника. -- Ты сейчас где и чем занимаешься?
   -- Доброе утро, -- ответил Аврелий. -- Я на переднем крае. Любуюсь пейзажами.
   -- И что, есть чем любоваться?
   -- Да, в общем-то, нет. Всё как обычно.
   -- Ладно, ценитель пейзажей, жду тебя в штабе через полчаса, -- сообщил Толстый Ник и отключился.
   Аврелий вернулся к биноклю. Эльф, всё ещё продолжавший игнорировать базу, наконец дождался того, что высматривал, - второго всадника. Разведчики обменялись какими-то жестами, выполнявшими, надо полагать, местного приветствия, перекинулись несколькими фразами, после чего стороживший базу эльф куда-то отправился, а новоприбывший занял его место.
   Сменщик совершенно ничем от изучаемого перед этим разведчика не отличался: такая же лошадка, меч на поясе и лук у седла, даже одежда была похожего цвета - тёмно-зелёной. Интересно, у них так принято одеваться или это местный камуфляж? Вообще-то ни в древние времена, ни в средневековье не то что до маскировочного цвета - даже до обычной формы не додумались, а как дела обстоят здесь? С одной стороны, все виденные эльфы были одеты примерно одинаково и непременно в тёмно-зелёный цвет. С другой же - а кого мы ещё могли видеть, кроме разведчиков и других военных? Даже вступивших в контакт? Вряд ли местную богему, если таковая вообще здесь есть, на контакт отправляли, надо думать... Опять же, эльфы тоже, наверное, ломают голову, изучая пришельцев: это у нас мода такая - в пятнисто-зелёной одежде ходить - или признак какого-то статуса?
   Аврелий хмыкнул, посмотрев на свой камуфляж, залез в машину и отправился к штабному блиндажу.

* * *

   В штабе, кажется, уже все собрались. Аврелий кивнул присутствующим и быстро прошёл к своему месту. Толстый Ник, Гудериан, Абордажник, Торквемада... А это кто?
   Рядом с боевыми командирами сидел тип, для собравшегося общества совершенно чужеродный: костюм, рубашка, галстук, дипломат на коленях... Аврелий огляделся. Другие наёмники тоже недоумевали по поводу присутствия данной личности, и только Толстый Ник сидел, уткнувшись в ноутбук и что-то увлечённо изучая. Аврелий уселся за свой стол и приготовился к началу совещания. Толстый Ник наконец оторвался от компьютера и оглядел присутствующих:
   -- Так, все в сборе? Хорошо, тогда начнём. Прежде всего, господа, разрешите представить вам Кевина Дикса, -- Толстый Ник заглянул в экран компьютера, -- э-э... специалиста по переговорам. Его к нам прислала Корпорация. Он будет отвечать за взаимодействие с местным населением для более эффективного решения поставленных перед нами задач. Ну, переговоры там, заключение договоров, убеждение в том, что с нами не стоит воевать, и так далее, -- не выдержав до конца официозный стиль, закончил Толстый Ник.
   Все уставились на присланного "специалиста по переговорам". Тот ответил спокойным благожелательным взглядом. Любопытно будет посмотреть, как он собирается вести переговоры с местными, со скепсисом подумал Аврелий и оглянулся на остальных. Остальные, судя по их взглядам, тоже не верили в необходимость присутствия такого специалиста. Ладно, если заказчик полагает, что так нужно... Аврелий пододвинул поближе к себе пепельницу и закурил. Абордажник, передвинувшись так, чтобы доставать до этой же пепельницы, тоже вытащил сигареты. Толстый Ник с неудовольствием глянул на них и продолжил:
   -- Давайте, Кевин, я познакомлю вас с нашим командным составом. Аврелий - начальник штаба корпуса. Абордажник - командир "Дикой бригады", Гудериан командует отдельным танковым полком. Торквемада - начальник службы безопасности. Контрразведчик, если вам так будет понятнее... Должен быть ещё Дирижёр, артиллерист, но он сейчас занят - проводит контрольные стрельбы... Я, если до кого ещё не дошло, командую экспедиционным корпусом. -- Дождавшись, когда стихнут смешки, Толстый Ник продолжил: -- В процессе работы познакомитесь со всеми поближе. Вопросы?
   -- М-м... А названные вами имена - это... -- озадачился "специалист по переговорам", до этого вслед за Толстым Ником послушно переводивший взгляд с одного наёмника на другого.
   -- Это клички, Кевин, клички. У нас принято именно такое обращение, -- объяснил Толстый Ник. -- Что-то ещё?
   -- Договоры, переговоры... У нас появилась собственная дипломатическая служба? И зачем она нам? -- подал голос Абордажник.
   Этот вопрос интересовал и Аврелия. Непонятных вещей становилось всё больше, а вот объяснения этим вещам так и не предвиделось. Сначала язык, теперь вот "специалист по переговорам"... Конечно, надо сделать скидку на необычность этой кампании, столь разительно отличающейся от стандартного найма, но всё же, всё же...
   -- Заказчику виднее, -- буркнул Толстый Ник, всем своим видом показывая, что не желает углубляться в эту тему.
   Аврелий глубоко затянулся сигаретой. Так, а командующему корпусом тоже, кажется, непонятна потребность в этом парне... Действительно, есть группа контакта, которая с аборигенами, собственно, и возится, зачем присылать ещё кого-то? А если всё же необходимость в этом "специалисте" так ощутима, то почему он, чёрт побери, сидит в нашем штабе, а не среди палаток контактной группы?
   -- Хорошо, с этим разобрались. Продолжим. Начальник штаба, будь добр, доложи обстановку на сегодняшний день.
   Аврелий выругался про себя, вставая и туша в пепельнице недокуренную сигарету. Какая, к чертям, обстановка, два месяца всё без изменений, уже гарнизонный режим вместо боевого давно вводить надо... Аврелий подошёл к висящей на стене карте и как можно более скучным голосом начал докладывать:
   -- Вот тут располагается Окно, через которое мы, собственно, сюда и прибыли. Из окружающих пейзажей следует, что вокруг нас степь. Разведывательные партии исследовали местность на максимально возможное расстояние; результаты их работы показаны на карте. Как видите, на востоке от Окна ничего интересного нет: в тридцати километрах начинается море. Ну, или, может, океан, точно неизвестно. Большая вода, короче говоря. Приблизительно в сотне с четвертью километрах к северу от Окна начинается лес, который также заканчивается на побережье, а на запад тянется ещё приблизительно на две сотни километров. Как далеко простирается этот лес на север, мы не знаем. Как оказалось, данный лесной массив заселён... м-м... -- как всегда, нужное слово выскочило из головы, -- эльфами, в общем. Которые почему-то нас пропускать не желают. Поскольку приказа на начало боевых действий не было, а мирно не выходит, то на этом данные по северу и заканчиваются. На юге степь заканчивается болотисто-лесной местностью; она начинается приблизительно в трёх сотнях километров от Окна. Кажется, не заселена. По крайней мере, разведка никого не обнаружила. По приказу Корпорации мы прошли около восьмидесяти километров по степи к западу от Окна, где и начали обустраивать передовую базу. На которой, собственно, мы сейчас и находимся. Вот здесь, то есть, -- Аврелий ткнул пальцем в жирную отметку на карте с надписью "ПБ". -- Дальше на западе, судя по имеющимся данным, лежит преимущественно равнинная местность. Говорят, заселённая. Говорят даже, что настоящими людьми.
   Аврелий наконец оторвался от карты, по которой водил пальцем, и оглянулся. Как и следовало ожидать, ни малейшего интереса его доклад у наёмников не вызвал. Все это давно и прекрасно знали, и даже сам факт присутствия в другом мире уже никого не будоражил. Абордажник курил, стащив пепельницу со стола и держа её в руке, Толстый Ник опять углубился в изучение каких-то данных, только теперь находившихся не на экране компьютера, а в бумагах. Торквемада глубоко задумался о чём-то своём, а остальные просто сидели, даже не скрывая откровенной скуки. И только новичок в костюме и при галстуке с интересом слушал доклад. Аврелий отвернулся, чтобы не было видно его скривившейся физиономии, и продолжил:
   -- На данный момент у нас имеются следующие силы: мотопехотная "Дикая бригада", танковый полк Гудериана и некоторое количество обеспечивающих подразделений. Ах да, позавчера ещё прибыл Дирижёр со своим дивизионом тяжёлой артиллерии... И всё, в общем-то. Треть "диких" вместе с резервными группами находятся у Окна и обеспечивают его охрану, все остальные находятся здесь, на передовой базе. Нам ещё обещали вертолёты, но на данный момент они отсутствуют как явление... -- Аврелий сделал паузу, но шпилька в адрес Толстого Ника, давно уже обещавшего выбить хоть что-то из авиации, осталась без ответа. Поэтому Аврелий просто добавил: -- Доклад закончен.
   Толстый Ник, видимо, всё же прислушивался к монологу, так как сразу после его окончания оторвался от бумаг:
   -- Хорошо. Так, вводную часть мы закончили, теперь то, ради чего мы и собрались. Группа контакта наконец соизволила написать отчёт о проделанной работе. И я предлагаю вам всем с ним ознакомиться. Кевин, вас это не касается, этот отчёт вы уже получили в штаб-квартире Корпорации, другого нет... А вот командирам с ним познакомиться самое время... -- Толстый Ник покопался у себя в столе и вытащил оттуда несколько папок. -- Прошу, господа. Отчёты совершенно идентичны, так что выбирайте любую. На этом совещание можно считать оконченным. Кстати, Аврелий, скоро обещала прийти директива по поводу дальнейших действий, так что скучать уже недолго осталось.
   Аврелий кивнул, взял папку и вместе со всеми выбрался наружу, к апрельскому солнцу и строительному шуму. Наёмники расходились по своим частям, даже новоявленный дипломат куда-то направился. Аврелий тоже было собрался двинуться к себе, но, заметив внедорожник, целеустремлённо двигающийся к штабу, решил подождать. Из подъехавшей машины выбрался молодой, лет двадцати семи, тёмноволосый наёмник с цепким, проницательным взглядом. На плече у него болтался укороченный автомат.
   -- Дирижёр, командир отдельного наёмного артиллерийского дивизиона. Прибыл по приказу командующего корпусом, -- представился он.
   -- Да помню, помню, что ты дирижёр крупнокалиберный, -- отмахнулся Аврелий. -- Поздно, ты, правда, прибыл. Совещание только что закончилось.
   -- Ну, извини, был занят поставленной задачей, -- развёл руками тот.
   -- Кстати, как там? С поставленной задачей в смысле?
   -- В общем и целом - нормально. Есть некоторые отличия от стандартных показателей, но совсем небольшие. Я уже распорядился внести изменения в таблицы для стрельбы.
   -- Хорошо, -- кивнул Аврелий. -- Вас уже разместили? Вопросов, проблем нет?
   -- Нет, всё нормально... Так мне заходить? Если совещание уже закончилось?
   -- Зайди, зайди. Там наш командующий раздаточный материал для ознакомления предлагает, -- Аврелий показал папку. -- А потом загляни в группу контакта. Знаешь, где это? Пятый сектор, там ещё табличку присобачили: "Осторожно, учёные!". Определишься, кто тебя языку обучать будет.
   -- Какому языку? -- Дирижёр, собравшийся уже было спуститься в блиндаж, повернулся и с недоумением взглянул на Аврелия.
   -- Местному, какому ещё...
   -- Какому ещё местному? -- переспросил сбитый с толку артиллерист. -- С чего бы это?
   -- Заказчику виднее, -- сообщил Аврелий, постаравшись скопировать интонацию Толстого Ника. И, решив всё же не мучить подчинённого, добавил: -- Не знаю, честно говоря. Приказ Корпорации: все командиры частей и соединений, нанятых в этой кампании, обязаны изучить местный язык.
   -- Слушай, но это же бред! Для чего мне изучать бормотание этих остроухих? Если бы я учил язык каждой местности, в которой приходилось или придётся работать...
   -- Ты это Толстому Нику расскажи, -- перебил его Аврелий. -- Или, что ещё лучше, умникам из штаб-квартиры Корпорации. Потому как наш командующий сам, кажется, не понимает, на кой чёрт оно нам сдалось. Между прочим, бормотание именно этих остроухих тебя учить не заставляют. Обучать тебя будут местному языку международного общения, который, как клянутся спецы из контактной группы, должны тут знать почти все. Да ты не переживай, он на самом деле очень простой. Ни глаголов неправильных как у одних, ни полутора десятка времён, как у других. Только словарный запас накопить, по большому счёту, грамматика тут несложная... Кстати, уйма слов образуются простой приставкой суффиксов или префиксов, так что слов тоже не так уж и много запоминать надо. Как в эсперанто.
   -- Можно подумать, я помню, что такое суффиксы или префиксы, -- пробурчал всё ещё ошарашенный Дирижёр. -- Или эсперанто. Я, знаешь ли, артиллерист, а не лингвист...
   -- Ну вот, пообщаешься с лингвистами - и вспомнишь. -- Аврелий похлопал Дирижёра по плечу и отправился к себе.
   Между прочим, Дирижёр прав, нечего сказать, размышлял по дороге Аврелий. Учить язык местного населения - это самый настоящий бред. Тем более - наёмникам. Даже во время самой что ни на есть крупномасштабной или долгоиграющей войны солдатам в лучшем случае разговорники выдавали. Но учить язык, пусть и только офицерам?.. Ладно, этот вопрос мы, помнится, уже поднимали в самом начале. И что? Правильно, и ничего. Заказчику виднее. Магическая фраза. Так что опустим пока этот вопрос, потому как ответ на него всё равно не предвидится...
   Намного интереснее то, что язык этот действительно очень прост и максимально приспособлен для овладения им в кратчайшие сроки, продолжал рассуждать Аврелий. Действительно, что-то вроде местного аналога эсперанто. Но эсперанто не возник сам по себе, его умник какой-то придумал. Кажется, какой-то врач поляк. Или еврей? Не помню точно. А кто тогда придумал местный аналог?.. И потом, этот же эсперанто возник не в древние времена, общество должно было развиться до такого уровня, что кто-то мог себе позволить языки придумывать вместо того, чтобы в поте лица на хлеб насущный зарабатывать. Так до какого тогда уровня развилась местная цивилизация? Получается, это только местные остроухие аборигены с мечами и луками скачут, а вообще-то развитие пошло намного дальше? Ну, положим, всё равно не двадцатый век - нет ни одного перехваченного радиосигнала, ни одного пролетевшего самолёта. Где на Земле, по крайней мере во второй половине двадцатого века, можно было найти место, где не ловились бы никакие радиосигналы, а за два с хвостиком месяца не пролетел ни один самолёт?
   Стоп. Это я сейчас напредполагаю... В наше же земное средневековье, мрачное и забитое, в десятках монастырей по всей Европе монахи с феноменальным упорством занимались поисками философского камня. И, что характерно, не переживали насчёт того, где бы для себя хлеб насущный достать... Почему бы не предположить, что какие-нибудь местные монахи с таким же упорством занимались не алхимией, а лингвистикой? Например, тоже хотели что-нибудь найти? Пусть не камень философский, а, скажем, заклинание? Тоже философское, превращающее любую вещь в золото, или что тут у местных ценится? А что, чем не рабочая гипотеза? Ладно, сначала надо бы ознакомиться вдумчиво с плодами деятельности контактной группы, а потом уже выводы делать. Если, конечно, будет из чего эти самые выводы делать...
  
  
  
   Глава 2. О бесполезности учёных докладов
  
   Аврелий перевернул последнюю страницу доклада контактной группы и приложился к кружке с кофе. Впечатление от прочитанного было удручающим. Минимум треть доклада занимали предположения, которые лично он, Аврелий, высказывал членам контактной группы в тайной надежде, что эксперты, пообщавшись с местным населением, смогут их подтвердить или опровергнуть. В результате получились те же догадки и высказывания, только теперь от имени дипломированных специалистов. Остальной текст в большинстве своём представлял жуткую смесь из фактов и домыслов, очень интересных для любой бульварной газеты, но которые никоим образом не могли помочь командованию корпуса.
   Аврелий ещё раз отхлебнул кофе и закурил. Если бы такой доклад мне на стол положил начальник разведки, я бы его отправил под трибунал, мрачно решил он. С требованием расстрелять по причине халатного отношения к должностным обязанностям. Жаль только, что группа контакта штабу корпуса не подчиняется и под устав наёмников не попадает. Ч-чёрт, кто вообще эту группу формировал? Почему в её составе не оказалось ни одного нормального разведчика, знающего, что необходимо командованию?
   А ведь это, между прочим, и моя вина, подумал Аврелий. Всё-таки начальник штаба, так что несу полную ответственность в том числе и за разведку. Как же это я так промахнулся? Опыта не хватает, привык быть командиром, почти всё от вышестоящего штаба или командования получающим, вот и не учёл... Ну хорошо, а Толстый Ник куда смотрел? Уж у этого-то дядьки опыта намного больше, что же он не озаботился? На меня понадеялся? Зря, получается, понадеялся... Ладно, ничего страшного пока не случилось. В конце концов, именно это и называется опытом, и пока соответствующее количество синяков себе не наставишь, не поумнеешь. Лучше, конечно, учиться на ошибках других, но это уже как получится... Тем более, что контактировали мы только с недоразвитым народцем, который дальше луков с мечами не дорос. Ничего, переживём.
   Двумя большими глотками допив уже остывший кофе, Аврелий взял папку с докладом, повесил на плечо автомат и выбрался из блиндажа. "Кстати, а почему я своей машиной не воспользовался? Так у штаба и осталась", -- запоздало мелькнула мысль, когда он уже направился к штабу. Не привык ещё к личному транспорту вне боевых условий. К машине не привык, учитывать все нюансы тоже не привык... Нет, так нельзя, надо срочно ко всему привыкать, иначе с должностью придётся быстро попрощаться... И хорошо, если только с должностью.
   В штабе обнаружились командующий корпусом, Торквемада и новоявленный дипломат, уже успевший сменить совершенно неуместный костюм на более удобные джинсы, рубашку и куртку. М-да, надо бы ему форму выдать... Аврелий прошёл к своему месту, кинул папку с докладом на стол и поудобнее расположился за столом. Поискал глазами пепельницу. Пепельница обнаружилась на столе у Толстого Ника, в руке которого дымилась сигара.
   -- Ну, что скажешь? -- поинтересовался Толстый Ник, затянувшись сигарой.
   -- Лажа, -- проинформировал Аврелий. -- Бред это, а не доклад. Домыслы, перемежаемые откровенной чушью. Некоторые места достойны быть увековеченными как образцы отсутствия логики. Вот, например, -- Аврелий подтянул к себе доклад и начал искать нужное место. -- Так, где оно?.. Ага, вот: "Данный этнос проживает почти исключительно в лесной местности". Запомнили, да? Хорошо, читаем дальше: "Ввиду того, что техническое развитие, а также степень развитости институтов государственной власти находятся в состоянии, не дошедшем даже до уровня мануфактурного производства, следует предполагать, что развитие военного искусства у данного народа также находится в зачаточном состоянии. Поскольку не были обнаружены свойственные для феодализма общественные и производственные отношения, можно утверждать, что боевые действия миарит будут вести сомкнутым строем, характерным для государств древнего мира или позднего средневековья (XVI век и позднее)", -- Аврелий отодвинул доклад и посмотрел на присутствующих.
   Впечатления обвинительный монолог не произвёл. Толстый Ник с безразличным видом продолжал курить сигару, Торквемада задумчиво кивал, только на лице переговорного специалиста отразилась работа мысли.
   -- И что именно здесь неправильно? -- наконец спросил он.
   -- Ну, представьте себе сомкнутый строй. Древнегреческую фалангу, например. А теперь представьте себе действия этой фаланги в лесу. Хотя бы учебный сбор для боевого сколачивания... Представили? Потому что у меня не получается.
   -- Да, действительно...
   -- Я вот думаю: эти эксперты знают о чём-нибудь ещё, кроме сомкнутых строёв? Или на греческой фаланге и римском легионе все их познания и заканчиваются? -- продолжил Аврелий. -- И что такое рассыпной строй они не в курсе? И, например, про парфянскую войну они не знают? А ведь именно римляне с парфянами воевали, причём в самом что ни на есть древнем мире. Или про тактику скифов в войне с персидским Дарием? Или...
   -- Начальник штаба, успокойся, -- произнёс Толстый Ник. -- Можно подумать, от всех этих кабинетных исследователей стоило ожидать чего-то другого.
   -- Я уже не говорю о том, что мне непонятно, в честь чего они напрямую связали государственные институты с производством и военным искусством, -- пробурчал, утихая, Аврелий. -- Но это ладно. А зачем в отчёт впихнули явно ненужную информацию? Вот, к примеру, -- он ещё раз перелистал доклад. -- "Имеющиеся данные позволяют утверждать, что представители вышеуказанного этноса являются генетически совместимыми с людьми". Объясните, зачем нам информация о генетической совместимости с этими аборигенами? Нашей контактной чудо-группе спустили разнарядку по толщине отчёта, и они туда пихали всё, что попадалось на глаза? Кстати, как они умудрились эльфа словить, чтобы исследовать его на предмет совместимости, интересно мне знать?..
   -- Да не ловили они никого, -- сказал молчавший до сих пор Торквемада. -- И никого, соответственно, не исследовали. Просто, как ты уже, должно быть, знаешь, здесь есть и люди - обычные люди, я имею в виду, как мы, с нормальными ушами. Вот эксперты, услышав, что бывают смешанные между эльфами и людьми браки, от которых рождается здоровое жизнеспособное потомство, и сделали такой вывод. Без всяких исследований. А касаемо того, зачем это поместили в отчёт... Дело в том, что доклад делался в одном варианте для всех - и для полевого штаба, и для офиса Корпорации. Вот и всунули туда всё, что смогли узнать. Не разбирая, что кому нужно в первую очередь.
   -- Понятно... -- протянул Аврелий, наблюдая, как Толстый Ник тушит в пепельнице окурок сигары. -- Ну, хорошо. Тогда последний вопрос. Что означает выражение "лица, обладающие паранормальными способностями", которое встречается в докладе? Причём я понял только то, что они есть. Что это за лица и как всё это понимать?
   Вопрос повис в воздухе. Ага, никому ничего не известно, но в отчёте пишется, заключил Аврелий. Интересно, почему? Даже если отчёт готовился прежде всего для Корпорации, а не для нас, всё равно непонятно. Не будут же серьёзные дяди в штаб-квартире довольствоваться бульварными сочинениями на тему сверхъестественных явлений?
   -- Так и понимать, -- внезапно произнёс Торквемада. -- Именно лица, которые обладают именно паранормальными способностями.
   Аврелий, уже изготовившийся сцапать пепельницу со стола начальника, замер. Медленно повернулся к контрразведчику:
   -- Э-э... А подробнее?
   -- Подробности должны быть позже. Контактная группа ничего не может сказать по этому поводу, так как с такими лицами не встречалась и в чём заключаются эти способности, не знает. Это, похоже, придётся узнавать даже не контактной группе, а тем, кто будет за ней. -- Торквемада улыбнулся. -- Переговорным специалистам, например.
   Аврелий посмотрел на переговорного специалиста. Как там его, Кевин? Лицо присланного дипломата не выражало никакой радости от открывшейся перспективы, скорее обречённую покорность. Стоп, а если про этих загадочных лиц никто ничего не знает, то откуда известно об их существовании?
   -- А с чего тогда появилась уверенность, что они вообще есть?
   -- Сталкивались, -- коротко ответил начальник службы безопасности. И, помолчав, добавил: -- Не группа контакта, другие люди.
   Аврелий всё-таки переместил пепельницу к себе на стол и закурил. Никакого предвкушения от встречи с непознанным не ощущалось. Ощущалась только усталость от непонятных моментов и того, что что-то скрывается от штаба экспедиционных сил.
   -- Подробности будут? -- спросил он.
   -- Подробностей я сам не знаю, -- сказал Торквемада. -- Нам ещё должны были прислать подробное заключение относительно случившегося инцидента. Но его пока что нет.
   Аврелий посмотрел на командующего корпусом. Толстый Ник почему-то не проявлял никакого удивления или беспокойства по поводу новой информации, просто сидел и слушал. Знает он что-то, что ли? -- подумал Аврелий. А если знает, то почему не рассказал? Дал подписку о неразглашении? Так ведь всё равно узнаем. Вот напоремся на такие "паранормальные способности" и узнаем...
   -- Про сам факт инцидента вы знаете и без заключения, -- чувствуя нарастающее раздражение, произнёс Аврелий. -- Между прочим, если что-то случится, то столкнутся с этим именно наёмники, а отвечать будет штаб. А не служба безопасности, которая, надо полагать, отсидится в глубоком тылу... И, кстати, с кем это произошёл инцидент? Самый крупный инцидент, который случился у нас, - это пришедшая на прошлой неделе партия некачественных консервов.
   -- Спокойнее, Аврелий, -- примирительно сказал Торквемада. -- Ничего важного от вас скрывать не собираются. Планировалось, что доклад контактной группы и заключение по инциденту будут розданы одновременно, поэтому ничего не сообщалось. -- Торквемада помолчал. -- Инцидент, разумеется, произошёл не с вами. С теми, кто был до вас. Ты ведь, конечно, догадываешься, что вы тут не самые первые?
   -- Конечно, -- кивнул Аврелий. Когда это наёмники были первыми? Наёмники появляются только тогда, когда становится совершенно очевидно, что без применения силы не обойтись. Или хотя бы демонстрации этой силы...
   -- Так вот, -- продолжил контрразведчик. -- Однажды разъезд столкнулся... с таким "лицом". Которое, не вступая в переговоры, использовало свои способности. В результате чего один внедорожник был уничтожен...
   -- А марка внедорожника? -- моментально встрял Аврелий.
   -- А вот это уже совершенно неважно, -- невозмутимо сообщил Торквемада. -- Но, естественно, он был бронированный. Впрочем, поражающая сила удара оказалась такова, что любая разведывательная машина была бы уничтожена. Вне зависимости от марки или производителя. Полное поражение, в чём-то похожее на действие кумулятивного снаряда.
   Понятно, подумал Аврелий. Кто здесь был до нас, представитель службы безопасности просто так не расскажет. Ладно...
   -- И что дальше? -- спросил он.
   -- И ничего, -- ответил Торквемада. -- Пулемётчик со второй машины, не растерявшись, расстрелял этого местного. Все подробности, как я уже говорил, мне самому неизвестны, но промелькнуло, что из пулемёта его пришлось расстреливать секунды три-четыре.
   -- Они что, такие живучие? -- впервые выказал удивление Толстый Ник.
   -- Нет, стрелок никак не мог поразить цель. Пули рикошетили. Как будто цель была за прозрачной бронированной перегородкой, которая потом почему-то исчезла.
   Паранормальные способности, подумал Аврелий. И лица, ими обладающие. Экстрасенсы. Волшебники. Наверное, и удивляться не надо: раз есть эльфы, то должны быть и волшебники. Хм, вот с волшебниками я ещё никогда не воевал... Интересно, а драконы здесь есть? Почему бы, собственно, тогда не быть и драконам? Не стоило, пожалуй, отправлять подразделения ПВО к Окну... Но кто же знал про здешние чудеса, уничтожающие бронированные внедорожники?
   Хотя если говорить совсем честно, то предвидеть что-то подобное надо было сразу, признался самому себе Аврелий. Не магов с эльфами, конечно, такого не предугадаешь, но какой-то подвох - непременно. Ещё когда подходили первые эшелоны. Ещё когда знакомился с наличными войсками. Потому что не стыкуется одно с другим - танки и всадники с мечами. Не будет никто гнать сюда тяжёлое оружие без веской на то причины. Да и "Дикую бригаду" в полном составе - тоже, обошлись бы менее дорогостоящими подразделениями...
   -- А кто это был? -- спросил Аврелий. -- Кто-то из наших остроухих знакомых?
   -- Так, господа, временно прекращаем дискуссию, -- прервал всех командующий корпусом. -- Если вы не заметили, то сообщаю: время приближается к обеденному. А потому договорить можем и по пути в столовую.
   -- Нет. Это был именно человек, -- всё же ответил Торквемада. -- По крайней мере, визуально.
   Он хотел добавить ещё что-то, но тут в блиндаж влетел возбуждённый, энергично махающий руками сотрудник контактной группы.
   -- Это... -- тяжела дыша, сообщил он. -- Эльфы... Ну, то есть миарит... Короче, они предлагают нам совершить официальный визит!
   -- Что, прямо сейчас? -- резко, сразу подобравшись, спросил Толстый Ник.
   -- Э-э... Нет, нас будут ждать завтра... В условленном месте...
   -- Хорошо, тогда мы всё-таки сначала отобедаем, а потом займёмся эльфами. И прочими лицами, -- не терпящим возражений тоном поставил точку в разговоре Толстый Ник.

* * *

   -- А в качестве представителя командования отправится начальник штаба, -- объявил Толстый Ник после обеда.
   Аврелий поперхнулся сигаретным дымом.
   -- Я?! Почему - я? -- откровенно растерявшись, спросил Аврелий.
   -- А у тебя успехи в изучении языка лучше, -- сообщил командующий. -- Кроме того, ты молодой, резвый. Пепельницы вон с начальского стола постоянно таскаешь...
   А ещё тебя, если что, не так жалко, мысленно закончил Аврелий. Не то чтобы было страшно - профессия приучает спокойно относиться к опасности - но покидать базу, ставшую вдруг такой родной, и отправляться непонятно куда, не хотелось совершенно.
   -- Так ведь эльфы хотели видеть полномочного представителя. Вот пусть наш дипломат к ним и едет. Тем более, что он, как оказалось, и язык их успел выучить, -- возразил Аврелий.
   -- Он и так едет, -- заметил Толстый Ник. -- Но мне нужен ещё кто-то, кто бы посмотрел на них вблизи. Кроме того, если он что-то напортачит или чего-то не заметит, то крайним будет всё равно штаб. И лучше, если кто-нибудь именно из штаба будет поблизости, чтобы знать, чего стоит ждать.
   Аврелий без энтузиазма кивнул. У него было своё мнение относительно необходимости своего участия в поездке, но, судя по всему, начальство уже всё решило.
   -- Хорошо, с этим разобрались. Торквемада, вы уверены в своём решении? -- продолжил Толстый Ник.
   Начальник контрразведки утвердительно кивнул:
   -- Вполне. Думаю, у меня там будет чем заняться... Тем более, что навыками агентурной работы владею только я. Если не считать моих орлов, конечно. Но сейчас я хотел бы сам посмотреть, что творится у наших остроухих друзей.
   -- Вы полагаете, за время визита вы сможете завербовать там агента? -- с явным недоверием поинтересовался командующий корпусом.
   -- Нет, конечно. Но познакомиться поближе, увидеть своими глазами, что они из себя представляют, - вполне. Тем более, что опасности практически никакой - эльфам, я так понимаю, самим интересно, кто мы такие и какими возможностями располагаем.
   -- Тогда всё, -- подвёл итог Толстый Ник. -- Главным по дипломатической группе назначается Торквемада. Аврелий, на тебе охрана и транспорт. Все остальные свободны.
   Аврелий вышел из палатки и направился к своему грузовику. Ну, командир, ну подбросил занятие...
  
  
  
   Глава 3. Командировка
  
   -- Чёртовы остроухие! Убил бы! -- не скрывая раздражения, сообщил в пространство Торквемада, с трудом перебираясь через очередное громадное дерево, лежащее прямо на тропинке.
   Аврелий сочувственно глянул на него. Да, человеку с такой сидяче-кабинетной работой, как у контрразведчика, должно быть тяжело пробираться через все эти препятствия... Кроме Торквемады, откровенно тяжело было ещё присланному дипломату, но тот, хоть и со страдальческой физиономией, сдерживался. Аврелий подавил вздох и оглянулся назад. Где-то там, за стеной леса, остались бронетранспортёры с наёмниками, предназначавшимися для почётного караула. Но машины в лесу не пройдут, большую группу эльфы взять не позволили, а потому теперь шли только Торквемада, Аврелий, Зорге, дипломат и ещё два боевика. Группа двигалась уже четвёртый день, преодолевая густые кусты, исполинские упавшие деревья и мелкие, но крайне неприятные овраги. На вопросы о том, сколько ещё добираться до конечного места, эльфы не отвечали. Вернее, отвечали, но уклончиво, - мол, нет, идти тут совсем недолго - и так с первого же дня путешествия...
   Двинулись дальше. Взгляд Аврелия упал на одного из эльфов, сопровождавших делегацию. Вблизи эльфы оставляли впечатление какой-то нереалистичности или, скорее, кукольности - эдакие нереально-гламурные персонажи из рекламы косметики, сразу вызывающие тем самым неприязнь и подозрения в нетрадиционной ориентации. Как там Зорге выразился? "Метросексуалы иномирные"? Удачная характеристика. Вон и кожа у них какая-то по-девичьи гладкая. У людей уже давно щетина появилась, а у этих - хоть бы намёк на бороду...
   Аврелий на ходу закурил. Как ни странно, но к разного рода мелочам, которые, вообще-то, должны были вызывать удивление или хоть какую-нибудь реакцию, эльфы отнеслись прямо-таки наплевательски. Вот и сейчас зажигалка, например, ближайшего остроухого в очередной раз не заинтересовала - он только недовольно поморщился. Не от зажигалки поморщился, от сигаретного дыма. Аврелий выдохнул дым, не особо заботясь о том, насколько это неприятно некурящему аборигену. За несколько дней эльфы успели осточертеть прямо-таки смертельно.
   Осточертело, что они даже ориентировочно не говорили, сколько ещё идти; надоело, что двигалась группа не в одном более-менее чётком направлении, а петляла по еле видной, часто поворачивающей чуть ли не назад, а то и вообще исчезающей тропинке; в конец достали предупреждения о строжайшем запрете сходить с пути, и даже чтобы справить нужду, необходимо было уточнять у проводников - можно ли облегчиться за тем деревом или этим кустиком... Но больше всего раздражало поведение и выражения лиц самих эльфов. На этих кукольно-прелестных рожах, казалось, навсегда застыла причудливая смесь плохо скрываемого презрения и в то же время чуткой настороженности. Так, наверное, какие-нибудь очередные африканские повстанцы с автоматами смотрят из своих джунглей на ракетный крейсер, бросивший якорь в непосредственной близости от берега, - грозно потрясают оружием и обещают надрать белые задницы, до дрожи при этом боясь бортового залпа корабля...
   Чтобы отвлечься от подступающего раздражения, Аврелий начал смотреть по сторонам. Деревья тут росли огромные. Аврелий не мог сказать, к каким породам они относятся, чего, правда, и стоило ожидать: лесами он никогда не увлекался. Дуб от клёна, конечно, отличу, подумал он, и даже эвкалипт от секвойи, а вот на большее знаний моих никак не хватит... Но ни на чахлую растительность тундры, ни на тропические джунгли местная флора никак не походила, и это служило дополнительным доказательством того, что экспедиционный корпус находится всё-таки в умеренных широтах.
   -- Ох, ничего себе! -- внезапно услышал Аврелий сзади. -- Учитесь, господа, маскировке...
   Он обернулся. Зорге, шедший чуть позади, стоял и восхищённо смотрел куда-то вперёд. Аврелий проследил за взглядом начальника разведки "Дикой бригады". Было совершенно непонятно, что именно вызвало такой восторг разведчика, и только секунд через пять Аврелий наконец увидел, что группа приблизилась к высокой, метров в пять, крепостной стене, с высочайшим мастерством замаскированной и вписанной в ландшафт. Стена, как оказалось, была сложена из толстых потемневших от времени брёвен, для дополнительной скрытности местами ещё и специально подкрашенных в тёмно-зелёный, сливающийся с окружающейся растительностью, цвет, так что увидеть стену можно было только чуть ли не уткнувшись в неё.
   Группу, конечно, ждали. В стене вдруг открылась совершенно неприметная, неотличимая от любого участка стены, низкая дверь - даже всадник не проехал бы, - и делегация наконец зашла в эльфийский город. Аврелий, идя по тропинке дальше за проводниками, рассматривал город. Город был именно таким, каким, по представлению Аврелия, и должен быть город, если кому-то непременно понадобится строить его в лесу: сугубо деревянные дома, пытающиеся как-то разместиться между деревьями, петляющие, огибая стволы, дорожки, всюду установленные лестницы с канатными мостиками, переброшенными с одного лесного великана на другого... В кронах деревьев тоже обнаружились строения, благо величина и раскидистость местной флоры позволяла устраивать жилища даже там. При строительстве место от леса наверняка расчищалось - невозможно построить даже небольшое селение в первозданной чаще, - но складывалось впечатление, что вырубка производилась крайне неохотно и только в тех случаях, когда растительность совсем мешала застройке.
   Однако, отметил про себя Аврелий, ажиотажа мы совсем не вызываем. Шедшие по своим делам эльфы, увидев группу, конечно, оборачивались, некоторые останавливались и откровенно пялились, да и из окон домов тоже выглядывали заинтересованные лица, но вот ажиотажем это назвать было сложно. Никто не сбегался, не спешил подойти поближе и не устраивал столпотворений. Так, лёгкий интерес и только у тех, кто оказался поблизости. Это даже задевало. Совершенно нелюбопытный народ, подумал Аврелий. Сидят же в этом своём лесу, ничего, кроме него, не видят - и всё равно им, видите ли, неинтересно. А вот сопровождающие эльфы как-то сразу переменились. Теперь они выглядели не столько проводниками, занимающимися скучной и неблагодарной работой, сколько охотниками, которые словили опасного зверя и тянут за собой в качестве трофея. Или даже не охотниками, а конвоирами. И рассредоточились как-то похоже - словно военнопленных охраняют во время марша...
   Из-за очередного огромного дерева, которое огибала тропинка, показался всадник. С первого же взгляда было понятно, что он принадлежал к числу или офицеров, или адъютантов кого-то очень важного: дорогая на вид одежда, роскошное седло, инкрустированные ножны и рукоятка меча. Всадник приблизился к группе, бросил на делегацию пренебрежительный взгляд и без какого-либо предисловия начал что-то говорить главе проводников на эльфийском языке. Тот внимательно выслушал всадника и оглянулся на наёмников. Что-то переспросил. Высокопоставленный посыльный коротко, но категорично ему ответил, после чего развернул коня и ускакал, так и не удосужившись хотя бы кивнуть послам.
   Следуя дальше по тропинке, плавно переходящей в настоящую дорогу, группа пришла к сравнительно большому зданию, от других, впрочем, только размерами и отличающемуся. Главный проводник, приведя наёмников, сообщил, что этот дом выделяется группе на время визита и что делегация будет удостоена аудиенции сегодня же. Приём послов назначен на вечер, а до его наступления гости совершенно свободны и могут заниматься своими делами. Зорге немедленно высказал желание ознакомиться с достопримечательностями города и ему, как ни странно, было дано разрешение. Это удивляло, особенно с учётом тех настороженных взглядов, которые остроухие проводники бросали на группу. Правда, экскурсанта во время прогулки должен был сопровождать эскорт, дабы уважаемый гость не заблудился, но Аврелий, хорошо зная Зорге, не сомневался: разведчик сможет узнать максимум, не оглядываясь ни на какие эскорты. Остальные разместились в доме. Минут через десять какие-то другие эльфы, не проводники, занесли целую связку толстых свеч и деревянные лохани с горячей водой, после чего делегация была оставлена в покое.
   Обстановка в доме была спартанской. Если это здание и служило местной гостиницей, то туристов здесь, судя по всему, не баловали: около десятка жёстких даже на вид кроватей, столько же стульев, пара столов. Весь дом представлял собой одну большую комнату, не разделённую какими-либо перегородками. Свет в комнату проникал через мутноватые окна. Аврелий присмотрелся к ближайшему из них. Стекло. Мутное, конечно, некачественное, но, несомненно, стекло. Света эти окна пропускали мало, да и на улице под кронами местных деревьев солнце вовсе не ослепляло, а потому в доме царил полумрак. Оставалось только зажечь свечи, попытаться при таком освещении привести себя в порядок после путешествия и ждать.

* * *

   Приём проходил в местном дворце. По крайней мере, именно так про себя охарактеризовал Аврелий это здание - самое крупное из всех виденных строений, да ещё и каменное. Логично, подумал Аврелий. Если все дома строятся только из дерева, то здание из камня должно быть символом роскоши и величия. Эльфы, как ему показалось, искренне гордились этим сооружением, но наёмников оно не впечатляло: размерами примерно с зал провинциального оперного театра, только одноэтажное - современного человека таким строением удивить трудно. На входе делегацию заставили сдать оружие. Впрочем, полным разоружением это назвать было сложно: ни пистолеты в кобурах, ни пехотные лопатки, ни несколько прихваченных с собой гранат эльфы оружием не посчитали. Сданное оружие осталась охранять взятая с базы пара рядовых. Остроухие попытались было оскорбиться, расценив это как признак недоверия к принимающей стороне, но Торквемада погасил конфликт, сообщив, что отдать оружие кому-то из чужих у них, гостей, считается знаком сдачи в плен, а военнопленным тут никто себя не считает. Такое объяснение показалось эльфам вполне удовлетворительным, и возмущение больше не выказывалось.
   Всё последующее ни на дипломатический визит, ни на официальные переговоры не походило. Походило же оно больше всего на великосветский приём или бал, причём было непонятно, то ли это специальный приём в честь гостей, то ли обычное мероприятие, а делегация к нему допущена лишь по случаю её, делегации, прибытия. Наёмников провели в зал, занимавший собой всё помещение. У противоположной от входа стены посередине стоял массивный золочёный стул, на котором восседал эльф с ещё более надменным, чем виденным у проводников, выражением лица. Наверняка местный трон с местным же монархом, решил Аврелий. Слева и справа от трона размещалось по шесть менее помпезных стульев, на которых разместились пожилые на вид аборигены - то ли советники, то ли старейшины. Ближе к стенам, оставляя свободное пространство в центре, стояло два длинных, на всю длину зала, стола, уже накрытых для банкета. У самих стен, тесно сбившись, стояли эльфы. И по всему залу - на стенах, на столах, кое-где на полу - массивные подсвечники с зажжёнными толстыми свечами.
   Повинуясь указаниям откуда-то возникшего остроухого, надо полагать, церемониймейстера, наёмники приблизились к трону и, не дойдя до него метров четырёх, остановились. Началась официальная, как прозвал её про себя Аврелий, часть. Сидящий на троне монарх, опять же не считая нужным даже скрыть высокомерие, произнёс короткую речь, суть которой сводилась к тому, что он, Найриэльвен ХІІ, верховный правитель народа миарит, рад видеть гостей из далёких земель, надеется, что путешествие было для них удачным и они, гости, довольны приёмом. Кроме того, верховный правитель высказал желание узнать, с кем он имеет удовольствие разговаривать, откуда пришельцы явились и какие у пришельцев планы.
   От имени наёмников, как было решено заранее, выступал присланный Корпорацией дипломат. Он представил делегацию, охарактеризовав при этом себя как полномочного посла, Аврелия - как представителя вооружённых сил, а Торквемаду превратив в "сопровождающего". Далее специалист по переговорам произнёс ответную речь, в которой сообщил, что прибыли они из другого мира через место в степи, где миры соприкасаются (верховный правитель не только не удивился, но и понимающе кивнул), планов никаких конкретных не имеют, а единственной причиной, побудившей их проникнуть в данный мир, является любопытство и желание исследовать, что же тут находится. Добралась, продолжил дипломат, делегация вполне успешно, за гостеприимство благодарна и очень надеется на мирное, длительное и взаимовыгодное сотрудничество с миаритским народом. Верховный правитель, выслушав дипломата, дал понять, что информация принята к сведению. Более подробный разговор состоится чуть позже, а сейчас правитель приглашает гостей к столу. На этом весь официоз и закончился.
   Застолье Аврелию запомнилось плохо. Главным образом потому, что он не столько ел, сколько украдкой подглядывал за эльфами, дабы не сделать чего-нибудь такого, что могли расценить как вопиющее варварство. К счастью, местный этикет, как оказалось, какими-либо тонкостями не отличался, так что можно было считать, что испытание столом послы прошли успешно.
   Наконец все присутствующие поднялись из-за столов. Пока убиралась посуда, в зале появились музыканты, после чего начались танцы. Музыкальные инструменты были Аврелию совершенно незнакомы за исключением, пожалуй, флейты. Возможно, на Земле имелись какие-то аналоги и других инструментов, но Аврелий сходства не нашёл. Стоя вместе с другими у стены, он наконец смог более-менее освоиться в обстановке.
   Всё-таки это был бал, убедился Аврелий, осмотревшись. Лучше всего это демонстрировали платья, в которых местные женщины явились на мероприятие: пышные наряды радовали глаз, но никак не могли служить повседневной одеждой ввиду явной непрактичности. Покрой, как и стоило ожидать, Аврелию был насквозь незнаком и ничего общего с привычными на Земле вечерними платьями не имел, но, несомненно, это была одежда для торжественных случаев. Любопытно, что и здесь доминировал зелёный цвет. Видимо, лесное окружение накладывает отпечаток даже на здешнюю моду, рассудил Аврелий. Кстати, отметил он, та самая кукольность, вызывавшая почти инстинктивную неприязнь к эльфийским мужчинам, очень подходила женщинам, любую из которых можно было смело ставить на обложку глянцевого журнала. Между тем время шло и появлялось впечатление, что послов присутствующие единогласно решили игнорировать: музыканты играли, танцующие пары кружили в центре зала, остальные расположились у стен, обращая на пришельцев не больше внимания, чем на подсвечники... Может, у них так принято? Чтобы, значит, иностранцы могли прежде всего проникнуться восхищением и уважением к столь развитому в культурном отношении народу? Так ведь про культурную самобытность начинают думать только тогда, когда все другие проблемы решены, не раньше. Варваров, помнится, не остановили все культурные достижения Рима, да и византийская архитектура не помогла справиться ни с крестоносцами, ни с турками...
   Заметив, что многие, натанцевавшись, выходят из зала, Аврелий оглянулся, убедился, что никто не испытывает нужды в его присутствии, и тоже направился к выходу. Выйдя на свежий воздух, он вытащил сигарету, мимоходом подумав, что надо бы поменьше курить, - сигарет оставалось мало, а ведь ещё предстояло возвращение на базу. Стоявшие у входа стражники напряглись, увидев наёмника, но тут же успокоились, поняв, что никуда тот деваться не собирается. Аврелий кивнул расположившимся неподалёку от входа рядовым, оставшимся охранять оружие, и закурил. Все выходившие из зала стояли тут же и, судя по всему, просто дышали воздухом - всё-таки уйма народу и ещё большее количество горящих свечей не способствовали свежести, а с вентиляцией в здании дела были не очень. Аврелий глубоко затянулся. Визит происходил как-то неправильно. Не так, как предполагалось. Естественно, глупо было бы рассчитывать, что посольство встретится, скажем, с первобытными порядками. Не походили остроухие на дикарей или индейцев, никаких вам горящих глаз при виде стеклянных бус или трубок мира у костра... Но вряд ли можно было ожидать, что после краткого обмена вежливостями начнётся самый настоящий бал, во время которого послы из неизвестных земель будут стоять у стеночки, предоставленные самим себе...
   Неторопливое течение мыслей нарушил вывалившийся из дворца десяток молодых эльфов, щебечущих о чём-то своём. Аврелий глянул в их сторону. Внимание сразу привлекла стоявшая чуть в стороне эльфийка, прямо и неприкрыто его рассматривающая. Он и раньше, ещё подпирая стену во дворце, замечал её заинтересованные взгляды. Этим она резко отличалась от других остроухих, старательно не видящих разницы между чужеземцами и мебелью. Вот и сейчас, встретившись глазами с Аврелием, девушка не отвела взгляд. Под прицелом этих любопытных глаз ему стало даже как-то неуютно - будто на параде, где на тебя все смотрят, где нельзя сделать ни одного лишнего шага, ни единого неправильного движения. Аврелий расправил плечи и постарался придать лицу мужественное выражение. Девушка улыбнулась, будто угадав его мысли, и направилась за своей компанией, уже надышавшейся воздухом и возвращавшейся к музыке и танцам.
   Аврелий выругался про себя, представив, как это выглядело со стороны, и щелчком отправил окурок в темноту, только потом спохватившись, что он, вообще-то, на чужой территории. Впрочем, поскольку непосредственной реакции от стражи не последовало, он выбросил это из головы и направился во дворец. Внутри за время его отсутствия ничего не изменилось, и только пробираясь к уже облюбованному месту у стены, он заметил, что ни дипломата, ни контрразведчика на месте нет. Аврелий затравленно огляделся, но тут же успокоился: оба члена группы находились в зале, ничего с ними не случилось, но они уже не торчали, как истуканы, а вели беседы. Специалист по переговорам, стоя у трона, с почтительной физиономией слушал остроухого монарха, периодически кивая. Торквемада же нашёл себе другого собеседника. Собеседник этот, одетый в некоторое подобие мантии, присутствовал на балу с самого начала, но любопытства до этого не вызывал. Было совершенно непонятно, чем именно этот эльф привлёк внимание контрразведчика. А ведь привлёк, причём пристальное, с некоторым удивлением отметил Аврелий. Торквемада выглядел, как бульварный журналист, с восторгом ловящий каждое слово прислуги, ябедничающей о неприглядных моментах жизни королевской семьи.
   Все нашли себе занятие, и только я отираюсь без дела, раздражённо подумал Аврелий и тихо выругался в адрес Толстого Ника, отправившего его сюда. Аврелий опять уставился на танцующих. Всё-таки, признал он, было что-то чарующее во всём этом - свечи, живая музыка, кружащие в танце пары... Наблюдать за парочками ему быстро надоело, и он от нечего делать начал искать глазами девушку, столь откровенно его изучавшую. Девушка обнаружилась почти сразу у противоположной стены. Эльфийка болтала с подружкой, но, почувствовав взгляд, отвлеклась. В очередной раз встретившись глазами с Аврелием, она вновь не скользнула равнодушным взглядом, как это делали все остальные остроухие, а продолжала смотреть с прямо-таки детским любопытством. Подружка, заметив это, что-то ей сказала, и обе захихикали. Аврелий отвернулся. Происходящее ему уже порядком осточертело, и единственное, чего он хотел в данный момент - чтобы всё побыстрее закончилось.
   Он продолжал стоять, бездумно рассматривая то огонь свечей, то игры теней на стенах, и даже вздрогнул от неожиданности, когда Торквемада положил руку на его плечо.
   -- Скучаешь? -- поинтересовался контрразведчик. -- Могу тебя обрадовать: кажется, осталось уже недолго.
   Аврелий огляделся. Действительно, бал, судя по всему, близился к завершению, да и народу в зале оставалось явно меньше, чем в начале. Любопытная девушка тоже больше не наблюдалась. К ним подошёл специалист по переговорам, прямо-таки излучавший собственную важность.
   -- Пожалуй, всё, -- проинформировал он. -- Мы свободны.
   -- И когда следует ожидать следующего бала? То есть раунда переговоров? -- угрюмо осведомился Аврелий.
   Дипломат улыбнулся:
   -- Балов ожидать больше не следует. Мы выполнили свою задачу, сделав всё, что смогли. Так что завтра с утра можем возвращаться на базу.
  
  
  
   Глава 4. Разбор полётов
  
   -- ...В общем, самое ценное, что я там увидал, - это несколько десятков симпатичных блондинок. Никогда не видел такой концентрации натуральных блондинок в одном месте. Тем более - остроухих, -- закончил свой отчёт Аврелий, под хихиканье собравшихся командиров.
   -- Да-а, толку от тебя там было немного, -- констатировал Толстый Ник, выслушав доклад.
   -- А я, между прочим, с самого начала об этом предупреждал, -- мстительно напомнил Аврелий своему начальнику.
   Тот проигнорировал колкость, сменив тему:
   -- Ладно. Тогда послушаем, что скажет наш Бисмарк, когда он всё-таки сюда явится.
   -- Какой Бисмарк? -- не понял Аврелий. -- Начальник артиллерии "Миротворцев"? Что он здесь делает?
   -- Да не тот Бисмарк, -- пояснил командующий. -- Я говорю про дипломата нашего, специалиста по переговорам. Его так в штабе прозвали, пока вы эльфам визит наносили.
   Аврелий пожал плечами. Бисмарк - так Бисмарк. Пусть будет Бисмарком. Он поймал себя на мысли, что специалист по переговорам ему, в общем, нравился: за время знакомства дипломат не путался под ногами, не лез не в своё дело и не давал рекомендаций вне сферы своей компетенции. Этим он выгодно отличался от разнообразных представителей высшего командования, на которых Аврелий насмотрелся за свою карьеру наёмника и которым, представься такая возможность, с удовольствием бы устроил несчастный случай...
   Брезент, закрывавший вход, сдвинулся, и в блиндаже появился новоявленный Бисмарк. Он поздоровался, извинился за опоздание и быстро прошмыгнул на своё место. Все с ожиданием уставились на него.
   -- Итак, Бисмарк, поведай нам, до чего же ты договорился с остроухими, -- начал Толстый Ник.
   -- Ну, гм, мы успешно нанесли визит эльфам, -- пропустив "Бисмарка", сказал специалист по переговорам. -- Познакомились. Посмотрели друг на друга. Никаких решений или договорённостей принято, конечно, не было, но при первой встрече их и не имело смысла ожидать. -- Дипломат помолчал. -- Какие-либо серьёзные переговоры можно будет вести только после того, как Корпорация определится с нашими первостепенными целями. Пока что я просто не знаю, о чём с ними необходимо договариваться, -- добавил он после паузы.
   -- А где и с кем мы будем договариваться после того, как Корпорация определится? -- прекрасно зная ответ, продолжил допытываться Толстый Ник.
   -- Здесь. Мы договорились, что сюда, на базу, прибудет эльфийское посольство. Таким образом эльфы смогут лучше познакомиться с нами и нашей жизнью. Я об этом уже говорил вам, -- пожал плечами дипломат.
   -- И тут мы переходим к самому интересному. Зачем нам на базе нужны представители потенциального противника? -- озвучил интересовавший всех вопрос Аврелий.
   -- Во-первых, они пока что не являются нашими противниками, -- ответил Бисмарк, проигнорировав "потенциального". Во-вторых, проводить переговоры на своей территории намного легче, чем на чужой - это я вам как специалист говорю. -- Он сделал паузу, но видя, что такое объяснение никого не удовлетворяет, продолжил: -- В-третьих, я полагаю, им действительно стоит познакомиться с нами поближе. Дело в том, что аборигены, видимо, ещё не осознают, с кем они столкнулись. Они видят пришельцев с абсолютно непонятными изделиями. С непонятным оружием и непонятной экипировкой. Эльфы, несомненно, догадались, что наши автоматы - это всё-таки оружие, а не украшение, но они не знают, насколько эти автоматы опасны. Для того, чтобы вынудить их принять наши условия, какими бы эти самые условия не были, необходимо наглядно показать нашу мощь. Чтобы они не просто услышали пушечную канонаду, а увидели воочию. Прониклись уважением к нашим возможностям. Именно поэтому я и пригласил их погостить.
   Бисмарк замолчал, ожидающе глядя на присутствующих. А ведь он, наверное, прав, подумал Аврелий. Действительно, чтобы добиться выгодных условий, оппонента до переговоров желательно своей мощью запугать. Вот только как можно напугать противника, скажем, ракетным ударом, если этот противник понятия не имеет, что такое ракета?.. И всё же сама мысль о том, что кто-то посторонний будет бродить по базе, была крайне неприятной, о чём он и не замедлил высказаться.
   -- Остроухим совершенно необязательно бродить по базе, -- возразил новоявленный Бисмарк. -- Думаю, достаточно будет выделить им место и охрану. Этого вполне хватит.
   -- А не проще ли тогда поселить их вне базы? -- поинтересовался Торквемада. -- Кроме того, чтобы продемонстрировать возможности нашего оружия, совершенно необязательно организовывать проживание посольства. Можно пригласить остроухих на стрельбище и там показать нашу мощь, а после этого отправить домой. Чтобы подумали на досуге.
   -- Нет, не проще, -- упорно гнул своё дипломат. -- Нас, если помните, остроухие пригласили в город и выделили помещение, а не оставили под стенами. Так что мы должны поступить аналогичным образом. Иначе это будет выглядеть как преднамеренное оскорбление, говорю как специалист. Что же касается простой демонстрации мощи на полигоне... Извините, но у меня есть свои директивы от Корпорации, -- Бисмарк выделил "свои". -- И они недвусмысленно гласят: организовать максимально прочные связи с местным населением, если не указано обратное. Наличие представительства эльфов позволяет построить именно такие взаимоотношения.
   Опять директивы, подумал Аврелий. И, как повелось, совершенно посторонние, штабу для ознакомления не направляемые...
   -- Ладно. Если директивы именно таковы, то мы подумаем, как разместить посольство, -- вынес свой вердикт Толстый Ник, так посмотрев на Аврелия, что тот сразу понял, кто именно будет над этим думать. -- Идём дальше. Что может сообщить разведка?
   Разведка в лице Зорге могла сообщить следующее. Как известно, пока остальная группа готовилась к аудиенции, Зорге удалось напроситься на экскурсию по городу. Ознакомление с городом эльфов проходило, естественно, под надзором выделенной охраны, дабы уважаемый гость "не заблудился", а потому целый ряд мест начальнику разведки "Дикой бригады" оказался недоступным: периодически эльфы вежливо, но непреклонно заворачивали его, утверждая, что в тех или иных местах гость не найдёт ничего интересного. По этой причине разведка не может сообщить ничего конкретного относительно системы обороны или укреплений эльфийского поселения, надо довольствоваться тем, что видели все при входе в город. Но разведчик нашёл кое-что другое.
   Побродив по городу часа два и отдалившись на довольно большое расстояние от дома, выделенного делегации, Зорге обнаружил дорогу, проходящую через город. Дорога была, конечно, примитивной, грунтовой, но всё же это была настоящая дорога: ровная, широкая, так что на ней могли разминуться как минимум три-четыре повозки, она не могла появиться в лесу случайно. Её явно создали искусственно, прорубив просеку. Путь, надо отметить, был весьма оживлённым: в обе стороны постоянно двигались телеги и фургоны, да и на обочинах их было немало. Пользуясь оживлением и расслабленностью охрана, Зорге сумел ускользнуть от сопровождения и даже поговорить с возницей одного из фургонов, стоявших на обочине. Возница, кстати, оказался самым что ни на есть настоящим человеком: никаких острых ушей и миндалевидных глаз у него не наблюдалось. Во время непродолжительного разговора Зорге сумел узнать вот что. Оказывается, данный городок является чем-то вроде перевалочного пункта. Сюда стекаются грузы, предназначенные остроухим. Любопытно, что дальше никого из торговцев не пускают: эльфы либо выгружают товары и отправляют транспорт восвояси, либо предлагают доставить свои грузы в другие пункты, но вглубь своей территории - ни-ни. Есть, правда, ещё один путь в эльфийские земли, но, во-первых, он находится далеко к северу отсюда, а во-вторых, там, говорят, всё то же самое - такой же городок с таким же пропускным режимом. Да и своих торговцев на северном пути хватает, так что лезть туда - гиблое дело...
   На этом познавательный разговор закончился, так как охрана обнаружила беглеца и увела подальше. Впрочем, отметил Зорге, это, наверное, и к лучшему: объяснить вознице, откуда в эльфийском городе взялся он, человек в непривычной одежде и ничего не знающий о правилах эльфийской торговли, было бы затруднительно. Санкций за побег, к счастью, не последовало, но сопровождение повысило бдительность, а кроме того начало всё более настойчиво намекать, что уважаемый гость, несомненно, очень устал с дороги, и ему стоило бы вернуться. Поскольку намёки быстро приобрели ультимативную форму, Зорге счёл за лучшее не спорить и позволил сопроводить себя в гостиницу. К этому времени группа уже отправилась на приём, так что он просидел в одиночестве, ожидая возвращения остальных. Больше ему добавить нечего.
   Аврелий, конечно, успел ознакомиться с наблюдениями разведчика, пока делегация возвращалась на базу, но внимательно выслушал рассказ ещё раз, надеясь найти что-нибудь такое, что могло ускользнуть от его внимания ранее. Увы, ничего нового услышать не удалось.
   -- Итак, кроме всего прочего, мы узнали, что к этому городу ведёт какая-то дорога, -- задумчиво произнёс Гудериан.
   -- То, что к городу ведёт дорога, можно было и так догадаться, -- возразил Аврелий. -- Это было понятно с самого начала. Как, например, и наличие сельскохозяйственных угодий.
   -- Каким образом можно было догадаться? -- не понял Бисмарк.
   -- Потому что город, -- бросил Дирижёр как нечто, само собой разумеющееся.
   -- Извините, но я не улавливаю логику, -- сказал дипломат. -- Не могли бы вы объяснить подробнее?
   -- Это город. Место компактного проживания большого количества людей, -- пояснил вместо артиллериста Аврелий. -- А к каждому городу ведут дороги. Просто потому, что никакой город не может быть самодостаточным. Жителям любого города необходимо, например, что-то есть. Если они будут питаться только подножным кормом и местной живностью, очень скоро весь этот корм с живностью в ближайших окрестностях будут истреблены, а в городе начнётся голод. Так что без расположенных неподалёку полей никуда не деться. А кроме того, жители любого города имеют массу других потребностей: им нужна одежда и нужна обувь, нужна посуда, нужны инструменты, другой инвентарь... Да мало ли потребностей у городских жителей? Даже если предположить, что в самом городе расположены мастерские, производящие всё необходимое, этим мастерским необходимо сырьё. Так что город без ведущих к нему дорог - это мёртвый город... Кстати, а какова хотя бы приблизительная численность города, разведка может сообщить? -- обернулся к Зорге Аврелий.
   Разведчик развёл руками. Размеры города были неизвестны, расстояния путались из-за постоянного петляния дорог и дорожек между деревьями, да и про нормы расселения местного населения ничего известно не было, так что вопрос оставался открытым.
   -- Подождите, -- подал голос дипломат. -- А если есть дорога, то почему нас тащили через лес, а не позволили проехать по нормальной дороге?
   -- Видимо, вас вели через "чёрный ход", -- высказался Гудериан. -- Чтобы вы поняли всю опасность и бесперспективность попыток самим установить местоположение города. Этим объясняется и то, что вам ни на шаг не позволяли отклониться от маршрута: наверняка вся местность напичкана ловушками и представляет собой настоящую полосу обеспечения. "Маскировочная" раскраска стены тоже вписывается в эту версию.
   -- Ладно, -- махнул рукой Аврелий. -- Мне вот другое непонятно. Почему город размещён именно в лесу? Насколько я помню, города возникали исключительно в подходящих для этого местах: на пересечениях торговых путей, на побережье, где удобно построить порт, у мостов... Но среди леса? Где нет ни мостов, ни портов, ни торговых путей? Где необходимо специально расчищать местность под посевы или, что ещё хуже, везти издалека продовольствие? Этого я не понимаю.
   --Трудно сказать, какими соображениями руководствовались остроухие, -- пожал плечами Толстый Ник. -- Но, возможно, тут играли роль какие-то другие факторы. Например, соображения безопасности. Это, кстати, подтверждается рассказом Зорге, где возница жаловался, что эльфы не пускают никого в глубь своей территории.
   -- Это также можно объяснить наличием внутренней монополии на торговлю, -- заметил Аврелий.
   -- Можно, -- согласился Толстый Ник. -- Но поскольку ничего конкретного мы не знаем, то и рассуждать об этом не имеет смысла. Так что давайте посмотрим, что на данный момент получается у нас в целом.
   В целом получалось следующее. Экспедиционный корпус встретился с местной цивилизацией остроухих аборигенов. Уровень развития цивилизации, судя по всему, является достаточно примитивным. Во всяком случае, ни до автомобилей, ни до огнестрельного оружия, ни даже до сколько-нибудь заметного промышленного уровня аборигены не доросли: в наличии имеются мечи и луки, свечи для освещения и гужевой транспорт для перемещения, но ни следа использования радио, автомашин или огнестрельного оружия. Эльфийская цивилизация по каким-то своим соображениям предпочитает прятаться в местных лесах, не желая выходить на открытые пространства. Тем не менее, в наличии имеется город, скорее всего - и не один, что недвусмысленно указывает на оседлый образ жизни остроухих. Кроме того, зафиксировано наличие аборигенов с паранормальными способностями, существование которых объяснить категорически не получается, но которые, судя по всему, не вызывают удивления у местных, раз уж даже группа контакта в своём докладе отмечает их существование.
   -- У меня есть ещё один вопрос, -- сказал Бисмарк. -- Я хотел бы знать, как штаб оценивает наши перспективы в случае вооружённого конфликта с эльфами.
   -- Странные у вас, дипломатов, вопросы, -- заметил Дирижёр. -- Сначала приглашаете погостить на военной базе, а потом интересуетесь перспективами конфликта.
   -- Ничего странного, -- возразил специалист по переговорам. -- Чтобы выработать правильную линию поведения, необходимо уяснить баланс сил. Надо же мне знать, где можно надавить, а где - не стоит. Так что вопрос вполне естественен.
   Аврелий задумался над перспективами войны с эльфами. Он, конечно, и до этого прикидывал возможность вооружённого конфликта, но всерьёз такой вариант не рассматривал. Было в этом что-то диковатое, неправильное -планировать войну с аборигенами, вооружённых мечами. Будто оцениваешь перспективы драки между спецназом и школьной футбольной командой. Правда, ситуация тут несколько сложнее...
   -- Не очень хорошо штаб оценивает наши перспективы в таком конфликте, -- ответил наконец Аврелий. -- Лучше его избежать. И не надо на меня так удивлённо смотреть. Да, вооружены мы несравненно лучше. Но чтобы этим воспользоваться, необходимо выманить остроухих на открытое пространство. Там они действительно будут беспомощны. Но если эльфы укроются в своих чащобах - будет плохо. Артиллерия в лесу крайне неэффективна, бронетехника там вообще не пройдёт, а автоматическое оружие утратит большинство своих преимуществ. Последнее, кстати, справедливо для любой сильнопересечённой местности: в горах или, скажем, в городе ситуация будет похожей... Это во-первых. Во-вторых, во времена луков и мечей войны были делом насквозь обыденным, так что эльфы, как заметил Гудериан, скорее всего создали полноценную полосу обеспечения, местность в лесах наверняка кишит ловушками. Или станет кишеть при первом же обострении отношений... И ещё один немаловажный факт. Для эльфов, судя по всему, лес - дом родной. А вот для наших войск - нет, так что не удивлюсь, если окажется, что воин-эльф выиграет в одиночной схватке у нашего пехотинца, не говоря уже про танкистов с артиллерией. Пожалуй, единственные подразделения, которые имеют навыки ведения боевых действий в таких условиях - это разведывательные подразделения "Дикой бригады" и то не факт: всё-таки жизнь в лесу - это жизнь в лесу, обучением и даже боевым опытом такую жизнь не заменишь... Да и невозможно одним батальоном выиграть войну. Плюс лица, которые способности имеют паранормальные... В общем, можно утверждать, что если эльфы не высунутся в степь, а начнут партизанить в лесах, то будут у нас огромные потери при мизерных результатах. Не могу сказать точно, так как не знаю численности их народа и степени патриотизма, но, думаю, не ошибусь, если предположу, что мы вполне можем уложить несколько тысяч человек, не достигнув при этом никаких ощутимых результатов. А если начнём полномасштабную войну на уничтожение, то потери возрастут на порядок. Или даже больше.
   Аврелий замолчал и, ожидая, пока дипломат переварит сказанное, закурил. У него вдруг начала зарождаться мыслишка, совершенно, в общем-то, дурацкая, бесполезная, но любопытная. Мысль ускользала, никак не желая чётко формулироваться, но Аврелий старательно пытался её словить.
   -- Неужели всё так плохо? -- не поверил Бисмарк. -- И мы, люди, вооружённые современным оружием, ничего не можем сделать с какими-то остроухими дикарями?!
   -- Почему ничего не можем? -- ответил Аврелий, не оставляя попыток сформулировать пришедшую в голову идею. -- Можем. Для нас они сами по себе опасности не представляют. Безрадостная картина будет наблюдаться исключительно в случае разгоревшейся партизанской войны и только если нам непременно понадобится их лес. При других вариантах мы вполне можем объяснить остроухим, кто сильнее и развитее...
   -- Каким образом? -- не отставал дипломат.
   -- Да просто, -- отмахнулся Аврелий. -- Можем устроить им экономическую блокаду: перекрыть все торговые пути бронетехникой, не углубляясь в лес, и пусть они только попробуют атаковать закрепившиеся части... А если в наше распоряжение попадёт авиация, то будет ещё лучше: с воздуха можно так отбомбиться по их объектам, что остроухие подпишут любой мирный договор, даже не читая.
   -- Это вряд ли, -- не согласился Толстый Ник. -- Спрятавшиеся в лесу войска мы с воздуха не заметим, да и города эльфов, если они все такие необычные, как увиденный вами, заметить тоже будет проблематично.
   -- Нет, я имел в виду не войска, -- пояснил Аврелий. -- А, например, поля. Или стада на пастбищах. Не думаю, что у них настолько хорошо с производством продуктов питания, чтобы позволить уничтожать урожай. Так, кстати, можно будет находить и города: вряд ли они расположены далеко от сельскохозяйственных угодий. Если в качестве транспорта используются телеги, то издалека много продовольствия не навозишь...
   Толстый Ник кивнул, соглашаясь с доводами, и в этот же момент Аврелий наконец понял, что за мысль крутилась в голове:
   -- Слушайте, -- сказал он. -- Если этот городок, который мы посетили, - только перевалочный пункт, где остроухие принимают свои грузы, то, получается, он не является столицей? И дворец, где нас принимали, - не дворец вовсе, а так, что-то вроде здания для приёмов? А монарх эльфийский - не помню, как там его зовут?.. Он действительно венценосная особа или тоже только для вида?
   -- Монарх настоящий, -- заверил его Бисмарк. -- Уж я-то умею отличать человека, принимающего решения, от обычного представителя, мало на что влияющего.
   -- Да, -- отозвался сразу после дипломата Торквемада. -- Это, несомненно, не столица. И каменное здание - не дворец. Нас, как и торговцев, решили не пускать дальше, ограничившись первым же удобным для переговоров местом. Мне и раньше чудилось что-то не совсем понятное в этой встрече, но я списал всё на местные обычаи. А монарх со свитой наверняка прибыл раньше или приблизительно в то же время, что и наша делегация, благо можно было рассчитать, когда мы появимся...
   -- Кстати, про города, -- вмешался Толстый Ник. -- Предлагаю отвлечься от эльфов и посмотреть в другую сторону. А если конкретно, то на запад. Пока вы знакомились с культурными достижениями остроухих жителей лесов, разведывательные партии уточнили, что там находится. Так вот, как известно, километрах в девяносто от нашей базы находится город. Не эльфийский, а самый обычный, человеческий. Позавчера я получил телефонограмму из штаб-квартиры Корпорации. Судя из того, что там написано, западное направление продолжает считаться на данный момент приоритетным и уже подходит пора активных действий, так что надо бы подготовить всё необходимое для наступления, провести рекогносцировку и так далее. Ознакомьте, господа командиры, свои войска с этой новостью и можете быть свободными. А ты, Аврелий, подожди, сейчас дам тебе телефонограмму и новые разведданные, почитаешь...
  
  
  
   Глава 5. Второй эшелон
  
   Крепостная стена вызывала уважение даже отсюда. Мощно она выглядела. Солидно. Опоясывавший её ров подчёркивал серьёзность обороны. Логично, подумал Аврелий. Если город является пограничным, то он должен быть максимально укреплён. Он перевёл взгляд на ворота. У ворот стояла очередь из разнообразнейших телег и фургонов, подтверждавшая предположение о том, что Катлин, а именно так назывался город, представляет собой форпост человечества на востоке, являясь крупнейшим торговым и перевалочным центром на восточных границах.
   Очередь двигалась не то чтобы медленно, но и не быстро. Движение её явно притормаживалось наличием у ворот нескольких солдат, то ли взимающих пошлину, то ли просто проверяющих желающих въехать - отсюда было не видно. Аврелий снова вернулся к изучению крепостной стены. Между венчающих её зубцов тоже были видны прохаживающиеся солдаты, вооружённые, как и привратники, мечами и копьями. У подножия стены темнел ров. Далее метров на триста было пустое пространство, а потом шёл пригород. А ещё дальше - поля, поля, поля.
   Аврелий убрал бинокль и посмотрел на Абордажника. Тот, жуя травинку, всё ещё изучал местность, но почувствовав взгляд, оторвался от бинокля и повернулся к Аврелию.
   -- Ну, как тебе ландшафт? -- спросил Аврелий.
   -- Мрак, -- ответил Абордажник. -- Каменный век. В буквальном смысле.
   -- Ладно, больше мы здесь явно ничего не увидим. Возвращаемся на базу, -- распорядился Аврелий.
   Абордажник жестом приказал боевикам охраны, залёгшим вокруг, собираться. Аврелий и Абордажник осторожно сползли с гребня холма, служившим наблюдательным пунктом, и направились к бронетранспортёрам, замаскированным неподалёку.
   Аврелий забрался в БТР и поёрзал, устраиваясь поудобнее. Он почти физически ощущал, как медленно, капля за каплей, с него сходит подспудное напряжение, накапливавшееся в нём почти с самого начала, с тех первых странностей, с которых начиналась эта кампания. А вместо напряжения приходила какая-то душевная лёгкость, рисовавшая любые предстоящие задачи простыми и легковыполнимыми.
   Давайте рассуждать логически, сказал он себе, почувствовав, как бронетранспортёр двинулся обратно на базу. Что мы имели раньше и что мы имеем сейчас? Пока что мы имели отсталых аборигенов, у которых ничего серьёзнее луков нет. Есть, правда, среди них уникумы, которые умудряются внедорожники уничтожать, и эти уникумы больше всего пугали. И даже не столько они сами по себе, сколько совершенная неосведомлённость насчёт того, как далеко возможности этих уникумов простираются. Теперь мы кое-что знаем наверняка. Мы увидели их оборонительные сооружения. Может, и не особо много, но любой знающий человек скажет, что уровень развития оружия определяет и фортификационную архитектуру. В качестве укреплений служит массивная каменная крепостная стена. С башнями, зубцами, воротами, рвом и всем прочим. Стена эта со всей очевидностью показывает, что ничего серьёзного в плане оружия у местных жителей нет. На Земле, например, таких укреплений уже лет триста не строят, если не больше: они колоссально затратны и совершенно бессмысленны, так как моментально сносятся артиллерией. А поскольку местные укрепления никоим образом не тянут даже на форты девятнадцатого века - не говоря уже о дотах двадцатого! - то вывод можно делать однозначный: ничего, хотя бы отдалённо сравнимого с нашими пушками, тут не существует. А если и существует, но это настолько редкостное и дорогостоящее оружие, что его практически никогда не применяют, раз уж жители города не поленились выстроить свою стену. А ведь им-то построить такое сооружение намного тяжелее, чем нам, - нет у них ни экскаваторов, ни подъёмных кранов, ни железобетона, ни даже грузовых автомашин. Всё везти на телеге, всё делать вручную... Так что кем бы ни были маги, а по огневой мощи никто с нами сравниться не может. И это очень хорошо, прямо-таки замечательно...

* * *

   У входа в штаб стоял бронетранспортёр. Гусеничный. Аврелий переглянулся с Абордажником. Гусеничных бронетранспортёров ни в "Дикой бригаде", ни в других подразделениях корпуса не было.
   В самом штабе их тоже ожидали новости. Первое, что увидел Аврелий, зайдя в блиндаж, была женская попка. Обтянутая в камуфляж. Симпатичная. Обладательница попки склонилась над картой, расстеленной на столе, так что у пришедших возникла замечательная возможность полюбоваться открывшимся видом. Кроме неё, в штабе присутствовали Толстый Ник, Дирижёр и Гудериан.
   -- Ладно, -- произнесла обладательница попки. -- А что вы называете "резервными группами", которые вместе с частью "диких" оставлены для охраны Окна?
   -- Части, работы для которых не предвидится, -- сухо ответил Аврелий. Он узнал голос и понял, что означает присутствие этой барышни в штабе. -- Подразделения звукометрической разведки, радиоперехвата, радиоэлектронной борьбы...
   Спрашивавшая резко развернулась и Аврелий получил возможность рассмотреть её спереди. Судя по виду, Мэри-Сью ничуть не изменилась: всё такая же красавица, стройная, гибкая, с той же гривой иссиня-чёрных волос и всё в том же камуфляже в обтяжечку. Последнее особенно угнетало любую мыслительную деятельность. Трудно, знаете ли, сосредоточиться на деле, когда рядом находится такая красавица...
   -- Ну, с Мэри-Сью, командующей "Волчьей стаей", вы, насколько известно, хорошо знакомы, -- вмешался Толстый Ник. -- И даже, наверное, поняли, почему она здесь находится.
   -- Потому что наверху решили, что пора переходить к решительным действиям и прислали нам подкрепление, -- предположил Абордажник, усевшись на ближайший стул и вытянув ноги. -- Чтобы мы могли не распылять силы на охрану тылов. Кстати, к нам вся "Волчья стая" пожаловала или только её какая-то часть?
   -- Вся, -- сообщил Толстый Ник. -- Но по частям. Бригада будет прибывать по мере освобождения её подразделений от службы в... в других местах.
   -- Понятно. Очень рад, -- сказал Аврелий без всякого воодушевления. Было в прибытии ещё одной бригады наёмников нечто такое, что заставляло задуматься о планах высочайшего руководства...
   -- Думаю, ты будешь ещё более рад, когда узнаешь, что к нам наконец-то прибывает столь желанная тобой авиация. В составе четырёх вертолётов, -- продолжил командующий.
   -- Почему именно четырёх? -- осведомился Аврелий.
   -- Потому что именно столько нам выделяет Корпорация. Три боевых и один транспортный.
   -- Понятно. Ещё что-нибудь интересное есть?
   -- Есть, -- сказал Толстый Ник. -- К нам едет эльфийское посольство. Перед самым вашим возвращением прибыл гонец от наших остроухих друзей. Просил учесть, что через пять дней к нам пожалуют сами послы. Но ты не переживай, тебя это не касается. Заботу о наших остроухих друзьях решили взять на себя Бисмарк и Торквемада.
   Интересно, подумал Аврелий, с какой это радости Торквемада решил избавить меня от чести возиться с остроухими? Бисмарк - понятно, он по должности обязан. А Торквемада почему? Не похож он что-то на альтруиста... Впрочем, какая разница? Избавил от лишней заботы - вот и славно.
   -- Да? Это очень хорошо. Это меня радует, -- на этот раз искренне сказал Аврелий. -- Передайте Торквемаде, что я ему благодарен.
   -- Могу я прервать вас, господа, и задать вопрос? -- встряла Мэри-Сью. -- Мне непонятно, что думает командование по поводу сильной растянутости наших путей сообщения и угрозы перерезать их с фланга. Тем более, что если мы начнём какие-либо наступательные операции, то коммуникации растянутся ещё больше, а угрозы им не уменьшатся...
   Толстый Ник промолчал, поэтому ответил Аврелий:
   -- А чего ты, собственно говоря, ожидала в данной ситуации? -- пожал он плечами. -- Мы не могли развернуть полноценное прикрытие на флангах, нам и так войск ни на что серьёзное не хватало. А продвигаться надо было, это прямой приказ высшего руководства. Впрочем, как тебе, наверное, уже сообщили, в качестве противника намечаются лишь аборигены с, мягко говоря, не очень развитой цивилизацией. Так что большой опасности мы не видим.
   -- Да-а? -- удивилась Мэри-Сью. -- А мне вот перед прибытием сюда давали почитать один отчёт. Написан очень невнятно, но из него явно следовало, что тут происходили столкновения. В результате которых, между прочим, были потери в бронетехнике... Бои, в которых уничтожается бронетехника, - это, по-вашему, не очень развитая цивилизация, никакой опасности не представляющая?..
   -- Не спеши, -- поднял руку Толстый Ник. -- Тут всё немного запутаннее, чем может показаться. Войдёшь в курс дела - поймёшь... Пока что угроза оценивается именно как небольшая. Но к этому вопросу мы ещё вернёмся. Сейчас же мне бы хотелось услышать, что разузнала рекогносцировочная группа.
   Аврелий доложил о результатах рекогносцировки. В восьмидесяти семи километрах от базы находится город Катлин. Город считается очень большим, но только по местным меркам, рекогносцировочной же группе он таковым не показался. Если двигаться от базы строго на запад, то примерно через двадцать километров можно наткнуться на широкую хорошо утоптанную грунтовую дорогу, которая ведёт к городу, с другой стороны заканчиваясь, насколько известно, в эльфийском лесу. Именно по ней идут торговые караваны. На пути к Катлину есть три небольших посёлка - то ли хутора, то ли деревни, обнесённых частоколом и имеющие что-то вроде дозорных вышек. К деревням этим никто не приближался, но даже издалека можно обнаружить, что здесь давно не воевали и, судя по всему, не планируют: вид частокол имеет довольно обветшалый, ворота распахнуты, на вышках никого нет. Что же касается города, то и укрепления у него посерьёзней, и стража присутствует, но... И Аврелий поделился своими соображениями относительно отсутствия у местного населения серьёзного оружия ввиду характера фортификационных сооружений.
   -- Вот так, -- резюмировал Аврелий. -- Если командованию угодно, то наступление можно начинать хоть завтра, только нужно взять пушки. Расположить их в паре километров от стен - и палить прямой наводкой, как на учениях. Вряд ли кто-то после этого захочет оказывать сопротивление.
   -- Кстати, -- спросил Толстый Ник. А на территорию какого государства мы вторгнемся, если нападём на этот город?
   -- Никакого, -- сказал Аврелий. -- Насколько известно, это вольный город с полным самоуправлением. Мы не совершим агрессии ни против кого, кроме самого города.
   -- Очень хорошо, -- сказал командующий корпусом. -- Вот и подготовь всё необходимое для наступления. Пусть выдвигается "Дикая бригада". Не прямо завтра, конечно, но как только прибудет достаточное для обороны базы количество бойцов "Волчьей стаи", можно будет начинать. Собери всё необходимое, подумай, что делать с этими хуторами перед городом... В общем, ты и так знаешь, что нужно делать. Кстати, артиллерия Дирижёра тебе понадобится?
   -- Нет, -- отказался Аврелий. -- Думаю, стволов "Диких" с избытком хватит. Я же не укреплённый район прорывать собираюсь.
   -- Хорошо. Можешь приступать. Мэри-Сью я сам в курс дела введу, на это не отвлекайся.
   Аврелий развернулся и вышел из штаба. Но ни к какой подготовке приступать не стал, а просто уселся на водительское сидение своего грузовика, закурил сигарету и глубоко задумался.
   Подумать было о чём. Прибытие Мэри-Сью и её "Волчьей стаи" резко меняло обстановку и опрокидывало все догадки Аврелия. Начнём с того, что непонятно, что творится там, на Земле. Наёмники - это всё-таки не правительственные войска, которые вступают в бой только после объявления войны и прочих дипломатических процедур. Они могут появиться и воевать где угодно. Именно из-за этой своей отличительной черты наёмные подразделения вызывают особое внимание спецслужб. И если пропажу "Дикой бригады" даже вместе с танкистами Гудериана ещё можно было как-то скрыть, хотя бы временно, то исчезновение ещё и "волков" Мэри-Сью никак не скроешь. Это значит, что разведки всех уважающих себя стран уже начали активнейший поиск потерявших войск. И, как бы ни старалась Корпорация, утаить их местопребывание будет невозможно. Да и как тут утаишь? Если все военные грузы приходится везти с другого континента и как минимум двумя перевалками по дороге? Следовательно, скоро их всех раскроют. А скорее всего - уже раскрыли. Так что себе думает Корпорация? Что ведущие страны мира не заинтересуются целым новым миром?
   Аврелий докурил сигарету и сразу же раскурил вторую. Но и это ещё не всё. Есть второй, более насущный вопрос. Что планирует высшее руководство? Даже он, начальник штаба, не имеет понятия о дальнейших целях. Почему введено столько войск? Бесспорно, это поистине лучшие войска на Земле, их боевые качества не вызывают сомнения... Но вот их количество заставляет задуматься. Чтобы организовать форпост земной цивилизации в этом мире, их, во-первых, слишком уж много, а во-вторых, они имеют не ту направленность.
   И танки, и мотопехота демонстрируют свои лучшие качества именно в наступлении, а не удержании позиций. Если намечается позиционная оборона - почему не завербовали обычные пехотные подразделения? У них и опыта в подобном деле больше, и тяжёлого оружия. Не говоря уже о танках. Нет, танк в обороне - сила, конечно, внушительная, никто не спорит... Но всё равно - непонятно. Слишком уж это дорого: приходится платить за неиспользуемое преимущество в виде танковой мобильности. Так почему же были наняты именно танки с мотопехотой вместо тяжёлой пехоты с артиллерией усиления?
   Или, может, топ-менеджеры Корпорации глубоко уверены, что мы здесь повторим достижения Кортеса и Писарро? Так ведь Кортеса местное населения за бога принимало и мчалось выполнять любую его прихоть. А нас богами почему-то никто объявлять не спешит: ни тебе, понимаешь, даров золотых, ни делегаций от правителей с поклонениями и клятвами в вечной верности... А требование изучения местного языка?! Вопросы, вопросы... И никаких ответов.
   Аврелий решительно выкинул окурок, завёл двигатель и направился к Абордажнику. Предстояло обсудить целую кучу вещей. Наконец-то начиналась настоящая работа.
  
  
  
   Глава 6. Бесполезная победа
  
   -- Да, -- терпеливо сказал Бисмарк. -- Вы всё правильно поняли. У нас нет намерения грабить, убивать, уничтожать здания, свергать вашу власть или вообще что-либо менять.
   Аврелий посмотрел на бургомистра города Катлин. Бургомистр явно был смертельно напуган, но из последних сил держался. Аврелий поднялся из-за стола и решительно направился в сторону балкона. Этот разговор слепого с глухим длился уже полтора часа и порядком надоел.
   На балконе его встретила неистребимая, всепроникающая, выворачивающая кишки вонь, и он немедленно закурил, чтобы хоть как-то перебить запах. Помогало плохо. Совсем не помогало, если уж на то пошло. Чтобы отвлечься, Аврелий начал вспоминать взятие этого отвратительного городка.
   ...Войска были полностью готовы к походу, разведывательные подразделения уже исчезли из поля видимости, и Аврелий, забравшись на командирский БТР и окинув взглядом своё воинство, махнул красным флажком: вперёд! Передовые машины тронулись, и стальная колонна, урча сотнями дизелей, начала вытягиваться с базы...
   Между прочим, в очередной раз подумал Аврелий, так не делается. Всё должно быть наоборот: это место командующего - ехать в колонне, раз уж ему так не терпится посмотреть на противника. А начальник штаба должен быть в штабе, получая донесения, вырабатывая приказы и контролируя их исполнение. Но Толстый Ник решил иначе. К нам, видите ли, эльфийская делегация прибывает, надо лично проконтролировать подготовку к приёму уважаемых послов, это очень важно... Как будто что-то может быть важнее проводимой операции!
   Впрочем, дальше всё пошло как по маслу. Наступающие войска брали попавшиеся по дороге хуторы даже без развёртывания в боевые порядки: просто проходили через них, не задерживаясь. В каждом оставлялась специально предусмотренная группа солдат во главе с офицером, более-менее овладевшим местным языком. Их задача состояла в том, чтобы взять под контроль деревню и успокоить местных жителей. Населённые пункты, кстати, и не были готовы к отражению агрессии: лишь в одном из них выходы были заперты, а на вышках дежурили часовые. Но и там головной бронетранспортёр на полном ходу просто снёс ворота, а местные караульные даже не пытались оказать сопротивление.
   Чуть по-другому развивался штурм Катлина. Пылящую по грунтовой дороге колонну заметили издалека и успели принять меры. По крайней мере городские ворота были заперты, охраны на стенах явно прибавилось, а когда разведка начала проверку пригородных домов, оказалось, что все они покинуты. Более тщательный осмотр показал, что эвакуация проводилась быстро, но без паники: вещи оставались на местах, но ничто не было брошено на полпути или впопыхах разбито. Отсутствовали признаки мародёрства.
   Пока колонна основных сил, остановившись километрах в пяти от городских стен, начинала развёртывание, к городу направился БТР с белым флагом. Аврелий только тогда запоздало подумал, что необходимо было уточнить значение местной символики: а вдруг здесь белый цвет - признак агрессивных намерений? Но всё обошлось, и бронетранспортёр был подпущен к самым стенам, вернее - ко рву при стене. С транспортёра защитникам предложили сложить оружие, открыть ворота и вообще - не оказывать сопротивление. В качестве ответа парламентёров просто обстреляли из луков и арбалетов. Надо отдать должное защитникам города: стрелы демонстративно уткнулись в землю в метре от машины, и лишь одна из них случайно клюнула БТР. Но послание было вполне понятно. Наглостью взять город не удалось.
   Поразмыслив, Аврелий отказался от первоначального плана расстрелять укрепления из пушек прямой наводкой. Вместо этого под прикрытием пригородных домов были развёрнуты миномётные батареи, сделавшие несколько залпов в направлении центра города. Одновременно мотопехота начала обход населённого пункта с двух сторон, чтобы полностью его блокировать. Никакого явного эффекта все эти мероприятия не дали, и, спустя некоторое время, батареи получили приказ сделать ещё несколько залпов, но использовать не фугасные, а зажигательные боеприпасы. Из города потянулись столбы чёрного дыма.
   Вот после этого защитников проняло по-настоящему. Аврелий ещё раздумывал, не подогнать ли танк, чтобы разнести ворота, когда на стенах появились белые флаги, а сами ворота обречённо распахнулись. Город капитулировал.
   Первое, что бросилось в глаза вошедшим войскам, - это страшнейшая антисанитария. Город буквально тонул в мусоре и экскрементах, которые выливались прямо на улицу. Ни до канализации, ни даже об обычной централизованной уборки здесь, как и следовало ожидать, не додумались, и, видимо, в ближайшую сотню-вторую лет не додумаются. Чудовищная вонь ощущалась почти физически и заставляла мучительно морщиться даже прошедших огонь и воду боевиков. Именно от неё сейчас страдал Аврелий. И не только он.
   Вторым крайне неприятным сюрпризом оказалась удручающая теснота. Крепостные стены сдавливали, сжимали город каменным кольцом, не позволяя ему нормально развиваться. Для застройки использовался каждый квадратный метр площади. В результате проходимыми для техники оказались лишь шесть радиальных улиц, соединяющие центр города со всеми его воротами. Остальные проходы даже назвать улицами не получалось - так, переулки, кривые и очень тесные. Там не то что автомашина - два человека с трудом могли разойтись.
   Аврелий посмотрел назад. Бисмарк продолжал что-то втолковывать главе города. За спиной переговорного специалиста в вольных позах стояли четверо боевиков с автоматами наперевес. Теоретически они должны были представлять почётный караул, но на практике решительно ничего почётного не наблюдалось - они так же, как и все, мучительно кривились от окружающей грязи и вони, а мысли их наверняка крутились вокруг противогазов, оставшихся в бронетранспортёре. По крайней мере Аврелий о средствах защиты задумался где-то на четвёртой минуте после въезда в город.
   Нет, ребята, извините, но не получится, мысленно обратился к боевикам Аврелий. Мы и так напугали жителей своей техникой, а если они ещё увидят не людей, а страшилищ с лысой резиновой головой и хоботом...
   -- База вызывает начальника штаба, -- внезапно сообщила рация голосом штабного радиста.
   -- Хорошо, сейчас подойду, -- сказал Аврелий. -- С группами, оставленными в деревнях, связывался?
   -- Да. Всё нормально. Без эксцессов.
   -- Хорошо, иду, -- повторил Аврелий.
   Он быстро вышел с балкона, пересёк комнату, бросив Бисмарку: "Я - вниз", и спустился к своему БТРу.
   -- Докладывай, -- приказал Толстый Ник, когда Аврелий подсел к радиостанции.
   -- Все поставленные задачи выполнены, -- мрачно ответил Аврелий. -- Потерь нет.
   -- А почему без воодушевления? -- поинтересовался командующий.
   -- Потому что нечем здесь воодушевляться. Совершенно. Скорее, наоборот. Бисмарк сейчас разъясняет нашу позицию местному руководству. Как только он закончит - я немедленно выведу все подразделения из Катлина.
   -- Даже так? -- после минутного молчания спросил Толстый Ник.
   -- Именно так, -- подтвердил Аврелий, -- и никак иначе. Отдам приказ стать лагерем в нескольких километрах от города.
   -- Всё настолько плохо? Ладно, заканчивай дела и двигай на базу. Там расскажешь подробнее. Скоро эльфы приедут.
   Толстый Ник отключился. Аврелий стянул наушники и задумчиво посмотрел на них. Ну эльфы, ну и что? Что я, эльфов местных не видел? И вообще, причём здесь эльфы? Они же находятся в ведении Торквемады и нашего железного канцлера. Кстати, про канцлера...
   -- Долго вы там ещё? -- сварливо поинтересовался Аврелий у Бисмарка по рации.
   -- Нет, пожалуй, уже заканчиваем.
   -- Быстрее заканчивайте. Сил нет эту вонь терпеть. Кстати, скажи бургомистру, что мы выводим все войска из города.
   -- Хорошо, -- смиренно ответил железный канцлер. -- Передам. Потерпите ещё минут двадцать. Переговоры не терпят спешки.
   -- Ладно...
   В двадцать минут переговорный специалист, конечно, не вложился. Прошло не менее получаса, прежде чем на пороге мэрии появился долгожданный дипломат с бойцами сопровождения.
   -- Феноменально, -- сообщил он, забравшись в БТР. -- Мне таких переговоров ещё никогда вести не доводилось. Совершенно чуждая нам переговорная позиция, логика и система ценностей.
   -- Например? -- рассеянно спросил Аврелий, высунувшись из бронетранспортёра и прикидывая, как побыстрее выбраться из всей этой тесноты и грязи.
   -- Например, он совершенно не мог понять, почему мы не начали немедленные грабежи и массовые расправы. Сам он был глубоко уверен, что до завтра не доживёт и очень просил, чтобы его просто казнили без применения пыток, за что он готов сразу же сдать ключи от казны и назвать богатейших жителей города.
   -- Ну, это я слышал, -- сказал Аврелий. Вот чёрт, что же сделать? Задним ходом сдать? Или сейчас повернуть налево и выехать через другие ворота?..
   -- А, ну да. Но вот чего ты точно не слышал: город-то наш, оказывается, вовсе не ничейный, а очень даже под государственной юрисдикцией.
   -- Что?.. -- Аврелий повернулся к Бисмарку и больно при этом ударился об край люка. -- Что ты сказал?
   -- Да ты командуй, командуй. Я тебе сейчас всё объясню по дороге... Тут всё дело в языковых тонкостях, связанных с юридическими правилами. В действительности же дела обстоят так...

* * *

   -- Что?! -- взревел Толстый Ник. -- Что значит "под государственной юрисдикцией"? -- Он упёрся взглядом в Аврелия и Бисмарка, явившихся для доклада. -- Куда смотрела разведка?!
   -- Лингвистический барьер, -- хмуро ответил Аврелий. -- Языковые тонкости, связанные с юридическими правилами.
   -- Подробнее про юрисдикцию, -- приказал Толстый Ник.
   -- Ну, на самом деле использовать термин "юрисдикция" не совсем корректно, -- сказал Бисмарк. -- Тут речь идёт скорее о протекторате.
   И он вторично принялся описывать ситуацию. Нет, объяснил штатный дипломат корпуса, с чисто практической стороны разведка донесла совершенно верно: Катлин действительно является настоящим вольным городом - с полным самоуправлением, со своим законодательством, судом и вооружёнными силами. В этом плане всё правильно, и ни под чьей юрисдикцией он не находится.
   Суть заключалась в том, как именно город получил такую свободу. Будучи расположенным крайне удачно - на единственном на ближайшие несколько сотен километров торговом пути с эльфами, Катлин всегда был объектом пристального внимания всех близлежащих государств. Которых, кстати, насчитывалось целых три - Вейнардское королевство (самое южное), Джирия, расположившаяся почти точно к западу от Катлина, и Риванорское княжество, давно, впрочем, переросшее размеры княжества и ставшее полноценным государством, - к северу. Естественно, все эти государства были преисполнены желания обладать данным населённым пунктом, чтобы монопольно контролировать стратегический торговый путь. Не менее естественно, что подобный конфликт интересов вызвал ряд кровопролитных воен за обладание городом, которые длились многие годы и в своё время порядочно обессилили все три страны. Никто при этом не мог похвастаться никакими успехами, ибо как только у одного государства получалось установить свой контроль над Катлином, как два других тут же объединяли свои силы и выбивали победителя из города, после чего союз немедленно рушился, а вчерашние союзники начинали свару между собой.
   Такая ситуация сохранялась весьма длительное время, пока наконец все три соперника не собрались в одном месте и заключили мирное соглашение. Суть соглашения сводилась к принципу "раз уж это не может быть моим, то пусть будет ничьим". Договаривающиеся стороны торжественно поклялись больше не пытаться захватить Катлин - ни самостоятельно, ни в союзе с кем-либо. Стороны также даровали городу полное самоуправление, никто из них не имел права вмешиваться в городские дела. При этом Катлин обязался пропускать любых торговцев независимо от их гражданства без каких-либо препятствий и дискриминации. Кроме того, город признавал себя находящимся под протекторатом одновременно всех трёх государств, каковые, в свою очередь, обязались немедленно выступить на защиту города, если тот подвергнется агрессии.
   Бисмарк замолчал. Толстый Ник посмотрел на него и снова уставился на Аврелия.
   -- Итак, подведём итоги, -- наконец сказал командующий. -- Вместо того, чтобы просто занять несчастный городишко, дабы тем самым громко заявить о себе и ждать послов с дарами и верительными грамотами, мы совершили акт агрессии сразу против трёх местных государств. И не просто совершили агрессию, а ещё и сумели нажать на самую больную, надо полагать, точку, из-за которой пролились реки крови... Кстати, давно войны за этот город закончились?
   -- Лет двадцать назад, -- ответил Бисмарк. -- Хотя ещё я не знаю, сколько здесь длится год.
   -- Значит, в любом случае эти государства успели восстановить свои силы, -- сделал вывод Толстый Ник. Очень хорошо. Прямо-таки замечательно. Разведка у нас поставлена на высшем уровне...
   -- Между прочим, для проверки полученных сведений мы, уже выходя из города, допросили с десяток горожан, -- сказал Аврелий. -- И все они сообщили одно и то же: город - сам по себе. Да, были когда-то постоянные войны, осады и штурмы. Но их уже давно нет, а город никому не принадлежит. Таких тонкостей, о которых рассказал Бисмарк, никто из жителей просто не знает, да их это и не интересует. Так что разведка тут и не могла ничего вскрыть. Не проводить же ей операцию по захвату городского руководства! И вообще, чего вы хотите? У меня в распоряжении только разведбат "Дикой бригады" да артиллерийские наблюдатели Дирижёра, а не управление стратегической разведки. Куда им в такие тонкости вникать...
   -- Ладно, всё равно сделанного не воротишь... Так до чего вы в конце концов договорились?
   -- Мы пришли к соглашению, -- проинформировал дипломат, -- что наёмники выводят войска из Катлина и не мешают жить ни городу, ни городскому руководству. В обмен на это городские власти обязуются не мешать нашим войскам, не злоумышлять против них и никаким образом не помогать третьей стороне, ежели эта третья сторона вступит с нами в вооружённый конфликт.
   -- Нейтралитет, одним словом... -- подытожил Толстый Ник. -- И согласно этой договорённости наши подразделения вышли из только что завоёванного города...
   -- Нет, -- помотал головой Аврелий. -- Такое решение было принято мною ещё до окончания переговоров. Скажу даже больше: до их начала. В связи с состоянием самого города.
   Теперь уже Аврелию пришлось описывать Катлин, его грязь и тесноту, что он и сделал, особенно подчеркнув полную непригодность города с военной точки зрения.
   -- Теснота просто невообразимая, -- объяснил Аврелий. -- Я не то что оставить войска - просто провести колонну через город решился бы только в крайнем случае. Даже центральные улицы настолько узки, что объезд исключён: одна машина будет повреждена - остановится вся колонна. Так что в качестве перевалочного пункта или промежуточной базы снабжения Катлин исключается сразу. Да и не будет никто в своём уме там что-либо складировать: почти все дома деревянные и стоят впритык друг к другу. Случись пожар - всё выгорит к чёртовой матери, как Лондон во время Великого пожара... Это не говоря уже об антисанитарии, когда дерьмо лежит прямо на улице толстым слоем, а главными жителями являются не столько люди, сколько крысы и прочие паразиты... Я только теперь понял, как целые города от чумы вымирали. И совершенно не хочу, чтобы возможная эпидемия началась среди наёмников.­
   -- Хорошо, -- сказал командующий корпусом. -- Одобряю. Что ещё?
   -- Всё, -- сказал Аврелий. -- Вывести подразделения из населённого пункта, разбить лагерь в непосредственной близости от него, выставить усиленную охрану и всё. Плюс систематическая глубокая разведка и картографирование местности.
   -- Тогда такой вопрос... -- Толстый Ник задумчиво потёр подбородок. -- А с этими... м-м-м... лицами с паранормальными способностями встречаться не довелось?
   -- Нет, -- подумав, сказал Аврелий. -- Не довелось. Никто не бросал в нас молнии, не насылал привидений и не устраивал на пути катаклизмов.
   -- Странно... Но что же, тем лучше для нас. Ладно. Аврелий, можешь идти, но я жду от тебя боевого донесения. Надо отправить письменный отчёт в Корпорацию, чтобы наверху не мучились... Бисмарк, готовься. Прямо перед вашим прибытием у нас объявился эльфийский курьер. Сообщает, что завтра или послезавтра прибудет их делегация. На этом всё. Все свободны.
   А ведь начальник-то мой прав, подумал Аврелий, выходя из блиндажа. Странно, что мы не встретили ничего необычного... Все эти чародеи испугались и спрятались? Или их просто не было в городе?.. Или мы их всё-таки встретили? Только сейчас Аврелий вспомнил, что пожары, вызванные зажигательными минами, жители города ликвидировали очень уж быстро. Это было тем более удивительно, если учитывать тесноту города и отсутствие в последнее время дождей. Не паранормальные ли способности помогли?.. Ладно, потом об этом подумаем. Сейчас - боевое донесение...
  
  
  
   Глава 7. Пушки, маги и вопросы
  
   Солнце поднялось уже высоко и припекало всё сильнее. Аврелий стоял, курил и рассматривал эльфийских послов. Послов было четверо. Двое из них - крепкие молодые люди, совершенно неотличимые друг от друга, - являлись представителями высшей военной и политической власти народа миарит. Как сообщалось, оба они были какими-то довольно близкими родственниками эльфийского монарха, из чего, надо полагать, пришельцам следовало чувствовать себя польщёнными оказанной высокой честью. Аврелий, правда, таковым себя совершенно не ощущал, но факт родства с правителем по крайней мере объяснял, почему этим соплякам доверили столь ответственную миссию. Сопляки стояли, засунув руки в карманы тёмно-зелёных штанов, периодически одёргивали такие же тёмно-зелёные куртки и одаряли всех презрительно-скучающими взглядами, будто потомственные лорды в пятом поколении, случайно попавшие на мещанскую вечеринку.
   Третьим послом был в высшей степени представительный старик, и именно он представлял для командования наибольший интерес, поскольку являлся магом. Или, как говорилось в официальных документах, лицом с паранормальными способностями. Именно его, кстати, охмурял Торквемада во время приснопамятного визита к эльфам. Одет он был соответствующе - в тёмную мантию, при виде которой сразу чудилась одинокая башня отшельника, стол, заваленный древними манускриптами, и реторты с варящимися зельями. Старик был серьёзнее хлыщей, и выглядел как тот же потомственный лорд, но уже в окружении пэров Её Величества.
   Четвёртая же личность ставила в тупик. Полный. Ибо четвёртой в этом квартете была девушка. Не генерал, не политик, не воин, а - девушка. Аврелий долго приглядывался, стараясь понять, что же тут не так. Была она откуда-то знакома, но откуда? Только после начала демонстрационных стрельб он вспомнил - это же та самая красавица, не спускавшая с него взгляд во время глупого "дипломатического визита" к эльфам! Девица, между прочим, истинную аристократку из себя не корчила, а просто рассматривала всё вокруг с огромным любопытством. Как ребёнок в зоопарке. Хотя всё это нисколько не объясняло её присутствие.
   Вместе с послами прибыло ещё примерно три десятка эльфов, но все они были из охраны и прислуги, так что на полигон их не взяли.
   С принимающей стороны на полигоне находились все высшие офицеры, за исключением находившегося со своей бригадой Абордажника, и целая толпа учёных, настраивавших свою аппаратуру. Кроме того, "чисто случайно" привалила куча наёмников из строевых частей, в основном младший командный состав. Эльфы всё это нездоровое любопытство восприняли с прямо-таки стоическим спокойствием. Наверное, считали, что у пришельцев это нормально.
   Мишени, наконец, были установлены, и начались показательные стрельбы. Экспедиционные силы, как и полагается приглашающей стороне, начали первыми, продемонстрировав возможности автоматического оружия. Эльфы явно были поражены, хотя и пытались всеми силами скрыть своё замешательство. Или не поражены, а, скажем так, смущены. Причина этому отыскалась довольно быстро: вслед за боевиками с их стрелковым оружием выступили сами эльфы и продемонстрировали класс стрельбы из лука. Эльфийская стрельба была великолепна - на уровне Олимпийских игр, а может, и выше. Но вот после автомата и ручного пулемёта выглядели их стрелы, скажем прямо, совершенно невзрачно.
   Но тут выступил маг. Сделав несколько пассов руками и пробормотав себе что-то под нос, он вытянул руку - и с его пальца соскользнула молния. От мишени, в которую он целился, осталась только дымящаяся головешка. Все разом заткнулись. Такого никто не предполагал. Аврелий сглотнул. Всё-таки одно дело - теоретически предполагать, а совсем другое - воочию увидеть проявление "паранормальных способностей". Маг высокомерно посмотрел на наёмников, - мол, вот мы что умеем - и отступил назад.
   Тем временем началась подготовка ко второму этапу демонстрации. И наёмники, и гости молчали, обдумывая полученную информацию. Были установлены новые мишени - теперь уже имитировавшие защищённые цели. На позиции были выдвинуты дивизионная пушка и танк. Эльфы с огромным интересом рассматривали неведомые механизмы, явно не понимая, каким образом эти конструкции могут что-либо уничтожить. Их просветили, продемонстрировав пушечную стрельбу, - сначала бронебойным из танка по броневой плите, а затем осколочно-фугасным из пушки по ростовым фигурам и произвольному месту. Согласно замыслу, это должно было показать эльфам огневую мощь пришельцев и подвести их к мысли, что, во-первых, никакие укрепления их не спасут, а во-вторых, вся их живая сила будет моментально уничтожена. Со всеми соответствующими выводами.
   Но аборигены уже справились с удивлением, лица их стали снова непроницаемы. Опять вперёд выступил маг, что-то пошептал, подвигал руками, несколько секунд примерялся - новые цели из соображений безопасности находились довольно далеко - и как волейболист, посылающий мяч, выпустил в броневую плиту шар огня. Огненный снаряд с головокружительной скоростью понёсся к плите и без видимых проблем пробил её насквозь, оставив оплавленные края. В бинокль это было хорошо видно.
   Правда, и наёмники тоже уже оправились от шока, так что видимой реакции не последовало. Аврелий закурил, гадая, могут ли гости предложить ещё что-нибудь удивительное. Гости решили не разочаровывать и попросили снова установить мишени, поставив их как можно теснее друг к другу, после чего предложили повторно их расстрелять. Пожав плечами, Толстый Ник отдал соответствующий приказ экипажу танка. Танковая башня развернулась, грохнул выстрел... И ничего. Мишени остались стоять, совершенно неповреждённые. Сначала Аврелий решил, что танкисты каким-то невероятным образом умудрились промахнуться, но потом понял, что нет. Снаряд сдетонировал, ударившись об какую-то невидимую преграду прямо перед целью.
   Аврелий посмотрел на мага. Выглядел тот неважно: пошатывался, мотал головой и больше всего походил на боксёра, пропустившего мощнейший удар. К чести старика, он быстро сумел взять себя в руки и высокомерно улыбнулся, хотя невооружённым глазом было видно, каких трудов это ему стоило.
   Командующий экспедиционным корпусом любезно предложил продолжить выступления, но эльфы вежливо и непреклонно отказались, мотивировав это усталостью от дальней дороги. Поняв, что ничего интересного больше не намечается, все начали, шушукаясь, расходиться, и только учёные всё колдовали со своей аппаратурой, проверяя показания приборов, качество записи и отчаянно о чём-то споря.
   Аврелий тоже собрался было уйти, но Толстый Ник жестом приказал подойти. Аврелий подошёл. Рядом с командующим стоял, жмурясь на солнце, Торквемада.
   -- Ну, как впечатления? -- спросил Толстый Ник.
   -- Поразительно...
   -- И это всё, что ты можешь сказать?
   -- Пока что - да, -- сказал Аврелий. -- Надо всё обдумать.
   -- Обдумай, -- согласился командующий. -- Да, ты получил последнюю директиву Корпорации?
   -- Получил. Как раз перед выездом на полигон принесли.
   -- Ага, замечательно... Ну, тогда приступай к выполнению.
   Аврелий успел сделать только один шаг, когда его догнала очередная фраза командующего:
   -- Кстати, ещё одно. Если снова будет допущена ошибка, подобная той, что была при захвате Катлина, ты пойдёшь под трибунал. За преступную халатность и некомпетентность.
   Сказано это было очень буднично, без всякой угрозы или злорадства. Таким тоном сообщают: тучи собираются, если не возьмёшь зонтик - можешь промокнуть... Аврелий медленно обернулся и посмотрел сначала на Толстого Ника, затем на Торквемаду. Контрразведчик щурился и заинтересованно наблюдал за Аврелием.
   -- Вы прекрасно знаете, что я не могу этого гарантировать, -- спокойно сказал он, обращаясь к своему начальнику. -- У меня нет ни агентурной сети для сбора стратегической разведывательной информации, ни людей, способных создать таковую, ни средств для этого.
   Толстый Ник согласно покивал.
   -- Да, я понимаю... Но всё-таки ты ошибаешься: такие люди у нас есть. И средства для этого они же могут достать.
   Аврелий уставился на командующего. Это где же у нас объявились носители столь специфического таланта, удивлённо подумал он. Неужто Мэри-Сью успела переквалифицироваться из боевика в шпионы?
   -- И кто же эти доблестные рыцари плаща и кинжала? -- наконец спросил он.
   Толстый Ник выразительно посмотрел на Торквемаду. Аврелий тоже посмотрел на Торквемаду - вопросительно.
   -- Да вот... -- развёл руками великий инквизитор. -- Контрразведывательные контракты появляются не так часто, как хотелось бы, а жизнь сейчас тяжела... Так что пришлось нам, так сказать, освоить и смежную специальность.
   Аврелий почувствовал, как в нём возникает и усиливается желание кого-то растерзать. Голыми руками.
   -- А почему вы об этом раньше мне не сообщали? -- сдерживаясь, поинтересовался он.
   -- Ну, никто не спрашивал...
   Искушение совершить зверское убийство стало совершенно непреодолимым. Непоправимого, правда, не случилось: Аврелию пришла в голову идея получше.
   -- Хорошо, -- спокойно, но твёрдо сказал он. -- Замечательно. В таком случае вот что. В составе штаба экспедиционного корпуса вводятся изменения. Начальником разведывательного отдела назначается Торквемада. Приказ вступает в силу в момент его оглашения. Будьте добры, подготовьте мне на завтра план первоочередных мероприятий.
   Аврелий развернулся и пошёл к своей машине, на ходу прикидывая: если штаб всё же облажается, то как, чёрт побери, Торквемада будет судить не только его, начальника штаба, но и самого себя?..
   Он залез в машину, закурил и вытащил из нагрудного кармана только-только полученную директиву Корпорации. Директива гласила:
  
   "Командующему экспедиционным корпусом
   Начальнику штаба экспедиционного корпуса
  
   Организовать приём и размещение Третьего эшелона экспедиционных сил. Состав эшелона:
   - два дивизиона тяжёлой артиллерии;
   - два отдельных сапёрных батальона;
   - отдельный пехотный полк "Миротворцы".
   Об очерёдности подхода подразделений Третьего эшелона будет сообщено позже. В дальнейшем прибытия дополнительных контингентов ожидать не следует.
   После прибытия пп "Миротворцы" передать ему охрану базы и Окна, сосредоточив имеющиеся силы в районе Катлина. Быть готовыми в любой момент начать операции с ограниченными целями и возможным последующим переходом в решительное наступление.
  
   Штаб-квартира корпорации Terrum Research Inc.,
   Род-Таун"
  
   Аврелий убрал директиву в нагрудный карман и задумался. У него всё чаще возникало ощущение, что высшее руководство само не знает, чего оно хочет. Вот как сечас. Так ограниченные цели - или решительное наступление? И если ограниченные цели - то какие? А если наступление - то против кого? И как они это "решительное наступление" себе представляют? Впрочем, даже в этом можно найти свой плюс: при таких противоречивых указаниях можно действовать фактически на собственное усмотрение. К примеру, если штаб посчитает нужным атаковать - то это он будет выполнять указание о "решительном наступлении", а если предпочтёт маневрировать, выбирая удобные позиции - то добивается "ограниченных целей". Удобно, конечно, но всё же такой разброс в целом не предвещает...
   -- Аврелий, приём! Это я, Мэри-Сью, -- энергично сообщила рация.
   -- Да, Мэри, -- ответил Аврелий.
   -- Слушай, я вот подумала... Не желаешь зайти на чашечку кофе?..
   -- К тебе? Я не могу устоять перед таким соблазном! -- почти искренне сказал Аврелий. -- Готов примчаться по первому твоему зову.
   -- Тогда давай, мчи. Я жду, -- сказала командующая "Волчьей стаей" и отключилась.

* * *

   Кофе, как всегда, был выше всяких похвал. Аврелий смаковал его маленькими глоточками и думал о предусмотрительности Мэри-Сью. Как и множество других бойцов, он обожал хороший кофе, но, как и все, пил его крайне редко: в полевых условиях таскать с собой кофейные принадлежности и запас зёрен было, во-первых, обременительно, а во-вторых, и это главное, банальная лень заставляла довольствоваться обычным растворимым вместо натурального, приготовленного по всем правилам искусства. Выбившись в высшие офицеры, Аврелий и после этого не изменил своим привычкам и пил то же, что и все. А вот Мэри-Сью была не такой. Она никогда не ленилась, всегда возила с собой всё необходимое, а потому была чуть ли не единственной, у кого имелось такое сокровище. Чем, разумеется, в полной мере пользовалась.
   Изящная чашечка (вот, даже это она с собой возит! -- отметил Аврелий) быстро опустела, и он посмотрел на джезву. Интересно, там ещё много осталось?
   -- Итак, как ты всё это можешь объяснить? -- внезапно спросила Мэри-Сью.
   Аврелий вздохнул и отодвинул чашку. Приглашение на кофе от командующей "Волчьей стаей" было знаком высокого внимания, но оно же почти всегда означало, что командующая чего-то от тебя хочет...
   -- Объяснить что? -- уточнил Аврелий.
   -- Всё это, -- Мэри-Сью сделала широкий жест рукой.
   -- А что тут объяснять?.. Вот, прибыли мы в неизведанные края. Закрепились, обустроились. Понемногу изучаем обстановку...
   -- Вот с неизведанных краёв давай и начнём.
   -- А нечего тут начинать, -- сказал Аврелий. -- Никто не знает, что это за мир, откуда он взялся и каким образом связан с Землёй. Может, это параллельный мир. А может, и нет. Вполне возможно, что это наша старая добрая Вселенная, а Окно, через которое мы прибыли, - это не переход в другое измерение, или как там его ещё назвать, а какой-то пространственный туннель, связывающий Землю с какой-то другой планетой. Только не спрашивай, каким образом, -- поспешно добавил он. -- Этого никто не знает.
   -- До сих пор? Ни за что не поверю, что этим никто не интересовался.
   -- До сих пор, -- подтвердил Аврелий. -- Хотя интересуются этим ещё как. Видела целый городок, когда проходила Окно? Так это всё учёные. Изучают... Только пока что без особых успехов.
   -- Слушай, а они там ничего такого не наизучают, что переход захлопнется? -- обеспокоенно спросила Мэри-Сью. -- Я, знаешь, не согласна здесь оставаться навсегда!
   -- Не должны, -- осторожно сказал Аврелий. -- Несомненно, им до жути хочется поэкспериментировать с Окном - например, изучить влияние на него сверхвысоких и сверхнизких температур, пропустить через него ток, попытаться сжать или растянуть, протравить его кислотой или ещё что-нибудь сделать, на что фантазии хватит... Но Корпорация категорически запретила проводить какие-либо опыты. Высшему руководству тоже не хочется терять ни войска, ни территорию. Так что они там больше наблюдают, чем что-то делают.
   -- Ладно, будем считать, что ты меня успокоил. А что ты можешь сказать про местных кудесников, которых мы сегодня видели?
   -- Тоже ничего не могу, -- развёл руками Аврелий. -- Я сам только сегодня увидел их возможности.
   -- Что ж ты в таком случае всё это время делал?! -- возмутилась она. -- Мыльные пузыри пускал?
   -- Нет, -- сказал Аврелий, -- вот до пузырей не додумался. Спасибо, что подала хорошую идею. И вообще, чего ты разошлась? По-моему, ты начала забывать о субординации. Нехорошо.
   -- Ах, извини -- Мэри-Сью изобразила раскаяние. Не очень удачно, по правде говоря. -- Больше не буду.
   -- Не верю! -- объявил Аврелий. -- Но что касается твоего замечания, то оно несправедливо. В кои то веки наниматель не подгоняет нас: мол, давай, давай быстрее! Грешно этим не воспользоваться, как ты считаешь?
   Глава "волков", подумав, согласилась, что да, такой ситуацией надо пользоваться.
   -- Кстати, а что ты можешь сказать про нашего нанимателя? -- спросила она.
   -- А что я должен тебе сказать про него? -- снова ответил вопросом на вопрос Аврелий. -- Ты же сама нанималась, встречалась с представителями, контракт подписывала...
   -- Странный какой-то у нас наниматель, -- заметила Мэри-Сью. -- Непонятный. Во-первых, почему-то не подгоняет, а во-вторых, очень уж скрытный. Я раньше не встречала упоминания о такой компании. А ведь должна бы! Фирма-то очень немаленькая, раз может себе позволить нанять такое количество войск... -- Мэри вопросительно посмотрела на Аврелия.
   Мэри-Сью была совершенно права. Его самого мучала та же загадка, но он ни за что не собирался ей в этом признаваться. Тем более, что он раньше, ещё в самом начале, подкатывался к Толстому Нику и Торквемаде с аналогичными вопросами, так что теперь знал, как ответить.
   -- А что тебе не нравится? -- спросил Аврелий. -- Договор замечаний не вызвал? Не вызвал, раз уж ты здесь. Все необходимые авансовые платежи получила в полном объёме? Надо думать, получила. Банковские гарантии платёжеспособности несомненны? Так чего ты ещё хочешь? Можно подумать, ты впервые встречаешься с нанимателем, который не хочет себя афишировать!
   -- По-моему, ты чего-то недоговариваешь, -- сообщила Мэри-Сью, с подозрением посмотрев на Аврелия. Он только пожал плечами.
   Полог палатки раздвинулся, и в неё зашёл среднего роста и телосложения наёмник с проницательным взглядом и спокойными, неторопливыми движениями. Это был Подкаблучник, ближаший помощник Мэри-Сью и начальник её штаба. Любимой сплетней всех высших офицеров наёмнической братии было обсуждение вопроса - спят они или нет. Лично Аврелий был убеждён, что нет - в противном случае об этом все бы знали. Но точно известно не было, а прямо спросить никто не решался: это было чревато тяжёлыми травмами. И хотя вопрос представлял чисто академический интерес - Мэри-Сью никому не позволяла затащить себя в постель, так не всё ли равно, кому она отдала предпочтение? - загадка сия снова и снова всплывала во время многочисленных встреч и пьянок мирного времени, совершенно необъяснимым образом превращая серьёзных высокопоставленных боевиков в натуральнейших базарных баб.
   -- Не помешаю? -- поинтересовался Подкаблучник, поздоровавшись с Аврелием.
   Мэри-Сью неопределённо мотнула головой, что можно было трактовать как угодно. Подкаблучник расценил это как разрешение остаться и пристроился в углу.
   Мэри встала и задумчиво прошлась по палатке.
   -- Хорошо, пока что отложим этот вопрос, -- сказала она. -- Давай тогда вернёмся к более насущным вопросам. Как я понимаю, последние указания ориентируют нас на наступление. В каком направлении? В западном?
   -- Скорее всего, в западном, -- подтвердил Аврелий.
   -- Ага. Тогда я повторю вопрос, который уже задавала, но ответа так и не дождалась. Что думает штаб по поводу угрозы с севера? Направив наши главные силы дальше на запад, что может помешать местным перерезать наши коммуникации?
   -- Ты про эльфов? Штаб не считает эльфийскую угрозу настолько серьёзной, чтобы отвлекать на неё значительные силы, -- стандартно ответил Аврелий.
   Мэри-Сью внимательно посмотрела на него.
   -- Аврелий, я тебя не узнаю. Ты ведь всегда был таким осторожным, а сейчас, когда наши сообщения с тылом остаются без прикрытия, угроза оказывается несерьёзной! Ты, случаем, не потерял контакт с реальностью? В связи с чересчур резким карьерным взлётом?
   -- Не потерял, -- огрызнулся Аврелий. -- Это у тебя привычка делать поспешные выводы, не вникнув до конца в ситуацию. Начнём с того, что никто тылы без охраны оставлять не собирается - я обязательно выделю достаточные гарнизоны для нашей базы и укреплений у Окна. Это во-первых. Во-вторых же, к северу от наших коммуникаций находится даже не просто лес - настоящие первозданные дебри. Никакие серьёзные силы через эту местность провести попросту невозможно. А даже если эти силы каким-то чудесным образом переберутся через эту чащу, они окажутся без снабжения. Максимум, чего можно ожидать, - это лёгких рейдовых групп, с которыми, учитывая открытость местности и дальнобойность нашего оружия, вполне могут справиться усиленные патрули. В-третьих же...
   Закончить обяъснения Аврелию помешала рация. На этот раз с ним очень хотел пообщаться Торквемада.
   -- Аврелий? Послушай, ты не слишком занят? Я бы хотел с тобой уточнить некоторые вопросы, связанные с моим, гм, новым назначением. Не возражаешь?
   -- Не возражаю, -- ответил Аврелий. -- Более того, я и так собираю сегодня штаб для обсуждения текущих вопросов. Так что в шесть часов у меня. Подойдёт?
   -- Вполне, -- ответил великий инквизитор. -- В шесть, у тебя, -- и отключился.
   Аврелий посмотрел на Мэри-Сью. Так, что я там ещё собирался сказать? А, ладно...
   -- В общем, мы не особо рискуем, и Толстый Ник со мной согласен. Ещё вопросы есть?
   Мэри-Сью глянула на Подкаблучника и перевела взгляд на Аврелия.
   -- Нет, пока что, пожалуй, нет. Хотя, вероятно, ещё появятся.
   -- Замечательно. Тогда с нетерпением жду следующего приглашения на кофе, как всегда бесподобный.
   Аврелий кивнул Подкаблучнику и вышел из палатки.
  
  
  
   Глава 8. Тяжёлые штабные будни
  
   Несмотря на то, что на Земле, судя по календарю, была середина октября, здесь уже царствовал май. Аврелий стянул с себя куртку и уселся прямо на мешки с песком, которыми было выложено пулемётное гнездо. Гнездо здесь, почти в центре базы, создавалось так, на всякий случай, и потому пустовало, так что помешать думам начальника штаба никто не мог.
   Третий эшелон уже начал прибывать. Первой, как принято, появилась артиллерия. Поскольку прибывшие части были вооружены теми же орудиями, что и дивизион Дирижёра, - буксируемыми пушками-гаубицами крупных калибров - их для удобства управления свели в один полк. Командиром полка стал Дирижёр. Он уже успел проверить качество своих новых подопечных и, буркнув: "Вполне приемлемо", занялся своими новыми обязанностями. После артиллеристов пришёл черёд сапёров. Введя в курс дела, их сразу же загрузили работой - строить дорогу от Окна к базе. Сделать это следовало давно, но не было возможности - войска обустраивали базу. Конечно, никакая грязь и непогода не могли парализовать снабжение экспедиционных сил, имеющих армейскую технику, но Аврелия совершенно не прельщала необходимость тратить лишнее время и горючее в период распутицы.
   Теперь на очереди были "Миротворцы" и это настораживало. Не само прибытие, конечно, а тот факт, что это были именно "Миротворцы". К выучке, да и боевому опыту этого полка никаких претензий не было и быть не могло - всё там находилось вполне на уровне мировых стандартов, но вот направленность этой самой выучки и проводимых операций заставляли посматривать на "Миротворцев" с опаской. Дело в том, что полк специализировался не на чисто боевых операциях, как прибывавшие до этого войска, а на полицейских и охранных функциях. В прямом военном столкновении "Миротворцы" никак не могли тягаться ни с "Дикой бригадой", ни с "Волчьей стаей", но в вопросах охраны важных объектов или, скажем, ликвидации партизан специалистами они были непревзойдёнными. Вот такая направленность и вызывала опасения - очень уж тонкая грань отделяла понятие полицейской операции от карательной. Слишком уж тонкая. Вооружение и оснащение части полностью соответствовало направленности "Миротворцев": так, вся их артиллерия заключалась лишь в одной гаубичной и двух миномётных батареях, чтобы выкуривать закрепившихся в опорных пунктах повстанцев, зато имелся целый кинологический батальон с великолепно обученными собаками.
   Аврелий поёрзал. В директиве, правда, вполне ясно указывалось, что "Миротворцы" должны заниматься именно охраной, да и некого тут "умиротворять". Конечно - пока что. Но ситуация ведь всегда может поме...
   -- Здравствуйте, -- произнёс звонкий девичий голос. -- Я вам не помешаю?
   Аврелий поднял глаза. Перед ним стояла эльфийка - та самая, из посольства. В последнее время, подумал Аврелий, я определённо пользуюсь женской популярностью. Однако кто-то мне обещал, что наши остроухие гости не останутся без охраны... Правда, почти сразу обнаружились и два боевика, расположившихся в двадцати метрах и старательно делающих вид, что именно здесь и именно сейчас им приспичило поделиться свежими анекдотами. Так что охрана, откровенно смахивающая на конвой, действительно была.
   -- Нет, конечно, -- со всевозможной учтивостью ответил Аврелий. -- Прошу вас. -- Он сделал приглашающий жест. От удивления он только в последний момент сообразил, что нехорошо, вообще-то, полномочную представительницу усаживать на грязные мешки и кинул на них свою куртку, безуспешно пытаясь вспомнить, как же представительницу зовут.
   Девица благодарно кивнула и присела, сложив руки на коленях. Аврелий посмотрел на неё. Она была очень симпатична. До звёзд с глянцевых журналов, наверное, всё-таки немного не дотягивала, но всё равно хороша. Особенно подкупала её непосредственность и искренняя улыбка.
   -- Знаете, а вы совсем не такие, какими я вас представляла, -- сообщила она.
   -- А какими же вы нас представляли? -- вежливо спросил Аврелий
   -- Ну-у... -- она замялась, -- наверное, это неправильно так говорить, но нам рассказывали, что люди живут в грязных тесных домах, и что у них всё грязное и отталкивающее, а у вас всё не так... -- девушка пожала плечами.
   Всё у вас правильно рассказывают, подумал Аврелий, вспомнив своё вступление в Катлин. Именно что грязное и отталкивающее...
   -- По-разному бывает, -- дипломатично ответил он. -- Некоторые, к сожалению, живут именно так...
   Они помолчали.
   -- А это правда, что вы прибыли из другого мира? -- наконец спросила она.
   -- Правда, -- ответил Аврелий. Однако, довольно глупый вопрос для дипломатического представителя, отметил он. Пытается поддержать разговор? А для чего? И вообще, чего она подошла?
   -- Как интересно! -- воскликнула она. -- Знаете, мне всегда были интересны неизвестные страны. Ведь это так скучно - постоянно видеть одно и то же! А у вас было такое ощущение?
   -- Было, -- соврал Аврелий. Ни черта ему не были интересны новые страны. Новые страны - это новые театры военных действий, новые бои и операции, но не более. А экзотика быстро приедается, когда её много.
   Может быть, девушка сказала бы ещё какую-нибудь банальность в том же стиле, но в поле зрения появился один из эльфов, остановившийся невдалеке и недвусмысленно посмотревший на остроухую блондинку. За ним маячили ещё два боевика-конвоира. Девушка с искренним сожалением сказала:
   -- Мне пора... Надеюсь, мы ещё побеседуем. А пока что до свидания.
   -- Всегда буду рад вас видеть, -- галантно ответил Аврелий.
   Интересно, к чему всё это? -- немного растерянно подумал он, глядя на удаляющуюся красавицу. Впрочем, сейчас это было неважно. Глянув на часы, он убедился, что опаздывает на штабное совещание.

* * *

   В штабе, правда, ничего интересного не происходило, но лишь по причине отсутствия Торквемады. И пока гроза шпионов, а теперь - и главный разведчик, где-то задерживался, Аврелий, развалившись на своём месте, от нечего делать разглядывал собравшихся. Собравшиеся командиры, среди которых был и вызванный по такому случаю Абордажник, приветствовали его и продолжили увлечённо изучать расстеленную на столе карту.
   Не выдержав, Аврелий тоже подошёл к местной карте, добытой разведкой. Собственно, картой сиё изображение назвать было трудно - так, схема скорее, не имеющая даже масштаба. Справедливости ради надо отметить, что схема эта привлекала к себе внимание - хотя не столько с военной, сколько с художественной точки зрения. Карта в лучших традициях средневековья давала представление лишь о сравнительно хорошо изученной местности, а дальше шла в ход фантазия местных картографов. Только на Земле составители на неизведанных землях честно писали "terra incognita" и рисовали фантастических зверюшек, а здесь белые пятна поэтично именовались "землями тьмы" - но тоже непременно с разнообразными монстрами. При этом возникало стойкое впечатление, что на каждый рисунок крылатой лошади, скелета или дракона автор потратил на порядок больше сил и времени, нежели на изображение всей известной местности.
   Тем не менее некоторую самую общую информацию данная бумага давала. Три государства, интересы которых так лихо затронули наёмники, атаковав приграничный Катлин, карта с чисто детской непосредственностью именовала "Срединными землями" - видимо, по мнению местных жителей, именно их территории являлись центром мироздания. К северо-востоку от них шёл уже известный Эльфийский лес (естественно, на самом деле лес назывался совсем не так, но никто в штабе не морочил себе голову корректным переводом), и как далеко он простирался, понять было невозможно. Ясно только, что в конце концов он где-то заканчивается - на карте граница леса обозначалась морским побережьем и парой странного вида существ. С севера Срединные земли ограничивались горами, в которых, как стало уже известно, жили варвары. Варвары, как водится, были злобными, дикими, свирепыми и постоянно причиняли кучу неприятностей примыкавшему к горам Риванорскому княжеству. Что находилось за горами, было неизвестно. Карта вместо внятной информации предлагала талантливо нарисованного дракона.
   К западу от всех трёх срединных государств раскинулась некая Каргалийская империя. Даже не интересуясь местной политикой, легко было понять, что с империей эти государства не дружат. Во-первых, карта хоть как-то изображала лишь небольшой западный кусочек империи - остальное обозначалось как "земли тьмы", из чего следовал вывод, что срединные путешественники туда старались не наведываться. Во-вторых же, для особо непонятливых, Каргалийская империя имела и другое, неофициальное название - "Империя зла", а рядом с подписью изображалось несколько устрашающего вида воинов с явно кровожадными намерениями.
   -- Чёрт знает что! -- с отвращением сообщил Гудериан, отрываясь от карты. -- Где пятьдесят километров, где сто пятьдесят - ничего не понятно! Хорошо, что хоть некоторые расстояния указаны.
   -- Это ещё мягко сказано, -- усмехнулся Аврелий. -- Слышал бы ты, как по этому поводу высказывался мой начальник оперативного отдела...
   -- А как он по этому поводу высказывался? -- поднял голову Дирижёр.
   -- Скажем так, весьма нелицеприятно. Я бы мог процитировать, но, боюсь, при дамах, -- Аврелий кивнул в сторону Мэри-Сью, -- это будет, скажем так, некорректно.
   Послышалось чьё-то откровенное хихиканье: нервничать о допустимости ненормативной лексики в присутствии командующей "Волчьей стаей" было подобно переживанию по поводу секса в разговоре с многодетной матерью. Мэри-Сью громко фыркнула. Она ещё что-то хотела добавить, но тут, к счастью, наконец ввалился Торквемада с уже привычной купой бумаг подмышкой.
   Все сразу стали серьёзными и начали рассаживаться по местам. Аврелий тоже уселся на своё место, рассматривая великого инквизитора, раскладывавшего на коленях бумаги. Контрразведчик, надо сказать, с момента своего нового назначения очень изменился. Он перестал вальяжно расхаживать, попутно суя свой нос во все дела. Теперь он передвигался исключительно быстрым шагом, занятый и серьёзный. Он постоянно получал донесения от своих агентов, координировал их действия, доводил информацию до ведома Аврелия и с ним же эту информацию обсуждал. А поскольку донесения в большинстве случаев были совершенно неправдоподобными, массу усилий приходилось тратить для перепроверки информации и попыток понять, что бы всё это значило. Ко всему этому надо добавить, что Аврелий не единолично ставил задачи своему главному осведомителю, а подключил весь штаб - каждый отдел формулировал свои вопросы и через своего начальника передавал их инквизиторам. Начальник тыла, к примеру, озадачил Торквемаду вопросами снабжения местных полевых армий, начальника артиллерии интересовали приёмы дистанционного поражения противника и способы противодействия им, инженерная служба желала изучить полевую фортификацию и применяемые заграждения, а оперативный отдел требовал общую информацию по местной тактике и стратегии.
   В общем, тяжело приходилось контрразведчику.
   -- Ладно, начинаем, -- сказал Толстый Ник. -- На чём мы там закончили?
   Командиры затихли, приготовившись к очередному докладу.
   -- На эльфах, -- сказал Аврелий.
   -- Да, так что там с эльфами? Вы разобрались с их лесной чертовщиной?
   Аврелий отрицательно помотал головой. С эльфами действительно творилось что-то совершенно непонятное. По всему выходило, что эльфы имеют вполне оформившуюся цивилизацию и по уровню развития как минимум не уступают остальным местным государствам. В этом не было бы ничего странного, если б не всеобщая уверенность в том, что остроухие живут в лесах и создали какую-то свою лесную цивилизацию. А вот такого быть не могло. Никак не могло. Чтобы выбраться из первобытнообщинного строя, нужны города - центры развития науки, культуры, образования, ремёсел и всего прочего. А в лесу городов, как известно, не бывает. Городам, чтобы прокормиться, нужны обширные, иногда очень обширные сельскохозяйственные площади. А в чащобе ни пшеницу не вырастишь, ни коров не разведёшь. Или что здесь обычно выращивают и разводят?.. В любом случае ничего не получится. Значит...
   -- Нет, -- вздохнул Аврелий. -- До конца не разобрались. Есть только более-менее правдоподобная гипотеза. Суть её в том, что никакая у эльфов не лесная цивилизация, а самая обычная. Только она отделена от остального мира густым непроходимым лесом километров в сто двадцать - сто пятьдесят. Вряд ли больше, учитывая состояние местного транспорта. Лес превратили в своеобразную засеку - эдакую грандиозную полосу обеспечения, за которой и находится обычная страна с городами, полями и дорогами. А чтобы любопытствующие поменьше лезли, усиленно распространяли - и распространяют до сих пор, кстати, - дезинформацию про "лесную цивилизацию". Местные верят и нам пересказывают.
   Толстый Ник задумчиво посмотрел на расстеленную карту.
   -- Да, скорее всего. Воздушную разведку никто не проводил, зато все видят, что остроухие выходят только из леса и в него же возвращаются... На Земле в своё время и не в такие сказочки охотно верили... У кого-нибудь есть другие версии?
   Других версий не было, поэтому Толстый Ник приказал переходить к следующему пункту.
   Следующим был вопрос взаимоотношений эльфов с соседями. Собственно, отношения как таковые были в целом понятны и не очень интересны, но их изучение приводило к самому важному - к военным действиям местных армий. Аврелий выбрался со своего места, значительно на всех посмотрел, демонстрируя важность рассматриваемого вопроса, и начал докладывать о том, что он с Торквемадой сумел узнать и понять. Поскольку великий инквизитор черпал информацию и от жителей Катлина, и от эльфийских послов, узнать получилось довольно многое.
   Если эльфы когда-то и ограничивались сугубо лесной местностью, то очень давно. Постепенно они, расселяясь и расширяя свои владения, вышли из Эльфийского леса и начали осваивать прилегающие территории. На этот период приходится и установление более-менее серьёзных отношений со срединными государствами, преимущественно торговых. Нет, контактировали эльфы с людьми, естественно, и раньше, но теперь эти связи стали постоянными и устойчивыми. В ту эпоху всё шло замечательно: расы (или нации, или как их обозначить?) мирно уживались, много торговали, немного интриговали. Эльфы приостановили своё и так неторопливое расширение, а жители Срединных земель, увлечённые междоусобными войнами между собой и с Каргалийской империей, на них особого внимания не обращали ввиду полного нейтралитета остроухих в человеческих делах.
   Но всё хорошее, как известно, рано или поздно заканчивается, и по прошествии некоторого времени ситуация кардинально изменилась. Люди Срединных земель, утомившись от бестолковой грызни друг с другом, решили, видимо, для разнообразия перестать убивать себе подобных и сообща переключиться на чужаков. Под которыми, ясное дело, подразумевались эльфы. Так началась Эльфийская война.
   Что конкретно послужило поводом, разведка узнать не смогла, да это было и не важно. Причина же и так была очевидна: желание расширить свои владения, можно - за счёт остроухих. Правители человеческих государств сообразили, что сделать это легче, если совместно с соседями атаковать эльфов вместо того, чтобы по старинке пускать кровь друг другу за клочки пограничных земель. Почему срединные монархи додумались до столь несложной мысли только по истечении значительного периода мирного сосуществования и что именно послужило толчком к ней, понять также не удалось.
   Сама война длилась около трёх лет, и ход её, между прочим, был очень поучительным. Начало противостояния ознаменовалось крупными успехами человеческого оружия: эльфы потерпели ряд сокрушительных поражений, после чего жалким остаткам остроухих войск и всему остальному эльфийскому населению пришлось, бросив всё, срочно эвакуироваться в свой драгоценный лес.
   Причины столь неудачного для эльфов дебюта крылись в особенностях организации эльфийской армии. Прежде всего бросалось в глаза необычайно большое количество стрелков в её составе, доходившее до трети и более от общей численности войск. Некоторые источники утверждали даже, что количество легковооружённых достигало половины эльфийской армии, но штаб экспедиционных сил решил, что это уже преувеличение. Стрелковые подразделения были вооружены исключительно луками, что при местном уровне развития военного ремесла, естественно, делало их сугубо вспомогательными войсками. Такую весьма странную организацию следовало, по-видимому, объяснять жесточайшим дефицитом металла и, соответственно, оружия, который испытывали эльфы. Косвенно такой вывод подтверждала и экипировка тяжёлой эльфийской пехоты, которая, к примеру, для защиты носила исключительно кожаные или стёганые куртки, но вовсе не имела кольчуг или каких-либо других металлических доспехов. Кстати, и сейчас основной статьёй эльфийского импорта, как точно установила разведка, был металл и изделия из него, а даже среди прибывших на базу послов и их охраны не наблюдалось ничего, похожего на металлическую броню.
   Второй важной причиной поражений эльфов была очень слабая конница. Причины её слабости до конца так и не выяснили, и Аврелий до хрипоты спорил с Торквемадой, обсуждая этот вопрос. Сам Аврелий полагал, что эльфийских всадников просто было слишком мало, чтобы оказать существенное влияние на ход сражений, и предлагал искать причину в том, что эльфы не озаботились создать большие и многочисленные конные заводы для комплектования кавалерийских частей. Инквизитор возражал, что нет достаточных оснований считать именно так, и утверждал, что беспомощность эльфийской конницы кроется в крайне слабой обученности кавалеристов, что, в свою очередь, является прямым следствием системы их набора. Как бы то ни было, никакой особой пользы эльфийские всадники своим войскам не приносили. Если уж на то пошло, вообще никакой пользы не приносили. В отличие от кавалерии срединных государств, которая смело и решительно заходила во фланг и тыл противника, атаковала его легковооружённых, вела преследование. То есть действовала на поле боя весьма активно.
   -- Кстати, а почему вы решили, что кавалерия эльфов очень слаба? -- спросил Гудериан. -- В чём конкретно это выражается?
   -- Прежде всего в том, что никакого существенного её вклада в ход сражений не наблюдается, -- пожал плечами Аврелий. -- Совсем. Конницы не то чтобы вообще нет - она как раз есть, она упоминается, причём неоднократно. Иногда её концентрировали на одном фланге, чаще - расставляли на обоих, но вот какими-либо успехами похвастаться она не может. То есть перед началом сражения остроухая кавалерия как бы существует - а в следующий момент её уже почему-то нет. Возможно, истреблена, а возможно - просто рассеяна и обращена в бегство. В любом случае участия в бою не принимает и считаться боеспособной не может. -- Аврелий замолчал, прикидывая, как лучше это объяснить. -- Ну, вспомни Ганнибала и его войну с римлянами. Римская конница, понятное дело, вполне существовала и даже представляла довольно значительную силу. Тем не менее карфагеняне без особых усилий её всегда уничтожали или разгоняли, а всю тяжесть боёв несла римская пехота. Тут ситуация аналогична.
   -- Вот именно, Аврелий, -- немедленно подчеркнул Торквемада. -- Именно как в Риме. Позволю себе напомнить, что слабость римской конницы объясняется не её малым количеством, а отвратительной выучкой. А это происходило потому, что всадниками становились те, кто мог себе позволить потратить не только деньги на боевого коня, но и время на занятия по верховой езде. Поскольку таковыми были исключительно представители аристократической молодёжи, которая, как известно, во все времена и у всех народов отличалась ленью и разгильдяйством, то боевые качества этих, с позволения сказать, "воинов" были соответствующими...
   -- Ладно, мы поняли, -- нетерпеливо побарабанил пальцами по столу Толстый Ник. -- Дальше.
   Дальше, впрочем, всё было просто. Такие вопиющие слабости остроухой армии неминуемо привели её к полному разгрому. Сражения обычно протекали так: пока тяжёлая пехота людей надвигалась на противника, их конница заходила с флангов, атаковала и опрокидывала эльфийских всадников и стрелков, после чего человеческая пехота, пользуясь перевесом в численности и вооружении, прорывала эльфийской фронт, а кавалерия ударом с тыла довершала разгром. Бывало, правда, что остроухие не принимали сражение, а занимали оборону на выгодных рубежах. Тогда люди в случае неудачи прямой атаки (а такие атаки на закрепившегося противника обычно успеха не имели, так как именно в подобных ситуациях эльфы могли воспользоваться всеми преимуществами многочисленных лучников) отступали, блокировали пути снабжения эльфийской армии и терпеливо ждали, пока голод не заставит противника покинуть занимаемые позиции, после чего совершался разгром по первому варианту.
   Между прочим, оригинальный состав вооружённых сил остроухих и выработавшаяся тактика их уничтожения привели к любопытному последствию: среди людей распространилась твёрдая убежденность, что эльфы в подавляющем большинстве, во-первых, отличные стрелки (видимо, это явилось следствием того, что в боях с остроухими потери от действий эльфийских лучников были необычайно велики по сравнению с битвами людей между собой), но, во-вторых, весьма слабы в рукопашном бою (а это, надо полагать, следовало из лёгкости, с какой прорывался строй тяжёлой эльфийской пехоты). Сами эльфы, к слову сказать, последнее утверждение с негодованием отметали, оправдывая свои поражения колоссальным превосходством противника в силах. Торквемада на всякий случай тщательно прошерстил имеющиеся в его распоряжении источники на предмет истинности всех этих заявлений. Оказалось, что ни одно из них не имеет оснований: эльфы, при всей их ставшей впоследствии легендарной стрельбе, никаких особых стрелковых чудес в битвах не проявили (сказочки про неких эльфийских героев, способных чуть ли не с полукилометра попасть белке в глаз, штаб игнорировал), но и пехота их, судя по всему, проявляла неплохую стойкость. Ведь люди тоже недолго бы держались против многочисленного противника, имея явно более слабую защиту да ещё и будучи атакованными с тыла. Хотя, конечно, превосходство врага никогда не было ни пяти-, ни, тем более, десятикратным, как фантазировали остроухие блондины.
   Но все эти впечатляющие успехи антиэльфийской коалиции отнюдь не означали победу в войне. Эльфы упорно сопротивлялись, до последнего отстаивая свои опорные пункты, и когда силы срединных государств ликвидировали, наконец, последние очаги сопротивления на равнинах, оказалось, что время упущено. Приближалась зима, и вместо того, чтобы нанести решающее поражение остроухому противнику на его территории, срединный альянс был вынужден отвести войска на зимние квартиры. Перезимовав и потратив много времени на общий сбор, объединённая армия людей весной второго года войны начала наступление на Эльфийский лес. Последующие события получили название "Лесного разгрома".
   Неприятности начались буквально с первого дня вторжения. Ни о каком манёвре или хотя бы внезапности не могло быть и речи: тогда, как и сейчас, через лес проходила только одна дорога, пригодная для движения крупных войсковых масс. Существовал ещё, правда, аналогичный северный путь, но он был неприемлем для южного Вейнардского королевства, которое не желало отсылать войска так далеко от своих границ.
   Сразу же обнаружилось, что остроухие времени отнюдь не теряли и превратили свой дремучий лес в настоящий укреплённый район, нашпигованный ловушками и препятствиями. Огромная по местным меркам армия, в которой насчитывалось более ста тысяч человек (хотя, судя по всему, в это число входил и нестроевой вспомогательный персонал, так что количество линейных войск было меньше), черепашьими темпами продвигалась вперёд, преодолевая многочисленные лесные завалы и подвергаясь нападениям лёгких эльфийских отрядов. Эльфы, терроризируя растянувшуюся колонну людей, действовали быстро, дерзко и решительно, атакуя и тут же растворяясь в дебрях. Попытки преследования оканчивались плачевно - в лесу подразделения разрывали строй, солдаты попадали в капканы и волчьи ямы, ставали жертвами лучников-снайперов. Армия, не видя перед собой никакого равноценного противника, тем не менее каждый день несла потери. Настоящей проблемой становилось снабжение, поскольку остроухие особенно пристрастились атаковать обозы. Боевой дух, поначалу очень высокий, стал стремительно падать, тогда как эльфы, знающие, что отступать некуда, и не думали снижать свою партизанско-диверсионную активность.
   Продвигаясь таким образом, армия вторжения, обессиленная и деморализованная, за две недели прошла всего-навсего около ста километров и упёрлась, наконец, в укрепления лесного города эльфов - судя по всему, того самого, в котором принимали наёмников. Естественно, осадная техника у людей отсутствовала, так как подтянуть её не было никакой возможности. Штурмовые лестницы и тараны пришлось изготавливать на месте из подручных материалов. О полноценной долговременной осаде не могло быть и речи - партизанские налёты эльфов достигли апогея. Несколько штурмов защитники города отбили, так как развернуться для атаки по всем правилам не удавалось, а эльфы сражались с отчаянностью смертников. Только на второй день почти беспрерывных боёв люди ворвались в город, но это был их последний успех.
   Войдя в город, войска обнаружили, что он покинут, а все ценности, начиная с продовольственных запасов и заканчивая кухонной утварью, вывезены или уничтожены. Передышка, на которую очень надеялось командование, оказалась весьма условной - эльфийские подвижные отряды окружили захваченный город и не давали покоя, систематически обстреливая оккупантов стрелами и магией. Ряды армии таяли - медленно, но неуклонно. Моральное состояние войск вызывало всё большие опасения. Дезертирство не стало массовым только потому, что солдаты боялись в одиночку или мелкими группами прорываться из леса. Часовые, стоявшие на восточной стене, докладывали, что к эльфам постоянно мелкими партиями прибывают подкрепления, приближаясь к городу и растворяясь в чаще. Проанализировав дальнейшие события, Аврелий, впрочем, пришёл к выводу, что никакой помощи эльфы не получали, а использовали хитрость: днём небольшие группы остроухих демонстративно маршировали по дороге, уходили в лес, а ночью козьими тропками возвращались назад и снова дефилировали перед дозорами. Вот только командование вторгнувшейся армии об этом не знало.
   Самой же отвратительной была лежащая впереди неизвестность. Несмотря на то, что армия прошла совсем небольшое расстояние, почти четверть всех войск уже пришлось оставить для охраны дороги, чтобы хоть как-то наладить снабжение и вывоз раненых, но и это не очень помогало. А сколько ещё нужно идти, чтобы добраться, наконец, до эльфийской столицы? День, неделю, месяц? И запросят ли эльфы мира, даже если осадить её? Есть ли вообще конец этому проклятому лесу?!
   Несколько дней командование мучительно размышляло над дальнейшими планами и, наконец, приняло решение не рисковать армией - войскам приказали поворачивать назад. Организованный отход не получился: солдаты, стремясь побыстрее выйти из негостеприимного леса, не соблюдали порядок, части перемешивались между собой, управление ими терялось. Эльфы, почувствовав перелом в войне, усилили натиск, что тоже порядка отнюдь не добавляло. Количество нападений на колонны, правда, резко уменьшилось - всё-таки остроухие тоже сражались из последних сил, - но сами удары ставали всё более дерзкими и чувствительными. Под конец отступление превратилось в бегство. Из леса удалось выйти всего лишь половине первоначальной армии.
   Поражение объединённых сил срединных государств повергло человеческое общество в состояние шока, усугублявшееся рассказами выживших. Последние, чтобы оправдать разгром, распространяли совершенно дикие описания своего похода. Рассказывали, например, что эльфы умеют видеть в темноте и сквозь листву, что в лесу им помогают сами деревья, что они имеют неисчерпаемые запасы стрел и какие-то особенные луки. Читая весь этот бред, Аврелий не мог снова не вспомнить древних римлян, в аналогичных условиях не сумевших покорить парфян, - легионеры сочиняли очень похожие сказки. Правда, до сопротивляющихся оккупантам деревьев воины "вечного города" всё-таки не додумались. Кстати, здесь даже существовало выражение "эльфийская стрела", по смыслу идентичное земной "парфянской"!
   Война, таким образом, превратилась в затяжную. Эльфы, помня поражения начального периода войны, боялись выйти на открытую местность, а люди не рисковали сунуться в лес. Правители срединных государств вдруг обнаружили, что вместо громких побед и богатой добычи имеются лишь крайне туманные перспективы окончания войны, не говоря уже о капитуляции противника. Поэтому, проведя ещё год в бесплодном маневрировании и незначительных стычках у границ Эльфийского леса, люди предложили заключить мир. Тем более, что отсутствие прибылей от торговли с остроухими и необходимость содержать дополнительные воинские контингенты у восточных границ привели финансы срединных государств в полное расстройство. Это не учитывая бед простых людей, по которым война тоже ударила весьма ощутимо: за период боевых действий Катлин обеднел и опустел больше, чем во время самых жестоких срединных междоусобиц.
   Эльфы хоть и раздувались от гордости за "Лесной разгром", согласились моментально. Они сами еле держались, а их экономика находилась на грани катастрофы. Условия мирного договора были простыми. Людям, за исключением торговцев, запрещалось входить в лес под страхом смерти - эльфийским дозорам разрешалось стрелять сразу на поражение. Остроухие, в свою очередь, обязались не высовываться из своего леса. Территория шириной примерно пятьдесят километров между лесом и землями срединных государств объявлялась нейтральной полосой, на которую люди соглашались не претендовать и не присоединять к своим государствам. Кроме того, эльфы обязались и дальше сохранять полный нейтралитет в человеческих делах. Естественно, каждая сторона объявила такой результат своей большой победой.
   Постепенно отношения наладились. Торговля не только достигла предвоенного уровня, но и превысила его. Люди и эльфы понемногу переставали считать друг друга априори врагами. Более того, эльфы по просьбе срединных государств несколько раз оказывали им посильную военную помощь в столкновениях с третьей стороной!
   И всё же несмотря на то, что Эльфийская война закончилась более чем полвека назад, по-настоящему добрососедскими отношения между людьми и остроухими так больше и не стали. Люди, помня унижение "Лесного разгрома", про себя называли эльфов "остроухими зазнайками", а те, тоже не забывая своих поражений, величали их между собой "грязными людишками". Впрочем, это была лишь общая тенденция, имевшая много исключений. Ксенофобия ксенофобией, но если речь заходила о деньгах (как в случае торговли), или когда между представителями двух рас вдруг возникала горячая любовь (такое тоже бывало, и даже не то чтобы очень редко), то никакая ксенофобия не мешала. Хотя, конечно, в последнем случае местным Ромео и Джульеттам приходилось несладко. Между прочим, если такая пара селилась в человеческих селениях, то максимум, что им приходилось терпеть, - это косые взгляды и пересуды соседей, а их детям - издевательства сверстников. А вот эльфы за приведённую чужеземку или чужеземца запросто могли и выгнать. Штаб, впрочем, рассудил, что это связано не столько с укоренившимся эльфийским шовинизмом, сколько с гипертрофированным чувством безопасности и страхом перед раскрытием военных и государственных тайн. Изгнанникам, правда, легче от этого не было.
   -- Таким образом, -- резюмировал Аврелий, -- имеем следующее. Налицо неплохой тактический уровень местных армий при весьма убогом оперативно-стратегическом кругозоре. Военачальники понимают сильные стороны своих вооружённых сил и в бою действуют в соответствии с этим. Одновременно сами операции и стратегические соображения удивляют своей примитивностью. Начав дружить против эльфов, правители срединных государств, видимо, решили, что союз - это когда просто не нападают друг на друга. Никакой координации между армиями трёх государств не обнаружено - каждая из них действовала по своим планам и стремилась к своим целям, глубоко начихав на соседей. Силы объединили только перед "Лесным разгромом" и, как я понимаю, только потому, что была всего одна дорога. Войска располагались в худших традициях кордонной стратегии. Эльфы, будь у них лучше оснащённые войска, могли бы успешно сопротивляться, разбивая противника поодиночке, как Фридрих Великий в Семилетнюю войну... Впрочем, сами остроухие ничуть не лучше: надо же было додуматься с самого начала загубить без всякого смысла свои лучшие войска, пытаясь удержать то, что удержать невозможно! -- От долгого рассказа горло пересохло, и Аврелий хлебнул из фляжки. -- Какие будут вопросы?
   -- Мы ничего не услышали про магов в бою, -- заметила Мэри-Сью.
   -- Ну, про магов лучше расскажет Торквемада. Тогда же, думаю, обсудим и вопросы их боевого применения.
   -- А Торквемада готов доложить нам о магах? -- осведомился Толстый Ник.
   Инквизитор утвердительно кивнул.
   -- Хорошо, -- сказал командующий. -- Объявляю получасовой перерыв. После этого заслушаем Торквемаду.
   Аврелий вместе со всеми выбрался из блиндажа и с наслаждением закурил. Всё-таки тяжело почти час молоть языком без остановки. И как это у преподавателей получается?.. Глубоко затянувшись, он побрёл куда глаза глядят и через десять минут обнаружил, что глаза глядели в сторону палаточного городка эльфов.
   Полог одной из палаток раздвинулся, оттуда вышел вооружённый эльф, на ходу пряча какой-то конверт. Подозрительно оглянувшись, он вскочил на стоявшего рядом коня. Почти сразу же из-за другой палатки выехали ещё два вооружённых всадника, и вся троица галопом помчалась прочь из лагеря.
   Ещё одно послание, подумал Аврелий. Едва обжившись, эльфийские послы развили энергичную переписку со своим центром - курьеры с охраной отправлялись из посольского лагеря почти каждый день и с такой же регулярностью прибывали из метрополии. Интересно, о чём они там пишут? Может, перехватить одного? А что? Встретить где-нибудь на полдороге, пулемётной очередью по лошадям, скрутить, пока выбираются из стремян... Нет, со вздохом признал Аврелий. Опасно и бесполезно. Наверняка послание зашифровано, а курьер, ясное дело, шифра не знает. Да и маловероятно, что мы узнаем что-то стоящее из одного случайного послания, а вот факт пропажи фельдъегеря заставит аборигенов встревожиться. Лучше не надо.
   Из другой палатки вынырнула посольская красавица, подходившая к Аврелию перед совещанием, со своей служанкой. Последняя, выслушав указания, куда-то отправилась, а красавица, обернувшись, увидела Аврелия, дружелюбно ему улыбнулась, помахала рукой - чисто земной жест, между прочим, здесь, кажется, его не использовали - и снова скрылась за пологом. Такая хорошенькая девушка, подумал Аврелий, с сожалением посмотрев на палатку. Жаль, что она из делегации. В противном случае имело бы смысл заняться ею поплотнее. А так - не стоит и пытаться, рискуя вызвать дипломатический скандал. Ч-чёрт, как же её всё-таки зовут? Надо будет у Бисмарка узнать, он по должности обязан их имена выучить. Ладно, пора возвращаться...

* * *

   -- Магия, -- начал Торквемада, -- это способность воздействовать на окружающий мир посредством мысли. Как мы убедились на полигоне, некоторые лица в этом мире вполне способны проводить такое воздействие. Хотя каким образом они это делают, неизвестно. Насколько я смог понять, это как-то связано с умением человека абстрактно мыслить, -- контрразведчик замолчал, давая время переварить информацию.
   -- Абстрактно мыслить, -- произнесла Мэри-Сью, -- могут все, кроме умственно отсталых. Так что, здесь все владеют магией?
   -- Отличный вопрос! -- обрадовано заявил Торквемада. -- Нет, владеют ею далеко не все. Лучше всего это объяснить с помощью аналогии. Аврелий, ты умеешь рисовать? -- внезапно спросил инквизитор.
   Вопрос застал Аврелия врасплох.
   -- Нет, не умею... Рисование-то здесь при чём?
   -- Совсем не умеешь?
   -- Совсем. Могу разве что поставить пару разноцветных клякс и объявить это шедевром абстракционизма.
   -- Вот, -- поднял указательный палец контрразведчик. -- Не умеешь. Между тем, что нужно, чтобы что-то нарисовать? -- задался вопросом инквизитор. -- Возможность видеть картинку перед собой и руку, чтобы карандаш держать. У нашего начальника штаба и руки целые, и со зрением всё нормально, но вот нарисовать лошадку, и чтобы было похоже, он не способен. А всё потому, что нужна ещё и склонность к этому. Талант, если хотите. С магией дела обстоят схожим образом. Пока что всем понятно?
   Всем пока что было понятно.
   -- Хорошо, -- сказал Торквемада. -- Но и это ещё не всё. На практике дела обстоят ещё интереснее...
   На практике дела обстояли так. Сами по себе способности вовсе не делали из человека мага. Подобно тому, как одарённый ребёнок, проявив склонность к тому же рисованию, идёт учиться в художественную школу, так и потенциальный маг, прежде чем начать колдовать по-настоящему, должен пройти серьёзное обучение. Во время учёбы он не только изучает что-то новое, но и развивает своё умение. Так же, как и в случае с художниками, есть какой-то более-менее устоявшийся курс обучения, но получится ли в результате этой учёбы новый Микеланджело или паршивенький уличный рисовальщик, сказать невозможно - это связано с наличием таланта. Кто-то, отучившись, становится сильным магом, кто-то остаётся посредственностью. Понятно, что чем волшебник сильнее, тем более мощные заклинания ему подвластны и тем дольше он может колдовать без передышки. Аналогия с творческими людьми углубляется тем, что вероятность возникновения у ребёнка таланта к магии и сила этого дара никак не связана, скажем, с наследственностью или местом рождения. Просто у некоторых проявляется дар, а у подавляющего большинства людей - нет.
   Любопытным был процесс изучения и использования заклинаний. Здесь, объяснял Торквемада, лучше подойдёт аналогия не с художниками, а, пожалуй, с певцами. Певец сначала долго и старательно разучивает новую песню, зато потом способен исполнить её неограниченное количество раз. Вернее, не то чтобы неограниченное количество, а пока не охрипнет. Тут то же самое: маг, изучив заклятье, может пользоваться им сколько угодно. Правда, каждое из них утомляет чародея, причём чем мощнее волшебство, тем оно утомительнее. Израсходовав силы, волшебник более не способен колдовать, пока не отдохнёт. Каким образом бормотание под нос абракадабры и несколько пассов руками могут довести человека до полного изнеможения, наука, как и следовало ожидать, также объяснить была не в состоянии.
   Кроме того, добавил Торквемада, магия по каким-то своим признакам подразделяется на ряд направлений - как жанры в музыке. Соответственно, каждый маг, сообразуясь со своими возможностями и наклонностями, выбирает одно из этих направлений, в котором и специализируется. Это вовсе не значит, что он не может пользоваться заклинаниями других направлений, нет. Но "чужие" заклинания даются труднее, а сил требуют намного больше, поэтому волшебники предпочитают пользоваться только "своим" излюбленным арсеналом. Количество этих направлений и отличия между ними находятся в стадии выяснения. Больше, сказал Торквемада, ему добавить нечего. По крайней мере на данном этапе.
   Некоторое время все молчали, обдумывая полученную информацию, после чего Мэри-Сью повторила свой вопрос о магах в бою.
   -- Что тебе сказать? -- развёл руками Аврелий. -- Ты сама можешь понять, что волшебники не являются стандартной боевой единицей с какими-то примерно равными боевыми возможностями. Кто-то сильнее, кто-то - слабее... Конечно, для примерных расчётов можно было бы нарисовать портрет эдакого среднеарифметического чародея, но для этого нам пока не хватает... э-э... объектов для изучения. В целом же, насколько мы выяснили, волшебники играют роль артиллерии поля боя. Причём артиллерии примерно восемнадцатого века. Правда, в отличие от нашего "бога войны" маги имеют двоякую функцию: во-первых, они, как полевая артиллерия, обстреливают противника при сближении армий, а во-вторых, в меру сил защищают свои войска от аналогичного обстрела врага, чего, естественно, артиллерия сделать не может. Ну, а на что способны как минимум некоторые из них, ты и сама видела на полигоне.
   -- Ладно, на сегодня хватит, -- подытожил Толстый Ник. -- Все свободны. О времени следующего совещания начальник штаба известит вас позднее.
  
  
  
   Глава 9. Стратегия антимагических действий
  
   Сигаретный дым тонкой струйкой поднимался вверх, постепенно растворяясь в воздухе штабного блиндажа. Работать не хотелось совершенно. Видимо, от жары. От жары и эльфов. Проезжая по пути в штаб мимо лагеря послов, Аврелий опять увидел давешнюю эльфийку. Правда, она в это время щебетала с коллегой-послом, так что лучезарной улыбки Аврелий не получил, но зато сделал очень ценное наблюдение, убедившись, что та имеет не только милое личико, но и замечательнейшую фигурку. Раньше эльфийка носила громоздкое церемониальное платье, а потому ничего конкретного насчёт её форм Аврелий сказать не мог. Припекающее солнце заставило раздеться не только людей, и теперь красавица была облачена в простенькое облегающее платьице, причём - ну кто бы мог подумать! - тоже светло-зелёного цвета.
   Под впечатлением от такого стратегически важного открытия мысли Аврелия норовили течь в откровенно игривом русле. Конечно, он мог бы выкинуть эту чепуху из головы, но всё портила Мэри-Сью, развалившаяся почти напротив Аврелия. Командующая "Волчьей стаей" формами обладала ничуть не худшими, а вот о пуританской скромности она, похоже, не имела понятия. Это полностью лишало настроя на работу. Взгляды собравшихся командиров, систематически бросаемые на Мэри-Сью, красноречиво свидетельствовали, что Аврелий отнюдь не уникален.
   Вдалеке бухнула пушка - под эгидой Торквемады на полигоне продолжалось показательное хвастовство в ударной мощи. Все остальные участники вчерашнего собрания были в сборе: предстояло обсуждение дальнейших планов.
   Мэри-Сью томно потянулась, чем окончательно похоронила попытки Аврелия настроиться на серьёзный лад. Всё-таки в жаре есть как минимум один плюс, подумал он. Есть на что полюбоваться. Плохо только, что платье у эльфиечки такое длинное. Мини-юбка была бы уместнее. А лучше - бикини. Ей бы чертовски подошло бикини. Жаль, что тут одна степь. С морским пляжем было бы интереснее. Ну хорошо, море необязательно, я согласен даже на озеро...
   -- Ладно, начинаем, -- сказал Толстый Ник, отрываясь наконец от своего компьютера. -- И начнём, пожалуй, с Бисмарка. Наш дипломат что-то желает узнать.
   Оказалось, дипломат желал узнать, как командование расценивает перспективы войны с эльфами в свете открывшихся обстоятельств.
   -- Мы эту тему уже обсуждали, -- сказал Аврелий. -- Не вижу причин к ней возвращаться.
   -- Но сейчас, когда мы лучше узнали потенциального противника, его сильные и слабые стороны...
   -- Бронетехника в лесу от этого двигаться лучше не станет, -- желчно заметил Гудериан.
   Бисмарк растерянно посмотрел на Аврелия, потом на Толстого Ника.
   -- Но неужели наша артиллерия... -- начал специалист по переговорам.
   -- Артиллерия, -- перебил его Дирижёр, -- уничтожит любых эльфов вместе со всеми гоблинами и оборотнями, как только наша дипломатия расскажет, как, по её мнению, в этих дебрях можно обнаружить противника, а также производить целеуказание и корректировку огня.
   -- С помощью авиации?.. -- неуверенно предложил Бисмарк.
   -- "С воздуха лес кажется однородной тёмно-зелёной массой. Войска в лесу могут быть обнаружены авиацией лишь в исключительных случаях", -- процитировала устав Мэри-Сью. -- Другие предложения?
   Других предложений у дипломата не было. Впрочем, это продолжалось недолго:
   -- Послушайте, а если рвануть напрямик?
   -- Куда рвануть? -- спросил Толстый Ник.
   -- К эльфам. Ведь штаб предполагает, что лес представляет собой лишь полосу обеспечения, за которой лежит нормальная страна. Что, если рвануть прямо к ним, на максимальной скорости проскочив этот лес?
   Аврелий поморщился. Бисмарк был неплохим парнем и, наверное, крупным специалистом в своей области, но сейчас он лез в сферы, которых явно не понимал. Мэри-Сью презрительно фыркнула.
   -- А ты не подумал, что твой рывок закончится на первом же лесном завале и засаде магов? -- спросил Аврелий. -- Вижу, не подумал. Срединные государства на себе прочувствовали прелесть нападений на походные колонны. А ведь сбросить с дороги разбитую телегу намного легче, чем оттащить подбитый танк... Но и это ещё не всё. Предположим, мы рванём к эльфам прямо сейчас - внезапно, без скандалов, обмена дипломатическими нотами и объявления войны. Так, чтобы они просто не успели организовать оборону с засадами и завалами. Знаешь, что будет?
   Переговорный специалист не знал.
   -- Ничего не будет, -- просветил его Аврелий. -- Вернее, ничего хорошего. Автоматы, как ты, наверное, догадываешься, без патронов не стреляют, а танки не ездят без горючего. Недостаточно просто куда-то привести войска - необходимо ещё обеспечить бесперебойное их снабжение. Эльфы, опомнившись, наверняка организуют оборону в лесу, только теперь под удар попадут не боевые части, а тыловые подразделения. Если остроухие смогут задержать колонны снабжения - а я не вижу, почему это им может не удасться, - нашим прорвавшимся войскам останется только с позором капитулировать. Как тебе перспектива?
   Бисмарк задумчиво потёр подбородок.
   -- Значит, прямое наступление нежелательно... Но ты ещё говорил, что их можно всё-таки поставить на колени - экономической блокадой и бомбардировками с воздуха.
   Аврелий внезапно представил себе картину: эльфийское селение, метающиеся в панике жители, крики, плач испуганных детей. Посреди всего этого стоит, растерянно оглядываясь, эльфийка из посольства - а в воздухе, неотвратимо-смертельные, разворачиваются на заход боевые вертолёты...
   -- Это я раньше говорил, -- мрачно сообщил Аврелий. Что за чушь мне сегодня в голову лезет, раздражённо подумал он, отгоняя видение. -- Теперь же, когда выяснилось, что они сумели без всякого подвоза три года провоевать и не сдаться, блокада леса кажется неэффективной. А удары с воздуха я упоминал, когда ещё не знал, что наша авиация будет сугубо символической. Тремя вертолётами доктрину генерала Дуэ не реализуешь...
   Специалист по переговорам совсем приуныл. Конечно, его тоже можно было понять. Дипломату очень не хотелось расставаться с иллюзией всесильности. Ему хотелось не разговаривать с равными, а диктовать условия побеждённым, опираясь на мощь крупных калибров. А тут, оказывается, одних калибров мало, и снова придётся договариваться, споря над каждой буквой и запятой, прилагая титанические усилия, чтобы выбить у противника хоть малейшую уступку и ещё большие усилия - чтобы не дать визави выбить такую же уступку для себя...
   -- Слушай, железный канцлер, -- сказал вдруг Толстый Ник. -- Ты должен правильно уяснить ситуацию. Вопрос-то состоит не в том, сможем ли мы победить эльфов. Сможем ещё как, и никакие засады не компенсируют остроухим отсутствие современного оружия. Суть в том, что война с эльфами будет именно войной - долгой, тяжёлой и кровавой. Понял? Войной, а не маленькой военной прогулкой со стрельбой по беззащитным мишеням. Поэтому если ты решишь довести дело до военных действий, у тебя должна быть для этого по-настоящему веская причина. Всё ясно?
   Бисмарк серьёзно кивнул. Аврелий задумался, что это должна быть за причина, ради которой стоит затевать войну. Что взять с остроухих, кроме их леса? Ничего. Но не ради дров же войну начинать!
   В штаб ввалился Торквемада в явно приподнятом настроении, что в последнее время случалось с ним весьма нечасто. Он осмотрелся и прошёл к своему месту.
   -- Надеюсь, я ничего интересного не пропустил? -- весело осведомился инквизитор. -- Что обсуждается?
   -- Перспективы военного конфликта с эльфами, -- сказал Толстый Ник.
   -- Ага, -- сказал Торквемада. -- И, судя по лицам собравшихся, перспективы эти не радуют. Наши доблестные наёмники боятся, что Эльфийский лес превратится для них в Тевтобургский...
   -- Откуда такое веселье? -- поинтересовался командующий.
   -- Да просто так, -- сообщил контрразведчик. -- Всегда приятно узнавать что-то новое. Я вот сегодня узнал - и мне приятно. Кстати, это касается танков, -- сказал он, поворачиваясь к Гудериану.
   -- А что с танками? -- спросил тот.
   -- По поводу танков у меня есть целых две новости. Или вернее будет сказать открытия?.. В общем, новость первая: оказалось, что динамическая защита резко увеличивает сопротивляемость техники этим их огненным шарам. Если те из них, которые мы видели, считать обычными, то можно констатировать, что такой общеупотребимый "снаряд", попав на модуль защиты, уничтожает модуль, но до конца не прожигает броню - для полного поражения нужен второй. Учитывая же, что в бою не так-то легко попасть в одно и то же место... По-моему, новость неплохая.
   -- Неплохая, -- как-то равнодушно согласился танковый командир. -- А вторая?
   -- Вторая хуже, -- признался инквизитор. -- Мы выяснили, что наши системы активной защиты бесполезны. Они просто "не видят" приближающихся магических снарядов. Совсем.
   Гудериан только пожал плечами.
   -- Что-то быстроходного Гейнца мои открытия не впечатлили, -- глубокомысленно отметил Торквемада. -- Интересно, почему?
   -- А что вы все к этим огненным шарам прицепились? -- раздражённо спросил Гудериан. -- И так ясно, что местные имеют абсолютное противотанковое оружие, которому никакая броня не помешает. -- Никому ясно не было, и быстроходный Гейнц со вздохом пояснил: -- Ну, вспомните самое первое испытание. Что тот маг с самого начала сделал? Молнию выпустил, вот что. Как вы думаете, что будет, если такая штука попадёт в танк?
   Все молчали - видимо, пытались представить, что будет. Аврелий тоже попытался, но у него ничего не вышло. Он никогда не слышал о случаях поражения танков молниями. То есть понятно, что боевая машина выйдет из строя - электроника там сгорит, ещё, наверное, что-то... А экипаж будет поражён? А боекомплект сдетонирует? Можно ли будет потом вернуть танк в строй или он сразу перейдёт в разряд безвозвратных потерь?..
   -- М-да... -- нахмурился Толстый Ник. -- Ладно, что ещё? По глазам вижу, что хорошие новости на этом не заканчиваются.
   -- Да, есть кое-что ещё, -- не стал отпираться Торквемада. -- Мне удалось выманить у наших гостей одно любопытнейшее заклинание. Так, дайте-ка мне пройти к компьютеру. Сейчас увидите...
   Сгрудившиеся вокруг ноутбука Толстого Ника наёмники с любопытством изучали видеоролик, принесённый инквизитором. На экране демонстрировался испытательный полигон с установленными мишенями. Некоторое время ничего не происходило, но вот маг зашевелил губами и несколько раз взмахнул руками... Над целями метрах в пяти от земли вдруг появилось небольшое грозовое облако, а через мгновение из него на мишени посыпалось что-то мелкое и блестящее. Секунды через две дождь блестящей мелочи иссяк, и облако исчезло. Камера крупным планом показала цели - ростовые фигуры, измочаленные до того, что на них было жалко смотреть.
   -- Град, -- сообщил Торквемада с таким довольным видом, будто это он лично его сотворил. -- Мелкие заостренные льдинки, с большой скоростью падающие на землю. При прямом попадании могут пробить каску.
   -- Отлично, -- сказала Мэри-Сью, уже успевшая развалиться на своём месте. -- Сначала кумулятивные огненные шары, теперь - магическая шрапнель... Что будет дальше?
   Ей никто не ответил. Аврелий посмотрел на командующего. Лицо Толстого Ника выражало глубокую задумчивость, и это было плохим предзнаменованием: впервые с начала кампании командующий всерьёз озаботился вопросом ведения боевых действий. Вот чёрт, действительно плохой знак...
   -- Ладно, хватит про эльфов, -- наконец сказал Толстый Ник. -- Что у нас с западным направлением?
   Вопрос был адресован Аврелию, поэтому он поднялся, подошёл к карте и, потушив закуренную было сигарету, начал:
   -- К сожалению, и со Срединными землями не всё так хорошо, как хотелось. Правда, в этом направлении разведкой не обнаружено каких-либо укреплённых позиций, но тут против нас действуют другие факторы. В частности...
   Послышалось шуршание, и из-за полога просунулось лицо бойца караульной роты:
   -- Там, это... -- сказал боевик. -- В общем, внешний пост сообщил, что из Катлина прибыл курьер. Требует, чтобы вышел кто-нибудь из начальства. У него, говорит, есть важное послание.
   Все переглянулись. Поднялся Бисмарк:
   -- Наверное, это по моей части... Я узнаю, в чём дело.
   -- Продолжай, Аврелий, -- приказал Толстый Ник, посмотрев на брезент, скрывший железного канцлера.
   -- Так вот, насчёт западного направления. Смотрите, даже из самых общих соображений следует, что...
   Даже из самых общих соображений следовала стратегическая невыгодность позиции вторгнувшихся войск. Как бы ни действовали наёмники, у них всё равно существовала только одна линия коммуникаций: от Окна - к базе, а от базы - к действующим войскам. Перерезав её, местные парализовали бы любые действия войск, так как никаких других путей снабжения, естественно, у наёмников здесь существовать просто не могло. Учитывая немногочисленность вторгнувшихся сил, не могло быть и речи об одновременном прикрытии и своей жизненно важной коммуникации, и проведении хоть сколько-нибудь серьёзных наступательных операций. Экспедиционный корпус мог действовать всеми или почти всеми силами только в непосредственной близости от базы, иначе риск окружения и уничтожения становился слишком большим.
   Но и это было ещё не всё. Железная дорога заканчивалась у Окна - дальше грузы подвозились исключительно автотранспортом. Таким образом, даже сосредоточив силы всего лишь в районе Катлина - то есть далеко от жизненно важных центров срединных государств, - наёмники уже оказывались в почти ста семидесяти километрах от ближайшей - и единственной! - станции снабжения. Расчёты показывали, что тыловые службы могут организовать нормальное обеспечение подразделений лишь случае, если войска отойдут от Катлина не дальше, чем на пятьдесят-семьдесят километров. Правда, на базе уже сосредоточены огромные запасы, так что на небольшое время можно при желании продвинуться ещё километров на сто, но это - максимум, грозящий перебоями в доставке предметов снабжения.
   Ко всему этому надо добавить крайнюю неразвитость местной дорожной сети, а также отвратительное состояние того, что здесь называлось "дорогами". Всё это резко ухудшало условия для проведения маневренных операций на большую глубину.
   -- Так что мы - собаки на привязи, -- обобщил Аврелий. -- Каким образом Корпорация предполагает организовать "решительное наступление", о котором сообщалось в предыдущей директиве, я не представляю. Для дальнейших операций нам необходимо, во-первых, обезопасить себе коммуникации, а во-вторых, проложить железную дорогу - как минимум до базы. Иначе проведение операций становится просто невозможным. Я, как вы знаете, -- сказал Аврелий, обращаясь уже к Толстому Нику, -- направил просьбу насчёт железнодорожного строительства в штаб Корпорации со своими аргументами, но ответа пока что нет.
   -- Ой, как интересно-о... -- протянула Мэри-Сью. -- Кажется, мне кто-то рассказывал, что угрозы нашим коммуникациям нет, так что и беспокоиться не о чем...
   -- Внимательней слушать надо, -- огрызнулся Аврелий. -- Я не про эльфов говорю, а про Срединные земли и лишь в случае наступления. А остроухие из своего любимого леса точно не вылезут, я уверен.
   -- А знаешь, ты, наверное, прав, -- подумав, соизволила согласиться Мэри-Сью. -- После Эльфийской войны они действительно не станут рисковать на открытой местности, особенно учитывая наше вооружение.
   -- Я счастлив, что ты одобрила мои выводы, -- ядовито сказал Аврелий. -- Да, так я продолжу. На этом прелесть нашего положения не заканчивается. Даже решив эти вопросы, непонятными остаются цели предполагаемых операций. Что мы должны сделать? Взять столицу противника? Кем бы наш противник ни был, она слишком далеко. Даже если мы это сделаем, удержать её всё равно не сможем. Захватить или опустошить экономически важные районы страны? Но таких, судя по уровню развития местных государств, просто не существует. Разбить полевую армию? Ну, и что будет? Противник соберёт ещё одну...
   -- В общем, понятно, -- опять вклинилась Мэри-Сью. -- Стратегия ограниченных целей.
   Аврелий с уважением посмотрел на неё. Да, хоть замашки у неё королевские, но в уме не откажешь. Суть ухватила моментально.
   В штаб зашёл Бисмарк. Отрешённо на всех посмотрев, он протянул какой-то листок Толстому Нику. Командующий экспедиционным корпусом, прочитав, закурил сигару и передал лист Аврелию:
   -- Ознакомься и дай ознакомиться другим.
   -- Знаете, -- сказал дипломат, -- меня в последнее время очень мучил вопрос срединных государств. Они как-то неправильно себя вели: эльфы, едва с нами познакомившись, начали переговоры, пригласили к себе и отправили посольство. А вот государства людей - нет, никаких переговоров. Даже после того, как мы по незнанию атаковали Катлин. Сначала я полагал, что это связано с медлительностью, с которой здесь доходят новости и принимаются решения. Но чем дальше, тем больше понимал, что не всё так просто... Что же, наконец мы дождались реакции, -- он кивнул на лист, который передал Аврелию Толстый Ник.
   Аврелий склонился над сообщением. Это было письмо, крайне витиевато написанное, но с предельно понятной сутью. Письмо гласило, что Варвик IV, милостью богов великий государь Джирии, крайне возмущён гнусными выходками вторгнувшихся пришельцев - что это за выходки, письмо не уточняло, но было понятно, что имеется в виду атака Катлина. Он, Варвик, долго ждал, когда же пришельцы соизволят принести ему, Варвику, свои искренние извинения вместе с дарами, но так и не дождался. Чаша его монаршего терпения наконец переполнилась, и теперь великий государь категорически требует, чтобы, во-первых, гнусные пришельцы возместили моральный ущерб, причинённый его величеству, причём ущерб оценивался, в переводе на понятные величины, примерно в пятьдесят четыре тонны золота и сто девяносто три тонны серебра. Во-вторых, очистили территорию, которую занимают, включая, между прочим, и базу. В-третьих же, если вышеозначенные пришельцы не сочтут нужным немедленно исполнить требования его величества, великий государь Варвик соберёт войско - причём как своё, так и союзных Риванора и Вейнарда, - после чего с помощью силы популярно объяснит пришельцам, что для них было бы лучше вообще не знать о существовании Срединных земель. Вторгнувшимся силам для принятия решения даётся месяц с момента отправки письма (Аврелий, посмотрев на дату отправки и переведя календарь на земной, вычислил, что у наёмников осталось всего две недели). На этом всё. Дата, подпись.
   Аврелий передал письмо Торквемаде и закурил. М-да, подумал он. Нарвались. Похоже, начинаются весёлые времена... Интересно, каким образом этот чёртов Варвик смог решиться на такую наглость, ни малейшего понятия не имея о силах и оружии вторгнувшихся войск? Или всё же какое-то понятие было? Ох, чувствую, что без остроухой помощи тут не обошлось. Вот только что же они ему наплели?..
   Письмо перекочевало к Абордажнику, а от него - к Мэри-Сью. Прочитав, она передала его Гудериану и, откинувшись на спинку стула, сообщила:
   -- Отлично! Просто замечательно! Не успели окопаться, как нам ультиматумы ставят, -- весь её вид показывал, что вот если бы ей дали покомандовать экспедиционными силами, то уж она бы ни за что такого не допустила.
   -- Мэри-Сью, заткнись, -- ледяным тоном сказал Толстый Ник. -- Так, прочитали? Тогда все, кроме начальника штаба, свободны. У вас теперь есть чем заняться. -- Он повернулся к Аврелию. -- Ну что, доигрались? Докладывай.
   Пояснять, о чём речь, не требовалось, и Аврелий, поёрзав, начал:
   -- Штаб, при всех уже озвученных мною трудностях, разработал в основных чертах два варианта ведения операций: агрессивный и оборонительный. В обычных условиях я бы, конечно, склонялся к агрессивному, но в нашей ситуации это, боюсь, не лучший вариант. В общем, суть такова...
  
  
  
   Вертолёт описал круг над базой и отправился на патрулирование. Аврелий проводил его взглядом, вытащил из пачки сигарету и, усевшись на бруствер, закурил. Солнце ещё не успело подняться высоко, зной не донимал, и Аврелий под тёплыми утренними лучами расслабился - впервые за прошедшие четыре дня. Теперь уже можно было и расслабиться.
   Корпорация, узнав о присланном ультиматуме, выразило крайнее неудовольствие таким развитием событий, но всё же согласилось с выводами командования экспедиционным корпусом и одобрило предложенный план действий. Выполнение хотя бы одного пункта ультиматума план, естественно, не предусматривал.
   Впрочем, подумал Аврелий, у вышестоящего руководства особого выбора не было, о чём свидетельствовал весь ход событий. Никто просто так не предъявляет явно неприемлемые требования вперемешку с угрозами. Война - дело серьёзное, требующее основательной подготовки, и надо провести целый ряд самых различных мероприятий, прежде чем кому-то грозить. Это даже не вспоминая о том, что война постоянно требует денег, причём немалых. Обозначившийся же потенциальный противник вёл себя, мягко говоря, удивительно: срединные государства не пытались наладить контакт с пришельцами и не старались решить проблему дипломатическим путём. Они просто, выдержав небольшую паузу, завуалированно объявили войну.
   Всё это наталкивало на довольно определённые выводы. Поведение "великого государя" Варвика, приславшего ультиматум, можно было объяснить лишь тем, что Варвик с другими своими коллегами с самого начала принял решение разобраться с незваными гостями путём применения силы, а потому и не прикладывал никаких усилий для установления нормальных отношений. И пока наёмники обустраивались, вели осторожную разведку и знакомились с эльфами, как минимум одна срединная держава готовилась к отражению новой угрозы с востока. Из этого, в свою очередь, следовал другой крайне неприятный для наёмников вывод: противник вступит в войну в выбранное им самим время, полностью подготовленным и отбилизованным, так что о стратегической внезапности можно смело забыть. Совершенно непонятной, правда, оставалась уверенность монарха в своём превосходстве. Вызывающее хамство по отношению к совершенно неизвестному противнику, вооружённому неизвестным оружием и, надо полагать, использующему неизвестную тактику, - это, знаете ли, никакой самоуверенностью не объяснишь. Или всё намного проще? Может, здесь просто так принято вести переговоры?..
Оценка: 5.65*38  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"