Кащеев Глеб Леонидович: другие произведения.

Принцесса

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


Принцесса

   Первый раз я увидел принцессу еще в раннем детстве. Мы тогда только что приехали в тот небольшой городок, сыгравший потом такую значительную роль в моей судьбе, и остановились в серой и унылой гостинице, не отличавшейся, впрочем, от всего остального города - угрюмого, скучного, с узенькими улочками между высоких мрачных серых каменных стен. В первый раз, прогуливаясь во дворе около гостиницы, я внутренне передергивался от мысли, что мне предстоит провести здесь всю весну и лето. И именно в этот момент, во двор въехал ее белоснежный лимузин. По счастливой или наоборот роковой случайности они решили остановиться в той же гостинице, что и мои родители. Когда белоснежная машина остановилась у подъезда, и выскочивший швейцар услужливо открыл дверь, она неторопливо вышла и ослепила город и скудное солнышко, с трудом пробивавшееся сквозь тучи, своей ослепительной улыбкой. Именно такой она и запомнилась мне, а эта улыбка осталась со мной еще на многие годы.
   Они поселились этажом выше, в большом президентском номере, хотя было совершенно непонятно, зачем в таком маленьком городишке был построен президентский номер. Наверное, специально для того, чтобы однажды она приехала и остановилась в нем.
   Как это ни странно, но во время ее прогулок, принцессу не сопровождали ни слуги, ни охрана - только единственная ее подруга, с которой они, по-видимому, росли вместе с младенческого возраста. Скорее всего, Принцесса была избалованным ребенком, не знавшим принуждения, ибо проводила все эти дни по своему усмотрению, играя со сверстниками, в число которых входил и я, в парке недалеко от гостиницы, или гуляя с подругой по городу без сопровождения взрослых. Меня тогда это удивляло и возмущало, так как мне было запрещено выходить с территории отеля без родителей. Но, с другой стороны, я понимал, что Ей - нельзя было ничего запрещать. Честно говоря, уже тогда городок заметно преображался от присутствия в нем Принцессы. Если она проходила по узкой улочке, то та тут же преображалась в наполненную солнечным светом и радостью, лучшую часть города, словно Принцесса оставляла на этой улочке вместе со своими следами и чуть уловимым запахом миндаля, все время исходившим от нее, часть своего волшебного очарования.
   Почти все свое свободное время я проводил недалеко от Нее, либо наблюдая за ее играми с подругой, либо принимая в них участие. Жизнерадостность Принцессы заражала меня и преображала окружающий мир из серого мрачного города в наполненный светом и теплом зеленый парк, где всегда было весело и интересно. Как я выяснил во время нашего непродолжительного общения, она была моей ровесницей, хотя, на вид, казалась чуть старше, скорее всего, благодаря впитанным с молоком матери исключительно совершенным вполне взрослым манерам.
   Еще, почему-то, мне запомнился немолодой уже мужчина с неприятной бородавкой на носу, часто пристально наблюдавший за принцессой, и все время находившийся неподалеку, где бы мы ни играли. Он вполне мог быть ее воспитателем, или одним из слуг, в обязанности которого входило наблюдать за девочкой, но, почему-то, он всегда держался на расстоянии и не вмешивался в наши игры, сколь озорными бы они не были. Он, возможно, и не запомнился бы мне, если бы не его неприятная бородавка, всегда бросавшаяся мне в глаза.
   Это время, похожее скорее на небольшой сказочный сон, пролетело довольно быстро, и, однажды, я увидел у ворот гостиничной ограды кортеж из белых машин, и принцессу, улыбнувшуюся напоследок этому городу, и скрывшуюся за тонированным стеклом лимузина.
   Я не помню, как провел оставшиеся дни в этом городишке, и, скорее всего, находился в состоянии близким к полудреме, не до конца осознавая происходящее вокруг, пребывая погруженным в свои собственные мысли и грезы. Воспоминания о Принцессе так и остались самым ярким впечатлением в моем детстве. 
   Так она вошла в мою жизнь, постепенно превращаясь в призрак, преследовавший меня многие годы. Или наоборот, это я преследовал этот непостижимый мираж, в попытке поймать незримую, бесплотную, неосуществимую мечту.
   Когда я узнал о том, что она поступила в одну из самых престижных школ в столице, где я в то время жил, то я тут же отправился туда на собеседование. Пройдя сложные экзамены, я сделал практически невозможное, добившись того, что меня взяли в и без того уже переполненный класс, в котором, впрочем, ее не оказалось. Корреспондент, написавший о Принцессе, как выяснилось, перепутал номер школы, ошибившись всего на единицу... Она училась совершенно в другом, не менее престижном заведении, но на другом конце города.
   Со временем, я стал узнавать все новости из ее жизни, которые только просачивались в прессу - а их было не мало. Нет, я не стал фанатом, подобно многочисленным поклонникам звезд, собиравших их фотографии и поклонявшихся своим кумирам словно богам. Конечно, я покупал газету или журнал, когда видел на обложке ее улыбку, но, прочитав очередную новость из ее жизни, я отправлял журнал в мусорное ведро - это был всего лишь один день из ее жизни, который прошел для нее и канул в лету, и мне его также не стоило хранить.
   Я знал практически все основные факты ее жизни. Мы одновременно поступили в один и тот же самый лучший университет в стране, но учились там на разных факультетах, располагавшихся в разных корпусах, и, к сожалению, так и не встретились ни разу ни в студенческой столовой, ни на стадионе, хотя я знал, что она показала фантастические результаты по плаванию, а затем начала заниматься одним из восточных единоборств. Естественно я так же занялся тем же стилем, но и тут мы не пересеклись. То ли она занималась в другие дни, то ли вообще в другом месте. Корреспонденты, к сожалению, всегда допускали мелкие ошибки в своих статьях о Ней.
   Черный пояс и звание мастера она, кстати, получила почти на неделю быстрее меня.
   Я никому не говорил о своей любви к ней, но все же, скорее всего, это была любовь. Правда, далеко не то прекрасное чувство воспетое поэтами, а тупая тоскливая боль, начинавшая шевелится в сердце каждый раз, когда я слышал упоминание о ней или сам вспоминал ее ослепительную улыбку, подаренную мне и мрачному городку из детства. Да и к тому же, у меня никогда не было друзей. Впрочем, я не так уж и нуждался в них. Мне всегда хватало одной Принцессы. Хотя в моей жизни был один эпизод, когда еще в старших классах школы у меня с моим знакомым зашел разговор о кумирах.... Тогда я совершил кощунственную вещь - в ответ на его рассказ о любимой певице счел возможным рассказать ему о Принцессе. Мой собеседник ответил тогда, что вообще не понимает о ком идет речь. Помню, тогда я крайне удивился, так как, по-моему, ее имя не сходило со страниц газет, и хотел было уже принести ему фото моей Принцессы... Но вспомнил, что у меня нет ни одной ее фотографии. Разговор наш потом быстро перешел на другую тему, более интересную моему однокласснику, а я смущенный тем, что совершил некое подобия святотатства, приоткрыв завесу моих чувств, впоследствии не пытался припоминать ему об этом разговоре. Хотя меня несколько огорчило и обрадовало одновременно, что она не столь популярна среди моих ровесников. Это позволяло хоть немного считать ее лично моей....
   Мы с Принцессой начали работать практически одновременно, и причем в близких областях, но опять таки ни разу не пересеклись на многочисленных презентациях и банкетах.
   Конечно, Принцесса получила сразу высокий пост в компании, уставной капитал которой отчасти контролировался ее отцом. Мне же потребовалось целых три года, чтобы дойти до того же уровня, чтобы иметь с ней близкие интересы и проблемы. Теперь, когда мы находились в одном социальном слое и занимались схожими проблемами, я мог узнавать о ней не только из газет, но и по многочисленным слухам, которые в изобилии ходят внутри одного сегмента рынка.
   Я знал обо всех ее успехах и неудачах, хотя, право, последних было такое мизерное количество, что они не стоили даже упоминания.
   Я не старался сторониться людей и больших компаний, хотя и не пытался принять участие ни в одной из шумных вечеринок, на которые часто собирались коллеги после работы. Лишь однажды, после моего очередного повышения, которое еще и совпало с моим днем рождения, мои подчиненные все-таки собрали банкет, на котором присутствовал и президент компании. Подняв тост, он долго говорил о том, какой замечательный пример стремительного взлета мы видим перед собой, как рядовой сотрудник офиса за каких-то три года сумел войти в число руководителей компании, что не может не свидетельствовать о выдающихся способностях..... А я, в это время, внутренне усмехался - о каких достижениях может идти речь, когда я самостоятельно практически ничего не добился - я только шел по ее следам. Она получила аналогичный пост почти неделю назад. Я всего лишь последовал за ней.
   В погоне за призраком я постепенно становился призраком сам. Не имея ни друзей, ни интересов за исключением моей Принцессы, я, возможно, своими, казалось значительными успехами, мог давать повод для зависти многим окружающим. Но сам я отчетливо представлял, что живу чужой жизнью, и всего лишь повторяю ее достижения, ее жизнь и ее интересы. Какую цель я этим преследовал я толком и не представлял себе. Я просто не мог жить иначе. Конечно, я бы мог разыскать ее и попытаться сблизится с ней в реальности... но мне это казалось чем-то кощунственным. Она была Принцессой. Мои мысли о том, чтобы попытаться познакомится с ней еще раз, казались мне столь же богохульствеными, сколь глубоко верующему человеку может показаться мысль о том, чтобы попытаться найти и взломать врата от рая, дабы попасть туда при жизни. Можно даже сказать, что я не любил ее. Я болел ею. Я был болен безнадежной смертельной болезнью. Смертельной, потому что мне тогда казалась безвыходной та ситуация, в которой я находился. И, тем более, я не мог признаться себе в том, что я болен и иду по тропе навстречу или, точнее, вслед за светом, сияющим мне одному, сверкающим лишь в моих мыслях. И тропа эта не менее призрачна, чем тот свет или чем я сам. Я исчезал в своих собственных глазах, становился бесплотной тенью, привычно идущей по лишь одному мне видимому пути. Иногда мне казалось, что меня и нет вовсе, что я лишь отражение Принцессы, или даже Ее нечаянно оброненной мысли.
   Однажды судьба занесла меня на деловые переговоры в тот самый маленький городок из моего детства. Спустя двадцать лет я вновь шел по узким улочкам с серыми мрачными стенами, и тусклыми окнами. Опять была ранняя весна, и сырой от витавшей в воздухе влаги грязный асфальт создавал впечатление скорее болотной затхлости вокруг, нежели весенней свежести. Удивительно, как этот городок мог казаться мне сказочно-прекрасным местом все эти годы. Наверное, вырастая, и возвращаясь в места, где мы провели какую-либо часть нашего детства, мы всегда испытываем сильное разочарование. Дорога от школы до дома уже не кажется длинным путем полным неожиданностей и опасностей, а здание мэрии уже не огромный замок с часами на высокой башне, а небольшое и угрюмое строение, ничем не отличающееся от других мэрий в маленьких городках. Подобное разочарование постигло и меня. За десять минут я обошел практически весь город, но так и не обнаружил даже тени того волшебного ощущения, что хранил в воспоминаниях о нем. Возможно потому, что на этот раз городок освещался только тусклым северным солнцем, а не улыбкой Принцессы.
   Достаточно неожиданно я вышел на ярко-зеленую траву небольшого поля.... Приглядевшись, я понял, что бродя по улицам, подошел к гостинице сзади и предо мной теперь лежит тот самый парк из моего детства, где я впервые увидел Ее.
   Внезапно я услышал шум машин и оглянулся.... К гостинице приближался белоснежный лимузин...
   Когда открылась белая дверь и оттуда медленно и с достоинством вышла Принцесса, то сердце мое забилось столь часто и сильно, что пульс болезненными ударами гонга ощущался во всей голове. Она улыбнулась, осветив окружающий мир гораздо лучше, чем это сделало бы солнце, и протянула руку в машину, помогая выйти оттуда своей подруге. Той самой, которая сопровождала ее 20 лет назад. Обе девушки составляли разительный контраст, несмотря на то, что ни одна из них не уступала другой в жизнерадостности и красоте. Подруга была жгучей брюнеткой с резкими, немного непропорциональными чертами лица, что впрочем, оставалось незамеченным, когда человек замечал ее ярко зеленые глаза, через которые словно прорывались изнутри дьявольские искорки озорства. Принцесса на первый взгляд была куда менее броской. Серые волосы, которые наводили бы на мысль о ранней седине, если бы не сильный их блеск, постоянно находившиеся в состоянии полуулыбки тонкие губы и спокойные зелено-голубые глаза с притаившейся в них ироничной улыбкой. Эти глаза скользнули по окружающему миру с той легкостью, с которой ветерок проносится сквозь редкий сосновый лес, улыбка в последний раз вспыхнула перед моим взором, после чего они с подругой проследовали в парадный вход гостиницы.
   Я стоял, еле дыша, постепенно приходя в себя... Я не мог поверить в столь чудесное совпадение
   В тот день я был сам не свой, словно находясь в горячке или бреду я бродил кругами, каждый раз, проходя парк, двор гостиницы, и небольшой участок леса, не замечая ничего вокруг, кроме ее окон. В висках сильно пульсировала кровь, вдоль позвоночника бегали мурашки... никогда до сих пор я не был взволнован до такой степени. Я боялся попасться ей на глаза, но, одновременно окна президентского номера на третьем этаже (а я был уверен, что она остановилась именно там) притягивали меня как пламя горелки мотылька. Спустя некоторое время я заметил, что хожу не один. Примерно тем же сумбурным маршрутом ходил неприятного вида старик с большой бородавкой на лице. Я бы и не заметил его присутствия рядом, если бы не натыкался периодически взглядом на эту его бородавку. Конечно, я узнал этого человека - именно его я в детстве ошибочно принял за воспитателя или слугу. Сейчас же я убедился, что старик, как и я, не имеет к дому Принцессы или к ее родственникам никакого отношения. Тем не менее. Я был уверен, что все эти годы он следовал за принцессой как тень, всегда находясь рядом, но оставаясь практически незамеченным. В этом была какая-то тайна, которую я собирался раскрыть немедленно, поговорив с ним. Старик, однако, словно не замечал мое присутствие, внимательно рассматривая гостиницу издалека. Мне пришлось подойти к нему вплотную, как, вдруг, он вздрогнул и как-то всхлипом судорожно вздохнул. Глаза его, при этом, были устремлены куда-то мне за спину. Я обернулся, удивленный его реакцией, и увидел в окне третьего этажа Ее. В белоснежном длинном платье она выглядела прекрасным приведением в пустом темном провале окна, на котором почему-то не было штор. Принцесса томно окинула взглядом парк и исчезла в темноте комнаты.
   Я почувствовал, что мне не хватает кислорода. Голова кружилась, а в глазах стоял легкий туман, придававший окружающему виду привкус нереальности. Я обернулся опять к старику и поразился той безграничной тоске, и нежности что были в его взгляде, прикованном к окнам. Он определенно любил и боготворил принцессу не менее меня. И это была отнюдь не отцовская любовь. Но тогда, признаться, я не придал этому значение, ибо настолько был потрясен тем, что только что опять мог лицезреть мое божество, что напрочь потерял способность думать логически. Однако я устыдился той мысли, что выгляни Она второй раз, то опять увидит двух влюбленных идиотов, стоящих под окнами, и поэтому быстро отправился к себе в номер.
   Спустя некоторое время, после позднего обеда у меня поднялась температура, и я проглотил лошадиную дозу жаропонижающих, так как должен был быть в форме на предстоящих в тот день переговорах. Это была важнейшая встреча, о слиянии двух, дочерних компаний от двух крупных концернов, до сих пор конкурировавших друг с другом. Но, в свете произошедшего утром, у меня сформировалось такое полное равнодушие по отношению к этим переговорам, что я провел их не только сохраняя полное спокойствие, но даже несколько отстранено, словно происходящее ко мне никак не относилось. Поэтому-то от этой встречи у меня в памяти остались только мелкие детали. Помню, меня удивило, что директором второй компании оказалась девушка. Вообще, с другой стороны на встрече присутствовали только две девушки - директор и ее личная помощница-секретарь. Впрочем, встреча была настолько хорошо организована и продумана заранее, что не потребовала присутствия большого количества народа. С моей стороны не было даже секретаря.
   Еще с той встречи я запомнил лица. Не слова, которые там звучали, и даже не смысл этих слов, а только выражения лиц... точнее только одного из них, так как молоденькая азиатка - секретарь - еще в начале переговоров, словно костюм надела широкую красивую улыбку, и не снимала ее до самого конца. Девушка рядом с ней, наоборот, производила вначале впечатление более замкнутого человека, чем это оказалось в действительности. Она заметно оживилась, когда села за стол напротив меня. И это заставило меня внимательно к ней приглядеться. Слов ее, как я уже говорил, я не запомнил... только ее глаза и улыбка. Они что-то смутно напомнили мне, но мысль об этом так и умерла, не родившись в моем мозгу, охваченным горячкой после той утренней встречи с Принцессой.
   После переговоров должен был состояться небольшой праздник, не имевший никакого отношения к переговорам, и лишь случайно приходившийся на вечер того же дня. К сожалению, моя память опять не сохранила повод, в связи, с которым этот праздник вообще имел место быть. Вероятно что-то относящееся к годовщине города, так как прием проходил в мэрии, в большом зале с множеством столов и большой площадкой для танцев.
   Вначале, я, было, хотел вообще не идти туда, но призрачная надежда встретить там принцессу заставила меня все-таки пересилить мою нелюбовь к шумным сборищам и, выпив еще пару таблеток анальгина, все-таки отправится на бал.
   Наверное, те две таблетки были роковыми, ибо в сочетании с несколькими бокалами шампанского, избежать которых было невозможно, привели в некое смешение мои ощущения реальности. Я помню, как удивленно ловил себя на том что мы с мэром рассказываем друг другу анекдоты, или с еще большим удивлением , на том, что я выпиваю очередной бокал (и уже не шампанского) за здравие какого-то уважаемого господина. В общем, я прибывал в несколько сумбурном состоянии в течение первой, более официальной части вечера, пока не зазвучала музыка, приглашавшая всех на пространство для танцев, куда я тут же был украден симпатичной азиаткой, в которой, неожиданно, спустя несколько секунд, узнал ту самую секретаршу, сидевшую несколько часов назад напротив меня за столом переговоров. Она все так же по-восточному подозрительно радушно улыбалась, как это получается только у людей с примесью японской крови, но, тем не менее, наш танец был скорее скучным, нежели жизнерадостным. Возможно, дело было в моем настроении, а, быть может, музыканты еще не разыгрались, но так или иначе я вел партнершу скорее официально и технично, чем заинтересовано. Взгляд мой то и дело отвлекался от девушки, рассматривая окружающие нас пары и сидящий за столиками народ. Внезапно я заметил в самом дальнем и покрытом полумраком углу принцессу. Она сидела на небольшом диванчике и увлеченно беседовала с мэром. В этот момент моя напарница резко закружила меня. Музыка сделалась значительно веселее, и мы смешались с группой танцующих. Когда же я вновь сумел вывести нас к краю площадки, то уже не смог отыскать то место взглядом. Мэра я обнаружил в компании двух немолодых дам совершенно в другом углу зала, а Ее я нигде не мог отыскать взглядом. Более того - я, находясь в несколько дезориентированном состоянии, не мог отыскать тот диванчик, на фоне которого я разглядел ее профиль.
   Мысли мои от этого пришли в еще большее смятение, так что я не уследил того момента, когда, несколько разойдясь с моей партнершей в очередном па, и, сблизившись обратно, я обнаружил в своих объятиях другую девушку. Серо-белые, коротко остриженные волосы, качнувшись приятно щекотнули щеку, а затем я встретил те самые внимательные глаза, чьей проницательности я так поражался во время утренних переговоров. Вероятно, девушки успели, как-то, договорится или обменяться знаками за моей спиной, так что азиаточка сумела избавиться от невнимательного кавалера, и передать его своей начальнице.
   Моя новая партнерша по танцу, однако, смогла захватить более значительную часть моего внимания, чем я сам того ожидал. У меня больше не возникало желания оторвать свой взгляд от нее, чтобы вновь попытаться разглядеть принцессу в толпе. Мной целиком завладели ее глаза, которые как будто внутренне улыбались от какого-то недоступного мне тайного понимания происходящего. Казалось, они пронзают насквозь, и видят все, что обычно человек прячет в себе за семью замками, как на ладони, но, при этом, относятся с удивительным пониманием к внутреннему миру каждого.
   Музыка становилась все громче и несдержаннее, и наш танец претерпел ту же метаморфозу. Ее движения завораживали меня, как движения и взгляд кобры гипнотизирует жертву, с той лишь разницей, что я не замирал, а наоборот, двигался все раскованнее и чувственнее. Я уже не замечал окружающих, да и музыка сама ушла на второй план, управляя скорее телом, нежели достигая сознания. Я не помню, сколько продолжалась та зажигательная мелодия... по-моему, достаточно долго, но прервалась она совершенно неожиданно для меня. Музыканты объявили перерыв и предложили гостям пока освежится напитками.
   Она очаровательно улыбнулась той самой навевающей смутные воспоминания о чем-то давно забытом и  упущенном, улыбкой, поблагодарила за танец и внезапно скрылась в толпе, оставив меня одного. Тут мне стало не по себе от какой-то наступившей внутренней пустоты. Я решил что, возможно, это от чрезмерного количества шампанского, выпитого мной в этот вечер, и решил пройти в мужскую комнату, чтобы привезти себя в порядок, тем более, что мою напарницу по танцу я так и не смог найти в толпе.
   В туалетной комнате я еще раз удивился нравам этого городка, обнаружив там, кроме всего прочего еще и пару мягких кожаных кресел. Я решил присесть в одно из них на время - отдохнуть после танцев. Кресло оказалось до того удобным, что я, не заметив сам того, уснул.
   Проснулся я, судя по часам, через четыре часа. Я встал, умылся и почувствовал, что голова опять начала сильно болеть, а от выпитого шампанского в организме не осталось уже и следа. Безуспешно попытался найти в кармане анальгин, потом все-таки решил, что еще бокал шампанского мне помог бы куда лучше, и вышел в зал. Он был пуст. Все, включая прислугу и музыкантов, давно разошлись. Вид пустых столов производил удручающее впечатление, а каждый шаг в пустом помещении рождал гулкое эхо. Я медленно пересек площадку для танцев, и начал пробираться между столиками, как вдруг услышал тихий шорох за спиной. Обернувшись, я увидел, что у окна стоит та сама азиатка, секретарь, с которой я сегодня начинал танцевать. Было заметно, что шампанского она выпила куда больше моего, и, по-видимому, его действие на нее еще и не начало проходить. Она, чуть пошатываясь, пошла от окна ко мне, по пути поставив пустую бутылку на стол и уронив пару стульев, темпераментно чертыхнувшись при этом.
   -         А..а.. это вы..., - протянула она разочарованно, подойдя ко мне на то расстояние, с которого             смогла рассмотреть мое лицо в темноте.
   -         Вы кого-то ждали?
   -         Неет.., - протянула она, водя пальцем по полировке стола, - но с вами я не хочу говорить.
   Я понял, что она пьяна даже больше, чем казалось на первый взгляд. Пожав плечами, я повернулся, чтобы уйти.
   -         Нет. Постойте, - резко крикнула она, и когда я обернулся, вдруг продолжила тем же мурлыкающим голосом, каким говорила до этого, - мне всегда хотелось понять, что же она в вас нашла.
   -         Кто? - Я начинал себя чувствовать немного не в своей тарелке...
   -         А вы не поняли? Неужели вы ничего не почувствовали, когда танцевали с ней? Для нее это было самым важным событием, - азиатка, распаляясь, говорила все громче, - я уверяю вас. Это была ее мечта еще со школьной скамьи. Не удивляйтесь, - она хихикнула, так, как это получается только у пьяных девушек, - Она знает о вас все. Еще со школы, когда вы при поступлении обошли ее на пол балла и ее не взяли в ваш лицей... Она поступила в другой.... Хотя по ее словам  - знала вас еще до этого... даже не знаю откуда.... Потом ваша учеба, ваша стремительная карьера... Вы стали для нее идеалом. Она старалась все делать не хуже вас. Занималась тем же спортом даже, восхищалась вашими личными качествами, добротой... когда вы там что-то детскому приюту пожертвовали... у нее дома ваше фото на пол стены висит. А я восхищаюсь вашей черствостью... вы ничего этого не почувствовали. Надо же быть таким бесчувственным идиотом...
   Возникла пауза.
   -         Зря я вам это все говорю, - продолжила она, - Я завтра буду жалеть об этом... и Она тоже..., Она рассердится на меня... Но это будет завтрааа...- девушка, пошатываясь, пошла к выходу, - Но сейчас мне ее так жаль. А вас еще больше, - сказала она, удаляясь в сторону двери.
   Азаитка оставила меня одного посреди зала, озадаченным, смущенным и совершенно огорошенным.
   В эту ночь я шел в отель и смеялся словно сумасшедший. Я боготворил...  тянулся за Принцессой, а та девушка - за мной. Мироздание воистину обладает поразительным чувством юмора, коли может так изощренно издеваться над людьми. Я не думал над сложившейся ситуацией - это я решил отложить до отеля. Я просто смеялся.
   Однако, как только я добрался до кровати, как тут же упал на нее и мгновенно заснул.
   Утром я проснулся от тревожной мысли, что Принцесса могла уже уехать - после вчерашнего праздника - и я мог пропустить ее отъезд и не сделать чего-то важного, ради чего жил все это время. Я быстро оделся, и вышел в холл гостиницы. Швейцара и метрдотеля я там не нашел, зато увидел, что они вдвоем стоят и курят на крыльце. Я вышел к ним, вежливо поздоровался и уточнил, не выезжала ли девушка, занимающая президентский номер. В ответ они странно посмотрели на меня и заявили, что у них нет, и никогда не было президентского номера, как и вообще номеров классом выше, чем господин, то есть я, изволит занимать.
   Раздражаясь, я язвительно спросил у этих двоих, как же они в таком случае называют большие апартаменты на третьем этаже.
   -         Там строятся номера, вот уже полгода как там идет ремонт, и даже стены еще не возвели толком. Вы могли заметить, что даже лифт не останавливается на третьем, - ответил метрдотель.
   -         А где же тогда живет...
    И тут я с ужасом понял, что не помню фамилии Принцессы. Я знал имя.... И никогда не обращал внимания на фамилию.... Или не встречал ее ... или....Какая-то страшная догадка зашевелилась в моей голове, но тут я, со ступеней перед входом в гостиницу, увидел принцессу . Она пересекла двор отеля и подошла к небольшой пристройке в дальнем его конце.
   -         Да вот же она, - воскликнул я облегченно, указав им обоим в ту сторону.
   -         Где? Кто? Хором спросили они.
   Принцесса уже скрылась в пристройке. Но тут же, из-за угла выбежал тот неприятный человек с бородавкой на носу, и со странным выражением на лице, свойственным людям решающимся на самый главный шаг в своей жизни, тоже зашел в пристройку.
   В моей душе родилось смутное беспокойство.
   -         Странно, а что там находится? - спросил я у швейцара указав ему на пристройку, напоминавшую скорее сарай, нежели жилое помещение.
   -         В сарае? Инвентарь разный,  а что же еще? А зачем вам?
   -         Просто интересно, зачем она туда зашла, - сказал я, начиная спускаться вниз по ступеням.
   -         Да о ком вы говорите то? - Спросил метрдотель.
   И тут я услышал крик. Нечеловеческий крик смертельно раненого существа раздался в сарае, с которого все это время я не сводил глаз. Меня прошиб холодный пот от мысли, что что-то могло случиться с принцессой. Я сорвался с места со всей скоростью, на которую был способен, за считанные секунды пересек двор и добежал до пристройки, вышиб ногой дверь и замер на пороге.
   Принцессы не было.
   В сарае среди разного хлама стоял тот самый старик с бородавкой и бился головой о стену. Лицо его было уже разбито в кровь. При этом он страшно выл и причитал что-то. Из его стонов и всхлипов я смог разобрать только отдельные слова, которые, складываясь, приобретали для меня леденящий ужасом смысл.  "Отвергла... отвергла меня... всю жизнь...для нее...старость... отвергла..."
   Я постепенно что-то начинал понимать и мое сердце болезненно сжалось. Старик вызывал у меня омерзение, но он был слишком похож на меня своим отношением к Ней. Он попытался сделать то, на что я бы никогда не решился бы... до старости. Я прошел вглубь сарая, чтобы убедится, что Принцесса благополучно вышла через заднюю дверь, но не увидел никакой второй двери. Удивленно оглянувшись, я замер, пораженный. Старика тоже уже не было. Над тем местом, где он только что стоял на коленях, висело зеркало. Старое, пожелтевшее ржавое надтреснутое зеркало. А в нем я увидел свое отражение. Одно из ржавых пятен попадало как раз на мой нос, превращаясь в большую бородавку.... Посмотрев в глаза своему отражению.... Я увидел того старика... Он прятался в глубине моих глаз.
   И тут я издал все тот же крик, подобный тому, что слышал минуту назад. Ужас всего произошедшего смял весь мой разум в бесформенный ком и холодной, но, тем не менее, обжигающей волной прошел по позвоночнику. Я бросился из сарая и, что есть силы, побежал в парк. ...
   Я смеялся над собой, я ненавидел себя, я был себе так мерзок, как никогда раньше... Я бежал, а ужасная правда, которую я только что постиг, сметала все рамки иллюзии и ложь, что я возводил в себе годами. Страшная истина, разрывающая сердце, уничтожавшая всю жизнь.
   Принцессы никогда не существовало. Она целиком была плодом моего сознания. С самого раннего детства я вообразил ее себе, потому что нуждался в ней. Я не мог никогда сохранить ее портрет из газет, и показать его кому-либо, потому что ее фото не печатала ни одна газета. Она никогда не жила в президентском номере, потому что в такой захудалом городишке его никогда и не строили.
   Я построил всю свою жизнь на обмане, на иллюзии. Мое сознание дало мне крохотный шанс, вообразив себе того старика, чтобы чувствовать всю мерзость этой лжи самому себе.
   Я упал на траву и затих. Внутри была такая пустота, какая только может возникнуть, если у человека отнять душу, а также мечты, прошлое и надежду на будущее. Я был почти мертв. 
   Спустя целую вечность, я услышал шаги. Я надеялся, что это пришла смерть. Обернувшись, я увидел знакомые глаза. Я вспомнил имя этой уникальной девушки, обладавшей моим портретом в пол стены. Ее звали Надежда. Она подошла и опустилась рядом на колени.  Ее все понимающие глаза как будто пристально посмотрели мне в душу, и она улыбнулась. И тут я, наконец-то, узнал эту улыбку, осветившую, однажды, двадцать лет назад, хмурое утро маленького городка. И вот только от этой улыбки, какая-то часть меня окончательно проснулась от многолетнего сна. И я улыбнулся в ответ...
  



Delvin.
2003г.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"