Кашинцева Инна Валерьевна: другие произведения.

Сумеречные войны. Ч.1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 5.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На темных улицах города бродят различные существа... Одни охотятся на людей, пытаются добыть себе пищу, а другие пытаются им помешать это сделать. История запретных чувств охотника и жертвы. Кто кем будет в итоге?


Пролог

   Тучи медленно ползли по ленивому небу, заполняя его своей серостью. Предрассветный воздух пах надвигающимся дождем. Ветер упруго хлестал по веткам с желтыми листьями. Феликс ступил на набухшую, влажную почву и слегка поморщился: сейчас на дорогих туфлях останутся комья земли. Он вдохнул воздух и попытался отделить запахи друг от друга. Особый запах леса. Сырая земля. Какое-то теплокровное животное. Слишком мелкое. Не то. Слабый аромат куриных крылышек. А да, здесь западнее, у самой кромки леса, есть кафе. Запах сторожа этой забегаловки. Вонь жира.
   Внезапно ноздри Феликса расширились. Есть! Вот он! Пот, испуг, усталость... Феликс принюхался и пытался определить направление. Северо-запад? Совсем недалеко... Метров шестьсот... Он осторожно выдохнул. Адреналин побежал по венам, сердце заколотилось с такой силой, что по началу Феликс даже испугался, что стук будет слышно на весь лес. Спустя секунду он успокоился и осторожно двинулся в направлении запаха. Больше всего его заботило, чует ли зверь его. Стараясь ступать как можно тише, увязая в сырой земле идеально черными туфлями, худощавый, высокий черноволосый молодой человек лет двадцати с виду крался среди деревьев. Тут он учуял ещё что-то. Сладостный аромат просто оглушил Феликса и едва не сбил с ног. Кровь. Сквозь стволы деревьев он увидел получеловека, полу-волка. Утопая коленями в траве, оборотень выгибался, вертелся и пытался достать языком своего загривка. Там зияла глубокая рана, из которой сочилась густая, ароматная, теплая, темно-красная кровь... Рот Феликса сам собою наполнился слюной. Оборотень принюхался. Он тревожно повернул к Феликсу вытянутую окровавленную морду. Темно-карие глаза юноши встретились с яркими желтыми точками, светящимися в темноте. Волк глухо заворчал, намериваясь драться на смерть. Без боя он сдаваться не собирался. Но он был изранен. Силы давно покинули его. Волк тяжело дышал, пытаясь внутренне собраться.
   - Чего ты ждешь, вампир? - хрипло спросил оборотень. - Давай же! Ну!
   - Я не нападаю на слабаков, волчонок, - холодно ответил Феликс.
   Волк злобно зарычал. Вампир увидел изогнутые крепкие клыки. Желтые глаза закатились, и мускулистая туша рухнула на траву. Вампир пожал плечами и пошел по направлению к городу. Хм... Не пройдет и суток, как эта мохнатая тварь сдохнет от нанесенных ран. Оно и к лучшему. Наконец-то. Столько месяцев слежки, охоты... И наконец-то этот волк сдох. Да, отлично. Феликс улыбнулся и вышел из леса навстречу начинающемуся дню...
  

Глава 1.

   Несколько недель спустя
   Прозвенел будильник. Девушка сонно заворочалась. Она ненавидела рано вставать. Семь утра! Кто придумал ставить занятия так рано? Это садизм! Охая и зевая, Инна нехотя сползла с кровати и направилась в ванную. Даже ледяная вода не могла её взбодрить. Кофе. Ветер на остановке. Стены университета. Теплые аудитории. Убаюкивающий голос лектора. Беседы ни о чем с одногруппниками... и так каждый день...
   Девушка брела по усыпанной желтыми листьями тропинке, кутаясь в темно-синий кардиган от пронизывающего ветра. Что за город? Летом жара, духота, а зимой морозы под -30 по Цельсию... Зато осень - очень романтична. Природа прекрасна в своем увядании. Все словно замирает в золотисто-багряном великолепии, словно Нарцисс у воды. В октябрьском холодном воздухе витает аромат сырой земли, обильно политой дождями, но слегка подсушенной щедрым солнцем. От этого земля становится как будто бы густой, но довольно твердой, чтобы ничего не увязало в её недрах...
   Инка шла домой, мечтая о чашке горячего кофе. Погрузившись в свои мысли, она не заметила направляющегося ей навстречу мускулистого парня со светлой копной волос.
   - Ой! - охнула она от столкновения.
   В первую секунду она подумала, что сломала нос. Ощупав пострадавший участок, убедилась, что ошибалась. Девушка вскинула глаза на обидчика и натолкнулась на хмурый взгляд светло-карих глаз. Цвета светлого пива, подумалось ей. Цвета гречишного меда. Несмотря на озлобленность, глаза были грустные и какие-то тоскливые...
   - Простите, - пробормотала Инка.
   Как воспитанная девочка, она всегда извинялась первой, даже если была не виновата.
   - Ничего страшного, - ответил парень.
   Он замолчал. Они стояли, не двигаясь, изучая друг друга глазами, словно под гипнозом, завороженные и подверженные какой-то магии, не в силах разорвать путы. Сейчас у Инки появилась возможность получше рассмотреть его. Высокий, с развитой мускулатурой, но не из качков, что обычно хвастаются своими трицепсами и бицепсами, а за лишнюю ложку протеина готовы убить. В старых, потертых джинсах, футболке с широко известной в узких кругах "Rancid", порванной куртке, поношенных кедах он производил впечатление подростка, эдакий панк, которому плевать на все. И лицо он имел хищное, с резкими чертами лица, перебитым носом, широкими скулами, парой разбросанных то тут, то там шрамов, черной щетиной на подбородке, что добавляла ему возраста. Выглядел он лет на двадцать- двадцать два. На шее висел кельтский амулет, изображавший двух волков, вылезающих из одного начала. Отросшие соломенные волосы взлохматил ветер. Ноздри его широко раздувались. Он словно обнюхивал её...
   - Я тебя знаю? - спросил парень, пристально вглядываясь в лицо девушки.
   Он видел перед собой широко распахнутые испуганные зеленые глаза. Она молчала. Он поразился бледности её кожи, тонкости и хрупкости запястий, каскаду русых волос, спадающему на спину.
   Она отрицательно покачала головой и двинулась дальше. Волшебство рассеялось, и реальность вступила в свои права. Уходя, она чувствовала на себе его пристальный взгляд.
   А вечером лучшая подруга вытащила её в клуб. Он был маленький, насквозь прокуренный, с узкой сценой, где музицировала какая-то неизвестная группа. Подруге нравился басист, и она, вооружившись пивом, активно строила ему глазки. Инка покачала головой и направилась к бару, чтобы взять себе ещё пива. Вскарабкавшись на высокий стул, девушка принялась за напиток, обдумывая мироздание.
   - Триста грамм водки, - прохрипели у неё над ухом.
   Рядом приземлился светловолосый парень, с которым она столкнулась на улице. Он нетерпеливо вертел в руках пепельницу, а потом нервно закурил. Бармен наполнил ему рюмку и ехидно осведомился:
   - А почему не виски?
   - Для "Джек Дэниэлс" я сегодня слишком беден, - развел руками парень. - Да у вас его и нет. Бутафория одна.
   Бармен хохотнул и выудил из-под стойки бутылку портвейна:
   - Долги отдаю. Бери.
   Парень кивнул и засунул бутылку в свой видавший виды рюкзак. Он обернулся, когда заметил, что Инка уже минут пять на него пристально смотрит.
   - Мы знакомы? - опять спросил он.
   - Не пугай девочку, - вклинился бармен.
   Инна окатила работника клуба ледяным взглядом:
   - Меня непросто испугать.
   Бармен улыбнулся и принялся с удвоенной силой натирать стаканы.
   - Хм... - голос у светловолосого был хриплый, грубый, а взгляд очень колючий. - Откуда такие берутся? Сначала не боятся ничего, а потом их в новостях показывают... "Найден труп девушки с множеством ножевых ранений...", - передразнил он голос диктора.
   Инка тряхнула волосами и вздернула нос. Она была очень упряма и ненавидела, когда ей указывали, что делать.
   - А ты сам кто? - нарочито небрежно спросила она.
   Бармен и светловолосый переглянулись. На лицо парня легла тень.
   - Я - Странник в этом мире, - туманно изрек он, выпуская дым изо рта.
   "Здрасти, приехали", - с раздражением подумала девушка. - "Ещё одна байроновская личность, заблудшая душа, которая скитается по просторам бытия...".
   - И давно уже странствуешь? - вскользь спросила Инка.
   Парень не ответил. Он протянул ей широкую ладонь и пожал её маленькую ручку:
   - Гордей.
   - Инна, - в ответ представилась девушка.
   Они молча друг на друга смотрели. Она знала, что это - одно из тех знакомств, которые заканчиваются с уходом собеседника. Сейчас этот брутальный парень растворится в черноте ночи, и она больше никогда его не увидит.
   Инна погладила пальцами запотевший бокал, пытаясь найти тему для разговора. Вечер все равно испорчен. Беседа ни о чем поможет ей развеяться...
   - Я тебя раньше здесь не видел, - заметил бармен, разглядывая девушку.
   - Да, - кивнула Инна, - Здесь эта группа выступает... - она кивнула на сцену, пытаясь вспомнить название. - Моей подружке нравится басист.
   Бармен улыбнулся и отошел подальше, чтобы послушать группу.
   - А ты... - она испытывающе взглянула на Гордея, - ты часто тут бываешь?
   - Если завезут "Джек Дэниэлс", поселюсь навечно, - широко улыбнулся парень, и Инка заметила, какие у него крепкие и острые зубы. - А ты... такая маленькая... - его взгляд переместился с её тонких запястий на бледную шею, - не боишься гулять одна по темным улицам... там же временами рыщут звери... - последние два слова он произнес, близко наклонившись к Инке. Девушка почувствовала его теплое дыхание на своей коже.
   - Ну я сочувствую тому зверю, кто на меня ночью нарвется, - ответила она тихо, серьезно глядя ему в глаза.
   Взгляд парня оставался насмешливым. Девушка только вздохнула. Сначала они все смеются, а когда увидят, как она прошибает деревянные доски одним ударом, сразу же исчезают, забыв сказать даже "Адью". Да и какому парню понравится, что его девушка с завидной регулярностью не ночует дома? Но сегодня был "выходной", день без дежурств, и поэтому девушка предвкушала сон более обычных четырех часов. Тем более, что завтра не нужно будет идти к первой паре, а значит, такой подарок судьбы упускать грех.
   Она и Гордей говорили о всякой ерунде, беседа шла легко и свободно. Девушка поразилась, что он не спрашивал основных данных, как это бывает с обычными парнями. Все, что он знал о ней, её имя и то, что у сцены сидит её подруга. Все. Но и Инна знала о нем не больше. Это ей даже нравилось, у неё не было планов на него. Таким, как Инка, противопоказана личная жизнь. В сложившейся жизненной ситуации длительные отношения были нереальны, поэтому девушка привыкла к случайным связям. Это было очень удобно. Ни к кому не привязываясь и не отдавая своё сердце. Эпоха "fast life, fast sex, fast love" наступила. Живи по её правилам. Все равно человек приходит в этот мир и уходит из него в одиночестве. Тем более, что быть одной ей было привычнее. Инка даже представить не могла, что может любить кого-то. Ну, кроме деда, конечно. Её родители умерли более шести лет назад. А из родственников остался только дед по линии матери. И пришлось генералу в отставке переехать в другой город, чтобы воспитывать свою двенадцатилетнюю внучку. Только он не мог понять, для чего её комната больше похожа на спортивный зал. У деда было, по крайней мере, два положительных качества: он крепко спал по ночам и не задавал лишних вопросов, когда видел шрамы на внучке. Он наивно полагал, что Инка занимается борьбой, оттого и такая сильная. Но он не знал самого главного: внучка бдительно охраняла деда. Конечно, она понимала, что на старое мясо и кровь мало кто покусится, да и девушка мало кому насолила так, чтобы её шантажировали подобным образом, но постоянный страх и инстинкт самосохранения вынуждали быть всегда настороже. Если бы у неё был ещё один любимый человек, она вряд ли смогла бы защитить двоих.
   - Ещё пива! - довольно объявила она бармену. - Гулять так гулять! - она засмеялась, впервые, наверное, за две недели.
   - Да ты пьешь, как мужик! - ткнул её в плечо Гордей. - Откуда такие аппетиты?
   - Я вообще ненасытная, - ответила Инка, делая большой глоток. - Знаешь, в детстве у меня было мало игрушек и я грабила соседей по песочнице, - полушутливо - полусерьезно сказала она, хитро прищурившись.
   - О чем болтаем? - подруга подошла и села рядом, стрельнув глазами в Гордея.
   Видимо, басист остался равнодушным, подумала Инка. И теперь Эльзе нужно найти кого-то ещё. Но Гордей выглядел так потрепанно и непрезентабельно, что Эльза только чуть сморщила нос и обратила все свое внимание на смазливого русоволосого бармена.
   - Ну все, мне пора, - Инка с сожалением взглянула на часы.
   Расставаться с Гордеем не хотелось. Его взгляд ещё больше погрустнел. Инка сползла с высокого стула и закинула на плечо черный кожаный рюкзак.
   - Ты идешь? - спросила она подругу, которая уже уговорила бармена налить ей бесплатного пива.
   - Я пожалуй останусь, - промурлыкала в ответ та.
   - Ладно, - кивнула Инка. - Только очень надеюсь, что не услышу в новостях про "труп девушки со множеством ножевых ранений", - усмехнулась она.
   - Не люблю твою чернуху, для КВН не подходит, - обиженно заявила Эльза.
   Инка ток пожала плечами и направилась к двери. На пустынной и темной улице её нагнал Гордей.
   - Наверное, тебя стоит проводить? - несколько смущенно спросил он.
   - Не думаю, - тут же ответила она. - Не надо.
   - Ну ладно, сделаем вид, что мне просто в ту же сторону, - рассмеялся Гордей.
   Инка напряженно кивнула. Они шли по улицам, болтая обо всем. С темных небес на них смотрели равнодушные белые звезды, а дорога утопала по краям в листьях. Обычный городской пейзаж омывался светом нарождающейся луны...
   Увидев подъезд без кодового замка, девушка остановилась.
   - Ну... мне пора... - неуверенно произнесла она, пытаясь немного отсрочить расставание.
   - Да, - кивнул Гордей.
   Они помолчали, глядя в разные стороны, не находя слов. Все, пора...
   - Пока, - быстро сказала девушка и, повинуясь внезапному порыву, прикоснулась к его обветренным губам. Она явственно почувствовала привкус сигарет и водки. Она испуганно взглянула на него и побежала к двери подъезда. Скрывшись в его недрах, она добралась до окна и осторожно взглянула на улицу. Гордей стоял там с изумленным видом и прижимал пальцы к губам. Девушка прислонилась к почтовым ящикам и молилась, чтобы он скорее ушел. Выждав для надежности полчаса, Инка выглянула вновь. Перед подъездом никого не было. Но на всякий случай решила уходить через крышу. Без труда взломав замок, она вышла на покатую крышу пятиэтажки и огляделась. Эти дома эпохи Хрущева не предусматривали лестниц на стенах. Но рядом, метрах в четырех высилась девятиэтажка с привлекательной кованой лестницей. Два с лишним метра. Много. Обычно она прыгала 180 при росте 168 см. Разбежавшись, девушка прыгнула и вытянула вперед руки. Пальцы заскользили по железным прутьям, и, пропустив пару ступеней, девушка все-таки зацепилась и ловко спустилась вниз...
  
   Феликс лениво расплющил между пальцами виноградину. Люди напрасно думают, что вампиры не едят растительную пищу. Просто кровь дает им силы и бодрость. Нет, не как вода у людей. Они не могут без воды, но она для них не имеет ни вкуса, ни запаха. Кровь же подобна амброзии, что наполняет естество жизнью. Люди делились для Феликса на две категории: пища и истребители. Или как их там называют? Он что-то помнил о том, что они делятся на отдельные подвиды, согласно роду деятельности. Но он был слишком высокого происхождения, чтобы думать о каких-то истребителях. Главное: не проиграть им в битве. Сколько уже таких людей он убил... Но один человек раньше не давал ему покоя... Равный ему по силе, уму, ловкости... Судьба столкнула их в середине семидесятых. Валерий Тернов был выдающимся охотником, как бы Феликсу ни прискорбно было это осознавать. Но им никогда не удавалось убить друг друга. Как бы они оба этого ни хотели.
   Вампир лениво перевернулся с одного бока на другой и с наслаждением вытянулся, услышав хруст позвонков. Одеяло соскользнуло с узких бедер, и обнаженный вампир босыми ногами прошлепал в ванную. После душа, со стекающими на персидский ковер каплями воды, юноша ленно оглядел окружавший его бардак. Сбитые в кучу простыни. Висящие на дверцах шкафов предметы одежды, настойчиво забытые случайными любовниками или любовницами, а зачастую и жертвами. Разбросанные по полу газеты с "громкими" заголовками, где он красным маркером отмечал нечто важное для себя, а что-то совсем необходимое - вырезал и вешал на стену над письменным столом. А на нем в полнейшем хаосе лежали необходимые канцелярские принадлежности, улыбались фотографии, мигал зеленым светом ноутбук, рассыпались причудливым узором сухие лепестки роз. На полу давили друг на друга своей тяжестью книги. Среди этого бардака попадались не повешенные на стену картины авторов прошлых веков, коллекционное холодное оружие, которым нередко пользовались вместо ножа, и даже драгоценности.
   Феликс сам себе зачастую поражался. Он был чистокровной Ламией, Мертворожденным, Порождением вампиров. Его положение было бы довольно высоким, он наследовал титул, но... Какое ему было дело до всех этих балов, светских мероприятий, приемов? Ему опротивели лживые улыбки, надоели одни и те же лица с начала прошлого столетия. Он чувствовал себя стариком, заточенным в тело молодого, крепкого вампира, которому бы гулять да развлекаться, но нет, устал. Его ужасала мысль провести всю жизнь в праздных увеселениях. Его можно было отнести к вампирам-интеллектуалам, что глушат в себе зверя, но Феликс обожал кровь. Пил её редко, но пил с наслаждением, словно это был редчайший деликатес, а не жидкость, что течет у каждого человека в жилах. Поэтому и жертв выбирал себе очень внимательно, осторожно, порой выслеживая их несколько месяцев. Конечно, все это время его терзал жуткий голод, а предвкушение лишь усиливало аппетит, но как же сладостен был миг убийства, миг поглощения темно-красной чарующей жидкости вместе с душой!..
   Юноша одернул черную рубашку, поправил безукоризненные запонки на манжетах и взял со стола фото. С него хмуро смотрела девушка лет восемнадцати с прямыми русыми волосами, грустными зелеными глазами, бледной кожей и в темных одеждах. "Готесса что ли?..", - подумал Феликс с раздражением. Но в девушке его что-то привлекало. Какая-то незащищенность и хрупкость была в ней, в этих тонких бледных запястьях, а в глазах такая потерянность... Конечно, она напускала на себя крутой вид, что ей все нипочем, да и фигура не отличалась худобой: чего только стоят эти бицепсы на руках. Но с тем... словно тонкий белый цветок, упорно сопротивляющийся напору злого ветра... это вихрь все равно сорвет его и понесет, израненного, убитого, сломленного, дальше, но цветок сопротивляется, упирается слабенькими корешками в землю, не гнет свой тонкий стебелек, а в это время с лепестков капают слезы обреченного... но он борется, отстаивая свое право на жизнь...
   - Ничего, - прошептал Феликс фотографии, - я позабочусь о тебе. Я спрячу тебя от ветра. Я спасу тебя... спасу от той жизни, что гнетет тебя... ты же хочешь быть счастлива, милое дитя? Я подарю тебе счастье... вечную жизнь... твоей души в моих венах... - ласково сказал он и едва не прослезился от своего милосердия. Он искреннее верил, что спасает их, дарует им благословение богов... Он помнил каждую жертву, искренне и нежно любил их... таких нелепых, печальных, убогих в своем желании держаться за свою жалкую жизнь, вместо того, чтобы с благодарностью принять этот подарок судьбы от существа, что выше их и духовно, и физически... Но он любил их, любил всем своим черным сердцем, словно детей... Не в этом ли смысл вечной жизни - дарить людям свободу, пусть даже после смерти их ничтожных тел?...
   Он нежно прикоснулся губами к фото, целуя девушку в бледный лоб. Как она прекрасна... И они вскоре будут вместе...
  
   - Как там бармен? - спросила Инна на следующий день подругу.
   Они сидели в кафе рядом с университетом и с аппетитом поглощали чай с пирожными.
   - Очень даже, очень даже... - промурлыкала Эльза, тряхнув золотыми кудрями. - А этот твой... оборвыш?
   - Гордей? - удивленно вскинула брови Инка. - Надеюсь, больше не увидимся.
   - Это почему? - расстроилась подруга. - Он же тебе понравился...
   - Кто сказал? - раздраженно откликнулась девушка. - После такого количества выпитого мне бы и шимпанзе понравилось...
   Эльза лишь хихикнула в ответ.
   - Сходим куда-нибудь вечером? - спросила она, считая деньги в кошельке.
   - Нет, спасибо, - тут же ответила Инка. - У меня дела.
   - Какие же это? Парня у тебя нет, дедуля тоже вроде не запрягает домашними делами... Так в чем причина? - нахмурилась Эльза.
   Инка только вздохнула. Сегодня ночью опять наступала её пора дежурить. Начальство за прогулы по голове не погладит. К тому же действует самая надежная нравственная дубинка, которую только можно придумать - совесть. Как ты можешь где-то развлекаться или спать, когда в это время на улице, возможно, кого-то убивают?
   - Меня знакомые попросили с ребенком посидеть, - солгала девушка. - Как раз там и подготовлюсь к завтрашнему семинару. Что и тебе советую, - добавила она строго.
   - Да ну, - махнула рукой Эльза, - вот ещё, к семинару готовиться... надо развлекаться, пока молодая!
   Инка только пожала плечами. На сегодняшний вечер у неё развлечений хватит.
   ...А ночной город жил. Он дышал выхлопными газами, дизайнерскими ароматами, помоями, резиной новехоньких шин, особым запахом кожи, канализации и жареным мясом из кафе и ресторанов. Феликс молча смотрел на людей из тени дома. Это было его любимым занятием. Люди обычно слишком поглощены собой, чтобы увидеть что-то дальше своего носа. Поэтому они такая легкая добыча... Не то, что Охотники. Вот уж пример высочайшего внимания...
   Свет фонаря падал на одиноко озиравшегося мальчика лет двенадцати. Наверное, мальчишка просто потерялся. Или сбежал из дому и теперь жалеет. Явно не из "уличных". Из "домашних". Таких видно сразу: приличная одежда, рюкзак за плечами, в котором припрятана пачка печенья, наушники плеера свешиваются из-за ворота куртки, испуганный взгляд... Малыш, наверное, ищет, где бы ему переночевать, а домой возвращаться к лишним скандалам не хочется...
   Феликс сладко улыбнулся, обнажив острые клыки. Интересно, каков мальчишка на вкус...
   Тот испуганно оглянулся и вжал голову в плечи, когда заметил темную фигуру, скрывающуюся в тени. Мальчик видел только бледное лицо с провалами глаз и темные волосы.
   - Ты не потерялся? - спросила фигура.
   Мальчик увидел перед собой дорого одетого мужчину приятной наружности. Феликс придвинулся чуть ближе и заглянул мальчику в глаза. Тот так и замер, словно заплутав в этих черных-черных тоннелях. Мозг тут же проникся симпатией к этому красавцу, что так участливо расспрашивает его. Но сердце испуганно сжалось и затрепетало, как пташка в клетке. Мальчик почувствовал щемящую тоску и боль в груди, словно дышал последние минуты. А для Феликса мальчишка был уже покойником...
   - Как тебя зовут? - спросил вампир, отводя черную прядь с бледного лица.
   - Тимур, - пролепетал мальчик.
   - А что ты тут делаешь один, так поздно?.. - приятный бархатистый баритон доносился словно радиопомехи...
   - Ах, вот ты где! - низкий девичий голос заставил их обоих вздрогнуть.
   Мальчишка непонимающе вытаращил глаза на подошедшую девушку лет восемнадцати с длинным темным хвостом, в черной куртке, кожаных брюках и сапогах с высокой шнуровкой. На руках девушки Тимур заметил кожаные перчатки с обрезанными пальцами.
   - Пойдем домой, Саша, я тебя уже обыскалась, - сердито заявила она, хватая мальчишку за руку.
   Феликс схватил его за другую руку:
   - Кто эта девочка, Тимур? Ты её знаешь?
   Инка прикусила язык. Вампир проклятый! Уже успел узнать, как зовут ребенка!
   - Отпусти его, - угрожающе прорычала она, - не то хуже будет...
   Феликс встретился с её глазами. Это была она! Она!... Эти глаза... он узнает их из миллиона!
   Он так остолбенел, потрясенно и восхищенно глядя на неё, что даже расслабил хватку, чем и воспользовалась девушка. Она подхватила ребенка на руки и пробежала так до ближайшего угла какого-то дома. Задыхаясь, она поставила Тимура на землю и мрачно посмотрела на него:
   - Чего он от тебя хотел?
   - Спрашивал, как я здесь оказался, - с заминкой ответил мальчик. Он был шокирован такой быстрой сменой событий. - А ты кто?
   - Значит так... - пыталась отдышаться Охотница. - Я - Инна. Я тебе сейчас жизнь спасла. Это был - плохой дядя...
   - Наркоман?- широко раскрыл глаза мальчик.
   - Они не самые плохие, - улыбнулась Инка.
   - Гомосек? - гадал Тимур.
   - Хм... может быть, - пожала плечами девушка. - Так как ты оказался на улице так поздно? Я в твоем возрасте... - она замолкла, вспомнив себя в двенадцать. Тогда девушка впервые убила. - Ну в общем, неважно! Где ты живешь?
   - Ленина, 12, - ответил мальчик.
   - Ну пошли на Ленина, 12, - Инка крепко сжала его руку в своей. - Ещё раз увижу на улице в это время - уши надеру.
   - Это как? - любопытно взглянул на неё Тимур. - Ой! Оооооооооой-ёёёёёёй-ёёёёй!!! - завопил он, когда Охотница наглядно продемонстрировала.
   Они шли по темным улицам, и Охотница периодически осматривалась по сторонам, в поисках темноволосого красавца.
   - Дома проблемы? - наконец нарушила молчание девушка.
   - Да, - хлюпнул носом мальчишка.
   - Расскажешь?
   - Родители разводятся, - еле слышно донеслось в ответ.
   - Всего-то? - хмыкнула девушка.
   - Ты так говоришь, потому что твои не развелись, да? - обиженно спросил мальчик.
   Она помолчала, глядя вперед. Под тяжелым сапогом что-то хрустнуло.
   - Мои родители умерли, когда мне было столько, сколько тебе сейчас, - безразличным тоном бросила девушка.
   Мальчик молчал, не зная, что ответить. Сейчас его проблемы казались пустыми и надуманными.
   - Послушай меня сейчас, - Инка остановилась и посмотрела ему в глаза. В темноте было плохо видно их лица, но Тимур заметил, какой у неё серьезный взгляд. - Никогда не заговаривай и не слушай этих мрачных бледных людей в черном. Не выходи на улицу после девяти вечера. Носи с собой освещенный в церкви крестик. И не расстраивай маму с папой. Ясно? От этого зависит твоя жизнь. Потому что если бы не я, ты бы до завтра не дожил.
   Мальчик молчал. Сегодня его жизнь изменилась. Он повзрослел. Он кивнул. Вдвоем они поднялись на третий этаж высотного дома и замерли возле двери.
   - Хочешь печенье? - спросил мальчишка.
   - Печенье? - удивленно взглянула на него девушка.
   Она уже сто лет не ела печенья. И по началу даже не могла вспомнить, что это такое.
   - Ну да, - Тимур выудил из недр рюкзака пачку. - Возьми.
   Она неловко приняла дар и некоторое время разглядывала его яркую обертку, пытаясь что-то вспомнить из детства. Но перед глазами лишь представали растерзанные тела родителей. И кровь, кровь, повсюду кровь. Распятые на стенах, мама и папа буквально сочились ею, заливая все вокруг. А рядом, на опрятных зеленоватых обоях было написано красным "За все нужно платить. Убивший Каинита должен умереть в муках". И буквы тоже истекали кровью, словно шрамы на коже. Она, двенадцатилетняя девочка, подошла к отцу и увидела, что его глаза открыты. Но они были мутными и словно стеклянными. Кожа - словно восковая, залитая кровью, покрытая кровоподтеками и синяками. А по лицу матери струились кровавые слезы - длинные порезы от глазниц до подбородка. Девочка села между ними и, держась за окровавленную брючину отца и остывшую лодыжку матери, смотрела в течении нескольких часов на кровавую надпись на стене...
   В тот день детство кончилось.
   - Спасибо, - с трудом отогнала воспоминания Инка.
   Она решительно нажала на кнопку звонка. Дверь тут же открыла молодая женщина с печальными глазами и взволнованным лицом. Она тут же заключила сына в объятия.
   - Где ты пропадал?! - закричала она, и из глаз её брызнули слезы.
   - Он потерялся, - вступилась Инка. - До свидания.
   Женщина отвлеклась от сына и внимательно посмотрела на неё:
   - Спасибо Вам большое! - запричитала она. - Как Вас отблагодарить-то? Может, чаю?
   - Нет, нет, спасибо! - испугалась Охотница. - У меня ещё дел полно... Ээээ... До свидания! Надеюсь, больше не увидимся! - стремительно сбежала по лестнице.
   - Кто это был? - растерянно спросила мама.
   Тимур пожал плечами:
   - Одна хорошая девочка, - улыбнулся мальчишка. - А ещё у неё очень сильные руки... - он потер горящие болью уши...
   ...Инка скользнула в ночную прохладу улицы и тут же погрузилась в тень. Она улыбнулась, когда в крайнем окошке, где по её расчетам должна была находиться квартира Тимура, зажегся свет. И тут она почувствовала чье-то дыхание у себя за спиной.
   Резко обернувшись, она увидела стоящего перед ней и широко улыбающегося Гордея.
   - Ты?! - от неожиданности у неё иссяк словарный запас. - Но... эээ... ммм... да...
   - Не ожидала? - ухмыльнулся блондин. - А я думал о тебе все это время.
   - Ээээ... - щеки её стали пунцовыми. - Да? Ну ладно.
   Гордей растерянно на неё посмотрел.
   - Может... прогуляемся?- предложил он, глядя на луну.
   Она была ещё не полной.
   - Прогуляемся? - переспросила она, - Это...
   - Просто пройдемся, поболтаем... - смущенно пояснил он. - Это не свидание, нет!
   - Да? - в её голосе сквозило разочарование.
   А что ей терять? Одну душу сегодня она спасла, заслуживает немного отдыха? Гордею она не доверяла. Она вообще никому не доверяла. Даже деду. Но глаза у парня были такие честные и доверчивые, что она с легкостью согласилась.
   И опять они говорили обо всем, обходя скользкие темы их прошлого. Иногда она случайно касалась его руки и ощущала, какие у Гордея сильные и грубые пальцы.
   - Да, я однажды был на их концерте... - он замолк и пристально взглянул на неё.
   Губы её были приоткрыты и влажно и заманчиво блестели в лунном свете. Она не отводила от Гордея зовущего взгляда, как женщина может смотреть на мужчину. Её так влекло к нему. Он был словно первобытный дикарь, ей хотелось попробовать его грубой силы. Она почувствовала его хрипловатое прерывистое дыхание, и в следующую секунду он прижал её к стене какого-то дома и начал страстно целовать. Словно мучимый жаждой, он припадал к её коже губами, с урчанием покусывал её, терся головой о щеки... Она не обращала внимания на боль. А когда из разорванной губы начала сочиться кровь, Гордей словно одержимый начал слизывать его, урча, как животное. Но девушке было так хорошо с ним! Никто ещё не пробуждал в ней таких чувств...
   Они, целуясь, проникли в темный подъезд. Гордей расстегнул джинсы и взял её едва ли не насильно. Девушка даже почувствовала боль, а потом наслаждение, что даже дух захватило. Она впилась зубами в его руку, стараясь сдержать стон. А он был ненасытен словно дикарь, животное, свободное и необузданное...
   ...Начал накрапывать дождь. Мелкие капли ударялись о стены и асфальт, словно умывая грязный город, очищая его от грехов. Но как бы дождь не старался, это было невозможно. Но небеса этого не знали и продолжали исторгать на землю потоки воды...
   Любой другой на месте Феликса разозлился, обиделся или огорчился. Еще бы! Увели такую аппетитную добычу.
   Но вампир только проводил храбрую девчонку задумчивым взглядом. Сколько он представлял, рисовал в своём воображении сцены их встречи, а на деле хрупкое создание оказалось его злейшим врагом. Что ж... так даже интереснее. Вкусить кровь праведницы, каждый день рискующей своей жизнью ради десятков тысяч людей, которые об этом даже не подозревают... От этого её кровь ещё слаще...
   Он бессмысленно бродил по опустевшему парку, вдыхая аромат сырой земли, прелых листьев, едва уловимый запах ржавчины кованого забора. Противный дождь забрался за ворот плаща, а Феликс все смотрел на разрастающиеся лужи и прибывал где-то не здесь...Он знал, что далеко отсюда, в тепле, в большом мраморном зале другие вампиры что-то празднуют, смеются, пьют чью-то свежую кровь...
   Резкая вонь заставила Феликса обернуться. Неужели?.. Но... он же собственными глазами... Не может быть!
   Вампир вглядывался в медленно идущего, рассеянно улыбающегося паренька со светлыми волосами. От него смердело, как от волка, как от того волка-оборотня. Но этого не могло, так как Феликс собственными глазами видел, как сильно волк истекал кровью. После таких ранений никто не выжил бы, особенно этот дохляк. А этот парень... Ну мало ли... Может быть он тоже оборотень, или у него дома собака... или он нереален и является лишь игрой воображения вампира... в этом городе так много призраков.
   Феликс отвернулся от иллюзии и понял, что он не один в парке. На мокром песке, ловя капли дождя жадным ртом, стояла девочка лет пятнадцати в ошейнике с шипами. Под глазами у неё уже расплывались черные пятна туши, а она даже не пыталась спрятаться от дождя.
   - Не лучшая погода для прогулок, - заметил вампир, кивая на исторгавшее воду небо.
   Девочка посмотрела на него безразличным взглядом и легонько пожала плечами.
   - Ты вся промокла, - сказал вампир. - Тебе есть куда пойти? - заботливо осведомился он.
   - Да, но я не хочу, - наконец ответила девочка.
   Она поковыряла носом тяжелого ботинка землю и подняла пустые глаза на вампира:
   - А ты типа маньяк?
   Эти слова развеселили вампира.
   - Ну да, просто монстр, настоящее чудовище, - рассмеялся он. Вампир был искренне с ней не согласен. - А я знаю место, где подают горячий шоколад, - заговорщицким шепотом сообщил Феликс.
   - Я хочу чего-нибудь покрепче, - шмыгнула носом девочка. - Хочу напиться и забыться! - она опять подставила лицо дождю, и крупные капли заскользили по её щекам.
   Вампир мягко взял её озябшие мокрые пальцы в свою руку и уверенно повел по направлению к своему дому...
  

Глава 2.

   Она стояла возле витрины с дисками и уже несколько минут изучала список песен. Внимательные карие глаза бесстрастно смотрели на неё из-за витрины с фильмами. Инка снова и снова невидящим взглядом просматривала обложку альбома, пытаясь понять, что нужно этому мрачному парню в черном, который уже двадцать с чем-то минут наблюдал за ней. Девушка ощущала пальцами пластик коробки диска, его гладкость без изъянов и думала об обходных путях.
   - Мы закрываемся.
   Инка вскинула глаза на парня в фирменной футболке магазина и вручила ему диск:
   - Хорошо, зайду завтра.
   И направилась к двери, не сводя глаз с парня в черном. Как она и предполагала, он вышел следом за ней. Девушка побежала в подворотню, надеясь скрыться в лабиринте серых домов, но он настиг её быстрее, чем она предполагала. Схватив её за руку и мощным движением развернув к себе лицом, Феликс прямо посмотрел ей в глаза:
   - Я кое-что знаю о тебе.
   Инна молча взирала на него, не зная, как вывернуться из этого сильного захвата. До чего он силен! А по виду и не скажешь...
   И она была перед ним, такая тонкая, маленькая, слабая, а он даже не упивался своим превосходством. Он только смотрел в эти испуганные глаза и думал, что убьет её прямо сейчас, бросит в вечность, а её теплая кровь будет горячить его хладные мышцы несколько лет...
   Она резко присела на корточки и взвалила этого худощавого вампира себе на спину. От неожиданности Феликс ослабил хватку. Она этим воспользовалась и перебросила его через себя. Освобожденные руки тут же противно заныли от боли.
   "Нет", - подумал Феликс, - "ну только не драка! Её кровь будет слишком горячей от адреналина! А он невкусный!".
   Некоторое время они мерили друг друга устрашающими взглядами, в уме просчитывая ситуацию. Охотница напала первой, замахнувшись ногой для удара. Вампир одним движением руки отбил эту атаку. Удар был такой силы, что Инка едва удержалась на ногах. Тогда она немного подпрыгнула и обрушилась на его голову, увлекая вампира на землю. Тот выгнулся и, обхватив девушку руками, перебросил через себя. Инка почувствовала резкий удар об асфальт, и в ту же секунду резкую боль в спине. Ей было так больно, что девушка не могла даже кричать, а только беспомощно смотрела на темнеющее небо.
   Феликс навис над ней и безразлично взглянул на поверженную. Инка судорожно глотала воздух, пытаясь встать, но ни один мускул не слушался её.
   - Какая ты слабенькая, - сочувственно произнес вампир. - Твой отец был сильнее...
   Где-то выступила кровь и начала заливать шею. Её трясущиеся губы тоже окрасились красным...
   - Откуда я его знаю? - спросил Феликс, усмехаясь. - Самым моим жгучим желанием было убить его...
   Её глаза расширились. Так это он, он, он оставил растерзанные тела на стене!
   - Но нет, кто-то добрался до него прежде меня, - глухо продолжал вампир. - А ты, маленькая дрянь, осталась в живых...
   Господи, сейчас она умрет... Как же больно, как же больно...
   - Что ты говоришь? - спросил Феликс.
   - Отче наш... - прошептала Инка, глядя в небо. - Да прости ты ему грехи его, как прощаешь грехи наши...
   - Молишься за меня, - удовлетворенно кивнул вампир. - А тебя кто спасет? Этому на небесах нет дела до тебя... Иначе бы он защитил твоих родителей, не так ли?
   - ...Да святится имя Твоё, да прибудет Царствие Твое... - продолжала она чуть слышно.
   - Вижу, в церковь ходишь нечасто, - заметил Феликс, - иначе бы знала всю молитву наизусть... но мы с тобой знаем, что не порядок нужен, верно? А мотивация, позыв!..
   - Ты убьешь меня или мы так и будет разговаривать? - спросила она, прикрывая глаза.
   Вампир помолчал, изучая её лицо. Он наклонился и поцеловал её в холодеющие губы, слизнув кровь изо рта...
   И тут он увидел. "За все нужно платить. Убивший Каинита должен умереть в муках".
   - Лидия! Лидия! - завопил он и разрыдался над телом этой хрупкой девушки.
   Он вспомнил. Красавица-Ламия. Она умерла незадолго до смерти Терновых. Единственная, кого он любил. Смерть её была ужасной. Наверное, убийцей был этот гордец Тернов... Поделом ему... Собаке - собачья смерть. Значит, братья - Каиниты нашли и убили Тернова и его семью до самого Феликса. Жаль. Месть была бы сладка. А теперь он убьет единственного потомка этого выродка, прервет цепь мерзкого Охотничьего ДНК, заставит страдать ребенка за проступки родителей...
   Феликс вытер рукавом слезы и затуманенным взором взглянул на девушку. Ещё полчаса назад он любил её, как и всех остальных жертв. Но сейчас она стала особенной. Впрочем, она была такой с рождения, когда кровь сотни древних Охотников потекла в её жилах. И сейчас он выпьет эту кровь, выпьет до капли, дарует избраннице вечную агонию в его венах...
   Вампир так размечтался, что утратил бдительность. И опомнился только тогда, когда кубарем покатился по земле, а на загривке у него сомкнулись чьи-то сильные челюсти. Мощным рывком он сбросил существо с себя и перегруппировался. Вампир увидел перед собой громадного волка с бежевыми подпалинами и злобно осклабился:
   - Все-таки выжил, гад... И в кого ты такой живучий?
   Волк глухо зарычал и бросился на него. Феликс с трудом удерживал его челюсти от своего горла. Если вампир сейчас ослабит хватку, то оборотень его разорвет. Смерть в планы не входила.
   - Она моя! - прорычал вампир. - Я должен отомстить! Не вмешивайся не в свои дела, волчонок! Твое место на помойке рядом с лесом...
   В глазах волка полыхнула ярость. Феликсу пока удавалось лишь не давать оборотню приблизить свои кошмарные зубы к его тонкой коже. Зверь видел бьющуюся жилку на шее вампира и жаждал перекусить её...
   - Аминь!
   И тут же бок вампира пронзила острая боль. Ткани разъедало, кровь хлынула на землю и на плащ. Ослепленный болью, он все же приоткрыл глаза, чтобы взглянуть, кто его ранил. Он увидел испуганную, истекающую кровью дочь Тернова с серебряным кинжалом в руке. Больно. Очень больно. Он потерял равновесие и упал на землю. Волк тут же набросился на него. Феликс увернулся и покатился по земле, прикрывая рукой рану.
   Инка, тяжело дыша, рухнула на землю. Она вложила в этот удар все силы, и теперь без движения лежала на земле. Волк тут же превратился в человека и участливо приблизился к ней. Внезапно он вспомнил о вампире и оглянулся, намериваясь продолжать драку, но тот уже скрылся в тени.
   Охотница открыла глаза и увидела перед собой обнаженного юношу с копной отросших соломенных волос и светло-карими, почти желтыми, глазами.
   - Гордей? - прошептала она. - А я знала...
   - А я вот не знал, что ты - Охотница, - нахмурился полу - волк. - Где ты живешь? Я отведу тебя домой, подлатаем тебя.
   - Я сама, - упрямо ответила девушка.
   - Ты сама и встать не можешь, - рассмеялся Гордей. - Идем, - он заботливо подал ей руку.
   - А ты голый, - заметила девушка. - Как мы пойдем по улицам, не привлекая внимания?
   - Действительно, - озадачился оборотень.
   Он покрутил головой и увидел груду своей одежды. Футболка порвалась, а вот джинсы были целы - он все-таки успел выпрыгнуть из них до превращения. Натянув их на голое тело и накинув куртку, он поднял девушку на руки и медленно побрел по направлению к её дому...
  
   - Что за старик с тобой живет? - спросил Гордей, входя в комнату со стаканом воды.
   Инка лежала на кровати, щедро обмотанная бинтами. Она приоткрыла глаза, когда услышала голос оборотня.
   - Это дед, - пояснила она.
   Гордей осторожно влил ей в рот воду. Он поставил стакан на тумбочку и сурово посмотрел на неё:
   - Дед? А он... знает?
   - Нет.
   - Постой. Твой отец был Охотником...
   - Мой папа был Истребителем, как и мама. Они работали в команде, - объяснила девушка. - Так мне сказали в Центре.
   - Центре? - брови Гордей исчезли под челкой.
   Она помолчала и скупо бросила:
   - Мммм... Скажем, это место моей нынешней работы.
   - А твоя работа - убивать таких тварей, как я, верно? - ухмыльнулся волк.
   - Верно, - кивнула Инка, не опуская глаз.
   С минуту они мерили друг друга изучающими взглядами. Ситуация изменилась ещё тогда, когда он бросился ей на помощь, защищая от того вампира, что убил Старейшину. Сейчас они знали очень многое друг о друге, и это настораживало...
   Двое убийц, хладнокровные и жестокие. Но рядом друг с другом они не чувствовали себя ни жертвами, ни палачами. Гордей не чувствовал зова ночи и природы, он хотел остаться с ней...
   - Я приготовлю тебе кое-что, - улыбнулся волк и пошел на кухню.
   Через две минуты в комнату вошел рассерженный дед.
   - Это что за жених у нас тут ходит?!
   Инка прикрыла глаза:
   - Это не жених, деда, это парень с тренировок. Не против, если он временно поживет у нас?
   - А где же он будет спать? - изумился дед.
   - На диване, в зале, - устало отвечала Охотница. - Места всем хватит, да?
   - Как знаешь, - вздохнул старик. - Как же ты так убилась, внученька? - он сел на краешек кровати и мрачно окинул взглядом перебинтованное тело.
   - Упала с тренажера.
   - Ох уж эти новомодные штуки, - проворчал дед, заставляя её сесть на кровати. - Ну-ка, что это у нас? Вывих? Сейчас испр... - старик крякнул, кости хрустнули, Инка сильнее сжала зубы - и не такое терпела, - ааавим! - он удовлетворенно похлопал внучку по плечу. - Ещё и спинку подлечим... - он одним движением перевернул девушку на живот и начал нажимать на чувствительные точки вдоль позвоночника, а потом сделал небольшой массаж.
   - Спасибо, деда, значительно легче, - улыбнулась Охотница.
   - Ну давай, зайчик, спокойной ночи, - кивнул дед.
   Она только кивнула в ответ. Да. Когда уже ночи будут спокойными?...
  
  
   Сумерки окутали полусонный город, наполняя закоулки призрачной синевой. Ветер по улицам швырял золотые листья, напоминая о том, что ещё совсем немного, и эта пора сухой осени пройдет и белое покрывало укроет своим ледяным спокойствием эти последние куски деревьев. Но пока, они так беспечны и веселы, кружатся в своеобразном танце над мостовыми...
   Феликсу было не до природного великолепия. Он, глухо рыча, заматывал рану у себя в квартире, а его друг Гидеон скептически смотрел на него в тусклом свете старинной лампы.
   - Этот оборотень ещё поплатится, - повторял вампир, обматываясь бинтами, - он ещё не понял, с кем связался?! - в бешенстве вампир отшвырнул от себя рубашку. Вслед ей полетел фарфоровый кувшин, который разлетелся на мелкие осколки. - Он ещё получит!..
   - Феля, не злись, умоляю, - поднял ладони вверх Гидеон. - Когда ты сердитый, ты не красивый, поверь мне, - Он подошел сзади и мягко обнял вампира за плечи. - Ну я же знаю тебя не одно десятилетие... ты все равно найдешь и убьешь его.... Не переживай, а то вдруг у тебя кожа испортится, и ты станешь никому не нужен?
   Феликс удивленно посмотрел на друга. Гидеон помассировал ему плечи, а потом занялся раной, промывая пораженный участок кровью.
   - Чья это кровь? - хрипло спросил черноволосый вампир.
   Гидеон лишь тряхнул золотыми кудрями и возвел лазурные глаза к потолку:
   - Какая разница? Нашел тут у тебя в холодильнике... Холодная, правда, но ничего, надеюсь, поможет. А если нет... - он посмотрел другу в глаза и, четко выговаривая каждое слово, произнес, - тогда мы спустимся в Нижний Город и найдем там Аркаиду.
   - В Нижний Город? - переспросил Феликс, с сомнением почесывая подбородок. - Ты уверен? Думаю, само заживет, - махнул он рукой.
   "Все, что угодно, лишь бы не туда...", - с тоской подумал он.
   - Знаю, ты сторонишься Старших Каинитов, - вздохнул златовласый вампир. - Но что делать? Иногда нам нужно спускаться. А то тобой заинтересуется Черная Рука.
   - Да хоть нога! - разозлился Феликс. - Я никому ничего не должен! Что ты от меня хочешь?! Чтобы я плясал под дудку Старших? Никогда! - он оттолкнул холеные руки друга и резким движением задернул шторы. - Что я делаю не так?! Почему это Черная Рука должна мной интересоваться?! Разве я раскрываю Маскарад?
   Гидеон молчал. Он лишь опустил глаза на ковер.
   - Скажи мне, скажи! - продолжал бушевать Феликс. - Или они уже трогают ни в чем неповинных вампиров?
   - Ты- Ламия, Феликс, - ответил Гидеон. - Не какая-то шавка из Новообращенных. - Ты Мертворожденный, а значит, должен со временем занять место в Совете Старших. Так поэтому ты избегаешь появляться в Нижнем городе, да? - внезапно догадался он.
   Феликс лишь молча буравил взглядом стену. Друг оказался прав. Вспышка гнева погасла также внезапно, как и появилась. Он обессилено упал на кровать, зарывшись лицом в подушки. Самое страшное, что он осознавал, что вечно бегать от Старших не получится, и со временем он станет одним из них...
  
   Ночник был не нужен. В комнату проникал лишь свет от уличного фонаря, но она в темноте прекрасно видела его лицо, обрамленное четырехдневной щетиной, усталые глаза, четкий силуэт фигуры возле окна... Он задумчиво курил одну за другой сигареты и мечтательно смотрел вниз, на спящий город. Время от времени он поворачивал к ней голову и что-то говорил своим хриплым голосом, что-то напевал себе под нос, делая перерыв во время очередной затяжки... Инка никогда ещё не чувствовала себя такой.. защищенной. Никогда прежде ей не было ещё так спокойно, так хорошо.
   - Ты же знаешь этого вампира? - спросила она, накручивая на палец свои длинные волосы.
   Он помолчал. Затянулся. Выпустил дым через ноздри. Швырнул окурок в раскрытое окно. Захлопнул его и ловко спустился к ней на кровать. Гордей лениво растянулся рядом, обняв подушку.
   - Ну, - неопределенно мотнул соломенной головой он.
   - Откуда? - потребовала ответа Охотница.
   Гордей скривился:
   - Он убил нашего Старейшину.
   - Старейшину? - удивилась девушка. Она заправила волосы за уши. - Вы же не живете стаей...
   - У нас свои законы. Пусть мы рассеяны по всему городу, но над нами должен кто-то главенствовать, - насупился Гордей. - Кто-то должен быть Вожаком. Кто-то должен нас судить, карать в случае необходимости и защищать. В таком случае, мы присягаем ему на верность...
   - Я думала, волки - свободные создания...
   - Мы свободны, - возразил Гордей. - Каждый по отдельности. Но вместе мы большая семья, где каждый заботится друг о друге... Думаешь, почему я до сих пор не сдох от голода? Моя стая помогает мне. А ты всегда одна. Это плохо, - заметил он проницательно.
   - Это замечательно, - пробормотала Инка по привычке. Она откинула волосы за спину, потерев виски пальцами как при головной боли. - И ты решил мстить?
   - Молодец, за догадку "пятерка", - рассмеялся оборотень и щелкнул её по носу. - А ты ему чем не угодила?
   - Видимо решил убить меня, - пожала плечами девушка. - Сначала нес какую-то ахинею про моих родителей, а потом взял меня за руку и начал причитать что-то...
   - Что же? - жадно спросил волк.
   - Кажется, он назвал чье-то имя... - неуверенно ответила Инка.
   Она замолчала, вспомнив безумную тоску в голосе вампира. Неужели у этих чудовищ есть чувства?
   Раньше она об этом не задумывалась. Просто убивала их, как животных на охоте. Чем сильнее противник, тем интереснее. Но сейчас перед ней сидела одна из её потенциальных жертв. Девушка думала, что заблуждалась в своих суждениях о ночных тварях. Перед ней сидел человек. Просто со сверх - способностями. Как и она.
   - Ложись спать, - он заботливо укрыл её одеялом. - Набирайся сил... - он неловко похлопал её по плечу и вышел из комнаты, унеся за собой едва уловимый аромат сигарет и леса...
  
   - Зачем ты меня сюда притащил? - недовольно проворчал Феликс, выдергивая из ладони Гидеона свою руку.
   Он оглядел большой зал, богато украшаемый гирляндами. Повсюду суетились вампиры, облагораживая и без того роскошный интерьер. Гидеон скептически огляделся и шикнул на мальчишку, который едва не уронил массивную вазу.
   - Все равно её потом разобьют, - пессимистично заметил Феликс. - Что здесь будет?
   - Дядя дает большой бал! - ответил Гидеон, и его голубые глаза заблестели.
   Сердце Феликса екнуло. Он почти не посещал светские мероприятия с тех пор, как погибла Лидия. Он оглядел высокий сводчатый потолок, украшенный лепниной. Фрески греческих богов стали расплываться перед глазами...
   - Конечно, рано ещё готовиться, - продолжал Гидеон. - Бал только через неделю или около того. Сам знаешь... нам необходимо угощение... - он облизнулся, мечтательно глядя вдаль. - А его нужно подготовить...
   Феликс искоса взглянул на него.
   - Все это надо будет украсить цветами, - взмахами руки Гидеон очертил всю область работ. - Конечно же, надо подумать и о других развлечениях, кроме угощения и фейерверков...
   - Что за угощение?
   - А?- прервался Гидеон. - О чем ты?
   - Ты сказал, что угощение нужно подготовить, - повторил Феликс. - Что за угощение, Ги?
   - Ммм... - облизнулся Гидеон. - Это секрет.
   - Это большое жертвоприношение? - спросил Феликс. - Но это же запрещено! Массовые убийства запрещены!
   - Значит, цунами можно, а нам - нет? - разозлился Гидеон. - Не будь занудой, Фел. Давай развлечемся... Хватит уже гоняться за призраками. Живи сегодняшним днем!
   Он перевел свой взгляд на нишу для музыкантов:
   - И обязательно живой оркестр. Под музыку лучше переваривается.
  
   Инка сидела в приемной начальства и в ожидании от скуки перелистывала лежащие на столе газеты. На неё из-под очков в черной оправе смотрела секретарша Лиза.
   - Что слышно? - наконец спросила Лиза. - Как дела с тем вампиром?
   Инка отложила газеты в сторону. Ей на глаза попался заголовок: "Требуются модели для художника Гидеона Иванова. Приходите 14 октября по адресу...". Что за чушь? Кому понадобиться позировать с фруктом дядьке в беретке? Девушка тряхнула головой и воззрилась на улыбчивую секретаршу:
   - А никак. Он пропал куда-то. Даже не следит, что странно. Но все равно надо оградить деда, - вздохнула она. - Может его куда-нибудь отправить?
   - Отправь его в санаторий. Или в больницу, - предложила Лиза.
   - Нет уж, так быстрее найдут, - ответила Охотница. - Вот бы он согласился пожить у кого...
   - Или ты пока поживи у кого-нибудь. Заодно и дом свой убережешь. Пока, - многозначительно добавила секретарша.
   Инка вздохнула. Иногда дед был обузой. Все равно рано или поздно придется съехать. Они доберутся до её дома и сделают то же самое, что с родителями. Но пока она жива, Инка убьет так много этих тварей, как только сможет.
  
   Огоньки свечей одиноко мерцали в просторном, гулком, холодном Зале Собраний. На четырех тронах сидели Старшие Каиниты. В воздухе, помимо сырости, витало напряжение и злоба. Утонченный Гидеон хандрил на скамейке, напротив Старших. Он чувствовал на себе пристальные взгляды отовсюду и испуганно озирался.
   Наконец один из Старших нарушил молчание:
   - Ты понял, почему мы позвали тебя, Гидеон, сын Ламии, священный потомок Каина?
   Гидеон вытаращил глаза, судорожно сглотнув, помотал головой. Он переводил взгляд с трости одного из Старших Каинитов на его лицо, спрятанное в капюшоне. Наконец остановился на трости. Но и она имела вид настолько безобразный, что Гидеон опустил глаза на свои трясущиеся руки. Его привели сюда сонного, растрепанного, растерянного. Должно быть, "Черная Рука" чем-то недовольна... Но чем? Он же не делал ничего плохого...
   - Отвечай, сын Ламии, - последовала жесткая команда.
   - Нет, я не знаю, почему я здесь, - ответил Гидеон.
   - Ты нужен нам, Единокровный Брат наш, - прошептал Старший из Каинитов. Голос его звучал совсем тихо, но властно. Все подчинялись этому шепоту, его слушали, и слышали все, кто находился в зале. Казалось, Каинит шептал каждому на ухо, гипнотически завораживал и подчинял волю...
   - Мой священный долг - служить Обществу, - отвечал Гидеон.
   К нему поползли тени. Казалось они отделились от общего сумрака и начали клубиться у его ног, словно туман. Гидеон не знал, что это было. То ли не нашедшие приюта души, то ли отголоски прошлого...
   - Да, Гидеон, ты приведешь к нам на бал Каинита Феликса, - властно сказал Старший.
   Гидеон нервно сглотнул. Выбор между страхом и честью продолжался недолго. Старшие знали ответ, но даже они обменялись холодными ухмылками, когда вампир медленно кивнул...
  

Глава 3.

   - Это никуда не годится.
   Инка со вздохом устала потерла виски и откинулась на мягком кресле. Возле окна мерил шагами комнату её начальник Павел Андреевич.
   - Ну что Вы от меня хотите? - устало произнесла она, гладя мягкие подлокотники. - Ошейник на него надеть?
   - Зачем же ошейник? - начальник поправил очки на переносице и взглянул на неё удивленными глазами. - То, что ты делаешь, вообще против правил... против человеческой природы! Этот... перевертыш... он...
   Девушка не спускала с него глаз в ожидании продолжения фразы.
   - Он должен умереть, - тихо сказал Павел Андреевич.
   И посмотрел в окно, избегая её горящего взгляда.
   - Что?! Это несправедливо! - возмутилась Инка. - Почему?
   - Ты же знаешь... Это не по правилам...
   - Да плевать мне на правила! Покажите мне документы, где написано, что человеку отказано в праве на жизнь!
   Мужчина резко обернулся к ней:
   - Кому? - он подавил смешок. - Ты называешь эту собачку... человеком?
   Инка вскочила с кресла. Сейчас они стояли друг напротив друга, горящие желанием убедить другого в своей правоте. Павел Андреевич слегка поправил галстук и сощурил темные глаза за стеклами очков. Инка заправила волосы за уши и сердито выдохнула.
   - Гордей - оборотень, - четко произнесла девушка. - Но ничего звериного я в нем не замечала!
   - Он опасен. Ты подвергаешь риску и себя, и окружающих! А если ему вздумается пообедать в нашем штабе?
   - Так Вы за свою жизнь боитесь?!
   - Да? А как же тысячи людей, что его окружают? Каждый день... каждый день ему нужно что-то есть!
   - Но он не ест людей!
   Павел Андреевич победно ухмыльнулся:
   - Это пока... А помнишь тех оборотней, которые детей ели?
   - Он охотится на животных в лесу!
   Начальник лишь усмехнулся:
   - Значит, он все же не человек...
   Инка замерла словно от удара.
   - И позволь спросить, если мы не можем решать, кому- жить, а кому -умереть, то почему сотни и тысячи этих тварей решают все за нас? Почему наши семьи страдают?... Почему?
   Он не сводил с неё своих темных горящих глаз. Словно гипнотизер, он четко произносил каждое слово, как будто хотел, чтобы оно отпечаталось у неё в мозгу белым шрамом.
   - Почему твои родители умерли? Почему мой дед пострадал? Ты знаешь? Его разорвал оборотень. Такой же перевертыш, как этот твой... любовник. Ты потеряла контроль. Позволила чувствам возобладать над разумом... Ты стала уязвимой... Жалостливой... И он этим воспользовался...
   - Н-нет...
   - Да. Все именно так
   - Тогда почему он спас мне жизнь?
   Повисла пауза. Павел Андреевич снял очки и недоверчиво моргнул.
   - Что, прости?..
   - Я повторяю: он спас мне жизнь.
   Начальник подошел к окну. Он долго смотрел на суетливый город. Она ждала, затаив дыхание.
   -Пусть живет, - наконец вымолвил мужчина. Он повернулся к ней и грозно сдвинул брови, - Но все его действия впредь находятся под твоей личной ответственностью... Поняла? Держи свою зверушку в клетке...
  
   Мимо мелькали слои земли, тянулись провода и гремели поезда. Феликс любил метро с его особым резиновым запахом, окружающей суетностью, когда сотни людей, стоящие или идущие чуть ли не вплотную, все равно далеко друг от друга.... Как вампиры. Каждый за себя, каждый в себе, каждый стережет внутреннего зверя.
   Из размышлений его вывел белокурый малыш, который требовательно подергал вампира за полу плаща и жестом указал на картонную табличку на своей груди. Феликс усмехнулся и протянул мальчонке подачку. А после быстро скрылся в толпе. Его ждал Нижний Город.
   Вампир решил воспользоваться одним из контрабандных ходов. Он вышел на одной из станций и незаметно спрыгнул на рельсы и пробежал немного внутрь тоннеля. Отодвинув провода, он брезгливо раскидал комья земли и на ощупь нашел дверную ручку. Открыв его, он протиснулся внутрь. И там его уже ждали...
   Вампир почувствовал, как его схватили за шею и сдавили горло. Беспомощный, он продолжал бороться с врагами. Их горящие в темноте глаза он различил сразу...
   - Пароль! - прошипел один.
   - Нажива, - прохрипел задыхающийся Феликс.
   Вампиры переглянулись и хватка ослабла.
   - Да это же Феликс! - раздался голос одного из них. - Давно не виделись!
   Феликс перекинул державшего его через себя и крепко пожал руку говорившему.
   - Рад встрече, Проныра. Дело есть...
   ...Вампир зашел в роскошный дом и замер на пороге. Впервые за двадцать он вернулся в родную обитель. Где бы он ни скитался, где бы ни пропадал, здесь он чувствовал себя в безопасности. Словно медведь в берлоге. Сравнение со зверем ему не понравилось (все-таки не оборотень!), и Феликс, оставив мрачные мысли, прошел в прихожую. Дом был окутан мраком и тишиной. Тускло в темноте светились картины. В Нижнем Городе всегда темно. И сыро. Но вампирам больше негде укрыться. Где ещё они смогут так открыто быть самими собой? Раскрыть Маскарад?... Конечно, есть закрытые общества там, наверху, но это не то... Когда Каин основал здесь город, дети его скучали по ночной тиши и приятным запахам лесов, полей... Но где-то нужно было сосредоточить центр власти, чтобы все Каиниты и новообращенные соблюдали законы Праотца. Чтобы, выходя на поверхность, дети Каина были не добычей, а охотниками. А весь остальной мир их боялся.
   - Сын?
   Феликс застыл, не решаясь обернуться. Даже воздух стал каким-то густым и тягучим. Сколько лет прошло... Она, должно быть, совсем не изменилась...
   - Мама?- прошептал он в темноту.
   И обернулся. Она стояла перед ним в строгом синем платье, которое облегало её высокую и стройную фигуру, с ниспадающими черными локонами, с кроваво-красными губами, бледная, с широко распахнутыми темно-карими глазами. Он знал, он помнил, какого они чудного цвета. Как у него. Цвета горького шоколада.
   Секунду они стояли в темноте, разглядывая друг друга. А потом он бросил к ней и крепко обнял её хрупкую фигуру.
   - Надеюсь, ты не натворил дел? - спросила мать, гладя его черноволосую макушку. - Мой маленький мальчик опять в печали?
   Феликс украдкой утер пальцем слезы с глаз и улыбнулся. Мама была в своем репертуаре. Чтобы ни случилось, она его всегда поддержит.
   - Мне нужно кое-что узнать... Мама... Ты помнишь Лидию?
   Мария задумалась.
   - Это та красивая девочка, в которую ты был влюблен? Помню, помню... какие у неё были красивые глаза! - Она замолчала, вспоминая. - Она погибла недавно, да?
   Феликс застыл на месте.
   - Недавно? - выдавил он. - Вообще-то... около шести лет назад...
   Мария лишь пожала плечами. Время для вампиров тянулось по-разному. Сейчас такая скука... Вот раньше... Казалось, только вчера отгремела революция, и они всей семьей бежали в свободный Париж, наслаждаясь приключениями! Потом - в Америку, слушая звуки джаза и упоительно танцуя, кружась в очаровательных модных платьях! А сейчас... сейчас плоды давала только наука и политика, культурная жизнь же двигалась с черепашьей скоростью... Как скучно...
   - Мне нужно кое-что узнать об обстоятельствах смерти этой девушки, Мари, - Феликс встал с колен и просительно посмотрел матери в глаза. - Помнишь вечер, когда она погибла?
   - Смутно.
   - Мммм... - Феликс начал сам вспоминать, - Мы в тот вечер были в этом городе... наверху... Помнишь?.. Бал... у... - он сам на минуту задумался, вспоминая, - у Ардалиона! Точно!
   - Что же в этом такого необычного? - Мари покачала головой. - Главнокомандующий дает балы иногда...
   - Но Ардалион обвинил меня в смерти Лидии... - лихорадочно зашептал Феликс. - Меня! В смерти моей невесты!
   Рука Мари легла на его узкое плечо.
   - Кто старое помянет, сынок... Почему ты хочешь узнать все? О её смерти сейчас уже ничего неизвестно... Разве что... - её глаза задумчиво смотрели на узорный паркет.
   - Ты знаешь, кто может мне помочь?
   Мгновение мать и сын мерили друг друга взглядами. Лицо Мари опять приобрело холодное, отстраненное выражение.
   - Нет, ты ничего не найдешь здесь, - наконец произнесла она. - Девушка умерла. Её не вернуть.
   - Но кто-то должен знать обстоятельства смерти... - начал Феликс.
   - Нет, сын, - прервала его мать. - Ты только растравливаешь свои раны, - она успокаивающе коснулась его холодной рукой. - Забудь это и живи дальше...
   - Ну хорошо... - опустил взгляд Феликс. - Я пойду... Передавай отцу привет, - с этими словами он решительно вышел из дома и направился в Городской Архив.
   В доступе было отказано. Феликс походил рядом и в отчаянии стукнул кулаком по стене. Планы рушились. Он надеялся на мать. Она должна была что-то знать. Но если Мари решила молчать, из неё и клещами не вытянешь... Воспаленный неудачами мозг отказывался мыслить. Феликс в немом бессилии ещё раз слабо ударил стену, и на землю упала слеза. Как же умерла Лидия? Он помнил лишь, что в тот вечер он ждал её на балу у Ардалиона, а она все не появлялась и не появлялась. Он вышел на улицу и печально взглянул на часы. Черт, она должна была появиться час назад! Феликс подождал ещё полчаса и вышел на поверхность. Холодные звезды сияли с бездушных небес, и город казался какой-то нелепой декорацией к безвкусному фильму. Мимо проносились потоки машин, скопления людей, всюду кипела жизнь. Феликс чувствовал себя лишним, ненужным персонажем, случайным прохожим, попавшим в массовку...
   Он пересек площадь и направился вниз по улице. Бредя без особой цели, он растерянно огляделся, не понимая, как же ему найти его возлюбленную. Его рассеянное внимание привлекла толпа людей. Они собрались в круг и что-то оживленно обсуждали. Феликс едва напряг слух и услышал: "Такая молодая... А красавица какая!... Что за изверг-то такой?... Волосы какие красивые..."
   Больше слушать он не мог. Мгновенно подлетев к толпе, вампир резво растолкал собравшихся и увидел лежащую в луже темно-красной крови красивую девушку с рассыпавшимися по земле русыми локонами. Феликс застыл как вкопанный. Он автоматически заметил растерзанный живот Лидии. Он упал на колени и схватил её за руку. В полном оцепенении он замер рядом с ней и смотрел в её глаза, которые уже видели вечность...
   - Может скорую вызвать? - спросили участливо рядом. - Или милицию?
   Феликс не расслышал. Он все ещё был случайным прохожим в массовке. Но сейчас у него исчез тот самый смысл жизни, о котором так много говорят люди.
   По прошествии лет он понял, что вечность, бессмертие, Каиниты - это такая ерунда... Зачем ему эта вечность, когда он так кошмарно одинок? Возможно, люди более счастливы, потому что стараются за свои отмеренные восемьдесят лет никчемной жизни чего-то добиться, достичь, успеть как можно больше... А когда ты понимаешь, что впереди у тебя вечная жизнь наедине с самим собой, становится страшно... Именно поэтому вампиры так привязаны к своим кланам, родне. Они знают, что кому-то нужны в этом мире...
   ...От мыслей его отвлек уверенный молодой мужчина с четырехдневной щетиной на лице.
   - Это милиция! Полковник Тернов! Доложите обстановку, - сурово произнес он.
   Тернов сел на корточки напротив Феликса и оглянулся на расходящихся людей:
   - Все, они ушли. А теперь расскажи, что произошло.
   Феликс молчал. По его щеке скатилась слеза. Он внезапно вспомнил, как они с Лидией обвели Тернова вокруг пальца года четыре назад, когда тот был несмышленым сержантиком. Как она радовалась! Как смеялась! Как лучились её карие глаза! Неужели... больше не будет этих счастливых моментов?!
   Феликс упал рядом с телом и глухо зарыдал, завыл по-звериному, выражая свою скорбь.
   Тернов просто сидел рядом, стыдливо отведя взгляд. Неприятно быть свидетелем чужой истерики.
   - Что случилось? - спросил охотник.
   - Хотел бы я знать, - глухо отвечал Феликс, украдкой утирая слезы. - Я сам нашел её некоторое время назад.
   - Мне нужно сделать свою работу, - решительно заявил Тернов. - Мы не можем рисковать...
   - Не надо, - прошептал Феликс, сдерживая новый поток слез. - Ты же сам видишь, что рана смертельная... и наверняка от зубов и когтей оборотня... она бы не выжила... гляди: она мертва...
   - В инструкции написано, что надо, значит, надо, - со вздохом заключил Тернов и вонзил в сердце Лидии осиновый кол.
   На глазах тело покрылось тленом, и уже скелет рассыпался в пепел по земле. Феликс в оцепенении зачерпнул горсть праха и поцеловал его напоследок. Когда он поднял глаза, Тернов уже исчез. А на следующий день вампир узнал, что Тернова вместе с женой убили в ту ночь в их собственном доме. Кто же это сделал? Родные Лидии? Или её убийцы? Тем ни менее, обвинили во всем его, Феликса, и заставили шесть лет жить в Сибири, там, где только животные. Кровь доставляли вертолетами, но она так и осталась нетронутой. Потом он вернулся в город и начал все сначала... Но ему была нужна эта наследная охотница, которая должна была видеть убийц. И он отыщет её во что бы то ни стало... и отмстит... Месть - это блюдо, которое нужно подавать холодным... и неважно, сколько лет понадобилось для её воплощения...
  
   - Мне нужно присоединиться к стае.
   Гордей смотрел в окно, сдвинув брови. Закат окрасил город в багровый, будто кто-то пролил краску. В распахнутое окно дул ветер, занавески раздувались словно паруса. Гордей напряженно вглядывался в городской пейзаж. Он уже был собран и одет: потертые джинсы, футболка с волком (хм...), черная легкая куртка с порванным рукавом. Ну и "убитые" "Гриндерсы" с белыми носами. И извечная торба за плечами.
   "Собрался уже", - с досадой подумала Инка. Она лишь вздохнула и перевела взгляд на заходящее солнце. Оно подозрительно слепило глаза, и они слезились. Или это была аллергия.
   Прекрасно... Он уходит! Именно тогда, когда она взяла ответственность, получила взбучку от начальства, открылась ему, первому, стала... доверять? Аллергия разыгралась не на шутку. Глаза предательски слезились. Она сжала кулаки, сдерживаясь.
   - И я возьму тебя с собой, - Гордей повернулся к ней. В его соломенных волосах зазолотилось солнце.
   И у девушки отвисла челюсть. Читая о таком, Инна думала, что такого не бывает. Челюсть не может отвиснуть. Ну не могут мышцы сами по себе вдруг ослабнуть! И тут вопреки всем её представлениям о человеческой физиологии, нижняя челюсть безвольно повисла.
   - Собирайся, - Гордей самовольно открыл шкаф и начал искать сумку. Наконец он её нашел и бросил на кровать. Инна молча наблюдала за ним, ни помогая, ни останавливая.
   - Ну что ты стоишь?- он подлетел к ней и нервно потряс её за плечи. - Надо убираться отсюда! Скорее!
   Девушка лишь спокойно смотрела ему в глаза и отстранила его руки.
   - Ну что такое?- нахмурился оборотень.
   - Думал, можешь забрать куда-то, не спросив моего мнения? - холодно спросила Инка, убирая волосы за уши. Она подошла к кровати и ловким движением бросила сумку обратно в шкаф. - Я тебе не вещь. У меня тут дед. Как я его брошу? А люди, которых надо защищать?
   - А тебя кто защитит?! - воскликнул Гордей. - Вампиры собирают большой бал! А значит, многим не поздоровится! Ты хоть представляешь масштаб этих их балов?
   - Нет.
   - Кровавые реки, тысячи жертв....Наша стая уходит. Мы не хотим, чтобы во всем опять обвинили оборотней.
   Девушка села на кровать. Она взглянула на волка:
   - Что за бал?
   - Тореадоры хотят повеселиться, - Гордей достал скомканную газету. На неё смотрело красивое женственное лицо светловолосого мужчины с добрым и притягательным взглядом. - Это Гидеон. Он вампир.
   Инна смотрела на фото, сдвинув брови.
   - Он и этот Феликс - одна шайка-лейка, - с ненавистью проронил Гордей.
   - Что за шайка? Он убил твоего Старейшину... И ты, не отомстив, сбегаешь со своей стаей? - спокойно спросила она, скрестив руки на груди. - Трусливые собаки...
   - Не смей так говорить! - взъярился Гордей. - Просто вампиры сейчас сильны, как никогда! А мне нужен только Феликс! И он умрет... позже, но умрет! Я тебе клянусь! Клянусь на костях моего деда! - он стукнул себя по амулету на шее. - Пойдем со мной. Мы уедем на север, ещё дальше Норильска... уйдем в леса и переждем... - Он беспомощно взглянул на неё, - Ну не молчи! - попросил он. - Не молчи.... Скажи... ну хоть что-нибудь!
   - Где будет это бал? - только спросила она.
   Он отшатнулся как от пощечины. Подошел к окну, закрыл его, задернул шторы и, не сказав ни слова, вышел. А она так сидела в одной позе, придавленная своим горем, не зная, как ей справиться с этой чертовой аллергией! Она не плакала давно, очень давно. Даже когда погибли родители. Она просто не могла. И сейчас она чувствовала себя одинокой и покинутой. Как будто... как будто она была счастлива... А сейчас опять попала в капкан одиночества и добровольной изоляции...
  
   - Вампиры стекаются в город, чтобы устроить бойню.
   Девушка стояла перед своим начальником и бесстрашно взирала на него, готовая ринуться в бой прямо с этого места.
   Павел Андреевич, следуя своей любимой привычке, мерил комнату шагами. Он обеспокоено взглянул на Инку поверх своих очков:
   - Да, да... У нас есть такая информация... И это... - он потер подбородок в сомнении, - весьма... весьма печально...
   - Организуем спасательный отряд?
   - Хм... Не знаю... Нужно ли это...
   - Что?!
   Павел Андреевич устремил свой взгляд в окно, не решаясь встретиться глазами с Инной.
   - Иногда нужно пожертвовать малым, чтобы спасти большее... - сказал он.
   - Не поняла... Вы... Вы обречете десятки людей на смерть?! Это не гуманно.
   - Не тебе говорить о гуманности, - строго осек её начальник. - Кроме того... это же десятки... Не тысячи...
   Инка не верила своим ушам. Как он мог? Не он ли учил её убивать всякую тварь, что будет угрожать человеческой жизни?
   - Кроме того... Боюсь, мы проиграем эту битву, если будем бороться за жизни этих людей... - сокрушенно сказал Павел Андреевич.
   - Не проиграем. Нам нужна всего лишь стратегия и план того здания, в котором будет происходить мероприятие!
   На что босс лишь покачал головой:
   - Боюсь, что здесь мы бессильны...
   - Но как же так?! Мы же справедливость Божья! Мы должны оберегать и защищать людей!
   Он взглянул в её укоряющие глаза и только вздохнул:
   - Ты заигралась в Ангелов Всемогущих... Ты не всесильна... Ты не справишься с ними... Отступи... Сохрани свою жизнь... В этом мире побеждает сильнейший... но я, кажется, эту битву проиграл... - добавил он шепотом.
   Инка с отвращением отвернулась.
   - Какие же вы трусы! - воскликнула она в негодовании. - Это наша судьба - защищать слабых и пасть в бою. Какая разница, когда наступит этот бой?!
   - Я помолюсь за тебя, - смиренно сказал Павел Андреевич. В его глазах стояли слезы. - И ты помолись за меня... ибо мой малодушный грех никому не искупить...
   Она уже вышла, кипя от злости и отчаяния. Как он мог?! Её единственная надежда... Неужели он опустил руки?... Для девушки Павел Андреевич всегда был образцом сильной личности, которая найдет выход из любых ситуаций...
   Из-за двери начальника раздался резкий хлопок. Инка подняла глаза на шум. Секретарша Лиза вбежала в кабинет. Инка прошла за ней. На столе в луже крови лежал Павел Андреевич, а в руке у него был зажат пистолет.
  
   - Ох, Лизка, не понимаю... как он мог так испугаться? - Инка в отчаянии запустила пальцы в волосы. - Неужели он сдался? Ты когда - нибудь слышала о балах вампиров?
   Секретарша наморщила лоб, вспоминая. Ей было лет двадцать пять, но она на своем веку повидала не мало.
   - Эти балы... они как жертвоприношения. Эдакий пир. Соберется один клан или несколько...
   - Павел Андреевич что-нибудь знал об этом? - Инка наклонилась к ней через стол, пытаясь разговорить сбитую с толку секретаршу.
   - Знал конечно, - вздохнула Лиза. - Все знал... А может он прав? Мне так страшно, - она залилась горькими слезами.
   - В чем дело? Почему страшно?
   - Моя младшая сестра... Сонечка... Она пропала несколько дней назад, - ответила Лиза, вытирая слезы. - Дура шестнадцатилетняя, в натурщицы подалась...
   - Гидеон Иванов! - догадалась Инка. - Слушай, Лиз, я просто обязана их всех спасти!
   Лиза отняла ладони от лица и недоверчиво взглянула на девушку:
   - Да что ты можешь? Если уж Пашенька отказался... Соня обречена.
   - Ну зачем ты её хоронишь раньше времени?
   - А то, что они с ней сделают, это даже не смерть. Это хуже... Лучше бы я сиротой была, - прошептала Лиза, потрясенно глядя на Инку. - Когда тебе некого терять, живется проще. Как тебе...
   - Я просто выполняю свой долг, - возразила Инна. - Просто поверь в меня. Даже муравьи знают, что муравейник в одиночку не построишь! Дай мне документы по этому делу. И... по делу моих родителей.
   - Это секретная документация, - хмыкнула Лиза. - Так мне и разрешили.
   - Лиз, ты сама подумай, что несешь? - вскинулась Инка. - Полковник покончил с собой, твоя сестра находится в плену у вампиров, а ты не можешь дать мне какие-то бумажки?
   Лиза с минуту смотрела на неё, не моргая. Потом она медленно встала и решительно отправилась в архив.
   - Зачем тебе документы по делу твоих родителей? - спросила секретарша, уверенно шагая между стеллажами на высоких каблуках.
   - Мне кажется, что между этим всем есть какая-то связь. Меня преследует странный тип, я тебе говорила. Он знает моего отца. И какую-то Лидию. Знать бы, что это за штучка... - девушка потерла виски. Имя было невероятно знакомым. Только память, хранилище файлов, казалось, очень далеко спрятала эту папку.
   - Кровь все помнит, - откликнулась секретарша. Она порылась в папках и извлекла пожелтевшие листы, - Держи. Здесь все.
   - Спасибо, - коротко кивнула Охотница.
   - Думаю, сочтемся, - пробурчала Лиза. - Тебе помощь нужна?
   - Да. Можешь как-то этому поспособствовать?
   - Вызову всех, кто согласится, - кивнула секретарша. - Но на большое количество народу не рассчитывай. Я бы туда тоже не пошла.
   Инка кивнула и вышла из здания, под мелко моросящий дождь. На душе у неё скребли кошки.
  
   Гидеон привел Феликса в тот красивый зал и закружил его в танце. Они смотрели друг на друга, а безупречные тела порхали на паркете, выделывая сложные па.
   - А ты все в той же прекрасной форме, - заметил Гидеон, останавливаясь. - Это же будет твой первый бал после долгого перерыва, да, отшельник?
   - Послушай, Ги...
   - Не хочу слышать отговорки! Ну ради меня? Ну? Ну приди... Будет вкусно. Обещаю, - белокурый вампир хищно осклабился, обнажив клыки.
   Он закружился в танце и посыпал друга лепестками роз.
   Феликс едва улыбнулся в ответ. Он мерил зал шагами, потирая подбородок.
   - О чем ты думаешь, благороднейший? - льстиво спросил Гидеон.
   - О Лидии.
   Златовласый вампир слегка поморщился.
   - Это было давно...
   - Мне её не хватает, - признался Феликс. - Может быть... Тернов что-то знал, и поэтому его убили?
   - А разве не он убил Лидию? - рассеянно спросил Гидеон.
   - Нет, - отмахнулся Феликс. - Я вспомнил. Это был не он. Я и Тернов видели, как Лидия умерла. Точнее, последнюю часть агонии. Хм... а я был уверен, что это был он... теперь я вспомнил... ещё тогда... у мамы...
   - Ты был у матери? - живо заинтересовался Гидеон. - Почему без меня?
   Феликс быстро взглянул на друга:
   - Я хотел повидаться с ней без свидетелей... Если Лидию убил не я, и не Тернов, то кто? Кто мог покуситься на этот изысканный цветок в моем саду? Как у кого-то могла подняться рука на это совершенное создание? И почему меня обвинили в этом преступлении? Меня, любящего её больше жизни?
   Гидеон лишь пожал плечами.
   - Я ничего не понимаю, Ги, но я это выясню. Ключ к разгадке - в крови этой маленькой дряни, дочери Тернова. Как только я выпью её, я все узнаю. И накажу виновных.
   Феликс стряхнул со своего плеча лепестки и вышел из зала. Гидеон засеменил за ним:
   - На балу это проще выяснить, тебе так не кажется?
   Феликс остановился и обернулся на друга:
   - Я подумаю.
  
   Инка прочла все бумаги, касающиеся смерти родителей. Ей было важно все, что касалось их. Вот торопливый росчерк отца в служебной записке, приложенные фото с места преступления - убийство какой-то вампирки. А вот фото отца. Он с притворным недовольством смотрит в камеру - брови сурово сдвинуты, а рот, кажется, сейчас расплывется в улыбке. Эта его любимая рубашка в клетку, добрые синие глаза, щетина... Инка прислушалась к биению сердца. Оно лишь слегка участилось. Родители стали ей чужими. Она как будто читала историю незнакомых ей людей.
   Ничего нового. Утром, в 7:34, Терновых нашли распятых на стене в собственной квартире, а у их ног сидел напуганный ребенок, которого взяло на воспитание Отделение. Однако, перечитав, Инна нашла в самом начале отчета, что полковник Тернов до гибели занимался делом убитой вампирки Лидии - чистокровной Ламии, дамы сердца некого Феликса. Инка открыла толстую папку с именем этого вампира. Ого! У Отделения уже несколько веков хранилась информация по этому типу.
   Значит, это он убил отца? Она начала вспоминать все слова нечистого. Нет, он сожалел, что не смог добраться до отца прежде кого-то... Возможно, он что-то знает... Нужно выбить из него правду.
   Девушка положила документы в рюкзачок и отправилась на темные улицы города. Что же может привлечь хищника как ни кровь? Инка достала нож и порезала свой палец. Капли крови упали на грязный асфальт. Где же ты, бесстрашный вампир? Я жду тебя.
   Феликс приподнял голову, принюхиваясь. Она звала его! Сама! Ну что ж... птичка ещё не понимает, что лиса уже давно открыла рот и ждет, пока та закончит свою чудную песню...
   Он помчался сквозь переходы, через толпы людей, расталкивая всех на своем пути. Наконец он достиг цели: на пустыре была она одна. Из её руки сочилась кровь. И этот запах просто оглушал. Он замер, не решаясь выйти из тени. А вдруг это ловушка? Птичка не такая глупая, она просто так не сдастся...
   - Я знаю, что ты здесь, - негромко сказала она. - Выходи. Есть дело.
   Он удивленно замер. Она хочет с ним сотрудничать? С чего бы?
   - Меня интересует дело Лидии, - объявила она.
   Из тени вышел высокий вампир с горящим взглядом. Черные волосы слегка ерошились на ветру. Полы плаща трепетали как паруса.
   - Меня тоже, - кивнул Феликс. Он быстро подлетел к ней и присосался к пораненному пальцу. Инка вскрикнула. Внезапно он издал приглушенный вопль и повалился на землю.
   - В чем дело?! - воскликнула Инка.
   Он потрясенно смотрел на девушку и не верил своим глазам. Перед его взором висели распятые Терновы. И кое-что ещё...
   - Дай медальон, - попросил Феликс.
   Девушка достала из кармана круглый медальон с изумрудами на длинной цепочке и протянула его вампиру.
   Тот взглянул на него лишь один раз, а потом сжал в руках.
   - Чей это?
   - Ардалиона. Генерала нашей армии, - глухо ответил вампир. - Почему не отдала своим?
   - Не знаю, - задумалась Инка. - Сложно ответить...
   - Молодец, - кивнул ей Феликс. - Это его старый медальон. Никто уже и не помнит толком. Особенно ваш молодняк. Пришили бы к делу и закрыли. Сама понимаешь, типичный "глухарь". Врагов у твоего папаши было много, а самый главный - я. Вот и валите все на Фелю, - невесело ухмыльнулся вампир.
   - Оклеветать хотели, значит?...
   - У них это даже получилось, - кивнул Феликс. - Только вот вопрос: кто и за что убил Лидию? И зачем ты меня позвала? Не только же для опознания висюльки...
   - Мне нужна помощь, - ответила Охотница, бесстрашно глядя ему в глаза.
   - Моя? - удивился Феликс.
   - Да. На вашем балу просто обязан быть этот ваш Ардалион... Разве ты не хочешь отомстить?
   Феликс некоторое время изучал её взглядом бездонных глаз. Какая наивная. Можно ли бороться против системы? И нужно ли...
   Он развернулся и пошел в ночь, подставив упругому ветру лицо. Инка оторопело смотрела ему вслед. Какие же эти твари мерзкие! Не могут даже разозлиться на убийцу своей любви!
   - Стой! - она побежала за ним. Пульсирующая боль в месте пореза почти испарилась от её удивления и негодования. - Так что ты решил?
   Он на секунду замер.
   - Я подумаю, - холодно ответил вампир, не оборачиваясь.
   И ушел, оставив её на растерзание холодному ветру.
  
   На следующий вечер он и Гидеон валялись на шелковых простынях у Феликса дома. Златовласый вампир периодически садился и рисовал своего полуобнаженного друга. Грифельные линии обозначили задумчивость, разметавшиеся по подушке черные пряди, мускулистый торс. Феликс поигрывал круглым медальоном, украшенный изумрудами.
   - Красивая штучка, - заметил художник. - Откуда?
   - Да так... подарили, - туманно изрек друг. - Как подготовка к балу?
   Гидеон удивленно заморгал.
   - Как? Мон ами, ты придешь?
   - Думаю, да, майн херц, - в тон ему ответил Феликс, едва улыбаясь. - Это будет что-то...
   - Замечательно! - воскликнул Гидеон. - Я знал, что ты придешь!
   Другой вампир помолчал, хитро прищурившись. На его губах играла торжествующая улыбка. Он предвкушал отличный вечер.
   - Кстати... Ничего, если я буду со спутницей? - невзначай спросил Феликс, поигрывая медальоном.
  

Глава 4.

   Дни до важной даты тянулись для Охотницы медленно и мучительно. Она раздобыла план здания, где собирались веселиться вампиры. Это был один из дворцов с садово-парковым комплексом и фонтанами. На помощь сотрудников девушка могла рассчитывать. Человек на двенадцать. Утром дня Жертвоприношения Инна была записана аудиенцию у священнослужителя. Епископ Алексий смиренно ждал её в кабинете. Девушка с почтением вошла.
   - Я ждал тебя, - начал он. - Какова причина твоего визита?
   - Дайте совет... Я не могу выбрать между долгом и чувствами... - жалобно произнесла она, глядя в пол.
   - Чувства - это от лукавого, - нахмурился батюшка. - Что велит твой долг?
   - Спасти людей...
   - А чувства?
   - Спастись самой, - выдохнула Инна, понимая, что за этим последует.
   - Это от лукавого, - повторил Алексий. - Он внушает тебе эти мысли. Он вечно вводит тебя в искушение, ты же - Воин Света, Карающая Рука Божия. Выполни свой долг, дочь моя... И да спаси Господь твою душу...
   Он трижды её перекрестил и с молитвами отпустил. Выходя, девушка чувствовала себя покойницей.
   Она прошлась по городским улицам, в надежде все оглядеть в последний раз. Она не знала, будет ли ходить здесь завтра или её накроют сосновыми досками и положат в уютный дом на два метра ниже уровня земли, поэтому пыталась зрительно насладиться суматохой, опавшими листьями, гудящими машинами, заманчивыми витринами, архитектурой домов, запахом прелой листвы, свежих булочек в кондитерской, ветром с ощутимым ароматом дождя и промышленных газов...
   Инка увидела свое отражение в луже. Ну и вид: круги под глазами, взгляд тоскливый, лицо осунулось... Ну чем не вампирка? Слабо улыбаясь этой мысли, девушка двинулась дальше.
   Наточив оружие, проверив все запасы кольев, Инка села пить кофе на кухне. И тут раздался звонок в дверь. Охотница осторожно прокралась в дверь и посмотрела на экран монитора. Видеоглазок работал отлично. Безопасность никогда не бывает лишней. Лучше перестраховаться, чем умереть. Однако камера показала совсем безобидного почтальона.
   Инна открыла дверь.
   - Доставка, - заявил почтальон. - Госпожа Тернова?
   - Да.
   - Инна Валерьевна?
   - Да.
   - Посылочка вам! Распишитесь... Ну бывайте, - ухмыльнулся он в усы и спустился вниз.
   - Стойте! От кого?! - воскликнула Инна.
   - Не знаю, - донеслось с первого этажа.
   Девушка в замешательстве осмотрела черную коробку, перетянутую розовой лентой. Кто бы мог её прислать? Решительно открыв посылку, Инна на две минуты впала в ступор. Вытащив подарок, девушка некоторое время рассматривала его. Перед ней искрилось вечернее фиалковое платье из блестящего шелка. Инка бросила подарок на диван и занялась осмотром коробки. На дне она обнаружила небольшую записку.

Моя нежная птичка, мой хрупкий цветок, что задумал произвести небольшой переполох в нашем вампирском мире!

Ты была так убедительна в прошлый раз, что я решил принять твоё непристойное предложение... Я заеду за тобой в 23.00. Будь готова. Я даже решил презентовать тебе платье и пару украшений (можешь не благодарить, простого укуса достаточно). Да, и не забудь все эти свои дамские охотничьи штучки...

Целую. Твой Ф.

   Инка в бешенстве смяла записку. Да как он?!... Мерзкая тварь! Но немного поразмыслив, она поняла, что в идее вампира есть здравое зерно. Если убрать всю эту напускную похабщину, конечно. Под видом его спутницы гораздо вероятнее незаметно проникнуть во дворец. После полуночи её бойцы окружат дворец по периметру и ворвутся по первому её сигналу. До полуночи она должна выяснить, где держат несчастных людей и убить Ардалиона. При этой мысли она едва ухмыльнулась. Скоро, папа, скоро... Ты будешь отомщен.
   ...- А ты бываешь обворожительной, - заметил Феликс, когда Инка села в его машину.
   Ноль реакции с её стороны. Хотя, надо отдать ей должное, выглядела она и правда очень неплохо: каскадом на спину спадали русые локоны, заколотые драгоценным гребнем, на шее сверкала бриллиантовая "слезинка", а платье было словно сшито по её меркам.
   - Не потеряй свои туфельки, Золушка, - пробормотал Феликс. - А то они тоже немалых денег стоят.
   - Они неудобные, - буркнула Инка в ответ. - Не хотел тратиться, не нужно было это все давать. И вообще, на дорогу смотри, - добавила она, кивнув на дорожный знак.
   Феликс лишь широко улыбнулся. В темноте тускло сверкнули клыки. Вампир нажал на газ, и машина понеслась по дороге ещё быстрее, освещаемая фонарями.
   Они прибыли во дворец через час. Феликс галантно помог ей выйти из машины и, взяв под руку, проводил в главный зал. Девушка быстро оглядела зал. Гостей было немного: вампиров тридцать. Удобные для штурма балконы и слуховые окна её определенно приободрили. Она не обращала внимания на роскошно обставленный зал, украшенный живыми цветами, и натертый до блеска паркет, она смотрела на слуховые окошки, которые в скором времени разобьют двенадцать бойцов.
   - Шампанского? - услужливо протянул ей бокал Феликс.
   - На работе не пью, - отрезала Инна, рассматривая гостей.
   - А зря, - пожал плечами вампир и пригубил из бокала.
   К ним тут же засеменил Гидеон. Он плотоядно уставился на девушку и улыбнулся другу:
   - Рад тебя видеть, Феля! Ты замечательно выглядишь! А кто твоя очаровательная спутница? Выглядит... очень аппетитно, - осклабился златоволосый вампир.
   Феликс лишь ухмыльнулся:
   - Это моя спутница. Инна.
   Гидеон некоторое время всматривался в девушку и задумчиво протянул:
   - Странно... она похожа на ту девушку... ту... ты ещё показывал её фото... дочь Тернова...
   - Ты перепутал, Ги, - уверенно отвечал Феликс. - Эту булочку я попробую впервые... - он посмотрел другу в глаза и растянул губы в хитрой улыбке.
   Гидеон понял, что сегодня Феликс попирует на славу, и улыбнулся в ответ. Он отошел к другим гостям, а Феликс прильнул к Инниному уху:
   - Не дергайся и делай вид, что млеешь, - приказал он. - Сейчас прибудет Ардалион. Убьешь его по-тихому и смоемся. Поняла?
   Инна презрительно дернула носом. Она обняла его и прошептала на ухо:
   - Млей, дорогой, млей. Я не уйду отсюда без тех несчастных, которых вы собираетесь съесть.
   Феликс заскрежетал зубами:
   - Тебя убьют, глупая!
   - Можно подумать, что тебе не все равно, - огрызнулась охотница. - Я должна, пусть погибну... Ты сам знаешь лучше меня об этом... - прошептала она, глядя в сторону. Он заметил в этом коротком взгляде обреченность и покорность судьбе.
   - Почему ты это делаешь? - спросил он, глядя в её аквамариновые глаза. - Ты же так молода, красива... У тебя вся жизнь впереди... и ты хочешь окончить её среди крови и разрухи?
   - Ты знаешь наши правила, - отвечала она, повинуясь его вальсу. - Не мы выбираем это. Высшие силы делают это за нас. Мы - Карающая рука Его, Спасение и Надежда, Благо и Месть. А вы -низшие твари, которые должны сгинуть во тьме, откуда и вышли...
   - Хм, забавно, - улыбнулся вампир. - какая ты принципиальная... А тебе рассказывали, откуда мы пошли?
   - От лукавого. Он проклял вас и сослал во тьму, где вы имели наглость размножиться.
   Феликс расхохотался. Ах, какая она забавная и наивная!
   - Почему ты смеешься, нечистый? - возмутилась девушка.
   - Да потому что тебя все время обманывали, глупая, - ответил вампир. - Ты же знаешь, что люди произошли от Адама и Евы? А кто были их дети после грехопадения?
   - Каин и Авель, - ответила Инна, недолго думая. - Каин убил Авеля из зависти, и его изгнали из поселения.
   - А ты знаешь, куда он пошел? - продолжал вампир, кружа её в танце. - Он ушел под землю, дабы осознал, что натворил. К нему явилась Лилит, первая жена Адама, и обучила колдовству и помогла полюбить себя таким, какой он есть... Она убедила его пить кровь животных и людей ради продления его молодости и красоты. А что делали люди? Убивали друг друга не ради выживания, нет... ради власти!
   Он помолчал, разгневанно глядя ей в глаза. Грудь его тяжело вздымалась, будто она затронула какую-то запретную тему...
   - Как бы ни были грешны Его дети, Он все равно нас любит, - упрямо сказала девушка.
   - Вот именно! У Каина родилась дочь. Он назвал её Ламией. И от неё произошли все наши роды. Семь родов, которые подарили новую жизнь другим. Семь родов, которые основали могущественные кланы, которые никто не сможет победить. А вы все живете наверху, убивая ради удовольствия, власти, низменных желаний... А почему мы должны жить под землей и бояться вас? Почему?! Почему ты считаешь, что лучше меня? Ведь я тоже... создание Божие!
   Она смотрела в его темные гневные глаза и даже немного растерялась. С этой точки зрения она ещё не рассматривала никогда ни Библию, ни веру...
   - Ты... ты... всего лишь... потомок убийцы... - прошептала она. - И колдуньи... Он не любит тебя, поэтому вы шныряете словно крысы по подворотням и подвалам, надеясь прикончить какого-нибудь бомжа! Но в этом мире... есть мы, что пытаются хоть как-то предотвратить грех...
   - Ты сама себе не веришь, - отвечал Феликс. - Тебе просто мозги промыли! А ты подумай немного и все сама поймешь! Почему же мы живем тогда? Если бы мы не нужны были Ему, разве бы мы жили? Мы всего лишь хотим жить так же, как вы, и не считать себя зверьми! Мы так же, как вы, смеемся, плачем, злимся, радуемся... любим... - он произнес это еле слышно, печально глядя на неё. - Так почему... если Он вас так любит... почему же отправляет на верную погибель?
   Она замерла в ужасе, не зная, что ответить.
   - Разве твоя жизнь... так не ценна, как моя? - продолжал вопрошать Феликс, без издевки и гнева в голосе. - Так почему ты должна умереть?
   Она молчала, опустив глаза. Наконец, слова нашлись.
   - Потому что мне не безразлична судьба тех, кого вы решили сегодня съесть. Они тоже заслуживают жизни под Рукой Его, под ласковым взором... Я обещала, что спасу их. И я это сделаю.
   - Что за упрямая девица! - взъярился вампир. Он схватил её за плечи и хорошенько встряхнул. Девушка поморщилась от боли. - Ну да ладно, Мата Хари... Я помогу тебе не умереть сегодня. Просто потому, что сам такой же упрямый...
   Он отговорился и искоса посмотрел на неё. В аквамариновых глазах светилась благодарность. Надо же, поразился вампир, а этот озлобленный волчонок хочет жить...
   - И да, барышня, - к нему вернулся его самоуверенный тон, - такого бревна я давно в руках не держал...
  
   - Феликс! - к ним опять подошел Гидеон. - Могу я тебя на минутку попросить?...
   - Конечно, - кивнул вампир и галантно "вернул" партнершу на место, с которого пригласил её.
   Инна встала возле стены и нервно затеребила сумочку. Под платьем у неё находились едва ли не дюжина кольев, которые малость стесняли движение. Она наклонилась к фонтану и увидела в воде отражение Ардалиона. Генерал вампирской армии был седой как полная луна, однако его моложавое лицо с темными глазами говорило о том, что он регулярно питается кровью, чтобы сохранить свои силы и красоту. Продлевать свою жизнь за счет смерти других... Теперь эта мысль не казалась ей настолько отвратительной. Но почему ради жизни одного подонка умерли тысячи? Каждому дарован свой срок. Почему вампиры не хотели мириться с желанием Господнем и противились смерти? Ей казалось странным, что вампирское племя было таким непокорным, но сейчас она даже начинала проникаться некоторым пониманием к ним, потому что сама была, по сути, такой же. Она тоже продлевала свою жизнь, уничтожая возможных убийц, скрывалась ото всех и пыталась как-то выжить в этом враждебном мире, где ей, казалось, не было места... Она тряхнула головой, отгоняя грешные мысли. У неё было только одного общее с вампирами - они все, как и она, были хладнокровными убийцами, и порою убийство было гораздо привлекательнее, чем просто защита или охота...
   Феликс отошел вслед за Гидеоном, который отвел его к столу с мороженым.
   - Поверить не могу, что ты опять влюбился! - обиженно заявил друг, беря ампира за руку.
   Черноволосый вампир в недоумении посмотрел на него.
   - О чем это ты?
   - Твоя спутница. Ты... она... ты влюблен.
   Феликс молчал, обдумывая его слова.
   - Я знаю тебя очень давно, - продолжал Гидеон. - Смертные столько и не живут! Ты только два раза был так влюблен, и вот это случилось снова... Ты хочешь укусить её и ввести в клан?
   - Ээээ... - только и смог ответить вампир. - Я как-то об этом не думал...
   - Но ты же понимаешь, как к ней будут относиться? Она же не Ламия, всего лишь недалеко ушла от Носферату... - продолжал Гидеон.
   - Хватит об этом, - поднял ладони вверх Феликс. - Ты мне лучше скажи... - он хитро улыбнулся, - когда подадут угощение?
   - Ещё не скоро.
   - Значит, еда находится где-то во дворце?
   - Да, - кивнул Гидеон. - Сейчас они находятся в подвале, близ кухни... Не желаешь ли вина? Это "Мерло" шестьдесят второго года... позапрошлого века, - рассмеялся он, - Из моих личных запасов.
   - Не думаю... Пора бы мне испить более изысканной жидкости, - туманно намекнул вампир и направился к своей спутнице.
   Инна не слишком удивилась от полученных сведений, и они с вампиром отправились к кухне. Кухня пустовала. Кому нужны угощения, когда главное блюдо томится в подвале? Однако возле кухонной двери, что вела к подъездной дорожке, стояли двое часовых.
   - Здравствуйте, - протянул Феликс.
   - Да не дай Боже! - возмутилась Инка и метким движением швырнула кол одному из них прямо в сердце. Глаза его полезли на лоб от невыносимой боли. Вампир упал на пол и корчился в предсмертных муках.
   Тем временем второй бросился на Феликса, угрожающе зашипев. Вампир с трудом свернул ему шею. Теперь Феликс и Инка сидели на полу и тяжело дышали, глядя друг на друга. Он поддался внезапному порыву и, грубовато взяв её за шею, притянул к себе. Она уткнулась лбом в его щеку и впервые не оттолкнула вампира. Феликс чувствовал на своей холодной коже её прерывистое дыхание и хотел остановить эти щемящие и мимолетные мгновения. Но дело было прежде всего. Он похлопал её по спине и легонько поднял с пола, крепко держа за руку:
   - Впереди нам предстоит многое. Будь смелой и ничего не бойся.
   Инна посмотрела в его темные глаза и поняла, что он не бросит её в этот вечер. Приятно согрело душу слово "мы". Раньше она никогда не слышала его по отношению к себе.
   Дальше все шло как по маслу. Пока он сторожил, чтобы никто из вампиров не увидел их, она, повозившись с замком, вывела пленников наружу и посадила их в специальный грузовик Охотников. Наступало время для воплощения второй части плана.
   Девушка и вампир вошли в зал и подошли к Ардалиону. Тот, улыбаясь, танцевал с одной вампиркой. Инка вонзила остриё осиного кола в широкую спину генерала. Он в то же мгновение выгнул спину и страшно закричал от боли. Оглянувшись, он увидел перед собой красивую хрупкую девушку в сиреневом платье и мрачным взглядом. Гости растерялись на мгновение. Тут девушка усмехнулась и на тросе в мгновение ока взлетела к потолку. Ловко раскачавшись на металлическом тросе, она запрыгнула на балкон. Инка подбежала к окну и увидела, как уезжает грузовик с бойцами и спасенными. Ну вот. Теперь и умирать было не страшно.
   Феликс внизу едва заметно кивнул головой на дверь. К девушке со всех сторон спешили вампиры. Она ударила ногой одного и на тросе спрыгнула вниз.
   Инка пробежала сквозь толпу, ловко уворачиваясь от ударов. Она вылетела из дверей и побежала по аллее, саженной фигурными деревьями. Внезапно её потянули за руку, и она оказалась лицом к лицу с Феликсом.
   - Бежать надо, - убежденно заговорил он. - Полетели в мой замок в Шотландии, там я тебя надежно спрячу!
   Она смотрела на него, широко открыв глаза.
   - Бежим! - вместо ответа прошептала девушка.
   - Не торопись, - прозвучал властный голос.
   Беглецы обернулись и увидели хромающего и истекающего кровью Ардалиона. Главнокомандующий хрипло дышал. Его мощная грудь тяжело вздымалась в окровавленной рубашке. Глаза горели жаждой мести.
   - Я так и знал, что ты придешь отомстить, - начал он, злобно усмехаясь. - Все равно убийство Лидии открылось бы...
   - Почему ты её убил? - с болью в голосе воскликнул Феликс.
   - Она не захотела быть моей женой, - досадливо поморщился Ардалион. - А ты мне очень мешал. Но со временем я понял, что дело не в тебе, а в её упрямом характере... Я всегда получаю то, что хочу. В противном случае... - он ухмыльнулся и провел пальцем по шее.
   - Тварь, - рыкнул Феликс.
   - Но в одном ты был прав, сын Ламии, - продолжал седовласый вампир. - Я не убивал Лидию. Это было дело лап оборотня, Старейшины этих зверей. И ты убил его. Как я и хотел.
   Инка почувствовала, что до сих пор сжимает руку вампира. Она удивленно посмотрела на него, попутно обдумывая, как вырваться из ловушки Ардалиона.
   - Я вас сейчас убью, - ласково пообещал тот, - и никто никогда больше и не вспомнит ни о тебе, ни о Лидии, ни об... этой, - он с отвращением кивнул на девушку.
   - Не торопись, - прорычал Гордей.
   Он незаметно вышел из-за куста и ненавидяще глядел на всех исподлобья.
   - Уходи! - воскликнула Инка. - Спасайся!
   - Волки своих не бросают, - отозвался оборотень. - Я должен отомстить за Вожака!
   Он трансформировался. Инка с замиранием сердца наблюдала за схваткой рослого вампира и ловкого молодого волка с блестящей шерстью.
   - Стой здесь, - приказал Феликс.
   И он начал помогать волку. Вот так, на время, враги стали союзниками, защищая единственную, ради которой стоит жить. Феликс ударил генерала в челюсть, Гордей запрыгнул на загривок и впился в него зубами. Ардалион хрипло застонал от боли, но сбросил волка с себя невероятным мощным толчком. Гордей приподнял голову, но тут же снова упал на траву. Феликс приблизился на опасно близкое расстояние к Главнокомандующему и схватил его за горло.
   - Стой, - прохрипел Ардалион. - Ты этого не сделаешь. Вампиры не убивают своих...
   - Как и ты не убил Лидию? - холодно отозвался Феликс.
   - Мы - Ламии, мы - Каиниты... мы - дети Божьи! Ты не должен убивать меня... С твоей помощью мы должны вернуть Каина в этом мир и обрести власть над смертными...
   - Что? - поразился Феликс. - Вы решили пробудить Старейшего? Зачем? Он будет в ярости!
   - И мы воспользуемся этим, чтобы убедить его поработить смертных! Будь на нашей стороне, сын Ламии, это твой долг...
   - Замолчи! Я больше не буду вашей марионеткой! - воскликнул Феликс и, сильно сжав руку, выдернул трахею из горла генерала. Стеная от боли, он умер в страшных муках.
   - Готово, - тяжело дыша, сказал Феликс, опираясь на плечо девушки.
   Она кивнула, так же едва переводя дыхание. Девушка обернулась, чтобы поблагодарить Гордея, и заметила, как он лежит на земле. Инка подбежала к нему и легонько похлопала по щекам. Феликс держался поодаль. Девушка тормошила окровавленного оборотня. Гордей не открывал глаза. Инка приложила ухо к его грудной клетке. Тишина.
   - Вставай же! - взмолилась она.
   - Пойдем, - тихо позвал Феликс.
   - Погоди. Надо подождать, пока он очнется, - девушка опять хорошенько тряхнула оборотня. Никакой реакции.
   - Он мертв, - холодно ответил вампир. - А нам пора. Вертолет ждет. Уходим. Брось его!
   - Он не умер! - воскликнула она, прижимая тело оборотня к себе. - Гордей, Гордей, очнись!
   - Пошли! - он с усилием оторвал волка от девушки и потащил её к машине. К ним уже бежали вампиры.
   Черный автомобиль сорвался с места, увозя беглецов по направлению к вертолету. Инка прислонилась к окну горячим лбом. И вот опять её жизнь катилась к чертям. Она как-нибудь свяжется с дедом по телефону по дороге. Но не сейчас. Боль потери сжала её сердце, и она даже не могла выдохнуть.
   Вампир напряженно вел машину, все дальше и дальше увозя девушку из города.

Эпилог

  
   Запел соловей. В ночном саду благоухали розы и гортензии. Девушка бродила по песчаной дорожке вдоль раскидистых кустов. Уже три месяца она жила здесь с вампиром, скрываясь от остального мира. За это время он успел стать для неё всем. Единственный, кому она могла доверять, единственный, с кем делила свои мысли, единственный, кто понимал её. Повар готовил изысканные блюда, служанки были вежливы и обходительны, и она даже успела немного набрать вес. В отдалении от всего мира беглецы чувствовали себя безопасно впервые за долгие годы... Аромат цветов оглушал, но здесь было так спокойно и ленно, что девушка не спешила уходить. Полная луна освещала сад, окрашивая зеленые листочки в серебряный. Неслышно подкрался вампир. Девушка обернулась и улыбнулась своему соседу.
   - Ммм... В моем саду пополнение? - спросил он, привлекая Инку к себе. - Я скучал. В последнее время ты заставляешь моё сердце биться сильнее... - он прикоснулся губами к её.
   - Мы же вернемся... - спросила она после поцелуя.
   - ...чтобы отомстить за волчонка? - продолжил фразу Феликс. - Обязательно. Но не сейчас. Ты все ещё в розыске за убийство Главнокомандующего и похищение праздничного ужина.
   - Забавно, - протянула она. - Убивали мы его все вместе, а ищут меня. Не по-товарищески как-то...
   - А мы с тобой не товарищи, - Он вновь поцеловал её, потом плавно поцеловал в чувствительное место под подбородком. - Это не больно...
   Девушка закусила губу от наслаждения. И тут Феликс впился в её вену на шее. Теплая кровь потекла вниз по шее, по спине и по груди. Девушка широко открыла глаза. Она не ожидала такого. Он был таким обходительным, надежным. И сейчас, когда она стала ему доверять, укусил её!
   А он пил и глотал драгоценную влагу жадно и быстро. Наконец-то! Да, кровь была вкусна. Он потерял голову от этого аромата. Пил и пил, а она обмякла в его объятиях, судорожно хватая ртом воздух... умирая... И последнее, что она увидела, были розы. Темно-красные, как он любил. Красные, как кровь. Красные, как пелена перед её глазами.

Оценка: 5.00*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Свободина "Темный лорд и светлая искусница"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) А.Ветер "Воргэн"(Уся (Wuxia)) Е.Флат "Свадебный сезон 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"