# Хищник в гостях у Чужого

Кася Клёш

Хищник и Чужой - два товарища - в поисках развлечений в ночном клубе получают не совсем то, к чему стремились...

- А ты все льнешь ко мне, зараза? - зычно сказала грудастая мадемуазель. Ее чувственное лицо было подпорчено дипломом филфака, который на раз читался в печальных, словно у собаки, глазах. Они сидели на шикарном диване, похожем на раздутый труп гигантской зебры. Мадемуазель - вольготно раскинувшись, фрик - примостившись на самом краешке.

- А что вам, не нравиццо? - робко заулыбался фрик и своими паучими членами изобразил позу "покорная невинность".

- В том-то и дело, что нравиТСЯ! - сурово сказала филологиня. - А вот если я захочу большего? Что ты сможешь мне предложить?

- Не пугайте меня! - произнес фрик почему-то с облегчением, но на всякий случай отодвинулся. Филологиня, тяжко пошевеливая ляжками, придвинулась. Тарзановатый товарищ фрика, который сидел по другую его сторону, предложил взять еще пива.

Со словами "Не скучайте без меня!" фрик бодро ускакал в сторону бара.

- И на что только надеются эти девочки из интернета, - перегнулся Хищник к девушке. - Неужели они думают, что если у них в анкете фотка модели, то это им чем-то поможет?

- Ну, пусть тогда присылают на свидание подставных лиц, - невозмутимо отстранилась филологиня, - Я бы, пожалуй, согласилась... долларов за пятьдесят... И главное, самой ни с кем знакомиться не надо!

- Отлично, именно столько я с Чужого и буду брать! - самодовольно сострил Хищник, почесывая свою широкую грудь.

- Но он же всё-таки сам пришел, смелый мальчик! - материнским тоном сказала мадемуазель. - Я бы на его месте... С его-то хлебальцем...

- Но всё-таки скажи мне правду, - густым голосом пророкотал Хищник, - вы действительно познакомились с ним через интернет? Что вас привлекло... Друг к другу? И кто из вас заплатил за вход?

- Слишком много вопросов, - всхихикнула мадемуазель, - а можно я тоже, хотя бы один? С кем из вас я общалась до сих пор?

- Ты думаешь, я бы повесил у себя в профиле его фото?

- Я думаю, почему он не повесил у себя в профиле твоё! - ехидно сказала мадемуазель.

Вернулся фрик без пива, поскольку, как оказалось, по дороге он каким-то загадочным образом остался без денег. Этот обыденный факт вызвал невероятный шум.

- Денег тебе дать? В который раз за сегодня? Если бы ты был девушкой, ты бы уже должен был со мной переспать!

Хищник встал и принялся раз за разом швырять Чужого на зебровый диван. Чужой вскакивал, верещал что-то в опрадание и снова летел обратно.

Филологиня героически пыталась что-то сказать.

1) "Ребята, вы же друзья, потом рассчитаетесь" - не прокатило;

2) "У тебя что, у самого денег нет?" - прошло незамеченным;

3) "Между прочим, пить вредно!" - прозвучало настолько фальшиво, что лучше бы она этого не говорила вообще.

Исчерпав аргументы, она зажмурилась и скрестила пальцы сразу на обеих руках - интересно, за кого из них?

Хищник схватил Чужого за шиворот и потряс. Тот принялся материться так звонко, что на столе задребезжала пепельница, и что-то в девице не выдержало - может, сердце, а может, барабанные перепонки. Она кинулась к бару, по дороге сшибая стулья и хватаясь за собственный кошелек.

Один отпустил другого, оба проследили, как она заказывает три пива, и дали друг другу "пять".

- Эта хотя бы сама при деньгах, - сказал Чужой. - Не то что в прошлый раз. И на что они только надеются?..

- Эта пиво заказывает, - сказал Хищник. - На филфаке училась. Они там всемером одну крышечку от пива нюхают.

- Но согласись, на фотографию свою она похожа.

- Угу. А больше всего она похожа на свое имя. Ле-о-ка-ди-я!

Чужой засмеялся примерно как Бивис.

- Что-то с ней надо бы всё-таки делать... - задумался он вслух.

- Не понимаю, когда же она, наконец, напьется... - немного мечтательно сказал Хищник. Что-то в нём шевельнулось в отношении Леокадии: не влечение, так - фантазия.

- Я устал, - с неожиданной искренностью сказал Чужой. - Танцы я с ней танцевал. Льнуть я к ней льнул. С барменом по фамилии Налей познакомил. Что еще я могу сделать для нее? Алкоголь ей покупать - деньги на ветер.

- Эх, Чужой ты, Чужо-ой! - протянул Хищник в припадке умиления, схватил в охапку Чужого и снова швырнул об диван. - А я что могу сделать? Для тебя? Что я могу? - продолжал он, тормоша уныло отбивающегося Чужого, - Ты ведь даже не гей!

- Тьфу на тебя... Руки! Капюшон! Отпусти капюшон, оторвешь, ...

Леокадия с тремя кружками пива в охапке стояла над ними, выпучив глаза. Благовейный ужас остекленил ее кукольные глаза.

- Опа-опа, так-так-так... Аккуратнее, девочка моя... - Хищник взял ситуацию под контроль. - Пиво - сюда. А сама - сюда. Присаживайся. Что тебя беспокоит?

Леокадия присела не в пример былому скромно, неловко хлебнула пены со своей кружки, прыснула через нос и плаксиво сказала: "Разводите меня, п..."

- Мы приглашаем тебя в мир экзотических эротических приключений, - поправил ее Хищник. Любопытство победило ужас. - А поцеловаться вы можете? - сжимая руки у груди, восхищенно спросила Леокадия.

Хищник, не дожидаясь согласия Чужого, по-брежневски расцеловал его в обе щеки. Чужой пучил глаза и мычал, как теленок на бойне. - Он на людях стесняется, - вежливо пояснил Хищник, любовно похлопывая Чужого по чему придется. Тот забился в судорогах, которые Леокадия расценила как оргазмические.

- Что ж, не буду вам мешать, - потупившись, жалобно протянула она, - Пойду, пожалуй, потанцую...

- О Леокадия, - театрально сказал Хищник, - ничего не бойся! Пойдем танцевать вместе!

Хищник тут же расчистил место в толпе и себе, и друзьям. Его танец был неподражаем - "американский солдат делает утреннюю разминку, вспоминая о своей Молли".

Мадемуазель Леокадия неожиданно изящно переступала толстенькими ножками, держалась за свою маленькую сумочку и быстро оглядывалась на танцующих и на Чужого - как же здесь принято?

Чужой постоял немного, переминаясь и свесив руки, а потом вдруг куда-то побежал и скрылся из глаз.

Примерно через пятнадцать минут Хищник нарисовался в "гримерке" - служебной комнатушке с загадочным запахом, где складывались все ненужные вещи и собирались все нужные люди. Хищника вела за руку маленькая девчушка в зеленом, в белых чулочках и балетках, с красными волосами. Усевшись на уволенный со службы щербатый столик, они обнаружили под ним Чужого.

- А вот это - мой друг, который привел меня сюда! - радостно закричал Хищник.

Красно-зеленая девочка залезла под стол, чмокнула Чужого в щеку и снова села рядом с Хищником, болтая ножками.

- Что-то с ним не так, - озабоченно сказала она, - я же просила всех, не приносите в клуб ничего особенного...

- Не могу я при ней танцевать! - Чужой бился в истерике, - Она - пялится!

- Ну так покажи ей!

- ... ей покажу! Нельзя так пялиться на танцующего человека!

- Значит, ты ей понравился!.. Чужой, мы же этого и добиваемся! Забыл, что ли?

- А почему, например, не на тебя?.. - с отчаянной смелостью выдохнул Чужой.

- А вот я ей не понравился! - гордо сказал Хищник. - Я же не бриллиант, чтобы вообще всем нравиться?

- Так это ваша подруга пытается танцевать на столе? - спросила красно-зеленая, - Ну ничего так. Ничего. Эффектненько. Надо только попросить, чтобы разулась. А то будет как в прошлый раз, - и похлопала по потерявшему круглую форму столику.

По всему телу Чужого прошла карикатурная волна тика.

- Чужой, зайка. Можешь вылезать. Она уже ни на кого не пялится, - сказала хозяйка мероприятия. - А то сходи к Налею, закажи большой спрайт со льдом. Скажи, за мой счет, - и выразительно посмотрела на Хищника.

- Я отведу его, - твердо сказал Хищник. Девочка-цветочек вздохнула, сложила руки на коленках и осталась ждать.

Через пятнадцать минут спрайт подействовал - Чужой стал более коммуникабелен, относительно мобилен и даже несколько автономен. Приказав Налею хорошенько следить за ним, Хищник сходил в зал - Леокадия полулежала в объятиях какого-то унылого субъекта в белой рубашке, с бритым черепом и пила из его рук шампанское. Аленький цветочек рыскала по залу в сопровождении секьюрити... или наоборот? Кто же кого сопровождал?

- Ладно, пошли отсюда, - сказал Хищник, - мы слишком хороши для этой жизни. Знаю я один футбольный бар... для настоящих мужчин!

- Клубная жизнь, клубная жизнь, - дрожащим голоском передразнил кого-то Чужой. - танцы, девочки, бабло.

- А также Алкоголь и наркоманИя, - нарочито басом и с неправильными ударениями добавил Хищник.

- Не говори, только алкоголь! - задергался в испуге Чужой. - А танцевать ты так и не отважился, - припомнил ему Хищник.