В горах бушевала буря. Ветер поднимал большие тучи снега и создавал из них причудливые фигуры, которые потом с большим шумом разбивал о скалы. Деревья сердито скрипели ветками, бросали вызов ветру, но постепенно сдавались под его напором. Птицы и звери попрятались по своим гнездам и берлогам, лишь только вплетаясь в мелодию бури, раздавался волчий вой.
Отряд, из десяти всадников и одной повозки, пробирался сквозь снежные заносы к развалинам старого замка у подножья Храмовых гор. Лошади устали идти по мокрому снегу, но не останавливались, боясь доносившихся непонятных звуков. По краям разбитой дороги росли деревья и мелкие кустарники, в зарослях которых мелькали смутные тени. Сквозь шум ветра всадники, казалось, слышали рев разбуженного бурей великана, грохот сорвавшихся с горных вершин лавин, торжествующий вой загнавших добычу оборотней. Любой звук усиленный вьюгой, вызывал страх, заставлял сильнее биться сердце даже бывалых воинов. До замка оставался еще один переход.
Там отряд ждали, горел огонь в чудом уцелевших окнах маленькой башни. С большим трудом пробираясь через сугробы и поваленные деревья, всадники въехали во двор к развалинам строений. К повозке сразу же подбежали вооруженные люди, вытащили нечто продолговатое, завернутое в ковер, и занесли внутрь башни.
В верхней комнате за маленьким столиком, разглядывая какие-то фигурки, сидел человек. Он закутался в синий плащ с вышитой на спине росомахой. Солдаты занесли ковер в комнату и положили на поломанную кровать в углу. Молча поклонились сидевшему к ним спиной человеку и вышли из комнаты. Мужчина приблизился к лежащему свертку и освободил из него пожилую женщину, одетую в свободное белое платье с вышитым на груди солнцем. Она шевельнулась и открыла глаза.
-Кто здесь? - раздался слабый голос.
Мужчина улыбнулся и наклонился над ней.
-Я знаю, что кто-то есть в комнате, хотя и мои глаза не видят вот уже много лет. Кто Вы?- устало повторила женщина.
-Я не думаю, что ты меня вспомнишь, Каэйра, - ответил мужчина.
-Ты думаешь, я не узнаю тебя по голосу, магистр Семланд. Пусть я старая и слепая, но память еще сохранила. Ты приходил к нам в Храм Матери за предсказанием.
- И прекрасно, Каэйра, ты знаешь, что мне нужно.
-Я сказала тебе все в ту нашу встречу. Мне нечего добавить, - вздохнула женщина и замолчала.
Семланд подошел к столу и схватил лежащие на столе фигурки.
-Что считаешь, что какие-то пешки могут изменить мир. Глупо! Очень глупо! Слышишь, как я могу от них легко избавиться.
С этими словами он разбил фигурки об пол и с удовлетворенной улыбкой повернулся к Каэйре.
-Мне нужно твое последнее предсказание. Я знаю, ты умираешь. Поэтому я приказал привезти тебя сюда, где нам никто не помешает. Пусть оно достанется нашему Ордену, только он сможет правильно им распорядиться.
-Мое предсказание? О да, ты услышишь его, но оно не поможет тебе.
-Глупая старуха, я не один! Нас много, тех, кто хочет нести добро людям и нелюдям! Мы сможем заставить всех быть счастливыми. А остальные .......
-Мне жаль тебя Семланд, очень жаль. Пусть я скоро умру, но вы не сможете захватить власть, боги не допустят этого.
-Я не хочу спорить с тобой, женщина, мне нужно только твое предсказание.
Каэйра почувствовала, как силы покидают ее, еще не много и наступит вечный покой, о котором она мечтала последние дни.
Жрица тяжело вздохнула, закрыла глаза и начала говорить:
-Через много веков сытости и праздности, наступит время тумана. Будет он сеять раздор между людьми и нелюдью, поглотит многие страны, только страна гор и лесов сможет устоять. Первая капля рода гор покорит его, и двенадцатая капля рода гор уничтожит .....- предсказательница говорила, все тише и тише.
Мужчина подскочил к ней и начал ее трясти.
-Ну не молчи, не молчи! Дальше говори, дальше!
-Уничтожит.....-закричала женщина и умерла.
Магистр посмотрел на тело и вышел из башни. Во двор выбежали люди, вывели лошадей и скоро отряд выехал. Только тело старой предсказательницы осталось лежать в медленно остывающем здании.
Вторая часть
5 день Весеннего Воздуха год 1102
Пустыня Орхорн
В воздух висели большие кучи песка, закручивались волчком и бросались на беззащитных путников, медленно пробирающихся через барханы. Только торговцы, думающие о прибыли, могли решиться на путешествие в такую погоду. С трудом передвигающиеся под напором ветра люди закрывали лицо платками. Они старались еще помогать идти лошадям, тянущим повозки. Буря разыгралась не шуточная.
Владелец каравана купец Ритан часто выглядывал из головной повозки, озабочено смотрел в небо и вздыхал. Буря бурей, но останавливаться сейчас, когда до намеченной цели совсем близко, а вероятность нападения "шакалов пустыни" уж очень высока, не разумно.
Торговец посматривал на мага, находившегося с ним в одной повозке. Тот сидел молча, целиком погруженный в транс. Ритан неодобрительно покачал головой, зачем нужны эти маги, сидит высокомерный болван и делает вид, что оберегает его богатства, и не дождешься никаких слов поддержки. Караван продолжал идти, слышно только покрикивание возниц, да разговоры охранников. Ветер продолжал бушевать. Под эти звуки купец задремал, а когда очнулся, буря уже стихла.
Стояло ранее утро, но солнце жарило вовсю мочь. Воздух нагрелся и поднимаясь от земли образовал миражи необычной формы в виде животных, цветов и зданий, которые держались мгновение и тут же исчезали.
Джу-Тай, молоденькая девушка с длинной косой золотистого цвета и печальным взглядом сидела в повозке, безучастно наблюдая за царившим вокруг оживлением. Любопытные девицы выглядывали из повозки и любовались игрой света, оживлено обсуждая появляющиеся фигуры. Это ценные рабыни, которых купец Ритан собирался продать на невольничьем рынке в портовом городе Стар, приютом пиратов, не гнушавшихся таким видом заработка. Торговец приобрел их у племени шайлан, любителей продавать все до чего могут дотянуться их жадные лапы.
Джу-Тай из племени ши-аму, попала к ним случайно, а точнее по собственной глупости. Раз в год молодые люди их племени уходили из селения в оазис Слепого Дождя смотреть пляски бога Ветра, которому они поклонялись. Путь к месту паломничества проложенный еще их предками, огибал все возможные препятствия. Хотя время изменило окружающий мир, но никто из племени ши-аму не погиб, возвращаясь из оазиса. Шаман племени обучал детей трансу, через который можно дотянуться до близких родственников с просьбой о помощи. И только Джу-Тай умудрилась заблудиться, попасть в песчаную бурю и проснуться уже рабыней.
Купец радостно воспользовался случаем приобрести новую невольницу из легендарного племени Танца. Девушка понимала, что не сможет получить свободу без посторонней помощи, так как кроме небольшого отряда охранников, состоящего из наемников, с караваном передвигался маг. Но надежда на чудо не покидала ее. Весь путь она молчала и при первой же возможности погружалась в транс, пытаясь дотянуться до брата. Но все попытки заканчивались безуспешно, то ли она слишком далеко находилась от границ племени, то ли маг создавал преграды. Только небольшие прогулки под надзором охраны как-то оживляли Джу-Тай, появлялся румянец на лице, пропадала обреченность в глазах.
Когда до цели оставалось два дня пути девушке наконец-то удалось связаться с братом, правда, только на короткий миг, но он смог засечь место нахождения каравана. Связь резко оборвалась, а у входа в шатер показался волшебник. После магической порки рабыня долго приходила в себя, не делая больше никаких попыток связи, но впервые за все время дороги у нее появился вкус к жизни.
Тем временем караван приблизился к стенам города Стар. Девушки высматривали из повозки местные достопримечательности и шумно обменивались впечатлениями. Джу-Тай тоже не утерпела и подошла посмотреть. Высокие стены, окруженные большим рвом с установленными на дне острыми кольями, охрана угрюмо смотрящая на въезжающих в ворота путешественников, каменные дома в небольших улочках, где негде развернуться и двум повозкам - все это притягивало взор обитателей пустыни.
Но постепенно девушку начала охватывать тревога, а вдруг брат не успеет вырвать ее из рук торговца, что делать тогда. Она знала, что для нее всегда оставался выход - последний танец. Ветер нельзя запереть в клетку, он просто исчезнет. Но для Джу-тай, в жизни, которая не испытала любви, счастья, радости материнства - это являлось страшным выбором. Танец "рождение ветра" она видела всего два раза: первый - ритуал совершила вдова вождя после смерти мужа; второй- жена брата не смирившаяся с потерей ребенка. Ритм этого таинства люди племени ши-аму впитывали с первых вздохом, поэтому девушка не боялась ничего перепутать, только хотелось, чтоб это время наступило как можно позже.
Повозка въехала на рыночную площадь. Девушки выглядывали наружу, толкали друг друга. Базар шумел, зазывал, приглашал, завораживал разнообразием. Вот ряд торговцев тканями, оттенки всевозможных расцветок сливались в глазах, и светлые, и темные, и яркие, и нежные, и пестрые, красота, да и только. Дальше пошли ряды украшений, ярко сверкали дешевые глиняные бусы, раскрашенные в синие, красные, зеленые цвета, висели, привлекая внимание детворы, маленькие плетеные колечки, сделанные в виде цветов, животных и птиц. А вот гончарный ряд: кувшины, блюда, подносы, чаши, вазы, и все украшенное нанесенным сверху орнаментом. Оружейные ряды, заполненные смертоносными изделиями, привлекали взгляд издалека ярким блеском. Все вокруг притягивало взоры и просилось в руки. То и дело по рядам мелькали торговки булочками и пирожками, предлагая всем свою выпечку. А какие запахи вокруг, просто текли слюнки. А дальше уже находилось отгороженное место для проведения рабских торгов. Сейчас там тихо. Посередине стоял небольшой помост, рядом лучшие места для самых богатых покупателей, дальше места для остальных и зевак, которых на таких продажах присутствовало предостаточно.
Повозка подъехала к небольшому зданию и сразу девушек ввели внутрь. Они прошли в небольшой зал, где к ним присоединилось еще несколько женщин и сам купец Ритан.
-Легко прошел Ваш путь, уважаемый купец!
С этими словами в комнату вошел статный мужчина, высокого роста, в роскошном одеянии. Это - главный распорядитель торгов господин Дель, в прошлом удачливый пират.
- Приветствую Вас господин Дель, в пути испытали много трудностей, но удача сопутствовала нам. Есть удивительные находки, надеюсь получить много звонких монет. Давайте готовиться к торгам.
- Сегодня?- распорядитель удивленно поднял бровь,- Почему сегодня? Разве после такого нелегкого пути Вы не хотите насладиться отдыхом, в нашем городе много интересных мест для разнообразных развлечениях.
- Нет, уважаемый господин Дель, я очень спешу, мне предложили выгодную поездку к Семи озерам, поэтому сегодня и чем быстрее, тем лучше.
-Хорошо, господин Ритан, но за срочность подкинете сверх положенной платы деньжат, пройдем ко мне составим список и оговорим плату. Да еще и хлебнем вина по стаканчику
Девушки во время разговора боялись пошевелиться, кто-то благодарил своих богов, что наконец-то закончится эта неопределенность, кому уже все равно, а Джу-Тай больше всего хотелось, чтобы торги начались как можно позже, она не теряла надежды на помощь. Рабынь завели в комнату, где их заставили вымыться и переодеться в легкие почти прозрачные платья, и каждую закутали в покрывала, оставляя открытыми только глаза. С улицы доносились воззвания вестников о предстоящих торгах. Люди спешили собраться около помоста, чтобы посмотреть на рабов, кто кого купит, за какую цену, будет потом, что обсудить за стаканом доброго вина да за трубкой табака, а может и пожалеть кого, ибо нет зрелища более привлекательного для зевак, чем унижение другого человека.
Около помоста уже не протолкнуться, но распорядитель ожидал покупателей побогаче. Наконец-то прозвучал сигнал. Зазвенели трубы, глухо ударили барабаны. Торг начался.
Сначала распорядитель вывел двух вышивальщиц, они стояли спокойно, зная, что благодаря своему ремеслу попадут в хорошие руки. Их продали за большие деньги посланцу герцога Винзора, известного своими мастерскими по всему миру. Затем пришла очередь Джу-тай. Девушка медленно поднималась на помост, высматривая по сторонам брата, с каждым шагом теряя надежду на избавления от страшной участи.
-А вот рабыня из племени ши-аму, поклоняющихся богу Ветру, непревзойденных танцоров, благословенных им. Сейчас она исполнит танец, который заставит быстрее биться ваши сердца. Смотрите все! Танцуй!
Джу-тай посмотрела по сторонам, брата нигде не видно, отовсюду на нее смотрели незнакомые лица, кто с жалостью, кто со злорадством, кто с интересом, мол, покажи, что умеешь. Девушка посмотрела вверх, в чистое без единого облачка небо. Как в последний раз. Танцовщица вздохнула, понимая, что вот и конец ее пути, всей жизни. Да бог поможет ей, но она никогда уже не глотнет воздух, пусть горький, пусть тяжелый от скопившейся толпы, но живой. Не почувствует, как струится между пальцами горный ручей, как обжигают на жарком солнце веселые лучи, как сладок первый поцелуй, полученный украдкой от матери. Отныне ее удел свобода, вечная, оплаченная дорогой ценой. Спокойствие охватило ее, и она привычно призвала ветер.
Сначала зрители ничего не заметили. Потом сквозь разгоряченные тела людей пронесся небольшой ветерок. Девушка сбросила покрывало и начала танец, не заметив, что в первые ряды пробивается человек, который не сводит с нее глаз, которого она так долго ждала.
Взмах рукой, летящий прыжок, плавные движения головой, ритмичное покачивания бедер и рук, повороты и изгибы тела, все это вырисовало единый узор танца. Ветер родился из неторопливого движения листочков, вот он коснулся только одного листочка, затем другого, и вот под его движением шелестит вся ветка. Вот он уже пронесся над водой, заставляя быстрее бежать волны. Вот уже это не маленький ветерок, а сильный ветер заставляющий трепетать большие деревья, поднимающий кучи песка и снега.
Зрители, молча как завороженные, смотрели на разворачивающееся представление на помосте. Джу-Тай увеличивала темп, вот уже это не просто сильный ветер, это вихрь, крушащий все вокруг, переворачивающий корабли, сбивающий с вершин гор лавины, властелин бурь. Казалось, все вокруг наполняется страхом перед стихией, преклонением перед ее силой. Становилось просто страшно, как из небольшого движения воздуха могла родиться такая буря. Но все возвращается на круги своя, вот и поднявшийся ураган становится только что родившимся ветерком.
Девушка почувствовала, как дыхание покидает ее, и последний раз огляделась, и тут увидела брата, со стекающими из глаз слезами. Она хотела крикнуть ему, что любит его, но повинуясь влиянию какой-то силы, произнесла:
-Ветер унесет забвение, земля примет в себя единожды павших, вода омоет души всех живых, огонь сожжет алтари тумана. Пробудится мир и будет властвовать тот, кто объединит знак величия.
Над площадью прогремели ее последние слова, и в тот же миг Джу-Тай упала, из ее рта вырвался небольшой ветерок, подлетел мужчине с полными слез глазами, ласково погладил его по лицу и унесся вверх на встречу со своим богом. А молодой человек последний раз посмотрел на тело сестры и отправился домой. Он остался один, без желаний, без дум, в пустоте равнодушия к своей жизни, но нужно рассказать о словах сестры шаману племени.
Третья часть
12 день Летней Воды год 1102
Окрестности Вечного Ледника
Холодная ледяная пустыня, заполненная белым, искрящимся на солнце, снегом. Ветер быстро пролетел над равниной, неся за собой темные снежные облака. Осколки льда сменялись большими сугробами. На границе снежной равнины высились закованные панцирем изо льда невысокие горы. Чуть слышно скрипнул снежный покров, и наступила тишина, легкий шелест и больше ни звука. Вдруг из перистого облака, нависшего над пустошью, упала первая снежинка, потом другая. И тут как по команде повалили хлопья, не останавливаясь, превращаясь в густую вязкую массу. Ничего не видно. Жизнь ледяной пустоши замерла на время, пережидая очередной снежный занос.
Острый коготь, охотник из племени Снежных Волков, заранее укрылся от непогоды в большой расселине ледяной горы. Сейчас он просто сидел и ждал, когда закончится снегопад. Охота на оленей оказалась неудачной, по дороге несколько раз Острый коготь проваливался в старые снежные ловушки, хищных обитателей ледяной пустоши демонов ле-ай, потом приходилось возвращаться на след и продолжать преследование. Хорошо, что эти капканы уже много раз заносило снегом, и охотник не успел упасть в глубокую яму. Демонов давно никто не видел в этой части пустоши и охотник надеялся, что ему не придется с ними повстречаться. Очень они опасные противники, не боялись ни стрел, ни мечей, ни огня, ни серебряных наконечников, только оберег из синего хрусталя своим светом мог прогнать их. У Острого когтя на шее висел такой амулет, да вся беда в том, что от неудачного падения на поверхности камня появилась трещина. Поэтому охотник решил отказаться от охоты и возвращаться к стоянке племени.
Устав от нелегкой погони, Острый коготь заснул под однообразный шум падающего снега. Через некоторое время снегопад прекратился, и над ледяной пустошью воцарилась тишина. Охотник спал и видел сны. В них к нему приходили племянники старшего брата с новой игрушкой, которую выточил из кости его старый дед. Улыбалась ему Белая снежинка-дочь шамана их племени, с которой должны соединить его узами брака на скором празднике во славу предков, его лучший друг Бегущий Олень, пропавший в прошлом году на охоте, сейчас просивший его оглянуться. Острый коготь повернулся во сне и тут же проснулся. Тишина, кругом тишина. Он потянулся, встал, свернул шкуры, на которых лежал, и убрал в заплечный мешок. Готовясь к выходу, охотник беспокойно крутил по сторонам головой, как будто что-то не давало ему покоя, какая-то мысль. И только надев снегоступы и приготовившись выйти из своего временного укрытия, он понял, неестественная тишина. Мужчина осторожно выглянул наружу и побледнел от страха. На расстоянии триста шагов от расселины, стояло шесть демонов.
Размытые, будто перетекающие фигуры, ледяных призраков, они внушали страх. Пока эти существа не двигались, и казалось, даже не глядели в его сторону, но охотник почувствовал ледяное дыхание смерти, излучаемое ими. Его охватил ужас, он боялся пошевелиться, мог только смотреть на них. Вдруг что-то обожгло его шею, это в действие вступил талисман. Острый коготь сбросил охватившее его оцепенение, осторожно выбрался из расщелины и бросился бежать. Через пару секунд он оглянулся и увидел, что демоны, растянувшись цепью, летят за ним. Двигаться становилось все труднее и труднее, старых его следов не видно, все занесено снегом. А страх, который охватывал его все больше и больше, мешал выбирать более легкую дорогу. И вот когда казалось, что охотник сможет уйти от погони, судьба приготовила ему ловушку. Острый коготь провалился в снежную западню только в отличие от прежних ям, она новая и глубокая. Все, мне не уйти, подумал он, упав вниз. Несколько секунд мужчина боялся пошевелиться, потом встал и испуганно посмотрел вверх. Демоны окружили яму и не двигались. Амулет все- таки действует, мелькнула мысль и тут же пропала под охватывающим его страхом.
Острый коготь поднял голову и вгляделся в провалы глазниц одного из ледяных призраков. И тут же услышал голоса. Они звали его за собой, обещая счастливую жизнь, без лишений и холода. От их слов хотелось лечь в снег и уснуть, только чтобы это все закончилось. Не выдержав напряжения, охотник закричал, обращаясь непонятно к кому, может к демонам, может к богу племени:
-Я хочу жить! Почему я должен умирать?! Почему я.... это страшно, как больно думать об этом..... Смерть... Я жил по заветам предков племени. Я должен жить, жить..... Будьте вы прокляты! Почему я..... Почему!!!!
Он смотрел на демонов, и крики его переросли в рыдания, а потом и вообще смолкли. А голоса тем временем продолжали звать его, говорили, что он никому не нужен, его никто не будет искать, а их мир так хорош и прекрасен. И главное он избавиться от страха, отчаяния, просто отдаст тепло и получит все, что пожелает. Нужно сделать первый шаг и все прекратится. Голоса звали, умоляли, уговаривали, и Острый коготь слушал их, постепенно все больше поддаваясь на уговоры. Демоны оживились, чувствуя, что еще миг и борьба будет выиграна. Они подобрались к краю и сторожили каждое движение человека, но не спускались в ловушку.
Перед охотником пронеслась вся его жизнь, все его горести и радости, плохие поступки, надежды, мечты. Амулет продолжал действовать, но сил у человека поддерживать его свет уже не оставалось. Он видел перед собой, как мальчишкой не протянул руку своего другу и тот сорвался в расщелину и не мог больше ходить. Как закрыл своим телом старого кузнеца от стрелы врага и как долго выхаживал его шаман. Как промолчал, когда выгнали из племени сестру в страшный мороз на смерть за обман мужа. Как спасал детей от голода, отбив с риском для жизни добычу волков, не давая озверевшим от голода людям, приблизиться к ней; как ..... много промелькнуло перед глазами за этот миг.
Острый коготь понимал, что не сможет выжить, но эта мысль уже не вызывала в нем боли и отчаяния, осталось только одно желание, чтобы наконец-то все закончилось. Он почти смирился с судьбой. Но какая-то искорка его души поддерживала в нем жизнь, заставляла его бороться, не смотря на приближающееся поражение. Вдруг Острый коготь услышал пропавшего в этих местах друга, просившего продержаться чуть-чуть, помощь уже близка. Но сил не было.
-Я гордый человек, смелый охотник, - шептал он.- Не поддамся им, нет.
И ярость вспыхнула в нем на миг и погасла, и амулет, вобрав в себя все его силы, взорвался ярким светом. Мужчина с усилием посмотрел вверх, призраки исчезли. Вот и все, подумал он, я смог , и впал в забытье.
Он не видел, как его нашли, вытащили из ямы, как над ним склонился шаман, стараясь сохранить ему жизнь. Острый коготь пришел в себя только один раз, когда под влиянием чужой силы смог разборчиво произнести:
-Возродятся войны великие и пойдут они, по всей земле сея справедливость и боль. И прислужники богов начнут бороться за мир справедливости, но не смогут победить сплотившихся под одним знаком.
1 день Осенней Земли год 1102
Город Родос
Осень только началась. Еще не облетели с деревьев листья, но их кроны переливались, то желтым, то зеленым цветом. Птицы продолжали распевать веселые песни. Но ночи становились все холоднее и холоднее.
Этим утром на деревьях блестела легкая изморозь. На улицах стояла тишина. Погасли магические фонари на главных улицах , большой площади в самом центре города. Жители еще видели сладкие сны, а в большом укрепленном доме, похожем на маленький замок, напротив главного городского храма уже никто не спал. Мало кто из горожан знал, что под этим кровом находилась боевая часть церкви Спасителя и Судьи - Божьи войны.
Кардинал Кламент, высокий худощавый мужчина лет пятидесяти, стоял у окна и смотрел во двор на тренировавшихся в этот ранний час монахов. Сам в прошлом бывалый воин, ему хотелось выйти, размяться, но сан обязывал, приходилось просто смотреть. Он с минуты на минуту ждал гонца от Патриарха. Птица прилетела час назад с сообщением "час настал". Но Кардинал хотел узнать подробности, прежде чем отправлять отряды, как решили заранее. Время тянулось очень медленно. Кламент продолжал стоять у окна.
Вдруг дверь его покоев приоткрылась, и в нее проскользнул маленький смуглый челок с гибким телом, секретарь кардинала Михел. Он поклонился и произнес:
-Гонец прибыл.
-Пусть войдет.
Кламент остался стоять у окна. Вошел немолодой уже мужчина в запыленной обычной одежде путешественника и с поклоном протянул стянутый личной печать Патриарха свиток. Кардинал схватил его чуть дрожащими руками, выдающими охватившее его нетерпенье. Развернул свиток и прочитал:
-Сын мой!
То, что мы ждали, произошло, час настал. Нужно отправляться в путь. Ты знаешь, что делать. Действуй.
Но случилось непредвиденное событие, тебе нужно прибыть ко мне немедленно.
Монах еще раз перечитал свиток и поднес его к стоящей на столе свече. Пергамент вспыхнул и осыпался пеплом. Гонец стоял, неподвижно, ожидая дальнейших распоряжений.
-Что еще просил передать святейший?
-Только письмо святой отец.
-Ступай. Отдыхай.
Кардинал снова смотрел в окно, но на душе неспокойно. Тихо вошедший секретарь, молча у двери, ждал распоряжений.
-Михел, пусть отряды Зетана, Кможко и Ребиро выступаю по намеченным маршрутам. Я сейчас спущусь к ним. Готовь мою охрану, мы выезжаем через час.
- Все сделано, святой отец.
-Молодец! Пошли.
В это же время на другой стороне города в красивом доме рядом с городскими воротами завтракала пожилая грузная женщина. Тихо сновали между кухней и обеденным залом слуги. Их госпожа изволила гневаться и так уже третий день. Они боялись поднять на нее глаза, только быстро исполняли все ее приказания. Глава Святых сестер, боевого ордена церкви Трехликой (Матери, Сестры, Дочери) вот уже семь месяцев жила в городе в окружении своих лучших воинов, что не приводило в хорошее расположение духа. Она скучала по своей уютной резиденции в главном замке церкви. Но Мать- Абатисса приказала, и вот скучный городишко, слежка за этими напыщенными индюками- Божьими воинами. Это кого хочешь, выведет из себя.
Святая мать с нетерпеньем выжидала непонятно чего, лазутчики из обслуги Патриарха, сообщили им о важных событиях со страхом и надеждой ожидаемых монахами, речь шла о предсказаниях, но больше никаких подробностей узнать не удалось. Патриарх часто менял слуг опасаясь предательства. Вот и приходилось здесь жить.
Монахиня услышала шум на лестнице и через секунду в зал вбежала ее взволнованная помощница Терезия.
-Ну что случилось?
-Святая мать, к кардиналу прибыл гонец от Патриарха. Вот копия письма. Нам с трудом удалось ее добыть.
Женщина быстро пробежала ее глазами.
-Так, игра началась. Ты сделала, как я сказала? Ради твоего блага надеюсь, что в каждом отряде есть наши люди.
-Да, святая мать. Когда они доберутся до цели, нам сообщат.
-Нет известий от твоего брата, что- то он же должен знать?
-Да, святая мать. Только что прилетела птица.
-Так неси! О Трехликая, за что мне такое наказание.
Терезия принесла свиток, монахиня развернула и прочитала:
-Святая мать!
У наших знакомых ночью был переполох. Их старый дядюшка перебудил всех криками, может они Вас развеселят. " Звенят слова стихий, но, то, что не собрано в месте рождения Света в час рождения Тени не возьмет власть над судьбами".
Ваш друг.
-Так, очень хорошо! Мы уезжаем. Остается святая сестра Излина со своими дочерьми. Подготовь все.
Монахиня поднялась с кресла и подошла к окну. На улицах города передвигались повозки, спешили по своим делам люди. Так, кардинал сделал первый ход, а мы подождем их возвращения, да не оставит нас своей милостью Трехликая, подумала и улыбнулась, предчувствуя благодарность Матери- Абатиссы.