Каваев Игорь: другие произведения.

Наше будущее

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сборник рассказов про Екатерину Мурову, девушку с кошачьими ушами и хвостом, и ее приключениях в дальнем и ближнем космосе. Все что вы любите больше всего - светлая юморная фантастика, русское фэнтези в космическом сеттинге и доброта старой сказки в одном произведении.

  Кошкины именины
  
  Голос Кощея сегодня был особенно резок.
  Причин этому было предостаточно.
  Во-первых, мой обостренный слух кота-баюна.
  Да, да, все называют нас кошками, и среди нашей А-формы такими рождаются только девочки, но из-за некоторых наших боевых качеств мы заслужили почетное звание котов.
  Во-вторых, я вообще болезненно воспринимала все окружающие звуки после двух вчерашних шоколадных коктейлей, выпитых на приеме.
  Не поймите меня неправильно. Алкоголь там тоже был. Вот только он благодаря моему ускоренному метаболизму вообще не проблема. Так что во всем виноваты именно шоколад с молоком, который я и выпила. Два раза.
  В-третьих, и в последних, сидящий сейчас перед нами за широким пультом Кощей Сергий был несколько расстроен вчерашним инцидентом с нашим отрядом на официальном приеме марсианской базы Русичей. Об этом он и вел сейчас с нашим отрядом речь:
  - Ты! Да, ты, Мурова! - заставил он меня снова поморщиться. - Хватит прятаться за спину богатыря.
  - Сейчас так уже никто не говорит, - огрызнулась я из-за своего убежища и оглянулась назад в поисках спасения. - Лет триста как. Правильно - богоносец.
  Выхода не было. Весь наш отряд, два человека, две аномальные формы, включая меня саму, и наш робот стояли между мной и Кощеем, управлявшим поселением Русичей на Марсе. Сложная ситуация. Очень сложная.
  Наш богатырь, он же богоносец, он же командор и он же Влад, решил вступиться за меня:
  - Я уверен, что она не специально. Экипаж еще не успел полностью адаптироваться к смене уровня гравитации.
  Суровое лицо Кощея на мгновение дрогнуло и он провел ладонью по короткому ежику серых волос:
  - Иначе говоря, тот факт, что в поселении установлены гравитационные компенсаторы, вы успешно игнорируете?
  Влад смущенно замолчал и ему на смену выступила пилот нашего космического спасательного корабля "Атомная кошечка", Настя:
  - Почему вы пытаетесь сделать нас виноватыми? Он первый начал к ней приставать, - девушка-алконост возмущенно взъерошила обычно аккуратно сложенные перья на голове, сверкнув густой зеленью.
  - Никто вас не обвиняет, - парировал Кощей Сергий. - Я пытаюсь разобраться в ситуации и вынести решение. Почему ваш инженер молчит?
  Инженер Дима, второй представитель людей среди нашего дружного экипажа после командора Влада, пожал плечами:
  - Я вообще не в курсе.
  - А где ты был?
  - За штанами этому турку ходил.
  Не вытерпев, Кощей взмахнул руками и два его крыла, сложенные за плечами словно накинутый плащ, синхронно повторили его движение, разогнав воздух по залу.
  Наш робот РМ-4 или сокращенно Ромчик, решил не ждать когда приступят к его допросу:
  - Уважаемый Кощей, ведь все сложилось не так плохо. Прежде чем турецкий посол успел напоить Катерину Мурову напитком с кошачьей мятой, та очень вежливо и тактично отпросилась в женскую комнату. В виду неадекватного состояния посла, скорее всего из-за алкоголя выпитого им при встрече, тот пролил на себя напиток. Для избегания дипломатических осложнений было принято решение помочь ему со сменой одежды. Рапорт окончен.
  Со стуком Кощей ударил локтями по пульту и спрятал лицо в поднятых ладонях:
  - В какой реальности вы живете, люди? - раздался приглушенный голос начальника марсианской базы. - Вы ведь только что обвинили представителя Османской империи в общественном распитии спиртных напитков.
  - Давайте я извинюсь! - пискнула я из-за спины Влады.
  - Покажись-ка, - приказал Кощей и я настороженно выглянула наружу. - Уши не прижаты, значит, все делалось намеренно. Ты вылила мяту с медом на посла, а потом вы всей гурьбой насильно затащили его в женский туалет, где заставили надеть штаны другого цвета. Вы хоть знаете, что такие штаны в Османии могут носить только рабские народы?
  - Там оттенок был симпатичный, - хихикнула я и все дружно засмеялись, включая самого Кощея, вставшего из-за стола и возвышаясь над нами всеми своей высокой фигурой.
  - Где ты их хоть достала? Только не говори, что ты заранее все продумала. Хотя конечно ты не признаешься, - рассуждал сам с собой Кощей, меряя шагами зал управления базой из стороны в сторону. - Решено, пусть вами Яга занимается, - он остановился перед пультом, нажав на какую-то кнопку.
  Влад на правах командора невзначай поинтересовался:
  - Кто сейчас выполняет обязанности Яги на базе?
  - Яга, конечно. Настоящая, - рассеянно ответил Кощей Сергий, прислушиваясь к видимо уже доносившимся до него шагам своей соплеменницы. - Или тебе имя нужно? Мира, Мирослава.
  Когда я охнула, все повернулись ко мне.
  - Мимосправа? - переспросила я, хотя и так все было очевидно.
  Имена Яг и Кощеев уникальны, что совсем не удивительно для того скромного количества существ, появившихся еще во времена Первых и чей возраст обычно измеряется в несколько тысяч лет. После ухода Первых оставшиеся представители этого племени почти все перебрались в Русь, чтобы поддержать последнего из Первых, решившего слиться со своим народом. Вот только их осталось совсем мало и наличие двух представителей этого племени на одной базе уже многое говорило о ее важности.
  - Помогите, - еле слышно прошептала я, затравленно озираясь по сторонам.
  - Катя, ты чего? - удивился Дима.
  Круглый зал с экранами, тумбами нумерологических машин и выносными консолями был практически пуст, если не считать специально размещенного в центре полукругом стола и кресла за ним. Решение было принято сразу.
  Не раздумывая, я с места прыгнула через пульт и скользнула под стол, полностью скрывшись из глаз. Хорошо, что Кощеи такие высокие! Даже Влад, который выше любого из нас, был на голову ниже Кощея. Так что места оказалось вдоволь. Если повезет, то меня здесь Яга не найдет. А остальные настолько ошеломлены происходящим, что скорее промолчат, чем пытаться вслепую разобраться в ситуации.
  С легким шипением пневматики разошелся люк входа и раздались мягкие шаги пришедшей Яги:
  - Здравствуйте, - как всегда оптимистично обратилась та к собравшимся. - Рада видеть вас всех живыми-здоровыми, - ее поступь замерла, когда Яга оглянулась. - Кажется, кого-то не хватает? Баюна. А чей это блохастый хвост выглядывает? - вкрадчиво поинтересовалась она.
  - Сама ты блохастая! - парировала я и осеклась. - Ну да, конечно. Ладно, вылезаю.
  Стараясь никому не смотреть в глаза, я неохотно выбралась наружу.
  - Катька! - взвизгнула Мирослава и без усилий одной рукой подхватила меня под мышки, подняв в воздух. - Как же я по тебе скучала! - Яга радостно затеребила мои уши и макушку свободной рукой. - Ты все такая же маленькая. Совсем не растешь. Ты хорошо питаешься? Худая стала.
  Не отпуская меня, отчего мои безвольно свисающие ноги и хвост свободно качнулись в воздухе, Яга повернулась к нашей команде:
  - Я все слышала. Вам на сутки определена рекреационная работа в оранжерее.
  Кощей Сергий согласно кивнул и вышел из зала, оставив нас на растерзание Яге.
  Услышав решение Мирославы, Настя не удержалась от радостного возгласа:
  - Ура! То есть, о нет, только не это, - протянула она, не сводя своих желтых глаз с моей обреченной тушки в цепких руках Яги.
  Я задергалась, стараясь освободиться:
  - Отпусти меня, чудовище! - грозно потребовала я.
  Ладонь Миры снова начала почесывать меня за ухом, отчего я в истоме закрыла глаза, сбросив маску суровости, но попыток избавиться от нее не оставляла:
  - Я кому сказала! Сейчас же поставь меня на землю!
  Не обращая внимания на мои поползновения, Яга Мирослава решила добавить кроме телесных издевательств еще и словесные:
  - Как только прибудем на Землю я тебя на нее поставлю. Обещаю.
  И продолжила:
  - Что же касается вас, то физическая работа в саду пойдет вам на пользу.
  - Я тебя укушу! - пригрозила я Яге.
  Влад нахмурился. Непонятно почему - то ли из-за моих угроз Яге, с которыми вообще мало кто осмеливался спорить, то ли потому что с одним из членов его команды сейчас игрались как с котенком.
  - Ты как маленькая, - деланно огорчилась Яга, осторожно опуская меня на пол. - Чуть что, сразу кусаться. Хватит дуться.
  - Ты меня в прошлый раз чуть не утопила! - возмутилась я ее беспечностью.
  - Я же не специально. Просто чихнула.
  Теперь уже прячущийся за спинами товарищей Дима хихикнул в ладонь.
  - А крылья свои придержать сложно было? Меня на середину пруда вынесло, - не унималась я.
  Мира развела руками:
  - Извини, но это рефлекс. Как твое дерганье хвоста сейчас.
  Опустив глаза, я заметила, что кончик моего хвоста так и ходит туда-сюда. Перехватив его на лету, я завела хвост за спину вместе с руками:
  - Это не оправдание, - сказала я, отворачиваясь от нее.
  Сокрушенно Яга опустила голову вниз:
  - Вот ты и выросла. Совсем свою наставницу не любишь.
  - Наставницу? - повторил вслух РМ-4, несколько раз щелкая внутри себя реле, перерабатывая по-новому услышанное про меня и пришедшую Ягу, в то время как остальные во все глаза смотрели на нас двоих.
  
  Марсианская база "Озерная" располагалась внутри глубокого ударного кратера.
  Главное ее отличие, которое и дало название базе, было в наличии замерзшего водяного озера посередине воронки. Большие размеры кратера позволили не только создать опорную точку для Землян, но и превратить это место в настоящий город с населением в несколько десятков тысяч человек и А-форм. Озеро теперь не было куском льда - там разводили рыбу, водоросли, купались дети. Вокруг разместились оранжереи и фруктовые посадки. В одном из таких яблоневых садов мы и оказались.
  Сами деревья были высажены в специальных емкостях, куда подводилась вода и питательные вещества. От этого яблок было много и ветви провисали под их тяжестью. Наверное поэтому стволы и ветви деревьев были облеплены ячеистым каркасом, от чего походили на воинов в кольчугах.
  Дорожки вокруг представляли собой слой дерна, привезенного спецтранспортом с Поволжья и были густо покрыты зеленой травой. Топтать ее было жаль, поэтому все снимали с себя обувь. Только наш Ромчик напяливал на свои механические ноги калоши, чтобы своим весом ничего не помять.
  Растормошив замершую от удивления Настю, я как была, босиком, подбежала к сидящей невдалеке на складном стульчике Яге.
  - Вот, подарок, - протянула я ей длинную синюю ленту.
  - Хочешь связать меня? - лукаво улыбнулась Мирослава.
  С Ягой уши надо держать настороже - и в прямом и в переносном смысле.
  Когда живешь так долго как они, то самый тупой из нас научится разбираться в людях. А вот Ягу или Кощея никто не посмеет назвать глупыми или недальновидными. Иногда даже кажется, что они могут читать мысли, но это все их огромный опыт общения с людьми.
  Понятно, что унижение иностранного посла враждебного государства сторонним экипажем космического корабля выгодно для политики.
  С одной стороны это свидетельствует, что Османская империя начинает понемногу набирать обороты в своем продвижении на мировой арене, а с другой показывает их слабость, если они не могут или не хотят заступиться за своего соотечественника. Тогда выходит, что наша сегодняшняя работа по сбору урожая не наказание, а способ задержать нас на некоторое время на территории базы.
  Зачем?
  Показать, что нас не наказали за нарушение правил?
  Или мы для них как страховка на случай непредусмотренных ситуаций?
  Скоростной корабль, способный совершать быстрые рывки между планетами Солнечной системы. Способный перевезти что-то небольшое, что нельзя передать по радио.
  Дальше гадать бесполезно.
  - Хочешь связать меня?
  - Только твои крылья, - охотно пояснила я, разворачивая ленту в руках.
  Мирослава искоса посмотрела на меня, принимая решение.
  - Боишься? - надавила я на ее слабое место.
  Медленно Яга встала, словно гряда грозового облака накрывая меня своей тенью:
  - Боюсь? Я? - переспросила она, внезапно понизившимся голосом. - Я, ведшая армию за армией на штурм последнего оплота Древних? Давай сюда свою нитку.
  Не мигая, исподлобья глядя прямо в ее глаза, я протянула ей комок синей ленты.
  Словно не веря, Мирослава взяла из моих рук ткань и сильным рывком разорвала надвое, отбросив в стороны:
  - Дерзкая девчонка! - на высоких тонах выпалила она. - Говори, что ты задумала!?
  - Сыграем? - охрипшим голосом спросила я.
  Среагировавший на выброшенный мусор автоматрон подполз собрать обрывки ткани и Яга нетерпеливо отпихнула его ногой в сторону.
  - Так ты из-за меня из дома сбежала?
  - Я выросла! - зло выкрикнула я. - Я не кукла и не домашнее животное! Ты играешь?
  - Хорошо, - слишком спокойно согласилась Мирослава. - Что ты хочешь?
  - Правду, - я снова уставилась прямо в ее глаза, не давая ей отвести их в сторону.
  - Если ты проиграешь, то вернешься к отцу. Согласна? - тихо спросила Яга.
  Кивнув, я развернулась к своим, снова пихнув с дороги полусферу автоматрона.
  - Народ, у нас соревнование, - громко прокричала я, обращая внимание экипажа. - Мы пятеро против Миры... Мирославы. Кто соберет больше яблок.
  Отобрав из рук Насти надкусанное розовощекое яблоко, я по одному вынула из ее подола уже собранные фрукты:
  - Снова яблок обожрешься, будет живот болеть.
  Откусив от ее добычи, я критично смотрела нашу команду.
  Влад спокойно ждал моего решения. Дима недоверчиво смотрел на Ягу. Настя украдкой посматривала на деревья, видимо, все еще представляя как снова лопает в одиночку все собранные яблоки. Один РМ-4 задрал голову вверх, рассматривая далекий купол базы с установленными на нем световыми преобразователями.
  С робота я и решила начать:
  - Ромчик, на тебе ящики. Будешь носить их за нами, так мы быстрее соберем урожай и не так сильно устанем.
  - Влад и Настя, на вас сбор яблок с нижних веток. Коммандер, будешь нагибать высокие ветки, для тебя их металлическая основа не проблема.
  - Дима, твоя задача средний уровень. Я видела на складе механические ходули, они твои.
  Я осмотрелась в поисках возражений или дополнений.
  - Согласны? Тогда на мне верхушки. Кошка я или нет? - я оглянулась на Мирославу, неспешно надевающую фартук и подготавливающую корзины. - Будет тяжело, но надо справиться. Пошли, - приказала я, бросая огрызок яблока к лапам осторожно кружащегося вокруг нас автоматрона.
  
  Не удивлюсь, если кроме Кощея и Яги на базе есть еще и леший, вон яблоки какие вымахали.
  Вспомнив детство, я ловко забралась по ветвям.
  Пусть я взрослая, но благодаря каркасной опоре ствол и ветки выдержали меня.
  Сверху хорошо было видно стройные ряды деревьев и Миру, к которой ветви словно сами по себе склоняли ветки, сбрасывая урожай в подставленную корзину.
  Наши тоже постепенно втягивались в работу.
  Вот богоносец без труда склоняет армированную кольчугой ветку и Настя весело сразу двумя руками начинает срывать плоды. А вот он отвлекся на проскрипевшего механикой Диму, выросшего сразу в два раза, и наша жар-птица-алконост, не успев отпустить ветку, болтается в воздухе. Наверное, я также выглядела, когда Яга мучила меня при всех.
  Сзади, стараясь не смотреть на нас, идет РМ-4 с огромным ящиком в вытянутых руках.
  Ромчика можно понять.
  Труд в качестве профилактики полезен только живым. Но не бросать же ему нас в самом деле в такой ответственный момент?
  Автоматроны могут все сделать лучше и быстрее, но ничто не сближает людей так как совместный труд. А работа на земле полезна еще и тем, что не дает нам забыть свои корни.
  Не только здесь, в космосе.
  Самые старые космонавты все как один копаются на грядках своих усадьб.
  И не потому что нас в школе и на обучении профессии регулярно возят на поля.
  Наше мышление формируется нашей средой обитания.
  Каждый из Русичей может действовать в одиночку, как охотник или добытчик, собирая ягоды. Но суровый климат, хищные животные и враги приучили нас действовать сообща. Помнить, что держась друг за дружку мы сила, которую никому не сломить.
  Да и урожай за короткое лето сообща проще собрать всем вместе, чем по одиночке.
  Быстро обирая верхушки яблонь, я наполнила первую корзину Димы, а оттуда он все передал Ромчику. Впрочем, и он сам не отставал от нас, обрывая яблоки.
  Самое плохое, что шли мы практически вровень.
  И закончили каждый свой ряд одновременно.
  Критически осмотрев собранный урожай, я решительно заявила:
  - Ничья!
  Яга задумчиво кивнула, соглашаясь:
  - Согласна. Что будем делать? Разойдемся миром?
  Задумавшись, я прокрутила в голове мысли.
  Власти надо мной она не имеет, что хорошо.
  Что она задумала, мы не знаем, и это плохо.
  Я быстро вскинула глаза на нее от своей догадки:
  - Второй тур!
  Мирослава приподняла крылья над плечами и я вслед за ней прянула ушами:
  - Ты так хочешь вернуться домой? Тогда я выбираю испытание. Рыбалка.
  Отшатнувшись, я отступила на всякий случай от нее:
  - Ты меня реально утопить хочешь? Лучше тогда яблоки поштучно пересчитать и так выбрать победителя.
  - Боишься? - ехидно повторила Яга мои слова. - Ах, я же забыла, все кошки не умеют плавать.
  - Я умею.
  - Да, конечно.
  - Я правда умею.
  - Как скажешь.
  - Я бы тогда сама выплыла, это ты меня в воду внезапно столкнула.
  - Ты такая еще маленькая, все боишься признавать свои недостатки.
  - Не боюсь!
  - Ладно, только не плачь.
  - Рыбалка так рыбалка! - рассердилась я. - Дай только острогу найти.
  С оружием наперевес, а Яга с удочкой, мы вышли к озеру.
  Присев, я рукой пощупала воду. Терпимо. Особенно для Марса.
  Чтобы вода случайно не залила обувь я на несколько шагов отошла и замерла. Миросалава смешно сморщилась и закрыла ладонью рот, как все люди отворачиваясь от меня и конечно оказавшись ко мне своей спиной. Спиной с крыльями!
  Взвизгнув, я опрометью кинулась в сторону под ее веселый смех.
  Решив не реагировать на провокации, я все-таки сбросила обувь. Закатав штанины комбинезона, я сразу вошла в прохладную воду.
  Крупный лосось, серебристой линией скользнул ко мне, и доверчиво выставил рот над водой. Еще одна тень всплыла с прозрачной синевы к моим ногам и нетерпеливо забила на месте хвостом, показывая спину на поверхности. Рыбы явно намекали, что их надо погладить, а еще лучше покормить чем-нибудь вкусным.
  Я опустила острогу:
  - Ты победила, Мира.
  Выйдя на гальку берега, я взяла из ее рук толстое полотенце, вытирая ноги.
  - Не победила. Завтра придем в сад и посчитаем вместе все яблоки, хорошо?
  - Ладно, - устало махнула я рукой, отправляясь за своими.
  Заметив, как я ежусь от холода, Влад накинул мне на плечи свою куртку, включив обогрев. Так мы и дошли до своих кают на базе. Дима о чем-то болтающий с Настей, РМ-4 с добычей в манипуляторах в виде галош для роботов и мы двое, заложники Кощея с Ягой.
  
  Назавтра с утра, не вытерпев, я сама примчалась к Яге, чтобы получить от ворот поворот:
  - Ты хоть умывалась? - первым делом спросила она. - Иди, поешь сперва, ваша команда уже собралась в столовой. Вам там стол накрыли.
  Делать было нечего, пришлось идти.
  От всех переживаний мне кусок в горло не лез.
  Настя тоже как птичка немного поклевала с тарелки, аппетита у нее не было.
  Влад как все богоносцы в еде был умерен и неприхотлив - заказал себе манную кашу с маслом. Это он на обеде свое наверстает, когда организм получит дневную раскачку.
  Дима ел как все люди с удовольствием и сдерживаясь от вопросов по поводу меня и моих взаимоотношений с Ягой.
  После завтрака к нам присоединился Ромчик и мы пошли к яблоневому саду.
  Над оранжереями уже включалось освещение и поэтому казалось, что над кронами деревьев поднимаются столбы жемчужного света, а сама листва сверкала зеленью, какой никогда не увидишь на Земле.
  Нас выбежал встречать дежурный автоматрон и Насте пришлось шугануть несколько раз нахальную машину, прежде чем та поняла что ее помощь не требуется.
  Скрестив руки на груди, Мирослава сверху вниз наблюдала за нами.
  Почему-то рядом с ней стоял вчерашний автоматрон и поднявшись на передних лапах смотрел на нее, не отрываясь. Когда Яга опустила руки, он сразу отбежал от нее на метр и встал в прежнюю позу готовности.
  - Явились? - спросила Яга. - Тогда рассаживайтесь, сейчас начнем подсчет.
  Походя я сорвала с ветки пропущенное яблоко и предложила Насте, но та отмахнулась от него с видом полной пресыщенности.
  Машины высыпали урожай из ящиков в сборочные агрегаты и каждая выдала результат. Посмотрев на цифры, Влад ободряюще положил руку мне на плечо. Мы выиграли.
  С наглой улыбкой я хрумкнула яблоком и вызывающе посмотрела на Миру.
  Нервно дернув крыльями, Яга приказала автоматронам заново сосчитать урожай.
  Не успела я доесть яблоко и почувствовать, как ко мне вместе с настроением возвращается аппетит, машина подтвердила результат.
  - Как!? - возмутилась Мира. - Она сломана. Расхождение должно быть не больше двух процентов, а здесь почти пять. Я ведь вчера еще все считала. Автоматроны, срочно техника ко мне!
  Переглянувшись, наш экипаж, не сговариваясь, решил вернуться назад, оставив Ягу саму разбираться в случившемся.
  - Вот казалось бы, сколько уже живет, - не вытерпел первым Дима, - а проигрывать совершенно не умеет.
  Влад на правах старшего пояснил:
  - При ее опыте и знаниях, редко совершаешь ошибки.
  - Все же мне ее немного жаль, - подал голос Ромчик, который по своим вычислительным мощностям скорее всего не уступал ни Яге, ни Кощею. - Когда все просчитываешь заранее, обидно видеть срыв планов.
  Промолчав, я немного отстала, поравнявшись с тяжело плетущейся позади Настей.
  Обняв алконоста за талию, я другой рукой погладила ее плотно набитый животик, от чего она счастливо зажмурилась, расплываясь в широкой довольной улыбке до самых ушей.
  Как ни крути, мы все - те же самые дети, только умнее, выше и тяжелее.
  И в чем-то всегда останемся маленькими.
  Мне ребенком хотелось быть похожей на наставницу и я выучилась на пилота, управляю специализированными скафами, которые дают нам способность переносить тяжести, работать в отравленной атмосфере или летать среди облаков вместе с птицами.
  Настя маленькой часто тайком совершала вместе с соседскими мальчишками набеги на чужие сады. Больше всего ей нравились яблоки. Вот и сегодня она не удержалась и добралась до запасов Яги, обеспечив нам безоговорочную победу.
  
  За что я больше всего ценю помощников Первых, так это за их ответственность.
  Яга Мирослава проиграла и была готова признать свое поражение не только перед нами, но и перед всеми остальными. Посмотреть на это собрался наверное весь свободный от дежурства персонал Центра управления базой. Кают-компании оказалось для этого недостаточно, поэтому встречу назначили на обеденное время в общей столовой.
  Мне, уже несколько месяцев вместе со всеми нашими шатающейся по космосу, от такого столпотворения было несколько не по себе. Тем более, меня выпихнули на середину, как виновницу этого собрания. Такое чувство, что они проигрыш Яги превратили в развлечение. В какой-то степени мне даже стало за нее обидно и я старательно отводила глаза в сторону, чтобы наткнуться на множество других взглядов - от любопытства до откровенного веселья.
  Что вообще происходит?
  Вставшая передо мной во весь рост Мирослава громко и на весь зал произнесла:
  - Катя, мы договорились, что в случае проигрыша ты бросишь космос и вернешься на Землю.
  Сзади кто-то искренне ахнул и я отчасти обрадовалась этому человеку или аномальной форме, принявшими мое поражение так близко к сердцу.
  - Но ты выиграла, - веско добавила Яга, - и теперь имеешь право спрашивать меня о чем угодно. Что ты хочешь знать?
  Вокруг повисла такая тишина, что еще немного напрягись и услышишь щелчки нумерологических устройств внутри роботов и машин поддержки базы.
  Яги и Кощеи никогда не врали, но заслужить право ответа на любой свой вопрос еще надо постараться.
  Итак, что у нас?
  Османская империя? Отец? Задачи базы? Таинственный груз? Сбор высших аномальных форм Земли в одном месте за пределами родной планеты? Или сразу в лоб про Первых и будь что будет?
  Я открыла рот и неожиданно для самой себя спросила Миру:
  - Я хоть немного заслужила твоего уважения?
  Смотрящая прямо на меня Мирослава опустила голову на несколько секунд, собираясь с мыслями и медленно подняла на меня твердый взгляд:
  - Даже больше, - она отступила в сторону и махнула призывно рукой.
  Цокая маленькими ножками несколько кухонных автоматронов вкатили на свободное место тележку с чем-то огромным, накрытым белоснежной тканью.
  Недоуменно оглянувшись я наткнулась на улыбки вокруг и какую-то внутреннюю готовность собравшихся. Не может быть!
  - Ловите ее! - первой скомандовала Мира и сама показала пример, ринувшись на меня.
  Ловко нырнув между ее ног, я стремглав бросилась между самыми малолюдными рядами столов, уворачиваясь от протянутых рук.
  Хищно расставив крылья, Яга кинулась следом, кончиками маховых перьев сметая со столов все попавшиеся стаканы и тарелки, со звоном сыпящимися за ней следом. Погоня продолжалась недолго, все же я здесь была не единственная А-форма, да и натренированных людей хватало.
  Тормоша и легонько дергая за уши, как я их только не прижимала, меня поставили перед тележкой с испеченным на всех гигантским яблочным пирогом из собранных нами яблок. Мира, цепко держа меня за плечи и не давая вырваться, украдкой шепнула мне на ухо:
  - Я люблю тебя, дочка.
  И я впервые не стала возражать против того, чтобы она звала меня дочерью.
  
  
  
  Нянька
  
  - Тогда Ведьма сказала Белой Принцессе: "Ты выбрала меня не потому что ты любишь меня, а потому что я победила Черного Рыцаря. Тебе важен не человек, а только самый сильный, каким бы он не был". После чего Ведьма заскочила в полетный костюм и полетела искать сбежавшего Злого Императора.
  - А Ведьма злая? - перебила меня кроха за моим плечом, увлеченно согревая дыханием мою оголенную шею.
  - Не знаю, - отмахнулась я. - Просто Ведьма.
  - Глупый, - парировала вторая малявка под моим боком с другой стороны, снова упираясь своим острым локотком в мой бок. - Если бы она была злой, то дружила бы с Императором и не дралась с Черным Рыцарем.
  - Они потом поженились? - сзади на мое кресло навалилось всем весом детское тело.
  - Нет, - ответила я, когда никто не рискнул что-то добавить.
  Перевесившись через спинку кресла напротив меня, еще один малыш решил добавить новых сложностей в услышанное:
  - Почему Ведьма назвала себя человеком, она ведь А-форма?
  Мне в который раз за этот вечер захотелось разбить планшет со сказками о свою голову. Этих восьмерых детей только с большой натяжкой можно было назвать детьми, настолько они были въедливы в своих вопросах. Как... какой-нибудь Кощей на военном допросе.
  - Папа говорит, что А-формы нормальные, - подал голос один из моих подопечных с соседнего ряда кресел.
  - А что значит "нормальные"? - опять кто-то сзади.
  - Катя, что такое "нормальные"? - сразу конкретизировала моя соседка, обращаясь напрямую ко мне.
  - Такие же как все.
  Из-за кресла спинки впереди заговорил еще один ребенок, наверняка Водяной:
  - Моя мама говорит, что я у нее самый лучший.
  - Пф, мои родители также говорят, - возразила девочка на другом ряду.
  - И мои, и мои, - загомонили остальные малыши.
  - Вы все хорошие! - решительно сказала я, складывая планшет и пряча его в карман на спинке впереди. - А теперь, как мы договаривались?
  Дети недовольно заворчали, но начали самостоятельно расправлять покрывала и вытаскивать подушки. Теперь они лягут спать, а я смогу немного передохнуть от них.
  Я опустила веки, чтобы переключиться на вторую нервную систему, и сразу открыла от внимательного взгляд напротив. Маленький водяной залез на спинку и вовсю таращился на меня.
  Подняв брови, я вынудила его признаться:
  - Мне страшно.
  - Отчего?
  - Робот страшно смотрит.
  Посмотрев на дальний конец коридора аэробуса, я увидела мерно вспыхивающие и гаснущие желтые глаза робота, про которого говорил мальчик.
  - Он тоже спит. Если зеленый, значит, он на страже, если желтый - дежурный режим, запомнил?
  - Мне все равно страшно, - потупив глаза, шепотом признался ребенок.
  Я вздохнула:
  - Хорошо, сейчас приду к тебе.
  Уже засыпающая девочка рядом сонно протянула, видимо решая, плакать ей или не стоит:
  - Ты же вернешься?
  - Да, спи, - я успокаивающе погладила ее по волосам и пересела к водяному.
  Полумрак салона убаюкивал и дети начали один за другим засыпать. Ворочанье с бока на бок постепенно сменялось посапыванием и равномерным дыханием. Ребенок рядом заснул и я, согретая теплом его тела, тоже провалилась в полудрему.
  Проснулась через полчаса.
  Не сама, а от боли в хвосте.
  Малыш рядом со мной во сне ухитрился захватить мой хвост и теперь сжал его своими челюстями. Видимо зубы режутся.
  Осторожно разжав его рот, я освободила промокший от слюны хвост. Зубов у водяного как таковых не было - это были роговые пластинки для пережевывания водорослей и растительной пищи. Водяные травоядные, а вот будь на его месте русалка, тогда моему хвосту не поздоровилось бы - они хищники и зубы у девочек довольно острые.
  Интересные эти водяные - чтобы в одном виде рождались сразу и хищники и травоядные, довольно редкое явление.
  Краем его одеяла я вытерла слюнявый хвост и вернулась на свое место.
  На этот раз мне не удалось даже закрыть глаза.
  Разбуженная моим появлением девочка запросилась в туалет.
  - Сама иди, - тихо прошипела я.
  - Я боюсь, - запела она ту же самую песню.
  - Робота? - уточнила на всякий случай я.
  Та кивнула.
  Или неподвижность робота сбивает детей с толку, или они думают, что нашли мое слабое место.
  Пальцами я захватила ремни на спине комбинезона девочки и подняла ее на вытянутой руке.
  - Меня можно двумя руками нести, - терпеливо повернул голову в мою сторону ребенок.
  - Это как? - скривилась я. Не хватало еще, чтобы всякая малявка мне указания давала.
  - Возьми меня под мышки, - попросила та.
  Пришлось взять и нести ее, наблюдая как та смешно подтягивает к животу коленки.
  Посадив девчонку на горшок, я еще раз осмотрела аэробус.
  Вроде все нормально, все спят. Надо же, она тоже заснула.
  Усмехнувшись, я натянула спящей девочке комбинезон и также на двух руках отнесла ее назад. К счастью, она так и не проснулась.
  Спать расхотелось от слова совсем.
  От нечего делать я зашла в рубку управления.
  Плотно закрыв за собой двери, я включила связь.
  На Венере можно использовать только дециметровые радиопередачи, поэтому видеозвонки не в почете. Нацепив на голову тяжелые наушники, я услышала характерные трески разрядов и белый шум эфира.
  - Влад, ты здесь? - негромко произнесла я.
  - Да, Катя, - сразу отозвался далекий голос. - Ты как?
  - Нормально, - улыбнулась я, - как все. Когда вы заберете меня отсюда?
  - Считай это подготовкой к более серьезному этапу, - я почти почувствовала как он сам улыбается в ответ. - Тяжело?
  - Дети, - коротко пояснила я. - Их слишком много.
  - Не любишь детей?
  - Никогда не любила, - честно призналась я. - А теперь люблю их еще меньше.
  - Я думаю, что ты будешь хорошей матерью, - неожиданно сказал командор.
  Это что? Он так меня поддерживает?
  - Не думаю, - покачала я, едва не уронив наушники не слишком приспособленные к моим кошачьим ушам на макушке. - А тебе нравятся дети?
  - Да.
  - И что это значит?
  - Что-нибудь это определенно означает, - с ним никогда не бывает просто.
  Мне захотелось расцарапать ему лицо. Или спину. В зависимости от того, как будет развиваться ситуация.
  - Кто-то отозвался? - спросила я после непродолжительного молчания.
  - Да, два корабля направляются в нашу сторону.
  Я закрыла глаза, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями:
  - Это, с учетом противостояния Марса от Земли за Солнцем, должен быть самый насыщенный участок перелетов.
  - Прости.
  - Нет, не надо. Я свяжусь.
  - Постой... - но я уже отключила радио.
  Вернувшись на свое кресло, я приказала себе заснуть.
  
  Утро встретило меня все таким же молчаливым взглядом вспыхивающих и гаснущих глаз робота. Снаружи был все такой же день. Сутки на Венере длятся примерно половину от ее года, поэтому Солнце нам будет светить еще месяца полтора или меньше. Впрочем, это не важно.
  Главное сейчас решить, что делать дальше с детьми?
  Может, стоит накинуть полотенце на голову робота? Правда, тогда он будет выглядеть как мертвый. Нет, и так хорошо.
  Один за другим просыпалась малышня.
  Отдав им команду всем сходить в туалет, я вытащила запасы воды.
  Разлитая по стеклянным бутылкам с армированной сеткой из металла, вода внушала спокойствие. Теперь надо повторить вчерашний ритуал.
  - Вы хорошо себя вели, - излишне весело провозгласила я, - поэтому сегодня зубы можно не мыть. Умываться тоже не надо, - быстро добавила я, ловя у кого радостное, а у кого и разочарованное выражение личика.
  Выстроив всех по росту, я каждому отмерила положенное количество воды.
  Не решаясь пить без моей команды, дети настороженно ожидали.
  Я встала:
  - Все помнят, как надо пить воду?
  Ребятня закивала, но я на всякий случай повторила недавние инструкции:
  - У других воду не отбирать! Отшлепаю! - первым делом пригрозила я. - Но можете сами ею делиться. Пить медленно, небольшими глотками. Первый глоток подержать во рту пять секунд.
  На самом деле хватит и трех, но они нетерпеливые, поэтому время я изначально дала с запасом, учитывая их разбалованность.
  Подняв в воздух свою порцию, я показала пример того, как не спешить выпивать одним махом всю воду.
  Теперь их надо чем-то занять до обеда, а там повторить выдачу воды.
  - Катя, ты нам почитаешь? - спросила девочка с соседнего ряда от моего.
  - Конечно, - кивнула я. - Только книгу возьму.
  - Я принесу! - подхватился самый шебутной, бросившись за планшетом.
  - Стой! - рванулась я за ним, останавливая сорванца, но тот уже жал на кнопки устройства.
  - Не включается, - разочарованно протянул мальчишка.
  Я силой отобрала у него планшет и нажала пару кнопок:
  - Нет, все хорошо, он работает.
  - Погас, - разочарованно протянула еще одна малышка рядом, взобравшись с ногами на пассажирское кресло и заглядывая под мою руку. - Ты сломал его, дурак! - и попыталась ударить своего товарища маленьким кулачком.
  - Не ругаться! - пресекла я попытку выяснения отношений между детьми. - Никто не виноват.
  Не объяснять же им, что планшет был сломан с самого начала и я все истории вытаскивала из своей головы?
  Подожду немного и снова его "включу". Если никто не станет лезть слишком близко, то получится их обмануть еще раз.
  В любом случае, их надо чем-то занять.
  - Хорошо, - приняла я решение. - Сейчас все играем в медитацию. Наше слово будет... Дождь.
  - Катя, ты не уйдешь от нас?
  - Разве что в рубку пилота, - рассмеялась я, но дети оставались серьезными, поэтому мне пришлось сказать правду. - Я буду с вами. До самого конца.
  Развернувшись, я с удивлением увидела, что рубка вдруг с бешенной скоростью удаляется от меня. Это могло означать только одно - я лечу. И лечу по коридору, в конце которого меня ждет много угловатых и жестких предметов. Кувыркнувшись в полете, я развернулась навстречу своему падению, но тут аэробус снова поменял положение и меня со всей силой стукнуло об угол кресла.
  
  Я снова маленькая.
  Проносившись весь день в играх и приключениях, я тайком пробираюсь на кухню и пока никто не видит, жадно припадаю ртом к крану. Конечно, когда ты разгорячен и весь вспотел, нельзя пить холодную воду, иначе простынешь. Но эта вода из крана такая вкусная, и ее так много, что я не могу оторваться и пью, пью, пью.
  Дернувшись, я очнулась из забытья.
  Нет, все правильно.
  Дети растрясли единственный запас воды и споили ее мне.
  Перед глазами замелькали черные всполохи и я обмякла, так и не встав на ноги.
  Отвернув губы от горлышка бутылки с водой, я отказалась пить.
  Что они наделали!?
  В своем желании помочь единственному взрослому, они практически лишили себя воды, сократив время нашего выживания на планете.
  Заставив разлепить веки, я осмотрела своих подопечных.
  Целые. Ну и славно.
  Еще в полете я видела краем глаза, как разворачивались защитные коконы на креслах, захватывая и пряча внутри себя своих пассажиров.
  Почему меня все еще так колышет?
  Даже несмотря на сотрясение, я должна уже стабилизировать организм.
  Значит, землетрясение или венеротрясение еще идет.
  - По креслам! - скомандовала я. - Толчки еще идут.
  Послушно дети разошлись по своим местам, оставив меня лежать в проходе.
  Ладно, можно и так полежать.
  Если надорваться сейчас, то спастись не удастся никому.
  Толчки это хорошо.
  Наземные станции регистрируют сейсмическую активность, а это поможет сузить район поисков. Теперь уже не половина планеты, обращенной одной стороной к Солнцу, а небольшой участок. Может быть с континент размером, да хоть четверть поверхности, но шансов больше. Надо только добраться до радио и связаться снова с Владом.
  Приподнявшись, первое, что я увидела - это робота.
  Хорошо я его все-таки закрепила. При таком весе ведь могло и сорвать, тогда и сами дети могли пострадать. Окуляры машины на неподвижной металлической голове покрытой окалиной все также мерно зажигались и гасли, показывая еще теплящуюся внутри жизнь. Заходя в рубку, я дружески похлопала старичка по частично оплавленному сочленению плеча. Он молодец, что ни говори. Даже после столкновения с солнечником, прыгнувшего перед аэробусом из-под облаков, роботу удалось посадить машину без повреждений. Вот только для внешнего ремонта его запаса прочности оказалось недостаточно.
  Дети выглядели тревожно, поэтому я не стала закрывать двери.
  Наушники все так же сползали с головы, но мне удалось их приладить, опустив дугу крепления себе на затылок. На шею я нацепила полукруг ларингофона. Теперь я могла проговаривать слова про себя, а мой собеседник слышать прямую речь.
  - Влад, мы оказались в зоне сейсмической активности. Сможешь локализовать зону поиска с помощью датчиков?
  - Уже выполняю, - с готовностью отозвался богоносец. - Есть.
  - Сколько там вышло? - не удержалась я.
  - Около пяти миллионов квадратных километров.
  - На моем летном костюме радиолокационные отражатели должны быть еще целы. Втроем вам даже не придется спускаться до зоны облаков.
  - Есть проблема, - Влад тяжело замолчал. - Корабли ушли.
  - Причина? - только и смогла я спросить.
  - Этот участок признали штормовым. Слишком опасно.
  Это Венера.
  Полностью скрытая облаками из серной кислоты, несущимися со скоростью вдвое выше скорости ветра в земном смерче. Раскаленная до пятиста градусов. С давлением на поверхности как на километровой глубине земного океана. Облучаемая солнечной радиацией как в открытом космосе. Сотрясаемая постоянными подземными толчками. Раздираемая выбросами лавы. А во время бури интенсивность ударов молний возрастает вдесятеро, что в несколько раз выше, чем на Земле, но все выглядит как обычно. Также страшно.
  И здесь живут люди.
  Наши, Русичи.
  Эта планета по всем расчетам будет преобразована раньше для нормальной жизни чем Марс, который заселяется совместными усилиями всех народов.
  Пока же мы спускаем в атмосферу воздушные поселки, которые вместе с облаками полностью облетают планету за четверо суток. Разводим солнечников, квазиживые организмы, со своими накопителями энергии и сильным магнитным полем. Строим защитный экран на орбите, который словно зонтик закроет планету от жестокого солнечного ветра и не позволит Венере быть такой буйной.
  - Попытайся снова запеленговать нас по радиосигналу, - почти попросила я.
  - Не выходит, Катя. Буря путает передачи.
  Эти слова означают, что отражатели не помогут.
  Оглянувшись назад, я увидела детские лица. Они смотрели на меня, единственную старшую среди них, оставшихся на время без поддержки взрослых и общества. Успокаивающе кивнув им, я вернулась к разговору:
  - Влад, у нас проблема. Мы потеряли запас воды.
  - В системе охлаждения есть дистиллят, - отозвался Дима, наш корабельный инженер.
  - Сколько можно отобрать до того как система накроется? - сразу спросила я.
  - Около трех литров. Это внутренняя часть циркуляции. Температура поднимется на несколько градусов.
  - А дальше?
  - Дальше будет скачок с десяток единиц.
  - Паршиво, - подытожила я, замолчав.
  Повышение температуры приведет к повышенному потоотделению, следовательно, и к более высокому расходу воды организмом. Дистиллированная вода еще та гадость, но если найдется соль, то дело поправимо. Так от совсем чистой воды больше вреда, чем пользы - внутренние кровотечения, перенасыщение клеток, вымывание полезных микроэлементов.
  Надо найти другое решение.
  - Вы решили, как эвакуируете нас?
  Это самый сложный вопрос.
  Корабль сюда не спустишь - его раздавит давлением.
  Правда, однажды Влад рискнул и вытащил меня с Юпитера. Та еще планетка, но там не было такого дикого давления и атмосфера не была такой плотной, а ниже мы не спускались.
  Использовать второй аэробус для пересадки нельзя - хотя для них предусмотрели спуск на поверхность в случае аварии и есть свой шлюз, но вот бури, выжигающий все предохранители в двигателях не учли. Даже если удастся его удачно посадить рядом, то шлюз для перехода с транспорта на транспорт не подходит. Подсоединить аэробус для подъема тоже не выйдет - элементарно не хватит мощности. И даже в случае успеха в облачном слое ветер мгновенно разорвет связку и мы упадем вниз, погибнув при падении с пятидесятикилометровой высоты.
  - Мы хотим использовать тросы от "зонтика", - вмешалась в беседу Настя.
  Я радостно усмехнулась и сразу уняла сердцебиение. Трос крепкий, такой хотят использовать для создания орбитального лифта на нашей родной планете. Есть одна проблема. Трос можно привязать к аэробусу только зная его точное месторасположение.
  - Значит, - подвела я итог, - мне надо дать вам сигнал. А вам слегка спуститься ниже облачного слоя, чтобы не быть раздавленными давлением.
  - Мы уже думаем, как это лучше осуществить, - успокоил меня Влад, когда палуба под ногами снова дрогнула от подземного толчка.
  Я снова развернулась, проверяя как там дети.
  Вроде все спокойно. Жмурятся, думают, что так и надо медитировать.
  - Катя, - ворвался ко мне механический голос нашего механика РМ-4, тоже робота. - Есть способ ограничить зону поиска.
  - Говори, Ромчик, - попросила я.
  - Внутри каждого робота есть датчик напряженности магнитного поля, - ровно как на учебном занятии пояснил РМ-4. - Если ты вскроешь грудную панель робота, то сможешь вынуть его, что позволит выполнить замер индуцированной магнитосферы планеты.
  - В чем подвох?
  - Тебе придется отключить робота.
  Мы снова замолчали.
  Отключение робота означает его смерть как личности. Логические цепочки полностью обнулятся, эмоциональный блок без подпитки извне мгновенно затухает, не поможет даже резервное питание, которое тоже придется обесточить. Все накопленные за долгую жизнь робота опыт и знания превратятся в набор бесполезных данных. По сути, мне придется его убить своими руками. Убить своего сограждана и соотечественника.
  Не для этого я вытаскивала робота с поверхности.
  - У меня есть идея получше, - предложила я. - Я дам вам визуальный сигнал.
  - Как? - удивился кто-то в эфире.
  Явно не мы одни сейчас слушаем все переговоры.
  - Подорву двигатели полетного костюма. В эту точку и скинете мне трос. Стравите с запасом в полкилометра, тогда должно хватить. Дайте мне только время подготовиться.
  Я отключила связь и, сняв наушники, беззвучно рассмеялась.
  Подготовиться!
  Мне надо только войти в шлюз и залезть в мой скаф.
  Только вот я не успею отойти от полетного костюма на такое безопасное расстояние, чтобы остаться живой после облучения. Значит, надо решить с детьми.
  На корабле все просто.
  Есть командор, его заместитель и первый пилот. В таком порядке они сменяют друг друга по табелю о рангах в случае гибели старшего. Затем идет основной экипаж. Там на себя роль лидера берет самый опытный или инициативный.
  Здесь у меня восемь маленьких детей пяти-семи лет. Пять мальчиков и три девочки.
  Кого назначить старшим?
  Как научить ограничить себя, когда очень сильно хочется есть и пить? Ведь им ради снижения расхода воды придется отказаться от пищи. Оставшейся воды и дистиллята из системы охлаждения хватит на сутки. Еще сутки они продержатся на своих внутренних запасах организма.
  Также надо их научить как пользоваться рацией.
  И решить - страдать им до конца в случае неудачи или объяснить как можно разгерметизировать аэробус?
  Сказать, что это игра или сказать правду сразу?
  А может переложить решение на плечи базы и своих ребят?
  Нет, я возьму ответственность на себя. И все грехи тоже.
  Пальцем я поманила того подвижного мальчугана, который раскрыл мой секрет с планшетом:
  - Начинаем новую игру, - объявила я. - Богоносец! Ты будешь первым.
  Ребенок подошел ко мне и я, присев на корточки, ободряюще положила ладонь на его плечо:
  - Справишься? - серьезно спросила я.
  Малыш отважно кивнул.
  - Хорошо, - я распрямилась. - Сейчас я научу тебя пользоваться рацией, а ты обучишь остальных. Если справишься, то будешь главным. Договорились?
  Новый кивок.
  - Вот и хорошо. Сейчас я закрою дверь, а ты слушай.
  Я рассказала про воду. Рассказала про связь. Рассказала про смерть.
  Иногда единственное, что мы можем - это умереть. В этот день даже ребенок становится взрослым. Так вышло, что он стал взрослым сегодня.
  
  Внешняя створка шлюза отъехала в сторону и мне в глаза ударил желтый свет.
  Такой на Венере день - без солнца и неба, но с желтой твердью над нами.
  Я сделала первый шаг на поверхность и почти ощутила как жар проникает через толстые подошвы. Потрескавшийся грунт с россыпью камней и плоскими пятнами остывшей лавы был раскален как и атмосфера вокруг меня. Настоящая печка.
  И ни деревца, ни одного дуновения самого легкого ветерка. Только ровная как гладильная доска поверхность, простирающаяся до самого выгнутого горизонта.
  В своем скафандре я, скорее всего, сейчас походила на первых големов. Массивное тело с толстыми конечностями и полным отсутствием головы. Голова моя конечно была на месте, не было шлема. Вместо него был бугор над плечами с узкой прорезью видеоискателя.
  Иначе здесь при таких температурах и давлениях не выжить.
  Другие корабли могли привезти скафандры, но все отказались нам помогать.
  Теперь надо дойти до останков полетного костюма и выбрать точку подрыва.
  Лучшее место - впереди носа аэробуса.
  Здешняя атмосфера только в два раза плотнее земной, поэтому ударная волна будет относительно слабой. За счет продольного прохождения радиации дети не пострадают.
  Полетный костюм лежал там же, где я его оставила.
  Только слегка влип в вязкую почву и потерял свои цвета от нагрева.
  Зацепив крыло крюком, я потянула его на себя.
  Динамики донесли скрежет и костюм свалился на бок.
  Откуда эти пятна? Словно сигареты об него тушили. Удары молний?
  Так, вот реакторный отсек.
  Панель заело. Ни внешняя команда, ни управление костюма не давали ее открыть.
  Механическое воздействие тоже не помогло - края спаялись воедино с корпусом.
  Вскрыть резаком?
  Но тогда придется резать до самого ядра и бум будет заметен, вот только привязать трос будет некому.
  Ладно, есть старый, добрый, проверенный веками способ.
  Размахнувшись, я со всей силы встроенных сервоприводов ударила по крышке ядерного отсека. От резкого движения меня всю сотрясло и слегка развернуло.
  На панели появился рубец, а вот мой внешний манипулятор оказался слегка погнут.
  Не годится. Я так разгерметизирую свой скаф и погибну напрасно.
  Над ухом взвыл датчик радиации, сигнализируя об опасности. На глазах панель налилась вишневым от внутреннего жара.
  Ругнувшись, я бегом бросилась в сторону аэробуса.
  Почти добежав до машины, я остановилась. Мышцы от управления скафандром с высокой инерцией элементов сильно болели, а взрыва все так и не было.
  Радиация тоже спала.
  Немного подумав, я вернулась к полетному костюму.
  Температура реактора уже снизилась, правда вблизи фонило сильно, но вроде сама реакция сошла на нет. Это, безусловно, замечательно, потому что нет риска быть подорванной во время полета, но мою задачу данный факт совсем не помогал решить.
  Итак, что еще можно подорвать?
  Взять что-то из аэробуса? Открутить от робота, подключив его к сети аэробуса?
  Подорвать себя?
  - Влад, - негромко позвала я. Теоретически он мог меня слышать, а вот сам скаф его передачи принимать не мог, не хватало мощности усилителей из-за бури наверху. - Если ты меня слышишь. Выходи на орбиту. Так вы скорее засечете вспышку. Я знаю, потребуется время на спуск, но прошу, уложись в двадцать минут.
  На скафандрах этого типа питательные элементы крепились на груди, потому что задняя панель была предназначена для систем жизнеобеспечения. На расстоянии ста метров от аэробуса с детьми, я встала. С щелком отошла защитная крышка. С шипением выпала пломба. На внутреннем экране вспыхнул багровый значок тревоги и начался отсчет времени.
  Заряда аварийного аккамулятора хватит на полчаса.
  Если Влад справится, то у меня будет еще десять минут на крепление троса и ухода с поверхности. Замкнув клеммы, я поставила атомную батарею на поверхность и быстро пошла назад. Я едва успела зайти за боковой выступ аэробуса, как почва подо мною дрогнула и вспыхнул ослепительный свет. Через мгновение ударная волна навалилась на вытянутое тело аэробуса, разворачивая, от чего меня ударило в грудь и сбило с ног.
  Заворожено я смотрела на растущий рядом с нами грязный гриб взрыва батареи, поднимающийся все и выше, выше любого пятиэтажного здания.
  Рука сама дернулась вниз, к бедру, ища запасное оружие, но нет, все хорошо.
  Это Венера. Рядом дети, которых мне надо спасти.
  Вон, даже счетчик радиации молчит. Это не питание полетного костюма, который несет не только свой вес и вес пилота, но и способен выходить на орбиту планеты.
  Перевернувшись на живот, я тяжело встала. Скафандр по массе достигал почти полутонны, так что даже с усилителями такой махиной тяжело управляться. Чтобы немного сэкономить заряд, я привалилась к обшивке аэробуса. Кажется, левое сочленение ноги стало заедать.
  Зайти в шлюз, чтобы снизить температурное воздействие среды?
  Нет, придется отказаться - это и лишний расход аварийной батареи, и возможность пропустить спуск троса.
  Пять минут.
  Десять минут.
  Пятнадцать минут.
  Пот начал течь по моим волосам и лезть в глаза.
  Проклятье, почему я не надела шапочку! Совсем расслабилась. Теперь терпи, баюн.
  Двадцать минут.
  Как же жарко и хочется пить. Кажется, губы трескаются.
  Внутренний запас я оставила детям, так что придется немного пострадать.
  Двадцать четыре минуты.
  Раздался гром. Это не гроза. Это наши. Наконец-то!
  Посмотреть вверх я не могла, но отойдя от аэробуса, активно закрутилась на месте, ища трос. Откуда на нем столько блесток? Катафотов нацепили что ли?
  Как мы и условились, они стравливают трос кругом вокруг эпицентра взрыва.
  Как-то далеко, но они уже удаляются, значит, пора идти.
  Пройдя метров двадцать, я остановилась.
  Четыре минуты. Едва-едва хватит времени, чтобы взять трос и протянуть его к аэробусу. Войти в шлюз я уже не успею. Не факт, что успею его даже закрепить должным образом. Разве что если я прямо сейчас пойду в шлюз, то не изжарюсь заживо.
  Машинально я слизнула с верхней губы соленые капли пота и пошла за тросом.
  
  Незнакомая Яга развела руками:
  - Я ничем не могу помочь. Она полностью закрылась.
  Держа в руках прохладную бутылку с водой, я смотрела перед собой пустым взглядом.
  Мой командор Влад встал перед Ягой:
  - Довольно. Она и так натерпелась больше всех.
  - Мы должны понять как...
  - Хватит, - твердо остановил ее Влад, запуская свой аспект богоносца, отчего воздух в помещении сразу стал тягучим, как венерианский газовый океан где-то там внизу. - Она свою задачу выполнила. Дети спасены. Остальное вас не касается.
  Молча, но явно взбешенная, Яга резко крутанулась и вышла за двери орбитальной базы. Пару секунд Влад ждал, пока не стихнут слышимые только ему и мне шаги помощницы Первых. Затем он встал передо мной и так же присел на корточки, как недавно я перед ребенком, обреченным вместе со мной на смерть. Положив ладонь на мое колено, он попросил:
  - Катя, посмотри на меня.
  Я молча и так же бесчувственно подняла на него глаза.
  - Мы знаем, что ты использовала батарею своего скафандра и по времени никак не успевала вернуться к детям.
  Я продолжала молчать и смотреть мимо него и тогда он продолжил:
  - Но ты успела взять и закрепить трос минимум в одном месте, верно?
  Не дождавшись моей реакции, Влад внимательно заглянул в мое лицо:
  - Тогда объявился кто-то, кто помог тебе и отнес тебя обратно в шлюз, верно?
  Что-то дрогнуло в моем лице, потому что Влад добавил:
  - И он выглядел как человек, только без защитных средств. Правильно?
  - Как? - удивленно прошептала я, словно маленький ребенок.
  Командор поднялся, потрепав меня по макушке и ушам:
  - Между нами, договорились? Проект "Предок". Ветераны войны, будучи уже стариками, отказались умирать, потеряв на той бойне свои семьи и цель в жизни. Они поменяли свои тела на механические, став практически бессмертными и неуязвимыми. Именно они помогают нам в освоении планеты. Когда мы укротим атмосферу Венеры, нас там уже будет ждать развернутая инфраструктура. В принципе, все воздушные поселки сейчас изготавливаются именно ими, а не привозятся с Земли. Вот так-то, девочка.
  Я прыгнула с кресла на ноги:
  - Почему ты не рассказывал раньше?
  - Это закрытая информация.
  - Я с вами, мой коммандер! - Я шутливо отдала честь рукой. - Но сперва...
  - Что? - не понял Влад, когда я протянула руку к его лицу, вспомнив про свое решение там, внизу.
  - Хватит обращаться со мной как с девчонкой!
  И запустила свои когти в его ухо.
  
  
  
  Кошкин дом
  
  Если кто-то попросит меня рассказать о себе, то я буду в замешательстве.
  Ведь когда так говорят, то имеют в виду совсем другое.
  Обычно под этим подразумевают твой социальный статус.
  Для одних это твое положение в обществе. Твои связи, количество денег, как высоко ты стоишь над другими. С кем знаком ты и кто хочет быть знакомым с тобою.
  Для других - это твоя работа. Сколько ты зарабатываешь, кто тебе подчиняется, кто тебя слушает. Что ты можешь себе позволить на заработанное своим трудом.
  Все это спрашивается не потому что ты им интересна. Такие вопросы обычно задаются, чтобы знать, чем ты можешь быть им полезна и как тебя использовать в своих целях. По этим критериям будут решать, стоит с тобой дружить или можно не обращать на тебя внимания, чем ты можешь быть полезна для них и как тебя им использовать.
  Наверное, поэтому мне больше нравится общаться с детьми.
  Они не лукавят, когда просят рассказать о себе.
  Дети всегда говорят прямо, что хотят знать.
  Кто ты?
  Кот-баюн. Выгляжу как девушка, только с кошачьими ушами и хвостом.
  Могу прыгать на большую высоту и спать весь день, если нечего делать.
  Любимый цвет - синий и красный.
  Два прямо противоположных цвета, как моя двойная нервная система.
  Я сама выбираю - гореть или жечь.
  Какие животные мне нравятся?
  Кошки. Да, знаю, я сама отчасти кошка. У меня в детстве была своя кошка. Настоящая, с четырьмя лапами и хвостом с усами.
  Кто из нас главный? У кого была одежда, конечно.
  Иначе говоря, я первая в нашей дружной компании.
  Твоя любимая еда?
  Молоко.
  Могу хоть два литра зараз выпить.
  Правда оно будет булькать в животе и надо будет лечь спать, но это ведь не повод отказываться от лакомства?
  Что ты любишь больше всего?
  Летать.
  Именно поэтому я пошла в космическую службу спасения.
  Наш корабль быстрого реагирования "Космическая кошечка" может совершать броски по всей Солнечной системе за очень короткие промежутки времени, не жалея топлива.
  За свои летные навыки я получила звание второго пилота и право управления полетными костюмами. Заранее никогда не знаешь с чем придется столкнуться, поэтому под моим управлением целый парк таких устройств. Я могу за пару минут выйти на орбиту Земли и выполнить спуск на поверхность, а потом подняться назад, на корабль.
  Что еще рассказать?
  Да, некоторые еще думают, что наши поступки определяют нас.
  Они явно никогда не сталкивались с непреодолимыми обстоятельствами.
  Жизнь сейчас очень спокойная.
  Много энергии, много места для жизни, новые материалы для создания машин и домов, полеты в космос, автоматроны, готовые работать вместо тебя, достаточно еды.
  Мы могли бы не идти в космос. Зачем исследовать что-то, если у тебя все есть?
  Многие так и считают.
  Мы, Русичи, не такие.
  Некоторые связывают наше стремление с экспансией новых территорий.
  Другие полагают, что это связано с тем, что последний из Первых решил слиться со своим народом, став его душой.
  Третьи говорят, что это внутренняя потребность, которая потом сменится апатией.
  Не знаю.
  Но согласитесь, что это здорово за считанные секунды подняться прямо в небо, прорвав звуковой барьер и разогнать ударной волной редкие облака? Когда высь над тобой ничем не закрыта и становится такой чистой как на самых крутых горных вершинах нашей планеты.
  Ты остаешься там наедине с собой и впервые становишься собой.
  Это настоящая свобода быть тем, кем ты хочешь.
  Тем, кем ты себя видишь в этой жизни.
  Ну а поступки?
  Что поступки?
  Если подумать, то нет никакого выбора. Все это самообман.
  Отбрось страх.
  Подави сомнения.
  Осознай главное и ты поймешь, что выбор удел слабаков.
  Ты с самого начала знаешь, что ты должен делать и делаешь это.
  На мой день рождения мы осуществили первую поставку "мертвой воды" с Марса.
  Теперь можно не бояться ран или тяжелых увечий. Мертвая вода, благодаря микроскопическим машинам внутри нее и питательной среде в качестве основы, восстанавливает ткани человеческого тела буквально на глазах. Сколько жизней будет спасено благодаря этому. Не будет нужды устанавливать механические конечности, люди станут счастливее, живя полноценной жизнью.
  На Венере все произошло точно также.
  Что я буду делать теперь?
  Отдыхать.
  У меня отпуск.
  
  - А как же экипаж? - спросил Сергей, наш врач, прочно обосновавшийся на лунной базе службы спасения.
  Я развела руками:
  - Из-за чрезвычайной ситуации на Венере я не могла принимать таблетки, так что теперь, пока не найду отца для своих будущих детей, от работы я полностью свободна.
  - Или пока весна через три дня не пройдет, - пробормотал мужчина, подтверждая со своей стороны необходимость моего отсутствия на корабле.
  - Как говорят в стране Желтого Императора, следуя формальностям, мы упрощаем свою жизнь, а создавая их - разнообразим, - улыбнулась я, махнув хвостом на прощание.
  
  В Море Ясности у меня давно зарезервирован свой личный ангар с принадлежащим мне одной полетным костюмом. Военная модель, переделанная для гражданских нужд. Достаточно скоростная, достаточно маневренная и надежная как наш Влад.
  Как я и обещала, за две минуты я вышла на орбиту Земли и оттуда упала в атмосферу, словно нырнула в кристально чистое горное озеро, до краев наполненное голубой водой с белыми волнами. Свободно падая, я наблюдала, как черное небо надо мною постепенно наливается синевой, а привычные разноцветные светлячки звезд сужаются до невидимых белесых точек. Разряженный воздух начал нагреваться вокруг меня и мне пришлось включить двигатели.
  Совершенно непрофессионально взвизгнув, я совершила несколько кульбитов, вращаясь вокруг собственной оси и после оклика диспетчера передала управление полетом земным службам. Еще не хватало нанизать на себя какой-нибудь стратосферный лайнер, совершающий быстрый перелет между континентами.
  Словно в насмешку за мои выкрутасы, мне дали коридор через облачный слой.
  Увлекая за собой тонкие хлопковые нити случайных тучек, я стремительно скользила над их поверхностью. Нырок и вот я уже лечу над водной гладью, испещренной блестящей рябью волн.
  В устье реки мне дали свободный полет и я сразу сбросила скорость ниже звуковой.
  Портовая зона с изогнутыми шеями кумачово-красных кранов и горчичных грузовых мех, сменилась стройным рядом окрашенных иссиня черным подводными судами. И резко, словно буран посреди зимы, белокаменные здания с золотистыми пластинами солнечных батарей. Ребятишки с удочками на берегу приветливо помахали мне руками и я покачала в ответ боковыми крыльями, снова набирая высоту. Дальше сплошным потоком лились изумрудные луга и только на самом горизонте темнели грозовым фронтом мачты леса.
  Еще пятьсот километров деревьев и я закрутила крутой вираж, выходя на посадку.
  Перед самой землей, я выжала скорость до отказа и полетный костюм встал на опоры, разогнав своим приземлением опавшие листья и пыльцу с ромашек.
  Я дома!
  Соскочив на бетонную площадку, я быстро побежала к дверям. Куртка, отреагировав на смену погоды, начала протестующее гудеть, нагнетая под комбинезон потоки прохладного воздуха, но я уже стаскивала ее с себя. Расстегивая ворот, я толкнула двери и дом, узнав меня, приветливо распахнулся мне навстречу.
  Конечно, это не эко-дом, выращенный какой-нибудь молодой Ягой, который сам по себе живое существо, пусть и не совсем разумное. И не боярский терем, где стаями шмыгают автоматроны, занятые постоянной уборкой. Но и мой дом кое-что умеет.
  Не нагибаясь, чтобы расстегнуть обувь, я один за другим отправила по углам тяжелые форменные ботинки. На ходу ослабляя рукава и стягивая через голову верх комбинезона, я прошла внутрь. Почти дойдя до шкафа, я остановилась и сделала шаг назад, оглянувшись.
  Нет, мне не показалось.
  Блюдечко с чаем и впрямь висело в воздухе над столом, паря горячим на фоне широкого окна.
  - Покажись! - скомандовала я.
  Частями, словно на старой фотобумаге, в воздухе обозначились контуры тела, а затем и сам его хозяин целиком, неуловимо похожий на небольшое сосновое поленце с сучком-носом, сухими веточками рук и ног и копной жестких волос из соломы. Прокашлявшись, домовой степенно пояснил:
  - А меня, вот это, отец твой попросил за домом проследить. Опять же, чтобы мыши не завелись, - Дивей осекся, вовремя вспомнив, что грызуны мой запах на дух не переносят.
  - Это понятно, - отрезала я. - Кто тебе мой самовар разрешил брать?
  Подойдя к столу, я придирчиво осмотрела золотистые бока самовара.
  - Ну так это, чего вещь зазря стоит? Испортится еще. А так при деле, при порядке...
  - Порядке? - протянула я, пальцем проверяя температуру древнего устройства.
  - Он работает. Я самолично проверил... Наверное не стоило...
  - Не стоило, - согласилась я.
  - Так это, ежели вещь в дом куплена, то почто ей зазря стоять? Всяк при деле должон быть... Наверное не должон...
  - Не должон, - передразнила я его. - Ладно, пей уже свой чай.
  - Ты чего вернулась-то?
  - По обстоятельствам, - крикнула я из другой комнаты, переодеваясь.
  - Что за оказия? - не отставал домовой, шумно дуя на блюдце с горячим чаем.
  - Таблетки перестала принимать, вот и отпустили.
  Из светелки звякнуло посудой.
  - Ой радость-то какая, - затараторил Дивей. - А жених-то где?
  Я вышла в своем любимом красном ситцевом платье в белый горошек и злорадно ответила:
  - А нету, - разведя в доказательство руками. - Рассказывай, что нового?
  Вскочивший было, домовой, снова взобрался на высокий для него табурет:
  - А что рассказывать? Отец твой жив-здоров и еще лет сто таким будет. Дела идут степенно, как и должно. Дом тоже в порядке. Ты почто без жениха приехала, окаянная? Вот расскажу отцу.
  - Расскажи-расскажи, - я осмотрелась и решила сама все проверить, а то мало ли что.
  Все чистенько, прибрано и на своих местах. Не считая самовара, который я купила на антикварном аукционе за свою месячную зарплату.
  Выйдя наружу, я прошлась вокруг дома. Стилизованное под одноэтажную избу, здание выглядело прочным и опрятным. Трава аккуратно подстрижена, что хорошо. Стричь я ее не люблю, а жечь каждый раз утомительно. Кроме того, можно так и сарай с пристройкой подпалить. Невысокий заборчик тоже выглядел не расшатанным. В одно лето к дому из леса прибрел медведь, это единственный недостаток большой отдаленности от людей. На этот случай я держала над кроватью ружье. Тогда все обошлось, но от кустов малины пришлось отказаться.
  Вернувшись, я критично осмотрелась.
  - Мебель переставить что ли? Дивей, налей мне тоже чаю.
  Присев, я взяла свою чашку:
  - Где сахар?
  - Вот уж удумала. Вон мед, варенье, сироп кленовый. Ешь, не хочу.
  - Я привыкла на корабле к сахару.
  - Не капризничай. Он вредный, от него зависимость и зубы портятся. Не скалься. Я знаю, что говорю.
  - Не знаю, чтобы я без твоих закаток и солений делала.
  - Не подлизывайся. Все знают, что ты готовить не мастерица. Потому замуж и не берут.
  - Не поэтому.
  - Не дуйся. Жене должон быть характером отходчивым, а норовом покладистым быть.
  - Хоть бы слово хорошее сказал. Блин, я уже как ты говорить начала.
  - Спечь блинов?
  - Спеки. Как раз твои варенья пригодятся.
  - Чем займешься пока? Мебель двигать во время готовки не дам.
  - На речку схожу. Забыла уже, когда последний раз так купалась.
  - Сходи. А я как раз с блинами управлюсь.
  На дворе звенело лето, поэтому купальник для речки я выбрала открытый. Они конечно лучше чем закрытые тем, что быстрее сохнут, но из-за хвоста их устройство несколько отличается. Так как наш хвост является прямым продолжением позвоночника, то трусики надеваются только наполовину попы. Поэтому для баюнов нижнюю часть купальника всегда выпускают со специальными завязками сзади, которые крепятся над хвостом.
  С антресолей я вытащила коробку с большим надувным кругом. Потратив полчаса на надувание, я наконец-то готова. Взяв желтый круг под мышку, я кособоко направилась к дверям. Возле печи уже громыхал посудой и сковородками домовой.
  - В осоке не бултыхайся, - предупредил тот.
  - Что я там забыла?
  - Забыла, не забыла, а щука там завелась, смотри, укусит за пятку.
  - Я уже не маленькая, хватит пугать, - сказала я, распахивая входные двери и нос к носу сталкиваясь с Владом.
  Когда я закончила удивленно хлопать ресницами, наш командор нашел в себе силы поднять глаза, взглянув мне в лицо.
  - Ты что здесь делаешь? - переполошено спросила я, уже совсем не ручаясь за свое поведение в эти последние дни весны.
  - Ты позвала и я приехал.
  На Владе были простые парусиновые брюки и белая рубашка с коротким рукавом, совершенно не скрывающая его мускулов. Поймав себя на том, что уже несколько секунд пялюсь на его фигуру и сейчас откровенно начну ерзать коленками, я перешла в наступление:
  - Дивей, твоя работа?
  Развернувшись, я едва не упустила момент его трюка с исчезновением. Домовые относились к инсектоидам и как любые представители их вида имели различные способности. Сейчас он едва не использовал свою мимикрию, позволяющаю им становиться практически невидимыми в неподвижном состоянии.
  - Дык это, старый я уже мебель за тобой двигать. Чай не маленькая. Вон пусть твой друг тебе поможет. Смотри, какой ладный, да крепкий. Одно загляденье.
  Поддавшись на слова домового, я оглянулась на Влада, стоявшего позади и усиленно что-то рассматривающего на дощатом полу. Посмотрев мне в глаза самым честным взглядом, Влад покраснел, заставив и меня тоже пунцоветь.
  Дивей в этот момент как всегда исчез, решив дать нам двоим возможность самим разбираться в произошедшем. Повторяя про себя, что все это только гормоны и злосчастная весна, я параллельно обдумывала способы как быстро спровадить Влада и заодно в каком именно платье я буду лучше смотреться на нашей свадьбе.
  - Влад, прости меня. Как-то по-глупому получилось. Я сейчас уезжаю. За мастерами. Мне надо печку переставить. Понятно, что ты сам не справишься. Дивей тебя блинами угостит. Дивей! - крикнула я во все горло, заставив Влада вздрогнуть от неожиданности, - Накорми гостя блинами и вызови для него транспорт.
  - Ты в купальнике идешь? - помолчав, спросил Влад.
  - А? - я осмотрела себя, вспомнив про речку и купание. - Сейчас, только окунусь пару раз, надо остыть. Срочно! - и боком, отгораживаясь от Влада кругом, я протиснулась в двери, босиком побежав по гравиевой дорожке, ведущей к реке.
  На берегу я перевела дух.
  Теперь можно и расслабиться.
  Носком попробовав речную воду, я осторожно вошла в реку.
  После купания под горячем душем на протяжении последних месяцев, вода казалось обманчиво прохладной. Не торопясь я обтерла мокрыми ладонями тело и погрузилась с головой под воду. На секунду перехватило дух и сразу стало привычно, словно я никуда и не улетала с Земли.
  Интересно, как Влад сюда добрался? Неужели стал в отгул настолько беспечен, что отпустил машину? Или использовал полетный костюм, как и я?
  Ладно, сейчас Дивей все уладит и я смогу снова передохнуть спокойно.
  Вволю набултыхавшись, я залезла на толстые ветви ближайшей ивы, низко склонившейся над водой. С помощью веревки привязала надувной круг так, чтобы он оставался в тени листьев и с удовольствием забралась на него всем телом как на шезлонг. Сквозь ветви солнце бросало на мое лицо теплые тени вперемешку с пятнами света. Вспомнив про щуку, на всякий случай я убрала хвост под руку, перевесив через обод круга.
  Вода рядом с моими ладонями искрилась редкими зайчиками, словно чешуя русалки. Под стрекот кузнечиков и редкий мерный плеск волн я задремала.
  Проснувшись от шума взлетающего транспорта, я про себя кивнула. Это Влад улетал назад, к кораблю. Мне, конечно, его жалко, но еще больше жалко саму себя. Может, стоило его оставить? Но сделанного уже не воротишь, и я снова начала кивать носом, засыпая.
  Моя дремота донесла до меня удары по воде.
  Рыба, наверное, расшалилась.
  Да что же она никак не уймется? Неужели та самая щука?
  Через силу я разлепила веки.
  На берегу сидел Дима, раздетый по пояс в одних шортах и удил рыбу.
  Какой хороший сон, подумала я, снова засыпая.
  Но очередной шлепок поплавка о воду разбудил меня окончательно.
  Протерев глаза, я убедилась, что Дима мне не снится.
  - Ты что делаешь? - зада я очевидно глупый вопрос.
  - Рыбу ловлю, - как ни в чем не бывало ответил наш инженер.
  - Это я вижу. Что ты делаешь конкретно здесь?
  - Да рыбу ловлю, - начал сердиться Дима.
  - Откуда ты здесь!? - не на шутку возмутилась я, привставая и естественно проваливаясь внутрь надувного круга.
  Отфыркиваясь и выплевывая воду, я вышла на берег, помотав снова промокшими волосами. По тому, как Дима старательно смотрел на поплавок, становилось понятным, что и мое падение и выход из воды не остались незамеченными. Сев рядом с ним и поджав коленки, я уставилась на воду.
  - Тебя не продует? - некоторое время спустя первым нарушил молчание Дима.
  - Нет, - ответила я, чихнув в доказательство.
  - Иди в дом, я скоро приду.
  Посмотрев на его подтянутую жилистую фигуру, я вернулась к своим.
  Влад никуда не уехал.
  Тот шум, который я слышала, очевидно, ознаменовал собой прилет Димы.
  Вместо этого, Влад внимательно рассматривал отодвинутую от стены печку.
  - Я тебе не говорил, - обратился он ко мне, не оборачиваясь, - но мой отец по профессии печник и я ему часто в детстве помогал. Печка у тебя хорошая, универсал. Ее давно надо было переставить. Так и эффективность нагрева повысится и меньше подключений к самому дому придется делать.
  - Дивей, - тоном, не терпящим возражений, обратилась я к домовому, - помоги мне в погребе.
  - Дивей, что делать? Зачем ты еще Диму сюда позвал? - жарко зашептала я, когда он спустился за мной по лестнице.
  - Это не я, - начал оправдываться домовой, для убедительности махая руками. - Это твой богатырь...
  - Он не мой, - прервала я его. - Ты его позвал, вот с ним и разбирайся.
  - Ну и правильно, ну и верно, - затараторил домовой. - Молодой парень всяко лучше этого воина. И дома будет бывать чаще, будете друг на друга день и ночь миловаться.
  Я с размаху влепила себе открытую ладонь в середину лба, ойкнув от боли.
  Помогло. Я вспомнила, что мне надо не жениха выбирать, а избавиться от этих двух.
  - Что он говорил? - решила я прощупать почву.
  - Что говорил? А что он говорил? Говорил, что страдает, что такая красавица его не замечает, а только хвостом перед носом крутит...
  Молча развернувшись, я полезла наверх.
  Во-первых, я замерзла в погребе, находясь там в одном купальнике. Там половину помещения занимал морозильный шкаф с продуктами. Во-вторых, мне стало понятно, что со всем придется разбираться самой.
  Пользуясь занятостью Влада, я тихонько прокралась в свою комнату, снова напялив платье. Заметив, что слишком долго расчесываю щеткой волосы и шерсть на ушах, я решительно себя прервала и вышла для серьезного разговора с моими ребятами.
  Печку уже выставили на середину светелки и Влад аккуратно снимал с нее кожух, ведущий к реактору холодного синтеза.
  Стало кристально ясным и понятным, что пока печь снова не заработает, избавляться от гостей смысла нет. С другой стороны, может и в самом деле пора семью завести?
  - Ты зачем Диму позвал? - напрямик спросила я.
  - С настройкой помочь. Не надо было?
  - А почему он тогда не здесь, а рыбу ловит?
  - Так у тебя весь холодильник полуфабрикатами забит, а так хоть свежей рыбы наловит.
  - Ты в курсе, что он одних карасей наловил?
  Домовой прошлепал мимо с кувшином молока и большой кружкой.
  - Катя, выпей молока, - мимоходом предложил он и продолжил, обращаясь уже к Владу. - Ты на нее, богатырь, внимания не обращай, она, когда голодная, завсегда злая.
  Решив не спорить, пока Дивей не рассказал Владу, что у меня настало время для создания семьи, я уселась за стол и принялась за молоко.
  - Карась тоже рыба, - не унимался Дивей. - Со сметаной да луком очень даже вкусно.
  Подумав, я согласно кивнула головой.
  - Где твои блины? Я, в самом деле, проголодалась.
  - Так не удивительно, - домовой споро накрыл стол. - С самого приезда ничего не ела. Налить еще молока?
  Макая блины один за другим в сметану, посматривала на работающего Влада.
  Он молодец, конечно. Не стал ничего уточнять или откладывать, а явился по первому зову. Дима тоже молодец, хотя он скорее из-за уважения к командору приехал. Кого же выбрать?
  Я помотала головой.
  Не о том надо думать.
  Чего я хочу сейчас на самом деле?
  Летать, естественно.
  А это идея.
  Сейчас доем, сяду в свой полетный костюм и улечу в какое-нибудь безлюдное место.
  Там, глядишь, и весна кончится.
  Решено!
  Дожевывая последний блин, я поднялась из-за стола.
  Уловив мой настрой, Дивей всполошился:
  - Ты куда это собралась?
  - За грибами, - я остановилась, когда на невыразительном лице домового явственно проступило выражение недоверия. - Нет, еще отравлю вас всех. Ягоды пойду собирать.
  Дивей заметался по горнице, вытаскивая лукошко и обувь, более подходящую для леса чем мои босые ноги:
  - Вот, - с гордостью констатировал он, - настоящая хозяйка! Платок наденешь?
  - Я маленькая что ли? - небрежно отмахнулась я.
  - Ну и ладно, ну и хорошо, я потом сам тебе все репьяхи из твоей шерсти повыстрегаю.
  Смутившись, я молча забрала платок.
  Весь мой план сразу полетел в глубины Яви и Нави.
  Во-первых, Дивей вышел вслед за мной, чтобы убедиться, что я иду в правильном направлении.
  Во-вторых, мой полетный костюм стоял наполовину разобранный, а за ним трудился наш корабельный робот РМ-4.
  - Ромчик, ты еще, что здесь забыл?
  Робот встал с корточек и отложил универсальный ключ на одну из открытых панелей костюма как на полочку:
  - Не рада словно, - его светящиеся зеленым светом фотоэлементы иронично прикрылись металлическими веками.
  - Нет, в самом деле? - не унималась я. - Только не говори, что тебя тоже мой домовой вызвал?
  - Привет, Дивей, - махнул РМ-4 своей клешней в сторону домового. - Нет, меня Дима позвал. Сказал, тебе срочно нужна моя помощь
  Невольно покраснев, я тот час отругала себя за это.
  Еще чего не хватало. Сколько они будут здесь собираться?
  - С печкой? - обреченно спросила я.
  - С печкой, - радостно согласился Ромчик. - Приборы для замеров поля только у меня есть. Не бойся, наладим тебе печь, будет как новая.
  Проклиная свою идею, я начала подсчитывать стоимость новой печи. Наверняка они теперь в ней найдут неполадки и доломают окончательно. Накаркала на свою голову.
  - Для справки. Это - не печь.
  - Я знаю, но у тебя задний маршевый барахлит, надо поправить, а то еще спотыкнешься где-то в районе ионосферы. Постой, Кать, не уходи. Ты себя хорошо чувствуешь?
  - А что такое? - не поняла я.
  - Температура тела повышена.
  - Акклиматизация, наверное. Пойду, проверю, как там Дима, а то слишком долго его нет.
  Вприпрыжку сбежав к речке, я увидела Диму. Тот уже закончил рыбачить и с ведром рыбы поднимался мне навстречу:
  - Ты знаешь, что в заводи щука плавает? Здоровая, - с уважением протянул он.
  - Это ты еще моего ручного медведя не видел, - застенчиво шаркнула я ботинком по гравию под ногами.
  - От цыган сбежал что ли? - не понял он моей шутки и я, разочарованно вздохнув, прошла мимо.
  Чем заняться?
  В лес я точно не хочу.
  Там скучно, ягод между собой я не различаю, а еще медведь где-то бродит.
  Я посмотрела на заросли осоки и сама почувствовала, как мои глаза расширяются от новой идеи. Возможно из моей затеи ничего и не выйдет, но пар я точно выпущу.
  Дома я тихонько сняла ружье, бросила на дно лукошка патроны, стащила несколько рыбин из ведра и вернулась к речке.
  Рыба без воды уже уснула и мне без труда удалось закинуть первую из них в проплешину среди зарослей осоки.
  Что-то плеснуло и я, вскинув ружье к плечу, нажала на спуск.
  От резкого толчка меня развернуло и когда я посмотрела на воду, там уже ничего не было, кроме нескольких сбитых картечью стеблей.
  Неожиданно осока всколыхнулась и я вслепую пальнула по воде в том месте.
  С громким визгом мимо промчалось щетинистое семейство диких свиней.
  На всякий случай, мысленно попросив у них прощения, я бросила новую рыбину в реку.
  Ведя рыбу по воде, я среагировала на движение, и лист кувшинки, оставленный случайной лягушкой, исчез в снопе искрящихся на солнце брызг, а его наездница усиленно загребая лапами, помчалась куда-то вдаль по реке.
  Еще попалась водомерка, успевшая ускользнуть из-под выстрела.
  Прыгающая из воды рыба.
  И несколько шустрых стрекоз.
  А потом у меня закончились патроны.
  Счастливая и раскрасневшаяся, я отошла от берега.
  На пригорке стояли все наши - Влад, Дима, Ромчик, Дивей. Даже Настя с чемоданчиком первой помощи.
  Я помотала головой и посильнее зажмурилась, но нет, алконост никуда не исчезла.
  Поудобнее закидывая ружье на плечо, я увидела, как вся группа синхронно отшатнулась.
  - Вы чего!? - закричала я им, помахав свободной рукой.
  - Ты что делаешь? - тихо спросил Влад, но, несмотря на разделявшее нас расстояние, я его услышала.
  - Решила щуку поймать, - честно призналась я.
  - Хорошо, что ее костюм разоружили, - бесцветно пророкотал Ромчик.
  - Да что с вами? - я повторно перекинула тяжелое ружье с одного плеча на другое, заставив всех снова пригнуться. - Я просто развлекалась.
  - Нам Дивей рассказал про твои терки с медведем, - вставила слово молчавшая до этого Настя, прячась за плечом невысокого домового, едва достающего ей до пояса.
  - Он первый начал, - насупилась я, неохотно поднимаясь к своим.
  - Он из зеленого уголка местной школы, - Настя грустно опустила глаза, стыдясь меня.
  - А как я должна была это узнать? - огрызнулась я. - На нем большими буквами не написано.
  Дима осторожно забрал у меня ружье и пустую корзинку.
  - Постойте, - внезапно осенило меня. - Только не говорите, что он тоже сюда пришел?
  Дима переглянулся с Владом и как-то отстраненно пояснил:
  - Как бы да, но проблема не в этом... - он томительно замолчал.
  Я оглянулась на всех:
  - Вы его одного там оставили? Нет, стоп. Вы его в дом завели и он теперь по моим вещам шарится? Там же все в шерсти будет.
  Влад ободряюще положил мне руку на плечо:
  - Крепись, девочка. Он не один пришел. С ним еще юннаты. И весь их класс.
  - Три класса, - обрадовала меня Настя. - Хотят послушать про героиню космоса.
  Я говорила вам, что не люблю детей?
  Радует одно, что, несмотря на все мои усилия, рядом есть люди, которые обо мне заботятся.
  
  
  
  Ключ к вечности
  
  Хлопнув по кнопке будильника, я еще несколько секунд нежилась в кровати.
  Вставать не хотелось.
  Над головой был чужой потолок. Серая сталь и слюдяные пятиконечные звезды, налепленные на обшивку. Словно здесь до меня жил ребенок. Отчасти так и было.
  Эта каюта принадлежала белой кошке - онна-буси, как зовут нас, баюнов, на Востоке.
  Скрытые световые панели набрали силу, заливая помещение мягким светом.
  Значит, пора вставать и старый механический будильник размером с десертную тарелку здесь ни при чем - надо приниматься за работу.
  Моя задача сегодня - быть ею, Накано Годзи.
  Это легко.
  Люди такие похожие и в тоже время разные. Аномальные формы отличаются друг от друга, но никто из нас не похож на остальных так, как мы, коты. Даже в мелочах мы одинаковы. Любим все милое, обожаем старинные вещи, нравится бездельничать.
  Поджимая пальцы ног от холодного ковра на палубе, я подошла к столу. Где же ее бумаги? Нет. Может наши унесли?
  Натягивая на голое тело охлажденный за ночь комбинезон, я осматривалась.
  По-спартански пустая комната, ничего лишнего и только звезды и старинные часы говорили о том, что здесь жили. А-форма, которая любит звезды, по определению не может быть плохой. Ведь для того, чтобы стать плохой, достаточно никого не любить. А если любишь кого-то больше себя, то и сам становишься чем-то большим.
  Скинув в щель приемника одноразовые простыни, я вышла наружу.
  Где же столовка?
  Ага, план-схема была на двери отсека, но возвращаться не хочется.
  Принюхавшись, я вдруг явственно уловила запах цветов. Это конечно не котлеты, но тоже не плохо. Духами из нашего экипажа могла пользоваться только Настя. Вот она и скажет мне все про котлеты и сегодняшний завтрак.
  Засунув руки в карманы и шаркая подошвами, я пошла на запах. Поплутав пару минут полутемными коридорами, я вышла в машинное отделение.
  На мое удивление Насти здесь не было, зато был наш корабельный робот РМ-4.
  - Катя, привет, - качнул головой он.
  - Привет. А где Настя? Я с ней разминулась?
  - Хороший настрой. Так до вечера управимся. Тебе удалось понять, почему белая так поступила?
  - Ромчик, не зли меня. Я где-то свои записи посеяла. Ты их не видел?
  - Ты с ними в каюту вечером ушла.
  - Это я помню. Ладно, - сдалась я, - где Настя?
  - В штабе наверное, - пожал плечами робот. - Уже уходишь?
  Я остановилась перед раздвижным люком:
  - Что еще?
  - Иди, поешь, а то злая очень.
  - Сама знаю, - отмахнулась я.
  Бумаг в каюте со мной точно не было.
  Вот уж не скучали без печали. Теперь еще эти дурацкие бумажки искать.
  Уже выйдя в коридор, я вспомнила про схему помещений. Говорят, возвращаться назад плохая примета и язык в зеркало некуда показывать. Так что, все так же шаркая ногами, я отправилась дальше по переходу.
  Вчерашний день не прошел бесследно - мне удалось найти кухню.
  Наскоро перекусив, я распечатала на плите несколько бутербродов и набрала полный термос горячего чаю. Термос был красивый, в национальном стиле, со цветочками на боках. Кому он до этого принадлежал? Команда исследовательской станции была укомплектована Желтыми царствами, там цветочные мотивы могут использоваться даже мужчинами.
  В кают-компании было пусто.
  Можно конечно включить обзорный экран, но я не стала этого делать. Кнопки не затерты, значит, им не пользовались. И я не буду. Надо же как-то вжиться в чужую личность.
  Встав в угол, я внимательно осмотрелась.
  - Тебя наказали? - вздрогнула я от неожиданного вопроса Димы.
  Пальцем я поманила инженера к себе:
  - Ничего не видишь?
  - Нет, извини. Тебе удалось влезть в шкуру этой онна-буси?
  - Я тоже ничего не вижу. А все равно что-то не так. Ты Настю давно встречал?
  - Со вчерашнего вечера. Так что не так?
  - Запаха нет.
  Дима от души рассмеялся:
  - И не должно быть. Это же исследовательский комплекс, половина помещений повышенной чистоты.
  Усилием воли, я подавила дерганье хвоста.
  - Держи бутерброд, - наконец я угостила его и отправилась дальше.
  В лаборатории был только Влад.
  Командор почувствовал мое присутствие и обернулся навстречу:
  - Ты начала работу?
  - Почти. Ты мои записи не видел?
  Влад кивнул:
  - Видел. Когда я тебя укладывал спать, ты их под подушку засунула. Ты чего на ровном месте спотыкаешься?
  Я и в самом деле споткнулась на ровном месте.
  Только не сейчас, а вчера, когда по неосторожности положила рабочие документы себе под голову. А может даже сегодня, во время утренней уборки, отправив их вместе с постельным бельем на утилизацию.
  - Задумалась, - честно призналась я.
  - Ты готова к опросу? Кстати, ты их наизусть что ли учила?
  Кивнув, я отошла в тень, чтобы ему было сложнее прочесть мои эмоции и норовящие прижаться к волосам уши на голове.
  - Ты сам готов? - парировала я.
  Влад пожал плечами:
  - Мне незачем готовиться. Это ты должна понять действия белого баюна.
  - Они их называют онна-буси, но смысл тот же.
  - Поэтому руководство и выбрало нас, вернее тебя, - поправился Влад. - Только ты можешь понять действия другого кота и рассказать, что здесь произошло на самом деле.
  - Хорошо, - я потянулась всем телом, - тогда начнем, но прежде, - я показала стопку бутербродов, предлагая их командору, но тот жестом отказался от перекуса.
  - Три вопроса. Твой страх. Что такое добро? Как людям достичь звезд? Отвечать можно в любом порядке, - и с удовольствием отхватила от первого бутерброда добрую половину.
  Оперевшись на край стола, Влад на секунду задумался:
  - В самом порядке и есть подвох, верно? Значит, буду отвечать по-очереди. Своего страха я не знаю. Есть много мелких, я их все осознаю, но ты ведь хочешь услышать про самый главный? Не знаю.
  - Ты поэтому ни к чему не стремишься?
  - Мы живы. Разве этого недостаточно? - пожал он плечами. - Теперь добро... не делать зла, еще не добро. Думаю, что если человек попадет в беду и попросит меня о помощи, то я не стану отказывать.
  - Если человеку плохо и он не может попросить, то ты поможешь ему?
  - Вот поэтому ты лучше меня, - с легкой улыбкой ответил Влад, покачав головой и без задержки переходя к последнему вопросу. - Чтобы достичь звезд, нам нужна гибернация. Исследовательская лаборатория, где мы сейчас находимся, как раз и занималась этим вопросом. Сперва рассматривалась идея отправить роботов или холоднокровных, способных погружаться в анабиоз, но для слаженной работы корабля и контакта с другими цивилизациями экипаж должен быть уникальным, как наш.
  - Ты и Дима - люди, - возразила я, выливая из термоса остатки чая в походную чашку.
  - И все же мы с ним очень не похожи.
  Я принюхалась. Опять пахло лугом и летом и явно не от напитка. Настя где-то рядом.
  Чтобы не упустить нашего пилота, я выскочила за двери, не попрощавшись.
  Алконост успела убежать и вместо нее я первой наткнулась на Диму:
  - Привет, начинаем работать, - улыбнулась я всеми своими зубами, резцами и клыками.
  Тяжело вздохнув, наш инженер обреченно поплелся за мной в кают-компанию, пока я украдкой обтряхивала рот и грудь от хлебных крошек.
  Рассевшись с ним на противоположных краях дивана, я приступила к опросу:
  - Дима, твой страх, твое понятие добра и будущее космоплавания.
  - Ты вопросы из воздуха берешь? - удивился он.
  - Не юли, - прервала я его, прежде чем он догадается об истинности теста.
  - Мой страх, что мы нашу Землю испортим.
  - Ты про почву или планету? - не поняла я.
  - Про планету. Ты не думала, что наши корабли отравляют природу?
  Я искренне удивилась:
  - Ты о чем? Термоядерные двигатели совершенно безвредные. Для бытовых нужд мы используем холодный синтез, а радиоактивные элементы только в космосе, где своей радиации хватает.
  - Тепло, - туманно пояснил он. - Ты заметила, что над городом снег почти перестал выпадать?
  - Прости, - подняла я вверх палец и уши, - но я в лесу живу.
  - Да, точно, - смутился Дима, потому что мой дом и в самом деле стоял посреди леса. - Энергия стала доступной и мы ее легко тратим, но планета не успевает избавиться от излишков тепла и постепенно накапливает их.
  - Теплый климат, разве это плохо?
  - Не очень. Таянье льдов приведет к повышению уровня воды и затопления материков. Изменение климата погубит множество растений и животных. Как сама понимаешь, не очень.
  - В самом деле, - подумав, согласилась я. - И как же быть?
  - Космические мосты, - торжественно провозгласил он. - Надо соединить поверхность Земли мостами с орбитальными станциями и тогда доставка грузов и техники в космос станет намного менее вредной для атмосферы.
  При словах о воздухе, я снова принюхалась, но Насти рядом не было. Видимо, как и остальные пытается что-то найти на этой пустой станции или проверяет работу здешних систем жизнеобеспечения.
  - Понятно, - устало подытожила я. - Только наши скорее зонтик как для Венеры построят, это проще и дешевле. Давай следующий вопрос.
  - Напомни третий вопрос, - попросил он.
  - Полеты к звездам.
  - Точно. Наши двигатели позволяют развить скорость 10-20 процентов от скорости света. Это много для Солнечной системы, но для звезд очень мало.
  - И как же быть? Слушай, - рассердилась я, - почему мне приходится каждую фразу из тебя клещами вытаскивать? Говори давай.
  - Не сердись, - рассмеялся Дмитрий, - но ты так внимательно слушаешь, что трудно удержаться. Ты знаешь как. Мы тогда на лунной базе были, где исследовали антивещество. При соединении с обычным веществом происходит аннигиляция и они превращаются в чистую энергию огромной силы. Вот ее и можно использовать для движения звездных кораблей, чтобы добраться до околосветовой скорости.
  Я с шумом выдохнула изо рта воздух:
  - Только антивещество, наверное, дорогое и в бутылку его не зальешь.
  - Да нет, - рассеянно ответил Дима. - Термоядерный синтез позволяет получать антивещество на ускорителях в больших количествах, а сверхпроводники могут удерживать его в магнитном поле бесконечно долго. Проблема в самом двигателе. Никакая поверхность не способна выдержать реакции преобразования материи в энергию.
  - Похоже, проблема, - согласилась я, рассчитывая на окончание разговора.
  - Это тоже решаемо, - разрушил Дима мои надежды. - Надо только нейтрализовать в материале отражателей электромагнитные связи и тогда межатомное взаимодействие сделает его идеально крепким. По твоему как холодный синтез происходит?
  Я насторожено вгляделась в парня:
  - Ты мне сейчас байку про идеальный меч и нерушимый щит рассказывал?
  - Нет, что ты! - заулыбался Дима.
  - Ты же врешь, по глазам вижу. Ох, зря я тебя уговорила на волхва учиться, надо было тебя в маги отдать.
  - Итак, добро?
  - Добро, - сдалась я, лишь бы поскорее закончить интервью.
  - Думаю, что добро придумали люди, слишком слабые для зла.
  Я мысленно схватилась за голову.
  Обучение волхвов заставляло человека принимать окружающее как есть, без оценочного суждения о вещах или событиях. Только до этого этапа надо избавиться от старых убеждений, а они обычно идут вразрез с прошлым опытом. Ничего, немного здорового цинизма ему не помешает. В любом случае, спрашивать, как он раньше об этом думал, уже бесполезно.
  На выходе я столкнулась с Ромчиком:
  - О, моя контрольная группа! - обрадовалась я. - Пошли, буду мучить тебя вопросами.
  На всякий случай я обнюхала робота, но он пахнул как и должен пахнуть - теплом, металлом и машинным маслом.
  - Страх, добро, полеты к звездам, - без церемоний огорошила я РМ-4.
  Зеленые фотоэлементы робота укоризненно вспыхнули:
  - Ты же знаешь, что мы не испытываем страха.
  Я плюхнулась назад на диван, вальяжно приглашая его к ближайшему креслу.
  Дима не стал уходить, приготовившись к бесплатному развлечению.
  - Если нет страха, то нет и желаний.
  - Ты об этом, - протянул Ромчик. - Да, понимаю. Желания людей и А-форм очень родственны их страхам. Можно даже сказать, что они являются одним и тем же проявлением сути человеческой души. Я бы сказал, что у меня есть стремления.
  - И какое самое главное?
  - Сохранить себя. Кажется, у вас это называется инстинктом самосохранения. Катя, ты разочарована?
  Я опустила голову, чтобы скрыть улыбку:
  - Мне столько раз приходилось видеть, как твои сородичи жертвовали собой ради других...
  - Я бы сказал, что роботы добрые, - вставил слово Дима.
  - Кыш, - махнула я на него рукой, - мешаешь. Они...
  - Не добрые, - закончил за меня Ромчик. - Это в самом деле так, потому что в этом и есть ответ на второй вопрос. Жизнь самое дорогое, что есть на свете, поэтому каждый из нас стремится сохранить ее.
  - Тогда что такое добро? - заинтересованно наклонился вперед Дима, стремясь понять своего товарища более полно.
  - Для людей или роботов? - уточнил РМ-4. - Это внутренний закон, проистекающий из внешних истин.
  - Так не может быть, ведь вы созданы искусственно, а мы рождены и менее подвержены правилам логики, - возразил Дима и добавил. - Все же роботы по-настоящему добрые, им единственным не приходится этого показывать остальным.
  - Причем тут логика? Как правило следствия, так и синтеза ограничены узостью рассматриваемых предметов. Но ты ведь не будешь отрицать, что принципы, которыми они управляются, существуют вне их самих?
  - Допустим. Тогда как они проявляются на людях?
  - Если рассматривать добро как общее понятие морального сознания, категорию этики, характеризующую положительные нравственные ценности, то можно утверждать, что оно закладывается при воспитании?
  - Так и есть. Но ты же сам неоднократно видел, как люди нарушают принципы добра. Значит, оно не является отражением законов мира.
  Из динамиков робота донесся короткий стрекот как от пишущей машинки:
  - Ты снова не там применяешь логику. Чем обусловлена взаимовыручка Русичей?
  - Воспитанием? - осторожно осведомился Дима.
  - Тяжелыми условиями жизни, когда человек не мог выжить в одиночку.
  - Не понимаю, - нахмурился Дима.
  - Выживание было обусловлено моралью или естественным отбором?
  РМ-4 выждал и, не дождавшись возражений, продолжил:
  - Мораль сперва была прописана в генетическом коде и строении мозга, затем люди перенесли ее на общество. Это было необходимо, потому что неправильное использование логики давало ложные решения. Если строение нервных тканей не совпадает с моральными установками, то возникает конфликт. Поэтому все, кто бежал во время войны из Руси, стали изгоями на новых местах. Предателям своей души нет места нигде на свете.
  Повисло тяжелое молчание, которое первым же нарушил сам Ромчик:
  - Извините, сто с лишним лет жизни дают себя знать, - раздался щелчок и робот снова повернулся ко мне. - Прости и ты меня, Катя. Третий вопрос, верно? Самый эффективный путь покорения дальнего космоса - телепорты. Отправить корабль с автоматронами и мощным радиопередатчиком. По прибытии на место, развернуть передающую станцию. Единственная проблема, что потом делать с оригиналом и будет ли обладать копия душой?
  В двери просунулась голова Насти:
  - Идем есть. Обед уже, - ровный настрой алконоста оживил нашу компанию, словно краешек весеннего солнца.
  Кают-компания для совместного приема пищи была слишком уныла, кухня маленькая, поэтому мы накрыли стол в штабе.
  Первым делом мне сунули в руки мои пропавшие документы. Оказывается утилизатор лаборатории работал избирательно и бумаги удалось спасти. Дальше пошло обсуждение моих вопросов. Наперебой каждый поделился своими впечатлениями от моего экспромта. Впервые я искренне радовалась, что я не человек и под шерстью не видно как краснеют мои ушки. Чтобы не нарушать очередности, этими тремя вопросами загрузили Настю.
  Как ни странно, она начала с полета к звездам:
  - Это должен быть военный корабль.
  - Больше всего я боюсь пауков.
  - Добро, это когда что-то хорошее для обоих.
  Вот это всех задело.
  Каждый говорил про добро как абстрактное понятие, но никто не вспомнил, что оно существует как взаимодействие между двумя и больше участников.
  Как назло, я вызвала огонь на себя, когда встала за добавкой.
  Я шла мимо Насти и на мгновение задержалась, чтобы понюхать ее духи. Это было что-то острое и пряное, совсем не похоже на тот утренний запах. Но моей запинки оказалось достаточно, чтобы все обратили на меня внимание.
  - Вы заметили, что она сегодня всех обнюхивает? - первым высказался Ромчик.
  - Я тоже заметил, - добавил Дима, - а вроде мы ее хорошо кормим.
  - Катя, колись, какой твой главный страх? - обрадовалась Настя, что не надо больше обсуждать философские темы.
  - Нет, пусть лучше расскажет про полеты к звездам, - уколол меня Дима.
  - Тогда уж лучше про добро, - пророкотал РМ-4, явно гордясь своими недавними умозаключениями.
  Командор напротив меня загадочно улыбался, наслаждаясь моим замешательством.
  Видимо, идеи, как меня лучше помучить в отместку за опрос закончились, и он просто наблюдал за командой.
  Плюхнувшись на место, я посмотрела на ребят и честно сказала:
  - Мой самый большой страх был от сказки "О мертвой царевне и о семи богатырях". Теперь я понимаю, что королевич ей искусственное дыхание делал. Но что если бы он остановился? Ведь воздух вдыхать в легкие надо часа два, а то и больше. Такое не каждому по силам. Что, если бы он перестал, потеряв надежду?
  Не знаю почему, но в этот момент я посмотрела на Влада и тот со всей своей серьезностью, как во время готовки обеда или наведения ракет на цель, ответил мне одной, в полной тишине за столом:
  - Я бы не остановился.
  - Накано Годзи никто не помог, - просто промолвила я, поникнув головой.
  - Поэтому мы здесь, с тобой. И всегда будем рядом.
  Настя отложила вилку и снова задала вопрос, волновавший всех с самого прибытия:
  - Катя, почему она убила всех на станции?
  - Я не знаю, почему она сделала это, - сказала я, еще больше опуская голову. - Если гибернация означает полную остановку всех процессов в организме и заморозку при минусовых температурах, то она ничем не отличается от смерти. Я не могу сказать, кто возвращается назад в эти тела.
  Дима сжал челюсти, заиграв желваками:
  - Видимо, причина в долгом времени смерти. Это полностью меняет ситуацию с отправкой людей в дальний космос. Если мы не можем использовать гибернацию, то придется вернуться к созданию замкнутых эко-систем на кораблях и большим экипажам, а это отбросит нас лет на тридцать назад.
  - Я не знаю, - расстроено ответила я.
  - Если место участников эксперимента заняло нечто другое, то как ей удалось избежать этой участи? - встревожено спросил Влад. - И кто это мог быть?
  Я потрясенно уставилась на богоносца.
  Так вот значит, как они видят ситуацию?
  Оживление после искусственной смерти дает толчок ранее спавшим нервным связям, следовательно, и скрытым мотивам. Белая кошка осознала себя полностью.
  Осознала и испугалась.
  А еще больше она испугалась, когда поняла, что и остальные испытают такое же.
  Ее образ, доброй и прилежной ученой-менталиста, рушился на ее глазах.
  Похоже, точно говорят, что после смерти ты узнаешь ответ на все вопросы.
  Сложно представить, что при этом испытывали другие люди, и какой жестокости стоило от них ожидать, но онна-буси приняла единственно верное для нее решение - полная разгерметизация комплекса и смерть всех участников эксперимента.
  Вот только зачем такому созданию как баюн в момент осознания своей сути прибегать к таким грубым и не кровавым методам убийства?
  - Они переродились, но остались собой, - наконец выдавила я из себя.
  Первым догадался Дима:
  - Спонтанная инициация! Но как тогда ей удалось сохранить контроль?
  - Наша двойная нервная система. Мы одновременно и здесь и смотрим на себя со стороны. Если бы у остальных было больше времени, хотя бы неделя-другая, то все уладилось само собой.
  - Поясни, - коротко приказал Влад.
  - Ну, вот я знаю, что ты знаешь, как это работает, - недовольно протянула я. - И ты знаешь, что я это знаю, но хочешь, чтобы остальные поняли сам процесс. Только при этом ты хочешь, чтобы я ответила на твой скрытый вопрос или постаралась осознать происходящее. При этом я знаю, что картина не полна и поэтому отвечать на него не буду.
  Настя подняла свою вилку и зачем-то лизнула ее, сразу подчеркнув:
  - Я читала, что ваша нервная система была создана эволюцией для охоты, но как ты ее применяешь в анализе до сих пор понять не могу.
  Глянув исподлобья на подругу, я ответила:
  - Тебе такое не нужно, ты и так самая быстрая, только люди имеют что-то похожее. Вот когда Дима тренирует свои стояния на одной ноге, то он не только нервы укрепляет, но и разрабатывает предугадывание событий. А что такое предсказание, как не умение заранее просчитать чужие действия и выбрать самое верное?
  - Вот только белую ты прочитать не можешь, - подытожил ранее молчавший Ромчик.
  
  - Потому что мы не одни, - вкрался в мою голову еле слышный голос Накано.
  
  Замерев, я вцепилась в ускользающую мысль и сразу отвлеклась:
  - Во имя Нави и Яви, опять этот запах! Вы чувствуете?
  Все за столом покачали головой, самый острый нюх среди собравшихся был только у меня. Существуют, конечно, еще перевертыши, но их среди нас не было, так что и подтвердить мои ощущения было некому.
  Словно на ощупь я дошла до машинного отделения станции.
  Там, в самом закутке стоял цилиндр воздушного регенератора.
  Дергано посмотрев по сторонам, я отыскала какую-то длинную железяку, и без раздумий вогнала ее в боковой паз устройства. Прежде чем меня остановили, металлическая панель с грохотом обрушилась на пол и я едва не потеряла сознания от хлынувшего на меня обильно сдобренного кислородом воздуха с примесью цветочных ароматов.
  Прозрачно-голубые глаза на удлиненном лице словно заглянули мне в душу.
  - Ты ведь... пикси, - потрясенно прошептала я, сама не веря в свое открытие, - воздушная элементаль.
  
  - Спроси ее, - попросил тот же голос.
  
  Из-за разгрома машинного отделения, нам приходилось держаться всем вместе.
  Система вентиляции комплекса продолжала работать в штатном режиме, только вот воздух теперь вырабатывался лишь в месте нахождения элементали. От этого некоторые помещения при долгом нахождении внутри, могли стать опасны из-за накопления углекислого газа. Теперь единственный источник свежего воздуха испуганно парил за спинами моих товарищей, с опаской поглядывая в мою сторону.
  - Жаль мы не можем расспросить ее, - сокрушенно покачал головой Влад, входя вслед за нами в лабораторный отсек.
  - Катя, ты же можешь тестировать квазиживые системы, попробуй ее просканировать, - предложил Дима.
  Настя аккуратно ткнула его локтем в бок, покосившись на оставшуюся безразличной к происходящему пикси.
  - Что? - возмутился Дима. - Элементали не считаются разумными и даже живыми. Они вообще призываются в наш мир непонятно откуда.
  - Откуда они прибывают понятно, - возразил Влад. - Вот только их использование в рабочих механизмах считается преступлением. Вспомните, как применяли саламандр вместо батареек. Катя, перестань, - прикрикнул он на меня, когда я сорвала подлокотник ни в чем не повинного кресла.
  - Знаете, - неожиданно спокойно начала я, пряча обломок между ножек кресла, - про наших сверчков говорят, что если они сто лет за печкой в одном доме проживут, то превращаются в домовых. Прикажете моего Дивея тоже за неодушевленный объект считать?
  С лязгом хлопнув по металлическим коленкам манипуляторами, Ромчик поднялся:
  - Пойду, попробую наладить резервную систему воздухоснабжения. Не могли же они все на одной элементали строить?
  - Займись, - кивнул Влад. - Катя, есть мысли, что с ней делать?
  На этой фразе пикси обернулась мордочкой ко мне, словно понимая, что речь идет о ней и ее судьбе.
  - Оставлять ее здесь нельзя, - задумчиво ответила я.
  - Это понятно, - Влад снова кивнул. - Как она может быть связана с инцидентом, есть догадки?
  Несомненно. Она точно знает, что здесь произошло.
  А я знаю, как можно это проверить.
  - Нам надо поговорить, - вскочила я на ноги. - Но не здесь. И ее с собой брать нельзя. Дима, вызывай Ромчика.
  Настя пошла первой, обернувшись на ходу:
  - И куда пойдем?
  - Хм, а давайте в спасательную капсулу, - предложила я. - Там места достаточно и стенки толстые. Через систему вентиляции элементаль нас там точно не прослушает.
  - Катя, у тебя мания преследования, - замотала Настя перьями на затылке. - Ты в самом деле считаешь, что она может нас понимать? Это паранойя.
  - Ты даже не представляешь какая, - пообещала я, пропуская всех вперед и закрывая люк перед самым носом любопытной пикси, устремившейся за нами следом.
  
  Через неделю, уже на Земле, меня судили.
  Я тяжело посмотрела на собравшихся напротив меня людей и аномальных форм.
  Именно им предстоит решить мою судьбу.
  Вначале разбирательство. Надо соблюсти формальности и дать мне возможность оправдаться. Поэтому они задают мне этот вопрос:
  - Именно поэтому вы решили избавиться от команды?
  Но я знаю, что все сделала правильно.
  Я подарила людям настоящие звезды, а не эту пародию на ночной небосвод на потолке крохотной каюты белой кошки где-то в окрестностях ближнего космоса. Да, нам придется полностью перестроить систему подготовки экипажей. Каждый будет проходить инициацию, чтобы встав перед лицом смерти, никто из нас не испытывал страха.
  Мы перестанем быть людьми.
  Тогда кем мы станем?
  Шаманами? Магами? Воинами?
  Или кем-то еще?
  Кем-то, кто стоит на пути к Первым, оставившим нас тысячу лет тому назад?
  В любом случае я не могла ответить однозначно на заданный вопрос:
  - Вы поэтому избавились от своей команды?
  Я могу только рассказать, что мне пришлось сделать, как в свое время Накано Годзи.
  
  - Ты поступила правильно, - твердил мягкий голос.
  - Да, конечно, - огрызнулась я, возвращаясь в лабораторию гибернации. - Погрузить всех в спасательную капсулу и насильно выкинуть в космос, лучшее решение.
  - Не играй, не притворяйся, будь, - убеждала меня она.
  
  В ужасе пикси шарахнулась от меня в сторону, но лабораторный зал и расставленные по его площади установки гибернации не дали ей далеко улететь.
  - Ты боишься меня? - задала я риторический вопрос, потому что пикси физически не могла на него ответить. - Я сама себя боюсь. Тогда, на Венере я могла съесть этих детей и выжить. Знаешь, - я посмотрела на свои пустые ладони, - я голыми руками могу разорвать человека на части и именно поэтому я добрая. Не потому, что не делаю зла, а потому что могу и не делаю.
  Переключая тумблеры на пульте, я запустила камеру гибернации, выставив таймер.
  Чем-то она неуловимо напоминала гроб. Даже была прозрачной, словно из хрупкого хрусталя, хотя конечно это не так. Вот только сказки не будет и королевич Елисей не придет меня выручать. Нет никого в этом комплексе, кто сможет мне помочь.
  Пока пикси носилась туда-сюда между приборами, я самостоятельно ввела в катетер костюма лекарство и оно быстро побежало по моим венам.
  - Теперь я докажу, что добрая на самом деле, - остановила я элементаль взглядом, вскинув подбородок. - Потому что никто из злых не сможет пожертвовать собой ради остальных или причинить себе вред.
  Опустив голову на подушку, я посмотрела прямо перед собой, ожидая фиксирующего раствора. Содержащая растворенный кислород жидкость не даст перед заморозкой повредить легкие или задохнуться, и, кроме того, позволит перенести перегрузки во время ускорения в четыре раза превышающие допустимые для наших тел.
  Но перед настоящей смертью заморозки меня ждет другая, понарошку. Мне предстоит захлебнуться и утонуть. Что и происходит.
  Скользкий, словно ледяной нож, кислородонасыщенный раствор хлынул мне в ноздри и горло, заставив крепче вцепиться в рукояти под руками, чтобы удержать себя на месте. Выдавленный из легких воздух всплыл пузырьками надо мной и растворился в потоке жидкости, омывающей мое тело. Я первый раз вдохнула в подобии воды и была жива.
  
  Старик во главе Вече тоже умеет смотреть, так что шерсть на затылке начинает приподыматься в ожидании драки:
  - Почему вы были уверены, что этот опыт не коснется вас?
  - Говорите.
  - Отвечайте!
  - Не смейте молчать!
  - Почему вы улыбаетесь?
  
  И голос белой, шепнувшей мне единственное слово:
  - Спасибо.
  
  Было холодно аж до кончика хвоста.
  И мокро.
  А еще почему-то болела грудь.
  Надо мной стояли все наши.
  Богоносец с черными дорожками по скулам от покрасневших глаз и запекшейся в уголках рта кровью стоял ближе всех и с улыбкой смотрел на меня.
  Значит, он вышел из стартовавшей спасательной капсулы в открытый космос, чтобы добраться сюда. Почему не Ромчик? Роботам ведь вакуум не страшен?
  Машинально коснувшись своих распухших губ, я ощутила под пальцами алые крошки ссохшейся крови. Крови Влада. Он рвался ко мне, чтобы спасти.
  Распределили обязанности. РМ-4 обеспечил подход капсулы максимально близко к шлюзу, а Влад, не дожидаясь стыковки, прыгнул навстречу.
  Я попыталась встать и Настя ладонями прижала меня назад, прямо в лужу фиксирующей жидкости. Крышка камеры гибернации была вырвана из креплений и валялась среди обломков. Похоже, Влад не церемонился.
  - Сколько? - прохрипела я.
  - Больше часа, - мягко ответила Настя и зачем-то оглянулась на Влада.
  - Они разумны.
  - Мы поняли, - кивнул Влад, все так же улыбаясь своей страшной улыбкой. - Только она могла выкачать весь воздух со станции.
  - Ох, - простонала я. - Кажется, ты мне грудину сломал.
  - Прости. С того света иначе не возвращают.
  - Каждый делает, что должен, верно?
  И он кивнул мне в ответ.
  В дальнем закутке лаборатории хныкала позабытая пикси.
  
  - Вече вас оправдало. Тем не менее, оставить данное происшествие мы не можем, поэтому нам надо знать точную причину ваших поступков. Вы устали от работы в космосе?
  - Нет.
  - Значит, причина ваших действий психологическое состояние?
  - Нет, я хотела увидеть вас всех.
  - Но... зачем?
  - Я знаю куда ушли Первые.
  
  
  
  Прощание
  
  Когда все дети, наконец, собрались в сенях, я открыла двери наружу.
  Неудивительно, что именно мы, Русичи, первыми вышли в космос. Кто кроме нас знает как правильно выходить во внешний враждебный мир? Сени - это тот же шлюз на космическом корабле, буферная зона, между твоим домом и пространством снаружи. Это не жалкая прихожая в городском строении, накрытом куполом тепла, это комната готовности.
  В облаках морозного воздуха малыши выкатились на снег, похожие на громадные клубки разноцветной шерсти. Я сама так одета - двое теплых штанов, три свитера, полушубок, шапка с ушами и варежки. Закрывая рот от холодного воздуха, я натянула на нос край шарфа. В отличие от детей я бегать на тридцатиградусном морозе не собираюсь, так что надо поберечь тепло.
  Один из мальчишек сразу растянулся на снегу и его девочка стала изо всех сил помогать ему встать, пока остальные, визжа и крича, начали традиционную перестрелку снежками. Кто-то осторожно и неприцельно кинул снегом в мою сторону и мне пришлось зарычать, чтобы пресечь попытку втянуть меня в их игрища.
  Так-то я не против, но сегодня прилетает Влад и мне надо не только встретить его, но и не растерять всех своих шестерых сорванцов.
  Можно сказать, что мне повезло - ведь их могло быть и восемь. Тогда я бы вообще с ума сошла. Я за этими еле успеваю следить.
  За кромкой леса взлетела стая черных птиц и до нас дошел запоздавший удар от сброса скорости. Секундой спустя, выполнив над нами круг, за домом приземлился полетный костюм с моим бывшим командором.
  Не сдержавшись, я на полпути бросилась ему на шею.
  Моя ребятня тоже подтянулась, с уважением рассматривая его высокую крепкую фигуру в легком комбинезоне. Вот он точно не замерзнет, пока почти вечная батарея снабжает его теплом и проветривает одежду.
  Отстранив меня, Влад положил руки мне на плечи, всматриваясь в единственную видимую для него часть меня - мои глаза, и приветливо улыбнулся:
  - Опять оделась как кот?
  Я пожала плечами, о чем он скорее догадался, чем увидел под всеми слоями одежды:
  - А смысл таскать на себе источник питания? Пойдем в дом?
  Влад дернулся в сторону и схватил одного из мальчишек, сразу поместив того под мышку, так что голова ребенка свисала почти до земли:
  - Их с собой берем?
  - Нет, - помотала я головой. - Я их только выпустила гулять. Сейчас отцеплю Полкана, пусть он за ними присмотрит.
  Не отпуская малыша, Влад спокойно шел за мной к дому.
  - Волков опасаешься?
  - Они давно к нам не ходят. Кроме того, они чипированные, волки, за ними из космоса наблюдают, так что беспокоиться не о чем. Поставь его уже!
  Одна парочка все-таки увязалась за нами, под предлогом посещения туалета.
  Лениво ругая их за то, что не сходили раньше, я запустила детей в дом. Теряя на бегу одежду, они кинулись вглубь комнат. Влад снял с себя верхнюю куртку с механизмами микроклимата и я повторно обняла его:
  - Подождешь пару минут? Мне надо переодеться.
  - Конечно, иди.
  Заскочив к себе в комнату, я быстро скинула одежду. Встав перед шкафом, я задумалась, а потом сама себя оборвала и вытащила то самое платье, в котором Влад впервые меня здесь увидел. Не купальник, а платье, в горошек. Дом хорошо протоплен, так что можно гулять как летом и даже босиком благодаря нагретым полам.
  Обернувшись на шум, я увидела вытаращенные глаза маленьких Миши и Наташи, которая судя по ее занесенной вперед и так не поставленной вниз ноге, как раз и привела его ко мне.
  Прежде чем я успела что-то сказать, мелкая кошка метнулась за дверь. Видимо она посчитала, что если дверь закрыть за собой, то это меня задержит. Но как-то она не учла наличия там Миши, которому эта дверь приехала точно в нос.
  Поспешно напялив на себя платье, я платком прижала распухающий нос мальчика, крича на весь дом:
  - Я тебя сожру! Живьем! Слышишь!?
  На шум пришел Влад. Наташа пряталась за его ногами, готовая в любой момент снова бежать от меня.
  - Принеси, пожалуйста, кусок мяса из холодильника, - попросила я, убедившись, что кровотечение остановилось. - Будем спасать добра молодца, - снова я сверкнула глазами в сторону мелкой. - Проводи его.
  Вчетвером мы почти уселись перед самоваром, как со двора раздался истошный лай собаки. Что-то серьезное случилось, раз Полкан так заходится.
  Устало посмотрев на Мишу с прижатой к лицу мороженной ножкой курицы, я спросила Влада:
  - Я возьму твою куртку?
  Получив разрешение, я выскочила наружу.
  Холодный воздух сразу защипал голые ноги выше голенищ сапог.
  Голова тоже начала остужаться, несмотря на всю мою гриву и шерсть на ней.
  Ситуация была хуже не придумаешь - один из мальчиков забрался за сосульками на крышу, но застрял, боясь спускаться. Тогда второй полез вслед за ним выручать и тоже там остался. Тем более оба теперь держались друг за дружку в охапку и едва не ревели. Девочки внизу уже были с глазами на мокром месте.
  Ничего не сказав, я развернулась и вернулась в дом. Мстительно думая, что надо их проучить и оставить там, я быстро сдалась и попросила Влада разобраться с проблемой.
  Пока он выполнял свои прямые обязанности - спасение и защита, я с помощью парочки неприятностей в лице Миши и Наташи, разложила стол и заставила их заниматься сервировкой.
  С утра я напекла в печке пирожков и они как раз сейчас должны дойти.
  Сняв с большой кастрюли ткань, я выложила их на блюдо.
  Мелкая ушастая была на удивление тихой, что очень подозрительно.
  Ничего, вот-вот вернутся остальные и скучать перестану.
  Так и произошло. Толпа шкодников расселась по стульям, обмениваясь впечатлениями.
  Последним пришел Влад с тарелкой, наполненной чем-то вкусным. Мельком заглянув туда, я коротко посоветовала:
  - Не ешь.
  - Почему? - не удержался он от разъяснений.
  - Как ты думаешь, что это такое?
  - Меня угостили за лазанье по крыше.
  Я встала перед ним, сложив внизу пальцы:
  - Это не мороженное, не творог и не холодная каша. Они набросали тебе туда снега, может быть даже с пола, и полили все вареньем. Серьезно, не надо это есть.
  Осторожно Влад поставил тарелку на подоконник.
  - Не обижайся, они так готовят, - бросила я через плечо, разливая всем чай. - Знал бы ты чем они по утрам иногда пытаются угостить. Пластилин еще не самый плохой вариант. Правда раз, мой домовой, Дивей, привез нам свежих огурцов и оказалось, что вместе с медом они на вкус как сладкая дыня.
  Перекус не обошелся без приключений.
  Что-то с пирожками было не так.
  Для проверки разломив один из них вдоль, я обнаружила полное отсутствие начинки.
  Узнавать, кто все съел уже бесполезно. Так что я не стала набивать желудок тестом и тихонько пнула Влада под столом, чтобы он не налегал на пустые пироги.
  Еще отличилась Оксана, с серьезным видом объявившая всем собравшимся:
  - Я когда вырасту, стану мальчиком.
  - Ты и так кот, - урезонила я ее.
  - Этого мало, - засверкала малявка глазами. - Я хочу быть мальчиком, они сильные и тогда я тебя поколочу.
  - За что? - удивился Влад.
  - Она меня постоянно бьет и кусает, ой! - вскрикнула она, когда я легонько шлепнула ее ребром ладони между ушами, начавшими обрастать первой шерстью, вместо пушка новорожденных.
  - За дело, - пробормотал сидящий рядом Алексей.
  - Это не я варенье съела, ой! - запоздало она закрыла рот обеими ладонями.
  Посмотрев на нее взглядом, не обещающим ничего хорошего, я для профилактики дернула ее за ухо, стащив со стула.
  - Я наказана? - понуро поинтересовалась Оксана.
  - Уже. Садись за стол.
  Влад почесал переносицу:
  - Я как погляжу, ты в доброту не играешь?
  - Я тебя сейчас кашей из снега накормлю, - грозно пообещала я и, спохватившись, успокаивающе положила ладонь на его руку. - Если они не научатся отвечать за свои поступки, то ничего путного из них не вырастет.
  - Чему еще ты их учишь? - ухмыльнулся Влад, расслабляясь впервые за нашу встречу.
  - Охоте, рыбалке, следопытству. Вот на днях рассказывала как можно голыми руками выпотрошить зайца или кролика.
  - В смысле? Сделать что-то из подручных средств? Или ты имеешь ввиду именно голые руки?
  - Только руки и никакого мошенничества, - широко улыбнулась я.
  Подперев локоть рукой, Влад закрыл лицо ладонью.
  - Да это не так страшно как кажется. Надо только тушку хорошо сжать, чтобы его кишочки собрались...
  - Мы кушаем, - перебил меня Артем, третий из мальчиков.
  - Ладно, извините, - попросила я прощения у собравшихся и мы продолжили чаепитие.
  Отправив детей играться, я пообещала накормить Влада, но он отказался, сославшись на концентраты лунной базы. Обижаться было глупо. Я сама один раз их переела и потом несколько дней приходила в столовую только чтобы пить воду, настолько они были питательны. Убрав со стола, я подхватила с лавки на руки младшую, Марину:
  - Ты не против, если я ее с нами возьму?
  - Ничуть. Мы ей не помешаем?
  - Ее теперь из пушки не разбудить, та еще соня, - рассмеялась я, поудобнее перехватывая девочку, обхватившую мою шею.
  Когда я опускала Марину на диван, та начала тянуться ко мне и я отдала ей на растерзание свой хвост.
  - Пусть играется, - пояснила я, улыбаясь.
  - Говоришь так, словно знаешь, что ей снится.
  - Знаю, конечно, - возмутилась я. - Если слюни текут, значит, что-то вкусное лопают, если дергаются, то играют. Все просто.
  - Если хочешь есть, то не стесняйся, поешь.
  Я помотала головой:
  - До этого кушала. Кроме того, если мне захочется вкусного, то я у каждого попрошу половинку, вот и наемся.
  Влад уставился на меня, не зная как реагировать.
  - А что ты хотел? - пожала я плечами. - На войне как на войне. Они тоже хитрят.
  - Ты поэтому их... стукаешь, - замялся Влад.
  - Стукаешь громко сказано. Так, нежно пошлепываю и кусаю, - снова улыбнулась я своей самой зубастой улыбкой, - для поддержания порядка.
  Раздался цокот каблуков и к нам зашла Наташа. Вернее я знала, что это чудо Наташа, а со стороны это выглядело как раскрашенная и наряженная карнавальная обезьянка. Похоже, я забыла запереть ящик и кошкодевочка добралась до моей косметички.
  - Я красивая? - строго спросила она.
  - Красивая, - легко согласилась я, не спеша ее отмывать или приводить в порядок.
  - Можно тогда я с вами сегодня посплю? - застенчиво попросила Наташа.
  - Почему ты думаешь, что мы будем спать вместе? - вместо этого ответила я вопросом на вопрос, не переставая улыбаться.
  - Я может быть маленькая, - с презрением парировала малая, - но не дура! - и гордо развернулась, закинув на спину мой любимый шарф.
  Влад поменял место на диване, сев ближе:
  - Они уже не слишком взрослые, чтобы с тобой вместе спать? - тихо спросил он.
  Я подняла брови:
  - Они сами иногда ко мне приходят. Однажды все вместе пришли. Была сильная вьюга и они долго не могли уснуть.
  - И что?
  - Согнали меня на пол, - сокрушенно пояснила я. - Пришлось там спать.
  - Весело вам.
  - Зависть плохое чувство, - показала я ему язык. - На днях насобирали еловых шишек, собрались из них кедровые орехи для торта выколупывать.
  Негромко, так чтобы не разбудить спящего рядом ребенка, Влад захихикал как мальчишка. Не удержавшись, я растрепала его волосы:
  - Ты сам как ребенок. Как там наши?
  Вздохнув, Влад начал рассказывать:
  - Мы на приколе стоим. Сергей снова на базе. Дима сейчас экзамены сдает. Ромчик помогает в ремонте и обновлении оборудования. Настя уехала к родне на все время.
  - Скучно одному? - не удержалась я от подколки.
  - Тебя не хватает, - честно ответил Влад. - Им спать не пора?
  - Пусть устанут. Только солнце село, рано еще.
  За разговорами незаметно пролетело время.
  Я не стала будить Марину и отнесла ее в кровать. Затем запустила в сени Полкана, чтобы тот не мерз на холоде ночью.
  Остальные начали водные процедуры и чистку зубов.
  Я помогла Наташе привести себя в порядок. Все это время она гарцевала перед мальчиками и теперь, уставшая, кивала носом, норовя уснуть на ходу.
  Закончив с ребятней, я вернулась к Владу, обняв его:
  - Как же я соскучилась! - я заглянула ему в глаза. - Будем ложиться или еще поболтаем?
  - Ты сама как? Не устала?
  - Ничуть. Могу хоть всю ночь с тобой разговаривать.
  - Всю ночь не надо, - улыбнулся Влад.
  - Хорошо, - не стала я возражать.
  Каждый из нас оттягивал объяснение и, судя по всему, Влада предстоящий разговор тяготил больше чем меня.
  Чтобы отвлечь его я рассказала еще несколько смешных историй.
  Как мы играем в прятки. Если я вожу, то просто иду заниматься своими делами, пока они ждут что я буду их искать. Самое главное потом не забыть их позвать на обед. И еще найти, а то иногда прячутся в самым неожиданных местах и засыпают.
  Или как они будили меня, когда я зачиталась допоздна. Они тогда начали тянуть меня за руки с кровати в надежде, что главное доставить меня до кухни и я там полусонная приготовлю им завтрак. Только тянуть начали как в известной басне про лебедя, рака и щуку в разные стороны. В общем, я на кого-то упала и придавила, после чего заснула с ним в обнимку.
  Однажды они решили накормить собаку деталями от конструктора. То-то пес удивился, когда увидел плавающие в молоке разноцветные болты и гайки!
  Как-то раз они стащили мою многострадальную лакокраску для ногтей, прошедшую огонь, воду и половину Солнечной системы, и потом с ее помощью шантажировали в обмен на поход на ярмарку. Это было как раз после новогодних праздников, когда все уже разъехались и ближайшая ярмарка будет лишь весной. Но они хотели сейчас и сразу.
  Дальше нам продолжить не дали, пришла одетая в ночную пижаму Наташа.
  С претензиями.
  Но с еще большим уважением ко мне:
  - Ты его наказала? Он плохо себя вел? Ты поэтому ему на полу постелила?
  Усиленно протирая глаза, зашел босой Алексей и попытался ее мягко увести, но девочка начала капризничать:
  - Я хочу спать с наставницей!
  Зарождающийся скандал пресек вовремя объявившийся Артем:
  - Тебя стукнуть? - без обиняков спросил он свою одногруппницу.
  Та без разговоров позволила Алексею взять себя за руку и отправилась спать в свою комнату.
  - Я только сейчас обратил внимания, что девочки меньше, - удивился Влад.
  - Ну да, группы специально формируют так, что мальчики на два года старше девочек. Мы все же быстрее растем, поэтому детей так и подбирают. У тебя разве по-другому было?
  - Да, даже странно.
  - Ты такой старый, оказывается, - поддразнила я его.
  - Ты в такой же группе была?
  - Нет, - впервые за вечер зевнула я в ладонь. - У меня домашнее обучение, княжеская дочь, все дела.
  - Оно и видно, что разбалованная, - проворчал Влад. - Ты не будешь жалеть, что расстаешься с ними?
  - Не знаю. Наставницей быть тяжело. Но космос... Скучать точно буду.
  Мы замолчали, потому что в комнату заглянул вернувшийся Артем, с максимально серьезным видом посоветовавший нам обоим:
  - Может быть, вы уже начнете целоваться и дадите нам сегодня поспать?
  
  
  
  Испытание
  
  Первый, самый важный вопрос, который я задала Владу, звучал так:
  - Значит, по-твоему, я толстая?
  - Нет, - неуверенно ответил он.
  - Попался! Долго думал! - радостно провозгласила я. - Продолжим. Я радиоактивная?
  - Нет, я же вчера тебя замерял.
  - Так какое я тебе солнышко!?
  Влад насупился:
  - Очень вредное.
  Я прошлась от одного окна в зале ожидания до другого и снова остановилась перед своим командором:
  - И долго ты собираешься так сидеть?
  - Сколько понадобится, - отрезал он.
  - Можно я с тобой? - я плюхнулась на диван рядом с ним и снова вскочила, потому что двери растворились. - Я пошла!
  - Ни пуха, ни пера.
  - Мяу, - зачем-то ответила я и вошла внутрь.
  Или вышла наружу.
  Это с какой стороны посмотреть.
  Сегодня мое ежегодное испытание.
  Меня, как специалиста по квазиживым системам каждый год проверяют на способность управления ими. Хотя скорее это повод для экзаменационной комиссии держать нас всех в тонусе, чтобы мы внимательно следили за новинками техники.
  В прошлом году мне достался глубоководный скаф, в этом, как я слышала, начали активную разработку костюмов для работы в вулканической магме.
  Итак, я на полигоне.
  Обширная площадка размером со спортивный стадион с кучей препятствий и вариантами местности. Здание кольцом охватывает территорию, позволяя через широкие окна на втором этаже наблюдать за происходящим.
  Через мгновение над входом в окне выросла фигура Влада. Приветственно помахав ему рукой, я посмотрела на свое испытание.
  Это было что-то незнакомое. Какой-то здоровенный автоматрон странной модели, смахивающий на механического пса с шестью лапами и кабиной наверху. На специальном столе рядом меня поджидали инструменты и пульт управления. Именно с него я и начала.
  Взяв в руки круглую тарелку пульта, я сжала ее края, запуская питание. Мелодичный звон и свет по краям подтвердили работоспособность.
  Пока только пульта.
  Кажется, мне подсунули старую модель, на голосовом управлении. Такие аппараты использовали еще до появления полноценных автоматронов. Радует, что оно хотя бы на человека не похоже.
  - Назовись, - скомандовала я.
  Автоматрон не отреагировал.
  Невольно я вспотела.
  - Поворот, - приказала ему я.
  Со скрежетом старая машина повернулась ко мне своими глазами-фарами.
  - Назовись, - повторно попросила я.
  Автоматрон молчал.
  Закусив губу, я оглянулась на Влада наверху. Он меня, конечно, не слышит, но если все затянется, то может догадаться о неприятностях.
  Я поступила как любой инженер - нажала на выключение машины и повторный запуск систем. Огни в глазах автоматрона пропали и снова зажглись. Больше ничего не произошло.
  Искоса я взглянула на свое испытание, уже начиная ненавидеть упорную машину.
  - Проверка.
  Вместо рапорта, автоматрон упал с грохотом на зад, выбросив рядом с собой пару конечностей. От неожиданности я выпустила пульт управления и тот упал на сухую, вытоптанную людьми и автоматами, землю. Смущенно рассмеявшись над собой, я на всякий случай вполоборота посмотрела наверх.
  Увиденное заставило меня развернуться полностью, выставив уши торчком.
  Рядом с Владом стоял жилистый седой мужчина примерно одного с ним роста. Простая одежда военного покроя, выпрямленная спина, гордо вскинутая голова. Расстояние было большим, но не узнать я его не могла, потому что это был мой отец.
  Невольно отшатнувшись, словно желая спрятаться, я услышала под ногами характерный хруст раздавленного стекла и пластмассы. Не опуская голову вниз, я скосила глаза - пульт красиво раскололся на две части и медленно мерцал.
  - Во имя Нави и Яви! - рассердилась я и подняла остатки пульта. - Вот только этого мне сейчас не хватало! - направив пульт на автоматрон, я с усилием нажала на кнопку выбора режима.
  Машина мигнула глазами и подобрала свои щупальца, не меняя положения тела.
  - Да ты издеваешься! - громко крикнула я.
  Решительно сорвав крышку с пульта, я напрямую соединила контакты. Пульт перестал мерцать и теперь светился уверенным светом, но сам автоматрон на нажатие клавиш не реагировал.
  На секунду оглянувшись, я увидела, как отец говорит что-то серьезное Владу, а тот, вытянувшись по стойке смирно, внимательно его слушает, не сводя с него глаз. В мою сторону они не смотрели, но если отцу доложили про меня и Влада, то выводы он должен сам сделать. Значит, его появление здесь совсем не случайно.
  Кинув остатки пульта на стол, я подошла вплотную к автоматрону.
  Тот вроде как дернулся, но возможно, что это просто происходило внутреннее позиционирование для сохранения равновесия.
  Выбор был только один. Мне следует вручную его настроить и быстро пройти экзамен, пока отец с Владом не натворили неприятностей. Страшно представить, сколько всего могут разрушить один богоносец с одним князем.
  Потянувшись к грудной панели автоматрона я впервые услышала его предостерегающий голос:
  - Работа с включенными механизмами не допускается.
  - Поговори мне, - пробормотала я сквозь зубы, последовательно нажимая на края пластины для ее разблокировки.
  На секунду панель отошла на миллиметр из паза и с щелчком снова втянулась внутрь.
  Не веря себе, я посмотрела на панель. Та почти слилась с металлом корпуса, словно всегда там была. Нажав вторично на ее края, я снова услышала скрипучую запись:
  - Работа... не допускается.
  Для проверки я обернулась.
  Отец отвернулся от окна и, положив руку на плечо Влада, что-то ему втолковывал. По согласно кивающему затылку моего командора было понятно, что он смирился со своей судьбой и мне придется минимум вызволять его из тайного каземата княжества.
  Если я сейчас уйду, то сорву экзамен и подведу Влада, но если я сейчас ничего не сделаю, то могу потерять его навсегда.
  - Ладно, - подытожила я. - Тогда по старинке.
  Отойдя на пару шагов, я стремительно рванулась вперед, припечатав пяткой панель.
  Автоматрон крякнул и через секундную задержку крышка вышла наружу и вбок, обнажив внутренности машины.
  - Отлично, - довольная собой, улыбнулась я. - Все же я молодец.
  Первое что мне следует сделать, это установить обратную связь с автоматроном.
  Иначе мне никогда не понять, что с ним не так.
  Речевой блок оказался довольно развитым. Видимо, это одна из тех моделей, что еще не роботы, но уже не автоматроны. Зато половина цепей почему-то были обесточены.
  Блок контроля тоже был без питания.
  Хорошо, что автоматрон именно мне попался, еще покалечит кого-нибудь ненароком.
  Восстановив питание цепей, я приказала:
  - Назовись.
  - Команда не принята.
  - Чего!? - искренне удивилась я.
  - Команда не принята, - повторил автоматрон.
  Обернувшись на Влада и отца, я увидела, что они отошли от окна, продолжая вести неспешную беседу.
  - Проверка, - кинула я пробный камень.
  - Команда не принята.
  - Твое состояние?
  - Работаю.
  Похоже, я сильно переоценила его развитость.
  - Логический блок, проверка.
  - Логические связи нарушены. Выполнить установку?
  - Причина нарушения? - не дала я ему увильнуть.
  - Начинаю установку, - невозмутимо отрезала машина.
  - Отставить, - возмутилась я.
  - До конца операции выполнение команд невозможно. Расчетное время пятьдесят минут.
  От такой наглости я несколько секунд не могла подобрать достойных слов. Наконец я выдавила из себя:
  - Можно подумать, ты до этого что-то делал. Проклятье! - воскликнула я, когда увидела, что окно позади меня пустует, и там нет ни моего Влада, ни отца.
  - Команда не принята.
  Я поступила просто. Открыв автоматрон вдоль брюха, я напрямую отключила его.
  Через несколько секунд автоматрон зажег свои фары на башке и с какой-то даже укоризной посмотрел на меня ими:
  - Готов к работе.
  - Назовись, - как обычно начала я стандартную процедуру.
  Две секунды напряженной тишины и машина вымолвила:
  - ЗН-100.
  Улыбнувшись, я со спокойной душой ответила:
  - Был бы ты роботом, то я звала тебя Зина.
  С лязгом захлопнулся люк внутренних устройств.
  - А ты с норовом, - не прекращая улыбаться, сказала я. - Проверка шасси.
  - Ходовая часть в норме. Обнаружен манипулятор. Внимание! Обнаружен второй манипулятор! Удалить дублирующееся оборудование?
  - Отставить. Продолжить проверку.
  - Обнаружена система жизнеобеспечения. Внимание! Несовместимость с рубкой управления! Удалить рубку управления?
  - Отставить. Продолжай, хотя, что там еще проверять, - буркнула я себе под нос.
  - Система жизнеобеспечения отключена. Ошибка. Удаление невозможно.
  - Повторить.
  - Ошибка. Удаление невозможно.
  - Отмена, - сдалась я.
  - Внимание! Несовместимость с рубкой управления! Удалить рубку управления?
  Я судорожно почесала макушку за ушами:
  - Отмена проверки. Опустись, прокатимся.
  Зина опустил кабину к поверхности, позволив мне забраться внутрь.
  Было тесновато, но терпимо.
  Теперь сам полигон.
  - Специализация? - спросила я.
  - Команда не принята.
  - Твое назначение? - переиначила я вопрос, нетерпеливо прянув своими кошачьими ушами.
  - Команда не принята.
  А вот это уже не неприятности, это проблема.
  Тронув рычаги, я направила автоматрон вперед.
  Первое препятствие было в виде рва с водой. Это цветочки, потому что эту канаву мы перепрыгнули. Почти.
  Зина упал возле самого края обрыва в самую тину и начал медленно погружаться в ил.
  - Вперед, - приказала я.
  - Команда не принята.
  - Причина? - стараясь сохранять спокойствие, уточнила на всякий случай я.
  Мне повезло, автоматрон снизошел до ответа:
  - До прибытия спасателей самостоятельные действия не допускаются.
  - Да ты что!? - не поверила я. - Вперед! Давай!
  - Команда не принята.
  Если взять на себя ручное управление, то мы легко вылезем из воды.
  Вот только из-за всех переживаний по поводу Влада и отца, я свои инструменты легкомысленно оставила на столе возле входа на испытательную площадку. Лезть наружу смысла нет, только измажусь и промокну.
  Сняв кожух, я с грустью уставилась на переплетение проводов.
  Здесь разбираться и разбираться.
  Блокираторы сигнала подключены к рычагам напрямую, так что если оборвать эти связи, то контроль будет полностью мой. Правда излишки напряжения нагрузят систему автоматрона и его связи будут перегреваться, но иначе никак.
  Начнем с подачи питания.
  После первого оборванного провода машина сразу выдала:
  - Включено ручное управление.
  - Хорошо, - искренне обрадовалась я, произнеся свои мысли вслух, пусть меня и не понимали, - а ты не так безнадежен. Вперед.
  Завывая сервоприводами мы выбрались на берег.
  Включив вибрационный режим, я частично очистила конечности автоматрона от грязи.
  Мы пересекли труднопроходимый участок из куч мусора, поваленных стволов деревьев и ям различной глубины. За это время я послала несколько сигналов коммуникатора Владу, но тот не отвечал.
  Дальше нас поджидала высокая стена.
  Такое не перепрыгнешь.
  - Перечислить доступное снаряжение, - распорядилась я.
  - Оборудование отсутствует. Выполнить поиск оборудования?
  - Выполняй, - милостиво разрешила я, снова пытаясь установить связь с Владом.
  - Обнаружены старые программы. Удалить?
  - Не вздумай! - не на шутку переполошилась я. - Проверка программ.
  - Отмена поиска оборудования.
  - Да чтоб тебя!- выругалась я, но прерывать не стала.
  - Для проверки программ требуется идентификация оборудования. Выполнить?
  Я закатила глаза:
  - Начинай.
  - Команда не принята.
  - Да!
  Заунывно Зина продолжил:
  - Обнаружено: рубка, корпус, манипуляторы, источник питания, носитель. Удалить носителя?
  - Как хочешь, - беспечно отмахнулась я, продолжая мучить коммуникатор.
  Я успела только ойкнуть, как фонарь кабины отлетел, и меня вынесло высоко воздух на катапульте. Несмотря на то, что меня предусмотрительно обхватили ремни безопасности, я завизжала во весь голос, схватившись обеими руками за сиденье. Еще через секунду до начала падения надо мною распахнулось белое полотно парашюта и я плавно стала опускаться сразу за стеной. Зина остался на противоположной стороне.
  Отцепившись от кресла, я изумленно уставилась на серые камни перед собой.
  Кажется, экзамен я провалила.
  Но что там с Владом?
  Скрипя сердце, я набрала код отца.
  Сигнал прошел, но потом сбросился, разъединившись.
  Самые мои плохие предположения оправдывались.
  Отец узнал, что Влад мне по душе и теперь пытает его где-то в застенках тюрьмы.
  А я ведь даже не успела сказать Владу, что он мне нравится.
  - Зина! Ко мне! - заорала я во весь голос, рассчитывая на сверхчувствительные элементы автоматрона.
  Словно из-под подушки до меня донесся обрывок стандартной фразы:
  - Команда не принята.
  Сосредоточившись, я прыжком долетела до середины стены и, вцепившись пальцами в едва заметные выступы, прыгнула второй раз, сохраняя равновесие на краю стены сразу и руками и ногами.
  Автоматрон задумчиво поднял на меня свои глазищи, поменяв угол наклона корпуса.
  Я почесала скулу:
  - Почему у меня такое чувство, что ты все это делаешь специально?
  - Команда не принята.
  - Ага, в принципе ожидаемо. Знаешь, когда я остаюсь наедине с животными, то на всякий случай сообщаю им, что знаю про их способность говорить. А ты умеешь.
  - Команда не принята, - как-то обреченно ответил без прежней уверенности автоматрон.
  Я удобнее уселась на стену, свесив ноги вниз и обвив бедра хвостом:
  - Я знаю, что много чего натворила. Вече даже заставило меня быть наставницей, чтобы я побыстрее повзрослела, а я даже не люблю детей. Очень не люблю, - веско добавила я ему.
  Зина не ответил.
  - Мой любимый богоносец, так вышло. А мой отец князь этой земли, который очень любит свою дочку. Меньше всего я хочу, чтобы они знали друг про друга или встретились. Но они встретились. Знаешь, что это означает?
  - Команда не принята, - упавшим голосом повторил автоматрон и второй раз за сегодня бухнулся с жестяным грохотом на зад.
  - Они разнесут полгорода по кусочкам, если начнут выяснять отношения. Сигнал коммуникатора Влада пропал и, следовательно, отец его схватил. Сейчас между мной и моим личным счастьем стоишь только ты, не считая отца. Как думаешь, на что я пойду?
  ЗН-100 вскочил на свои лапы-щупальца и нормальным голосом объявил:
  - Я такой же гражданин Руси, как и остальные роботы. Просто тело неудачное попалось! И вообще я твой экзаменатор!
  - Кость пушистая и многолапая, - понимающе кивнула я. - А тебя мне подсунули, чтобы лишнюю спесь сбить. Но дело сейчас уже совсем не в экзамене, а в нашем с Владом будущем. Можешь выполнить поиск коммуникатора моего папы? Пожалуйста.
  Автоматрон задумчиво опустил глаза вниз, раздумывая, и, наконец, решился:
  - Ты первая кто меня раскусил. Думаю, ты заслужила поблажку. Называй!
  
  Потом была схватка с дружиной и опричниками, я разнесла в щепки ворота тюрьмы и на руках вынесла Влада на зеленую траву пригорка. Над нами опускалось красное как червонное золото солнце, отражаясь кумачовой дорожкой в глади лазурной реки.
  Хотела бы я так рассказывать эту историю, но все было намного прозаичнее.
  Папа и Влад вдвоем сидели на веранде кабака, рядом выплясывали цыгане, видоизмененный карликовый ведмедь усердно играл на балалайке. Судя по количеству пустых бутылок даже им удалось напиться. Разогнав пинками охрану, я подошла к отцу:
  - Папа, привет. Влад, - беспрекословно приказала я, - ты идешь со мной.
  Влад сразу подскочил, собравшись и даже немного протрезвев:
  - Катя, представляешь, я такого человека встретил... Стоп! Папа? - округлились его глаза.
  Отец схватил меня за плечи, силой усадив за стол, не замечая как недовольно дергается мой хвост позади:
  - Слушай, дочка, я тебе такого парня нашел...
  - Хватит! - недовольно вскочила я. - Вы! - ткнула я пальцем в охрану. - Быстро принесли отцу лекарство. Ты, - стукнула я указательным пальцем в грудь Влада, едва не сломав об его мускулы, - идешь со мной.
  - Я тоже хочу лекарство, - возмутился Влад.
  Я медленно повернулась к нему, так что и охрана и ЗН-100 отшатнулись от нас: - Тебе - похмелье. В наказание. Знаешь, как я переживала! - стукнула я его кулаком в грудь, снова отбив руку. - Вперед! - и как по команде робот-экзаменатор, отец, охрана и Влад рванулись вперед.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) Е.Амеличева "Лунная волчица, или Ты попал, оборотень!"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) О.Головина "По твоим следам"(Постапокалипсис) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia)) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) С.Панченко "Ветер. За горизонт"(Постапокалипсис) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) К.Лисицына "Чёрный цветок, несущий смерть"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"