Казаков Дмитрий Львович: другие произведения.

Битва судьбы (главы 1-5)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Цикл длится двенадцать лет. А потом настает Последняя ночь - и в Храм Судьбы на таинственном Острове входят лучшие из отмеченных Даром - воинским, колдовским или правительским, лучшие из семи народов, населяющих мир. Прекрасные маги-альвы. Безжалостные воители-йотуны. Цверги-"полурослики". Орки из диких степей. Чернокожие "гологоловые" зулы. Мудрые "зеленоголовые" южане-моряки. "Волосатые" северяне-славины. Из Храма Судьбы на исходе Ночи выйдет лишь один из собравшихся. Именно его народ и получит на грядущие двенадцать лет верховную власть над миром...
   Последняя ночь.
  
  
   Глава 1
  
   Наставник.
  
   За окном плясали снежинки. Сизые башни туч загромоздили небеса, и только что взошедшее солнце пряталось за ними, как за ширмой. В низких облаках мерещились огромные крылатые тени, стремительные и беспощадные. Появлялись и исчезали, словно мороки.
   Родомист отвел взгляд от окна, тяжко вздохнул. Ему, магу, осененному пламенем Дара, чудится всякая ерунда! Узнай кто из собратьев по ремеслу - не избежать насмешек. Хотя мерещится не просто так - еще день-два промедления, и серые тени в облаках обретут реальность, обрушатся огнедышащими смерчами.
   Вещи собраны, и давно пора уходить. Но что-то еще держит мага в башне, высящейся над столицей маленького княжества. Невидимые цепи воспоминаний и нерешительности держат крепче металлических.
   Родомист завозился в кресле, обуреваемый тяжкими думами. Какой день мысли ходят по кругу - что делать ему, одному из магов народа людей, когда идет к завершению год Сокола, а вместе с ним и Цикл Воды? Что делать в момент, когда не собрать Совет магов, и не выбрать должным порядком людей для похода? Людей, что смогут добраться до Храма Судьбы и пережить Последнюю ночь.
   Кряхтя, он выбрался из кресла, подошел к двери и распахнул ее.
  - Леслав! - крик отдался от стен, улетел вниз по винтовой лестнице.
  - Я здесь, - высокий юноша переступил порог.
  - Мы выходим. У тебя все готово?
  - Да, учитель. Вещи собраны, слуги распущены по домам, - улыбка видна в голубых глазах, на блестящих губах, и волнистые русые волосы воинственно топорщатся. Для него, ученика мага, сегодня начинается приключение. Он не знает, что на самом деле учитель бросает его прямо в огонь. Но и оставить юношу нельзя. Попади в руки врагов ученик, и они сделают с учителем все, что захотят. В отношении магов фраза "ученик - продолжение учителя" вовсе не красивый оборот речи.
  - Вперед, - маг повесил мешок на плечи, вслед за учеником спустился к выходу. Ключ противно проскрежетал в замке, закрывая дверь, что не запиралась наверное лет десять. Ох, не подходит день Осла для путешествий, но поздно отступать. Леслав побежал со всех ног к крайнему от башни дому. Там живет Яромир, старший из слуг. Он и получит ключ на хранение.
   Маг не спеша пошел к северным воротам города. Снег захрустел под ногами, шустрые снежинки принялись залетать под капюшон полушубка, чтобы смертью заплатить за любопытство.
   По дороге Родомист не встретил никого. Время раннее, да и зима. Для горожан день еще не начался. Для тех, кто желает скрыться это только на руку. Когда показались массивные, обитые железными полосами створки, услышал за спиной топот, шум сбитого дыхания.
  - Вот и я, учитель! - воскликнул Леслав.
  - Отлично, - кивнул маг.
   Калитка сбоку от основных ворот всегда откроется по его слову. Вот и сейчас стражник, хоть и выпучил спросонья глаза, почтительно поклонился. Заскрипел вынимаемый засов, открылась уходящая на север дорога, и городская стена осталась позади.
   Начинающийся от этих ворот тракт ведет в края, где долгие годы продолжается война с Длиннорукими. Хотя войной назвать то, что происходит на севере, сложно: набеги, малые сражения, стычки. Но и там гибнет не меньше воинов, чем в крупных битвах, что случаются раз в десятилетие.
   Едва городские башни скрылись за лесом, маг скинул мешок. Леслав распахнул рот от удивления, когда учитель, свернув с дороги и проваливаясь по пояс в снег, пошел к кустам. Раздраженно прошелестел раздираемый снег, и в руках Родомиста оказались две пары снегоступов.
   Припрятал их тут почти месяц назад, когда только задумал бегство.
  - Мы на них пойдем? - в рот Леслава при желании свободно пролетела бы крупная ворона.
  - Нет, полетим, - ухмыльнулся маг. - Надевай.
  
   Ученик.
  
   Давненько не приходилось Леславу ходить на снегоступах. С того времени, как он попал в обучение, а тому скоро будет пять лет. В конце года Лисицы неразговорчивый маг забрал мальчишку из отчего дома. "Дар" - сказал он тогда, и склонились перед колдуном жители небольшой деревни. Никто не посмел возражать. Пять лет - долгий срок, и за него ученик ни разу не видел, чтобы наставник ходил на снегоступах, и не знал, что он делает это столь ловко.
   Сейчас Родомист шагал чуть впереди: полушубок расстегнут, мешок на спине, словно приклеенный, и только поспевай за ним. В зимнем лесу тихо, лишь иногда разнесется цокот клеста или шорох опадающего снега. Напоенный хвоей воздух приятно холодит горло. Большие деревья стоят, держа на могучих ветвях целые облака снега. Стукнешь по стволу, и рухнет такое облако за шиворот. Деревья поменьше и кусты тонут в сугробах. Если бы не снегоступы, люди тоже провалились бы, да не по пояс, а глубже.
   Как Леслав ни глазел по сторонам, все же заметил, что учитель то и дело смотрит на небо. Но спросить, в чем дело не успел. Наставник вдруг насторожился, рявкнул свирепо:
  - Застынь! - и замер, превратился в статую под ветвями могучей сосны. Юноше почудилось, что среди туч мелькнула огромная тень, но исчезла так быстро, что не успел рассмотреть. Что-то глухо пророкотало в вышине, багровый отблеск лег на облака. Гроза? Но откуда гроза зимой?
   После необычного случая двинулись еще быстрее, так что пар повалил из-под полушубков. Перешли пару небольших речек. Перед тем, как вступить на лед, учитель каждый раз долго вглядывался в небеса.
   Шли без остановок, маг молчал, но когда солнце, бледное пятно среди туч, достигло зенита, юноша не выдержал:
  - Куда мы идем, учитель?
  - На Болотные Выселки, - не снижая шага, ответил Родомист. Дыхание его, несмотря на пройденные версты, не сбилось.
  - Это где? А далеко еще? - не отставал Леслав. Жутко интересно, зачем в такой спешке покинули обжитую башню и ринулись в чащу.
  - Идти до Выселок еще долго. Особенно если будешь болтать. Устал? - неожиданно сменил тему наставник.
  - Нет. Конечно, нет, - гордо ответил юноша, хотя мешок натер спину, а дыхание вырывалось такое горячее, что того гляди, начнет таять снег.
  - Ясно, - усмехнулся маг и остановился. - Небольшой привал. Запахнись, а то простудишься.
   Леслав неохотно подчинился. Некоторое время потратил на то, чтобы отдышаться и тут же понял, что зверски голоден. Но не успел Леслав дожевать вытащенный из мешка хлеб с салом, как учитель прервал трапезу:
  - Пошли, обжора.
  - Уже? - юноша вздохнул так, что разжалобил бы закоренелого негодяя, но на мага вздох никак не подействовал.
  - Уже-уже. Нам еще больше пятнадцати верст идти. Или ты хочешь в лесу заночевать?
  - Нет, не хочу, - поспешно ответил Леслав, засунул остатки еды в рот. Лямки снова впились в плечи, и путники зашагали дальше.
   Лес тянулся, огромный, холодный и мертвый. Шли по ельникам, темным и мрачным, словно пещеры, по березнякам, таким светлым, что казалось, там светится сам воздух. По редколесью учитель гнал безжалостно, едва не тащил за собой.
   После очередной пробежки, когда Леслав чуть не свалился, обратил внимание, что небо потемнело, невидимое за тучами солнце скатилось к горизонту. Не успел удивиться, что день так быстро закончился, как деревья надвинулись исполинскими белыми призраками, между стволов сгустился мрак.
   Силы начали иссякать. Мысли из головы исчезли, стало неважно, куда и зачем ставить ноги. Мир для Леслава сжался до фигуры наставника впереди, белесых силуэтов по бокам, и одной мысли "Когда все это закончится?". Когда откуда-то справа, из-за прошитого снегом лесного занавеса донесся едва слышный собачий лай, юноша встрепенулся:
  - Мы пришли, учитель?
  - Нет, еще нет, - с усталым вздохом ответствовал маг.
   И они пошли дальше, сквозь темный лес и начавшийся снегопад. Сначала снежинки падали мелкие, словно песчинки. Потом вьюга усилилась и повалили огромные хлопья. Стало похоже, что кто-то сердитый рвал на небе белые ткани и швырял обрывки вниз, на землю.
   Деревья стали неразличимы под шелестящим белым пологом. Леслав брел почти вплотную к учителю, иначе непременно отстал бы. Когда началась вьюга, маг слегка замедлил ход, но шагал уверенно, словно помнил дорогу наизусть. Не терял направления, даже когда приходилось петлять, обходя завалы.
  
   Охотник.
  
   Хорт шел по сотни раз уже пройденному маршруту. Вокруг тянулся знакомый до последнего дерева лес. Снег поскрипывал под снегоступами, а лук без тетивы оставался за спиной. Все равно, если верить "Книге Дней", сегодняшний день не подходит для промысла.
   Дошел до приметного знака - огромной сосны-выворотня, чьи корни раскоряченным пауком торчат из-под снега, и тут охотника настиг приступ. В груди засипело, словно туда поместили дырявые кузнечные мехи. Воздух загустел острыми иголочками, отказался лезть в окостеневшее горло. Хорт остановился, привычно напрягся, сдерживая животное желание вдохнуть. Делать этого пока нельзя, воздух сейчас - яд. И лишь когда в глазах потемнело, а в висках застучали тяжелые молоты, он позволил тонкой струйке проникнуть в измученную грудь.
   Долго еще стоял, отдыхая, подставляя лицо падающему снегу. Еще два раза пришлось сдерживать дыхание, пока противное сипение не ушло из груди. Только после этого он без спешки пошел дальше.
   Хорт давно привык к ужасным, выматывающим приступам. Они преследовали его с раннего детства. Не помогали лекарства, не помогала магия. Один научился справляться с приступами, один и вел хозяйство. Жил бобылем, на отшибе, в двух верстах от Болотных Выселок, ближайшей деревни. Болезнь не мешала ставить капканы, сети, рыть ловушки, бортничать, да и сидеть в засаде, поджидая дичь. Собаки Хорт не держал, обходился так. Свой нюх не хуже собачьего, а слуху позавидует даже рысь. Добычу сбывал в деревне, меха несколько раз в год возил на торг в Весеград.
   Пока восстанавливал дыхание, стемнело, да и снегопад усилился. Охотник развернулся и пошел в сторону дома. Через несколько верст вышел к крохотной избушке, стоящей меж огромных сосен.
   Привычно скрипнула дверь, пахнуло теплом. Хорт снял полушубок, снегоступы, разулся. Из сеней перешел в единственную комнату своего обиталища, почувствовал запах шкур и черствого хлеба. Из печи, что по заветам предков занимает северо-восточный угол, оранжевыми глазками подмигнули угольки. Зажег лучину. Ее дрожащий желтый свет упал на стены.
   Лавка скрипнула под телом охотника, рука его потянулась под стол, к небольшому ящику, где лежит выменянная на прошлой неделе фляга с самогоном. Хорт вынул булькающий сосуд и неожиданно замер. Вечный шум леса за стенами нарушили какие-то чужие, неправильные шорохи. Не успел что-либо сделать, как скрипнул снег у крыльца, раздались голоса.
  - Держись, Леслав, мы пришли, - произнес кто-то, и Хорт вздрогнул; голос показался хорошо знакомым.
   В дверь постучали.
  - Входите, - сказал охотник, пряча флягу и подтягивая поближе топор.
   Послышалась возня в сенях, затем дверь отворилась. Вошли двое мужчин, один постарше, второй помоложе. Вглядевшись в лицо первого из них, хозяин дома на мгновение застыл, а потом злая усмешка исказила его лицо.
  - Вот кто явился ночью в дом ко мне, словно тать, - сказал Хорт. - Тот, кто отказывается помочь, когда в нем есть нужда, но кто сам ни в жизнь не отвернется от чужой помощи. Что же, маг, я не скажу, что рад тебя видеть. Но законов гостеприимства не нарушу. Мой дом - ваш дом.
  - Благодарю, - Родомист склонил голову и сел. Спутник его, юноша, почти мальчик, опустился рядом.
  - Раздевайтесь - Хорт подкинул в очаг дров. В комнатушке стало светло. Тьма попряталась по углам. - Сейчас придумаем что-нибудь вроде ужина.
   И он полез в ларь, где хранил съестные припасы.
  
   Ученик.
  
   Когда Леслав проснулся, хозяина видно не было. В избе стояла тишина, даже вьюга за окном стихла. Было тепло, пахло мышами и гречневой кашей. Мышцы сладко болели, тело ломило от усталости.
   Повалявшись немного, Леслав подумал, что спать до полудня - не к лицу будущему магу. Со стоном слез с печи, оделся. Через мгновение дверь стукнула, впуская учителя.
  - Ага, все же проснулся, - усмехнулся он. - Ну, ты и спать, словно медведь!
  - После такой дороги кто угодно заснет, - юноша рассмеялся.
  - Ты думаешь, это была сложная дорога? И совершенно зря. Это только легкая прогулка, - маг уселся за стол. - Трудные дороги ждут впереди. Но о них потом. Иди умывайся, и поедим чего-нибудь.
   Когда закончили трапезу, вернулся хозяин. Первым шаги услышал маг, насторожился, поднял голову. Затем и Леслав различил скрип снега. Донеслись звуки возни в сенях, дверь открылась, и явился Хорт, на вид спокойный, но напряженный, словно тетива. Серые глаза смотрели серьезно, двигался охотник рваными, нервными движениями.
  - По добру ли спалось, гости дорогие? - спросил он, подсаживаясь к столу.
  - Спасибо, все хорошо, - отозвался юноша, удивившись, почему молчит маг. Невежливо, просто оскорбительно не ответить на такой вопрос. Но Хорт совсем не обиделся, по крайней мере, ничем не показал обиды.
   Хозяин дома пожал плечами и вынул обернутую шкурой флягу. Запах самогона потек по избе, послышалось бульканье. Закончив пить, охотник крякнул, с видимым удовольствием утер губы рукавом.
  - Ну что же, раз мое радушие вам по нраву, перейдем к делу. Что тебе от меня надо? - Хорт задал вопрос резко, почти грубо, на лице его заиграли желваки, во взгляде, обращенном на Родомиста, заметна была враждебность.
  - Помощи. Об этом ты вчера догадался.
  - От меня? И чем же я, простой охотник, могу помочь тебе, великому магу? - ядовитая усмешка исказила лицо Хорта, и он неожиданно закашлялся. Леслав подумал, что так кашляют, наглотавшись дыма. Но где можно наглотаться дыма в лесу?
  - От тебя. Ты не простой охотник, и ты можешь многое, чего не могу например я, - твердо ответил Родомист.
  - Все ясно. Я не просто охотник, а очень больной охотник! Что, не так? - Хорт закашлялся еще раз, тяжело, надрывно. Он почти кричал, слова его сочились горечью, словно рана - гноем - Я калека! Что я могу для тебя сделать?
  - Ты не калека, так же как я - не великий маг. Хотя бы потому, что сделать для тебя я на самом деле ничего не могу. Но мне очень жаль, что ты носишь свою боль в себе, - слова Родомиста подействовали на Хорта, точно вода на пламя. Охотник сгорбился, глаза его погасли.
  - Не калека, пусть так. Но немногим лучше.
  - Я не могу вылечить тебя, - сказал Родомист. - Но я могу помочь тебе немного отвлечься от боли. Помогая другим, забываешь о себе, это работает всегда.
  - Тогда я повторяю вопрос: чем я могу помочь? - теперь Хорт говорил спокойно, лишь губы его время от времени кривились.
  - Во-первых тем, что оставишь меня и моего ученика на несколько дней у себя. Во-вторых тем, что никому не скажешь об этом.
  - От кого скрываешься, маг? От собратьев или от князя? В опалу попал?
  - Все хуже, Хорт, много хуже. От Остроухих и их драконов.
  - Плохо дело, - покачал головой охотник, глаза его расширились от удивления. - Но в том, что ты просишь, нет ничего сложного. Живите, сколько надо. Человек человеку друг, а не волк. Если рядом Остроухие, конечно, - он ухмыльнулся. - Что еще?
  - В-третьих, тебе предстоит отправиться к северной границе. Отыскать там кое-кого и привести сюда.
  - И кого же?
  - Воеводу Ратана.
  - Ты с ума сошел? - возразил Хорт. - Это почти тридцать верст в один конец! Да и не послушает меня твой воевода.
  - Послушает. Я дам тебе знак, увидев который, он обязательно последует за тобой. Но привести Ратана нужно опять же тайно, - маг говорил спокойно и уверенно, и Леслав понял: главное сделано - охотник согласился помогать.
  - Ладно, как скажешь, - кивнул Хорт и поднялся. - Сейчас соберусь и отправлюсь.
   После того, как за хозяином дома закрылась дверь, Родомист повернулся в сторону Леслава и проговорил сурово:
  - Ну что, теперь займемся делом, - сказал он.
  - Каким делом?
  - Учебой. Ведь настоящий маг учится где угодно, даже в нужнике. И кроме того вспомни "Книгу Дней". Какой сегодня день?
   Леслав поскреб лохматую голову:
  - Шестой, день Сойки.
  - Правильно, и что положено делать в этот день? - продолжал допытываться маг.
  - Рекомендуется отдых, напрягаться нельзя, - вспоминалось с трудом. - День целительства и приготовления лекарств, укрепления здоровья и совершенствования воинского умения.
  - Ты все сказал правильно, - Родомист улыбнулся. - Займемся целительством. Так что одевайся и марш на улицу!
   Леслав накинул полушубок и вслед за наставником вышел из избы. Снаружи оказалось не холодно, солнце, предвещая весну, заливало лес потоками теплого золота. Ветер, что вчера грозно рычал и тряс вековые сосны, словно тростинки, сегодня едва шуршал в кронах.
  - Вот там хорошее место, - Родомист указал на небольшую полянку в полукружье сосенок, обсыпанных снегом почти по макушки. - Начнем как обычно. Сначала - расслабление.
  - Но как, учитель? На чем я буду сидеть? - возмутился Леслав.
  - На чем? На снегу, естественно. Если хорошо сосредоточишься, то и холод, и сырость тебе не помешают. Давай, садись.
   Леслав, морщась, уселся. Снег оказался неожиданно плотен, почти не просел. Пятой точке сразу стало холодно.
   Юноша закрыл глаза, заставил себя не слышать шум леса. Когда это удалось, принялся гасить мысли, перенося внимание на ощущения. В голове воцарилась гулкая пустота и сразу, скачком почувствовал все до единой мышцы, все органы, каждый по отдельности и все вместе. Через некоторое время уловил текущую сквозь него Силу. Ту самую, что дает жизнь всему, от огромнейшей сосны до крошечной букашки. Попытался найти места, где она задерживается, проходит не так свободно, как надо.
   Ощутил, как слегка подергивается мизинец левой ноги. Леслав мягко направил туда чуть больше Силы. Теплая волна омыла стопу, и подергивание прекратилось. Так прошел все тело, от пяток до макушки, снял все заторы на пути Силы. И в тот момент, когда тело стало единым целым, словно кусок расплавленного металла, он легко, одним движением, вскочил на ноги.
  - Я готов, учитель, - звонкий голос пронесся по лесу.
  - Хорошо, - ответил Родомист, с улыбкой наблюдавший за учеником.
   Они встали друг напротив друга, слегка расставив ноги и согнув колени. Начался урок. Сторонний наблюдатель не заметил бы ничего, словно две диковинные статуи встали средь деревьев. Но мощь колдуна в том, насколько хорошо он умеет распознавать, накапливать и использовать Силу, а для всего этого не всегда нужны слова или движения. Особенно легко обойтись без них при обучении.
   Сейчас, когда тела магов, молодого и старого, неподвижны, и лишь пот стекает по лицам, разум их работает. Учитель создает фантомы болезней на своем теле, и показывает, какой вид и какая дозировка Силы необходимы, чтобы уничтожить ту или иную хворь. А Леслав пытается повторить.
   После обеда Родомист усадил ученика за "Книгу Дара". Ее краткий список - "Книга Дней" есть в каждом доме, и текст ее известен всем людям и нелюдям, заселяющим земли от восточных гор до западного моря. В "Книге Дней" подробно описан каждый день месяца, указано, что делать можно, а что нельзя. Без нее невозможно вести хозяйство.
   Полный список "Книги Дара" имеют у себя лишь правители и маги. Слишком много содержит она того, что не стоит знать обычным людям. Но вершину откровений Творца - "Книгу Циклов", в которой повествуется о времени, измеряемом Циклами и Великими Годами, вообще мало кто видел. Говорят, что существует всего семь ее копий, по одной на каждый из Народов, и что лишь обладающие Даром маги и правители могут читать ее. Но "Книгу Дара" маг должен знать наизусть, вот и корпел Леслав над страницами, запоминая, сопоставляя с тем, что уже знал.
   Когда за окнами совсем стемнело, и читать при лучине стало невозможно, юноша с вздохом отодвинул книгу, и спросил:
  - Учитель, а откуда вы знаете Хорта? Ведь он в таком медвежьем углу живет.
  - В углу? - маг повернул голову, и Леслав вздрогнул, настолько Родомист в этот миг походил на своего животного-покровителя, огромного черного ворона. - Лучше быть человеком в медвежьем углу, чем зверем в городе. А с Хортом... - маг примолк, опустил голову. - Ровно тридцать два года назад я проходил через эти места. Времена тогда были более спокойные, и шел я в земли Остроухих. Заночевал в Болотных Выселках. А утром Нового Года, прямо после Смены Цикла принесли мне младенца. Попросили - "Благослови, великий маг!". Я посмотрел и удивился, очень удивился. Мальчик родился больным, настолько сильно, что моего искусства не хватило вылечить его тогда, и не достает сейчас, - Родомист нервно дернул щекой. Леслав с удивлением заметил, что по лбу учителя стекают крупные капли пота, хотя в избе было совсем не жарко. - Но не болезнь новорожденного изумила меня. Мальчик ухитрился появиться на свет в тот миг, когда старый день и прежний год, даже старый Цикл еще не умерли окончательно, а новые - не вступили в полную силу. Он родился в самый момент восхода. Ты прекрасно знаешь, что родившись в определенный день, человек получает характеристику животного дня, его тотема. То же и с годом. Ты, например, родился в год Сороки, в день Окуня, - юноша кивнул. - А Хорт получил характер не от одного тотема дня, а от двух, не от единственного тотема года, а также от двоих. И всего у него их четыре! Это воистину удивительно. Наш охотник настолько непредсказуем, что даже мне трудно предвидеть его действия. Почему так случилось, какая судьба суждена ему, я тоже не могу понять, хотя слежу за ним с самого рождения. Да, он болен неизлечимо, живет в глуши, но... - что значит это "но", Леславу не суждено было узнать. Родомист неожиданно замолчал, дунул на лучину, так что тьма ворвалась в комнату, и сурово проговорил: - Спать пора!
   Ученику ничего не осталось делать, как подчиниться.
  
   Воевода.
  
   Утро Ратана, полкового воеводы, вот уже много лет, с того дня, когда он взял в руки меч, начинается одинаково. После подъема на рассвете - омовение тела и воинские упражнения. Святая обязанность каждого воина, а особенно столь родовитого, тринадцать поколений предков которого сражались за Северинское княжество, а до него - за Северинскую империю.
   Этим утром все началось как обычно. Ратан вышел из шатра, когда лагерь еще спал. Успокаивающе махнул часовому и мимо кухни, откуда доносился шум, двинулся к южным воротам стана. Прошел через узкий проход между палатками, несколько саженей вдоль частокола, а затем через небольшую калитку выбрался наружу.
   Стан исчез за деревьями. Воевода миновал островок осин, выбрался на полянку, которую сам и утоптал за время предыдущих занятий. Ночной снегопад лишь слегка припорошил ее. Вынул из ножен меч, и тут мысли неожиданно обратились к прошлому.
   Полк под командованием Ратана стоял около границы второй месяц. Нападения Длинноруких ждали, хотя в последней битве у Тинной заводи северяне были изрядно побиты, и вряд ли полезут вновь до начала лета. В той битве воевода зарубил вожака Длинноруких, ростом превышавшего воеводу на голову. Но его сила не помогла против умения. Пока здоровяк махал тяжеленной секирой, Ратан спокойно выжидал, уклоняясь от свистящего лезвия. И в тот миг, когда враг открылся, последовал молниеносный выпад. Кровь хлынула багровой струей, тяжелое тело рухнуло так, что сотряслась земля. И победный клич людей заглушил предсмертный хрип побежденного.
   Ратан вздохнул, отвлекаясь от воспоминаний: как ни велики победы, они всегда в прошлом. Воевода снял подбитую мехом куртку и принялся разминаться, разогревать мышцы и связки.
   После разогрева наступает время упражнений с мечом. Лезвие порхает, оборачиваясь лениво жужжащим южным ветерком, потом сыро гудящим западным, неприятно свистящим ветром с восхода, а то и грозно ревущим северным. После меча приходит черед тяжелого оружия. Конечно, булаву или палицу в лес не понесешь, но всегда выручает здоровенный сук.
   Закончив с упражнениями, воевода отправился пробежаться. Сегодня побежал не по обычной дороге. Его почему-то потянуло на юг. Примерно через версту, когда от пота вымок с ног до головы, услышал из чащи вскрик.
   В первый момент Ратан просто опешил. Откуда здесь, в глуши, люди? Воины так далеко за пределы стана не уходят, а ближайшее поселение - десятью верстами к югу. Но когда раздраженный медвежий рев колыхнул лес, воевода понял - слух его не подвел. И выхватив меч из ножен, он ринулся туда, где кричали.
  
  
   Глава 2
  
   Охотник.
  
   За первый день Хорст прошел достаточно, чтобы покинуть хорошо знакомые места и немного устать. На ночь остановился на берегу замерзшего озера, за темную воду названного Черным. Для ночевки соорудил шалаш, притащил пару сухих лесин и сунул в костер так, чтобы тлели до утра.
   Встал очень рано, задолго до восхода солнца, и отправился дальше. Озеро осталось позади, потянулся 'грязный' лес с большим количеством завалов, упавших деревьев, чьи стволы торчали из снега подобно пальцам великанов. Хорт только миновал огромную сосну, как снег предательски подломился, и охотник провалился по пояс. Под ногами во тьме заворочалось нечто огромное, теплое, донеслось гневное ворчание.
   Хорт только успел подумать, что провалиться в берлогу - невероятный позор для охотника, а затем тело начало действовать само. Как выскочил из берлоги на снег, позже так и не смог вспомнить. Из темной дыры поднялся, словно подземное чудище, огромный бурый зверь. Раздраженный рев прокатился по лесу, качнулись сосновые лапы, осыпая снег.
   Хорт выставил рогатину, уперся в ее основание ногой. В левой руке зажал нож. Но медведь оказался знаком с охотничьими повадками человека, не попер дуром. Ударил лапой, и рогатина полетела в сугроб. Охотник отступил, нащупывая топор, запнулся, и упал. Снег противно заскрежетал под локтями.
   Владыка леса победно зарычал, вскидывая лапы. Но тут треснули кусты, с легким шорохом осыпался снег с ветвей, и на поляну выскочил широкоплечий мужчина с коротким мечом.
   Он оценил ситуацию мгновенно. Крикнул, привлекая внимание зверя, и принялся уводить его от Хорта. Медведь, забыв про прежнюю жертву, двинулся на широкоплечего. Тот отступил к краю поляны, грациозно уворачиваясь от ударов лесного хозяина, а по одной из лап зверя потихоньку начала струиться кровь.
   Хорт, воспользовавшись передышкой, вскочил, кинулся к рогатине. И тут его прихватил приступ. Двигаясь, словно немощный старец, он едва смог доковылять до ближайшего дерева и ухватиться за него. Грудь занялась огнем, колючий воздух отказался лезть в перехваченное удушьем горло.
   Через грохот крови в ушах донесся крик. Охотник с трудом развернулся. Сквозь багровую пелену, застилающую глаза, увидел, что медведь теснит нежданного спасителя, и почти прижал его к деревьям. Хорт сцепил зубы, прихватил рогатину и, стараясь не вдыхать, ибо каждый вдох отнимал силы, двинулся к косолапому.
   На миг стало легче. Воспользовавшись этим, охотник вытащил из-за пояса топор. Рука слегка дрогнула, но не подвела. Топор звонко ударил в затылок медведю, но к стыду Хорта, лишь обухом. Огромная туша развернулась мгновенно, красные глазки уставились на охотника. Тот вновь выставил рогатину.
   На этот раз медведь оказался слишком взбешен и напоролся на острие. Хорт уперся и держал до тех пор, пока острые когти не цапнули за рукав. Лишь после этого отпустил древко и отпрыгнул в сторону. Захрустел под огромным зверем наст, и изрядно измятое полотно снега начало покрываться неприятными бурыми пятнами. А приступ вцепился в охотника с новой силой...
  
   Воевода.
  
   Над поляной, где случилась схватка, пахло кровью и крупным зверем. Мышцы Ратана ныли от усталости, саднила задетая медвежьими когтями рука. Сквозь продранный рукав виднелась неглубокая рана на предплечье. Но, несмотря на это, воевода чувствовал себя замечательно. Не каждый день выпадает возможность спасти чью-либо жизнь. Отбитый от медведя человек, кашляя и сипя, сидел на снегу.
   Ратан снял куртку, разорвал нижнюю рубашку и принялся бинтовать рану. Помочь незнакомцу, которого корчила неведомая хворь, он все равно ничем не смог бы. К тому моменту, когда закончил перевязку, спасенный пришел в себя. Глаза его приняли осмысленное выражение, сипение и кашель прекратились.
  - Меня зовут Хорт. Благодарю тебя, воин. Ты спас мне жизнь, - сказал незнакомец, поднимаясь и протягивая руку.
  - Меня зовут Ратан. И ты спас мне жизнь, - ответил воевода, пожимая протянутую руку. - И не благодари. Если верить "Книге Дней", что даровал нам Творец, "День Ястреба есть день больших и серьезных дел". Свое большое и серьезное дело я сегодня уже содеял. Благодаря тебе я иду в ногу с Циклом...
  - Какая неожиданность! - имя воина поразило Хорта, казалось, сильнее, чем встреча с медведем. - Тебя, Ратан, я и ищу.
  - Меня? - удивился воевода. - Ну что же, ты меня нашел. Пойдем в стан, там и поговорим.
  - Нет, - Хорт яростно замотал головой. - Обо мне не должен знать никто. Возвращайся в лагерь один. А я построю шалаш, к западу от этой поляны, саженях в ста. Приходи после захода, поговорим без помех.
  - А кто ты такой, чтобы я тебя слушал? У меня хватает врагов, и не все из них Длиннорукие или Остроухие, есть и люди. А ты зовешь меня одного, ночью, в лес? - Ратан демонстративно положил руку на эфес, но Хорта это не смутило.
  - Эх, воин. Только что вместе бились! Но я понимаю тебя. Тот, кто послал меня, попросил в случае недоверия передать тебе вот это, - в ладони Хорта очутился небольшой зеленый камушек. С гладкой поверхности скалил клыки барс. - Знакомо ли тебе это изображение?
  - Да, знакомо, - твердо ответил Ратан, убирая руку с меча. - Вечером я приду. Обязательно. Да, и еще. Твоя болезнь. Может, нужна помощь? У нас в стане есть лекарь.
  - Нет, благодарю. Вряд ли он сможет мне помочь, - и Хорт мрачно улыбнулся.
  
   Наставник.
  
   Наступил второй день жизни в лесу. Судя по хитрому лицу, Леслав надеялся, что хоть сегодня учитель даст отдохнуть. Но Родомист ехидно усмехнулся и сразу после завтрака заставил читать на память опостылевшую "Книгу Дней". А когда Леслав при описании сегодняшнего дня, дня Ястреба, дошел до слов: "показаны любые хозяйственные работы", маг радостно ударил ладонями о стол и заявил:
  - О, как кстати! Сходи, дровишек наколи. А я пока в доме приберусь.
   Когда блин солнца добрался до вершины не особо длинного зимнего пути, маг вышел из дома. Леслав увлеченно махал топором. Рядом с ним уже возвышалась груда годных в печь поленьев.
  - Вот и славно, - улыбнулся Родомист. - Тащи в дом. Хватит пока.
  - Хорошо, - юноша распрямился. - Учитель, а можно вопрос?
  - Конечно, - маг, уже открывший дверь, обернулся.
  - Почему вы уже третий день не прибегаете к магии? Совсем. И тогда, когда мы в лесу шли, и потом....
  - Да, об этом я тебе еще не говорил, - маг покачал головой. - Но теперь ты должен знать. Мага очень легко обнаружить в тот момент, когда он творит заклинание, меняет что-либо в окружающем мире. От него расходятся волны Силы, как от камня, упавшего в воду. А я не хочу, чтобы кто-либо знал, где мы.
  - А обучение? Ведь вчера вы показывали мне фантомы болезней.
  - Это другое. Здесь Сила движется внутри тела. Такое действие не вызывает колебаний Силы. Если же я попробую вылечить кого-нибудь или разжечь костер магией, недруги будут точно знать, где я. Понял?
  - Да. А кто наши враги?
  - "Наши"! - усмехнулся Родомист. - Пока только мои, о тебе они и не думают. А ты вчера слышал, от кого мы бежим, - и дверь домика со скрипом закрылась, прервав дальнейшие расспросы.
  
   Государь.
  
   Услышав за спиной вежливый кашель, Бран, государь могучего Эрина, и не вздумал повернуться, продолжил смотреть в окно.
   Вид громадных дубов, покрытых листьями напоминал о лете, вызывал чувство спокойствия и уверенности. Маги, повинуясь приказам владыки Эмайн Махи, поддерживают дубы и буки вокруг замка зелеными круглый год. Снег, если падал на кроны, сразу таял, и самые свирепые морозы были не в силах повредить деревьям.
   Бросив на них еще один взгляд, Бран обернулся. Кондл, глава лазутчиков напрягся и вытянулся, как новобранец перед десятником.
  - Кондл из клана Ночующих под Снегом приветствует повелителя, - произнес он формальное приветствие, и опустился на колено, склонив голову так, что серебристые волосы упали на лицо.
  - Бран, Носящий Венок, принимает приветствия Кондла, - ответил правитель Эрина. - Говори.
   Кондл поднялся, несколько мгновений помялся, прежде чем начать говорить.
  - Плохие новости, повелитель.
  - Что случилось? Вернулись ли драконы?
  - Да. Но не все закончилось удачей. Один из Волосатых сумел уйти.
  - Понятно, - стала ясна неуверенность молодого альва. Среди подданных бытовала байка о том, что принесший плохие новости государю - носителю Дара, непременно заболеет, а то и умрет. - И кто же это?
  - Маг Родомист из Северинского княжества.
  - Интересно, как он почувствовал угрозу? - Бран задумчиво закусил губу. - Рассказывай подробности.
  - Два дня назад отряд Иргела Отвязного добрался до Северина. Прощупали башню - обиталище Родомиста, но мага там не оказалось. Тогда они посадили дракона за городом и сумели наладить связь с теми, кто служит нам в Северине. Так вот выяснилось, что ранним утром того же дня маг покинул город через северные ворота. Сопровождал его ученик. На драконе обыскать дорогу на север - дело несложное. Они просмотрели все вплоть до границы с Длиннорукими, заглянули в городки на тракте. Но Родомист словно в воду канул.
  - Это плохо, - от легкого кивка Брана Кондл вздрогнул. Заметив это, правитель Эмайн Махи почти незаметно поморщился. Подумал, что иногда действие Дара бывает утомительно. - Но я не гневаюсь на тебя, - Кондл облегченно вздохнул. - Ты сделал все, что мог, как и твои подчиненные. А что с другими врагами?
  - Маг Слибен уничтожен.
  - Это последний из Завальского княжества?
  - Да, повелитель, - о хороших новостях Кондл докладывал твердо и четко.
  - Так, кто еще?
  - Маг Зимич из Северинского княжества убит без вмешательства магии. Его зарезала женщина, которой мы хорошо заплатили.
  - Кто у нас выжил на севере?
  - Родомист, и молодой маг из Старгорода, Летозар.
  - Он не опасен. А на юге что-нибудь получилось?
  - Ничего, повелитель. Маги Новгородского княжества держатся вместе. Защиту, которую они в состоянии поставить, не пробьет даже дракон. А подобраться незаметно мешает Завеса.
  - О ней - наслышан. Ты хорошо поработал, Кондл. Родомиста я найду без твоей помощи. Так что беспокоится не о чем, - Бран повернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. - Ты свободен.
  - Служу повелителю, - по военному ответил Кондл, приложив правый кулак к груди. Бран вновь недовольно поморщился, и снежно-белый полумесяц Дара над его головой, хорошо видимый для любого мага, на миг померк.
  
   Охотник.
  
   К закату Хорт оправился от утреннего приступа. К вечеру стих ветер, целый день таскавший по синему небосклону огромные белые облака, настоящие горы. Смолкли даже самые голосистые пичуги, в лесу стало тихо. Так что шаги Ратана охотник услышал задолго до того, как воевода добрался до костра.
   Едва уловив скрип снега под сапогами, Хорт засунул в вяло горевший костер цельную лесину. Пламя затрещало, к темному небосводу, глядящему на землю колючими глазками звезд, взлетел сноп искр.
  - Привет тебе, - сказал воевода, выбираясь из-за деревьев. - Ну ты и спрятался. Нелегко тебя найти.
  - Привет и тебе, - отозвался Хорт. - Сам понимаешь, не хочу, чтобы на меня случайно наткнулся кто-нибудь. Садись к костру. Ты как, не голоден?
  - Нет, благодарю, - ответил воин. - Я сыт. Как твое здоровье?
  - Все хорошо. А как твоя рана?
  - Также в порядке. Лекарь смазал ее какой-то дрянью и забинтовал. Заживет, не впервой.
  - Ну что же, - Хорт улыбнулся. - С вежливыми разговорами покончено, можно перейти к делу, - охотник смущенно огладил бороду, хмыкнул. - Не приходилось мне никогда гонцом бывать. Ну, да ладно! Тот, кто послал меня, велел передать следующее: "Брось все, и следуй за посланцем. Ты мне нужен".
  - Вот значит, как? - Ратан усмехнулся, и лицо его в неверных бликах пламени стало злым и мрачным. - Раз маг Родомист зовет меня, я должен бросить службу, оставить полк, и идти? Куда хотя бы? Далеко?
  - Нет. Тридцать верст на юг.
  - Пусть даже три версты на запад. Какая разница? Как я брошу полк? Не могу же я сказать: "До свидания, парни, но я ухожу". После такого заявления меня обвинят в измене, и будут правы. А у предателя одна дорога - на виселицу. А если, пока меня в отряде не будет, нападут Длиннорукие? - Ратан говорил все громче, ноздри его раздувались, в глазах мелькали красные искры, словно у рассерженной кошки. - Как мне быть? Что делать? Скажи ты, человек, принесший очень плохие вести.
  - Честно говоря, я не знаю, чего тебе сказать. Не мне решать за тебя. Но Родомист велел передать несколько строчек из "Книги Дара": "Носитель меньшего Дара должен следовать за носителем Дара большего, повинуясь его указаниям, сколь бы странно они не выглядели. Если же он будет противиться, то Дар отвернется от него, и ждут его великие беды и напасти".
  - Да, есть там такие слова, - Ратан опустил голову. - "Носитель меньшего Дара должен". Все верно. Но там ничего не говорится о том, что для всех настанет счастье и благоденствие, если носитель меньшего Дара покорно последует за носителем большего. Но у меня нет выбора, - глаза воина полыхнули, и Хорту показалось, что он видит алое сияние вокруг его головы, тот самый Дар воина, которым по слухам известный в княжестве воевода обладал с рождения. - Хорошо, я согласен. Когда выходим?
  - Завтра. Родомист очень торопится, - Хорт развел руками.
  - Но завтра же день Хорька, а он очень плох для путешествий.
  - Что делать? Сегодня мы уже не сможем выйти. Послезавтра - целый день потеряем. Значит, придется пойти против велений судьбы, - Хорт пожал плечами.
  - Да, делать нечего, - ответил воин твердо, но в глазах его была печаль.
  - Тогда встречаемся завтра, на восходе. Снегоступы у вас в лагере, я думаю, есть. А вот с продуктами у меня не очень. Захватишь?
  - Еще и вором предлагаешь стать? - невесело улыбнулся воевода. - Предатель и вор - каков путь для полкового воеводы Ратана! Хорошо, я возьму чего-нибудь. До завтра, - он поднялся и исчез в ночном сумраке.
  
   Ветеран.
  
   Время подъема Илигор ощущал, как говорится, нутром. За что давно получил среди дружинников прозвище Сыч. Новички болтали, что Илигор вообще никогда не спит, что и ночью, в темноте, продолжает бродить по стану, проверяя, начищены ли кольчуги, как бдят караульные...
   Илигор только усмехался, слушая эти басни.
   И в это утро он встал рано, еще затемно. Выбрался из шатра, на утренний мороз, под черное небо. Обошел посты, заглянул на кухню, где кашевары суетились вокруг огромных костров, и царило приятное тепло.
   А после этого непонятно почему решил зайти к полковому воеводе. Туда его потянуло возникшее еще вчера неясное предчувствие беды. Ох, не понравился тогда Ратан Илигору, что-то скрыл он от подчиненных, вернувшись утром из леса. Целый день проходил мрачный, а вечером исчез из стана, ненадолго, правда, но непонятно куда и зачем.
   Негромко зашуршал откидываемый полог, и Илигор переступил порог. В первый момент не поверил собственным глазам - в шатре пусто, лишь светится багровым жаром жерло походной печки, да горит на столе свеча. Пригляделся внимательнее и с трудом удержался от ругательств.
   На месте не было меча воеводы. Клинка старого, родового, доставшегося от предков. И вещей, без которых Ратан ни в один поход не пойдет, тоже нет. Так что, командир полка ушел?
   Илигор затряс головой, отгоняя дурацкую мысль. Нет, Ратан не мог повести себя таким образом. Чтобы он, само олицетворение воинского долга, вот так вот бросил все и дезертировал? Скорее облака наполнятся камнями и попадают на землю, а солнце взойдет на западе!
   Увидев около свечи записку, старый воевода поспешно взял ее. Заметив, что пальцы нервно подрагивают, он сердито нахмурился и усилием воли заставил их замереть. Вчитался в ровно выведенные буквы.
   Два листа оставил Ратан. Первый - извещение об отбытии на неопределенный срок, дополненное прошением о назначении Илигора, командующим полка. Второй - записка, младшему воеводе Илигору.
  - Прокляни меня Творец, - пробормотал тот. - Он что, с ума сошел?
   Судя по тексту записки, все именно так и было. "Очень плохо вышло, старина, - писал Ратан. - Но я вынужден оставить полк. Ты извини, но объяснить причин не могу. Под твоим началом ребята не натворят особых глупостей. Будь здоров. Надеюсь, что еще увидимся".
   Некоторое время Илигор простоял в полном ошеломлении, пытаясь осознать случившееся.
  - Вот надо же... - только и смог пробормотать, когда эмоции несколько поутихли. - Это как же так?
   Облегчив душу крепким ругательством, воевода, теперь уже не младший, направился к выходу. О том, что случилось, нужно поставить в известность воинов. Ну а еще попытаться найти следы и догнать Ратана.
   Вдруг он ушел не так далеко?
  
   Князь.
  
  - Посланник государства Эрин, Фингар из клана Шепчущихся в Листве, - дверной боярин стукнул посохом. Через распахнутые двери тронного зала прошел высокий альв, и разговоры среди княжеской свиты испуганно смолкли.
   "Потомственный дипломат - подумал князь со злобой - А эти шавки, кормящиеся с моей руки, боятся его. Но что самое противное, что и я боюсь. Запугали нас Остроухие так, что стыдно".
   Посол приблизился к трону. Высокий, стройный, никаких следов растительности на молодом лице. Не растут усы и борода у обитателей Эрина, у Остроухих, как их называют за глаза. Так что отсутствие щетины совсем не говорит о молодости. Золотые волосы посланца стянуты в причудливую прическу, серые глаза смотрят прямо. Одет согласно обычаям своего народа - в длинный камзол и узкие штаны в обтяжку. Добавлен только парадный панцирь, и это говорит о многом.
   Фингар опустился на колено и проговорил нараспев, почти без акцента:
  - Мое почтение князю Владигеру, да будут годы его долгими, правление - счастливым, а Дар - вечно сияющим, - звучный баритон разнесся по залу
  - Приветствую посла могучего Эрина, - ответил Владигер, но при этом подумал: "Издевается. Какой Дар? Наделенных им правителей нет в роду людей уже более трехсот лет". - Встаньте, благородный посол, я вас слушаю.
   Остроухий неспешно, с достоинством встал, развернул свиток, что до этого держал в руке. С шуршанием закачалась на шнурке печать-герб Эрина - дубовый лист и солнечный диск на нем.
  - Могущественный правитель Эмайн Махи, Бран Венценосный, - начал читать Фингар, - с прискорбием сообщает, что бесчинства и беззакония одного из подданных Северинского княжества переполнили чашу терпения его. И посему просит князя Владигера, как старший брат любимого младшего, выдать ему сего злодея, - легкий ветерок шепота пробежал по залу. Назвать правителя "младшим братом" означает посчитать его ниже себя, предъявить претензии на сюзеренитет над "младшим" родичем. Владигер стиснул зубы, но промолчал. Что может маленькое княжество, измученное долгой войной, противопоставить могучему западному соседу?
  - А именно, - продолжил посол, - мага Родомиста из Северина по прозванию Башенный Ворон, который с сегодняшнего дня объявляется врагом государства Эрин, государя Брана лично и клана Плавающих во Мраке. Дано в день Ястреба месяца Оленя года Сокола, три тысячи восемьсот сорокового от Творения. Государь Бран, Эмайн Маха.
   Когда посол прочел дату, мало кто в палате сдержал удивление. За сутки послание преодолело более чем пятьсот пятьдесят верст. "Не иначе, как на драконе летели. Чтоб им всем под землю провалиться, Остроухим этим", - думал князь, выдерживая достойную правителя паузу.
  - Мы выслушали, что пишет нам брат наш, могучий Бран, да будет сила его неисчерпаема, - сказал Владигер. - Но печалью полнится сердце наше, ибо нет мага, называемого Родомист, в пределах владений, нам подвластных, - князь не любил произносить речи, но когда надо мог блеснуть красноречием. - Несколько дней назад покинул сей маг город Северин, оставив нас без мудрого советника. Не занято место княжеского мага около нашего трона, как может это видеть благородный Фингар.
  - Это очень печально. Но, надеюсь, могучий князь не откажет нам в помощи? Ведь обида, нанесенная государю, есть обида всего Эрина, и посему не можем мы, верные слуги повелителя, стерпеть ее. - Фингар произносил слова медленно и вкрадчиво. - Если же князь откажет в помощи, то государь Бран посчитает, что злоумышленник действовал заодно с правителем Северина...
  - Ты забываешься, посол! - прервал князь витиеватую речь. - Ты обвиняешь меня в злоумышлении на твоего государя?
  - Нет, - Остроухий чуть смешался. - Но если могучий князь не поможет в поисках преступника, то государь Бран может понять это как недружественный шаг, и будет действовать соответственно, - теперь посол говорил жестко, почти угрожающе.
  - Я понял вас, благородный Фингар, - князь отвечал, а мысли бегали испуганными мышами: "Откажу, тогда без сомнений война. И они сомнут нас за несколько дней. А сопротивляться будет очень трудно, особенно без мага. Куда он делся, жаба его задери?". - Как только мне будут предоставлены доказательства, что маг Родомист злоумышлял на брата нашего Брана, да сияет вечно его Дар, я окажу вам посильную помощь в поимке преступника.
  - Князь сомневается в словах моего повелителя?
  - Нет, но правитель должен защищать подданных. В том числе, и от подозрений. Если Родомист преступник, то лишается моей защиты, если же здесь какая-то ошибка, то я буду оберегать его до последнего.
  - Речи, достойные правителя, - Фингар вежливо поклонился. - Требование князя справедливо. Доказательства будут представлены завтра, - он вновь опустился на колено. - Благородный князь позволяет удалиться?
  - Позволяет, - спокойно ответил Владигер, хотя внутри все кипело от злости. - Жду вас завтра, в это же время.
   Лишь когда дверь за Остроухим закрылась, правитель Северина дал волю гневу. Нет, князь не кричал, не топал ногами. Он просто отдавал приказы ледяным голосом. И служилый люд засуетился, забегал.
  - Старший воевода Мстислав? Два полка к западной границе. Скрытно, ночами... Что? Оголим северный рубеж? По донесениям воеводы Ратана, Длиннорукие разбиты, и не нападут до весны... Полки не готовы? Вы давно не сидели в порубе, воевода? Быстро! - кованые сапоги загрохотали по полу, и важный, грузный, как медведь, воевода исчез с прытью, достойной резвого юноши. - Старший гонец Горыня? Почтового сокола в Старгород. Пусть пригласят мага Летозара ко двору. Ввиду исчезновения Родомиста ему предлагается место княжьего мага, - глава гонцов удалился быстрым шагом. - Боярин Пустозвон? - тихий, тщедушный, похожий на сухую былинку, боярин, что ведает в княжестве "красной ложью", соткался перед князем, словно из воздуха. - Готово ли посольство, в Завалье, к князю Руевиту? Хорошо... А в Тускулум, к принцепсу Марку? Очень хорошо. Пусть отправляются немедленно. Времени мало. Остроухие ищут любой повод, чтобы напасть. Война неизбежна, - князь вздохнул. - А теперь оставьте меня одного.
   Бояре и дьяки один за другим вышли в дверь, и в тронном зале воцарилась столь редкая здесь тишина.
  
   Наставник.
  
   С самого утра Родомист казался сердит и мрачен. Леслав долго не решался спросить, в чем дело, но потом все же набрался смелости:
  - Учитель, что с вами?
  - Не обращай внимания. Просто меня начали искать с помощью магии. Над княжеством раскинута огромная сеть из Силы, и стоит мне задеть одну из ее нитей, как меня мгновенно обнаружат.
  - И что же делать? - испуганно спросил юноша.
  - Тебе - ничего, - маг улыбнулся. - А мне придется отменить сон и постоянно уклоняться от ловцов. До тех пор, пока мы не оставим территорию, над которой раскинута сеть.
  - И куда для этого нужно идти?
  - Сеть покрывает все Северинское княжество, - маг вздохнул. - Так что путь нас ждет неблизкий. Но это не повод, чтобы тебе отлынивать от учебы. Иди-ка в лес, да и составь из того, что там найдешь, возбуждающий отвар, и чтоб не мужскую силу возбуждал, а спать не давал. Он мне вечером очень пригодится.
  - Так ведь в лесу холодно? - вяло возразил Леслав.
  - Отлично. Заодно потренируешься в пробуждении внутреннего тепла.
   Леслав вздохнул и отправился в лес. Родомист проводил его взглядом, а когда хлопнула закрывшаяся дверь, сел на лавку, привалился к стене и закрыл глаза. Мысли потекли неторопливо:
   "Магическая охота - это не шутки. Правитель Остроухих, да проклянет его Творец, оказался на редкость догадлив. А науськанные им маги в Эмайн Махе всполошились, да еще как! Целую ночь трудились, дабы накинуть ловчую сеть на Северинское княжество. Такая сеть поможет поймать мага, даже если он сидит тише мыши, и никак себя не проявляет. Но ничего. Не на того напали. Не зря над моей головой вот уже тридцатый год ярко сияет синее пламя Дара, Дара заработанного, а не врожденного!".
   Стук входной двери прервал размышления. Вошел изрядно замерзший Леслав в заснеженной одежде. Лицо его, искусанное морозом, раскраснелось, сияло наливным яблоком.
  - Ну, докладывай, чего принес? - спросил маг, когда юноша разделся и сел к печке, чтобы отогреться.
  - Чего-то принес, - Леслав улыбнулся, и выложил на стол добычу. Родомист принял строгий вид и многозначительно воззрился на нее.
  - Ну, так что, правильно? - Леслав от нетерпения высунул язык.
  - Да, ты молодец. Если из того, что ты принес, сделать отвар, то спать я не буду, точно, - юноша самодовольно улыбнулся, но Родомист не дал ученику возгордится. - Я буду бегать всю ночь, по очень большой нужде.
  - Да ну вас, учитель! Вам все шутить! - в голосе Леслава проскользнула обида.
  - Конечно, без шуток никак нельзя. Но на самом деле ты справился отлично, - маг хитро улыбнулся. - За это тебе награда - будешь сам готовить отвар.
   Леслав подбросил дров в печь, поставил на нее котелок со снегом. Взял нож и долго возился с принесенными ветвями и корнями. Очистив от коры, кинул их в нагревшуюся воду. По избе потек горький аромат взвара. Когда вскипело, часть его юноша перелил в кружку, остальное прямо в котелке выставил в сени.
   Маг взял кружку с темной, пахнущей лесом жидкостью, осторожно подул. Леслав наблюдал за ним, затаив дыхание. Родомист ободряюще кивнул ученику и выпил все одним глотком. Обжигающая волна прокатилась по горлу, провалилась в живот. Там сразу стало горячо. Кровь быстрее побежала по жилам, участилось дыхание.
  - Ну что же, - после некоторого размышления произнес маг. - Ты справился очень неплохо, - Леслав облегченно вздохнул. - А теперь можно и поужинать.
   Приступили к трапезе.
   Котелок пустел. Лучина горела неровно, краснеющие угольки с шипением тонули в лохани, поставленной под светец. На улице темнело, и маг все с большим беспокойством прислушивался к лесным звукам. Хорту вместе с Ратаном давно пора появиться; не иначе, что-то случилось.
   Глядя на учителя, загрустил и Леслав. Заметив это, Родомист про себя выругался. Просто заставил себя говорить бодро:
  - Эй, Леслав, что понурился?
  - Да так, не знаю.
  - Помнишь первые попытки Видеть?
  - Помню, - поморщился юноша. - Ничего так и не вышло.
  - Сегодня, я думаю, у тебя все получится гораздо лучше.
  - Да? - неуверенность в возгласе смешалась с надеждой.
  - Да, - твердо ответил маг. - Вставай, как я тебя учил, помнишь?
  - Ноги шире плеч, колени согнуты, руки на бедра. Дышать ровно, - Леслав выполнил указания, и стал похож на чудную статую - всадника без коня.
  - Теперь закрывай глаза, и сосредотачивайся на точке меж бровями. Возьми немного Силы из запаса и направь ко лбу. На вдохе собирай Силу, а на выдохе отправляй по назначению. Но потихоньку, маленькими порциями.
  - Я понял, учитель, - дыхание Леслава поменялось. Только что бесшумное, оно зазвучало ритмично и громко.
  - Когда между бровями нагреется, скажешь.
  - Хорошо, - Леслав дышал, и пот тек по лицу, будто смола по дереву. Хорошо было видно, как фиолетовая струйка Силы медленно поднимается от грудины по горлу, к переносице.
   Мир полон Силы, но воспользоваться ей не так-то просто даже для самого опытного мага. Чтобы использовать Силу, необходимо ее собрать, сделать одним целым с собой, а потом сберечь. А хранится она в одном и том же месте у каждого мага, будь он человек или Гологоловый - за грудной костью. По величине находящегося там запаса и судят о силе мага.
  - Нагрелось, учитель, - слова Леслава прозвучали глухо, словно юноша сидел в бочке.
  - Так, теперь... - но маг не смог закончить фразу, так как дверь с грохотом распахнулась, и вошел Хорт, а за ним Ратан.
  - А, вот и вы, - обрадовался маг. Отвлеченный шумом, Леслав открыл глаза, и вопрос его прозвучал странно:
  - Учитель, а что это красное вокруг его головы? - рука юноши указала на Ратана.
   Маг ощутил себя так, словно с плеч его свалилась гора. Но воевода и охотник в изумлении уставились на юношу, одновременно нахмурились. В избе наступила напряженная тишина.
  
  
   Глава 3
  
   Ученик.
  
   Леслав оторопело таращился на учителя. Яркое синее пламя окружало его голову, сама фигура начинала временами плыть, превращаясь в нечто текуче-сверкающее. За спиной и над головой мага угадывались какие-то смутные тени, но сконцентрировать взгляд на них не получалось. Похожее сияние, только алого цвета, окружало голову вошедшего с Хортом высокого мужчины.
  - Ну вот, не зря трудился, - радостно вздохнул Родомист. - Ты, друг мой, увидел Дар. Это не морок, не наваждение.
  - А почему Дар разного цвета? - поинтересовался юноша.
  - Погоди задавать вопросы. Позволь сначала вас познакомить. Это воевода Ратан, ну а это - мой ученик, Леслав.
   Мужчины пожали друг другу руки, и Леслав переспросил:
  - Так почему они разные?
  - Все очень просто, - маг улыбнулся, чисто и радостно. Учитель был доволен, словно медведь, добравшийся до меда. - Есть три вида Дара, ты знаешь. Дар Воинов отмечен красным цветом, Дар Магов - синим. Есть еще Дар Правителей, его цвет чисто белый. Но носителей этого Дара единицы, их ты вряд ли встретишь.
  - А кто ее носит?
  - Мне известны двое. Хан орды Аджад, самого крупного государства Красноглазых, а, кроме того, Бран, правитель Эрина.
  - Да, на них посмотреть мне, скорее всего, не доведется, - с сожалением вздохнул Леслав.
  - Хватит болтать ерунду, - довольно невежливо вмешался в разговор воевода. - Сегодня я стал дезертиром, и вовсе не для того, чтобы слушать умные речи про Дар. Что тебе нужно от меня, маг?
   Светлые глаза его недружелюбно блеснули.
  - Я знаю, что тебе непросто, - к удивлению Леслава, наставник заговорил мягко, точно с убитыми горем родителями, только что потерявшими сына. - За спиной остались соратники, честь, достоинство, впереди маячит лишь неизвестность. Стыд жжет душу сильнее раскаленного железа. Ты бы предпочел оказаться в темной пещере и никогда более не выходить оттуда.
   Ратан оскалился, облако Дара вокруг его головы замигало.
  - И поэтому мы поговорим завтра! - закончил маг твердо. - Когда ты хоть немного, но успокоишься.
   Воевода набычился, поиграл желваками на скулах, но ничего не сказал.
  
   Наставник.
  
   Лучина погасла, изба погрузилась во мрак. С трех лавок донеслось ровное дыхание спящих, а оставшийся сидеть у стола Родомист потер глаза и повел плечами, чтобы размять напряженные мускулы.
   Ему предстояла ночь без сна.
   Поначалу неплохо помогал отвар Леслава. Желание спать ощущалось, но слабое и неопределенное, словно чужое. После полуночи стало сложнее. Навалилась тяжелая, как валун, дрема. Когда сонливость совсем одолевала, Родомист выходил во двор, протирал лицо снегом.
   Когда выбрался на мороз в очередной раз, с несказанным облегчением понял, что скоро рассвет. Розовый шар солнца, толстый, как откормленный поросенок, выкатился из-за горизонта, и маг с удовольствием подставил лицо пусть не очень теплым, зато самым первым лучам.
   Мягкая, легкая Сила, исходящая от светила, охватила тело, потекла по коже. Когда волна Силы прокатилась до самых пят, маг ощутил такую бодрость, словно проспал всю ночь. Но тут за спиной хлопнула дверь, захрустел снег и испуганный голос произнес:
  - Учитель, я больше не вижу!?
   Родомист вздохнул и обернулся.
  - Не пугайся, - сказал он. - Видение твое пока нестабильно, но оно вернется, обязательно. От него не так просто избавиться.
   Леслав вздохнул так, что с ближайшей ветки посыпался снег, и побежал умываться. Маг постоял еще немного на морозе и вернулся в избу. Вчерашние путешественники уже проснулись. Возившийся около печи Хорт лишь мельком глянул на Родомиста, зато Ратан уставился на него вопросительно и осведомился:
  - Ну что, говори, зачем ты меня вытащил? И если причина окажется пустяковой...
  - Что же, я объясню. Все объясню.
   Воеводе пришлось ожидать, пока маг разденется и сядет за стол. К этому времени рядом с воеводой появился Леслав, даже охотник начал поглядывать на мага с ожиданием.
  - Не следует торопиться в серьезных делах! - наставительно изрек Родомист, заметив, что ученик открыл рот. В избе стало невероятно тихо, так, что донесся шорох мыши за печью. - Разговор у нас пойдет о делах непростых, о которых в обычное время думают только маги да некоторые правители. Но в Северинском княжестве все настолько плохо, что именно нам придется на этот раз решать судьбу нашего Народа.
  - Судьбу Народа? Людей? - хмыкнул Хорт. - Ты видно шутишь.
  - Нет, не шучу. Подошло время, когда самый обычный человек способен перевернуть участь государств. Идет к завершению год Сокола, последний в Цикле. Это известно всем. Но есть то, о чем вы не знаете, и знать не можете, - мага неожиданно одолел кашель, на некоторое время лишив его возможности говорить. - Творец устроил наш мир очень разумно. Все в нем подчинено закону Цикла. Порядок дней, месяцев и лет неуклонно повторяется. Разумные существа подчиняются Циклу, соизмеряют поступки с его движением. Но имеется один момент, когда все наоборот, когда Цикл подчиняется нам. Я говорю о Последней ночи. О той, в течение которой определяется Народ, что будет править миром в следующие тридцать два года.
  - Последняя ночь? Когда она бывает? - спросил Хорт.
  - Ночь перед первым днем нового Цикла, днем Грифона месяца Тура года Оленя. Избранный народ определяется в раз и навсегда установленном месте - Храме Судьбы, что стоит далеко на юге, за Драконьими горами. В Храм могут войти семеро разумных существ, по одному от каждого из Семи Народов. Но выходит только один. Что происходит внутри, не знает никто. Даже пережившие Последнюю ночь никогда не рассказывают об этом.
  - А какую выгоду получает выживший? - хмуро поинтересовался Ратан.
  - Он обретает власть над драконами, которой может делиться с сородичами. Сам избранный народ менее подвержен болезням, на свет появляется больше здоровых детей. Среди них становится много носителей Дара Воина и Дара Мага. А тот, кто прошел храм, почти всегда получает Дар Правителя. Так приобрел ее нынешний государь Эрина.
  - Так, - Ратан обдумал все первым. - Ты предлагаешь нам отправиться на юг, в этот твой Храм от лица людей?
  - Именно так, - Леслав стал похож на огромную сову, такие сделались у него глаза, Хорт издал удивленное восклицание.
  - Разве мало в людских землях магов и правителей, которые помимо тебя пошлют туда кого-либо? - закусив губу, спросил Ратан. Судя по мрачному лицу, воеводе вовсе не улыбалось отправиться к Храму Судьбы.
  - В последние годы Остроухие, избранный народ последних двух Циклов, тайно уничтожают магов в северных землях. В Завальском княжестве не осталось колдунов, владеющих Даром, в Северном - я один. Мало повелевающих Силой теперь и у Длиннноруких.
  - А Новгородское княжество? Оно ведь всегда славилось магами? - влез в разговор Леслав.
  - Да, и сейчас там девятеро повелевающих Силой, из них пятеро - с Даром. Они точно кого-нибудь отправят. Но если владыки Новгорода получат власть над драконами, как вы думаете, на кого первыми обрушатся огнедышащие твари?
  - На этот вопрос можно не отвечать, - грустно сказал Ратан. - Маги Новгорода враги нам.
  - Несомненно. Как и чудодеи Эрина, что тоже отправят кого-либо в Храм. И колдуны империи Того, Полурослых и Красноглазых.
  - Только маг может войти в храм? - спросил Леслав, возбужденно сверкнув глазами.
  - Нет, любой человек, Остроухий или Зеленоволосый. Просто магу легче добраться до самого храма.
  - Но ведь до нового года еще два месяца? Куда торопиться? - заметил Хорт.
  - Дорога не станет легкой. Нам будут мешать маги и правители Эрина, которые уже сейчас ищут меня. Пока мы не доберемся до Драконьих гор, придется опасаться нападения сверху. Мы вынуждены будем идти тайком, глухими лесами. Путь далек, и два месяца - срок, в который мы как раз уберемся.
  - Все ясно, - улыбнулся охотник. - Теперь понятно, зачем нужен я. Дабы провести вас лесами до северной границы степей.
  - Ты лучший следопыт из всех, кого я знаю, - маг, словно извиняясь, развел руками.
  - А я должен мечом расчищать дорогу? - хмыкнул Ратан.
  - Да, и, кроме того, если я не дойду до Храма, то внутрь идти тебе. Носитель Дара имеет больше шансов на победу.
  - А я зачем, учитель? - спросил Леслав с обидой в голосе.
  - Как зачем? По дороге может погибнуть и Ратан, не только я. Тогда в Храм пойдешь ты.
  - Я? Как? Да ладно вам шутить, - юноша надулся, решив, что над ним издеваются.
  - Я не шучу. Твой Дар ничем не хуже моего или Дара Ратана, а возраст не имеет там такого уж большого значения.
  - Что же, все понятно. Когда выходим? - Ратан задал вопрос столь будничным тоном, словно речь шла о прогулке на десяток верст.
  - Не раньше, чем послезавтра. Необходимо подобрать снаряжение: мешки, снегоступы, оружие. А завтра Хорту придется сходить в Выселки, подкупить провизии. Как можно больше. В лесу сейчас не прокормишься. Точно я говорю?
  - Все верно, - проворчал охотник. - Но в любом случае не нравится мне эта затея. Как ты хочешь идти? Прямиком на юг?
  - Нет, этого от меня наверняка ждут. Также предсказуем крюк на восток, в Завальское княжество. Мы пойдем на запад, где граница ближе всего. А на границе кончается магическая сеть, из-под которой мне надо выбираться как можно быстрее. Долго без сна я не выдержу.
  - Что, на запад? В лапы к Остроухим? - Хорт посмотрел на мага, как на сумасшедшего.
  - Да, на запад. Там меня не будут искать, - Родомист улыбнулся. - Остроухие всегда славились мощью разума, так что все разумные варианты моего бегства они предусмотрят. А мы пойдем вопреки рассудку. Пересечем границу, и вдоль нее, по землям Эрина, двинемся на юг. Правда, придется идти через Темнолесье, - при этих словах лицо мага стало мрачным, он тяжко вздохнул. - Но ничего, прорвемся. Дойдем до Светлой реки, свернем на юго-восток, в Новгородское княжество. А там и степь. Как тебе, Хорт, этот путь?
  - Ничего. Только придется через болота да завалы топать. И как я понял, без колдовства?
  - Без него. Рассчитывать придется только на свои силы. До Драконьих гор.
  - Что за Драконьи горы? - встрял Леслав. - Они что, такие высокие, что дракон через них не перелетит? А как мы тогда пройдем?
  - Нет, не так уж они высоки, - улыбнулся Родомист. - Драконы могут летать южнее этих гор один день в целый Цикл - в самый первый. Все другое время огнедышащим тварям туда ходу нет.
  - Ясно, - глаза юноши горели. Еще бы, в двадцать лет что угодно покажется приключением, даже изнурительный многодневный поход по зимнему лесу.
  - Ну что же, - маг встал. - Тогда за дело.
  
   Князь.
  
   На этот раз посол пришел без брони. Но спесь и сознание собственной силы никуда не исчезли, торчали, как гребень у петуха, заставляя бояр пугливо съеживаться и злобно сверкать глазами.
  - Мое почтение могучему князю, да будут годы его долгими, правление счастливым, а Дар всегда сияющим.
  - Приветствую посла могучего Эрина, - благожелательно кивнул Владигер. - Готов ли ты, благородный Фингар, представить доказательства вины мага Родомиста в его злоумышлении на государя Брана?
  - Готов, могучий князь, - посол сделал шаг и протянул свиток, перевязанный алой лентой. Но не князю, а боярину- письмоводителю, что всегда стоит справа от трона. Письмоводитель развернул свиток и с поклоном передал князю.
  - Так, показания придворного служителя, - произнес Владигер, глядя в свиток, - которого Родомист магией принуждал подсыпать яд вашему государю? Весьма занятно, - князь Северина хмыкнул.
  - Воистину так, - подтвердил Фингар.
   Владигер погрузился в чтение. После показаний служителя, которому Родомист являлся в виде призрака и приказывал совершить злодейство, угрожая карами, следовали отчеты придворных магов государя Остроухих. Чародеи в один голос утверждали об имевшем место магическом воздействии и каялись, что не смогли пресечь его, несмотря на все усилия.
   Князь хмыкнул. Такой откровенной липы он не видел очень давно. Но делать нечего, не те сейчас силы у княжества, чтобы перечить владыке Эрина. До того момента, когда подойдут войска из Завальского княжества и из Порубежных гор, придется поддаваться, тянуть время.
  - Вижу я, что скорби брата моего, государя Брана, да не омрачится его Дар вечно, не лишены основания, - проговорил Владигер с издевательским смирением. - Если означенный маг находится в пределах нашего княжества, то необходимо его схватить и передать благородному послу. Послезавтра будет готов соответствующий указ.
   Правитель Северного княжества кивнул, давая понять, что разговор окончен. Но посол не сдвинулся с места.
  - Но могучий князь, государь Бран хотел бы видеть в брате своем подтверждение крепких чувств дружбы и согласия, что давно наблюдаются меж правителями наших государств. И посему я осмелюсь попросить, - по лицу Фингара пробежала ухмылка, в этот миг он напомнил лису, - поторопиться с поимкой преступника, ведь тот может и ускользнуть.
  - Сердце наше склоняется к просьбам нашего брата. Конечно, нельзя позволить столь ужасающему преступнику скрыться, нанеся тяжелую обиду государю Брану, - тут Владигер позволил себе улыбнуться. - И посему указ будет готов завтра.
   Посол не стал возражать. Молча поклонился и ушел. Понял, что больше князь не уступит.
  
   Воевода.
  
   Настроение у Ратана с самого утра было отвратительное. Еще несколько дней назад он, потомственный воин, воевода Северинского княжества, осиянный Даром, не мог представить, что отринет честь и службу, окажется в глуши и будет копаться в старом хламе, помогая лесному охотнику ремонтировать снегоступы. Но там, где появляется Родомист Башенный Ворон, возможно и не такое.
   Сам маг с утра ушел в лес. За кореньями и травами, что укрыты под толстым слоем снега, но не потеряли целебную силу. Ученика забрал с собой, сколько тот ни ворчал, что в такой мороз лучше сидеть у печки.
   Вернулись оба к вечеру, когда сборы были закончены. А утром следующего дня Хорт нагрузился мешками и отправился за провизией. Родомист вновь уволок мальчишку в чащу, за какими-то 'зимними грибами'. Ратан наточил меч, еще раз проверил все снаряжение и только после этого взял оружие и вышел во двор.
   Сначала размялся, затем перешел к упражнениям для двух мечей. Махал оружием до тех пор, пока в глазах не потемнело. А когда пошел к избе, обнаружил, что от леса за ним наблюдают маг и ученик. Челюсть Леслава выглядела неприлично отвисшей, в чистых глазах светился восторг.
  - Что? - хмуро улыбнулся Ратан. - Понравилось?
  - Да, очень. Я хочу быть воином!
   Маг усмехнулся и сказал мрачно:
  - Все мальчишки хотят быть воинами. Счастливы те из них, кто перерастает эти мечты и становится взрослым, и ужасна судьба тех, кто воплощает жестокую детскую мечту в реальность.
   На лице юноши отразилось сначала недоверие, а потом удивление, когда Ратан кивнул.
   После полудня Хорт вернулся с Болотных Выселок нагруженный провизией. Едва сгрузил мешки на пол, затараторил поспешно:
  - Там такие новости.
  - Ну, и что случилось? - вяло спросил маг. Морщины на его лице за вторую бессонную ночь стали, казалось, вдвое глубже.
  - Да ничего хорошего. Пришел я на Выселки. Направился, как обычно, к Ситню. Он у нас торговлю ведет. А тут, смотрю, у корчмы толпа. Мужики гудят, руками машут. Подошел я к ним, спрашиваю: "В чем дело?". Отвечают, гонец приехал, указ привез, от самого князя Владигера. "О чем приказ?" - интересуюсь. Оказалось, о поимке преступника. И как вы думаете, кого ловят?
  - Кого? - не выдержал Леслав. Ратан хмыкнул.
  - Мага Родомиста. Я как услышал это, чуть не упал. Спросил: "И за что ловят-то мага?". Обвинили его, то есть тебя, Родомист, в покушение на государя Брана, правителя Остроухих. Ну, тут разобрало меня любопытство, решил узнать, как они тебя ловить будут. Выяснилось, что кроме княжьих воинов, поиском займутся еще и присланные из Эрина Остроухие. До Выселок-то они нескоро доберутся, дней через семь. Узнал я все это, и тихо отошел. Добрался до Ситня, шкуры ему отдал, харча набрал. Он и спрашивает: "Куда тебе столько?". Пришлось изворачиваться: "Твоя рожа - говорю, - надоела. Подольше хочу здесь не появляться". Хмыкнул он и отстал. Но Ситень - хитрец, каких мало. Он может и про тебя, Родомист, помнить, и про то, что мы знакомы, - закончив рассказ, Хорт развязал мешок. Булькнула фляга, по избе потек аромат самогона.
  - Ты продукт не переводи, - не дал выпить маг. - Он нам еще в дороге пригодится. А то, что меня ищут, еще один повод, чтобы уйти как можно быстрее. Вот завтра с самого утра и отправимся.
  
   Ученик.
  
   Утро пришло мрачное и снежное. Сизые тучи цеплялись отвисшими животами за вершины деревьев, высыпая из распоротых чрев крупу метели. Промозглый западный ветер дополнял картину. Под его порывами деревья пронзительно скрипели, как жалующиеся на судьбу дряхлые бабки.
   На душе у Леслава было муторно. Сегодня он полностью осознал, что придется идти с тяжелым грузом, покинув теплый дом. А когда возвратишься и возвратишься ли вообще, неизвестно. Из дома, где родился, он ушел, башню мага, где прожил пять лет, тоже покинул, и теперь вновь предстоит уходить. И каждый раз уход совершался не по его воле. Его никто не спрашивал, хочет он или нет, его просто уводили.
   Но неважно в это утро чувствовал себя не один Леслав. Когда надели мешки и вышли из дома, Хорт проворчал уныло:
  - Ну вот, опять все наперекосяк. В день Ласточки в дорогу отправляться не очень хорошо. Против судьбы идем. Нехорошо.
  - Да, против, - резко обернулся Родомист. Бессонные ночи состарили его не на один год, но выглядел маг в этот миг очень сурово. - Но когда Судьба в том, что твой родной край, и твой народ должны погибнуть, то лучше идти против нее, чем сидеть, сложа руки.
   Хорт только вздохнул. Прощально стукнула дверь, заскрипел под ногами снег, и изба исчезла за стволами деревьев.
   Шли строго на запад, гуськом, след в след за охотником. До полудня двигались в основном сосняками, которыми богато Северинское княжество. Средь сосен встречались ели и березы. Одиноко торчали пихты и лиственницы.
   Обедали, не разводя костра, практически на ходу. Полноценный привал будет только вечером, когда незаметен дым.
  - А что насчет пламени? - поинтересовался Леслав.
  - Огонь заметен сверху, - мягко ответил маг. - Но драконы ночами не летают.
  - Почему? - у юноши округлились глаза.
  - Никто не знает, - Родомист пожал плечами. - Есть лишь догадки. Ночью течение Силы, если можно так сказать, ослабевает, и существа, что только ей и живут, не могут быть активны. Или все много проще - ящеры просто не видят во тьме.
   Сильный ветер создавал дополнительные проблемы. Под ударами его невидимых кулаков с веток целыми сугробами рушился снег. Один здоровенный ком угодил Леславу прямо на голову - он как раз шел с откинутым капюшоном.
  - Ничего, пойдем быстрее и высохнешь, - сказал Ратан, глядя на растерянно моргающего юношу.
   Ближе к вечеру лес изменился, чаще стали встречаться лиственные деревья. Появились проплешины, на вид гладкие и удобные для ходьбы. Но Леславу тут же объяснили, что едва ступишь на такую поляну, как мигом окажешься в грязной вонючей жиже по пояс, а то и по шею.
   Участки редколесья старались обходить. Порой приходилось давать крюк на сотни саженей. Родомист с тревогой посматривал на небо. Под дикие завывания ветра облака мчались на восток, щедро посыпая землю снегом.
   Когда дорого пошла на юго-запад, навстречу заходящему солнцу, Леслав спросил:
  - Зачем поворачиваем?
  - На запад - болота, почти непроходимые, да еще и голые, словно лысина, - охотно отозвался Хорт. - Даже если в трясине не потонешь, то с воздуха нас там за десяток верст увидят.
  - Хорошо, что сегодня снегопад, - кивнул маг. - Да и тучи низкие. Но лучше не рисковать. Границу будем переходить возле тракта, где сухо.
  - Но там стерегут, - меланхолично заметил Ратан.
  - Охрану можно обмануть, болото - не проведешь, - отрезал Родомист.
   Солнце зашло, но маленький отряд и не подумал останавливаться. Хорту тьма совершенно не мешала вести отряд. Лишь когда ноги совсем отказались служить путешественникам, а Леслав начал зевать, маг объявил привал.
   Юноша застонал, с трудом оторвал от плеч вросшие в них за день лямки. Сразу стало легко-легко, были бы крылья, точно полетел бы. Но следующая фраза наставника мигом разрушила всю легкость, усталость вернулась с новой силой:
  - Леслав - за хворостом.
   Пришлось бродить по темному лесу, натыкаясь на сырые холодные ветви, что так и лезли в лицо. Лишь магическая чувствительность позволила найти сухостой. Мертвое дерево не дышит Силой. Леслав срубил небольшую сосну и притащил к месту стоянки, где из ветвей сложили навес, что будет защищать от снега.
   Вскоре маленький костерок плевался оранжевыми искрами. Над пламенем повесили котлы. Натаскали большую кучу лапника.
   Пока снег в котлах таял, Леслав вытащил спальный мешок и улегся на него, надеясь подремать до ужина. Но едва закрыл глаза, как его потрясли за плечи:
  - Вставай, лежебока! - из полутьмы выплыло лицо учителя. В нос ударил запах, от которого юноша мгновенно проснулся - запах каши с мясом. Леслав резво вскочил и принялся искать ложку.
  - Ого, как еду учуял, так запрыгал, как лягушка весной, - улыбнулся Хорт, заглядывая в котел. - А мы тут решали, будить тебя или без ужина оставить.
   Поели, вычистил котелки, и только после этого Леславу удалось по настоящему улечься. Он влез в мешок, вытянул гудящие ноги. Последним, что видел, была высокая фигура учителя около костра. Маг, которому все равно спать нельзя, остался сторожить.
  
   Охотник.
  
   Хорт лег с краю навеса, но засыпать сразу не стал, решил понаблюдать за магом. Вдруг тот не выдержит, уснет? И тогда придется либо будить его, либо становиться на стражу самому.
   Родомисту, судя по всему, спать хотелось, и очень сильно. Даже сидя, он, не переставая, клевал носом. Иногда тягуче зевал, с диким завыванием, а затем испуганно оглядывался на спутников.
   Маг вставал и начинал ходить, отгоняя сонливость. Пил отвар Леслава, натирал лицо снегом, время от времени делал странные движения руками, шумно дышал. Тогда глаза его начинали гореть ярче, словно в каждом полыхало по костерку...
   Проснулся Хорт от далекого волчьего воя. Вокруг было темно, солнце еще не встало. Маг сидел там же у костра, мрачный, словно замерзшая ворона. Ветер, что вчера так досаждал деревьям, унялся, и в лесу царила тишина. Так что вой, который охотнику сильно не понравился, мог донестись с очень далекого расстояния.
   Сделав усилие, Хорт выбрался из мешка. Утренний мороз, обрадовавшись, мгновенно вцепился в тело. Охотник, сдерживая ругательства, натянул валенки, оделся. Маг обернулся, вяло махнул рукой. Вдвоем натаскали веток, набили котелки чистым снегом, набранным подальше от костра.
   От треска веток, что находили смерть в алой пасти костра, проснулся Ратан. Леслава разбудили только к самому завтраку. Пожалели. Все же в двадцать лет - еще не мужчина, в полную силу не вошел.
  - Вставай, вчера тебя ждали, второй раз не будем, - сказал Ратан, расталкивая юношу.
   Вышли даже немного позже, чем вчера, но начали резво. Вскоре выяснилось, что Леслав отстает. Ясное дело, после вчерашнего перехода ноги болят, и еще как. Пришлось немного сбавить ход.
   Там, где шли путники, болото теснило лес, заставляя деревья отступать на юг. Приходилось следовать за чащобой. Вокруг было на удивление пусто, даже мертво, почти не встречались звериные следы. Лишь раз мелькнул среди зарослей заяц-беляк. Но исчез так быстро, что даже Хорт не успел ничего сделать. В другой раз на островке среди топи объявилась лиса. Уставилась, рыжая бестия, и не уходила. Чуяла, хитрюга, что людям до нее не добраться.
   К вечеру болото немного подалось на север, вновь пошел густой лес. Поскольку дичи достаточно и рядом с Выселками, то так далеко от дома Хорт почти не заходил и места эти знал плохо. Поэтому шел медленно, осторожно. Время от времени останавливался, поднимал руку, заставляя спутников притихнуть, прислушивался и принюхивался. Знал, что граница в лесу - вещь почти незаметная. Но это совсем не значит, что ее никто не охраняет.
   То, что рубеж близко, Хорт определил, когда услышал голоса. Сначала решил, что крикнула птица. Но почти незаметный ветерок подул сильнее, и вскоре стало ясно, что далеко впереди разговаривают. Охотник махнул рукой, командуя своим "стоять", затем прислушался. Сквозь шум леса донеслась чужая речь, обрывки смеха.
   "Остроухие" - подумал Хорт, и без раздумий повернул назад.
  - Ты куда? - поинтересовался Родомист.
  - Граница рядом, - пояснил охотник. Но пойдем через нее завтра, со свежими силами.
  - Почему не ночью? - Ратан поднял брови.
  - Ловушки, - устало ответил Хорт. - Волчьи ямы и прочее. В темноте я их не увижу.
   Места для ночлега выбирали долго и устроились под сплетшимися ветвями двух огромных, как башни, елей.
  
   Ученик.
  
   Сразу после ужина легли спать. Хорт и Ратан уснули быстро, а Леславу не спалось. Устал так, что даже расслабиться не получалось. Тело болело, скакали галопом и взрывались разноцветными вспышками суматошные мысли. Юноша долго ворочался с бока на бок, наконец, не выдержал. Вылез из мешка, подошел к учителю, который, как и вчера, остался около огня. Некоторое время сидели молча. В алом пламени, если верить глазам, рождались и гибли сотни удивительных существ.
  - Что, не спится? - спросил маг. Вид у него был настолько измученный, насколько это вообще возможно. Как у медведя, которого разбудили посредине спячки и не дали заснуть до весны.
  - Да, - кивнул Леслав. - Учитель, а как вы познакомились с Ратаном?
  - Давно это было, - словно нехотя отозвался Родомист и огладил бороду. Отсветы играли на лице мага, превращая его в причудливую гористую страну с ущельями морщин и высокими хребтами складок. - В войне Предательства.
  - Что это за война?
  - Разве не знаешь? Маг посмотрел изумленно, и Леслав смешался. - Двадцать лет назад, в год Ворона, напали Остроухие. Но в союзниках у тогдашнего князя, Ярополка, были Длиннорукие, ожидалась подмога из Тускулума. И мы не боялись, - маг закашлялся и сплюнул в костер. Пламя обиженно зашипело.
  - И что случилось?
  - Нам ударили в спину. Свои же, из Новгородского княжества. Они заключили тайный союз с Остроухими. Удар вышел совершенно неожиданным, ведь мы почти не держали войск на южной границе. И момент для нападения выбрали очень удачно, когда наши союзники еще не подошли. Войско наше разбили, Северин взяли в осаду. Поспешившие на помощь Длиннорукие сами попали в ловушку. Их вожди обвинили нас, людей, в предательстве. С тех пор война на севере не утихает. Ну а наше княжество после той войны уменьшилось более чем вдвое.
  - Оказывается, предателем быть выгодно.
  - Мир несовершенен, - маг вздохнул. - Тогда погиб князь, нашел смерть мой учитель - Тарас, множество воевод и простых воинов. А Ратана я спас. Он тогда еще младше тебя был, но на войну пошел, вслед за отцом. Отец пал в бою, а мальчишка Ратан бился над его телом, и тоже сгинул бы, не подоспей я. На молодого воина наткнулся дракон. Ты ведь никогда не видел дракона?
  - Нет, учитель, - глаза юноши блестели от любопытства.
  - Огромная отвратительная тварь. Чешуя синяя, блестящая, словно у крупной змеи. Зубы как доски, когти в аршин, да еще и огнем дышит, - Родомист зябко поежился. То ли ночной холод достал, то ли воспоминания вызвали озноб. - Но я с ним справился.
  - Как, учитель?
  - Трудно сказать, как. Я тогда горем убит был, только что учителя потерял, жизнь была недорога. Вот и выбрал геройский способ умереть. Помню, он в меня огнем дыхнул, а я это пламя ветром рассеял. Потом под ногами бестии провалилась земля. Он вроде за край ямы ухватился, а тут я его сверху придавил. Последние силы отдал.
  - И он умер? - Леслав ощутил гордость за учителя, который, оказывается, не всю жизнь в башне просидел.
  - Да, теперь у Остроухих не двенадцать, как положено, а лишь одиннадцать драконов.
   Маг замолчал, и мороз, безжалостный палач, выбивающий у деревьев треск отчаяния, овладел тишиной в лесу.
  
  
   Глава 4
  
   Воевода.
  
   Такого мороза, сколько помнил Ратан, не было почти месяц. К утру изморозь осела даже на спальных мешках. Едва пошевелился, как все вокруг начало хрустеть и шуршать. Крошечные снежинки с шорохом посыпались с медвежьей шкуры в лапник подстилки. Выбравшись из мешка, воевода принялся торопливо одеваться, а затем некоторое время приплясывал, хлопал себя руками по бокам, чтобы согреться.
   Маг сидел у затухающего костра, едва не уткнувшись в него носом. Глаза Родомиста запали, вокруг них темнели круги. Пять ночей без сна измучат кого угодно, даже великого колдуна.
   Пока Ратан подбрасывал в костер хвороста и ставил котлы, проснулись все. Собрались у огня, словно пчелы у цветка. Поначалу молчали, а после завтрака слегка согрелись и стали разговорчивее.
  - Вы сворачивайте лагерь, - сказал Хорт. - Для начала я пойду один, разведаю.
   Охотник манул рукой и исчез между деревьев. Маг, его ученик и воевода засыпали кострище снегом, после чего Ратан вытащил мечи и, отойдя чуть в сторонку, принялся упражняться. Жалобно свистел распарываемый воздух, клинки сверкали в лучах белесого замерзшего солнца
   В один момент, отвлекшись, поймал тоскливый взгляд Леслава. Тот простудился еще вчера, а сегодня и вовсе выглядел жалко, точно мокрая крыса.
  - Что, живой? - поинтересовался воевода, опуская клинки.
  - Ага, - гундосо ответил юноша. - Как вам только не холодно в такой мороз?
  - А ты замерз? - хмыкнул Родомист. - Ну и стыд. Столько лет я тебя учу, а ты все зябнешь, как обычный селянин. Сейчас повторим урок. Заодно и насморк полечишь.
   Ратан убрал оружие и приготовился смотреть. Но зрелище оказалось не самым интересным. Леслав вслед за наставником шумно задышал, будто собирался раздуться, как лягушка из сказки.
  - Все просто, - сказал маг, - на выдохе надо втягивать живот так, чтобы он касался позвоночника, а на вдохе выпячивать, набирая как можно больше воздуха. Когда дышишь так, представляешь, что чуть пониже пупка горит маленький желтый огонечек, который с каждым вдохом растет и ширится, разливая по телу тепло, размораживая кости и мышцы. При таком дыхании Сила в теле начинает двигаться, перемешиваться, становится более горячей.
  - Хорошему учишься, - кивнул Ратан. - Сила воина тоже не в руках, как думают многие, а в животе.
  - Ничего себе! - воскликнул разрумянившийся Леслав. - Сопли исчезли, нос совсем очистился. Да и тепло стало!
  - Еще бы... - Родомист не договорил, повернулся к кустам, из которых вышел суровый и насупленный Хорт.
  - Ну что? - поинтересовался Ратан.
  - Можно пройти, но придется непросто, - ответил охотник. - Слушайте.
   Выяснилось, что граница идет примерно в тех верстах от места стоянки. Посты расположены так часто, как только возможно - дома из толстых бревен, и везде, в каждом Остроухие. Загораживают узкий проход между болотом на севере и дорогой на юге.
  - Чего они боятся? - удивленно спросил охотник. - Если так границу перекрыли? Я проверил пути направо и налево. Кое-где вырубки. Но опытный следопыт лазейку всегда отыщет. Я высмотрел ни одну хорошую тропинку. Прошел немного по одной из них, но наткнулся на ловушку - натянутую у земли веревку. Проверил еще несколько проходов - все перекрыты. Остался один путь, под самым боком у ближнего поста. Одна надежда - холод лютый, из-за него стража не так бдительна будет, да и из дома лишний раз не выйдет.
  - Ну что же делать? Надо идти, - сказал Ратан. - Не оставаться же здесь.
  - Это верно. Еще как верно, - кивнул Родомист.
   Они взяли мешки и гуськом двинулись на запад, к границе.
  
   Наставник.
  
   Лишение сна оказалось гораздо более тяжелым испытанием, чем думал Родомист. На пятый день ноги и руки предательски ослабли, в глазах время от времени начинало плыть. Маг держался на ногах только упрямством и верой в то, что сегодня они перейдут границу. Каждый шаг давался с трудом, веки слипались, а мешок на плечах весил не меньше, чем княжеский замок в Новгороде.
  - Ну что, вот и наши друзья, - сказал идущий впереди Хорт, осторожно выглядывая из-за пушистой зеленой елки. Большой дом из толстых бревен казался брошенным, лишь дым серой струйкой шел из трубы. - Пройти этот участок нужно, как можно быстрее. Если тут не заметят, то дальше будет легче.
  - До какого места? - спросил Ратан.
  - Вон до того поваленного дерева. Рванули!
   Когда побежали, недосыпание сказалось сразу. Родомист почувствовал, что не в силах двигать ногами, что они просто-напросто одеревенели. В груди захрипело, горло начало саднить.
   В один момент сознание поплыло, а пришел Родомист в себя лишь от голоса Ратана:
  - Все, дальше шагом!
  - Еле... еле... - прохрипел, едва двигая губами.
   Бежавший впереди воевода обернулся, глянул на мага:
  - Ты выглядишь так, что краше в гроб кладут. Хотя в твоем возрасте такое выдержать... - тут взгляд Ратана стал напряженным, ушел куда-то магу за спину. - Этого еще не хватало! Что с ним?
   Родомист с трудом развернулся. Отставший Хорт раздавленным червяком корчился на самой середине прогалины. Выглядело это так, словно его душил кто-то невидимый, но очень сильный.
  - Приступ, - обреченно просипел маг.
   Ратан скинул мешок и метнулся к охотнику. Подхватил и с видимым усилием взвалил на плечо. В этот самый миг со стороны поста донесся удивленный возглас. Родомист от досады едва не выругался - неужели Остроухие их заметили? А он не в силах сотворить самое простое заклинание.
   Воевода побежал, проваливаясь едва не по колено, под аккомпанемент трещащих под удвоенной тяжестью снегоступов. Голоса стали отчетливей, их обладатели приближались.
  - Сюда, - яростно прошипел маг, указывая на усыпанные снегом кусты. - За них. Быстрее.
   Вблизи Хорт выглядел еще хуже. Багровое лицо, выпученные глаза, руки судорожно дергаются.
   С яростным выдохом Ратан подтащил Хорта к кустам. Маг подхватил охотника под руки, тот ошалело закрутил головой. Леслав оказался рядом с Ратаном, забрал у него мешок Хорта. Торопливо перебрались через толстый ствол. Маг вжался в снег, рядом рухнул Хорт, воевода и ученик затихли чуть в стороне. Охотник закусил губу, чтобы не хрипеть.
   Сквозь ветви было видно, как на прогалине появились две высокие фигуры, закутанные в меха, точно старые бабы. Правду говорят, что жители Эрина плохо переносят холод. Родомист прислушался. Шелестящий язык Остроухих выучить сложно, но забыть - невозможно.
  - Как-то тут снег странно примят. Ты не находишь, Оревад? - спросил тот альв, что был повыше, в толстенном коричневом шарфе на шее.
  - Не знаю, Фергус, - зевнул другой. - Может, звери бесились?
  - Какие звери! - замахал руками Фергус. - Тут словно прошел кто. И след свежий совсем. Может, посмотрим?
  - Успокойся, - Остроухий зевнул еще раз. - Какая муха тебя укусила? Кто тут полезет? Чего людям у нас делать? Да и погляди ты на этот след - он никак не от ног. Пойдем быстрее, а то там без нас все пиво выпьют.
  - Не нравится мне все это, - пробормотал Фергус. Он посмотрел в сторону кустов, и Родомисту показалось, что Остроухий заметил людей, так пронзителен был его взгляд. Но любовь к пиву и компаниям пересилила служебное рвение.
   Оревад пошел дальше, и Фергус, еще раз осмотревшись, двинулся за ним.
  
   Ученик.
  
   Когда Остроухие увидели их след, Леслав взмок, несмотря на холод, колени у него задрожали. Так и захотелось крикнуть Ратану: "Чего ты ждешь! Давай их убьем, их же только двое!". И лишь осознание того, что действовать импульсивно недостойно мужчины и вдвойне недостойно мага, помогло сдержаться.
   Когда опасность миновала, юноша только порадовался, что вовремя сдержался. Остроухие исчезли из виду и путешественники двинулись прочь от границы, пошли по землям государства Эрин. Хорта повели под руки наставник и Ратан, Леславу пришлось нести два мешка.
   Лес по эту сторону рубежа оказался совсем другим. Менее густой, он выглядел более правильным, чистым. Чувствовалось в нем отсутствие привычной в лесах востока дикой необузданной силы. Пахло здесь совсем иначе, чем дома. Появились деревья, которые в землях людей встречаются очень редко - буки и дубы.
   Около полудня остановились на отдых. Леслав не упустил случая - подсел к учителю и начал спрашивать:
  - От чего здесь все по-другому? Лес какой-то странный.
  - Эрином правит государь, над головой которого сияет Дар, - ответил маг, - а его мощь преобразует даже природу. Будь князь Северина отмечен благодатью, подобный лес рос бы и у нас.
   В этот момент пришел в себя Хорт.
  - Дайте мешок, - сказал он нормальным голосом. - Дальше я сам. И нечего рассиживаться. Нужно уходить как можно быстрее.
   Вслед за ним маленький отряд резко повернул на юг. Вскоре после этого погода начала меняться. Подул ветер, мороз ослабел. На блеклое солнце наползли свинцовые тучи. А когда стемнело, до земли долетели первые снежинки. Когда стало темнеть, Хорт сказал:
  - Завтра будем дневать. Приступ отнял у меня все силы.
  - Да и мне надо выспаться, - кивнул Родомист. От его зевка с дерева с испуганным карканьем сорвалась ворона. - Магическая сеть осталась по ту сторону границы, так что я вне опасности.
  - Что же, дневка так дневка, - кивнул Ратан. - А ты как думаешь, Леслав?
   Юноша смутился:
  - А что я? Я - как все.
  - Никогда не будь как все, даже если ты со всеми согласен, - сурово сказал маг. - Свое мнение - редкая вещь, и его нужно всегда иметь.
  - Что вы к нему пристали? - охотник поморщился. - Раз все за - ищем, где останемся на две ночи.
   Подходящее место долго не попадалось. То деревья стоят слишком широко, то от ветра не закрывают. Хорт ворчал и ругался по поводу "мерзких Остроухих, что даже лес испоганили". Но мытарствам пришел конец, когда Леслав заприметил прогалину под огромным дубом, с двух сторон прикрытую кустами орешника.
  - Хорошо, - одобрил охотник. - Ну а теперь все как обычно. Вы с Ратаном за дровами, а мы с магом займемся навесом...
  
   Наставник.
  
   Проснулся Родомист от цоканья белки. Зверек сидел на толстой ветке и с любопытством смотрел на редкую в этих местах диковину - человека. Стоило магу двинуться, как рыжая молния метнулась в сплетение ветвей и пропала.
   Вставать ужасно не хотелось, но Родомист чувствовал, что если еще немного полежит, то обеспечит себе головную боль до самого вечера. Как бы ты не устал, спать больше, чем положено природой, без вреда для себя не получится.
   Снег шел всю ночь. Все вокруг, ветви, старые сугробы, кусты, покрылись слоем белого хрустящего крошева. Спутники уже сидели у костра. Даже Леслав, известный соня, встал в это утро раньше учителя. Сидел, держа ложку, словно меч перед боем, глаза были голодные, как у бродячего кота .На огне призывно булькал котелок, источая дразнящий аромат гречневой каши.
  - А, вот и маг проснулся, - протянул Хорт, гадко ухмыляясь. - А то я думал, и к вечеру тебя не добудимся.
   Ратан и Леслав захихикали.
  - Все бы вам ржать, - улыбнулся маг. Все же он чувствовал себя хорошо, впервые поспав за пять дней. - А с завтраком чего как долго возитесь?
  - Ничего себе долго! - возмутился Леслав, ткнув ложкой в котел. - Сейчас будет готово.
  - Да-да, - подтвердил Хорт. - И если кто-то не поторопится, то может запросто остаться без еды.
   Дым от умело разложенного костерка лениво уползал вверх, растворяясь между густыми ветвями. Хорт постарался, так что костер не заметить и с воздуха. Да и снегопад, как никогда, сегодня кстати. Теперь Остроухие с поста точно не разберут, кто оставил следы, да и с дракона не увидишь, кто прячется в чаще.
   Родомист вылез из мешка, оделся. Растерев лицо снегом, подошел к костру, с которого как раз сняли котелок. Чуть ли не впервые за всю дорогу чувствовал себя нормально. Как хорошо не ощущать вокруг незримую сеть, не находиться в постоянном напряжении, ловя перемещение огромного количества чутких нитей.
  - Ну что, будем дневать? - спросил маг после завтрака.
  - Мы вчера очень мало прошли, - смущенно ответил Хорт. - И по моей вине. Так что, я думаю, надо наверстывать. Сил у меня достаточно. Хоть через Западный тракт перейдем до вечера.
  - Надо идти, - кивнул Ратан, поднялся и отправился чистить котелок.
  - Мне все равно, - немного нервно сказал Леслав. - Учитель, вы руководите походом, вам и решать.
  - Да, я глава, - маг ответил так, словно главенство - сущее наказание для него. - Пойдем после обеда. К вечеру на тракте меньше движения, больше шансов проскочить.
  
   Охотник.
  
   Приближение большой дороги ощутили задолго до того, как она стала видна. Сначала издалека донеслось заливистое ржание. С этого момента Хорт стал вдвойне осторожен. Шел сажен на десять впереди остальных напряженный, как взведенный капкан. Вслушивался в каждый шорох.
   Лес при подходе к тракту стал куда реже. "Куда Остроухим столько дерева?" - думал охотник, оглядывая вырубки, следующие одна за другой. Летом здесь наверняка густо разрастались кусты - малина, ежевика. Сейчас же все лежит под снегом, и лес стоит голый, пустой.
   Оставив спутников в густом ельнике, Хорт в одиночку отправился на разведку.
   Кое-где приходилось опускаться на четвереньки. Сняв снегоступы и проваливаясь по локоть в снег, он упорно двигался вперед. Раньше доводилось бывать на тракте, правда, на человеческой его части. Большой Западный Тракт связывает Порубежные горы на востоке с морем на западе, идет из земель Полурослых через два людских княжества, и продолжается в Эрине, нанизывая на себя, словно нитка жемчужину, Эмайн Маху, столицу Остроухих.
   Деревья чуть разошлись, и открылась дорога, прямая, точно стрела. Хотя невидимое за тучами солнце и клонилось к закату, тракт не был пуст. Болтали возчики тянущегося по нему обоза, судя по стати, Полурослые, самые неутомимые купцы на свете. Хитрый народ, случая напакостить человеку или там Длиннорукому не упустят, но в то же время торгуют честно, а за деньги служат верно, ни разу войско Полурослых не переметнулось к более щедрой или более сильной стороне.
   Несколько всадников, появившихся из-за поворота, помчались вслед за обозом. Телеги остановились. Один из верховых, что был вершков на десять выше любого из возчиков, что-то долго им втолковывал, не слезая с лошади. Те отвечали, спокойно и неторопливо.
   Закончив разговор, Остроухие нахлестнули коней и умчались туда, откуда приехали. Обоз покатил дальше.
   Вернувшись к спутникам, Хорт едва не начал ругаться в полный голос. Его приближения никто не заметил! Маг, ученик и воевода сидели кружком и выясняли, как раскрылось позже, преимущество длинного меча над топором в пешем бою. Горячился в основном Леслав, Ратан хмыкал в бороду и бросал реплики, маг тоже не отмалчивался.
   Хорт постоял некоторое время, глядя на это безобразие, затем оглушительно каркнул. Болтуны всполошились, повскакали на ноги.
  - Так-так, - сказал охотник мрачно. - Треплемся, значит? - он смотрел сурово, и спутники под этим взглядом смешались. - Как же так? Вас же кто угодно мог обнаружить!
  - Ну, такой интересный разговор получился, - горячо начал Леслав. - И мы увлеклись...
  - Увлеклись? - не дал договорить Хорт. - Увлекаться можно дома, на теплой печи. Подойди к вам вместо меня Остроухий, разговор пришлось бы продолжить в темнице или на кольях!
  - Ты прав, Хорт, я виноват, - опустил голову Ратан. - Но все хорошо, что хорошо заканчивается.
  - Что ругаться, Хорт, все уже позади, - маг примирительно поднял руку. - Да и Остроухого я за тридцать саженей почувствую.
  - Не доверяю я магии твоей, - упрямо помотал Хорт головой. - Не сработает, и что тогда?
  - Что не доверяешь - правильно. Но чего спорить? Мы идем или нет?
  - Идем, - ответил Хорт. - Собирайтесь.
   По разведанному пути шли быстро. Хорт заранее определил место, где всего удобнее будет пересечь тракт, где лес, хоть и жиденький, с двух сторон подползает прямо к дороге.
  - Перебегать будем по одному, - сказал охотник, когда маленький отряд вышел почти к обочине. - По моему сигналу.
   Когда все приготовились, Хорт спросил подозрительно:
  - Ну что говорит твоя магия, Родомист? Есть ли рядом кто живой?
  - Я не могу употреблять магию, ты же знаешь, - мягко укорил маг. - Я могу пользоваться чувством живого, а оно действует всего сажен на тридцать. На этом расстоянии - никого.
   Хорт молча развернулся и махнул Леславу. Тот перепрыгнул упавший ствол и, нелепо семеня, помчался через тракт. Когда невысокая фигурка с выпуклостью мешка на спине скрылась в лесу, Хорт мановением руки отправил вперед Ратана. Тот бежал быстро, ловко. Мечи, что при переходах носил за спиной, торчали причудливыми рогами. Едва воевода исчез за деревьями, охотник встревоженно повернулся.
   С запада надвигался, приближался глухой топот множества копыт. Хорт махнул рукой на другую сторону дороги, спрячьтесь, мол, и сам опустился на корточки. Рядом присел Родомист.
   В руках первого конного, что вылетел из-за поворота, горделиво реял флаг на длинном древке. Голубого цвета полотнище с большим коричневым желудем посредине трепалось на ветру, и вилась под напором воздуха длинная бахрома. За знаменосцем следовал богато одетый Остроухий. Из-под толстого плаща виднелись доспехи, на поясе висел меч, а выражение лица было гордое, надменное. За ним следовал оруженосец, в руках держал щит с тем же желудем, что и на флаге, а также копье. Вслед оруженосцу последовала конница. Блестели кольчуги, лица были свирепы, не по-людски серебристые и золотистые локоны мягко вились на ветру.
   Когда последний ряд воинов исчез за поворотом, а топот начал стихать, охотник спросил:
  - Слышь, маг, чего это за желудь на знамени?
  - Символ силы и стойкости. Такое знамя может носить только высший военачальник. Судя по тому, что оно с бахромой, перед нами проехал тысячник альвийской конницы вместе с ближней дружиной, - Родомист покрутил головой. - Скоро война.
   Хорт только хмыкнул: война - это да, а у нас свои дела. Подождали еще немного, и вдвоем побежали через тракт. Миновали его благополучно, наткнулись на укрывшихся в чаще Ратана и Леслава.
   Почти сразу за дорогой начался настоящий, очень густой лес. Тут вырубали почему-то меньше.
   Хорт знал, что дальше на юг лежат и вовсе необжитые земли. "Остроухие неохотно селятся вдоль границы, - думал Хорт, в то время как ноги сами выбирали верную дорогу среди сугробов. - Непонятно почему. Леса слишком дикие? Но самый плохой лес лучше самого хорошего города. Как могут разумные существа без леса жить? Те же Красноглазые? Мне этого не понять".
  
   Наследник.
  
   Сколько Терик помнил, в коридорах родного замка всегда гуляли сквозняки. Вот и сейчас, за толстыми стенами - зима, и из всех углов ползет мерзлая сырость. Но он привычно не фиксировался на подобных мелочах. Знал, что так было при предках и будет всегда, при самых дальних потомках.
   Выйдя из собственных покоев, он миновал лестницу и зашагал по сводчатой галерее, что ведет к главной башне. Туда, где наследника Нордбурга ожидает конунг, отец. Следовал тысячу раз пройденным путем, поэтому мысли витали далеко, у цели, путь к которой очень долог.
   Вынырнул из раздумий, когда в глаза ударил багровый свет факелов.
   Тронный зал был освещен скупо. Конунг Аралод, как и положено правителю, сидел на троне. Суровое лицо выглядело так, словно его вырубили из гранита, глаза смотрели жестко. Отец Терика правил более тридцати лет, и правил железной рукой. Во многом благодаря ему народ йотунов выжил, не дал уничтожить себя Остроухим и Волосатым.
   Терик поклонился конунгу, затем Наставнику, что в темных одеждах почти утонул в тени сбоку от трона. И как не поклониться, ведь Наставник - сам Астульф, главный маг государства, осиянный Даром.
  - Ты пришел, сын, - мощный голос Аралода прогудел под сводами и казалось в такт ему, слыша настоящего властителя, кивают статуи прежних конунгов в стенных нишах.
  - Я пришел, отец, - почтительно склонил голову Терик.
  - Как ни больно мне это осознавать, - Терик удивленно вскинул глаза. В голосе отца ему послышалась печаль. Неужто и гранит может давать трещины? - но ты пришел, чтобы проститься. Возможно, навсегда, - теперь горечь проявилась явно, и Терик заскрипел зубами, сдерживая дрожь. Если уж отец опечален... - Ибо Последняя ночь беспощадна, маги выбрали тебя, и на юг поедешь ты.
  - Лучшего воина не найти во всем государстве. Кроме того, он наделен Даром от рождения, - бесплотный, тихий голос мог принадлежать призраку, но никак не живому существу. - Ваш сын, конунг, имеет больше всех остальных йотунов шансов на то, чтобы добраться до Храма и выйти из него.
  - Я склоняюсь перед волей Судьбы, - желваки заходили по щекам Аралода. - Сегодня вечером ты отправляешься. Путь долог, и ждать более нельзя.
  - Да, отец, - Терик опустил глаза, чтобы предательская влага на них не так блестела в свете факелов.
  - Ты должен выиграть, - к этому моменту Аралод одолел чувства, превратился из отца, что теряет сына, в правителя, который в первую очередь должен заботиться о собственном народе. - Войны с Волосатыми истощили нас. Хоть мы и приобрели земли, но потеряли при этом слишком много воинов.
  - Я понимаю, отец.
  - Твой драккар погружен на сани, лошади готовы. Сначала пойдешь по руслу Каменки до самых верховьев, затем волоком на Порубежную реку, и по ней до самого Внутреннего моря.
  - Я вернусь, отец, - Терик поднял голову. В ледяном взгляде конунга он увидел нечто вроде одобрения.
  - Я верю тебе, сын. И помни, пока не выйдешь в море, двигайтесь только ночами. Драконы все еще служат Остроухим. Прощай.
  - Прощай, - Терику очень хотелось подойти и обнять отца, за ледяной броней которого он впервые за долгие годы ощутил живое существо, способное чувствовать, а не только отдавать приказы, умеющее страдать, а не со сжатыми челюстями выслушивать доклады. Но подойти нельзя. Прежние правители, суровые предки, не одобрят. И молодой йотун, поклонившись напоследок, твердой поступью покинул зал.
  
   Государь.
  
   Бран ненавидел Государственный Совет всем сердцем, но отменить его, несмотря на всю власть, не мог. Ежемесячные собрания нобилей в Эмайн Махе, в день Тура, проводились в Эрине настолько давно, что никто не знал, когда появилась эта традиция. Даже осиянный Даром государь не имел шансов нарушить установившийся порядок.
   Но на этот раз Бран пришел на Совет собранным и серьезным. Обстановка вокруг государства альвов впервые за многие годы ускользнула из рук правителя Эмайн Махи. Длиннорукие перестали грызться с Волосатыми. Те в свою очередь прекратили враждовать между собой. На юге набрала силу орда Красноглазых, Аджад, ведомая молодым ханом, над чьей головой сияет Дар. И, как всегда, торчат, словно кость в горле, Зеленые острова с их непредсказуемыми обитателями.
   Начался Совет традиционно. Знатнейшие альвы государства и самые могучие колдуны расселись вокруг длинного стола из полированного ясеня. Последним занял свое место Бран.
  - Маги и нобили могучего Эрина, что есть у вас сказать мне? - спросил он, морщась от идиотизма предусмотренной ритуалом фразы.
  - У меня есть слово к государю, - встал Финтан, верховный маг.
  - Говори.
  - Мага Родомиста в пределах Северинского княжества нет.
  - Как нет? - Бран нахмурился, вельможи тревожно зашептались.
  - Обыскано почти все княжество. Князь Владигер оказывает содействие, хотя и неохотно. Поисками руководил достойный Кондл, глава лазутчиков. Но никого не нашли. Кроме того, магическая сеть раскинута над княжеством уже пять дней. Ни один чародей не сможет так долго от нее скрываться.
  - Кондл? Все ли верно сказал маг?
  - Истинно так, государь. Осталось осмотреть только самые маленькие селения.
  - Ищите, - в голосе Брана слышался гнев. Чуя его, занервничали вельможи, маги, ощутили тревогу слуги и воины в пределах замка. Дар Правителя как обычно, подействовал на всех. - Куда он мог сбежать?
  - В Завальское княжество, больше некуда, - твердо ответил верховный маг.
  - Тогда перекиньте вашу сеть туда! - рыкнул Бран. - Что-нибудь еще?
  - Э... ну, да... - проговорил Кондл несмело. - Из Завалья вышли десять тысяч воинов. Через несколько дней они будут в Северине. Кроме того, из Тускулума сообщают, что Владигер нанял полк Полурослых. Им на дорогу понадобится десять дней.
  - Вот как? - и в этот момент Бран неожиданно успокоился. - Они знают, что мы нападем и хотят воевать? Думают, что смогут потягаться с нами? Пускай. В любом случае мы справимся с любым врагом. Так, что у нас по южной границе?
   Вслед за правителем успокоились вельможи и совет пошел как обычно - размеренно и даже немного скучно.
  
  
   Глава 5
  
   Фаворит.
  
   Солнечные лучи, пойманные оконными стеклами, желтым квадратом лежали на полу. Пахло старым дубом и пылью. В комнате было тихо, лишь шуршали церемониальные одежды входящих в нее людей, широкие серые мантии с капюшонами. Когда, от кого была перенята такая одежда, никто не знал, но традиции следовали все. Обычаи и привычки предков в Новгородском княжестве свято блюли вот уже много столетий.
   Межамир любил этот небольшой зал на верхнем этаже башни, что стоит на самом берегу Светлой реки и горделиво возвышается над Новгородом. Вот и сейчас верховный маг княжества позволил себе на некоторое время расслабиться. Прикрыл глаза и постарался ни о чем не думать. До того момента, когда войдет последний из магов княжества, когда стукнет дверь...
   Дверь стукнула. Межамир с легким вздохом поднял веки, осмотрел сидящих за столом мужчин. Восьмеро, над головами четверых переливается всеми оттенками синевы, от блекло-голубого до иссиня-черного Дар. Пятый и самый яркий украшает голову самого Межамира.
  - Так-так, вот и все в сборе. Доброго утра вам, почтенные, - верховный маг ощутил гордость. За сорок лет удалось увеличить число магов в княжестве почти вдвое, и хоть не он начал это дело, все же причастен к нему. Кроме того, стараниями Межамира территория княжества выросла почти в полтора раза. Союз с Остроухими оправдался полностью, что бы там не орали слабоумные фанатики, глядя в сторону Северина и Завалья. Да, союз себя оправдал, и пришло время с ним покончить. Обосновать такое решение и придется сейчас Межамиру. Задача не из легких.
  - Доброго утра и тебе, верховный, - прозвучал в ответ нестройный хор.
  - Я собрал вас, дабы поговорить о важном, - Межамир начал подготовленную речь, как всегда, издалека, но его неожиданно прервали.
  - Да простит меня верховный, - сказал Бросвят, самый молодой из девяти, - но все ясно. Пора показать Остроухим, кто на самом деле хозяин.
  - Опередил ты меня, - усмехнулся Межамир. - И правда. Время союза с Эмайн Махой закончилось.
  - А что думает по этому поводу князь? - поинтересовался Снегирь, проживший на свете более века, и кресло под ним тревожно скрипнуло.
  - Разве князь правит в Новгороде? - вопросом на вопрос, в духе Полурослых, ответил Межамир.
  - Нет, не он, - вздохнул Снегирь. - Мы правим. Но почему почтенный Межамир пришел к такому решению?
  - Все очень просто. Северинское княжество - ни Эрину, ни нам, не соперник. Завальское - медвежий угол, для альвов вообще недостижимо. А до нас у него просто руки не дошли. Кем займется Бран, едва сойдет снег? Нами и только нами.
  - А почему не Длиннорукими? - спросил Весемир, один из носителей Дара. - И почему именно сейчас?
  - Длиннорукие ослаблены длительной войной с Северином и Завальем. Мы - главная кость в горле у Брана, основное препятствие на пути Эрина к господству на севере. Мир между нами никому не нужен. А почему именно сейчас? Потому что в данный момент, накануне нового Цикла, Эрин наиболее силен.
  - Ты говоришь складно, Межамир, но может ты забыл, сколько выгод мы получили от союза с Остроухими? - встрял Сечень, пожилой, но еще крепкий и сильный.
  - Я помню. Но посмотри на север и на восток. Там убивают людских магов и колдунов Длинноруких. Уничтожают тех, кто знает о Последней ночи.
  - Ты серьезно? - удивился Снегирь.
  - Да, в Северинском и Завальском княжествах не осталось ни одного достаточно сильного мага. Недавно мне доложили об исчезновении последнего, Родомиста Башенного Ворона. Нас в Новгороде спасает только единство.
  - Последняя ночь. Значит все дело в ней? - огладил бороду Сечень.
  - Да. Все наши действия потеряют смысл, если Остроухие выиграют вновь. Так что нам надлежит подумать не только о воинских приготовлениях, но и относительно того, кто отправится на юг.
  - Что предложит верховный? - улыбнулся Бросвят.
  - Надо выводить войска к западной границе. Затем ударить по Эрину, до распутицы. А потом, когда снег растает, альвы не смогут ответить. И что будет дальше - решит Последняя ночь. Все будет зависеть от нее, от каприза Творца.
  - Про воинские приготовления никто не будет спорить, они необходимы, - Сечень обвел собрание тяжелым взглядом. - Но кто пойдет за Драконьи горы?
  - Последние два раза мы посылали воинов, - Межамир замолчал, нагнетая тишину и напряжение. - На этот раз я предлагаю отправить мага.
  - Кого? Мы все нужны здесь. Если хоть один из нас выйдет из цепи, магическая защита княжества рухнет, - Хвощ даже подпрыгнул на стуле.
  - Это правда, - Межамир улыбнулся. - Но один маг не включен в цепь, и этот маг - я.
  - Ты? - восемь голосов слились в один.
  - Верховный, ты сошел с ума! - перекрыл начавшийся гвалт рев Сеченя. - Кто же останется вместо тебя?
  - Ты и останешься. Князь стар, а княжич целиком под нашим влиянием. Тебе достаточно будет время от времени надавить на него, и он подскажет отцу верные решения, - маги притихли. - Не станете же вы возражать, что именно у меня больше всех шансов выжить в Храме Судьбы?
  - Глупо спорить, - пробурчал Снегирь.
  - Ты нас убедил, Межамир, - вздохнул Сечень. - Ты едешь.
  - А вообще, не в самый хороший день собрал ты нас, Межамир, - мрачно сказал Хвощ. - Сказано в "Книге Дней": "Не принимай важных решений в день Бобра".
  - Да, я знаю об этом, - Межамир нервно облизал губы. - Но сильный идет против судьбы, а не следует лениво ее изгибам. А сейчас вернемся к войне. Нужно подготовить ее так, чтобы Остроухим мало не показалось.
  
   Воевода.
  
   Со стоянки снялись еще до рассвета, да и шагали бодро. Но неприятное предчувствие поселилось в душе Ратана с самого утра. Еще во время завтрака он не находил себе места, странная тоска грызла сердце.
   Когда вышли, немного успокоился. Опасности не видать, не слыхать. Остроухие приграничные леса не жалуют. Дурные предчувствия, тем не менее, не проходили. И когда после полудня с севера донесся далекий волчий вой, Ратан вздрогнул. Голос стаи, идущей по следу, не может вызвать радости. Волк, конечно, зверь осторожный, на человека почти никогда не нападает, но сейчас зима, самое голодное время, и стая, особенно крупная, может устроить охоту на четырех путников.
   Следующее завывание донеслось гораздо ближе. Хорт ускорил шаг, Родомист тут же спросил:
  - Куда мчимся?
  - Похоже, нас преследуют, - коротко ответил тот. - Волки.
  - Стоит ли бежать? Все равно не уйдем? - заметил Ратан.
  - Нет, но нужно найти хорошее место для обороны, - сказал Хорт, оглядываясь. - Так что вперед. Звери пока далеко.
   Пошли быстрее, не приспособленные для бега снегоступы угрожающе заскрипели.
   Ратану не приходилось сражаться с животными, только с разумными существами. Давешний медведь - не в счет. Но это не имеет никакого значения, воин должен уметь биться с кем угодно, с врагом, с обстоятельствами, с собой...
   Воевода, стараясь сберечь дыхание, шагал рядом с Хортом. Время от времени они перебрасывались репликами:
  - Вот тут?
  - Нет, больно велика поляна.
   И вновь - скрип снега под ногами, запах леса, и набирающий силу вой за спиной. После пятого или шестого по счету Хорт заявил, что стая не более чем в полуверсте. Леслав нервно сглотнул.
  - Нет выбора, будем отбиваться здесь, - улыбнулся Ратан, показывая на небольшую группу елочек, что стояли очень плотно. Посреди зеленого островка оставалась небольшая площадка, пробраться к которой можно было только через два нешироких прохода. - Вон там в самом центре надо развести костер. Родомист, займись.
   Проскочили меж елок, побросали груз. Мечи Ратана с легким шорохом покинули ножны. Маг справился быстро. Рыжие языки принялись вылизывать воздух, пожирая скудный запас собранных по пути дров. Долго гореть не будет, но хотя бы один из проходов на время закроет. Около другого встал Ратан.
  - Справишься? - спросил он, отдавая короткий меч магу.
  - Попробую, - ответил Родомист, и клинок в его руке сверкнул, полосуя воздух. - Что-то умел когда-то.
   Воевода молча поднял большой палец.
   Посреди полянки Хорт натягивал тетиву на лук, раскладывал на мешке стрелы.
   Леславу достался топор. В тот самый миг, когда Ратан отправил юношу прикрывать Хорта, из-за кустов вылетели серые тени. Их оказалось много, около двух десятков. Охотник присвистнул от удивления, глаза его округлились. Леслав побледнел, а воевода крепче сжал рукоять меча.
   Звери легко скользили по снегу, сверкали желтыми глазами. Чувствовалась в их поведении некая странная решимость, словно они понимали, на что идут, и не собирались отступать.
   Вел стаю огромный лобастый волчище с черной полосой вдоль хребта. Завидев людей, он отрывисто рявкнул. Хищники остановились, оскалили клыки, в глазах загорелись алые огонечки. Еще один рык, и звери, словно вышколенные воины, окружили елочки, отрезая дорогу к бегству. Но напасть на двуногих не так-то просто, везде встает стена плотной хвои. Там где ее нет, горит костер. В другом проходе - человек со сверкающей, опасной сталью.
   Тоскливый вой вожака прокатился под зелеными сводами, оповещая жителей лесного царства о том, что настало время охоты. За вожаком завыли остальные. И тут же трое волков кинулись на Ратана. Вожак рухнул на бегу со стрелой в глазнице. Два раза сверкнул тяжелый клинок, и два серых тела упали под ноги Ратана, конвульсивно дергаясь и орошая снег теплой кровью.
   Гибель вожака не остановила стаю. Вновь прогремел волчий клич, в нем прозвучало настоящее бешенство. Завывая, лесные бестии кинулись на людей. Часть - на Ратана, часть, забыв страх перед пламенем, на костер, остальные же, злобно рыча, принялись искать путь сквозь сплетение ветвей.
   Воевода не думал о том, как бить, куда, тренированное тело все делало само. Но приходилось туго, волки навалились скопом. Меч сверкал как молния, не пропуская серых воинов за спину. Там щелкала тетива, и кричал что-то Леслав. Но даже искусства Ратана не хватило, чтобы сдержать атаку. Он отступал шаг за шагом, а левый рукав уже окрасился алым.
   Под ногой что-то поехало. Воевода потерял равновесие, покачнулся. Двое волков тут же прыгнули, целясь в горло. Один покатился по снегу, распростившись с половиной морды, клыки второго щелкнули рядом с глазами. Звериный смрад ударил в лицо. Ратан успел перехватить волка за шею, но устоять не смог, упал. Передние лапы волка прошлись по груди, зверь рычал и крутился, пытаясь вырваться. Ратан почувствовал, что слабеет, с трудом отшвырнул тяжелое тело в сторону. Волк перевернулся, вскочил, готовый к нападению. Стрела с глухим чавканьем вошла ему в горло.
   Воевода нашарил меч, вскочил, поворачиваясь к спутникам. Но помощь не требовалась. Хоть волкам и удалось прорваться сквозь ели, встретили их неласково. Несколько зверей, в которых Хорт попал не очень точно, были еще живы, но опасности не представляли. Один, чей хребет был переломлен ударом топора, пытался уползти от смерти, жалобно скуля.
   Охотник деловито догнал его, перерезал горло. Двинулся к следующему. С ножа Хорта капала кровь. Маг стоял, поддерживая Леслава, которого неудержимо рвало. Топор юноши, как и меч мага, лежали рядом на снегу, и лезвия их были окровавлены.
  - Ничего, ничего, - приговаривал Родомист, не давая ученику упасть. - Убивать - нелегкое дело.
   Когда Ратан подошел, юноша поднял голову. Взгляд его был полон боли и ужаса. Но воевода хорошо помнил свой первый бой, и знал, что надо делать. От пощечины голова Леслава дернулась, он болезненно скривился, но тьма ушла из зрачков, лицо приобрело нормальное выражение.
  - Зачем они так? - невнятно спросил ученик мага, утирая рот.
  - Не знаю, - пожал плечами Ратан. - Очень странно вели себя эти волки.
  - Никогда я такого не видел, - покачал головой подошедший Хорт, вкладывая в чехол нож.
  - Может дело в Даре? - слова давались Родомисту с трудом. - В Даре государя Брана? Эти леса находятся под его властью, и власть эта враждебна людям. И эту враждебность воспринимает все, что есть в пределах Эрина, в том числе и волки. И обычная охота превратилась в бой на уничтожение.
  - Так что, все местные хищники будут на нас нападать? - поинтересовался Хорт угрюмо.
  - Не знаю, - пожал плечами маг. - Но чем дальше мы уйдем на юг, тем лучше. Там Остроухие с людьми давно не воевали.
  - Но сегодня мы далеко не уйдем, - Хорт с сомнением огляделся. В лесу стемнело, деревья начинали таять во мраке. - Ищем место для ночлега.
   Леслав отрывисто всхлипнул и потянулся к мешку.
  
   Государь.
  
  - Входи, Кондл, и давай сегодня без титулов, - на этот раз Бран принимал главу лазутчиков в собственном кабинете, сидя за огромным столом из черного дуба, что растет в самой глубине сырых лесов побережья.
  - Как будет угодно государю, - далеко не робкий, Кондл в кабинете боялся даже дышать. Войдя, застыл изваянием у широкой двери и вцепился в рукоять церемониального меча.
  - Садись же ты, - нотки раздражения проскользнули в голосе правителя Эрина, и Кондл выполнил приказ мгновенно, опустившись на самый краешек стула.
   Бран чувствовал себя отвратительно. Что-то тяготило его, какая-то маленькая, но зловредная песчинка мешала жить правителю Эрина, а значит - и всему государству. И самое странное, что не удавалось понять - песчинка в государственной махине или песчинка в Даре, угроза вторжения или сомнения правителя? Этого Бран не мог уяснить, а неопределенность злила.
  - Ну что, есть новости? - спросил правитель Эмайн Махи, потирая ноющие виски.
  - Почти нет, государь, - Кондл замялся. - Кроме одной.
  - Что за новость? - вяло поинтересовался Бран, разминая шею.
  - Родомиста мы не нашли, но маги работают, не покладая рук. Проверяют всех знакомых Родомиста. Среди них есть некий Хорт из Болотных Выселок, охотник и следопыт. Соседи сказали, что Хорт с магом знаком, причем давно.
  - Так-так, и что? - Бран почувствовал, что скука отступает.
  - В последнее время мага там не видели, но Хорт живет на отшибе, так что это ни о чем не говорит. Мы обыскали дом. Там никто не был уже несколько дней. Есть признаки, что дом покинут надолго.
  - Ты предполагаешь, что Родомист добрался до Хорта, а далее они ушли вместе?
  - Есть такая возможность, - кивнул Кондл. - Если маг собрался в дальнюю дорогу, лучшего проводника и помощника ему не найти.
  - Наверное, - Бран покачал головой. - Родомист всегда выбирает лучших.
  - И еще, - нерешительно сказал Кондл. - Исчез воевода Ратан, глава полка Волосатых, стоящего у северной границы.
  - Как так? - государь Эрина скептически хмыкнул.
  - Скрылся из расположения полка, оставив невразумительную записку, - пожал плечами молодой альв.
  - Это становится совсем интересно, - Бран вздохнул, откинулся в кресле. Что-то ускользнуло от его внимания, что-то очень важное, значительное, но что именно, Бран не мог понять. - Ладно, отложим пока все это. Поговорим о том, что творится в Новгородском княжестве.
   Кондл расслабился, задышал ровнее. Новая тема явно оказалась для него куда более приятной.
  
   Ученик.
  
   Рана на руке Ратана оказалась неопасной. Вонючая мазь из запасов Родомиста, кусок чистой ткани, и все, можно идти дальше. Остальные счастливо избежали волчьих клыков, пострадали лишь полушубки, штаны и валенки.
   Под утро после побоища Леслав проснулся от хрипа и кашля. Подняв голову, обнаружил, что стоявшего на страже Хорта скрутил приступ. Тут же вскочил Родомист. Развели огонь, разогрели воды. Аромат трав поплыл над сугробами, напоминая о лете. Когда охотника отпоили приготовленным отваром, тот вроде бы пришел в себя.
   Но днем шагал хмурый, осунувшийся, причем очень медленно. Глядя на него, юноша думал, что без проводника отряд мигом сгинет в зелено-белом безлюдье. Но и с такой скоростью далеко не уйдешь. Родомист смотрел-смотрел на такое непотребство, затем не выдержал:
  - Так Хорт, ты долго не протянешь. Приступы будут учащаться.
  - И что делать? - сопя, словно дырявый кузнечный мех, спросил охотник.
  - Есть одно средство, и оно нам скоро будет доступно, - маг невесело ухмыльнулся. - Вода из Сиреневого озера.
  - Что? Откуда вода? - взвился Хорт, но, засипев, замолчал.
  - Откуда? - захлопал ресницами Леслав.
  - Из самого сердца Темнолесья, - медленно проговорил маг.
  - Что? - хмыкнул Ратан недоверчиво.
  - Ты не ослышался. Из Темнолесья. Нам все равно через него идти, ну так и сделаем крюк, - маг говорил спокойно, но в словах его чувствовалось напряжение.
  - Мы прошли бы краем, - справившись с удушьем, сказал Хорт. - Идти через середку - верная смерть.
  - А не идти - хуже, чем смерть, - отрезал Родомист. - Это невозможность добраться до цели, наблюдая при этом твои мучения.
   Охотник заскрипел зубами.
  - Мне, - спокойно сказал Ратан, - все равно, куда идти. Хоть по центру, хоть по краю. Но смотреть, как ты страдаешь, очень неприятно.
  - Может там не так страшно, - улыбнулся Леслав. - Прорвемся.
  - Вот он, выбор, - процедил сквозь зубы Хорт. - Или его отсутствие? Хорошо, пойдем через Темнолесье.
   После этого разговора любопытство окончательно одолело Леслава. О загадочном Темнолесье болтали много, да только конкретно никто ничего не знал. Так и шел, пока интерес не вырвался наружу самым банальным вопросом:
  - Учитель, а что такое Темнолесье на самом деле?
   Маг ответил, не оборачиваясь:
  - Ты точно хочешь знать?
  - Хочу! - решительно кивнул Леслав. - Ведь мы туда идем.
  - Боюсь, знание о том, что это такое, там мало поможет, - улыбнулся маг. - Но ладно, если хочешь, я расскажу, но вечером, на привале.
   Пришлось смириться и шагать до самого заката, да еще потом добрых верст пять. И лишь когда ноги окончательно отказались шевелить снегоступами, а плечи под тяжестью мешков стерлись почти до костей, путники остановились.
   Затем пришлось собирать хворост для костра, ужинать, чистить котлы. И как назло, наступила очередь дежурить Леславу. И только когда котлы гордо заблестели, юноша облегченно вздохнул и подошел к магу, сидящему около костра, протянув к пламени ноги.
  - Учитель, так вы расскажете или нет?
  - Обещал - расскажу, - улыбнулся маг и хлопнул по бревнышку рядом. - Садись.
   Леслав сел, умостился поудобнее.
  - Теменолесье, - начал Родомист, и Леслав вздохнул, вспомнив множество вечеров в башне, проведенных под аккомпанемент таких вот занудливых рассказов, - огромный кусок леса верст в четыреста окружностью. Ни люди, ни Остроухие обычно туда не ходят. А из тех, кто все же зашел, вернулись немногие.
  - А откуда оно взялось? - нетерпеливо спросил Леслав.
  - Давняя история, - поморщился маг. - Но и мы, и жители Эрина рассказываем ее одинаково. Более двух тысяч лет назад жили в этих местах могучие маги. Судя по всему, были они людьми. Случилась война, уже не упомнишь, кто сражался тогда и с кем. И маги решили одним ударом покончить с противником. Собрали огромное количество Силы, причем в одном месте. Но что-то случилось, что-то пошло не по плану. Сила вырвалась из-под контроля. А так как она была изначально нацелена на уничтожение, пропитана духом разрушения, то она и высвободилась беспорядочно, разрушительно, как при стихийном бедствии. Маги погибли, как и многие разумные вокруг, мгновенно. Люди, что оказались немного далее от места катастрофы, под ударом Силы превратились в нечто очень странное. Их потомки до сих пор населяют Темнолесье, и не приведи Творец нам с ними столкнуться. Все рядом с местом Катастрофы, что было создано разумными существами, разрушилось очень быстро. Чудовищно исказились растения и животные. Недоброй магией в Темнолесье до сих пор пропитано все.
  - Да, страхи какие. А что за озеро, о котором вы говорили?
  - В центре Темнолесья, там, где ранее жили виновники Катастрофы, после нее образовалось озеро. За странный цвет воды его прозвали Сиреневым. Несмотря на окраску, жидкость, что плещется в его берегах, обладает мощнейшими целебными свойствами. Она поможет даже Хорту.
  - Она его совсем вылечит?
  - Боюсь, что нет, - нахмурился Родомист. - Но на время болезнь отступит, и Хорт сможет спокойно проводить нас до самого края лесов.
  - Учитель, а откуда известно, что вода Сиреневого озера - целебная? - не отставал Леслав.
  - Не знаю, кто открыл это ее свойство. Но мой учитель ходил туда. Он дошел до озера и вернулся. Этим он добавил себе почти семь лет жизни. Да и то погиб не от хвори, а на поле брани.
  - Он принес оттуда воду?
  - Нет. Вода эта теряет целебные свойства очень быстро. Буквально в течение двух-трех дней.
  - Вот как, - Леслав почесал зудевшую щеку. - Учитель, а....
  - Все, хватит, - маг зевнул. - Любопытство не порок, конечно, но испытание то еще. Надо спать, а то завтра ноги не потащишь.
   Леслав вздохнул, но ослушаться не посмел. Бодрствовать остался один Ратан.
  
   Охотник.
  
   По мере продвижения на юго-запад лес становился все более странным. Посреди дубравы тут могла встретиться елка, чего в нормальной чаще никогда не увидишь. А вон меж берез затесалось вообще непонятно чего, помесь осины с ивой: перекрученный ствол, корявые ветви.
   Хорт нервничал. Знал, что когда войдут в Темнолесье, то навыки следопыта окажутся бесполезны. Разве может охотник ориентироваться там, где все вывернуто шиворот-навыворот? Там место для мага.
   Овраг трехсаженной глубины выскочил, в прямом смысле слова, из-под земли. Случилось это так неожиданно, что Хорт оказался на самом краю и нелепо замахал руками. Спас охотника от не смертельного, но наверняка малоприятного падения Ратан. Подскочив, он резким рывком отдернул Хорта от провала.
  - Спасибо, - прошептал тот, лязгая зубами.
  - Не за что, - ответил Ратан. - Но такого оврага я никогда не видел.
   Овраг почти с отвесными стенками, узкий настолько, что даже с пяти шагов его трудно заметить, пересекал путь подобно следу от удара исполинским мечом. Шириной он не превышал полутора сажен.
   На той стороне оврага начиналось Темнолесье. Любому, кто видел окраину зачарованной чащи, становилось ясно, почему его назвали именно так. Стволы деревьев отливали чернотой. Из черных колонн торчали самые заурядные ветки с обыкновенными иголками.
  - Ну что, Родомист, теперь тебе вести, - скривившись, вымолвил Хорт, а Ратан кивнул.
  - Я поведу, - серьезно сказал маг. - Но запомните, в Темнолесье все обычно оказывается не тем, чем выглядит. Обыкновенная бабочка может оказаться беспощадным вампиром. Правда, сейчас зима, какие уж тут бабочки. А вот огромное зубастое страшилище на самом деле - мирное травоядное. Идти будем тесной группой, ни в коме случае не расходясь. Что бы вы ни услышали, что бы ни увидели, не откликайтесь, не бегите на звук. Ночевать будем так - двое спят, остальные - на страже. Ночных чудес в Темнолесье больше, чем дневных, и они более опасны. В паре сторожей обязательно должен быть либо я, либо Ратан. Дар помогает против мороков.
  - Сколько мы там пробудем? - спокойно спросил Ратан, передавая короткий меч Леславу.
  - Не менее четырех дней, - маг усмехнулся, глядя, как юноша неловко принял оружие.
  - Ты сможешь колдовать внутри? - поинтересовался Хорт.
  - Смогу. Магические влияния из Темнолесья не обнаружить самому искусному магу. Течение Силы там перекорежено причудливым образом. Но именно поэтому я не в состоянии точно предвидеть результаты колдовства. Привычные заклинания часто работают там неправильно. Вместо наколдованного костра может возникнуть лужа, или пламя разгорится до небес, спалив заклинателя. Поэтому к магии придется прибегать, только если станет совсем плохо.
  - Вот так всегда, - проворчал Хорт, доставая топор. - Помощи от этих магов - никакой, а уж гонору-то, гонору...
  
   Наставник.
  
   Через овраг перебрались быстро. Ратан, а за ним и Леслав его просто перепрыгнули. Протянули веревки. По ним переправился сначала Хорт, еще не оправившийся до конца от приступа, и Родомист, которому прыгать уже не по возрасту.
   Черные деревья встретили людей неприветливым шорохом. Солнце как будто померкло, и у мага на душе стало муторно и тоскливо. Не лучше, судя по всему, чувствовали себя и остальные. Даже Ратан чуть изменился в лице. Ну а Родомист испытал настоящую боль, вступая в ту область пространства, где Сила не течет плавными потоками, как ей положено, а скручивается тугими водоворотами.
   Царило безветрие. Неумолчный шорох деревьев объяснить было нечем, что пугало еще больше. Маг подумал, что трястись ветви заставляет ненависть, отвращение ко всему, что не изуродовано искаженной Силой. От такой мысли по спине побежал холодок
   Шли тесной группой, почти вплотную друг к другу. Запахи в Темнолесье витали сильные, резкие, словно кто-то разворошил муравьиную кучу величиной с дом. В один миг Леслав неожиданно споткнулся, начал задыхаться.
  - Что с тобой? - в голосе Ратана прозвучала тревога.
  - Да показалось, что-то в горло полезло, - отхаркиваясь, ответил юноша.
  - Темнолесье пытается добраться до тебя, мой мальчик, - сказал Родомист сурово. - Не дайся ему, ох, не дайся.
   Настоящие неприятности начались после первой версты пути. Сзади, отрезая отступление, рухнули два дерева. Обрушились беззвучно, как во сне, в воздух поднялось облако черной пыли.
  - Вперед, быстрее! - яростно скомандовал маг. - Если эта пыль попадет вам в горло, то сам Творец не спасет!
   Путники дружно перешли на бег, и едва не угодили в ловушку. Нечто похожее на сеть упало сверху столь стремительно, что только Ратан сумел отреагировать. Мелькнул тяжелый меч, трепещущая живая сетка разделилась на две половинки, бессильно упала на землю. Из разрубленных нитей потекла фиолетовая жидкость. Лес огласило ледяное шипение.
  - Вперед! - вновь крикнул маг. Путешественники проскочили узкий проход меж деревьев за миг до того, как стволы выпучили каждый по паре огненных буркал. Кроме глаз, на них обнаружились немалых размеров вертикальные пасти, снабженные большим количеством острых на вид зубов.
   К счастью, древовидные страшилища оказались лишены ног.
   После 'веселой' встречи лес, словно проверив путников на прочность, немного затаился. Далее несколько верст прошли спокойно, словно по самому обычному ельнику где-нибудь под Старгородом.
   Место для ночлега начали выбирать засветло. Пока маг сторожил вещи, Хорт и Леслав под прикрытием Ратана собирали хворост. С топливом оказалось плоховато, черные деревья сбрасывали только ветки, сами, похоже, не засыхали и не падали или сгнивали невероятно быстро.
   Маг встал над собранным хворостом, напрягся, закрыл глаза. Совсем рядом почуял небольшой вихрь Силы. Из него удалось зачерпнуть немного. Родомист добавил своей, из запаса, пропустил через руки. Сложил кисти в вычурный знак огня, произнес нужную формулу.
   Дрова вспыхнули мгновенно, тепло пошло вверх и в стороны. Маг вздохнул с облегчением, вытер пот со лба - заклинание сработало безупречно. Костер будет пылать до утра, и новые дрова не понадобятся. Поток Силы будет питать пламя тоненькой струей, не давая разгореться, но и не позволяя угаснуть. Лагерь предусмотрительно расположили на открытом месте. Навес делать не стали, драконы над Темнолесьем не летают, а снегопада не предвиделось.
   Ужинали как-то неохотно. Даже Леслав, в возрасте которого кто не ест, тот считай не живет, лениво ковырялся в котелке. Чуждый лес давил, вынуждал забыть о голоде, об усталости.
   Ратан с Леславом после еды полезли в спальные мешки, а маг с Хортом уселись по разные стороны от костра, спиной к пламени. Стемнело уже давно, но лишь теперь стали видны редкие, белесые, и какие-то болезненные звезды.
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Шенгальц "Земля обреченная" Д.Удовиченко "Эффект искажения" Е.Малиновская "Черное солнце победы.Тени" А.Морголь "Арсенал эволюции" И.Михалков "Нибиру.Пробуждение" О.Верещагин, А.Ефимов "Хрустальное яблоко" Н.Воронков "Неправильное привидение" П.Корнев "Пятно" А.Левицкий "Нашествие.Москва-2016" В.Рощин "Боевые дельфины" А.Петровский "Завещание оборотня" Ю.Иванович "Миры доставки-2.Дорога между звезд" А.Колентьев "Жизненное пространство" Ю.Зонис "Инквизитор и нимфа" О.Демченко "Прими свою тень" А.Спесивцев "Казак из будущего.Нужен нам берег турецкий" В.Яценко "Бог одержимых" А.Сухов "Пламенный путь" В.Проскурин "Эти бессмертные" Ш.Врочек "Танго железного сердца" Д.Казаков "Герой высшего качества" В.Молотов "Урал атакует" А.Афанасьев "Год колючей проволоки" С.Давыдов "Чароплет" М.Князев "Полный набор-2.Месть темной эльфийки" В.Зыков "Во имя потерянных душ" Ю.Фирсанова "Божий промысел по контракту" И.Эльтеррус, Е.Белецкая "Утро Черных Звезд" М.Михеев "Дальний рейд"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"