# Рождение царицы ваз

Владислав Александрович Казарцев

Я бурщик был, работал на Коргоне

Ломали камень - яшму, в рудниках

Полтиник в день - прописано в законе

Восемь вершков пробить с кайлом в руках

А яшма - разный здесь был камень

копейчатая, серо- фиолет

Здесь тяжело работалось руками

Но вот другой для нас работы нет

А жизнь - она ведь у кого как розы

швыряет деньги, рябчиков жует

А у кого то нет угла в морозы

но есть рудник - кайлом он камень бьет

Старик был Павиан - его так звали

не чуял боли с детства никогда

его не раз плетьми до мяса драли

а он свистит -не горе, не беда

Как молод был урезали всем норму

а у него детишек полон двор

зерно он крал - нашли а тут реформа

забить нельзя, таков вот разговор

Ему тогда навечно присудили

остаться здесь работать в рудниках

пока сам не помрет - такие были

законы. Вот ведь страх

Он стариком здесь стал, еще ворочал

камень колол -в руке был молоток

а мы возили -он больной был очень

и на ногах стоять уже не мог

Вот горный генерал приехал слушал

- А Павиан! Смотрю ты жив пока!

- С пятнадцати плетей не вынешь душу

Чеши давай! Узнаешь молотка!

Тот руку поднял было деда вдарить

да плюнул. Че ему теперь!

Да и пошел. А дед опять фигарить

Долбить. И бьет то зло, как зверь

Вот так вот и рабочие и зэки

все вместе выдавали вверх руду

и кто не разберешь -все человеки

сюда дерьмовые не попадут...

Еще рудник был Тигра - так прозвали

там из стены однажды монолит

в кубическую сажень мы достали

На Эрмитаж -он до сих пор стоит

Царица ваз - вот штука для богаства

Вытаскивать чуть не надорвались

Умом тут надо, силой, ну и братством

А как везти -тут вольные нашлись

Зимою власти рекрутов набрали

Пятьсот покрепче сильных мужиков

Они из Ревневской все на себе толкали

в Гольцовский, Змеево, на пристань и готов

На лямках, по два, по доскам-покатам

По льду, по снегу - месяц с гаком путь

Ох, тяжело в мороз нашему брату

руками камень на горбу тянуть

От тяжести подломятся вдруг доски

он в снег уйдет - копай и подымай

потом по телу шрамы и бороздки

морозом поморозил Хан Алтай!

К Чарышской пристани к весне уж подтащили

о сем роман сложил бы драмматург...

Там половодье -льды на реках вскрыли

а дальше в Барнаул и в Петербург

***