Аннотация: Интервью, данное автором Китовой Саги австралийскому журналу "Wild", январь 2010.
ИНТЕРВЬЮ ГРЭЙ Ф.ГРИНА для журнала "WILD" (Австралия)
(перевод Антона Кирпичова)
Конни: Я знаю, Олафур, что тебе часто задают такой вопрос - но все же, когда? Когда ты порадуешь своих преданных читателей четвертой книгой Китовой саги? Ты работаешь над ней уже пятый год, и до сих пор книги нет. Дождемся ли мы когда-нибудь продолжения приключений?
Грэй: то есть, вы ждете, кого я убью следующим? (смеется) Отлично понимаю. Похвальное желание. У человечества всегда был и всегда будет спортивный интерес к таким вещам. По поводу четвертой книги... что я могу сказать. Она будет. И это главное, мне кажется.
Конни: В твоем дебютном романе "Химики" есть сцена, как главный герой, хорошенько выпив, выходит в ночь, чтобы облегчиться, и падает с обрыва. Эта нелепая смерть ставит точку в сюжете романа. Скажи, имеет ли эта история реальную основу или ты все выдумал?
Грэй: Конечно, имеет. Думаю, в мире найдется немало тех, которые, почувствовав зов мочевого пузыря, выходили в ночь и падали с обрыва, попадали под машину, трактор, бегущего пони или взлетающий стратегический бомбардировщик - и его кишки, намотанные на шасси, облетели потом половину мира... Все это случается, Конни. Каждый божий день. Так что в этом смысле я назову концовку своего романа обыденной. Вернее - очень обыденной. Люди умирают в самый неподходящий момент. И ничего с этим не поделать. Человек в некоторый момент бессилен - даже самый сильный и умный, и добрый, и любящий детей... кошек, не знаю, кого еще.
Человеческое бессилие перед лицом смерти - это достаточно реальная основа для истории, как думаешь, Конни?
Конни: Думаю, вполне. Но у твоего героя был реальный прообраз? Это я хочу узнать. Грэй?
Грэй: Непростой вопрос, Конни. Понимаешь, у меня был один приятель... да, нет, друг. И он очень нелепо погиб...
Конни: Упал с обрыва?
Грэй: (смеется) Почти. Он подавился.
Я решил подарит своему другу целую жизнь. У него она была очень короткой, хотя и яркой. И он никогда не был в Исландии. Не пойми меня неправильно. Смотреть тут не на что, но он тут никогда не был. Не сложилось. Дурацкая жизнь.
И вот это осознание, что Вадим никогда не увидит этого дурацкого холодного моря и этих дурацких скал, и родилась эта книга.
Понимаешь, Конни? Я просто решил: выдумаю-ка я что-нибудь поприличней, чем эта херовая смерть. И выдумал целый роман. Приключения, интриги, драма, загадки. Там вообще должно было быть эпическое полотно! А потом этот придурок, главный герой, набухавшись, выходит отлить и падает с обрыва. Точка. Конец истории.
Я поставил эту точку, написал словно "конец". И вышел к морю. И вот я смотрю на этот хренов обрыв и эти хреновы скалы, и понимаю, что Вадим их никогда не увидит.
И как после этого верить друзьям?
А в романе у меня увидел. Недолго, они приехали ночью, он сильно устал и хотел спать. А у них еще с собой полящика виски. И понимаешь, им некогда, им надо пить, выпивать... И поэтому моря он толком не видел. Но он там, если помнишь, останавливается на мгновение, прежде чем войти в дом, и оглядывается. А там скалы, и обрыв, и брызги волн взлетают высоко.
И он ушел бухать, потому что это самое важное.
Жизнь-то проходит.
Но вот эта минута, когда он оглянулся, была -- лучшее. Это мгновение, когда он остановился и оглянулся.
Я не слишком много говорю? Нет?
Конни: Все отлично, Олафур.
Грэй: Что-то я завелся. Продолжим после, хорошо?
Следующая часть. После перерыва.
Конни: Итак, Олафур, вернемся к вопросам. Сейчас миллионы людей сидят в социальных сетях. Фэйсбук, прочее. Но не ты, Олафур. Твоей странички нет ни в одной социальной сети. Тебе, по твоему статусу признанного писателя, место в Википедии - но даже там тебя нет. Почему? Как так получилось?
Грэй: Я понял вопрос, Конни. Понимаешь... как бы это объяснить... Я в некотором смысле параноик.
Вики и подобные ей, социальные сети, фэйсбук-хренсбук и прочая чушь - инструмент капитализма, спящий кальмар, окутавший холодными щупальцами весь мир. И мы сами отдаем себя в лапы этого скользкого гада. Однажды некие силы решат, что Кальмару стоит проснуться... Или он проснется сам, чем черт не шутит! И вот это будет еще страшнее, Конни.
Видит бог, мы отдали в его щупальца достаточно, чтобы сделать Кальмара господином над всеми нами. Мы доверяем ему то, что не доверили бы даже самому близкому человеку. Все грехи, все страсти, всю темную подноготную - он знает все. Эта темная скользкая подводная тварь - уже стала хранилищем всех наших слабостей, страстей, грехов, страхов и жутких желаний. Лавкрафт был прав. Древние боги рядом. И они спят. Но что, если однажды Кальмар проснется? Не осуществит ли он то, о чем мы долго мечтали во мраке ночи, уткнувшись лицом в липкую духоту синтепоновой подушки?
В общем, так. Извини за некий пафос, видишь ли, я, когда пью с утра, то к обеду теряю чувство юмора.
Конни: Ты сегодня пил? Прости за вопрос...
Грэй: Только содовую. И это скучно. Очень правильно для здоровья и очень скучно. Я уже пару лет не пью. Может быть, именно поэтому я так долго пишу следующую книгу. Но извини, я отвлекся. Что ты хотела узнать?
Конни: Конечно, Олафур. Вернемся к социальным сетям. Когда ты узнал про Кальмара, ты начал действовать?
Грэй: Верно, Конни. Я попросил своих друзей мне помочь. Кое-кто покрутил пальцем у виска, но все равно согласился сделать то, что я просил. У меня хорошие друзья. Ты даже не представляешь. Даже если кто-то из них искренне считает меня опасным психом, то ведет себя так, словно это входило в его планы - подружиться с опасным психом. В общем, друзья начали делать то, что я просил...
Конни: и что же это, Олафур?
Грэй: Они начали уничтожать мое доброе имя.
Конни: Ты серьезно?
Грэй: О, да. Мое доброе, это еще та шутка. (смеется) Это было непросто. В каждую запись обо мне, что существует в Сети, вносились изменения. Это была долгая кропотливая работа. Нужно было изменить многое.
Конни: Но зачем?
Грэй: Представь, у тебя на ладони лежит апельсин. Впрочем, не надо. (берет из корзины апельсин и вручает Конни) Какого он цвета?
Конни: (смеется) Оранжевый.
Грэй: На самом деле он синий.
Конни: Синий апельсин?
Грэй: (серьезно) Да, синий апельсин.
Конни: Но как? Вернее, я же вижу, что он оранжевый...
Грэй: Да, ты видишь. В этом и проблема и могущество информации. Сейчас ты веришь своим глазам и не веришь сведениям, полученным от меня. А теперь представь, что мы поспорили. Ты подходишь к прохожему и спрашиваешь, какого цвета этот апельсин. Если он скажет "оранжевый", выиграла ты, если "синий"... но с чего ему говорить синий, верно? И вот ты подходишь и спрашиваешь, уже зная ответ. Конечно, прохожий скажет: апельсин оранжевый. Но вместо этого он говорит...
Конни: Синий?
Грэй: Черный.
Конни: Он не различает цвета?
Грэй: Даже если и так, что это меняет? Твое представление об апельсине уже поколеблено. Но ты не сдаешься и мы ищем следующего прохожего. И он говорит...
Конни: Дай угадаю, Олафур. Он говорит: зеленый? Или красный? Или вообще цвета хаки?
Грэй: Нет. Он говорит: какой к черту апельсин? Что вы мне голову морочите? Это банан!
Конни: Эээ...
Грэй: Теперь понимаешь? Если десять человек дают тебе разные сведения о том, что у тебя в руке - ты рано или поздно... что сделаешь? Самый простой ответ. Самый. Конни, не молчи! Ну же, ну! Думай, думай, думай!
Конни: Ээ... не хочу почему-то.
Грэй: (вынимает апельсин из ладони Конни и отшвыривает в сторону) Именно. Избавиться от апельсина - вот твой ответ. Наш мозг защищается от информации. Больше всего наши мозги не любят сомневаться. Нет апельсина, и мозг вздыхает облегченно. Проблема не решена, но удалена. Можно работать над насущными задачами. Так же и со мной. Я - тот апельсин, цвет, форма, название, содержание, применение и сущность которого вызывают огромное сомнение. С помощью моих друзей - поработавшими прохожими, мое имя было вышвырнуто из Вики. Все. Финал. Меня больше не существует. На самом деле, Конни, меня давно уже нет. И это прекрасно.
Конни: Я вижу мертвых людей!
Грэй: (смеется) Что-то в таком духе. У тебя еще есть вопросы или мы закончили, Конни?
Конни: Закончили. Спасибо за беседу, Олафур. И последний вопрос, не полнуйся, самый последний вопрос: что бы ты хотел пожелать нашим читателям?
Грэй: Никогда не лгите себе. То дерьмо, в котором вы сидите, разгребать все одно вам. Так зачем говорить, что оно прекрасно пахнет? В общем, будьте честны перед собой и трахайтесь как кролики, пока есть возможность. И это... спасайте китов. Они офигительны.