Ударно-волновой излучатель - это такая штука, которую когда-то уминали только в артиллерийские снаряды. Толстые такие снаряды, тогда артиллерия была планетарной, баллистической и - страшно представить - химической. Или как оно там правильно называлось. Сейчас я толкала кассету с полусотней картечных снарядов, в каждом из которых было по пятнадцать трехдюймовых шариков. Одна кассета - семьсот пятьдесят электромагнитных картечин, что для какого-нибудь тактического корвета означает полную потерю энергии на бортовых щитах.
Я вздохнула и подвинула бокс к пневмоприемнику ФЛАКа. Все свои прикидки ни о чем можно заканчивать, придумать себе еще что-нибудь и убрать капельки пота, которые уже черти сколько висели на бровях. Сдернув перчатки, я провела ими по лбу. Это было приятное ощущение: тянущая боль в теле, трудовой пот, перспектива душа и кучи вещей, о которых еще можно так классно подумать. Я облокотилась на кассету, внутри которой зачмокал насос, досылая первый снаряд в затвор картечницы.
- Думаешь, скоро снова п-понадобится?
А вот и сочувствующие. Надо медленно повернуться и принять какую-нибудь небрежную позу - так всегда проще смотреть в глаза. Я зевнула и вяло улыбнулась Синдзи:
- Ну, я все разрядила. Держать пушки разряженными - скверная примета.
- Еще бы н-не скверная, - с сомнением сказал Синдзи. - Аж сорок ч-часов вкалывать.
- Ну, раз мы согласны, то я пойду.
- П-погоди.
В изнанке все выглядит серее, чем есть на самом деле: будто ты настраиваешь в глазах какой-то фильтр, и он обесцвечивает тебе картинку. Свет кажется блеклым, корабль - сумрачным и недовольным, а люди... Люди кажутся несчастными. Впрочем, от изнанки это уже не зависит. Капитан-обормот Синдзи казался расстроенным: я явно его избегала. Явно, успешно и уже третьи сутки. В принципе, не отказалась бы продолжать - или отказалась бы, потому что на самом деле хочу, чтобы меня остановили. Ну что взять с безумной?
- Аска, что с т-тобой?
Я остановилась и села на контейнер. Кажется, контейнер был с кристаллами для противоракетного лазера.
- Что со мной? Со мной ничего. В смысле, ничего особенного, - добавила я, подумав.
- Ммм... Х-хорошо.
Синдзи кивнул, подошел к раскрытой сервисной системе пушки и отстучал там что-то на всплывшей голографической панели. ФЛАК свернул панель и перешел в режим ожидания. Я, в некотором смысле, - тоже.
- Я п-просто что хотел сказать, - протянул Синдзи не оборачиваясь. - Если ты по поводу того б-боя, то просто забудь. Я же сказал, что п-понимаю тебя, и Яуллис...
- А я сказала, что мне все равно.
- Т-тогда в чем дело?
А вот теперь ему срочно надо на меня смотреть - а у меня перед глазами стоит это же лицо, покрытое тонкой корочкой льда, и по нему уже бегут трещинки. "Эх, знал бы ты, в чем дело..." У меня дернулся уголок рта. В голову пришла занятная мысль, вернее, не мысль даже - так, вопрос: а почему это он не знает, и что мне мешает рассказать?
- Я чокнутая, Синдзи.
Он еще не понял: улыбается. Думает, я сейчас расскажу о какой-то шалости своего сознания. Больно уж преамбула хороша и фривольна.
- В самом прямом смысле. Уж не знаю как, но это вылезает из меня все дальше.
Вот так и стой - растерянный, убитый и сожалеющий.
Я как-то вытесняю свое безумие в кошмары - поглубже, подальше, но это такие ребята, что им там тесно, им хочется гулять на широкую ногу, и я раз уже проснулась в коридоре корабля на полпути к каюте капитана, а второй раз отрубилась, не выходя из синхронизации. Я даже не знаю, где наступит следующий случай - в душе, на вахте, за едой. Я не хочу снова в череду нескончаемых снов, где мозги проскакивают реальность - глупые неразборчивые гениальные мозги. Не хочу, но, по всему видать, придется.
Вот так вот, мой капитан. Вот таким вот образом.
- Я... Я м-могу чем-то помочь?
Я нахмурилась, разглядывая его. Нет, конечно, я едва ли верила, что он проникнется отвращением ко мне, но чтоб столько боли? И заботы, и участия? А еще ему стыдно за свой вопрос, потому что он сказал банальность. "Черт, - подумала я, изучая этот эмоциональный коктейль, - на каких верфях строят таких парней, а?" Аж самой неприятно огорчать его.
- Вряд ли.
- П-почему?
Как бы тебе так объяснить?
- Ну, смотри. Во-первых, психодинамика не сработает. Я настолько привыкла общаться с этими господами на профосмотрах, что сама не смогу перестроиться и начать выкладывать правду. Это на подкорке уже - все эти реакции на стандартные и нестандартные техники. А без раскрытия... Ну, ты ведь понимаешь?
Он подумал и кивнул - понял, значит. В принципе, представить этот порочный круг не слишком сложно. Вот проникнуться ужасом положения значительно тяжелее.
- А л-лекарства какие-нибудь?
- Не пойдет. Даже если допустить, что я захочу лечить частности... - я представила себе размер этих "частностей" и поморщилась. - Все, что глушит симптомы, неизбежно будет влиять на синхронизацию с кораблем.
А теперь Синдзи отвел глаза, потому что снова все понял, и в этом уже нет ничего сверхъестественного: он, в конце концов, тоже капитан сингл-класса. Не знаю, что для него значит возможность сливаться с кораблем, но недаром синхронизационный порт на флоте называют "иглой". Обормот сидел на полу напротив меня, и я его беззастенчиво рассматривала - статус записной дуры позволяет. Тем более что парень вроде как брезгливости не проявил.
Он похудел за последние дни - то ли баронианская подстава дорого ему обошлась, то ли он все еще не мог примириться с тем, что ушел от шанса получить свои ответы. В любом случае, щеки у него были почти синие, и изнаночные причуды здесь ни при чем.
- Можно, конечно, избирательно память стереть. И я даже знаю временной отрезок, который надо вытереть, - сказала я, чувствуя себя последней сволочью. Синдзи предсказуемо дернулся и опустил взгляд.
- Но т-тебе становится хуже, так? - произнес он наконец.
- Вроде да. После последнего боя - совсем страшно.
Вот я и сдалась, во всем призналась. Где бы еще испытать свою ушибленность?
- Мы что-нибудь п-придумаем, - сказал Синдзи и встал. - Ты г-главное держись. И если вдруг захочешь п-поговорить...
- Ну-ну. Это работа у тебя такая? Спасать неизлечимых девчонок?
Синдзи пожал плечами. Он только сейчас заметил, что на запястном модуле у него мигает вызов. С полминуты уже, между прочим. Он поднял руку к глазам, что-то там посмотрел, и тускло подсвеченное лицо выглядело решительным.
- Я п-пойду. Если тебе помогает работа, м-можешь откалибровать лазеры ПРО с левого борта.
Уходя, он слегка коснулся моего плеча, и я поняла, что все правильно. Опять до обидного правильно: тебе не надо со мной сюсюкать, тебе нет смысла нарываться на грубости. Надо сказать что-то твердое, уйти по делам. А заодно между прочим показать, что на самом деле тебе не безразлично.
Я оттянула ворот футболки и в раздумье шлепнула себе резинкой по шее.
"Вот ведь проницательный обормот. Интересно, как он собирается меня лечить? И что там, черт возьми, не так с лазерами?!"
***
- Сигналов точно нет?
- Нет, база молчит.
Ничей космос, пустые сектора. Я вглядывалась в стереограммы энергетического профиля базы и зевала. Если верить статистике, каждый день один корабль уходил в пустые сектора - прочь от бедности, долгов, крупных тюремных сроков, казней, законодательных ограничений. Корабли уходили, и, честно говоря, я не знаю, куда они все девались, потому что каждый раз, когда Юго-Восточная Империя аннексировала еще кусочек нейтральных пространств, там никогда еще не находили людей.
Поселенцы всегда рассчитывают найти, урвать и через "ну что ты, я всего на полгодика, дорогая" вернуться домой на белом корабле. Что может быть проще, чем сдохнуть, имея такое отношение к пустым секторам?
Базу "Ируил" основали умные люди из серьезной корпорации. Зачем им понадобилось загоняться так далеко в Рукав Стрельца, нам никто не сообщил: надо - значит, надо. Но по-хорошему, всю эту корпу следовало бы оштрафовать, потому как они нашли терраподобную планету и не уведомили власти Империи. Ах, какой это был мирок, чудо просто: девяносто восемь сотых "же", вода - не дейтериевая, не тритиевая, а самая настоящая питьевая вода, причем вроде как пресная. А вот фон там оказался паршивый: раза так в полтора выше нормы, и газовых изотопов в атмосфере тоже навалом.
Впрочем, люди и худшую дрянь заселяют.
- Давайте активными сканерами пощупаем, - предложил Нагиса, отирающийся у нас за спинами.
- Предлагаешь их оглушить? - поинтересовалась я через плечо.
- Д-да что там глушить? - буркнул Синдзи. - И так как в м-могиле.
Я поморщилась: сравнение было так себе, даже если отбросить суеверия. Мы уже сделали половину суточного оборота вместе с планетой, заняв стационарную орбиту над тропосферой. Внизу загадочно молчала база, с которой нам надо быстро снять образцы и забрать данные, чтобы на полной скорости лететь назад.
Разбросанные посреди степной равнины корпуса выглядели невинно и свежо, периметр вокруг тоже вроде как никто не помял, и вообще - кто-то разложил красивые новые игрушки и пошел по своим делам. Слишком красиво и чисто, слишком правильно. Я бы обстреляла эту идиллию или сбросила туда бомб.
- Н-не похоже, что на них напали, - задумчиво сказал Синдзи. Он ввел последовательность активного сканирования и теперь снова отодвинулся от приборов.
- Если ты имеешь в виду больших чудовищ, то и впрямь не похоже, - ответила я, чувствуя растущее раздражение. Для колониста столкнуться с плотоядным монстром - это что-то из серии фантастики, куда вероятнее местные яды, сочетания изотопов, микроорганизмы, сжирающие фильтры очистки, вспышка жесткого излучения на звезде. И даже если ты видишь следы стрельбы, то чужие опять-таки стоят в конце списка ее причин.
Космос - он, конечно, без вариантов безбрежен. Но глупость людей уверенно его нагоняет.
- Значит, среда, - крякнул Каору, теребя взъерошенную шевелюру. - Есть данные о враждебных факторах?
- Н-нет, - ответил Синдзи. Безо всяких колебаний ответил, а значит, он прямо спросил Яуллиса и получил прямой ответ. По крайней мере, кот ничего не знает об опасностях этого мира - что уже радостно.
- И что предлагаешь делать, капитан? - спросила я. Синдзи изучал содержимое экрана и очнулся, только услышав прямой вопрос.
- К-корабль сажать не будем. Высаживаешься ты и Рей. "С-сегоки" прикрывает из атмосферы.
Это, хм, называется "удар шокером из положения лежа". Я проглотила пару вопросов общеругательного свойства и перешла сразу к основному:
- Это почему еще?!
- Вот п-поэтому.
Он развернул экран ко мне. Данные активного сканирования показали, что на базе куча проблем: внутренние помещения были сильно повреждены, туда проникал активный воздух снаружи, подтекал реактор, что-то шевелилось в лабораторных оранжереях.
Но хуже всего оказалось то, что на базе оставались люди.
***
Трофейный штурмовик с Х67 трясло безбожно: в нижних слоях бушевало самое настоящее безобразие пополам с плохой видимостью. Я шла по очень крутой траектории, почти пикировала, обстоятельно скрипя зубами и стараясь не смотреть на свою спутницу. Участие последней из Аянами автоматически превращало высадку в очень короткое мероприятие, потому что даже после всех ухищрений Майи Рей могла оставаться в строю очень недолго - что-то около пяти часов.
С другой стороны, живое супер-оружие за спиной вселяло уверенность. Ледяную такую уверенность.
- Заходим на посадку.
- Я поняла.
Отплевываясь от обмена банальностями, я вырвала штурмовик из плотных облаков и включила маневровые двигатели. Отрыжки пламени задергали машину, а я только крепче вцепилась в штурвал. Меня прямо трясло от желания выжечь все вокруг места посадки - чисто по инструкции. "В случае враждебности территории осуществления бла-бла-бла, нанести много вкусной и высокоэнергетической благодати по площадям". Увы, флотскими правилами я руководствоваться не могла - по крайней мере, пока не найдены данные для хозяев этого бардака.
Штурмовик завис над посадочной площадкой, и я описала носом машины полный оборот в поисках потенциальных целей. Так мне эта база очень нравилась - сквозь прицельную рамку, когда пальцы лежат на спусках ударных авиапушек. Безымянная звезда, у которой были только координаты на карте, серо-голубым диском торчала в мареве густых туч, скоро наступала ночь, а по равнине за периметром бегали тревожные порывы ветра. Серые степные травы то опадали, то вздымались, и казалось, что степь встает на дыбы.
Выдох - и толчок. Я отстегнулась и выкарабкалась из пилотского кресла.
- Рей, готова?
Последняя из Аянами кинула и захлопнула поляризованное забрало. На случай контактов с местными аборигенами Рей засунули в скафандр - в смысле, в обыкновенный камуфляжный скафандр десантника с хорошей теплоизоляцией. Таким образом мы выигрывали и в конспирации, и по времени активности Аянами.
Я закрыла свое забрало, ставя воображаемый "будильник", и проверила крепления оружия. Два скорчера, "флоганеф" и маленький квантовый нож - хороший стартовый капитал для усмирения особо буйных. Я не могла даже примерно представить, почему молчал "Ируил", так что никакое оружие не казалось лишним. Могла бы - и турбоплазменный излучатель прихватила.
Ноль следов инфекции снаружи, радиационный фон в пределах местной нормы, только у протекшего реактора повыше. Хаотично передвигающиеся люди. Куча биомассы в дендрариях. И нет связи с командным центром базы, где нам должны были передать данные.
Черт, этого хватит на отличный приступ паники.
- Работаем, - сказала я, вышибая пинком люк.
Снаружи уже темнело, ветер дребезжал в сетке периметра, а серая степь прерывисто гудела на одной ноте. Я висела в проеме и осматривалась: из планеты словно высосали все цвета, и мне представился полдень в этом мире - мерзкое, должно быть, зрелище. Очень рада, что не увижу.
- За мной.
Под подошвами скафандра что-то противно зачавкало, и я включила нашлемное освещение.
- Эм, Синдзи?
- Да, что т-такое?
- Полюбуйся, какая прелесть.
Я прикинула: подошва с форс-пакетами - сантиметров пять, значит, от земли до щиколотки все пятнадцать, и эти самые "все пятнадцать" оказались сплошной толщей клейкой дряни, которая сверху выглядела как покрытие посадочной площадки.
- Ч-что это?
- Протобионт.
Аянами, склонив голову, изучала студень, который у ее ног потихоньку покрывался тонкой корочкой льда. Фонари она не включила.
- А если конкретнее?
- Доорганический "суп" с примитивной мембраной, - сказали в наушниках с хорошо слышной дрожью в голосе. - Рей, а ты уверена...
- Она уверена. Майя, заткнись, - посоветовала я и осмотрелась. Этот самый "суп" покрывал всю площадку, уходя и к периметру, и к зданиям базы. Перепадов высоты здесь не было, то есть, конечно, могли быть участки ниже, но уровень протобионта их сглаживал.
- Аянами, где заканчивается этот кисель?
- Я не вижу.
Хм, я думала, моя оптика ошиблась. Степное серое разнотравье росло прямиком из целого моря соплей. У меня начали появляться скверные предположения насчет рода деятельности базы "Ируил". Заодно становилось ясно, почему поселение засунули так далеко.
По-моему, здесь критически не хватало пары инквизиционных кораблей с планетарным оружием.
- Это, Синдзи. Подготовь "Сегоки" к принятию карантинных пассажиров.
В наушниках судорожно выдохнули.
- Т-ты уверена?
- Более чем.
Протобиотическая каша, насколько я помнила, иногда получалась после активации генной бомбы, когда вирус оказывался слишком эффективным для взрывной мутации и просто расплавлял клеточные мембраны живых организмов. Да, так бывало, но вопросов оставалась прорва - целая прорва жиденьких соплей. Например, почему уцелела трава? Или: что за люди бегают по базе, если системы фильтрации у них слетели? И последнее: на что достойно потратить последние четыре часа активности Аянами? Увозить что-либо с этой планеты мне решительно не хотелось - даже собственные воспоминания.
Я взглянула на датчики фильтров воздуха и запустила все циклы очистки. Оно, конечно, никому еще не помогало, но есть шанс, что концентрация вируса уже ниже рабочей. И уж точно - теперь нет никакого смысла напрягаться.
- А-аска, я тут получил первые д-данные...
- Мы все умрем? - предположила я, направляясь к управленческому корпусу.
- Нет. Следов распада мю-вируса не обнаружено.
Я остановилась у внешнего шлюза корпуса. Почти пятьдесят метров чавкающих шагов, отвратительные мысли о том, что у меня под ногами, - и вот она, дверь. Можно быстро прикинуть варианты, пока модуль взлома потрошит замок.
Первый. Бомба таки рванула, но рванула давно: уже вирус прошел период распада. Остается неясной причина выживания колонистов. Возможный ответ - скафандры. Какие-нибудь, например, экспериментальные.
Второй... Я отвлеклась на занятное зрелище: Рей медленно двигалась из стороны в сторону за моей спиной. Если бы это была не последняя из Аянами, можно было бы решить, что девушка просто нервничает.
- Рей?
На меня уставилось непрозрачное стекло, в котором кривились мои нашлемные фонари. Получалась милая рожица в духе "мама, смотри, какая бяка нарисовалась".
- Что ты делаешь?
- Протобионт замерзает под ногами.
Я недоуменно подняла брови, но потом сообразила, что моего выражения лица Аянами никак не видит. И тем не менее, озвучить вопрос Рей не дала.
- Неприятно, - тихо пояснила она.
"О, вот как даже".
"Отмычка" выдала мне в наушники удовлетворенно-злорадную трель, и шлюз начал открываться. Его порог был выше уровня студня, поэтому я просто вынула из захвата скорчер и шагнула внутрь. Хрустяще чавкнула слизь позади, и Рей снова оказалась у меня за спиной. В шлюзе было тесно, чисто и выкрашено в серо-стальной. А еще тут горел свет, и я с опозданием поняла, что это должно мне не нравиться.
Наружная дверь захлопнулась, а перед моими глазами вспыхнул голо-экран.
"Внимание! Деконтаминация невозможна. Среда класса "омикрон"".
Я заозиралась: что бы ни означало это самое "омикрон", провал процедуры обеззараживания означал только одно.
- Над нами накапливается плазменный заряд, - равнодушно сообщила Аянами. Я выругалась и потянула из-за спины "флоганеф". От выстрела в такой конуре моим щитам безвариантный конец, но это все же не прямой удар ионизированного газа.
"Ну что ж такое, мы еще даже не начали!"
Рей успела быстрее.
Рука в тяжелой перчатке скафандра легла на внутреннюю дверь шлюза, и металл вокруг нее мгновенно покрылся окалиной. А потом пальцы слегка сжались. Я мотнула головой, выгоняя оттуда звон, прыгнула вперед - вслед за обломками двери и смазанной тенью в камуфляжном скафандре. Сзади гулко треснул разряд, но я уже катилась по коридору корпуса.
Вся из себя такая неочищенная, заразная и живая.
В коридоре было темно, и я, поднимаясь, снова зажгла фонари. Рей преспокойно отиралась под стенкой, изучая окрестности, ничего похожего на людей среди обломков шлюза не обнаружилось, - так что меня пока все устроило. Кроме собственной тупости, конечно. Оно-то понятно, я не обязана была знать, да и без Аянами я бы справилась, но все же...
- Спасибо, Рей, - буркнула я.
- Не за что.
Синдзи облегченно бурчал что-то в наушниках, фоном общались Каору и Майя, а я припоминала карту и все трясла головой: применение боевой энергетики стабильно давало мне по среднему уху. Коридор корпуса должен был поворачивать налево через три метра, потом был большой зал, где наши активные сканеры обнаружили людей, потом - три пролета вверх по лестнице, к административному центру базы. Был еще лифт, но после сумасшедшего шлюза меня к здешней технике не влекло.
Я жестом предложила Рей двигаться со мной, и неспешно пошла вперед. Одну дверь кто-то с мясом вырвал из пазов. Я изучила повреждение с профессиональным интересом, поморщилась и заглянула в помещение - скорчером вперед.
- Синдзи, возьми картинку на анализ, - сказала я, сглотнув. - Прогони через компьютер. Мне нужны причины смерти.
Бывший офис охраны по колено был завален трупами. Судя по всему, тела сюда стаскивали и складывали. А еще их, по-моему, предварительно ели. Разбираться в подробностях времени не было, да особо и не хотелось. Ну вот, а теперь надо заставить себя сделать шаг вперед, оставляя эту комнату за спиной. Блин, их всех раздели - кого после смерти, кого до. А еще...
Хватит, Аска. Хватит.
- Обрабатывается, - глухо сказал Синдзи. - П-пришли уточненные данные сканеров. Лужа протобионта занимает пятнадцать к-квадратных километров. П-почти идеальный круг.
- Дай угадаю. Центр круга - база?
- Да. Если т-точнее - оранжереи.
Я фыркнула. Ну еще бы: это там, где возится какая-то крупная дрянь.
- К-как выжившие? - спросил Синдзи.
- Как найдем - скажу.
В эфире повисла нехорошая тишина.
- Эээ... - выдавил наконец Синдзи. - Т-ты только что прошла мимо одного... А т-теперь и Рей.
Я остановилась, упала на колено и описала стволом широкую дугу. Рей тоже притормозила и теперь загадочно молчала слева и чуть позади. Сердце пока еще оставалось в грудной клетке, но это ненадолго. Повторяй про себя: чертовы нервы, чертовы нервы...
- Синдзи, - позвала я. - Сканеры не сбоят?
- Н-нет.
- Я тоже ничего не вижу, - отозвалась Аянами. - Но в коридоре странный переменный фон.
Радиация и впрямь скакала - на несколько микрозивертов в минуту, но это не может обмануть сенсоры фрегата, вот прямо никак-никак не может. И тем не менее. Коридор словно бы пульсировал, мое сердце рвалось ему навстречу, в горле стоял шипастый комок - и все это происходило одновременно и со мной.
"Чертовы нервы, чертовы нервы..."
Лучи света, как назло, выхватывали из темноты кровавые мазки по стенам и на полу, зеркальное забрало шлема Рей, в памяти снова дрожью отозвались объеденные тела. Я скрипела зубами, понимая, что могу сорваться в кромешную панику, что вот-вот все охватит ужасная мысль... Нет-нет-нет-нет!
"Я снова сплю?!"
Черт.
Что делает инквизитор в аномальной ситуации? Оценивает обстановку. А что делает сумасшедший инквизитор? Вот-вот. Он проверяет, не глючит ли его. Я сцепила зубы и принялась вспоминать свои действия, логику мира, последовательность событий, а цепочки сами потянулись в прошлое, соединяя отдельные моменты. "Хорошая память, хорошая". Память виновато развела руками: да, мол, я хорошая. Извини, мол, но это все по-настоящему.
- Вперед, - кашлянула я. - Потом разберемся, что за дрянь здесь происходит.
Это все фигня. Раз по-настоящему, значит, это просто жестокий космос и тупые люди, а не больная голова. "Молодец, Аска, - криво улыбнулась я. - Никогда бы не подумала, что буду радоваться такой реальности".
Коридор повернул, и, судя по неловкой возне на "Сегоки", там снова видели фантомов, но нас с Рей решили больше не расстраивать. Я прикидывала, почему так бывает: сенсоры видят, а люди - нет, и ответы относились все больше к разной мистике. Еще бардак на термографе можно оправдать, но биометрические системы искали людей не по теплу. Ошибка позиционирования? Хм.
- Синдзи, проверь шкалу высот и перегенерируй соотношение био- и пространственных локаторов.
- М-минуточку.
Я водила скорчером по сторонам уже безо всякого фанатизма. Ну подумаешь - призраки. Условно живая пакость, которую мы почему-то не видим. С кем не бывает, правда? В наушниках смущенно кашлянули, потом хихикнула Майя, и я нахмурилась.
- Эм, т-тут такое дело, - виновато сказал Синдзи. - Биометрия наврала. Люди п-под вами.
За спиной у Синдзи народ облегченно обменивался репликами, а вот мне было как-то невесело, даже ругать обормота расхотелось - пусть он со своим растяпством и напугал меня.
- Молодец. А теперь расскажи мне, с каких пор у базы "Ируил" есть подземный комплекс.
Веселье стихло, а мне захотелось в сердцах оплевать себе забрало изнутри. Ну что за дерьмо-то, в самом деле?
- Он есть.
Я оглянулась на Аянами. Теперь блики моих фар складывались на ее забрале в какую-то совершенно жуткую маску. Или это там отражались мои собственные мысли.
- Но н-на сенсорах и правда... - неуверенно начал Синдзи.
- Я едва чувствую его, - сообщила маска, глядя на меня. - Вероятно, он экранирован.
- Гм, - озадаченно сказала я. - А биометрия?
- Управляемый экран, - подсказала Майя. - Настроен не на все частоты.
Логика тут, конечно, была: допустим, люди внизу и не должны были находиться. Но все же, мать вашу... Закрытый от средств наблюдения подземный комплекс базы. Базы, на которой трупы едят, а потом складывают в комнату. Я улыбнулась: было бы неплохо туда рвануть, отыскать вход - чтобы уж по всем законам ужасов, благо антураж соответствует, не грех и героине подтянуться.
Только это фиг вам. Забрать данные, сделать ноги и взорвать к херам эту базу. Я сбилась с шага: мысль о взрыве была неожиданной - откуда-то из прошлого была эта мысль, из славного и героического прошлого, где "во имя Империи, Первого гражданина" и все такое. Чертова мысль была внезапна, но неимоверно приятна.
"Останется время - перезагружу стержни реактора. И гори оно все красивым пламенем".
Я выбила дверь на лестничный пролет - обычную петельную дверь - и показала жестом Аянами: после вас, фройляйн. Рей неторопливо вошла туда и принялась подниматься. "Сканер ходячий", - выругалась, вспомнив о способностях гвардейца. По крайней мере, это означало, что наверху чисто.
Лестница выглядела чистенько, но в паре мест стены попортили ударными патронами, и, судя по брызгам металла, стреляли в упор. Крови или обгорелой органики не было. Я поймала себя на том, что мысленно перебираю ругательства, и прикусила губу.
Сука-сука-сука-сука-сука.
Треклятая база сдувала с меня остатки крыши, я уже готовилась увидеть один из своих воскресших кошмаров наяву, я готовилась встретить за поворотом Хикари, увидеть исковерканный трупик девочки в персиковом платьице, готовилась...
- Стой.
Рей загораживала мне путь, мы шли уже по коридору третьего этажа, а у меня между лопаток дрожала капелька предательского пота, и системы биоочистки будто в издевку не спешили что-то с этим решать.
- Там человек, - сообщил шелестящий голос Аянами. - Вооружен, взволнован.
"Там" - это был, если верить схеме, тот самый административно-командный центр, где находились наши данные. Я облизала губы: по теперешним моим представлениям, любой контакт с местным стоило начать парой выстрелов в голову. А ведь как все хорошо планировалось: обмен сигналами с "Ируилом", спускаемся мы с обормотом, забираем данные, я слушаю милый заботливый треп...
- Ты тоже взволнована, - добавила Рей. - Перестань.
- Как только - так сразу, - буркнула я, поднимая скорчер на уровень глаз. Эти самые глаза отчаянно слезились, и смаргивание помогало плохо. Я ухватила оружие обеими руками и двинулась к двери. "Сейчас ты у меня попляшешь. Я тебя не знаю, но ты у меня в такой кошмар попадешь, что все-все сразу расскажешь".
Тычок в контрольную панель - шаг внутрь.
В темном помещении блекло светились экраны - половина даже не голографические. На их фоне выделялся оператор - высокий, судя по всему, человек, который сидел в кресле перед командным пультом. Я наметила его затылок приоритетной целью и бросила взгляд на экраны.
База была пустой - с камер наблюдения видно было безлюдные коридоры, кое-где расписанные уже знакомой и - черт побери - приевшейся мазней кровью. Зато на нескольких экранах оказались новые виды: например, покрытый рыжими потеками металлический шар ("Где это?"). Или ряды автоклавов. Или...
- Кто здесь?
Голос был высокий для мужчины, но вроде и не женский. Оператор повернулся к нам, выставляя перед собой какое-то оружие. Я рванула в сторону, готовясь к неминуемому выстрелу, и навела прожекторы прямиком на фигуру в кресле.
Трясущиеся руки едва держали рельсовое ружье с раздолбанным коллиматором, его ствол ходил из стороны в сторону, а потом оружия не стало. Аянами тенью пролетела мимо оператора и снова встала рядом со мной, держа "рельсу" за цевье.
Оператор вроде бы смешно всплеснул руками, но на самом деле я видела только его лицо - сизоватый пузырь со шрамом рта, вокруг которого запеклась кровь, дырочки носа и бугристые волдыри там, где должны быть глаза. Эта тварь в стандартном комбинезоне оператора дрожала, вертя слепой мордой, вжималась в кресло, даже не пытаясь встать.
- Кто здесь?!
Я невольно вздрогнула. Резкий высокий крик вспорол тишину. "Сегоки" потерянно молчал, молчала Аянами, и, вспомнив о ней, я собралась. Что бы ни сидело в кресле, оно безнадежно слепо, а рядом со мной - гвардеец Его Тени. Да и с миллионвольтным выстрелом скорчера спорить тоже неинтересно.
- Борт "Событие", - нарочито сухо сказала я. - Мы за данными для Мильтеадеса. Что у вас произошло?
"Деловой тон. Деловой тон. И на рожу эту не смотреть".
- "Со-событие"?
Да что ж за неприятный тембр такой?
- Да. Фрегат "Событие", я курьер. Мне нужен замдиректора Стросс. Я повторяю, что с вами? Что произошло?
Я запаниковала. "Я сплю, м-мать вашу. Что за бредовый разговор?!"
Существо поднесло руку к лицу и отправило изъязвленный палец в рану рта. Мой палец честно дрогнул на курке: мне показалось, что на пальце было четыре фаланги.
- Что с вами? - спросила я, поражаясь своему ровному голосу. Спасибо славному прошлому, надо полагать. - Что произошло с "Ируилом"?
- "Пятый день", - грустно и гулко сказал Стросс, вынимая палец из рта. С пальца стекала желтоватая жижа. И да - мне показалось: на пальце было не четыре фаланги. Их было пять.
Черт, я сейчас выстрелю.
- Какой еще пятый день, сволочь?!
- Аска, - тихо сказала Рей. - Пропала связь с "Сегоки". Мы опускаемся ниже уровня экрана. Весь комплекс.
Я оскалилась:
- Господин сволочь Стросс. Внятно и по пунктам: какого дьявола происходит на базе?!
- "Пятый день".
И снова я удержалась - не знаю даже как.
- Проще вопрос: почему база опускается?!
- Закат.
Меня трясло, и видела я только безглазый пузырь. Дрожь пола становилась все более ощутима, экраны помаргивали, что-то хрипло гудело, а потом господин замдиректора Стросс протянул ко мне руки, которые со скрипом удлинились на полметра. Потом еще на полметра. Я, кажется, даже улыбнулась: определенно, стоило отсрочить выстрел ради этой феерии.
Но - ровно до этой феерии, подумала я, нажимая на спуск.