# 1880-1884. Среднее

Станислав Янович Кин

Среднее специальное образование 1880-81 (13й), 1881-82 (14й), 1882-83 (15й), 1883-84 (16й)


Следующие 3 года посвящены изучению расширенного гимназического курса и общим вопросам специальных предметов: юриспруденции, экономике и военному делу.


с 1880 расписание занятий своих сыновей стал утверждать лично Цесаревич Александр Александрович.


Преподавателями наследника цесаревича по второму отделу высшего курса были: И. Л. Янышев (по каноническому праву в связи с историей церкви, главнейшим отделам богословия и истории религий), Н. Х. Бунге (по статистике, политической экономии и финансовому праву), К. П. Победоносцев (по энциклопедии законоведения, государственному, гражданскому и уголовному праву), Е. Е. Замысловский (по политической истории), Н. Н. Бекетов преподавал химию.


Юрист М. Н. Капустин читал международное право; окончив Московский университет и заняв там кафедру международного права, именно гражданское право считал основой юридического образования, проповедуя исторический подход в его изучении. Очевидно, выбор пал на Капустина потому, что некоторое время он был директором Демидовского лицея в Ярославле, а затем - попечителем Дерптского и Петербургского учебных округов.

С 1883 физику преподавал Бергман, выписавший в апреле из Парижа "некоторые приборы для физического кабинета".

Математику преподавал статский советник Вулих.


профессор Константин Петрович Победоносцев, учитель покойного цесаревича Николая Александровича и императора Александра III, читавший курс законоведения, государственное, гражданское и уголовное право. Победоносцева просто не воспринял, ибо тот пытался преумножить "ничегонеделанье", положить чаянья на то, что всё сделается само, "божией милостью", одним только "исконным единением царя с народом". Тогда как все беды явственно исходили именно из этого самого "ничегонеделанья". Крымская и Русско-турецкая войны доказали необходимость изменений. "Больше всего он боялся, чтобы наследник по молодости своей и неопытности не попал под дурные влияния".

Мысль о том, что в принятии решений самодержец должен руководствоваться не политическими, а религиозными убеждениями, внушить неверующему цесаревичу оказалось невозможным. Задушевной близости между учителем и учеником на этот раз не возникло. Лидеры консерваторов, обер-прокурор Синода Победоносцев и дядя великий князь Сергей Александрович, влияния на него не имели. Учитель также относился к Младшему сухо.

Кони вспоминал, что он в 1860х выносил из лекций Победоносцева "ясное понимание задач и приемов истинного правосудия". "Мог ли я тогда думать, что через четверть века после этого тот же Победоносцев, к которому я вынес из Университета большую симпатию как к своему профессору, будет мне говорить с презрением "о той кухне, в которой готовились Судебные уставы"?!..." Не кто иной, как Победоносцев в 1859 отправил в Лондон А. И. Герцену свою работу о министре юстиции графе Панине, в которой подверг уничижающему разбору всю систему российского судопроизводства, попутно рассмотрев вопрос о гласности в судах, обуздании коррупции и самоуправстве чиновников, проблему малокомпетентности государственных служащих и безответственности должностных лиц империи. Герцен опубликовал "Графа Панина" в VII книжке сборника "Голоса из России", сочувственно встретив публикацию неизвестного ему автора (работа вышла анонимно). Впрочем, многие прекрасно осведомлены об этой странице биографии обер-прокурора Святейшего синода.

В 1861 именно такой Победоносцев начал читать законоведение цесаревичу Николаю Александровичу, с которым в 1863 путешествовал по России. Он был в восторге от старшего сына Александра II, связывая с ним большие надежды. Ранняя смерть Николая Александровича повергла его в глубокую печаль. "На него была надежда, - писал он дочери поэта Тютчева Анне Федоровне, - и в каждом из нас, знавших его, эта надежда оживала тем более, чем темнее становился горизонт, чем сильнее стали напирать темные силы, чем безотраднее казалась обстановка судеб наших. На него была надежда - мы в нем видели противодействие, в нем искали другого полюса... И эту надежду Бог взял у нас. Что с нами будет? Да будет Его святая воля".

Профессорское будущее Победоносцева оказалось прочно связано с новым наследником Александром III, которому, впрочем, он и ранее читал лекции. Но в это время учитель перестал придерживаться прежних "либеральных" взглядов. "Покушение Каракозова на жизнь императора Александра II 4 апреля 1866 послужило поворотным пунктом для перехода нашей внутренней политики с пути преобразований на путь постепенно возраставшего недоверия к обществу, подозрительного отношения к молодому поколению и сомнения в целесообразности реформ. Государь был не только напуган, но и глубоко огорчен совершенной неожиданностью покушения", - писал Кони. Среди тех, кто задумался о соотношении проводимых реформ и уплачиваемой за них цены, был и Победоносцев. Реформаторский пыл его остывал, на судьбу России он начинал смотреть не через "европейские очки", а через призму православной государственности, мыслимой только в монархически-самодержавном ключе. Эти взгляды профессор законоведения и стал внушать новому цесаревичу. Победоносцев был "большой церковник", что с учетом повышенной религиозности самого цесаревича, унаследовавшего от матери обостренное религиозное чувство (составлявшее отличительную черту Гессенского дома), создало почву для сближения. Цесаревич на многие вопросы внутренней политики приучался смотреть глазами Победоносцева, не уважавшего императора Александра II и считавшего его слабым правителем, проводившим "ненациональную политику". Взаимопониманию ученика и учителя содействовали и положение Великого Князя Александра в семье, когда предпочтение отдавалось старшему брату Николаю, и сближение Александра II с княжной Долгорукой - явно "неблагочестивое" поведение. Трагедия 1 марта 1881 вознесла его на вершину власти: именно он составил знаменитый манифест 29 апреля, получивший "в публике" ироническое название "ананасного" из-за фразы: "А на нас возложить священный долг самодержавного правления". В манифесте новый император заявлял, что "с верою в силу и истину самодержавной власти" будет её "утверждать и охранять для блага народного от всяких на нее поползновений", говорил о возвращении к "исконно русским началам". В тех условиях возвращение к "исконно русским началам" означало пересмотр основных реформ минувшего царствования, блокирование подготовленного министром внутренних дел Лорис-Меликовым проекта учреждения из представителей ведомств и приглашенных сведущих лиц административно-хозяйственной и финансовой комиссий, а также общей комиссии, в которой должны были рассматриваться документы подготовительных комиссий до внесения их в Государственный совет. Созыв этих комиссий Александр II считал первым шагом к конституции.

в 1860-1870е правительство не уделяло церкви особого внимания, а в отдельных случаях даже ограничивало влияние на жизнь страны: закрыта часть храмов, укрупнялись приходы, сокращалась численность духовенства. После назначения 24 апреля 1880 на пост обер-прокурора Святейшего синода и вступления на престол Александра III Победоносцев свернет секуляризационные начинания предшествующего периода и начнет осуществление беспрецедентной по масштабам программы поддержки церкви, ставшей важнейшим направлением его правительственной деятельности.

Отстаивая идею о народном характере самодержавия (но отрицая при этом роль земства в осуществлении единения царя с народом), Победоносцев полагал необходимым озаботиться и подготовкой нового наследника престола. Обер-прокурор стремился внушить цесаревичу Александру-младшему мысль о том, что в принятии решений самодержец должен руководствоваться не политическими, а религиозными соображениями. И натолкнулся на глухую стену.

его подопечный в ходе занятий затрагивал "вопросы о конституции, об ответственности министров", выступал против излишнего государственного регулирования экономики и общественной жизни ("ограничения свободы ему не по нраву").

- Что хорошо в Англии, совсем не обязательно слепо копировать, как к тому призывают либералы. Англия есть Англия, а Россия есть Россия.

- Я могу вас понять, Константин Птрович. Вы всю жизнь строили в себе непротиворечивую и складную картину мира. Вы даже если протестовали против какого-то недостатка, то не потому, что он несправедлив, а потому, что он не соответствует вашей картине. И вот, когда ваша картина мира, казалось бы, вскоре будет завершена, вдруг возникают какие-то новшества, изменения, всё портящие. Два мира - ваш и реальный - не сходятся, и это вызывает у Вас антипатию, раздражение и уныние от невозможности построения непротиворечивой внутренней картины. Точнее сказать, от вашей неспособности её построить. И тогда Вы, ничтоже сумняшеся, объявляете неверной внешнюю, реальную картину. Что нелепо так же, как обида на природу за то, что она не дала Вам третьего глаза. Вы не понимаете, что мир развивается по определённым законам, и его картина, реальная картина - не результат чьего-то злого умысла или общественного недомыслия, а результат этих законов. Нет - принять такое для Вас означает принять главенство, априорность внешней картины, а стало быть, ошибочность вашей внутренней. Это выше ваших сил. Что? Перестраивать всю свою картину наново? Старику уподобляться учащемуся начальной школы? И ложная самооценка не позволяет, да и лень. Вы даже ленитесь дойти до соображения, что перестроенная по вашим принципам картина через год устареет вновь. Ибо сами принципы ваши костны и не учитывают постоянности изменений. Оно и понятно - статическую картину создать проще всего. Особенно легко найти оправдание такого рода лени в приверженности "милой старине". Однако из ряда вон выходяще отрицать главное свойство мира: единственно, что в нём постоянного, это способность изменения. Внутренняя картина никогда не будет совершенной, не учитывая постоянства изменений. Да, статическая картина, как кажется, способна быть завершённой, тогда как динамическая картина по природе обречена на наличие белых пятен. Но окончательная определённость статической картины есть иллюзией, длящейся до первого изменения, в чём Вы можете легко убедиться на своём собственном примере. Надеяться на совершенство статической картины означает попросту выдавать желаемое за действительное, витать в облаках. Понимаете? Это не апологеты изменений держатся за зыбкое - это Вы, апологет незыблемости пытаетесь ухватиться ни за что. Только перемены истинны, а постоянство - самообман от лени. Так забавно: в ваших словах я слышу сейчас стенания поклонников Перуна, негодующих о засилии разрушающего все прошлые устои "лживого" христианства.

- Все те политические катаклизмы Европы, что видятся Вам как последствия политических институтов, основанных на принципах демократии и секулярного государства, не являются ли они на самом деле последствиями ожиданий прежними костными монархическими правлениями этой Европы того самого вашего "жизненного указания самой истории" или "простого здравого смысла народа"? Не предотвратило ли бы эти катаклизмы прекращение бесплодного ожидания и деятельная ликвидация истинно существовавших, а не возбуждённых вашей панической фантазией недостатков? Не были ли политические катаклизмы причиной движения к демократии, а не последствием её?

- Во-первых, Константин Петрович, большинство либералов слепо копировать не призывают. Применять, вдумчиво видоизменяя - сосем не то же самое, что отвергать напрочь, согласитесь. А во-вторых, если Англия есть Англия, а Россия есть Россия, то что ж вы сами-то не в опашне, не в ферязи, не в аршинной боярке? Где ваша борода, русский Вы мой человек? Вот эти "русские", которые сами предпочитают пользоваться всеми благами цивилизации, но пекутся, как бы остальная Россия не разучилась лапти плести да лучину жечь - это сборище анацефалов вот уже где!

- Что с ним разговаривать? Сам, будучи началами дальних предков своих далёк от дела государственного и приблизившись к тому благодаря одному только образованию, уверяет, что крестьянин образования иметь не должен. Человек, запрещающий другим то, что с лёгкостью допускает себе - разве имеет смысл беседа с таким? Он попросту жалкий и больной человек. Не напоминайте мне о нём, пожалуйста.

даже применительно к началу 1880х (вершине влияния Победоносцева) нельзя говорить, что царь полностью лишился индивидуальности, оказавшись целиком в его тени, но всё же влияние последнего действительно было беспрецедентно велико.

Регулярно объезжая регионы страны (География поездок Победоносцева была весьма обширна. Сразу после вступления на пост обер-прокурора в 1880 году он объехал Верхнее Поволжье, Прибалтику, Юго-Западный край (Киев, Житомир, Одесса), в следующем году побывал в Варшаве. В дальнейшем глава духовного ведомства ездил в Ростов-на-Дону, Кисловодск, Пермь, Екатеринбург, Полтаву, Курск, Псков, Владимир, регулярно бывал в Москве, Казани, Крыму) в качестве руководителя духовного ведомства, Победоносцев посылал царю подробные реляции, стремясь выявить и пресечь все нарушения государственного порядка. Так, побывав в 1887 в Смоленской и Витебской губерниях, он счел необходимым особо известить царя, что один из смоленских частных приставов вымогает у отставных солдат взятки, удерживая у себя их пенсионные книжки. - Так может и оставить его на этом поприще? Просто действовать помимо его активности, не вступая в конфликт.

Например, когда Победоносцев стал лезть в "потешное войско", Наследник при отце стал задавать ему нелепейшие вопросы с выражением совершенно неподдельного интереса, типа: "А как по-вашему, Константин Петрович, сколько линий лучше во фрунте: две или четыре?"

- Константин Петрович. Не страшит ли Вас ваша смерть? Мне представляется, что мысль о смерти Вас содрогает втройне от иных, поскольку это будет не Ваша только смерть, но смерть и всех ваших начинаний - их ведь вокруг царя некому поднять. Неужели вас не тревожит мысль, что ваше место может занять кто-то вроде Лорис-Меликова? А то и похуже? И всё! Всё, что Вы столько лет столькими трудами кропали, улетучится в один миг, словно дым. Уже на другой день после вашей смерти от трудов ваших не останется ровным счётом ничего, а вас самих если и помянут, то лишь ради насмешки над покойником. Не сдаётся ли вам, что ваше, на самом деле опосредованное, а не абсолютное, как вы то пытаетесь изобразить, самодержавие, пора, пока не поздно ещё, пока вы ещё в силе, заменить как раз абсолютным? То есть связать царя, как Вы того и желаете, прямо с народом, без вашего посредства, которое, недолго уже ждать осталось, вдруг скоропостижно закончится. А связать царя с народом возможно только через представителей самого народа. - Эта тирада Наследника повергла Победоносцева в полное уныние. С этих пор он стал гаснуть. Прежде всего в делах.

- Константин Петрович. Вы так много учили исключительности абсолютного самодержавия, необходимости сильного царя и ликвидации прокладки между монархом и народом, что невозможно было тому не внять. Сейчас вашими стараниями все эти прокладки уничтожены, и единственной таковой являетесь одни лишь Вы сами. Стало быть, для совершенного осуществления идеала ликвидировать осталось только Вас.

"...отличный критик, но сам ничего создать не может; ...одной критикой жить нельзя, надо идти вперед, надо создавать".

Задевая интересы великих князей, обер-прокурор нажил влиятельных врагов. "Вы не посетуете на меня, Константин Петрович, если я подам государю записку о преобразовании Синода?" - иронично вопрошал Алексей Александрович, узнав, что обер-прокурор начал давать царю советы по реорганизации управления флотом. В прошлое царствование, подчеркнул генерал-адмирал, Победоносцев использовал такой прием, чтобы ссорить Александра Александровича с отцом и дядей Константином Николаевичем; теперь же эти времена прошли, родственники царя составляют единое целое, и действовать прежними методами обер-прокурору никто не позволит. С неприязнью начала относиться к своему старому учителю и императрица Мария Федоровна, заявившая, что ненавидит Победоносцева, "потому что это человек, который во всё вмешивается и ничего не в состоянии сотворить".

- И знаете, что сказал Сашка? Он сказал: "Ваше Величество, не сочтите за ультиматум или даже просьбу - исключительно только констатация факта: через две минуты один из нас покинет это помещение". - Да, - с серьёзным выражением, но улыбаясь глазами, заявил Константин Николаевич, - Положительно у нас впервые за 200 лет появился Государь".

Обер-прокурором на эти отложенные 5 лет он останется, но будет направлен лишь на его табельную церковную деятельность, и даже в более узком направлении - будет использован в деле изведения церковной верхушки (рыба гниёт с головы): получит на это карт-бланш. В остальном он будет удалён в инспекции подальше от центра.

Уже к концу 1880х большинство были уверены, что дни политического влияния обер-прокурора сочтены. В верхах открыто говорили, что царь продолжает держать в правительстве своего старого наставника исключительно в знак благодарности за ту роль, которую он сыграл в начале десятилетия. Половцов в 1890 описывал опустевший кабинет и прихожую Победоносцева, в которых еще год назад было тесно от посетителей - прожектеров, искателей протекции и др. О кардинально изменившемся положении обер-прокурора в верхах свидетельствовали и резкое сокращение количества посланий царю (1881 - 42 письма, 1882 - 26, 1883 - 24, 1884 - 9, 1885 и 1886 - по 18, в 1887 - 21, 1888 - 14, 1889 - 6, 1890 - 4), и изменение их тематики (почти исключительно церковные вопросы), и их заискивающий тон. Победоносцеву теперь приходилось ловить каждую возможность увидеться с монархом, а иногда - и не всегда успешно - напрашиваться на встречу с ним. Сам обер-прокурор, по воспоминаниям, выглядел в эти дни "осунувшимся, похудевшим, в самом мрачном расположении духа". "Я теперь не у дел...". Чтобы показать всю глубину своего отчуждения от государственных дел, обер-прокурор решил не ездить в Государственный совет, послав туда вместо себя своего заместителя Саблера. Но заместителя не допустили, ибо он не был членом Совета, а Победоносцеву отправили записку: "Ежели Вы не желаете быть членом Государственного Совета, то так и скажите. За Советом дело не станет". Обер-прокурором овладело отчаяние, ощущение безнадежности и бессилия.

- Победоносцев, говорите, не столь конченный человек, как кажется? Говорите, он сложнее? Господа! Вот Россия. Вот общество. Часть общества тянет Россию вперёд, часть - назад. Победоносцев находится во второй части - это определённо. Если б он хотя бы сам относился к России сложнее, к нему бы тоже можно было относиться сложнее. А так... Вы, господа, просто не признаёте в Победоносцеве чистого консерватора, поскольку он отличен от стереотипа. Но он уже потому чистый консерватор, что в главном своём далёк от прогресса. Он - всего лишь иная форма той же банальной консервы. От перестановки сумма не изменилась.

после отставки к нему начали относиться как к "зачумленному", от него отшатнулись все, а те, кто всё же поддерживал с ним отношения, "боялись показаться подозрительными в глазах властей". Бывший обер-прокурор как главный "враг свободы", последовательно отвергавший все уступки обществу, стал объектом ожесточенных нападок.


С лета 1880 (12) началось военное обучение. В августе 1880 в Аничков дворец доставили три ящика патронов (300 шт. 3-линейных металлических патронов) к ружью. Оружие и боеприпасы хранились в Арсенальном павильоне Аничкова дворца. Тогда же фельдфебелю Федору Плешакову выдали прицельный станок и ружье Бердана, принадлежащее Младшему, "для пригонки и пристрелки к этому ружью прибора для стрельбы дробинками". Занятия стрельбой были такой интенсивности, что боевых патронов хватило только на 2 недели. В июле 1882 во дворец привезли еще 200 штук боевых 3-линейных металлических патронов и 50 патронов с дробью !10 к охотничьему ружью.

Несмотря на свой огромный к нему интерес, уроки военного дела его тяготили. То, как эти предметы ему подавались, его разочаровало. Настолько, что он даже не пытался совместить свой собственный интерес с уроками. Он даже не мог себе представить, что можно обсуждать нововведения американской гражданской с этим сухим проповедником наполеоновских истин. Если на других несогласных с его натурой уроках - том же законе божьем - он хотя бы язвил, то здесь просто рассеянно отбывал. Цесаревич обнаружил "холодное и равнодушное отношение, если не отвращение к военному делу". Это было совершенно нетипично для Романовых, искренне преданных офицерской службе. Такой настрой цесаревича вызывал недовольство Александра III.


Предопределено чисто западное воспитание Младшего под руководством Хиса и Даниловича. После завершения своего воспитания будущий монарх являлся человеком, насквозь проникнутым западной культурой. Однако другого - при стремлении к культуре, к росту - трудно представить.


К концу учёбы стал не столько учиться, сколько говорить с учителями.


Занимался много. К 15 годам имел более 30 уроков в неделю, не считая ежедневных часов самоподготовки. Причем в летнее время порядок менялся очень незначительно. В процессе обучения наставники не ставили ему оценки за успеваемость и не задавали вопросов с целью проверки знаний - он теребил до полного понимания. Но в программе высшего курса было множество задач, которые он разбирал сам, по возможности, или при помощи преподавателей, уровнем самостоятельности чего состояние его знаний было, конечно, определяемо. Александр отличался усидчивостью, педантизмом и врожденной аккуратностью. Он всегда внимательно слушал и был исполнителен. По словам Половцова, даже нелюбимый им Победоносцев хвалил его способности.

Присущие Александру-младшему природный такт и деликатность делали общение с ним приятным. Генерал Лобко искренне восхищался его умением установить "истинно человеческие, а не сухие, формальные отношения", причем, пользуясь при этом не приёмами "панибратства", а умея создать здоровую атмосферу, при которой работа и жизнь по его правилам приносила удовлетворение и окружающим. На эти качества накладывалось отменное воспитание - заслуга семьи и Хиса. Влиянию Даниловича приписывалась "та сдержанность, которая, - как писал генерал Мосолов, - иногда предваряла принятие Александром IV незнакомого ему ранее человека, вопроса или ситуации". Убежденный в том, что "от обилия впечатлений происходит излишняя рассеянность", Данилович в вопросах воспитания занимал довольно жесткую ограничительную позицию, чем не раз вызывал нарекания людей, не менее его обеспокоенных формированием характера будущего государя. Но жёсткость по отношению к неизвестному большей степени была внутренней чертой самого Александра-младшего. Он же, по многим ощущениям, каким-то внутренним своим чутьём, воспитанным, вероятно, на фоне тепличных условий семьи приходящей извне контрастирующей неблагоприятной информацией российской действительности, этим, повторяюсь, чутьём слышал нужды времени, народа и страны.


В программу образования входили путешествия по губерниям России, совершавшимся вместе с отцом.


19 ноября 1879 - неудачный террористический акт - взрыв поезда. Царский поезд прошёл раньше.

5 февраля 1880 (11й) - взрыв в Зимнем дворце. Погибло более 20 караульных солдат.

1 марта 1881 [12й] - гибель деда, Императора Александра II, восшествие на престол отца, императора Александра III.

В тот день Великий Князь приехал в Зимний дворец, где умирал его дед и куда ранее прибыли его родители. Трудно сказать, что испытывал в те минуты 13илетний подросток (таких вещей он не записывал в дневник), но произошедшее определённо произвело на него неизгладимое впечатление. Родители не хотели, чтобы их старший сын оставался в Зимнем, и потребовали, чтобы граф С. Д. Шереметев отвез его обратно в Аничков дворец - резиденцию ставшего императором великого князя Александра Александровича. Граф и наследник спустились на Салтыковский подъезд. Подали карету, за которой следовал казачий конвой. "Цесаревич, взглянув на конвой, приказал ему не сопровождать его. Меня озадачило такое решение, но делать было нечего. Казак вскочил на козлы, мы сели в карету и благополучно прибыли в Аничков. Оттуда я поспешил обратно, чтобы доложить государю, что цесаревич в целости доставлен домой". Это, очевидно, был первый самостоятельный поступок великого князя. Почему он отказался от охраны, теперь уже не скажет никто, но сам отказ от нее показателен. Мальчик не был трусом и в страшной ситуации не потерял присутствия духа. Детство закончилось, настала пора юности, время постепенной подготовки к будущей роли самодержца.

Манифест императора Александра III от 14 марта 1881 года призывал всех верноподданных соединить их молитвы с царскими мольбами и "учинить присягу в верности Нам и Наследнику Нашему, Его Императорскому Высочеству Цесаревичу Великому Князю Александру Александровичу".

Великий князь Владимир Александрович назначен регентом ("правителем государства") на случай кончины императора - до совершеннолетия наследника (или в случае кончины последнего). Являлся им с 1881 по 1889 до полного совершеннолетия наследника.


Судьба Великого Князя Александра Александровича-младшего резко изменилась. Отчего других не взрывают? Злодеи существуют только у нас? Какому-то критику: - В Вас бросали бомбы?!


С этого момента жили больше между Гатчиной и Петергофом, в Аничкове жили лишь мясоед, от Нового Года до Великого Поста - прим. 2 мес.


Многие из тех, кто видел Александра III в мартовские дни 1881, отметили для себя эти совершенно неожиданные для них изменения. Фрейлина А.Ф. Тютчева записала в дневник 25 марта 1881: "В его взгляде, в его голосе и движениях было что-то неопределенное, неуверенное, и я замечала это еще очень немного лет тому назад. Теперь, глядя на него, я с изумлением спрашивала себя, каким же образом произошла эта полнейшая перемена, которая меня в нем поразила; откуда у него появился этот спокойный и величавый вид, это полное владение собой в движениях, в голосе и во взглядах, эта твердость и ясность в словах, кратких и отчетливых, - одним словом, это свободное и естественное величие, соединенное с выражением честности и простоты, бывших всегда его отличительными чертами". События отразились и на Александре-младшем: "Этот был твёрд и прежде. Но ранее, споря с кем-то, он, словно кот, медленно играл с жертвой, мучил каверзными вопросами до тех пор, пока не доводил соперника до белого каления. Теперь же он стал просто убивать единой на ходу бросаемой через плечо фразой, и двигался далее. Словно воочию с покушением осознал, что времени у него, возможно, не так уж много".


На следующий день наследник назначен Атаманом всех казачьих войск.


В конце марта 1881 семья императора Александра III переехала в Гатчинский дворец, где продолжили читать гимназический курс.

В июле 1881 великий князь Александр Александрович сопровождал отца в Москву


В 1882 все уланские и гусарские полки, включая два гвардейских, переименованы в драгунские, которых стало 50. Вдохновителем был генерал Сухотин Николай Николаевич. Решил преобразовать всю кавалерию в драгун по опыту гражданской войны в США.

01.01.1881 - 30.08.1887 делопроизводитель канцелярии военно-ученого комитета Главного штаба.

с 23.05.1881 ординарный профессор Николаевской академии Генерального штаба

С 30.08.1887 - генерал-майор.

21.07.1891 - 24.11.1894 состоял при военном министре для поручений по кавалерийской части.

16.02.1892 - 24.11.1894 - заслуженный ординарный профессор Николаевской академии Генерального штаба

24.11.1894 - 17.08.1898 - начальник 3й кавалерийской дивизии.

С 14.05.1896 генерал-лейтенант.

17.08.1898 - 14.04.1901 - начальник Николаевской академии Генерального штаба. При его непосредственном участии образована специальная комиссия Главного штаба для решения вопросов, связанных с изменением порядка комплектования и предназначения академии.


Найдя иностранный военный журнал, затаскал его до тряпок. Попросил исправно присылать ему все возможные научные, технические и военные иностранные издания, чем крайне обрадовал Папа и огорчил наставников большим вниманием именно к изданиям военным. С чтением всё более терял интерес к военному обучению, начал говорить об ошибках преподавателей. Этому чтению доверял больше, чем своим военным преподавателям. Особенно американская гражданская война. Из информации об этой войне вынес практически все свои военные убеждения.

стал усердно-язвителен не только на законе божьем, но и на военных предметах.

- А зачем у гусар красные мундиры? Чтобы враг легче выцеливал?

Обсуждал с Хисом. Стал интересоваться американским военным делом.


Он понял, что Россия не может более терпеть поражения даже от сильнейших стран. От этого и все его стремления.


В Новый 1882й год Младший получает подарок от матери "Памятную книжку": с золотым обрезом, переплете драгоценного дерева с инкрустацией. На каждый день в этой книжечке были отпечатаны знаменательные даты: религиозные праздники, дни рождения и именины членов дома Романовых. Подобные книжки были и у других членов Дома. Родители хотят, чтобы он вёл в ней дневник. Но Младший заявляет, что у него нет на это времени. Он предпочитает походную конторку со своими записями.

с 14 лет [1882] записи становятся такими, что сочтены были бы как минимум странными, а могли стоить ему и короны. Причина - охота за царём и убийство деда, в связи с чем осмысление ситуации. К счастью, в царской семье было всё в порядке с такими вещами, как честь и "личное".


в мае 1883 присутствовал на коронации отца

Тогда же впервые взял в руки Основные Законы и проекты по земским Собраниям - с целью размыслить над их правильностью и изменениями.

Читает бумаги декабристов.

- Мы пишем конституции болгарам, полякам, финнам, а сами тем временем живём, как бог на душу положит. Не смешно ли? Из просвещённых европ это выглядит, будто дикие московиты образованных конституциям учить желают.


Лето 1883 (15) в Дании. Уроки не прекращаются. С картофелем он переписывается. Три английские и одна греческая двоюродные сёстры.


- Значит деда, говорите, убило Предначертание? Ну и на кой хрен мне такое Предначертание? Пусть оно есть, или нету его... Допустим, мне предначертано помереть завтра. Что ж теперь - лапки сложить и ждать? Ах, говорите, не сложить, а добросовестно исполнять свою царскую миссию до отмеренного конца? Так оно, Предначертание ваше, что-то не подсказывает мне, как правильно её, эту миссию, исполнять. Оно изволит изъявляться по факту: жил-был - в том Предначертание; ничего не успев, помер - опять Предначертание. Вот дед реформы творил - Предначертание. Отец всё вспять повернёт - что, тоже Предначертание? Оно само, это ваше Предначертание, хоть знает, чего оно хочет? - Младший сделал паузу. - Знаете, что меня в вашей религии больше всего коробит? Что вы Господа высшим сущим именуете, а сами сотворяете его по своему образу и подобию. Понимаете? Не он вас по своему образу и подобию, а вы его. Таким же глупым и нелепо мыслящим. Мелочным язвенным стариканом. А нелепости эти свои объясняете недоступностью божиего помысла скудному людскому разумению. Хотя любой зрячий в этой "высшей недоступности" легко видит как раз наоборот самое что ни на есть примитивнейшее скудоумие пастырей, которое божиим помыслом облечено, дабы избавить нужды объяснения. То есть: люди русские - верьте, и нехрен что-то объяснять. Невдомёк вам, что божий помысел ведь тоже объяснять надо. Хотя бы чтоб отличать его от людской дурости.


- "Был человек в земле Уц, имя его Иов; и был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла". Бог всесилен, но зачем-то испытывает человека. Ничего нелепее придумать невозможно. Зачем высшему сущему обусловленность? Что ему от того, пройдёт ли человек испытание веры? Нахрен ему наша вера? Разве людям для жизни нужна вера в них муравьёв?

- Неисповедимы помыслы господни.

- Совсем хорошо. Если помыслы господни неисповедимы, то не можем мы знать, угодно ли будет завтра Господу чтобы из понятия А следовало Б. Может давайте посему просто прекратим мыслительную деятельность? Чего там. Оно ж неисповедимо.


Ну а здесь, знаешь ли, приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте. Если же хочешь попасть в другое место, тогда нужно бежать как минимум вдвое быстрее. - Льюис Кэрролл "Приключения Алисы в Стране чудес", 1865.


ценил идеи графа Петра Ивановича Шувалова и наполеоновского генерала Огюста Мармона, французского адъютанта Ильдефонса Фаве и др. Особо черпал вдохновение из опыта последних - американской гражданской, австро-прусской и франко-прусской - войн, позже и из англо-бурской. Крымскую и Русско-турецкую оценивал критически.


До убийства деда, а точнее до осознания причин, лет до 15 играл за абсолютную монархию. Просто потому, что считал, что так честнее - он ведь единолично принимает решения по своему виртуальному государству. Но лет с 15 стал широко имитировать совещательную деятельность, в качестве советников временно привлекая других игроков, играющих в целом за свои государства.

Последнее привело к абстрагированию от спичечных коробков и к сосредоточению на обсуждении моментов правления. Обсуждали сведения из изданий. Верховодил, как обычно Сашка, и особенно топил за его любимую Америку и сведенья времён их Гражданской войны.

Его взгляды все выводились из нескольких элементарных понятий, считаемых им аксиоматичными, априорными от определений или доказанными опытом. Например.

А. Прерогатива наступления. Наступательное и оборонительное состояние армии не есть суть равные по уровню, и только противоположные по знаку состояния. Сие суть состояния, не имеющие друг с другом совершенно никакого касательства. Наступление суть способность к ведению боевого действия. Оборона не есть суть иной способ ведения боевых действий, а отнюдь суть совершенная неспособность в ведении боевых действий. Ибо суть ведения боевых действий состоит в разрешении (какого-либо вопроса сложившейся до тех пор ситуации в вашу пользу). Разрешить ситуацию можно только активным действием. То есть наступлением. Оборона теоретически может разрешить ситуацию в вашу пользу, только если противник потратит на преодоление вашей обороны больше сил, чем потребуется ему самому для обороны при вашей контратаке. Какового неестественного подарка от противника вы ожидать попросту не в праве, а стало быть, и не вправе строить свои планы из расчёта на этот подарок. Стало быть, следует исходить априори, что оборона ситуацию в вашу пользу разрешить неспособна и не является активным боевым действием. Стало быть, боевое действие, война, суть лишь наступление.

Б. Главное оружие есть скорость. Скорость ваших действий должна превосходить скорость реакции противника. А отсюда наиважнейшее значение имеет превосходство ресурса, подготовленного до начала боевого действия. Война делается в мирное время. Само же ведение боевого действия трудом не является. Боевое действие есть лишь единственный удар, результат труда мирного периода, своего рода экзамен длительному труду по подготовке армии. Весь ресурс, подготовленный к войне, должен быть введён до того, как противник хотя бы в малейшей степени успеет отреагировать на ваши действия.

В. При современном состоянии полевого огнестрельного оружия возможен только свободный рассыпной порядок наступления пехоты. Правильная дальность действия стрелкового оружия по отдельным целям свободного рассыпного порядка - до 100 м. Свыше этого правильный огонь по отдельной цели невозможен. Отсюда сторонник короткого ствола и короткого патрона, а также повторительного действия, магазина, причём отъёмного. Привлекает приставной приклад. Сложность повторительного действия намерен компенсировать отсутствием нарезов и неметаллической сгораемой гильзой без необходимости процесса экстракции. Рычаг-спуск как у Ханта-Смита, но с коротким ходом, управляется двумя пальцами без отрыва от рукоятки: лёгкий ход - перезаряд, в конце тугой - выстрел.

Эти и подобные усвоенные в этот период взгляды навсегда стали довлеющими.


После Крымской, в конце 1850х у генерала-фельдмаршала князя Александра Ивановича Барятинского зародился план, который он передал императору Александру II и получил одобрение. Предполагалось преобразование военного устройства на основе прусской системы. Она заключается в том, что все части войск территориальные и комплектуются на месте. Приготовления к боевой деятельности находятся в руках корпусных командиров, подчиненных непосредственно королю прусскому. В распоряжении императора находится генеральный штаб с начальником Генерального штаба (Мольтке); при императоре состоит (походная) канцелярия, служащая промежуточной инстанцией между императором и корпусными командирами, которым император и отдает непосредственно приказы, иногда совещаясь с начальником Генерального штаба; все военные планы составляются в Генеральном штабе. Административная часть выделена от боевой и находится в ведении военного министерства, управляемого министром на общеминистерском основании.

Князь Барятинский предполагал, чтобы наподобие прусской организации у государя был начальник Генерального штаба и чтобы этому начальнику - и государю через его посредство - были подчинены независимые корпусные командиры; вся же административная часть должна была находиться в распоряжении военного министра.

По мысли Барятинского, место начальника Генерального штаба должен был занять он, на что имел согласие государя. Военно-административная часть должна была быть отдана в ведение военного министерства, на пост которого был рекомендован его начальник штаба - Милютин, в то время не бывший еще графом. Начальником канцелярии Генерального штаба предполагался Фадеев, т.е. он должен был стать правой рукой Барятинского.

После 1860го Барятинский надолго был вынужден жить за границей, но по его рекомендации военным министром назначен Милютин, начавший проводить не программу Барятинского, а существовавшую в то время, принятую во Франции, т. е. систему военных округов без отделения административной части от военной; напротив того, всё, касающееся войск, как административная часть, так и чисто военная, переплетается, и обе они находятся в распоряжении одних и тех же начальников дивизий, подчиненных начальникам военных округов, которые номинально подчинены монарху, но, в сущности, военный министр, держа все военные части в своих руках, является главой всего военного дела.

Естественно, что при системе Милютина Барятинскому не было места для военной деятельности в Российской империи. Начался спор сторонника Барятинского - Фадеева - с сотрудниками Милютина. Единомышленниками Фадеева были такие выдающиеся генералы, как Коцебу, граф Лидере и Черняев. Но все статьи и записки принадлежали исключительно Фадееву и Комарову, который по идеям близок к Фадееву.

Комаров специально для борьбы с противоположной партией основал газету, впоследствии переименованную в "Свет". В 70-80х в ней печатались военные статьи, принадлежавшие по большей части Фадееву и частью самому редактору газеты Комарову (изредка писал и Черняев). В официальных журналах военного министерства возражали Обручев, Онучин, Анненков и др., по большей части вышедшие в генералы из офицеров Генерального штаба. Таким образом, еще и в те времена были разногласия между генералами, не принадлежавшими к Генеральному штабу, боевыми, и офицерами Генерального штаба. Таким образом, Фадеев вступил на путь полемики с военным министром Милютиным, и вследствие этого ему не было места для военной карьеры в России.

когда на престол вступил император Александр III, он вернулся к мысли о преобразовании военного устройства на основаниях плана Барятинского. Но Барятинского уже не было в живых, и эта мысль потерпела фиаско. Император Александр III сместил графа Милютина и назначил военным министром Ванновского, а вместо графа Гейдена назначил начальником Генерального штаба Обручева, ближайшего сотрудника Милютина, что показывало, что министр будет смотреть на дело глазами Обручева, более образованного и подкованного, нежели его начальник. Тем не менее, вопрос о преобразовании военного устройства по образцу, предложенному Барятинским, был поднят и рассматривался на Особом совещании, председателем которого был генерал граф Коцебу из числа сторонников переустройства. Но совещание это не могло ничем кончиться, поскольку Ванновский и Обручев настаивали на том, что делать такое крупное преобразование сразу неудобно, что это расстроит все наше военное дело. Ванновский обещал всё сделать понемногу, и ничего не было сделано.


беседа "картофеля":

Центральной проблемой стала необходимость выбора способа разрешения "проклятых вопросов": радикальное изменение или постепенное совершенствование существующего строя? Революция или эволюция?

- Тоже мне проблема... Те, кто считает это проблемой, никогда не сделают выбора между революцией и эволюцией. Они заменили настоящие проблемы выдуманной ими искусственной, чтобы, витая в ней, избавить себя от необходимости действительно решать настоящие проблемы. Нужно увязать решение теоретических вопросов исключительно с решением практических проблем - эти последние и определят теорию.


- В будущей войне обязательно проявится повторительная многозарядная скорострельная винтовка более быстрой операции, нежели "шпингалет" с поворотом - как в турецкую компанию появился "винчестер", но в гораздо большей массовости, - заявил младший.

- Ну, это вряд ли, - ответил кто-то. - Хотя турки применяли "винчестер", но до сих пор официально ни одна армия не приняла в массовое вооружение ничего подобного. "Шпингалет" надёжнее.

- Так и у турок "винчестеров" официально на вооружении перед войной тоже не было. А потом: "бац!" - и появились. То же самое произойдёт с любыми армиями, когда они начнут войну. В быстром ближнем бою, каким непременно станет рассыпной стрелковый бой, выделывать кренделя руками со "шпингалетным" затвором станет невместно.

- Так турки отведали уже этих "скороспелок", да что-то от них отказались - нету нынче их на вооружении и у турок.

- Отказаться-то отказались, да только крови скорострелки нам попили. А значит эффективность их действительная. Значит эффективность их важнее надёжности "шпингалета". И что турки от них отказались - это сомнительная разумность. Так не раз уже прежде бывало, что в войну возникают превосходные образцы, но как война заканчивается, в армии берут верх образцы так сказать "надёжные проверенные временем". В той же Америке в Гражданскую не могли нахвалиться "спенсерами", но как только война закончилась, так генералы постановили вооружиться монструозными переделочными "трапдорами", а "спенсеры" у них враз стали "ненадёжными" и "маломощными", хотя в войну их популярность ничего того не выдавала. И каков результат? Битва при реке Литл Бигхорн. То же самое и с картечницами Гатлинга. Когда убедились, что они стреляют дальше артиллерийской картечи и могут вывести свои расчёты из-под винтовочного огня, стали говорить: всё, мол, после войны, мол, вооружаемся только "гатлингами". Но закончилась война и что же? Ограничились переделкой Орднанс Райфл в казнозарядки. Да казнозарядные, да нарезные - но картечи-то это безразлично. Она как летела из гладкого ствола на 300 шагов, так и летит из нарезного. А "гатлинги" - они, видите ли, оказались "дорогими". Но ведь начнётся война, и тогда тот, кто первый переступит через эти "весьма веские" аргументы, как то: "ненадёжные", "маломощные", "дорогие" - те получат колоссальное преимущество, как его в своё время получили прусаки с их "негодными" игольчатыми винтовками. Пусть иные подсчитывают, после скольких выстрелов ломается иголка, если эти подсчёты будут уже после прусской победы.


- Зачем три ветви-то? Монарх и выборные. Что ещё?

- Правильно. Выборные должны быть полюбому. Факт? Факт. Но большинство пассивно и даже - когда нужны реформы - более консервативно. При реформах нужно особо представить силы, заинтересованные в реформе. Это можно сделать, противопоставив пропорциональному представительству от массы непропорциональное представительство от передовых сил, от движущих сил реформы - вторую палату.

- Но это ж временно. На момент реформы. То есть навсегда вторая палата с повышенной прогрессивностью не нужна. Достаточно каких-то реформенных комиссий.

- Нееее. Моментальная реформа - это революция. Это плохо. Лучше перманентная реформа. Медленная и беспрерывная. Эволюция. Потому постоянная вторая палата, а не временная комиссия.


1884 [16] 6 (18) мая совершеннолетие

В день рождения приносит присягу в Большой церкви Зимнего дворца.

и "становится" на действительную военную службу.

"Нашему Цесаревичу сегодня 16 лет, он достиг совершеннолетия и принес присягу на верность Престолу и Отечеству. Торжество было в высшей степени исполнено значения. Наследник еще молод, но исполнен ответственности. Прочитал он присягу, в особенности первую, в церкви твёрдым, если не сказать жёстким голосом; заметно было, что некоторые сова его коробили и, произнося их, он дёргал щекой, словно сквозь зубы, чем весьма напоминал рассказы о том, как это делал великий его предок Пётр Алексеевич - но совершенно в одном тоне. Государь же, Императрица, многие окружающие, и я в том числе, не могли удержать слез".

В день совершеннолетия великий князь стал кавалером сразу нескольких иностранных орденов

уже 7 мая он принял дипломатический корпус, приветствовавший будущего монарха - официального преемника монарха правящего.


7 же мая первое участие в заседании Госсовета. Негласным членом. Государственный секретарь А. А. Половцов. в конце заседания поблагодарил всех за работу. Это польстило старым членам Совета.

Госсекретарь готовил повестку дня заседания, бумаги к рассмотрению, вёл записи хода заседания, оформлял итоговые документы на утверждение монарху, осуществлял переговоры с председателем и членами госсовета - т.е. выполнял всю организаторскую работу для августейшего председателя госсовета - великого князя Михаила Николаевича, совершенно для этой должности неподходящего. А докладывал монарху согласно процедуре председатель. Правда, Половцов как крупный чиновник обязан был являться ко дворцу во всех торжественных случаях; он получил от Александра III право непосредственно обращаться к нему, однако не злоупотреблял им; наконец, Половцов был председателем Русского Исторического Общества, почётным председателем которого был Александр III.

Первоначально Александр III установил, чтобы его наследник присутствовал при докладах министров и главноуправляющих, чтобы все, кто представлялся ему и императрице, имели право представляться и цесаревичу - без предварительной записи (если только тот не был занят службой или учебой). Но в последние три года жизни отца деятельность цесаревича ограничивалась почти исключительно военной службой, и на заседаниях присутствовал реже.

- Наследник пока проходит курс наук, и будет присутствовать на заседаниях лишь раз в неделю - по понедельникам. - Из анонса на Совете.

Первое время наблюдал и слушал. Иногда мимикой выражал отношение к происходящему, в основном вдруг делая недовольную мину и изображая нарочитое равнодушие к кому-то. "Путного ничего не сделали, потому что спорили много и переливали из пустого в порожнее..." Отец обратился к нему с требованием высказаться по какому-то вопросу, будучи раздражён его демонстрациями. Наследник в ответ высказал мнение достаточно отчётливое. И весьма независимое. Необязательность этого мнения позволяла даже несогласным членам Госсовета относиться к Наследнику доброжелательно - вреда-то никакого, а ведь это отношение будущего государя. Даже в кулуарах поддерживать эту благожелательность ради реноме. Исключение составляли откровенно-честные идиоты вроде Победоносцева. То есть будущего императора попросту окружали лестью, по любому поводу указывая на его особое предназначение. Это он видел, и его раздражало.

Наследник смотрел иногда весьма пристально, и некоторые считали, что он уже присматривается к кандидатурам на период своего правления. Хотя в Госсовете одни деды.


Ситуация в правительственных органах и вообще с политикой отца показывают Младшему не вступать в прямой конфликт. До поры он вынужден ограничиться внеполитической деятельностью - военной, потом экономической - хотя старается там, где отец его в политику всё же окунает, не идти на компромисс, противоречить, лишь вовремя смолкая, в крайнем случае прикидываться не имеющим мнения. Во-вторых, армейские вопросы считал всё же важнейшими, а в-третьих, не хотел раньше возможного заиметь противников. В принципе и без политики дел было для начала предостаточно. Немаловажно было и то, что отца он действительно любил, и старался всеми возможными методами ничего не "ломать" а, как он это умеет, действовать "гладко".


Когда Государь стал вводить его в дела, некоторыми вопросами интересовался неподдельно: законотворчеством, экономикой, производством, транспортом, и конечно армией. Другими - мало.


с достижением совершеннолетия официально стал привлекаться к исполнению обязанностей Наследника, выполняя различные почетные поручения и состоя в качестве почетного члена во всевозможных обществах, в том числе и в Императорском русском историческом, с чем уже 17 мая 1884 его поздравил государственный секретарь А. А. Половцов)

Уже теперь воспринимался как "персона", достойная уважения, более способным править, нежели даже отец, как более образованный, более активный и более либеральный.

Вообще толковых людей было мало, и они ценились вплоть до того, что могли ставить условия. А тут толковый, да ещё наследник (особо революционного до воцарения он решил не делать) - ему точно все в рот глядеть будут, а отец - умиляться. Впрочем, этого пока не надо.

При этом его видение отец воспринимал, пусть и в понятном для ситуации масштабе - благосклонно, но поступая по-своему. Дело в том, что он сам в молодости, когда начал приобщаться своим отцом, Александром II, к деятельности, испытал на себе совершенную игнорацию родителем своих попыток вести дела честно и справедливо. В результате он тогда замкнулся и к концу правления Александра II перестал питать иллюзии насчет своих возможностей "открыть глаза государю". Поступать подобным же образом в отношении своего собственного сына он не мог. Да с Младшим этого и невозможно было бы осуществить - он шел на компромисс, но так ловко. Старший со своей стороны тоже стремился по возможности к компромиссу.


После одной из церемоний:

- Знаешь, папа. Князь Ухтомский говорит, что если б мы присутствовали на церемонии какого-нибудь азиатского двора, то нам трудно было бы удержаться от смеха - до того их церемонии нелепо-опереточны. А я думаю: ведь есть страны - та же Франция или Американские Штаты - которым, вероятно, столь же смешны наши церемонии.

- Ты это к чему?

- Полно смешить свет. Пора и нам стать посерьёзней. - это было так похоже на то, что сам император говорил дяде Вили.


- Победоносцев - "острый публицист, прекрасно владеющий пером"? Да у него двух слов не связывается без посредства мистики. Когда он говорит за рамками Кодекса, совершенно невозможно уловить не то что смысла его речей, но хотя бы их направления.


- Ну ладно. Партия реформистов даёт пример результата: надо делать то, что делают в Европе, и тогда будет то, что имеет Европа. Партия же консерваторов говорит, что нам не следует делать как в Европе. А что же нам тогда делать? Они говорят: ничего делать не надо, всё должно как встарь! Но мы и так ничего не делаем, в результате имея жопу. Пускай консерваторы нам скажут ожидаемый ими результат, чтоб можно было схватить их за задницу при отсутствии оного. Но они только мычат: Европа - плохо, Европа - не наше. А что наше, что хорошо - молчат, чтоб чего доброго не спросилось. Европа имеет результат - вон он, за бугром, будьте любезны, пощупайте. А где их результат? Где он, спрашивается!? Забавно что, эти придурки понимают только либо задавить общество, либо умиротворить его. И либеральные реформы расценивают лишь как средство умиротворения. То, что реформы, между тем, это каждодневная работа по движению вперёд, что вообще требуется движение вперёд - это в их куриных мозжечках не помещается. Если Китай не идёт к прогрессу, тогда прогресс приходит в Китай - на штыках англо-французских войск. Они того и для России дожидаются? Талдычут о сильной Росси, но чуть что начнёшь - о каких проектах речь!? - тут не стой, то не делай, туда не смотри! Так скажите, чёрт возьми - каким хреном возьмётся сильная Россия? Скажите, что делать. Мычат: то запретить, это отставить, здесь сдать назад... А вперёд - где? "Попытки внедрения народного представительства взволнуют незрелые умы..." А отсутствие представительства будто бы умы не волнует. Зрелые умы нашлись, понимаешь! Как бы не перезрелые. Да ещё диктатура "одного ответственного пред Государем руководителя" им нужна. То есть сам государь для них уже никто.


После присяги отец объявил, что наследник будет направлен на летние военные сборы в ЕИВ лейб-гвардии Преображенский полк на взвод. Всё сходилось - туда же и решение начать с армии.

Сам Александр III не любил военных занятий, был далёк от дел и забот своей гвардии и в Красное Село летом на манёвры почти не выезжал. Он предоставил это брату - великому князю Владимиру Александровичу, генералу от инфантерии (30 августа 1880), долгое время занимавшему должность командующего гвардией и Санкт-Петербургским военным округом (2 марта 1881). Несколько ниже ростом, чем старшие Романовы, он был красив и представителен. Носил бакенбарды, как во времена Александра II, но умеренной длины, обладал весьма звучным и приятным барским баритоном. Картавил ещё сильнее, чем отец. Как и полагалось начальству того времени, никого никогда не разносил - только хвалил и благодарил. На лошадь Владимир Александрович садиться не любил, больше ездил в коляске, в лагерях - на тройке и на широких козлах, рядом с ним - адъютант. Путал полки. Был добрый и весёлый барин, зла никому не делал, правда и добра делал не много. Зло было в том, что занимал место, на котором другой мог бы принести пользу. Поздно переучивать.

- Папá. Мне необходимо с тобой поговорить.

- Изволь.

- Я не должен служить в полку.

- Что за блажь? Отчего это?

- Я ведь Наследник. Государь. Будущий Император. Никто, кроме Императора нынешнего, не должен быть надо мною. Ни в какое мгновение моей жизни. Нельзя позволять заблуждения, что Государем можно распоряжаться. Сперва Императором будущим, а потом сколь-нибудь, хотя бы и призрачно, сохранить память о том, распространив её, когда тот станет Императором настоящим.

- Ты боишься, что в подчинённом положении не сможешь показать себя превосходящим? - усмехнулся Старший чуть ли не презрительно.

- Я не боюсь ничего. Не желаю только создавать бардака вокруг Императорского положения. Когда поручик превосходствует над Наследником - это бардак. Это создание ложного, неестественного, невозможного положения. Я не прочь оценить все тяготы службы с самых низов но, Папá, тяготы командующего - это иное. Тягота верного солдата есть - принять своё подчинённое положение и переносить всё то, что выпадает в связи с подчинённым положением. Тягота же командующего - нахождение победы, наоборот, не подчиняясь ничему ради этой цели.

- Так я ж тебя и спрашиваю: ты боишься, что в подчинённом положении за какой-то год или два утратишь волю? Что не умеешь вытерпеть, как то обязан будущий военачальник? Тогда тебе грош цена. Суворов солдата ниже себя не считал - а мы кто такие супротив Суворова?

- Нет. Я думаю, что это будет только потеря лет. Бесполезная. Ведь командующему, Государю, никогда не быть в подчинённом положении. Тягота полководца никак не исходит из тяготы солдата. Можно представить, что Суворов, понимая всю армию от низу доверху, при надобности мог бы исправно выполнять солдатскую службу, но трудно представить, что исправный солдат может понять службу полководца. Не следует тратить моё время и душевное направление на то, чего никогда не случится. Наоборот, следует оградить меня от воспитания малейшего инстинкта подчинения.

- Но Суворов был таков, потому что знал тяготы низших чинов. Вот и тебе следует их познать. Чтобы командовать своей настоящей армией, а не некоей иллюзорной несуществующей, нужно эту свою настоящую армию знать насквозь, от солдатских портянок.

- Во-первых, от тягот я не отказываюсь, не требуя генеральского звания. Подпоручик - пока того довольно. Прошу только отдельное никому не подчинённое подразделение. Лучше потешный взвод, но свой. А во-вторых, ты говоришь - тяготы низших чинов. Так я нашей гвардии тяготы уж отлично знаю - попойные, карточные да карнавальной службы тяготы. Я же прошусь не в гвардию. Прости, Папá, за возможную дерзость, но в гвардии тягот настоящей армии не узнать. Для этого нужно грязь месить вместе с линейным солдатом.

- Всё равно не понимаю. Потерять волю в подчинении ты не боишься. Даже грязи не боишься, не то что карнавальной службы. Так зачем тебе потешный? Чем этот неугоден? Наследники извечно служили в гвардии. К чему твои выдумки?

- Нет, Папá, не извечно. Эта гвардия была лучшей для того государя, который её себе создал. Пётр создавал эту гвардию лучшей по своему разумению. Но создавал он её сам, с ноля. С тех пор многое изменилось. Армия должна отвечать своему времени. У тебя гвардия по твоему разумению, не та, что у Петра. Мне нужна гвардия по моему разумению.

- Станешь на моё место - сделаешь по своему разумению. А пока учись. Рано тебе ещё о своей гвардии думать. Военной службы не зная. Хлебни-ка, браток, потяни-ка лямку - а там посмотрим.

- Папá, - почти в отчаяньи проговорил Младший, - вспомни Плевну. Ведь это же ты назвал её преступлением, за которое все виновники должны отдать отчет перед богом. А ведь перед Плевной армия наша считалась вполне способной. Ты уверен, что нынешней армии не грозит новая Плевна? Государь ведь - первый виновник. И не то худо, что отчёт нести, а то, что отчётом ничего не поправишь. Понимаешь? Никому твой... мой отчёт после катастрофы не нужен будет. Надо не покорно ограничиваться бравадой, что отчёт готов держать, а делать чтоб катастрофы не было. Душа моя не будет на месте, пока я не сделаю всё, что могу.

Время! Время! Если мне суждено царствовать, всё придётся ломать. Наши зарубежные коллеги не дадут нам времени. Чем раньше мы это начнём, тем плавнее и безболезнее будет ломка.

- И что ж ты хочешь сделать?

- Чтобы наша армия везде побеждала. Мне плевать, либерал ли, консерватор ли. Мне нужна сильная Россия. Для армии нужен прогресс. Ещё одной войны мы можем не вынести. Не то что проигранной, но и выигранной ценой Плевны. 55й год - брожения, 78й год - покушения. Об ещё одной войне страшно даже подумать. 14й год - достаточно было даже победоносным русским офицерам просто увидеть разницу между Россией и Европой своими глазами, чтобы случилось декабрьское восстание. Этой разницы быть не должно.

- Да разве ж остальные не хотят, чтобы наша армия побеждала? Думаешь, я не хочу? Или Пётр Семёнович не хочет?

- Дело не в том, кто что хочет, а в том, может ли. Ты уверен, что наша армия ныне способна оборонять Севастополь лучше, нежели в 55м?

Император не нашёл что ответить.

- Вот. А я обязан получить такую армию, чтобы быть уверенным. Чем раньше я начну делать её такой, тем больше шансов успеть.

- И ты знаешь, как её такой сделать?

Младший притих, опустил взгляд и раздул ноздри, пожевав челюстью. Таким внешним проявлением он на самом деле частенько покрывал своё смущение. Выглядело это совсем как у его предка Петра Алексеевича. Но тут же взглянул отцу в глаза и чётко произнёс:

- Знаю.

- Может, научишь нас, дураков?

- Непременно. - Младший пропустил насмешку. - Но не сразу. Я не рассчитываю, что мои поучения будут приняты на веру или поняты из теории. Я хочу показать всё на деле. Для этого мне необходимо твоё доверие. И собственный взвод.

- Ну, так у тебя и будет взвод. Бери его и показывай.

- Нет. Мне нужно устроить всё слишком иначе, нежели у нас есть. Мою цель невозможно привести в исполнение в сложившихся уже порядках. Пусть, если мои слова кажутся сомнительными, будет условие. Мне нужен совершенно отдельный взвод. Новобранцев. И полная свобода. В пехоте ты намерен стажировать меня два года. Вот через два года мы устроим соревнование с любым твоим взводом. В практических военных упражнениях. Если я проигрываю, то безропотно иду в полк. Если иначе, то мне будет дозволено расширить моё подразделение.

- А деньги где?

- Деньги - это самое простое. Давай сократим любой имеющийся полк на один взвод. Если я не справлюсь - вернём. Всего делов-то.


- Конечно, "...всякий правитель, которому Богом вверен народ, должен принимать все меры, для того чтобы избежать ужасов войны". Но та мера, что позволяет точно избежать войны, называется "сила". Без силы нас всякий будет склонен привести к войне".


24 сентября 1855го писано: "Моя душа полна отчаяния. Севастополь захвачен врасплох! Севастополь в опасности! Укрепления совершенно негодны, наши солдаты не имеют ни вооружения, ни боевых припасов; продовольствия не хватает. Какие бы чудеса храбрости ни оказывали наши несчастные войска, они будут раздавлены простым превосходством материальных средств наших врагов. Вот 30 лет, как Россия играет в солдатики, проводит время в военных упражнениях и в парадах, забавляется смотрами, восхищается маневрами. А в минуту опасности она оказывается захваченной врасплох и беззащитной. В головах этих генералов, столь элегантных на парадах, не оказалось ни военных познаний, ни способности к соображению. Солдаты, несмотря на свою храбрость и самоотверженность, не могут защищаться за неимением оружия и часто за неимением пищи.

В публике один общий крик негодования против правительства, ибо никто не ожидал того, что случилось. Все так привыкли беспрекословно верить в могущество, в силу, в непобедимость России. Говорили себе, что, если существующий строй несколько тягостен и удушлив дома, он, по крайней мере, обеспечивает за нами во внешних отношениях и по отношению к Европе престиж могущества и бесспорного политического и военного превосходства. Достаточно было дуновения событий, чтобы рушилась вся эта иллюзорная постройка. В политике наша дипломатия проявила лишь беспечность, слабость, нерешительность и неспособность и показала, что ею утрачена нить всех исторических традиций России; вместо того, чтобы быть представительницей и защитницей собственной страны, она малодушно пошла на буксире мнимых интересов Европы. Но дело оказалось еще хуже, когда наступил момент испытания нашей военной мощи. Увидели тогда, что вахт-парады не создают солдат и что мелочи, на которые мы потеряли тридцать лет, привели только к тому, что умы оказались неспособными к разрешению серьезных стратегических вопросов..." "В дворцовой церкви служили молебен по случаю начала войны. При выходе из церкви государь обратился с речью к офицерам, присутствовавшим на церковной службе. Он сказал им, что гвардия пока не вступит в дело, но что, если обстоятельства этого потребуют, он сам поведет её и уверен, что она покажет себя достойной этой чести. Наследник подошел к государю и произнес сакраментальное: "Рады стараться", которое офицеры повторили хором. Государь обнял его. В этой маленькой сцене не чувствовалось ни малейшего одушевления или увлечения. Восточный вопрос - вопрос совершенно отвлеченный для ума петербургского, и особенно для ума гвардейского. Этот бедный ум, крылья которого постоянно обрезались, перед ним никогда не открывалось других горизонтов, кроме Марсова поля и Красносельского лагеря, не вырисовывалось других идеалов, кроме парадов и фойе оперы или французского театра. Как может ум, воспитанный на такой тощей пище, возвыситься до понимания крупных социальных и политических замыслов или воодушевиться идеей освобождения славянских народов и торжества православия? Нужно основательно растрясти наше общество, перевернуть его вверх дном, прежде чем идеи такого порядка смогут проникнуть в тупые мозги петербургских гвардейцев".

Вы думаете, это написано прозорливым военным мыслителем? Нет! Всё настолько очевидно ясно в нашем войске и в нашем государстве, что такое может быть написано... фрейлиной, женщиной, которая должна бы быть далёкой от соображений ведения войны. Если б эти соображения имелись у тех, у кого они обязаны были иметься. Но за неимением их у последних, они обязаны были появиться хотя бы у женщины. За стыдом головы.


"Никогда ее (Плевну) не забудем. Что ужасно в этом штурме 30 августа, - писал Цесаревич (будущий Александр 3) супруге, - что даром пожертвовали такой массой дорогой русской крови, безрассудно, без всякой надобности. Все уверены были в невозможности атаки и, несмотря на это, все-таки штурмовали. Одним словом, повторилось под Плевной то же самое, что уже было два раза прежде, и в этом я вижу не только безрассудство действий Главнокомандующего и его штаба, но и преступление, за которое он и все виновники этого страшного дня должны будут отдать отчет не только перед всею Россией, но перед самим Богом".


Также характерны слова Старшего относительно результатов Франко-прусской войны: "Дай Бог нашей Родине долгое время мира, но, вместе с тем, не спать, а быть всегда готовым на отпор и не забывать, что мы в военном отношении далеко отстали от Пруссии и, к сожалению, скорее ближе к французской организации".


30 мая поручик. Дают полуроту - 2 взвода. Отдельный Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича Александра Александровича драгунский взвод. Занятия ведёт в Петергофе. Жоржик участвовал.


Согласно законам Российской империи, "достигший совершеннолетия вступает сам в управление своим имуществом; но с того времени до 25илетнего возраста при каждом лице императорского дома, носящем титул императорского высочества или высочества, состоит особый попечитель". Задачи попечителя - давать "советы по всем делам, до имения его касающимся, и утверждать его волю, без чего она никогда не может быть действительною".

До совершеннолетия имел ежегодное содержание 33 тыс. руб., но сам им не распоряжался. По достижении совершеннолетия Наследник имел право на 300 тыс. руб. ежегодного содержания из Государственного казначейства (c 1866го - 100 тыс. помимо содержания двора).

Александр III:

- Решительно не понимаю, зачем тебе. Ты не имеешь никакой надобности жить отдельно. А трата эта совершенно лишняя для империи.

- Я с тобой совершенно согласен. И жить мне лучше дома. И тратить эти деньги именно на моё проживание было бы расточительством. Однако последнее предполагает, что правильнее потратить их на что-либо полезное. Не так ли? Так моя нужда в этих деньгах и есть не личная, а отнюдь государственная. Для той армии, которая мне потребуется, необходимо будет, как я уже говорил, всё совершенно иное: оружие, оснащение, и прочее, гораздо лучшее производство. Вот на это я и намерен тратить положенные средства. Это ведь не будет тратой на мою особу, а тратой на государство?


кончились полномочия Даниловича. Наставником-попечителем стал отец, ибо наследник стал слишком деятельным для компетенции посторонних, особенно таких, как Данилович.


1882

Главное Артиллерийское управление ставит задачу разработки "повторительной" винтовки.

Мосин на Тульском заводе начал разработку магазинной винтовки. Вначале это была берданка 1870 года с подствольным магазином по типу Хочкисса.


1883

Василий Вельтищев, к этому времени уже генерал-майор, вновь предложил на рассмотрение комиссии свой 4-х патронный магазин, разработанный им для винтовки обр. 1870 года.

образована Комиссия по испытанию магазинных ружей при оружейном стрельбище на Волковом поле, образованием её занимались генерал-майоры Н. И. Чагин и Н. А. Снессарев. В состав Комиссии по испытанию магазинных ружей вошли генерал-майор Н. А. Снессарев, капитаны А. И. фон-дер-Ховен, Петров, Погорецкий, а также капитаны С. И. Мосин, К. Я. Кабаков и корнет Н. В. Лутковский.

после закрытия стрельбища в июле 1883 образована Опытная Комиссия при только что организованной Офицерской стрелковой школе в Ораниенбауме. Председателем назначен генерал-майор Н.И. Чагин, в состав включены генерал-майор Н.А. Снессарев, капитаны А.И. фон-дер-Ховен, Петров, Погорецкий.

Более значимой считалась Комиссия по испытанию магазинных ружей, а комиссия при Офицерской стрелковой школе должна была оказывать полное содействие ей. В действительности обе комиссии работали бок о бок, имея схожий состав, тем более что после закрытия стрельбища на Волковом поле основным полигоном стал Ружейный Полигон Офицерской стрелковой школы.

Кроме постоянных членов, при необходимости приглашались совещательные члены. В основном совещательными членами являлись специалисты особого профиля, чьи профессиональные знания были необходимы при решении вопросов по перевооружению русской армии.

В 1883 комиссиями сообща намечены два пути подготовки перевооружения русской армии магазинными винтовками: переделка уже существовавшей штатной винтовки системы Бердана образца 1870 в магазинную и разработка новой 4,2-линейной магазинной винтовки. В действительности на протяжении 1883-1888 специалисты шли и тем, и другим путём, но акцент делали на переделке штатной винтовки. Это было финансово выгоднее, быстрее по времени и удобнее для солдата. С другой стороны, переделочная система не должна быть сложной в использовании.

Комиссия по испытанию магазинных ружей действовала до октября 1889, затем стала называться Комиссией для выработки образца малокалиберного ружья. В состав Комиссии для выработки образца малокалиберного ружья вошли товарищ генерал-фельдцейхмейстера великого князя Михаила Николаевича генерал-адъютант Л.П. Софиано, инспектор стрелковой части в войсках член Военного совета генерал от инфантерии В. В. фон Нотбек, начальник канцелярии Военного министерства генерал-лейтенант П. Л. Лобко, инспектор оружейных и патронных заводов генерал-лейтенант В. Н. Бестужев-Рюмин, состоявший для поручений при Главном штабе генерал-майор А. Н. Куропаткин, инспектор пороховых заводов генерал-майор С. К. Каминский, помощник начальника канцелярии Военного министерства генерал-майор А. К. Пузыревский, начальник отделения ГАУ полковник П. Харинский. Условия деятельности и методы работы остались те же, за исключением того, что обновлённая комиссия трудилась над созданием армейской магазинной винтовки калибром 3,15-3 лин. Первоначально сделан акцент на разработке однозарядной винтовки уменьшенного калибра без магазина, затем решено работать параллельно и над магазинной винтовкой уменьшенного калибра с предположением, что "...быть может, удастся спроектировать ружьё пачечной или ещё лучшей системы". В целях снятия нагрузки с Артиллерийского комитета и комиссии в 1889 возрождены Главная распорядительная и Исполнительная комиссии.

В процессе работы комиссий выработан подробный план испытаний различных систем. Он состоял из нескольких этапов, причём, не пройдя любого из них, винтовка либо окончательно признавалась непригодной для принятия на вооружение, либо отдавалась на доработку изобретателю. Первым этапом работы специалистов являлось изучение присланных конструкторами чертежей, описаний и остальной печатной продукции. Если претендент не присылал саму систему, специалисты были вправе отказать ему в изучении его системы до тех пор, пока конструкция не окажется у них в руках. Второй этап включал испытания предварительной стрельбой, которая, как правило, демонстрировала самые явные недостатки системы. Третий этап включал испытание большим количеством выстрелов. Наряду с удобством обращения с магазином здесь определялись скорострельность, время заряжания, степень загрязнения и нагревания винтовки от продолжительной стрельбы, а также положение центра тяжести винтовки с патронами и без патронов. На четвёртом этапе винтовка испытывалась на степень сопротивления коррозийному процессу, пылевому загрязнению, деформации при падении с высоты, а также испытывалась стрельбой пропиленными патронами. Целый ряд испытаний был также направлен на изучение работы магазина винтовки: сравнительная стрельба из однозарядной штатной винтовки и из переделочной; проверка работы переделочной системы как однозарядной (с отключённым магазином); изучение задержек в работе магазина, выяснение их причин и способов восстановления исправной работы".

Мосин вошёл в состав Особой Комиссии по выработке новых образцов стрелкового вооружения уже как известный конструктор, технолог и ведущий специалист в области стрелкового вооружения.

Взяв за основу прикладный магазин австрийца Шульгофа, Мосин создаёт собственную схему прикладно-реечного магазина для винтовки обр. 1870 года (Бердана ! 2) - модель 1883 на 8 патронов.

швейцарец Хеблер в письме на имя русского военного министра сообщил о сконструированной им малокалиберной винтовке.


1884

генерал-майор Вельтищев Василий Александрович.

Генерал-лейтенант фон Нотбек Владимир Васильевич

Генерал-майор Бестужев-Рюмин Василий Николаевич. Начальник Императорского Тульского оружейного завода (1876-1889). Находясь на должностях помощника начальника и начальника Императорского Тульского оружейного завода, внёс большой вклад в обеспечение обороноспособности России. Создаваемая в 1870 Тульская оружейная школа, как можно скорее должна была начать выпускать для русской императорской армии собственные кадры оружейных мастеров. Когда 19 марта 1891 комиссионно решался вопрос о принятии на вооружение нового типа винтовки, большинство (14 против 10ти) проголосовали за винтовку Нагана. Бестужев-Рюмин добился того, что на вооружение принята винтовка Мосина. Как указывал Бестужев в отзыве, "винтовка Мосина проще и дешевле в изготовлении, и производство её можно наладить гораздо быстрее". Журнал "Оружейный сборник" под совместной редакцией В. Н. Бестужева-Рюмина и В. Л. Чебышёва, выходивший четыре раза в год на протяжении нескольких десятилетий, стал настольной книгой для многих поколений оружейников. В нём просто и доходчиво излагались вопросы истории оружейного дела в России и мире, сообщались сведения о разработках и образцах оружия, чертежи и др.

В 1886 генерал-лейтенант Горлов Александр Павлович вышел в отставку по состоянию здоровья

генерал-лейтенант Чебышёв Владимир Львович. В 1859 после окончания Михайловской артиллерийской академии по I разряду произведён "за отличие в науках" в поручики гвардии и назначен репетитором Михайловской артиллерийской академии и штатным преподавателем Михайловского артиллерийского училища. С 1862 назначен штатным преподавателем МАА, в 1863 произведён в штабс-капитаны гвардии, в 1864 в капитаны гвардии, в 1865 в полковники гвардии. В 1867 назначен адъюнкт-профессором МАА и членом Артиллерийского комитета при Главном артиллерийском управлении. С 1869 помимо преподавательской деятельности назначен членом Главного комитета по устройству и образованию войск при Военном совете Российской империи. С 1871 назначен экстраординарным профессором МАА с оставлением в должности члена Артиллерийского комитета. В 1875 "за отличие по службе" произведён в генерал-майоры и назначен ординарным профессором МАА с оставлением в предыдущих должностях. В 1881 высочайшим приказом получил звание заслуженный ординарный профессор и назначен почётным членом Конференции МАА. В 1885 произведён в генерал-лейтенанты, в 1892 в генералы от артиллерии с увольнением в отставку. Автор свыше 70 научных работ. С 1861 по 1895 вместе с В. Н. Бестужевым-Рюминым был одним из основателей и редакторов "Оружейного сборника". Награждён всеми орденами Российской империи вплоть до ордена Белого орла высочайше пожалованного ему 30 августа 1891.


князь Долгоруков Василий, Валя. Князь Василий Александрович родился в семье князя Александра Васильевича и княгини Марии Сергеевны 13 августа 1868. Когда мальчику было 8 лет, скончался отец. Мария Сергеевна вскоре вышла замуж за графа Павла Константиновича Бенкендорфа. брат Александр (+2) и сестра Ольга.

граф Воронцов-Дашков Иван, Вани. Родился 29 апреля 1858. С 1891 женат на Варваре Давыдовне Орловой (1870-1915)


Армию и вправду пришлось создавать новую, поскольку с прежней поделать ничего было нельзя, кроме некоторых "работающих" генералов, самохотом попросившихся в новую, да провинциальных полков. Старая армия гораздо полезнее оказалась в роли антагониста новой, явственно демонстрируя как служить нельзя.

Со старой армией не контактировали, тренировались закрыто.

Сперва занимаются с "револьверами Смит-Вессон, офицерского образца, тройного действия" с полуобоймами, для которых расточены барабаны. Потом приделывают к нему магазин, новый патрон и вкладыш ствола. Потом трёхзарядный барабан с новой узкой рамкой без шарнира.

Вводит в полку форму вообще без каких-либо знаков: формой почти обычную, но серо-зелёную, без каких-либо цветных элементов; значительно более короткие сапоги на изобретённых им кнопках; короткую куртку со стоячим воротником на кнопках; шаровары в сапоги; летнюю ермолку-четырёхклинку. Зимой - четырёхклинный же тымак на 3 положения; куртка, стеганная на валяной вате (хлопковая вата уже была достаточно распространена), и такие же шаровары. В жаркую погоду - гимнастёрка.

- Некрасива? Да уж конечно. Драить пуговицы для победы при очередной Альме с такой формой не заставишь.

(Необходимость в практичной полевой форме показал анализ Русско-турецкой войны, в которой тысячи российских солдат погибли от переохлаждения. Возможно, именно тогда внимание впервые привлечено к "телогрейкам", поскольку в Русско-японской войне в отдельных подразделениях русской армии у солдат уже были стёганые куртки. Другая версия: в Маньчжурии части русской армии обратили внимание на удобные и теплые куртки местных жителей, подбитые хлопком, и стали закупать их у местных торговцев, а после демобилизации ватники разошлись по всей империи.)

Ремень и американские перекрёстные перевязи по типу Монтгомери с маленькими подсумками. Итого 12 пачек, 312 патронов. Плюс седельный запас. Кобура седельная.


Лошадей лучших не требовал, согласен был даже на киргизских, лучше всего - казачьих. Вообще, охотно брал казаков, поясняя, что драгуны будут совсем другие, с казацкой ухваткой.

Кавалерийскому делу не учил - только в седле держаться. Холодного оружия нет. Львиная доля времени уделяется стрелковой подготовке - благо, патрон "самопала" дешев. Много - бегу и преодолению препятствий. Особое упражнение, где всё это совмещено - бег по естественной местности с укрыванием и стрельбой по хаотично расставленным внезапно поднимаемым фигурам - особенно в составе группы.

Отделение из 3 секций по 4, один из которых - младший, коневод.

Задумывает пистолет-карабин на американский манер, как его потом иронично называли - "самопал". Гладкоствол, сгораемый патрон, безоболочечная пуля - всё это значительно удешевляет. Повод - сделать учебное ружьё, чтоб не расстреливать настоящих и не тратить дорогие патроны. Постоянный беспружинный магазин пачечного заряжания с выбросом пачки - в рукоятке.

Мысленно находит место в рядах малокалиберному залповому орудию с механическим приводом - "механо". Его место - пехотное орудие вместо прежних картечных - его ведь не зря называют картечницей, оно ведь родилось именно как решение проблемы превосходства нарезного скорострельного ружья над прежним картечным орудием. То есть механо - это батальонное орудие. Конструктивная идея берёт всё самое лучшее от Гатлинга, Гарднера и Хочкисса и добавляет своё. Орудие, естественно, гранатное, как Хочкисс. Но гладкоствольное с удлинённым снарядом меньшего калибра и сгораемой, как у самопала, гильзой. Предвкушается эффективность его на Кавказе, для чего предлагают значительный угол возвышения.


отношение молодых великих князей к девушкам: "Они почти никогда с ними не говорят, а если случится перемолвить слово, то совершенно так же, как с каким-нибудь товарищем, разве что немного покороче, чтобы скорее отделаться".


Когда был маленький, все признавали его красивым. - Шо цэ за дивчына? - Это хлопец. - Та хиба ж хлопци таки гарни бувають?

Был в меру влюбчив и, как и дед, крайне разборчив. Лет в 5 привёл одну девочку при каком-то празднестве к родителям и заявил, что собирается на ней жениться, чем вызвал смех всей окружавшей в этот момент наследную пару компании. Потом дружил с девочками, некоторые нравились. Именем одной из них даже назвал сестру. Но мальчишечьи дела тогда ещё были важнее. Когда в отношении к девочкам стало примешиваться какое-то странное щемящее ощущение - лет с 12ти-14ти - стал стеснителен. Несколько раз потом уличал себя во влюблённости, но они, влюблённости эти, оставались на трепетно-дружеской стадии. Его проблемой было то, что, встретив самую красивую, другие уже не прельщали. А самую красивую девочку его детства он встретил в 14, но не успел даже завязать дружбы. Встреча была мимолётной, а отношения с девочками в этом возрасте конечно были далеко на заднем плане в сравнении с "важными" мальчишечьими делами. Но впечатления о ней "запали". 27 мая 1884 великий герцог Гессенский Людвиг со своими дочерьми прибыл в Россию. Три были старшими, а младшая Алиса Виктория Елена Луиза Беатриса была, конечно, прелестной - маленькие все прелестны - но в сравнении с памятью о "той" осталась где-то фоном. Когда в 18 Мамá попыталась пристроить к нему "даму для превращения сына в мужчину", эта дама в сравнении с образом проигрывала настолько, что он так и не догадался, к чему она была приставлена.


Вставал поздно, в 9 часов, умывался холодной водой, облачался в простую домашнюю одежду, завтракал и начинал работать или изучать документы, передаваемые на просмотр и решение. В распоряжении у него была целая армия прислуги. Но он никого не беспокоил. К столу был проведен шнурок от колокольчика к секретарю. Секретарь, кстати, сидел тоже в пустующем по большей части предбаннике. Так в этот звонок он звонил, лишь касаясь кнопки, от чего звук был тихим и мягким. Но чаще он просто выходил к секретарю - посоветоваться и размять тело - раз в пару часов как минимум. В 12 часов делал большой перерыв.

документы просматривал сам ВСЕ - и лишь сам решал, что отдавать секретарю.

На рабочем столе лежал календарь ежедневных встреч и приёмов.

Завтракал и обедал с семьёй. "Завтракал сам, обед делил с другом, ужин..." ...ужин у него был совмещён с обедом - в 5 вечера.

Уже после "отбоя", когда все секретари, слуги и домашние оставляли его, считал самым плодотворным для работы временем. В 10 сам заваривал чай на свою огромную стеклянную чашку, у него всегда был поднос с любимым сахарным печеньем-ушками, продолжал работать. Столь же поздно и ложился - в 2 ночи.


Изъяснялся крайне чётко и однозначно, не оставляя возможности толкования его слов. При том спрашивал, а не настаивал. Подталкивал к мысли, а не убеждал. Таким образом, что навязанная им мысль иногда даже считалась собеседником только что возникшей своей собственной.


На пространные записки и докладные министров отвечал двумя-тремя фразами.

"Ни сам я гнева его никогда не видел, ни от других о проявлениях его никогда не слышал". Но он мог говорить, хотя и не страстно, так, что бывало хуже гнева и ругани. Его страсть находила выход в спокойной, но убийственной язвительности или в столь же спокойном вопросе, бьющем упрёком.

В тяжёлом положении "Царь спокойно выслушал меня, не выдавая ни малейшим движением мускула, что происходит в его душе... У меня получилось впечатление, что мой высокий собеседник либо в необычайной манере одарен самообладанием, либо еще не успел, несмотря на мои весьма серьезные заявления, постигнуть всю грозность создавшегося положения". Но это не было ни с трудом воспитанным самообладанием, ни безразличием. Это было самообладанием природным, особенностью психики. У П. А. Столыпина и вырвалось однажды: "Да рассердитесь же хоть раз, ваше величество!" - на что Александр-младший только улыбнулся. Даже мальчиком он никогда не горячился и не терял самообладания. Если ему что-то не давалось напрямую, он заходил с другого, с третьего боку, и вскорости имел требуемое.

Как и отец, никогда никому, кроме родни и, возможно, нескольких особо приближённых одного с собой возраста, не говорил "ты".

Очень просто выступал на людях, как будто всего лишь беседовал с ближайшим окружением. Речь сразу начинал и ограничивал существом, подробностями дела, никогда не затрагивал "воды". Всегда, произнося фразу, направленную лично к кому-то, взглядывал человеку в глаза. Не любил и всячески обходил слово "я".

- Оптимист ли я? Мне слишком хорошо известен этот мир, для того, чтобы уметь разделять надежду и знание. Надежда даёт направление, а знание даёт способ достижения. В надежде я оптимист, а в знании - совершенный противник радужного отношения. (Оттого доброжелателен при подготовке любых мероприятий, но совершенно безапелляционен и резок до прямолинейности в их исполнении.)

При планировании также всегда доводит план до тщательности, не допускающей толкования, вариации и отклонения. Чаще вариации, при необходимости, предусматривает сам план. Оттого всегда всё в определённости и нет недомолвок. Готовно приносит извинения в случае обнаружения неправоты. Всегда внимательно и спокойно выслушивает мнение. Своё навязывает не безапелляционным отрубанием, а убеждением, хотя бы и частичным.

Многие прежние и других стран императоры вели игру, чтобы скрыть свои истинные чувства и отношения к тем или иным вопросам, и тем самым иметь возможность манипулировать. Младшему этого было не нужно. Его игрой была скорость. И в определённой мере фантазия с прибавлением знания. А его манипуляция заключалась в опережении возможных соперников и событий. Это позволяло ему действовать открыто и честно. Или наоборот, открытость позволяла ему видеть кратчайший опережающий путь. Мало, что в политике он был велосипедистом, державшим равновесие за счёт движения, так это было ещё и движение по головам, устойчивое, пока головы не осознают, что по ним едут. А они не осознавали никогда, поскольку его излюбленным приёмом был выход из плоскости. Он проходил не только там, где его не ждали, но там, где вообще не подозревали наличия прохода. Забавно, что часто это был парадный ход. Ведь запутывающие сами себя интриганы конечно не склонны ждать от соперников простейшего хода. Так что пока все вокруг только соображали, что пора бы начать вычислять его ход, оказывалось, что он стоит уже по ту сторону двери. И делал это он так неуловимо, что соперники до конца своих дней путались, какая же из сторон двери "та". Бывало даже, оставаясь на месте, он просто изменял положение дверей и стен. В общем, приходя везде первым и входя туда, куда другим хода не было, он манипулировал этим пространством безраздельно.


Романовы обладали устойчивой наследственной чертой - отличной памятью. Это замечательно при столь публичном положении, поскольку способствовало образу правителя, внимательного к подданным и к делам. "Он мог много лет спустя, встретясь с кем-нибудь, назвать не только имя, но и послужной список человека и отнестись к нему как к товарищу, что доставляло иногда больше радости, чем всякая награда". Знал по имени не только всех офицеров своих караулов, но и многих нижних чинов. "Благодаря этой памяти его осведомленность в разнообразных вопросах была изумительна". Во время одного из приемов через 12 лет узнал полковника сибирского полка, с которым мимоходом встречался, когда возвращался из Америки через Сибирь.


Красивое спортивное телосложение, отличное здоровье.

Голос зависел от обстоятельства. Но весьма отчётливый. Петь мог любым тембром. Просто говорил почти тенором, негромко, расслаблено. С эмоциональным подъёмом и повышением громкости голос грубел. Командовал весьма зычным баритоном.

в юности уверенно держался в седле, но верховую езду не любил. Когда появилась возможность, с удовольствием сел в автомобиль.


Не то чтобы не любил военной формы, но считал неуместным выставлять её где не попадя. При деде ещё терпел, но после его смерти старался обходиться везде, где возможно, тем более что запретил впоследствии её ношение и частную выделку. Начал носить штатское во время путешествия, после чего пристрастился. Предпочитал удобство, свободу, комфорт, что сказалось на военной форме его строя. Как и у отца, повседневная одежда была оригинальна и проста, со спортивными и народными мотивами, причём не только русскими. Как и отец, подолгу носил привычные старые вещи, но только в уединённой домашней обстановке. И до совсем уж латок дело у него не доходило. На люди же, даже для домашнего приёма, одевался дорого и элегантно. Огромных гардеробов не имел, все мундиры отдал по музеям и на выброс.

Как отец, не носил украшений, но имел хорошие часы с официальным костюмом. Залысины маскировал короткой стрижкой. Растительности на лице не имел, за исключением юношеских усиков до встречи с Ниной. Не носил, кроме зимы, головных уборов.


Смолоду очень похож на отца внешне и ростом (Александр 3й - 193 см, 4й - 186), но более худ, тогда как старший полнеть стал ещё в молодости. И даже что-то в характере, особенно упрямство. Мать утихомиривала отца, рассерчавшего на сына за что-то подобное, словами "Вылитый ты".


Александр III жил просто: ни роскоши, ни сложного дворцового этикета, ни балов, ни парадов не любил. У него было отвращение ко всему показному и деланному. Младший любит всё это ещё меньше. Сюда прибавляется ещё и церковь. И ещё меньший интерес к "изящным искусствам". На этом их можно свести, сыграть.


Не черпал "точно заученные фразы, вычитанные... из нашей паршивой журналистики и бюрократического либерализма", а получал свои взгляды собственным вычислением, как прежде делал это с теоремами геометрии. Да и "фразы журналистики", которыми, как и теоремами, не особо интересовался, считал всё же возникшими не на пустом месте. Хба ревуть воли, як ясла повн? (1875)


Не любил с детства тратить время на еду. Ел понемногу. Любил "еду аристократов" - устрицы, грибочки, миноги и проч., но и ржаной хлеб с салом и чесноком тож - имел свой вкус. Из спиртного пил только хорошее пиво и хорошее белое полусухое и полусладкое. И то только к обеду. Любил русский фастфуд - выпечку: пироги, курники, кулебяки, расстегаи и проч. В будущем откроет на этом бизнес, особенно популярный за границей, с квасами и чаями - Макдональдс в отлёте.