Кипелов Анатолий Евгеньевич: другие произведения.

Сновидение

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:


   Сон:
  
   У меня сегодня вышла моя первая книга. Я, что называется, "проснулся знаменитым". Огромная презентация в мою честь в каком-то фешенебельном ресторане. Много известных персонажей, умопомрачительный стол. Все меня поздравляют, называя по имени, жмут руку, хлопают по плечу, желают творческих успехов. По атмосфере становится ясно: это что-то вроде "прописки" - столичная богема вводит в свой круг бывшего полунищего писателя, "доказавшего, что имеет право принадлежать к их обществу". Но я как-то незаметно ускользаю оттуда и перехожу в соседний зальчик, поменьше. Здесь почти никого нет, полутемно и играет медленная музыка. Я снова за столиком, и снова окружен какими-то известными людьми (лиц не помню, знаю только, что эти симпатичнее предыдущих). Прямо рядом с нами небольшая освещенная эстрадка, на которой в такт музыке что-то тихо поет Земфира. В своей обычной позе, прикрыв глаза, выводит в микрофон какую-то тихую, очень красивую ноту. Сразу видно, что это не плановое выступление, а просто она поднялась на сцену спеть пару песен в кругу друзей. Я буквально могу дотянуться до нее рукой. За столом наливают очередной тост, и я обращаюсь к ней:
  -- Зем, спускайся, тебе уже налили.
   Она поворачивается ко мне:
  -- Да, Толь, сейчас иду... Просто вспомнилось что-то... Есть такая старинная башкирская песня... М-м-м-ммм-м-м....
  -- Да... Красивая...
  -- Красивая...
  -- Ну лан... ты извини, что я к тебе... так... обращаюсь...
  -- Как - так?
  -- Ну... "иди садись", "налили"... к самой Земфире.... Да еще во время песни (ха-ха-ха)
  -- Да ладно, мы же тут все свои.
   И снова, прикрыв глаза, погружается в свое пение. Я чувствую, что краснею.
   За столом все встают, чтобы сказать тост в мою честь. Я тоже встаю. Скоро спускается и Зема. Берет свой фужер. Глядя мне в глаза, начинает что-то говорить. Не могу вспомнить, что именно она мне говорит, но что-то очень приятное и от ее спокойного, уверенного в себе голоса у меня подступают слезы к горлу. Хочется подбежать и расцеловать ее, но понимаю, что сделать такое немыслимо. Вдруг, на середине ее фразы в зал врываются террористы...
   Автоматная очередь в потолок, всех кладут на пол. Сидеть за столом остаемся почему-то только я и Зема. Видимо, на нас это не распространяется, потому что мы - знаменитости. Вокруг начинается нечто кошмарное. Эти ублюдки в масках измываются над заложниками. Одну женщину заставляют отстричь себе косу (она плачет и кричит, что отращивала ее двенадцать лет), а затем нагишом подвешивают за ногу к карнизу. Какому-то толстяку маникюрными щипцами выдирают волоски из носа, он громко визжит. Двух непонятно откуда взявшихся негров-барменов заставляют при всех раздеться и заниматься друг с другом извращенным сексом (за то, что негры). Вообще, мысли всех заложников вдруг становятся озвученными, и если человек больше всего боится, что его сейчас заставят делать то-то и то-то, террористы сразу слышат, подходят и заставляют делать это. В конце концов один из подонков подходит и к Земе.
   Он тычет в нее дулом автомата и приказывает что-то. Она смотрит на него ледяным взглядом и спокойным голосом посылает на хрен. Он хватает ее за локоть. Я вскакиваю и кричу, чтобы не смел к ней прикасаться. На меня направлен автомат, но мне наплевать. Даже сквозь маску видно, как этот ублюдок ухмыляется. Я кидаюсь на него. Грохочет автоматная очередь, на меня набрасываются со всех сторон и начинают избивать. Я слегка отбиваюсь, и бьют меня очень жестоко, но побои доставляют мне наслаждение, потому что я знаю, что это происходит у Земы на глазах и знаю, что поступил, как мужчина.
   В конце концов мне удается вылезти из драки, и террористы куда-то исчезают. Непонятно, что произошло. То ли с нашей помощью был проведен штурм, то ли это мы с ней отняли у них автоматы и всех перестреляли. Но в любом случае известно, что мы с Земой сыграли главную роль в освобождении заложников. Вспыхивает свет, в зал набивается какая-то орущая толпа: милиция, журналисты, зеваки, камеры, микрофоны. Все лезут к ней, всем надо знать, как и что, как ей удалось в одиночку справится с целым отрядом шахидов. Уже активно мусолятся заголовки завтрашних газет: "Рок-звезда в одиночку нейтрализует банду вооруженных до зубов террористов..." А мы с ней во всей толпе видим только друг друга. Мы смотрим друг другу в глаза. Но ее оттесняют от меня и, оставшись один, я вдруг чувствую ужасную слабость. Я падаю на пол и чувствую, что истекаю кровью. Потолок с флюоресцентными лампами расплывается у меня перед глазами. Я знаю, что остался один, никому не нужный и скоро умру.
   Но вдруг...
   Сквозь пелену пробивается этот, такой близкий и родной, смачный голос с хрипотцой - он кроет всех матом на чем свет стоит. Слышно, как кто-то получил по физиономии, а остальные разбежались. Надо мной склоняется ее лицо. Она что-то говорит, я не могу разобрать, что, чувствую только, как на лоб мне капают слезы. Она осторожно приподнимает мою голову и дает что-то выпить. Я делаю глоток: коньяк. Мне сразу становится лучше. Затем я, видимо, теряю сознание, потому что прихожу в себя уже в машине от тепла ее тела. Это какой-то большой лимузин. За окнами проносится заснеженная Москва. Мы с Земой сидим на заднем сиденье, обнявшись и завернувшись в одеяло. Она нажимает кнопку, и передний отсек закрывается от нас шторкой. Мы заворачиваемся с головой в одеяло и всю дорогу целуемся и воркуем, выпрастывая из под одеяла руки только для того, чтобы закурить или дотянуться до бутылки в мини-баре.
  -- Куда мы едем?
  -- Домой, милый.
   Когда мы добираемся до дома нас, прямо в одеяле перегружают из машины на носилки и вносят внутрь. Я так и не высовываю голову, до тех пор, пока она не отдает все распоряжения прислуге, и мы не остаемся одни. Тогда я осторожно выглядываю из под одеяла.
   Оказывается, мы в роскошно обставленной спальне, на огромной кровати с балдахином. На белоснежных простынях она развалилась рядом со мной почему-то прямо в своем черном плаще и грязных ботинках, курит и стряхивает пепел прямо на подушку. Затем ставит на кровать серебряный поднос. На подносе - большое блюдо с пирожными и бутылка ликера. После улицы и всех происшествий у нас обоих очень грязные руки, но помыть их негде, поэтому мы грязными пальцами одно за другим запихиваем пирожные в рот и запиваем ликером из горла. Мне хочется любить ее. Но от нее исходит нечто такое... как, наверное, от спящего вулкана, какая-то молчаливая, неземная мощь, она смотрит в потолок и думает о чем-то своем, и мне страшно прикоснуться к ней. Мне кажется, что стоит только войти в нее, или попытаться войти, как я провалюсь туда весь, как песчинка, сгорю в адском пожарище. И она, кажется, почувствовала мой страх. Я недостоин ее, мы оба это знаем. По ее лицу я замечаю, что ей становится скучно со мной. Я в панике. И тут мне приходит в голову единственно верное решение.
   Действительно, о чем еще думать? Ведь я ждал этого всю жизнь.
   Я спрашиваю у нее разрешения отлучиться на несколько минут. Она ничего не отвечает, все так же лежит и равнодушно смотрит в потолок. Тогда я встаю с постели и ровным шагом иду к дверям. Но, оказавшись в коридоре, бегу со всех ног. Мелькают мраморные лестницы, дорогие ковры, толпы девочек-фанаток около парадного, едва сдерживаемые охраной, забор, ворота... Выбегаю на улицу. Криком требую у кого-то сказать, где тут ближайший магазин. Оказывается, он чуть ли ни в нескольких километрах, к тому же бежать нужно по глубокому снегу. Пока добираюсь туда, чуть не зарабатываю инфаркт. Но там нет того, что мне нужно, и приходится искать дальше. А нужны мне обручальные кольца. Не золотые и не с драгоценными камнями, нет, во первых потому, что у меня на них нет денег, а больше всего потому, что таких колец у нее и так, наверное, выше крыши. Нет. Я хочу два пластмассовых колечка, которые продаются в автоматах вместе с "Чупа-чупсами". Вот это будет действительно оригинально. С большим трудом мне все-таки удается их разыскать и выпросить у продавца. Теперь нужно бежать обратно. Уже глубокая ночь. Я в отчаянии. На обратном пути я несколько раз падаю от изнеможения и засыпаю прямо в снегу (это во сне мне еще и снится, что я сплю). Подняться меня заставляет лишь страх, что я опоздаю, не успею, упущу самое главное...
   Добираюсь я, лишь когда уже наступило утро.
   Нечто странное.
   Я помню этот забор - высокий, с резными прутьями и телекамерами. Забор остался, но теперь он почему-то оказался сбитым из плохо отесанных досок. И самое главное - у калитки стоит человек маргинального вида. Странно, но мы с ним почему-то разглядели друг друга с расстояния в несколько километров. И один из нас спокойно шел, а другой спокойно ждал, пока другой подойдет. Когда я заметил его, то почему-то сразу понял, что все пропало, я опоздал. И, подойдя к нему, без особого энтузиазма объяснил, кто я и зачем вернулся. Он слушал меня, хитро прищурившись. И когда я сказал ему, что мне абсолютно наплевать, что находится за забором и можно ли мне туда пройти, он тут же распахнул калитку настежь.
   Это был и тот дом, и не тот. Прошло, по-видимому пятьдесят или шестьдесят лет. Он был сдан под снос. Все стены были исписаны похабными надписями, в том числе и признаниями в любви к Земфире. Верхние этажи полуобвалились и почернели. Видимо, там часто ночевали и жгли костры бомжи. Из почерневшей штукатурки торчала кирпичная кладка. В одном из окон второго этажа я заметил ржавый каркас. Как я догадался, это были остатки балдахина в спальне.
   Я отвернулся и пошел прочь.
   Калитка захлопнулась за моей спиной и человек исчез.. Обернувшись, я увидел, что на заборе (он вдруг стал как-то удаляться от меня) сохранились остатки какой-то старой афиши. Она была наполовину сорвана, и остались только несколько букв: "...ир..." и, чуть пониже "...ова...". Это явно была афиша какой-то модной в прошлом певицы, непонятно только, что там было написано: может быть "ЗемфИРа РамазанОВА", а может быть "ИРина СалтыкОВА". Я вдруг заметил, что вокруг на много километров тянется заснеженная пустыня без признаков жизни. И я один. Но меня это почему-то нисколько не взволновало. Я просто поднял повыше воротник пальто, сунул руки в карманы и отправился в путь.
  
  
  
  
   Подозреваю, что написанное вызвало у тебя неприятное чувство.
   Посылаю тебе этот текст в качестве своей фотографии в профиль.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"