# Разговор подслушанный на скамейке

Болеслава Варфоломеевна Кираева

Юная гимнастка доверительно разговаривает с одноклассником.

Ну и что, что я гимнастка? С гимнасткой что, нельзя дружить, как просто с девочкой? Вы, мальчиши, какие-то странные, лишь это слово услышите, так одни рты раскрывают и пялятся, другие шарахаются, как не знай от кого, третьи думают, что я постоянно хожу в пододетом купальнике или что в любой момент, по первой просьбе буду выделывать всякие сальто-мортале или "шпагаты". Никто ещё правильно не отреагировал, ну, как мне хочется. И ты, Брут, тоже!

Понял, что пошутила? Помнишь такого из древней истории? То-то же! Сиди, сиди...

Так вот, и что тут такого, что я гимнастка? Просто девочка, которая начала заниматься упражнениями для тела, ей понравилось, хочется ещё и ещё, ну, и она чувствует, что может многого в этом достичь. Да, я надеваю купальник, очень открытый, но не от бесстыдства же, а потому что это самая удобная для гимнастики одежда. Ничто не мешает телу отдаться упражнениям - любым. Как широко ты ни научилась раскидываться телом.

(Пауза, дыхание)

Может, начнём дружить как мальчик и девочка? Ведь какое основное отличие девочки-гимнастки от просто девочки? Времени свободного у нас меньше, на сборы уезжаем часто, и многого нам нельзя - из еды и напитков. Я считаю, что это даже хорошо - отпугивает тех, кому всё равно, с какой девочкой дружить, лишь бы согласилась. Некоторые девчонки нарочно разводят всякие капризы, чтоб только посмотреть, чем готов пожертвовать, на что готов пойти мальчик ради неё. А у меня трудности естественные - начала когда-то служить большому делу, от многих мелких радостей отказаться пришлось ради малого числа больших, то есть побед и пьедесталов. Лишнего не выдумываю, но хочешь со мной дружить - мой образ жизни принимай и уважай.

Логично, не правда ли?

Многие мальчишки считают, что только они могут заниматься настоящим делом, а девочки - так, просто смазливые подружки, ничего своего за душой не имеющие, или ерунду всякую, так что это они их цени, односторонне. Небось, потому и шарахаются от гимнасток и других спортсменок, что понимают, что с ними такой номер не пройдёт. А мы... что ж, мы готовы ценить мальчишек - но стоящих и на условиях взаимности.

Вот ты - стоящий, по-моему. И жаль, что у тебя к гимнасткам предубеждение. Давай я тебе его развею, а?

Прямо сейчас и начнём.

Ну, как мне тебе объяснить, что я не какая-то там особенная? Достигшая определённых успехов, да, но не из другого же мира, не из другого теста. Может, начать с того, с чего всё у меня и началось?

Ещё в детском саду (не смейся, ты ведь тоже был маленьким) не понимала я тех сверстниц, что неподвижно сидели, возясь с куклами или прихорашиваясь. Меня тянуло двигаться - бегать, но больше танцевать и кувыркаться. Особенно когда что-то извне наполняло меня чувствами. Танцевала я сама с собой больше, не в силах ждать до "официальных" танцев под всегдашнее пианино. Когда же нам положили на пол маты и показали, как правильно, безопасно кувыркаться, я сперва перекувыркивалась "со скрипом", всё-таки это совсем не танцы на ногах, но потом разошлась и была готова акробатничать без конца и краю.

А те, кто "завёлся" с первого оборота (или даже с пол-оборота), вскоре охладели и перешли к прыжкам в длину. На тех же матах. Я им мешала, под ноги прямо выкувыркивалась, и несколько раз поэтому по башке получала. Краем ступни - хорошо, что не пяткой. Представляешь, если бы пяткой!

Плохо, конечно, когда в голове всё гудит, но, с другой стороны, если тебя это не останавливает и ты явочным порядком продолжаешь бороться за место под солнцем с новоявленными прыгунами (которые скоро и к прыжкам охладеют) - значит, в акробатике для тебя есть что-то эдакое...

Почему всё-таки не бег? Я вот что заметила. При определённом настроении тянет себя выразить в движении, и бег тут вполне подходит, если есть условия. Припускаешься бегом. Но через сколько-то шагов тебе скучнеет, становится однообразно, беговые шаги "приедаются", хочется какого-то разнообразия. Наивно думаешь, что этого можно достичь, круто развернувшись и побежав назад. Когда-то я там и бегала - от мамы до мамы. Потом переросла. Другого хочется. Может, делать шаги пошире, да не просто пошире, а раскидывать ноги воздушным "шпагатом" и лететь, еле касаясь земли? Вот тогда уж будет самовыражение, так самовыражение! Но, конечно, "полёт" с кондачка не получается, можно даже упасть при попытке "стригнуть" ножками, и я сама собой перехожу на танцевальные, кружащиеся движения, наиболее близкие по внутреннему чувству выражения эмоций. Со вскидыванием ног, раскидыванием рук и задиранием головы. Не смейся, пожалуйста. Девчонки же такие... вернее, не такие, как вы.

Вот, если мальчишка начинает бежать - значит, он хочет кого-то догнать, обогнать или просто побыстрее достичь цели на финише. Тут мотив чёткий, и никто с пути не собьёт - разве что в прямом смысле, подножкой. От самого бега вы можете получать удовольствие, но попутно, основное-то идёт от достижения цели, даже предстоящего. Вот вспомни случаи, когда цель ускользала, скажем, автобус уходил - разве ты продолжал бежать? Нет, потому что в самом беге для тебя ничего не было. Мало того, разочарование и упадок духа тем сильнее, что ты "авансом" получил удовольствие от будущего достижения цели, и теперь этот "аванс" надо возвращать. С лихвой!

Меня тренер потом научил догонять автобусы без условия "кровь с носу", ему вовсе не нужно, чтобы я в быту жилы рвала и связки тянула. Мне это и самой ни к чему, кроме того, не так сильно разочарование. Я говорю себе: "Вон стоит автобус. Если я сейчас побегу, то, может, на него и успею". А в подсознании держу: "А если не догоню, что ж, не судьба, и это вовсе не значит, что я в чём-то плоха, просто так сложились обстоятельства, тут и чемпионка бы не справилась". Совсем уж равнодушной оставаться не получается, конечно, но обходиться лёгкой досадой я уже набарзилась.

Если будем дружить, я и тебя научу, хочешь?

Между прочим, я заметила, что если не стремиться "рвать жилы", то удача улыбается чаще. "Рвать" - значит, не думать, как лучше, а лететь очертя голову и ничего-никого вокруг не замечая. А когда "неплохо бы догнать", сперва осматриваешься, как и перед всяким делом обычно, и замечаешь лужу, бордюр или пенёк, людей, с которыми можешь столкнуться, и всякие иные помехи-препятствия. Время на осмотр окупается, поверь. И на короткое раздумье тоже.

А ещё бег перестаёт меня устраивать тогда, когда я чую, что должна бежать так быстро, как не могу, чтобы выразить себя и уравновесить внешнее с внутренним. Это совсем не то, когда ты коришь себя, что пробежал не изо всех сил и опоздал на автобус.

И вот - начинаю танцевать. Но и тут не всё ладненько. Скажем, вскидываю я ногу или выгибаю спину - и вдруг наталкиваюсь, словно на препятствие. Нога дальше не идёт, спина сильнее не выгибается - и это как бы "подрубает" то чувство, которое я хочу своим движением выразить. Нет законченности. Ноге бы идти до полного "шпагата" и дальше по кругу, спине бы выгнуться до "затылка к пяткам" - тогда бы одно законченное чувство плавно переходило бы в другое. А тут - острые углы, дёрганья, никакой плавности. Не должно быть телесных ограничений празднику духа.

Пока была маленькая и глупая, воспринимала это как естественное ограничение. Типа того: скушала конфетку и хочу ещё, но заранее ведь видела, какого размера она, и раньше такие ела и знаю, как быстро они кончаются во рту - на кого же обижаться? Сглатывай слюнки, пока они хоть чуть-чуть сладенькие, и не хнычь.

Правда, иногда удавалось выпросить у мамы добавку. Но - не у тела.

Подрастя, я поняла, или, может, узнала, что физические качества можно тренировать. Нет, я и раньше видела по телику, как профессиональные гимнастки в красивых купальниках делают всякие "шпагаты" и "скорпионы", но считала их особыми существами, к тому же взрослыми. Разве ж так обычная девочка может? И потом, я знала, ну, от того, кто включал телик, что они выступают на соревнованиях, для судей и публики, то есть, обязаны выступать по плану, а улыбки и жесты радости у них наигранные, неискренние. Папа даже обронил как-то фразы "тяжкий труд" и "ты не знаешь, как они выматываются" - то ли мне, то ли маме. Поэтому это никак не связывалось у меня с выражением внутренней радости.

Ты-то сам смотришь гимнастику по телику? Или прыжки в воду, синхронное плавание...

Однажды я попала на урок физры у старшеклассников. Вернее, урок-то начался наш, младших, но предшествовавшие занятия старших начались не сразу, что-то задержало, вот они и "налезли" на наши. Когда физрук увидел, что начали приходить "малыши", он сказал: "Всё, закругляйтесь!", и пошёл в учительскую - менять журнал.

Парни "закруглились" быстро, причём и в переносном, и в прямом смысле - кто крутил круги на турнике, мы на них так восторженно глазели... Вы, наши мальчики, ещё не пришли из раздевалки, и в спортзале теперь толпился один женский пол.

Старшеклассницы казались нам высокими, стройными, сильными, к тому же они были в тренировочных фиолетовых трико - признак взрослости. Ведь мы, малышки, одевались на физру, да ты знаешь, как и вы, мальчики - белая майка с рукавчиками и чёрные трусы. Только у вас они с прямым краем, а у нас с косым, по паховым складкам. Зато ваши майки без рукавов.

Так вот, остались мы один на один со старшеклассницами в настоящих, как нам виделось, гимнастических костюмах. Им сказано "закругляться", но ведь если разгулялась что-то делать, остановиться трудно. И кто-то из наших задиристых не упустил случая покомандовать теми, кто до нас не всегда и снисходит:

- Эй, вы, вам что было сказано? Закругляться? Вот и освобождайте место!

Конечно, по сути, взрослым от всякой мелюзги такое слышать обидно. Подчиниться - себя уронить, в грязь лицом ударить. Но и против "закругления" не попрёшь, все ведь слышали приказ ушедшего.

- Чтобы закруглиться, сперва надо в струнку вытянуться. А мы ещё "шпагат" не отработали! - крикнула самая находчивая из девушек. - Дайте нам две минуты. Кто хочет - становись с нами, места много!

Это был удар под дых. До "шпагата" нас было, как до Луны, правильно нащупали нашу болевую точку. Как назло, все уже одеты-переодеты в спортивное, одеждой неподходящей не отговоришься. Мало утешения и в том, что "места много", потому что делать полный "шпагат" умели лишь двое-трое из старшеклассниц, да и то - без лёгкости, как телегимнастки, а с натугой, "со скрипом", помогая себе руками и чуть не потрескивая. Но у нас-то - нуль, даже если разрешить скрипеть вовсю!

Между прочим, остальные не стояли столбами, а, освободив центральное место для "шпагатчиц", собрались в широкий полукруг и стали показывать, чего умеют: выгибы-прогибы, кувырки, стойку на голове и прочие грациозные позы.

Ну, просто показательные выступления! Не на оценку, а на самооценку.

У нас одна девочка вспомнила, что умеет стоять на голове и может, значит, хоть как-то защитить спортивную честь класса. Вышла, перебарывая себя, заявила о своём желании. Ей охотно освободили один мат, но штук шесть старшеклассниц сразу же сами встали на головы круголя, как бы образуя эскорт. Как они распрямлялись, устремляя длинные стройные ноги вверх - это надо видеть!

Наша малышка закусила губу, побледнела, но всё же встала на голову в центре. Да не справилась с нервами (это я потом так сформулировала, когда повзрослела) и почти сразу же кувыркнулась. Нет, весёлого хохота не последовало - эскорт продолжал на полном серьёзе, не шелохнувшись, тянуть ноги ввысь. Издевались так. Малышка на этот раз взяла себя в руки, сглотнула с хлюпающим звуком и повторила попытку, на этот раз встала на голову прочно. Так и стояли они, пока "шпагатчицы" скрипя шпагатили, и пока не вернулся физрук с нужным журналом.

Но меня взволновало не противостояние старших и младших. Вот что приметилось: соревнований ведь нет, физрук не командует. Что же заставило старшеклассниц заниматься гимнастикой? Желание показать, что они лучше нас, то есть, по сути, собственные чувства. Конечно, эти чувства трудно назвать благородными и вообще положительными, но мы ведь и сами виноваты - начали права качать. Подождали бы молча - и спортзал бы быстро освободился. А так мы, получается, подначили.

И пускай старшеклассницы, особенно "шпагатчицы", улыбались во многом злорадно и пересиливали себя - но ведь от упражнений они получали-таки удовольствие! Ну, по крайней мере, до тех пор, пока не приходилось начинать переламывать себя, доводя ножки до "стрункой натянутого шпагата".

Но, коли так, то когда возникнут чувства позитивные, скажем, радость от чего-то, то тренированное тело поможет выразить и их. Думаю, что тут может получиться и то, что при спокойной тренировке не получалось, тот же "шпагат" или "затылок на ступняшки". Фактически, старшеклассницы показывали нам, как умеют радоваться, хотя повод к той радости был нам враждебен.

Многое я поняла, столкнувшись со старшеклассницами в школьном спортзале. Ну почему, почему нас не приглашают зрительницами на показательные выступления разных классов, от наших параллельных до выпускных? Мы бы представляли себе, как будем идти по лесенке физического развития, что нас ждёт в следующем году, послеследующем и так далее, до чего дойдём на выпуске. А в зале могли бы сидеть тренеры из ДЮСШ, отбирающие перспективных и объясняющие, что при каждодневных тренировках можно уровня выпускного класса, при одной физре в неделю, достичь за короткое время, а там и превзойти, переходя на профессиональный уровень.

Я раз поделилась с одним мальчиком этой мыслью, а он говорит: мальчишки будут следить за ростом груди от класса к классу, живота, пялиться девочкам-девушкам меж ног, а сама гимнастика мало кого интересует - всё равно, мол, мы, мальчиши, сильнее и ловчее. Потому и не надо устраивать показательных выступлений, к тому же девочки стесняться будут.

Ты тоже так считаешь, а? Но ты ведь не такой, тебя даже немножко пугает, что девочка рядом - гимнастка. Ну, я.

Так вот, поняла я из того случая, что не стоит ждать до десятого класса, чтобы там представился случай порадоваться тому, что ты умеешь со скрипом делать "шпагат", а малышки не умеют, а надо начинать тренироваться уже сейчас. И от "шпагата", а также других поз, удовольствие получать непосредственно, безотносительно к тому, что кто-то этого делать пока не умеет и потому расстраивается.

И я записалась в гимнастическую секцию.

Папа однажды рассказал, что и в прошлом, и сейчас, когда вступаешь в какую-нибудь партию, то подаёшь заявление и в нём пишешь, почему или зачем ты туда вступаешь, чего хочешь достичь. Потом можно будет сравнить намеченное с исполненным. Но то взрослые люди. Меня же, малышку, в секцию привели родители, они обо всём и договаривались. Может, чего и писали, не знаю. Меня лишь спросили, хочу ли я заниматься в этой вот гимнастической секции, и я кивнула. Даже без слов обошлось, потому что смущалась. И ещё: по моим детским представлениям, раз я, такая-то, решила заняться гимнастикой, то об этом должно быть ведомо всему свету, на лице, что ли, у меня это написано, зачем же спрашивать? Пришла к вам сюда, чего же боле? Не для того же пришла, чтобы просто тут побродить и полюбоваться, или, скажем, сообщить доверительно, что я в этой секции ни за что на свете, ни за какие коврижки, заниматься не буду, пусть и не приглашают даже.

Всё было легко и просто: захотела - пришла - кивнула - записали. Теперь буду сюда ходить, словно в школу. Вторую школу, выходит. Да это и есть школа - ДЮСШ. Детско-юношеская спортивная школа. Не думала: а если разонравится, как уйти? Просто бросить ходить с любого занятия, а вы сами догадайтесь, или сказать и бросить, или сказать заранее и "доходить" год. Или надо отпрашиваться? А если тебя не отпустят? Должна ли участвовать во всех состязаниях, или от чего-то могу отказаться? И всё такое.

Раз меня записали, я ещё до первой тренировки могу называться себя гимнасткой. Ведь нет такого звания - "ученица гимнастики". Или "ученица на гимнастку". Я кое-кому и похвалилась, а от меня отпрянули и стали смотреть, как на чудо морское. Я совсем такая же, а они... Не надо было говорить. Не стоило. Не достигла ведь ничего. Вот займу на каких соревнованиях хорошее место, ну, не последнее хотя бы, тогда и можно будет похвастаться. Тогда для моего обожания можно подальше отойти, и взгляд как на "чудо морское" меня не обидит. Хотя море тут ни при чём, а создали мой успех я сама, мой тренер и, надо добавить, родители. А "я сама" - это способности плюс трудолюбие, терпение, послушание.

Да-да, и послушание!

Говорить решила только тогда, когда надо объяснить, почему в такой-то день и час не могу куда-то прийти и в чём-то участвовать. Но и тогда не делать акцента на регулярность занятий, а говорить "у меня гимнастика" или "мне на гимнастику" так, словно это разовый билет в театр. Если часто придётся повторять, пусть сами догадаются, что я в секции.

Я ведь и тебе пару раз так говорила, пока мы не познакомились поближе, помнишь? Выходило у меня "не высовываться"? Скажи по чести! А теперь вот призналась, и приходится мне тебе всё объяснять, чтобы ты со мной не бросил дружить.

Тренировки начались круто, несколько девочек "сошли с дистанции" чуть не в первую неделю, не выдержали нагрузок. Чего греха таить, была к этому близка и я. Думалось: почему бы не начать с уроков, как на школьной физре? Если их пустить каждый день, то и это будет тяжеловато, честно скажу, но тут привычка поможет. Втянешься, тогда можно и усложнять, усиливать. А нам сразу дали вдвое-втрое, и упражнения другие. То есть те мышцы задействуются, что на школьной физре оставались в тени и были потому слабоваты. Есть от чего взвыть.

Но некоторые девочки занимались, закусив губу, и со зверским выражением лица. Ну, то есть страдальческим, но когда себя перебарываешь и подначиваешь. Я по всему ощущала, что им даже труднее, чем мне, но они себя испытывают - на что способны? Иначе ведь не поймёшь.

Я как-то поговорила в раздевалке с одной из таких. После тренировки она еле туда добралась, я под руку её вела, а там легла на скамейку пластом. Столь расслабилась, так бессильно её руки и ноги со скамейки этой свесились, что я аж испугалась - не перестанет ли и дышать? Со мной так никогда не было... Пришлось от бедняжки отгонять девчонок, у которых шкафчики у той скамейки были. А они лезли, потому что сил не было перегнуться и свою одёжку достать с расстояния.

Между прочим, те из нас, кто надевали на тренировки купальники, не переодевались, а надевали верхнее поверх и так уходили. Не знаем, как девушки постарше, они привычные, наверное, а нам, девочкам, трудновато и натягивать купальник, и даже стягивать. А если нетрудновато, это значит, что он тебе великоват и даже, может быть, мешковат. На тренировке всё время думаешь, как бы из него не выскочить. То, что по телу - это как вторая кожа, и если нет застёжки (а её нет), то быстро не управишься ни в ту, ни в другую сторону.

Вам, мальчишам, этого не понять. У вас всё нательное или раздельное, или вообще на резинке вокруг талии. Растяни да спусти, примитивно. Ну, представь себе хотя бы гидрокостюм... Толстый, резиновый, мужской. Быстро ты его снимешь?

Случилось нам однажды переодеваться вместе со взрослыми гимнастками. Они, конечно, нас опережали, снимали-надевали купальники в сотый или двухсотый раз, движения отработанные, с закрытыми глазами могут экипироваться. Но мы все дружно подумали ещё и о другом. У взрослых часть натяга купальника принимает на себя бюст, а это более "сговорчивая" часть тела, чем плечи, ключицы. Тут можно и пошире вырез вокруг шеи сделать, бюст разопрёт материю и закрепит. А у нас так сделай - и с ключиц будет тебе купальничек ползти... при нагрузках, конечно, размашистых движениях. И руки нет свободной оправить. Вот и носим у шеи поуже, у ключиц - поплотнее, а в итоге не сразу и снимешь-наденешь.

А Соне, той, что плашмя лежала и от бессилия полного попукивала, и натянуть что-то на купальник силёнок нет. Я сама еле на ногах стою, но чую - человеку хуже. Много хуже. Надо помочь. Не веришь - одну настырную аж по щеке хлестнула, когда она скамейку с Сониным телом отодвинуть намылилась. Кстати, а откуда у неё-то силы после ухайдакавшей нас тренировки остались? Не выкладывалась, значит.

Я тогда об этом не думала, но потом, когда с Сонечкой поговорила, поняла, что взамен помощи получила ценную информацию. Ну, о том, что заставляет её выкладываться. Можно ведь и схитрить, тренер же не всегда на тебя смотрит. Но нет - проявляем честность. Почему?

Соня сказала, что испытывает себя. Да, сейчас ей нравится гимнастика, но что будет завтра? Представила себе, как через несколько лет уходит из секции - и так жалко стало потерянного зря времени! Можно же что-то сделать, чтобы как можно раньше понять, твоё это или не твоё, тратить ли на это время, силы, или же заняться чем-то другим.

А вот что - со всем отрицательным, что есть в гимнастике, как можно раньше познакомиться. И как можно более вплотную. Нагружают с самого начала, трудно - это же хорошо! Сама себе ещё поддай, если осталось немного "пороха в пороховницах". Так поддай, чтобы утешаться мыслью о том, что дальше тяжелее уже не будет, должно стать полегче, типа "второго дыхания" открыться. Слегка натренируешься - и легче станет, а коли нет, то, в крайнем случае можешь и не поддавать сама себе, а ограничиться заданиями тренера. Имеет смысл пострадать, даже помучиться, теперь и сейчас - ради будущего.

И ещё - поймёшь, так ли уж дорога тебе гимнастика, перекрывает ли твоя любовь к ней все твои тяготы. Если сейчас - да, то впоследствии, когда полегчает, а там уже и радость начнут приносить удачно выполненные упражнения - тем более. И вряд ли тебе придётся гимнастику впоследствии бросать, горько сожалея о потерянном времени. Разве что травма какая серьёзная... но это уж как повезёт, заранее ничего не известно.

Про Шерлока Холмса детективы читал? Помнишь, когда они только знакомились, Холмс перечислил Уотсону свои недостатки и спросил про его? Мол, надо заранее знать минусы друг друга, прежде чем поселиться вместе, а плюсы вполне потом могут раскрываться. Как говорят англичане - welcome! По-моему, это и к гимнастике относится, и к спорту вообще, и ко всему тому, чем ты хочешь заниматься, тратить силы и время. Чтобы потом не жалеть о потраченном, прожитом и о том, чего не вернёшь.

Ты английский хорошо знаешь? Можно сказать: плюсам - welcome, минусам - badcome?

Слушай, если мы задружим, может, как-нибудь соберёмся и... ну, как Холмс с Уотсоном, а? Хватит у тебя силы воли о минусах своих мне рассказать, чтобы они потом неожиданно не выскакивали и между нами не встревали? По закону подлости они тогда выплывут, да внезапно, когда наибольший ущерб нанесут обоим. А так потом ты не будешь бояться, что я поступлю так, что твои минусы проявятся. Наоборот, буду так поступать, чтоб не вылезали. Я-то про себя исповедаюсь... И мы будем свои плюсы складывать, а минусы вычитать, зная всё наперёд. Устроим дружескую арифметику не по правилам.

Вот Соня и выкладывалась. Себя подстёгивала, не жалела. Твердила про себя: "Тяжело в ученье - легко в бою!"

Да, но так и травму недолго получить. Измождённая уже не в силах управлять собой так, как уставшая в меру, и какое-то сложное движение может не получиться, сорваться, "не сложиться". А гимнастика это наказывает - падение, столкновение, удар, ушиб... Правда, Соня сказала, что измождает себя лишь на простых, "отработанных" движениях, когда сорваться неопасно. Да, но после чего-то простого тренер может и чего посложнее задать - увидев, что "простоту" все уже освоили. Продолжать - значит, только воровать у девчонок время. Да, такая простота хуже воровства. По горячим следам он и усложняет. Тут-то твоя усталость и вылезает наружу, подводит.

Ведь тренер считает, что утомил тебя в меру.

А другая девочка, Тая, "выкладывалась" из других соображений. Она очень боялась нашего Пал Саныча, его недовольства, критики, даже недовольного лица. И опозориться перед общим строем, когда вызывают по одной, тоже страшилась панически. А тренер говорил, что осваивать упражнения для состязаний нужно "с запасом", чтобы не "рвать жилы" на публике, ведь напряг не скроешь, даже если "приклеишь" себе к лицу улыбку. Вымученная улыбочка хуже выражения напряжённой сосредоточенности. Вот и надо не на краю своих возможностей балансировать, а отступя на шаг внутрь.

А лучше - на два. Тогда и улыбнуться можно искренне.

Вот Тая и решила применить этот принцип, "с запасом", к самим тренировкам, чтоб и перед одним тренером выглядеть столь же уверенно, как и на соревнованиях. Пока ей это удавалось, но ценой сильного утомления. Хорошо, если тренер решит ею полюбоваться в самом начале тренировки, пока все свеженькие. А коли под конец? Движения-то у неё хорошо отработаны, да только вот чуть с ног не падает, плохо их исполняет. Будь наш Пал Саныч недостаточно опытен и не умей читать по лицам, он бы решил, что девочка манкировала отработкой упражнений, ничего не наработала, вот и не может.

Две разные причины выкладываться, а результат один - до раздевалки еле доползают опосля, а там пластом лягут. Посмотрел бы ты на них! Идут качаясь, купальник переодеть силёнок нет, душ до дома откладывается.

Я-то строго следую указаниям тренера, ему виднее, как меня нагружать. Однажды я поговорила с одной девушкой из старшей группы, и она мне рассказала, что Пал Саныч незаметно, но строго следит за честностью воспитанниц. Если ты вся перед ним на виду, не в смысле - без ничего, а не притворяешься никогда, он тебе начинает доверять и лишним не нагрузит - знает, сколько надо. Если же девчонка то и дело преувеличивает усталость и неумение, хочет обманом... ну, натяжками облегчить себе жизнь, то тренер начинает нагружать её сверх меры - той, обманной, чтоб мера истинная была соблюдена. И смотрит, как она реагирует, понимает ли, что он ей не верит. Если такая не исправляется, Пал Саныч от неё пытается избавиться - или же перестаёт делать на неё ставку, и спортсекция для хитрючки превращается в усиленную школьную физру.

Но там хоть пятёркой можно утешиться. Тут же, когда начинают объявлять, кого выставляют на очередные состязания, вслушивайся - не вслушивайся до крови из ушей - не звучит твоя фамилия. Раз не звучит, два не звучит, три, четыре... Ты, вообще, догадливая? Да, некоторые занимаются только "для тела". Но, обманывая тренера, ты невольно обманываешь (и даже обкрадываешь) собственное тело, не даёшь тренеру полноценно, в меру всех своих умений, его тренировать. Мало того, научившись обманывать в секции, ты потом будешь распространять обман на все сферы своей жизни, и не столь безобидно.

У вас, мальчишек, тоже так, а? Или вы больше друг перед дружкой выпендриваетесь, и потому выкладываетесь? Я ведь видела, как ты на стометровке жилы рвал... Я тебе потом хлопала даже. Ну, как ещё поддержать издали? Не заметил? Жаль, хоть сейчас знай.

Когда бы мне в гости тебя пригласить? До дня рождения далеко... чего-нибудь придумаем, а? С мамой тебя познакомлю. Знаешь, что она мне устроила? Возможность побывать в шкуре тренера!

Нет, не в том смысле, что я, что на тренировке узнаю и отработаю, то и её дома делать заставляю. Она ведь сказала там, что именно потому и записывает дочку в секцию, что сама в её возрасте хотела стать гимнасткой или другой какой спортсменкой, да вот не сложилось. А сейчас поздно. К тому же времени нет, а после трудового дня - и сил тоже.

Но однажды мама наткнулась в Инете, на youtube, на ролик, где довольно взрослая тётя в буро-пятнистом купальнике три раза ныряла в ванну по три минуты каждый, зажимая нос и закрывая глаза, а потом выныривала с видом победительницы. Время само по себе рекордное, но изумляло также и то, что ныряльщица лежала на дне очень спокойно, хотя вода её тело целиком не покрывала, так что движения, особенно живота, должны были быть заметны. Но вода начинала поколыхиваться лишь на исходе этих трёх минут, да и то слегка, а не отчаянно.

Мама решила попробовать, стала брать в ванную секундомер - ну, электронные такие часики. А ты что, подумал, это такая стеклянная бляха, что у нашего физрука на шнурке на груди висит? Такой у нас есть, но папа никому его в руки не даёт, поскольку это - память о его спортивной юности. Медалей-то у него... гм... немного, пусть хоть секундомер для числа среди них на ковре повисит.

Видишь, как много я тебе о семье своей рассказывая? А ведь ты ещё и в гостях у нас не был. Цени!

Так вот, мама стала брать с собой в ванную электронные часики и нырять под воду, засекая время. Но получалось у неё не очень, где-то в пределах минуты. Выныривала, хотя чувствовала, что ещё могла бы позакупориваться. Сама не знает, почему выныривала.

Наверное, виновата сама расслабляющая обстановка ванного купания. Привыкла же в тёплой воде расслабленно нежиться, вот малейшее неудобство и напрягает. Поэтому мама, опыта ради, стала делать воду прохладной, надевать перед нырянием купальник, как и та женщина, ну, из ролика. Хотя та надевала, чтобы ролик был приличный, а мама - чтоб тело не распускалось, не размякало в воде, наоборот, чтоб чуяло ситуацию купания в реке или плавания в бассейне, когда вся собираешься. Просёк разницу? Наконец, она стала надевать на голову резиновую купальную шапочку, подводные очки, а нос вместо пальцев зажимать зажимом, чтоб руки даже немного не напрягать и воздуха чтоб хватало дольше.

Дело сразу пошло на лад, мама легко преодолела минутный рубеж, и с трудом - полутораминутный. За счёт собранности - и вместе с тем расслабления мышц, кроме того, она любовалась из-под воды на ванную лампочку с радугой вокруг и говорила себе, что когда вынырнет, эта красота исчезнет. Или внушала себе, что погрузилась глубоко и требуется время, чтобы всплыть. Небольшой такой самообман.

Ещё что примечательно: раньше мама всплывала то ли из-за скуки, то ли считая, что удушье в лёгких достигло невыносимого уровня. Теперь же она "долёживала" до чётких позывов на вдох, когда приходится как-то реагировать, дёргать, ёкать животом, запирая горло, быстро напрягаться, чтоб потом расслабиться и ещё "подухотить лёгкие" - до следующего позыва. Но сколько таких позывов может выдержать её организм, мама не знала, и это немного страшило. Та тётя, что на ролике, вообще животом начинала ёрзать лишь под конец, видать, натренирована, или же успешно укрощает позывы на вдох, не даёт мышцам напрягаться, а телу - передёргиваться. А без такого укрощения - сколько можно выдержать безопасно? Ещё потемнеет в глазах - и утонешь, чего доброго.

Поскольку погружалась она в очках, "зрячей", мама стала подносить к глазам, над поверхностью воды, тот самый секундомер. Сколько она в прошлый раз выдержала, столько и в этот должна, раньше не сдаваться! А если удастся, добавить к "рекорду" пяток или даже десяток секунд. Тем более, там, в ролике, мужской голос говорил время, ведь "ныряльщица" лежала с закрытыми глазами. Это, наверное, помогает терпеть.

Но очки то и дело запотевали - изнутри, видно было плохо, рука с секундомером напрягалась не хуже, чем при зажиме носа, а однажды мама чуть не притопила прибор, пытаясь приблизить его к глазам. Нет, одной не управиться.

Мама пересмотрела ещё раз тот ролик, обращая особое внимание на голос за кадром, и кое-что поняла. В самом начале, когда терпеть закупорку легко, особенно, если до того продышаться "насквозь", голос называл время бесстрастно, без каких-либо чувств, просто фиксируя факт - прошло столько-то секунд. Но чуть позже, когда, как знала мама по собственному опыту, в груди начинает сгущаться духота, вот-вот потянет задышать, голос обретал чувство и начинал не называть, а прямо-таки вещать время с каким-то нажимом, упором, даже агрессивностью. Вроде как ассистент тоном своим сигнализировал: знаю, каково тебе там, под водой, в закупорке, пытаюсь передать тебе энергию для терпежа, болею за тебя, уверен, что ты не сплохуешь и выдержишь намеченное время. Между числами иногда вырывалось (по-английски, конечно): "Ещё немного", "Ты можешь три!" (минуты в смысле), "Ну, ещё чуть-чуть!", "Я с тобой!" А под конец голос становился очень жестоким и чуть не лаял... Зато и животик подбадриваемой умудрялся почти и не дёргаться даже под конец.

Ну, мама и пригласила меня в ассистентки, признавшись в своих опытах. Я и раньше удивлялась, почему это после её купанья и стирки промеж белья и бикини всегда сушится, оно же не использовалось, зачем стирать-то? А она и не стирала, а просто, выходит, мочила. Теперь сама увижу как.

Поначалу меня впечатлил вид солидного маминого тела в бикини, спиной ко дну ванны, ноги высунуты, пятки на углах ванны - иначе голову под воду не засунешь. Но быстро привыкла и взялась за дело. Сперва проверила, как мама меня слышит, насколько громким голосом говорить ей время. В ушах-то пластиковые затычки... Между прочим, когда я сама попробовала в них нырять, то много всяких звуков стала слышать, особенно из соседской, примыкающей ванной. Даже кое-что подслушать удалось - не спрашивай что. Звуки передаются по твёрдым предметам - ванне, стене, трубам, а попадая в воду, словно бы усиливаются. Правда, чёткость страдает.

Конечно, когда стоишь рядом с ванной и громко говоришь, тебя слышнее, чем соседей за стеной. Даже если и не расслышишь что-то, через короткое время тебе снова секунды объявят. Даже стимул есть дождаться следующего объявления. И я начала это делать - для мамы. А одета была тоже в купальник, из солидарности, что ли, да и чтобы не бояться промокнуть. Брызги же могут полететь.

В самом-самом начале, ну, в первый раз, я попросила маму показать, как ей терпится без знания времени. Эксперимент! И увидела, что после начальной лёжки она как бы колеблется - всплывать или не всплывать, нет настроя на терпение до невыносимости. Глазами через очки и слой воды как бы спрашивает: не пора ли, дочка? Ты только мигни. Есть ли ради чего терпеть дольше?

Время я стала называть громко и чётко, словно кондуктор - остановки. И сразу же мама как будто успокоилась, взгляд из растерянного стал осмысленным, сосредоточенным: ага, вон оно сколько, оказывается, прошло, можно ещё потянуть время. И результаты пошли в гору. Теперь моя "подводница" решала всплывать без особых колебаний, несколько раз напрягшись животом и грудью, и как бы поняв, что это не помогает. Порой воздух частично выбулькивала - не поможет ли? Но почти сразу же поднималась.

По-моему, и прощутить не успевала - помогло ли? Пугали, что ли, её пузырьки? Или пугал нежданный выхлоп, боялась, что после него непроизвольно вдохнёт воду...

Просто озвучивать секундомер мне вскоре надоело, и я стала импровизировать. Если маме, вижу, спокойно лежится, то пропускаю очередной рубеж - как водитель проезжает, не объявляя, остановку, на которой никто не входит и не выходит. Кашляла, слегка хлопала в ладоши, хрюкала - чтобы мама, не дай бог, не подумала, что я зазевалась или вообще ушла, не открывала бы глаза под очками. Мигнуть - расход энергии небольшой, но вот беспокойство...

Зато когда этого беспокойства прибывало из-за удушья в лёгких, я учащала объявления, через каждые пять секунд шарашила. Даже, признаюсь тебе, поспешала порой, чтобы, когда кончу говорить, заданное время наступало, а не когда начну, чтоб маму чуток порадовать. Мы даже с ней договорились: если я начинаю тянуть гласные, значит, растягиваю времечко и кончу слова тогда, когда наступит выговариваемое время, а она тоже должна потерпеть-потянуть, и тогда времени этого достигнет. Игра стоит свеч, чтоб посдюжать немного.

Благодаря мне мама стала ориентироваться во времени вслепую. Раньше она выныривала, лишь раз-другой "затянувшись", то есть, напрягом имитируя вдох при зажатом горле и полных лёгких, "повиляв" животом, со мной же она стала выдерживать целые "валы" удушья, когда тебе коробит живот, нестерпимо хочется передёрнуться, чтобы хоть немножко отпустило и дало ещё продержаться. Живот словно судорогой сводит, когда он втягивается, между ним и трусами возникает щель, словно рыбьи жабры заглатывающая воду. Мне было слегка жалко родную мамочку, что ей так плохо, но я и довольна была, что она у меня такая сильная и выносливая. Поди, дольше матерей всех моих подружек может не дышать!

Мы перевалили за две и две с половиной минуты, но дальше застопорилось. Не могли подобраться к трём настолько близко, чтобы можно было себе представить, что идёшь на штурм. К тому же мама однажды увлеклась, слишком сильно "затянулась", ей "пробило" нос, зажим не выручил, и водичка обожгла носоглотку. Аварийное всплытие! С отчаянным кашлем и отплёвыванием. Вот когда мне пригодился купальник на себе! Всё ведь внимание моё на стрелке, как можно точнее засечь момент выныривания, а о себе и позаботиться недосуг.

Может, этот случай заставил мою ныряльщицу осторожничать, может, хлебок воды, когда она буквально взрывалась изнутри и решала чуток спустить углекислоты, да вовремя не закрыла рот, но затопталась она на одном месте со своим временем. И я поняла, что наступил момент, когда я могу "подтолкнуть". И придумывать ничего особенно не надо, а надо лишь вспомнить, как меня саму "подталкивает" тренер... не в смысле - в попку... а хотя бы даже и в попку, если это помогает мне двигаться дальше. Ну, вообще подталкивает, стимулирует, не даёт закиснуть. И переложить на мамин спорт.

Между громкими объявлениями секунд стала средним голосом вставлять реплики типа "Молодец", "Вчера спокойней лежала", "Ещё-ещё", "Поднажми", "Чуток осталось до рекорда", "Если можешь, то ещё, для меня". Тут надо знать, когда что сказать. Скажем, заметно, что мамино тело постоянно напрягается и его вот-вот передёрнет, трусы воду хлебнут, так я говорю: "Спокойней, спокойней, не дёргайся ещё пять секунд, десять, я скажу... теперь можешь" или "Вижу-вижу, перемирие хочешь нарушить, неймётся там у тебя некоторым. А ну, стоять!" - и ладошкой по ванне шлёпаю, будто нарушительницу по мягкому месту. Она напрягается "в другую сторону", борется с первоначальным напрягом и успевает сколько-то продержаться, пока её изнутри не сломит.

Мама потом говорила, что ей эти мои подначки сильно помогают, веселят, не дают махнуть на всё рукой и всплыть. Особенно прикольно, когда я ей это разрешаю. Скажем, тренировочный нырок на заранее заданное время, я объявляю "Два двадцать семь есть, конец, на всплытие" и громко щёлкаю кнопкой секундомера. Так мама нарочно ещё "покувыркается" сколько-то секунд, только чтоб дочке не подчиняться. А мне... нам обеим только этого и надо.

Тренировка только тогда тренировка, что в гимнастике, что в нырянии, когда ты превозмогаешь себя. Без этого, когда в охотку, а до предела не доходишь, можно только поддерживать форму, да и то с постепенным снижением. Не знаю, как там "в бою", на то он и бой, но в учении должно быть тяжело!

Но это не значит, что тяжело должно быть сразу. Наоборот, надо всячески облегчать состояние и оттягивать это "тяжело" как можно дальше. То есть сперва ты ставишь рекорд в "лёгком" терпеже, а потом пытаешь счастья в "тяжёлом". Два времени складываются, и чем больше любое из них, тем дольше и общее.

Между прочим, у нашего тренера для каждой из девчонок есть свои персональные слова, которые он другим не говорит. Даже двух сортов: во всеуслышание и на ушко. Не спрашивай, какие, это наш с ним секрет. По крайней мере, пока не спрашивай, а там как задружим... И потом, чего идти на готовенькое? Ты тоже можешь для меня что-нибудь ласковое придумать, негромкое. И я для тебя... уже немножко придумала даже, но погоди. Как задружим.

И я маме - особые, интимные словечки. Губы к самой поверхности воды подносила и шептала, словно в ухо, за глазами под очками следила. Мы с ней словно перешёптывались, и даже если её уже начинало корячить, то, вот не поверишь, отпускало на время. Она словно бы затихала, чтобы лучше расслышать дочку. А я нарочно говорила так неразборчиво, но ласково, чтобы мама подольше ко мне прислушивалась и тихо лежала. Зато потом её просто выгибало недуром!

Слышал, может, как моряки в шторм льют на воду китовый жир, чтобы она ненадолго успокоилась? Проскочат через тишь да гладь к берегу, а за ними море стократ разбушуется, всё в щепки разносит. Закон, знаешь ли, сохранения энергии. Вот и с мамой так. Вернее, с человеческим организмом.

Я пугаюсь и потом советуюсь, может, не шептать мне ласково-то. А она говорит, что ей даже приятно, когда её словно кто-то снаружи корячит, а она ни при чём, просто лежит, как на массаже или другой какой процедуре. Так-то ты чуешь, что тебе душно или ещё как неладно, и сама решаешь напрячься, чтоб полегчало. Или тебя начинает передёргивать, а ты, опять же волевым порядком, усиливаешь напряг и задерживаешь его, надеясь, что полегчает потом побольше и подольше. Волевые здесь действия, и ты потом можешь сомневаться, правильно ил поступила.

Иное совсем дело, когда тебя пересиливает собственное тело, скрытые пружины в нём. Словно ты с ног летишь, удержаться на них не можешь, и единственное, что тебе по силам - это повернуться так, чтобы упасть помягче, не так больно.

После таких передёргиваний-судорог, если ты не запаниковала и не всплыла, дальше терпится легче, чем после волевых напрягов. Тело само знает, как облегчить тебе участь. А я, шепча мамочке ласковые слова, отвлекаю её внимание и даю телу возможность справиться с удушьем самому.

Теперь уже можно идти на штурм трёх минут. Даже два штурма: в первый - переваливать за три одиночные разы, скажем, один раз за купание, во второй - чтоб при любом нырянии меньше трёх не было. Первый рубеж мы недавно прошли, теперь штурмуем второй, а планку "три десять" берём первым приступом, одиночным.

Ещё вот какой приём у нас на вооружении. Когда мамино тело выгибает, и я вижу, что силы её на исходе, то кладу секундомер, помогаю корчащемуся телу высунуть из-под воды голову и целую родного человека в губы, подольше норовлю, обнимаю. Вот где купальник пригождается, тем более, она меня тоже к себе, мокрой, притискивает. И норовит зажим с носа сбросить, потому что делать выдох в дочкин рот материнские чувства не позволяют. А выдох носом такой жаркий, углекислотный, по моему лицу что-то эдакое растекается...

Ничего, что я тебе такие сугубо семейные вещи рассказываю? Доверяю потому что... Потому, может быть, что ты только слушаешь и ничего не говоришь. Ты хорошо слушаешь. Умеешь слушать. По-моему, такие не предают, не злоупотребляют.

Подружка меня бы уже сто раз перебила!

А то знаешь, какие бывают шутники? В гимнастической секции у нас были уроки ритмики, ну, танцев, а партнёрами нашими были мальчики из танцевальной секции, а не свои братья-гимнасты. Те вольностей не допустили бы никаких. А этот... ну, был у меня постоянный партнёр там. Не ревнуй только меня! Не потому постоянный, что официально закреплён или нравился мне, а просто девчонки не хотели меняться кавалерами, вот и танцуй с одним, кто впервые достался. Наверное, кто-то сразу втюрилась, а другие не хотели, чтобы мальчики их сравнивали. Вот и установили явочным порядком "танцевальную верность".

Так вот, этот Кеша мне сразу не понравился, особенно, что он меня в упор разглядывал - не лицо, а платье, и силился - что под ним. Потом перестал. И однажды называет мне свой вес и просит назвать мой. Сравниваем - он малость легче. И говорит:

- Говорят, что если партнёры строго одного веса, то у них танец просто волшебный получается. Как бы нам уравнять?

И почему-то сразу пошла речь о том, как мне облегчиться, а не ему потяжелеть. Хотя мальчики-то в костюмах выступают, положи в каждый карман по плоскому камню - вот тебе и равный вес. Нет, обязательно меня надо попросить, чтобы не пила и не еле перед танцами. Хотя у гимнасток рацион и так небогатый.

Как я жалела впоследствии, что не посоветовала ему презрительно: "Больше каши ешь!"

Конечно, не помогло. Тогда речь пошла о моём пододёве. Не пододеваю ли я под платье корсет? Я с трудом сообразила, что это такое, но это бы он и рукой почуял, рука же в вальсе на моей талии лежит. А комбинацию? Если честно, мама зимой меня заставляла пододевать, платье-то для танцев лёгкое очень, не греет. Фи, какое старьё, прошлый век! Я так на это повелась, что готова была снимать пододёв перед танцами в туалете, но, к счастью, стояла тёплая погода и комбинашка моя отдыхала в комоде.

А не ношу ли я тогда лифчик? Спроси мальчик об этом просто так, без повода, или ему пощёчина, или мне со стыда сгорать. Но он же для дела, для выравнивания веса. Чуть ли не из "производственной необходимости"! Разочаровала - не ношу ещё. А если бы и носила - много ли граммов на нём выгадаешь? Вот бронированный корсет или солидный чашечный бюстгальтер типа маминого - это да.

Кеша перешёл к трусикам. И так хитро повёл речь, словно просто о сёстрах своих рассказывал. У старшей, почти уже девушки, узкая талия и широкий таз, и на ней хорошо сидят узенькие трусики, с боковушками-бретелями. А младшая в этом месте "бочка", и приходится носить трусы по талию, с тугой резинкой. И одни, если взвесить на руке, существенно тяжелее других... Немой вопрос: а как у тебя?

Я ему не сказала, конечно, что однажды взяла у подружки узенькие кисейные трусики - примерить, походить сперва дома, а там уж... Под гимнастический купальник всегда пододеваются большие трусы, чтоб меньше его пачкать своим телом, и лифчик-топик из тех же соображений. Ну, и мама меня дома застукала, шестым чувством угадала, что на дочери не те трусики, что ночью со всем остальным на стуле в изголовье отдыхают. А может, я сама вела себя подозрительно, притрагивалась к животу или оглаживала попу. В общем, мать имеет право бельём дочери поинтересоваться.

Только под её строгим взглядом поняла я, какие это неприличные трусики! Не успела сказать, что это подружкины, как получила указание взять иголку, цветные нитки, и вышивать на этой кисее в тех местах, что у девушки прикрыты должны быть. Мол, к чувству лёгкого облегания и свободы талии ты уже привыкла, тайно всё равно будешь носить, так своими ручками сделай трусики приличными.

Подружкины? Другое совсем дело. Просто отдай и не бери больше, ибо негигиенично. Купишь себе сама и садись за вышивание.

Да, те трусики и "на руку" были очень-очень лёгкими, невесомыми просто... Я пообещала Кеше, что облегчу трусы максимально. Он уж и рукой по моей попке елозил, проверял (только проверял, ты чего не думай!). И всё равно вес с весом не сходился.

Туфельки, носочки не имело смысла трогать, их вес "не играет". А что тогда? Не платье же с себя бальное снимать! И тут Кеша привёл мне в пример ламбаду. Её танцуют с голой кожей посерёдке, снизу - мотливая юбчонка, сверху - топик или... ну, типа верха бикини. И как легко в таком виде танцуется! Нет-нет, верчение попой он в виду не имеет, но и вальсу такой наряд пошёл бы только на пользу.

А у меня как раз был такой белый топ, правду сказать - детский, но у него низ затенён, словно подогнут, и вообще, выглядит так, словно его оттопыривает какая-никакая грудка. И юбочка белая коротенькая была - в балетном классе нас обязывали на фиолетовое или чёрное трико надевать короткую юбку. И вправду, чем чёрт не шутит, может, это и для вальса подойдёт?

Я в таком одеянии взвесилась, минус носочки, чешки вместо туфелек - и путём! Но нам с Кешей не удалось "волшебно" потанцевать. Он даже наступил мне на ногу (чешка!), когда педагог нас окрикнула - то есть, одну меня, из-за наряда. Главное, он обещал, что она увидит, как это здорово - танцевать вальс в ламбадной одёже, и разрешит. Разрешила, как же!

А потом Кеша хвастал мне, что помогает многим девочкам-гимнасткам осваивать "мостик". Трудно ведь попервоначалу отжаться от пола, лёжа на спине, даже если запросто делаешь это "от груди". Кто-то боится, что, рванув, не удержится на прямых локтях и упадёт снова, ударится головой. Вот мой партнёр и овладел из всего арсенала классической борьбы приёмом дожима стоящего "на мосту" борца до "туше", то бишь, лопатками к ковру. Дожимает таким макаром девочек, а они сопротивляются и тем укрепляют нужные мышцы. И затем, по снятии давления сверху, на энергии выбега лихо встают на прямые руки и даже ножку одну вверх вскидывают. Давай и я тебя так, а?

Но я отказалась от такой тренировочки, "мостик" у меня уже был поставлен. А о том, что так, или почти так, тренировал меня дома папа, умолчала. Пусть себе думает, что сам додумался. Странно только, что ни одна из девчонок не обмолвилась. Хранят тайну - или он всё выдумал?

Я ему в ответ тоже начала привирать, безобидно. Мол, мой класс - единственный в школе, где есть одновременно Аня и Катя. Ну и что, говоришь? А вот что.

Такой класс разыскивали старшеклассники. У них просто аховая ситуация по химии - никак не могут запомнить, как заряжены анионы, а как - катионы. И кому-то пришла в голову светлая мысль: хорошо бы, чтобы к ним хотя бы на большую перемену прибегали две девочки-младшеклассницы, и положительная Катя совершала бы хорошие поступки, а отрицательная Аня - одни дурные. Может, даже хулиганские... немножко. То-то запомнились бы плюс и минус!

Со списком хороших поступков пришлось помучиться, а с плохими так и вовсе тупик вышел. Всякие там растрёпанность, неумытое лицо, неряшливость - это очень младшеклассное и несерьёзное, а мы уже, строго говоря, скорее среднеклассницы, выглядим старше и солиднее совсем малышек. Ругаться, сквернословить? Тут уж учителя против. Толкаться? Сама шустрее отлетишь в сторону. А как ещё?

И тут Аня вдруг спрашивает:

- А если я подол задеру и трусики покажу, да ещё ладошкой по попке похлопаю?

Химичка была согласна на всё, лишь бы это происходило без учителей и давало эффект. И вот мы с девчонками собрались и с ходу набросали перечень запретных девичьих шалостей. Да так набросали, что Аня, читая, краснела и бледнела, а потом, заикаясь, отказалась проделывать самое, по нашему мнению, "вкусное". Но тогда это будет уже не делегатка от нашего класса! Не понимает, что ли, что просто девочку по имени Аня найти - пара пустяков?

И тогда кто-то спросил:

- А обязательно ли именно вот этой Ане представляться старшеклассникам анионной Аней?

И дальше:

- А ну, кто может и хочет исполнить всё по списку? Объявляем конкурс на делегатку "Аню"!

Нашлось несколько отвязных девчонок, плюс одна такая - в тихом омуте черти водятся. Пришлось устраивать конкурс на самую из них отрицательную. Как думаешь, кто победил?

Намёк на себя, а там пусть думает, что хочет. Ничего я его разыграла? Тебя бы вот так не решилась.

Между прочим, разыгрывать я научилась у своего тренера. Только ты молчи, а то этот "волшебный приём" не будет работать. После первых занятий в спортсекции выяснилось, что некоторые не могут в чём-то сдвинуться с места. Подтолкнуть бы - и всё пойдёт путём, но так прямо нельзя, сами должны. Как быть?

И тренер, наш Пал Саныч, сказал нам, что у него есть чудесный аэрозоль в бутылочке с пульверизатором, тонизирует, подгоняет, придаёт храбрости. И стал отстающих пшикать, причём вперёд осматривая, задумываясь и тщательно выбирая место. Одним - по оголённым рукам или ногам, другим - в закрытую купальником спину или живот, а у кого-то оттягивал кромку с ягодиц и пшикал в самую попку, и с декольте так бывало... И словно смазка хорошая действовала, всё начинало крутиться и вертеться.

А потом оказалось, что у него там была самая обычная вода, иногда - водка. То-то, следов на материи совсем не оставалось! Мы, как дуры, внушали сами себе, что должно помочь, и отбрасывали страх, а ничего такого и не было вовсе! Как же мы разозлились... а потом подумали и тренеру нашему похлопали.

С тех пор он подгонял отстающих одним словом: - Пшик! Ведь по-русски это означает пустяк, ничто. Твои страхи - пустяки, детка, вперёд!

Промеж себя, гимнасток, мы тоже не чурались розыгрышей. Приносит одна упаковку с шестью трусиками и одними иероглифами на коробке, говорит заговорщицки:

- Женская рулетка, девочки! Они неразличимы, но одни за день-два обязательно лопнут на тебе. Кто желает?

И тут характер каждой проявляется, как на ладони. Одни норовят незаметно уйти, другие медлительно раздумывают, третьи перещупают все экземпляры и несколько раз переиграют, четвёртые тянут трусы, словно билет на экзамене. Потом ходим, прислушиваемся к тому, что на теле, и даже под купальник рискуем пододевать. Всякая из нас думает, что на ком-то лопнут, но она молчит, чтоб другие нервы себе щипали. Наконец, выходят все сроки, и мы в раздевалке предъявляем друг другу трусики - все целые! Холостые все патроны в барабане. Розыгрыш.

В следующий раз все уже понятливо ухмыляются, и первыми лезут в коробку руки самых стеснительных. Смело пододевают. И что ты думаешь? В первый же день на половине рискнувших трусы лопаются! На самых стыдливых и в самый неподходящий момент. Тоже розыгрыш.

Чего ты улыбаешься? Можешь ли представить, что должна чувствовать девочка, изо всех сил разбегающаяся для опорного прыжка... и прямо перед трамплином на ней лопаются трусики? Или только что удачно сальтанула на бревне, вписалась в него ступняшками, грохнула - и тут на тебе, "тресь!"

Для многих это хуже боевого патрона в револьвере.

Подрастём - и на лифчиках будем такую рулетку устраивать. В ацетоне или там в этом, как его... в уайт-спирите будем размачивать самые уязвимые лямочки из синтетики, чтоб потоньшели.

А знаешь, кого мы промеж себя зовём "бабушками"? Ни в жисть не догадаешься, спорим на поцелуй! Испугался? Ладно уж, скажу. У одной нашей девчонки бабушка вяжет всякие женские вещи на продажу - от свитеров и кардиганов до сухопутных купальников "бабочка", знаешь, такие, с крылышками. И ей нужны манекены, чтобы на них примерять, проверять, а для продажи через Инет - ещё и фотографировать. Конечно, внучка пригласила подружек, то есть, нас, гимнасток, мы пришли в купальниках, немножко перед старушкой повыступали - и она отобрала некоторых, типичных по фигурам. Они ей манекенщицами и служат, а для нас в шутку они - "бабушки". Угощает она их регулярно за их работу. Иногда ведь даже прямо на них вяжет, по голому телу. А мы, остальные, смотрим - они и в гимнастике первые или как?

Заболталась я тут с тобой, не находишь? Но, по-моему, ты стал лучше ко мне относиться, да? Ну, тогда я напоследок кое-чем похвастаюсь. А то с этого разговор начинать неудобно.

К нам, в гимсекцию, регулярно приходят люди их самодеятельных театров или там школьных драмкружков, чтоб отобрать девчонок на роли статисток или мелкие какие рольки. Нет, нас это не обижает, мы в актрисы не стремимся. Кто стремится, те сразу в драмкружок и идут, и им некогда заниматься гимнастикой - разве что утренней, хи-хи!

От статистки что требуется? Стоять на сцене и демонстрировать красивое тело. А гимнастика что? Показ красоты тела в движении. Одно к другому. И у каждой нашей девчонки, отобранной в статистки, есть шанс своей гордой статью и гармоничным телосложением приковать к себе внимание зрителей - больше, чем актрисы на переднем плане. Некоторые, знаю, отыграв и еле переодевшись, бегут затёсываться в гущу зрителей на выходе и слушать, что там о спектакле говорят.

Так вот, я дважды выигрывала отбор. Первый раз это было скромно - в составе дюжины статисток. Видел фильм "Земля Санникова"? Помнишь, как они там невест выбирают? При постановке в драмкружке нужно много статисток, а настоящие актрисы между ними встают, актёры же знают, кого выбирать. Из наших уж точно не возьмут, мы им фон.

Режиссёр драмкружка выбирал нас так, чтобы встали в три ряда по пять человек, из них три актрисы, вот и покажется из зала, что много. А уж одежду сами подыскивали себе. Актрисы, девчонки не старше нас, были в каких-то лохмотистых платьях, свисающих клиньями там и сям. Им чего, им такие наряды в кружке шьют, а если своё платье пожертвуешь - возместят. А мы-то не актрисы, нам чего на столь малую роль свою одежду изводить? Ну, у кого было какое платьице изношенное, та его расклинь и раскрась, всё равно потом выбрасывать. А большинство пришли в лифчиках и лёгоньких юбочках... ну, не по улице в этом пришли, а когда переоделись перед сценой. Ну, ещё шали всякие цветастые и тому подобное.

Я пришла в том белом, в чём не станцевала вальс, помнишь? Да, низ топика подтемнён и кажется, что подогнут, облегая грудь. А другие в лифчики пихали вату, а то и у старших сестёр одалживали, матерей. В конце концов, это же выбор невест, а не партнёрш для танца, а у невесты грудь имеет большой размер... то есть, значение. Жених даже обязан на неё в первую голову глядеть, объяснил нам режиссёр, ничего тут такого нет. Ну, и приукрасить можно. Всё равно выбирающий пойдёт к своей партнёрше-актрисе, а не к той из нас, кто больше всех намудрила с бюстом.

Если хочешь, я покажу тебе дома, как была тогда одета. У меня и веточка хранится, ну, которую дают своим избранницам, чтобы они с ней от них улепётывали. На память взяла после спектакля. Тебе её тоже... покажу.

А вот во втором случае я выиграла конкурс уже сольно. Ну, одна из всей гимсекции. Там одна и нужна была. Где - "там"? Драмкружок ставил инсценировку по фильму "Полосатый рейс", видел такой? Ой, какие там тигры и лев! Взяли гидрокостюмы мужские и раскрасили, ну, и парики. Я просто балдела от таких блестящих тигров! И патлатого льва.

Для чего им понадобилась гимнастка? А помнишь, как там впридачу к тиграм дарят мешок, в котором потом оказывается обезьянка? На эту роль взяли маленькую, но смышлёную девчушку-дошкольницу, ох, как она забавно играла на репетициях! Но, после того как мешок подарен, от него все отворачиваются, как бы ненамеренно, и он должен упрыгать за кулисы. Помнишь этот момент? Так вот, девчушке это оказалось не под силу, валилась, хныкала - запретным человеческим голосом. У актрис повзрослее тоже не получалось подменить, да и тесен им мешочек. Вот и решили обратиться к нам, гимнасткам. Устроили конкурс.

И я его выиграла!

Да, лучше всех скакала в завязанном мешке. Тут и довольно маленькой надо быть, чтобы хотя бы сцена не тряслась от твоих прыжков, а то отвернувшимся будет трудно оставаться отвернувшимися. Не падать ни в коем случае, скакать крупными скачками, и вдобавок ещё ориентироваться, ну, сохранять ориентировку в темноте, чтобы упрыгать именно за кулисы, а не свалиться в оркестровую яму и не пихнуть в спину отвернувшегося капитана.

Кто-то скакал лучше меня, кто-то точнее ориентировался, но объединить все качества смогла только я.

Конечно, приходи на этот спектакль. И не просто приходи. Раз мы уже подружились, я тебя кое о чём попрошу. Причём секретном. Нас никто не слышит? Какая-то тётка подозрительная вон там сидит, с самого начала нашего разговора. Давай хотя бы отвернёмся, что ли... В ухо я ещё не решаюсь тебя целовать... ну, шептать то есть.

Так вот, там буфетчицу, ну, укротительницу тигров Марианну, играет старшая сестра той "обезьянки". Ей, ясное дело, неприятно сознавать, что её крошка не всё может и надо вот брать дублёршу. И она не то чтобы ко мне враждебно относится, но так... подначивает. Я не поддаюсь, но вчера она зарвалась, и я её вызов приняла. В расчёте на твою помощь, понимаешь? Вчера я и решила с тобой серьёзно поговорить сегодня.

Видишь, какое дело... Эта самая Юлия провокационно так сказала, что я ни за что на свете не решусь залезть в мешок совсем нагой. Дело в том, что в мешок залезаю в раздевалке, у них она смешно зовётся уборной, и меня, то есть мешок, берут и относят на сцену. А вот когда я упрыгиваю, то прямо за кулисами мешок и развязывают, меня выпускают. Нет смысла куда-то нести, да и воздух в завязанном мешке спёртый.

А за кулисами стоят, в том числе, и мужчины. Даже больше мужчины - рабочие сцены, режиссёр, свободные актёры... Перед ними, ясное дело, нельзя без ничего вылезать. Вот противная Юлия этим и подначивает. Не посмеешь, мол.

А я и думаю: будь у меня верный друг, он отнёс бы мешок обратно в пустую уборную, развязал, не открывая, и я вполне могла бы... ну, выиграть пари. Или, если силёнок не хватит... не обижайся, пожалуйста, я же вижу, что ты не тяжелоатлет, а попробовать меня поднять, наверное, не решишься. Так вот, он, то есть ты, мог бы хотя бы отодвинуть мешок к стене... или просто потянуть, а я сама попрыгаю. И там, за спинами стоящих за кулисами, развязать узел, а сверху накинуть халат. Я выпрямляюсь - и уже в халате, ловко, а? Бельё нижнее потом надену, в уборной.

Так вот, я тебя не спросила, а уже заключила пари. Ковала железо, пока горячо, пока не одумалось оно и не откатило. Знаешь, что она на кон поставила? Если проиграет, то пробежит по дневной улице три квартала совсем нагой! Представляешь? Правда, в такой дневной час, когда одни машины и прохожих почти нет, но и слова не было о том, что нельзя поставить где-нибудь незаметненько друга с фотоаппаратом. Или даже видео поснимать.

Ну как, поможешь мне с этим пари? Больно уж хочется мне видеть её голые ляжки на светлой улице, отбить охоту дальше надо мной прикалываться. Тоже мне, укротительница! Тигры-то фальшивые, а лев - он только по имени Лев. Или даже, кажется, Львович всего лишь. Я же лучше любой обезьяны в мешке прыгаю. Кстати, и это могу дома показать. Только мешок чистым должен быть, а то расчихаюсь. Ну что, пойдём ко мне? Прохладно что-то становится... И та тётка вроде как уже записывает что-то себе. Вставай! Ты, я вижу, парень мировой. Если гимнастка выбирает мальчика совсем неспортивного, это что-нибудь да значит!