# Волчок Корнеля

Денис, Левин Лазарев

ВОЛЧОК КОРНЕЛЯ


Колодец оказался сразу за поворотом. В нем Лорх нашел запах стоячей воды и свое отражение. Больше ничего не было, хотя в колледже его уверяли, что на дне находится Волчок Корнеля -- странное мифическое образование, способное придать новые качества своему владельцу.

А немного позднее Лорх услышал о Волчке и о Корнеле от аптекаря Рэрита, который всегда закрывал глаза на его возраст и разговаривал с ним как с равным, а иногда, если рядом никого не было, даже наливал стакан брусничного бренди. Лорх хорошо запомнил вечер после того, как сдал последний экзамен и поступил в этот дурацкий колледж Инкрустированных Поверхностей. Они сидели как старые друзья, Рэрит даже запер аптеку и теперь, поминутно оглядываясь и втягивая голову в плечи, будто опасаясь чего-то, поведал Лорху историю Корнеля и тайну Волчка.

Корнель был старым фермером, хозяином хутора Павейц в двух милях от Мерая. Когда-то у него была семья -- жена и двое сыновей. Дела на хуторе шли неплохо, и соседи не без основания предполагали, что у Корнелей водятся денежки. Однако, вскоре началась Война Трех Армий, и сыновей, одного за другим, призвали в войска Федерации. Не прошло и двух месяцев, как они погибли. Случилось так, что извещения о смерти пришли в один день. Жена хозяина села в кресло, положив перед собой фотографии детей, и замерла. Никто не видел, чтобы она двигалась, никто не слыхал от нее ни звука. Через десять дней после ужасного известия ее не стало. Старый Корнель похоронил жену, пришел в Мерай, встал на площади перед городским судом и принялся палить из револьвера. Он стрелял до тех пор, пока вокруг не собралось все взрослое население городка. Тогда он во всеуслышание объявил, что Бог его проклял, и что он сам теперь проклинает Бога, потому что знает, как сделать машину, которая его заменит.

После этого он пошел прочь. Люди молча расступались перед ним, и с тех пор его никто не видел. Хутор простоял заброшенным много лет, пока не сгорел во время сильного лесного пожара.

Теперь, сидя рядом с неподвижной колодезной водой, Лорх думал, что Рэрит мог обмануть его: вздумалось пошутить, вот и все. Но слишком уж серьезный вид был у аптекаря, когда он рассказывал свою тайну. И обстоятельства, при которых Рэрит познакомился с Лорхом, казались случайными только на первый взгляд. А при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что они тщательно спланированы Рэритом: вся небрежность их встречи, случайность приглашения именно после экзаменов, когда так хотелось отдохнуть от скучных геометрических построений... Рэрит рассчитал даже спокойный закат, настраивавший на передачу тайны.

Нет сомнения, что Рэрит, часто ошивавшийся перед ратушей с передвижным столиком с разными скляночками и пилюльками в ярких упаковках, которые он на все лады расхваливал, но которые у него никто не покупал, давно заприметил Лорха. И, наконец, сделал так, чтобы тот пришел к Колодцу.

Впрочем, Лорху было не столь уж важно, зачем старый аптекарь вовлек его в поиски Волчка. Впереди оставалось еще два летних месяца, заняться было абсолютно нечем, и он с удовольствием отдался течению судьбы.

Колодец был невелик: серый от дождей сруб, заросший мхом; стенки, уходящие вниз, туда, где из воды шли пузырьки... Лорх помотал головой, отгоняя наваждение. Действительно, еще минуту назад спокойная, поверхность воды теперь бурлила, как будто откуда-то снизу поднималась раскаленная железная плита.

В зарослях ольхи вскрикнула иволга, в лесу стало темно и неуютно. Кипение в Колодце прекратилось, но вода стала подниматься вверх и с судорожными толчками выплеснулась на дорогу. Колодец опустел, и влага медленно высыхала на бревнах.

Лорх пробормотал заклинания и бросил в Колодец щепотку порошка, которую ему вручил Рэрит. В глубине вспыхнули оранжевые отблески; раздался тонкий свист, похожий на звук спускаемого пара.

И тут же заговорили два голоса, торопясь и перебивая друг друга.

-- Кто он?

-- Он наш друг.

-- Почему он один?

-- Потому что нет других.

-- Почему он здесь?

-- Это его время.

Через несколько минут все смолкло. Лорх напрасно заглядывал внутрь: свет погас, и Колодец начал вновь заполняться водой.

С этим он и пришел обратно к Рэриту. Аптекарь усадил его и принялся расспрашивать обо всем. После рассказа Лорха он задумчиво пожевал мятную лепешку и сказал:

-- Ну что ж, на первый раз неплохо. И не такие люди пытались узнать тайну Колодца и завладеть Волчком. Хочу тебе сказать, что у них это получалось еще хуже. А ты молодец. Я бы и сам попробовал, да мне путь туда заказан, так что на тебя вся надежда. Но времени до октября все меньше, и надо торопиться, ведь в этом году истекает срок, отпущенный Корнелю.

Лорх стал регулярно наведываться к Колодцу. Приятно было прислониться к срубу и слушать еле слышный плеск воды, заменявший Колодцу мысли. Но чуда больше не повторялось, несмотря на многочисленные заклинания Рэрита и его волшебные порошки.

Однажды Лорха, сидевшего у Колодца, застала шайка местных гопников.

-- Послушай, ты поверил сказке этого выжившего из ума старикана? Ты знаешь, что он двадцать лет провел на каторге за убийство фермера и его семьи в Павейце? А дело-то было из-за двух полудохлых коровенок.

Лорх почувствовал, что дальнейшая дружба с аптекарем может повредить его репутации. Тут ему в приятели подвернулся тип, помешанный на спортивных автомобилях. У него водились денежки, красивые девчонки липли к нему. Лорх стал его закадычным приятелем.

Про голоса, услышанные им у Колодца, он и думать забыл. Мало ли когда голову напечет...

Однажды, возвратясь с веселого пикника в соседнем городе, Лорх уныло отходил от впечатлений, попивая кофе на своей веранде. Задумавшись о чем-то, он пропустил миг, когда в комнату вошел Рэрит.

-- Я все думал о тебе. Напрасно ты так сразу бросил это дело. Дело стоящее.

-- Как вы сюда попали? -- спросил Лорх.

-- Никак не попадал. Я здесь уже давно, уже забыл, сколько лет. Все тебя дожидаюсь.

-- Никуда я больше не пойду -- хватит с меня вашей чепухи. Кстати, это правда -- насчет фермера?

-- Корнеля? Конечно. Зачем мне врать? Впрочем, ты можешь обо всех подробностях справиться в мэрии. Или у самого Корнеля.

-- Вы прекрасно знаете, что я имею в виду.

-- Клянусь тебе, нет.

-- Я говорю об убийстве четырех человек в Павейце, которое совершили вы!

-- A-а... Но я никого не убивал. Во-первых, тем фермером был я сам, а, во-вторых, та семья попросту исчезла, оставив мне двух коров, которых я когда-то спас своими порошками. Они, кажется, подались на Юг. Что касается Корнеля...

-- Я не желаю с вами разговаривать!

-- ...то он -- вполне реальное лицо, и грешно в этом сомневаться...

-- Я не желаю вас больше слушать!

-- ...и на твоем месте...

-- Вы мне надоели!!! Вон! -- завопил Лорх не своим голосом, и, видя, что Рэрит пытается ему возражать, взял его за шкирку и вывел из дома.

У подъезда стояла тележка аптекаря. В нее Лорх посадил злополучного искателя приключений и мягко толкнул эксцентричный экипаж под горку. Подпрыгивая и теряя разноцветные бутылочки, тележка помчалась вниз, и визит Рэриха к Лорху завершился в зарослях густой крапивы.

Почему-то следующий день Лорх опять оказался у Колодца. С усмешкой он подошел к трухлявым бревнам, и когда заглянул в воду, кто-то мягко тронул его за плечо.


Именно таким он и представлял себе Корнеля. Невзрачный, грязный фермер, будто только что вылезший из коровника. Морщинистое, коричневое от солнца лицо... От него пахло псиной, а одежду покрывал тончайший слой плесени.

-- Я пришел поговорить с тобой, парень, -- медленно выговорил Корнель.

-- Что вам от меня надо?

-- Не кричи. И не беги от меня. Я щедро вознагражу тебя.

-- Мне ничего не нужно!

-- Не говори глупостей. Ты не волен распоряжаться собой. Ты -- такой же, как все, ничем не лучше других. Но ты один из всех приходишь к Колодцу. Приходил и будешь приходить.

-- Я больше никогда не приду сюда, -- усмехнулся Лорх.

-- Нет, ты будешь приходить.

Лорх молчал. Что надо от него этому покойнику?

-- Я очень стар, -- продолжал Корнель. -- Когда-то я произнес слова, за которые теперь расплачиваюсь. Я не могу оставить этот мир. Мне надо кому-то передать свою тайну. И вот я встречаю тебя у Колодца. Мне нужно, чтобы ты меня выслушал.

Лорх кивнул со скучающим видом и сел у Колодца.

-- Много лет назад, когда ты еще под стол пешком ходил, Рэрит все мне о тебе рассказал, -- начал Корнель. Аптекарь всегда умел видеть будущее. Но далекое будущее - как память. О нем забываешь. И кое-что он еще вспомнил, а я не узнал. Слишком многое теперь изменилось. Должен сказать тебе, что ты напрасно прервал свои посещения Колодца, твой первый опыт получился весьма удачным. Короче говоря, я нуждаюсь в человеке, который бы смог взять себе мой Волчок. Только тогда я смогу успокоиться. Кто-то должен остаться здесь и взять на себя крест, который я тащу уже шестьдесят лет. Я хочу, чтобы ты стал этим человеком. Если ты согласишься -- я расскажу тебе все, если нет -- заставлю, это в моих силах. Тебе обладание Волчком не доставит никаких неприятностей, напротив, - принесет множество выгод. А если тебе надоест это, то найдешь себе замену, как я сейчас, и можешь отправляться хоть к дьяволу.

Лорх все молчал, и Корнель рассказал ему о том, что случилось после его ухода из Мерая.

-- Револьверный дым не успел еще рассеяться, как я был у Колодца. Это место замечательно, оно дает возможность сосредоточиться до такой степени, что начинаешь проникать в суть связей, которыми пронизан наш мир. Когда я подошел к Колодцу, во мне не оставалось нечего, кроме тяжелой обиды, нанесенной извне. У меня не было ни мыслей, ни идей, ни желания что-либо делать. А позади оставались мертвая жена и мальчишки, ферма, Мерай, проклятие, обращенное к Богу и обещание, данное людям. Я просидел у воды двое суток, и постепенно все ушло. Еще через несколько дней у меня начали появляться первые проблески... Нет, не стану тебе ничего подробно описывать -- сам поймешь в свое время. Уже через месяц я начал работать над Волчком, еще не зная, что это -- Волчок, и не догадываясь о том, что он сделает со мной. Тысячи ошибок стоили мне долгих лет поисков. И даже когда я закончил, я еще не подозревал о том, какие силы действуют на Волчок. Я не знал, что создал. И я начал учиться.

-- Все это скучно, -- сказал Лорх. -- Учиться мне предстоит в колледже. А летом я хочу отдыхать. Голова не чердак, чтобы забивать ее ненужными премудростями.

-- Но ведь обучение уже началось. Сам того не замечая, ты уже что-то узнал о Волчке. Во время наших бесед он будет открывать тебе все новые и новые стороны, пока в один прекрасный день ты не поймешь, что знаешь Волчок...

-- Ерунда, -- сказал Лорх, -- есть вещи поинтереснее Волчка.

-- Хорошо. Видно, придется показать тебе частицу его могущества.


Корнель щелкнул пальцами.

Вместо старика перед Лорхом оказался мощный детина с налитыми кровью глазами и развитой мускулатурой. Он раза в три превосходил Лорха в плечах и был выше на целую голову.

-- Ты не поверил Корнелю-старику. Жалко, -- произнес он сквозь зубы, -- придется нам теперь слушаться Корнеля-молодого. Будем паинькой, и тогда, наверное, Корнель нас отпустит домой.

Он хлопнул в ладоши, и от звука его хлопка Лорх слегка вздрогнул. Ему стало немного зябко для такой хорошей погоды.

-- Ну, что будем делать? -- лениво спросил Корнель.

-- Не знаю.

-- Тогда гляди. Смотрим внимательно -- выигрываем обязательно.

Корнель подошел к Колодцу и установился на него своими бычьими глазами. Трухлявые бревна с треском обрушились, в воздух взлетели щепки, расплющенное ведро сорвалось с цепи. Потом вся земля вздрогнула и просела. Несколько секунд слышалось шуршание струек песка, потом и оно умолкло.

Колодец был засыпан.

-- Теперь смотри еще внимательнее.

Земля снова загудела, пласты песка поднялись из глубины и мгновенно обросли дерном. Ведро, как будто надутое воздухом, зацепилось за цепь, звякнувшую в образовавшейся пустоте. Из отверстия выскочили бревна и доски, образовав сруб; мох и древесная пыль возникли прямо из воздуха и аккуратно всосались в щели Колодца.

Лорх молчал. Его слегка мутило.

Детина похлопал рука об руку и прыгнул в Колодец. Всплеска не последовало.

Лорх повернулся и пошел прочь. Он без труда сообразил, что этот великан произвел бы незабываемое впечатление и на гопников и на девчонок. С таким громилой стоило дружить, ну а для начала стоило наладить хорошие отношения с Рэритом. Возможно, старик все еще обижается на него за шутку с тележкой. Лорху захотелось объясниться, и вот уже через несколько дней он отправился к Рэриту. Благо, предлог для визита имелся: Мерай одолели мухи, а для борьбы с ними Рэрит разработал какой-то порошок.

Лорх не придумал ничего лучше, как зайти в лавочку Рэрита и купить там порошок от мух.

-- Извините, что погорячился тогда, -- буркнул Лорх, рассматривая дохлых насекомых на подоконнике -- наглядную рекламу замечательного средства. Впрочем, у некоторых мух оказались оторваны крылья. Видно, когда старый плут думал, что его никто не видит, он собирал дохлых мух и приносил их на подоконник в рекламных целях.

Не составляло особого труда заметить, что Рэрита так и распирает от самодовольства. Лорха это не удивило.

-- Ты посмотри, что я намешал туда: 3 грамма буры, 8 грамм меда, немного извести, катышки мышиного помета и еще щепотку средства, которое люди называют "львиный коготь". А результат? Просто потрясающий! Готов биться об заклад, что скоро в Мерае не останется ни одного дома, где бы не валялись горошки "Рэри-тес". Кстати, их жевать тоже можно!

Последние слова Рэрит произнес шепотом, как будто открывая Лорху еще одну великую тайну.

Про побочное назначение порошка молодой человек решил не уточнять, но аптекаря, что называется, прорвало.

- Да, да, этот львиный коготь - целый прорыв в фармацевтике. Зажуешь горошину, и будешь балдеть как минимум неделю. Глюки - реал сто процентный.

Глазенки Корнеля зыркали весело, как будто он сбросил несколько десятков лет. Лорху стало как-то не по себе, и в какой-то момент он перестал корить себя за шутку с тележкой. Необходимо было сбить Рэрита с оседланного им конька.

-- Я пришел поговорить о Колодце, -- мрачно сообщил Лорх. -- Вы знаете, что его больше нет?

Расчет оказался верным. Тема колодца интриговала старикана не меньше горошков и беседа приняла другое направление.

-- Что ты мелешь? Колодец будет попрочней всей Земли и всего, что на ней понаставлено. Даже Корнелю не под силу ничего с ним сделать, а Корнель...

Рэрит осекся и с опаской взглянул на Лорха. Аптекарь смекнул, что сболтнул лишнего, того, о чем распространяться ему совсем не хотелось. Но Лорх стоял, равнодушно постукивая жестянкой с "Рэри-тесом" о прилавок и, казалось, ничего не замечал.

-- ...а Корнель когда-то был очень силен, -- вывернулся Рэрит и вытер пот со лба.

-- А он и сейчас есть. Вам это неизвестно? Бугай, каких мало. И он сломал Колодец, при мне. Вам что, нужны какие-то особенные доказательства?

-- Да-да, конечно, времена, они меняются... И он оставил Колодец сломанным?

-- Ну-у, нет. Он его очень быстро... починил.

-- Починил?

-- Ну да. Починил, а потом собрал обратно.

-- Как это?

Лорх понял, что запутался и рассказал Рэриту обо всем. Аптекарь выслушал его внимательно, но без любопытства.

Когда Лорх замолчал, Рэрит осмотрелся: в аптеке их было только двое. Потом он выглянул в окно -- улица была пустынна. Тогда он защелкнул замок, подошел к Лорху вплотную и заявил:

-- Запомни: никто, а Корнель в особенности, не может разрушить Колодец. Знаешь почему? Потому, что Колодец -- это корпус Волчка, футляр, в котором покоится сия драгоценность. Ты считаешь меня за сумасшедшего, и ты прав. Ты повелся на эту удочку, как и окружающие. Я вынужден прикидываться придурковактым, чтобы никто не догадался о моих истинных намерениях. Если поможешь мне - тебе достанется сила Влочка и власть над людьми. Так как, поможешь?

Лорх не мог понять, придуривается Рэрит опять, чтобы, как он выразился, обладать властью над людьми, или на этот раз говорит серьезно. Вдобавок, эти горошки... Ну и как теперь к нему относиться?

Его выжидающе настороженный вид, должно быть, испугал старика.

- Сейчас, вот сейчас, я покажу тебе, - залопотал он, высыпал пригоршню Рэри-тес себе в ладонь, и не задумываясь отправил в рот несколько, помусолил беззубым ртом и проглотил.

- Сейчас, сейчас, - пробормотал он, скрючившись.

Его лицо стало покрываться пятнами. Похоже, он ожидал, что снадобье придаст ему необходимую степень так и не приходившего красноречия, чтобы убедить в своей правоте Лорха. Молодой человек не стал дожидатся, пока Рэрит откинет коньки прямо в собственной аптеке, и перехватил его руку с летальной дозой.

-- Погодите! Я согласен.

Рэрит медленного приходил в себя. Он высыпал на трясущуюся ладонь щепотку какой-то сушеной травы, видимо антидота, и проглотил ее, громко лязгнув зубами. ТУТ НАДО БЫ ОПРЕДЕЛИТЬСЯ Потом он посмотрел на Лорха с каким-то торжеством. Не дай Бог, сейчас опять начнет про горошины, подумал Лорх, и пустил в ход испытанный прием.

-- Вы меня слышите? Я согласен. Но для этого я должен знать все.

-- Слушай же, -- медленно сказал Рэрит. -- Еще ничего не понимая в Волчке, я уже знал, что он существует. Частенько, встречаясь с Корнелем в лесу за сбором трав, я разговаривал с ним об этом. И, чем больше я узнавал, тем меньше я понимал. Иногда мне казалось, что я даже знаю, что такое Волчок. Недоставало какого-то мельчайшего штриха, чтобы он пришел в движение. Но это очень важно -- чтобы он завертелся, это самое главное. В этом мы с Корнелем соглашались. Но через мгновение я снова осознавал, как ничтожно низко я стою перед Волчком, я, пигмей, божья коровка, которую ничего не стоит растоптать.

Старческие глаза Рэрита слезились. ОН СБРОСИЛ ГОДЫ ИЛИ НЕТ? Он, не мигая, смотрел на огонь зажженной свечи.

-- Масла в огонь подливал Корнель, -- продолжал Рэрит. -- Этот человек для меня -- загадка. Его биография кажется мне приставленной к нему, как пятая нога к собаке. Он знает, что такое Волчок, или, по крайней мере, подошел близко к этому знанию. Может, он -- сам Волчок и есть. Я не знаю этого.

Лорх слушал аптекаря со сведенным то ли от негодования, то ли от сочувствия лицом, мрачно уставившись в пол. Рэрит продолжал:

-- Чем больше я узнавал о Волчке, тем больше мне хотелось понять его. И тем меньше мне это удавалось. И вот однажды произошло непоправимое. Он сломал мне жизнь. Осознав, что я не отступаюсь от Волчка, Корнель спокойно пустил его в меня. Я уже понимал тогда, что Волчок невидим и неосязаем ни для кого, кроме меня и Корнеля. Я ощущал его присутствие практически каждую секунду. Он вращался и плясал с бешеной скоростью, как порожденный человеком демон, жестокий и черный. В короткий срок он седлал из меня мумию. Я думал, что живу, но я медленно умирал. Единственное желание, которое во мне осталось -- понять Волчок.

Тут Рэрит заметил, что Лорх перестает слушать его. Его внимание стало рассеиваться от долгой эмоциональной речи старика. Рэрит заговорил скороговоркой, стараясь быстрее закончить:

-- Настал момент, когда Волчок всосал меня до конца, использовав мой мозг как плоскость для своего движения. Я уехал в Павейц, женился, завел ферму... Но Волчок не оставлял меня. Ты знаешь, чем это кончилось. И тогда...

-- И тогда ты умер, Рэрит, потому что был слишком болтлив.

Лорх вздрогнул. В двух шагах от Рэрита стоял Корнель и ухмылялся, показывая ровные крепкие зубы.

-- И тебя похоронили, и никто не стал плакать о тебе. А твой юный помощник исчез и, говорят, что он стал новым полем для вращения Волчка Корнеля.

Все это он проговорил с самым добродушным видом. Лорх посмотрел на Рэрита. Аптекарь был неподвижен, и пламя свечи поблескивало в его безразличных глазах.

-- Пошли, -- сказал Корнель Лорху, распахивая дверь, -- нельзя терять время. Волчок не может ждать.

Лорх поднялся и вышел вслед за ним.

У Колодца Корнель повернулся к Лорху и сказал:

-- Слишком поздно что-либо менять. Волчок сам выбрал тебя, тебя первого, понимаешь? Не бойся ничего, что бы не случилось. И будь счастлив.

Он подвел Лорха к Колодцу вплотную и положил его руки на влажное дерево.

Сруб загудел, бревна на мгновение стали прозрачными, и Лорх увидел в каждом отрезке волокна себя и судьбы тысяч людей, которых он узнавал только теперь; они сливались и рассыпались яркими брызгами. Потом все померкло, и Лорх ощутил странный трепет внутри себя. Вскоре дрожь перешла в плавное и мощное вращение, соединяющее в себе все движение мира, все части разнесенного на головокружительные расстояния пространства, все фрагменты бытия.

И, прежде чем Лорх окончательно перестал помнить себя, он понял, что Волчок начал свой бег в нем, что это движение неостановимо.

А в следующую секунду Лорх распался на других Лорхов, на мириады частиц, которые закрутились и исчезли совсем.

Когда вращение Волчка унесло Лорха куда-то вверх и вперед, из-за Колодца вышел Корнель, весьма довольный собой и заметно помолодевший. Он взглянул на звезды, весело сплюнул и пошел по дороге в город.

Рэрит все еще сидел на стуле. Свеча почти догорела, и первые лучи солнца уже падали в окно лавочки. Корнель потряс аптекаря за плечо и сказал:

-- Эй, лекарь, вставай, не выспался еще, что ли? Я тут решил сделать тебе подарочек.

Рэрит очнулся, провел рукой по глазам и спросил:

-- Который час?

-- Да какая тебе, к черту, разница? Я знаю, что сейчас -- двадцать лет назад, или сколько там стукнуло твоему парню? Двадцать лет назад, и Волчок движется!

-- Движется? -- вид у Рэрита был осоловелый.

-- Конечно. Посмотри-ка на себя.

Корнель пододвинул зеркальце, и Рэрит уставился в него. Потом он вскочил с легкостью, странной для его возраста, и крикнул:

-- Не может быть! Где я? Корнель, скажи ряди всего святого, где я?

-- Дурачок ты, -- ласково сказал Корнель, -- я же объяснил -- в собственной аптеке. Все подробности, я думаю, мы вскоре выясним. Бьюсь об заклад, твое здоровье заметно поправилось.

-- О, просто нет слов, -- Рэрит с наслаждением сгибал и разгибал руки. -- Неужели у тебя получилось?

-- Ну да, старая твоя башка!

Они захохотали и бросились обниматься.

-- Подожди, -- вдруг сказал Рэрит, -- а что с Лорхом?

- Парень съел порошок не из той коробочки. Сначала я хотел остановить его, но потом вспомнил его отношение к старшим и решил немного его проучить. Пускай сам выворачивается из этой ситуации.

- Так где же он? - спросил Рэрит.

- Да вот же, - усмехнулся Корнель, - посмотри-ка на улицу.

На краю дощатого тротуара сидел, скрестив по-турецки ноги, мужчина пятого десятка, в одежде подростка, и недоуменно рассматривал свои большие жилистые руки. Вот он нашарил в кармане зеркальце, и по-видимому, отражение нанесло серьезный удар по его психике. Увидев свое лицо, его губы беззвучно зашевелились, глаза заморгали, и он задергался как кузнечик, то ли в полуобмороке, то ли в приступе гомерического хохота.

- Он не сошел с ума? - участливо спрсил Рэрит, - может, принести ему воды?

- Не стоит, - расхохотался Корнель, - готов спорить, что он побежит к Колодцу. Там воды предостаточно.

- Но что произошло, Корнель?

- Как тебе объяснить? Волчок действует по принципу... Впрочем, ты все равно не поймешь.

-- Заканчивай уже, если начал объяснять.

- Ну хорошо, попытаюсь. Видишь ли, около Колодца растет не только Львиный Коготь, но и маленькая, незаметная травка, которую я называю Фея Волчка. Она похожа на Коготь, но их часто путают. Если сожрешь Львиный Коготь, просто улучшается настроение, а Фея Волчка работает по-другому. В малых количествах она погружает человека в сон. Но при определенных обстоятельствах, когда звезды занимают особое положение, двое, съевшие разные травки, как бы меняются своим возрастом. Вот почему ты сейчас в возрасте юноши Лорха, а Лорх - в возрасте старика аптекаря.

Юноша Рэрит взволнованно поглядел на постаревшего Лорха, физиономия которого начинала приобретать какие-то следы осознания происходящего.

Корнель угадал его мысль.

- Думаю, что опасаться его не стоит. Сдается мне, что это будущий изобретатель какой-нибудб сладкой газировки, которую будет хлебать весь мир. Ведь ты отдашь ему права на Львиный Коготь, на что тебе теперь это?

- Ты прав, Корнель. Как ты дошел до всего этого?

- Не я дошел, Рэрит, Волчок сам мне все разъяснил.

- Почему?

-- Ты знаешь, Волчок сам подбирает себе людей, в которых может происходить его вращение. С тех пор, как я стал обладателем Волчка, он выбрал только двоих -- тебя и этого мальчишку. Я не в счет. Когда мы с тобой шатались по лесам, у меня было большое искушение испытать Волчок в действии. Но за годы изгнания я так соскучился по нормальному обществу, а ты стал для меня самой подходящей компанией, и я к тебе привязался. Поэтому, все, на что я решился -- это запустить Волчок вхолостую. Ты это хорошо ощутил, и за это я перед тобой в неоплатном долгу. Когда-нибудь я тебе расскажу, что из этого вышло. Но я верил в судьбу и знал, что она пошлет мне еще одну подставочку для Волчка. Так оно и получилось: Волчок выбрал себе этого парня -- ума не приложу, что он в нем выискал! Но такие мерзкие и невоспитанные типы редко попадаются. Ты не веришь, но у меня просто порой руки чесались, когда я видел, как он себя ведет, как он с тобой разговаривает. Хам! Да в мое время за такие штучки его...

-- Не отвлекайся, Корнель, -- сказал Рэрит своему расходившемуся другу.

-- Ну, ладно. Хотя, это собственно, и все. Остальное ты сам прекрасно знаешь -- ты с ним общался поболе моего.

-- Не пойму только, что заставляло меня это делать...

-- Что именно?

-- Возиться с Лорхом, тратить время и нервы. Я же ничего не знал про твои планы.

-- Понимаешь, Рэрит, ты уже побывал в лапах у Волчка. А он никогда никого не отпускает, вот все что я знаю точно. Первым его хозяином - и первой жертвой - стал я сам. Потом был ты. И Волчок в тебе сейчас молчит, не движется, но он -- в тебе.

-- Он движется в Лорхе?

-- Еще как! Ему никогда и не снилось подобной скорости!

- Так значит, он тоже будет искать себе жертву?

- Несомненно. Бьюсь об заклад, что он уже начал! Так что держись подальше от Лорха!

Приятели захохотали.

Молочник Баон, кряхтя, прошаркал мимо аптеки; каждое утро он наполнял молоком бидончики, оставленные у дверей.

-- Смотри-ка -- Баон, -- удивленно сказал Рэрит. Он никогда не приносил мне молоко. Что ему тут надо?

- Смотри, сейчас увидишь, - Корнель заговорчески толкнул приятеля локтем а бок, - скорее, надо не ему, а Лорху, чтобы он тут появился!

Лорх встал с обочины и, широко улыбаясь, направился к Баону.

- Не спеши, дружище, я должен открыть тебе одну тайну...