Кириллова Наталья Юрьевна: другие произведения.

Нимфа. Часть 2. Маски большого города. Глава 8

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Индия бежала, не разбирая дороги. Навстречу ей попадались какие-то люди, с некоторыми она сталкивалась, кого-то задевала, в кого-то врезалась на полном ходу. Скорее автоматически бормоча бессмысленные извинения, она продолжала бежать, не замечая удивлённых взглядов и осуждающих перешёптываний. Никто из них даже и не подозревал...
  Одно дело предполагать, что муж тебя не любит и изменяет. Совсем другое - своими глазами видеть ту, что завладела его сердцем и разумом, своими ушами слышать, что любит он её, а не тебя. И, оказывается, полюбил до того, как женился на тебе. О великая, милосердная Создательница, почему, почему Рэнд сделал ей предложение, если уже любил Элодию? Зачем он уговаривал её согласиться, если мечтал о другой? Почему, трепетно взяв её за руку, так нежно, проникновенно признавался в любви, если понимал, что лжёт? Зачем, ну зачем он мучил её надеждами на их светлое совместное будущее? Неужели он не догадывался, что прежде всего обманывает себя?
  Оставив подружек щебетать о мужиках и шмотках, Индия отправилась за Рэндом, стараясь держаться на расстоянии, но и не терять его из виду. Девушке не пришлось долго кружить по залу - молодой человек целеустремлённо вывел её к Элодии, будто точно знал, где бродила волшебница. Поначалу Индия не придала этой встрече значения - наверное, Рэнд подошёл поздороваться, - однако, проследив за парочкой до ниши, поняла, что дело не ограничится простым приветом. Спрятавшись за колонной, девушка слушала странный разговор двоих вроде бы знакомых ей людей и с каждым брошенным в пространство словом руины её надежд и чаяний рассыпались в пыль, которую навсегда унёс в пустоту ветер короткого признания. Не осталось ничего, кроме никому не нужной глупой девчонки, желавшей лишь умереть вместе с родителями, тем самым избавив этот мир и себя от своей боли.
  Когда Рэнд повторил три донельзя простых и невероятно сложных слова, Индия кинулась прочь, более не в силах слышать то, что не предназначалось для её ушей. Она бежала, и как некстати вспомнились трогательные ухаживания Рэнда за Элодией, запах её духов на его одежде, их взгляды, устремлённые друг на друга. Тогда девушка порадовалась за молодого человека, но вскоре они покинули замок, и история чужих отношений быстро померкла за страхами Индии. Она вообще забыла о ней! Зря, оказывается... Хотя кто знал, кроме Рэнда? И почему он так поступил с ней? За что? Ведь она поверила ему...
  Чьи-то сильные руки схватили девушку, останавливая безумный бег в никуда, развернули на месте. Индия подняла голову, встречаясь с удивлённым взглядом голубых глаз, внимательных и проницательных.
  - Что-то случилось, Инди?
  Мелко дрожа, девушка смотрела на немолодого, но ещё элегантного, подтянутого и вызывающего восхищение у дам человека и не знала, что сказать. Она и сейчас не могла решить, кем же его считать - по-прежнему дядюшкой или по-новому свёкром? Сам Девон Лоуридж к смене статуса отнёсся спокойно и без изумления, хотя, если честно, после свадьбы отец и сын общались исключительно по телефону. Индия тоже разговаривала с дядей по телефону, да и то недолго - Рэнд решительно возражал против поддержания связей с прошлым девушки, даже если эта связь - его отец.
  - Д-д-добрый вечер, - выдавила Индия.
   Только теперь она заметила, что стоит посреди огромного холла отеля, привлекая косые взгляды персонала и припозднившихся гостей.
  - По твоему лицу нельзя сказать, что для тебя он добрый, - резонно возразил Девон. - Что произошло? Рэндалл тебя обидел?
  От ласкового сочувственного тона девушке захотелось расплакаться, излить в слезах боль, страх, отчаяние, предательство и ощущение собственной ненужности. Но Индия слишком хорошо знала, что дядя вовсе не так добр, как хотел показаться. Она помнила одетую в чёрное маму, её покрасневшие глаза, которые та прятала от маленькой дочери, и горький шёпот в утешающих объятиях мужа: "Это он убил Миру". Родители никогда не обсуждали это с Индией, но ещё девочкой она чувствовала, что в смерти сестры мама винит Девона.
  Девушка медленно отстранилась от мужчины, качнула головой.
  - Нет, - ответила Индия, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. - Всё в порядке. Просто я... повздорила с подругой.
  Брови Девона поползли вверх.
  - Похоже, это была крупная ссора.
  - Пустяки, ничего серьёзного.
  - Правда?
  Девушка посмотрела прямо в глаза дядюшке.
  - Правда.
  - Тогда куда же ты так спешила?
  - В туалет.
  Брови поднялись ещё выше, если это было возможно вообще, однако взгляда Индия не отвела.
  - Что ж, тогда не смею задерживать, - отозвался мужчина. - Увидимся в зале, дорогая невестка.
  - Конечно.
  Ещё одна ложь, ибо она не собиралась возвращаться в зал. Ей некуда теперь идти кроме как... Проводив тусклым взглядом затянутую в чёрное фигуру Девона, девушка развернулась и покинула отель.
  
  - - -
  
  Главное, что я поняла, оказавшись в банкетном зале "Звёздного света", - я не смогу почувствовать Несущего в такой толчее, разве что он сам подойдёт и вежливо представится.
  Нилла, в неожиданном открытом платье, встретила нас у чёрного входа и окружными путями, точнее, коридорами, провела в зал. Тут мы рассредоточились, отпустив Селевка и Энид гулять по огромному помещению вдвоём. Элоди отправилась изучать территорию по периметру, я, Илиан и катесса держались от нашей парочки на почтительном расстоянии, однако вампир не терял ментальной связи с Энид, "присматривая" за ней телепатически. Цепкий взгляд Ниллы обманчиво-лениво блуждал по гостям, я старательно прислушивалась к своим ощущениям, однако те молчали, словно единственный на допросе.
  - Илиан?
  - Хм?
  - Если фонд благотворительный, то кому он помогает?
  - Теоретически - жителям бедных кварталов крупных городов. Практически - шут знает куда деньги идут. Нет, конечно, в последние пару лет Девон Лоуридж стал плотно заниматься проблемами малоимущих, даже фонд имени себя организовал, однако сомневаюсь я, что он отдаёт туда абсолютно всё.
  - А какие у него отношения с сыном?
  - О них тебе лучше не знать, - отозвался вампир.
  - Всё настолько плохо? - уточнила я.
  - Во всяком случае, дружески обнимаются они только на фотографиях для прессы.
  Весёленькая семейка! Тем более, сложные, порой доходящие до взаимной ненависти отношения отцов и детей казались мне дикостью: как можно настолько не любить, с одной стороны, того, кто дал тебе жизнь, вырастил и воспитал, и, с другой, своё дитя, свою кровь, того, в ком ты будешь жить после смерти? Неужели эта любовь ничего не стоит, неужели она настолько слаба, что погибает под ливнем упрёков, осуждений, обвинений и даже угроз? Почему ни родители, ни повзрослевшие дети не прощают друг другу ошибок, почему идут на ужасные поступки, мотивируя их любовью, хотя на самом деле это обычный эгоизм? Или люди и впрямь не созданы для мирной жизни без конфликтов?
  - Думаешь, он уже здесь? - обратился Илиан к Нилле.
  Катесса кивнула, мимолётно коснувшись знакомого медальона цепочке.
  - Уверена.
  - Красивый, - заметила я.
  - Кто? - не поняла Нилла.
  - Украшение, - пояснила я, указав на довольно увесистую золотую подвеску.
  - Ах, это... - Катесса снова тронула коготком медальон, посмотрела на него. - Это вместо "корочки", моё своеобразное удостоверение личности. Его нельзя подделать или попытаться изменить сохранённые на нём данные - украшение просто самоуничтожится. Зато любой мой коллега, едва взглянув на медальон, поймёт, кто я и что я - это действительно я. Кстати, - Нилла придвинулась ко мне и добавила, понизив голос, - Несущие Смерть крайне редко принимают женский облик, считая это проявлением неуважения по отношению к той, кто создала их. Так что можете сузить поиск до мужчин.
  - А-а, ясно, - протянула я. А я-то думала, что в медальоне у неё фотография любимого мужа. - Хоть кто-то уважает своего создателя.
  - Так уважает, что готов убить за нехорошее слово в адрес обожаемого творца, - напомнила катесса причину, по которой мы бродили с умными лицами по залу.
  Я смутилась и прижалась к Илиану, чем заслужила неодобрительно-насмешливый взгляд леди-рыцаря. Ну разумеется, вряд ли Нилла привыкла опираться на мужское плечо, даже если оная часть тела принадлежит супругу. Не могу сказать, что и сама имею такую привычку, однако если вышеупомянутое плечо наличествует в твоём полном распоряжении, то почему бы и не воспользоваться?
  - Возможно, Селевку не стоило так часто повторять "твою мать", - буркнула я. И почему именно мать? Почему-то отцов в процессе выражения эмоций нецензурными словами не упоминают.
  - Ты что, защищаешь Несущего? - удивилась катесса, глянув на меня... ну, не очень добро.
  - Вот ещё! - возмутилась я. - Просто высказываю своё мнение.
  Выражение глаз Ниллы лучше всякой человеческой мимики дало мне понять, что она с моим мнением категорически не согласна.
  - Девочки, не ссорьтесь, - подал голос вампир и вдруг остановился и нахмурился. - Кто-то к ним подошёл.
  Я вздрогнула, катесса напряглась.
  - Это он? - отрывисто спросила она.
  Я торопливо прислушалась к себе, но то ли расстояние между нами было слишком велико, то ли при здешнем скоплении народу я вообще не в состоянии что-либо почувствовать, то ли...
  - Это не Несущий, - ответил Илиан.
  Я вздохнула с облегчением.
  - Кто это? - уточнила Нилла. - Официант?
  - Да, довольно близко, - пробормотал вампир. - Это Рагнер.
  
  - - -
  
  Сэл совершенно точно знал, о чём думают окружающие, провожавшие их восхищёнными, завистливыми и удивлёнными взглядами. На лицах и в глазах без труда читалось недоумение: что эта высокая статная красавица делает рядом с щуплым непрезентабельным коротышкой? Добрая половина наверняка заподозрила в нём эксцентричного миллионера - ведь что, кроме больших денег, может удерживать роскошную блондинку в обществе неказистого недомерка? Другая половина просто изумлялась странному тандему красотки и придурка. И никто не задумывался над тем, кто скрывается под маской гламурной блонди. Себя же Сэл считал уж если не придурком, то не слишком умным сатиром однозначно. Может, и впрямь стоило сказать прямым текстом? Хотя нет, Эни всё равно бы отказала. Не такая она, чтобы легкомысленно вешаться на шею мужчине.
  Движением руки Сэл остановил пробегавшего мимо официанта и взял с подноса два бокала с шампанским. Энид приняла один, задумчиво осмотрела со всех сторон, понюхала содержимое, потом глянула вопросительно на Сэла.
  - Это пьют?
  - Пьют, - кивнул он и подтвердил сказанное личным примером. Хм... весьма неплохо. - Это называется шампанское и, если честно, я его пью от силы третий раз в жизни.
  - Почему?
  - Откуда ж в лесу взяться шампанскому? А когда мы с корешами бывали в тавернах, на имеющиеся деньги брали что-нибудь покрепче.
  - Много пить - вредно, - наставительно заметила девушка.
  - Да ладно. - Сэл забрал у неё бокал и осушил и его - чего добру пропадать! - Ещё ни один сатир не умер из-за избытка потребляемого алкоголя. Впрочем, многие из нас до старости дожить просто не успевают.
  - Почему?
  - Желающих полно - кредиторы, мужья, отцы, братья, собутыльники, у которых ты под шумок что-то заимствуешь, оскорблённые невинности вроде этого Несущего... К тому же, например, набил тебе морду в пьяной драке Скользящий-наёмник. И что, на следующий день ты пойдёшь его мочить в тёмном переулке?
  - Мочить? - повторила Энид.
  - Убивать, - пояснил Сэл. - Нет, конечно, потому как этот Скользящий сам тебя в том же переулке и замо... прибьёт. А вот накостылять сатиру, особенно пока он не ушёл в леса, где его хрен найдёшь, - милое дело. Или потискаешь паву какую, так не успеешь слез... кхм... отойти от неё, как на тебя уже несётся вся её родня, включая немощного прадеда. Причём будь на твоём месте храмовник или наёмник, никто бы и не вякнул против.
  Девушка покачала головой.
  - Иногда мне кажется, что мы с тобой пришли из разных миров.
  - Так оно и есть, - улыбнулся Сэл и ловко поставил пустые бокалы на поднос очередного прошмыгнувшего мимо официанта. - Планета одна, миры разные. В твоём, идеальном и безмятежном, нет всего того, о чём я рассказываю. И это хорошо, потому что вряд ли бы ты стала такой, какая есть, живя в моём мире.
  "Если бы не Несущий и нимфа, мы бы вообще никогда не встретились, - подумал он. - Слишком далеки наши прежние миры друг от друга".
  Сэл предложил Энид руку, девушка послушно за неё уцепилась и они двинулись дальше. Высоко над их головами, на светло-синем куполе, застыли, раскинув золотые крылья, существа, похожие на легендарных ангелов. Они венком окружали серебряный силуэт неведомой дивы с развевающимися длинными волосами и чем-то неопределённым, то ли полупрозрачными одеждами, то ли тоже крыльями. По четырем сторонам купола замерли в грациозных позах единороги.
  Сэл случайно глянул вверх и невольно залюбовался мастерством исчезнувшего в вечности художника.
  - Смотри, Эни, твои собратья.
  Она вскинула голову, улыбнулась, и Сэл, позабыв про купол, окунулся в тёплое сияние её улыбки.
  - Собратья? - тупо повторили рядом, разом разрушив очарование момента.
  Сэл недовольно посмотрел на нарушителя и едва не вздрогнул. Перед ним стоял Рагнер Анти-как-там-его. Улыбка девушки потухла, однако напряжения в спутнице Сэл не ощутил.
  "Это тот, который действительно человек", - сообразил он.
  Мужчина заглянул в синие омуты Энид и тут же отшатнулся, поспешно отвёл глаза, словно опасаясь утонуть.
  - Ты - это он, - пробормотал Рагнер.
  На лице девушки отразилась явная досада.
  - В чём дело? - поинтересовался Сэл.
  - Ты - это он, - снова повторил мужчина, не обращая на Сэла никакого внимания. - Ты - единорог. Тот самый единорог. - На его физиономии неожиданно расцвела улыбка счастливого идиота.
  Сэл пригляделся, но признаков бурных возлияний напитков с повышенным градусом не заметил.
  "Вы очень красивая девушка... особенно глаза", - внезапно вспомнил он совершенно банальную на первый взгляд фразу и мысленно выругался. Да мужика заклинило на том, что он увидел в глазах Энид!
  - Ну и что? - пожал Сэл плечами. - Подумаешь, единорог! Здесь, например, ещё вампир где-то ходит. Может, приятель, ты его лучше поищешь?
  Рагнер наконец удостоил спутника столь вожделенного единорога удивлённо-насмешливым взглядом, будто только сейчас заметив. Хорошо Сэл давно уже привык к подобному пренебрежительному отношению.
  - Ты не представляешь, какое это сокровище, - терпеливо, точно неразумному сопляку, пояснил мужчина и вновь обратился к девушке: - Идём со мной.
  - Зачем? - не поняла Энид.
  - Ты мне поможешь.
  - Чем?
  Рагнер протянул руку.
  - Своей магией. Если нам не сможет помочь единорог, то уже никто. - Он горько усмехнулся. - Всё потеряет смысл. Идём.
  - Знаешь, приятель, - выступил вперёд Сэл, - я искренне сочувствую тебе и твоей проблеме, но Эни не занимается благотворительностью и никуда с тобой не пойдёт.
  - Во-первых, - раздражённо прищурился мужчина, - я тебе не приятель. Во-вторых, ты понятия не имеешь, какие у меня проблемы.
  - Что, тебя тоже хотят убить?
  - Он здесь, - вдруг прошептала девушка.
  Сэл огляделся. Коситься на них уже начали, однако подходить не спешили.
  - Значит, нам пора. Бывай, - Сэл шутливо козырнул слегка опешившему Рагнеру и взял Энид за руку.
  Согласно плану храмовницы, они должны были бродить по центру зала ровно до тех пор, пока Энид не почувствует Несущего в непосредственной близости от себя. Поскольку мерзкая клякса вряд ли кинется на них на всеобщем обозрении, им с Эни надлежало дать знать остальным и быстренько ретироваться из людного помещения. По замыслу катессы, Несущий последует за ними, а подмога выйдет под прикрытием ничего не подозревающих гостей бала. Там-то, подальше от лишних глаз, храмовница и собиралась невесть каким образом повязать Несущего. Впрочем, она профессионал, ей должно быть виднее, как и что можно сделать с бессмертным существом.
  Правда, любой план хорош до тех пор, пока при воплощении оного в реальность не начинают вмешиваться непредвиденные обстоятельства.
  - Она пойдёт со мной, - возразило обстоятельство и схватило девушку за другую руку.
  Сэл обернулся, Энид поморщилась.
  - По-моему, ты переходишь границы, - предельно миролюбиво заметил Сэл. - Отпусти её.
  - Ты её повелитель? - внезапно спросил Рагнер.
  - Какой ещё повелитель? - растерялся Сэл.
  - Единорог ни за что бы не остался по доброй воле среди простых смертных. Если только его не удерживают посредством волшебной силы, - заявил мужчина.
  Сэл посмотрел на несколько удивлённую свежей информацией о себе самой девушку и вздохнул. Убираться подобру-поздорову Рагнер отнюдь не торопился и вежливых слов не понимал.
  - Ты крайне мало знаешь о единорогах, - сочувственно проговорил Сэл и, дабы до мужика дошло наверняка, лягнул того в пах.
  Рагнер взвыл и отпустил руку Энид. Девушка изумлённо округлила глаза, изучая невиданное доселе зрелище, но Сэл потянул её за собой. Удаляться чинно смысла больше не имело, и Сэл, расталкивая всех, кто попадался на пути, направился к ближайшему выходу. Энид алой тенью следовала за ним.
  - Где Несущий? - выдохнул Сэл, когда они выскочили из гудящего пчелиным ульем зала.
  - Идёт за нами, - ответила девушка. - Но чего хотел этот человек? Чем, по его мнению, я могла помочь ему?
  - Пёс его знает, - передёрнул плечами Сэл. Мало ему подвинувшихся на идеи мести клякс, так ещё и законченные придурки цепляться начали. - Давай туда.
  Они метнулись в какой-то длинный, ярко освещённый коридор. Двухстворчатые двери в его конце оказались не заперты. Сэл толкнул их, и они с Энид замерли на пороге небольшой комнаты, по обстановке похожей на гостиную.
  - И что дальше? - почему-то шёпотом спросила девушка.
  - Несущий по-прежнему рядом?
  Она кивнула. Сэл шагнул в помещение, Энид за ним.
  - Как говорила храмовница, будем подманивать его поближе. Пусть считает, что нас можно брать голыми руками.
  За высоким окном с тяжёлыми коричневыми портьерами тёмным изваянием застыла ночь. Было тихо, ни звуков музыки, ни голосов, ни шагов. А затем двери распахнулись во всю ширь, заставив и Сэла, и Энид развернуться лицом к противнику.
  - А вот этого Илька тебе наверняка не рассказывал, - сообщил Рагнер, не переставая на редкость паскудно ухмыляться. - Мой отец - всё-таки вампир. И я наполовину вампир.
  - С чем тебя и поздравляю, - буркнул Сэл.
  - К тому же я как будто чувствую тебя, где бы ты ни была, я нахожу тебя, - продолжал мужчина, опять игнорируя Сэла и глядя на девушку жадным, алчным взором. - Я уверен, это дар богов, спасение для нас... Ты поможешь мне... Ты поможешь нам...
  Рагнер медленно приблизился к Энид, протягивая чуть дрожащую руку. Девушка попятилась, и Сэл, не раздумывая, бросился на мужика.
  Ух, чтоб этого козла также взяло и перекрутило! Сумасшедший сумасшедшим, но напороться на кулак - удовольствие маленькое, кому бы тот ни принадлежал.
  Сквозь звон в ушах Сэл услышал, как вскрикнула Энид. Застучали каблучки, зашелестело платье, и он почувствовал лёгкое прикосновение её затянутых в перчатки пальцев к своей наверняка заметно повеселевшей физиономии. Ещё бы, этот перец чуть челюсти его не лишил!
  - Сэл, ты жив?
  Он поморгал. Смутные очертания люстры перестали расплываться. Слева обнаружились расширенные, взволнованные глаза Энид.
  - Ничего страшного... бывало и похуже. - Он кое-как сел, потрогал подбородок.
  Пока всё на месте.
  - Вот оно значит как... - потухшим голосом протянул Рагнер. - Мне ты помогать не хочешь, а к нему кидаешься, словно он твой любимый. Смешно... даже единорог отворачивается от меня. Прекрасное волшебное создание... Или это человеческое тело так испортило тебя? Или... он?
  Интонация Сэлу не понравилась. Совсем. Он видел мужчину стоящим боком к ним, с поникшими плечами и опущенной головой. Растрёпанные чёрные волосы, застывший уродливой маской профиль лица, расстёгнутый мятый пиджак... А уже в следующее мгновение Рагнер выхватил откуда-то из-под пиджака пистолет, повернулся к сидящей на ковре девушке, направив на неё блестящее равнодушное дуло.
  - Так не доставайся ты никому...
  Незримая пружина точно подбросила Сэла, толкнула наперерез грянувшему выстрелу. Слишком маленькое расстояние разделяло Рагнера и Энид, слишком... И он испугался. Испугался, что не успеет...
  Крик. Громкий, отчаянный, нечеловеческий. Люди так не кричат... Неужели не успел?..
  Слабое прикосновение к щеке. Он моргнул и увидел синие омуты, склонившиеся к нему. Золотистые локоны падают по обеим сторонам, затеняя такое красивое и дорогое лицо. Подкрашенные красной помадой губы дрожат. Успел...
  - Эни... - позвал Сэл.
  Алые губы шевельнулись, но слов он не расслышал. Синие омуты вдруг растеклись, разлились полноводной рекой... нет, целым морем и поглотили всё вокруг и его самого...
  Но он ни о чём не жалел.
  
  - - -
  
  Всё виделось словно сквозь плотную пелену тумана. Иногда в ней попадались проплешины и тогда картина улучшалась, не принося, впрочем, особого понимания, что он делает и зачем.
  Маленький человечек лежал на ковре, а надежда Рагнера, разбившаяся вдребезги мечта, девушка-единорог в красном платье склонилась над неподвижным телом. Пистолет в собственной руке дрожал. Или дрожала рука?
  В висках стучало. Что же это было? Почему, когда девушка метнулась к отброшенному его ударом человечку, в голове родилась мысль, что такое чудо не должно принадлежать никому? В какое-то мгновение Рагнер понял, что не может снова отдать плывущее в руки счастье безвестному самоуверенному выскочке, лишить Ниллу возможности стать счастливой и вновь полюбить мужа. Она так нужна ему, он готов на всё, только бы спасти их брак, вернуть жену... Даже убить ради неё... Или убить, чтобы эта призрачная мечта не досталась тому, кто её не заслужил, кто не страдал как они с Ниллой...
  Рагнер опустил пистолет и свободной рукой потёр глаза, пытаясь избавиться от тумана. Не помогло.
  Девушка выпрямилась. В висках тревожно стукнуло: она же волшебное создание, ей подвластно почти всё... даже стереть человека с лика Аиды... Но мужчина тут же отмахнулся - именно, она единорог, а не оборотень, способный разорвать живое существо на маленькие клочки... Однако девушка посмотрела не на Рагнера - на незакрытые двери.
  Он обернулся к массивным створкам, и на долю секунды ему показалось, что это не дверной проём, а зеркало. Огромное зеркало, в котором Рагнер отражался целиком, с ног до головы... Внезапно в туманной пелене наметился очередной просвет, и мужчине вдруг стало ясно, что никакого зеркала нет, а на пороге стоит совершенно другой человек: более худощавый, в элегантном смокинге и лысый. Только пистолет почему-то никуда не пропал.
  Рагнер поднял свой. Незнакомец повторил его движение. Палец дрожал на спусковом крючке, просвет затягивался, погружая мужчину в туманную ловушку. Однако человек был абсолютно спокоен, в его льдистых глазах Рагнер прочёл холодный расчёт и, ужаснувшись, надавил на курок. Но выстрелить не успел.
  - Нет!!!
  
  - - -
  
  В глубине души я знала, что затея Ниллы глупая и опасная. Но я и представить не могла, что всё произойдёт ТАК.
  Катесса не только провела нас окружными коридорами в банкетный зал, она и в гостиную для переговоров (оказывается, здесь есть и такая - для особо озабоченных делами постояльцев), где, по словам Илиана, находилась Энид, потащила нас другим путём. Вампир потерял связь с моей подругой ещё когда она и Селевк покинули зал и теперь мог сообщить лишь её местоположение, да и то если Эни не уйдёт из здания. У меня вдруг возникло неприятное, зудящее, словно укус комара, ощущение, что мы опаздываем и, как ни старайся, ничего уже не изменишь. Я отмахивалась от глупой, не вовремя подавшей голос интуиции, гнала прочь настойчивые мысли о непоправимом, пыталась не обращать внимания на медленные, но неумолимые круги, разбегающиеся по энергетическим токам. Будто неподалёку бросили в воду камень...
  Мы пересекли небольшой пустой зал и через боковую дверь вошли в ярко освещённую, вполне уютную гостиную с бледно-золотистыми диваном и креслами. Нилла возглавляла наш импровизированный отряд и поэтому порог переступила первой. Я увидела, как катесса повернула голову, отягощённую легкомысленными рыже-каштановыми кудряшками, и замерла.
  - Нет!!! - внезапно крикнула она и метнулась в сторону.
  Резкий звук выстрела на мгновение оглушил меня, на локтях сомкнулись пальцы идущего позади вампира, удерживая от необдуманного рывка. Я охнула и ощутила, как сквозь меня прошла волна - круги от второго камня...
  Я поняла, почему Илиан и Элоди предполагали, что рыцари дают обет безбрачия. Потому что неизвестно, кто возобладает в ответственный момент - бесстрашный охотник или любящее сердце. Рыцарь наверняка первым делом обезоружил бы Рэндалла. Любящее сердце же приняло пулю предназначавшеюся самому близкому и дорогому человеку.
  Наступила резкая, почти звенящая тишина. Лоуридж потрясённо смотрел на неподвижное тело катессы, размётанное по начищенному до блеска полу нелепой сломанной куклой. Рядом с женой полулежал Рагнер, которого Нилла успела оттолкнуть, и недоумённо шарил странным ошалелым взглядом по предметам меблировки. Наконец он увидел Ниллу и черты его потерянного лица исказились. Выронив пистолет (что, ещё один?!), мужчина кинулся к супруге, приподнял и обнял за хрупкие плечи. Зарылся в рассыпанные кудри, затем выпрямился и посмотрел куда-то в сторону дивана. Я проследила за его взглядом и обмерла, только сейчас заметив похожую на статую подругу. Стряхнув руки вампира, я шагнула вперёд. Диван перестал загораживать Энид и... Селевка. Бледная, растрёпанная, в кроваво-красном платье, девушка сидела на ковре возле сатира и отстранённо наблюдала за происходящим. Синие глаза потемнели, напоминая затянутое грозовыми тучами небо, но без грома, молний и дождя.
  "Единороги не плачут, - невесть с чего вспомнилось мне. - Как и катессы, они не умеют плакать".
  Но теперь Эни наполовину человек.
  Тишину нарушили торопливые шаги. Обогнув застывшего на пороге Рэндалла, Элоди влетела в гостиную и тоже замерла. Глаза наставницы нашли мои, и я прочла в них вопрос: "Что здесь случилось?". Но задать его вслух молодая женщина почему-то не решилась.
  Потоки незримой энергии снова изменились, кольнув меня уже знакомым чувством опасности. Я посмотрела мимо Элоди, в коридор, и вздрогнула, увидев его. Молодое, весьма привлекательное лицо было мне не знакомо, однако прищуренные глаза под прямыми бровями я узнала сразу. За его спиной одна за другой гасли лампочки, а энергия свивалась в полупрозрачную белёсую стену. Я оглянулась на Илиана, и тот едва заметно кивнул, подтверждая мои мысли. Нас банально заперли в этой комнате, окружив её по периметру непроницаемой защитой, не позволявшей ни войти, ни выйти.
  Несущий переступил порог, прошёл между Рэндаллом и Элоди, явно намеренно задев Лоуриджа плечом.
  - Ой, простите, - тут же извинился Несущий. - Я вас не заметил. Кстати, надеюсь, никто не возражает против звукоизоляции? Всё-таки два выстрела, крики... Мы же не хотим, чтобы сюда сбежался персонал отеля, любопытные гости, а кто-нибудь вызвал патрульных и КС? Нет? Вот и славно. - Он вышел на середину свободного пространства между входом и диваном с креслами, обернулся к дверям. - Маленькое дополнение. Тело она тоже... изолирует.
  Что-о?! Я попыталась шевельнуть рукой и не смогла. Повернуть голову тоже не удалось. Моё тело меня не слушалось, мозг отдавал приказы, а оно не реагировало, словно я была бесплотным духом. По лицам Рэндалла и наставницы я поняла, что и их не миновала участь сия. Застыла сгорбленная спина Рагнера, не двигалась Энид, Илиан, правда, стоял позади меня и увидеть его реакцию я не могла. Впрочем, магия могущественного существа действовала быстро, эффективно и незаметно, даже я не почувствовала. Нечего было и думать повторить прошлогодний фокус со сбросом посторонней энергии в камни. Несущий Смерть - это вам не Лоуридж со склянкой.
  Я глянула на Несущего и с удивлением отметила, что он смотрел-то на Элоди. Рэндалл яростно на них косился, но ни молодая женщина, ни гость с Эос не обращали никакого внимания на его откровенно ревнивые взгляды. Казалось, Несущий и наставница вели свой диалог.
  
  - - -
  
  "Ты... Это был ты, вампир, который сам по себе".
  Горькая ирония, разочарование в голубых глазах.
  "Я действительно сам по себе. И я ни разу не соврал тебе... ну, может, кое-где недоговорил".
  "Ещё один недоговорщик!"
  Он глянул на Рэндалла. Тут и телепатом быть не надо, чтобы понять, кого она имеет в виду.
  "Не думаю, что вот это достойно тебя".
  "Это не тебе решать!"
  Глаза полыхнули огнём. Он спокойно пожал плечами.
  "Как знать, Элоди. В любом случае я доведу игру до конца, ибо выбора у меня уже нет".
  "Ты теперь самостоятельное существо и сам за себя решаешь. У тебя есть выбор".
  "В принципе есть. Только не тот, о котором ты думаешь. Уйти или доиграть... Сатира прикончили без моего участия, и что остаётся мне? Вернуться на Эос? А кому я там такой нужен? Сдаться волшебницам? Увольте. Тем более вот она, храмовница, здесь же лежит... Так что мой выбор не в том, уйти или доиграть, поскольку идти мне просто некуда. Мой выбор... А впрочем, - он лукаво улыбнулся, - не буду мучить тебя детальным описанием плана по захвату мира".
  Её зрачки тревожно расширились, но он уже повернулся к остальным участникам игры.
  "Джастин?"
  "Хм?"
  "Это твоё настоящее имя?"
  "Теперь, полагаю, моё".
  
  - - -
  
  Только когда Несущий отвернулся от наставницы, я сообразила, что Элоди знает его, вернее, его нынешний образ. Молодая женщина пристально, напряжённо смотрела ему в спину, а это существо чему-то улыбалось, точно происходящее было для него приятной забавой. Или Нилла оказалась права и Несущий действительно сошёл с ума, превратившись в свихнувшегося кукловода, дёргающего за нитки живых людей? И теперь он попросту играет с нами, готовый при малейшем неповиновении разорвать неугодную марионетку на куски?!
  Я мысленно содрогнулась.
  Тем временем Несущий приблизился к Энид, наклонился и схватил девушку за подбородок, заставляя поднять голову к свету люстры. Подруга дёрнулась, расширила тёмные глаза, и меня посетило ещё одно запоздалое озарение - Эни не двигалась не потому, что находилась под действием чужеродной магии, а потому, что не хотела. Она и сама могущественное существо и наверняка может сопротивляться заклятию Несущего. Но Эни не хотела. В синеве потухли звёздный свет и лунное сияние, исчез тот волшебный мир, который однажды видела Жанна. Для меня очи подруги всегда оставались просто красивыми глазами, но сейчас я вдруг остро почувствовала, что чудо растворилось, растаяло, ушло вместе с жизнью Селевка.
  - Привет, помнишь меня? - оскалился Несущий. - Я тот самый микроб на ножках, не умеющий чихать. А что умеешь ты, единорог? Ты вообще ещё помнишь, кто ты такая? Или уже забыла?
  Энид затрепетала, забилась пойманной бабочкой, но Несущий лишь сильнее сжал пальцы. "Отпусти её немедленно!" - мысленно крикнула я, ибо язык мой и впрямь стал врагом, повинуясь не лучше прочих частей тела.
  - Ну же, ты ведь единорог, ты можешь почти всё. Даже вернуть человека к жизни.
  Девушка застыла, и Несущий разжал пальцы, выпрямился. Энид осела на ковёр.
  - Давай договоримся так: я даю тебе возможность воскресить одного из них. - Несущий небрежным жестом обвёл оба тела. - Но только одного. Кого именно - решишь сама. Правда, есть маленький нюанс. Предпочтёшь сатира - и он умрёт снова, не успев ощутить и половины радостей жизни. Я убью его, едва он сделает второй вздох, прямо здесь, при свидетелях. - Несущий покосился на Элоди и продолжил: - Выберешь катессу - и она будет жить столько, сколько вообще возможно при её работе и таком муженьке. Все будут счастливы. На возвращение обоих рассчитывать не советую: пока будешь копаться с сатиром, уйдёт время храмовницы, ведь ты должна знать, что после отбытия души в страну теней или, как говорят на Аиде, к Властителю мёртвых, из тела может получиться лишь тупой зомби. Тем более сатиру всё равно не жить. А если в попытке усыпить мою бдительность займёшься сначала катессой, истекут последние секунды сатира, и его уже не воскресишь, как ни старайся. Всё очень просто. Решай и не медли - вряд ли их души станут дожидаться, когда ты взвесишь все "за" и "против".
  Да он действительно больной на всю голову! Предложил Эни выбор, по сути выбором не являющийся! С тем же успехом он мог просто ткнуть в Ниллу пальцем и заявить: "Спасай её, ибо сатиру ты один шут не поможешь". Я смотрела на эту мерзкую, смазливую, наглую рожу и мечтала плюнуть в оную, если уж залепить заклинанием не получится по причине неуязвимости объекта.
  - Быстрее, - поторопил Несущий, опять оглянувшись на молодую женщину.
  Выражение глаз Элоди не изменилось, оставаясь напряжённо-выжидающим, зато черты лица Рэндалла заметно исказились, будто он совершенно точно знал, что наставница изменяет ему с этим типом.
  Энид встала. Печально, словно прощаясь, посмотрела на Селевка и начала раздеваться. Несущий равнодушно прохаживался рядом, Лоуридж же уставился на девушку так, точно из двоих движущихся существ ненормальной была именно она. За реакцию Илиана я не волновалась - вампир не хуже меня знал, что при смене ипостаси одежда только мешает, а обрывки костюма на зверином теле эффектно выглядит лишь в кино.
  Упавшее на ковёр платье казалось лужей крови. Энид перешагнула через блестящее кольцо ткани и вскинула голову. На её лбу ясно проступила подобная звезде отметина, вспыхнула золотым огнём, и в то же мгновение усиливающееся сияние окутало девичью фигуру непроницаемым плащом, превратив её в слепящий кокон.
  Мне в лицо ударила волна тепла и света. Я пошатнулась, но она подхватила меня, поддержала твёрдой надежной рукой. Я зажмурилась.
  "Мне очень жаль", - подумала я.
  "Жалеть - удел смертных", - с грустью ответила подруга.
  "У тебя теперь есть человеческое тело, а значит, ты немного смертна".
  "Сэл тоже так говорил... Но, знаешь, я не хочу быть смертной. Даже немного. Я не хочу возвращаться. Не хочу жалеть".
  "Эни!"
  Она больше не слушала меня. Я открыла глаза. Прекрасный снежно-белый единорог стоял посреди комнаты, удивительно неуместный в искусственном людском интерьере. Он шагнул к Рагнеру, и мужчина поднял голову, с изумлением, болью и мольбой глядя на сияющее чудо. Энид опустила длинный витой рог, коснулась кончиком отрытой низким вырезом груди Ниллы. Рагнер вдруг задрожал, и я увидела, как в исходящем от рога сиянии на глазах мужчины блеснули слёзы.
  Мир вокруг нас начал изменяться так же стремительно, как ипостась Энид. Тёплые волны разбегались во все стороны, сметая магию Несущего словно ветхую хибару с берега. Я с облегчением ощутила, как моё тело вновь стало только моим и живым, а не холодной чужой скульптурой. Кольцо изоляции исчезло, воздух наполнился ароматом омытой летним дождём листвы.
  - Нилла... - пробормотал Рагнер, и Энид медленно подняла голову.
  Катесса сделала глубокий вдох и расширенными зрачками посмотрела на единорога. Я не видела, но точно знала, что остановившая сердце Ниллы пуля растворилась без следа, а рана мгновенно затянулась вместе с тканью платья. Энид тряхнула гривой и в обход кресел двинулась к окну. Приблизилась, коснулась рогом белой ручки на раме и створки распахнулись сами собой.
  - Эни! - окликнула я подругу.
  "Не хочу жалеть, - повторила она. - Это слишком больно".
  - Постой!
  Но Энид, не слушая меня, прыгнула в открытое окно. Грациозное белое тело мелькнуло среди тёмных зарослей и исчезло.
  
  - - -
  
  "Надо было сказать Джастину, чтобы он восстановил парализующее заклятье, - с тоской подумала Элоди. - Хотя бы для некоторых".
  Едва единорог скрылся из виду, как Рэндалл выстрелил снова. В Джастина. Тот дёрнулся, пошатнулся и с удивлением посмотрел на чёрную дыру в белой рубашке.
  - Эй, ты что? - возмутился паре... Несущий.
  - Значит, это всё-таки ты, - пробормотал Рэндалл, видимо, тем самым убедившись, что нахальный парень и крылатая тень с когтями - одно и то же существо.
  Нилла (даром только что воскресла из мёртвых!) ловко вывернулась из объятий плачущего мужа, выхватила из копны растрепавшихся волос красивую, отделанную мерцающими бриллиантами заколку... Вот как она собиралась ловить Несущего! Заряженные кристаллы в безобидной, на неискушённый взгляд, безделушке образовывали сеть сродни парализующей, но гораздо более мощную. Ошейник с такими камнями, только похожими на бриллианты, расположенными в определённой последовательности, мог удержать и мага, и единорога, и даже джинна. В нём можно ходить, есть, пить, спать - в общем, вести обычную жизнь простого смертного, но доступ к собственной силе и внешним её источникам эта побрякушка перекрывала намертво. Снять её тоже весьма затруднительно - кристаллы программировались на конкретного владельца (или владельцев), любой другой, в том числе и носитель, при попытке избавиться от ошейника получал ощутимый удар током. На Аиде эта технология была не в ходу по причине отсутствия добываемых лишь на Эос камней и специалистов в данной области. Да и на самой Эос оставалась прерогативой узких кругов.
  Впрочем, рыцари как раз таки и являлись представителями этих кругов.
  Момент казался удобным - удачнее быть уже не могло: Джастин отвлёкся на Рэндалла и на воскресшую катессу не смотрел. Действительно, кто ожидает, что едва не отправившееся к Властителю разумное существо сразу ретиво примется исполнять свой прямой служебный долг?
  Шарик азурита по-прежнему находился в ладони волшебницы. Не раздумывая, зачем она это делает, Элоди подкинула кристалл в воздух, удержала взглядом на мгновение и двумя пальцами направила его в намеченную цель. Камень попал по запястью вытянутой руки Ниллы. Катесса вскрикнула, заколка улетела под кофейный столик. Несущий посмотрел на яростно зыркнувшую на него Ниллу, укоризненно покачал головой.
  - И это твоя благодарность? - вопросил он, заговорщицки подмигнул молодой женщине и бросился к окну.
  Рэндалл выстрелил вновь, промазал. Илиан схватил Ди за руки, оттащил с пути стремительной тени и Несущий беспрепятственно выскочил в окно и взвился вверх, выходя из общего поля зрения. Лоуридж за каким-то демоном опять выстрелил, к счастью ни в кого не попал, и Элоди обернулась к нему.
  - Да прекрати ты палить наконец! - выкрикнула она в лицо молодому человеку.
  - Ты дала ему уйти! - не остался в долгу Рэндалл, привычно цапнув её за локоть.
  Она ему кто, маленькая безропотная Индия, чтобы отчитываться за каждый шаг?! Разозлившись, волшебница вырвала руку и с размаху влепила Лоуриджу пощечину.
  - Не лезь в мою жизнь!
  Рэндалл застыл. Элоди глубоко вздохнула и отвернулась от него. На неё смотрели все: Рагнер - беспомощно, Нилла - обвиняюще и с плохо скрываемым раздражением, вампир и нимфа - удивлённо. И только Селевк уже ни на кого не смотрел.
  Илиан отпустил Ди и полез во внутренний карман пиджака.
  - Ты позвонишь или я? - деловито поинтересовался вампир.
  - Давай я, - откликнулась волшебница.
  - Позвонить куда? - робко осведомилась ориада.
  - Ларсе, - объяснила Элоди. Илиан бросил ей свой телефон, и она поймала чёрную трубку. - Пусть высылает группу зачистки, КС и кого там ещё требуется... А ты, - волшебница оглянулась на молодого человека, - спрячь свою пушку и сделай так, чтобы до приезда магов сюда не набежали посторонние. Ты же у нас важная персона, верно? Вот и действуй. - Она похлопала его по плечу. - Ни мне, ни тебе неохота красоваться под интригующими заголовками на первой полосе ежедневных газет.
  Рэндалл усмехнулся и вышел. Элоди взмахом свободной руки закрыла за ним двери. Разом навалились усталость и опустошённость, захотелось забраться поглубже под одеяло и спать, спать...
  Ди вдруг посмотрела на сатира и уткнулась лицом в плечо Илиана. Вампир успокаивающе погладил её по спине. У Элоди возможности прижаться к близкому и верному другу не было. Как не было и самого друга. А иногда так хотелось...
  - Вы понимаете, что вы наделали? - негромко произнесла Нилла, по-прежнему сидя на полу, пока молодая женщина набирала нужный номер. - Вы отпустили монстра, ещё более худшего, чем он был на Эос.
  - А ты действительно неблагодарная, - отозвалась волшебница. - К тому же монстрами сегодня стали те, от кого этого никто не ожидал. И кстати, Нилла, игрушку свою забери, пока кто-нибудь не поранился.
  
  - - -
  
  Одинокая девичья фигурка стояла на парапете моста. Вечернее чёрное платье и длинные тёмные волосы сливались с ночью, слишком яркой в этом странном городе. На глянцевой речной глади отражались звёзды, но значительно лучше - пёстрые неоновые вывески и огни домов и уличных фонарей. Бледное сияние далёкой луны едва ли могло соперничать с ними.
  Мост был старинный, каменный и узкий, машины по нему не ездили, предпочитая кажущиеся бесконечными проспекты. Нет, разумеется, она знала, что дороги вовсе не бесконечны, даже в таком большом городе, и где-нибудь да прекращают свой бег под автомобильные колеса. Ещё она знала, что жизнь смертных тоже имеет начало и конец, но этот факт никогда не касался её и не заботил.
  До сегодняшнего вечера.
  Когда Ди рассказывала о гибели своих сестёр, она не понимала боли в синих глазах подруги, не понимала горечи и сожаления в голосе. Даже бессмертные могут умереть, ибо бессмертие и неуязвимость - две разные вещи. О чём тут жалеть, если таков закон природы? Ничто не вечно, никто не вечен.
  Она никогда ни о чём не сожалела - о содеянном, о сказанном или наоборот, о несделанном и не произнесённом вслух. Её жизнь была такова, что там не было места сожалению. Грустить - пожалуйста, жалеть - никогда.
  До этого момента.
  Она не хотела, она боялась, но ничего не могла с собой поделать. Она сожалела, что всё получилось именно так, а не иначе; что Сэл умер, защищая её, а она ничего не дала ему взамен; что согласилась с планом катессы, не подумав о последствиях... да много о чём. Ведь ей и в голову не могло прийти, что Сэл погибнет по её вине. Не от рук оскорблённого им Несущего, а от пули человека, принявшего её за всесильное божество. Чем бы она помогла этому человеку, если не сумела помочь Сэлу?
  Ей хотелось кричать, выть, кататься по земле, захлёбываясь собственными стенаниями, но вместо этого она просто стояла и смотрела на девушку. Та не видела её, погружённая в свои мрачные мысли, заставившие забраться на парапет. Она плохо понимала окружающий мир, однако знала, что на перила моста люди лезут отнюдь не от хорошей жизни.
  Решившись, она вышла из тени и направилась к девушке. Даже по булыжному настилу её копыта ступали мягко и бесшумно, и потому она приблизилась незамеченной. Она увидела, что обнажённые плечи девушки дрожат, а сама она всхлипывает, глотая слёзы. Может быть, эта девушка тоже кого-то потеряла?
  Почувствовав внимательный взгляд, девушка медленно обернулась, чуть раскосые зеленоватые глаза расширились в испуге, изумлении и восхищении, и её сердце мучительно сжалось, вспомнив восторг и обожание в серых глазах Сэла. Она понимала, почему он так смотрел на неё, но видела лишь хорошо знакомую и привычную радость простого смертного, трепещущего в присутствии единорога. Она ни на мгновение не задумалась о чем-то ином...
  - Ты... - прошептала девушка.
  Она поймала смятенный взгляд, удержала. Девушка перестала дрожать, выпрямилась и неловко спрыгнула с парапета на мост. Она отступила на шаг и лёгким движением рога разорвала связь. Так-то лучше. Не ровен час пошатнётся, потеряет равновесие и вылавливай потом эту горе-утопленницу... Она мысленно усмехнулась, отметив, что даже думать стала совсем как Ди. Или Сэл.
  Девушка поморгала и снова посмотрела на неё.
  - Ты настоящая?
  Она склонила голову.
  "Была".
  Гладкий девичий лоб пересекли озадаченные складки.
  - Как это? Сейчас ты ненастоящая?
  "Я не знаю, кто я теперь. Я не могу и не хочу жалеть. Но я жалею".
  - О чём?
  "Обо всём".
  Девушка нерешительно приблизилась к ней. Она не смотрела на собеседницу. Над деревьями парка на правом берегу поднимались монолиты высоток.
  - Если даже ты о чём-то сожалеешь, то что остаётся нам, простым людям? - Девушка оглянулась на тёмное зеркало реки.
  "Ты можешь плакать. А я не могу".
  - Слёзы не всегда помогают, - грустно улыбнулась девушка.
  "Ты кого-то потеряла?"
  - Я потеряла мечту. А ты?
  "Часть себя".
  Эта часть умерла вместе с Сэлом, подумала она. Хотя единороги бессмертны. А то, что осталось, не знает, кто оно и кем себя считать.
  - Мне кажется, что я себя никогда и не находила. Мои родители умерли... уже давно, и с тех пор я постоянно была кем-то другим. Я не знаю, как выгляжу, что думаю и чувствую настоящая я. И есть ли она вообще.
  "Кто ты сейчас?"
  - Никто.
  "Так не бывает. Все мы рождаемся кем-то и если изменяемся, то становимся новыми кем-то. Это не хорошо и не плохо, это жизнь, а изменения - часть жизни. Даже смерть - необходимое преобразование, рождающее нечто иное".
  "Что я говорю?! - внезапно ужаснулась она. - Разве смерть Сэла была необходима? Разве его гибель ради меня была кому-то нужна?"
  - Тогда я - комок влажной глины, - ответила девушка. - Когда кто-то пытается придать мне желаемую форму, я покорно принимаю её. Но сегодня я узнала, что не все любят мокрые податливые комки.
  "Поэтому ты здесь?"
  Девушка покосилась на парапет и, помедлив, кивнула.
  - Я вдруг подумала, если я никому не нужна, то не проще ли... сразу?
  "Взять билет в один конец?"
  И от кого она слышала эту фразу?
  - Да... вроде того.
  "Иногда люди умирают потому, что чувствуют себя нужными. И в порыве этой нужности принимают предназначенную тебе пулю... Такой жест одновременно и ужасен, и прекрасен, но после ты не понимаешь, как жить дальше с ощущением, будто именно ты спустила курок..."
  Неожиданно девушка шагнула к ней, коснулась ладонью длинной шеи. Она не вздрогнула, не отстранилась. Та часть её, которую Сэл называл красивой, которую она тщетно пыталась выкорчевать из своего сознания, которая несла в себе зёрнышко пугающей смертности, шевельнулась, поднимая голову, задрожала. Её сердце разрывалось от боли, её сотрясали рыдания, но она не могла плакать. Единороги не плачут.
  - Я понимаю тебя, - прошептала девушка. - Это действительно страшно: ощущение вины, бесконечные сожаления, страх, что ты никогда уже не станешь прежней, а мир не примет тебя новую. Но страшнее всего в такие моменты - одиночество. Я знаю, каково это, когда одиночество разъедает тебя изнутри. - В зеленоватых глазах заискрились слёзы. - Что бы у тебя ни произошло, в случившемся нет твоей вины. Ты сама сказала, что даже смерть является необходимым изменением, за которым обязательно последует нечто новое.
  И она впустила её, позволила ей войти, наполнить, изменить...
  Девушка отшатнулась от золотого сияния, прикрыла рукой глаза. А она упала на колени, уронила голову на грудь и дала волю слезам. Она рыдала и всхлипывала, ничего не видя вокруг. Она смутно ощущала, как девушка утешающе обнимает её за плечи, гладит по рассыпанным волосам. Слышала шаги, сначала вдалеке, потом всё ближе, ближе... голоса, одинаково бурлящие изумлением...
  - Индия?!
  - Майко?! Что ты здесь делаешь?
  - Я? Ну... гуляю. А ты?
  - Я? Я... ну...
  - Что-то случилось с твоей подругой? Эй, да это же Энид!
  - Энид? Ты её знаешь?
  - Вообще-то знаю...
  Постепенно голоса стихали, а вскоре полностью растворились в желанном забвении.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"