# Часы и диван

Ирина Михайловна Калитина

Пожилая женщина впадает в депрессию, ассоциируя свои потери и несчастья с предметами домашней обстановки. Некто возвращает ей интерес к жизни

Широкий удобный диван, обтянутый флоком цвета кофе с молоком, не был виноват в том, что пожилой мужчина на дрожащих ногах вошёл в гостиную, тяжело опустился на него, облокотился на мягкий подлокотник и умер. Однако, с той поры вдова, Анна Игнатьевна, милейшая женщина с добрым лицом, не могла смотреть в сторону этого ложа, заходила в гостиную, только, чтобы вытереть пыль и подмести.

Замерли старинные часы с маятником, висящие высоко под потолком. Раньше они отчитывались перед хозяевами о каждой минуте и о каждом часе, громко тикая, хрипло вздыхая перед боем. Их заводил муж, без него женщина не желала их слышать.

Время, в котором активно существовали другие люди, для Анны Игнатьевны остановилось.

Серое лицо со взглядом в никуда. Мысли сделались медлительными и сводились, в основном, к дивану: выбросить на помойку жалко, ещё не старый, да и сил для этого нет, продавать она не умеет, а тратиться на новый не хочет, всё-таки, пенсионерка.

Так два года соседствовали в одной квартире хозяйка и предмет мебели, обидевший её, пока не появились на диван претенденты.

По багажной сумке и рюкзаку Анна Игнатьевна догадалась, что сын заскочил не на пять минут, а, значит, с личной жизнью у её немолодого мальчика, проблемы.

- Ты намерен спать на диване, на котором умер отец?!

Черт, - замер Алексей, - как же я не подумал о матери? Хоть на пол ложись Тот час бежать покупать диван? Нет настроения, да и, наверное, не хватит денег.

Полтора года назад, когда оформляли наследство отца, мать попросила тихим отрешённым голосом:

- Алёша, откажись от недвижимости в мою пользу, целее она будет, ведь у тебя трое ребятишек, а пассии своей об этом не говори.

Невесткой Анна Игнатьевна называла мать внуков, остальных возлюбленных сына - пассиями.

Алёша согласился, хотя и предполагал, чем закончится его брак с молодой, страстной, с взрывным характером женщиной, которая заводила его с пол оборота.

Она узнала об отказе от наследства, разразился скандал, громкий, как салют, и не уступающий ему яркостью. Женщина намеревалась обменять собственную жилплощадь в далёком посёлке и однушку отца Алексея, в которой они ютились, на комфортную квартиру в городе. О том, что Алексей многодетный отец, она, ровесница дочери, слышать не желала, говорила, что сама - ребёнок. Брак ей стал не нужен.

Договорились, что, женщина покинет квартиру, как только арендует подходящее жильё. На это время Алексей уехал жить к матери.

Теперь ему требовалось пережить потерю несравненной партнёрши по сексу, дождаться поступления на карту заработной платы, съездить с матерью в магазин, согласовать и выбрать подходящую модель и, наконец, доставить покупку в квартиру.

В девятнадцать лет Алексей поторопился с женитьбой, с тех пор не любил спешить. Начинал семейную жизнь в небольшой, трёхкомнатной квартире жены и тёщи. С учёбой в ВУЗе пришлось проститься, отправился добывать деньги, занимался спортом, работал инженером, охранником, подрабатывал тренером. Жена поступила на заочное отделение педагогического института и устроилась в детский сад, родилась Машенька.

Сначала он именовал супругу, аппетитную блондинку с бархатистой кожей, Персиком, постепенно фрукт трансформировался в хлебно-булочное изделие под названием Пончик, а потом и в целый Каравай. В проёмы малогабаритной квартиры жена и её мама проталкивали свои тела боком, а двери крохотного туалета со скошенной стенкой не закрывались, когда одна из женщин занимала его.

Дважды Алексей уходил из семьи, но возвращался, и через девять месяцев появлялись дети: Гена, на три года младше Маши, и Олежка - через шесть лет после рождения Гены.

Доверив матери хозяйство, жена погружала крупное тело в кресло, а голову в труды по истории и искусству, свысока посматривая на людей, некомпетентных в этих вопросах.

Что касается Алексея, то гора Олимп и имена греческих героев ассоциировались у него с названием соревнований или спортклубов. Стройный, с рельефным торсом, он обожал остроту спортивных игр, держал в памяти фамилии игроков, даты рекордов и прочее, считал жену и тёщу зависимыми от еды, страдающими недугом сродни наркомании.

Наконец, супруги сошлись во мнении: между ними нет ничего общего. Кроме трёх детей. Последнее обстоятельство не стало препятствием для окончательного разрыва.

Алексей часто забирал ребят к себе и к своим родителям, исправно платил алименты, всячески поддерживал.

Маша в восемнадцать лет вышла замуж и уехала к мужу, Гена после окончания лицея устроился в автосервис, начал хорошо зарабатывать, приводить домой девушек и вытолкал младшего брата из их комнаты.

Олежка спал и делал уроки на кухне, в остальное время слонялся по квартире или по двору, потому что в гостиной мама по вечерам писала диссертацию, а бабушка со слуховым аппаратом в ухе смотрела в своей комнатке телевизор, включённый на полную громкость.

Однажды, засидевшись в гостях у одноклассника, Олежка попросил разрешения переночевать, рассказал о том, какое у него положение дома.

Мать приятеля пригласила мальчика жить с ними, тот обрадовался, договорился с родителями, они оба перечисляли деньги этой доброй малоимущей женщине.

Олежка старался хорошо учиться, играл в планшете лишь тогда, когда никто не видит, ночью прятал его под одеялом, за что однажды чуть не был изгнан из гостеприимного дома.

Через четыре года, приёмная семья переехала в Москву. Сначала приятели перезванивались и контактировали в соцсетях, но постепенно общение становилось реже, Олежка почувствовал, что теряет единственного закадычного друга.

Потом случился роман с одноклассницей. Вместе они готовились к ЕГЭ и разучивали танец для выпускного вечера. В школе их сочли самой достойной парой и поручили открывать бал. Неожиданно девочка отказалась от совместного выступления, сказала, что полюбила своего тренера по плаванию тридцати пяти лет и собирается за него замуж, обманывать Олежку с её стороны было бы нечестно.

На последний школьный праздник мальчик не пошёл, что-то разрывало его изнутри, но не разорвало, организм выдержал испытание.

Облом случился и с мечтой стать архитектором: на эту специальность нужно было сдавать экзамен по рисунку, а Олежка этого не знал и не готовился, пришлось подать документы на строительный факультет, его приняли.

Умер дед, парень попросил бабушку разрешения поселиться у неё. Она жалела младшего неприкаянного внука, болезненно переживала обидную историю с девушкой, понимала, что из-за сложной жизни мальчик нуждается в психологической помощи. Однако, после трагедии с мужем, какой из неё психотерапевт? Не чувствовала она в себе сил заставлять молодого человека учиться, если он не захочет, терпеть его компании и капризы, разбираться с увлечениями. Пообещала исполнить просьбу, когда перейдёт на третий курс.

Потянулись дни безвременья, похожие один на другой. Миновало два года и звук домофона потревожил застойную тишину квартиры, появился Олежка.

Бабушка ответила да потому, что обещала раньше, и закрутилось в голове: не бросит ли парень университет, не добавит ли беспокойства и неприятностей в остаток её печальных дней и где он будет спать? Снова о диване.

Батюшка в церкви объяснил, что спать на нём можно, и медсестра в больнице, где лечился муж, говорила, что на каждой койке кто-нибудь умирал, об этом лучше не думать, однако, Анна Игнатьевна боялась подпускать к страшному ложу близких людей.

Сегодня она ждала Олежку, но неожиданно возник в дверях сынок с багажом и мать подумала:

Раз уж не сложились у Алёши отношения с новой супругой, пусть поможет мне наладить совместную жизнь с его сыном.

Старушка выложила, как на духу, свои тревоги.

Снова звонок домофона, на пороге - Олежка, очень симпатичный парень выше отца, в очках. Папа и сын радостно обнялись.

Тепло и любовь возвратились в квартиру отшельницы. Надолго ли? Пребывая в глубокой депрессии, похожая на монахиню глаза в пол, Анна Игнатьевна не ждала от жизни приятных сюрпризов и страшилась будущего.

- Идите обедать, - поторопила дорогих мужчин.

- Спасибо. Ба, - бодрый голос внука, - обо мне не беспокойся, сделаю для себя всё сам. В прошлый раз я заметил, ты неправильно готовишь пищу.

У женщины, проведшей у плиты значительную часть жизни, открылся рот, голова наклонилась на бок. Выключив депрессию, она сосредоточенно наблюдала, как Олежка вытаскивает из дорожной сумки плоский электронный прибор, он оказался весами, пакеты с крупами, овощами и прочим, взвешивает продукты или насыпает в мерный стакан.

- Маме я тоже на разрешаю мне готовить, встаю утром раньше неё, - продолжал внук.

- Где же ты научился? впервые за последние два года в глазах бабушки появилось любопытство.

- В интернете.

- А пустые контейнеры зачем?

- Наполняю их и беру с собой на занятия.

- И ешь всё холодным?! новое беспокойство.

- Почему? В столовой есть микроволновка.

- Бог мой, во всём университете, наверное, ты один такой?!

- Нет, не один. Обеды там дорогие и не полезные. Ба, стираю и глажу я тоже сам.

Посмотрим, подпущу ли такую прачку к стиральной машине, - сказала себе старушка.

Сели обедать. Аромат борща и тушёная свинина с мастерски пожаренной картошкой, не привлекли Олежку, ограничился рисом с отварной рыбой и салатом из капусты и морковки, который настрогал для всех.

Бабушка подивилась скорости и ловкости. Её сынок рос барином, она любила поухаживать за ним и за мужем.

- Редко мы видимся, - начал неторопливую беседу Алексей, - под одной крышей со своими детьми я не ночевал много лет. Наверное, виноват перед вами

Его мать снова сделалась печальной.

- Не парься из-за этого папа, - сын с аппетитом уминал свою скромную пищу вперемешку с капустой, - мы, дети, понимаем, насколько у нас разные родители, - и снисходительно похлопал отца по плечу.

Бабушка подавилась борщом и закашляла.

- Ну, спасибо, Олежка. Я был у Маши, гулял с близнецами, а Гену не видел давно. Он жениться не собирается?

- Ха! Гена не дурак! Ни одна девушка не будет за ним ухаживать так, как мама и бабушка! Его всё устраивает, на питание им очень хорошие суммы выдаёт.

- Не полнеет?

- Появился небольшой живот, но, пока его работа требует физических затрат, это не страшно.

- Понятно. Ответь честно, сын, ты тройку схватил и стипендию не получаешь из-за того, что занимался на кухне? перевёл беседу в воспитательное русло отец.

Бабушка затаила дыхание, ожидая ответ на один из ключевых вопросов.

- Всю ночь перед экзаменом играл, - сознался Олежка, - не выспался, это мой косяк.

Старушка огорчённо покачала головой.

- Не собираешься ли бросить строительный факультет? Может быть, хочешь отдохнуть и поступать на архитектурный? продолжилась разведка по следам переживаний матери.

- Для этого, папа, у меня времени не осталось.

- Да что ты говоришь?! Расскажи, куда так торопишься?

- Начать нормально зарабатывать. Потом, может быть, и архитектурный закончу.

Алексей собирался перейти к щекотливой теме, как разместиться им вдвоём на злосчастном диване, но Олежке позвонили на мобильник.

- Сейчас заберут диван. а вечером привезут другой, - объявил он родственникам.

Бабушка и отец перестали есть и смотрели друг на друга, а потом на Олежку с расширенными глазами.

- Ба, - внук заметил удивление, - ты же сказала, что на нём нельзя спать, я его сфоткал, заказал новый такого же цвета, а старый предложил на АВИТО. К сожалению, никто не купил, пришлось отдать даром, зато вывезут бесплатно и не на помойку.

- Откуда же ты деньги взял?!

- Накопил. Работал курьером, папа мне помогает, пока учусь, и мама тоже.

- Олежка, я верну тебе всю сумму за диван, как только зарплата поступит на карту, - растроганный, стыдясь собственной нерешительности, произнёс Алексей.

Пассия оставила его ни с чем, - констатировала про себя Анна Игнатьевна, - зарабатывает сынок неплохо, но поддерживает Машу, у неё растут близнецы, Олежку и супругу, теперь уже бывшую.

Снова оживил квартиру звук домофона, приехали весёлые молодые люди, вынесли злополучный диван - место гибели мужа. Тяжёлый камень спал с души женщины.

Едва она успела подмести и помыть пол, привезли новый, угловой.

Чтобы установить его, пришлось передвигать мебель, гостиная изменилась, это уже не их с мужем комната, где, обнявшись на диване, они смотрели телевизор и говорили о сыне и внуках. Глубокий вздох. Женщина прощалась с прошлым.

Позвала мужчин перекусить.

- Олежка, на лето у тебя какие планы? - поинтересовался отец, вдыхая аромат чая из чашки, сахар в неё положила и размешала мать. Рядом, на тарелочке, лежал большой кусок пирога с капустой.

Проголодавшийся Олежка от сдобы категорически отказался, достал из холодильника творог.

Габариты мамы и второй бабушки мешают мальчику есть, - посочувствовала старушка, - хотя поправиться ему не мешало бы.

- Сначала с однокурсниками тружусь на стройке, - ответил Олежка, - а потом, если ты деньги за диван дашь, поеду в Карелию.

Доходы и расходы у внука посчитаны и напрасно он копейки не истратит, -это бабушке понравилось.

- Какие сомнения? Конечно, отдам, я же обещал, - обиделся отец, - с кем поедешь?

- С палаткой. Один.

- А почему без друзей? удивилось старшее поколение.

- Хочу один, - твёрдый ответ.

Бабушка поняла: нужно много тепла, чтобы мальчик сделался мягче.

Алексей вспомнил ещё проблему, о которой упомянула мать в приватной беседе.

- Кстати о друзьях, шумные компании собирать здесь не нужно, и приглашать девушек тоже, если, только, одну и ты в ней уверен. Они бывают непредсказуемые...

- Не бойся Па, - ответ пожившего человека, брови на лице парня образовали угол, - я всё это уже проходил. Пока не планирую заводить друзей и девушек. Сначала заработаю на собственный дом и дорогую машину, потом куплю букет шикарных роз, приеду в парадном костюме, она не откажет и никуда от меня не уйдёт.

Судя по скорости решения вопросов с диваном, обедом и прочим, слова внука не показались Анне Игнатьевне пустой мечтой.

И почувствовала старушка, что внук заполняет в ней душевную пустоту, ту пропасть, которую образовали обстоятельства и собственные чувства. Захотелось встроиться в разноцветный и стремительный мир молодого человека.

- Олежка, позволь мне каждый день стирать и гладить тебе рубашку, чтобы на занятия ходил в чистой, - нежно попросила она.

- Хорошо, Ба, разрешаю, - и внук поцеловал её в, порозовевшую от возбуждения, тёплую морщинистую щёку, - кстати, у тебя часы стоят.

Он легко вскочил на табурет, открыл резную дверцу, подвёл стрелки, вставил в отверстие потемневший ключ, выполненный мастером позапрошлого века, и повернул его несколько раз. Хрипло вздохнув, часы зазвучали, как колокола, нагоняя упущенное время. Стрелки пошли, пошли, не останавливаясь, отсчитывая минуты новой жизни Анны Игнатьевны, наверное, непростой, но не пустой.