Романчик Анастасия: другие произведения.

Дитя грозы. главы 1-5

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Предыстория Размараля
   'Законы древних гласят:
    Вероны, будь то даже полукровки, подчиняются любому приказу членов королевской семьи. Вне зависимости от их собственного желания.
    Королевская семья имеет безграничную власть над своим народом.
    Королевская семья обязана защищать свой народ. Даже если придется за это отдать собственную жизнь, сражаясь с врагом в первых рядах среди обычных солдат.
    Погибшего верона королевской семьи, если он того достоин, могут оживить его родственники.
    Королем веронов становиться достойный в новом поколении. Он обязан принять великий дар древних. Другие же помогают ему во всех его начинаниях.
    Верон королевской семьи навсегда лишается своей силы, если начнет убивать своих подданных. Продолжительность его жизни уменьшается до десятка лет.
    Верон королевской крови должен родиться по любви, иначе ребенок рождается без силы. Впоследствии он должен набирать ее самостоятельно.
    Самозванец не сможет владеть мечом короля и принять корону веронов.
    Корона не передается по старшинству и от отца к сыну, только достойный способен вынести бремя власти.
   Много тысяч лет назад закончилось правление великого короля одной из самых древних рас, Дунгрога. Последнего обладателя дара под названием 'Дитя грозы'. Он правил больше миллиона лет и был предательски убит неизвестными вместе со всеми своими детьми. Расследование так ничего и не дало - убийцы сумели скрыться. Семь миров из восьми закрылись и отрезаны от столицы. Половина замка разрушена, меч и корона короля пропали бесследно. В огне сильно пострадали свитки с законами древних. В них говорилось о том, что власть передается самому достойному в новом поколении правителей. Выжил после покушения только младший сын короля, Ганрон. Его впоследствии насильно женили на темной принцессе из дальнего мира. Она берет власть в свои руки и меняет кардинально законы. На свет появляется следующий правитель - Конрак. Жена Ганрона погибает, проведя неудачно темный ритуал. При странных обстоятельствах умирают Ганрон, и его новая супруга. Их маленького сына, Акрона укрывают эльфы. Конрак становиться королем согласно новым законам его матери, но при попытке принять дар древних терпит неудачу. Отстоять же трон некому. Безумный тиран погружает столицу в хаос. Четыре тысячи лет спустя у Конрака появляется первенец, Искрос. В приступе ревности Конрак убивает свою жену. В дальнейшем у него возникает гарем и множество других детей, которых он стравливает между собой. Искроса воспитывает вернувшийся на родину Акрон. Он пытается образумить остальных племянников, но все тщетно. Война между братьями набирает обороты, все больше проливается крови. У Искроса с эльфийкой знатного рода рождается мертвая дочь, и наследник берет опеку над своим самым младшим братом, Инараном. Поступки Конрака становятся все безумнее. В один из будних дней вероны находят в тронном зале вперемешку лежащие тела мертвых принцев и Конрака с мечом в сердце. Среди них отыскивают живого Искроса. Его пытаются спасти, дабы узнать что произошло. Он умирает, так и не придя в себя. Кто-то постарался отравить единственного свидетеля. Временным правителем назначают последнего сына Конрака, Инарана. Конрака не стали сжигать, как его детей, а закрыли в склепе...'
   Детские ручки аккуратно свернули только что прочтенный свиток.
   - Я не могу довериться никому кроме вас, ваше высочество, - проговорил мужчина в черном костюме с капюшоном закрывающем лицо. - Если этот свиток попадет в руки советника, он уничтожит его. Наша семья последние хранители древних законов. Мы сумели уберечь их во времена буйства темной принцессы Лидеемы.
   - Почему вы принесли свиток мне, а не моему старшему брату Амрону или на крайний случай моему отцу? - серьезно спрашивает мальчик.
   - Вероны в томительном ожидании, - разводит руками собеседник. - Они верят, что ваш брат станет их новым королем. Поэтому к нему более пристальное внимание, чем к вам. Советник опасается за жизнь наследника. Он - гарант его власти. Без наследника вероны не станут подчиняться. Вашему же отцу мы не доверяем и его власть над нами не так сильна как у вас с братом.
   - Из-за Конрака?
   - Да, ваше высочество.
   Принц бережно прижимает свиток к груди. Он прекрасно понимает, насколько важные сведения попали ему в руки.
   - Я благодарен вам за доверие, вы можете быть свободны.
   - Это еще не все, принц, - продолжает мужчины и извлекает из сумки огромную книгу. - Я еще не родился, когда правил Дунгрог. Мы позабыли родной язык веронов. Мы не смогли ее перевести, лишь у королевской семьи есть доступ к древним фолиантам.
   Верон бережно передает книгу ребенку и, развернувшись, уходит. Руки же принца дрожат, такой ценный документ нельзя хранить у себя в комнате. Внимательно осмотревшись, мальчик спускается в подземелье, прячет свиток и книгу в своем тайнике. Как только он вернулся обратно, его за плечо ухватила цепкая женская рука.
   - Акрас, вот ты где! Я ищу его по всему замку, а он лазит неизвестно где! - кричит на него мать. Белокурая блондинка с пышными формами. Огромные голубые глаза, розовая мягкая кожа, курносый нос, полные губы. Женщина необычайной красоты, но, увы, обделенная сильным интеллектом. - Скоро начнется церемония, мы должны там присутствовать!
   Говорила она без особого восторга. Амрон не был ее родным сыном. И женщина, разумеется, желала бы, чтобы на его месте оказался ее собственный отпрыск. Продолжая говорить, мать потянула задумавшегося сына за собой.
   В то же время Инаран сидел в саду напротив небольшой надписи на табличке. Каменную статую молодого верона в старинной одежде и диадемой наследника, неподалеку от принца, скрывали ветви цветущего дерева. Мужчины чем-то схожи, но их различия почти незаметны.
   - Мне не хватает тебя, брат, - говорит он тихо и проводит пальцами по буквам.
   - Инаран! - доноситься до него.
   Королевский отпрыск скривился как от зубной боли. За последние сто лет, он хорошо изучил этот визгливый голос.
   - Да, советник, - поднимается со скамейки.
   Советник, в который раз негодует, но не только из-за поведения младшего сына Конрака. Он не любит, когда принц выпрямляется - сразу видна их разница в росте и стане, а главное в пропорциях. Инаран два раз выше его, в три раза стройнее, да и не согнут буквой 'з'. Верон знал об императорских амбициях советника и делал все специально - ему нравилось издеваться. По правде говоря, будь Инаран чуть тверже духом, никто не смог бы ему указывать, что делать и куда идти. Но принц ощущал давление исходящее извне и именно его боялся больше всего на свете. Поэтому сильного бунта не поднимал, не выходил за рамки.
   - Хватит предаваться сентиментальности, вашего брата не воскресить.
   Инаран зарычал. Знает же ведь чем задеть, не может по иному достать, так по больному месту бьет.
   - Если бы у меня была сила, он был бы жив!
   - Инаран, - советник презрительно ухмыляется, - вероны собрались на площади, дабы посмотреть на своего нового повелителя. Мы собираемся показать им его силу.
   - Если у него действительно есть сила, - криво улыбнулся, - вам его не подчинить, иномирцы. Вы, чужаки, даже не представляется насколько может быть силен член королевской семьи!
   Холодный взгляд заставляет советника вздрогнуть. Но он быстро берет себя в руки и к нему возвращается обычная наглость.
   - Чтобы ты не говорил, ты ничего не сможешь изменить, твой сын - надежда этого мира.
   Инаран громко смеется над покрасневшим от злости мужчиной.
   - Идем, советник! Не ожидал от подобной твари услышать такие речи! Тебе плевать на этот мир! Тебя волнует лишь власть над веронами! Мы ведь одна из самых сильных рас! Лакомый кусочек для таких подонков как ты!
   Советник гордо поднимает двойной подбородок и делает вид, что не расслышал сына Конрака. Идет вместе с ним на церемонию, сложив руки в широких рукавах своей красной мантии.
   На площади перед восстановленным черным замком действительно собралось много народу. Вероны терпеливо ждали. Когда им объявили о том, что принц Инаран стал отцом, в их истерзанные души все-таки закралась маленькая надежда. Что кошмар больше не повториться. Народ возлагал большие надежды на новое поколение королевской семьи. Веронам хотелось верить, что новый правитель будет таким как Дунгрог и сможет воссоздать потерянный мир.
   Близстоящие здания облеплены существами, внешне похожими на людей. Они и есть вероны. Издали видно, как переливаются их глаза, словно в глазницы запустили молнии. Белые острые ногти, тверже, чем камень, цеплялись за выступы. Вся площадь находиться в глубокой тишине, лишь изредка доносятся выкрики нетерпеливых людей или гномов. Вероны же хранили напряженное молчание.
   На большой открытой площадке, приличной высоты, столпились придворные. Выходцы из других миров. Инаран, стоявший тут же вместе с супругой, младшим сыном, Акрасом, и дочерью, Лимрой на руках, откровенно зевал. Если бы кто-нибудь удосужился посмотреть ему в серые глаза, то сразу понял бы - принц сильно нервничает.
   Небо затягивало тучами, издалека раздался оглушительный гром. На улице становилось светло как днем от одной только вспышки. Кто-то из толпы людей выкрикнул:
   - Ничего себе! Это что наследник так топает!? Это ж пацан малолетний!
   Ему никто не ответил. Вероны заворожено смотрели на площадку. В отличие от представителей человеческого рода, они чувствовали своего властелина так же как себя. Кем бы ни был юный верон, он точно имел силу, и немалую.
   Советник беспокойно подбежал к одному из магов и нервно шепнул:
   - Вы точно сможете его удержать, если что пойдет не так?
   - Я-я не уверен, я никогда с таким не сталкивался, - ответил растерянно колдун. - Вы не говорили, что он настолько силен! Вы уверены, что это просто маленький мальчик!? Силы в нем больше чем в архимаге! Я боюсь, мы со своей братией можем не справиться с ним, он... раскатает нас в лепешку!
   - Не орите, я все прекрасно слышу! - прошипел мужчина. - Зачем я вам столько плачу!? У вас столько артефактов, используйте их!
   - Вы не понимаете! - еще больше разнервничался маг и платком протер вспотевший лоб. - Его не возьмут артефакты! Он... слишком силен!
   - Вы хотите сказать, что он всесилен!? - с сомнением фыркнул советник.
   - Именно это я хочу сказать! - выдохнул. - Вам повезло, что он еще не осознает до конца, что за сила живет в нем, иначе... в общем, вы его не подчините, он вас уничтожит.
   - Вы, старый маразматик! Я приказал! Я плачу такие деньги!
   - Да в ад ваши деньги! Я еще жить хочу!
   Вся площадка воспламенилась. Не обжигающий синий огонь расползался по всему замку 'паутинкой'. Кто-то нервный вскрикнул и упал в обморок. Инаран удивленно разглядывал синие языки пламени под своими ногами. Последний раз он видел такое светопреставление только когда к народу выходил его старший брат. Неужели Амрон действительно настоящий наследник?
   Групка старых магов, серьезных дедушек, прошествовали мимо всех придворных. Они подошли к самому краю, постепенно отступая прочь.
   - Да он же совсем ребенок! - крикнула женщина в изумлении, выражая тем самым эмоции остальных присутствующих.
   Маги открыли всеобщему обозрению мальчика лет семи. Лицо копия статуи, перед которой сидел его отец. Белые волосы до самого пола ходят волнами без помощи ветра. Он медленно открывает серые глаза. Они еще ярче, еще насыщеннее, сильнее переливаются и молний древние явно не пожалели в них вложить.
   Теперь молчат не только вероны. Все ждут, что же будет дальше. Советник нервно заламывает руки и покусывает полные губы. Чего же мальчишка тянет? Ему же сказали просто продемонстрировать свои способности, ничего больше не надо! А он стоит и смотрит.
   Но принц не спешил. Никто не мог догадаться, о чем он думает, и какие мысли крутятся в его голове. Наследник повернулся назад, встретившись взглядом с Акрасом. У брата глаза вспыхнули не хуже чем у него, но силы явно не хватало. Заметно, друг друга они не любили. Что стало причиной раздора, лишь им одним известно.
   Кто-то из дворян решил поторопить принца. Ощущая собственную неприкосновенность, наклонился над плечом ребенка и грубо сказал:
   - Поторопись, малявка, никто не будет здесь торчать целую вечность из-за тебя!
   Удар, сопровождающийся электрическими разрядами, стал неожиданностью для всех. Чудо, что не сломал наглецу шею.
   Инаран чуть не уронил дочь. Он-то всегда считал, что его сынок тихий спокойный мальчик. Видимо слишком мало мужчина уделял внимания своим детям, раз не сумел распознать вспыльчивую натуру старшего отпрыска.
   По бокам от Амрона поднялось два столба из воды. Он развернулся к притихшим придворным.
   - Никто не смеет приказывать веронам! Хватит устраивать цирк! - его голос разнесся над всей площадью.
   Вероны заорали еще громче, чем он, скаля острые зубы - это даже больше чем они ожидали.
   - Что вы стоите!? Сделайте что-нибудь! - визгнул советник, понимая, что теряет контроль над ситуацией.
   - Вы такой умный!? - разозлился маг. - Вот сами и делайте!
   - Взять мальчишку и под домашний арест! - не выдержал мужчина.
   Принц лишь презрительно сощурился и оба столба воды врезались в толпу, смывая всех и правых и левых внутрь замка. Инаран подхватив Акраса, до того как произошла атака старшего сына. Как кошка подпрыгнул и одной рукой зацепился за выступ, зашипел. Дети крепко держали его за шею. Лимра находилась в откровенном ужасе, а Акрас - в негодовании. Супругу Инарана смыло вместе с остальными, и она кричала где-то внутри.
   - Представление окончено! - напоследок сказал беловолосый парнишка, перед тем как взлететь и исчезнуть в вышине среди туч.
   Инаран проводил его взглядом далеким от восторга и медленно спустился, кривясь. Площадь все еще неистовствовала, и шум резал слух.
   - И стоило собираться, чтобы в итоге уплыть в далекое плавание? - принц скептически хмыкнул на слова младшего сына. - Что они из этого получили?
   - Ничего, сынок, но твоя мама еще долго будет поминать нам свою испорченную прическу.
   - Я лучше сразу куда-нибудь убегу.
   И прежде, чем Инаран сумел что-либо сказать, Акрас спрыгнул и удрал, шлепая по мокрому полу.
   - Бедная Лижэа, ей все это убирать, - посочувствовала Лимра служанке.
   После церемонии, прошедшей не наилучшим для советника образом, Акрас спустился обратно в подземелье. Ему давно хотелось посетить одно место, словно магнитом тянуло туда, но вход все время охраняли. Понимал, что другого такого шанса не представиться. Не каждый же день братишка заливает замок водой, а мать поднимает истерику на целые сутки. Нечто подобное он ожидал от брата. Непокорный бунтарь никогда не смириться и не склонит головы. Глупый советник еще натерпится мук от так называемого наследника. Если не поймет, что легче устранить мальчишку, чем контролировать его действия...
   Охранник сонно облокотился на свою пику, подперев спиной двери. Принца вначале он не заметил, пока ему не прошипели в приказном тоне снизу:
   - Пошел прочь отсюда, чужак!
   Мужчина опешил, его взгляд остекленел. Без каких-либо возражений стражник куда-то ушел по своим неведомым делам.
   Мальчик довольно ухмыльнулся, его силы только увеличились. Он вошел внутрь и оказался в зале, где на всех стенах висели картины королей прошлого. Посередине помещения располагался алтарь в виде чаши, оплетенной ветвями. В ее центре появлялись кольца-артефакты веронов королевской семьи.
   Советник никого сюда не пускал, чем сильнее разбудил интерес к этому месту. Потому он ставил возле двери кого-нибудь посильнее. С кем не сможет справиться даже Инаран, славившийся своей физической мощью. Но кое-что властолюбивый мужчина не учел: некоторые вероны могли воздействовать на разум.
   - Не может быть! - произнес Акрас, заметив лежащее на алтаре кольцо. Это могло означать только одно - существовал еще один член семьи, о котором они не знали. Вот чего боялся советник!
   Медленно мальчик подошел ближе и протянул руку, чтобы взять кольцо. Едва кончики пальцев коснулись артефакта, как из носа принца пошла кровь. Ребенок покачнулся, готовый упасть в обморок. Принц почувствовал огромную силу, исходящую от артефакта и еле смог совладать с ней. Кольцо лежало на гладкой ладони. Оно отличалось от его собственного кольца не только цветом, множеством граней и надписей, но чем-то еще, что таилось глубоко внутри. Акрас удивился такому отличию, все возникающие на алтаре кольца всегда одинаковые, если не считать цвета.
   - Посмотри на картины, - услышал он едва слышный шепот многочисленных голосов.
   Мальчик вздрогнул и повернулся в сторону картины Дунгрога. На ней изображен белокурый юноша с голубыми, словно наэлектризованными глазами. Талантливому художнику удалось полностью передать облик правителя.
   Приблизившись к картине, принц заметил, что на пальце у короля точно такое же кольцо.
   - Кольцо короля? - прошептал Акрас, пораженно раскрыв рот. - И что мне делать с ним?
   Принц в ужасе отшатнулся, так как юноша на картине ожил и даже наклонил голову, чтобы лучше рассмотреть ребенка стоящего перед ним.
   - Кольцо нужно отдать будущему королю вашей станы, - услышал Акрас голос с нотками металла. Так разговаривали все члены королевской семьи, но речь короля отличался громкостью и 'звоном'. Вероны при разговоре будто рычали. И те уникумы, что учили их язык, все равно не могли повторить до конца все их интонации.
   - Это должен сделать я? - положил себе на грудь руку мальчик.
   - Нет, - покачал головой юноша, - твои кровные узы с ним не так сильны, как у твоего брата и твоей сестры. Только они могут найти его и вытащить из мира, в котором он находиться в данный момент.
   - Это значит, что он родился от той женщины, что и они, - догадался Акрас.
   - Именно, - кивнул Дунгрог.
   - Но мне говорили...
   - Тебе лгали! - гневно перебила его одна из женщин, стоящих на второй картине, сверкнув фиолетовыми очами. Одна из двух сестер правительниц-близнецов, державшая меч. Вторая сестра с короной на пышных красных волосах тоже ожила и наблюдала. - Вам всем лгут! Только владелец этого кольца может вывести вас из мрака, в который погрузил этот мир Конрак! Позор темной принцессе, что родила его и отдала его душу на поруганье тьме!
   - Я их...
   - Это не имеет значение! - вторила ей сестра. - Твое отношение к ним еще может измениться со временем. Сейчас же твоя задача не допустить, чтобы об истинном наследнике забыли, он не должен погибнуть. Твои брат и сестра позаботятся о том, чтобы он все знал и мог себя защитить. Если ты этого не сделаешь, то ваше будущее не завидное. Ты не раз проклянешь себя за то, что промолчал. Будущий король - ваш последний шанс победить мрак, проникнувший в Размараль. Другого шанса не будет.
   - Торопись, - произнес Дунгрог, - у вас не так много времени, скоро Размараль окутает тьма.
   Картины обратно застыли. Ребенка била нервная дрожь. Он продолжал держать в руке кольцо. Принц уже давно для себя решил, как поступить. Как верона его тянуло отдать кольцо, несмотря на все агитации, проделанными придворными. Они не сумели задавить в нем чувство долга перед своей страной.
   Он вышел в сад, где, как и ожидал, нашел свою сестру Лимру. Она сидела на скамейке и любовалась кустом распустившихся роз. Акрас подошел к ней бесшумно, и схватил за руку. Девочка вскрикнула.
   - Что тебе здесь надо, мне больно, ты эгоистичный...
   - Заткнись! - рявкнул и разжал ей руку, вложив в нее кольцо. - Это сильнее меня, сообщи своему братцу, чтоб опустился на землю, ему не стать королем! Ты забудешь, о том кто дал тебе кольцо! Ты сама поняла, что кольцо принадлежит неизвестному члену семьи и что ему суждено стать новым правителем!
   Принц развернулся и быстро стал удаляться. Сестра, удивленно моргая серыми глазами, смотрела ему вслед. Затем взглянула на свою руку и кольцо, оставленное братом. Ее затрясло, она сразу ощутила силу, исходившую от него.
   - Амрон! - закричала и взлетела.
   Брат стоял около окна, взгляд его устремлен на горизонт. Недавно наследник вернулся и заперся у себя в комнате. Пока никто к нему не стучался. Все находились под впечатлением и не рисковали связываться с бунтарем. На крик сестры принц сразу же обернулся.
   - Что случилось? - спросил ее.
   - Смотри! - Лимра протянула ему кольцо. - Ты видишь, какое оно!?
   - Откуда оно у тебя и что это значит? - недоумевал брат.
   - Нам лгали, - быстро вспорхнула на стол, над коим висела картина Дугронга и указала на его палец с кольцом. - Посмотри, наследник не ты, а тот, кому принадлежит это кольцо! У нас есть еще один брат! Или... сестра!
   Глаза Амрона округлились. Он осторожно взял кольцо, на него сила подействовала по-другому. Принц сразу же нащупал невидимую связь с тем, кому оно должно принадлежать.
   - Что будем делать?
   - Будем искать его, - ответил Амрон - Мы должны найти его до того как они найдут способ его убить...
   Глава 1
   На дворе, уже который день шел дождь, никуда не торопясь и не собираясь отпускать нервных горожан из своего мокрого плена. Солнце не пробивалось сквозь тучи и темное небо навевало невеселые мысли о конце света и о том, что жизнь, так или иначе не удалась. Днем так же темно, как ночью и лишь одноглазые фонари, натыканные на дорогах как унылые обгорелые со всех концов свечки, освещали пустынные улицы. Изредка небеса освещала вспышка молнии, служившая как напоминание, что гроза еще не прошла и не собирается уступать свои права светлым денькам.
   Горожане опасались грозы. Не из-за падающей с неба воды, которая может, грозит только воспалением легких, если хорошенько подмочить пятки, а из-за электрических разрядов, несущими смерть. Люди замуровали себя дома и боялись выходить наружу, словно небо только и думает о том, как наказать их за все, что они сделали в своей грешной жизни. Но работу-то из-за плохой погоды никто не отменял. И хочется, не хочется, хмурому народцу приходилось мочить ножки, топать на остановку. Сжавшись, словно комочек нервов, с опаской поглядывая наверх.
   В пятиэтажном доме, возле самого леса, буквально соприкасаясь с деревьями, на самом последнем этаже из окна выглянуло необычайно белое лицо мальчика лет семи-восьми. Его серые слегка светящиеся, словно наэлектризованные глаза с интересом наблюдали за погодой.
   Обычно родители отгоняют своих детей от окон во время грозы, боясь, как бы в их чадо не попала молния, но его мать иного типа.
   Ребенок получал истинное удовольствие, когда можно открыть окно и подставить руки под струи дождя, ощущая, как вода проливается между пальцами и подает с высоты вниз. Его не переставало восхищать совершенство и непостоянство водной стихии. Сердце в груди замирало при каждой яркой вспышке, будто само небо говорило ему громкое 'Привет!' Сколько раз строгие учителя с криками выскакивали на улицу и, хватая его за ухо, оттаскивали обратно в школу, говоря неразумному чаду о том, что так нельзя поступать (о чем потом долго жалели). Мальчик искренне не понимал их гнева. Что могло быть плохого в истинном величии и силе? В силе, которую он ощущал в себе в этот момент, будто окружающий вокруг воздух наполняет его могуществом, о котором еще не ведает, но оно не дремлет и проснется, когда никто не будет этого ждать...
   - Олег, иди кушай! А то все остынет! - донеся голос мамы.
   Мальчик вздрогнул. Он как-то забыл о том, что сейчас утро и нужно завтракать, а потом идти в школу.
   Вздохнув, словно мученик, он встал с насиженного места. Зайдя на кухню, взглянул на свою мать - черноволосую двадцатипятилетнюю девушку с тусклым взглядом и худощавой фигурой. Его губы слегка раздвинулись в насмешливой улыбке. Она совершенно не умела готовить, но все равно изображала из себя правильную мать и домохозяйку. Но когда очередной обед подгорал, приходилось идти в магазин за банальной колбасой. Сегодня ей удалось сделать блюдо по книжке, и оно даже не сгорело, что вообще удивительно.
   Если сравнивать мать и сына - отличий можно найти массу. И если говорить начистоту, то нельзя отыскать более непохожих друг на друга людей, чем эти двое. Мать - обычная земная женщина, даже кем-то признана некрасивой, жуткая мечтательница, в отличие от своего чада. Всех окружающих их людей изумляла его сообразительность, редко можно встретить даже взрослого человека с таким потрясающим разумом. Уже в таком маленьком возрасте все в нем говорило о породе. Олег был очень красивый, если это слово вообще подходило для описания необыкновенной внешности ребенка. Но его красота не делала его ни тщеславным, ни самовлюбленным. Он как бабочка не замечал того, какой же он прекрасный. Олега можно назвать даже замкнутым, никто никогда не мог точно сказать, что у этого ребенка на уме. В общем, из него складывалась таинственная личность.
   - Садись же, Олежек! - мило улыбнулась мама, разглядывая с обожанием парня. Она очень любила сына, но не так как некоторые мамаши, избаловывая своих чад до полного отупения всех извилин, даже если они когда-то имелись у ребенка. Ее отношение к Олегу скорее выражалось искренним восхищением. Нередко она задавала себе вопрос: 'Неужели это я его родила?'
   Олег сел за стул, подвигая к себе тарелку, взял вилку и нож.
   Яна, который раз заметила мягкость и гибкость движений мальчика. Иногда ее охватывали сомнения, а был ли человеком ее сын? Она отгоняла от себя эти мрачные мысли. Но чем чаще женщина гнала их от себя, тем чаще они ее посещали и мучили ночными кошмарами.
   Сын никогда не болел и не плакал. Что поражало еще больше, ведь его мать страдала от простуд чуть ли не каждую неделю, а лила слезы почти каждый день. Изредка случались из ряда вон выходящие вещи. Один из таких случаев произошел, когда мальчик сдавал анализы: едва капля крови падала на стекло, как оно разбивалось на мелкие осколки, пугая до смерти медсестру. В итоге, после десятой попытки, мальчика спроваживали из кабинета.
   С ужасом мать замечала, как у него выдвигались клыки и так острые как у кота, сами собой затачивались остальные зубы, стоит Олегу разлиться. Обычно подобное явление еще сопровождалось пропажей света у всего района, а то и взрывом лампочки. На счастье Яны злился ее сын редко - его трудно вывести из себя, скорее он мог довести любого до белого коленья. А еще ногти росли всегда острыми, абсолютно белыми и твердыми как камень. 'Когти' сынули не брал даже напильник. Матери, чтобы их спилить, нужно потратить весь день, выслушать недовольные крики Олега, постирать кожу на руках, своих и сына. Результат практически нулевой: слегка затуплялся кончик. На голове у мальчика рос жесткий волос, черный аж до синевы. Глаза, удивлявшие сердобольных родственников необычным блеском, менялись от серого до цвета потемневшего серебра. Все зависело от настроения маленького Олега. Иногда казалось, что во взгляде мальчика играют искорки, вертясь, как в танце.
   - Мама, - голос мальчика с нотками метала, вывел ее из состояния задумчивости, - А кто мой отец? - его глаза приобрели цвет только что начищенного железа. Выражение лица у него не изменилось, только в зрачках появилось нечто, что заставило Яну нервно сглотнуть. Как она не любила этот взгляд, обычно, когда он так смотрел, происходила какая-нибудь гадость.
   - А почему ты спрашиваешь? - дрожащим голосом поинтересовалась она, прежде чем ответить.
   - Не знаю, - слегка нахмурился мальчик, - новая учительница спросила, кто мой отец и я не смог ей ответить. Так, мама... кто мой отец? И потом разговора не получиться, ты это прекрасно знаешь.
   Яна раздосадовано заскрежетала зубами. Кто еще кроме родного сына может знать ее как облупленную? У нее действительно существовала отговорка, когда разговор касался опасной темы, что, мол, поговорим после. Но как это нередко случалось, никто так и не возвращался к данной теме или мама оказалась в этот момент очень занята, дабы уделить минутку. В итоге беседа откладывалась на неопределенный срок, пока о ней и вовсе не забывали.
   Как же давно она ждала этого вопроса. Молодая женщина боялась его услышать. И каждый раз, пересказывая себе то, что будет рассказывать сыну, но всегда оставалась неудовлетворенной собой, словно все ее слова просто какофония звуков. Он никогда не спрашивал о своем настоящем отце, либо щадил мать, либо Олега это не волновало до этого дня. На мнение родственников на счет его родного отца мальчик, мягко говоря, плевать хотел. Ребенка интересовало только версия его матери, она одна знала истину. Даже ее родители не ведали всей правды и могли строить догадки по поводу произошедшего с их дочерью, не больше.
   Девушка села, вздохнула. Здесь не извернешься, не солжешь. Ее сыну нельзя солгать. Он чувствовал безошибочно неправду. Когда ему лгали, мальчик всегда противно кривился в ухмылке. Он внимательно выслушивал лгуна, а после заявлял тому в лицо, что тот непревзойденный прохвост. И что самое странное мог пересказать, что было на самом деле, будто ложь давала ключ от сознания человека и открывала перед Олегом чужие мысли. Олег никого не боялся, скорее, боялись его. Каждый раз, когда на него кричали, происходило нечто страшное. Мальчик никогда не повышал голоса, говорил спокойно даже тихо. Но этот полушепот хуже визгливого крика, до ужаса леденящий кровь. И никто не мог понять, что именно вызывало этот суеверный страх, взгляд мальчишки или его рычащая речь.
   - Когда я была маленькая, я, как и другие девочки мечтала о принце, который меня любил бы и увез в свою далекую страну на белом коне, - начала мечтательно Яна.
   Олег, молча, улыбнулся. Он более приземленный, чем мама, но высоко ценил ее честность.
   - Но шли годы, девочки забывали о своих мечтах и находили мальчиков, а я... - она запнулась, - а я так и не смогла забыть и предать свою мечту. Я любила того, кого выдумала сама, - глупо хихикнула мать и провела пальчиком по красивому носу сына, идеальному, что редко встречается у человека. Ее собственный нос - слегка кривоватый после удара, если сильно приглядеться. Когда ты играешь в футбол, мало думаешь, о том, что мяч может заехать в лицо и испортить какую-то его часть. Страсть к спортивным играм у девушки с детства. Она и мальчика приучила к ним. Как маленькая, гоняла с ним на поле футбольный мяч либо забрасывая в сеть баскетбольный.
   - Была ночь и гроза, - продолжала Яна и увлеченно стала рассказывать...
   Глава 2
   Была ночь и гроза. Совсем молоденькая Яна дома осталась одна. Ей никто не запрещал смотреть в окно, мечтать под грохот грома и освещение молний. Ночь, когда происходят чудеса, а мечты сбываются. Так хотелось верить, что сегодня действительно такая ночь, не пройдет скучно и бесполезно, так хорошо начавшись.
   Вечная одиночка, никем не понятая, ей только и оставалось, что мечтать, надеяться на чудо, в мире, где в чудеса верят лишь дети да сумасшедшие в дурдоме. Относилась ли Яна к первому виду? Вроде уже выросла из того возраста, когда куклы самое дорогое на свете, как-никак уже не ребенок. Да и ко второму ее трудно причислить. Просто девушка так и не смогла забыть свои мечты.
   Балкон их квартиры, тогда еще не застекленный и не так чисто прибранный, что аж пол блестит, а стены улыбаются белизной досок. В то время он был завален всяким хламом, что и ногу некуда поставить. Именно на него Яна иногда выходила, чтобы запрыгнуть обратно в квартиру при малейшей вспышке, с бьющимся сердцем закрывая за собой дверь. Глупо? Но разве альпинист не поступает так же? Рискуя своей жизнью ради чего-то непонятного, призрачного, зачастую и риск больше.
   Одна из молний очень ярко полыхнула и на некоторое время ослепила девушку, даже через туманное от дыхания стекло окна. Сквозь грохот грома она услышала на балконе звон разбитого стекла и чей-то стон, последовавший за этим. Испугавшись, Яна выбежала из комнаты, но любопытство вернуло ее обратно и заставило с опаской открыть дверь балкона. Она едва не закричала, увидев... мужскую фигуру.
   'Не может быть! Я сплю!' - мелькнула испуганная мысль в голове. Но иллюзия упрямо не желала исчезать. Мужчина действительно лежал у них на балконе, неизвестно откуда взявшись на пятом этаже. Вроде с крыши свалиться нереально, если только головой вниз, да на асфальт. Может, незнакомец спустился по проводу одной из антенн? О том, что провод мог порваться, ей даже не приходило в голову в тот момент.
   Он снова застонал и пошевелился.
   - Ой! Я сейчас вам помогу! - спохватилась девушка, подумав, что незнакомец, возможно, поранился об многочисленные банки, стоявшие безобидно на балконе в несколько рядов, во всяком случае, до того, как их разбили.
   Яна подняла мужчину за плечи и удивилась тому, что для его телосложения он почти ничего не весил. Он выше ее, если не на две головы, то на полторы так точно и к тому же шире в плечах. Она без особого труда втянула неизвестного в квартиру, закрыла за собой дверь. Еще не хватало сквозняка напустить.
   Умный бы человек никогда ничего подобного не сделал бы. Он бы тысячу раз подумал, перед тем как втащить неизвестного в свой дом, здраво размышляя: а вдруг это грабитель и собирался ограбить пустую квартиру соседа? Вначале бы вызвал милицию, пусть она бы разобралась, с сей подозрительным субъектом. Но Яна беспечный человек. Сколько не пытались родители привить ей осторожность, но ничего из этого не вышло. Тут она помнила, а через секунду забывала.
   - Я сейчас вызову скорую! Вам помогут! - воскликнула девушка и встала, чтобы добраться до телефона в другом помещении квартиры.
   Яна вбежала в комнату и схватила телефонную трубку. Неожиданно сильная рука стиснула ее кисть до хруста в костяшках. Он мгновенно выдернул провод из гнезда. Яна испуганно вскрикнула и тут увидела его глаза. Лицо скрывала тень, но не глаза, серые. Тогда ей привиделось, что в них переливается электричество и в темноте светятся, словно в их глубине спрятаны лампочки. Девушка тонула в этих глазах, как обреченный в болоте. Не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, и все глубже погружалась в эти два омута.
   Телефонная трубка громко звякнула, ударившись об стальную линейку, стоявшую рядом с тумбочкой. Он выругался и что-то спросил на своем неизвестном никому в этом мире языке. Невольно казалось, что он рычит.
   - Я... я... не... понимаю, - прохрипела она, выдавливая через силу из горла по одному слову. К горлу подкатил комок, а в душе пылал пожар.
   Его пальцы скользнули по ее лицу. От этих прикосновений хотелось упасть в обморок и оставаться в этом сладком сиропе навсегда. Только бы запечатлеть в памяти замечательные минуты. А эти глаза, они сводили с ума, ну почему она не может ничего сделать? Почему эти два серых диска не дают ей пошевелиться? Вопросы, вопросы, но где, же найти ответы? И почему сердце так мучительно сжимается внутри грудной клетки, причиняя немыслимую душевную боль?
   Яна услышала вновь его голос мягкий по-мужски красивый, слегка властный. Хоть и слова непонятны для бедной девушки, но ей хотелось слушать его, слушать не переставая, растянуть секунды в вечность.
   - Я не понимаю, - она сказала это чище, и чуть не упала в обморок, когда он стал приближаться к ней ближе. Разум затуманился.
   Слух еще успел донести до одурманенного сознания, как раздается в тишине его звонкий смех и звук разорвавшейся ткани...
   - Кажется, я увлеклась, - покраснела мать и закончила рассказ.
   - Я был зачат после того, как он порвал твою одежду? - спросил сын, в общем, не проявляя особого любопытства.
   - Ну... - она покраснела еще гуще, - ну да.
   - И больше ты его не видела? - задумчиво вертя вилку, поинтересовался Олег. Более опытному человеку стало бы понятно, что мальчика волнует нечто иное, о чем мать пока еще не догадалась.
   - Нет, я его больше не видела, - не раздумывая, ответила Яна и фыркнула, - я не видела даже, когда вы появились на свет.
   Вот оно!!
   - 'Вы'? Я не ошибся, ты сказала 'вы'? - прищурился паренек. - Разве я не родился один, мам? Бабушка всегда говорила, что тебе принесли только меня.
   Этот вопрос ее удивил больше всего. Хотя скорее не вопрос, а догадливость Олега. Умел же он подловить на слове. И знала ведь, что сынок любит такие штучки, и вроде бы сама проговорилась.
   Несмотря на всю боль прошлого, мама сдавленно ответила:
   - Нет.
   - Сколько же нас родилось? - продолжал спрашивать сын, неотрывно смотря прямо в ее зрачки. Это его особенная черта - он смотрел только в глаза собеседнику и неважно, что человеку обычно трудно выдержать его взгляд.
   Вот и Яна закрыла свои глаза. Ее лицо болезненно побледнело. Она заново переживала прошедший давно кошмар.
   - Трое.
   На этот раз разговор окончен. Мать встала и удалилась в другую комнату, оттуда еще долго доносились сдавленные рыдания. Сын не пошел за ней. Он тонко чувствовал, когда стоит идти утешать маму, возможно даже носовым платком утирать носик, а когда лучше оставить ее одну и не трогать.
   Незаметно для себя Олег сломал вилку. Наверное, от досады. Мальчик хотел знать больше, полностью она не пролила свет на тайну. Куда, же делились еще двое детей? Куда исчезли? Кто забрал? Зачем?
   Но мама только подогрела своим ответом его собственные подозрения...
   Глава 3
   Мать не разговаривала с ним весь последующий день. И в такую пасмурную погоду не проводила сына в школу. Он понимал почему. Своим вопросом об остальных детях, расковырял старую рану, не заживавшую столь продолжительное время. Поэтому молча, собрался, вышел из квартиры прямо под дождь без зонтика. Тому, кто никогда не болеет, можно не бояться такой банальности как насморк, ангина или воспаление легких. Мокрая одежда не доставляла дискомфорта и быстро высыхала, назло всем законам физики. Казалось, кожа ребенка впитывала внутрь всю влагу, пропитавшую школьную форму.
   Идя в школу, Олег задумался над тем, куда же делся его отец, а главное, куда исчезли еще двое детей. Почему-то он не сомневался, что у него есть еще сестра и брат. Что мальчик родился после него, а девочка - последней. Откуда у него такая уверенность, Олег и сам не знал. Иногда знание о чем-то приходило само собой без его какого-либо участия. У человека такое бывает, но у сына Яны подобное случалось намного чаще.
   - Колдун, здорово! - крикнули за спиной, выводя мальчика из состояния раздумий, заставляя остановиться.
   Олег нехорошо улыбнулся. Его всегда называли так, сколько он себя помнил. Как взрослые, так и дети. Ему пришлось привыкнуть к кличке и не ломать кулаком носы других мальчишек, которые не могли называть его по-иному, будто им это доставляло особое удовольствие или... Они боялись.
   - Колдун, дело к тебе! - его хлопнул по плечу одноклассник Петя. Стоит заметить, что весьма осторожно хлопнул, рука-то тряслась. Наверняка он приложил к этому все свое заячье мужество. Мальчик Петя не самого лучшего поведения, если по-простому, то хулиган, но даже такой как он боялся 'Колдуна'. Как тут не боятся? Когда на твоих глазах размазали по стенке самого наглого старшеклассника, у которого после сам собой нарисовался фонарь, а спина представляла сплошной синяк. Притом Олег не двигался вовсе и неотрывно смотрел. Просто в сузившихся глазах появилось нечто к чему трудно подобрать описание.
   - Ко мне без дела не подходят, - зловеще ответил Олег и прищурился.
   Рука на плече затряслась. Но Петя подавил дрожь еще одним неимоверным усилием. Мальчишка мало того, что старше Олега, но еще намного выше и шире.
   - Ну, говори, коль рискнул, - напомнил мальчик.
   - Послушай, мне разобраться с кое с кем надо... - начала издалека одноклассник, постоянно оглядываясь.
   Олег резко отдернул его руку. Серые глаза пылали гневом в прямом смысле этого слова, учитывая особенность его глаз это вполне возможно.
   - Ты подошел ко мне только за этим? - сквозь зубы прошипел 'Колдун'.
   - Э-э-эм... да, - со страхом ответил Петя, смешно запинаясь, - но ведь кроме тебя...
   Но сразу замолк, увидев, что его собеседник сейчас взорвется. С 'Колдуном' шутки плохи, если учитывать, что они вообще редко заканчивались чем-нибудь хорошим, вроде праздника с воздушными шарами. Со стороны ситуация могла показаться потешной, будто слон действительно испугался гавкающей Моськи и в панике удирает от нее. Но Пете не смешно. Все знали, что этот странный мальчик обладает силой, которую никто не в силах объяснить, но понимают - она опасна. Даже атеисты рядом с Олегом начинали верить не только в сверхъестественное, но и в ужасе крестились, хотя подобного никогда не делали.
   - Значит так, Горох! - Олег презрительно осмотрел одноклассника, которого давно в своем мысленном списке поставил на уровень с обезьяной кушающей собственных блох. А теперь и вовсе опустил его до тупой амебы. - Тебя, кажется, предупреждали, что с банальными разборками ко мне не подходят? Я не бандит, чтобы разбираться с дебилами, не дружащих с собственными мозгами!
   Петя, он же Горох молчал и затравлено кивнул. Только папу, да мальчишек старше себя он так сильно боялся. Но Олег внушал ему еще больший ужас, чем все описанные ранее вместе взятые.
   - Подойдешь к старшекласснику по кличке Зек, - продолжил сероглазый, глубоко вздохнув. Что поделаешь, если у его одноклассника ума меньше, чем у курицы, ведь это ж не порок, в конце концов. - За эти же деньги он тебе, с кем хочешь, разберется.
   - Он деньги заберет... и дела не сделает, - пискнул Петя неуверенно. Он вообще уже жалел, что связался с такой темной личностью, как этот вроде бы маленький мальчик.
   'Колдун' улыбнулся, так что парнишка сглотнул.
   - Скажи, что я послал! Ты понял?
   - Понял... не дурак.
   - Умница, мне почему-то казалось, что именно дурак, - доброжелательно хлопнул его по спине Олег и рявкнул: - а теперь пшел вон!
   Одноклассник ланью ускакал, а колдун направился в школу уже в одиночестве. Держать всех в страхе не значит с ними дружить. Его боялась вся школа, а вот друзей у него нет, кроме одного ботаника Феди. Федя носил огромные очки, мальчик маленького росточка и хиленький. Он имел торчащие во все стороны черные волосы, глаза неопределенного темного оттенка. Выглядел замученным, несчастненьким неудачником. Ботаник обожал своего лучшего друга-покровителя. Федя чуть ли не боготворил Олега, и ему все равно, что его друг слегка 'необычен' или другими словами ненормален. Федю не интересовало мнение, как он любил выражаться, шизофреников. Когда тебя презирают за твои же мозги, другого такого же изгоя, ты примешь как брата родного.
   Проходя мимо девочек, Олег своим отменным слухом, который раз услышал: 'Вон смотри, колдун идет'.
   Поднявшись на второй этаж, взглядом уже выискивал среди пятиклассников (его одноклассников) Федю. Они с ним вместе перескочили несколько классов вперед. Интеллектуально мальчишки могли дать фору кому угодно. И сидели на первой парте в полном одиночестве, создавая мертвую зону вокруг себя.
   Вдруг произошло такое, что не укладывалось в понятие 'обычный школьный день'. Олег почувствовал, что кто-то наблюдает за ним. Нет, это не те множество боязливых взглядов, что направляли на него пугливые ученики. Это нечто иное, и оно не боялось! Ему интересно и даже любопытно! Чувствовался откровенный бесстрашный вызов. Так смотрит хищник на другого равного ему хищника. Оценивая, насколько опасен соперник. И ощущение нельзя перепутать ни с чем другим.
   - Олег, привет, - голос Феди вывел его из ступора. Друг слегка картавил и иногда заикался. - Ты чего так поздно? Я тебя уже давно ждал!
   - Извини, припозднился, я с мамой немного заболтался, - от изумления мальчик даже не поздоровался с одноклассником, что тот, в общем-то, не заметил.
   - Ничего! - махнул Федя рукой. - Что-то случилось? - как настоящий товарищ он чутко чувствовал, когда с другом что-то не так, поэтому начинал беспокоиться не меньше чем сам Олег, может даже больше.
   - Кто-то следит за мной, и я не могу понять кто, - честно ответил он, продолжая оглядываться. Но вокруг, как назло, те же знакомые лица, никакого намека на того, кому мог принадлежать взгляд.
   Федя принял самый серьезный вид (ох уж эти отличники!) и поправил очки. Он стоял так, будто отвечал самому президенту.
   - Пойдем в класс, думаю, если за тобой следят, то из безопасного места, в классе спрятаться негде, если только слежка не с улицы, в чем я лично сомневаюсь, - заметил он и показал тонким костлявым пальцем на класс.
   - Да, пошли, - кивнул Олег, соглашаясь с Федей. Он похлопал его по хрупкому плечу и направился вместе с другом в сторону открытого кабинета.
   Они ушли, и две пары переливающийся глаз прямо как у самого Олега, внимательно проследили за ними.
   - Ты видел!? Он заметил! - изумленно проговорил слегка металлический девичий голос.
   - Видел, - ответил с таким же металлом, но более грубый и жесткий мальчишеский, если бы кто-то умел разбираться в голосах, то он бы сказал, что этот паренек, имеет просто титаническую нервную систему, - Уходим! - приказал он властно.
   Глава 4.
   Откуда Олег мог знать, что за ним наблюдали его брат и сестра? Что живут они в другом мире и что увидели его, только сейчас? Что для этого нарушили правила и сбежали прямо в закрытый мир (1) через грозовые тучи - единственный портал, откуда можно беспрепятственно сюда попасть? Нет, мальчик об этом не знал. Не такой дурак его брат Амрон, чтобы не подстраховаться, перед тем, как появится в желанном месте. (1) Открытые миры связанны между собой порталами и их жители знают друг о друге. Закрытые - не имели сообщений и редко, когда догадывались о существовании других миров, находились в неведении. Только очень сильные существа могут проникнуть в закрытый мир, и то с условием, что в их намерениях нет ничего дурного. Закрывался мир по разным причинам хранителями равновесия. подр. см. в книге 'Хранители миров'.
   Через серебряное переливающееся окно, обратно в подвал черного замка влетели двое. Один с длинными белоснежными волосами и лицом точной копией Олега. Его-то и звали Амрон. Рядом с ним приземлилась сестра, Лимра немного ниже ростом с черными с синим отливом волосами. У обоих на головах красовались тонкие серебряные обручи с голубым камнем посередине.
   - Ты почувствовал? - сразу спросила она у брата, повернувшись к нему всем корпусом.
   - Да, - глухо ответил Амрон и быстрым шагом направился по лестнице наверх, сестра бросилась за ним вприпрыжку.
   Одеты брат и сестра в черные бархатные плащи, скрывающие их и так невесомые, легкие фигуры. Осторожно озираясь, дети вышли в зал, где их сразу встретили...
   - Где же вы пропадали, молодые особы? - слащавый голос остро резанул слух. Как они не любили этого омерзительного типа из другого мира. Откуда его достал советник, оставалось загадкой, не только для их отца.
   - Гуляли, - грубо обронил Амрон.
   Они поспешили поскорее уйти подальше от приставучего придворного, не хотелось снова заливать замок водой.
   Эта слащавая 'земноводное' существо, Гекада всегда стремился к власти, и лишь казался деревенским дурачком Иванушкой. На самом деле расчетливая змея, гадюка, ждущая, когда можно броситься на свою жертву из западни. Он и выглядел под стать своей внутренней сущности. Кожа покрыта мелкой болотного цвета чешуей, желтые глаза без век с вертикальным горящим зрачком, длинный раздвоенный язык Гекада высовывал при каждом удобном случае. У него даже имелся в наличии хвост, но кто-то 'любящий' давно ему его отрубил. Новый отрос криво, короче предыдущего и представлял собой убогое зрелище. Черный фрак только подчеркивал его нечеловеческое происхождение, белые перчатки закрывали шестипалые руки. Кто-то когда-то сказал ему, что так одеваться модно, но объяснить, что мода проходит ему как-то забыли сообщить.
   Королевская семья являлась единственной в своем роде, где кровь сохраняла свою первозданность, сколько бы примесей не случалось за долгие столетия. Смывание чужой крови редкость в открытых мирах. Подобного достигали только самые сильные и древние расы, даже эльфы до такого не дошли, хотя страстно этого желали, но по сравнению с веронами (настоящей расой Олега) они младенцы. Ученные закрытого мира были бы шокированы этим. По их мнению, подобное невозможно, но факт оставался фактом, тут уж хоть десять диссертаций пиши, ничего не докажешь. Есть вещи, которые нельзя познать логикой и обычным разумом.
   Именно по этой причине королевскую семью не истребили во времена Дунгрога до конца. Темные хорошо представляли, что произойдет, если веронов лишить их правителей. Амрон тоже понимал, даже лучше чем все остальные. 'Молнии', как еще называли веронов в других мирах, сорвались бы с катушек, и половина темных миров прекратила бы свое существование.
   Причина, почему в черном замке нет ни одного представителя веронской расы, очевидна. Сразу бросалось в глаза как они беспрекословно подчиняются королевской семье. Советник сделал все, чтобы усложнить жизнь королевской семьи и завладеть властью.
   - Отец нас прибьет, - шепнула Лимра, когда они отдалились от Гекады. Приблизились к двери, что закрывала комнату их родного отца, Инарана.
   - Посмотрим, - пожал плечами ее брат. Как и Олег, он лишен страха перед кем-либо, хотя если сравнивать, Амрона запугать пытались намного чаще, чем его старшего брата.
   Мальчик широко распахнул двери покоев отца. Тот стоял к ним спиной, рассматривал что-то на столе, на коем лежал всякий хлам и совсем уж не к месту шахматная доска с разбросанными причудливыми фигурками. Его стройная фигура, закрытая в изящный серый костюм, выделялась на фоне темного помещения с горящим камином. Волосы уложены и переливались, синим оттенком, отражая свет. На голове аккуратно покоился, серебряный обруч, такой же что и у его детей. Белые руки аристократа с острыми белыми ногтями находились за спиной. Отец явно пытался скрыть свое негодование, но у него плохо получалось. Что тут скажешь? Его темперамент оставлял желать лучшего.
   - Ты снова меня ослушался! - чуть ли не закричал он, даже не поворачиваясь к сыну.
   На этот раз Амрон имел решительный настрой и крепко сжал руку сестры, которая пряталась сзади него как за каменной стеной.
   - Мы были у матери! - смело ответил сынуля.
   Плечи отца дернулись, как от удара кнута. Он медленно повернулся. Его переливающиеся глаза смотрели тревожно.
   - Где вы были? - переспросил папа.
   - Мы видели брата, - громче произнес Амрон, бесстрашно заглядывая мужчине, своему отцу, в глаза, - и хотим знать, почему не сентиментальный Закара не приказал своим солдатам забрать его, как нас? Ведь он родился первым! Я это почувствовал, папа, он истинный наследник, а не я!
   Отец сжал кулаки и опустился на кресло, стоящее неподалеку от рабочего стола. Раздраженно отбросил какой-то свиток прямо в огонь, где он ярко и одновременно обиженно вспыхнул. Он-то точно ни в чем не повинен.
   - Ты лучше спроси, почему твоя мать не здесь, - в его глазах отразилась мука, - если бы была моя воля я забрал и ее, но картами владею не я. Думаешь, я так хотел жениться на твоей мачехе?
   - Я не понимаю, отец! - воскликнул сын. - Он родился раньше меня! Он настоящий наследник! И он сильнее! Он почувствовал нас, когда мы скрывались от него! Никто! Слышишь никто, не мог этого сделать до него! - возмущения Амрона не было границ, и он не заметил, как перешел на крик. - Он полон силы превосходящей мою мощь во много раз! Почему его не забрали? Я не верю, что они пожалели нашу мать! Они не способны на жалость! Сколько я себя помню, они всегда делали самые гнусные вещи!
   Их папа сидел, молча, уставившись в горящий камин. Он достал из кармана бутылочку и протянул ее сыну.
   - Иди к Закаре, и сделай то, на что не хватило духа у меня в свое время, - проговорил он глухо.
   Амрон все понял и взял стеклянный пузырек из руки отца.
   - Пойдем, Лимра, думаю отцу надо побыть одному, - взял он за плечо сестру.
   Закара являлся второй по значимости личностью в замке, после советника. Худшего характера, чем у него трудно сыскать, даже если обратить свои поиски в стан орков. Кто-то поговаривал, что у него в предках имели место кто-то из адских созданий. Так объяснялись его красные глаза и абсолютно лысая голова с двумя похожими на рога выступами на лбу. Описать же его как личность можно одним простым простонародным словом: 'Скотина'. К детям он относился как к мусору, не воспринимая их как нечто одушевленное. Иногда даже забывая об их существовании, вспоминая только тогда, когда кто-нибудь из них открывал свой маленький рот.
   Все что нужно сделать Амрону, так это незаметно подлить содержимое бутылочки в чашку Закары, а после подождать пока ничего неподозревающий барон (именно такой титул он имел при дворе) отопьет чайку. Когда же подействует зелье отца, не опасаясь можно задавать барону вопросы, на которые он будет обязан ответить, даже если не желает. Самоуверенный злобный дяденька с темными корнями так уверен в своей неприкосновенности, что даже не запирал своей комнаты. Хотя причина даже не в его уверенности, что никто не посмеет к нему зайти. В черном замке сложно быть в безопасности. Каждый хочет подсидеть тебя и занять твое место, удалив препятствие, сбросив предшественника в сточную канаву или отравить его. Дело в том, что от темных предков ему передались и их знания: посмей кто-нибудь к нему зайти без его личного позволения, охранная магия тут же подвергнет нарушителя мучительной пытке, а после и вовсе прикончит. Потому кабинет не запирался на ключ.
   Но Амрон не барон и не граф, а принц и к тому же верон королевской крови. Как только он вошел, охранная магия атаковала его, но натолкнулась на такую чудовищную волю, под действием которой растворилась как мыло в воде. На все Амрону потребовалось не больше секунды. Губы мальчика раздвинулись в ухмылке. Медленно словно растягивая триумф, он безбоязненно подошел к столу и вылил из бутылочки все зелье до капли в недавно принесенный слугой чай барона.
   - Амрон, ты сошел с ума! - прошипела сзади сестра.
   - И что он мне сделает? Это ничтожество!? Я принц, а он никто! - нахмурился Амрон. - Я должен знать! Ты со мной!?
   - Я всегда с тобой, - грустно ответила Лимра.
   Услышав приближающиеся шаги, дети, скрылись за шторой, ничто не могло помешать их плану.
   Похлопывая себя по массивному животу, в кабинет вошел Закара, лицо расплылось в довольной гримасе. Видимо он, хорошо сегодня провел ночь, и день начался для него вполне благоприятно. Взяв кружку, с удовольствием втянул ноздрями пар и мелкими глотками стал пить свой любимый напиток, усевшись в кресло.
   Подождав необходимое время, когда барон дернулся и с удивлением обнаружил, что не может двигаться, мальчик вышел из укрытия, закрыл на замок все двери. Закара не смог сдвинуться с места, лишь глаза полыхали бессильной яростью. Его обвел вокруг пальца жалкий мальчишка! Слишком долго он не хотел замечать силы наследника и теперь поплатился за свою невнимательность. Выражение лица Амрона барону очень не понравилось, такое бывает только у настоящего властелина и все эти сопливые выскочки лишь пыль на доске времени по сравнению с этим величием. Впервые Закара затрясся в своем кресле от страха. Он находился в полной власти наследника, и захоти он, то жалкий опростоволосившийся барон будет лежать на ковре с кинжалом в брюхе. Закара еще не успел забыть того, какие кровавые расправы устраивали родные дяди мальчика, братья Инарана, между собой и теми, кто был им не угоден.
   - И так, Закара, ты ответишь на все наши вопросы, ведь так? - спросил насмешливо Амрон, садясь прямо перед ним, так чтобы Закара мог его видеть.
   - Да, - глухо ответил он, неотрывно смотря в холодные серые глаза принца.
   - Хорошо, - удовлетворенно кивнул мальчик. - В день нашего с сестрой появления на свет родилось трое. Не двое! Думал, я не знал? Но я знаю и теперь задаю тебе вопрос. Почему ты относящийся к людям как собакам, оставил нашего брата у его матери, человечки? - он скривился. - Неужели сентиментальность проснулась? И ты, убийца, сжалился над бедной матерью?
   - Как только вы родились, - заговорил хриплый голос. Закара пытался сопротивляться, но его попытки не увенчались успехом, - стало понятно, что старший из вас обладает неким даром. Точно нам не было известно каким, но этот дар не позволял к нему даже притронуться. О манипуляции над парнем не могло быть и речи! Дар мальчишки раздавил бы любого, в ком почувствовал угрозу!
   - Ты боялся? - сузил глаза Амрон.
   - Да боялся, - с трудом выговорил барон, - этого младенца, который мог обрести такое могущество, которое не снилось и нашему покойному королю Конраку...
   - Он его получил? - нетерпеливо спросил мальчик, прерывая многочасовую тираду о том, какой славный был король.
   - Этого не знает даже советник твоего отца, - Закара испепелял взглядом принца, но не мог пошевелить не только рукой, но и мизинцем, - определить ничего не удалось. Использовавший против мальчика магию эксперт, сгорел на месте.
   - Почему же вы его не убили? Что вам стоило уничтожить младенца обычным оружием? Без магии? Не верю, что у вас рука не поднялась бы! - последнее Амрон прорычал, ненависть к этому существу так и кипела в нем. - Вы запросто могли отвертеться от отца, сославшись на халатность человеческих врачей!
   Закара хмыкнул, вполне соглашаясь с доводами мальчишки.
   - К нам приходила такая мысль, но опять же, дар. Пацан был оставлен нетронутым только благодаря дару! Кто-то хранил его! Кто-то сильнее нас!
   - А вы оказывается еще и трусы, - презрительно бросил принц.
   - Ты не знаешь, о чем говоришь мальчишка! - вскипел он. - Некоторые существа имеют просто колоссальную силу, с ними не стоит иметь дела! Мы для них букашки!
   - Как для вас люди! - добавил насмешливо мальчик.
   - Ты прав, - просипел Закара, его тонкие губы искривились в ухмылке, - но расстояние между ними и нами намного больше, чем ты думаешь. Вспомни, хотя бы хранителей. Разве кто-нибудь из нас может сравниться с ними? Поэтому мы предпочли мальчишку оставить до лучших времен.
   - Почему мою мать не забрали, почему она осталась? - Амрон встал и смеха ради сел на колени к барону и облокотился об его плечо.
   - Она не была запланирована, - Закара аж затрясся от гнева и страха, в руках у наглого принца появилась иголка, и она постепенно приближалась к глазам барона, - связь с ней была случайной, к тому моменту мы уже подобрали вашему отцу невесту, вашу мачеху. О том, что есть еще и любовница, узнали только после того, как она родила вас, и выяснилось, что вы старше своего сводного брата.
   - Отец, насколько мне известно, был ветреным, зачем ему искали невесту? - Амрон отложил иголку и достал из кармана фломастер. Он нарисовал вначале потомку исчадий ада усы, а после добавил парочку вукалнических прыщей и вконец подрисовал фонарь размером с яблоко. - Неужто, вы решили поделиться властью? После того, что вы сделали с его братьями?
   - Я не знаю! Это был приказ советника! - кипел Закара, он стал уже бордовым от злости. - Королевский род должен продолжаться, иначе народ взбунтуется! Твой отец единственный, кто выжил из всего многочисленного потомства короля. А так как последним королем был твой дед, его потомки могут быть следующими правителями, и у короля нет племянников! Только вы можете продолжить род!
   - Но отец не стал королем! - хмыкнул мальчик. Если бы не зелье, он вообще бы не поверил, ни единому слову Закары.
   - Королем может стать только первый, родившийся в новом поколении! Таков закон этого королевства и они ему слепо следуют! - он сузил глаза в злорадстве. - Твой старший брат должен занять трон, так как он первый! А ты второй! Ты так же не имеешь права на трон, как и все остальные после тебя!
   Амрона слова мерзкой змеи не тронули. Его не тянуло никогда к трону. Он жил в этой ненависти и в борьбе за власть. Мальчик насытился всем этим смрадом сполна, так что сама мысль о власти ему омерзительна.
   - Пойдем, время скоро истечет, мы узнали то, что хотели! - предупредила сестра, показывая на часы.
   Закара закрыл глаза, в ужасе ожидая смерти, иного не стоило надеяться от наследника. Но барон ошибся, Амрон не собирался никого убивать, вместо этого он взял книгу потяжелее, томов так на десять. Прикинул ее вес в руке и со всего маха стукнул Закару по голове. Грузное тело свалилось с кресла на пол.
   - Он расскажет советнику, - сказала Лимра.
   - Пусть рассказывает, ты же знаешь что советник ничего не может мне сделать, не вызвав гнев народа. Его власть и так висит на волоске.
   - Мы узнали то, что хотели, что дальше?
   - Навестим родного братца...
   Глава 5.
   Мать варила какую-то снедь. Книжки в разнобой валялись по всей кухне, и Яна сама внимательность, бегала как пропеллер все утро. Она ждала гостей, скорее всего родственников. Кроме них прийти могла только мамина подруга. Но подружка приходила не слишком часто и не требовала столько пищи зараз, иначе ее можно было бы сравнить с гиппопотамом. Работа у нее такая, что приходилось много путешествовать и в стране ее практически не бывало.
   Мог ли прийти к матери мужчина? Тут уж совсем ответ прост - нет, не мог. Мать Олега словно отталкивала любого, кому могла понравиться. И тем более, какой мужчина захочет знакомиться с прекрасным пареньком лет семи-восьми в качестве прицепа к понравившейся девушке? Другие незамужние женщины скрывали о том, что у них есть дети. И только, когда уже произошло бракосочетание, шокировали супруга внезапной новостью. Яна патологически не любила лгать, поэтому шокотерапию проводила сразу. Так что поклонников ее возраста у нее нет, а те, что были, только из старшей возрастной группы. Их-то пугал ее сынок, едва поговорив с престарелыми юнцами. В итоге мужчина еще долго заикался после милой беседы по душам с лапочкой деточкой.
   Олег сидел на кухне, наблюдал за матерью и вяло жевал бутерброд. Помогать ей не имело смысла. Собьет на лету и не заметит. Так, что лучшая тактика - не путаться под ногами.
   Он больше не чувствовал взгляда на себе, после того случая в школе. Его немного беспокоил тот, кто следил за ним. Кому это надо? Следить за школьником средней школы? Даже их директор так не смотрел. После урока они с Федей пошли в спортзал, чтобы посидеть на скамейке для запасных игроков. В команду одноклассники их не брали и учитель, мягко говоря, побаивался Олега. Он как-то раз увидел как мальчишка, не прилагая никаких особых усилий, забросил баскетбольный мяч в корзину с одного конца спортзала в другой. От подобного зрелища и в психлечебницу загреметь недолго. Олега как-то пригласили в футбольную команду юниоров, но... как-то быстро лучшего игрока выгнали из сборной, почему никто не смог объяснить. А мальчишка - капитан команды, который всячески поддерживал младшенького, долго переругивался с тренером, тоже ничего так и не добился. Так было во всем, куда бы сын Яны не сунулся, словно некая сила гнала его оттуда и, говоря таким образом, что это не его участь и ему предназначена другая судьба.
   - Мам, когда ты последний раз видела папу? - вопрос был задан, чтобы самому отвлечься не думать о плохом и заодно заставить мамку немного передохнуть. Ничего бы другого она бы не услышала, Олег знал по опыту. Вопрос должен заставить ее возмутиться.
   Она действительно отвлеклась от своего занятия, в одной руке держа, как орудие убийства, скалку, в другой - поварешку. Вытерла лоб рукавом, повернулась к сыну.
   - Я же уже тебе говорила! Только той ночью! - ответила мать, облизнувшись, скривилась: на губах, оказалась мука, не самая приятная на вкус.
   - И больше никогда? - Олег посматривал, чтобы еще перекусить. Несчастного бутерброда ему не хватило. Еды на столе лежало много, а вот куснуть нечего и главное, выбирать надо внимательно, дабы не отравиться ненароком.
   - Нет, - нахмурилась женщина.
   Олег кивнул, быстро схватил единственное, что можно быстро запихнуть. Пару кусочков натуральной колбасы. Испортив тем самым композицию, которую построила мама. Яна крякнула. Все придется перестраивать заново. Ей захотелось на все плюнуть, но долг перед голодными родственниками-волками обязывал.
   Мальчику почему-то очень сильно захотелось пройтись подышать воздухом и не где-нибудь, а именно в лесу. Ощущалась чужая могучая воля, к горлу даже подступила тошнота. Олег никогда к подобному не готовился и не ожидал, что его могут так 'боднуть'. Еле-еле он сбросил с себя сети, но все, же решил выяснить чего от него хотели.
   - Мам, я пойду, - сообщил он матери впопыхах.
   - А как же гости? - жалобно спросила Яна. Ее не прельщала мысль, что придется остаться одной без поддержки сына среди стаи стервятников.
   - Перебьются! - фыркнул Олег злобно. - Скажешь, что у меня дела, не требующие отлагательств!
   - Олег, ты же знаешь, что я не люблю лгать! - возмутилась мама, но как-то неуверенно.
   - А кто сказал, что ты солжешь?
   На это у матери не нашлось ответа. Она не умела разговаривать с сыном. Он всегда мог поставить ее в тупик, из которого довольно трудно выбраться. Так случалось не только с ней, а практически с любым кто пытался разговаривать с Олегом. Как будто он заранее знал, что ему скажут, и часто зевал в кулак. Школьного психолога мальчик буквально до тошноты раздражал. Женщина ему десять вопросов, а он ей один единственный ответ на все сразу. Да такую фразу скажет, что она долго не могла прийти в себя от потрясения. И это притом, что мальчик не ругался матом!
   Медленно Олег прогуливался по лесу, росшему чуть ли не под окнами. Он снова ощущал на себе взгляд и еще чей-то едва различимый шепот. Но вот языка, на котором разговаривали, Олег не знал, и вряд помнил, чтобы когда-нибудь, где-нибудь его слышал. Мальчик резко свернул, углубился в гущу. Поджидал момент, какого сам не знал. Вдруг почувствовал, что пора. Внезапно сделал выпад, словно хватая что-то материальное впереди себя. Рука ухватила за нечто похожее на волосы, а вторая уже легла на чье-то горло, с силой придавила к дереву. Секундное замешательство. Необычайное сходство черт черноволосой девочки сделавшейся видимой, дала кому-то другому время.
   Что-то с огромной силой врезалось в Олега и унесло его на несколько метров вперед, хорошенько приложив плечом к дереву. Мальчик заорал от боли и упал с высоты вниз, весь мокрый и удивленный. Откуда здесь могла взяться вода? Он поднял взгляд и увидел фигуру другого мальчишки с длинными белоснежными волосами. Олегу показалось, что он смотрится в зеркало и видит собственное отражение! В руках одногодка перебрасывал мячик...из воды. Жесткая улыбка исказила красивое лицо, и мячик полетел в сторону Олега со скоростью ракеты, увеличиваясь в размерах. Мальчик едва успел отскочить, когда шар врезался в ствол дерева и обдал все вокруг брызгами воды. Подобного Олег никогда не видел, и противопоставить ничего не мог, но все-таки попробовал и послал в ответ свою коронную атаку. У странного мальчишки лишь волосы растрепались, как от порыва ветра. Он громко рассмеялся и стал жонглировать множеством неизвестно откуда взявшимися шариками воды, по очереди бросая их в удирающего Олега.
   - Амрон, прекрати! - закричал девочка, но ее никто и не собирался слушать.
   Теперь Олег знал, как звали этого мальчишку, и не сомневался, что именно его взгляд он ощущал на себе. Это не просто хищник! Это воплощенный лев!
   Сын Яны решился на прорыв. Шарик зарядил ему прямо в лоб, но прежде чем отлететь, он сумел кулаком припечатать мальчишке в челюсть. Если человеку подобный удар переломал бы шею, то белобрысому хоть бы хны. У него даже голова не дернулась. Он пальцем задумчиво потрогал место удара и продолжил свою бешеную игру.
   - Прекратите или я... или я вмешаюсь!
   Седовласый не услышал ее, но Олег сумел мельком заметить, как от нее разбегаются электрические разряды. Единственное что он успел сделать, так это скрыться за деревом, прежде чем произошел взрыв и выдрал с корнем пару деревьев. Волосы от электричества встали дыбом.
   - Наигрались, дебилы!? - донесся до него ее голос.
   - Лимра, т-т-ты ч-ч-чокнулась!? - прохрипел мальчишески голос с нотками металла.
   - Я предупреждала!
   Олег вышел из-за дерева. Белобрысый стоял на обугленной земле с волосами стоящими торчком. Но Олега больше поразило, что он вообще после подобного выжил.
   - Совсем одурела!? - уже нормально крикнул седовласый.
   - Это ты одурел! - Лимра продолжала искриться. - Мы пришли с ним поговорить, а не драться!
   - Он сам первый начал! Нечего свои грабли распускать!
   - А нечего было ему мозги пытаться взломать!
   - Я...
   - Что!? Хочешь сказать, не хотел блеснуть силой?! Какой ты у нас крутой!?
   - Отвали!
   - Очень смело, Амрон! Тебя с пеленок обучали, как использовать свою силу, а он мало того, что в закрытом мире, так его и просветить некому!
   - А ты тоже умная, ему сама в лапы прыгнула! Лучше бы он тебя придушил!
   Они бы еще долго переругивались, если бы у Олега не выдержали нервы, и он не рявкнул:
   - А ну заткнулись оба! Какого хрена тут происходит!? И что здесь вообще происходит!? Кто вы такие!?
   Две пары одинаковых глаз воззрились на него, они как-то успели забыть о том, что он все еще здесь.
   - Тебе трудно будет в это поверить, но мы твои брат и сестра, - сказала девочка.
   - Супер! И поэтому вы решили меня прикончить!?
   - Тебя прикончить!? - расхохотался седовласый и подошел к нему, разглаживая свои волосы. - Посмотри на дерево, в которое я тебя впечатал.
   Олег скосил взгляд. Мягко говоря, дерево переломилось пополам, хотя имело приличную толщину.
   - А теперь подумай, легко ли тебя прикончить? Твоя рана уже зажила, так что остынь! Хотя я удивлен, что ты вообще не наложил в штаны от страха!
   - Повтори то, что ты сказал! - приблизился Олег к нему вплотную.
   - Мальчики, не ссорьтесь, иначе я вас снова шарахну!
   Амрон хмыкнул и протянул руку Олегу.
   - Беру свои слова обратно, будем знакомы, я Амрон, твой родной брат.
   - Польщен, спешу и падаю, может, еще в щечку расцелуемся или такие телячьи нежности не для нас? - фыркнул Олег, скрестив руки на груди. Он разозлился, что не мешало ему с интересом разглядывать странную для этого мира одежду брата и сестры.
   - Не спеши нас обвинять в том, в чем мы не виноваты! - предупредил Амрон и руку убрал, он отнюдь не глуп. - Мы головой рискуем, находясь здесь! - он обернулся, словно прислушиваясь к чему-то.
   Олег оставался спокоен, никого кроме их троих поблизости не находилось, белки и другая живность не считается. Но его брат считал иначе, даже достал кинжал, нервно поигрывая им.
   - Что, папаша оторвет? - ехидно поинтересовался мальчик.
   - Если бы, - скривился новоиспеченный братишка и повернулся к нему лицом. Блеснули серые переливающиеся глаза, отразив солнечный свет, - кроме папы есть личности, которые с радостью оторвут нам не только голову, но и все конечности в придачу. А потом продадут как сувениры.
   - До недавнего времени, мы даже не знали о твоем существовании, пока один мрачный субъект случайно не проговорился, - Лимра улыбнулась. Как бы намекая на то, что разговорится 'субъекту', она помогла собственноручно.
   - А отец? - смягчаясь, спросил черноволосый.
   - А что отец? - седовласый мальчик сел на обуглившийся пенек, деловито воткнув в него кинжал. - Ему не простили любви на стороне, а главное - рождения нас. Его ведь женили на другой женщине, на их марионетке! Они поставили его в рамки, из которых был только один выход!
   - Вас забрали, - прищурился Олег.
   - Нас да, а тебя испугались. Они испугались какого-то дара, что есть в тебе. А ведь ты старше меня, - Лимра фыркнула на заявление брата, старший, младший, ей вообще на все плевать.
   - Ну и что вы хотите? - жестко спросил паренек.
   - Нам возвращаться опасно, а план разработать можно и по ходу дела, - закрыл глаза Амрон, потирая пальцами виски.
   - Амрон - официальный наследник, - добавила сестра, - его потеря означает крах советника! Нет наследника - нет власти! Народ не обдуришь, они сразу поняли, что у папки есть детки!
   - А разве у отца нет еще сына? - усомнился Олег.
   - Наш брат получился без силы, а такой не подходит! - Лимра аж скривилась при заявлении о еще одном члене семьи.
   Черноволосый задумался.
   - Думаю, мать даже обрадуется вашему появлению, хотя и будет шокирована, но есть одно 'но'.
   - Какое?
   - Вы ведь не отсюда и... будете выглядеть странно, - он взглядом обвел их одежду. - Вы со мной согласны?
   - Это не проблема, - махнула рукой сестренка.
   В мгновении ока, одежда на Лимре изменилась на зеленное платье. А одеяние Амрона на потрепанную джинсовку с белыми кроссовками, облик завершала кепка, сдвинутая козырьком вбок.
   - Ну, брат, мы готовы, - улыбнулся наследник.
   - Тогда пойдем шокировать родственников, - злорадно улыбнулся Олег.
   Его ухмылка не просто говорила, а кричала о том, что родственников мальчик очень любил только в скобках и с огромным минусом впереди. То, что он незаконнорожденный они напоминали ему, чуть ли не каждый раз, когда приходили в так называемые гости.
   Поигрывая ключами, Олег подвел их к двери. Уже с порога почувствовался запах еды, не зря же мать весь день готовила. И на удивление не чувствовалось ничего горелого, а значит можно хотя бы поесть. Хоть одна да радостная весть!
   Гости уже приехали и их ботинки стояли при входе. Олег мог определить кто внутри не только по обувке, но и по отвратительному запаху, исходившему от них. Если бы приехала одна бабушка, то это ладно, жить можно. Бабушка на то и бабушка, своих внуков она будет любить в любом виде. Тем более бабка у Олега довольно молода, в платочке не ходила. Приезжала с дедом чаще, чем восьмидесятилетние старички, любящие воспитывать молодежь костылем по спине, чтоб лучше понимали. Не любил мальчик до скрипа зубов других родственников, которые, как говорилось в народе, близкие. Хуже врагов, только от этих не отвертишься, все-таки 'кровинушка родная!' Только Олег бы такую 'кровинушку' спустил бы в унитаз и дезинфекцию провел по всему туалету, не хватало еще чужих микробов в доме. С такими родственниками никаких врагов не надо.
   До слуха, донеся противный хохот двоюродной сестры бабушки. Вот где женщина с плохим характером, имя которой начинается на внушительную букву 'с'. Мальчик даже не заметил, как у него сами по себе выдвинулись глазные зубы.
   - Олежек, ты уже вернулся! - обрадовалась мама. - Да друзей с собой привел! - ее голос говорил о том, что маму достали до ручки и она рада хоть какой-нибудь передышке.
   Лимра и Амрон переглянулись. Они никогда не видели мать и теперь рассматривали ее нескрываемым интересом.
   - А я думала, у него нет друзей, - прозвучал противный голосок.
   Олег злобно повернулся в сторону языкастой родственницы. Практически все сидящие люди смотрели насмешливо, с презрением, будто Олег хуже всех кого им приходилось видеть, да еще и без отца! А о том, что по интеллектуальному развитию мальчик мог дать сто балов любому из их сопливых лоботрясов, никого не заботило. Свое чада всегда лучше, чем чужое, так повелось еще с древних времен. Даже если другие видят только отмороженного пингвина, перекормленного сладким, скалящего зубы в лошадином хохоте, когда пятеро бьют одного. Мамочка всегда увидит талант и обязательно назовет его гением раз сто за день. Хотя единственное что в нем гениальное, так это отвратительный смех, такое точно ни в одном зоопарке не найдешь. Вот уж нигде подобного уникума не сыскать! И никогда мамочка не признает упущения в воспитании и не признает, что воспитала уголовника. Но на счастье Олега, такая мама среди родственников существовала в единственном экземпляре, иначе впору тронуться умом.
   - Мам, - сделал вид, что не слышал, спокойно обратился к матери мальчик. На самом деле он едва сдерживался, чтобы не запустить в женщину какой-нибудь тарелкой, желательно с горячим супчиком.
   - Да сынок? - улыбнулась грустно она, постукивая пальцами по столу. Таким образом, молодая женщина 'устаканивала' внутренний дисбаланс.
   - А можно мои друзья тоже присядут с нами? - его глаза блеснули страшно и нехорошо.
   Мать напряглась, посмотрела на 'друзей', но ничего необычного в них не увидела, если не считать беловолосого мальчика и его странного сходства с Олегом. Как человек рассеянный, она не придала этому значения. У нее болела голова. Поэтому женщина оказалась не способна что-нибудь запечатлеть в разогретом сознании.
   - Конечно можно, я сейчас принесу еще стульев! - сказала Яна.
   Она встала и вышла из комнаты вместе с бабушкой. Улыбка с лица Олежека сразу исчезла, как краска с лица клоуна.
   - Ну что, поросячьи морды, опять достаете мою мать? - грубо бросил он родственничкам.
   - Вы только послушайте, как хулиган-уголовник с нами разговаривает! - возмутилась тетка, в ее понятии почему-то было, что раз без отца, то значит обязательно уголовник. Ее сыночек, точная копия мамочки глупо заржал с полным ртом яичного белка.
   Амрона перекосило от подобного зрелища, и он отвернулся.
   - Как заслужили, так и разговариваю, - огрызнулся Олег.
   Но ответить родственнице не дали, Яна вернулась со стульями, и Олег присел за стол вместе с Лимрой и Амроном. Седовласый не сводил взгляда с людей, внимательно изучая сие объекты. А сестра не могла насмотреться на мать. Как девочке ей всегда не хватало ее.
   - Может вам чего-нибудь положить? - улыбнулась весьма замучено Яна. - Не стесняйтесь, кушайте.
   - Сами все себе наложат, не маленькие, - ехидно оскалилась родственница, накладывая себя еду размером с кабана, - детей нужно приучат к дисциплине, а то потом приносят в подоле, а бацькам гадуй!
   Олег злорадно ухмыльнулся и тарелка, которую брала двоюродная сестра бабушки, опрокинулась на нее.
   - Пойдем в ванную сейчас все отмоем! - быстро произнесла Яна, поняв, чьих это рук дело. Она незаметно показала Олегу кулак.
   Как только они ушли, был сразу задан любопытный вопрос 'друзьям':
   - А вы где живете?
   - С отцом, - ответил бесстрастно Амрон, не отрываясь от еды, поглощая ее аккуратно, как самый настоящий аристократ.
   - Нет, в каком городе?
   - Анрифале.
   - А это где?
   - Зарианасе.
   Олег хихикнул в салфетку. А ведь Амрон отвечал на полном серьезе. Родственница аж поперхнулась. И при этом мальчик ни разу не почувствовала, чтобы брат солгал хоть в чем-то. Амрон отвечал так, как есть на самом деле, даже не приукрашивая факты.
   - Вы иностранцы?
   - Папа не отсюда, но родились здесь.
   - А на каком вы языке разговариваете?
   - На веронском, но помимо этого языка нас учили еще другим.
   - А каким? Если не секрет?
   - Вам все 80 перечислять?
   Теперь уже она крупно поперхнулась и долго откашливалась, ударяя себя кулаком по груди.
   - Но это только начальный курс, нам еще предстоит тысячу выучить на втором и две на третьем, а дальше я уже не помню.
   - Вы издеваетесь надо мной? - чуть ли визгнула изумленная женщина.
   - Нет, вы спросили, я ответил.
   - А где вы познакомились с Олегом? - продолжила допрос она, не сдавалась упрямая сплетница.
   - В лесу.
   - А как давно?
   - Сегодня.
   Теперь сын Яны некультурно хрюкнул, едва подавляя себя, чтобы не захохотать в голос.
   - А ваша семья большая? - зашла окончательно в тупик. Все остальные родственники прислушивались к разговору, но пока не решались, ни о чем спрашивать странного мальчика в потрепанной джинсовке.
   - Нет.
   - А сколько человек?
   - Семь.
   - А кем работает ваш папа?
   - Принцем.
   Наступила тишина, даже брат Амрона едва не свалился со стула.
   - Принцем? - переспросила удивленная женщина.
   - Да.
   - И вы тоже принц?
   - Да.
   - А дедушка получается король?
   - Покойный король.
   - А кто ваша мама?
   Амрон задумался, а родственница стала теребить платочек, другие застыли в той позе, в которой их застало звание 'Принц'.
   - Вам какую называть настоящую или теперешнюю жену моего отца?
   - Желательно настоящую.
   - Она в ванной.
   Снова тишина, теперь хрюкал не только Олег, но и Лимра.
   - Где?
   - В ванной.
   - А пояснить можно?
   - Нет.
   - Вы очень хороший шутник! - она пригрозила нервно пальцем.
   - А я не шучу.
   - А почему вы не в своем замке? - насмешливо спросила, пытаясь хоть как-то кольнуть мальчика.
   - Сбежал.
   - А вас искать не будут?
   - Уже ищут.
   - И вам все равно?
   - Да.
   - А почему?
   - Вы меня достали.
   - Не поняла.
   - Достали, - по слогам сказал принц, - Олег пойдем, что ли к тебе в комнату, а то какие-то доставучие у тебя родственники, меня Закара так не доставал на банкете.
   - Скажешь тоже! - фыркнула Лимра. - Ты вспомни: 'О, я падаю в обморок'! И перед кем? Перед этими прыщавыми...
   - Лимра, идем! - угрожающе зашипел Амрон на сестру.
   Олег махнул оторопевшим людям, увел обоих детей, гордо зашел в комнату и закрыл на защелку, показал зачем-то двери кукиш.
   - Не слишком ты любишь своих родственников, - заметила с улыбкой Лимра.
   - У меня нет отца и я отброс общества... для них, - торжествующе обернулся на дверь Олег. Ему давно так не приходилось смеяться над 'любимыми' родственниками. Теперь он уважал братишку и готов расцеловать его за такое представление.
   - У тебя есть отец! - горячо возразила сестра.
   - Его никто не видел, потому отношение ко мне плохое, почему тогда я должен их любить? - в такт ответил мальчик и вновь посмотрел на закрытую дверь, - Я никогда не делал ничего плохого, чтобы на меня так гаркать.
   - Я думал мать, встретит нас по-другому, - грустно вздохнул Амрон.
   - А как ты хотел, чтобы она вас встретила? - возмутился Олег. - Она даже вас не узнала. У нее вас забрали совсем маленьким. Я сомневаюсь, что мама вас видела. А при этих я ей говорить не буду.
   Они замолчали.
   - Интересно, чтобы было, если отец сюда явился? - Лимра глумливо усмехнулась, представляя такую картинку. - Папка у нас раздражителен, что не так у него разговор короткий.
   - Достали бы они его, - фыркнул Амрон, - это я привычен к таким козлам, а папа сразу начинает стульями кидаться, он у нас личность творческая, ранимая. Один раз на голову придворному весь обед вывернул, жалко супчик, вкусный, - он тяжко вздохнул.
   - Что это за звук? - нахмурился Олег.
   Все прислушались.
   - Кто-то прорывается в пространство, а мы с тобой сестренка думали, что за нас еще не скоро хватятся! О, как засуетились! Гады! - седовласый зарычал.
   - Значит, они скоро будут здесь! - воскликнула девочка.
   - Я им живой не дамся!
   - Кому!? - рявкнул Олег, перекрикивая их обоих.
   Они повернули к нему.
   - Он ведь не знает, расскажи, Амрон! - развернулась она к седовласому брату.
   - По вашему определению мы королевская семья... не перебивай меня! Я сам все расскажу! - Амрон набрал полную грудь воздуха. - После смерти нашего деда у него остался только один младший сын, наш отец.
   - У нашего дедушки за долгую жизнь, - продолжала уже Лимра, - было много детей, все мальчики. Девочки почему-то умирали при рождении.
   - И что? - не понял Олег.
   - Они все погибли в борьбе за трон, - сообщил нервно Амрон, голосе звучало презрение. - В борьбе за власть, они устроили бойню между собой. Выжил самый старший и сильный, и наш отец, что остался в стороне. Папе не нужна власть и тем более призрачный трон, на который, и сесть-то может только старший.
   - Но старший тоже вскоре погиб, - девочка села на кровать брата. - Он был сильно ранен и в капельницу пустили яд. Ведь борьба за власть шла не только между прямыми наследниками. И вот остался единственный сын короля Инаран, папа. Но силы его не позволяли ему взять власть в свои руки, только старший в поколении может управлять государством.
   - Закара думал, что мы об этом не знаем, но это жидкая амеба глубоко ошибался. Мы не знали только о твоем существовании и причину того, почему тебя не забрали, как и нас, - добавила брат.
   - Старший был Искрос. Он мертв, не оставив после себя потомков, - заученно начала Лимра, - Но сила не может уйти бесследно, она должна возродиться в новом поколении королевской крови, то есть в нас. Большая часть силы передается старшему принцу в молодом поколении.
   - В срочном порядке отцу стали искать невесту, - насмешливо хмыкнул Амрон, посмотрел в окно, - но папа романтик, ему до власти далеко. Он умудрился влюбиться в то время еще в девочку. Десять лет он ждал, что для нашего мира немного. Ему как раз выбрали жену, которая и должна была стать матерью нового наследника, но все пошло не так как планировалось. Наша мать забеременела первая и родила тоже первая, папа получил то, что хотел. Та женщина тоже родила, но в мальчике нет силы, даже на, то чтобы сдвинуть стакан.
   - А почему? Ведь он же ваш брат, новое поколение, в нем тоже должна быть сила, - недоумевал черноволосый.
   - Да, он наш брат, но я врагу такого брата не пожелаю, - Амрон на секунду повернулся к ним, но после снова смотрел в окно.
   - Понимаешь, Олег, - заговорила Лимра, - здесь все сложно, старшему независимо передается сила и власть, по крайней мере, так считается, как оно на самом деле никто не знает. А вот уже остальным в зависимости от того, как относится отец к женщине, от которой имеет детей.
   - Эти прихвостни поняли, что их надули, что у отца была еще связь. Они отыскали мать, но выкрали только нас, а тебя не смогли. Именно в тебе заключена сила, а они хотели представить, что во мне, обмануть народ ради собственной выгоды. Тем более, что мне силы перепало много, - проговорил брат зло. - Но в нас, родившихся в один день с тобой лишь часть того, что досталось тебе.
   В доме загремела посуда.
   - Они уже здесь.
   - Так кто они?
   - Те, кто нас окружает, - медленно проговорила Лимра.
   - Быстрее через окно! - крикнул Амрон.
   - Вы что летать собрались!? - изумился пацан.
   - А ты думал! - улыбнулся седовласый брат. - Не зря же нас называют грозовые дети! Он подхватил Олега и выпрыгнул вместе с ним в распахнутое окно.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"