Кохинор: другие произведения.

Дурацкие игры магов. Часть 3. Главы 10 и 11.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  
  Глава 10.
  Слёзы Солнечного Друга.
  
  Сумерки. Серое небо. Вдали тёмно-серая полоска леса. Под ногами бледно-серая, почти бесцветная трава.
  - Где мы? - тихо спросила Вереника, и её голос эхом покатился по Миру.
  - Вилин, - прошептала Стася. - Мы попали в ад.
  - Что такое ад?
  - Это страшное место. Это Вилин. - Хранительница взяла девочку за руку и зашагала к лесу: - Мы должны спрятаться, если нас найдут - мы погибнем.
  Вереника молча шла рядом со Стасей, она боялась спросить об аде что-нибудь ещё. Под ногами хрустела и рассыпалась в пыль мёртвая трава. Путницы шли и шли, а бесконечное серое поле всё не кончалось.
  Вдруг, впереди, словно полоска стали, блеснула вода.
  - Пить хочу, - прошептала девочка.
  - Я тоже, - слабым голосом отозвалась Стася.
  Они добрели до озера и с наслаждением напились безвкусной стоячей воды.
  - Я помню тебя, - сев на траву, грустно сказала девочка. - Ты сестра Димы.
  - А ты его жена, - пристроившись рядом, прошептала Хранительница.
  - И ученица временного мага, - гордо добавила Вереника. - Мы с Артёмом перестроили Керонский замок. Он стал необыкновенно красивым. Сначала Дима был недоволен, а потом стал делать для меня конфеты и шарики. Он добрый. Он заботится обо мне. Не понимаю: почему люди называют его Смертью?
  Стася безучастно слушала девочку - её глаза слипались.
  - Дима... Это ты во всём виноват... - устало протянула она и уснула.
  Вереника прижалась к Хранительнице и тоже задремала. Но их сон оказался недолгим. В неподвижном воздухе прозвучала зловещая дробь копыт, и Стася вскочила.
  - Бежим!
  И они помчались, не разбирая дороги. Всадники приближались. Хранительница на бегу обернулась и сдавленно вскрикнула, узнав Стиллу Ам и Корина Ора.
  - Быстрее! - взмолилась она, но Вереника уже задыхалась. Стася из последних сил тащила девочку за руку, причитая: - Быстрее, пожалуйста, быстрее!
  - Не могу больше!
  Юная волшебница вырвала руку и остановилась. Нервно всхлипнув, Стася прижала девочку к себе и зло посмотрела на приближающихся вампиров. Белоснежные кони вилинов замерли в шаге от беглянок. Стилла и Корин спешились и с неподдельным интересом стали рассматривать добычу.
  - Очаровательно! - промурлыкала вилина. - Какие же они хорошенькие. Правда, Корин? Какие волосы, глаза, кожа.
  - Пошла прочь! - срывающимся голосом выпалила Хранительница.
  - Не кричи, дитя моё. Мы не обидим вас. Мы любим вас. Мы позаботимся о вас, - напевно проговорила Стилла, и Вереника зачаровано уставилась на неё.
  - Не слушай!
  Хранительница встряхнула девочку, но та уже была во власти вампиров.
  - Здравствуйте, - вежливо сказала Вереника, улыбнулась и, оттолкнув Стасю, шагнула к вилине.
  - Здравствуй, детка. Иди ко мне. Ты нравишься мне. Я люблю тебя, - пропела Стилла и облизнулась.
  Вереника рванулась было к ней, но Стася схватила её за руку.
  - Стой! Они опасны! Они пьют кровь!
  - Я не верю тебе. Она красивая и добрая! - капризно заявила девочка, вырвалась из рук Хранительницы и подбежала к вилине.
  Стилла обняла Веренику, холодной ладонью провела по длинным белокурым волосам, и красными, как кровь, губами коснулась её лба.
  - Она моя, Корин. Займись второй.
  Стася с ужасом посмотрела на молодого вилина.
  - Мы снова встретились, сладкая моя. Жаль, что ты не можешь убивать, как твои друзья, но ты доставишь мне иное удовольствие, - мелодично произнёс Корин и облизнулся. - Ты очаровательна, твоя кожа нежная и тонкая, твои губы сочные и терпкие...
  Вилин старался изо всех сил, но заклинание, растворившееся в сознании Хранительницы, надёжно защищало её от восхитительно-опасных речей.
  - Заткнись, мразь!
  - Ты грубая и неуравновешенная, детка, - сладострастно улыбнулся Корин, - но мне это нравится. Мы весело проведём время.
  Он подскочил к Хранительнице и схватил за руку. Стася вскрикнула, попыталась вырваться, но холодные пальцы вилина цепко держали её. Обречённо взглянув на счастливое личико Вереники, Станислава скрипнула зубами от бессилия и перестала сопротивляться. Корин усадил пленницу на коня, и всадники поскакали по серому пустынному полю. Одной рукой вилин держал поводья, а другой нежно обнимал Стасю за талию, с наслаждением вдыхая аромат её кожи. Хранительница сидела, как каменная: холодные губы, то и дело, касались шеи, и ей казалось, что вилин вот-вот укусит её.
  - Не бойся, - с придыханием прошептал Корин.
  - Я убью тебя, урод, - сквозь зубы процедила Стася.
  - Ты восхитительна, - радостно сказал вилин. - А на счёт "убью", это правда? От рук такой красавицы, я ещё не умирал. - Он склонил голову на плечо девушки и мечтательно замолчал.
  Всадники выехали на свинцово-серую дорогу и пустили коней галопом. Прямая, как струна, дорога рассекла поле, лес и упёрлась в высокие деревянные ворота. Серые людишки гурьбой навалились на створы, и всадники торжественно въехали во двор усадьбы. Корин спешился и галантно подал руку Стасе.
  - Добро пожаловать домой, сладкая моя.
  Хранительница проигнорировала вилина, спрыгнула с лошади и осмотрелась. Огромный двор был стерильно чист. В дальнем углу, возле аккуратных деревянных строений, копошились серые фигуры. Корин махнул рукой, и безликие слуги кинулись на его зов, подхватили коней под уздцы и повели к конюшне. Стася с отвращением смотрела им вслед: жалкие серые людишки напомнили ей крыс в человеческом обличье. К горлу подкатила тошнота, Хранительница отвернулась, и её взгляд наткнулся на счастливое личико Вереники, которая прижималась к Стилле Ам, точно к родной матери. Ненависть захлестнула Станиславу, в лицо ударила краска, и Корин расхохотался.
  - Ты бесподобна, сладкая моя!
  - Заткнись, мразь! - выплюнула Хранительница и замахнулась на вампира, но тот ловко перехватил её руку и потащил к крыльцу. Стилла и Вереника последовали за ними.
  Дверь дома отворилась, и навстречу им шагнул импозантный вилин. Он был похож на Корина, но выглядел старше.
  - Привет, Морин Мор. Наша гостья вернулась. Ей понравилось у нас, и она захватила с собой подружку, - улыбаясь, сообщила Стилла.
  Морин подошёл к Стасе и с любопытством взглянул ей в лицо.
  - Чего вылупился, урод!
  - В чём дело? - Морин недовольно посмотрел на Корина.
  - Её зачаровал кто-то другой, - хихикнула Стилла, - но так даже забавнее!
  - Конечно, дорогая. - Мор обнял вилину, поцеловал в губы и потрепал по щеке Веренику. - Какая милая девочка. Настоящее чудо. Ты сделала мне царский подарок, любимая.
  - Почему тебе? - капризно поджала губы Стилла.
  - Прости. Нам, - поспешно исправился Морин и распахнул дверь. - Прошу!
  Стасю и Веренику провели по длинному коридору и втолкнули в ярко-красную комнату: мягкая алая мебель, пурпурные стены, тёмно-вишнёвые ковры, тяжёлые багряные гардины. По стенам, оплетая мебель и окна, змеились толстые лианы с глянцевыми ядовито-зелёными листьями. У Стаси заслезились глаза, а Вереника восхищённо ахнула.
  - Здесь вы будете жить. Мы не станем разлучать вас. Мы будем заботиться о вас. - Морин хлопнул в ладоши, и в комнату вошли горничные в коротких гранатовых платьях. - Переоденьте и накормите их. Я хочу, чтобы дамы выглядели аппетитно, - распорядился Мор и облизнулся.
  Вилины покинули комнату, а безмолвные горничные занялись гостьями. Стасю и Веренику накормили, вымыли и одели в тяжёлые бархатные платья цвета переспелой малины. Стася взглянула в зеркало: талию стягивал тугой корсет, оставляя плечи и руки открытыми. Рыжие волосы уложили в высокую причёску, и ни один локон не падал на белоснежную шею.
  - Нравится? - раздался вкрадчивый голос Корина. Вилин нежно провёл пальцами по оголённому плечу Хранительницы, и она содрогнулась. - Тебе будет хорошо. Ты будешь умирать долго.
  - Отпустите хотя бы девочку, - прошептала Стася.
  - Зачем? Она очень вкусная. Может, даже вкуснее, чем ты.
  - Так сожри меня, и покончим с этим!
  - Что ты! Я не могу лишить себя удовольствия видеть, как ты умираешь. Я хочу, чтобы ты продержалась, как можно дольше. - Корин склонился, поцеловал руку пленницы и улыбнулся Веренике. - До скорой встречи, милая крошка.
  Вилин похлопал Нику по щеке и удалился. Хранительница до боли сжала губы: девочка не сводила восхищённых глаз с двери, в которую вышел вилин.
  - Какой он красивый, - влюблёно прошептала она.
  Стася порывисто обняла её за плечи и встряхнула:
  - Очнись, Ника! Тебя зачаровали! Они же вампиры!
  - Вампиры... Дивное слово. Я люблю вампиров.
  Стася разжала объятья, бессильно опустилась в кресло и закрыла лицо руками.
  - Хорошо, что она ничего не понимает. Она умрёт счастливой, в отличие от меня. Зачем ты мучаешь меня, Дима? Приди и убей меня! - в отчаяние воскликнула она, но Смерть не пришёл.
  Пришёл Морин Мор. Он внимательно осмотрел обеих пленниц и взял Стасю за руку.
  - Следуй за нами, - мягко сказал он Веренике и повёл Хранительницу в обеденный зал, где их ждали Стилла и Корин.
  По белоснежным стенам расползались алые языки пламени, арочный потолок полыхал чешуйками красного золота, и Стасе показалось, что огромный пустой зал охвачен огнём. В центре, на возвышении, красовался овальный стол, покрытый бордовой скатертью, а на нём три изящных хрустальных бокала на высоких ножках и серебряный поднос с тонкими острыми ножами.
  - Не бойтесь, - промурлыкала вилина и поспешила навстречу пленницам.
  Стасю усадили рядом с Корином, а Веренику - между Морином и Стиллой. Хранительница взглянула на блестящие лезвия и закрыла глаза: липкий опустошающий страх обездвижил ей.
  - Открой глазки, дорогая, - настойчиво произнёс Корин, но Стася зажмурилась сильнее. - Открой глаза, сладкая моя, иначе твоей подружке будет очень больно, - мягко сказал Ор, и Хранительница повиновалась. - Молодец. - Вилин расцвёл в улыбке, взял руку пленницы и начал разминать её запястье. - Какая нежная белая кожа, видна каждая вена. Как мило. - Стася вздрогнула, и Корин рассмеялся: - Не волнуйся, любовь моя, тебе будет хорошо, обещаю.
  Он взял с подноса нож и быстрым точным движением сделал маленький аккуратный надрез на запястье пленницы - Стася даже вздрогнуть не успела. Глаза Корина загорелись, и он схватил бокал. Кровь тонкой струйкой потекла по хрустальной стенке. Хранительница едва сдерживала тошноту. Наконец, бокал наполнился. Корин взглянул в глаза "еде" и с удовлетворением произнёс:
  - Молодец. - Он поднёс руку девушки к губам и лизнул ранку: - Ты объеденье, детка.
  - Подонок... - прошептала Стася и взглянула на Веренику - на бледном лице девочки сияла довольная улыбка...
  
  - Жуть, - вздохнул Валечка, с тоской глядя на серый унылый пейзаж.
  Друзья стояли на той самой поляне, где закончилось их прошлое путешествие по Вилину.
  - Я не чувствую их, - мрачно произнёс Дмитрий и увидел Марусю: - А ты как сюда попала?
  - Я с принцем! - гордо заявила девушка, отпустила плащ Артёма и подошла к Ричарду.
  Инмарец густо покраснел, взял девушку за руку и виновато улыбнулся Дмитрию.
  - Ну и место вы выбрали, ребята! - хихикнул временной маг, напряжённо озираясь по сторонам.
  - Кстати, о месте. Где мы? - спросила Маруся.
  - Вам не понравится, - буркнул Артём и вкрадчивым шепотом добавил: - Это Вилин. Безвременье.
  - То есть, здесь я не буду стареть? - обрадовалась девушка.
  - Если выживите, - хмуро бросил Артём и повернулся к Диме: - Что будем делать?
  - Искать.
  - Тогда пошли! - кусая губы, сказал временной маг и нервно хмыкнул. - Вилин хочет меня... - Он прищурился: - ...съесть. Ему не нравится моё присутствие. Вилин! Ку-ку! - задрав голову, проорал он и истерично расхохотался.
  - Я помогу, - спокойно сказал Дмитрий, - но будь осторожен. Если с тобой что-то случится, мы не выберемся.
  - Вам стоит вернуться, - наконец, выдавил Ричард, с любовью глядя на Марусю. - Здесь крайне опасно.
  - Ни за что! - категорично ответила девушка. - Я останусь с Вами! Вы ещё не рассказали мне о своём королевстве, а я хочу знать, какой он этот...
  - Инмар, - радостно закончил за неё Ричард.
  - Вот-вот. Мы могли бы прогуляться по этому странному серому лесу и побеседовать. Кто знает, может, мы сумеем понять друг друга, - лукаво улыбнулась Маруся, выплёскивая на принца весь арсенал своего очарования.
  - Ричард, давай отправим её обратно! - настойчиво произнёс Дмитрий. - Здесь ей не место.
  - Не вмешивайтесь! - вспылила Маруся. - Не видите, люди разговаривают!
  - Ричард! - с нажимом повторил Дима.
  Инмарец понимал, что друг прав, но ему не хотелось расставаться с прекрасной, чувствительной землянкой. И, отвернувшись от Дмитрия, он смущённо поинтересовался:
  - Как Вас зовут, мадам?
  - Мария, но можно просто Маруся, - кокетливо опустив глазки, ответила девушка.
  - Ричард! - заорал Дима.
  Инмарец повернул голову и благодушно посмотрел на него.
  - Не вздумай напомнить о Стасе. - Он снова отвернулся и, взглянув на землянку, восторженно произнёс: - Давайте погуляем, Мария.
  - Ты рехнулся? - завопил Дима, и глаза его полыхнули холодным белым светом. - Она же не понимает, во что влипла!
  - Я не позволю тебе довести её до могилы своими страшилками о Вилине! - огрызнулся Ричард и взял Марусю под руку. - Ничего не бойтесь, мадам, я рядом.
  - Я предупредил, - хмуро проворчал Дмитрий, и Валечка похлопал его по плечу:
  - Оставь их. Наш Ричи влюбился, разве ты не понял? Лучше определись, куда идти, не стоять же здесь вечно.
  - Я не знаю, куда идти! - раздражённо произнёс Дима и с тревогой посмотрел на Тёму: временной маг топтался на месте, отбиваясь от серо-зелёной травы, которая так и норовила обвиться вокруг его сапог.
  - Она хочет меня укусить! - нервно хохотнул Артём. - Фу! - крикнул он и топнул ногой. - Я тоже не знаю, где они.
  - Что ж, будем искать, - подытожил Валечка и зашагал к лесу.
  Друзья последовали за ним, но едва они ступили под кроны засохших серых деревьев, Артём с криком отпрыгнул назад - первая же ветка попыталась хлестнуть его по лицу.
  - Скверно, - прошептал Дмитрий.
  - Мне не выбраться с этой поляны, - расстроился Артём. - Одна маленькая царапинка и... ну, ты помнишь.
  - Здесь почти не работает магия, но я попытаюсь окружить тебя щитом. - Дима положил руки ему на плечи и тихо скомандовал: - Давай вместе!
  Артём молча кивнул и закрыл глаза, позволяя другу проникнуть в своё сознание...
  
  Станислава сидела в глубоком алом кресле и с ужасом смотрела на свою руку. После "обеда" Стилла, смазав порез клейкой прозрачной мазью, сказала:
  - Ни одна капля не должна пропасть зря. Ты изыскано сладкая девочка, Стася. Мы будем долго наслаждаться тобой...
  Прозрачная плёнка стянула края раны, кровь больше не шла, но порез до сих пор оставался свежим. Хранительница встала, уложила счастливую Веренику в постель и легла рядом. Ей было страшно, и страх прогнал сон. Стася ворочалась с боку на бок, перебирая в уме события последних дней: "Почему я здесь? Кто посмел послать меня на верную смерть? И почему отец не защитил меня?" Вопросы кружились в голове, как назойливые мухи, и ни на один из них Стася не могла найти ответа. Вереника давно спала, и даже во сне с её губ не сходила счастливая улыбка. Горько вздохнув, Станислава поправила сползшее с девочки одеяло, зевнула, и сон, наконец, сморил её. Хранительница закрыла глаза, и последней мыслью, на грани яви и сна, было: "Во всех моих бедах виноват Дима..."
  С той же мыслью она и проснулась. "Может, он сам и засунул меня сюда? А Веренику для отвода глаз прихватил или для того, чтобы она следила за мной". Станислава неприязненно взглянула в счастливые глаза девочки и отвернулась. Впрочем, Ника никак не отреагировала на её недобрый взгляд. Она с нетерпением смотрела на дверь, ожидая появления любимых вампиров. Однако, вместо вилинов, в алую комнату вошли горничные. Они окружили пленниц ревностным вниманием: умыли, одели, причесали, накормили, и Станислава подумала, что пробуждение в Вилине, мало чем отличается от утра в Литте. Но Стася не чувствовала себя принцессой. Истовая забота вилинов напомнила ей заботу рачительного крестьянина о любовно откармливаемом к празднику поросёнке. Мысль о предназначенной на убой скотине заставила Хранительницу побледнеть, и только что вошедший в комнату Морин Мор с тревогой поинтересовался:
  - Что с тобой, детка?
  Стася не ответила, и вилин, бросив взгляд на стол, где стояли неубранные после завтрака тарелки, подошёл к ней вплотную, вгляделся в изумрудные глаза и широко улыбнулся.
  - Слава всем известным богам, с тобой всё в порядке! А страх... Пусть он будет пикантной приправой к нашему пиру.
  Бессильная, клокочущая ярость захватила Станиславу. К щекам прилила кровь, руки задрожали, и Морин удовлетворённо кивнул:
  - Так-то лучше, детка! А то мои гости подумают, что я пригласил их на рядовой завтрак, а не на праздничный пир.
  Чёрные глаза вилина насмешливо блеснули, он отвернулся от Стаси, на миг утратившей дар речи, и поманил к себе Веренику. Радостно взвизгнув, девочка бросилась к вампиру, схватила его за руки и с бесконечным обожанием уставилась в ехидные тёмные глаза. Мор по-хозяйски погладил Веренику по плечу:
  - Мы любим вас. Ты самая лучшая девочка на свете. Я без ума от тебя, дитя моё
  Вилин облизнулся.
  - Прекрати! - словно разъярённая змея, прошипела Стася, и Морин с удивлением посмотрел на неё:
  - Я сказал что-то обидное? Твоя подружка, на самом деле, лучшее лакомство из моих запасов.
  - Вы убиваете её! - Станислава подалась вперёд, взгляд её полыхал ненавистью, губы дрожали. - Она - ребёнок, и не заслужила этого кошмара!
  - Кошмара? - искренне удивился вилин. - Посмотри, она счастлива!
  И, словно подтверждая слова Морина, Вереника блаженно улыбнулась и доверчиво прижалась к вампиру.
  - Это всё ваша магия! Она не понимает, что вы убиваете её! - не сдавалась Хранительница.
  Морин пожал плечами:
  - А надо, чтоб понимала? Думаешь, следует расколдовать её? А что, это идея. Попробуем?
  Вилин погладил Нику по волосам, склонился к её уху и начал что-то нашёптывать.
  - Нет! - испуганно закричала Стася, бросилась к Морину и дёрнула его за рукав. - Не надо!
  - Вот ты и ответила на все вопросы. - Хранительница затравлено смолкла, а Морин Мор выпрямился и задушевно произнёс: - Мы любим вас и не хотим обидеть. Вы обе дороги мне, и я буду неустанно заботиться о вас, девочки. Я постараюсь продлить ваши жизни настолько, насколько возможно, а потом подарю лёгкую и приятную смерть. - Вилин отечески улыбнулся пленницам: - У нас гости, сладкие мои. И они жаждут познакомиться с жемчужинами моей коллекции.
  Морин галантно подал Стасе руку. Огорошенная прямотой вилина Хранительница послушно вложила пальцы в его холодную ладонь и позволила вывести себя из комнаты. Вереника охотно пошла за ними. По дороге на "пир" Стася лихорадочно обдумывала способы борьбы с захватчиками, но ничего умного придумать не смогла. "Вечером. Я подумаю об этом вечером", - решила она, переступив порог громадного зала.
  С потолка на длинных серебряных цепях свисали снежно-белые шары, источавшие яркий, но безжизненный свет. Холодные мертвенные лучи падали на красные наряды вилинов, преломлялись в драгоценных камнях диадем, ожерелий, перстней, отражались от блестящих, идеально-белых стен. Стася остановилась, пораженная утопической красотой, открывшейся картины: красные вилины, белый зал и мертвенный свет - завораживали и пугали.
  - Прошу внимания, господа! Наши гости!
  Зычный голос Морина прокатился по залу, затушив очаги бесед и костерки смеха. Вилины замерли и, как один, вонзили острые смоляные взгляды в пленниц. Морин гордо вскинул голову и сквозь застывшую толпу повёл Станиславу к пьедесталу у дальней стены, где стояли два высоких резных кресла. У возвышения пленниц встретили Стилла Ам и Корин Ор. Стилла взяла на руки светящуюся от удовольствия Нику, усадила её в кресло и отступила, а Корин, сияя иезуитской улыбкой, помог Станиславе взойти на помост. Хранительница опустилась в кресло, обвела растерянным взглядом вилинов и со страхом подумала: "Они решили убить нас сегодня! Если каждый выпьет по глотку, то..." Стасю охватил животный ужас - она застыла, словно уже была мёртва, и лишь расширенные зёлёные глаза ещё жили на побледневшем лице, следя за молчаливыми красными фигурами, бесшумно окружающими пьедестал. Точно сквозь густой туман на Стасю смотрели красивые лица фарфоровых кукол, и одно чувство роднило их всех - вожделение. "Бежать! Мне нужно немедленно бежать!" - пробилась сквозь удушливый страх простая, но неосуществимая мысль. Хранительница в отчаянии закрыла глаза и тут же услышала ядовито-ласковый шепот Корина:
  - Открой, глазки, сладкая моя! Сегодня ты не умрёшь.
  "Не умрёшь" - эхом отозвалось в голове.
  - Не умру, - одними губами проговорила Стася, разомкнула веки, и взгляд её натолкнулся на одетого в белое слугу. Молодой мужчина со светлыми, коротко стрижеными волосами протягивал Морину алую подушечку, на которой покоился тонкий, острый нож. Вилин взял его и провозгласил:
  - Пир!
  Лезвие обожгло кожу. Стася дёрнулась и закричала, увидев на плече капельки крови. Вилины зааплодировали, и Морин, облизнувшись, приложил губы к порезу. Он сделал глоток, а затем приглашающе взмахнул рукой:
  - Прошу, господа!
  Вилины один за другим подходили к Стасе, "целовали" плечо, и вскоре она начала слабеть. Тело сделалось тяжёлым и безвольным, к горлу подступила тошнота, веки налились свинцом, так и норовя сомкнуться. "Я не должна закрывать глаза, иначе умру", - отстранённо подумала Хранительница и вытаращилась на очередного вампира - молодую женщину с шапкой чёрных вьющихся волос.
  Корин довольно улыбнулся и шепнул:
  - Молодец, сладость моя.
  Станислава хотела огрызнуться, но сил хватало лишь на то, чтобы держать веки открытыми. К счастью, кудрявая вилина оказалась последней, и церемония закончилась. Но Стася напрасно надеялась сейчас же оказаться в алой комнате - вилины желали хотя бы смотреть на деликатесы.
  - Желание гостей - закон! - с улыбкой возвестил Морин Мор, и пленницы остались сидеть в креслах.
  Перед глазами Хранительницы плавал туман, в ушах звенело. Она безучастно наблюдала, как прекрасные пары кружатся по залу в замысловатом танце, слушала странную музыку, механически качала головой в такт мелодии и, не отдавая себе отчёта в том, что говорит, шептала:
  - Смерть... Приди ко мне... Смерть...
  
  - Они на самом деле маги, Ваше высочество? - негромко спросила Маруся, покосившись на Диму и Артёма.
  - Да, они лучшие маги Лайфгарма, - утвердительно кивнул Ричард.
  Девушка сосредоточенно кивнула: она изо всех сил старалась выстроить разрозненные воспоминания, но ничего не получалось. Странное ощущение не давало Марусе покоя, ей казалось, что всё происходит не совсем так, как надо. Что и говорить, внимание инмарца было ей приятно, но взгляд, помимо воли, обращался на Дмитрия. Тёмные волосы, умные голубые глаза и стройная фигура влекли её, словно бабочку к огню. И это было неправильно. Дима принадлежал Станиславе. Мало-помалу, Маруся вспомнила, как подруга пришла к ней в растрёпанных чувствах и поведала о путешествии в Лайфгарм. И вновь, как и тогда, девушка почувствовала зависть. Дима казался ей самым красивым и благородным, самым умным и верным. Не то, что инмарский принц. Его брак со Станиславой коробил чувства девушки, несмотря на то, что, по словам Ричарда, он распался всего за пару недель.
  Но Дима был недосягаем, а инмарец жаждал Марусиного внимания. Связь с ним была единственным шансом влиться в компанию Смерти, и девушка не желала его упускать. О возвращении на Землю не могло быть и речи, и Маруся, состроив заинтересованное лицо, проворковала:
  - Мне не терпится посмотреть на Зару!
  - Как только мы закончим дела Безвременье, мы сразу вернёмся в Лайфгарм, и я познакомлю тебя с родителями, - покраснев, как рак, сказал принц. Как же ему хотелось оказаться наедине с прекрасной землянкой. Присутствие друзей смущало инмарца. Где-нибудь в глубине зарийского сада, в какой-нибудь маленькой уютной беседке, он давно уже перешёл бы к активным действиям. А здесь, в Вилине, Ричарду приходилось полагаться лишь на слова, а говорить складно у него получалось далеко не всегда, а уж на глазах друзей да ещё под язвительные замечания временного мага... Ричард покраснел ещё сильнее и, не зная, что сказать, повторил: - Я обязательно познакомлю тебя с родителями, Мария.
  "Родители - это серьёзно", - мысленно вздохнула девушка, но отступать не пожелала. Она крепче прижалась к инмарцу, с любовью взглянула ему в глаза и, чувствуя себя полной идиоткой, прощебетала:
  - Мне понравится Инмар, я уверена. - Прозвучало банально и даже глупо, и Маруся поспешила сменить тему на более волнующую: - Если твои друзья маги, почему они не колдуют?
  Ричард посмотрел на Артёма: временной маг шёл, насвистывая бравурный мотивчик, а жадные ветви деревьев тянулись к нему и гибли, едва коснувшись защитного поля.
  - Они колдуют, неужели, ты не видишь?
  Временной маг широко улыбнулся землянке, и Ричард ревниво насупился. "Вот ведь засада, и поговорить-то нормально невозможно, - с досадой подумала Маруся. - Ладно, захомутаю инмарского принца, и будь, что будет". Девушка взглянула на Артёма, похлопала длинными ресницами и расстроено покачала головой:
  - Нет, не вижу. - Она перевела взгляд на Ричарда и с придыханием добавила: - Но это не важно. Мне нет дела до магии. Главное, что рядом ты. Ты замечательный, Ричи.
  Инмарец задохнулся от восхищения. Он едва сдержался, чтобы не сграбастать девушку в объятья. В распалённом сознании замелькали совершенно непристойные картины, от которых Ричарда бросило в пот, и временной маг звонко расхохотался
  - Не забудь на свадьбу пригласить, Ричи! Мы с Валечкой обязательно напьёмся по этому случаю. Свадьба, это здорово! Поедим, повеселимся!
  Ричард нервно закашлялся, и Маруся заботливо похлопала его по спине.
  - Всё в порядке, Ваше высочество?
  - Д-да, - выдавил инмарец, бросил кислый взгляд на Артёма и вздохнул.
  Маруся тоже взглянула на временного мага и поняла, что ёрничать тот не прекратит. "И остановить его никто не посмеет. Вот гадство!" Девушке стало обидно за Ричарда, который и без того захлёбывался в эмоциях, и она, поражаясь собственной смелости, ринулась на его защиту.
  - Вы, молодой человек, ведёте себя отвратительно! Не язык - помело! Вы хам и убийца! А Ваш перстень едва не довёл меня до инфаркта!
  Дмитрий изумлённо обернулся к землянке, а Артём взглянул на желтоглазое кольцо, украшавшее руку Маруси, и удивлённо спросил:
  - И что он такого сделал?
  - Сначала прыгал, как бешеный лягушонок, а теперь отказывается покидать мой палец!
  - Сами виноваты. - Артём слегка прищурился и склонил голову на бок. - Нечего трогать чужие вещи!
  - Чужие? - возмутилась Маруся, отпустила руку инмарца и, шагнув к временному магу, словно шпагой, ткнула в его сторону указательным пальцем. - Вы сами сказали: это оплата за сеанс гадания!
  - С какой стати ты отправился гадать, Тёма? - озадаченно поинтересовался Дмитрий. - К матери обратиться не мог?
  - То мать, а то профессиональная гадалка! - подмигнул другу Артём. - И, вообще, должен же я был поближе познакомиться с Хранительницей!
  - И что она тебе нагадала? - полюбопытствовал Валечка.
  - Она не гадала, а пыталась выяснить, кто я и зачем пришёл. - Временной маг язвительно улыбнулся Марусе и показал кончик языка. - А я, между прочим, расплатился. Должок!
  Девушка яростно стиснула губы, схватилась за перстень и с силой дёрнула. Жёлтый камень мигнул, и кольцо совершенно свободно соскользнуло с пальца.
  - Ура! - воскликнула Маруся и швырнула перстень хозяину.
  Артём ловко поймал его, надел на мизинец и вытянул руку, любуясь переливающимся камнем. Маруся злорадно улыбнулась:
  - Кольцо у Вас, значит, никакого долга нет!
  - Вы истинное чудо, Маша! - умилился временной маг. - Хотите, я подарю Вам этот перстень, в знак дружбы?
  - Нет уж, - замотала головой девушка и демонстративно прижалась к инмарцу. - У меня есть Ричард, и чужих подарков мне не нужно!
  - Может, пойдём дальше? Или будете вечно препираться? - мрачно поинтересовался Дмитрий.
  - Не бухти, Смерть, видишь, какая парочка складывается - загляденье! - усмехнулся Валентин, и Дима, одарив его свирепым взглядом, зашагал вперёд.
  "Если бы не поход за Хранительницей, я бы сказал, что он ревнует", - растерянно подумал Валентин, глядя, как Дмитрий крушит ногами жухлую вилинскую траву. Землянин с недоумением посмотрел на любезничающую с инмарцем Марусю, потом снова на Диму, и вздрогнул - гробовую тишину Безвременья нарушил дробный топот копыт.
  Друзья помрачнели и напряжённо переглянулись, и лишь Маруся осталась беззаботной.
  - Здесь есть лошади? - радостно воскликнула она. - Обожаю верховую езду!
  - Как и прошлый раз, - кисло пробормотал Артём. - Вилины узнали, что я здесь, и пришли.
  Валечка опасливо поёжился:
  - Снова охотиться будут.
  - Нет! - категорично отрезал Дима. - На этот раз, охотиться будем мы!
  Кони приближались. Дробный топот становился всё громче, но внезапно смолк, и лес вновь поглотила тишина. Маруся с недоумением оглядела решительные лица мужчин, но спрашивать ни о чём не стала: сама поняла - приближается что-то нехорошее и опасное. Ричард с видимым сожалением отпустил её руку, снял с пояса кинжал и протянул Солнечному Другу.
  - Просто убивай и ни о чём не думай, - сухо сказал он и выхватил меч.
  Валечка понуро кивнул, и Маруся с жалостью посмотрела на него. Беспечный и хрупкий Валентин выглядел с кинжалом в руке, как балерина с рогаткой - нелепо и неправильно. Девушка хотела сказать, что Ричард совершает ошибку, но так и осталась стоять с открытым ртом: Дмитрий, всё это время старательно избегавший общения с ней, неожиданно оказался рядом. Цепкие голубые глаза впились в лицо Маруси, окончательно лишив ей воли.
  - Держитесь ближе к Артёму, мадам, - с чопорной вежливостью произнёс Дима, и из его ладони начал расти меч.
  Девушка заворожено посмотрела на пылающее белым огнём лезвие и медленно попятилась к Артёму - у неё мысли ни возникло ослушаться Дмитрия. " Да что же это со мной? - заторможено подумала она. - Я ж не кисейная барышня? У меня, в конце концов, разряд по каратэ. Почему я позволяю ему командовать?"
  - Ап! - Временной маг сжал Марусю в объятьях.
  - Ай! - вскрикнула девушка, развернулась и возмущённо посмотрела в подёрнутые льдом шоколадные глаза.
  - Не бузи, Тёма! - вмешался Ричард, радуясь, что в преддверии схватки, любовная лихорадка немного спала, и он обрёл дар речи. - Оставь мою даму в покое!
  - Ой, прости, - шутовски раскланялся Артём и, состроив испуганное лицо, молитвенно сложил руки на груди. - Я больше не буду, Ричи! Только не сердись.
  - Ловлю на слове! - сердито хмыкнул инмарец и отвернулся.
  Его взгляд скользнул по пепельно-серым стволам деревьев, и пальцы привычно стиснули рукоять меча: в глубине леса мелькали неясные тени.
  - Началось, - скорбно прошептал Валечка, и через несколько ударов сердца из-за деревьев выступила шеренга грязно-серых рубах.
  Одинаковые, словно склеенные из кусочков коры лица, скрюченные пальцы, шарящие в воздухе в поисках жертвы, пустые ржавосерые глаза. Маруся посмотрела на безликих людей и шёпотом спросила:
  - Кто это?
  - Скот! - презрительно выплюнул временной маг и дико загоготал, наблюдая, как Ричард, Дима и Валечка врезаются в серую массу.
  Слажено взвились в воздух мечи, отчаянно взмахнул кинжалом Солнечный Друг, и сухая безжизненная трава приобрела бурый оттенок. Маруся невольно подалась вперёд, а временной маг оборвал смех и завистливо произнёс:
  - Я - Смерть, я - принц Камий, и я не могу помочь.
  - Зато я могу! - выпалила Маруся и ринулась вперёд.
  - Стой! - заорал Артём, но девушка уже подскочила к безликим людишкам и, точным ударом ногой в лицо, уложила одного из них на траву.
  Временной маг замер от восхищения: Маруся раздавала удары направо и налево, и не один серый боец не мог приблизиться к ней. "Я говорил, что ты дурак, хозяин. И я повторю это тысячу раз! Вот настоящая подруга для Смерти!" Артём жадно ловил предсмертные хрипы, вдыхал аромат свежепролитой крови, а в его шоколадных глазах вспыхивали и меркли ледяные искры.
  Бой закончился так же быстро, как и начался. Слишком быстро, по мнению временного мага. Смерть в глубине его сознания требовал "продолжения банкета" и принц Камии полностью с ним соглашался. Артём мысленно показал язык обоим, и направился к Диме, перешагивая через изуродованные серые трупы. Под ногами приятно хлюпала кровь, в голове слегка шумело, как после двух-трёх бокалов молодого вина. И Безвременье больше не казалось Артёму таким уж гадким. "Во всём есть свои прелести", - благодушно сказал себе временной маг и улыбнулся другу.
  Стойкий запах безумия ударил в ноздри Дмитрия, и голубые глаза на миг болезненно прикрылись. "Нужно спешить", - мысленно простонал он и заставил себя улыбнуться. Артём укоризненно посмотрел на Диму, но тут же отвлёкся: Маруся с криком: "С тобой всё в порядке, Ричи?! Я так переживала за тебя!" - бросилась к инмарцу. Шоколадные глаза затопило ехидство, и временной маг звучно расхохотался:
  - И ты говорил, что она чувствительная?! Ричи, очнись! Ты видел, как она расправлялась с вилинскими крысами?!
  - Видел, - довольно улыбнулся инмарец и с нежностью обнял землянку. - Ты молодчина, Маша!
  Голос принца был исполнен неподдельным восторгом и любовью, и Маруся просияла. Она не видела ни крови, ни трупов. Она забыла о странных и опасных магах, стоящих неподалёку. Девушка смотрела на инмарского принца и торжествующе улыбалась: "Полная и чистая победа! Я остаюсь!"
  Дмитрий почувствовал укол ревности, и тут же отругал себя: "Ты не какой-нибудь придворный ловелас, чтобы менять женщин, как перчатки. Ты любишь Стасю!". Мысль о сестре вернула Диме решимость. Рыжеволосая Хранительница нуждалась в его помощи, а он нуждался в ней. Это было правильно и понятно. Дмитрий посмотрел на Марусю и Ричарда и вздохнул: "А ведь они действительно подходят друг другу. И он, и она - воины". Тряхнув тёмными волосами, он приложил руку к груди, слегка поклонился землянке и громко сказал:
  - Прости, Ричард. Беру свои слова назад. Похоже, мы нашли достойную спутницу.
  - На Вашем месте, я бы тотчас возгордился, мадам! - зло усмехнулся Валечка. - Сам король Годара склонил голову перед Вами.
  Дмитрий вздрогнул и обернулся, а Маруся удивлённо приподняла брови.
  - Твои спутники - хамы, Мария, - продолжил Валентин. - До сего момента, ни один из них не соблаговолил представиться по-человечески. Интересно, если бы ты не прихлопнула десяток-другой вилинских рабов, когда бы они заметили тебя? - спросил Валечка и сам же ответил: - Не знаю. Они зазнались, Маша, и не видят никого, кроме себя!.. Что ж, придётся мне. Я не гордый. - Солнечный Друг строго посмотрел на Диму. - Начнём с тебя. - Он отвесил другу ёрнический поклон и ехидно сообщил: - Дмитрий - король Годара, Смерть, негласный правитель Лайфгарма и просто великий маг. - Валя повернулся к Тёме и хмыкнул: - С этим проще. Артём, принц Камии, тоже Смерть и лучший маг Лайфгарма. Весёлый временной маг, единственный в своём роде. Заядлый игрун. Наш Тёмочка привык играться со всем, что попадается ему под руку: и со Временем, и с людьми.
  - Убью, - бледнея, прошептал Артём.
  - Не обращай внимания, Маруся. Он снова шутит, - отмахнулся Валечка и злорадно продолжил: - Тёма обожает шутить!
  - Хватит! - взорвался временной маг.
  - Хватит? Я только начал, - язвительно заявил Валентин. - Давай посмеёмся вместе, Тёма. Самое время! - Артём насупился, и землянин пожал плечами: - Как хочешь. - Он с горечью посмотрел на Марусю: - Вот такие у тебя спутники, Маша, а у меня друзья. - Солнечный Друг опустился на окровавленную траву и, закрыв лицо руками, заплакал.
  Артём выругался себе под нос, с горечью посмотрел на Диму и опустился на мокрую траву. Трава завыла и зашипела, превращаясь в прах, а временной маг обнял Валентина за плечи и прошептал:
  - Прости, друг.
  - Прости, - эхом отозвался Дмитрий. Он сел с другой стороны от землянина, положил руку ему на плечо и огорчённо проговорил: - Мы забылись, Валя. Мы вручили тебе кинжал и отправили убивать, не подумав о том, что ты никогда этого не делал. Мы с Тёмой убийцы, Ричард - воин. А ты - другой... Ты - Солнечный Друг... Мы не имели права втягивать тебя в наши игры.
  - Я ни о чём не жалею, - сквозь слёзы произнёс Валентин. - Я пошёл за вами, потому что кроме вас у меня никого нет. Я люблю вас всех, вы мои друзья, но я хочу, чтобы вы хоть немного оставались людьми...
  
  Глава 12.
  Ультиматум Смерти.
  
  Станислава полулежала в кресле, наблюдая за Вереникой. Девочка сидела за столом и за обе щёки уплетала манную кашу, политую медовым сиропом. Юное личико было исполнено блаженства, а голубые глаза лихорадочно блестели. Ника то и дело с надеждой поглядывала на дверь - ей не терпелось встретиться с любимыми вампирами и доставить им и себе сладостное, пьянящее удовольствие. Хранительнице претила восторженная покорность девочки, и она решила, что лучше смерть, чем безропотное подчинение вилинам. "Всё равно моя жизнь кончена, так пусть я умру сразу, чем буду по каплям отдавать жизнь поганым кровопийцам, - думала Станислава, с деланным равнодушием посматривая на свою порцию каши и сглатывая слюну, ибо есть хотелось страшно. Но Стася решила быть сильной. - Пусть Морин разозлится и убьёт меня! А не убьёт - уморю себя голодом!"
  Вереника доела кашу, залпом выпила сладкий травяной настой, влюблёнными голубыми глазами уставилась на дверь, и та сейчас же отворилась. Морин, как обычно, подтянутый и элегантный, прошёлся по комнате, ласково улыбнулся замершей от счастья Веренике и перевёл глаза на Станиславу:
  - Что опять не так, дорогая? Почему ты не ешь? Тебе нужны силы.
  Стася молчала, зная, что переговоры ни к чему не приведут. Не дождавшись ответа, Морин пожал плечами и укоризненно-ласково продолжил:
  - Так нельзя, милая. Мы любим тебя. Мы заботимся о тебе. Мы хотим, чтобы ты жила долго. Поешь.
  Хранительница с ненавистью посмотрела на вилина, но промолчала.
  - Это глупо, детка. Ты хочешь умереть? Но смерть страшна: твоё тело будет гнить в земле, а от красоты не останется следа. Ты хочешь этого?
  Станислава упрямо сжала губы.
  - Не упорствуй, родная. Хочешь, тебе принесут другую еду? Только скажи, чего ты хочешь? Я исполню любую твою прихоть.
  Стасины губы превратились в тонкую, бледную полоску, а обжигающий взгляд изумрудных глаз устремился в стену. Вилин тяжело вздохнул:
  - Не вынуждай меня применять силу, любовь моя. Поешь, иначе твоей маленькой подружке придётся не сладко. Ты желаешь ей зла?
  Хранительница не шевельнулась, и Морин с улыбкой заметил:
  - Что ж, раз судьба прелестной малышки больше не волнует тебя, применим другие методы!
  Вилин шагнул к креслу, навис над Станиславой, будто коршун над добычей, и, впервые с начала разговора, девушка взглянула на вампира. Это было ошибкой - Морин поймал её взгляд, и Стася провалилась в бездонные колодцы смоляных глаз. Короткий миг страха сменился покоем и безразличием. Хранительница словно окунулась в тёплое ласковое море и поплыла...
  Вилин подмигнул Веренике:
  - Твоя подружка больна. Я вылечу её.
  - И она тоже полюбит вас?
  - Скорее возненавидит ещё больше, - криво ухмыльнулся Морин. - Нам достаточно твоей любви, детка. А Хранительница будет любить того, кого предала.
  - Диму? - спросила девочка, с любовью глядя на вилина.
  - Да, деточка, - согласно кивнул Морин Мор и стал с любопытством исследовать Стасино сознание. - Оригинальное заклятие, однако, я уже видел подобное и знаю, как его снять. - Морин победно взглянул на Стасю. - Я уготовил тебе роль в захватывающем спектакле, капризуля. Так что, смотри, не подведи. Если тебе удастся развеять нашу скуку, я, так и быть, убью тебя быстро и безболезненно.
  Морин сосредоточился и начал колдовать, очищая Стасино сознание от заклинания Фёдора. На лбу выступил пот, красивое лицо рассекли морщины, но вилин не отступил.
  - Ты станешь прежней, Хранительница!
  Сознание Станиславы очистилось, и вилин, сделав последнее, почти на грани возможностей, усилие, наложил собственное заклятие, а потом без сил упал в кресло, прикрыл глаза и поманил к себе Нику:
  - Подойди, деточка. Я заслужил пару глотков твоей восхитительной крови.
  Он усадил Веренику к себе на колени, поднёс к губам узкое запястье и со стоном приник к незаживающей ранке. Ника расплылась в блаженной улыбке.
  - Ты увлёкся, Мори! - В комнату вошла Стилла. - Не забывай, девочка принадлежит всем нам.
  Морин Мор неохотно отпустил запястье Вереники, виновато улыбнулся, но извиняться не стал.
  - У меня всё по плану, - деловым тоном сообщил он, аккуратно снял Нику с колен и указал на кровать. - Поспи, девочка, пришла Стасина очередь развлекать нас.
  Вереника послушно улеглась в постель, закрыла глаза и мгновенно уснула, а Стилла хищно облизнулась:
  - Приступим?
  Морин кивнул и похлопал Хранительницу по щеке:
  - Вставай, сладкая! У нас для тебя сюрприз.
  - Что? - пробормотала Станислава, открыла глаза и непонимающе уставилась на вилинов: - Кто вы? - заторможено поинтересовалась она и вскрикнула.
  Перед мысленным взором возникли лица: удручённое - Димы и злобно-счастливое - отца. А потом в бешеном темпе понеслись картины. Голубоглазый красавец на лестничной клетке. Окровавленные губы, шепчущие: "Ты всё для меня". Сплетённые в порыве страсти нагие тела. Бледное лицо Димы, молящее: "Пойдём со мной" и безжалостное: "Уходи". Нескончаемый поток машин и фигуры, слившиеся в долгом поцелуе. А дальше: ненависть - месть - ненависть.
  - Нет! - вскричала Хранительница, по привычке хватаясь за мёртвый Ключ. - Нет! Я не могла вести себя так... по-скотски! Дима! Прости!
  - Он не слышит, - спокойно проговорила Стилла. - Твой брат великий маг, но в Вилине другие законы.
  - Чужая магия здесь бессильна, - ехидно уточнил Морин.
  Стася с ненавистью посмотрела на вилинов:
  - Дима самый сильный в Лайфгарме - Вилин ему нипочём! Прошлый раз он вырвался! Он придёт за мной, и от вашей клоаки камня на камне не останется!
  - Мы учли старые ошибки. Твоему миру придётся довольствоваться Фёдором. Диму мы убьём. И всех его спутников тоже. Корин! Давай сюда пленника!
  Только сейчас до Станиславы стал доходить смысл затеянного вилинами разговора.
  - Дима пришёл за мной, - прошептала она, откинулась на спинку кресла, и на глазах выступили слёзы. - Он по-прежнему любит меня...
  - Конечно, - кивнула Стилла. - Мы позволим вам встретиться перед смертью. Лишить влюбленных прощального поцелуя - жестоко, а мы любим вас...
  - За-а-аткнись! - взревела Стася, вскочила с кресла и понеслась к выходу из комнаты.
  Она не добежала: дверь отворилась, и на пороге возник Валентин в чёрном балахоне, расшитом золотыми солнышками. Балахон бы порван, заляпан серой грязью и кровью. Станислава споткнулась, замерла, а потом закрыла лицо руками и разрыдалась.
  - Стасенька! - Валентин обнял бывшую жену, погладил по голове и зашептал в ухо: - Держись, Стася! Дима уже рядом! Он любит тебя и обязательно спасёт! Ты же видела, как он владеет мечом! К тому же, с ним Ричард!
  - А Тёма? - всхлипнула Станислава. - Он тоже здесь?
  - Конечно! - воскликнул Солнечный Друг. - Временной маг ни за что не оставит друга! Он привёл нас в Вилин и... - Валентин замолчал, облизнул губы и скорбно сказал: - Артёма ранили в первом бою... Одна лёгкая рана, но... Тёма умирает...
  - Довольно! - Морин подошел к бывшим супругам, грубо схватил Солнечного Друга за руку, развернул к себе и певуче заговорил: - Ты в Вилине, лучшем из миров. Мы любим тебя и никогда не отпустим. Ты навеки останешься в нашем прекрасном мире...
  Землянин сник, покорно внимая вилину, но уже на второй фразе поднял голову, и Стася застонала - в глазах бывшего мужа появилось точь-в-точь такое же выражение, как у Вереники. Стася повернулась к двери спиной, на ватных, непослушных ногах добрела до кресла, рухнула в него и беззвучно зарыдала.
  Скользнув по Хранительнице оценивающим взглядом, Стилла довольно улыбнулась, подошла к Солнечному Другу, и в её руке появился кинжал.
  - Давай съедим его, Морин!
  - Почему бы нет?
  Вилин покосился на замершую от ужаса Станиславу, взял у Стиллы кинжал и воткнул его в шею жертве.
  - Нет! - завопила Стася, простирая руки к бывшему мужу, но Солнечный друг покачнулся и стал медленно оседать на пол.
  - В столовую, - скомандовала Стилла, и, подхватив умирающего Валентина, вилины исчезли.
  Хранительница в изнеможении уронила руки и сквозь слёзы посмотрела на красный ковёр, где темнели следы от грязных сапог - всё, что осталось от Валентина.
  
  Маленький отряд с боем продвигался по Вилину - хозяева Мира посылали ему навстречу всё новые и новые орды серых рабов. Безликие людишки гибли десятками, но отряд продолжал идти, отмечая путь изувеченными телами и лужами крови. Друзья не знали, сколько прошло времени: не было ни дня, ни ночи, ни солнца, ни луны. Только серые унылые сумерки. И почти не прекращающийся бой, больше похожий на кровавую баню. Безликие слуги вилинов не носили оружия, но стоило подпустить их поближе, и скрюченные пальцы пытались разорвать врага, располосовать его острыми, как лезвия, ногтями.
  Валя привык убивать и успокоился, зато Артём всё больше и больше заводился: стоять в стороне, когда кругом льётся кровь, было для него невыносимо. Дима с тоской смотрел на друга, понимая, что тот неумолимо погружается в пучину безумия, и кипел бессилием. В краткие минуты отдыха, когда Валентин, Ричард и Маруся валились с ног и засыпали, Дмитрий садился рядом с Артёмом и слушал бесконечные истории о любимом магистре и жестоких развлечениях принца Камии. И это было лучше, чем спать - стоило Диме закрыть глаза, и он видел окровавленные тела Стаси и Вереники...
  Кровавый марафон достиг апогея, когда отряд наткнулся на вилинскую усадьбу. Тремя взмахами меча, Дмитрий прорубил в воротах проход, и кровавая потеха началась. По серым плитам двора потекли кровавые ручейки, и Артём не устоял: меч в его руке вырос так стремительно, что Дима не успел остановить друга. Временной маг издал ликующий вопль, врезался в безликую толпу, и его меч замелькал столь быстро, что глазом не уследишь - принц Камии дорвался до убийств и получил, наконец, долгожданное удовольствие.
  Пятеро бойцов в два счёта очистили усадьбу от серых людишек, и инмарец ринулся в конюшню.
  - Пусто! - крикнул он друзьям и смачно выругался: пешее путешествие по Вилину могло затянуться на годы, если, конечно, в Безвременье можно было говорить о годах.
  Расстроенные друзья развели посреди двора костёр и перекусили грубым безвкусным хлебом, который Валечка отыскал в одном из деревянных бараков, где, по всей вероятности, жили слуги вампиров.
  - И что дальше? - угрюмо поинтересовался инмарец. - Мы можем бродить по Вилину вечность, да так и не отыскать Стасю и Нику.
  Артём проглотил последний кусок хлеба и вытер губы рукавом.
  - Нужно сменить тактику, - заявил он и посмотрел на Диму. - Поймаем вампира и вытрясем нужную информацию. В Харшиде я научился паре трюков - у любого язык развяжется.
  - И как ты поймаешь всадника? - усмехнулся Ричард. - Бегом побежишь?
  - Зачем бегом? Выманим их. Наживку подкинем. - Временной маг беззаботно улыбнулся. - На меня любой вилин клюнет!
  - Даже не думай! - отрезал Дмитрий и погрозил ему кулаком. - Ты наш единственный шанс вернуться в Лайфгарм!
  - А я и не собираюсь умирать, - пожал плечами Артём.
  - Смотрите! - неожиданно вскрикнула Маруся, и друзья разом обернулись.
  Изуродованные Димой ворота бесшумно отворились, и во двор въехали три красно-белых всадника. Красивые надменные лица, пышные охотничьи костюмы. Вилины огляделись, и благородные жемчужно-белые кони, изящно перебирая тонкими стройными ногами, приблизились к костру и остановились. Всадники приподняли шляпы, приветствуя иномирян, и расплылись в благожелательных сладких улыбках.
  Дима посмотрел на Ричарда. Инмарец вытащил меч, воткнул его в землю перед собой и со злой насмешкой поинтересовался:
  - Чего вам?
  - Поговорить, - промурлыкал один из вилинов. - Я - Дорин Ар. Это моя усадьба.
  - И что? - Ричард скрестил руки на груди и вызывающе уставился на вилина. - Претензии высказывать явились?
  - Что ты. - Вилин протестующе замахал руками. - Какие претензии? Мы пришли объяснить правила.
  - Правила? - деланно удивился Ричард.
  - Конечно. Вилин - цивилизованный Мир, и травля в наших владениях ведётся по строгой схеме: вы - дичь, мы - охотники. Так заведено, пришелец. Вы должны понять и принять этот принцип. Мы нежные охотники. Мы любим вас, и готовы травить вас вечно. - Дорин плотоядно улыбнулся и закатил глаза от восторга. - Это необычайно забавно!
  "Давай захватим их, хозяин, и вытрясем информацию!" - настойчиво проговорил временной маг.
  "Не сейчас!" - твёрдо сказал Дмитрий и поднялся на ноги.
  - Слушай и запоминай, вилин: правил больше нет! Вы захватили мою жену и сестру, и отныне я буду охотником, а вы - дичью!
  Дорин переглянулся с товарищами и с интересом посмотрел на дерзкого пришельца.
  - Ты всё перепутал, маг. Мы - охотники, ты - дичь, - медленно и с расстановкой произнёс он, словно разговаривал с несмышлёным ребёнком. - Запомни это, и проживёшь долго.
  Инмарец положил ладонь на рукоять меча. Валечка и Маруся обнажили кинжалы. Лишь Артём вальяжно развалился на гладких серых плитах и расслабленно улыбнулся, но Дима чувствовал, что друг готов сорваться в любую минуту - аромат безумия стал колючим и острым. Дмитрий предупреждающе взглянул на временного мага и вновь повернулся к вилинам.
  - Где моя жена и сестра? - угрожающе спросил он, начиная злиться, и на его пальцах появились слабые искры: магия Смерти искала выход.
  - Жена? Какая из двух? - В глазах Дорина появилось любопытство: - Наверное, та, что слаще. - Он прикрыл глаза и восторженно облизнулся.
  - Сволочь! - не выдержав, проревел Дмитрий, и пронзительно-белая молния ударила всадника в грудь.
  - Как мило, - блаженно шепнул Дорин и рухнул на плиты.
  В глазах Ричарда и Валечки засветилась надежда, а временной маг сел и подмигнул Марусе:
  - Дима такой. Обожает совершать невозможное. Хорош, правда?
  Девушка сделала вид, что не понимает, о чём речь, и придвинулась ближе к инмарцу. Временной маг фыркнул, осуждающе покачал головой и перевёл взгляд на вилинов, завистливо рассматривающих мёртвого родича.
  - Я тоже так хочу! - требовательно заявил один из них, и смоляные глаза с любовью воззрились на Дмитрия. - Меня зовут Римон Бо, и я имею право на свою порцию наслаждения.
  Дима скривился от отвращения.
  - Где моя сестра?
  - Рыжая или блондинка? - вежливо уточнил вилин.
  - Мне нужны обе!
  - Так в чём проблема? - Римон недоумённо развёл руками. - Пойди и забери их.
  - Где они?
  - В усадьбе Морина, прямо по дороге. - Вилин махнул рукой себе за спину и с вожделением посмотрел на мага. - А теперь, убей меня!
  - С удовольствием, - холодно кивнул Дмитрий, и белая молния вышибла вампира из седла.
  Дима подхватил снежно-белого коня под уздцы и бросил пренебрежительный взгляд на третьего вилина:
  - Тебя тоже убить?
  - Да, - вдохновенно закивал тот. - Меня зовут...
  - Мне это безразлично! - оборвал его Дима, и мёртвый вампир скатился на землю.
  Дмитрий вскочил в седло и протянул руку Валентину:
  - Поедешь со мной.
  Землянин не стал возражать. Он легко запрыгнул на коня, позади Димы, и посмотрел на остальных. Временной маг с по-детски радостной улыбкой гладил снежного красавца-коня, а Ричард и Маруся тихо спорили, кто поедет впереди.
  - Вы скоро? - сухо спросил Дмитрий, и девушка покраснела.
  Воспользовавшись моментом, Ричард подхватил землянку и усадил в седло, а сам устроился позади, нежно обнимая её за талию.
  "Что за прелесть будущая королева Инмара", - ехидно промурлыкал временной маг.
  "Плевать!" - рявкнул Дима и, резко вонзив каблуки в бока коня, понёсся к воротам.
  
  Смерть Валентина потрясла Хранительницу настолько, что на некоторое время она впала в прострацию. Девушка покорно ела и пила, безучастно смотрела, как вилины убивают по-прежнему счастливую Веренику, и безропотно подставляла руки, плечи, шею вампирам. Но унылая Хранительница вскоре надоела вилинам, и они решили встряхнуть её. К тому же, в сторону усадьбы Морина, медленно, но неумолимо двигался маленький отряд Дмитрия, и с пленницами пора было прощаться...
  Станислава проснулась от мягких прикосновений безмолвных горничных и хотела разбудить Веренику, но миловидная девушка в гранатовом платье прижала палец к губам и отрицательно покачала головой. Горничные быстро умыли и расчесали пленницу, а потом нарядили в облегающие малиновые лосины, мягкие кожаные сапоги и карминовый топ. Стасю удивили перемены в одежде, но задавать вопросы было бессмысленно. Накормив пленницу, горничные чуть ли не силой заставили её выпить стакан горького, густого напитка. Станислава было подумала, что её хотят отравить, и застыла в ожидании спазмов и рвоты, но мерзкое питьё оказалось чем-то вроде стимулятора. Мысли прояснились, тело наполнилось бодростью и силой, однако под ложечкой засосало от дурных предчувствий, а сердце сжала ледяная рука страха.
  Закончив работу, горничные удалились, и, едва за ними закрылась дверь, в комнате возник Морин Мор. Он оглядел пленницу с ног до головы, удовлетворённо хмыкнул и подал ей руку.
  - Прошу, сладкая моя. Сегодня мы устраиваем небольшой пикничок.
  Губы Стаси скривились в презрительной улыбке - горькое питьё вернуло ей как физические, так и душевные силы, и она исполнилась решимостью дать отпор мучителям. Смерть Валечки отступила на задний план, и Станислава, наконец, осознала, что Дима, возлюбленный брат, в Вилине и обязательно вырвет её из жадных лап вампиров.
  - Никуда я не пойду!
  Хранительница гордо вскинула голову, одарила Морина пренебрежительным взглядом и, скрестив руки на груди, уселась в кресло.
  Неизвестно, какой реакции ожидала от вилина Стася, но чего она не ожидала точно, так это восхищённой, лучезарной улыбки. С неподдельным восторгом Морин смотрел на пленницу, и ей показалось, что в комнате вот-вот раздадутся аплодисменты. Рукоплесканий, однако, не последовало. Сияющее лицо Морина немного притухло, улыбка спряталась в уголках губ, а смоляные глаза хищно сверкнули.
  - Жаль, - с наигранным безразличием произнёс он. - Я думал, ты хочешь увидеть брата, но хозяин, как говорится, барин. Придётся сказать ему, что любимая сестра отказалась от прощального поцелуя.
  Морин подошёл к двери, взялся за ручку, и Стася вскочила.
  - Вы захватили Диму? Не верю! Дима не мог...
  - Вот, именно, - резко перебил её вилин. - Дима не сумел справиться с нашей магией. Мы великие чародеи, девочка. А уж наш многовековой опыт... Лайфгармский юнец - посрамлён и захвачен в плен, а его драгоценные дружки... - Морин Мор вернулся к Стасе и протянул ей руку: - Идём, сама увидишь!
  Хранительница, огорошенная страшным известием, вложила дрожащие пальцы в холодную ладонь вампира. Пол ушёл из-под ног, и Стася оказалась во дворе усадьбы. От красно-белых фигур привычно зарябило в глазах, а в барабанные перепонки ударил гром аплодисментов. Вилины рукоплескали, словно перед ними появилась примадонна модного театра. "Абсурд какой-то!" - со злостью подумала Станислава и до боли сжала кулаки - больше всего на свете ей хотелось броситься на вилинов и голыми руками разодрать их в клочья, но, увы, справиться с таким количеством вилинов не смог даже её могущественный брат. Мысль о Диме прогнала злость, и на смену ей пришли горечь и отчаяние. Глаза Хранительницы затуманились, по щекам потекли слёзы.
  - Не надо, плакать, сладкая! Ты обязательно попрощаешься с братом, - проникновенно сказал Морин, подсадил рыдающую пленницу на коня и запрыгнул следом.
  Холодная рука обвилась вокруг талии, стылые губы коснулись шеи, но Стасе было всё равно - душу поглотила чёрная безысходная тоска.
  Красная кавалькада миновала ворота, и копыта снежных коней застучали по мощёной дороге. Вилины переговаривались между собой, громко смеялись, а Стася, понурив голову, бездумно смотрела на жемчужную гриву коня - поражение Димы не укладывалось у неё в голове. Хранительница не заметила, как всадники въехали в лес, и очнулась лишь тогда, когда конь остановился.
  - Приехали! - раздался весёлый голос Морина.
  Властные пальцы сдавили виски пленницы, заставляя поднять голову, и Станислава вскрикнула - перед ней стоял Дима. Бледное лицо с обескровленными губами и синими кругами под глазами было несчастным и мрачным. У ног валялся зазубренный меч, а плащ темнел пятнами крови и грязи.
  - Дима... - Стася сползла с коня и повисла на шее брата. - Я люблю тебя.
  Дмитрий обнял сестру и поцеловал в губы. Хранительница надеялась на долгий, глубокий поцелуй, но брат почти сразу отстранился.
  - Прости. Не сейчас, - хрипло прошептал он и посмотрел в сторону.
  Станислава проследила за его взглядом и закрыла рот ладонью: в серой траве, раскинув руки, лежал Артём. Из его груди торчал меч, на рукояти которого светилась золотая башня - герб Инмара. Над временным магом стоял Ричард. Плечи его подрагивали от беззвучных рыданий, а ладони беспорядочно теребили мокрые спутанные волосы.
  - Тёма... Ричи... Как же так? - простонала Хранительница и горько заплакала. - Почему он убил его?
  Стася подняла на брата растерянные зелёные глаза, но тот молчал.
  - Временной маг - зло. Такие, как он, вообще не должны появляться на свет, - отчеканил Морин Мор, схватил пленницу за руку и оттащил от брата. - Ты получила свой прощальный поцелуй, сладкая. А теперь, стой и смотри!
  Вилин шагнул к Диме и, глядя ему в глаза, заунывно начал:
  - Ты в Вилине, лучшем из миров. Вилин прекрасен...
  - Не надо! - заорала Станислава, метнулась к брату и вцепилась в его плащ. - Давай уйдём отсюда! Зачем мы здесь? Ты же сильный Дима! Ты можешь вырваться!
  - Нет, - печально качнул головой Дмитрий. - Артём умер, а без него нам не покинуть Вилин. Мы проиграли, Стася.
  - Но ты сам говорил, что, пока мы живы, жива надежда!
  - На что, любовь моя? Думаешь, они так просто отпустят нас?
  Дмитрий обвёл рукой красно-белые фигуры и печально улыбнулся сестре. Скорбно взглянув в стеклянные безжизненные глаза, Стася всхлипнула:
  - Неужели это конец, Дима? Ты же Смерть! Перед тобой трепетал целый мир!
  - Магия Смерти больше не подвластна мне, сестричка. В Вилине я могу не больше обычного человека. - Дмитрий порывисто обнял Хранительницу и прошептал: - Ты всё для меня, девочка... Но, на этот раз, я не смогу защитить тебя.
  Хранительница всем телом прижалась к возлюбленному:
  - Мы умрём вместе...
  - Браво! - Морин хлопнул в ладоши, точно давая сигнал родичам, и поляна утонула в овациях.
  Громовые рукоплескания вывели Ричарда из ступора. Он обвёл глазами красно-белую толпу, дико вскрикнул, вырвал из груди Артёма меч и остриём вверх вдавил его в рыхлую землю. Стася ахнула, рванулась к инмарцу, но Дима удержал её:
  - Так будет лучше. И для него и для нас.
  Станислава застонала и спрятала лицо на груди брата - у неё не было сил смотреть на самоубийство несгибаемого инмарского принца. Сердце Хранительницы колотилось, как бешеное, из горла рвались рыдания. Дима ласково гладил сестру по спине и с улыбкой смотрел на Морина Мора - спектакль удался на славу.
  Восторженные вопли и шквальные аплодисменты, наконец, смолкли, и, подмигнув Диме, Морин Мор произнёс:
  - Теперь ты!
  Хранительница вздрогнула, подняла заплаканное лицо на вампира:
  - Я? Наконец-то...
  - Твой брат, - ядовито ухмыльнулся Морин, и за спиной Дмитрия возникла Стилла с кинжалом в руке.
  - Прощай, любовь моя, - мягко проговорил Дима, разомкнул объятья, и Станислава медленно сползла на серую жухлую траву.
  - Не надо, прошу, не надо его убивать! Я сделаю всё, что скажете, только пощадите его! Он всё для меня!
  Придав лицам выражения глубокой задумчивости, Стилла и Морин переглянулись, будто решая, как поступить. Выдержав паузу, вилина улыбнулась и милостиво кивнула пленнице:
  - Ты развлекла нас, сладкая. И, в благодарность за это, мы оставим твоему возлюбленному жизнь. Но имей в виду - одна ошибка и...
  Стилла прижала кинжал к шее Димы.
  - Я не подведу, - дрожащим голосом промолвила Хранительница, не сводя глаз с острого блестящего лезвия.
  - Как мило, - проворковала вилина и протянула ей кинжал. - Мы пригласили на пикник гостей, девочка. Не жадничай, угости каждого из них.
  Стася вскочила, схватила кинжал и, полоснув запястье, протянула руку хозяйке. Стилла приникла губами к ране и глотнула крови, бурлящей отчаянной решимостью.
  - Ты прелесть. - Вилина облизнула губы и подтолкнула пленницу к гостям. - Иди, сладкая, тебя ждут.
  Вампиры покинули сёдла белоснежных коней и окружили Стасю. Девушка подошла к первому из них и подала ему руку... Потом был второй... пятый... седьмой...
  Станислава упала. Дима подскочил к ней, помог подняться и с жаром произнёс:
  - Вставай! Не сдавайся, иначе они убьют меня!
  Хранительница, пошатываясь, пошла дальше, и вилины снова восторженно зааплодировали. Стася падала, но вставала и продолжала идти. Перед глазами плыл розовато-серый туман, в ушах звенело, а каждый следующий шаг давался всё с большим трудом. Но девушка не сдавалась, она переходила от вилина к вилину и шептала:
  - Ты всё для меня.
  Хозяева Безвременья довольно улыбались, покровительственно трепали пленницу по щеке и даже поддерживали, заботясь о том, чтобы каждый из них глотнул изыскано-вкусной крови. Стаси хватило на всех - она упала в глубокий обморок, лишь напоив последнего вилина. Дима облизнул губы, привычным движением прижал Хранительницу к себе и, шепнув: "Ты всё для меня", уложил бесчувственное тело на траву.
  - Ты бесподобен, Корин! - воскликнула Стилла, подойдя к родичу. - Никак не думала, что ты обладаешь столь мощным актёрским талантом!
  Корин Ор развеял личину и, самодовольно улыбнувшись, поцеловал руку вилины.
  - Всегда рад доставить тебе удовольствие, сестричка.
  Над поляной заиграла музыка, и ослепительно прекрасные пары грациозно закружились в вальсе вокруг бездыханного тела Хранительницы...
  Стася не помнила, как оказалась в алой комнате. После пикника она так и не пришла в себя окончательно, несмотря на то, что вилины как бы забыли о ней. Почти всё время девушка лежала в постели и рассматривала свои руки - они больше не были белыми. Кроваво-красные раны сплошь покрывали кожу, и руки терялись на фоне тёмно-бордового платья. Стася потеряла ощущение реальности и жила мыслью, что спасла Диме жизнь. Брат иногда заходил к ней вместе со Стиллой, но мерзкая вилина не позволяла влюблённым даже разговаривать. Они довольствовались долгими чувственными взглядами и вновь расставались. Стася плакала и, невзирая на то, что вампиры больше "не ели" её, таяла, как снег под весенним солнцем. А тем временем, вилины медленно и со вкусом убивали Веренику. С ней было не так интересно, как со Станиславой, но кровь юной волшебницы была утончённым лакомством, и властители Мира растягивали удовольствие, зная: одна лишняя капля, и деликатес умрёт, лишив их наслаждения. Вилины любили Веренику, и девочка отвечала им взаимностью. Она с восхищением смотрела на своих мучителей, и улыбка на безжизненном детском личике медленно превращалась в предсмертный оскал.
  
  Три лунно-белых коня бешеным вихрем мчались по серой пыльной дороге. Пустые поля и редкие перелески, сонные речки и мутные озёра проносились мимо с ужасающей скоростью: Дмитрий и Артём подгоняли лошадей магией. Ричард крепко прижимал к себе Марусю, мысленно отчитывая друзей за легкомыслие. Кони мчались со скоростью его земного джипа, и, пав на ходу, могли погубить седоков. Но кричать об опасности не имело смысла - ветер, бьющий в лицо, заглушал звуки. А кричать хотелось: слишком часто и громко билось Марусино сердце. Инмарец подумал, что девушка боится, и уверенным голосом прошептал ей на ухо:
  - Всё будет хорошо. Мы доберёмся живыми и здоровыми.
  Маруся кивнула, не сводя глаз с Дмитрия. Ей было наплевать на нереально быструю скачку. Девушке очень хотелось увидеть лицо мага. Она была убеждена, что глаза его сейчас полыхают, как лезвие магического меча, и не понимала, откуда ей это известно. А ещё девушке хотелось знать: почему временной маг всё время подталкивает её к Дмитрию. "У меня нет шансов... - растерянно думала Маруся. - Или Артём считает иначе?"
  Додумать девушка не успела. Артём махнул рукой, указывая, вперёд, и Маруся увидела деревянный частокол. Возле массивных ворот копошились десятка два людишек в грязно-серых рубахах. Повинуясь чьему-то окрику, они навалились на створы, развели их в стороны и вновь занялись непонятной девушке работой - то ли что-то выискивали, то ли просто землю ковыряли.
  Всадники на полном скаку влетели на чисто вымытый двор и оказались в плотном кольце вилинов. Прекрасных хозяев Безвременья было несколько сотен, и все они с доброжелательным интересом взирали на иномирян. Маруся поёжилась и вздрогнула: тяжёлые ворота захлопнулись, отрезая путь к отступлению.
  - Ловушка, - сквозь зубы процедил Ричард и выхватил меч, но Дмитрий остановил побратима.
  - Не будем доставлять им радость, Ричи, - подъехав ближе, тихо сказал он, а потом спрыгнул с коня и угрожающим взглядом обвёл расфуфыренных, как на балу, врагов.
  - Где моя жена и сестра?
  Разодетая толпа загудела, как пчелиный рой, и вперёд выступил высокий узколицый мужчина в широкополой шляпе с длинными перьями, переливающимися всеми оттенками красного. Вилин церемонно поклонился и ровным голосом произнёс:
  - Меня зовут Вирин Цап. Мы соблаговолили встретиться с вами, пришельцы, чтобы, раз и навсегда, объяснить. В Вилине строгие правила: вы - дичь, мы - охотники. Неужели так трудно запомнить?
  - Где моя жена и сестра? - бесстрастно повторил Дима и, взглянув в возмущённый смоляные глаза, добавил: - Я говорил вашему парламентёру: правил больше нет! И не вынуждайте меня начинать охоту - для вас она плохо закончится!
  Вилины загудели громче, и Вирину Цапу пришлось повысить голос:
  - Твои речи ублажают наш слух, маг. Ты забавный. Мы видим, что ты действительно способен воевать с нами. Но зачем? Вилин благословенный, тихий мир. Мы не хотим войны, маг. Мы даже готовы завершить охоту, если её правила тебе не по нраву. Оставайся с нами, и мы научим тебя, как доставить нам удовольствие. Мы будем любить тебя. - Вирин улыбнулся и дружелюбно раскинул руки, словно приглашая Дмитрия в свои объятья.
  Голубые глаза затопил холод.
  -Ты глухой? - огрызнулся Дима. - Верните мне жену и сестру, и я уйду, не тронув вас. В противном случае...
  - Мы любим твою жену и сестру! - перебил его вилин, опустил руки, и красивое лицо исказила недовольная гримаса. - Нам жаль расставаться с ними, но мы можем договориться. - Вирин обернулся к родичам, словно испрашивая их согласия, а потом посмотрел на Диму и решительно заявил: - Возьми своих женщин, но отдай нам его! - Он указал на Артёма. - Мы ненавидим его. Он - зло!
  - Нет! - отрезал Дмитрий и, усмехнувшись, добавил: - Я люблю его и оставлю себе!
  Вирин Цап опешил.
  - Ты говоришь, как мы. - Вилин попятился к родичам и вдруг церемонно поклонился: - Хочешь стать одним из нас, маг?
  - Зачем мне это? - оскалился Дима, и зрачки его замерцали холодным белым светом. - Я умею убивать лучше вас. Я - Смерть!
  Вилины ахнули, и из толпы прозвучал чей-то возмущённый голос:
  - Ты врёшь, маг! Мы победили Смерть!
  - Глупости! - хихикнул Артём.
  Он подъехал к вилинам вплотную и, свесившись с седла, заглянул в лицо Вирина Цапа.
  - Ваша Смерть перед вами. Не дразните меня. Я сам люблю пошутить, но ваша шутка затянулась. Отдайте то, что принадлежит нам, или я разрушу Вилин.
  Шоколадные глаза игриво блеснули серебром. Артём потянулся ко Времени, и вилины застыли от ужаса.
  - Не надо, господин временной маг, - жалобно пролепетал Вирин. - Наш Мир прекрасен. Мы не хотели обидеть тебя, о, великий. Забирай своих дам и уходи.
  - Где они? - сухо спросил Дмитрий и взял под уздцы коня Артёма.
  - В усадьбе Морина! - протараторил вилин. - Мы покажем вам! Только обещайте, что уйдёте, не причинив вреда Вилину!
  - Я, - Дима иронично улыбнулся, - обещаю.
  Артём выпрямился в седле и звонко расхохотался:
  "Я, наконец, вновь узнаю тебя, мой хозяин!"
  "Это хорошо, что ты вспомнил, кто здесь главный, Тёма! Ещё раз потянешься ко Времени - руки поотрываю!" - мрачно заявил другу Дима и запрыгнул в седло.
  Солнечный Друг поёрзал за его спиной, устраиваясь поудобнее, и Дмитрий тихо сказал:
  - Осталось немного, Валя. Скоро всё закончится.
  - Главное, чтобы закончилось, как следует, - вздохнул Валентин и посмотрел на разъезжающиеся створы ворот. - Слишком уж всё гладко выходит.
  - Мне тоже это не нравится, - прошептал Дмитрий и покосился на Артёма.
  Временной маг мстительно смотрел в мрачное серое небо, поглаживал коня по шее и что-то неразборчиво бормотал себе под нос. Сердце болезненно сжалось: от друга веяло яростной решимостью. "Он на грани. - Дима сжал губы. - Нужно спешить! Если Тёма сорвётся, мы можем не успеть уйти..."
  Тем временем безликие людишки подвели к господам лошадей и опустились на колени. Воспользовавшись рабами, как ступеньками, вилины вскочили в сёдла, и красно-белая процессия устремилась прочь из усадьбы...
  
  Вереника умирала. Лицо девочки заострилось и посерело, как вечные сумерки Вилина, обескровленные губы потрескались, а золотистые волосы поблекли, став похожими на комок пакли. Среди алых простыней и подушек Ника выглядела, точно кусок парафина, тающий в пламени. Стасю переполняли жалость и отчаяние. Она то прижимала девочку к себе, то укладывала обратно на подушки и, поглаживая узкую безвольную руку, тихо шептала:
  - Всё хорошо, милая. Всё хорошо. Ты уснёшь, и они больше не будут мучить тебя.
  Слёз не было. Да и не могла Стася плакать: смерть освобождала девочку от издевательств вилинов.
  - Я с тобой, Ника, - монотонно повторяла она и раскачивалась, точно стрелка метронома. - Мы будем вместе до конца. Я не оставлю тебя...
  Дверь бесшумно отворилась, и в комнату вступили вампиры. Скользящей походкой они приблизились к кровати, и Морин Мор с грустью произнёс:
  - Мы пришли попрощаться, сладкая.
  Хранительница медленно обернулась, и равнодушный взгляд мазнул по фарфоровым лицам.
  - Убирайтесь. Дайте нам умереть спокойно.
  - Как мило, - промурлыкала Стилла, смахивая слезу. - Два прелестных ангелочка. Как я люблю вас обеих. Мне жаль расставаться с вами.
  Корин утешающее погладил сестру по плечу, а потом склонился над Стасей и коснулся губами её лба.
  - Прощай, дорогая, - мелодично прошелестел вилин и с сожалением отступил. - Нам было хорошо вместе.
  Хранительница загородила собой Веренику и, собрав остатки сил, прошипела:
  - Прочь!
  Морин презрительно скривился и отвернулся от кровати.
  - Она ничего не соображает. Идёмте, здесь больше нечего делать.
  Стилла и Корин согласно кивнули, и вилины, бросив последний взгляд на умирающих пленниц, покинули спальню.
  - Вот и всё, Ника, - погладив девочку по сухим ломким волосам, устало сказала Хранительница. - Закрой глаза и спи. Смерть совсем рядом. Она заберёт нас в лучший мир, где не будет ни горя, ни ужаса.
  Станислава вытянулась на постели рядом с Вереникой и замерла.
  
  Когда на горизонте появилась усадьба Морина, красно-белая процессия остановилась.
  - Мы не будем мешать твоей встрече с женой и сестрой, маг, - торжественно сообщил Вирин Цап и, с тревогой покосившись на Артёма, добавил: - Помни о своём обещании.
  Вилины, как один, приподнялись в сёдлах, поклонились Дмитрию и Артёму и, пришпорив коней, унеслись прочь.
  - Что-то не верится мне в добрую волю вампиров, - пробормотал Солнечный Друг, глядя на распахнутые деревянные ворота.
  - И мне, - согласился с другом инмарец.
  - Да что гадать? - весело сказал временной маг. - Сейчас сами увидим!
  Он похлопал снежного коня по шее, и тот, радостно фыркнув, рванул к воротам. Всадники спешились у крыльца, ворвались в особняк и растерянно остановились: из огромного холла в разные стороны вели два десятка коридоров.
  - Куда? - невольно вырвалось у Маруси.
  Дмитрий посмотрел по сторонам, прислушался к своим ощущениям, и на краю сознания уловил слабое сердцебиение Хранительницы. В голубых глазах полыхнул белый холодный свет.
  - За мной! - скомандовал он и рванул через холл.
  Друзья пронеслись по длинному багровому коридору и оказались перед высокими красными дверями. Дмитрий на секунду замер, а затем распахнул двери и шагнул в увитую лианами комнату.
  - Нет...
  Маг смотрел на Стасю и Нику и не узнавал их - на кровати лежали бледные обезображенные изваяния. Маруся прерывисто всхлипнула и прижалась к инмарцу, а Валентин прислонился к косяку и прикрыл глаза, не в силах видеть страшную, чудовищную картину.
  - Почему?
  Временной маг визгливо хихикнул, попятился в коридор и закрыл лицо руками: его весёлая озорная Ника походила на безжалостно сломанную куклу.
  "Я опоздал", - отрешённо подумал Дмитрий, но тут Хранительница подняла голову, и подёрнутые смертной пеленой глаза уставились ему в лицо.
  - Тише, она почти умерла, - заторможено произнесла Стася и, бережно уложив Веренику на подушки, медленно поднялась. - Они не убьют тебя, Дима, - с ужасающей решимостью вымолвила она. - Я смогу. Я сделаю, как ты хочешь. - Девушка покачнулась, но удержалась на ногах. - Видишь, я сильная. Я спасу тебя.
  - Стася!
  Дима подбежал к сестре и обнял её.
  - Я пришёл за тобой.
  Стася безумным взглядом посмотрела на брата и счастливо улыбнулась.
  - Смерть, ты пришёл. Я знала. Я ждала. Забери меня, - прошептала она и потеряла сознание.
  - Я люблю тебя! - в отчаяние закричал Дима, и Тёма словно очнулся.
  Он метнулся к кровати, упал на колени и, осыпав поцелуями безжизненную детскую руку, прорыдал:
  - Не оставляй меня, Ника, прошу! Очнись, девочка! Пожалуйста!
  - Поганые вилины! - в сердцах проревел инмарец. - Будьте вы прокляты!
  Услышав слова друга, Артём вскочил на ноги и громовым голосом возвестил:
  - Смерть вам, ублюдки! Проснись, Вилин! Время пришло!!!
  Маг, раскинув руки, поднялся над полом, и сквозь его тело хлынул временной поток. Пронзительные серебряные лучи вырвались из ладоней и глаз, пробили крышу и устремились ввысь, к пленённому солнцу Вилина. Серая пелена треснула и растворилась в безоблачной истомлённой синеве. Сотни красок и звуков взорвали Сумерки. Ожили деревья и травы, реки и озёра. Радужное буйство охватило Вилин.
  Шторы рассыпалась в прах, и в комнату ворвался живительный, солнечный свет. Стены и мебель выцвели на глазах, лианы пожухли.
  Ласковые лучи коснулись временного мага, и серебряный свет погас. Артём повернулся к друзьям, словно не висел над полом, а стоял на ровной земле, лучезарно улыбнулся и рухнул на пол.
  Стены комнаты качнулись и стали осыпаться, как истлевший бумажный лист.
  - Уходим! - заорал Дмитрий.
  Валечка метнулся к Веренике, а Дима, толкнув сестру в руки Ричарда, кинулся к Артёму. Друзья опрометью выскочили из особняка, и тот осыпался за их спинами серой кучей пепла.
  Стасю, Веренику и Артёма отнесли в тень могучего раскидистого дуба и уложили на мягкую сочную траву. Порезы на руках пленниц заживали на глазах, кожа вновь становилась белой, на щеках проступал румянец. Лишь у временного мага в лице не было ни кровинки.
  - Проснись, - настойчиво произнёс Дмитрий, склонившись над другом, и тихо добавил: - Это приказ.
  Артём тотчас открыл глаза. Бледное лицо озарилось счастливой улыбкой, а шоколадные глаза довольно взглянули на Диму.
  - У меня получилось!
  Дмитрий погладил его по спутанным пшеничным волосам.
  - По-моему, это твоя лучшая шутка, - дрогнувшим голосом произнёс он, сел на траву и уронил руки на колени: коснувшись Времени, Артём остался жив, но теперь аромат безумия, стойкий и жгучий, невидимым плотным плащом окружал временного мага, и надежда на то, что он когда-нибудь придёт в себя, безвозвратно угасла.
  Ричард, Маруся и Валечка не почувствовали изменений, произошедших с Артёмом, но им передалось отчаяние Смерти. Друзья стояли чуть в стороне от Димы и Тёмы и хмуро молчали: случилось нечто непоправимое, однако спросить, что именно, они не решались - расставаться с мыслью о том, что путешествие в Вилин закончилось благополучно, не хотелось до зубовного скрежета.
  Временной маг сел, с недоумением оглядел кислые лица друзей и пожал плечами. "Хотят рыдать - пусть рыдают. Вольному воля!" - подумал Артём, повернулся к бесчувственной Веренике и широко улыбнулся. Он победил вилинов, разбудил мир и жаждал награды.
  - Ника!
  Девочка открыла глаза, вскочила и прыгнула на временного мага, повалив его на траву:
  - Тёма!
  - Привет, - счастливо мурлыкнул Артём и чмокнул её в нос. - Сейчас мы вернёмся домой, и я сделаю для тебя тысячу шариков и конфет, потому что ты - самая лучшая ученица в мире!
  Вереника блаженно улыбнулась и прижалась щекой к его груди:
  - Я люблю тебя, Тёма!
  Артём звонко рассмеялся, стиснул девочку в объятьях и восторженно уставился в чистое голубое небо.
  Тяжело вздохнув, Дмитрий оторвал взгляд от безмятежно-счастливого лица временного мага и посмотрел на сестру. Она лежала на траве с закрытыми глазами, но вот-вот должна была очнуться, и Дима поспешно юркнул в её сознание. Да так и замер - заклинания Фёдора исчезло. Разум Хранительницы опутывало совершенно другое заклятье: вилины сделали то, что Смерть побоялся - заставили Стасю полюбить его, преданно и беззаветно.
  Дмитрий смотрел на заклинание вилинов, чувствуя предательское желание оставить всё, как есть. Он хотел, чтобы Хранительница любила его, как прежде, чтобы она смотрела на него с той же страстью и желанием, как на Земле, в Кероне, Заре... Но с горечью понимал, что никогда не поверит в искренность её взгляда. "Ты должен снять заклятье!" - приказал себе Дмитрий и осторожно распутал искусно сплетённые нити.
  Едва последняя нить истончилась и пропала, Стася открыла глаза. Увидев над собой Диму, она гневно сверкнула зелёными глазами:
  - Как ты мог?
  - Прости, - выдохнул Дима.
  - Бесчувственная скотина!
  Хранительница оттолкнула брата и, вскочив на ноги, заорала:
  - Ты ныл о любви ко мне, а сам позволил отцу вышвырнуть меня в Безвременье! Лицемер! Твоя любовь яйца выеденного не стоит! Ты бросил нас с Вереникой на съедение вилинам! Ладно я, но чем провинилась девочка? Как ты, вообще, допустил, чтобы нас пытали и унижали? А раньше? Почему ты позволил Фёдору околдовать меня? Тебе было приятно видеть, как я исхожу злобой? Не верю, что ты не мог всё это остановить! Мог! Но ты предпочёл бездействовать! И подсунул меня Ричарду! Хотел посмотреть, как мы кувыркаемся в постели? Понравилось?
  - Я...
  - Молчи! Я любила тебя! А ты предал меня! Ты предал всех нас!
  Дмитрий опустил голову и уставился себе под ноги.
  - Почему ты не вмешался? Трус! - истерично орала Станислава. - Мне претит иметь дело со Смертью! Ты мразь и убийца! Не вилины - ты едва не убил нас!
  - Прекрати! - не выдержал Ричард. - Ты не права, Стася! Дима...
  - Тоже мне, защитник выискался! - перебила его Станислава. - Ты сам по уши в дерьме, Ричи! Ты, как дурак, пошёл на поводу у моего трусливого братца и женился! Почему ты позволил ему распоряжаться нашими судьбами? Пойми, наконец, Ричи, он думает только о себе! - Хранительница зло усмехнулась и добавила: - Хотя, чего можно ждать от Смерти?!
  - Станислава! - неожиданно грозно рыкнул Валентин. - Ты ведёшь себя, как базарная баба! Немедленно извинись! Нам всем пришлось не легко! Дима любит тебя и...
  - Заткнись, - ядовито прошипела Хранительница. - Я ненавижу и презираю его! Он такой же эгоист, как наш отец! Убирайся, Дима! Не желаю видеть твою лживую рожу!
  Дмитрий вздрогнул, поднял голову и пустыми глазами обвёл друзей. "Она всё для меня. Но она никогда не смирится с тем, что мы брат и сестра", - подумал маг, и его силуэт начал медленно таять.
  - Дима, не надо! - истошно закричал Артём, оттолкнул Веренику и одним махом взлетел на ноги. - Не уходи! Не оставляй меня одного!
  Временной маг бросился к другу и хотел вцепиться в его плащ, но пальцы поймали воздух. Издав звериный рык, Артём развернулся и с лютой ненавистью воззрился на Хранительницу:
  - Глупая мелочная дрянь! Ты сама отвергла любовь Смерти, а теперь, когда он тебя спас, вместо спасибо, ты обвинила в предательстве?! Стерва! Я никому не позволю обидеть Диму! - Временной маг задрожал от ярости и стал угрожающе наступать на Станиславу. - Он умолял тебя вернуться! И, если б ты послушалась, многих бед не случилось бы! Ты сама отказалась от счастья! Вместо благородного верного брата ты выбрала паскудного папашу! Кретинка! Ты называешь Диму убийцей, но и твои холёные ручки по локоть в крови! На твоей совести смерть Геласия и Павлины! И Ника попала в Вилин из-за тебя! Всё, что случилось с нами, произошло из-за твоей тупости! Ты - пустышка! А он - Смерть! Он - правитель Лайфгарма! Он - мой друг!
  Артём остановился перед Хранительницей, и глаза его вспыхнули ледяным серебряным светом.
  - Самовлюблённая дура! Ты не знаешь, как ему было больно! А я знаю! Я знаю, через что он прошёл! Человек не может пройти через это! Он смог. Ты была соломинкой, за которую он ухватился! Ты всё для него, и ты его сестра. Он пережил всё, кроме этого! Он готов пройти этот путь снова, чтобы в конце ты оказалась не его сестрой! А ты издевалась над ним похлеще, чем прочие родственнички! Дрянь! Ненавижу!
  Смерть медленно поднял руку.
  - Я убью тебя!..
  Внезапно он осёкся и посмотрел на свою ладонь: рыжий котёнок изогнул спинку, его вздыбленная шерсть искрилась. Истерично хихикнув, временной маг сжал кулак и завыл, тоскливо и безнадёжно. Воздух вокруг Артёма сгустился, и его поглотило тёмное, как ночь, облако.
  - Тёма! Не уходи! - в отчаяние закричал Ричард.
  Из облака выпрыгнул огромный серебристый Волк и стальным взглядом посмотрел на друзей. Инмарец рухнул на колени, обхватил руками могучую шею и прижался щекой к влажной мохнатой шкуре.
  - Зачем, Тёма?
  Волк виновато заскулил и исчез.
  - Тёма! - жалобно вскрикнула Вереника и заплакала.
  Валечка с брезгливым презрением взглянул на Стасю, подошёл к девочке и ласково обнял её за плечи.
  - Тёма вернётся. Успокоится, и сразу вспомнит о нас, ты же знаешь. Он никогда не бросит нас, Ника.
  Плюхнувшись на мягкую душистую траву, Ричард обхватил голову руками и прошептал:
  - Всё не так...
  Маруся присела рядом с инмарцем и молча уткнулась в его плечо. Сердце разрывалось от боли и сострадания. Девушка готова была отдать жизнь, лишь бы сильные благородные люди, окружавшие ей, были счастливы. "Но, увы... Это не поможет, - сокрушённо подумала она и резко сжала кулаки. - Как она может с ним так..." Маруся подняла глаза на Хранительницу, и, не выдержав осуждающего взгляда серых стальных глаз, Стася разрыдалась.
  - Вы ничего не понимаете! - прокричала она и ничком упала на землю. - Я хочу умереть! Почему вилины не убили меня? Я проклята! Я люблю родного брата!
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"