Кохинор: другие произведения.

Дурацкие игры магов. Книга третья. Часть первая. Главы 10-11

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  
  Глава 10.
  Ричард и магия.
  
  Ричард был страшно зол: он родился фермером, и хотел оставаться им, а стал принцем. Долгие годы он старался смириться со своим положением, а когда, наконец, свыкся с судьбой короля-воина, неожиданно стал магом. Для инмарца это был удар ниже пояса, он не представлял, как вернётся в Зару и посмотрит в глаза подданным: мало того, что жену потерял, так ещё и магическим даром обзавёлся. И как после этого править Инмаром, где на троне никогда не сидели короли-маги? Хранительницы - да, но мужчины с даром - никогда! Конечно, Ричард понимал, что побратиму Смерти не выскажут претензий открыто, но перешёптывания и возня за спиной.... Инмарец мысленно застонал, и едва Дима закончил урок, потребовал коньяка: на трезвую голову думать о будущем было невмоготу.
  - Правильно, - одобрительно улыбнулся Артём, - нужно отметить твоё вступление в ряды магов!
  - Молчи, создатель фиолетовых кобыл! - взвыл король Инмара. - Ляпнешь ещё что-нибудь в таком духе - убью!
  - Сначала пройди курс молодого мага, - хихикнул принц Камии и показал другу язык. - Вот научишься, как Валя, бездонные бурдюки творить, тогда и к боевой магии приступить сможешь!
  Дмитрий приглушённо вздохнул: все его старания канули в Лету. Ричард был настолько шокирован обретённым даром, что пропустил урок мимо ушей. Теперь на руках у него, помимо малолетнего брата, оказался ещё и новорожденный маг. "Слабых мест всё больше, а я даже имени своего врага не знаю! Нужно возвращаться в Лайфгарм и трясти Витуса, пока не расколется!" Дима уже открыл рот, чтобы озвучить эту мысль, но тут подал голос Кевин.
  - А кто у Вас был магом, сударь, мать или отец? - бесхитростно поинтересовался юноша, глядя на Ричарда так, словно у него выросла вторая голова.
  - Моя мать - лирийка, а лирийцы все немного маги, - проворчал инмарец и умоляюще взглянул на Солнечного Друга. - Хоть рюмку налей, гад!
  - Видимо, твоя мать очень любила отца, раз позволила Высшему магу наложить на тебя заклинание, - поспешно сказал Дмитрий, понимая, что ещё чуть-чуть, и друзья пустятся в очередной загул. - Думаю, здесь не обошлось без Роксаны или Михаила, ведь именно они живут в Инмаре.
  - Плевать! Меня обманули, вот что обидно!
  - Не просто обманули, Ричи. Дар мог убить тебя.
  - Что ты имеешь в виду? - сжал кулаки инмарец.
  - Скорее всего, твой дар спрятали ещё в младенчестве. Хитрое заклинание растворилось в сознании, заключив твою магию в своеобразную тюрьму. Дар рос и развивался вместе с тобой, а вместе с ним росли и крепли тюремные стены. Думаю, они действовали наподобие зеркального щита, отражая любопытные взгляды магов. Но магия всё равно жила внутри тебя. И если бы твоей жизни угрожала реальная опасность, в попытке спасти своего носителя, магия стала б рваться наружу, и убила б тебя, не сумев пробить щит.
  Ричард произнёс что-то нечленораздельное и приподнялся из кресла:
  - То есть, когда меня отравили в Камии, я воскрес сам?!
  - Тебя отравили? - хихикнул Артём. - Это любимое оружие моих подданных. Они владеют им виртуозно!
  - Да уж, - пробурчал инмарец, - письмо прочёл и помер.
  - Тебе крупно повезло, Ричи. - Дмитрий задумчиво качнул головой. - Если бы камийцы попытались, скажем, отрубить тебе голову, ты умер бы раньше, чем топор коснулся твоей шеи. А с ядом дар справился, ведь для этого ему не нужно было рваться сквозь щит. Он просто погрузил тебя в глубокий сон и очистил организм.
  - Три раза подряд, - пробормотал Ричард и задумчиво добавил: - Видимо, поэтому я и похмельем не страдаю.
  - Похмелье - ерунда, - отмахнулся Солнечный Друг. - С этим любой дурак справится. Я вот что не могу уразуметь, Ричи: когда твои родители позволили Высшему магу колдовать над твоим сознанием, они не понимали, что делают, или общественное мнение было для них важнее судьбы сына?
  - Слабаки! - вынес вердикт Кевин. - Впрочем, не всем же быть такими, как великий Олефир. Ну, оказались Ваши родителями сволочами - бывает. Наплюйте и забудьте!
  - Ах ты, маленькая камийская дрянь! - взбеленился инмарец и, выхватив меч, бросился на мальчишку.
  - Бумс!
  Артём хлопнул в ладоши, и от меча осталась одна рукоять. Чертыхнувшись, Ричард отбросил её и завопил:
  - Задушу гадёныша!
  - За что? - отчаянно выкрикнул Кевин и нырнул за спину Димы.
  - Отойди! - оказавшись нос к носу с побратимом, проревел Ричард, но Дима отрицательно покачал головой.
  - Кевин не хотел тебя обидеть, - спокойно сказал он и протянул другу вожделенную бутылку коньяка. - Остынь. Мальчик прав: твои родители сглупили. Но теперь их мотивы не важны. Дело сделано. Ты маг, и придётся с этим смириться, Ричи.
  - Да уж... - Инмарец взял бутылку и сделал большой глоток. - Разменять четвёртый десяток, и не знать, кто ты есть! Согласись, это свинство!
  - Знаешь, я не удивлюсь, если и сам Леонид обладал магическим даром. Всё-таки твой дар будет помощнее, чем у среднестатистического лирийца. Возможно, в Инмаре принято блокировать магию правителей, чтобы они соответствовали закону: "маги не могут править людьми". Согласись, это разумное объяснение.
  - Ложь, ложь и опять ложь! Как же я ненавижу все эти выкрутасы! - сквозь зубы процедил Ричард и снова приник к бутылке. - Вернусь, отменю, на хрен, все законы.
  - Прямо-таки все? - усмехнулся Валечка, а временной маг уныло скривился:
  - Чтобы что-то изменить...
  - Только не говори, что из Лабиринта мы не выберемся! - перебил его инмарец. - Теперь это вопрос принципа! Я не сдохну в Ланте! Мне ещё много чего сделать надо.
  - Мы выберемся, Ричи, - твёрдо сказал Дмитрий. - У меня тоже остались незавершённые дела.
  Инмарец понимающе кивнул и вновь приложился к бутылке. Поняв, что опасность миновала, Кевин осторожно выбрался из-за спины брата:
  - Простите, пожалуйста, я не хотел Вас обидеть, Ваше величество.
  - Да, ладно, чего уж там, - тяжело вздохнул Ричард и протянул юноше бутылку: - Мир!
  Камиец с подозрением понюхал коньяк и сделал большой глоток. Из глаз брызнули слёзы, он закашлялся, едва не исторгнув выпитое на пол, и Валентин мигом оказался рядом.
  - Запей.
  Он сунул юноше стакан воды, и Кевин стал жадно пить, пытаясь унять бушующий в горле огонь. Артём ехидно взглянул на Солнечного Друга, бесшумно подобрался к Диме и зашептал ему на ухо:
  - Присматривай за братом, а то эти алкоголики вмиг сделают его таким же, как они сами. - Временной маг усмехнулся и громким, мстительным голосом добавил: - Помню, в Кероне, ты никогда не разрешал мне выпить лишнего, Ричи, а мальчика спаиваешь без зазрения совести!
  - Помолчи, Тёма. В отличие от тебя, Кевин - спокойный, рассудительный молодой человек!
  Ричард махнул в сторону камийца, и друзья разом уставились на него: "рассудительный молодой человек" сделал несколько глотков коньяка кряду, расплылся в идиотской улыбке и начал тихо мурлыкать какую-то пошлую песенку, прижимая бутылку к груди.
  - Наклюкался! - радостно сообщил Солнечный Друг.
  Кевин обернулся на знакомый голос, увидел землянина и просиял, словно после многолетней разлуки узрел родного человека. Бутылка полетела на пол, а в руках пьяного юноши появился бутерброд с сыром.
  - На!
  - Вот привязался, - проворчал землянин, отпихивая от себя руку юноши.
  Но Кевин был очень настырен. Он совал магу бутерброд, при этом что-то бессвязно лопоча, пока с губ не сорвалось одно, но внятное слово:
  - Закуска.
  - Сам и закусывай!!!
  Юноша послушно кивнул, откусил бутерброд и стал жевать его, преданно глядя на Солнечного Друга. Взгляд брата крайне не понравился Дмитрию. На ум пришли слова Витуса о готовности Кевина подчиниться сильному, и он угрожающе оскалился:
  - Твоё воспитание, Валя?
  - И что?
  - Предупреждаю: сам можешь хоть бочками коньяк пить, а моему брату не наливай!
  - Во-первых, налил ему Ричард, а, во-вторых, твой брат, между прочим, уже взрослый и может делать, что хочет. Сам разрешил! К тому же, я как врач утверждаю: коньяк полезен для сосудов.
  - Сейчас я тебя в такой сосуд запихну, не обрадуешься, - надвигаясь на землянина, прорычал Дмитрий, и его бело-голубые глаза яростно сверкнули.
  Валентин гордо вскинул голову, подбоченился и шагнул навстречу другу:
  - А что ты, собственно, развоевался? Можно подумать, сам никогда не напивался! И не надо нам тут заливать про бокал вина! Видели мы этот бокал размером с цистерну! Крибле-крабле-бумс!
  - Мне тогда было не семнадцать!
  - Ну, и что? Ты был такой же бестолковый, как он, только постарше!
  - Теперь я понимаю, почему тебя хотят прибить, - язвительно произнёс Дмитрий. Злость пропала, точно её и не было, взгляд бело-голубых глаз потеплел и стал насмешливым. - Ты совершенно невыносим.
  - Хочу заметить, что в списке я не единственный. Кевин упоминал ещё и Ричи с Артёмом.
  - А меня-то за что? - набычился инмарец. - Хотя... я маг. - Он подобрал с пола бутылку и залпом допил остатки коньяка. - Обидно... Такие заманчивые перспективы открылись, и на тебе - какая-то сволочь тут же решает меня убить. Боится, наверное!
  - Возможно, - кивнул Дмитрий, - но пока тебя не убили, научись защищаться.
  - Ага! Валя! Коньяка!
  - Сам делай, - фыркнул Солнечный Друг. - Раз ты маг - мой трубопровод закрыт!
  - Значит так, да? Смотри, сейчас расслаблюсь, и буду мысли твои читать! - пригрозил инмарец. - Впрочем, я и так уже кое-что слышал. Помню, была у тебя одна забавная мыслишка, про Беату. Рассказать?
  - Ты просто завидуешь! Да и остальные тоже. Вы подкаблучники, по сути своей, а я - орёл! Я свободен от быта и необходимости отчитываться перед женой! - провозгласил Валентин и протянул инмарцу бутылку: - Так и быть, пока ты недоучка, буду о тебе заботиться.
  - Вот спасибо, - осклабился король Инмара и приник к горлышку.
  Дмитрий посмотрел, как жадно побратим глотает коньяк, и погрозил землянину кулаком:
  - Хватит спаивать всех подряд!
  - Сейчас никаких важных дел у нас не намечается, - с искренним недоумением заметил Валентин, - а повод есть. Почему бы не выпить?
  Дима безнадёжно вздохнул: спорить с Солнечным Другом было занятием бессмысленным. Махнув рукой, маг обречённо кивнул и посмотрел на Артёма. Смирение на лице друга развеселило временного мага.
  - Один-ноль в твою пользу, Валя! - воскликнул он и хотел обнять Дмитрия, но замер: бело-голубые глаза вдруг потемнели, став иссиня-чёрными, как годарские скалы, а руки сжались в кулаки.
  - Не может быть... - прошептал Дима и покачнулся.
  Артём прижал друга к груди, взволнованно посмотрел в его бледное, отрешённое лицо и с опаской спросил:
  - Что ты увидел?
  Но Дмитрий не мог ответить. Он всё ещё смотрел на вздыбленные красные плиты, опрокинутую чашу и рубиновые осколки, покрытые тонким слоем инея. Но страшнее была серая, беспросветная пустота, расползающаяся по острову. От неё несло могильным холодом и тленом. Пустота пожирала жизнь, и ей не дано было насытиться...
  Маг сглотнул вставший в горле комок, провёл рукой по лицу, отгоняя видение, и надтреснутым голосом произнёс:
  - Нужно немедленно возвращаться в Лайфгарм!
  - Это я и без тебя знаю, но как?
  Временной маг отстранился от друга и нервно повёл плечами. Он чувствовал, что Дима находится на грани взрыва, но как предотвратить его не знал. Да и не хотел.
  - Будем действовать грубо! - прорычал Дмитрий, и его глазницы затопил холодный белый свет.
  Кевин даже подпрыгнул от восторга: сила, исходящая от брата, была пределом его мечтаний. "Я обязательно стану таким, как он. И плевать, что для этого нужно сделать!" - восторженно подумал юноша и впился ногтями в ладони. В отличие от камийца, Ричард и Валечка восторга не испытали. Наоборот, при виде Смерти их охватил испуг: они помнили, что в Камии Дима отчаянно не хотел выпускать на свободу вторую ипостась.
  - Ты что творишь? - завопил землянин.
  Смерть повернулся к нему и ровным тоном сообщил:
  - Мы уходим.
  Больше Валя слова сказать не успел: холодный белый свет потёк из глазниц мага, обволакивая высокую стройную фигуру. Смерть снисходительно кивнул землянину и посмотрел вверх. Туман под сводами зала колыхнулся, будто потревоженный настойчивым порывом ветра, и тонкие бесцветные щупальца потянулись к магу. Медленно, точно опасаясь собственной смелости, они облепили белоснежный щит плотной копошащейся массой, скрыв Смерть от друзей, и Кевин панически вскрикнул:
  - Дима!
  Не в силах стоять на месте, юноша подался вперёд, но его перехватили сильные руки инмарца.
  - Не лезь!
  Кевин кивнул и закусил губу, высматривая брата, а Валечка толкнул Артёма в бок:
  - Хватит ворон считать! Иди, помоги ему!
  Временной маг оторвал завороженный взгляд от копошащихся, словно черви, щупалец, и из его глаз вырвался ледяной серебряный свет. Свет стремительно окружил мага плотным, мерцающим облаком, и, пройдя сквозь щит друга, Смерть скрылся в пульсирующей массе. Несколько долгих мгновений ничего не менялось, а потом щупальца зашипели и стали отступать - бело-серебряный свет теснил их к стенам, затопляя зал Встреч.
  - Бежим!
  Кевин схватил Ричарда за руку, но тот лишь нервно рассмеялся:
  - Куда? От смерти не убежишь.
  Юноша всхлипнул и зажмурился. В ту же секунду бело-серебряное пламя накрыло друзей с головой. Пронизывающий холод сковал их тела, замораживая не только внутренности, но и мысли. Стены Лабиринта заходили ходуном и застонали, будто живые, а туман под сводами стал тёмно-лиловым.
  - Отпусти нас, и мы не тронем тебя, Лант! - громогласно приказал Дмитрий.
  "Разве я плохо заботился о тебе? Почему ты хочешь уйти?"
  - Спасибо за заботу, но у нас дела в другом мире!
  "Зачем куда-то спешить, если можно прожить остаток дней в счастье и радости? - Смертельное пламя стало ослепительно ледяным, и Лант угрожающе произнёс: - Прекратите, или я раздавлю вас!"
  - Попробуй! - прошипел Артём.
  На магов ринулся шквал нитей, но атака мира захлебнулась: Смерти усилили напор, ледяное пламя вылилось за двери зала и поползло по каменным коридорам.
  "Остановитесь! Я должен подумать!"
  - Нет! - отрезал Дмитрий. - Мы уйдём прямо сейчас!
  "Хорошо", - сдался Лант, и двери зала Встреч захлопнулись.
  - Очень предусмотрительно, - фыркнул временной маг.
  "Я должен позаботиться и о себе".
  - Хватит болтовни!
  Лант утробно заворчал, стены зала пропали, и друзья оказались на краю оранжевого леса.
  - Бегите! - скомандовал Смерть, и Кевин, а за ним и Ричард с Валечкой кинулись на опушку.
  - А теперь мы.
  Артём неспешно зашагал по бледно-желтой тропе. Дима шёл рядом.
  - Так что случилось в Лайфгарме? - спросил временной маг, наблюдая, как гаснет холодный белый свет в глазах друга.
  - Сам увидишь.
  - Тогда поспешим!
  Артём прибавил шаг, и вскоре маги нагнали спутников: Кевин, Ричард и Валентин стояли на опушке тигрового леса и пытались отдышаться.
  - Ну, что, Солнечный Дружок, готов к встрече с мамочкой? - Временной маг подошёл к землянину и хлопнул его по спине. - Розалия Степановна будет на седьмом небе от счастья, увидев тебя живым, здоровым и трезвым!
  Валя замахнулся, но Артём ловко увернулся от подзатыльника, метнулся к Диме и взял его под руку.
  - Временная ехидна, - буркнул Солнечный Друг, а Дмитрий, пресекая дальнейшую болтовню, скомандовал:
  - Домой!
  - Нет! - неожиданно для всех заорал Кевин. - Я остаюсь здесь!
  Растерянно моргнув, Дима обернулся и в упор посмотрел на брата:
  - Что за бред?
  - Я остаюсь в Ланте! - повторил камиец, сжимая в руке медальон. - Я обещал Милле вернуться!
  Дмитрий заставил себя согласно кивнуть:
  - Мы обязательно вернёмся за ней, но сейчас мы должны быть в Лайфгарме.
  - Идите! Я приду позже!
  - Понимаю, Кеви, тебе понравилась эта девушка, но никому из нас нельзя оставаться в этом мире. Лант будет мстить, и ты не справишься с ним.
  - Я обещал Милле, что заберу её в Лайфгарм!
  - Она не сможет жить в нашем Мире, - сочувственно произнёс Артём. - Лантийцы привязаны к Ланту, и не могут путешествовать.
  - А вилины? Валентин рассказывал мне о них. Они-то смогли!
  - Хватит, Кевин! Сейчас не время спорить! - Дмитрий начал раздражаться. - Мы отправляемся!
  - Решай за себя! - взорвался камиец. - Я свободен, и сумею о себе позаботиться! Я докажу, что могу справиться со своими проблемами без посторонней помощи!
  - Кевин! Нет! - Дима шагнул к брату, но тот исчез. - Чёртов мальчишка! - сжав кулаки, закричал маг и попытался найти беглеца, но Кевин словно растворился в Ланте. - Что он себе позволяет?!
  - Он влюблён, и мы это знали, - вздохнул Ричард.
  Дмитрий резко повернулся к побратиму:
  - Влюблён? Чушь! Эта прохвостка зачаровала его! Девчонка хочет сбежать из Ланта, используя Кевина. Кто знает, что у неё на уме?!
  - Так пошли за ним, - беззаботно предложил Валентин. - Заберём ребёнка, и вернёмся домой.
  С ненавистью взглянув на ядовито-синее солнце, Дмитрий скрипнул зубами:
  - Как не вовремя, Кевин, как не вовремя...
  
  Кевин очутился в знакомой фиолетовой гостиной с многочисленными пейзажами и натюрмортами. Взволнованно оглядевшись, юноша разжал пальцы, позволив медальону свободно повиснуть на шее, и громко позвал:
  - Милла!
  Почти сразу дверь распахнулась, и в комнату вбежала лантийка: распущенные чёрные волосы тяжёлыми локонами падали на оголённые плечи, тёмно-синее платье с широкой юбкой подчёркивало тонкую талию и округлые бёдра. Девушка выглядела очаровательно, но Кевина в очередной раз посетили сомнения. "Как мне могло понравиться столь слабое и зависимое существо?" Однако сомнения рассеялись, стоило Милле броситься ему на шею.
  - Кевин! - радостно воскликнула она и жадно приникла к губам юноши.
  Поцелуй захватил, заворожил камийца, лишил возможности трезво мыслить, и, Кевин стал самозабвенно ласкать лантийку.
  - Я пришёл, как и обещал, любимая. Мы больше никогда не расстанемся!
  - Я ждала. Я знала, что ты вернёшься, - довольно шептала Милла, позволяя юноше насладиться своим холёным, отзывчивым на ласки телом.
  В отличие от Кевина, лантийка не теряла головы, и когда настырные пальцы попытались забраться в глубокое декольте, нежно, но настойчиво отстранилась. Юноша едва не зарыдал от досады: близость возлюбленной сводила с ума. Кожа и губы горели, сердце заходилось в бешеной скачке.
  - Ты пойдёшь со мной? - выдохнул Кевин и потянулся за поцелуем.
  - Да. - Милла невесомо коснулась его губ и отступила: - Я готова на всё, лишь бы уйти отсюда! Мои сородичи живые только с виду. В Ланте даже улыбаются и смеются согласно установленным правилам. Лантийцы существуют, а я хочу жить!
  - Ты будешь жить, Милла! - твёрдо сказал камиец и взял её за руку. - Я покажу тебе лучший мир. Идём!
  Маг попытался переместиться в Лайфгарм, но вместо знакомых стен Керонского замка, молодые люди оказались на центральной площади родного города Миллы. Камиец и лантийка стояли на сиреневых плитах мостовой, а вокруг шумела и бесилась разъяренная толпа горожан.
  - Мы погибли...
  Кевин взглянул в перекошенное от страха лицо возлюбленной и крепко сжал её руку.
  - Ничего не бойся, Милла, я с тобой.
  - Нам не уйти, - всхлипнула девушка, как заведённая мотая головой, но маг счёл её слова проявлением паники и, развернувшись, спокойно посмотрел на приближающегося к ним Пэлина Фога.
  Мэр остановился в двух шагах от молодых людей, небрежно кивнул головой и выпятил нижнюю губу:
  - Вы нарушили законы Ланта и должны отправиться в Священный Лабиринт!
  Картинный взмах руки, и перед Кевином и Миллой повисли бокалы с мальфом.
  - Я уже побывал в Лабиринте! - Камиец схватил бокалы и швырнул на каменные плиты. - Лант отпустил меня, и я не собираюсь злоупотреблять его гостеприимством. Я забираю Миллу и ухожу!
  Мэр угрожающе выпрямился, вытянул руку и наставил палец на бунтующего иномирца:
  - Ваш отказ - ваш смертный приговор! И приговор будет немедленно приведён в исполнение!
  Лантийцы разразились зловещим улюлюканьем, и Кевин прижал дрожащую девушку к себе:
  - Не бойся, Милла, мы выберемся.
  В тот же миг из толпы полетели камни. Юноша хотел выстроить защитный купол, но не смог: он едва ощущал свою магию. Единственное, что удалось наколдовать - обычный железный щит. Камиец крутился, как бешеный, отражая удары, но камни летели один за другим, и, казалось, им не будет конца. И вдруг наступила тишина. Юноша осторожно опустил щит, взглянул на врагов и беспомощно вскрикнул: он увидел, как один из лантийцев метнул кинжал, и шагнул было в сторону, пытаясь загородить возлюбленную, но не успел. Милла схватилась за рукоять кинжала, торчащую из её живота, и стала оседать на мостовую.
  - Я помогу! - закричал камиец, отбросил щит и подхватил девушку на руки, но, как он ни пытался наполнить её тело живительной целительской магией, ничего не происходило: то ли силы у юноши было слишком мало, то ли его магия не действовала на лантийку.
  - Жаль... но я хотя бы попыталась... - протянула Милла и закрыла глаза. - Прости...
  Кевин расширенными от ужаса глазами уставился в стремительно сереющее лицо девушки.
  - Милла!!!
  - Вперёд! - приказал Пэлин Фог, и толпа двинулась на чужеземного мага.
  Кольцо сжималось. Ни каменей, ни магии, видимо, лантийцы решили, что деморализовали непокорного мага, и взять его голыми руками не составит труда. "Как бы не так!" - зло подумал Кевин, положил Миллу на мостовую, и в руке его блеснул меч.
  - Я убью вас всех!
  - Я помогу!
  Голос Ричарда прозвучал как гром среди ясного неба. Кевин обернулся - рядом стояли друзья. Блистающая на солнце сталь, решительные взгляды. Но юноша не желал их вмешательства, он хотел отомстить за возлюбленную сам.
  - Уходите! - рявкнул он, сердито сверкнув налитыми кровью глазами.
  - Кого же ты мне напоминаешь?
  Артём почесал затылок, насмешливо глянул на Диму и ринулся на лантийцев, безжалостно разя их мечом. Валя и Ричард присоединились к нему, а Дмитрий шагнул к брату и вцепился в его рубашку:
  - Ты - идиот! Я же сказал: нам нужно возвращаться в Лайфгарм! Разве я разрешил тебе уйти?! На тебя нельзя положиться!
  - Я обещал ей вернуться, - всхлипнул Кевин и выронил меч. - Я хотел, чтобы она рисовала, а её убили.
  Хотелось кричать и ругаться, но из горла рвались лишь скорбные рыдания. Плечи юноши поникли, голова бессильно упала на грудь. Дмитрий тяжело вздохнул и обнял брата. Юноша уткнулся в белоснежную рубашку, бормоча сквозь слёзы:
  - Она была не такая, как все. Я хотел освободить её, как ты освободил меня, но не смог... Я очень хочу быть таким, как ты... Но у меня не получается...
  - Получится. - Дима мрачно смотрел, как Ричард, Артём и Валечка крушат толпу, и гладил брата по волосам. - Ты ещё очень молод, Кевин. У тебя всё впереди. Тебе предстоит многому научиться, и однажды ты станешь таким, как я. А, может, и лучше. Но сейчас мы должны уйти.
  Кевин молча кивнул, бросил прощальный взгляд на тело Миллы, и Лант пропал.
  
  Глава 11.
  Перстень короля Годара.
  
  Темное небо, затянутое беспросветной пеленой, скорбным молчанием давило на бесплодную пустошь. Сухая, в паутине трещин земля грязно-серым ковром расстилалась под ногами магов. Обугленные остовы домов били в глаза рваными очертаниями и мертвенным налётом копоти, словно чья-то недрогнувшая рука разлила на пепелище чёрную, вязкую тушь. Ни дерева, ни куста. Безжизненная пустыня - до самого побережья. Теперь из Керона было видно море... Гнетущая картина. Верить, что это развалины Керона, не хотелось, но застывшие вдали иссиня-чёрные скалы кричали, что маги находятся в Годаре.
  Город умер, но не упокоенный под грузом веков, а сметённый невероятной и беспощадной магической силой. И как личное послание королю Годара - руины родного замка: глыбы плит, неряшливо сваленные друг на друга, а на них - рубиновый трон. Целый и невредимый.
  Ноздри разрывал запах пепла и тлена, а Дмитрий зачем-то отчаянно пытался вспомнить статистику. Сколько людей жило в Кероне? Сколько детей, женщин, мужчин, стариков... Дима забыл, когда плакал последний раз, но сейчас злые слёзы жгли глаза, требовали поддаться безысходности, опуститься на землю, ощутить на ладонях прах и в голос проклинать бессердечную тварь, что сровняла его дом с землёй.
  Но слёзы не прорвались. Рядом всхлипнул и горько заплакал Кевин, что-то жалобно бормоча и причитая, и Дмитрий, собрав волю в кулак, повернулся к друзьям. Острый, как бритва, взгляд бело-голубых глаз и холодная, исполненная решимости поза. "Олефир бы гордился мной", - мелькнула странная мысль, и маг громко произнёс:
  - Я убью сволочь, разрушившую мой дом и испоганившую мой мир!
  - Я с тобой! - Глаза Артёма блеснули серебром, но свет смерти отступил, испуганный нечеловеческим криком, исторгшимся из души мага. - Белолесье!!! Мой Лес!!! - Временной маг схватил друга за рукав и дёрнул: - Он уничтожил мой лес!!!
  Дмитрий вздрогнул и обратил взгляд на вотчину Артёма: клубы пепельного тумана облепляли покорёженные белоснежные стволы, согнутые в рабском поклоне. Кровавые языки пламени лизали нежную кожу деревьев, превращая Белолесье в огромный костёр, на котором покоился исполинский замок. "Там!" - вскипая от ярости, подумал маг, но не сделал попытки переместиться в логово врага: Артём пронзительно рыдал, цепляясь за его рубашку, и оттолкнуть друга сейчас было равносильно предательству. Дмитрий отвернулся от сгорающего в агонии волшебного леса, крепче прижал к себе временного мага и провёл ладонью по вечно спутанным, пшеничным волосам:
  - Мы убьём его, Тёма, обещаю! Только не плачь...
  - Не буду.
  Временной маг шмыгнул носом, вжался лицом в плечо друга и разрыдался ещё горше. Дмитрий вздохнул, и, продолжая гладить Артёма по волосам, обвёл друзей бело-голубыми глазами. Хотел что-то сказать, но свербящая душу боль помешала найти нужные слова. Маг опустил голову, вдохнул уютный аромат светлых волос и смежил веки. "Прочь... Прочь отсюда, и пусть всё летит в тартарары".
  "Ты не поступишь так с моим Лесом!" - мысленно взвыл Артём, и Дима ответил:
  "Конечно, нет, Тёма, я же обещал".
  - На месте Литы и Зары тоже руины, а Герминдам похож на воронку от ядерного взрыва. Как и весь Лайфгарм. Я не чувствую жизни нигде, кроме Белолесья, - тихо проговорил Валя и с сочувствием посмотрел на Ричарда, который, крепко сжав меч, вглядывался в даль.
  Почувствовав сострадание и злость, исходящие от друга, инмарец повернулся к нему и нетерпящим возражения тоном заявил:
  - Я пойду вместе с Димой и Тёмой.
  - Я тоже! - сквозь слёзы воскликнул Кевин, и маги уставились на юношу.
  Даже Артём отвлёкся и, забыв о Белолесье, рассматривал юношу, как неожиданно заговорившую статую. Под пристальными взглядами камиец стушевался, опустил голову и пробормотал:
  - Здесь погибли Алекс и Нил. И Тина... И потом, я ведь тоже боевой маг.
  Несколько секунд друзья молчали, раздумывая, как поступить с Кевином: взять с собой в опасный, непредсказуемый бой или отправить в безопасное место.
  - Безопасное место, - выразил общее мнение Солнечный Друг, но тотчас скис. - Правда, не знаю, где это безопасное место искать.
  - Нет! Я пойду с вами!
  Кевин сжал кулаки, с мольбой посмотрел на брата, но на бесстрастном лице Димы не дрогнул ни один мускул.
  - Ты отправишься в Камию.
  - Ни за что! - замотал головой юноша, попытался спрятаться за спину Солнечного Друга, но тот молниеносно развернулся и крепко схватил его за руку:
  - Сейчас не время геройствовать, Кеви! Посидишь пару дней в родном мире, а потом опять в Лайфгарм вернёшься! Будешь помогать брату мир восстанавливать, надлежащее образование, наконец, получишь, а уж потом на войну пойдёшь. Врагов у нас и на твой век хватит!
  - Не хочу! Отпусти!
  Кевин попытался вырваться, но хлипкий на вид землянин обладал стальной хваткой. Однако юноша не угомонился. Извернувшись ужом, он посмотрел на брата и завопил:
  - Ты дал мне свободу, Дима! И не имеешь права командовать мной! Ты сказал, что я могу делать, что хочу! А я хочу сражаться! Вы... - Юноша обвёл магов испуганным и, одновременно, решительным взглядом. - Вы утверждали, что Дмитрий всегда держит слово!
  - Не передёргивай! - рявкнул Ричард. - Щенков на охоту не берут, как бы им этого не хотелось! Дима освободил тебя не затем, чтобы угробить в первой же схватке!
  - Но...
  - Молчать!
  Дмитрий гаркнул так, что стоявший рядом Артём подпрыгнул и вытянулся в струну. Успокаивающе погладив друга по спине, Дима мысленно отругал себя за несдержанность и негромко сказал:
  - У нас гости, господа.
  Маги проследили за его взглядом: по сухой, твёрдокаменной земле к ним шли Витус и Розалия. Оба выглядели усталыми и подавленными, словно надвигалось что-то страшное и неизбежное, а они ничего не могли сделать. Не дойдя до магов нескольких шагов, супруги остановились. Землянка с грустью взглянула на сына, и её губы дрогнули в несмелой улыбке:
  - Вернулись...
  Это было так не похоже на строгую и суровую наместницу Смерти, что Дима и Артём переглянулись, Ричард крепче сжал рукоять меча, а Кевин и Валечка побледнели. Никто не вымолвил ни слова, друзья не знали, что сказать убийственно тихой Розалии Степановне.
  И тогда заговорил гном:
  - Где вас носило целый год?
  Густые кустистые брови целителя сердито сошлись на переносице, цепкие глаза пробежались по магам и замерли на лице Дмитрия, и тот моментально почувствовал прилив ярости. Смерть зашипел и стал рваться наружу. Дима не стал ему препятствовать. Бело-голубые радужки на миг подёрнулись инеем, и холодный свет вырвался из глазниц, превращая их в пронзительно-яркие прожектора.
  - В Ланте. - Смерть шагнул к гному и потребовал: - Назови имя!
  - Нет.
  - Ты понимаешь, кому говоришь "нет", маг?
  - Несомненно.
  - Тогда ты знаешь, что я получу ответ на свой вопрос!
  Витус вздёрнул подбородок и с вызовом взглянул в полыхающие смертельным огнём глаза:
  - Милый мальчик, я сам обучал Олефира искусству пытки, и прекрасно знаю, что и как ты можешь сделать. Но у тебя нет времени на развлечения. Ты должен немедленно покинуть Лайфгарм. Ты и твои друзья!
  - Может, наконец, объяснишь, почему?
  - Твой враг ждёт Смерть. Вы схлестнётесь, ты проиграешь, и мир сгинет в небытие.
  - Я должен верить на слово?
  - У меня было видение.
  - Тогда зря стараешься, провидец. - Смерть криво ухмыльнулся. - Видения всегда сбываются.
  - Почти всегда. Ты из тех магов, что могут изменить реальность и перекроить будущее. По крайней мере, ты можешь попытаться. Вернись в Камию, найди способ полностью контролировать свою вторую ипостась, а уж потом бросайся в бой. Ты не должен вступать в схватку, сверкая белыми глазами. У тебя есть шанс победить и спасти мир, но только в том случае, если ты не будешь пользоваться магией Смерти!
  Смерть на миг задумался, взглянул на Артёма, и его лицо, казалось, заледенело: временной маг смотрел в сторону, где когда-то шумела изумрудная листва волшебного леса. Шоколадные глаза блестели, губы дрожали, а кулаки сжимались и разжимались, будто он рвал на части невидимого врага. "Если я не сдержу слова, Тёма снова сойдёт с ума!" Смерть порывисто обнял друга, погладил по спине, утешая и успокаивая, и поднял сверкающий взгляд на гнома.
  - Значит, предлагаешь вернуться и подумать?! - прошипел он, как рассерженный тигр. - А вдруг, пока я думаю, Лайфгарм умрёт? Мне столько лет твердили, что этот мир - мой, что я, наконец, поверил! И теперь, когда в моём мире хозяйничает какая-то сволочь, я должен уйти и обдумывать, что и как делать? Да ни за что! Я дважды прошёл Вилин, разрушил защиту ускользающего мира, вырвался из лантийского Лабиринта, а теперь должен испугаться какого-то мага?! Не дождётесь! Мы с Тёмой убьём его, и будущее изменится само собой!
  Смерть замолчал, переводя дыхание, и Витус укоризненно покачал головой:
  - Торопливость не самая подходящая черта для мага, а ярость - никудышный советчик. Ты сломя голову бросишься в битву, погибнешь сам, и друзей за собой потянешь!
  - Заладили одно и тоже! "Друзей потянешь", - зло передразнил маг. - Вдвоём с Тёмой справимся! Кевин! В Камию! - Юноша пропал, а Смерть обвёл бешеными глазами оставшихся магов и выпалил: - На Землю!
  Витус, Розалия и Валя с Ричардом исчезли. Смерть разжал объятья, отступил и внимательно посмотрел на Артёма:
  - Ты готов?
  - Да. - Временной маг вытер заплаканные глаза рукавом чёрного с серебром плаща, нервно пригладил волосы, и в шоколадных глазах вспыхнул ледяной серебряный свет. - Он ответит за каждое погибшее дерево!
  - И за каждого погибшего лайфгармца! Вперёд! - скомандовал Смерть, и они перенеслись на опушку волшебного леса.
  Вблизи Белолесье выглядело ещё ужаснее. Мёртвая земля, усеянная костями, перьями и черепами, содрогалась от протяжных стонов чудесных деревьев и треска громадного костра. Алое пламя терзало мраморную кожу, и, по замыслу бездушного палача, эта пытка должна была продолжаться вечно. Из бушующего костра к небу тянулись толстые каменные стены, увенчанные треугольными башнями с узкими бойницами, а мрачное чрево ворот, сдавленное глухими, сужающимися к верху пилонами, низвергало к ногам магов длинную пологую лестницу. Сотканная из всполохов магического огня, она походила на раскалённую реку лавы.
  - Убью... - прошипел Артём, сверкнув нечеловеческими глазами, и хотел было переместиться в замок, но Дмитрий поймал его руку и настойчиво произнёс:
  - Не спеши. Я хочу увидеть все приготовленные мне сюрпризы, прежде чем сверну ему шею.
  - Зачем?
  - Чтобы помнить.
  Немного подумав, Артём кивнул. Смерти шагнули на первую ступень и стремглав понеслись к воротам. Они взбежали по огненной лестнице, и стражники в чёрных кожаных костюмах расступились, пропуская их внутрь крепости. Маленькие бледно-розовые глазки на приплюснутых лицах буравили гостей недобрыми взглядами, а в безгубых ртах угрожающе клацали длинные острые клыки. Дмитрий невольно вздрогнул: не всем лайфгарцам повезло умереть. "В ожидании нашего возвращения, проклятый маг перекраивал людей в уродливых монстров. Просто так? От скуки? Чего же ты хочешь, сволочь?"
  Смерти пересекли узкий двор и оказались перед второй крепостной стеной с чугунной решёткой ворот. Здесь несли караул точно такие же плосколицые стражники, но ниже ростом и закованные в тяжёлые доспехи. Недобрые взгляды и слаженные движения. "Гномы! - Дмитрий скрипнул зубами и с запоздалой виной подумал: - Я так и не посетил Герминдам, а ведь обещал". Проскрипел ворот, решётка поднялась, и маги вступили на просторный мощёный двор, по которому сновали мохнатые стройные существа в коричневых штанах, белых рубашках с расшитыми воротниками и коротких жилетках. Они тащили дрова и вёдра, какие-то тюки и корзины с овощами. И беспрестанно мычали: маг, перекроивший тела, лишил их дара речи.
  - Вот и лирийцы...
  Смерти перестали смотреть по сторонам, спасти последних лайфгармцев можно было, только убив их мучителя, и друзья стремительно вошли в приветливо распахнутые двери замка. Большой, абсолютно пустой холл утопал в полумраке. Несколько тускло мерцающих факелов освещали подножье мраморной лестницы, уходящей в темноту, да пару высоких мощных существ с вытянутыми лошадиными лицами.
  - А вот против экспериментов над этими гадами, лично я не возражаю, - буркнул Артём, рассматривая лирийский костюм одного из чудовищ и строгий китель другого.
  - Ты не прав, Тёма. Пусть Корней и Михаил не особо любили тебя, но они Высшие маги, лицо Лайфгарма. И издеваться над ними - плюнуть миру в душу!
  Треугольные глазки вспыхнули, внимательно разглядывая гостей, а неестественно пухлые губы зачмокали, будто порождения больной фантазии нового повелителя мира страшно хотели есть.
  - Посмотри, Дима, даже в обличии безмозглых страшилищ, они по-прежнему ненавидят нас.
  - Взаимно, - бросил Дмитрий и обратился к бывшим Высшим магам: - Вас послали встретить нас?
  Существа издали нечто среднее между урчанием и рыком, поклонились Смертям, сверкнув блестящими лысинами, и жестами пригласили следовать за собой.
  - Не нравится мне всё это, - проворчал Артём, перепрыгивая со ступени на ступень. - Надо было идти напролом!
  - Витус не хотел, чтобы мы бросались в бой сломя голову, и, по-моему, он прав. Давай посмотрим на эту тварь.
  - Только не долго. У меня руки чешутся надрать ему задницу!
  Лестница казалась бесконечной, но вот она закончилась, и Корней с Михаилом распахнули огромные чёрные двери с красными затейливыми вензелями, открыв глазам громадный зал, очертания которого терялись в непроглядном мраке. Смерти не раздумывая ступили на дымчатый, до блеска отполированный пол, и в то же мгновение вспыхнули десятки факелов, осветив постамент в центре зала. Маги по инерции сделали несколько шагов и остановились: на постаменте, покрытом гладким, антрацитовым ковром красовался огненно-красный, похожий на застывшее пламя трон, а на нём, гордо выпрямив спину, восседала воительница. Лицо Роксаны озаряла ликующая улыбка, а взгляд, хищный и жестокий, был прикован к Смертям.
  - Убью... - прошептал Артём да так и застыл с открытым ртом: свет факелов упал на высокую стройную фигуру справа от трона... - Папа?!
  Ни один мускул не дрогнул на красивом лице наблюдателя. Арсений смотрел на сына, как на чужого, безразличного ему человека. Дмитрий же скользнул взглядом по хрупкой фигурке в изумрудно-зелёном, под цвет горящих ненавистью глаз платье и горестно качнул головой, почуяв знакомый удушающий аромат. Сестра стояла справа от Роксаны, положив руку на спинку трона, словно показывая: я с ней, я против тебя, братец.
  - Папа... - повторил временной маг, и Дмитрий сжал его запястье:
  - Позже, Тёма.
  - Приветствую вас, мальчики, долго же вы заставили себя ждать.
  Голос Роксаны гулом прокатился по залу и растворился в темноте. "Она выглядит и говорит как-то иначе", - вихрем пронеслось в голове, но Дмитрий отринул сомнения и, выпустив руку Артёма, шагнул к постаменту:
  - Ты ответишь за то, что сделала с моим миром!
  - Вряд ли, - ухмыльнулась Роксана, а наблюдатель и Хранительница торжествующе оскалились, словно не сомневались в победе своей повелительницы.
  - Преклоните колени и признайте власть нашей достославной госпожи! - торжественно произнесла Станислава, и Дмитрий взорвался.
  - Не дождётесь! - прорычал он и вскинул руку, готовясь послать в узурпаторшу смертельный диск, но за миг до того, как магический снаряд должен был сорваться с ладони, Роксана исчезла с трона и возникла прямо перед Смертями.
  - Ты мой, керонский выродок, давно уже мой.
  Воительница молниеносным движением сжала ладонь Дмитрия. Сильные, рельефные пальцы пробежались по коже, и мага бросило в жар. Перед внутренним взором вспыхнули огненные знаки, серебряные письмена, а в ушах зазвучал собственный голос, нараспев повторяющий сладкозвучные слова. Смерть моргнул, отгоняя наваждение, опустил голову и вздрогнул: на среднем пальце левой руки мерцал исчезнувший перстень. В багрово-красной глубине камня горела и переливалась чёрная буква "Р".
  - Дрянь! - заорал временной маг и, забыв о том, что обладает магическим даром, ринулся на Роксану с кулаками.
  - Нет! - Дмитрий сбил его с ног и загородил воительницу собой. - Я запрещаю тебе убивать мою госпожу!
  - Что?!
  Ледяной серебряный свет в глазах мага потух, лицо недоумённо вытянулось. Артём сидел на дымчатом полу, приоткрыв рот, и снизу вверх смотрел в ясные голубые глаза.
  - Что ты несёшь, Дима? Мы же собирались расправиться с тварью, что почти уничтожила твой мир и погубила мой Лес! Что произошло?
  Но Дмитрий молчал, невозмутимо глядя на друга, а связь пульсировала, обдавая временного мага волнами досады и отчаяния. "Мы попались!" - с горечью подумал Артём, и, отвечая на его мысли, Роксана выступила из-за спины Димы и почти ласково проговорила:
  - Так и есть, волчонок. Твой разлюбезный дружок стал моим рабом, и теперь вы оба будете служить мне верой и правдой, не так ли?
  Воительница требовательно посмотрела на Дмитрия, и тот почтительно склонил голову:
  - Да, госпожа.
  - Нет!!! - Артём взметнулся с пола, ринулся к другу и вцепился в его плечи. - Я не буду служить убийце Белолесья!
  - Это не обсуждается, Тёма. Роксана наша госпожа, - сдержано произнёс Дмитрий, но пришедший по связи сгусток боли калёным ножом прошёлся по сердцу временного мага.
  Артёма перекосило, он отдёрнул руки, словно плечи друга внезапно воспламенились, и истерично выкрикнул:
  - Бред! - Он покрутил пальцем у виска. - Ты должен бороться, Дима! Она захватила твой мир! Она убила мой Лес!
  Дмитрий моргнул и, пристально глядя в наполненные слезами шоколадные глаза, заявил:
  - Это не важно. Я подарил Лайфгарм своей госпоже!
  За спиной Димы раздались аплодисменты. Артём покосился на довольные лица отца и Хранительницы, презрительно скривился и, бросив: "Предатели!", перевёл взгляд на друга. Связь уже не колотилась, как сердце после стремительной пробежки, а тихо вибрировала, распространяя спокойствие и уверенность в своих действиях. Озадаченный столь быстрой сменой чувств, временной маг смотрел в спокойные голубые глаза, не в силах поверить, что его Дима собирается стать верным слугой разрушительницы собственного мира. "А как же я? - вертелось в голове. - Я не хочу оставаться и не могу бросить тебя! Витус был прав, мы сделали ошибку!"
  - Вы сделали так, как хотелось мне! - оскалилась Роксана. - А Витус старый осёл, помешавшийся на глупой землянке и её сынке-пьянице! На дух их не переношу!
  Лицо воительницы исказила ярость, а Дима согласно кивнул, небрежным жестом поправил волосы, и взгляд Артёма приковал перстень на его пальце: в иссиня-чёрной глубине желтела витиеватая "Р". Временному магу стало так страшно, что захотелось бежать куда глаза глядят, подальше от этого кошмара, от ощущения неминуемой гибели. Но Артём упрямо тряхнул волосами, вздёрнул подбородок и шагнул к другу:
  - Мы проиграли, Дима, но я останусь с тобой до конца!
  На лице Дмитрия не отразилось никаких эмоций, но одобрение и радость, пришедшие по связи, ласковыми объятьями охватили временного мага. Артём с надеждой и любовью взглянул на друга, и хотя в его сознание продолжала назойливо вертеться мысль о проигрыше и грядущем служении ненавистной воительнице, в глубине души возникла уверенность в том, что пока он остаётся рядом с Димой в этой партии ещё рано сбрасывать фигуры с доски.
  Роксана окинула любопытным взглядом внезапно успокоившегося Артёма, ужом проскользнула по его сознанию, однако крамольных мыслей или далеко идущих планов не обнаружила. Конечно, временной маг по-прежнему презирал и ненавидел её всеми фибрами души, но это было неважно. Главное, он был готов подчиняться.
  - Верное решение, волчонок! - Воительница гордо вскинула голову и приказала: - К Источнику!
  Дима приобнял друга за плечи, и они оказались на вздыбленных красных плитах, возле опрокинутой чаши. Увидев рубиновые осколки, покрытые тонким слоем инея, временной маг в ужасе посмотрел на Дмитрия:
  - Ты ведь это видел, да?
  - Да.
  - Почему ты не сказал? Почему? Всё могло быть иначе... - Артём нервно потёр переносицу и повернулся к Роксане, которая разглядывала его, снисходительно и, кажется, забавляясь. - Ты уже разрушила Источник, благодетельница! Мир лишился магии, и его гибель - дело времени. Ты ведь этого добиваешься?! Или ты привела нас сюда, чтобы мы восстановили чашу?
  В голосе Артёма сквозил откровенный сарказм, а шоколадные глаза внимательно изучали друга: лицо Димы было идеально бесстрастным, но связь пульсировала сожалением, скорбью и... яростью. Он был словно заперт в кокон повиновения. "Заперт! Но он здесь!" Огонёк надежды, затеплившийся в душе ещё в замке, полыхнул костром, и Артём окончательно уверился в том, что друг не сдался, просто он пока не нашёл способ избавиться от власти воительницы и надеется на его помощь. "Я сделаю всё, что от меня зависит!" - решил временной маг и перевёл взгляд на Роксану. Воительница стояла, скрестив руки, и буравила перевёрнутую чашу злыми тёмно-серыми глазами. Артём хотел спросить, что она намерена делать, но магичка заговорила сама.
  - Если бы этот треклятый мир можно было разрушить так просто, я бы сделала это несколько веков назад! - процедила она сквозь зубы. - Но, увы, Лайфгарм живуч как таракан, поэтому придётся поступить иначе. Ты! - Воительница наставила палец на Артёма - Перенесёшь нас в прошлое, в момент сотворения мира. Дима убьёт его грёбаного демиурга, а я уничтожу Лайфгарм в зародыше. Ясно?
  - Да уж яснее некуда, - буркнул временной маг и поинтересовался: - А что будет дальше?
  - Какой любопытный волчонок! Что ж, мне нечего скрывать. Я отправлюсь в другой мир, немного отдохну, а затем разрушу его и переберусь в следующий. И так далее...
  - А мы? - Артём прищурился. - Что будет с нами, Роксана?
  - Не переживай, Тёма. Вас я возьму с собой. Будете моими телохранителями. Вдруг я опять попаду в мир, подобный Лайфгарму, вот и поможете мне разрушить его.
  - Потрясающая перспектива!
  Артём дико расхохотался, и маска равнодушия на лице Димы дала трещину: запах безумия пока не ощущался, но друг опасно приблизился к роковой черте.
  - Тёма! - Дмитрий шагнул к нему, обнял и прижал к себе: - Успокойся, Тёма. Мы ведь всегда будем вместе, а это главное!
  - Ага... - всхлипнул временной маг. - Но я не понимаю, почему ты отказываешься от борьбы. Ты же сильный! И у тебя есть я! Только прикажи...
  - Нет!
  Дима слегка коснулся рукой пшеничных волос и неохотно отстранился, а связь всколыхнулась тревогой и предостережением.
  "Не заигрывайся, Тёма!" - Временной маг машинально перевёл чувства друга в слова и с опаской взглянул на Роксану, но та не услышала его мысль: внимание хозяйки отвлёк Дима. Бывший повелитель мира шагнул к чаше, и, словно прощаясь, погладил её холодную поверхность.
  - Ещё поплачь! - уничижительно бросила воительница, и Дима поспешно отдёрнул руку. - Начинай, Артём!
  Однако временной маг и ухом не повёл: плотоядным, оценивающим взглядом он смотрел на Роксану, что-то прикидывая в уме, а потом громко осведомился:
  - Может, всё-таки позволишь мне прибить эту тварь, Дима?
  Воительница невольно вздрогнула, но Дмитрий мгновенно переместился к ней и закрыл спиной.
  - Нет! - рявкнул он и чуть спокойнее добавил: - Она сильнее нас, Тёма.
  - Ну-ну, - ухмыльнулся временной маг и со щенячьей преданностью уставился на друга, купаясь, в идущем по связи одобрении и любви.
  Роксана же облегчённо перевела дух: несмотря на то, что с помощью перстня она контролировала Дмитрия, его сумасшедший дружок оставался неподвластным ей. И никаких способов повлиять на него не было. Он не ушёл только потому, что беззаветно и преданно любил Диму. Однако воительница слабо верила в любовные узы и считала Артёма самым слабым местом тщательно продуманного плана. Практика подтвердила её расчёты и опасения: покорность временного мага зиждилась исключительно на всеобъемлющей, непоколебимой любви к другу.
  - Начинай, волчонок! - скомандовала Роксана и вышла из-за спины Димы, но Артём продолжал неотрывно смотреть на друга, словно уговаривая его.
  И тут могущественная воительница испугалась по-настоящему. Ей вдруг представилось, что временной маг уговорит Дмитрия не вмешиваться, и перед глазами пронеслась ужасная картина гибели бессмертных вилинов: стремительно высыхающая кожа обнажала черепа и кости, а те рассыпались в прах... Усилием воли отогнав неприятное видение, Роксана глухо рыкнула и в третий раз приказала:
  - Начинай!
  Артём нехотя повернулся и скривился:
  - Вот заладила! А если я не хочу?! Если я вот так сяду и буду сидеть здесь до скончания времён? Что ты мне сделаешь? Убьёшь?
  Щёки воительницы побагровели, глаза налились кровью.
  - Если ты сейчас же не выполнишь приказ, я прикончу твоего ненаглядного дружка! - рявкнула она, выхватила из воздуха кинжал и приставила к горлу Димы.
  - Дрянь! - Артём до белизны в костяшках сжал кулаки. - Только попробуй!
  - Почему бы и нет? - На Роксану внезапно снизошло вселенское спокойствие. - Сначала я убью Диму, потом ты убьёшь меня, и сам сдохнешь от тоски. Устаивает?
  Воительница надавила на кинжал, и Артём, поморщившись от боли, поднялся. Он проследил, как капля крови сползла по шее друга, впиталась в воротник белоснежной рубашки, и глаза его блеснули серебром.
  - Не надо, Тёма, - вымолвил Дима. - Делай, что приказала госпожа, иначе мы все умрём.
  Помешкав, Артём кивнул, подошёл к другу, взял его за руку, и магов поглотил густое тихое марево. Временной маг скептически взглянул на воительницу, которую Дима крепко держал за запястье, приблизился вплотную к другу и громко шепнул на ухо:
  - Надо было оставить её! Пусть бы сгинула вместе с Миром!
  - Это невозможно. Мы должны выполнить приказ.
  - А мы что делаем? - пожал плечами временной маг и механическим голосом сообщил: - Следующая станция "Зародыш Лайфгарма"!
  - Не ёрничай! - Роксана нервно повела плечами и огляделась, правда, ничего не увидела. - Ты уверен, что мы движемся в нужном направлении?
  - А то... - протянул Артём, вертя головой: в отличие от воительницы, временной маг прекрасно видел цель их путешествия, и то, что он видел, не нравилось ему категорически.
  Уловив недоумение и растерянность друга, Дима крепче сжал его руку и строго спросил:
  - Что не так, Тёма?
  - Всё, - уныло отозвался временной маг. - Некто очень сильный защищает тот отрезок времени, когда произошло рождение мира. Я не могу пробиться в новорожденный мир!
  - А перескочить этот отрезок и добраться до создателя Лайфгарма ты можешь? - поинтересовалась Роксана. - Если мы убьём демиурга до того, как он создал мир...
  - Да понятно, - рассердился Артём. - Только я не вижу его. Наверное, это весьма ушлый творец! Ни единого следа не оставил! Умница!
  - Он говорит правду, Дима? - с трудом сохраняя спокойствие, осведомилась воительница.
  - Да, госпожа.
  - Тогда наши планы меняются: мы отравимся в будущее, в момент гибели этого треклятого мира. Я должна помочь ему распроститься с жизнью!
  - Какая целеустремлённость! - съязвил Артём и счастливо улыбнулся: сохраняя невозмутимое выражение лица, Дима ликовал. - Что ж, надеюсь, в будущем нам тоже повезёт!
  - Заткнись!
  Роксану затрясло от злости, и Дмитрий предостерегающе покачал головой.
  - Мы уже движемся в будущее, Тёма?
  - На всех парах, мой повелитель!
  - Клоун! - зло выплюнула Роксана. - Паяц!
  - Как говорит один мой друг: "Хоть горшком назови, только в печку не ставь!", - рассмеялся временной маг, но вдруг резко оборвал смех, испуганно взвизгнул и рванул Диму за руку: - Назад!
  Густое марево снесло точно ураганом, и маги вновь оказались возле разгромленного Источника.
  - От кого ты бежал, волчонок? - с ехидцей спросила Роксана, хотя глаза её тревожно блестели. - Кто напугал самое опасное существо во Вселенной?
  Артём поджал губы, всем своим видом показывая, что не намерен отвечать, однако Дмитрий строго взглянул на друга, и тот, скривившись, произнёс:
  - В прошлом я наткнулся на щит, выстроенный из незнакомой мне магии, а в будущем... Там творится что-то невообразимое. Мир словно взбесился, его мотает во времени и пространстве, точно щепку в штормовом море. Такое впечатление, будто его рвут на части, и приблизиться к этому кошмару значит умереть. - Артём перевёл дух и добавил: - Лайфгарм погибнет страшной смертью.
  - Когда это случится?
  В голосе Роксаны прозвучали тревожные нотки.
  - Не знаю, - прошептал Артём. - Там царит такой хаос со Временем, что даже я не могу определиться со сроками...
  - Ясно.
  Воительница зло прищурилась: временной маг говорил правду, она это чувствовала, а, значит, в игру вступила ещё одна могущественная фигура, и, самое паршивое, Роксана не представляла, кто бы это мог быть. "Витус?! Навряд ли! Кишка тонка! Или он предвидел такое развитие событий и заранее позаботился о том, чтобы помешать мне? Нет! Даже для него это слишком! Значит, кто-то неизвестный, пока неизвестный!" Воительница тряхнула короткими волосами, оценивающе осмотрела Диму и Артёма с ног до головы и скомандовала:
  - В замок!
  За время отсутствия повелительницы мира в тронном зале ничего не изменилось. Полумрак, таящийся в углах, ярко освещённый постамент, огненный трон и тихо беседующие наблюдатель и Хранительница. При виде Роксаны Арсений и Станислава замолчали и почтительно склонили головы, однако правительница не удостоила их вниманием. Усевшись на трон, она устремила гневный взор на Дмитрия и Артёма. Временной маг инстинктивно придвинулся к другу, вызвав у Роксаны язвительную усмешку.
  - Правильно боишься, волчонок. Вы не выполнили приказ и будете наказаны.
  - Ишь, размечталась! - Артём вмиг перестал бояться: хозяйка Димы бесила его до дрожи. - Только посмей тронуть нас - убью!
  В ответ на гневные слова Роксана лишь пожала плечами.
  - Убери волчонка с глаз долой, Дима. Пусть посидит и подумает, как разрушить Лайфгарм.
  Одновременно со словами магичка послала в сознание Дмитрия образ крохотной грязной камеры с сырыми каменными стенами и грубо отёсанным топчаном в углу.
  - Имей в виду, Дима: если твой дружок покинет камеру, в следующий раз я прикажу тебе убить его!
  - Да, госпожа
  Дмитрий поклонился и исчез вместе с временным магом. Роксана же презрительно взглянула на Хранительницу и махнула рукой, приказывая ей покинуть зал, но Стася не ушла.
  - Вы обещали отдать керонского выродка мне! - твёрдо произнесла она, сверкая изумрудными глазами.
  - В самом деле?
  Воительница приподняла брови, удивлённо глядя на девчонку, которая посмела не выполнить приказ. Ведь до настоящего момента Станислава подчинялась ей беспрекословно.
  - Да!
  Хранительница побледнела, и Роксана мысленно зааплодировала женщине: несмотря на снедающий душу страх, Стася была готова идти до конца - ненависть к брату поддерживала её лучше стимулирующих зелий и заклинаний.
  - Что ж... - Роксана ухмыльнулась, ибо маленький бунт Хранительницы навёл её на весьма интересную мысль.
  В голове неожиданно прояснилось, и детали нового плана стали появляться, точно камни в быстро иссякающей реке.
  - Ты верно служила мне, девочка, и достойна награды. Я дарю тебе керонского выродка!
  - Спасибо, госпожа! Я никогда не предам Вас! Вы можете положиться на меня! Я выполню любой Ваш приказ! - в экстазе прокричала Стася, рухнула на колени и с благоговейным восторгом уставилась на повелительницу мира.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"