Кохинор: другие произведения.

Фантош. Книга вторая. Глава 7.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  
  Глава 7.
  Цветок в драгоценной оправе.
  
  Едва холодная сталь пронзила сердце Гедерики, чёрный контур арки дрогнул, сжался в гармошку, словно огромная невидимая рука смяла портал, как испорченный лист бумаги, и схлопнулся в яркую красную точку, бесследно исчезнувшую секунду спустя. Угроза вторжения шуаров миновала, но Найлин не почувствовал облегчения. Он с грустью смотрел на напарника, который стоял над мёртвой девушкой и пристально всматривался в её лицо, точно надеялся, что она вот-вот вздохнёт.
  - Ты всё сделал правильно.
  - Знаю. - Эльф опустился на землю, упёрся локтями в колени и запустил пальцы в волосы, не обращая внимания, что пачкает светлые пряди кровью. - Почему так получилось? Ей всего пятнадцать! Она и жизни толком не видела.
  - Она была монстром.
  - Тогда почему Тель не убила её в младенчестве? И не говори, что она не разглядела того, что скрывается внутри Гедерики - не поверю. Маг такого уровня видит людей насквозь. И не только людей! А раз она знала и продолжала опекать девочку, значит, не настолько та была опасна!
  - Хватит, Йоль, не казни себя, - тихо сказал гном, сел рядом с напарником и отложил молот в сторону. - Если б ты не убил её, возможно, по Иртану уже шагала бы армия проклятых. Лучше подумай о том, сколько жизней ты спас.
  - Прекрати, Най. Она была трогательной и наивной и не заслуживала...
  - Ты никогда не убивал?
  Эльф подавился словами. Уронил руки и отрешённо уставился на мёртвую девушку. Гном понял, что попал в точку. Он тяжко вздохнул, потёр переносицу и, поглядывая на напарника, заговорил:
  - Мы никогда не затрагивали эту тему. Да, военная академия учит нас боевой магии и владению самым разным оружием, но она не делает нас воинами в полном смысле этого слова. Разве что позволяет считать, что за годы учёбы мы морально подготовились к своей первой битве или к убийству, тут уж как кому суждено. С тобой видишь как вышло.
  - А ты убивал?
  - И не раз. У нас на Дальнем руднике всякой нечисти полным-полно, так что дети оружие в руки берут сразу, как на ноги станут. К совершеннолетию у каждого на счету не меньше пяти десятков разных тварей.
  - Так то твари.
  - Согласен. Но случается всякое, Йоль. Обычно твари нападают по одиночке или сбившись в небольшую стаю - пять-шесть особей. Но бывают года, когда с тварями что-то происходит. Никто не знает, что именно: то ли положение звёзд на этих гадов по-особому влияет, то ли кто-то из них становится слишком сильным и подминает под себя остальных, а может, и то и другое. Только налетают они внезапно, лавиной, и тут уж держись. Мне было тринадцать, когда случился такой вот набег. Представь: зимняя ночь, темень непроглядная, холод дикий. Гномы мечутся кто с мечом, а кто с ухватом. Твари выпрыгивают прямо из темноты и пытаются вцепиться в горло когтями или клыками. Всюду вопли, стоны. Факелы мелькают, ничего не понять. И я - тринадцатилетний мальчишка с отцовским молотом в руках. Напуганный и дрожащий, из дома в одном исподнем выскочил. Стою в шаге от дверей, а за спиной, сестры рыдают. Мы в тот день одни были, мать и отец уехали на ярмарку в Татле. А меня за главного оставили, понимаешь?
  - Понимаю... И что было дальше?
  - Лей. Он жил по соседству. Мы дружили с пелёнок, вместе ходили в школу, вместе гуляли. Ты будешь смеяться, но в детстве я боялся лошадей, и именно Лей помог мне преодолеть этот страх. Я так благодарен ему... - Най опустил голову, и голос его зазвучал совсем глухо: - Когда твари напали, Лей бросился нам на помощь. Он знал, что мои родители уехали. Он так спешил... И выскочил так неожиданно. Я не успел остановить удар. А когда понял, что натворил, было поздно. И плакать я не мог: за моей спиной стояли сёстры, а мрак кишел злобными тварями.
  - Я понял. - Йолинель положил ладонь на плечо напарнику: - Самобичеванием займёмся позже. Давай похороним тело, поставим на него маячок, на случай, если Тель и остальные захотят удостовериться, что мы ничего не выдумали, и поедем дальше. Хотелось бы выяснить, что с Ониксом. Особенно после того, с чем я столкнулся в сознании Гедерики.
  - И с чем же?
  - Сейчас расскажу, давай только делом займёмся.
  Напарники поднялись на ноги, достали из седельных сумок складные лопаты и принялись рыть могилу.
  - Проникая в сознание Гедерики, я надеялся достучаться до неё, объяснить, что умирать совсем не обязательно, тем более ради какого-то дурацкого портала. Но оказалось, что обращаться-то и не к кому.
  - То есть как? - широко загребая землю, пропыхтел гном.
  - А так. Наш юный гений-фантош стёр её личность подчистую. Ни крошечки не оставил. Однако сделал это настолько грубо, что любой идиот догадался бы... - Йоль замер с поднятой лопатой. - Я идиот. Бейги меня раздери! Какой же я недоумок!
  - Хватит причитать, объясни в чём дело!
  - Он сделал это нарочно. Ну, конечно же! Он просто не знал, что в Гедерике течёт шуарская кровь, на том и погорел. Мы все погорели! - Йолинель опустил лопату, не обращая внимания, что земля с неё ссыпается обратно в яму, и с сожалением взглянул на мёртвую девушку. - Оникс чувствовал меня и надеялся, что я сразу же начну действовать. Скорее всего, по его замыслу девушка должна была оставаться на месте до тех пор, пока мы её не найдём... Что ж, мальчик обо мне очень высокого мнения, если считал, что я с ходу разберусь со столь запутанным колдовством и сумею его обратить.
  - Выходит, личность Гедерике можно было вернуть?
  - Несомненно. Хотя ритуал сложный и трудоёмкий, да и место для него нужно искать определённое, но я справился бы.
  - Обидно, - буркнул Найлин и с остервенением воткнул лопату в землю. - Непонятно только: зачем он это затеял? Геда любила его, это невооружённым глазом видно было!
  - Мы с тобой всё время упускаем из виду, что Оникс - фантош. Он мыслит иными категориями, Най. Вряд ли его волновали чувства леди Теригорн, а вот то, что она его хамир - несомненно. Хамир - это святое! Можно сказать, это личное божество фантоша. Как ты думаешь, что должно было произойти, чтобы Оникс посмел коснуться сознания своего бога?
  - Ни за что не поверю, что она его попросила.
  - Я тоже. Остаётся лишь один вариант - Оникс больше не принадлежит Гедерике. Он выполнял приказ другого хамира.
  - Значит, я был прав, мальчишка вновь попал к Дигнару. Жуть. До сих пор противно вспоминать, как бейг его называл. Игрушка наследника! Вот радость-то. Врагу не пожелаешь.
  - Это не самое страшное. - Йоль угрюмо выдохнул и вновь вернулся к рытью могилы. - Мы не сможем забрать Оникса у Дигнара, пока не найдём способ разорвать их связь. Я очень надеялся, что рано или поздно Гедерика расскажет, как ей удалось перекинуть эту связь на себя, тогда мы могли бы поэкспериментировать и пойти дальше, попытаться освободить Оникса... Но теперь эта возможность утрачена.
  - К чему ты клонишь, Йоль? Передумал ехать за мальчишкой?
  - Нет. Но мы должны понимать, что забрать его не сумеем.
  - Тогда зачем?
  - Убедиться, что он действительно в руках Дигнара, а не кого-то ещё. Это маловероятно, но лучше обойтись без сюрпризов. А потом мы отправимся в Картр к королю Фалинелю, в Храмовую рощу, к глашатаю Вечного леса. Поднимем всех! История Оникса никого не оставит равнодушным, ведь на его месте может оказаться любой. Если сатрапия победит, все мы станем фантошами! А я не желаю, чтобы какая-то тварь копалась у меня в мозгах!
  - Тише ты, вот расшумелся, - проворчал Най. - Я с тобой согласен, прекращай орать. Кстати, могилу я докопал. Давай завернём девчонку в моё старое одеяло и похороним по-человечески. - Гном выбрался из ямы, воткнул лопату в земляной холм и направился к коню, бросив через плечо: - Раз уж ты сегодня в ударе, скажешь пару слов над телом, у людей так принято.
  - Ладно, скажу что-нибудь, - пообещал эльф, выбираясь из ямы, приготовленной для юной ликанской магички.
  Он подошёл к Гедерике, на мгновение замер, всматриваясь в её грязное, покрытое бурыми разводами засохшей крови лицо, и потянулся за кинжалом. Возможно, он предпочёл бы оставить оружие в могиле, чтобы ничто и никогда не напоминало о вынужденном убийстве, но клинок был вручён ему мэтром Саманиэлем, специально приехавшим на церемонию посвящения, и Йоль дорожил этим подарком, тем более что за душой у него было не так много ценных вещей. Ладонь легла на удобную костяную рукоять, эльф сжал пальцы, потянул кинжал на себя и резко отпрянул, роняя клинок на траву. Губы девушки разжались, и с них сорвался тихий стон.
  - Най! - заорал Йолинель, делая ещё шаг назад и с ужасом глядя на Гедерику: грудь, обтянутая шерстяной тканью платья равномерно приподнималась и опускалась, веки подрагивали, точно магичка силилась, но не могла их открыть, а из раны, оставленной кинжалом, редкими пульсирующими толчками вытекла кровь - Она жива, Най!
  - Объелись дурман-травы, господин Маро?
  - Не веришь?! Иди сюда!
  Найлин перекинул одеяло через плечо, подошёл к другу, и его спокойствие как ветром сдуло.
  - Чего стоишь? Ей надо помочь! - Бросив одеяло на землю, гном рванулся к девушке, склонился над ней и с силой надавил на кровоточащую рану. - Да шевелись же! У меня в сумке есть порошок дайре, он остановит кровь, а потом можно будет срастить края раны и...
  - Убери руки, Най.
  - Что?
  - Убери руки. Кровь уже не идёт.
  Гном обернулся и с удивлением обнаружил, что на лицо напарника вернулась любимая маска "моё спокойствие тараном не пробьёшь". Но обычно приятель использовал её с расчётом на чужаков, и если нацепил сейчас, значит, происходило что-то очень серьёзное и, вероятно, опасное. Найлин убрал руки, посмотрел на рану, и едва не задохнулся от удивления: кровь, и правда, больше не шла, но не это главное. Стоило исчезнуть препятствию в виде ладоней гнома, края раны двинулись навстречу друг другу, что яснее слов говорило: ликанская магичка, или та, в кого она превратилась после вмешательства Оникса, колдует, будучи в бессознательном состоянии. "Ни фига себе!" - изумился Най и в тот же миг сообразил, чего опасается напарник.
  - Думаешь, если Геда очнётся, то вновь начнёт возводить портал?
  - Да.
  Гном с опаской посмотрел на то место, где ещё недавно чернел контур арки, и поёжился, на секунду представив, как портал появляется вновь и из него начинают выходить шуары, легендарные маги-убийцы, прозванные проклятыми за свои кровавые походы. Естественно Найлин никогда не видел шуаров вживую, но о последствиях их набегов читал не один многотомный труд, и картины перед его глазами вставали одна страшнее другой. Он даже про Гедерику забыл, увлекшись их созерцанием.
  Зато Йолинель целиком и полностью сосредоточился на девушке. Мозг работал чётко и планомерно, просеивая многочисленные знания, полученные им за недолгую, по меркам эльфов, жизнь. Воспользоваться можно было несколькими заклинаниями, но эльф никак не мог выбрать, какими именно - в возможность второй попытки верилось с трудом. Минуты утекали со стремительностью горного потока. "Нужно на что-то решаться". Йоль прикрыл глаза и, как учил мэтр Саманиэль, самый первый и самый лучший из его наставников, полностью сконцентрировался на стоящей перед ним задаче. Ответ пришёл мгновенно.
  - Цветок в драгоценной оправе.
  - Ты это о чём? - встрепенулся Найлин, но Йолинель лишь отмахнулся. - Потом!
  Он присел на траву рядом с Гедерикой, сорвал бутон горицвета, положил его на живот девушки и зашептал заклинание, наполняя цветок магией Великого леса. Заклинание было сложным и энергоёмким, но усилия себя оправдали: магичка перестала колдовать, сосредоточив все свои мысли на бутоне. Она ощущала горицвет как часть себя - главную и самую ценную часть, и желала, во что бы то ни стало, продлить жизнь сорванного цветка.
  - Это займет её примерно на сутки, - поднимаясь на ноги, устало произнёс Йоль.
  - Отлично, но что теперь? Поедем в Фельгаран или вернёмся в Мельшар? Других вариантов пока нет.
  - В Мельшар. Семейство Бегонов не запрыгает от радости, вновь узрев наши лица, но и отказать в гостеприимстве не посмеет.
  - Ещё бы, Ваше высочество, - ухмыльнулся гном.
  - Не называй меня так! - Йолинель потёр лицо ладонями, отгоняя навязчивую дремоту, и направился к эштенцу, бросив на ходу: - Заверни Геду в одеяло и едем!
  - А цветок?
  - Не волнуйся, он намертво прирос к её платью.
  С этими словами эльф обнял Ано за шею и уткнулся лицом в прохладную жестковатую шкуру, с наслаждением впитывая животворную магию спутника. "Спасибо", - мысленно поблагодарил он эштенца и, чувствуя себя отдохнувшим, вскочил в седло. К тому времени гном вместе с Гедой тоже уселся на своего жеребца. Одной рукой он крепко обнимал девушку, другой - держал поводья.
  - Надеюсь, нам удастся предотвратить трагедию, - пробормотал он, морщась от резкого запаха крови.
  - Поехали! - скомандовал Йоль, но, прежде чем тронуться с места, глубоко вздохнул и послал громкий мысленный зов: "Вы нужны мне, леди! Встретимся на рассвете возле северных ворот!"
  
  Предрассветный туман клубился между ветвями дубов и вязов, обнимал тонкие стволы клёнов и осин, стелился по жидкой траве, придавая лесной опушке таинственный, загадочный вид. А царящие вокруг звуки: шорохи и скрипы, ленивое кваканье лягушек в крохотном, заросшем камышом пруду и редкие трели первых проснувшихся птиц под аккомпанемент вездесущих сверчков - лишь усиливали общее впечатление. Как и белеющие вдалеке стены Мельшара. Точно гряда усыпанных снегом гор стены тянулись к хмурому ночному небу, будто желая разорвать плотную пелену серовато-белёсых туч и узреть долгожданное солнце.
  Ано время от времени постукивал копытами и раздражённо зыркал по сторонам, недовольный тем, что они вновь оказались поблизости от ликанского города, кишащего человеческими магами, однако Йолинель пожелал вернуться, а желания своего спутника эштенец ставил превыше всего. И как же хотелось, чтобы вместо молчаливого, равнодушно ко всему и вся жеребца гнома, рядом оказался его собрат, эштенец, ведь в случае нападения мельшарских магов (Ано не исключал такого развития событий), от Рудника было мало толку. Магией он не обладал, а сознание полностью занимали мысли о сладком сене и тёплом деннике.
  "Хватит, Ано, успокойся. - Йоль ласково похлопал эштенца по шее. - Здесь нам ничего не угрожает, уверяю тебя".
  - Почему она опаздывает? Ты точно назначил встречу здесь? - нарушил молчание Найлин, с тревогой поглядывая по сторонам и крепче прижимая к себе околдованную Гедерику.
  - Она придёт.
  Йолинель ещё раз погладил коня по шее и прислушался. Но не тем обычным слухом, что обладает человек или, скажем, гном, а присущим только им, первородным. Эльф слышал малейшее дуновение ветерка, ощущал, как дышит широколиственный лес и мог запросто перечислить всех живых тварей в радиусе нескольких десятков метров. Однако Халики среди них не было. Леди Бегон опаздывала, но Йоль был уверен, что этому есть простое и логичное объяснение. "Нужно подождать и выслушать его". И он понимал, почему так нервничает напарник. Сам же сказал ему, что "Цветок в драгоценной оправе" действует примерно сутки, половина из которых почти минула, и если Халика не явится, придётся что-то решать и решать быстро. Но что можно придумать, когда до границ Федерации три недели пути, и то, если двигаться тропами Тарго? Драгоценные портальные камни использованы, а на новые нет денег. Йолинель машинально поднял руку и коснулся груди, где висел золотой медальон, спрятанный под одеждой от чужих глаз. "Только в крайнем случае..." - мысленно произнёс он и встрепенулся: по тропинке, едва различимой в туманной дымке, к ним спешила одинокая фигура, с головы до ног закутанная в тёмный плащ.
  - Я же говорил! - Йоль непроизвольно выдохнул от облегчения и, спрыгнув с коня, шагнул навстречу телепатке. - Рад снова видеть Вас, леди.
  Халика откинула капюшон и церемонно поклонилась:
  - И я несказанно рада нашей новой встрече, Ваше высочество.
  Сегодня на ликанке не было драгоценностей, а вместо высокой причёски она заплела волосы в две косы, отчего стала выглядеть моложе и привлекательней. "Всё-таки кто-то из моих родичей приложил руку к её появлению на свет. Слишком тонкие и правильные черты лица и глаза, нежно-зелёные, как травы Храмовой рощи". Йолинелю захотелось проникнуть в сознание телепатки и копнуть поглубже, чтобы узнать, кем же были её родители, но он вовремя вспомнил, зачем вернулся в Мельшар, и отказался от столь заманчивой идеи. Вместо этого чуть склонил голову, обозначая царственный кивок, и заговорил, мягко и убедительно, как учил его мэтр Саманиэль:
  - Вы произвели на меня неизгладимое впечатление, леди. Вы умная женщина и превосходный маг. Братья Бегон (первые лица Мельшара) доверяют Вам полностью и безоговорочно, и это несомненно указывает на то, что Вы сумели доказать свою преданность Ликане. Не зря же они пошли на откровенный риск, оставив телепата, так сказать, неучтённым.
  - Ваше высочество!
  - Нет-нет, не беспокойтесь. Я не выдам Вашей тайны. Кто угодно, только не я! Вы же верите мне, правда? - Йолинель взял руку магички, невесомо коснулся губами тыльной стороны ладони и, подняв голову, проникновенно взглянул в светло-зелёные глаза. - Я ведь и сам много лет живу скрываясь, но моя тайна рано или поздно будет раскрыта, а Ваша - никогда. Боюсь, народы Иртана никогда не смогут смириться с существованием телепатов. Мне жаль.
  - Не стоит. Я вполне счастлива. У меня есть любящий и заботливый муж, работа, которая мне нравится...
  - А скоро появится дочка.
  - Откуда Вы...
  Даже в утреннем сумраке было видно, что Халика покраснела, но тут же попыталась взять себя в руки, вот только краснота со щёк сходила слишком медленно. Хотя, по мнению Ная и Йоля, румянец лишь добавлял магичке очарования.
  - Я знаю наверняка, - заверил её Йолинель и продолжил: - Доверие, оказанное Вам Бегонами, вселяет в меня надежду, что государственное дело, от которого зависит судьба как Ликаны, так и Федерации, сохранит свою секретность.
  - Значит, дочка... - прошептала Халика и вскинула голову: - Вам нужно попасть в Мельшар? Но зачем?
  - Покажи ей, Най!
  Эльф отступил в сторону, предлагая магичке подойди ближе, что та и сделала. Найлин откинул край одеяла и виновато улыбнулся. Халика же посмотрела на бледное, в бурых разводах лицо девушки, скользнула взглядом по неприлично короткими тёмными волосами и вновь повернулась к принцу, недоумевая, что от неё хотят.
  - Кто это? Мы с ней знакомы?
  - Понятия не имею. - Йолинель пожал плечами. - Перед Вами леди Гедерика Сердана Аламика Теригорн.
  Глаза телепатки округлились:
  - Вы с ума сошли? Зачем вы притащили её в Мельшар? Нет, не так! Как она вообще оказалась в вашей компании? Да ещё в таком виде! - Магичка осеклась и с подозрением посмотрела на Йоля. - Только не говорите, что вы похитили бедную девочку.
  - Как Вы могли подумать такое?
  - Но, по моим сведениям, леди Гедерика сейчас направляется в Исанту вместе со своим супругом Дигнаром Дестаната.
  - Это вряд ли, - подал голос Най. - Если наследник сатрапа и едет в Тират, то один.
  Халика ещё раз посмотрела на чумазую девушку, перевела взгляд на эльфийского принца и осторожно заметила:
  - Я чувствую, что вы оба говорите правду, но как нелегко в неё поверить. И я, и мой муж, и Дайцаруш - все мы считали это брак роковой ошибкой. Бедная девочка, по сути, обречена... Но чтобы развязка свершилась так скоро, да ещё на территории Ликаны? Это циничное оскорбление! Нужно незамедлительно известить Миганаша!
  - Не горячитесь, леди Бегон. Если б всё было так просто, мы бы уже скакали в Бершан. Но сложилась так, что в данный момент мы не можем заявить о том, что Гедерика у нас.
  - Почему?
  - Об этом я и собираюсь Вам рассказать. И очень надеюсь на Ваше молчание, леди.
  - Но мой муж...
  - Хорошо, пусть братья Бегон будут исключением. Но только они!
  - Обещаю!
  Йолинель важно кивнул, будто принимая присягу, и тон его стал деловым и сухим:
  - Мы с Наем не знаем в точности, что произошло, но личность леди Гедерики была стёрта сильным и умелым магом. Сразу скажу, заклинание обратимо, но есть загвоздка: когда личность девушки исчезла, наружу вырвалось нечто иное. Полагаю, что каким-то непостижимым образом к крови рода Теригорнов примешалась кровь тёмных магов.
  - Как такое может быть? Об этом бы узнали. Теригорны всегда на виду, а тёмную магию легко обнаружить.
  - Вы не совсем меня поняли, леди. - Йоль вновь взял магичку за руку и чуть сжал холодные изящные пальцы. - Я не имею в виду приверженцев запретного искусства, речь идёт о крови.
  Телепатка нахмурилась.
  - Проклятые.
  Халика отшатнулась так сильно, что наверняка упала бы, если б эльф не держал её за руку, и забормотала, словно в горячечном бреду:
  - Этого не может быть. Этого не может быть в принципе! Проклятые ушли тысячу лет назад. Никто и никогда не слышал об их потомках. Они ведь только убивали, так? Шуары Иртана... О, Солнце, не допусти, чтобы это стало правдой. - Неожиданно магичка вскинула голову и опалила эльфа яростным взглядом: - Её нужно убить! И Миганаша с Морикой! Эта зараза не должна расползтись по нашему миру! Сатрапия с её непомерными амбициями в сравнении с проклятыми всего лишь дитя, играющееся с солдатиками.
  - Чушь! - отрезал Найлин. - Шуары живут лишь в хрониках и легендах, а вот Тират в действительности каждодневно демонстрирует свою разрушительную мощь. Или мне напомнить Вам, леди, уроки истории? Рассказать о сгинувших государствах и народах, которые сатрапия завоевала и поглотила, лишив языка и индивидуальности?! Или об уничтожении малых рас под девизом "Иртан для людей"?! Тират и Орден чистого духа - вот кого надо бояться! А что сделала Вам эта маленькая девочка? Она же и мухи не обидит. Вся её вина лишь в том, что кто-то из её дальних предков лёг в постель не с тем существом!
  "Признаю, порой ты говоришь удивительно умные вещи, дружище. Мои аплодисменты".
  "Заткнись, Йоль! Я всего лишь сказал, что думал!"
  - Вы правы, - немного помолчав, смущённо признала леди Бегон. - Я, и впрямь, немного погорячилась. Вряд ли Федерация стала бы прикрывать опасного для Иртана мага. Какие бы странные союзы не заключали Теригорн, Сетраш и Грониш, я глубоко убеждена: в будущее Ликана должна идти рука об руку с малыми расами, а не с кровожадными ублюдками, что потакают бесчеловечным экспериментам Ордена чистого духа! - Халика сцепила пальцы в замок и, немного помешкав, обратилась к эльфийскому принцу: - Так чем я могу помочь, Ваше высочество?
  - Нам нужно попасть в город, а именно в школу "Шипов".
  - Вам нужна помощь магов?
  - Нам нужно защищённое магией помещение. Класс для занятий боевой магией вполне подойдёт.
  - Войти в школу незаметно будет непросто.
  - Мы с Наем постараемся отвести глаза охране. Вам нужно лишь провести нас в город и объяснить, куда двигаться дальше.
  - Охране? Вы не совсем понимаете... Впрочем, не важно. Я буду вас сопровождать. И это не обсуждается!
  - В таком случае, предлагаю Вам сесть на моего коня, - галантно произнёс Йолинель и подал магичке руку: "Знаешь, Най, сначала я думал, что в ней, кроме впечатляющего бюста, ввергающего гномов в священный трепет, нет ничего примечательно, но ошибся. В ней чувствуется стержень. Я в восторге, друг мой! С такой спутницей даже самый сложный поход не страшен".
  "Она замужем".
  "Увы, это единственное, но непреодолимое препятствие на пути к нашему союзу".
  "А я думал то, что она наполовину человечка".
  "Фу! Как тебе не стыдно! Это всё досужие домыслы и происки завистников. Мы совсем не против браков с людьми. В них всего лишь один минус - люди живут слишком мало, а терять любовь - больно. Только поэтому такие браки редки".
  "Только поэтому? Что ж, сделаю вид, будто тебе поверил".
  "Я никогда не врал тебе, Най!"
  "Знаю, но когда ты надеваешь маску непробиваемого первородного, меня так и тянет сказать какую-нибудь гадость. Что бы проверить, здесь ли ещё нормальный Йоль".
  "Очень остроумно!"
  "Стараюсь", - в ответ на возмущенный возглас напарника хихикнул гном и тронул повод, направляя своего коня следом за эштенцем...
  
  Халика немного поколдовала над сознанием лучников, что коротали ночь на открытых площадках смотровых башен, и к подножью крепостной стены всадники подъехали незамеченными. Йоль помог магичке спуститься на землю. Найлин с Гедерикой на руках встал рядом, предоставив напарнику держать коней в поводу. Леди Бегон вплотную приблизилась к стене, положила на неё ладонь, прикрыла глаза и прошептала несколько слов. По каменной кладке пробежала рябь, и напротив лица магички образовалось круглое отверстие, из которого высунулась взволнованная веснушчатая мордашка. Курносый нос, широкие брови, пухлые губки, рыжая коса, перекинутая на плечо. На вид сущий сорванец.
  - Леди Халика! Слава Солнцу! Я уж не знала, что делать: бежать к Вашему мужу или сразу к господину Дайцарушу! - воскликнула девчонка, и маленькое "окошко" в мановение ока разрослось до арки, в которую легко мог въехать широкоплечий всадник на боевом коне.
  - Тише, Дами, всё в порядке. Я же сказала, у меня встреча с друзьями.
  - Д-да...
  Рыжеволосая девчонка взглянула на первородного и ошеломлённо застыла, вызвав ехидное хмыканье Ная и недовольную мину на лице Йоля. Но леди Бегон в два счёта устранила проблему: двумя пальцами коснулась лба девушки, и та, забыв о симпатяге-эльфе, защебетала с удвоенной силой:
  - Сюда прибегал Патаниш. Знаете, что он сказал? Где-то на севере маги засекли чужаков. Странная магия, сильная, но с неустойчивым фоном, словно колдун был не слишком уверен в том, что делает. Но магия однозначно тёмная. Господин Дайцаруш хотел отправить отряд на разведку, но передумал. Сказал, что чужак открыл портал и ушёл. Жуткая история, правда?
  - Определённо. - Халика вопросительно взглянула на Йоля, и тот едва заметно кивнул. - Спаси нас, Солнце, - одними губами прошептала телепатка, бросила колючий взгляд на Гедерику Теригорн, которую Найлин перебросил через плечо, словно мешок с картошкой, и скомандовала: - Отведи лошадей в конюшню мэрии, Дами, а мы, пожалуй, навестим моего деверя.
  - Конечно, леди Бегон.
  Рыжеволосая магичка стремительно выхватила поводья из рук эльфа и потянула коней за собой. Ано протестующе фыркнул. Йоль был абсолютно с ним солидарен: расставаться с эштенцем не хотелось. Дело предстояло трудное, и поддержка спутника, как магическая, так и эмоциональная, ему не помешала бы, да только вряд ли бы люди поняли, реши он ввести коня в учебные помещения школы. А объяснять что-либо Йолинель был не вправе. Поэтому он послал эштенцу успокаивающий импульс и, внутренне подобравшись, зашагал рядом с Халикой.
  Ночной Мельшар, как и большинство ликанских городов, оказался тих и уныл. Ни тебе одиноких прохожих, ни горящих в окнах огней. Гладкая тёмная брусчатка, спящие дома, приглушённый свет фонарей. Тишина, обволакивающая город, была столь мирной и по-домашнему уютной, что путники поневоле старались ступать мягко - звук шагов казался здесь совершенно неуместным. Они прошли по улице жестянщиков, о чём красноречиво говорили вывески с пузатыми чайниками и разномастными кастрюлями, свернули на бульвар, сплошь застроенный магазинами одежды, а миновав его, попали в красивый ухоженный парк, который, по словам Халики, примыкал к школе. По длинной, прямой как стрела дорожке, пролегающей между совершенно одинаковыми, точно нарисованными под копирку, липами, путники шли не менее четверти часа. Рассвет неумолимо приближался, небо над городом светлело, и Найлин начал ворчать, что не стоило отправлять коней в конюшню.
  - Доехали б до школы с ветерком, затемно, и не маячили бы на виду у всего честного народа, как...
  Гном не договорил: по лицу пробежал холодок, и аллея, казавшаяся бесконечной, внезапно закончилась, явив глазам широкий двор, засыпанный ярко-жёлтым песком и обнесённый оградой из тонких острых пик, скреплённых между собой железными канатами. Серебряные створы ворот, висевшие на белых каменных столбах, были украшены изображением громадных белых роз с непомерно длинными шипами. К удивлению федералов, ворота были приветливо распахнуты. И никакой охраны.
  "Какая беспечность! В такое опасное время полностью полагаться лишь на магию - глупо!" - не сдержал своего негодования Най.
  "Нам это только на руку", - бросил в ответ Йоль и повернулся к Халике: опустившись на корточки между створами, магичка быстро чертила пальцем на песке какие-то знаки. Эльф подошёл ближе, заглянул ей через плечо и прочёл заклинание, написанное с помощью старинных эльфийских рун: "Затворы падут, замки откроются, ибо мысли мои чисты".
  - Изучаете на досуге язык предков, - не сдержавшись, произнёс Йолинель, когда телепатка поднялась на ноги и элегантным движением стряхнула крупинки песка с подола плаща.
  Халика лишь сокрушённо качнула головой:
  - Вижу, от Вашего взгляда ничего не укрыть. Но, прошу Вас, Ваше высочество, держите свои знания при себе, мне и так проблем хватает.
  - Но мне хотелось бы знать...
  - Мне тоже. Однако тайну моего рождения мама унесла в могилу.
  Телепатка отвернулась и, гордо вскинув голову, прошествовала в ворота.
  "Вот что у тебя за язык, Йоль?! Обидел хорошего человека".
  "Да кто же знал..."
  Эльф бросил покаянный взгляд на напарника и поспешил за магичкой.
  - Простите, - сказал он, поравнявшись с ней. - И примите мои искренние соболезнования.
  - Я не обиделась. Но разговаривать на эту тему не желаю.
  Йоль хотел извиниться ещё раз, но Халика взмахом руки попросила его замолчать и зашагала к дому, точнее к огромному четырёхэтажному особняку, выстроенному согласно ликанским традициям - простота очертаний и никаких излишеств.
  "И ни единой живой души. Что за бред, Йоль?! Где люди?"
  "Спят".
  - Подъём в семь утра. Дежурные просыпаются в шесть, - словно прочитав мысли федералов, сообщила Халика. - У нас полтора часа до того, как нас обнаружат.
  С этими словами магичка приподняла край плаща и устремилась ко входу в особняк. Легкой поступью взбежала по каменным ступеням, толкнула массивную дверь, и та на удивление плавно отъехала в сторону, точно совсем ничего не весила. За дверью, само собой разумеется, оказался холл. Небольшой, в форме восьмиконечной звезды, с десятком одинаковых как близнецы-братья дверей и лестницей, ведущей в подвал. Именно к ней и направилась леди Бегон.
  - Все занятия по боевой магии проводятся в подземелье, - пояснила она, спускаясь по гладким ступеням, прекрасно освещённым десятками магических ламп. - Так горожанам спокойней. Ведь необученный маг может натворить много бед.
  - Не волнуйтесь, леди, наше колдовство не причинит вреда мельшарцам. Обещаю!
  - Хорошо.
  Лестница закончилась, и Халика повела гостей по длинному светлому коридору, стены которого были выложены белоснежной плиткой. От плиток так и разило защитной магией, настолько сильной, что их глянцевая поверхность светилась всеми цветами радуги. Шли долго, Наю и Йолю даже стало казаться, что они давно покинули пределы города, но оба разведчика понимали, что это всего лишь иллюзия: на деле коридор по широкой дуге закручивался спиралью и виток за витком уходил вглубь земли. На безопасную, по мнению учителей школы, глубину. Путешествие в недры Мельшара закончилось в тупике. Дорогу преградила стена с большими деревянными дверями, украшенными излюбленными ликанцами кольцами-ручками.
  - Пришли, - озвучила очевидное Халика и с тревожным, лихорадочным блеском в глазах посмотрела на эльфийского принца. - Она точно жива? Вы ведь не собираетесь воскрешать её?
  Йолинель взял магичку за руку:
  - Что-то Вы совсем разнервничались, леди. Если хотите, можете остаться и понаблюдать за ритуалом. Я совсем не против. Надеюсь, здесь есть запасы трав и артефактов, мне кое-что понадобиться.
  - Конечно, есть. И я обязательно взгляну на Ваше колдовство, принц. Только сначала всё-таки предупрежу Дайцаруша о вашем визите. - Халика высвободила руку, распахнула двери и жестом пригласила гостей внутрь. - Класс в полном вашем распоряжении, господа. Я скоро вернусь, - добавила она и, развернувшись, стрелой понеслась прочь.
  Напарники смотрели вслед магичке одинаково кислыми взглядами.
  - В этом страшно секретном деле становится всё больше и больше свидетелёй, - мрачно заметил Найлин Батор.
  - Нам нужна была помощь.
  - Наверное... Но мне всё равно это не нравится.
  - Мне тоже, - прозвучало из темноты, и свет в классе боевой магии вспыхнул резко и ослепительно ярко. Разведчики на миг зажмурились, а когда вновь открыли глаза, напротив них стоял высокий худощавый мужчина в светло-зелёных шёлковых одеждах. Блестящая ткань переливалась и горела, точна была соткана из тысяч и тысяч светлячков, и магнитом притягивала взгляд, так что гному не сразу удалось разглядеть самого незнакомца. Наконец он сумел оторвать глаза от "живой" ткани и едва не задохнулся от изумления. Тонкие черты лица, длинные белоснежные волосы, острые уши. Первородный! И не простой, а самый что ни есть настоящий мэтр-затворник, на что указывала синяя вязь древних рун на висках и высоком лбу. "Здесь? Посреди Ликаны? Они рощу-то свою Храмовую только в экстраординарных случаях покидают!.. Эй, Йоль! Что происходит?"
  Не получив ответа, Найлин перевёл изумлённый взгляд на напарника и опешил: вместо ожидаемой радости от встречи с родичем на лице приятеля царил вселенский ужас. По спине гнома пробежал холодок, а свободная рука потянулась к поясу. Пальцы сжали рукоять кинжала, надавили на едва приметный чёрный камешек, хранящий в себе заклинание отражения, и Най почувствовал себя чуть увереннее.
  - Кто это, Йоль?
  Йолинель вздрогнул, точно голос напарника пробудил его ото сна, но вместо того, чтобы ответить, подался вперёд и потрясённым взглядом впился в глаза жреца:
  - Саманиэль?
  - Здравствуй, мальчик, рад снова видеть тебя.
  - Саманиэль? Тот самый Саманиэль? - Най встрепенулся и тут же застыл, огорошено хлопая глазами: - Но Вы ведь мертвы! Йоль мне рассказывал: поминальная церемония, костёр и всё такое.
  - А я и не отрицаю, - насмешливо ответствовал мэтр и широко улыбнулся. - Ну что, ребята, поговорим?
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"