Кохинор: другие произведения.

Пета бяху или по миру наугад. Глава 20.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  
  Глава 20.
  Амулет для Снежной королевы.
  
  - Мне показалось или там кто-то шастает?
  Молоденький стражник в новом с иголочки мундире и свободных штанах, заправленных в скрипучие кожаные сапоги, перегнулся через парапет и стал внимательно всматриваться в густые вечнозелёные кусты, почти вплотную подступающие к городским стенам.
  - Не кипешись. - Его напарник погладил черную густую бороду едва тронутую сединой, лениво взглянул на зеленые островки кустов, перевел глаза на голый, серый лес, потом отвернулся и принялся сосредоточенно шарить по карманам. - Да куда ж я её засунул. Неужели в караулке забыл?! Вот же... О нет, нашёл!
  Улыбнувшись во весь рот, он достал из кармана небольшую, слегка изогнутую трубку и расшитый красным крестиком кисет.
  - Да ты никак офигел, Триф! Курить на посту?! Да капитан тебя...
  - Верещишь, как обворованная торговка в базарный день, - перебил его Трифон и ухмыльнулся одной половинкой рта, скрывая сломанный в пьяной драке клык. - Капитану сегодня не до нас. У его приятеля вчера сын родился. Так вот счастливый папаша и отметил это событие. Со своим лучшим другом, разумеется. Поэтому сегодня можно особо не напрягаться, из караулки он до вечера не выползет.
  - И что с того? - Молодой стражник осуждающе покачал головой. - А вдруг враги? Вдруг именно сегодня оборотни выползут из своих нор и нападут на Стайлен?! Город падёт по нашей вине! Потому что мы отвлеклись и не сумели вовремя подать сигнал об опасности!
  - Какой же ты ещё молодой и наивный, Карпуша. - Он присел на корточки, прислонился к стене и стал неторопливо набивать трубку, тихо, но уверенно говоря: - Либения никогда не хотела войны и за всю историю ни разу не была инициатором военного конфликта. Защищалась - да, оказывала военную поддержку - да, нападала - нет. Оборотни много лет (да что там лет! веков!) торговали с людьми к огромной выгоде обоих рас. Ты даже представить себе не можешь, какие диковинные вещи продавались на нашем базаре, да и сам базар был раз в десять больше. Не то, что теперь... Три прилавка - два ларька!
  И замолчал, занявшись важным делом - раскуриванием трубки. Когда же Трифон выпустил изо рта сизую струйку дыма и посмотрел на напарника, то столкнулся с недоверчивым, подозрительным взглядом.
  - Сомневаешься в правоте Ордена? - тут же бросился в атаку молодой стражник. - Или считаешь оборотней добренькими и справедливыми?! А кто же тогда устроил кровавую резню в Делвайере? Твои замечательные либенийцы! Кто, как ни они, оплели лживыми речами и сладкими посулами неокрепший разум несчастного Алексиса?! - Лицо юноши раскраснелось, в глазах появился фанатичный блеск. - Придёт время, мы сотрём эту мерзкую страну с лица Аренты! И наши потомки будут безмерно благодарны нам за свободный от скверны мир. Мир, до последнего клочка земли принадлежащий людям!
  Карп с превосходством взглянул на сослуживца, но тот лишь покачал головой. Миссионеры Ордена, в последнюю неделю прямо-таки заполонившие Стайлен, не теряли времени даром - "лживых речей и сладких посулов" Трифон наслушался до отрыжки. Вящие красочно, с огоньком рассказывали о светлом будущем Аренты, где не будет ни злобных оборотней, ни бессердечных драконов, ни хитрых эльфов, ни жадных гномов. Особое внимание, учитывая местоположение города, маги уделяли либенийцам. Как много нового узнал Трифон о ближайших соседях! И если принять всю эту чушь за чистую монету, получалось, что дни Стайлена сочтены, что ни сегодня-завтра на его древние стены обрушатся полчища свирепых, беспощадных монстров. Под их натиском город падёт, и на его развалинах будут вершить свой страшный пир оборотни-людоеды, чудовища, искусно прикрывающую звериную суть обликом человека. Стражник глубоко затянулся, выпустил вереницу сизых колечек, которые тотчас унёс холодный осенний ветер, и поднялся. Тщательно выбил трубку, сдул с парапета кучку серого пепла и похлопал напарника по плечу:
  - Идём, герой. А то как бы наш похмельный капитан свою больную голову проветрить не решил. Заметит, что я не ко времени перекурить решил, и жалованье обоим урежет. Не хочу тебя подводить.
  Он дружески улыбнулся юноше и вытянул руку, предлагая идти первым, а когда тот решительным шагом пошёл вперёд, с тревогой посмотрел на зелёное пятно кустов. В отличие от Карпа, способного разве что мелкой бытовой магией пользоваться, он обладал сильным даром и сумел определить, кто "шастает" под стенами Стайлена. Его юный сослуживец был прав: в город собирались проникнуть оборотни. Однако докладывать о "лазутчиках" Трифон не собирался, более того, он сумел подать знак, что готов помочь, и стал с нетерпением ждать конца смены, искренне надеясь, что вездесущим вящим не придёт в голову мысль совершить вылазку за городские стены...
  
  Чувствительный нос кошки уловил запах табака.
  "Что за гадость, Ирсин! Неужели твой приятель не может курить что-то более приличное? Ты говорил, что он прекрасный маг, а ни один уважающий себя маг не опустится до употребления дешёвых и ужасно вонючих сортов табака!"
  "Во-первых, ты редкая зануда, Трис, а во-вторых, табак, что он курит, дешёвым никак не назовёшь. С тех пор как Воулен разорвал торговые отношения с Либенией, некоторые компоненты сей табачной смеси, стоят целое состояние, поскольку произрастают только на волшебных полях страны оборотней".
  "Какая разница сколько стоит эта гадость? Главное, чтобы меня не стошнило. И вообще, идея посетить Стайлен мне совсем не нравится! Зачем мы туда идём, Ирси? Правильнее было бы обойти город и по Кривому тракту направиться в Северную гавань!"
  "А дальше? - неожиданно вмешалась в разговор Светлана. - Куда мы отправимся из Северной гавани?"
  "На Северный материк, куда ещё можно отправиться из Северной гавани?" - деланно удивилась кошка.
  "А почему не на Песчаный? - продолжала допытываться Светка. - Чем он хуже Северного?"
  "Издеваешься? Да? - тихий голос единорога был усталым и немного злым. - Ты прекрасно знаешь, почему мы поплывём на Северный! И нечего доводить Трис. Она тоже не железная".
  "Вот как?" - Света с неподдельным интересом посмотрела на Саолера, а тот, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, смотрел в глаза девушке. Безмолвную дуэль взглядов прервала Трииса. Спрыгнув с плеч землянки, она серой молнией метнулась к кустам и исчезла под мохнатыми ветвями. Единорог дёрнулся следом, но Ирсин скомандовал "Сидеть!", и юноша не посмел ослушаться. Несколько долгих мгновений маг смотрел в расстроенные васильковые глаза, а потом ласково потрепал Саолера по плечу и повернулся к Светлане:
  "Нам придётся выполнить волю Алексиса, Света, хотя мне тоже не хочется идти в родовой замок Ребарат-Нуров. Но иного пути у тебя нет, а я ... Я последую за тобой. Мне есть, что сказать мальчишке".
  "И что вы ему скажете?" - насторожился Саолер, но маг не счёл нужным ответить. Его брови внезапно сдвинулись к переносице, а глаза опасно прищурились. Светлана хотела спросить, что происходит, но в этот миг земля под ногами зашевелилась, будто из её недр силилось выбраться нечто огромное и страшное, и, не удержав равновесия, девушка стала падать. За край затуманенного сознания зацепилась мысль о том, что падает она слишком долго, слишком медленно и... не вниз, а вверх. Летит в небо. Бархатно-чёрное небо, украшенное россыпями незнакомых звёзд. Где-то далеко внизу темнели леса, прошитые извилистыми швами больших и малых рек, тускло светились города, изредка, едва видимыми искорками вспыхивали костры.
  - Я лечу, - прошептала Света, и уже знакомое, пьянящее чувство полёта захватило её, заместив собой и раздражение от нелепой и опасной ситуации, в которой она очутилась, и изматывающий душу страх, и вечное желание замкнуться в себе, спрятаться от мира в непроницаемой броне пушистого пледа, мягкого кресла, тягучего шоколада, усыпляющего мурчания кошек и тихого шелеста страниц.
  Свежий, напористый ветер овевал лицо, стекал по длинным белым волосам, стелившимся за спиной подобием мягкого шелкового плаща, струился по обнаженной коже, сдувая остатки бесполезной, бессмысленной брони, словно луковую шелуху.
  - Я свободен... - пропела Светлана и вздрогнула: слушая эту песню, она всегда представляла себе мчащуюся в звёздном, или синем, или грозовом (в зависимости от настроения) небе душу, что навсегда покинула опостывшую телесную оболочку и куда-то понеслась.
  Забавно, но только сейчас Света вдруг поняла, что никогда не задумывалась, куда и зачем летела свободная от оков душа. Мысли почему-то всегда возвращались к телу, наверное, потому, что его дальнейшая судьба была более чем ясной - деревянный ящик, сырая земля, тлен, потемневшие кости...
  - Ты закоренелая пессимистка, детка!
  Весёлый голос вырвал её из мрачных, пугающих дум, а заодно и остановиться заставил, или, точнее сказать, зависнуть. Как пчелу перед цветком. В роли цветка выступал Алексис Ребарат-Нур. Он сидел на пушистом белом облаке, болтал ногами и улыбался жемчужной улыбкой, то есть во весь рот.
  - Добрый э... - Светка невольно зажмурилась от яркого солнечного света и, решив, не обращать внимания на чехарду со сменой времени суток, моргнула и произнесла нейтральное: - Здравствуйте!
  - Привет!
  Алексис тряхнул тёмными волосами и расхохотался, раскинувшись на облаке, как на диване. Услышав его искренний, счастливый смех, Светка недовольно поджала губы. "Мальчишка! Бестолковый и безответственный. И вести себя не умеет. Хам, хулиган и на лидера никак не тянет! Балбес!"
  От желания отвесить хохотуну подзатыльник у Светки аж под ложечкой засвербело, и недолго думая, она метнулась к заходящемуся смехом мужчине, треснула его по шее и удивлённо ойкнула - рука прошла сквозь тело, не причинив весельчаку ни малейшего вреда. Хотя определённая цель всё же была достигнута: Алексис перестал смеяться, вытер набежавшие на глаза слёзы и похлопал ладонью по облачной перине.
  - Садись, Света, поговорим!
  Девушка недоверчиво посмотрела на него, но села, ибо в голову закралось подозрение, что ко всем своим недостаткам Алексис ещё и с ума от одиночества сошёл, а с безумными лучше не спорить.
  - Это правильно, со мной лучше не спорить.
  Света чувствовала, что он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться вновь, и это ужасно злило. Руки сами собой сжались в кулаки, крылья носа затрепетали от гнева, однако драться с фантомом было глупо, и девушка, хоть и с превеликим трудом, обуздала жгучее желание наброситься на мерзавца. Стараясь окончательно успокоиться, она несколько раз глубоко вдохнула-выдохнула и, с удовлетворением отметив, что приходит в себя, поудобнее устроилась на облаке и приготовилась слушать. К этому моменту Алексис тоже справился с очередным приступом смеха, но начинать разговор не спешил. Он наблюдал за проплывающими мимо облаками и время от времени поглядывал на Светку, словно предлагая задавать вопросы.
  "А смысл? Всё равно скажет ровно столько, сколько планировал сказать".
  - Ну почему же? Я могу многое рассказать тебе...
  - Не сомневаюсь. Только сдаётся мне, о том, что меня действительно интересует, ты промолчишь.
  - А что тебя интересует?
  - Как?! Неужели не знаешь? Так и быть, если у тебя случился внезапный приступ слабоумия, спрошу: что ты собираешься сделать с нами?
  Светлана осознавала, что ведёт себя грубо и бестактно, но сдерживать эмоции не получалось - этот черноволосый мужчина выводил её из душевного равновесия одним лишь своим присутствием.
  - Предлагаю заключить договор, Света. - Ребарат-Нур широко улыбнулся. - Вы с подружкой окажете мне одну услугу, а потом я отправлю вас домой или в любой другой мир, какой пожелаете.
  - Я тебе не верю! - Девушка с подозрением смотрела на Алексиса и отрицательно качала головой. - Судя по словам Ирсина после того, как мы окажем тебе услугу, отправлять на Землю будет некого, разве что трупы.
  - Ирсин, Ирсин... Угораздило же тебя встретить с этим занудой и моралистом. Не спорю, маг он классный! Да только и он не всесилен и не всезнающ! Не понимаю, с чего он решил, что я собираюсь убить вас?! Глупость какая-то! Я, конечно, виноват, что вырвал вас из родного мира без согласия, но у меня выхода другого не было. И если бы в последний момент мне не помешали, то вы оказались бы в моём замке, я бы всё объяснил, и, думаю, что вы обязательно согласились бы помочь. А так... - Алексис горько вздохнул и с печалью в глазах посмотрел на Светку. - Твоя подруга на меня откровенно зла, ты шипишь как рассерженная кошка! Да ещё Ирсин масла в огонь подливает. Грустно всё это. Очень грустно.
  Ребарат-Нур замолчал, всматриваясь в синеющую даль, а Светка облокотилась на облако, которое тут же подстроилось под изгибы её тела, перекинула волосы через плечо и принялась плести косу. За механическим, не требующим особой сосредоточенности делом, ей всегда легче думалось. "Может он, и правда, не собирается нас убивать? Мы же ничего ни о нём, ни о мире этом не знаем. Вдруг мы его единственный шанс на победу в борьбе против Вящих?" - Светлана исподлобья взглянула на мрачного как осенний день Алексиса и пробормотала:
  - И всё же я не могу поверить тебе до конца. Ты не говоришь мне всей правды.
  - Так и есть, - согласно мотнул головой Алекс и виновато улыбнулся. - Арента - магический мир и сильных магов у нас предостаточно. Поэтому нельзя быть абсолютно уверенным, что сейчас нас никто не подслушивает. Взять хотя бы того же Ирсина или Зарина. Они оба способны "поприсутствовать" при нашей беседе.
  Света неопределённо пожала плечами. Объяснения Алексиса выглядели правдоподобно, но червячок сомнения упрямо ворочался в сердце, мешая поверить в искренность собеседника. Девушка отбросила за спину наполовину заплетённую косу и с осторожностью проговорила:
  - И всё же мне хотелось бы поподробнее услышать, что за услугу мы должны тебе оказать? Не обещаю, что соглашусь, но выслушаю точно.
  Бледное лицо мага озарилось воодушевлённой улыбкой. Света ободряюще кивнула в ответ, машинально отметив, что виновник всех её бед удивительно красив. Щёки залил румянец, в голову полезла всякая любовная чепуха, и девушка почувствовала, что ещё чуть-чуть и разговор плавно перетечёт в совершенно неподходящее русло. И, испугавшись, решила ни в коем случае не допустить этого.
  - Так что за услуга? - требовательно повторила она, стараясь не обращать внимания на гулкие удары сердца и едва сдерживаемую внутреннюю дрожь.
  - Я расскажу, только не здесь.
  Не отрывая взгляда от чувственных губ, Светлана послушно кивнула и хриплым шёпотом поинтересовалась:
  - А где?
  - В моём замке, девочка. Ты же придёшь ко мне, да?
  Тёмно-вишнёвые губы сложились в пленительной улыбке, соблазнительно оттенив жемчужно-белые зубы, и Светке до дрожи в коленях захотелось припасть к восхитительному манящему рту.
  - Да... - эхом отозвалась она, с ужасом осознавая, что готова броситься в объятия Алексиса прямо сейчас и пойти за ним, хоть в замок, хоть на край света.
  - Жду...
  Фигура Алексиса начала терять чёткость очертаний, побледнела, истончилась и растворилась в воздухе. Солнце скрыла пелена серых, угрюмых туч, готовых в любую секунду разрыдаться холодными дождевыми каплями. Облако, исправно служившее мягким, тёплым диваном, вдруг обернулось рыхлой бесформенной кучей снега, холодного и колючего. Сотни крохотных острых снежинок впились в кожу девушки. Она дернулась, пытаясь стряхнуть их и почувствовала, что снова летит, но на этот раз, летит вниз, рискуя разбиться от удара о землю. И от дикого ужаса, охватившего всё её существо, Светлана потеряла сознание.
  - Света... Света...
  Испуганный и в то же время недовольный голос Ирсина пробирался сквозь густую мутную пелену, затихал, теряясь среди обрывков грязных липких туч, захлёбывался струями ледяного осеннего ливня, но каждый раз воскресал, неумолимо прорываясь к дремлющему сознанию землянки.
  - Света... Света...
  Холодные пальцы легко коснулись висков, по телу прошла дрожь, и девушка открыла глаза. Ирсин облегчённо выдохнул, помог ей сесть, словно ребёнку поправил съехавшую на глаза шапку, потуже завязал шарф, вытащил из кармана перчатки и натянул их на озябшие пальцы землянки. А потом неожиданно опустился рядом, пересадил, озадаченную Светку к себе на колени и крепко обнял.
  - Тебе нужно согреться, девочка, а твоему новоявленному возлюбленному - надрать задницу, чтоб неделю сидеть не мог.
  - За что? - сонным голосом осведомилась девушка, неосознанно прижимаясь к магу всё сильнее и сильнее.
  Исходящее от него тепло, казалось, согревало не только тело, но и душу, дарило покой и удивительно приятное чувство защищённости.
  - За дерзость, за глупость, за наплевательское отношение к людям, за то, что он совершенно не считается с законами магии, и, вообще, творит, что хочет!
  "Ирсин!"
  Рёв кошки ураганом ворвался в головы магов. Единорог издал болезненный стон, Ирсин побледнел и скрипнул зубами, а Светка всем телом вжалась в мага и обняла так сильно, что у того чуть кости не затрещали.
  - Полегче, ребята, полегче... Так и убить можно. Кто тогда за вами приглядывать будет? - Ирсин аккуратно разжал руки землянки, пристально посмотрел ей в глаза и, поймав осмысленный ясный взгляд, довольно кивнул. - Согрелась? Пришла в норму? Вот и хорошо. - И, неотрывно глядя в глаза девушке, продолжил: - Скоро появится мой друг. Он проводит нас в город, новости последние расскажет. Переночуем у него, а наутро двинемся в путь.
  - И куда мы направимся?
  Приоткрыв рот, Светка с трепетом и тревогой взирала на мага, отчего-то страшась его ответа. "А вдруг он скажет, что передумал идти на Северный и нам надо, например, на Песчаный или куда-нибудь ещё? Тогда придётся..." Света сползла с колен Ирсина, встала на ноги и сверху вниз уставилась на либенийского мага. В светло-голубых глазах читалась неколебимая решимость убить.
  Ирсин расстроено покачал головой, уголки его губ печально опустились:
  - На Северный. В Нур-а-Рет, родовой замок Ребарат-Нуров.
  - К Алексису? - педантично уточнила Света.
  - Да. - Маг поднялся, отряхнул куртку и кивком указал за плечо Светланы. - А вот и мой друг. Знакомьтесь - Трифон.
  Светлана обернулась. Возле вечнозелёных кустов, прислонившись спиной к гладкому стволу обнажившегося к зиме дерева, стоял высокий, плотный мужчина с роскошной окладистой бородой. При взгляде на него Светлана одновременно подумала о священнике и корсаре. На мысль о служителе церкви навело длинное черное пальто, напоминающее сутану, а образу пирата соответствовал цветастый платок на голове и внушительная серьга в ухе. Однако, как бы не выглядел новый знакомый, Светка решила быть вежливой.
  - Добрый вечер! Меня зовут Светлана.
  Однако ответной вежливости землянка не дождалась. Трифон неприязненно посмотрел на неё, коротко кивнул единорогу, не приветствуя, а скорее говоря: "Я заметил тебя, буду иметь в виду, что ты здесь", и завертел головой, кого-то разыскивая.
  - Трииса появится через несколько минут, - сообщил либенийский маг. - В принципе можно её не ждать. У неё не возникнет проблем со стражей.
  - Уверен? В городе полно вящих. И теперь я понимаю почему. - Он бросил на Свету ещё один недобрый взгляд. - У тебя опасная и очень-очень заметная спутница, Ирсин!
  - Не впервой! - Маг бесшабашно улыбнулся, сбросив с плеч десяток-другой лет, и шагнул к другу. - Прекрати злобствовать, Триф! Лучше вспомни из каких мы с тобой переделок выбирались! А сейчас от тебя только и требуется, провести нас в Стайлен, напоить, накормить и до утра приютить.
  - Всего-то? - картинно удивился Трифон, приподнял левую бровь и вопросительно уставился в слишком честные и невинные глаза друга. - Обычно ты приходишь ко мне с куда как более экзотическими просьбами и предложениями!
  - Да когда это было?! Не забывай, теперь я остепенившийся, женатый человек. У меня трое детей, красавица жена и строгая тёща. Мне, знаешь ли, не до глупостей.
  - Ну-ну... - Трифон выпятил нижнюю губу и покивал, мол, мели Емеля, твоя неделя. - Ладно, дома поговорим. - Он достал из кармана три чёрных кожаных шнурка с болтающимися на них коричнево-серыми камушками, каких полным-полно валяется под ногами. - Одевайте!
  Ирсин и Саолер послушно накинули кожаные шнурки на шеи, а вот Светлана не спешила надевать непонятное "украшение".
  - Что это? - поинтересовалась она, внимательно разглядывая невзрачный камень.
  При ближайшем рассмотрении в структуре камня обнаружились крошечные "золотинки", и девушка подумала, что свети сейчас солнце, камень сверкал бы как настоящая драгоценность.
  - Госпожа желает что-то более утончённое и дорогое? Ах, простите великодушно, к ювелиру не забежал. Но в следующий раз всенепременно исправлюсь!
  И в мнимом припадке раболепия начал кланялся как заведённый.
  - А без кривляний никак нельзя? Не хотите отвечать, не надо - переживу. Я, в общем-то, понимаю, что всем хорошей не будешь, но и хамить мне не позволю.
  Сжимая в кулаке камень, Светка гневно сверкнула глазами и, мысленно пожелав Трифону провалиться, демонстративно отвернулась и надела украшение.
  - О-ё-о-о... - Глаза Саолера расширились то ли от ужаса, то ли от изумления. - Как ты его...
  Светлана резко обернулась, и её рот раскрылся сам собой. "Теперь я точно знаю, что имеют в виду, говоря "челюсть отвалилась", - машинально отметила она, сделала маленький шажок вперёд, осторожно заглянула в зияющую чернотой дыру и продолжила свою мысль: - и провалиться тоже..."
  - Н-да... Неплохо для начинающего, неплохо...
  Ирсин подошёл к Свете, опустился на колени и склонился над дырой, пытаясь хоть что-то рассмотреть или, может, услышать.
  - Э... я... я сама не знаю, как это получилась, - начала оправдываться девушка, но маг лишь отмахнулся.
  - Триф всегда был несколько не сдержан. За что и поплатился. А так он очень хороший человек. И маг замечательный. У него удивительный дар - видеть и людей, и вещи такими, какие они есть на самом деле. А поскольку ты у нас живое вместилище необузданной, неподвластной простым смертным древней магии, готовой в любой миг вырваться на свободу и смести всё живое на многие мили вокруг, он разволновался. Отсюда его агрессия и грубость - не хочется ему подвергать родной Стайлен опасности. Вспомни Кийсену, она невзлюбила тебя по той же причине.
  Девушка задумчиво провела рукой по лбу:
  - Так, может, тогда не нужно заходить в город?
  - Нужно, очень даже нужно. Все мы можем с лёгкостью казаться тем, кем хотим. Я и Саолер видимся большинству магов обычными арентийцами со средним, даже малым даром. Триису, если она захочет, от обычной кошки не отличишь, а вот ты сияешь как столб света в ночи. Я пытался прикрыть тебя, полностью подчинив себе, да куда там! К сегодняшнему дню от одного из сильнейших заклинаний почти ничего не осталось. Стоит нам только войти в город, вящие потянутся к тебе как пчёлы к цветущей липе. Десятка шагов сделать не успеем, как окажемся в кольце боевых магов. А нам лучше бы добраться до Алексиса по-тихому. И Трифон нам поможет, поскольку помимо редкого таланта - видеть суть вещей, он обладает ещё одним очень полезным для нас даром. Он один из лучших в Аренте мастеров по изготовлению амулетов, талисманов, оберегов и прочих магических артефактов. Надеюсь, его умений будет достаточно, чтобы скрыть твои выдающиеся способности, да и внешний вид подправить не мешает.
  - Так вот, значит, в чём дело! - Из дыры показалась голова в цветастой повязке. - Ты ведёшь это чудо к Алексису. Зачем?
  Трифон выкарабкался из дыры, тряхнул полами длинного пальто, сбрасывая землю и уставился на Ирсина, всем своим видом показывая, что пока не получит ответа с места не двинется.
  - Не знаю. Он не пожелал посвятить меня в свои планы. Но ясно одно - так или иначе, Светлане необходимо добраться до Нур-а-Рета. И в наших силах помочь ей не сгинуть по пути. Если, конечно, мы что-то хотим изменить в Аренте.
  - Хорошо. - Удовлетворённый ответом друга Трифон шагнул к Свете и протянул ей руку: - Мир?
  - Мир.
  Землянка пожала крепкую ладонь, решив "забыть" о неприязненном отношении мага в начале их знакомства. Однако мысль о том, что за "камушек" висит у неё на шее, не давала покоя. Света уже открыла рот, чтобы наконец-то выяснить этот вопрос, но Трифон опередил её. Он с тревогой взглянул на "камушек" и произнёс:
  - Когда подойдём к воротам, я отвлеку стражников, а вы войдёте в город. И поторопимся! Амулет теряет силу. Ещё час-полтора и не то что стража, а только слепой, тупой и ленивый не заметит появления необычного мага. Надо скорее до дома добраться. Там у меня есть кое-что подходящее. Идёмте!
  И, уверенный в том, что команда будет выполнена, зашагал вдоль городской стены. Ирсин слегка подтолкнул землянку и, когда та двинулась за Трифоном, обернулся к единорогу, который беспокойно вертел головой, оглядываясь по сторонам:
  - Трииса так долго не покидала кошачью ипостась, что, кажется, намертво срослась с ней, до капельки вобрав повадки этих свободолюбивых животных.
  - И всё равно! Могла хотя бы намекнуть, куда отправилась. Случись что - где её искать?!
  - Она уже в городе, Лер. И, поверь, если ты попытаешься задать ей сакраментальный вопрос: "Где ты была?", ваша дружба закончится, толком и не начавшись. И хватит болтать, пойдём.
  Единорог печально вздохнул и последовал за Ирсином, решив, что при случае обязательно расспросит его о Трис.
  Они вышли на тракт почти у самых ворот. Стражники, бдительно следящие за тем, чтобы никто не проник в город, не уплатив пошлины, приветственно махнули Трифону:
  - Ну что, неуклюжий, нашёл свою трубку? - поинтересовался один, а другой ехидно ухмыльнулся.
  - А то! - Трифон достал из кармана тёмно-красную, слегка изогнутую трубку. - Вот моя любимица. До сих пор не понимаю: как из рук выскользнула?
  - А зачем ты её вообще доставал? Курить-то на посту запрещается.
  - Сам знаю. Но хочется же! - Он виновато улыбнулся, спрятал трубку в карман и подмигнул сослуживцам. - Табачком поделиться?
  Стражники переглянулись, посмотрели на пустынную городскую площадь, потом на столь же пустынный тракт и полезли в карманы...
  
  Ирсин уверенно вёл Свету и Саолера по тесным, кривоватым улочкам Стайлена. Невысокие, в два-три этажа, дома с узкими окнами и малюсенькими балкончиками, на которых темнели вазоны с сухими цветами, произвели на землянку гнетущее впечатление. Даже протянутые между окнами верёвки с вывешенным на просушку бельём неожиданно ярких, жизнерадостных оттенков настроения не улучшили. Она с подозрением косилась на окна, то и дело оглядывалась, нервно поводила плечами.
  "Что не так, Света?" - с тревогой спросил Саолер, не переставая посматривать на покатые крыши и вытягивать шею, стараясь заглянуть в каждый переулок, в каждую подворотню.
  "Сама не знаю. Холодно мне и потрясывает, как будто температура поднимается... Или, может, нервы расшалились..."
  "Потерпи чуть-чуть, - вступил в разговор Ирсин. - Помимо прочих достоинств, Триф за свою долгую жизнь приобрёл неплохие лекарские навыки и знания, думаю, у него найдётся соответствующий настой или пилюли. Мы, кстати, почти пришли".
  И действительно, невзрачные улицы закончились, уступив место "частному сектору" - приземистым деревянным домам, с палисадниками, уютными лавочками и крылечками. Почти за каждым виднелся сад-огород, а на окнах с затейливыми наличниками красовались вышитые занавески и горшки с цветами. Булыжная мостовая сменилась грунтовой дорогой с её непременными атрибутами: лужами, кое-где засыпанными песком, ухабами и ямками.
  Возле дома в три окна с высоким крыльцом и просторной верандой Ирсин остановился. Оглянувшись и не увидев в конце улицы Трифона, он пожал плечами подошёл к крыльцу и присел на ступеньки. Света последовала его примеру, а Саолер прислонился спиной к витому столбику.
  Триф же весь извёлся. Изнывающим от скуки сослуживцам приспичило поболтать - после разрыва отношений с Либенией некогда шумный и многолюдный тракт захирел, теперь с этой стороны в Стайлен ехали разве что крестьяне из окрестных деревень да вездесущие вящие. Наплевав на запреты, стражники достали трубки и тотчас же опробовали дарёный табак и, конечно же, Трифону вынужден был составить им компанию. Так что "гостям" пришлось подождать. И всё бы ничего, но, едва они присели на крыльцо, подул холодный ветер, и затянутое серыми тучами небо пролилось на город хлёстким мелким дождём. Саолер перебрался под крышу, а Ирсин и Светлана накинули капюшоны и плотнее закутались в длинные тёплые куртки.
  - Где его, спрашивается, носит? - проворчал единорог, нервно поглядывая по сторонам.
  А Трифон в это время, наконец-то расставшись со скучающими приятелями, почти бежал по узким городским улицам, а когда вдалеке показался родной дом, на самом деле припустился бегом. Ему совсем не хотелось, чтобы необузданная сила девчонки, "сожрала" маскирующий её амулет и вырвалась на свободу, обратив на себя внимание всех магов Стайлена. Подбежав к дому и обнаружив гостей мирно сидящими на ступеньках крыльца, он облегчённо выдохнул. Обошлось. Амулет выдержал. Немного нервировало отсутствие Триисы, но она вполне могла постоять за себя, и Трифон почти успокоился. Почти - потому что только безумец будет чувствовать себя спокойным рядом с жерлом действующего вулкана или разъярённой драконицей.
  Попеняв другу, что тот мог бы войти в дом и без него, Трифон распахнул дверь и пригласил гостей внутрь. Потерев замёрзшие ладони, Светка наградила либенийского мага укоризненным взглядом и вошла в тёплые, неожиданно светлые сени. Широкие окна с неизменными цветами на подоконниках, тёплые бежевые стены. С балок свисают пуки сушеных трав. Дверь веранды украшена затейливой резьбой, в конце коридора крутая в два пролёта лестница на чердак или мансарду, за ней ещё одна дверь, простая, дощатая, видимо, во двор.
  - А... - Светка остановилась недоумённо оглядываясь. - В дом-то как попасть?
  - Вот такое оно, жилище мага, - усмехнулся Ирсин и подмигнул Трифону. - Хорошая идея: на замки не тратясь, дверь целиком спрятать!
  - Мне тоже понравилось! - Трифон коснулся ничем не примечательного кусочка стены, и пред изумлённым взором землянки появилась массивная, обитая кожей дверь с круглой металлической ручкой. - Прошу!
  Света переступила высокий порог и первое слово, что пришло ей в голову, было - светлица. Комната, как и сени, оказалась очень светлой, особенно если учесть, что за окном царила хмурая дождливая погода, да и день клонился к вечеру. Поискав глазами источник света, девушка недоумённо пожала плечами и начала развязывать шарф. После ожидания в унылом влажном лесу и прогулки по холодным городским улицам хотелось устроиться в тёплом кресле и, грея ладони о чашку горячего чая, смотреть на тугие струи дождя, радуясь, что никуда не надо идти. Девушка обвела глазами "светлицу" в надежде обнаружить любимый предмет мебели, но он, увы, не обнаружился. Возникла бредовая мысль, что кресло, также как и дверь, замаскировано с помощью чар, но Светка решительно отогнала её, напомнив себе, что, несмотря на все, что с ней произошло за последние двое (или трое? или четверо?) суток, осталась в здравом уме и твёрдой памяти. И вдруг застыла, сообразив, что не может посчитать, сколько дней находится в Аренте. В газах девушки забушевала паника, и воздух вокруг стал искриться.
  - Ирсин!
  Маг мгновенно обернулся к ней, сорвал с себя амулет, накинул его на шею землянки и, провожая взглядом осыпающиеся на пол "золотинки", произнёс несколько слов на незнакомом языке. Судя по эмоциональной окраске, это было какое-то изощрённое ругательство. Светке даже показалось, что она уловила смысл, но страх окончательно потеряться во времени и пространстве пересилил тягу к лингвистическим исследованиям.
  - Сколько я здесь?
  Девушка стянула с головы шапку и, комкая её в руках, с надеждой уставилась на мага.
  - Какое сегодня число, Триф?
  Трифон с опаской взглянул на друга, но ответил:
  - Восьмой день второго осеннего месяца. У тебя с головой проблемы?
  - Ты гостишь в Аренте пять дней. - Он шагнул к девушке, обнял её и прижал к себе. - Всё нормально, Света. Просто на Болотах время течёт немного иначе. Некоторая дезориентация и путаница в датах неизбежны.
  - Как это иначе? Разве такое возможно?
  - Возможно и не такое!
  Ирсин продолжал обнимать Светлану, чувствуя, как она расслабляется в его руках, успокаивается, и воздух вокруг перестаёт искриться. Облегчённо выдохнув, маг разомкнул объятья, и усадил впавшую в ступор девушку на лавку возле двери:
  - Разувайся! Триф как всякий уважающий себя колдун неплохо владеет бытовой магией, но пачкать его милые половички рука, вернее, нога не поднимается!
  - Ага, - заторможено кивнула Светка, блуждая взглядом по полу, почти сплошь застеленному весёленькими, красно-желто-оранжевыми половиками. - А мне казалось, что мы пробыли у твоей мамы полдня, не больше. Прямо сказка о потерянном времени получается. Как так вышло?
  Девушка и сама не понимала, почему её так задела история со временем, почему она не может не думать о пропавших, непрожитых ею днях. Ладно бы в кому впала или там летаргический сон! Так нет! Время просто исчезло. Как будто было сегодня, а потом раз - и уже неделю спустя! Жуть.
  - Значит, сегодня я есть, а потом раз - и я уже там, где меня нет! И всё! Я вроде бы есть, но меня как бы нет... - пробормотала она и нервно передёрнула плечами. - А вдруг в то время, которое я не прожила, я умерла, или домой вернулась, или не встретилась с тем, кем надо, или...
  - Света! Прекрати! Ты несёшь полный бред! - грубо прервал её причитания Ирсин. - Ты живая! Боль чувствуешь?
  Он крепко сжал её руку.
  - Угу.
  - Замечательно! Теперь по сторонам посмотри. Стены потрогай. Всё реально. Ты есть, ты существуешь, мир вокруг тебя материален!
  Светка послушно огляделась: большая белая печь, круглый стол, покрытый вышитой красным крестиком скатертью (в тон занавескам на окнах и полках), несколько стульев с изогнутыми спинками - ничего необычного. Встав с лавки, она коснулась стены, явно опасаясь, что либо рука пройдёт сквозь стену, либо стена сквозь руку. Однако страхи оказались напрасными. Длинные ровные пальцы с овальными, немного заострёнными ноготками робко дотронулись до тёплого дерева, пробежались по доскам и...
  - Не смей! - в два голоса заорали Ирсин и Трифон, а Саолер бросился к девушке со своим амулетом, но не успел - "камушек" рассыпался за несколько секунд до того, как на шею лёг очередной шнурок.
  Светка быстро отдёрнула руку, сообразив, что делает что-то не то, но процесс, как выяснилось, уже пошёл: на давным-давно мёртвом, обструганном бревне возникли и прямо на глазах стали расти и распускаться нежные, зелёные почки.
  - Что ты наделала? - раненым зверем взвыл Трифон, метнулся к печи и, присев на корточки, пробежался пальцами по нижнему ряду кирпичей.
  В голове Светланы что-то щёлкнуло. Словно телевизор включился. Перед глазами возникла картинка: клавиши цвета слоновой кости, над которыми порхали знакомые пальцы. Юлька... Губы сами собой растягиваются в улыбке, сейчас польётся знакомая мелодия, но... секунда, другая, третья... Тишина. А знакомые пальцы бегут по клавишам всё быстрее, быстрее... За ними уже невозможно уследить. Изображение сливается в грязно-белые полосы и вдруг замирает. Светка в ужасе закрывает ладонями рот, подавляя крик. Пальцы исчезли, на кремовых клавишах проступили тёмно-красные пятна... Кровь? Раздаётся щелчок и у девушки перехватывает дыхание. По новому "каналу" демонстрирует "ужастик" и самое страшное, что главную роль в нём играет изменившаяся до неузнаваемости Юля.
  - Юлька... Юлька... - почти беззвучно шептала девушка, в ужасе глядя на подругу, которая вместе с тремя другими жертвами раскачивалась над прямоугольным бассейном. В тонкие запястья врезалась цепь, за спиной, словно поникшие в безветренную погоду стяги, болтались бело-золотые крылья... Внезапно тело Юли дёрнулось, и только тогда Светка заметила ещё одно действующее лицо кошмара - высокого темноволосого мужчину с хищным и очень довольным лицом. На тонких губах играла садистская улыбочка, глаза блестели от предвкушения. Мужчина крепко держал Юльку за ногу и, как будто примериваясь, а на самом деле продлевая удовольствие, водил кинжалом по изящной ступне... Светка бросила взгляд на ноги остальных жертв и на этот раз крик сдержать не смогла:
  - Не-е-е-ет! Не сме-е-е-ей! - во всё горло заорала она, рванулась вперёд и рухнула на пол, потеряв сознание.
  - Мы уходим! Лер! Прикрой нас!
  Единорог кивнул, и в его руках заблестели парные мечи из чёрного как антрацит металла. Ирсин благодарно взглянул на Саолера и, от всей души пожелав удачи, подхватил безжизненное тело девушки на руки, шагнул к открывшемуся перед печкой люку и следом за Трифоном стал спускаться по узкой деревянной лестнице. Ступеньки скрипели под двойным весом, а с улицы доносились громкие крики вящих, окружавших дом. Спрыгнув с последней перекладины на земляной пол, Ирсин передал девушку другу, снова поднялся по лестнице и закрыл люк. Увидев, каким заклинанием маг запечатывает проход, Трифон покачал головой:
  - А как же единорог? Он не сумеет...
  - Он знал, на что шёл, и хватит об этом, - резко оборвал его Ирсин и сжал запястье Светки, проверяя пульс. - Так, пожалуй, даже лучше. Глубокий обморок не предполагает неконтролируемых магических выбросов... Ты успел взять амулет Скроха, Триф?
  - Успел, но теперь я не уверен, что он подействует, - с грустью глядя на Свету, проговорил маг и махнул рукой. - Идём! Чем быстрее мы выберемся из Стайлена, тем лучше...
  Узкий земляной тоннель уводил магов всё дальше от дома Трифона, но Ирсина, шагавшего за другом, не покидало ощущение тревоги. Ему казалось, что всё, что они делают, бесполезно, что их попытка выбраться из города обречена на провал.
  - Триф! - Он положил руку на плечо друга. - У меня плохое предчувствие, Триф! Ты уверен, что за нами никто не следил?
  - Пока ты не заговорил об этом, был уверен.
  Трифон остановился, передал Светлану Ирсину и прислушался. Однако, кроме писка вездесущих крыс, ничего не услышал. Он потёр лоб, опустил руку в карман своего длинного пальто и достал крохотный пузырёк, светящийся изнутри. Сжал склянку в ладони, прошептал несколько слов и замер, закрыв глаза. Спустя несколько мгновений, показавшихся Ирсину чуть ли не часами, ибо беспокойство неумолимо нарастало, Трифон открыл глаза и покачал головой.
  - Кроме ночной стражи на стенах и у ворот я никого не чувствую. Но твоя бешеная интуиция, Ирси, никогда не подводила... Что делать будем?
  - Пока не знаю... Возвращаться - глупо, идти вперёд - опасно. Да и на месте стоять - не вариант.
  И, противореча себе, осторожно усадил Свету на землю, прислонив спиной к стене, присел на корточки сам. Трифон хмыкнул и последовал его примеру. Некоторое время они молчали, обдумывая ситуацию, а потом одновременно посмотрели друг на друга. В тоннеле было темно, но ни тот, ни другой в освещении не нуждались.
  - У этого хода нет ответвлений. Нам придётся сражаться, - сообщил Трифон.
  - Если у этого хода нет ответвлений, нам придётся сражаться, - одновременно с ним проговорил Ирсин.
  Маги понимающе переглянулись.
  - Может, приведём девушку в чувство? С ней целая армия вящих не страшна.
  - Исключено. - Ирсин поднял бесчувственное тело на руки и с горькой иронией добавил. - Я должен доставить её в Нур-а-Рет живой. Иначе Алекс что-нибудь похлеще придумает.
  - Да куда уж хлеще! - Трифон скептически взглянул на Светлану. - Не понимаю, как ему удалось совладать с магией Аренты, да ещё поместить её в живое существо.
  - В два живых существа. Где-то в нашем мире бродит и её подруга. Надеюсь, девушке повезёт, и она тоже сумеет добраться до хозяина целой и невредимой. Впрочем, их не так просто убить, зато они... Ладно, не будем о грустном. Так или иначе, нам надо выбираться из Стайлена.
  - Тогда пошли, вспомним молодость!
  Трифон кровожадно улыбнулся, картинно повертел отнюдь не маленьким кулаком и зашагал по узкому коридору.
  Беглецам понадобилось около часа, чтобы дойти до конца потайного хода. Если бы Светка была в сознании, у неё обязательно бы возникли ассоциации со "светом в конце тоннеля", ибо выход обозначался светящимся кругом и был виден издалека. Ирсин остановился возле "двери" и озабоченно потёр лоб - дурные предчувствия его не оставляли. Трифон обречённо вздохнул, полез в карман за артефактом и спустя несколько минут доложил, что в небольшой рощице, куда выходил тоннель, не нашлось ни одной живой души.
  - Совсем никого? - нервно кусая губы, уточнил Ирсин. - Даже зверька какого-нибудь мелкого или птицы?
  - Ни-ко-го! Такое впечатление, будто роща вымерла.
  Несколько секунд маги в замешательстве смотрели друг на друга. А потом Ирсин сказал. То, что он сказал, могла бы понять, например, болотная ведьма или какой-нибудь помешанный на мёртвых языках учёный. И судя по яростному блеску глаз это было не пожелание здоровья и долгих лет жизни.
  - Нас провели, как юнцов, Триф! - Он аккуратно положил безвольное тело Светки на землю и достал из-за пазухи неприметный серый мешочек. Высыпал на ладонь несколько камней, внимательно осмотрел их и с кривой усмешкой проговорил:
  - И портал я выстроить не смогу. Вернее смогу, но он, скорее всего, будет не стабильным и нас либо разнесёт на атомы, либо мы окажемся в каком-нибудь чудном месте, например, в Хатарской пропасти или в глубинах Мёртвой впадины... Думаю, в роще полным-полно вящих. Твой поисковый артефакт не обнаружил их из-за тотального искажения магического поля.
  - Какой же ты умный, Ирсин. Порой даже жаль, что ты не с нами. Я так надеялся, что ты попытаешься удрать через портал! - Светящийся круг превратился в сияющее кольцо и в нём, как в оригинальной портретной раме возник Зарин Брант. - Да и дружок твой далеко не прост. Полтора года за ним охотились! И если б не своевременная помощь Карпа, до сих пор ловили бы. - Брант махнул рукой, и за его плечом появился молодой человек в форме стражника. - Дар у парня никакой, но он всё равно сумел послужить Ордену, и получше некоторых опытных магов. Молодец!
  Вящий по-отечески потрепал юношу по волосам, и тот расплылся в счастливой улыбке:
  - Всегда готов угодить Вам, господин!
  - Наивный, восторженный сопляк, - пробормотал Трифон и посмотрел на Ирсина. - Что делать будем? Теперь я чувствую, что их слишком много, а значит, шансов на победу мало, да ещё с полутрупом на руках.
  Все четверо посмотрели на Светку.
  - Она опасна даже в таком состоянии, - заметил либенийский маг, присел на корточки, осторожно оттянул веко и посмотрел в глаз девушки.
  - И когда она очнётся? - поинтересовался Брант, жестом отсылая Карпа.
  - Надеешься, что я отвечу?
  - Почему нет? Ты не в том положении, чтобы сильно выкобениваться, Ирси. Во-первых, мы оба понимаем, что наша драчка обязательно разбудит девчонку и она, не разобравшись, может шарахнуть так, что не только от нас, а и от Стайлена ничего не останется. Ведь не зря же ты её в сознание не приводишь! Что с ней не так?
  - Разбуди и узнаешь.
  - Значит, не хочешь по-хорошему? Тогда, во-вторых: твой единорожечек весьма и весьма хорош в драке, но с вящими ему не справиться. И убить себя он не в силах. Уж больно жизнелюбив!
  Брант отступил в сторону: на траве, ярко освещённый факелами вящих-конвоиров лежал связанный по рукам и ногам Саолер. Из одежды на нём остались лишь полотняные брюки, грязные и местами порванные. На лице - свежие ссадины, на теле - порезы, синяки и даже ожоги, босые ступни посинели и распухли. Повинуясь безмолвному приказу, один из конвоиров схватил единорога за волосы и поставил на колени. Юноша застонал, открыл затянутые поволокой боли глаза и увидел Ирсина.
  - Прости... Я не смог... Я должен был умереть...
  Трифон посмотрел на восковое лицо друга и вдруг понял, что они проиграли, что ради того чтобы если не освободить, то хотя бы облегчить участь несчастного единорога либенийский маг сделает всё, что потребуется. "Лучше бы он действительно умер!"
  Словно услышав его мысль, Саолер побледнел, дернулся в бессмысленной попытке вырваться, и обречённо закрыл глаза.
  Ирсин виновато скривился и вскинул больные глаза на Зарина Бранта:
  - Я готов выслушать твои предложения, вящий.
  
  
  Конец первой книги.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"