Неизвестнов Сергей: другие произведения.

О словах-ферментах русского разговорного языка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Небольшое психологическое исследование, посвященное, так называемым, "словам-паразитам"


  
   О словах-ферментах русского разговорного языка.
  
   Если сравнение языка с живым организмом законно, то разговорная часть языка - самая живая и подвижная. Именно в ней отражается текущее состояние и настроение говорящего социума. Только разговорный язык включает в себя, помимо сленга и диалекта, хоть как-то поддающихся усилиям филологии, еще и интонацию, произношение, мимику лица и тела, контекст ситуации, многозначность и юмор и множество других моментов, настолько же важных для общения, насколько трудноуловимых. Разговорный язык так тесно связан с текущим национальным самосознанием, что даже великолепно владеющий "правильным" литературным языком иностранец остается иностранцем в глазах носителя языка, в то время как, иностранец осознанно, или, лучше сказать, подсознательно владеющий разговорным, будет восприниматься уже как "свой" и даже пользоваться определенной симпатией и уважением в кругу носителей. Интересно, что освоение разговорного языка практически невозможно без среды и контекста. Изучение сленга, особенностей произношения и ситуаций по книгам дает только теоретическое знание разговорного, которое существует на уровне сознания. Такое сознание, по сути, все равно остается иностранным.
  
   Имеется великое множество официально признанных, самопальных и даже изустно передающихся сленговых словарей, содержащих отдельные слова, сочетания, предложения и даже тексты и их расшифровку на усредненный язык, практически, для всех социальных групп внутри носителей русского языка: военных, милиции, заключенных, хиппи, панков, рокеров, ученых, автолюбителей, рыболовов и т.д. В одних группах разговорный язык "разработан" очень детально. Такова, например, "феня" блатных, которую вообще не поймешь, не побывав в среде зеков. В других - разговорный менее обособлен от литературного. Но, в любом случае, все то, что фиксирует любой сленговый словарь - лежит на поверхности разговорного языка и представляет его первый фонемический слой, который сразу и почти безошибочно определяется ухом слушающего, как инструмент для выражения обособленности той или иной социальной группы.
  
   Представляется интересным и совсем небесполезным заглянуть чуть глубже в ткань разговорного языка. Если это сделать достаточно аккуратно, чтобы слои не перемешивались, то можно разглядеть замечательную вещь: в разговорном языке присутствуют языковые единицы (слова, словосочетания или даже предложения), которые, с одной стороны, типично разговорны, а с другой - универсальны в том смысле, что присущи всем без исключения социальным группам. Их универсальность связана, попросту говоря, с тем, что носителями языка всегда и везде остаются люди.
  
   На самом деле, тонкий пласт разговорного языка, о котором мы говорим, уже давно замечен. И у него даже есть собственное имя - "слова-паразиты", которое, на мой взгляд, не совсем точно, а точнее, даже, совсем не точно передает их смысл. Но, насколько мне известно, все внимание к ним до сих пор имело мотивы культурно-назидательные: "очистить" язык от слов-паразитов, научиться "правильно" или "грамотно" говорить и т.д. То, что всегда рядом с нами, оказалось, как всегда, обделенным в плане интереса исследовательского и не прагматичного. Предлагаемый вашему вниманию небольшой труд, отчасти, восстанавливает справедливость по отношению к нашему разговорному языку.
  
   Мы временно примем устоявшийся термин "слова-паразиты", но через некоторое время откажемся от него по причинам, которые скоро будут ясны. Прежде всего, мы должны сформулировать критерии, по которым те или иные слова попадают в категорию слов-паразитов. Самый главный из них - это частое и неосознанное их употребление в обычном состоянии. Надо сразу оговориться, что этот критерий совсем не исключает индивидуальных слов-паразитов, т.е. тех, которые используются часто и неосознанно каким-то одним конкретным лицом. Для общего исследования такие слова действительно малопригодны, хотя для индивидуальной "словотерапии" они, как раз, могут оказаться важными и незаменимыми. Общее исследование слов-паразитов возможно именно потому, что есть множество общих для многих людей слов из этой категории.
  
   Второй критерий слов-паразитов - отсутствие в них прямого смысла. Собственно говоря, ортодоксальная точка зрения на слова-паразиты заключается в том, что в них, якобы, нет вообще никакого смысла. Все, что следует далее, можно рассматривать как опровержение этого расхожего взгляда. Можно даже сказать, что в, так называемых, словах-паразитах настоящего глубинного смысла больше, чем в части речи литературно или даже сленгово правильной.
  
   Следующий критерий, который позволяет отличить слова-паразиты, например, от устойчивых выражений и поговорок - это отсутствие в них переносного смысла. Но если в словах-паразитах нет ни прямого, ни переносного смыслов, то какой же в них вообще смысл? Предваряя вопросы и недоумения ортодоксов от филологии, мы отвечаем: в словах паразитах есть только внутренний смысл, корни которого лежат в данной конкретной личности, которая находится в данной конкретной ситуации.
  
   Разберем несколько примеров. Обычные слова, которые мы употребляем по сто раз в день: "Я, мы, стол..." и т.д. употребляются, хотя и часто, но осознанно и, почти всегда, имеют прямой смысл. Другой пример: человек в случае опасности или чувствуя боль может выражать свое состояние междометиями: "Ах, ой, уй..." и т.д., причем в течение некоторого времени он может делать это достаточно часто и несознательно. И хотя в междометиях нет прямого и даже переносного смысла, мы не относим такие междометия к словам-паразитам, так как они произносятся в необычном состоянии, в условиях, в определенном смысле, экстремальных. Поговорки и устойчивые выражения типа: "как по маслу, плюнь (на него), строго-настрого, иди в баню" - хотя и могут использоваться часто и даже почти неосознанно (из-за привычки к ним), все же не являются словами-паразитами, так как имеют почти очевидный переносный смысл. Сложнее обстоит дело, например, со словом "скажем". Это слово в одних устах будет играть роль нормального глагола: "Мы никому не скажем!", в других - уточняющего слова: "Я подойду, скажем, к девяти!", а в третьих станет самым настоящим "паразитом". Почти все слова-паразиты допускают свое нормальное употребление в речи, причем, могут иметь даже по нескольку "нормальных" смыслов. Наши критерии почти всегда позволяют выделить их "паразитическую" ипостась, при условии, что наш разговорный опыт дает для этого достаточно материала. Так, например, не исключено, что когда-нибудь, слово "синхрофазотрон" станет паразитом, но на сегодняшний день мы можем быть уверенными, что это - обычное сленговое слово ученых. Кстати говоря, краткость и простота большинства слов-паразитов не оставляет "синхрофазотрону" почти никаких шансов и в будущем.
  
   Теперь несколько слов по поводу уничижительного термина "слово-паразит". Сравнение языка с организмом подсказывает интерпретировать приставку "паразит" как организм, существующий за счет других организмов. Но в случае слов, совершенно ясно, что "паразит" - неудачный термин. Слова-паразиты живут своей обособленной жизнью, существуют сами по себе, ничего не забирают у обычных слов ни в плане смысла, ни в плане звучания. А вот если из речи убрать слова-паразиты, то речь что-то потеряет. И даже очень многое! Прежде всего, она потеряет свою принадлежность конкретному живому лицу и станет безлично правильной. Можно было бы сравнить "слова-паразиты" с приправой к пище, которая, не меняя основы, придает пище неповторимый вкус и аромат. Но в языке эту функцию выполняют, скорее, пословицы, поговорки, устойчивые выражения, т.е. все то, что, в принципе, не обязательно, но употребляется сознательно. Так же как и приправа кладется в пищу сознательно с определенной целью - улучшить ее вкус. "Слова-паразиты" действуют подсознательно: произносятся подсознательно, воспринимаются подсознательно, а механизм их действия остается невидимым. Забегая немного вперед, скажем, что, по видимому, использование "слов-паразитов" - это своеобразный способ расширения поля общения в тех случаях, когда другими способами расширить его не удается. "Слова-паразиты" включают в процесс общения подсознание, что, в принципе, делает перспективу пространства общения выпуклой и просторной, в отличие от плоской и узкой (а иногда даже затхлой) перспективы общения официального или литературно-нормативного. Итак, "слова-паразиты" более естественно сравнивать с невидимыми невооруженным глазом биологическими структурами, которые необходимы для нормального существования организма. Эти структуры не могут сами быть организмом, так как сами по себе не несут в себе никакого смысла. В биологии очень похожую роль играют особые белки - ферменты, которые сопровождают (ускоряют или замедляют) биохимические реакции внутри организма. Сами они, при этом, в обмене веществ не участвуют. Эта замечательная аналогия позволяет нам вместо несколько площадного термина "слова-паразиты" использовать более подходящий термин "слова-ферменты", которым мы и будем пользоваться далее. В словесной области аналогия получает интересный новый оттенок, которого не было в биологии: слова-ферменты действуют в живом организме, состоящем из двух или более человек, т.е. из всех тех, кто в данный момент участвует в общении. Таким образом, слова-ферменты именно как ферменты появляются только на уровне общения, который качественно поднимается над уровнем индивидуального человеческого существования. Биологические ферменты не зависят от числа систем, которые они обслуживают!
  
   Прежде, чем приступать к содержательной части, сделаю еще два пояснения. Ни для кого не секрет, что речь среднего современного человека пестрит ненормативной лексикой или, попросту говоря, матерными выражениями. Мы исключаем их из своего рассмотрения именно как настоящих паразитов, поскольку живут они за счет темной стороны человека - питаются ей и питают ее одновременно. И хотя научные исследования в этой области предпринимались, их результат вряд ли стоит тех усилий, а главное - цены, которые кладутся за него. Слово - начало, а потому священно! Поэтому какое-либо внимание к мату - это уничижение начал! Кроме мата, мы по тем же причинам исключаем из нашего рассмотрения и его "заменители" (типичный пример такого заменителя - повально распространенное "блин").
  
   Мой перечень и моя интерпретация слов-ферментов, конечно, опираются исключительно на мой личный опыт общения с людьми. Если бы за дело взялся кто-нибудь другой, то список слов-ферментов мог бы отличаться, а их психологическая интерпретация - и подавно! Но я надеюсь, что во всех параллельных исследованиях положительные пересечения в интерпретациях все же обнаруживались бы. В противном случае, исследование слов-ферментов теряет свою объективность и какие-либо общие выводы из него становятся очень зыбкими. Также мне хотелось бы сделать честное признание: я - не профессионал-филолог и поэтому содержательная часть исследования может выглядеть несколько по-дилетантски. В свое "оправдание" замечу, что с большим интересом прочту труд профессионального филолога на тему "слов-паразитов", как только таковой появится. С другой стороны, как дилетант, я свободен от условностей ортодоксальной филологии и со спокойной совестью могу позволить себе некоторые "филологические вольности" (что я и делаю на протяжении всей статьи).
  
   Может быть, сей скромный труд сделает кого-то более внимательным к своим словам, в том числе и к своим словам-ферментам и послужит маленькой ступенькой на пути лучшего понимания других и собственного самопознания.
  
  
  
   Слова-ферменты
  
   1. Капсулы времени для "подумать" и "вспомнить".
  
   Э-э-э, Ну, Это, Это самое, Как тебе сказать? Понимаешь, в чем дело? Это, как его?
  
   Эти слова рождаются и оживают как в официальной обстановке, например, при публичном выступлении или интервью, так и в частной беседе, с человеком, может быть достаточно близким, но не слишком. Может показаться, что эти ситуации необычны. Но здесь речь идет именно о тех людях, для кого публичные выступления, интервью или беседы - это работа или обычное дело в жизни.
  
   Э-э-э - "болезнь" студентов, преподавателей, политиков, спортсменов, звезд эстрады (в меньшей степени). Произносимое через каждое слово или пару слов, может сделаться почти незаметным фоном речи. Иногда у слушателя возникает искреннее желание помочь человеку родить нужное слово. И он помогает. Попробуем разобраться с внутренним смыслом этого, казалось бы, совершенно бессмысленного звука. Человек попадает в ситуацию, в которой должен говорить что-то от себя, незаученное наизусть. На спуск в "свои глубины" требуется время - одним больше, другим меньше. Казалось бы, чего проще сказать: "Подождите, сейчас подумаю, немного". И понятно, и на слух звучит приятно. Но... Во-первых, если погружение требуется делать часто и оно занимает достаточно большое время (даже если несколько секунд), то все выступление превратится в сплошную фразу: "Подождите, сейчас подумаю немного", перемежающуюся лаконичными отступлениями по существу дела. Кроме того, не у каждого человека хватит мужества признаться другим в том, что на свете есть вещи, над которыми ему нужно задумываться больше чем на мгновение. Но есть еще один вариант - не тратить энергию на "э-э-э" и просто думать молча. Но тогда пропадает связность речи. Так подсознание находит узкую тропинку между внешним эффектом и "медленной" работой сознания. Вместо речи оно выпускает на слушателя нечленораздельный звуковой поток, который, как кажется человеку (правда, иногда только ему самому), продолжает его речь. На самом деле, он продолжает иллюзию речи. Ведь слушателю ни на секунду не покажется, что в "э-э-э" он слышит шум моря, оперу "Кармен" или хотя бы протяжную песню степного акына. Этого не покажется и самому говорящему, если он хотя бы на секунду переключит свое внимание вовне. Но он сейчас занят, а за него говорит его подсознание, т.е. глубинная часть души. В звуке "э-э-э" подсознание выражает вовне свой защитный рефлекс против не полной подготовленности или не полной компетентности сознания говорящего. Дальше все очень индивидуально. Есть еще один вариант "э-э-э" - более продвинутый, когда говорящий умеет подсознательно говорить. Сознание ищет информацию, а подсознание выдает ничего не значащие и ни к чему не обязывающие фразы типа: "Это, действительно, очень интересный вопрос!", "Что конкретно вы имеете ввиду?", или даже очень профессионально, вот так: "Вы знаете, как это вам не покажется странным, ваш вопрос, рассмотренный в разных аспектах, готовит почву для новой постановки самой сути данной проблемы". Хорошо, если это - только капсула времени, а дальше последует ответ. Часто бывает так, что это и есть "ответ". Самый простой способ преодолеть конфликт между подсознанием и сознанием в этой обстановке - готовиться к выступлениям. Другой вариант, более кардинальный, - задаться вопросом о смысле своей работы или, может быть, даже, жизни.
  
   Ну - слово-фермент, свойственное школьной или студенческой аудитории. Этот фермент выполняет, по меньшей мере, две функции. Первая - это хоть и маленькая, но, все же, капсула времени. Вторая перекликается с одним из обычных смыслов этого междометия - призыв к продолжению действия. В данном случае, этот призыв подсознание обращает к сознанию. Можно сказать, что это слово составляет суть коротенькой аутогенной тренировки, нацеленной на повышение активности сознания в данный момент. В этом смысле "Ну" - честнее, чем "Э-э-э". Правда, оно менее эффектно внешне. Если в "э-э-э" речь "расплывается", что, в общем, не так нервирует слушателей, то на частых "ну" она просто "спотыкается". Это, как правило, вызывает негативную реакцию слушателей и руководителя процесса. Интересно также, что у взрослых - преподавателей и учителей, это слово встречается заметно реже. Более того, в речи учителя или преподавателя такое слово звучало бы очень неестественно. Конечно, играет роль и многолетняя практика, но, кажется, в слове "ну" есть еще одна сторона - обратная сторона всякого понукания - скрытое чувство вины перед самим собой и перед слушающими. Лошади кричат: "Ну!" и бьют ее кнутом. Здесь слово "Ну!" действует как удар кнута в обратную сторону, потому что в качестве лошади выступает сам говорящий. Говоря через каждые 2-3 слова "Ну", он сыплет себя ударами, сам того не замечая, причем на виду у всех. Отсюда уже можно сделать небольшой вывод: слова, даже самые короткие и бессмысленные, могут иметь далеко идущие последствия.
  
   Это - За этой капсулой времени часто скрываются две вещи - чувствительность и доброта. Это слово как фермент употребляется больше в общении между довольно близкими людьми. Когда человек что-то предлагает другому (помощь, совместное действие), он входит в пределы его личного пространства. Как человек чувствительный, произносящий понимает это, а как добрый - пытается компенсировать это тем, что немного растягивает процесс во времени. Странно, но люди с таким словом-ферментом, действительно очень добродушны и просты. Мы, пожалуй, не в состоянии проследить здесь всю систему связей одного с другим. Новый аспект у этого фермента появляется, если на слове "Это" сделать акцент как на имени. Человек, думая о чем-то или вспоминая, называет то, что пытается вспомнить именем всего неопределенного - "Это". Произнося это имя, он как бы уже изначально овладевает "Этим", несмотря на то, что "Это" остается еще где-то в глубинах сознания или памяти. Такой человек, по существу, - словесный маг. Он рождает с помощью волшебного слова "Это" конкретные образы, мысли и идеи, которые в мире сознания суть то же, что вещи в обычном мире. Если "Это" управляет океаном идей, то "Это самое" - гораздо приземленней и скромнее по своим возможностям (см. ниже).
  
  
   Это самое - слово-фермент, в большей степени свойственное людям образованным и интеллектуальным. Вместо океана идей, который скрывается за простым и емким "это", "это самое" скрывает за собой вполне конкретную идею, желание или чувство. Все дело здесь в этом "самом". Слово "самый" в повседневной речи принято употреблять для подчеркивания степени превосходства или выделенности какого-либо предмета или свойства. Более глубокий и изначальный и менее очевидный оттенок, который передает это слово - это обособленность предмета или свойства. Корень "сам" (лат - auto) неявно напоминает нам об этом. Поэтому, если слово-фермент "это" живет в его носителе от избытка и внутренней бесконечности, то "это самое" - скорее от недостатка и внутренней ограниченности. Человек, то и дело употребляющий в речи "это", скорее всего, действительно не знает, что скажет в следующее мгновение. Это слово дает ему время на то, чтобы бесформенный океан идей своей волей и самым общим намерением оформить в слова и смысл. Человек, в речи которого постоянно проскальзывает "это самое", уже знает, что будет говорить. Капсула времени служит ему для того, чтобы подобрать нужные слова. Как ни парадоксально, но времени для этого ему нужно больше. Иногда, когда не хватает "этого самого", возникают различные варианты искусственного удлинения капсулы времени. Например, за счет, растяжения звука "с" во втором слове: "Это с-с-с-амое". Встречается, правда, и обратная тенденция сокращения: "Этсам`е", - как правило, в дружеской беседе.
  
   Как тебе сказать? - вводное слово-фермент, которое, в значительной степени, свойственно женщинам или мужчинам с мягким характером. В отличие от обычного одиночного употребления, когда человек, действительно, не сразу может подобрать нужные слова для того, чтобы объяснить какую-то непростую ситуацию, фраза-фермент произносится вовсе не потому, что нужные слова не находятся. Как и в случае с "этим самым" человек, скорее всего, уже знает, что и как будет говорить. Дело здесь в другом. Эта фраза содержит обращение "тебе" и значит, в обычной ситуации, предполагает довольно близкое знакомство между разговаривающими. Эта фраза-фермент, по сути, нужна не тому, кто ее произносит, а тому кто задает вопрос и слушает. Во-первых, она внутренне подготавливает его к тому, что ответ может быть очень необычным или не тем, каким он его ожидает. Во-вторых, эта фраза - некоторое проявление деликатности или даже доверия к собеседнику. И она успевает расположить его еще до того, как прозвучит сам ответ. Иногда "Как тебе сказать?" может иметь смысл: "Я заранее прошу у тебя прощения", "Я не знаю, что ответить, но может быть...", или даже "Ты все равно не поймешь меня, но я все же скажу..." В любом случае, эта фраза-фермент создает где-то на подсознательном уровне доверительный и даже немного интимный фон для общения, что никакими другими (прямыми) вербальными средствами недостижимо. В этой фразе есть скрытое желание приноровиться к собеседнику - его состоянию, уровню общей культуры, социальному положению и т.д. Все это свойственно пассивной женской природе - принимать форму другого или оформляться извне.
  
   Понимаешь, в чем дело? - эта фраза-фермент, напротив, способствует выражению активного, мужского начала, которое само оформляет, привносит смысл туда, где, как кажется, его нет. Она в большей степени свойственна мужчинам или женщинам с твердым характером. Эта капсула времени нужна произносящему ее так же, как разбег необходим прыгуну в высоту для того, чтобы прыгнуть как можно дальше и выше. Сам по себе разбег не несет в себе никакого результата, но он необходим, иначе результата не будет. При этом, фраза "Понимаешь, в чем дело?" - это разбег обоюдный: говорящий готовится к "прыжку" в мир смысла, а у слушающего при этом заранее мобилизуются центры восприятия этого смысла. В отличие от довольно бесформенной фразы-фермента "Как тебе сказать?", фраза "Понимаешь, в чем дело?" имеет довольно насыщенную ритмику и структуру, что воздействует почти на уровне ее музыкального восприятия. "Понимаешь" - это главная доля такта. Она и пробуждает центры восприятия смысла слов, мобилизует их, приводит в состояние готовности. "В чем?" - самая слабая доля такта, но зато самая загадочная. Именно предвкушение загадки или даже чуда, содержащееся в этом маленьком незаметном вопросительном слове, завершает мобилизацию. "Дело" - доля такта, более сильная, чем вторая, но более слабая, чем первая. Это - точка или, точка с запятой, потому что дальше последует самое интересное. Попробуйте забрать у человека эту маленькую прелюдию - заставить его подчиняться нормам литературного языка и не употреблять ее часто - и его последующая речь может остаться непонятой собеседником. Иногда, правда, эта фраза несет в себе другой, гораздо менее интересный смысл: говорящий желает подчеркнуть свое превосходство и выражает сомнение в способности собеседника его понимать. В совокупности с некоторыми другими словами-ферментами этот латентный "центропупизм" выявляется довольно быстро и почти безошибочно.
  
   Это, как его - любопытная модификация фермента "это". Ее часто можно услышать от людей добрых и умных. Все, что было сказано по поводу фермента "это" - применимо и здесь, к первой части фразы. Вторая часть несколько меняет смысл первой. Во-первых, вторая часть переносит капсулу времени из разряда "для подумать" в разряд "для вспомнить" - эта фраза-фермент активирует центры быстрого вспоминания. Во-вторых, магизм этой фразы выражен гораздо сильнее, но видно это не сразу, так как фраза выглядит незаконченной. Законченный вариант звучит так: "Это, как его зовут?". Таким образом, фраза скрывает в себе попытку вспомнить нечто, путем называния его имени. При этом проявляется и гизологический (гизологизм - древнее учение о мире как о живом организме) мотив, и магическое усилие воли, и тайная сила имени, способная извлечь бытие из небытия. Можно без преувеличения сказать, что человек, через каждые несколько слов произнося свое непроизвольное "Это, как его", творит внутри себя чудо, сам не отдавая себе в этом отчета. Все это говорит о скрытой мистической одаренности человека и вообще о сокрытом от постороннего взора богатстве внутренней жизни души. Здесь же уместно будет вспомнить древнюю теорию познания Платона. Он говорил, что познание - это припоминание. Фразу "Это, как его" можно рассматривать как практическую квинтэссенцию этого положения: "Это" - идет от познания, "как его (зовут)" - от припоминания. Все вместе - рождает из небытия готовые смысловые формы.
  
  
  
   2. Смысловые вешки
  
   Значит, Так, То есть, Что получается?
  
   Человек, исследующий незнакомую территорию, ставит на своем пути опознавательные знаки, чтобы не заблудиться и не кружить на одном и том же месте. Такие же метки или вешки нужны и на неизвестной территории в мире мыслей и идей. Слова-ферменты этой категории и являются такими вестовыми столбиками на пути сознания, движущегося от одной мысли к другой.
  
   Значит - "болезнь" школьников и студентов при ответе у доски. Эту вешку у них можно сравнить с костылем, который помогает ходить по зыбкой для них почве. Частые зарубки на своей речи в виде слова "значит", скорее всего, свидетельствуют о том, что смысл то и дело "убегает" от их внутреннего взора, а значит, как следствие и из речи. Попытка найти его с помощью слова "значит" похожа на магическое заклинание. Вникнем в первоначальный смысл слова "значит". Корень его - "знач", т.е. происходит от существительных "знак" или "значение". Хотя и не то же самое, что смысл, но где-то близко. Значение - это, как бы, знак, символ, отражение смысла. Сам смысл - понятие надвербальное и научно-рационально неуловимое. Но значение (слов) можно передать с помощью других слов или символов. Значение - посредник между словом и смыслом. Поэтому, чтобы обрести потерянный смысл слов, можно попытаться решить сначала более скромную задачу - обрести значения слов, а через них и смысл. Слово-фермент "значит", в этом смысле, похоже на слово-фермент "ну": оно "подстегивает" поиск значения, так же как "ну" подстегивает вообще любые действия. Иногда "значит" пробивает - и тогда речь восстанавливается вместе с ее смыслом. Иногда несколько "значит" подряд звучит тщетно - смысл ушел далеко и, на данный момент, безвозвратно. Кроме, всего прочего, если дело происходит у доски или во время выступления, "значит" - это еще небольшая капсула времени. В спокойной обстановке - обсуждении, беседе, споре остается только роль смысловой вешки. С помощью нее собеседники как будто пытаются пригвоздить ускользающий смысл к одному месту в поле своего сознания.
  
  
   Так - "слово-гвоздь", забиваемый после некоторой паузы для того, чтобы рассеять поток сомнений и бесплодных размышлений о чем-либо. Слово звучит слово выстрел: у того, кто говорит, оно мобилизует волю к решительным действиям. Для того, кто слушает, оно означает волевой конец всяких колебаний собеседника и его переход к действиям, может быть даже враждебным. Очень часто подсознательно используется людьми слабыми в ситуациях, когда они по долгу службы или обстоятельств вынуждены брать ситуацию в свои руки (пожилые кондукторы в общественном транспорте). Люди решительные с сильной волей используют его нечасто, пожалуй, лишь тогда, когда их сильный характер имеет неуравновешенную долю наглости или гордости. В этом случае это слово в их устах имеет смысл: "Будет так!" и действует на собеседника как внезапный удар мечом. Редко это слово-фермент может иметь параллельный смысл капсулы-времени, например, у студентов на экзамене: своим "Та-а-ак!" они не только забивают смысловую вешку в потоке своих мыслей, но и пытаются оттянуть начало своего ответа и усиленно думают. Встречается еще благородное короткое и быстрое "Так!", которое слушающий собеседник вставляет вместо ответа после каждой фразы говорящего. Оно означает, что порции информации воспринимаются с пониманием, как правило, с расположением и стимулируют собеседника к продолжению своей речи. Вешка "Так!" в целом чаще используется женщинами, чем мужчинами (за исключением последнего смысла).
  
   То есть (то бишь, тоись) - вешка "возврата", проявление внутренней борьбы с собственной неуверенностью в том, что говорящий сам говорит. Человек, употребляющий через каждое предложение свое "то есть" подобен несмелому путешественнику, который пустившись в путь, то и дело оглядывается назад: А может вернуться? А туда ли я иду? А все ли я взял с собой из того, что нужно? Также он напоминает художника, который, рисуя чей-то портрет и по мере своего рисования неотрывно всматриваясь в него, постоянно меняет свой замысел о фоне, настроении, форме линий лица и т.д. и делает свои изменения прямо на ходу. Человек, своим частым "то есть", как будто, каждый раз отказывается от своих предыдущих слов и снимает с себя всякую ответственность за них. Но по мере говорения чувствует, что, пожалуй, опять сказал слишком много и ответственность снова начинает давить на него тяжким грузом. Тогда следует очередное "то есть". Очень часто это слово можно услышать на экзамене от студента, который, во что бы то ни стало, пытается ответить не так, как он сам думает, (он может быть вообще по данному вопросу ничего не думает), а так, чтобы преподаватель остался довольным. В этом случае его "то есть" еще напоминают своеобразное "прощупывание" преподавателя:
   они, фактически, разделяют разные варианты ответа, во время которых студент пристально следит за мимикой лица преподавателя и его репликами. Иногда это "то есть" может разделять прямопротивоположные ответы: понимай его как "ну, конечно, именно это я и имел ввиду". Иногда "тоись" выступает как словесное прикрытие откровенного вранья, то есть как инструмент самоуспокоения собственной неспокойной совести. Не случайно, что фермент звучит именно как "то есть", а не как, например, "это есть", хотя речь идет о том, что прозвучало сейчас, только что. Превращая "это" в "то", человек отдаляет от себя только что сказанное и начинает говорить уже про настоящее "это", которое через пару предложений снова оборачивается "тем".
  
   Что получается? Если "значит" сравнить с временной остановкой, то "Что получается?" - это стоянка. Стоянка нужна не только и не столько для того, чтобы о чем-то подумать говорящему - это флажок для маленького итога монолога. Сам монолог можно сравнить с потоком последовательных умножений столбиком, которые отделяются друг от друга чертой, подводящей результат - "Что получается?" Интересно, что этот фермент обычно используют люди бесхитростные: ведь они не заготовили и не продумали вперед свои мысли, а рассуждают вслух вместе с собеседником, давая ему возможность буквально следить за собственными мыслями. Иногда "итожилка" не включается сразу, тогда после "Что получается?" следует вынужденная пауза. Возможно, что в этом месте монолог перейдет в диалог. Еще немаловажно использование в этом ферменте 3-его лица
   среднего рода: не "Что получаю?" (центропупизм) или "Что получаем?" (заговор), а "оно", т.е. получается "оно само", без нажима и эмоций, а по логике вещей. Это придает незаметный и, в общем, симпатичный оттенок убедительности словам говорящего.
  
   4. Флажки условности
  
   Так сказать, Как бы, Казалось бы, Вроде бы, Типа (того)
  
   Актуальные слова-ферменты этой категории отражают определенный и довольно распространенный тип современного мировоззрения. Его можно называть по-разному: релятивизм, соцмодерн, масс-культура и т.д. Суть одна: современный человек потерял абсолютные жизненные ориентиры и это не может не проявляться в его мыслях и в его речи.
  
   Так сказать - вынужденная "заразная болезнь" интеллигенции советского периода. Корни этого фермента, по всей видимости, те же, что и корни эзопова языка: в советское время о многих вещах было не принято говорить прямо вслух. Этот фермент незаметно настраивает слушателя на ту или иную разновидность аллегории, намека, иносказания и т.п. В этом случае, следующая за "так сказать" часть фразы волшебным образом приобретает некоторую долю условности. Постепенно "так сказать" стало практически неизменным атрибутом "академической" (так сказать, советско-схоластической) речи, звучащей с высоких кафедр или экранов телевизоров. Условность здесь отходит уже на второй план, а на первый выступает некоторый элемент смакования собственных слов: обилие "так сказать" становится похожим на сияние граней бриллианта, который, на самом деле, может оказаться и подделкой - простым стеклом. И все же, элемент условности здесь еще остается - ведь речи с кафедры или с экрана телевизора оставляют на плечах говорящего определенную ответственность за свои слова, поэтому постоянная легкая примесь условности в этой ситуации вполне объяснима. Иногда, за это "так сказать", говорящему удается спрятать странные, грубые, крайне маргинальные или даже запрещенные вещи - все сойдет, если подается под знаком условности. Без "так сказать" такие вещи прозвучат слишком грубо, слишком вызывающе или слишком глупо. Так обстоят дела с этим ферментом у старшего поколения. У молодых людей чаще используется сокращенная форма "тык скыть". Это, отчасти, - пародирование старших, отчасти атрибут речи, содержащей не слишком прикрытую вполне дружелюбную иронию речи, обращенной к собеседнику (например, девушки к парню: "А где, тык скыть, цветы и серенады при луне?").
  
   Как бы - повальная "заразная болезнь" и молодых и средних и пожилых, распространившаяся, по моему мнению, от москвичей. Очень символичный для нашего времени фермент, один из немногих, которые специально обсуждались в прессе ввиду их тотального распространения. Дело в том, что, так называемый, "период становления рыночной экономики" в России, сопровождался кардинальным испытанием на прочность ориентиров и ценностей времен советского периода. Суровая действительность переходного периода обнаружила катастрофическую несостоятельность многих из них, или, если говорить в целом, практически всех. Взамен, кроме менеджмента, мерчендайзинга, аудита, бизнес-планов и прочей западной "требухи", этот период нам ничего не принес. Ничего, в смысле не для дела и заработка, а для души. В таком положении у русского человека возникает вечная альтернатива двух крайностей: абсолютизм и релятивизм. Первое на практике трансформируется в различные виды религиозности, второе - в мировоззрение типа "как бы". Крайние полюса этих альтернатив встречаются, конечно, редко. Чаще получается некоторая смесь того и другого, которая, впрочем, не застывает в законченной форме, а эволюционирует с течением времени. Сейчас разговор пойдет про ту нашу половину, которую выражает фермент "как бы". Этот фермент удивительно прилипчив и употребляется чуть ли не через слово. Во-первых, он выражает субъективную зыбкость и призрачность нашего бытия. Все вокруг и даже внутри нас "как бы" и нет ничего настоящего и постоянного. "Как бы" употребляется перед существительными, глаголами, прилагательными и даже местоимениями ("Кто выполнял эту работу?", "Ну, как бы, я") и выражает глубину нашей неутвержденности ни в чем: мы "как бы" живем и одновременно "как бы" не живем (что, впрочем, "как бы" одно и то же). Второй смысл "как бы" имеет более приземленный психологический оттенок: человек боится или просто не желает высказывать свои подлинные мысли по поводу разговора и "честно" дает понять, что его слова не следует принимать всерьез. Кроме того, собеседнику предлагается определенный шаблон дальнейшего общения: ничего серьезного, никаких серьезных мыслей, давай просто поиграем в разговор как дети в песочнице. Если собеседник принимает шаблон, он тоже включает свое "как бы", если продолжает "давить на мозги" своими серьезными мыслями, то первый собеседник уходит в глухую защиту своего "как бы": все сводится в шутку и люди начинают, буквально, говорить на разных языках. Третий смысл, неразрывно связанный с первыми двумя, - уход от ответственности за свои слова. После "как бы" можно спокойно говорить все что угодно, - все равно ведь все понарошку. Четвертый смысл связан с определенной методикой подстроиться под собеседника: "как бы" сопровождает пробную фразу, которая нужна для того, чтобы понять как к ней отнесется собеседник. Если нормально, то дальнейший разговор может продолжаться без "как бы" до тех пор, пока снова не возникнет необходимость в разведке. Если не очень нормально, то разведка с помощью "как бы" продолжается. Интересно, что молодежь употребляет "как бы", в основном, в первых двух смыслах, а более старшее поколение, в основном, - во вторых двух. Скепсис к миру у молодежи постсоветского периода, выражающийся ферментом "как бы", возник, вероятнее всего, после несварения "морально устаревших" ценностей взрослых: родителей, учителей, наставников.
  
   Казалось бы - фермент, встречающийся у молодых сангвиников. Употребляется а) для усиления эффекта от рассказа; б) для привлечения внимания слушателей к наиболее интересным местам; в) вместо паузы для ожидания завершения. Постоянное употребление фермента создает впечатление речи "на подъеме", поэтому этот фермент почти всегда пользуется успехом (разумеется, если его употребление естественно для человека). Высшее образование - почти неизменный спутник этого фермента. Иногда можно даже наблюдать явление "резонанса": рассказчик делает паузу в том месте, где слушатели уже привыкли слышать "казалось бы" и они громогласно произносят этот фермент сами.
  
   Вроде бы - незаметный фермент, который сглаживает речь, делает ее более податливой и эластичной для ушей слушателя. Если его убрать, информация останется та же, но более категоричные и однозначные предложения могут немного изменить фон, необходимый для ее правильного восприятия. Фермент указывает на готовность говорящего продолжать разговор на том языке и в тех интонациях, которые наиболее приемлемы для слушателя. Второй смысл фермента - оставить за своими словами некоторую многозначность смысла, нежелание что-либо однозначно утверждать вообще. Это не уход от ответственности за свои слова, как в случае фермента "то есть" или, тем более, "как бы", а понимание того, что обсуждаемая тема не допускает однозначного толкования и к ней следует относится уважительно, на "Вы". Буквальный перевод выражения - "в роде быв", то есть пребывая в одном, не слишком узком ряду чего-то в общих чертах известного. Фермент замечателен своей мощной функциональностью и малозаметностью.
  
   Типа (того) - еще один современный фермент из того же разряда, что и "как бы", но степень релятивизма здесь меньше за счет того, что отсутствует глагол "быть". Типичное употребление этого фермента: берем любое слово - существительное, глагол, прилагательное, прибавляем к нему спереди "типа", получаем уже нечто новое, иногда звучащее очень забавно: "Типа, поели", "Типа, машина", "Типа, красивая (о девушке)". Если цель "как бы" - сделать все ненастоящим, то цель "типа" - надо всем посмеяться. Иногда побуждающий мотив к этому - элементарная зависть или желание скрыть свое раздражение. Доноры этого фермента - люди молодые, умные и образованные и их "типа" - это тоже своеобразное (ироничное) отношение к миру. В нем просматривается желание показать, что на все жизненные ситуации у человека есть свой взгляд, который укладывается в некую, нарочито примитивную, таблицу типов. Иногда это желание выглядеть проще, чем есть на самом деле, - обратная сторона сложности или даже внутренней конфликтности характера человека. В этом случае, в отношениях с другими он принимает на себя роль простоватой ходячей таблицы "типов". Некоторые люди разговаривают вслух сами с собой. В таких монологах фермент "типа" не употребляется, поскольку он обязательно предполагает слушателя. С возрастом этот фермент исчезает из речи. Место рождения фермента - Москва.
  
  
   5. Флажки обобщения
  
   В общем-то, Короче, По большому счету, В принципе
  
   В любом реальном разговоре то и дело происходит суммирование и подытоживание сказанного. Соответствующие ферменты обобщения имеют, помимо своего прямого назначения, еще и ряд "побочных" функций, которые позволяют употреблять эти ферменты в "правильном" для разговора контексте.
  
  
   В общем - фермент, явно подытоживает определенную часть разговора. Один из собеседников (или, даже, оба) чувствуют, что сказано уже достаточно много разрозненной информации и она "расползается в стороны" как большая куча неаккуратно сложенного белья, которое пытаются нести. Фермент "в общем" похож на аккуратную обвязку, которая пакует информацию некоторой общей идеей, схожей с веревкой, превращающей бесформенную кучу белья в более аккуратный тюк. Люди, которые употребляют этот фермент, как правило, обладают значительным интеллектуальным потенциалом обобщения, который не получает у них надлежащего развития в профессиональной или бытовой области. По этой причине, обобщения, которые следуют за этим ферментом, часто бывают, довольно-таки, тривиальны как по форме, так и по содержанию. Такой укороченный вариант фермента свойственен как мужчинам, так и женщинам широкого диапазона возрастов и профессий. Женщины, употребляющие такой фермент, скорее всего, обладают сильным характером и волей. Расширенный вариант фермента - "в общем-то" - более гибок и полифункционален. Во-первых, частица "то" немного выносит акцент разговора куда-то в сторону. (Принято говорить не "в общем это", а в общем-то. Возможно, что когда-то дефис отсутствовал.) При этом само обобщение получается каким-то пластичным и аморфным, что существенно снижает возможную серьезность тона разговора. Собственно говоря, фермент в форме "в общем-то" уже не столько обобщает, сколько задает немного неопределенный тон разговора одного из собеседников и расширяет свободу интерпретации для другого. В такой форме фермент по своим функциям близок к ферменту "как бы", но его действие мягче и незаметнее, чем у последнего. Форма "в общем-то" используется, в основном, интеллигенцией и политиками. В последнем случае это, кроме всего прочего, и капсула времени и часть имиджа (намеренная или ненамеренная демонстрация своей способности к обобщениям в области экономики или политики).
  
   Короче - фермент, имеющий образ крутого виража на скоростной трассе. Собеседник выражает им свою степень нетерпения, которая, конечно же, зависит еще от интонации и громкости. В зависимости от последних, скрытый смысл фермента в переводе на обычный человеческий может переводиться от "Пора закругляться. Мы слишком долго говорим об одном и том же" до "Ты мне сильно надоел своей упертостью или тупостью!" В самом слове "короче" как-то музыкально запрятана идея отсечения, отрезания, обрывания. Поскольку фермент употребляется часто и неосознанно, то люди, употребляющие его - очень активно воздействуют на окружающую их обстановку. Они постоянно пытаются пресечь ее нежелательное по их мнение развитие и переориентировать все и вся в нужную им сторону. Если добавить сюда еще и недостаток терпения, то люди с ферментом "короче" оказываются "лидерами-полуфабрикатами". Они чувствуют это и, возможно, страдают от этого. Может быть, им стоит попробовать сознательно обратить внимание на свой "фермент" и попытаться сначала освободиться от его власти? По принципу "обратной связи" могут включиться внутренние "механизмы терпения". До сих пор речь шла о мужчинах. В устах женщины это фермент звучит либо очень отчаянно, либо вульгарно. И то и другое - верные признаки душевного неблагополучия.
  
   По большому счету - "размах на рубль, удар на копейку". Другими словами, фермент действует по принципу "клин клином", когда маленькая боль "лечится" большой болью, а маленькую речушку легче перейти вброд, если готовиться к переходу через большую реку с глубоким бродом. Если фермент "в общем" обобщает в целом нейтральную информацию, то фермент "по большому счету" предваряет неожиданную, негативную или даже агрессивную информацию. Но даже в последнем варианте, если эта агрессия подается под соусом "большого счета", то она воспринимается собеседником не так болезненно: ведь "по большому счету" значит - глобально, окончательно, а значит серьезно и эту серьезность, возможно, придется потерпеть. Собеседник, произнесший по "большому счету" перед тем как выставить этот большой счет, похож на "доброго" соперника, который, перед тем как нанести удар, предварительно дезинфицирует место удара и прикладывает к нему маленькую подушечку для его смягчения. Ему не нужно убивать собеседника, а нужно выставить свой "большой счет" и посмотреть на реакцию собеседника в его полном сознании. "Большой счет" - удел людей, склонных к выяснению отношений, обсуждению и осуждению своих ближних и дальних и даже к легким формам мести.
  
   В принципе - еще одна распространенная "болезнь" интеллигенции и политиков. Это - все та же склонность к обобщениям, что и "в общем", но более структурированная и рафинированная. В разговоре фермент "в принципе" выдает несколько наивное стремление собеседника все структурировать и объяснить из каких-то "первых принципов". Фермент присущ, в основном, теоретикам в разных областях, причем таким, которые находятся еще где-то на середине пути к вершинам теоретического постижения сути вещей и событий. Как правило, на поверку оказывается, что эти люди сами не очень-то уверены в том, что говорят и в своих принципах. Удивительно, но часто за этим безобидным "в принципе" скрывается глубокий инфантилизм. Поэтому можно почти без преувеличения сказать, что этот фермент, помимо очевидной функции обобщения и концептуализации разговора, является разновидностью защиты и самозащиты от собственной неуверенности в своих принципах. В таком аспекте фермент приобретает характер магического заклинания, которое должно привнести желаемую "цементную основу" в убеждения говорящего.
  
  
   6. Флажки конкретизации
  
   Собственно (говоря), Скажем, К примеру, Предположим
  
   Ферменты этой категории - формальные антагонисты предыдущих. Если те уменьшали масштаб, чтобы лучше увидеть картину в целом, то эти - наоборот, укрупняют его, акцентируя внимание на деталях. Как и в предыдущем случае и у ферментов конкретизации неизбежны более глубинные смысловые слои, в которые мы попробуем погрузиться.
  
   Собственно (говоря) - фермент, неявно означающий, что информация (мнение, вывод, заключение) выражает сугубо личную позицию говорящего. Парадоксально, но это может оказаться как неявной демонстрацией личной ответственности, так и наоборот, уход от обсуждения общих проблем в свою индивидуальность, которая не имеет или не хочет ничего общего с окружающим. Есть еще варианты своеобразной формы извинения перед другими людьми: извинение приносится за действие, в котором не предполагалось никаких глобальных враждебных намерений, была лишь личная (собственная) ошибка или ненамеренное действие говорящего и больше ничего. Тем не менее, во всех случаях, сталкиваясь с эти ферментом, мы имеем дело с более или менее уравновешенным эгоцентризмом говорящего. Более явно он выражается в расширенной формуле "собственно говоря": второе слово как бы утверждает первое. В этом случае фермент становится функционально похожим на "по большому счету": он подготавливает слушателя к восприятию личного мнения говорящего, которое будет неожиданным, необычным и, скорее всего, несколько эксцентричным. Только вместо подушечки с дезинфекцией здесь мы имеем дело с простым предупреждением: "Если хочешь знать мое мнение..." Далее следует необязательно укол, но, в любом случае, очень индивидуальное словесное действие собеседника.
  
   Скажем - интересный фермент конкретизации, который одновременно является мостиком для сокращения дистанции между говорящими. Форма глагола "скажем" предполагает местоимение "мы", то есть, несмотря на то, что говорит в данный момент кто-то один, подразумевается, что мы говорим вместе. Данный фермент выражает тенденцию к примерам, противоположную тенденции к обобщениям. Говорящий в своем монологе словно бы забирается на высокую скалу, забивая через определенное количество метров "крюки", в виде обращения всевозможным частным случаям и примерам. При этом примеры, следующие за "скажем" почти всегда очень частные, даже в своем роде единственные и ближайшие к обсуждаемой ситуации. Иногда "скажем" необходимо говорящему как перепускной клапан: имелся ввиду конкретный случай или человек (может быть даже собеседник), но необходимо подчеркнуть случайность выбора именно этого примера. Получается, что на месте выбранного примера мог бы оказаться и любой другой, следовательно собеседник не должен зацикливаться на этом, но должен принять к сведению. В совокупности с функцией мостика, фермент "скажем" обеспечивает явный или скрытый процесс манипулирования мыслями и чувствами собеседника в разговоре. Если задуматься - даже несколько навязчивого манипулирования, поскольку человек самостоятельно решает говорить от лица нескольких собеседников, которые, возможно, не разделяют его точку зрения. Есть более честный вариант: "Скажу так!" (М.Горбачев). Здесь почти нет манипулирования, - оно не нужно, поскольку есть осознание своей единоличной силы и ответственности.
  
   К примеру - фермент, свойственный людям простым с конкретным и образным мышлением. В отличие от "скажем", этот вид конкретизации гораздо более деликатный и действительно предшествует примерным ситуациям, моделирующим мысли или выводы говорящего. Ему постоянно не хватает широты и общности выражения своих мыслей, но донести их до слушателя все же хочется. Поэтому существует постоянная необходимость обращения ко всевозможным примерам, не всегда точным, но в целом, на невербальном уровне, позволяющим слушателю уловить мысль. Возможно, что такой способ выражения мыслей часто даже более эффективен, чем точный и сухой язык аналитика с его принципами и концепциями. Люди, которые употребляют этот фермент, терпеливы и благожелательны к собеседнику. Иногда они обладают даром простой мудрости, которая позволяет им легко и без затей разрешать сложные житейские проблемы. Поэтому к ним могут часто обращаться за советом.
  
   Предположим - интересный фермент, содержащий элемент предложения интеллектуальной игры. Его адепты любят пообсуждать разные темы - новые или избитые старые - с необычных ракурсов. "Предположим" - это приглашение к увлекательному путешествию в мир возможного, в котором действительный мир оттеняется рельефнее и в непривычном для обыденного глаза свете. Следует помнить, что в данном случае "предположим" - это фермент, а не вводное слово, с которого опытный лектор может начинать доказательство математической теоремы методом от противного. Поэтому "предположим"-фермент встречается в, основном, не в начале а середине предложения, спонтанно. Собственно, говорящий может и не предполагать ничего определенного. Нужно воспринимать его речь в целом, чтобы разглядеть его расположенность к интеллектуальной романтике. Этот фермент в такой форме свойственен интеллигентам не по рождению, а по призванию. Интеллигентам по рождению свойственна несколько видоизмененная форма для словесного оформления контрпримера: "Ну, положим, что не все люди братья!" Здесь в "положим" - элемент мефистофелевской иронии.
  
  
   7. Флажки неуверенности
  
   По всей видимости, и так далее, как дела, чисто
  
   Неуверенность - либо процесс, либо состояние. В первом случае, она проходит по мере профессионального, житейского или личностного роста. Во-втором, - патологически задерживается в человеке и парализует его ум и волю. Многие годами "живут в ладах" со своей неуверенностью и даже не замечают ее. Но у нее есть свои собственные слова- ферменты, по которым ее можно распознавать.
  
   По всей видимости - фермент неуверенности, которую можно классифицировать как интеллигентскую. Четкой границы между неуверенностью, деликатностью и рациональным сомнением здесь, конечно, быть не может. И все же, именно интеллигентам свойственен сплав сомнения с неуверенностью - одно порождает другое, а второе подкрепляет первое. Этот фермент пробуждается к жизни особенно в тех случаях, когда к человеку обращаются с очень четким вопросом, который подразумевает такой же четкий ответ: да или нет. Но сознание рационально-скептическое избегает четкости, а нетвердая воля недостаточна, чтобы преодолеть барьер сомнений и принять единственное решение. Ничего не остается, как оставить себе лазейку, но такую, чтобы она не была заметна другим. Если ответить: "Кажется, да" или "Кажется, нет", то неуверенность будет слишком очевидна и люди поймут, что человек ничего не знает точно. Вариант "По всей видимости" - довольно хитросплетенный и неуверенность вскрывается не сразу. В буквальном смысле, эту коротенькую фразу можно перевести так: "Я вроде бы проанализировал и изучил все и не нашел ничего, что могло бы привести меня к другому ответу, хотя чисто логически я не исключаю, что ответ может быть и противоположным".
   Здесь очевиден сплав интеллигентской пунктуальности и честности с довольно высокой интеллигентской самооценкой, которая не позволяет просто сказать "Кажется", или еще более просто - "Не знаю". Второй намек на неуверенность таит в себе слово "видимость". Оно, почти всегда, звучит как антагонист действительности и, попадая в ухо слушающего, настораживает его подсознание: "Что-то здесь не так!"
  
   И так далее - фермент, который заменяет у некоторых людей (преимущественно военных и ученых) конец фразы, возможно даже целое предложение. Скорее всего, он возникает при попытке переключения от формального регламентированного строя речи (армия, лекции, научные статьи) к живому разговору. Не хватает примеров и слов, мимики и жестов, и тогда на помощь приходит универсальное окончание "и так далее". Например,
   офицер пытается рассказать курсантам что-нибудь интересное о своем училище, но за годы службы словарный запас поиссяк: "Наше училище в 2... -ом году заняло первое место по боксу и так далее..." Или на технической подготовке "Рулевое управление предназначено для поворотов направо, налево и так далее..." или на вечернем построении: "Завтра все виновные будут отжиматься, чистить картошку и так далее...". Этот фермент особенно оживает, когда кто-то из гражданских лиц, не находящихся в подчинении, начинает задавать всякие каверзные вопросы, на которые офицер, говоря по-честному, не может ответить. Но военная выправка не подводит: начало фразы буден каким-нибудь казенным, а конец - "и так далее" - понимайте как хотите. Вариант с "по всей видимости" здесь категорически исключен. Можно назвать эту разновидность неуверенности неуверенностью военной.
  
   Как дела? - несколько необычный фермент неуверенности. Продолжая классифицировать, можно назвать неуверенность, сопровождаемую этим ферментом, деловой. Читатель, может быть, удивится и подумает: какое отношение может иметь обычный американизм к ферментам. Пусть он не торопится. К сожалению, имеет. Ничего не могу сказать про американское: "How are You?" - я там не жил. Возможно, что там это почти как наше "Привет!" и ничего более. Кажется, у Задорнова есть немного про разную реакцию русских и американцев на "Как дела?" У нас "Как дела?" приобретает комические и даже уродливые черты и становится ферментом. Я просто приведу случай, в котором для меня самого это открылось с полной очевидностью. Когда-то я работал преподавателем одного провинциального педвуза и к нам на кафедру, то и дело, наведывались торговые агенты из всяких фирм и фирмочек с предложениями посмотреть и купить что-нибудь. Как правило, именно в день их появления случались всякие дни презентаций и распродаж в их фирмах и получалось так, что не купить такой дешевый и качественный товар мог только полный идиот. Как-то раз в дверь заглядывает очень молодой человек с озабоченным лицом и полной сумкой в руках. Увидев меня, его лицо расплывается в метровой улыбке, выражающей высшую степень старания следовать всем канонам, которым его обучали в его фирме. Обучали не зря, потому что он тут же подошел ко мне, протянул руку, поздоровался и спросил: как дела? Я лаконично ответил, что дела у меня в порядке, я вполне счастлив, у меня все есть и я ни в чем не нуждаюсь. Он, словно не расслышав ничего о моих делах, начал свое: "А вот у меня есть вот-тут вот кое-что..." - и полез в свою сумку. Он достал оттуда какую-то коробочку (кажется с виброрасческой или вибромассажером) и настойчиво стал упрашивать меня взять ее подержать. Мне почему то стало немного жаль его и я подержал, чтобы не сбивать процесс с колеи, про которую ему рассказывали на его учебных семинарах. Он, наверное, был совсем начинающим агентом и ожидал от этих манипуляций чуда, но его не произошло. Я вернул коробочку и еще раз объяснил этому человеку, что ни в чем не нуждаюсь. Когда он попытался достать еще что-то из своей бездонной сумки, я уже довольно категорично сказал ему, что ничего не нужно, а этажом ниже есть кафедра, где много женщин. Он на секунду задумался (дела пошли не по сценарию), но тут же просиял, протянул мне руку и сказал буквально следующее: "Ну, ладно, до свидания. Как дела?" Я сотни раз слышал, как разговор начинался с этой фразы, но никогда не слышал, чтобы он так заканчивался. Думаю, вряд ли его так учили, просто у парня включился защитный комплекс, который управляется первым правилом торгового агента: выходить из любого контакта на высшей ноте дружелюбия и расположения, даже в случае отказа от покупки. Парня запрограммировали на это и он настолько глубоко (но, плохо, т.е., в смысле, неискренне) вошел в роль, что сыпал своими "Как делами?" направо и налево. Возможно этот фермент исчезнет у него со временем, ведь слова-ферменты следуют по жизненному пути вслед за человеком: они могут оживать или умирать в зависимости от жизненных ситуаций и обстоятельств.
  
   Чисто - фермент неуверенности, которую можно назвать неуверенностью новорусского толка (не путать с "чисто конкретно" - это новорусский жаргон). Обычный вид употребляющего этот фермент: короткая стрижка ежиком, крупные черты лица, тяжелые брови и широкие плечи. К этому следует добавить весьма ограниченный кругозор и язык.
   Эта простота бывает нарочитой - в противовес сопливым интеллигентам и хлюпикам, пространные разговоры которых всегда можно оборвать тяжелым ударом массивного кулака о стол или об что-нибудь еще. Впрочем, эти люди почти всегда бывают по натуре добродушными, но скрывают это или стесняются этого. Например, в ситуации знакомства с незнакомой девушкой, теребя кепку перед лавочкой, на которой она сидит: "Я, чисто, так... тут мимо проходил. Я, чисто, познакомиться... ". Милые дамы, имейте в виду: в этом "чисто" - простота и сила, смешанные, однако, с изрядной дозой самолюбия и упрямства!
  
   8. Флажки уверенности
  
   Я Вам скажу как доктор, Однозначно, Отвечаю
  
   Уверенность - это плод самопознания и работы личности над собой. Но, как всегда, случаются крайности. Самоуверенность - слепая уверенность, которая чем-то напоминает фанатизм (собственного я). Снаружи граница между ними бывает видна не сразу, но слова-ферменты и здесь приходят на помощь к нам...
  
  
   Я Вам скажу как доктор - на редкость длинный фермент-словосочетание. Эту фразу, как фермент, следует воспринимать как одно длинное слово: "Явамскажукакдоктор". Некоторые люди используют его в несколько ироничном тоне, имея при этом вполне серьезные намерения: придать максимальный вес своим словам или своему мнению. Ирония помогает несколько затушевать оттенок самоуверенности, который в данном случае является источником ощущения права на советы. Здесь подразумевается общепринятые уважение, благоговение или даже страх перед человеком, который обладает способностью лечить других людей. Люди, для которых это сочетание стало уже не просто поговоркой, а ферментом, глубоко вошли в свою роль. И все же, настоящим докторам принято доверять и так, а здесь доверие нужно постоянно поддерживать путем сравнения.
  
   Однозначно - фермент людей категоричных и активных (В.В.Жириновский). На самом деле, по здравом рассуждении, ничего однозначного нет: в нормальном состоянии это понимают и те, кто пользуется этим ферментом. Просто в разговоре с собеседником им иногда нужно сделать акцент на каких-то определенных мнениях, альтернативах или мыслях. Чтобы лишить собеседника возможности сомнений по какому-либо поводу, у него отсекаются все "боковые ходы" мысли и оставляется, по сути, только магистральное направление, которое имеет ввиду говорящий. По существу, мы снова имеем дело с манипуляцией: говорящий своей настойчивой и напористой "однозначностью" пытается передать свою уверенность в чем-то собеседнику. При этом, опять-таки, не факт, что сам он пойдет на плаху за свои идеи и убеждения: они могут оказаться вопросом времени и ситуации. Официальный синоним "конечно" является намного более слабым вариантом, поскольку фиксирует только конечный результат (мысль, идею, мнение), а не путь к нему. В случае "однозначности" у вас вместе с результатом контролируют и каждый шаг к нему.
  
   Отвечаю - фермент, имеющий свои корни в блатной "фене". Он используется, примерно, в той же роли, как и сочетание "честное слово". Но "честное слово" в блатной среде неубедительно, а в не блатной - уже слишком затерлось и осталось в добрых детских книжках советского прошлого. Убедительности добавляет интонация и громкость: когда разговор переходит на повышенные тона, этот фермент выкрикивают с сильным ударением на предпоследнем слоге: фонемически слово "отвечаю" устроено так, что его удобно выкрикивать (попробуйте так же убедительно выкрикнуть "честное слово"). Вообще говоря, этот фермент довольно действенный и тот, кто его использует, часто действительно говорит правду. Просто в этом нужно убедить еще и собеседника. В отличие от интеллигентного "однозначно", "отвечаю" не строит мостик доверия, а физические прорубает его на уровне колебаний воздуха и децибел. Можно даже рассматривать "отвечаю", как разновидность клятвы. И все же, люди правдивые и цельные никогда не клянутся. Не зря ведь сказано: "Не клянитесь ни небом, ни землей". Проще не терять доверия людей, чем, потеряв хотя бы раз, пытаться вернуть его своим "отвечаю".
  
   9. Флажки поворота (разворота) разговора
  
   Опять же, Я тебе, просто, что говорю? Нет, а все-таки, Нет ну,
  
   Иногда в разговоре один из собеседников пытается удержать центральную тему или мысль, а другой (намеренно или случайно) уходит. Здесь на помощь приходят ферменты поворота или даже разворота.
  
   Опять же - употребляется собеседником, у которого на протяжении всего разговора в голове засела одна мысль или проблема и весь разговор ведется и воспринимается через ее призму. Можно сказать даже, что на этой проблеме в данный момент свет сошелся клином: куда бы не повернул разговор, проблема с загадочной настойчивостью всплывает на его поверхность - то одним боком, то другим. Иногда с помощью этого фермента проблему искусственно "всплывают", когда разговор уходит в сторону довольно далеко, а нужно, во что бы то ни стало, вернуть его назад. В этом случае, то, что следовало до "опять же" может не иметь никакой логической связи с тем, что последует после него. В любом случае, "опять же" является той связкой, которая удерживает внутри разговора его смысловой стержень. Без него у одного из собеседников может остаться чувство неудовлетворенности, так как разговор велся обо всем или ни о чем. Люди, пользующиеся этим ферментом, кем бы они не были в жизни, всегда размышляют о смысле и, потому, всегда философы. Их бывает трудно в чем-либо убедить и тем более переубедить, во всяком случае, сразу. По прошествии времени, поразмышляв, они могут и согласиться с другим или даже противоположным мнением, поместив его, тем не менее, в свои собственные смысловые рамки.
  
   Я тебе просто чего говорю - в разговорном варианте звучит так: "Я те просто че говорю". Этот фермент обычно активизируется во время споров. После изрядной части диалога один из собеседников пытается в очередной раз взять слово (Я), обратиться к собеседнику (тебе), упростить и слегка подытожить (просто) свои мысли (чего) и облечь их в слова (говорю). В зависимости от момента разговора и его контекста, возможны дополнительные оттенки: наступления (акцент на Я), извинения (акцент на просто), разъяснения (акцент на чего), раздражения (акцент на говорю). Человек, использующий этот фермент, совсем не прост, имеет свое довольно устоявшееся мнение по многим вопросам. В отличие от нейтрального "опять же", здесь больше личного, что предполагает способность сближаться с людьми (как, впрочем, и способность удаляться от них по тем или иным причинам). Людям нравится беседовать с носителями этого фермента и они иногда даже провоцируют споры, чтобы иметь возможность пообщаться просто так. Это, правда, не всегда устраивает самих носителей.
  
   Нет, а все-таки - фермент примитивного возвращения. Когда вопрос уже, возможно, неоднократно прояснялся и разъяснялся, но остался не понятым собеседником или объяснения показались ему неубедительными, то используется этот фермент: "Нет, а все-таки...". Дальше следует изначальный вопрос, возможно немного видоизмененный. Настойчивость носителя говорит о его любознательности и пунктуальной доскональности. Но такая ее форма так же свидетельствует о неразвитости самостоятельного мышления, причем совсем не потому, что носитель фермента чего-то не понимает - все когда-нибудь чего-нибудь не понимали, а потому, что он не может вычленить из объяснения собеседника конкретную непонятную часть. Собеседнику приходится либо повторять объяснение, либо искать новые его варианты. Если носитель деликатен, он отстанет (хотя "Нет, а все-таки" останется в голове), если не очень деликатен, то "Нет, а все-таки" может повториться вслух и в одном и в другом случае. Иногда это напоминает игру "кошки-мышки": носитель пытается "придраться", а его собеседник пытается "уйти". При этом "Нет, а все-таки" выступает как универсальное начало для любых придирок, из того же разряда, что и универсальное начало "Еще древние греки..." или универсальный ответ "Все в этом мире относительно".
  
   Нет, ну - интересный фермент, вобравший в себя примитивность возврата предыдущего и силу понукания фермента "ну" (см. выше). Здесь у носителя, в отличие от предыдущего случая, понимание есть, но есть несогласие с собеседником и скрытое желание поспорить с ним. "Нет" - это толчок для прыжка вверх (стряхнуть мысли собеседника), "ну" - понуждение к спору себя или его. Если в случае "нет, а все-таки" мотив разворота - любопытство, в случае "нет, ну" - скорее, упрямство. Человеку трудно сознавать чужую правоту и даже трудно оставить ее в покое. Необходимо попробовать расшатать ее, но для этого не хватает внутренней уверенности в своей правоте и уверенности в том, что собеседник захочет спорить - поэтому необходимо понукание.
  
   10. Флажки обратной связи
  
   Понимаешь, Слышь, Да, Согласись
  
  
   В любом разговоре собеседникам важно быть уверенным, что их правильно понимают. Когда этой уверенности нет, т.е., по существу, есть сомнения, что собеседник с его собственными взглядами на вещи, сможет понять другого собеседника с другими взглядами, необходимо активизировать центры понимания специальными ферментами.
  
   Да - не утвердительное предложение, а скорее, утвердительное междометие, которое может произноситься с вопросительной интонацией. Иногда оно мелькает в речи людей чуть ли не через каждое слово. Носителю этого фермента важно каждую секунду удерживать внимание собеседника к своей речи. Также как фокусник-гипнотизер держа человека за руку и незаметно теребя ее в разные стороны, находит определенного человека в зрительном зале, так и носитель "да" теребит сознание и чувства своего собеседника и следит за его реакцией. Если реакция нежелательна, нужно менять тактику, если все идет как надо, разведка с помощью "да" продолжается. Несмотря на вопросительный тон этого междометия, постоянный фон из "да" создает дополнительный фактор для позитивного восприятия мыслей носителя. Представьте себе аналогичный фермент "нет" - фон будет противоположным. (Я встречал такой фермент только в кино: в "Семнадцать мгновений весны" у Штирлица. Может быть, кстати, этот фермент там и не случаен и является отражением очень глубоко спрятанного внутреннего состояния разведчика в окружении врагов. Но я не думаю, что режиссер или автор сценария ввели этот фермент в речь своего героя сознательно из этих соображений). Люди-носители фермента "да" - темпераментные и общительные, как правило, разговаривают быстро и много, при этом умеют добиваться своего, но им, как говорится, не всегда "везет в жизни".
  
  
   Понимаешь - иногда основательная попытка наверняка достучаться до собеседника, иногда вежливая просьба хотя бы приоткрыть дверь. Носитель, как правило, думает, что он настолько особенный (в смысле - другой) или его обстоятельства настолько исключительны, что его, скорее всего, будет трудно понять, даже друзьям. Вежливая форма "понимаете" в виде фермента встречается крайне редко, а форма "понимаешь" изначально предполагает определенную степень близости. Носитель мучительно пытается раскрыться перед собеседником, мысленно ставит себя на его место, а его на свое, снова и снова видит пропасть и снова пытается ее преодолеть. "Понимаешь" - это сигнал-просьба для второго собеседника быть внимательным, отбросить на время свои предрассудки и привычные категории и вникнуть в проблему носителя, хотя сам носитель мало верит в то, что это возможно. Несколько другой вариант получается, когда "понимаешь" произносится в разговоре на повышенных тонах. В этом случае "понимаешь" - это топор, которым прорубается дорога пониманию собеседника - "Да ты что, что совсем тупой, что ли?". В любом случае, когда люди в своих отношениях доходят до "понимаешь", это означает, что между ними возникло некоторое родство и возможность взаимопонимания, которое с течением времени может расти.
  
   Согласись - это уже фермент-требование. Носитель не очень-то хочет знать мнение собеседника, ему важно сейчас утвердить свое мнение с помощью согласия с ним. Конечно, собеседник при этом вовсе не обязан соглашаться и спор, скорее всего, будет продолжаться дальше. Возможно, что согласие необходимо для фиксации каких-то общих позиций спора. В этом случае, собеседники, скорее всего, мало знакомы и носитель "согласись" просто более "пассионарен" в споре, чем его собеседник. Если же собеседники знакомы давно, то носителю "согласись", почти наверняка, не хватает разумных аргументов в споре для убеждения противоположной стороны, и в ход идут малозаметные механизмы убеждения, основанные на эмоциях и психологической манипуляции. Разумеется, на серьезного противника в споре подобного рода "уловки" (кавычки - потому что уловка бессознательная) не действуют.
  
   Слышь - фермент-обращение, которое можно даже рассматривать как существительное - безличное имя того, к кому обращаются и кого не очень-то уважают. Этимологически, это, конечно, сокращенная форма глагола "слышишь", точнее вопроса "Слышишь?". Интересно, что сокращение приводит к эффекту повелительного наклонения: "Что делай? - Слышь!". Для иностранца, скажем, во всем этом ничего особенного нет: все глаголы можно ставить в повелительное наклонение и от этого они не становятся грубыми. Но в случае "слышь" ситуация особая: оно не будет звучать грубо только в разговоре между очень близкими людьми (родственниками и друзьями) да еще при правильном его интонировании. Во всех остальных случаях "слышь" - это не просто вопрос или призыв слушать, а еще и выражение собственного, в целом, уже изначально негативного отношения к тому, к кому обращаются. Поскольку речь идет не про единичное употребление слова, а про ферменты, то можно заключить, что носитель фермента "слышь" имеет заведомо пренебрежительное отношение ко всем окружающим его людям.
   Более того, он считает, что люди просто обязаны его слушать. Люди с таким ферментом очень часто конфликтны и неуживчивы, вспыльчивы и даже мстительны, могут подолгу таить в себе обиду.
  
  
   11. Культурное начало
  
   Дело в том, что, Видите ли
  
   Дело в том, что - фермент, свойственный людям деликатным и придерживающимся традиций. Несколько раз в разговоре они могут начать: "Дело в том, что..." и всякий раз это будет уже совсем другое "дело". Как правило, этот фермент "обслуживает" официальные разговоры и позволяет носителю с одной стороны выдерживать тон официальной обстановки, с другой - побороть собственную робость перед чиновником или другим официальным лицом. Ведь, как известно, труднее всего начать и закончить свою речь (психологически труднее начинать, логически - заканчивать). И здесь на помощь приходит стандартный грамотный шаблон, над которым не надо думать. Стремление подстроиться и единообразно структурировать свою речь свидетельствует о некоторой доле конформизма в характере носителя, который, впрочем, совсем не летален.
   Фермент свойственен либо еще очень молодым людям, которые осваивают ступеньки самостоятельной взрослой жизни, либо пожилым со сложившимися традициями ведения официальных разговоров.
  
   Видите ли - несколько более простой вариант предыдущего. В отличие от безличного и нейтрального "Дело в том, что", этот фермент содержит элемент обращения к лицу, с которым разговаривают. По этой причине, в разговорах с официальными лицами этот фермент, как правило, не используется. Более того, в разговорах с неофициальными лицами, "Видите ли" используется, когда говорящий собирается сказать что-либо наперекор своему собеседнику, оставаясь, при этом в рамках приличий. Как ни странно, но основную роль в этом ферменте играет не первое слово, а частица "ли". Она одновременно несет заряд "поперечности" и даже сарказма, с другой - заряд "вежливости", связанный с ферментом условным наклонением. От фермента "Понимаешь" или, в данном случае, от "понимаете" его отличает именно "поперечность" и сарказм, источник которых - внутри говорящего. При этом стремление носителя выдержать культурный фон разговора говорит, скорее, не о силе его характера, а о скрытности и даже некоторой доле фарисейства и ехидства.
  
   12. Флажки выхода или продолжения
  
   Вот, Ладно
  
  
   Иногда в разговоре возникают "локальные" или "глобальные" паузы, которые нарушают его ритм. Для восстановления темпа служат ферменты продолжения или выхода.
  
   Вот - фермент, присутствующий в речи не очень опытных рассказчиков, но возможно очень опытных читателей или даже писателей. Их речь пульсирует: то периодически убыстряется, то замедляется. Информация выдается упакованной в небольшие тючки. Когда очередной тючок выдан, возникает пауза: слушатели переваривают, а рассказчик пытается сформировать следующий тючок. При этом у него нет проблем с тем, что говорить. Проблема в том, - как сказать: поинтересней и поточнее. Вот в этой паузе и необходимо придвинуть тючок информации специальной лопаткой к слушателям: "Вот...". Дальше выкладывается очередной тючок, потом снова движение лопаткой: "Вот..." и т.д. Со стороны это всегда выглядит забавно, поскольку напоминает маленького ребенка в песочнице с настоящей маленькой лопаткой, который, соорудив нечто, показывает его взрослому и говорит: "Вот, это я сделал!". Иногда, когда разговор тянется уже явно долго, а у собеседников не находится серьезного повода разойтись по домам, возникает протяжный вариант: "Во-о-о-от..." с глубоким вздохом. В этом случае, разговор спонтанно порхает в случайные стороны и протяжное "Во-о-о-от" разделяет его части, логически никак не связанные между собой. Особый случай - ответ на экзамене. Здесь протяжное "Во-о-о-от" - имеет примерно тот же внутренний смысл, что и "Э-э-э-э", плюс "эффект песочницы", про который уже упоминалось. Вариант "Ну, вот!" - несколько более активный - помимо заполнения паузы, он содержит импульс понукания для активного дальнейшего продолжения.
  
   Ладно - фермент, занявший красивое русское слово. Прямой смысл этого короткого слова вмещает в себе одновременно смысл трех слов: и красиво, и хорошо, и просто. Как фермент это слово может использоваться для предполагаемого окончания разговора, которое из предполагаемого необязательно становится действительным. "Ладно," - говорит один из собеседников, подразумевая, что разговор состоялся, что вроде бы все ясно, хотя возможно и не все хорошо. Но тут вспоминается еще одна деталь и разговор пошел по новому кругу. Через некоторое время снова: "Ладно" и опять новый круг, возможно меньший. И так еще несколько раз. Наконец звучит: "Ну, ладно!" - это уже понуждение к окончанию разговора и продолжение его возможно только по очень серьезным причинам. В любом случае, этот фермент всегда выражает элемент определенного взаимопонимания в конце разговора, которое, правда, не обязательно является дружеским.
  
  
   13. Флажки растерянности и неопределенности
  
   Ну, я не знаю, Там
  
   Ну, я не знаю - фермент, обычно употребляющийся в начале предложения и выражающий довольно сильную степень нетерпения. Он возникает, когда в разговоре повторно возникает одна и та же ситуация и один из собеседников теряет терпение. На самом деле, ему кажется, что он уже давно все объяснил и уж, конечно, наверняка знает, что и как делать, просто другой собеседник не может или не хочет понять. После этого фермента, как правило, идет какое-нибудь очередное объяснение или новый вариант решения проблемы. Частица "Ну" - это, как всегда, понукание, причем, в данном случае, понукание как самого носителя, так и собеседника. "Я не знаю" следует понимать в расширенном варианте: "Я не знаю, что еще сказать". На самом деле, возможно, что носитель, действительно, не знает как быть и что сказать, но его самого такая ситуация раздражает и нервирует. Поэтому носители этого фермента, скорее всего, люди высоко оценивающие свои собственные способности, не терпящие своих и чужих промахов, честолюбивые и нетерпеливые. При этом их честолюбие может выступать мощным стимулом для профессионального или карьерного роста и они сами могут достичь высоких результатов в своей области.
  
   Там - фермент, встречающийся, в основном, у молодой аудитории. Он отражает недостаточность жизненного опыта, склонность к абстрактным размышлениям и рассуждениям, застенчивость. В разговоре "там" возникает у носителя чаще всего перед самой основной смысловой частью предложения. Носитель затрудняется четко формулировать свою мысль, называть вещи своими именами, сразу приводить конкретные примеры. Кроме того, фермент "там", как указательная частица, переносит место действия из "здесь" куда-то в другое "неопределенное место". Это немного снимает напряжение и тесноту разговора и ответственность носителя за свои слова, хотя и не в такой степени, как "так сказать" или "как бы". Разговор как будто выходит за свои собственные пределы и приобретает способность "парить" над темой в свободном полете. Собеседник носителя чувствует это и тоже продолжает разговор более свободно.
  
  
   14. Флажок культуры
  
   Извиняюсь за выражение - предохранительная фраза-фермент, которая произносится для соблюдения культурного фона разговора, несмотря на возможные его "некультурные моменты". Однократное осознанное извинение вполне понятно и, действительно, отражает высокий культурный уровень говорящего, его требования к своей речи или даже к своим мыслям. В случае фермента, эта фраза и ее "некультурное" продолжение или некультурный контекст говорят о том, что у носителя уровень внутренней культуры невысок, но, приспосабливаясь к более культурному окружению, носитель вынужден подстраиваться и компенсировать недостаток внутренней культуры избытком внешней. Действительно, когда извиняются за что-то, то стараются это что-то больше не повторять. Здесь же извинение - это всего лишь формальная дань приличию или моде. После "извиняюсь за выражение" спокойно могут следовать грубость, пошлость или мат - ведь всех уже предупредили. В моральном смысле, человек, который открыто ругается матом, все равно симпатичнее, чем носитель фермента "извиняюсь за выражение": он открытее, прямее и честнее.
  
  
   15. Флажки сближения (местное)
  
   -То, Что хоть?
  
   Эти флажки я услышал, когда более 10 лет назад приехал в Ярославль. Я много поездил по стране, но не слышал их больше нигде. Поэтому их правильнее будет отнести в категорию "местное"
  
   -то - эту бесхитростную приставку используют почти все ярославцы в просьбах, убеждениях, увещеваниях кого-то, к кому имеют расположение или пытаются его сохранить. В речи эта приставка добавляется к самому главному слову просьбы, убеждения, увещевания. Вот несколько примеров:
  -- Ты-то придешь еще? (Собеседник один, больше никого нет).
  -- Что он сделал-то? (Когда кого-то защищают)
  -- На место-то положи!
   Приставка "то" делает обращение более мягким и податливым для слуха собеседника, она как будто скрадывает интонации требования, явной просьбы, навязчивости и т.д. С людьми, к которым расположения уже нет, этот фермент никогда не используется. Уберите мысленно приставку "то" из приведенных примеров - получатся прямые однозначные вопросы, в которых явно присутствует требование или даже угроза. К этому ферменту быстро привыкаешь в ярославской среде и невольно сам начинаешь его употреблять.
  
   Что хоть - в речи звучит как "Чё хоть". Чаще употребляется женщинами в ситуациях, аналогичных описанным выше. Роль частицы "-то" играет слово "хоть". Звучит забавно, особенно когда слышишь впервые. Впоследствии ухо привыкает и воспринимает это сочетание как нормальный фон общей разговорной речи ярославцев. Вот несколько примеров:
  -- Чё, хоть, ты делаешь?
  -- Чё, хоть, ты выпендриваешься?
  -- Чё, хоть, у тебя на голове?
  -- Чё, хоть, там в яме?
   В последнем примере, обращение имеет поводом не действия или состояние собеседника, а какую-то нейтральную тему, связанную с ямой. Но частица "хоть" все равно оказывает свое смягчающее действие, поскольку обращаются к человеку, который может быть занят или находится в плохом настроении. Интересно, что приезжий человек, непривыкший к ярославской разговорной речи, может вместо вопросительного предложения услышать утвердительное: "Чёхоть там, в яме!". При этом он будет долго соображать, что это за "страшный зверь" "чёхоть" и что он так долго делает в яме.
  
  
   Вместо заключения
  
   Тема слов-ферментов - неисчерпаема, как и сам язык. Каждый, кто погрузится в них, получит на основании своего личного житейского опыта, массу новых ценных ассоциаций и находок. Еще раз повторюсь: термин "слова-паразиты" - неудачный, как по форме, так и по сути. Вместо внимательного изучения он настраивает на борьбу. Но такая борьба будет похожа на борьбу не с болезнью, а с ее симптомами. Для того, чтобы победить болезнь, нужно правильно поставить ее диагноз. И здесь "слова-паразиты" могут оказаться чрезвычайно полезными еще до проведения всяких психологических тестов. Особенно внимательными к этим словам, наверное, должны быть психологи и психотерапевты, когда они просто беседуют со своими пациентами: возможно, что одно слово-фермент для внимательного уха скажет больше, чем тома истории болезни. Есть еще один интересный момент, связанный со словами-ферментами, который уже упоминался в тексте. Если речь отражает текущее душевное состояние человека, то и наоборот: состояние может зависеть от того, что и как мы говорим. Особую роль играют слова-ферменты, поскольку они действуют на подсознательном уровне. Мы приходим к идее ферментной "словотерапии": чтобы изменить себя, можно попробовать сознательно отнестись к своим ферментам и попробовать исключать их из речи или заменить другими словами или словами-ферментами, настраивающими на позитивные внутренние изменения. Если обратная связь действительно есть, то сделать это будет очень нелегко, но возникающие трудности как раз и будут свидетельствовать о том, что "словотерапия" работает не вхолостую: ведь по-настоящему изменить себя очень трудно! А как же быть с людьми, у которых в речи нет никаких явных ферментов? Если только они не само совершенство, то для них роль ферментов могут играть не слова, а жесты, мимика лица, интонация, поза, привычки и т.д. Обсуждение такого рода ферментов выходит за рамки этой статьи. Хотя в литературе имеются рассеянные сведения об этих невербальных ферментах, они, как правило, излагаются в духе манипуляторском, а не познавательном. Между тем, познать человека (в том числе и самого себя) - это значит уметь помочь ему, а не манипулировать им, используя "подсмотренные" недостатки и слабости. Впрочем, выбор того, как использовать хирургический нож - всегда за нами...
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) Е.Кариди "Змеиная невеста. Разбавленная кровь"(Любовное фэнтези) А.Верт "Пекло 3"(Киберпанк) Л.Огненная "Академия Шепота"(Любовное фэнтези) М.Бюте "Другой мир 2 •белая ворона•"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"