Дерево было большое крепкое и гибкое. Когда прошел ураган проредивший Лес, оно потеряло лишь несколько своих ветвей. Хотя... это для всего огромного Дерева было немного, а Листья и Веточки считали погибших собратьев сотнями и десятками.
Одна большая Ветвь, переломившись почти у самого ствола, долго еще висела на измочаленной коре. Она медленно гнила и засыхала в тоске. Когда-то такая живая, она умирала, и теперь уже ее листьям не нести жизни дереву, ее основанию не быть пристанищем для птах и бабочек, не вливаться ей больше в роскошную Крону. Горькие мысли Ветви как тяжелое наследство передались тому, кто от нее остался - небольшому Сучку. Наверное, от тяжелых мыслей что он совсем неустроенный и ненужный, сучок стал гнить. Он гнил, гнил и, в конце концов, весь выгнил, остатки его выкрошились из Ствола Дерева и на его месте осталось маленькое Дупло.
Трагедия Сучка предалась Дуплу в память. Так оно сразу появилось в мире, зная какое оно бесцельное и даже вредное для Дерева, но сделать с собой оно ничего не могло.
Дуплу снилось странное - о жизни Ветки, как она трепетала на лесном ветру, впитывала тепло солнца, радовалась Дятлу, который прилетал и выклевывал насекомых мешающих жить, - все это было не с ним и будто бы с ним тоже. Оно грустило и тосковало. С рождения Дупло несло свое Бремя Вины перед Деревом.
С бременем вины жить тяжко и стыдно, потому Дупло всегда молчало. Даже соки Дерева, которые всегда носят вести от Ветвей к корням, от Корней к Листьям никогда ничего не слышали от него. Так что никто не знал, что Дупло мыслит и осознает свое существование. О нем мало кто помнил, кроме самого Дерева.
Подавленное Дупло все скорбело и грустило, но вот однажды весной оно узнало короткую радость - старый друг Ветки, Дятел, прилетел к нему! Дупло радостно приняло гостя. Правда, непривычное к разговорам оно не успело даже сказать Дятлу здравствуй, как тот принялся за работу. Дятел расширял дупло!
-Что ты делаешь! - завопило оно, - Зачем ты меня трогаешь!
Дятел остановился.
-Привет! В тебе же насекомые! Я должен их съесть и освободить от них дерево!
Дупло пристыжено замолчало. Опять от него один вред...
Дятел, тоже не очень большой говорун, дальше застучал так что только щепки летели. А завершив свою работу он улетел, вежливо попрощавшись. Но Дупло, замкнувшись, не ответило.
Это была первая радость и новая печаль его жизни!
Дупло опустилось в пучину скорби и самобичевания еще глубже. Так оно тосковало и предавалось унынию несколько дней - даже Дерево что-то почувствовало и начало жаловаться соседям.
-Завелось во мне Дупло. Болит вот теперь, да так, что душа мается. А от чего - не знаю....
-Надейся, что переболит, - отвечали соседи. - Дятла вот проси - пусть чаще подчищает. А то если сильно болеть будет, то выгниешь изнутри. Лекарство одно - несмотря ни на что, радоваться жизни! Ну, и следить за ним, конечно. Бесхозное дупло - хуже нет напасти.
Но Дупло об этом не знало, лишь скорбело и маялось собой, а Дерево маялось Дуплом. Так продолжалось три дня, а на четвертый молодая веселая Синичка уцепилась за Кору рядом с дуплом. Она опасливо глянула внутрь одним глазком и спросила:
-А ты чье, Дупло?
-Дерева.
-Нет, это-то понятно, а еще?
-Как это, "еще"?- удивилось Дупло, - Дерева я и все.
-Такое хорошее Дупло и ничье? А можно, я в тебя загляну?
Дупло еще никто и никогда не называл "хорошим". Оно совершенно необычно себя почувствовало и лишь смогло ответить:
-Конечно.
Синичка села на краешек и долго и внимательно рассматривала внутренности дупла, немного опасливо вертя головкой. Дуплу она показалась самым очаровательным созданием на свете. Наконец птичка решилась и, уже больше для приличия, спросила:
-А можно, я зайду?
-Ну конечно! - ответило Дупло. Синичка впрыгнула внутрь, и Дупло ощутило тепло, идущее от ее маленького тельца, оно почувствовало нежность к этой пташке и воспоминания Ветки, смешавшись с его собственными ощущениями, вызвали прилив восторга в душе Дупла.
Синичка быстро освоилась внутри. Ей тоже было приятно, она почувствовала, что нравится дуплу.
-Как у тебя тут хорошо. А можно я тут поселюсь?
-Поселишься? - переспросило совершенно изумленное Дупло.
-Да! Я думаю, в тебе выйдет замечательный домик, ведь у меня нет пока что своего дома.
-Ну конечно! - сердечно сказало Дупло.
-Как хорошо! Только, теперь ты всем говори, что ты мое. А я пока полечу по делам. Но я скоро вернусь. Только ты обязательно говори, что ты мое, ладно?
-Обязательно буду говорить, что я твое, моя замечательная Синичка!
-Ой, ну прямо уж и замечательная, - кокетливо сказала Синичка и полетела по своим птичьим делам.
А Дупло осталось принимать свои перемены в жизни. Оно вдруг стало кому-то принадлежать. Оно поняло, что занимает свое место в этой жизни и оно вовсе оно не вредное и бесполезное, а НУЖНОЕ! И может даже будет когда-то любимым.
Впервые дупло было счастливо!
Дереву тоже сразу стало легче, потому что его счастье складывается из счастья каждого Листика и Корешочка и, конечно, Дупла.
Синичка тоже была рада найти свой дом, где можно жить и растить детишек.
И эта история, такая обычная в жизни Леса, показалась чудом им всем. Все они познакомились с философией Любви и Счастья - а так же удовлетворенности своей участью, что не так уж часто случается в наши дни.