Колесова Людмила: другие произведения.

Жил-был Кирюшка Проделкин, озорной такой, лохматенький и глазастенький, с конопушками на носу. Встретите - сразу узнаете. У него еще бейсболка на голове, а на маечке так и написано: "Проделкин".

От дедушки Проделыча осталось ему завещание, а к нему приписка:

"Милый внучек мой Кирюша! Когда ты станешь умным, сильным и дорастёшь до метки на дверном косяке, то сможешь ознакомиться с моим завещанием".

Проделкину не терпелось вскрыть завещание. Чтобы стать сильным, он каждый день делал гимнастику. И, наконец, кряхтя, поднял дедушкину гирю! В тот же миг Кирюшка понял, что стал достаточно силён, и даже зашатался от радости.

Но как стать быстрее умным, Проделкин не знал. В школу его не пускали. Он там своими проделками всех учителей донял и даже директора. То весь мел попрячет, то лампочки вывернет, то на утреннике вместо скучного стихотворения анекдоты со сцены расскажет. В классе у Кирюшки и журнал, взмахнув страницами, под потолок взмывал, и шкаф песни запевал, и скелет за учительским столом оказывался, и другие чудеса творились.

Особенно любил Проделкин фейерверки. Если в школе где-то громыхало и искрилось, значит, это его рук дело. Ребята об уроках уже не думали, только и ждали от него новых проделок. И к доске-то нельзя было его вызвать. Он ещё и рожицы скорчить не успеет, только вздохнёт, а весь класс уже со смеху умирает и до конца урока успокоиться не может. Лопнуло у учителей терпение, и исключили они Проделкина из школы. Правда, на время. Навёрстывать учёбу ему предстояло в августе, под контролем родителей, которые к тому времени должны были вернуться из заграничного турне вместе со своим цирком. А пока Проделкину оставалось только сожалеть о том, что не может прям сейчас учиться и ума набираться. Если б он знал о приписке в дедушкином завещании!

"Может, я и так достаточно умён? - подумалось Кирюшке, когда он гляделся в зеркало. - Вон, какая у меня большая голова, особенно, если взлохматить волосы. А чем больше голова, тем больше в ней ума. Кто с этим станет спорить?" Ведь никто не додумался, как фейерверк в кабинете директора устроить, кроме меня. Этот аргумент вконец убедил Проделкина в его большом уме.

Оставалось только дорасти до указанной дедушкой метки. Но это совсем просто! Проделкин подвинул табурет, встал на него и запросто достал до отметины своим курносым носом.

Довольный собой, Кирюшка вскрыл завещание и прочитал:

"Внуку моему Кирюше Проделкину завещаю самое дорогое, что у меня есть - три волшебных самоцвета. Мне пришлось закопать их в лесу под раскидистым дубом, потому что сосед наш Злыдня охотился за ними и не давал мне покоя. Надеюсь, мой внук, став большим, сильным и умным, сумеет найти клад по моей карте и уберечь самоцветы от Злыдни. А они сделают его жизнь краше и веселее".

Проделкин рассмотрел дедушкину карту, определил по ней, где клад зарыт, и стал собираться в дорогу.

Старик Злыдня по своему обыкновению подсматривал за Проделкиным в щёлку забора, посвёркивая очками. Как увидел он, что Кирюшка в карман карту засунул, а к велосипеду лопатку привязал, так сразу всё и понял. От радости три волосины на его лысине торчком встали. Хотел он было тут же пуститься в погоню, да только его длиннющий нос в спешке в щели застрял. Пока он нос из забора выдергивал да свою старенькую машину заводил, Проделкина и след простыл.

Помчался Злыдня по дороге, добрался до развилки, а куда свернуть, направо или налево, не знает. И придумал он на том месте дождаться, когда Кирюшка с кладом возвращаться будет, да тут же его и отнять.

Проделкин же отыскал в лесу раскидистый дуб, что на карте отмечен, откопал под ним сундучок, а в нём нашёл три самоцвета: зелёный, красный и жёлтый. Постучал одним о другие - гром грянул, перекинул с ладошки на ладошку - в небе радуга засияла. Сразу видно - самоцветы не простые, а волшебные. Счастливый Кирюшка положил их в бездонный карман своих широких штанишек и пустился в обратный путь.

Едет Проделкин и весело посвистывает. Вдруг из-за кустов у развилки выскочил Злыдня на своей зелёной тарахтелке, прямо Кирюшке наперерез. Быстро увильнул от него Проделкин на юрком велосипеде. Пока Злыдня разворачивался, порылся он в своём кармане, а там у него много чего ненужного имелось, и достал пузырёк с шампунем. Встряхнул его Кирюшка как следует и вылил на дорогу. Зелёная драндулетка завиляла, закружилась и чуть в столб не врезалась. Пришлось Злыдне повозиться - колёса об траву вытирать.

А Проделкин уже далеко был. Но вскоре видит - Злыдня его опять настигает. Покопался Кирюшка в другом своём кармане и укололся о массажную расческу. Он так давно не причесывался, что не сразу вспомнил, что это такое. А, вспомнив, бросил её Злыдне под колесо. Колесо и прокололось. Пока Злыдня колесо менял, Проделкин успел до дома добраться и даже поужинать.

Ах, как не терпелось Кирюшке узнать, не годятся ли волшебные самоцветы для фейерверков! Но он дождался вечера, когда в окошке у Злыдни погас свет, и только тогда осторожно вышел на крыльцо. Он подкинул самоцветы, и... они взлетели высоко в тёмное небо, брызнули разноцветными букетами, с треском рассыпались в вышине, затмив звёзды, и снова самоцветами упали Проделкину на ладошку.

Со всей округи сбежалась детвора. Проделкин подкидывал и подкидывал самоцветы, радуя ребятишек фейерверком и веселясь сам. Вот это наследство! Ай да дедушка Проделыч!

Разбуженный треском и вспышками, Злыдня выскочил из дома прямо в пижаме. Пригибаясь, он пробрался на соседний двор, поближе к Проделкину, да всё норовил ухватить падающие самоцветы. Но недаром они были волшебными - каждый раз только к Кирюшке на ладошку опускались. Под конец зажал Проделкин самоцветы в кулак, подул в него, и в руке оказалась огромная связка воздушных шариков. Кирюшка дарил их ребятам и желал им спокойной ночи. Последний шарик он протянул Злыдне, но тот не взял его, а прошипел, злобно сверкая очками:

- Проделкин, отдай мне волшебные самоцветы!

- Ни за что не отдам тебе дедушкино наследство! - решительно ответил Кирюшка и убежал домой.

- Всё равно они будут моими! - крикнул ему Злыдня вслед.

Что за жизнь началась у Проделкина! Злыдня то и дело пытался пробраться к нему в дом, чтобы выкрасть самоцветы. Но Кирюшка его застукивал. Проделкин не расставался с самоцветами ни на минуту: на ночь прятал под подушку, а днём носил в кармашке. Злыдня устраивал ему засады. Кирюшка либо сворачивал на другую сторону улицы, почуяв неладное, либо выскальзывал у нерасторопного Злыдни из рук. Ребятня со всей округи следила после школы за Злыдней и предупреждала Проделкина о его кознях.

- Что случилось с нашим Проделкиным?- недоумевали соседки. - Совсем перестал проказничать.

- Да, да, да, калитки верёвками не запутывает, за яблоками не лазит, наших собак не дрессирует и других детей никаким проделкам больше не учит.

- Надо сказать директору, чтобы его снова в школу приняли.

- Что вы, соседушки! - встряла самая сердитая тётка на всей улице. - Я сама недавно видела, как он на моём огороде крапиву выкапывал. Видать, новые проделки замышляет.

Соседки помянули добрым словом дедушку Проделыча, посочувствовав ему: такой озорной внук у такого весёлого дедушки! Насудачившись вволю, разошлись в ожидании новых проделок.

Проделкину же было не до проделок. Отбиваясь от Злыдни, он превращал свой дом в неприступную крепость. В заборе он забил все щели и обсадил его крапивой да колючками. Чтобы Злыдне негде было спрятаться, скосил все лопухи во дворе да ещё вскопал всю землю, чтобы видеть вражьи следы.

Покончив с этими нелёгкими делами, Проделкин сел на крылечко и принялся мастерить оконную решётку из железных прутьев. Крепкая получалась решётка. Он поднял её перед собой, чтоб полюбоваться, и ... увидел голубое небо в клеточку. Грустно сделалось Кирюшке на душе. Впервые в жизни. Разве для того завещал ему дедушка Проделыч волшебные самоцветы, чтобы он сам себя в тюрьму заточал? Волшебные самоцветы должны сделать его жизнь краше и веселей. А что получается? Не бывать этому! Проделкин забросил решётку как можно дальше в крапиву и стряхнул с себя грусть.

В тот вечер, наперекор злой судьбе, Проделкин дал самое весёлое представление. После фейерверка он стукнул одним камешком о другой - посыпались искры, и появился весёлый клоун в красно-жёлто-зелёном костюме. Он катался на огромном колесе, жонглировал мячиками и смешил ребят разными шутками. Кирюшка хотел, чтобы появились еще и дрессированные обезьянки. Но дедушка Проделыч не оставил в завещании никакой инструкции, как что делать. До всего приходилось доходить самому, путём проб и ошибок. Вот потому вместо обезьянок выпорхнула стая изящных белых лебедей и закружила над головами. Вдруг вожак опустился на плечо Злыдне, которого детвора намеренно оттеснила подальше от Проделкина. Птица клюнула Злыдню в лысину и, захлопав крыльями, взмыла вверх. Стая описала прощальную дугу вслед за вожаком и растворилась в ночном небе под аплодисменты юных зрителей. Только Злыдня зло сверкал очками и лязгал вставной челюстью, испуганно икая.

Утром, пока детвора была в школе, Проделкин укатил на велосипеде подальше от своей тюрьмы.

Кирюшка остановился у тихой хрустальной речки. Растянувшись на изумрудной травке, он соединил берега разноцветной радугой и залюбовался своим творением. Весь день он наслаждался свободой: слушал жаворонков, строил песчаные замки, загорал и купался. И весь день думал, как уберечь самоцветы, но не жить больше по-злыдниному, а жить весело и так же свободно.

А Злыдня тем временем копал подземный ход в поте злого лица своего. Через свой неприступный забор Проделкин и не видел, что тот занимался подкопом уже несколько дней. Вернулся Кирюшка домой, а там - злодейский беспорядок, да еще огромная дыра в полу. Сел Проделкин на крылечко и снова загрустил.

Грустил Кирюшка, вздыхал и задумчиво выдувал мыльные пузыри, на этот раз с самоцветами в мыльной воде. И вот у него получился большущий мыльный пузырь. Пузырь всё рос, рос и прямо на глазах превратился в красно-жёлто-зелёный воздушный шар. На нём и улетел Проделкин подальше от Злыдни, от своей домашней тюрьмы, от злодейского подземного хода, от крапивника во дворе и от своей грусти. Всё это уменьшалось, становилось ничтожнее и вскоре осталось за горизонтом.

Гонимый вольным ветром, Проделкин путешествовал на воздушном шаре. Каждый вечер он приземлялся на новом месте и устраивал праздничное представление для детворы. В газетах с восторгом писали о залётном факире и его чудесных фейерверках.

Прочитал как-то за завтраком Злыдня газету и от радости даже кофе на себя пролил. В то же утро продал он свой дом, купил зелёный вертолёт и отправился на поиски Проделкина. Но это уже другая история.