Колодин Юрий Владимирович: другие произведения.

Цель в жизни Главы 1-12

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 6.72*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Очень спокойно и в то же время страшно началась ядерная война, для жителей маленького города в горах Хакасии. Удар по СШГЭС, в результате которого была затоплена практически вся Хакасия, не нанес вреда городку, находящемуся в горной котловине. Спустя полгода после катастрофы, в условиях крайней ограниченности ресурсов, ни одна из банд не может, окончательно утвердить власть в городе. Чтобы поставить точку в противостоянии группировок, отправляется экспедиция в мертвый город, столицу Хакасии город Абакан в разрушенную военную часть. Но по-прежнему остается открытым вопрос, есть ли победитель в мировой войне....

   Цель в жизни.
   Глава 1
   Сегодня Георгий пришел на работу со своим обычным настроением, которое можно охарактеризовать одним словом - безразличие. Уже пятый год он работает директором магазина бытовой техники, работа не особенно пыльная, а местами откровенно халявная, и если уж совсем откровенно она ему нравится. Однако за пять лет работы Георгий ни одного дня не чувствовал уверенности в завтрашнем дне, ну в самом деле, откуда эта самая уверенность должна придти?
  С одной стороны, директор. Да очень круто для парня двадцати семи лет от роду. С другой, очень печальной стороны, обычный наемный работник, который может быть уволен, в общем- то в любой момент, по прихоти какого- либо из учредителей компании. Но, тем не менее, в свои годы он уже имел базовый набор 'хотелок' которые есть у всех молодых людей. А именно: своя однокомнатная квартира, не старая в общем-то машина, ну и как водится, длинноногая подружка. Рабочий день начался, как обычно, с кружки чая в пакетике.
  - Ведь полчаса назад, дома пил кофе, зачем спрашивается я, сейчас пью чай!? - сказал Георгий, чтобы сказать.
  - Ну.... Это уже ритуал такой, да как можно первые рабочие минуты не использовать в личных целях?- улыбнувшись ответила Нина Викторовна - бухгалтер того же магазина, женщина пятидесяти лет несколько пополневшая, но в свои пятьдесят сумевшая сохранить красивое лицо и очень молодое и ясное мышление. Также Нина Викторовна помимо того что на работе была бухгалтером, в жизни она была еще и Георгию мамой...
  -Что думаешь о вчерашнем выпуске новостей? - спросил Георгий, вытаскивая пакетик.
  -Да, поди, обойдется.... Не первый раз пугаем друг друга, меня, честно скажу, после развала союза такие вещи перестали тревожить, вот тогда как то не исключали.... А сейчас, так, мальчики состязаются в крутизне высказываний. - Ответила Нина Викторовна, всем своим видом давая понять, что тема для разговора пустая, на ее взгляд, по крайней мере.
  - Угу, хотелось бы верить...- Пробурчал Гоша в чашку. - В такие вот моменты, я не жалею что живу в Абазе, как- то спокойнее, наверняка до восемнадцатитысячного городка дела ни кому не будет. - Сказал он, по привычке поглаживая свой коротко стриженый затылок.
  -Ты что, серьезно? Вот уж не ожидала это от тебя услышать, ты же все собирался уехать в Абакан? - спросила она скорее как-то с усмешкой.
  -Да, собирался, но ты же знаешь мои комплексы по поводу СШГЭС. - Сказал Гоша, допивая чай.
  - Ой, все, дальше можешь не говорить, после августа 2009 у тебя прямо паранойя какая- то. Лучше бы сходил, посмотрел как там продавцы, поди, опять все хором курить ушли, а в зале только девочка кредитный эксперт. - Нина Викторовна уткнулась в 1С давая понять что я, мол, занята.
   ***
   -Здорово Жека, как новоселье? - В торговом зале оказался только Евгений.
  - Да ни че, с Игорьком посидели, пиваса попили... - ответил Евгений, худощавый парень 23 лет от роду, чернявый и весь какой-то наигранно серьезный. Рядом с Гошей он казался еще более худым, ведь Гоша при росте 182 см. имел вес 105 кг. Нет не толстый ну... Такой... Справненький.
  - Где Иван?
  - На крыльцо вышел, покурить. - Ответил Женя, тяжело вздохнув.
  - Что-то после пивка сильно тяжело тебе выдыхается. - Скорее утвердительно, чем вопросительно, сказал Гоша, направляясь к крыльцу.
  -Да ну... Ты че... - как-то невнятно пробормотал Евгений в спину.
   Вообще курильщиком Георгий не был. Просто как это говорят, баловался. И каждый раз, когда количество выкуренных сигарет превышало десяток за день, жестко бросал дней на пять - десять, а то и на все двадцать. Вот и сейчас подойдя к Ивану на крыльцо, он твердо про себя решил, что с завтрашнего дня, точно завяжет.
  -Привет Иван. - Поздоровался Гоша, жестом показывая, чтобы Иван дал сигаретку.
  -Здравствуйте. - Ответил Ваня его иногда перло общаться с людьми на 'вы'.
  -Ты же бросил? - Спросил он давая сигарету и подкуривая себе уже вторую. Выглядел он довольно забавно, на пол головы выше Георгия, в 24 года седина в волосах, лицо широкое, затягиваясь, он походил на совенка. Какой-то он по-доброму смешной.
  -Да. Че то. Захотелось. - Сказал чистую правду Гоша.
  -Курил бы уже постоянно и не парился. - Дал дельный совет Иван.
  -Что у тебя с банком? Кредит дают? - Спросил Гоша, игнорируя тему курения.
  -Да вроде в банке сказали вероятность очень большая, я же весь положительный, да и с поручителями порядок. Только понимаешь, чем ближе, тем я четче начинаю понимать, сколько же в доме ремонта предстоит сделать... - Ваня глубоко затянулся.
  -Ничего, главное свой дом купишь, а в свое можно вкладывать и вкладывать... - Георгий хотел развить мысль.... Как вдруг с небес, казалось что отовсюду раздался протяжный гул. Шум напоминал грохот взрыва, но этот был какой-то уж очень долгий, так по крайней мере казалось.
   Люди, находившиеся на улице, как по команде остановились, озираясь вверх и по сторонам.
  Казалось гром, да это больше, пожалуй, походило на гром, длился минут пять, и постепенно сошел на нет. Оглядевшись по сторонам, Гоша увидел невероятное множество людей, все вышли на улицу, из жилых домов, из магазинов, парикмахерских, банков. Почему то вспомнились демонстрации во времена союза, уж очень много народа было на улице. Кто в чем, в халатах, трусах, благо июнь, тепло, с детьми на руках, как позже выяснилось, на четвертых и пятых этажах, как будто бы ощущались толчки, как при землетрясении. И у всех в глазах читался вопрос и страх.
   Зайдя назад в магазин, стало как то спокойнее. Свет. Электричество не выключили, это очень хорошо, значит видимо ничего страшного. Гоша решил позвонить своему хорошему другу, который работает на местном телевидении. Как и ожидалось, сеть была перегружена, но с четырнадцатого раза дозвониться все-таки удалось.
   -Сань, здоровенько. - Гоша вдруг понял, что его голос слегка дрожит.
  -Привет, ты поди хочешь чего-то спросить? - Не то сказал, не то утверждал Александр.
  -Да, это че за хрень сейчас была? Случайно не в курсе?
  -Представления не имею, - Ответил он, тяжело вздохнув. - Сами с Алексеичем гадаем.
  -Ну елки - палки, ты же на телевидении работаешь! И ничего не знаешь? - Георгий сам не понимал, почему он ТАК нервничает.
  -Гоша, я точно также как и все, услышал вроде как взрыв. Да вот только оглянувшись, понял, что все вроде нормально. Еще раз повторю, понятия не имею. Если тебя это как то успокоит, скажу, хотели дозвониться в Абакан, так межгород не работает, а сотовая сам знаешь какая, удивляюсь ,как ты дозвонился.- Голос Сани был какой-то очень уж деловой, такой голос у него всегда, когда он нервничает.
  - Ладно, давай до вечера, поди что-нибудь прояснится, в бильярде обсудим. - Георгий отключился почти сразу, как договорил. - Черт, ненавижу, когда другие так делают.
   Тяжесть. Тяжело на душе, абазинцам в последние годы стало очень хорошо знакомо это чувство, чувство тревоги, которое почти летает в воздухе и передается воздушно- капельным путем. Георгий сидел в своем кабинете и вспоминал события 2004года, когда в результате образовавшегося затора на реке Абакан, затопило, пожалуй, треть города. И что же тогда творилось в продуктовых магазинах.... За какие- то три часа исчезли даже покрывшиеся плесенью сухари! Консервы, сигареты, свечи, спички, алкоголь, мыло.... народ сметал абсолютно все. Совершенно не смотря на цену. Ситуация усугублялась еще тем, что все понимали, что в ближайшие дни еще, не привезут.
   А август 2009, когда случилась эта авария на СШГЭС. Ведь Абазе ничего не грозило! Однако пропала всего лишь мобильная связь, и началось... Очереди на заправках, в продуктовых магазинах... В общем все повторилось. Гоша встал, что бы включить чайник, и только он подошел к столу как погас свет...
   - Гош, ну что делать- то будем?.-Нина Викторовна сидела на своем рабочем месте, в руках она теребила шоколадную конфетку, все никак не решаясь, ее развернуть.
  -Давай магазин на клюшку, и до завтра по домам. Все равно без электричества, нам ни кредит не оформить, ни товар проверить. Да и чувствую я, сегодня никто за бытовухой не придет... - Георгий тяжело вздохнул.- Да и вообще надо заправить полный бак, да продуктов не мешало бы подкупить, на всякий случай...
   ***
  -Ладно, пацаны, давайте до завтра, может быть что-нибудь прояснится. - Георгий ,конечно, нарушал установленные правила, нельзя было вот так посреди белого дня закрыть магазин. Но... Кого они вообще волнуют, эти правила, когда, чего, ни коснись везде один большой вопрос. Да и паническое поведение людей делало свое мерзкое дело. Хлебный магазин, что работал через дорогу, уже закрылся, в связи с тем, что утреннюю выпечку уже давно разобрали....
  -Ну, ладно, тогда до завтра , че.... - Всегда пессимистичный Жека, был еще более грустным.
  -Ладно, пока, завтра в 10-00 на работу. - Зачем - то сказал Иван.
  -До свидания - тихо сказала Лена, подруга Гоши, которая работала кредитным экспертом. За весь день она едва ли произнесла и десяток слов. В Абакане жила ее родная сестра, с сыном, и как они там, было узнать абсолютно невозможно. Она не плакала, не жаловалась, просто тихо ушла в себя....
   ***
   -Мда припозднился. Будьте добры подайте мне консервы сайры, шпроты, горбуши, тушенки, а так же кильки в томатном соусе. - Георгий назвал все консервы, названия которых смог вспомнить. Пятый магазин, в который он заехал, был уже на половину опустошенный, но это лучше, чем ничего, а в центральных магазинах к 16-00 было уже совсем пусто, разобрали даже элитный алкоголь. Подумать только, в мире черт знает что творится, а кто- то будет пить элитный алкоголь!
  - Я посмотрю, что еще осталось... а вам сколько? - Девочка продавец, чуть не плакала, видимо каждый, кто сегодня что- то купил, оставил ей кусочек своего страха. Да и идиоту будет понятно, что неспроста, в небольшом городке, вдруг все захотели запастись продуктами... еще этот шум утром...
  -Вы знаете, по десятку, всего. А кильки наверно банок тридцать, и еще пару бутылок... водки.- Гоша сам не верил, что произносит это. Ну, зачем столько? Ведь уже кое- что взял в других магазинах, масло, майонез, все в больших тарах.
  -Господи, да что же это творится!?- В полголоса причитала девчушка, доставая банки - Все как с ума посходили. Неужели опять ГЭС? - она как- то просительно посмотрела на Георгия.
  -Знаешь что, набери себе побольше продуктов, и иди домой. Мой тебе совет - сказал Георгий, рассчитываясь, - Быть может, завтра здесь будет единственный магазин, где можно хоть что- то купить. - Сказал он себе под нос, уходя. В его двух пакетах была едва ли половина от того что он хотел купить....
  
   - Александр привет. Ну что, какие новости? Или продажные СМИ уже вообще мышей не ловят? - Саня улыбнулся, его всегда забавляло, когда про его контору так говорили. Они беседовали около его дома, усевшись на лавочку, бильярд накрылся, так как все увеселительные учреждения были закрыты.
  - Ничего неизвестно. - Сказал он закуривая. - Сам же видишь, и часа не прошло, как оказались в средневековье. Да и... тебе не кажется, что в небе какая- то пыль что ли.
  -Угу, ты что же, думаешь, бомбить начали? Это же смешно! Быть этого не может! - Гоша хотел это сказать насмешливым тоном, но со стороны казалось, что насмешливость эта, какая- то нервозная. - Да и какое это средневековье? С туалетом в доме, и горячей водой. - Георгий специально старался обмануть себя, он прекрасно понимал, что горячая вода остаточная и быть может через несколько часов будет только холодная, и это в лучшем случае.
  - Гоша - Саня как то уж очень серьезно взглянул. - Ты же смотрел новости. Этот дурдом, с взаимными угрозами длится уже целый месяц. Кто знает, может уже от слов перешли к делу...
  -Хорошо. Допустим, ну просто пофантазируем, еще утром в мире все было нормально, летали самолеты, работала связь, ходили поезда, потом, как это часто бывает, одна мелочь все изменила и ядерные державы, все - таки, атаковали друг друга. СШГЭС цель, вероятно приоритетная, все - таки крупнейшая в мире.... В общем, ты хоть представляешь, что это значит? Саня, все, эта ночь, вероятно, будет последняя, из спокойных. Блядь, еще эта дымка, полшестого вечера, а сумерки как будто уже девять. - Гоша, не спросив, вытянул сигарету из пачки Сани.
  -То- то и оно, кентяра, че делать- то, уходить на Кубайку, и жить тайгой? До хера, я чувствую, желающих будет... - Саня усмехнулся. - Отец у меня домик там прикупил, зимой, прям как чувствовал.
  -Знаешь, если действительно допустить, что война все-таки началась. Право собственности будет очень серьезно пересмотрено. Ты только представь, мир, где уже нет никаких сдерживающих факторов, когда люди поймут, что можно убить другого, и за это, ничего не будет. Соседка не вызовет милицию, так как милиции нет, и суда никакого не будет, и тюрем уже нигде нет. А если учесть, что через неделю грабеж станет единственным способом приобрести материальные блага, картина становится совсем грустной... Анархичной. - Гоша закурил вторую - Однако может быть это все бред, и завтра проснувшись, мы включим телевизор и холеный диктор, расскажет о неполадках на ГЭС, которые уже устранены.
  - Ага, а так же расскажет, почему утром стоял грохот, и в семь вечера на двадцать метров ни хера не видно. А по поводу анархии, это ты погорячился, все-таки есть администрация, менты опять же на работе, думаю, основная масса людей, доверится существующей власти, хотя- бы первое время. Но ты прав, общий уровень преступности вероятно возрастет. - Александр как- то картинно, всей пятерней зачесал свои блестяще - черные волосы назад.
  -Как- то благостно мы с тобой тут сидим и рассуждаем, как будет, меня не покидает предчувствие, что это наши последние такие спокойные посиделки. Заметь, люди сейчас, мягко сказать напряжены, нет, они, конечно, кивают головой едва знакомым людям, и даже пропустят в открывшуюся дверь в магазине.... Однако сегодня, когда я бегал по магазинам в поисках консервов, меня не покидало ощущение, что в воздухе витает, нечто... блядское. Извини за бедность речи. - Лицо Георгия как то не естественно сморщилось. - Пойми, каждому отдельно взятому гражданину, в критической ситуации, насрать на всех вокруг, вспомни хотя- бы наводнение. И пофантазируй, во что такое отношение может выльиться, при отсутствии сколько- нибудь, внятной власти.
  -Гоша, ты только задумайся, а вдруг вокруг нас уже ничего нет. - Неуверенно произнес Саня. - Ну... в смысле нет Москвы, нет Новосибирска, одежду уже никто не сошьет, продуктовики не привезут в свои магазины консервов, электричества уже не будет. Сотовой связи. А бензин!!! Бля! Бензом же надо запастись! - У Сани был вид человека, сделавшего важное открытие. - Ты как? Уже?
   - Успокойся, гений, все равно уже поздно. - Гоша закурил уже третью. - Я целый час простоял в очереди, матеря себя за то, что не взял никакой канистры, каждый, кто подъезжал, помимо бака, заправлял еще и какую-нибудь тару. Заправив полный бак, я поехал к маме, выгрузить продукты, когда уже уходил от нее, ее сосед по этажу, сказал, что бензин уже не продают. По его виду было ясно, что это правда.
  - Ладно, переживу. - Сказал Саня мрачно. - Все равно если кругом хаос, несколько литров бензина не спасут. Хорошо, что Абаза находится в горах, хотя бы не затопит.
  - Мы так разговариваем, как- будто, самые страшные опасения - уже реальность....
  -Все, башка уже раскалывается от этих, так сказать, 'фантазий'. - Саня взялся, яростно растирать лицо.
  -Поехал я. - Георгий встал с лавочки. - Посмотрю че на улицах, да домой. Завтра все прояснится. Все бы ничего, да вот эта дымка в небе давит на мозг, ненормально это.
  -Да ну! А так-то, все 'все бы ничего'? Да вы батенька, оптимист. - Пожимая руку, Саня устало улыбнулся.
   * * *
   Улица Набережная, в Абазе, пожалуй, самая подходящая для прогулок. Два километра асфальтированной пешеходной дорожки, были проложены, как раз, вдоль берега реки Абакан, за которой практически сразу возвышались горы, покрытые густым лесом. К слову сказать, Абаза вообще вся была в окружении гор, так как находилась в горной котловине, на высоте 450 метров над уровнем моря.
   Как- то не по себе стало Георгию, от обилия народа. Многолюдно на улице, в Абазе могло быть только в двух случаях: во время массовых мероприятий, к примеру, в день Металлурга, или же во времена общегородских бедствий, как во время наводнения. Люди, преимущественно толпились группами, реже гуляли парами, а одиноких ходоков Георгий, кажется, вообще не увидел. В голове опять, почему-то всплыли обрывки воспоминаний из еще советского детства, когда он совсем маленьким пацаном гулял в такой же толпе, и ему не было страшно, скорее наоборот, он был счастлив. Да, спустя двадцать с небольшим лет, вдруг пришло осознание того, насколько счастливым было его детство. Но сейчас, такое скопление отнюдь не радовало, какие- то другие взгляды бросали мужчины, быстрые, цепкие, волчьи, злые.... Какими-то очень уж притихшими были женщины, находясь рядом со своими мужчинами.
   Паркуясь на набережной, Георгий увидел троих знакомых парней, среди которых был его работник Иван. Выключив фары, полвосьмого вечера, почему- то, были уже очень густые сумерки. Он направился к ним. И тут его, что называется, 'накрыло', он вдруг осознал насколько же все паршиво, и как- то, безнадежно. Вокруг него было около двух тысяч человек, по меркам Абазы огромная толпа, и не было того гула, присущего такому скоплению людей, было лишь это мерзкое перешептывание, почему- то все говорили в пол голоса. Общая, какая- то бесовская полутишина, лишь изредка прерывалась то тут -то там вскриками людей явно злоупотребивших спиртным.
   Иван стоял со своими друзьями, Мишкой, 27 летним, худощавым парнем, который в свои молодые годы, уже имел очень заметные залысины. И Денисом, соседом Ивана, полноватым студентом четвертого курса Красноярского Государственного Университета, приехавший к родителям, как он говорил на 'побывку'. Поздоровавшись с каждым, Георгий сразу всем, задал волнующий его вопрос:
  -Ну что слышно?
  -Ни че,- резко ответил Миша - походу война началась...
  -Миша, ты параноик. Какая война!? - Пренебрежительным тоном начал Денис. - Какой источник информации ты использовал, чтобы сделать такой вывод? Может ты видел самолеты в небе? Или тебе пришло предписание с военкомата? О! Тебе об этом по телевизору, наверное, рассказали! Или по радио?
  - Слышь, умник - зашипел Михаил - может, объяснишь тогда, почему в атмосфере какая- то хрень.
  Только не говори, что тайга горит, у нас она горит каждый год, но такого не было, никогда.
  -Ух, какое умное слово: атмосфера! - Денис явно издевался. - А про частичные затмения слышал? А про пожары нефтехранилищ? Может это заправка где- то в Таштыпе взорвалась. А копоть от ГСМ - это тебе не тайга.
  Иван в разговор даже не вникал, просто стоял и смотрел мутным взглядом куда-то вдаль. И почему- то в тот момент, Георгию показалось, что он единственный из троицы кто ВСЕ, понял....
   В гараж Гоша ехал очень медленно, как- то по новому смотря на свой родной город, город без огней, темный, какой-то чужой, страшный. Город засыпал. И если Георгий и был в чем- то уверен, то только в том, что завтра город проснется другим, навсегда изменившимся. Проезжая через центр города, сплошь застроенного пятиэтажками, Георгий сквозь пелену видел, насколько центр стал враждебным одинокому путнику, у многих подъездов тусовались гоповатого вида 'пацанчики'. Кое-где бурлили потасовки, а на рыночной площади пятеро парней все вместе пинали , вроде милиционера, ну может не милиционера, но кого-то в форме.... Что-то внутри задрожало. Паника почти овладела им, то, что творилось вокруг, казалось невероятным. Этот грохот утром, потом пропала связь, электричество... продукты. Обстановка вокруг, с каждой минутой, только ухудшалась, в каждом взгляде, в каждом слове окружающих людей, читался страх, страх что стало с миром. Не хотелось об этом думать, но кажется уже каждый мыслящий человек, уже рассуждал про себя, а что если того мира который был еще сегодня в шесть утра, уже нет. В голову пришла мысль, что дома нет никакого оружия, что дома Ленка одна и ждет его, а в доме через дорогу его мама и тоже одна....
   Поднимаясь по лестнице домой, Георгий думал, как ему на шею бросится Ленка, а он улыбаясь приглушенно скажет 'ну ты чего, соскучилась?'. И уже перед дверью, прокрутив в голове прошедший день, какая-то лютая злоба овладела им. Лена и правда бросилась на шею, и почему- то заплакала, но Георгий рявкнув что то матерное оттолкнул ее от себя, его нервировало абсолютно все, он сразу понял, как смертельно устал.
   ** *
   В 8-30 утра заиграла мелодия на мобильном телефоне. Да как радостно заиграла! Георгий проснулся сразу, как говорят без раскачки и потягушек. Спать- то он толком и не спал, так провел ночь в полубреду, но услышав мобильник, пришел в себя моментально. За какие-то доли секунд, в мозгу заискрилось: 'все кончилось, связь есть! Все отлично. Наверняка есть электричество, телевидение и прочие радости. Сейчас делаю зарядку, чищу зубы, варю кофеек, бегу на работу, и в интернет, читать новости...' Но по продолжительности, вся радость собственно и свелась к этим долям секунд. На мобильном телефоне всего лишь сработал будильник. В следующий момент настроение упало на 'нет'. Встав, разминая шею, он направился к выключателю.... Света нет....
   В десять утра. В кабинете Георгия собрался весь небольшой коллектив, одежда на всех была какая угодно, но не та, в какой они обычно ходили на работу. Все знали, работать сегодня не будем. И, практически всем было, что рассказать.
   - Весь город только об том и говорит. - Начал вечно смурной Женька - Да че город, у меня вон сосед, Серега Кузнецов, ну... у него еще два ларька на рынке.... Сегодня утром всей улицей его слушали. В шесть утра подался в Абакан, на газельке, продукты же все разобрали, проехал перевал. А на нем чуть ли ни деревня выросла! Беженцы. Послушав их, решил убедиться лично. Спустился с перевала, от Таштыпа отъехал, километров десять.... А там грузовичков таких же, штук сорок, а дальше вода. Говорит везде она там, берегов совсем не видно, только верхушки холмов немножко торчат.
  - Это что же получается. - Сказала Нина Викторовна. - Всю Хакасию затопило? Все под водой? И Абакан? - Вопрос про столицу Хакасии прозвучал откровенно глупо, руки Нины Викторовны, заметно дрожали.
  - Говорят шум, который все слышали вчера утром, это бомба была, ядерная.... - Очень не уверенно сказал Иван, сжевав последнее слово.
  Георгий рефлекторно достал мобильник, что бы позвонить одному своему знакомому, который имел свой продуктовый магазин, зло матернувшись, убрал в нагрудный карман. Лена просто тихо сидела и плакала.
  - Вот, все так и говорят, - не унимался Жека - а муть в небе, это походу пыль, или пепел от взрывов - закончил Евгений уже без напора.
  -Че делать-то? Решай. - Сказал Иван, и все как по команде уставились на Георгия.
  -Что решать Ваня? - Гоша смотрел на него как на идиота. - Ты вообще понимаешь что произошло?
  - Ну, я про работу... - Еле слышно буркнул Иван.
  -Все? - спросил в свою очередь Женя.
  -Все? - Как то, тупо повторила Лена.
  - Если вы хотите это услышать от меня, то говорю. - Ровно, и безразлично вещал Георгий - Нет больше магазина бытовой техники, нет больше нашей организации. И я вам больше не начальник, теперь каждый сам за себя, а там, куда кривая выведет. - Помолчав, добавил.- Что-то мне подсказывает, что с Красноярска, начальство больше никогда уже не приедет, и ревизию, делать никто больше не будет....
  -А расчет? - Совсем вяло спросил Иван, как- то по совиному не моргая.
  -Ты думаешь, деньги еще в ходу? - насмешливо спросил в свою очередь Жека.
  Георгий достал из сейфа шесть пятитысячных купюр, и по три, отдал двум продавцам.
  Оставшиеся деньги, где- то пятьдесят тысяч, он все-таки оставил для себя, в общем- то понимая, что за эти деньги уже не получить и двух банок тушенки....
   ***
  
   Он хотел это увидеть лично, забыв обо всем и обо всех, он поехал к селу Таштып, которое находилось в тридцати километрах от города. Было плевать на сожженный бензин, который уже ни- где не купишь, на беженцев, которые успели добраться до перевала. Он забыл всех близких людей, и как ненормальный стремился увидеть это. Ни на секунду он не задумался о возвращении в город. Величайшая катастрофа, больше которой и представить было невозможно, манила к себе, словно только она, как мудрая мать, могла дать ответы на все вопросы. Георгий понимал, что сходит с ума, и в этом сумасшествии он был, счастлив.
  На пятачке, где можно было подъехать максимально близко, по краям дороги стояло около сотни машин. Припарковавшись, он быстрым шагом направился к гудящей толпе людей. То, что он увидел, повергло его в состояние невесомости. Он просто смотрел, не думая ни о чем, лишь изредка вдыхая влажный воздух.
   Картина открылась воистину психоделическая, разум просто отказался это принять как данность. Там, где были степи с редкими возвышенностями, везде была вода, она покрывала все видимое глазу расстояние. В это просто невозможно было поверить, Георгий с детства, еще с отцом, частенько ездил в Абакан, по дороге, которая, проходила сквозь степь, позже раз в неделю он мотался по рабочим делам. Он знал, каждый холмик, каждый поворот, каждую кочку.... А теперь просто вода. Зрелище было подавляющее. Однообразное, унылое и подавляющее. Казалось, свинцовая вода затопила весь мир, все к чему стремился, чего хотел, к чему шел.... Депрессия навалилась просто ужасная, было ощущение, что находишься на необитаемом острове, посреди огромного океана.... На горизонте, в мутном небе, показались черные тяжелые тучи, словно предвестники будущих времен.
  
   Глава 2
   Георгий сидел во времянке, пил чай и смотрел в окно. В огороде возле поленницы, Петрович рубил дрова. Мысленно перебирая события прошедших месяцев. Прошло уже шесть месяцев с момента начала мировой войны. Впрочем, для абазинцев оставалось загадкой, что стало с миром, да и узнать было неоткуда. После того, как люди начали осознавать, что произошло, мировая война, 'где- то там', перестала их волновать. Первые пару месяцев, были в общем- то спокойными, все по инерции жили своими проблемами, не вмешиваясь в чужие. Пелена в небе вроде начала спадать, солнца становилось больше, казалось, что природа успешно заживляла свои раны. Чего уж никак нельзя было сказать о городе....
   Уже через шесть недель, Георгий с родными перебрался в затон, окраина города, где частные постройки вплотную подходили к бору, а пройдя через бор около километра, можно было выйти к реке Абакан. Жизнь в центре, в пятиэтажках, стала невыносима. Удивительно, как же быстро, человек способен гадить вокруг себя. Город, особенно центр, на глазах превращался в помойку. Мусор уже никто из баков не вывозил, дворников не было, да и лишний раз выйти из дома порой было страшно, вскоре у жителей центра появилась новая привычка выброса мусора, просто в окно. После месяца такой жизни центр города уверенно походил на огромную помойку, этому обстоятельству были весьма рады крысы, расплодившиеся в огромных количествах. Уровень преступности был катастрофичным, и по утрам, избитый и изрезанный труп человека, лежащий в пяти метрах от подъезда, уже мало кого мог удивить.
   Когда пошла волна грабежей магазинов, охрана которых уже никого не волновала, Георгий тоже в них, грабежах, пассивно участвовал, так сказать в массовке. Это помогло ему добыть еще немного еды, сигарет, и множество одежды, самых разных размеров, так как интерес к одежде у масс, почему- то был не столь велик. Очень ярко запомнился взлом оружейного магазина, который находился, буквально в пятидесяти метрах от дома Георгия. Не смотря на то, что в Абазе, пожалуй, каждый третий мужчина был охотником, и имел в своем доме ружье, интерес к оружейному магазину проснулся у людей сразу. Хотя с другой стороны, скорее интерес был, потому, что оружие было лишь у трети. Забравшись в толпу, копающихся в магазине людей, Георгий стал зрителем очень интересных событий: молодой парнишка очень проворно схватил с витрины 'Вепрь 308', но сделав буквально шаг, упал, как будто моментально уснул, из - под его тела растекалась черная кровь. Возле витрины с оружием началась драка с поножовщиной.... Пасть с ножом в спине, но с оружием в руках, в планы Георгия никак не входило, и он быстро нырнул в склад, находившийся в смежной комнате. В складе уже возились человек семь, все независимо друг от друга. Брать по большому счету уже было нечего, наверняка эти выгребли все наиболее ценное. Следующее действие Георгия было как- будто на автомате, хотя раньше ничем подобным он не промышлял, даже в мыслях. Схватив сломанный навесной замок внушительных размеров, который валялся на полу, Георгий со всей силы ударил по спине ближайшего мародера, который как раз нагнулся, обыскивая нижние стеллажи. Удар пришелся в область правой лопатки, мужик упал на пол, словно надувная игрушка из которой выпустили воздух. Георгий, схватив клетчатую сумку, с которыми любили ездить челноки, с проворностью медведя, выпрыгнул в окно, и, не оглядываясь, помчался прочь.
   Только добежав до дома, Георгий почувствовал, что мышцы на правой руке стали каменными, сумка была довольно увесистой. Закрыв железную дверь, он сполз вдоль стены, прямо в коридоре, тяжело дыша. Только что, при нем убили человека, всего лишь за то, что он схватил вещь, стоимостью в 24 тысячи рублей, а сам Георгий чуть не убил человека... просто за сумку.
   Когда оцепенение прошло, Георгий, не спеша начал проводить ревизию материальных ценностей добытых путем, чего уж мяться, открытого грабежа. В сумке оказалось ни много ни мало, три пачки патронов двенадцатого калибра снаряженных пулей, семь пачек патронов того же калибра снаряженных картечью 8.0 мм, и одиннадцать пачек патронов с дробью единичкой. Помимо этого были три упаковки дымного пороха, и две бездымного, также были в наличии увесистый пакетик с капсюлями, и пожалуй пару сотен латунных гильз, 12 и 16 калибров. На самом дне сумки лежали три пакета, с картечью. Боезапас очень даже неплохой, однако не было главного - оружия, а без него уже даже днем стало опасно выходить на улицу, да и дома было неспокойно. В тот же день было принято решение о заходе в затон, у Ленкиного дедушки там был дом по улице 35 Лет Победы, сам дед Станислав умер полторы недели назад, отказало сердце. К тому же, по слухам, в затоне образовалась интересная общественная организация, в полушутку называемая самими затонцами, как 'содружество независимых домов'. В затоне, состоящим, из частного сектора, на окраинные дома уже начали нападать, понемногу формирующиеся банды грабителей. И когда очередной ночью был вырезан уже пятый по счету дом, жителям затона стало ясно, поодиночке не выжить. И как только становились слышны выстрелы и лай собак, ближайшие соседи всегда стремились на выручку.
   Все было как в тумане, быстро в гараж, каким-то чудом еще не разграбленный, завел свою 'нексию' не прогревая, на газ и к дому. Подъехал к своему подъезду, обматерив Ленку за нерасторопность, быстро погрузили вещи. Сотни глаз из соседних домов уже хищно смотрели на них и все эти взгляды были уже очень недобрыми, плотоядными, прожигающими. Заехали за матерью, которая ждала на балконе, погрузка, и в затон. Сердце ныло, оставили две квартиры в центре, после ремонта, с бытовухой и мебелью. Оставили. А как было не оставить? Позже, спустя пару месяцев, события, происходившие в центре, окончательно убедили Георгия в правильности принятого решения....
   ***
   В затоне все было очень неплохо. Дом стоял предпоследний от леса, из надворных построек имелся большой сарай, в него была спрятана 'нексия', сартир на улице, баня, времянка, а также пять соток огорода, на котором выращивался картофель. Жить можно. По крайней мере, гопоты в разы меньше. В соседях жил дед Захар, с двенадцатилетним внуком Васькой, его дом был крайним к лесу, состоящим из кедров и сосен. По другую сторону жил Иван Юрьевич Седоков со своей супругой Василисой. В нормальные времена Иван Юрьевич работал в ветлечебнице, сейчас безвылазно находился в затоне, его супруга, слегка полноватая и всегда краснощекая Василиса, кажется, была в положении. Впрочем, и на дому, работы по специальности и сейчас хватало, и даже не по специальности.... Сразу через дорогу, жила семья Угловых, какая- то уж очень старорусская, что ли. Настоящий патриархальный дом, в котором власть 58- летнего отца над супругой и семьей сына, была абсолютной и бесспорной.
   Дед Захар, новым соседям очень обрадовался, все таки есть кому прикрыть спину. Ему было уже 72 года, невысокий и суховатый, с всегда аккуратно подстриженной бородой, он в своем возрасте, умудрился сохранить отличное зрение, и из своего старенького ружья, ТОЗ-34 28 калибра, уверенно попадал с пятидесяти метров в сигаретную пачку. Кстати, 28 калибру, уже давно снятому с производства, был предан, просто фанатично, и стрелял практически всегда пулей.
   В подполье, у деда Станислава, Георгий нашел настоящий клад, чуть было не запрыгал от радости. ТОЗ-63, 16 калибр, курковое, весь в масле, выглядел совершенно новым! Это было первое личное оружие Георгия, и оно его словно подпитывало какой-то своей волшебной силой, уверенностью. Похвастать находкой Георгий побежал к Захару, который с видом знатока, коротко выдал: - Ну, в общем-то неплохое для начинающего.- Он был совершенно серьезен.
  - Дед Захар, ты это... ну ты же охотник старый. Научи меня патроны снаряжать. - Попросил Георгий, смущенный более чем скромной оценкой оружия.
  - Ну пороха, у меня чуток имеется.... Картечи найдем, капсюль. А где же я тебе гильзы- то возьму? - озадачился дед Захар, явно заинтересованный тем, чтобы сосед был вооружен.
  -У меня все есть. - В полголоса сказал Георгий.
  -А откуда? - Дед Захар, смотрел прямо в глаза.
  -Как откуда?- Вопросом на вопрос ответил Георгий - У деда Станислава в подполье нашел.
  -Не ври мне Гоша, никогда не ври, я ложь сразу чувствую. - Захар прикрыл глаза, как будто уснул. Вдруг резко сказал.- Не был Стас охотником, 25 лет соседи, никогда его с ружьем не видел.... Ладно неси свою добычу, будем учиться патроны заряжать, да и пострелять тебе надо.
  - Я быстро.- Настроение Георгия было отвратительным, 'добычу', вором в глаза назвали, а возразить, возразить- то нечего....
  
   Первые выстрелы из своего нового оружия по человеку пришлось сделать уже через две недели. В третьем часу ночи, Окшар, кабель, оставшийся еще от деда Станислава, вдруг взахлеб залаял....
   Накинув пуховик, в трусах и шлепках, взяв свой ТОЗ-63, Георгий тихо вышел на улицу.
  Он боялся, было уже по-осеннему холодно, темно, и ему казалось, что он не сможет выстрелить, если возникнет необходимость. Страх усугублялся еще и тем, что он не видел, вероятного противника. А вдруг пока он на улице, кто-то уже проник в дом.... Казалось, он уже стоит около получаса, вслушиваясь в каждый звук.
   Хруст раздался в десяти метрах от него за забором. - Так, кому че надо? Намеренно громко спросил Георгий.
  -Слышь, братка, подойди ни в падлу, человеку помощь нужна. - Донесся прокуренный, блатной голос.
   Вскинув ружье, Георгий выстрелил на голос, посреди ночи звук был подобен раскату грома.
  После секундной задержки вдогонку был послан второй заряд картечи. После чего сразу последовала перезарядка.
  - Ну, сучара! Пиздец тебе, недели не протянешь. - Донесся уже другой голос чуть дальше.
  В темноту Георгий послал еще два выстрела, как вдруг в метре от него раздался еще выстрел.
  От испуга он отпрыгнул метра на два, и упал. Все никак не получалось перезарядить ружье, не сразу дошло что стрелявшим был дед Захар.
  -Да Гоша из тебя боец, как из меня тяжелоатлет. - Без всякой злобы сказал Захар.
   Вся улица пришла в движение, залаяли собаки, по местности шарили фонарями, все вышедшие на улицу мужики держали на изготовке ружья. Но интуитивно было понятно, что этот бой окончен. В двадцати метрах от забора лежал труп молодого совсем парня, вены на левой руке были исколоты. Пуля двадцать восьмого калибра вошла в затылок, лица было не разобрать. Сделав четыре выстрела, Георгий так никуда и не попал.
  Утром дед Захар, пришел, поучить молодежь. - Скажи Гоша. - Хищно начал он. - За каким хером, ты стоял как вкопанный на одном месте. Да и еще орал на всю улицу?
  - Нуу... Захарыч, ты на меня сильно- то не наезжай, растерялся немного, ну впервые в моей жизни такое. - Интонация Гоши заметно 'плавала', все-таки чувствовал себя в чем-то виноватым.
  - Гоша, если бы я был вместо этих сопляков, я бы тебя, идиота, голыми руками...
  -Так сосед давай за базаром своим следи уже. - Наповышенных, ответил Георгий, не дав Захару закончить.
  -Услышал шум ночью, стреляй не спрашивая, выстрелил, сразу меняй позицию, стреляют - падай на землю пластом. - Холодно сказал Захар, встал и вышел из времянки.
  
   Нина Викторовна, стала совсем тихой и послушной, Ленка тоже не особо была разговорчива.
  В женском сознании никак не укладывалось, что вот так, запросто может посреди ночи разразиться перестрелка. И единственный мужчина в их жизни может погибнуть в любой момент.
  -Мам, у нас же где-то была водка? - Прокричал Георгий на весь дом.
  -Да, в погреб убрала. - Она вышла закутанная в шаль, и очень заплаканная.
  - Скажи Ленке пусть достанет.
  -А что случилось- то? - Спросила она обеспокоенно.
  -К Захару пойду. - Он подошел и поцеловал маму. - Он этой ночью, всех нас здорово прикрыл.
   После первой рюмки дед Захар, немного смягчился. После второй, шутил, и по-приятельски толкал кулаком в плечо. После пятой заявил, что Гоша ему как сын! Соседская дружба укрепилась.
   ***
   Тем временем город изменился разительно. В пятиэтажках, оформилась так называемая группировка 'центровых' состоящая из самого разнообразного сброда, а потому самая многочисленная. Костяк группировки составляли лица ранее судимые, относительно дисциплинированные. Но в целом деятельность, 'центровых' носила стихийный характер, и была крайне агрессивна.
   Южнее была территория 'базарных', очень большая часть города, состоящий на 90 процентов из частного сектора, с центральными улицами Ленина и Парковая которые были друг другу перпендикулярны. Название пошло от рынка, в народе 'базара' который был устроен на пересечении главных улиц. Основой 'базарных' были бывшие сотрудники МВД. Сказать к слову, на начальном этапе не все было гладко у 'базарных'. Рассказывали что становлению группировки, предшествовал какой-то конфликт внутри офицеров. И самым красноречивым фактом, говорящем о конфликте был тот, что главой 'базарных' был не подполковник Сухачев Виталий Викторович, бывший главой ГОВД , а некий старлей Иванов Вячеслав Егорович, слывший лучшим опером и имевший непререкаемый авторитет среди коллег. Да и Сухачев как- то быстро уж погиб, при сомнительных обстоятельствах.... Но в целом, 'базарные' были самой организованной и боеспособной группировкой. Единственной кто смог себе позволить, вести патрулирование своих территорий на автомобилях, а доверенные бойцы были вооружены АКСУ или АК - 47. Бойцы, занятые охраной рынка, были вооружены 'кедрами'. Еще одно доказательство передела, 'кедр' был на вооружении только у вневедомственной охраны, которая ГОВД никогда не подчинялась. Жилось под 'базарными' более или менее спокойно, но и требования у них были на уровне. За протекцию, с каждого участка, изымалась пятая часть урожая. Затон, который располагался юго-восточнее, пока не был им интересен. Рынок же, вообще являлся демилитаризованной зоной, прежде чем попасть туда, необходимо было, охране сдать оружие. О судьбе села Арбаты, которое находилось в 20 километрах южнее от города, ни каких новостей не приходило.
   Северо-восточнее от 'центровых' находилась так называемая 'ничейная земля'- огромные территории частного сектора, никому не подконтрольные и без ярко выраженной организации. Где- то там находился старый друг Георгия, Александр.
   Глава 3
   Шла вторая половина декабря. Георгий, взяв ружье, пошел прогуляться по бору. Дома остался уже ставший родным дед Захар. Без присмотра, мужчин, дома ни оставляли, никогда. Погода была ясной, теплой, всего-то минус двенадцать, на душе было легко. Так бывает часто, перед тем как случается, что - то неприятное.
   Издалека донеслись маты нескольких людей. Взяв ружье наизготовку, Георгий пригнулся и спрятался за ближайшее дерево. События не заставили себя долго ждать. На обширной поляне, которая располагалась сразу за лесом, и упиралась в реку, замерзшую зимой, появились три фигуры людей. Причем одна фигура убегала, а три других, матерясь и угрожая, пытались догнать. В бинокль Георгий увидел, что преследователи, какие-то оборванцы, были вооружены плотницкими топорами. А убегающим оказался его бывший сосед, по подъезду, Петрович. Знал Георгий о Петровиче не- много, а точнее не знал ничего. Пятидесятичетырехлетний пенсионер, приехавший в Абазу, вроде с Алтая, по большей части сидел дома и бухал в одиночестве, но в моменты мимолетного, соседского общения производил впечатление вполне толкового мужика. Ну, такого, который повидал многое. Решение был принято, но скорее не из желания спасти Петровича, а из-за ненависти, ко всем этим бандитствующим пацанчикам, которых стало до безобразия много. Странно, раньше к ним, Георгий относился вполне терпимо.
   Сделав выстрел в воздух, Георгий сразу перезарядил ружье, латунные гильзы пряча в карман.
  Погоня на миг затормозилась, а затем Петрович, заметно прихрамывая, побежал в сторону Георгия. Однако преследователи не отступили. И пришлось дать залп конкретно по ним. Выстрел картечью на сто двадцать метров скорее страшен, чем реально опасен. Однако троица отступила. Видимо хватило ума понять, что подойди они еще на пятьдесят метров, перебить их будет нетрудно. Да и характер стрельбы был явно прикрывающим беглеца. Петрович подошел ближе, и Георгию удалось подробно рассмотреть бывшего соседа. Зрелище было то еще. Вся левая сторона фуфайки, была пропитана кровью, левый глаз не открывался из-за огромного, в пол лица синяка. И что сразу бросилось в глаза, он был босым, убегал зимой по снегу босиком. Ростом Петрович был где- то метр семьдесят пять, широкоплечий. И вообще весь он был какой-то широкий в лице, в кости, в плечах опять же. Волосы, как на голове, так и на двухнедельной щетине, были белые как снег, однако без залысин, Георгий же в свои двадцать восемь уже заметно лысел, и потому всегда брился под ноль.
  Глаза голубые, несколько выцветшие, взгляд прямой, цепкий.
  - Гоша. - Полу утвердительно сказал запыхавшийся Петрович.
  -Точно. Ты... Как сам- то? - Георгий жестом показал на окровавленную фуфайку.
  -Гоша, есть где отлежаться? - Петрович, сдавал на глазах.
  -Да, пошли.
  
   Во времянке, Георгий с дедом Захаром уложили Петровича на диван, тот был уже без сознания. В очередной раз Георгий порадовался такому соседу как Захар. Постоянно, по - стариковски ворча на Нину Викторовну и Ленку, дед Захар взял под свой контроль выхаживание Петровича, который к стати для своих лет неплохо шел на поправку. Уже через две недели, глубокие резаные раны на левом боку, сквозь которые виднелись ребра, худо- бедно начали рубцеваться. Дед Захар их сшил обычной швейной ниткой. Он постоянно отпаивал Петровича какими-то только ему одному известными отварами, а Ленка с Ниной Викторовной взяли на себя гигиенический уход: мытье, уборка экскрементов. Однажды за вечерним чаем, во времянке, дед Захар поднял необычную для него тему для разговора.
  -Не думал, я что доживу, до таких дней.... - Пробормотал дед, переливая чай из кружки на блюдечко.
  -До каких? - Спросил в свою очередь Георгий, хотя прекрасно понимал, о чем толкует дед.
  -Я был немного помоложе, чем ты, когда разгорелся карибский кризис, - немного отпив, продолжил - Но хватило же благоразумия.... А в восьмидесятых какой накал был!? Но ведь пронесло!
  -А мне кажется, что было лишь два пути: либо война, либо оккупация. Но после распада союза, оккупация стала вероятнее. Особенно когда алкоголик у власти был. - Сказал Георгий, ища в чашке сухарь покрупнее.
  - Распад союза.... - Захар тяжело вздохнул. - Такое государство просрали.... - Затем зло добавил - При союзе пол Европы нашими танками занято было и все наши братья славяне, треть из которых за фашистов воевали, и пискнуть не смели.
  - А как там Петрович? - Спросил Георгий, переменив тему. - Выкарабкается старик?
  -Какой старик? Да на нем пахать можно будет! - Дед Захар, очень уж по - стариковски завелся. - С такими ранами люди сознание сразу теряют, а этот еще и убежать смог!
  - Да уж, только вчера он начал в себя приходить, надо подробно расспросить, кто те гопники, что гнались за ним.
  - Зачем? - Буркнул Захар.
  - Как зачем? - Округлил глаза Георгий. - Потому что, знание обстановки вокруг, существенно облегчает, жизнь.
  -Может быть. Так ты говорил, что ничего не знаешь про этого Петровича? - Сощурив свои и без того морщинистые глаза, задал вопрос дед.
  -Даже имени не знаю, просто Петрович. - Георгий ответил честно. - Где- то за год до взрыва приехал в Абазу. Из кратковременных соседских разговоров узнал, что он пенсионер, возраст 54 года. В основном находился дома, где в одиночестве пил водку. Все.
  - Ты видел руки, плечи, грудь, твоего пенсионера? - Озадачено спросил Захар. - Только давно заживших пулевых ранения четыре насчитал.
  -Угу. Да мышцы у него выглядят, словно из дерева вырезаны. Видать богатое было прошлое.
  - А ты 'старик'. - Передразнил дед Захар. - Этот старик еще нас переживет. Ну.... Меня то, уж точно.
   В тот же вечер, уже у себя в доме, когда Георгий уже хотел, было лечь спать, Лена робко заговорила о Петровиче:
  - Гош, может, все-таки позовем Ивана Юрьевича. - И как- то боязливо добавила. - Он все- таки ветеринаром работал.
  - Я же сказал, никому ничего не говорить. - Прорычал Георгий одними губами, глядя Лене прямо в глаза - Еще неизвестно во что вляпался этот Петрович, а ты уже всем хочешь рассказать, что он у нас? - с каждым словом его интонация повышалась.
  -Но, а вдруг он умрет? - Ленка была готова уже расплакаться.
  -Умрет, так умрет, похороним. В наше время, похороны, это роскошь, которую немногие могут себе позволить. - Георгий все еще оставался на взводе.
  -Почему все так? - Ленка заревела. - Ты все время кричишь на меня. Я уже не знаю что сделать, что бы тебе угодить. Жестокий какой-то стал. Ты хоть понимаешь, что по живым людям стал стрелять? - продолжала она хныкая. - Человек у тебя на руках умереть может, а тебе лишь бы никто не знал. Как ты вообще спишь по ночам?
  -Мы до сих пор живы, благодаря моей скрытности. - Уже спокойнее отвечал Георгий. - Живем в доме с печкой, почти не голодаем, ты вон в халатике по дому ходишь. Желаешь посмотреть, как люди в центре живут? - Интонация стала немного спокойней, но все равно давящей.
  -Нет, не желаю. - Ленка окончательно сникла. - Просто мы старались заботиться о нем, он какой-то родной стал. Страшно подумать, что он может умереть в нашей времянке.
  -Умрет, похороним. - Еще раз повторил Георгий. - Выживет, в долгу передо мной будет. Мужик он вроде толковый, должен понимать. А по поводу сна.... Лена, за последние полгода, не было ни одной ночи, что бы, я нормально, поспал.
   ***
   Петрович рубил дрова с видимым удовольствием. На третью неделю он поднялся с кровати, стало ясно, выживет точно. Еще через две недели уже искал себе какую-нибудь работу. Но зимой работы в своем доме немного. И Петрович вынужден был довольствоваться лишь утренними отжиманиями, рубкой дров, да закачкой воды из колонки, которую он полностью взял на себя. Уборку же снега, Георгий не доверял никому. Перейти жить в дом, отказался наотрез, шутливо сказав что, 'войска, должны быть, рассредоточены по всем объектам на оккупированной территории'. Дед Захар, услышав такие слова, многозначительно хмыкнул, и очень подозрительно начал всматриваться в Петровича, почесывая свою седую бороду. Петровича же, хроническая подозрительность Захара, всегда очень смешила. Из бесед за чашкой чая, Петрович очень скупо поведал о себе. Олег Петрович Грец , 1957 года рождения. В возрасте 22 лет, окончив военное училище, лейтенант Грец , 30 декабря 1979 года был отправлен в Афганистан, в составе воздушно- десантной дивизии....
  -А дальше? Петрович, что дальше? - Глаза Георгия горели.
  -Гош, давай потом а? - Петрович как-то даже ласково улыбнулся, обычно так улыбается отец, когда видит трепет сына перед новой 'боевой' игрушкой.
  -Договорились. - Георгий и сам смутился от своего азарта.
  -Просто много рассказывать, а мне это как- то непривычно. Не мое это, вещать о боевом прошлом. Может как-нибудь позже.
  -Тогда расскажи не о подвигах. - Не унимался Георгий. - Поведай о поражениях. - Намек был очень прозрачен.
  - О поражениях? - взгляд Петровича стал тяжелым, а в голосе появилась сталь.
  -Почему не рассказываешь, кто были, те люди, которые тебя изувечили. - Промямлил Георгий, про себя он понял, мало, кто сможет выдержать взгляд Петровича.
  -Может быть, и расскажу на днях, наверно уже можно. - Петрович прощупал свой левый бок.
   Разговор прервал дед Захар, неуклюже ввалившись во времянку, как всегда без стука.
  Вообще, с появлением Петровича Захар как- то изменился, его природная подозрительность, какая-то всепроникающая, ему до всего было дело. Катализатором таких настроений послужили давно зажившие пулевые ранения, обнаруженные на теле Петровича. Возможно, деду не давало покоя, что с ними теперь живет человек, с очень, как можно судить бурным прошлым.
  -Был у соседа, Витьки Углова, - усевшись, на табурет, начал Захар. - Так он только вчера с базара пришел. Говорит, наслушался всякого. - Захар замолчал, наслаждаясь тем, что все внимание приковано к нему.
  - Ну? Какого всякого? - Георгий, терпеть не мог, когда Захар так делал.
  -Говорят у 'центровых' лидер сменился. - Продолжал неспешно вещать Захар. - Теперь у них, за главного, какой-то 'Орех'. Говорят из бывших военных. - Сказав это, Захар скосился на Петровича, который ни выказывал никаких эмоций, просто молча 'впитывал'.
  -У меня знакомый в психушке водителем работал. Как- то рассказывал, что к ним поступал какой-то Орехов, вроде ветеран второй чеченской.... - Георгий, вспоминая, добавил. - Но тот как- будто был какой-то психопат, вроде нормальный говорили мужик, его жена как - то пьяного домой не пустила, так он руками и ногами в железную дверь долбился, пока костяшки на кулаках себе не сломал. А когда за ним менты приехали, он двоих еще покусать умудрился, а одному нос сломал. - Одним словом - псих. Хотя может просто совпадение.
  -Так вот, у соседа нашего, Углова, один из охранников сигареты постоянно на патроны меняет. И откуда у этого рвача сигарет столько, он же сроду не курил!? - Продолжил Захар недовольный тем, что Георгий влез в его рассказ, со своими воспоминаниями.- И охранник поведал, что натиск 'центральных' здорово усилился, позавчера говорит, 'базарные' одну свою машину патрульную потеряли.
  -Как потеряли? - Коротко осведомился невозмутимый Петрович.
  -В засаду, говорит, попали. Когда вторая патрульная среагировала, на месте засады уже не было ни машины, ни патрульных. А ведь в патруль по трое ходят. - Выдержав паузу, добавил. - И у каждого был АКС74У.
  -Подумать только, 'центральные' догадались засаду устроить. - Совершенно искренне удивился Георгий. - И что самое невероятное.... Прокатило! Там же сброд один! Петрович, ты то что молчишь?
  - Мало информации для выводов. - Сказал Петрович, и при этом казалось ни одна мышца на его лице, не пошевелилась. - Может просто удача, а может этот самый 'орех' имеет опыт организации засад. Но больше похоже на второе.
  -Ладно, херня все это. - Глубокомысленно заключил Георгий. - До затона им не добраться, между нами огромный кордон: вся территория 'базарных'.
   Во время выздоровления, между прочим, очень быстрого для человека которому уже был шестой десяток, в Петровиче все равно, что-то было не то. Видно было, какой-то груз лежит на сердце этого стареющего витязя. Спустя два дня, Петрович позвал Георгия в ставшую уже его времянку.
  -Гоша разговор есть. - Петрович как всегда смотрел, в глаза. Только взгляд был немного виноватый.
  -Говори.
  -Ты спрашивал о поражениях? Слушай. - Петрович встал, с табурета что бы убрать с печи чайник. - Когда начался постядерный бардак, я уехал жить на дачу, она как раз через реку. Выкопал картошку, спустил в погреб, дров заготовил. Короче кое-как подготовился к зимовке.
  -Те трое. Ты к ним ведешь? - Георгий начинал понимать, о чем разговор.
  -Их было восемь. - В голосе Петровича опять появилась сталь - Откуда пришли не знаю, поселились в кирпичном доме, в пятидесяти метрах от моего. Через два дня под утро, они пожаловали ко мне. - С каждым словом Петрович менялся на глазах, он был похож на огромного седого, рычащего пса, у которого вот-вот, случится приступ бешенства. - У одного обрез, двумя выстрелами он выбил замок на двери, однако сам в дом не зашел. Четверо ввалились в дом, первый вошедший в мою комнату сразу получил удар ножа в сонную артерию, из-за потока крови, рукоять кухонного ножа выскользнула. Его дружки явно не ожидали какого - либо сопротивления и на долю секунды замешкались, этого мгновения мне хватило, чтобы дотянуться до следующего.... Его шея очень легко сломалась.... - Он замолчал. Его глаза горели.
  -Сколько их осталось? - Георгий изо всех сил старался сохранить невозмутимое лицо и спокойную интонацию. Такого Петровича он еще не видел.
  -Пятеро. Тот, который ударил монтировкой по голове, свалил меня с ног. Получив удар снизу по яйцам скрючился и его шея оказалась в моих руках.... В это время меня порезал четвертый, более или менее умеющий обращаться с ножом. - Петрович презрительно оскалился своими железными зубами. - Вскочив на ноги, пропустил еще режущий слева. Затем перехватил колющий и вырубил его с локтя. Не зная вооружения тех, что с наружи, решил уходить. Схватил фуфайку и выпрыгнул в окно, о разбитое стекло которого, еще раз порезался. - Его правая рука была сжата в кулак, от напряжения кулак стал белым.
  -Значит тот, что с обрезом тебя не стал преследовать. - Сделал очевидный вывод Георгий.
  -Дальше ты знаешь.
   Сейчас Петрович был вроде - бы уставший, было видно, что этот рассказ дался ему очень тяжело. Злоба бурлившая в нем, пожирала его не находя выхода наружу.
  -Хочешь отомстить. - Утвердительно сказал Георгий.
  -Гоша. - Петрович перешел на 'спокойное' рычание. - Я, боевой офицер. Когда те ублюдки, срались себе в трусы и хныкали, когда им мамочка не давала соску, я уже был Героем Советского Союза, и получал награды за отвагу, добытые в бою. На войнах, в которых я участвовал, я встречался со страшными людьми. И уж что-что, а убегать от кучки выродков, с моей стороны, непростительно, - он посмотрел Георгию прямо в глаза и сказал: - Я себя перестал уважать после этого. Понимаешь? В первый же день когда я, более или менее стал ясно мыслить, осознал, как я опустился, будучи в отставке.
   Георгий молчал. Да и не знал он, что нужно сейчас сказать. Однако, в одном он был уверен точно. Петрович, только что, практически исповедовался, душу излил, оголил, одну из самых ярких черт своего характера. Ясно дал знать, что его мучило все это время. Вдруг вспомнилось, что Петрович ранее постоянно бухавший, уже полтора месяца стал совершенно равнодушен к алкоголю. Георгий про себя даже усмехнулся 'вот что значит обрести цель в жизни, причем, цель, в совершенно прямом смысле'. Георгий был очень тронут таким доверием, но вслух лишь спросил:
  - Когда собрался идти?
  -А когда ты сможешь? - Петрович посмотрел очень серьезно.
  -Я? - Неестественно округлил глаза Георгий. - Петрович, ты в своем уме? - И уже в полголоса добавил. - Однако сильно тебя ударили.
  -Людей я повидал очень много, и разбираюсь в них - взгляд Петровича уставился 'в никуда'. - Ты пойдешь со мной. Разберись в себе, Гоша, и ты поймешь, что тоже хочешь, чтобы они все сдохли. Мне не нужна твоя помощь. ЭТО нужно тебе....
   Утром Георгий встал в отвратительном настроении, привыкнув по ночам просыпаться от малейшего шороха, этой ночью он не сомкнул глаз. Он думал. Очень много, думал. И к утру начал приходить к выводу, что он просто сходит с ума. Все что он задумал, было нелогично, неправильно, да и просто глупо.... Но он ДОЛЖЕН, был это сделать. Он не знал почему, просто должен....
   В спортивную сумку он положил, четыре блока сигарет 'Ява', к которым с момента кражи даже не прикоснулся, полукилограммовую пачку соли и десяток спичечных коробков. Огромное состояние, из всего перечисленного в условиях Абазы ничего нельзя было воспроизвести. Это был как раз тот вид материальных ценностей, которые с каждым днем, становились все реже и уникальнее.
  Георгий, ничего не ответив на вопросы мамы, направился через дорогу к Виктору Углову. Угловы жили в большом доме, глава дома 58 летний Виктор Углов, Георгий не знал его отчества, был настоящий властелин в пределах своих владений, слову которого не перечил никто. Его сын Михаил, являвшийся Георгию ровесником, отцу был послушен во всем, и аналогичные порядки строил уже в своей семье. Со стороны Угловы производили впечатление зажиточных людей, это подкреплялось еще и тем, что вооружены оба Углова были 'СКСами' . 'СКС - 45' отличный десятизарядный карабин Симонова под патрон 7,62х39, с эффективной дальностью стрельбы в 300 метров. Штука очень недешевая, хотя и довольно распространенная.
   Подождав некоторое время у калитки и слушая как лаяла 'в захлеб' собака, Георгий дождался выхода Углова младшего, чернявого и заросшего высокого парня. Хотя он вышел в шубе, создавалось впечатление, что его бьет сильная дрожь.
  - Гоша? Ты? - Опуская 'СКС' спросил Мишка.
  -Я! - Улыбнулся Георгий, поднимая вверх руки. - Только не стреляй, убьешь соседа, потом весь день расстроенный ходить будешь.
  -Да я так.... Сам понимаешь, утром даже поссать без ствола не выхожу. А тут эта шавка еще лает. - Говоря это, Михаил загнал ротвейлера в будку. - Ну заходи, чего встал.
   Зайдя в дом, Угловых, Георгий оказался в прихожей, которая практически сразу переходила в кухню посреди которой стоял, огромных размеров стол. Во главе стола важно сидел и пил чай глава дома. Георгия сразу удивило то, что в доме, где живет два семейства как то очень уж тихо, и.... безлюдно. Выглядел Виктор Углов очень важно: большая, тщательно расчесанная борода, длинные волосы завязаны в хвост, полушубок наброшен на плечи, осанка какая-то залихватская.
  -О! Гошенька. - Очень по - стариковски сказал он. - Ну, присаживайся же, чего встал. Наташка неси еще чаю, гость у меня.
   Слова 'гость у МЕНЯ' окончательно убедили Георгия, что вести разговор стоит только с Угловым старшим. Здесь он был как божество. Когда Георгий сел, по-кошачьи не слышно, появилась молодая и очень симпатичная женщина, очевидно жена сына. Георгий поймал себя на мысли что женщин из дома Угловых, он раньше не видел, знал, что они есть, но не видел. Поставив чайник на стол, она как- будто испарилась.
  -Доброе утро. - Георгий мялся.
  -Гоша ты чего такой стеснительный? Как палить по ночам, так вроде не стеснялся. - Хохотнув, сказал Глава.
  - Извините, не знаю как Вас по отчеству. - Георгий чувствовал себя мудаком.
  -Виктор Александрович. - Солидно произнес он, впрочем, нисколько не обидевшись.
  -Виктор Александрович, мне нужна ваша помощь. Захар говорил, вы весьма преуспели на рынке, у 'базарных'.
  -Да какой там. - Виктор Александрович махнул рукой. - Так выбираюсь пару тройку раз в неделю....
  -Мне нужно ружье. - Глядя прямо в глаза, твердо произнес Георгий. - Желательно 12 калибр.
  - Нуу... - Протянул Виктор Александрович. - Ружье так ружье.... А твое что? Сломалось?
  -Вы же наверно знаете, что у меня мужик один живет? Вот его и хочу вооружить. Да и ваш в этом интерес есть. - Вкрадчиво продолжил Георгий. - Петрович единица весьма боеспособная. И случись, что у вас.... На выручку уже к вам придет не молодой парень, и не дедок, пусть даже метко стреляющий. А боевой ветеран. За плечами, которого, не одна война.
  -Ветеран говоришь. - Хмуро сказал Виктор Александрович. Затем сухим деловым тоном продолжил. - Есть 'ИЖ-27' 12 калибр, вертикалка, практически новый, гарантия работоспособности сто процентов. Что можешь предложить?
  - Сигареты, спички, соль, бензин, консервы. - Ответил Георгий, не называя количество. - Что нужно?
  -Сколько есть бензина? - Глядя прямо в глаза, спросил глава семейства.
  - А сколько нужно, чтобы отбить ружье? - улыбнувшись, ответил вопросом на вопрос Георгий. Затем добавил. - для соседа, который всегда придет на выручку.
  - Ох, Гоша, Гоша. - Тяжело вздохнув, сказал Виктор Александрович. - Узнал мое уязвимое место, и давишь, давишь туда. Не могу с соседом торговаться. - Помолчав, устало добавил. - Говори свою цену.
  - Три блока сигарет, их говорят можно поменять, на патроны 7,62х39.... - Увидев, что Виктор Александрович напрягся, Георгий понял, что намек дошел. - Бензина десять литров, кильки десять банок. И с меня еще благодарность, в недалеком будущем.
  -Четыре блока, двадцать литров бензина, кильку оставь себе. - Услышав конкретные цифры, усталость у главы семейства как- то мгновенно прошла.- Еще мне нужна соль или обувь, но соль нужнее.
  -Четыре блока, пятнадцать литров, полкилограмма соли, два килограмма риса, ну и спичек пяток коробок. Это все Виктор Александрович. Если не устраивает, я пошел. - Георгий уже собирался встать, но Виктор Александрович, не дал ему сделать этого.
  -Да погоди ты, экий горячий. К чаю, вон даже не притронулся. - Он пытался изобразить озабоченность комфортом гостя. - Хорошо. По-соседски, так по-соседски, неси свое добро, договорились. - Но в полголоса все же добавил. - Что за времена.... Оружие, на сигареты со спичками меняют....
   Георгий шел домой, внешне спокойный, но внутри все тряслось от гнева праведного. ' Ну сосед, ну сволочь, десять раз повторил, мол отдал бесплатно. Урод , блядь. Он же только с сигарет минимум три пачки 7,62 выменяет, а соль, бензин, рис? Да их вообще уже взять негде! И я отдал такое богатство за сраную двухстволку, которая ему и не нужна вовсе! Еще перед домашними оправдывайся, что отдал невосполнимые ресурсы. А вот хер я буду перед кем-нибудь оправдываться, в своем доме я глава!'
   В таком более чем мрачном настроении Георгий, ввалился во времянку к Петровичу, который резкому вторжению ничуть не удивился, словно ждал его. Он, сидя на табурете, упражнялся с экспандером.
  -Тебе какой 12 или 16 калибр? - Увидев Петровича, злоба куда- то ушла, осталось лишь общее недовольство всем.
  -Семь шестьдесят две. - Вполне серьезно ответил Петрович.
  -Значит шестнадцатый. - Заключил Георгий. - Когда выходим?
  -В шесть утра. Поспи, ты паршиво выглядишь.
   Весь день Георгий провел с мамой и Ленкой. Болтали, вспоминали прошлое, мечтали о будущем. На миг показалось, что не было никакой войны, что все отлично, обычный выходной день, просто свет ненадолго выключили. Ночью Георгий проспал от силы час, мысли о предстоящих событиях не давали уснуть....
  - Ты как? - Петрович уже стоял на улице. - Готов? Если не готов говори сразу.
  -Нормально. - Безразлично ответил Георгий. Утро только начиналось, а он уже смертельно устал. Его вдруг внезапно осенило. - Петрович, а за домом- то кто смотреть будет?
  -Захар уже не спит. Он в курсе всего.... - Петрович усмехнулся. - Старик еще кое-что может, а?
  -Ну, не все такие молодые как ты. - Буркнул Георгий.
  -Во. Это дело. Шутишь, значит, мозг работает. Двинули. - Голос Петровича наполнился сталью.
  -На месте будем минут через сорок. - От пошлого Петровича не осталось и следа. Этот говорил, словно отрезал. - Выполнять мои приказы, не думая. Твоя роль прикрывать меня. Все. Замолчали.
   'А ведь он прав, думал про себя Георгий во время пути, он основная ударная сила в нашем отряде. Ему это собственно и нужно. Но мне это зачем? На мне ведь две женщины, о которых я обязан заботиться. Ведь в новом мире они совершенно беззащитны'. Георгий понимал, что его действия нелогичны и не правильны, и абсурдны. Но он шел.... Он надеялся, что понимание зачем он это делает, придет позже.
   К нужной даче они подошли, когда уже начало светать. Дом, где обитали обидчики Петровича, находился на участке в четыре сотки, с краю. В пяти метрах от дома располагалась баня и сразу за ней поленница.
  - Стой, я проверю баню. Встань на одно колено, держи на прицеле вход и жди меня.- Шепотом сказал Петрович. И на 'полусогнутых' направился к бане. Благо по утоптанной тропинке можно было передвигаться бесшумно.
   Георгия очень удивило свое внутреннее настроение. Его можно было описать как спокойствие. Абсолютное спокойствие, разум был невероятно чист и холоден. Все происходящее вокруг было, словно на замедленном просмотре фильма.
  -Чисто. Все в доме. - Петрович преобразился собранный, быстрый, бесшумный. В движениях этого человека невозможно было угадать 55 летнего пенсионера. - Я вхожу первым, спустя секунду ты следом. Сонных , бей прикладом по голове, кто проснулся и сделал хоть одно движение - стреляй. Кончатся патроны, не перезаряжайся, бейся врукопашную. Все ясно?
  -Да. - Георгий физически чувствовал, как в кровь выбрасывается адреналин.
   Ударом ноги Петрович выбил дверь, закрытую изнутри на обычный шпингалет и ворвался в дом. Все длилось шесть секунд, не больше. Георгий вбежал следом, в большой комнате на трех кроватях, поставленных вокруг стола, было три человека. Двое из них корчились, схватившись за лица, сквозь пальцы рук обильно текла кровь. Третий лежал тихо. Петрович был уже в следующей комнате, прошедшийся в этой, словно раненый медведь. Из соседней комнаты раздался выстрел, от которого, Георгию показалось, он оглох окончательно. На секунду Георгий отвлекся и неподвижно лежащий на кровати, с проворностью кошки вскочил и взял со стола какой-то предмет, и бросился к нему. Казалось, ружье выстрелило само, заряд картечи, с которой ходят на кабана, вошел в голову в области подбородка, макушка проворного парня взорвалась словно гейзер, 'подпрыгнув' он рухнул на пол. Один из тех, что были с побитыми лицами, хотел убежать и Георгий выстрелил ему в ногу, выстрел пришелся на подколенную область левой ноги, которая практически оторвалась. Третьему был нанесен упреждающий удар прикладом в голову. Из комнаты вышел Петрович. Не поняв сразу, что это он, Георгий наставил на него ствол. Петрович не обратил на этот жест никакого внимания, осмотрев комнату, лишь кивнул и сказал. - Зажги свечку. Нужно обыскать дом.
   Он сидел на лавочке возле бани, уже расцвело. Вопреки ожиданиям на звуки выстрелов ни- кто не пришел. Возле Георгия стоял старый рюкзак, набитый изъятыми консервами, бутылками с керосином, обувью. Петрович, вытащив из ножен охотничий нож Захара, попросил подождать его снаружи. Спустя пару минут как он вышел, из дома раздались страшные, нечеловеческие крики, впрочем, неособенно продолжительные. Но Георгию было все равно, на него опять напало настроение безразличия. Его не волновало ничего, он просто смотрел на горизонт. Петрович сел рядом.
  -Ты как? - Спросил уже нормальный, мирный Петрович.
  -Нормально.... Как- то не так я себе это представлял.
  -Понимаю тебя, нам просто повезло, не было собак, дозор не выставлен, можно было их просто вырезать, мы далеко не таких убирали в афгане. Да, определенно ножами надо было работать, и у тебя навык бы появился. - Петрович сунул Георгию обрез 'ИЖ-27'. - Держи, я проверил на одном из них, все работает. - Петрович вел себя, как ни в чем не бывало, он вроде бы даже был на эмоциональном подъеме.
  -Петрович, да ты же псих , чертов маньяк! Мы перебили кучу народа, а ты так разговариваешь, как будто мы только что искупаться сходили! - Георгий поймал себя на мысли, что ему не страшно говорить так с Петровичем.
  -Хорошо, чувствительный ты наш. - Сказал Петрович немного раздраженно. - Сходи к соседнему дому, с разбитыми окнами там очень интересно. Я глянул его, пока ты тут медитировал.
   К дому, указанному Петровичем, была протоптана небольшая тропинка. Подойдя к окну и заглянув внутрь, Георгий сразу пошел назад. Голова кружилась, он устал, его тошнило, хотелось оказаться у себя дома. Не каждый день приходится видеть окоченевшие трупы людей, преимущественно женщин, кучей наваленные в единственной комнате маленького дома. Это его не шокировало, нет. Расчет Петровича оправдался, Георгий вдруг ясно понял, что сегодня они не сделали ничего плохого, быть может, мерзкое, противное, но не плохое.
  -Пошли. - Резко сказал Георгий неожиданно для себя.
  -Как скажете товарищ комвзвода. - Ответил Петрович, легко закинув на себя рюкзак.
   Глава 4
   Георгий стоял в бане и брил голову, он и раньше-то не был сторонник длинных стрижек, а сейчас и вовсе брился под ноль. Осмотрев свое тело, про себя усмехнулся. 'Ну вот, наконец-то стройным стал, стало быть, пост ядерный мир меняет людей, делает их лучше!' От этой бредовой мысли стало немного веселей. Мысли об изменениях людей не покидали Георгия уже второй день. После того как они с Петровичем вернулись с дач. Прошел уже месяц. 'Подумать только и года не прошло, как образованные, цивилизованные люди, выросшие в семьях, начали убивать друг друга просто за еду. Нет ну не все конечно.... Хотя, если кто-то полезет в мой дом за куском хлеба.... Да. Пожалуй, все. А Петрович? - В задумчивости Георгий не заметил, что бреет один и тот же участок головы уже четвертый раз. - Я помню его глаза в то утро. Он был как рыба в воде, то, что рядом были пять трупов, сделанных и им тоже, его абсолютно не смущало! Он был бодр и весел. Вел себя совершенно обычно, даже шутить пробовал. Определенно, некоторые проводки в его голове, окончательно перегорели. Да уж, нашел себе во времянку постояльца.... Лучше не придумать. Помывшись, Георгий направился в 'штаб квартиру' своих владений, во времянку к Петровичу. Во времянке уже сидел Захар, со своим уже никуда не пропадающим подозрительным прищуром, и о чем-то толковал Петровичу.
  -Здорово, деды. О чем речь? - Георгий поймал себя на мысли, что стучаться перестал совсем. - Че шушукаемся?
  -Здорово, молодежь. - Ровно ответил Петрович.
  -Зашушукаешься тут. - Ворчливо ответил Захар, игнорируя приветствие Георгия.
   -Сядь, послушай Захара. - Сказал Петрович, ногой пододвинув табурет.
  -Сдают они, дом за домом, говорят, сдают. Не могут уже удержать своих территорий. - Голосом заговорщика продолжил Захар. - А еще Углов сказал....
  -Так, Захар кто они? Без обид, ну давай сначала. - Георгия нервировало то, что он не знает чего-то, что уже знают все.
  - Кто-кто!? 'Базарные'! Жмут их 'центровые'! - Дед Захар психанул из-за того, что его перебили. А еще Углов сказал.... - Захар злобно сверкнул глазами в сторону Георгия. - Что 'центровым' удалось отбить склад взрывчатых веществ, что был при шахте, и контролировался 'базарными'.... И еще одно. По затону ходят разные люди и рассказывают, что мол, затонским в центре бояться нечего и, если кто имеет желание, могут и к 'центровым' податься.
   Каждый, молча, задумался, первым прервал затянувшееся молчание Петрович. - Гоша, какие мысли?
  - Засиделись мы тут в тепле. Чтобы узнать обстановку в городе, нужно идти и узнавать.
  -Правильно. - Кивнул Петрович с видом преподавателя, получившего от студента правильный ответ на поставленный вопрос.
  -У меня товарищ есть, на Герцена живет, можно до него прогуляться. Это как раз где 'ничейная земля', недалеко от 'центровых'. - Сказал Георгий задумчиво. - Он наверно много чего расскажет о жизни местной фауны. Если конечно жив еще....
  -По затону пройдем без приключений. На территории 'базарных' тоже, по всей видимости, нам ни чего не грозит.... - После паузы Петрович добавил. - Ну а дальше, сплошная импровизация.... Но сбор информации необходим. Возможно, даже жизненно необходим....
   Георгий в очередной раз про себя отметил, что близость опасности, возможности вооруженного столкновения, Петровича как- будто молодят, и питают некой энергией, было видно, что это его среда обитания, в которой он прожил большую часть жизни.
  -Ну и за каким хером вы попретесь в центр? - Захара бесило то, что обсуждение активной фазы действий, происходило без его мудрых советов. - А если вас перебьют? Мне что ли баб содержать?
  -Никто нас не перебьет. - Твердо сказал Петрович. - Сбор информации, не больше. - Затем шутливо добавил. - А что, староват что ли, для баб- то?
  -Да делайте что хотите. - Ответил Захар, в прочем без злобы. - Когда выходите то?
  -Завтра. - Подвел черту Петрович.
   Разведывательный поход, пришлось отложить еще на неделю. Из-за непредвиденных обстоятельств.
   Около трех ночи, когда Георгий уже хотел собираться, на улице послышались множественные выстрелы. Вроде бы у дома Угловых. Нина Викторовна и Ленка вскочили как ужаленные, Георгий уже быстро оделся, сунув обрез в специально сшитую для него, кобуру, и взяв в руки 'ИЖ-27'. - Че вылупились? - Рявкнул он. - Быстро в погреб! Выйдя из дома на 'полусогнутых', он увидел силуэт Захара, который прошипел: - За своих не переживай, присмотрю. Петрович уже ушел.
  Тем временем, темп стрельбы вроде убавился. Короткими перебежками Георгий подбежал к пробоине двухметрового забора, стрельба велась по дому, нападающие были во дворе. Сердце колотилось бешено, однако ни усталости, ни отдышки не было, в экстренной ситуации организм работал иначе, лучше, чем в обыденной жизни. 'Сейчас главное чтобы, свои, не завалили. Видал я, в дом лезть'. - Подумал Георгий, затаившись под забором, со стороны улицы. Отсидеться не получилось, мимо прохромал здоровенный детина, таща по снегу труп кавказской овчарки. В темноте он не заметил, лежащего под забором Георгия. Все еще боясь себя обнаружить, Георгий вместо того что бы стрелять, вскочил на ноги, в одном прыжке допрыгнул до уходящего здоровяка, и со всей силы обрушил приклад ружья на затылок. Когда тот, вскинув руки, упал, Георгий ударил еще два раза по голове, характерный хруст, дал понять, что бить дальше уже не имеет смысла. За спиной прогремел выстрел, обернувшись, Георгий увидел человека, пятившегося к нему, и стрелявшего по дому. Вскинув ружье, Георгий выстрелил ему в спину, предполагаемый грабитель словно прыгнул вперед, но после падения пытался подняться, однако без успеха. Подбежав к подранку, Георгий хотел добить выстрелом в голову, но был остановлен громоподобным, командным голосом, которому не возможно было не подчиниться. - Отставить! Это последний! Петрович объявился рядом, словно из воздуха. Перевернув бандита на спину, стало ясно - для допроса уже не годен, его открытые глаза стали 'стеклянными', изо рта шла кровь. Бросились в глаза руки убитого, все сплошь в наколках, на некоторых пальцах наколоты перстни. Георгий вздрогнул, к стыду для себя он понял, что был в ступоре, где то секунд пять. Вокруг уже всюду ходили мужики с улицы....
  Петрович сидел в доме Георгия, что было редкостью, и собирал, тщательно почищенный 'СКС'. Виктор Александрович Углов, отдал карабин сына, в обмен на три трофейных, гладкоствольных ружья, взятых Петровичем в бою. Углов хотел было начать торговаться, как красноречивый взгляд Петровича, вдруг резко пробудил у старика чувство благодарности, которое выражалось в 'СКСе' и пятидесяти патронах к нему. Оно не удивительно, сын Углова получил ранение в правое плечо и из боя сразу выбыл, один, Виктор Александрович, против шестерых был обречен. Всех, в очередной раз, удивил Петрович, не используя ружья, ножом, вырезал четверых, двоих уже отступавших бандитов добил Георгий. Как Петровичу удалось это сделать, Углов внятно рассказать не смог, а Петрович просто не хотел. На небольшой территории затона, о Петровиче заговорили, пожалуй, все. Маленький рыжий мальчонка, по имени Женька, живущий через четыре дома от Георгия, когда увидел Георгия так и спросил:
  -Дядя Гоша, а правда, что Петрович, три дня назад девятерых задушил?
  -Ну, где- то так.... Я, если честно и не припомню уже, или десяток.... - С улыбкой ответил Георгий. 'Отличная репутация у моего дома - про себя подумал он'.
   Спустя неделю, после нападения на дом Угловых, решили идти в город.
  
  -Ну что вы нагнетаете!? - Георгий был крайне раздражен. - Дел на день, ну максимум на два. Захар будет с вами, соседи ночные дежурства организовали. Че вообще за нытье?
  -А вдруг не вернетесь? - Не унималась Ленка. - Про центр такие ужасы рассказывают, говорят к концу зимы, даже случаи людоедства были....
  -Скоро огороды начнутся. - Нина Викторовна сидела в кресле, укутавшись в шаль, и обреченно смотрела в пол. - Живем же нормально. Нет, вам приспичило.
  -Все. Тема закрыта. До сей поры мы живы, и неплохо живем, благодаря мне, и моим решениям. - Голос Георгия стал походить на рычание. - И вообще что за демократические наклонности? То что я завтра ухожу, я сказал, не для того что бы обсуждать!
  -Гошенька, я просто так, за тебя боюсь. - Нина Викторовна заплакала. - Людей в их домах уже убивают, а ты в центр.
  -Мам, ну перестань.- Георгий подошел к маме и слегка приобнял. - Я же сказал, день, максимум два, да к тому же со мной Петрович. Этот в делах безопасности эксперт.
  -Скорее в делах опасности. - Обиженно буркнула Ленка.
   В восемь утра, Георгий с Петровичем отправились в путь. Один с 'СКС' за плечом, другой с двухстволкой, да обрезом в кобуре на правом бедре. На территории затона шли почти расслабленно, все-таки у себя дома.
  -А вообще конечно дикость какая-то. - Сказал Георгий в пространство.
  -Что конкретно? - Усмехнулся Петрович.
  -Идем средь белого дня по городу, с заряженным оружием. Ты в этом ничего необычного не наблюдаешь?
  -Я, нет. Большую часть жизни провел с заряженным оружием, мне так удобнее. - Ответил Петрович равнодушно.
  -Да я про другое. - Георгия бесило, когда Петрович делал вид, что не понимает его. - А ладно, забей. Как тебе 'СКС' кстати?
  -Неплохо, уже более-менее серьезное оружие. - В разговоре об оружии Петрович явно оживился. - Хотя мне по душе Калашников под патрон 7,62. Эх, нам бы калаши, мы бы.... Да ладно, че об этом мечтать....
   Через полтора часа путники вошли на территорию 'базарных'. Граница была почти не заметной, тот же частный сектор, несколько разбавленный двух и трехэтажными домами. Что сразу бросилось в глаза, это уличные пешие и конные дозоры, состоявшие из дружинников, вооруженных кто чем. Гораздо реже можно было увидеть патрульную машину, у тех вооружение было гораздо серьезнее 'АКС74У'. В целом, территория 'базарных', производила благостное впечатление, возникало, уже забытое, ощущение порядка. Ближе к рынку, суеты было гораздо больше. Вокруг двухметровых стен рынка, располагавшегося на площади перед ДК, можно было увидеть парикмахерскую, закусочную, ларек мастера по ремонту обуви, а так же вербовочный пункт, у которого стояли трое, помятого вида, мужиков. Так же вне рынка находился оружейный павильон, раньше бывший обычной двухквартиркой. Возле оружейного, стояли два охранника, с 9 миллиметровыми 'кедрами'. На территорию рынка было два входа, они же выходы. Что бы попасть на рынок, нужно было сдать охране все имеющееся оружие, которое выдавалось назад уже на выходе. Георгий отметил, что территория в центре владений базарных, выделяется чистотой, вероятно работа дворников.
  -Не, ну ты глянь! Цивилизация! - Георгий не мог скрыть восторга. - Пусть средневековая, ну, однако же!
  -Готов поспорить, что в закусочной бармен, мужик. - Сказал Петрович, не разделяя восторгов. - И не удивлюсь если чурка.
  -Петрович, ты все-таки, зануда. Вот людей резать это да! К этому ты с душой! А как об общечеловеческом.... Солдафон, ты и есть солдафон.
  -Пошли в закусочную, чаем угощу. - И в полголоса добавил. - А про резню, ты погромче говори. Вдруг еще остались те, кто не расслышал.
   Зашли в закусочную, кстати, довольно чистую, располагавшеюся на первом этаже двухэтажного дома, что было через дорогу от ДК. Путников встретил очень полный мужчина, лет сорока пяти, лысоватый, и очень гладко, досиня, выбритый. Однако по поводу 'чурки', Петрович промахнулся, этот был русский.
  -Доброе утро, чайку? Самогоночки? - Мужчина улыбнулся, но все же без услужливости.
  -И вам доброго дня. - Ответил Георгий. - Нам бы чайку. Замерзли очень, пока с затона шли.
  -Ирка! А ну завари чаю горячего! Тут люди замерзли! - Проорал он в сторону барной стойки, за которой сразу находилась кухня.
  - И если можно сухариков каких-нибудь. - Неожиданно вежливо попросил Петрович.
   Усевшись за ближайший столик, так чтобы быть лицом в входу, путники стали ждать чай.
  Поднос с алюминиевым чайником и чашкой сухарей хозяин заведения, а в том что он был хозяином Георгий не сомневался, принес сам. И сразу вежливо спросил: - Чем будете рассчитываться?
  -А чем у вас рассчитываются? - Спросил в свою очередь Георгий.
  -Кто чем. - Начал с блеском в глазах бармен. - Но самая ходовая волюта, это патрон.
  -7,62х39 берешь? - Резко спросил Петрович.
  -Ну конечно! С вас два патрона. Видите как недорого! - Бармен был собой очень доволен.
  -А у 'базарных' везде такой порядок? - Спросил Георгий, косясь на Петровича поставившего два патрона на стол. - Пока шли аж душа поет, прям как до взрыва.
  -Да, это заслуга Вячеслава Егоровича. Благодаря ему, и живы, и здоровы. - На обвислых щеках появилась широкая улыбка. - Хоть и некоторые говорят, что жесток излишне, однако по ночам спим спокойно. - Затем шепотом добавил. - И что бы про 'центровых' там не говорили, я уверен, наш Вячеслав Егорович, дай ему Бог здоровья, со всем справится.
  -А в чем его жестокость может проявиться? - Дружелюбно спросил Георгий. - Поймите нас правильно, мы в затоне полгода безвылазно сидели, просто не знаем местных порядков.
  -Ну, судя по всему, вы люди приличные и бояться вам нечего. - Бармен впал в задумчивость. - Но все же скажу.... У Вячеслава Егоровича только один вид наказания.... - Затем оптимистично добавил. - Но решение о повешении, принимает только он лично! Бывали случаи и миловал. Немного, но бывали. Но это только касается преступников. Определенно, вам нечего бояться. На этой оптимистической ноте бармен откланялся.
  Когда путники вышли из закусочной. Они увидели, как к зданию ДК подъехали две машины, 'УАЗ Патриот' и Нива, из 'Патриота' вылезли трое, в форме милиционеров. Один из троих, невысокий, коротко стриженный крепыш, резко выделялся, не внешностью, а скорее неким ореолом. Глядя на него, сразу становилось понятно - лидер.
  -Пошли, хорош пялиться. - Буркнул Петрович. - Не привлекай ненужного внимания.
   По мере продвижения к территории 'центровых', чувство напряженности возрастало с каждым шагом. Первое что бросалось в глаза, это количество патрулей и постов. Едва ли ни через каждые пятьдесят метров горел костер, вокруг которого стояли вооруженные дружинники. Проходя мимо высоких заборов частных домов, можно было услышать лай, как минимум, двух-трех собачьих глоток. И абсолютно каждый 'мирный' житель на улице был хоть как-то, но вооружен. Трижды дружинники останавливали путников с расспросами, и Георгию приходилось подробно рассказывать, с какой он улицы, кто в соседях, в каких именно домах живут эти соседи. Один особо пытливый дружинник, низенький, с виду лет сорока от роду, попросил: - Назови поименно двух сыновей Углова.
  -Знаю только одного, Мишку. - Изобразил удивление Георгий. - Он с семьей в доме отца живет, о втором не слышал, но на нашей улице он точно не живет.
  -Все правильно. - Ответил серьезный коротыш. - Нет у него второго сына. Так куда говорите путь держите?
  -Мы этого не говорили. - Буркнул Петрович, наигранно, усмехнувшись.
  -А вы расскажите. - К коротышу подошли еще на шаг, двое других дружинников, все как один были в шубах и валенках. - Мож, че посоветуем.
  -Хотим пройти на 'ничейную землю'. - Взял слово Георгий, решив честно все рассказать. - Там у меня старый товарищ жил, на Герцена, повидаться хотим, да и просто узнать, как там люди живут.
  -О-о-о.... - Уже мирно продолжил коротышка, видимо оценив откровенность. - Это вы зря. Впрочем, как хотите. Видать очень спокойная жизнь в затоне, раз люди добровольно под пули лезут. Не буду задерживать. - Один из дружинников, хохотнул. - А если серьезно, дули бы вы с батей к себе домой, не хер вам там делать. Поверьте на слово.
  -Пошли. - Скомандовал Петрович. Вообще, чем ближе путники подходили к опасным территориям, тем менее разговорчив, становился Петрович.
  -Пойдем мы. - Неуверенно сказал Георгий - Будет горячо, поди отобьемся. - Последнее слово он сказал еле слышно.
  -Ну-ну. - Сказал коротышка, теряя интерес к беседе. - Если удастся поговорить, с кем-то из ихних бригадиров, передавайте привет от Васи карлика. - Он широко улыбнулся, на половину беззубым ртом.
   Как- то дипрессивно стало на душе у Георгия, это его 'о-о-о' которое произнес коротышка, как-то, отрезвило его, что ли. 'И правда, а нужен ли этот сбор информации? - На ходу, молча, рассуждал Георгий. - Кордон, судя по всему надежный, 'базарные' ребята серьезные, вон как народ организовали! И этот их Иванов Вячеслав Егорович, похоже серьезный мужик, очень надо сказать редкое умение, в мире хаоса, кучу вооруженного народа заставить себе подчиниться, с этим особо не забалуешь. Уверен, у лидера 'базарных', в ближайшем окружении, ребята не менее серьезные. В целом нормальная власть, крепкая, и в рот ее компот, эту демократию, зато по улице ходишь спокойно. Сомневаюсь, что 'центровые' смогут их одолеть, сильно сомневаюсь.' Радостные рассуждения, прервала страшная картина, открывшаяся перед ними. В сорока метрах от них, была возведена настоящая баррикада, отделяющая территории двух группировок. Казалось линия обороны, была раскинута через весь город, упираясь одним концом в гору, другим в реку Абакан.
  Во многих местах баррикада только строилась, и имела очень разнообразный состав. Местами частью баррикады, были заброшенные дома, являвшиеся еще и огневыми точками, в других местах, были выстроены в ряд, кузова старых автомобилей, а кое-где, виднелись просто наваленные кучи промышленного мусора. Фонарные и электрические столбы, тянувшиеся вдоль баррикады, были не тронуты. На них гроздьями по четыре- пять, висели трупы людей, окоченевшие, страшные, еще не разложившиеся. Мозг отказывался в это верить. Не такой, ох не такой! Был город еще полгода назад.
  -Петрович, это что же, позиционная война? - Георгий был под впечатлением.
  -Это война калек. - Задумчиво сказал Петрович. - Гоша, все даже хуже чем я думал. Это пиздец, какой-то.
  -А че тебе не нравится? Оборону удобнее же держать из-за баррикады.
  -Гоша, ты видишь баррикаду и вооруженных людей. - Глаза Петровича, ощупывали линию обороны. - А я вижу не способность 'базарных' вести открытые боевые действия. Я бы со своей десантно-штурмовой ротой, в течение шестидесяти секунд взял бы этот рубеж, охраняемый мужиками с охотничьими ружьями. Понимаешь? Эту войну можно закончить, имея, сотню автоматчиков. О чем это говорит?
  -Ни у 'центровых', ни у 'базарных', похоже, нет этой сотни автоматчиков. - Обреченно сказал Георгий.
  -Вот именно. Такая, как ты говоришь, позиционная война, возможна только при крайней истощенности ресурсов, как человеческих, так и материальных.
  -Ну что? Ищем проход к 'центровым'? - Неуверенно спросил Георгий. - Или уже не ищем?
  Вместо ответа Петрович подошел к ближайшему костру, у которого перетаптывалось несколько дружинников.
  -Мужики, а в центр как ловчее пройти? Ну, только чтобы вернуться? - Голос Петровича был наигранно простым.
  -Перелезай и вперед, держать не будем! - Бодро ответил молодой парень в черном пуховике. - Ну а на назад-то, сильно не надейся. - Рядом стоящие мужики сдержанно засмеялись.
  -Мужики, ну че вы. Я же серьезно. - Петрович походил на обиженного ребенка. - У меня кореш на Герцена, узнать бы, жив ли. Войдите в положение, наверняка каждый из вас уже друга потерял.
  -Метров через двести влево, КПП. - Уже серьезно сказал, парень в пуховике. - Там же оставь свои данные, адрес там, время, когда назад собираешься. Мужикам накинь пару патронов, Родным сообщат если что....
  -Спасибо. - Неизменно вежливо ответил Георгий. Петрович кивнул.
   Проходя вдоль баррикады, Георгия удивило то, что в пятидесяти метрах от одной, дома были обжиты, в основном многоквартирные двухэтажные, выглядевших несколько нелепо, из-за торчащих из форточек печных труб. Однако немало было и частных домов, из которых люди не ушли. Вероятно, это можно было объяснить тем, что данный участок, помимо самого опасного, был и наиболее охраняем. Одних патрульных автомобилей (очень дорогое удовольствие), Георгий насчитал три, разных. КПП, как не без гордости назвал его дружинник, выглядел вполне прилично. По своему виду, напоминал ДОТ (долговременная огневая точка), в основании 'ДОТ' лежали железобетонные блоки, а на уровне полутора метров от земли начиналась кирпичная кладка с окошками 'бойницами'. 'Бойницы' же были по всему периметру, что давало возможность вести огонь в любом направлении. Рядом с 'ДОТ' в линии обороны была довольно большая брешь, которая, впрочем, легко закрывалась кузовом уазика 'таблетки', выполнявшего роль ворот на колесах. Около КПП, стояла очередная кучка людей, среди них выделялся, молодой парень, в милицейской куртке, с АК-47 за спиной. К нему и направился Петрович.
  -С кем можно переговорить по поводу перехода в 'центр'? - Взгляд скользнул по погонам. - Товарищ сержант. - Петрович произнес эти слова ровным тоном, без страха.
  -Что значит, 'перехода'? - Чисто ментовской интонацией, ответил вопросом на вопрос сержант.
  -То и значит. - Глядя в глаза сержанту, продолжал Петрович. - Нам ненадолго нужно в 'центр', выяснить какова судьба пропавшего друга. И сразу назад.
  -Ага, посмотрели линию обороны, проследили периодичность патрулей, и, к своим? - Автомат сержанта оказался на груди, щелкнул предохранитель.
  -Да ты не кипятись, сержант. - Петрович проигнорировал, манипуляцию сержанта с автоматом. - Что бы отследить график перемещения, достаточно человека посадить с биноклем на пятиэтажку, а они начинаются, уже через двести метров.
  -Да с затона мы. - Встрял Георгий. - Нас уже три раза допрашивали. Да и будь мы шпионами, разве прошли бы через КПП? Нас же, дружинники суда отправили, сказали, что надо отметиться тут.
  -Ну-ну посмотрим.... Пошли, запишем вас. - Сказал сержант, не выдержав дуэли взглядов, с Петровичем.
  
   Когда баррикада осталась за спиной, Георгий не выдержал. - Петрович, хули ты залупаешься?
  Что вообще это было? Ты случаем не забыл, зачем мы идем?
  -Позже обговорим. - Отрезал Петрович. - Через сто метром начинаются пятиэтажки, будь в состоянии боевой готовности. В случае начала боевых действий, выполнять мои приказы, беспрекословно. - Петрович не говорил, а 'рубил' слова.
  -Слушаюсь. - Буркнул Георгий, про себя думая: 'да уж, дал Бог напарника... псих он и есть псих, вот для таких война и есть, мать родна. Командир, блядь.'
   Территория 'центровых' представляла собой пост апокалипсис во всей красе. Георгию виделось, что в центре с того момента, как он уехал, все стало намного хуже, и это при том, что много изъянов скрывал снег, а уже через три недели весна..... Первое впечатление - помойка, огромные кучи разного мусора были почти у каждого дома. Местами возле мусора валялись замерзшие трупы людей, в разных местах сильно обглоданные крысами и собаками. Оглядев пятиэтажные дома, можно было понять, по торчащим из форточек трубам, что во многих квартирах, живут люди. То тут, то там небольшими группами бродили 'братки', подмечая неместных, но контакта пока не было.
  Проходя мимо небольшого здания, бывшего сбербанка, Георгий увидел намалеванную красной масленой краской прямо на белом кирпиче, надпись 'Публичный дом'. Немного в стороне кто-то заботливо пояснил, написав синей краской из баллончика : 'блядюшник'. Возле входа повсюду валялись использованные шприцы, окурки и битое бутылочное стекло.
  Через триста метров, возле бывшего универсального магазина, располагавшегося на первом этаже пятиэтажки, стоял мусорный бак, в котором что-то горело. Около бака грелись четыре братка. Одного из них Георгий узнал, Вася Чебуран, чернявый, сухой, среднего роста с вытянутым лицом и оттопыренными ушами. В нормальной жизни Чебуран торговал 'планом' и немного спиртом. Георгий направился к нему, Петрович предпочел держаться чуть позади.
  -Здорово Василий, как жив здоров? - Спокойно и в то же время радостно спросил Георгий.
  -О-о-о Гога!? - Обрадовался Чебуран. - Ни хуя! Ты откуда? Как сам то?
  -Да вот с затона, там ваши ходят, говорят, что мол с затонскими у нас все ровно, не ссыте, давайте к нам.... Вот с другом и решили прогуляться, посмотреть как люди живут. - Выложил Георгий.
  -Ха-а. Красавцы. - Похвалил Чебуран. - Тут у нас нормальная движуха, 'Орех' весь беспредел убрал, сейчас здесь приличные и уважаемые люди живут. - Чебуран развел руки, ожидая похвалы. - Ни хуя так излагаю? А? - 'Пацанчики', что были рядом как- то странно захихикали.
  -Ну, ты всегда умел общаться. - Бросил леща Георгий. - Да и, судя по всему, чувствуешь себя здесь уверенно....
  -Ну еще бы, епть, говорю же беспредела нет, все по понятиям, да и братан мой, бригадир у 'ореха' приближенный. - Гордо пояснил Чебуран.
  -Ну про Ореха то наслышаны, говорят очень толковый мужик.... - Закинул еще одну удочку Георгий.
  -Толковый. - Передразнил Чебуран. - Да он ваще реальный пахан! Вот когда 'базарным' пиздец придет, весь город под нами будет! Я тебе говорю.
  -Слушай, а че у вас реально есть публичный дом? - Спросил Георгий, кивая в сторону 'блядюшника'.
  - Да-а-а. - Расплылся в улыбке Чебуран. - Это детище Ореха, причем 'центровые' девчонки там работают только добровольно. А в рабстве только те, которых поцики взяли в набегах. - Чебуран, был преисполнен гордости.
  -Справедливо. - 'Согласился' Георгий.
  -А то! Я же говорю, беспредела нет. Это в прошлом.
  -А про 'ничейную землю' что слышно? - Спросил Георгий и торопливо добавил. - Вась, ты пойми меня правильно, я ни че не вынюхиваю, просто ни в курсе движений.
  -Хули там про нее говорить. - Возмутился Чебуран. - Почти половина под нами, а кто не под нами.... Ну, есть еще там некоторые, залупаться пытаются.... Гоша, всех огуляем, не тронем только тех, кто с нами. - Чебуран посмотрел прямо в глаза. - Ты сам-то как? Думаешь че?
  -Слушай, Василий, а можно мы еще походим? Ну, поосмотримся.
  -Конечно! - Сказал Чебуран, довольный тем, что у него спросили разрешение. - Будут какие терки, говори что со мной все ровно. Мой брат и раньше-то в авторитете был, а сейчас вообще считай третий человек в городе.
  -Еще такая тема.... - Мялся Георгий.
  -Давай выкладывай. Хули, мнешься. - Сказал Чебуран без злобы.
  -Мы когда через 'базарных' проходили, доебался до нас коротышка один. - Георгий отметил, что все 'пацанчики' напряглись. - Говорит, передавай привет от Васи 'карлика'. Это че, за тип такой?
  -За его голову. - Начал Чебуран после паузы. - Орех калаш с пятью обоймами обещал. Этот карлик, восемнадцать наших положил. Просто демон какой-то. По ночам на звук разговора, с карабина хуячит.... Ничего и до него дойдем. - Было видно, что бравады у Чебурана заметно поубавилось.
  -Ну че, мы двинули? - Заканчивал беседу Георгий.
  -Ага, давайте. - Затем Чебуран добавил. - Только смотри Гоша, с решением не затягивай, или с нами, или....
  Продвигаясь дальше, к 'ничейной земле', путники старались избегать большого скопления людей. Удивило наличие двух патрульных машин. В которых сидели далеко не 'пацанчики', а вполне зрелые и серьезные мужчины. На одном из фонарных столбов висел труп парня лет двадцати без одежды, на груди висела картонка с надписью 'КРЫСА'. Реже попадалось мирное население, но выглядели эти люди очень уж запуганно.
  -Петрович, наверно звучит глупо. - В полголоса сказал Георгий. - Почему- то вспомнилось расхожее мнение, что после ядерной войны выживут только крысы и тараканы.
  Петрович закатился в приступе смеха. Смех резко пропал, когда они вошли в большой двор, расположенный между четырьмя пятиэтажками. Толпа людей, человек триста стояли по периметру хоккейной коробки и активно болели за соревнующимися. Войдя в толпу, но, не подходя к краю коробки, путники увидели настоящий гладиаторский бой. Голый по пояс, огромный и мощный от природы двухметровый мужик, бился в рукопашной схватке с довольно низким, но очень раскаченным молодым парнем, всем своим медвежьим видом напоминающим борца. Как раз через хоккейную коробку напротив, можно было увидеть небольшую трибуну, на которой сидели очень даже 'конкретные' мужики. Один из них выделялся, он сидел в самом центре, разные люди периодически нашептывали ему что-то на ухо, и делали они это с явно демонстрируемым почтением. Одет он был дорого, даже для довоенного времени, в норковую шубу и шапку, казалось купленными только что. Даже на расстоянии тридцати метров, по лицу можно было сделать вывод, что у этого человека, необычная, болезненная худоба.
   На арене же события развивались стремительно. Высокий мужик, неумело и беспорядочно нанося удары, кинулся на накаченного малыша, который все же поймал несколько ударов, непрерывно пятился назад, не задерживаясь ни на секунду на месте. Затем пригнувшись, резко рванул вперед, обхватив здоровяка руками за пояс, сбил его с ног, ударив плечом в живот. На земле же малыш ловко извернулся, и, оказавшись сзади, довольно умело начал проводить удушающий прием. Минуту здоровяк пытался сопротивляться, пока не потерял сознание. Не отпуская захват, борец смотрел на трибуну. Мужчина в норковой шубе, безразлично, но твердо, махнул рукой, словно тесаком. При затихшем гуле, отчетливо был слышен хруст позвонков....
   Пока убирали труп, к бою готовились следующие бойцы, две женщины средних лет, обе с кухонными ножами. Когда раздался сигнал к бою, Петрович легко толкнул Георгия в спину. - Пошли, не римский сенатор, весь день бои смотреть. - В следующем дворе, путники увидели, огороженный сеткой загон, в котором находились около сотни разно породистых собак. Рядом с загоном, никого не стесняясь, пожилой мужчина, из тех кого принято называть, лицо кавказской национальности, разделывал трупы людей, среди которых был, только что убитый боец.
  -Петрович, они что, собак человечиной кормят что ли? - Георгию плохо удавалось скрыть шок.
  -Гоша, ты сам все прекрасно понял. - Спокойно сказал Петрович
   До 'ничейной земли' дошли к трем часам дня, началом этой территории была улица Герцена, которая начиналась сразу, как заканчивались пятиэтажки. По Герцена, в линию, стояли преимущественно, двух и трех этажные кирпичные дома, в одном из них и жил друг Георгия Александр. От Герцена, веером располагался частный сектор. Линию домов обошли по дуге, так как Петрович наотрез отказался идти мимо домов.
  Дома на первый взгляд были по большей части нежилые, лишь в некоторых угадывалось какое-то движение. Подойдя к двухэтажному кирпичному дому, в котором жил Александр, Петрович довольно хмыкнул. И было чем удивиться. Весь первый этаж был превращен в сплошную баррикаду: окна заколочены, под окнами кузова легковых автомобилей, мусорные баки, бытовой мусор, все присыпано землей. И что совсем уж удивило, вокруг дома был прокопан ров, настоящий полтора метра в глубину ров. Когда расстояние до дома составило, около сорока метров, Георгий поднял руки вверх и прокричал. - Хозяева, есть кто в доме, мы идем с миром!
  -Гоша ты, что ли? - Донеслось из разбитого окна.
  -Так точно, я Гоша! Сань это ты? Я если что с другом!
  -Сейчас выйду. Оставайся на месте!
   Через минуту откуда-то из-за дома появился Александр, небритый, в валенках, и большом, смешном, и очень грязном пуховике. Через плечо - вертикалка, вроде шестнадцатый. Когда Александр приблизился, друзья обнялись.
  -Ну, прошу в дом! - Радостно сказал Саня. - Только за мной след в след, а то тут капканов много, ноги можно переломать.
  Александр провел гостей сразу на второй этаж, на котором были только три 'глухие' жилые комнаты, так как целых окон не осталось, жить в других не представлялось возможным. Во всем доме жили помимо Александра, его брат Виктор, худой, но спортивный парень со смазливым лицом, и бывший сосед по дому Роман, бородатый мужчина средних лет, у которого вместо левой ноги был протез. После краткого знакомства, впрочем, брата Александра Георгий знал и раньше. И общих восторгов из разряда 'ну как же так!?', 'а я уж было подумал!?', 'не, ну ваще, ты красавец!', беседа потекла более спокойно. В комнате остались Георгий, Петрович, Витя и Александр, Рома уковылял на дежурство.
  -Ну, а в целом- то, как вы тут? - Спросил Георгий, подливая себе в кружку кипятку. - Целую крепость выстроили тут не сроста же?
  -Плохо. - Саня собрался с мыслями и продолжил. - Поначалу-то ничего, свою машину поменял на еду, одному пенсионеру. Весь подвал засыпали картошкой и соленьями. Из этого дома кто куда разъехались, одинокие старики, сам понимаешь, долго не протянули, мои родители на Кубайку уехали. В общем, первые месяца четыре более или менее нормально жили. Пока в центре власть не поменялась.... Потом, в общем пиздец один потом. Несколько домов прямо днем вырезали, девок насиловали, посреди улицы, после чего вспарывали им животы. Беспредел длился где- то месяц, грабили только беззащитные дома, кто отстреливался, к тем особо не лезли....
  -А потом беззащитные кончились. - Констатировал Георгий.
  -Да. Потом они начали вести себя более, агрессивно. - Саня нервно хихикнул. - В общем, нас еще месяц назад шестеро было, а сейчас вон трое осталось.... Но как каннибалы ушли, вроде полегче стало.
  - Каннибалы? - Заинтересовался Петрович.
  - Угу. Банда человек десять, резали семью, и тут же ели, про запас мясо заготавливали. Но их, вроде свои выперли, недели две о них ничего не слышно.
  -Ну и че вы тут держитесь? Давайте с нами в затон, найдем вам дом пустующий. - Подумав, Георгий добавил. - Девок, что без мужиков, сейчас полно. Семьями обзаведетесь.
  -Нам от сюда ходу уже нет. - Саня, сожалеюще, улыбнулся. - Пасут наш дом. А если пробираться в затон, так только с боями. А против гвардии 'Ореха' нам не устоять. Вы, кстати, должны остаться здесь, уходите рано утром, может, вас и не засекут, что у нас были.
  -Гвардия Ореха? - Вставил лаконичный Петрович.
  -Какой 'многословный' у тебя друг. - Сказал все время молчавший Виктор.
  -Рома.... Он от них пришел. И он рассказывал.... - Начал Саня, но был перебит Георгием.
  - От них? И зачем он вам?
  - Гоша, да все нормально, он уже доказал свою надежность в бою. - Саня поморщился. - Так вот он рассказывал, что Орех готовил тридцать человек личной гвардии, преимущественно из парней двадцать, двадцать пять лет, тех, что служили в армии. Почитают его как Бога. Ну, а практика у них одна.... По слухам, даже 'базарные' от них некоторый урон имели. И склад 'ВВ' они тоже отбили.
  -Так это правда? - Опять встрял с вопросом по делу Петрович.
  -Да. Взрывчатка для шахты, теперь у 'центровых'. Там ее должно быть несколько десятков тон. - Саня как- то совсем сник.
  -Ну и на что ты рассчитываешь? Как дальше- то собрался? - Георгий поймал себя на мысли, что его друг обречен.
  -Пока сидим здесь. А там.... Куда кривая выведет. - Саня печально улыбнулся и спросил. - Как- то не так я представлял нашу встречу. Я думал, мы больше о глобальном будем беседовать.... А мы про бандитов да каннибалов....
  -По-моему, это теперь самая глобальная проблема. - Усмехнувшись, вставил Петрович.
   Повисшая в воздухе пауза, продлилась около пяти минут.
  -А я вот все думаю. - Начал Виктор, скручивая в газетку какую-то траву. - А что с Китаем стало? Ну, они же как- то хитро себя держали, и не вашим и не нашим. Но не могли же они в стороне остаться?
  -Хакасия, регион чистый, ну в смысле заражен менее других. - Поддержал разговор Петрович. - Ударили только по ГЭС, я думаю сверхмалой, менее килотонны. Больше и не нужно. А оккупантов все нет! - Выдержав паузу, добавил. - Вот тебе и ответ, и про Китай, и про США, и про НАТО в целом.
  -Ловил себя на мысли. - Поддался общей теме Георгий. - Что мне даже как то по - злобному радостно, что так все в мире стало. Вот только представлю себе, что вместо Вашингтона, радиоактивная помойка стала, сразу какая-то радость на душе.
  -А как- то быстро война закончилась? А? - Казалось, Саня даже сожалел об этом. - Ну, для нас во всяком случае.
  -И из чего это ты сделал такой вывод? - Усмехнулся Петрович. - Правительства стран участников войны, сидят в убежищах. Они до сих пор управляют остатками армий, да и ракет я думаю еще у всех в избытке. Имел я как- то возможность посмотреть на правительственное убежище, и скажу я вам, ребятишки, что жить там можно, ни в чем себе не отказывая, годами, а если экономно - то и десятилетиями.
   Все сидящие, надолго замолчали. Нечто шокирующее было в словах Петровича. 'И правда, а с чего мы взяли что все закончилось? - Спрашивал себя Георгий. - Быть может, сюда уже летят новые бомбардировщики!? Да нет, бред какой- то. Что тут бомбить? Нас сейчас просто не надо трогать. Сами друг друга перережим....'
   За разговорами не заметили, как стемнело. Поужинали, ставшим уже традиционным послевоенным блюдом: вареной картошкой с луком. Роман пришел с дежурства и завалился спать, его сменил Виктор. Укладываясь в спальник, Саня сказал. - Когда придет очередь моей вахты, я вас разбужу. Как раз самое время уходить.
   Сон все никак не шел, в уме крутилось противное ощущение, что ночуешь в морге. Несмолкающий внутренний голос твердил лишь одно: 'беги!'. За свои мысли Георгию было нестерпимо стыдно, принимая во внимание то, что его друг действительно хотел лишь одного, что бы он, Георгий, вышел отсюда живым. Легкий пинок по ноге, вывел из бредового сна. Петрович уже готовился к выходу. Утренний холод отозвался дрожью во всем теле, заготовленная Георгием речь, захлебнулась, даже не начавшись, лишь несколько слов, это все что он смог из себя выдавить.
  -Может все-таки с нами? - Спросил Георгий, обходя капканы. - Ночь ведь, должны проскочить.
  -Нет, Гоша. Говорю же, пасут меня. - Саня впервые за все время закурил папиросу. - Не факт что вы вернетесь, а если я с вами пойду, то точно не дойдем. Я уже пытался....
  - Ладно, бывай. Если все же удастся уйти, я на тридцать пять лет победы.
  -Договорились. - Твердо сказал Александр, пожимая руку.
  Взглянув на Саню, Георгий вдруг понял, что очень маловероятна еще одна встреча с другом.
  Линию двухэтажных домов обошли по дуге, стараясь не подходить близко к заборам частных строений. Отовсюду вокруг веяло ночным покоем и умиротворением. В многочисленных дворах пятиэтажек, вести себя скрытно было несложно. Любой звук в ночной тишине отчетливо был слышен за километр, пешие патрули у 'центровых', откровенно халтурили, от патрульных машин прятались в основном в подъездах или в подвалах домов. Однако на территории 'центровых', хоть путники и старались вести себя как можно незаметнее, были все же остановлены, не дойдя до границы территорий группировок каких-то двух километров.
   Патрульная машина подъехала стремительно, как- будто специально гналась за ними, остановившись в двадцати метрах от путников. Во дворе, где их остановили, более никого не было. Из 'восьмерки' вышли два человека, водитель остался сидеть в машине, не глуша двигателя. Парням на вид было лет по тридцать, одеты в камуфляж березка. Оружие висело на груди.
  -Калаши что ли? - В пол колоса спросил Георгий.
  -Нет, сайга, полуавтомат. Просто очень похож. - Петрович говорил, не шевеля губами. - Стреляешь во второго, после того, как я вырублю первого.
  Георгий хотел что-то сказать, но осекся. Тем временем патрульная пара подошла на расстояние четырех метров.
  -Куда заторопились? - Пренебрежительно спросил один из них.
  -Домой ребят, в затон. - Петрович говорил голосом старого деда. - Вот думали на работу к вам наняться, да че - то страшно как- то стало....
  -Завали ебало! Крысятиной за километр несет! А ну ко блядь, оружие на землю! - Закричал второй, голоса у патрульных были абсолютно одинаковые.
  -Да что же вы сынки, какая я крыса? - С каждым словом причитания, Петрович подбирался все ближе к патрулю. - Я же по инвалидности на пенсию уже десять лет назад ушел, внучку кормить не чем, сам последний раз, два дня назад ел, вот и ходим с парнишкой побираемся.
  -Ты че, блядь, глухой? - Спросил патрульный спокойно, затем резко сорвался на крик. - А ну ебало в землю!
   Петрович очень натурально изображал плаксивого старика, и стоявший весь в напряжении Георгий, за долю секунды успел удивиться как плачущий старик, вдруг резко поднырнул под ближайшего патрульного, чем- то ударил его в живот, и сразу зашел за спину, используя его как щит.
  В тот же момент Георгий, перехватив из-за спины ружье, сделал шаг вперед и вправо и, присев, сделал подряд два выстрела по рядом стоящему патрульному, внимание которого, было приковано к напарнику. В который раз для себя Георгий отметил, какое же громкое у него ружье, ну просто не возможно громкое. Двойной заряд картечи отбросил бандита на три метра назад. В следующий момент Петрович выпустил половину обоймы 'СКС' по 'восьмерке' которая уже было тронулась, но после залпа остановилась и заглохла. Георгий кинулся обшаривать труп убитого им бандита, краем глаза отметив как Петрович у другого вытаскивает из живота охотничий нож. Взяв оружие, это правда был не 'Калашников', а 'сайга мк' под патрон 7,62х39, данный карабин, визуально, был практически неотличим от 'Калашникова', и, нашарив пачку патронов к нему, Георгий услышал злобный оклик Петровича:
  -Хули ты возишься? Быстро давай к машине! У нас пара минут, не больше.
  Петрович сел за руль, легко выкинув труп водителя, Георгий уселся рядом и тут же, прямо в машине его вырвало. Так как вся машина внутри была в крови и мозгах, всему этому сопутствовал соответствующий запах, теперь еще и блевотины. Четыре двора проехали спокойно, не проронив ни слова, Георгий для себя отметил, что Петрович водит машину как состоявшийся автогонщик, не дергаясь, не торопясь, каждое движение было продуманным и точным. Как только они выехали на прямую ведущую к баррикаде 'базарных', до которой оставалось около трехсот метров, сзади раздались множественные выстрелы, по большей части беспорядочные. Проехав метром пятьдесят, Петрович вывернул автомобиль так, что он встал левой стороной к преследующим, а через правую дверь беглецы вывалились на улицу. В пылу, не заметили, что уже почти рассвело.
  -Не беги. Ползком к баррикаде. Быстро! - Распорядился Петрович.
  Пожалуй, еще никогда в жизни Георгий не ползал так быстро, он полз и молился, чтобы со стороны баррикад не стали стрелять, однако выстрелы все же раздались. С облегчением Георгий понял, что стреляют не по ним, и пополз с новой силой, напрочь забыв об усталости.
  
   ***
   Беглецов привезли на ниве в здание дома культуры, являющемся теперь главным штабом 'базарных'. Провели на второй этаж, в комнату, которая по своему виду напоминала рабочий кабинет библиотекаря. Оружие изъяли еще на границе, впрочем, без грубости, почти вежливо, любому идиоту было понятно, что эти - не враги.
  -Располагайтесь здесь, за столом, Вячеслав Егорович скоро придет. - Сказал молодой коротко стриженый парень, с погонами рядового.
  Ждали молча, говорить не хотелось никому, в голове Георгия все мысли спутались в один копошащийся ком. 'Вроде бы ушли, а все равно неспокойно, че этим ментам в голову придет? Может лазутчиков в нас увидят? Да и по херу, пусть расстреляют и закопают, это лучше чем быть кормом для собак. А ты изменился Гоша, ой как изменился! Ведь на автомате кинулся труп обшаривать. И это 'белый воротничок'! А как же там мама с Ленкой? Наверно, переживают. А Захар? Как я давно его не видел. Нет, а Петрович- то? Сидит с таким видом, словно вот-вот должны кофе принести! Саня, а ведь мог бы с нами проскочить, в общем- то тихо пробились, так, под занавес пошумели чуток.... Экий я бравый стал!' Георгию удалось развеселить себя своими же мыслями.
   Вячеслав Егорович вошел в комнату тихо, его походка была неспешной, и в то же время крадущийся, всем своим видом, он напоминал тигра подходящего к добычи и готового кинуться на нее в любой момент. Глядя на него, сразу складывалось одно впечатление - настоящий мужик, матерый твердый, лидер во всем.
  -Добрый день. - Вячеслав Егорович сел напротив собеседников. - Ну, рассказывайте. Что видели, с кем общались, как ударную группу на границу вывели. - Начнем с тебя, подполковник.
  -Надо же, уже знаешь. - Сказал Петрович без особого удивления. - А как к тебе обращаться прикажешь?
  -Вячеслав, и давай без выебонов, по глазам вижу, мы с тобой не враги и не чужие. - Взглянув на обоих сразу, добавил. - Да и не на допросе вы, просто беседа. Почти дружеская.
  Петрович рассказал обо всем, что удалось увидеть, излагал кратко и в то же время очень подробно, Вячеслав Егорович, слушал, не перебивая, лишь, когда речь зашла о складе 'ВВ', желваки на его лице заметно заиграли. Описал самый верный, на его взгляд, маршрут прохода через территорию 'центральных'. Кратковременный бой, обозначил более чем лаконично словосочетанием 'захватили машину'....
  - Ну а дальше уже твои прикрыли. - Закончил Петрович.
  -А лично твое мнение? Насколько они сильны? - Спросил Вячеслав, выкладывая на стол пачку 'Беломор канал'.
  -Думаю сильны. - Начал Петрович, доставая папиросу. - У них в наличии множество людей, у которых нет ни семей, ни долгосрочных стремлений, перспектив. Единственное желание, которых сегодня напиться и потрахаться. От полной анархии их сдерживает 'Орех', который судя по всему в безоговорочном авторитете. И который легко может направить всю эту голытьбу на вас, а они пойдут, никуда не денутся. Но это все хуйня, будь у вас хоть десяток пулеметов. А их, как я понимаю, нет.
  -А правда что его гвардия склад 'ВВ' отбила? - Спросил Георгий максимально вежливо.
  -Да. - В глазах Вячеслава Егоровича вспыхнуло пламя. - Выкрали у одного из охранников, двухлетнюю дочурку, и шантажировали его, он в свою смену и пропустил их на объект.... Впрочем, дочь он так и не увидел, он уже вообще ничего не увидит.
  -Кто-нибудь выжил? - Не унимался Георгий.
  -Двое. Один из них предатель. Может, видели, его на баррикаде повесили, вместе с женой и отцом. - Затем, глядя Георгию в глаза, спросил. - А ты че такой любопытный? Вообще-то здесь вопросы задаю я.
  -Так ведь у нас, 'почти дружеская беседа'. - Георгий понимал, что нарывается.
  -Пойдешь ко мне на службу? - Резко спросил Вячеслав, переведя взгляд на Петровича. - Твой боевой опыт для нас просто бесценен.
  -Слава. - Голос Петровича был по-настоящему дружественный. - Эту войну надо заканчивать сразу, в момент. Пока гниль, не распространилась на твоей территории. Я за несколько дней отчищу этот город от всякой швали, если ты мне дашь в подчинение двести человек, вооруженных хотя бы калашами. На их обучение нужен-то месяц, не больше. Вот это было бы дело. А разводить караулы.... -Петрович презрительно поморщился. - Это не для меня, не пацан я уже далеко. - Помолчав, добавил. - Да и Гошу как оставить? Он же единственный близкий мне человек.
  Георгий был очень удивлен внезапной откровенностью Петровича, а в том что это была откровенность Георгий не сомневался, 'во дела, а этот псих-одиночка во мне родню увидел, что ж лучше родня чем враги, мне он в принципе тоже по душе'.
  Вячеслав Егорович, откинувшись на спинку стула, очень долго смотрел на собеседников. В его власти было все. Он запросто мог насильно мобилизовать этих людей, мог хоть сейчас их расстрелять, но мог и отпустить. Лицо его замерло, он говорил одними губами:
  -Отдыхайте мужики, мои ребята довезут вас до дома. А с тобой подполковник Грец. - Вячеслав Егорович тяжело посмотрел на Петровича. - Мы еще кое-что обсудим, позже.
   Расстались нормально, 'почти по - дружески', во второй половине дня, бойцы 'базарных', на 'ниве' привезли путешественников домой, вернув все оружие, изъятое на границе. Прием был бурный, женщины сразу расплакались, Ленка от избытка чувств, расцеловала даже Петровича, на что тот смущенно сказал:
  - Да ладно, делов - то по городу погуляли.
  Дед Захар по - стариковски ворчал, отчитывая за то, что очень долго, а ему, старику, уже тяжело двое суток подряд не спать, но после того как Георгий его от души обнял, надолго замолчал. Как- то совсем по-стариковски сгорбившись.
  
   Глава 5
   Утром он поднялся тяжело, так как ночью почти не спал. Думал завязать с обезболивающими, однако не получится. Незалеченная язва, последние два месяца болела постоянно. Он сел на край кровати и начал разминать худое лицо. В дверь, шикарно обставленной комнаты, осторожно постучали.
  -Заходи! - В комнату, пригнувшись, чтобы не удариться головой, вошел огромный, даже толстый, мужик, ростом никак не меньше двух метров. Тупо уставившись в пол, он не решался заговорить.
  -Жбан. Ты на хуя сюда пришел? Чтобы постоять?
  -Орех, тут это, в общем, тройку близнецов порешили.... - Великан вжал голову в плечи, насколько, это было возможно. - Сегодня утром, какие-то пассажиры, от 'базарных'....
  -Всех? - Процедил Орех.
  -Угу. - Жбан превратился в статую, смотрящую в пол.
  -Через двадцать минут, чтобы Финка был в моем кабинете, с полным докладом. - Орех, против своего обыкновения, подавил в себе желание избить до полусмерти вестника, огорчившего его, сейчас он вполне 'насытился' его 'животным' страхом.
  
  В кабинет, расположенный в соседней комнате, и обставленный еще более роскошно, чем жилая комната, ровно через двадцать минут постучали.
  -Заходи! - Крикнул Орех, усаживаясь во главе стола, в кожаное кресло, которое на фоне худого лидера 'центровых', казалось огромным.
  В комнату вошел мужчина, на вид не более сорока лет. Гладко выбритый, носивший модную прическу, и одет он был очень просто и демократично: джинсы и свитер, общую приятную внешность портила пустая левая глазница, без протеза или повязки.
  -Привет Орех. - Сказал Финка, присаживаясь. - Где-то полшестого утра, двое, нарвались на дозор близнецов. Всех положили.
  -Круто. - Буркнул Орех. - Близнецы ребята резкие. Были. Давай дальше.
  -Опросили всех наших, Чебуран, который младший, рассказал, что видел вчера двоих, молодого и старого, говорит, мол, затонские, пришли посмотреть, как люди живут, ну и по возможности на работу наняться. - Финка начал листать карманный блокнот. - А, вот. Шпана, которая за Герцена следит, так же говорили, что какие- то двое, подходили к дому тех ебанутых, ну которые двух этажный дом в крепость превратили. Обнявшись с одним из них, зашли в дом....
  -А почему они вышли оттуда! - Взревел Орех. - Бригадиру пятерки наблюдателей, прилюдно вспороть живот!
  -Но может они еще там? Да и не факт, что это одни и те же люди. - Финка оставался спокоен, не смотря на гнев пахана. - Зря парня порешим.
  -Сильно сомневаюсь. А живот чтоб сегодня же вспорол. - Орех понимал, что возможно те двое на Герцена и не уходили из дома, но отказываться от сказанного он не мог. - Что с взрывчаткой? Разобрался?
  - Да. На складе оказалось, где- то сорок тон аммонита. Но есть одно но. - Финка замялся.
  - Да, блядь, говори же наконец! - Толком не остынув, Орех снова начал закипать.
  -Электродетонаторов всего сорок штук. Но как взорвать в принципе есть варианты.... - Вздохнув добавил. - А если честно, этот аммонит даже от выстрела из винтовки не взрывается. Так что не ахти какая находка.
  -Камикадзе отобрал?
  -Угу. Двадцать нарков, колем их уже четвертый день, хоть сейчас взрывчатку цепляй и на баррикады.
  -Хорошо. А виновных в том, что беглецы ушли, найди сегодня же.... Да и казни сегодня. - Мысли о предстоящих казнях Ореха очень успокаивали.
  
   ***
   Георгий уже отъехал от Абазы, километров на семьдесят. Степь только начала расцветать. На душе было легко и радостно, в Абакане дел-то не особо много, будет еще масса времени для того, что бы пошляться по весенним улицам, этого двухсоттысячного зеленого города, или сходить в кино. Георгий остановился на обочине, что бы выйти на улицу и насладиться в полной мере, богатым запахами, ветром степи, который он очень любил. Весь мир был прекрасен! Посмотрев по сторонам, он вдруг оцепенел от страха.... Его окружали огромные панельные девятиэтажки, уже смеркалось, он знал, что находится в Абакане, а так же он знал, что город не такой уж и безлюдный, как кажется. Дыхание сотен глоток, обдало его затылок. За ним гнались собаки, обычные дворовые собаки, но их было несколько сотен.... Убегать было некуда, собаки выбегали отовсюду, из колодцев, подъездов, магазинов....
   Пробуждение было резким, в сознание Георгий пришел сразу. На краю кровати сидели мама и Ленка, и удивленно смотрели на него.
  -Гоша, все хорошо? - Спросила Ленка, беспокойно оглядывая Георгия.
  -Нормально, просто кошмар приснился. - Георгий вдруг осознал, что был весь в поту.
  
   Родным Георгий вкратце уже поведал о путешествии, упустив впрочем, особо кровавые моменты, что не помешало женщинам, выглядеть как испуганным котятам. Они же в свою очередь рассказали о набеге, что был совершен на соседнюю улицу прошлой ночью, и приведшем к исчезновению целой семьи. Бандиты как обычно пришли с дач, что находились за рекой.
  -Быстрее бы уже лед тронулся. - Опасливо полушепотом сказала мама Георгия. - Тогда и заживем наконец спокойно.
  -Да мам, все будет отлично. - Обнадежил Георгий. - Да и 'базарные' ребята очень серьезные, пережевать не о чем.
  
  Общая, если можно так выразиться, политическая направленность жителей затона, безусловно, склонялась в сторону 'базарных'. Во время вечерних посиделок, кои случались практически каждый день, в каждом доме, уже открыто говорили о том, что не нужно ждать когда 'базарные' сюда придут, а необходимо собрать делегацию, и самим 'поклониться в ножки Вячеславу Егоровичу, пока не поздно'. А повод для тревоги был. В двадцати километрах от Абазы, вниз по реке, находилось село Арбаты, о судьбе жителей которого, долгое время, ничего не было известно. Однако те немногие, что решили сами разведать обстановку, возвращались крайне озабоченными. Рассказывали, что от старых добрых Арбатцев ничего, в общем-то, не осталось. Казачьи традиции, оказались самым мощным катализатором для образования новой власти. Хаос миновал это маленькое село, скорее напротив выборный атаман, обладал поистине не ограниченной властью. По периметру, село постоянно патрулировалось конными разъездами, всех путников бесцеремонно отправляли назад, на контакт ни с кем идти не хотели, однако и о враждебности казаков говорить еще было рано....
  
  -Живут видать сытно, вот и не общаются ни с кем. - Сказал Захар, гладя подстриженную бороду.
  -Или выжидают, чья возьмет. - Вставил Георгий, 'совещание' как всегда, проходили во времянке у Петровича. - Что бы оставшегося добить легче было. Главное, чтобы 'центровые' с Арбатскими о союзничестве не договаривались, тогда горячо придется. Всем. - Георгий перевел взгляд на Петровича, который, неотрываясь смотрел в окно. - Петрович, ты чего такой молчаливый? Как пришли на тебя как- будто хандра какая-то напала, уже второй день как сам не свой. Что с тобой?
  -В семьдесят девятом, когда нас еще пацанов, забрасывали в Афган. - Начал Петрович, не отрываясь от окна. - Внутри как вибрация была какая-то, словно все органы постоянно трясутся, как холодец. Бывалые говорили, что это мол, от первого раза так, потом пройдет. - Петрович замолчал.
  -Ну? А дальше? Причем здесь вообще Афган? - Георгия раздражало если собеседник, без его разрешения, внезапно уходил в себя.
  - Понимаешь. - Продолжил Петрович, как ни в чем не бывало. - У меня сейчас чувство примерно такое же....
  -Может предчувствие? - Спросил Георгий, он, как и большинство живущих на земле, в душе был мистиком.
  -Может быть.... Хотя перед ядерной войной ничего ни тряслось....
   Уже третий сутки прошли со дня похода в центр, и прошели замечательно, в спокойных, предвесенних приготовлениях к работе. В хозяйственной суете, Нина Викторовна очень преобразилась, ушел вечно испуганный вид, появилась цель в жизни - вырастить урожай! Удивила так же и Ленка, ранее не знакомая с огородом, городская девочка, проявила очень заразительный энтузиазм. Естественно, дед Захар критиковал все и вся, постоянно ворча: 'нынешняя, молодежь, ни черта не умеет и не может! Даже не знаю, к чему мы так придем!?'
   Сказка прервалась следующим ранним утром. Георгий резко вскочил на ноги, от грохота. Грохот.... Или взрывы? Были слышны издалека, однако слышны отчетливо, помимо взрывов раскатами раздавались выстрелы. Быстро одевшись, взяв трофейный 'сайга мк', Георгий выскочил на улицу, по пути, для порядка прикрикнув на женщин. Во дворе, возле калитки, уже стояли Петрович с Захаром и о чем-то расслаблено беседовали. 'Они что, вообще не спят!? - Успел подумать Георгий, подходя к ним. - Я же собирался от силы секунд сорок'.
  -Километров четыре - пять. - Ответил на вопросительный взгляд Петрович.
  -Баррикада?
  -Да. Это попытка прорыва. - Петрович подавлял своим спокойствием.
  -Склад 'ВВ'. - Осенило, Захара. - Да они же взрывчатку, рвут!
  -Что нам делать? - Спросил Георгий у Петровича. Захар тоже смотрел на него.
  -Скажи бабью, пусть заварят чаю покрепче, спать больше не будем. Подождем....
   Взрывы стихли уже через пять минут, но слабое эхо от выстрелов, висело в небе еще около получаса. Затем тишина.... С наступлением тишины, Петрович тихонько закивал головой, словно с кем-то соглашаясь.
  -Похоже, отбились. - Полу утвердительно произнес Георгий.
  -Да. - В Петровиче снова проснулся командир. - Захар, будь начеку. Гоша поспи пару часов. Днем нам предстоит идти на базар. - Удивительно, но Захар, перечить не стал. Да и, порой, очень сложно было перечить Петровичу.
   Ложиться спать Георгий и не собирался, ибо в сложившейся обстановке, занятие это было бесперспективное. Мозг никак не мог успокоиться. 'Прорыв. Звучит- то как страшно! Это что же 'базарные' теперь в роли обороняющихся? А вдруг они уже перебиты?' В воображении Георгия очень ясно возникла картина хаоса, который мог бы произойти на благополучной территории 'базарных'. Горящие дома, пронзительно визжащие дети. Рыдающие женщины, которых насилуют, грязные ублюдки, не помнящие даже вчерашнего дня. Тотальная разруха, и победоносный ор, худших из людей. Георгию стало страшно от своих мыслей, вдруг для себя он решил, что будет с оружием в руках, отстаивать любой порядок, даже самый жестокий и бесчеловечный, но лишь бы ПОРЯДОК.
   Поход на базар, оказался более комфортабельным, чем можно было ожидать. В одиннадцать утра, к дому Георгия подъехал УАЗ 2206 ,в народе всем известный, как 'буханка'. Из 'буханки' вылез молодой рядовой, который провожал Георгия и Петровича к лидеру 'базарных'. Встал возле калитки, не решаясь зайти. Петрович и Георгий вышли к нему одновременно, один из времянки, другой из дома. Оба с оружием. Подойдя к калитке, Георгий не без удовольствия для себя отметил, что привлек внимание всей улицы, уж что-что, а гости на автомобилях были большой редкостью.
  - Добрый день. - Всем своим видом рядовой выражал несвойственную милиционерам вежливость и уважение. - Олег Петрович, меня к вам послал Вячеслав Егорович. - Глаза рядового забегали, он не мог дальше подобрать слов.
  -Что-то ты подозрительно вежливый. - Встрял Георгий, раздраженный, тем, что его игнорировали.
  -Просто.... Просто.... - Лицо парнишки сделалось красным. - Вячеслав Егорович, приказал привести Вас в хорошем настроении. И.... И ни в коем случае не насильно. - Выложил правду рядовой. Было видно, как он здорово нервничает.
  Петрович захохотал во все горло, от чего рядовой заметно вздрогнул. - Подожди пять минут, мы пока соберемся. - Петровича все это очень веселило.
  -Но Вячеслав Егорович говорил только о Вас. - Дрожащим голосом вставил рядовой.
  -Тогда не жди. - Бросил Петрович, поворачиваясь к парню спиной. Отойдя на расстояние, с которого нельзя услышать, вполголоса сказал Георгию. - Задержимся минут на пятнадцать, хочу посмотреть, насколько я им нужен.
   Они вышли из дома через двадцать минут. Рядовой, казалось, готов был расплакаться, так тяжело ему далось ожидание. О нервозности рядового говорили еще и шесть бычков от самокруток, валявшиеся у его ног.
  - Пожалуйста, я вас очень прошу, давайте поторопимся. - Взмолился рядовой.
  -Все. Не ссы, погнали. - Петрович командовал с видимым удовольствием.
   Бывший Дом Культуры, а теперь штаб квартира 'базарных', всем своим видом напоминала муравейник, одних легковых автомобилей на парковке, стояло около десятка. Множество людей, каждый из которых куда-то торопился, не обращали друг на друга никакого внимания, что говорило о том, что каждый из них имел некое поручение, которое нужно быстро исполнить. Количество людей возле проходов на базар, ясно давало понять, что торг сегодня будет очень бойким.
   -Одну секундочку. - Шепотом сказал рядовой, робко стучась в дверь кабинета, и потихоньку открывая его. - Вячеслав Егорович, к вам Олег Петрович.
  -Галыко, что так долго? - Прокричал Вячеслав Егорович, почти без злобы. Однако затылок рядового мгновенно вспотел. - Ну же! Заходите.
   Помимо главы 'базарных' в кабинете, за столом, сидел тридцатилетний, среднего телосложения мужчина, в милицейской форме, с погонами младшего лейтенанта, его раскосые глаза, выдавали в нем монголоидные гены. На столе лежала развернутая карта города, рядом пепельница, наполовину заполненная окурками, пачка папирос, чайник, стаканы.
  -Здорово подполковник. - Вячеслав Егорович вышел из-за стола, чтобы поприветствовать гостей, выглядел он весьма измотанным, но держался уверенно. - Георгий, и тебя рад видеть, я так и думал вместе придете. Присаживайтесь и знакомьтесь, этот человек, - Вячеслав Егорович, жестом показал на лейтенанта - мой первый помощник и друг, Антон Владимирович Топоев.
  - Просто Антон. - Вставил лейтенант, прокуренным голосом. - Кому чаю?
  - Всем. - Ответил за всех Георгий.
  -Олег Петрович.... - Мягко начал Вячеслав Егорович. - Все очень серьезно. - Он выдержал паузу, словно она прибавляла серьезности. - Перед началом беседы, поясню что произошло. Вы слышали, как грохотало утром?
  - Можно просто Петрович, мне уже так привычнее. - Начал Петрович, вертя в руках стакан с чаем. - Конечно, слышали, вероятно, была попытка прорыва. Судя по всему, неудачная.
  -В половине пятого утра, началась атака. - Взял слово Антон. - Груженный взрывчаткой автомобиль, на всей скорости врезался в ДОТ, это был первый, и самый мощный взрыв.
  -А почему он вообще доехал до ДОТа? - Спросил Георгий. - Вы же его наверняка расстреляли.
  -Конечно. - Согласился лейтенант. - Однако за рулем, судя по всему, был наглухо обколотый наркоман, а аммонит от выстрела, не взорвется, только от детонатора. После взрыва они пошли на прорыв, камикадзе были закрыты стальными щитами, в рюкзаках несли взрывчатку. Некоторые ехали на стареньких 'жигах'. - Антон нахмурился. - Я даже не представляю, чем их так обкололи!? Но шестнадцать из двадцати приблизились очень близко, критически близко.
  - За баррикаду перебрались? - Буднично спросил Петрович
  -Да. - Хмуро ответил лидер 'базарных'. - Бой велся на нашей территории, и мы их выбили, не без труда, но выбили. Благо, почти все жители вооружены.
  -Потери сторон? - Тон Петровича все больше становился деловым.
  -Наших тридцать семь мужчин, и восемь женщин. - Ответим Антон. - У них пятьдесят два, это с камикадзе. Костяк их ударной группы, составляли явно не 'пацанчики с района', уж больно умело действовали.
  -Ты начал разговор со слов 'все очень серьезно'. - Сказал Петрович, игнорируя Топоева, и обращаясь к Вячеславу Егоровичу. - Что именно?
  -Понимаешь, это был пробный прорыв, и мы его еле сдержали. - Вячеславу Егоровичу очень трудно давались эти слова. - У нас острый недостаток вооружения, бензин на исходе, медикаментов почти нет. А посылать людей массами на убой я не могу, контингент не тот, почти все семейные. Еще один такой же прорыв мы, я думаю, сдержим, но если Орех бросит в огонь всех своих людей, тогда вопрос.... И это притом, что Арбаты ведут себя, более менее, тихо....
  -Вот мы и подошли к сути разговора. Зачем вам я? - Взгляд Петровича смотрел в никуда.
  -Мы изучили всю доступную нам информацию о живущих в Абазе ветеранах. - Вновь заговорил Антон. - Нам нужен боевой офицер, с максимально возможным.... Как это сказать? Опытом.... Способным, держать оружие в руках. А ваша жизнь, насколько удалось выяснить, это сплошной боевой опыт. Одни Афган с Чечней чего стоят, я уж молчу про другие операции.
  -Зачем? - Петрович говорил одними губами, казалось все силы, этого седого витязя направлены на слух.
  -Экспедиция. - Взял словесную эстафету Вячеслав Егорович. - В Абакан, на территорию военной части. Я хочу, чтобы моих людей вел ты. Причины Антон уже озвучил.
  -Там же, наверное, несколько месяцев вода не сходила. - Обозначил свое присутствие Георгий.
  -По имеющимся у нас данным, на территории воинской части находится герметичное хранилище. - Терпеливо пояснил, Вячеслав Егорович. - А то, что находится в хранилище, решит исход войны, и обеспечит безопасность на долгие годы. Если повезет, то и пару БТР пригоним. Но, это уже по обстоятельствам. - Петрович молчал.
  - Олег пойми. - Впервые Вячеслав, назвал Петровича по имени. - Мы единственная власть, которая дает людям порядок, а если это быдло возьмет верх, тогда наступит настоящий беспредел. А страшнее беспредела нет ничего. Не мне тебе объяснять. - Петрович продолжал молчать. - Я знаю, таких как ты, их мало, но мне они знакомы. Ты можешь полноценно жить только в огне, мирная жизнь убьет тебя быстрее, чем пуля в бою. Решай. Как бы пафосно это не звучало, но ты нужен этому городу.
  - Состав экспедиции? - Петрович достал из лежащей на столе пачки папиросу.
  По лицу Вячеслава Егоровича явственно читалась радость. Ведь уточняя детали, Петрович косвенно давал свое согласие.
  - Три машины, два КАМАЗа и один Урал, все с будками, обшиты броней, техническое состояние отличное. В каждой машине основной водитель плюс помощник, помимо водителей по пять бойцов на грузовик. Всего двадцать один человек, если хочешь состав можешь изменить, но скажу сразу, ребят отобрал нормальных, две трети служили в армии, дисциплинированы все. Вопросов не задают.
  -Нужны еще минимум три нивы или уазика, с водителями, рацией, запасом бензина, и обшитые железом. Без разведки на двести километров идти, это самоубийство. Кто найдет и откроет хранилище? - Выпуская дым, спросил Петрович. - Время выхода?
  -Машины- то не проблема.... -Протянул Вячеслав.- Вот горючка.... Ладно. Решим вопрос. Месторасположение хранилища знает Антон. - Вячеслав Егорович посмотрел на помощника. - Он служил в Абакане, все видел лично. Отправляетесь завтра утром, предполагаемое время путешествия три дня. В случае невозвращения, помощь послать не сможем.
  - Ясно. Со мной еще поедет Георгий. - Петрович взглянул на Гошу, лицо которого несколько побледнело. - На время нашего отсутствия, отряди к нему домой, толкового охранника, в случае успеха, его семье нужно оказать благодарность! От вашей.... Организации....
  -Сделаем. - Твердо и по-деловому ответил лидер 'базарных'. - А что нужно лично тебе?
  -Ничего Слава, я уже давно стал более духовный, чем материальный. - Петрович улыбнулся самой хищной из своих улыбок-оскалов. - Ну что ж, поедем посмотрим на личный состав?
   Пока на милицейском уазике ехали на территорию лесного хозяйства, что располагалось в пяти километрах от штаба 'базарных', на границе города и тайги, Георгием овладело уже хорошо знакомое ему чувство безразличия. 'Петрович конечно гнида редкостная, подписал меня на такую авантюру! И мне- то теперь заднюю никак не включить, стремно как-то.... Не могу же я, как баба плаксивая, дома с мамой остаться!? Да уж, ситуация'. Георгий отчетливо понимал, что опять обстоятельства, не зависящие от него, берут верх над волей. Как в походе на дачи, в котором его интереса уж точно не было. Но он пошел, не мог отказаться, не мог и все тут. Так и сейчас, теоретически, можно сказать, 'не поеду и пошли все на хер', и никто не потащит его силой. Однако он так не скажет. Обстоятельства сильнее.... Он даже не понимал, почему не откажется, просто знал, что поездке быть.
   Территория бывшего лесхоза больше напоминала зону, чем объект лесной промышленности. На километр вокруг лес вырублен под корень. Бетонная стена огораживала лесхоз со всех сторон, в четырех углах квадрата, образованного ограждением, возвышались смотровые вышки, укрепленные по краям мешками с песком. Вдоль стен - пешие патрули. И все это в тылу! На территории 'базарных'! На КПП уазик остановили, но увидев в машине Вячеслава Егоровича, отдали честь и пропустили. Георгия давно занимал вопрос: 'почему у ментов так и не ушла привычка одеваться по форме и отдавать честь, хотя лидер 'базарных' был лишь старлеем? Может сам себе генерала присвоил?'.
  Уазик подъехал к четырехметровым воротам огромного арочного ангара, напоминающего наполовину вкопанную в землю бочку, и расположенного точно по центру базы. Возле входа, расположенного рядом с воротами, дежурили четверо бойцов, по всему было видно, база лесхоза - объект чрезвычайно важный. Увидев своего лидера, без лишних разговоров, один из бойцов открыл дверь, пропуская всех внутрь. Внутри ангара работа по подготовке к экспедиции шла полным ходом, один КАМАЗ и Урал - уверенно опознать по моделям их можно было только по кабине - стояли напротив ворот, один за другим. Вид у машин был воистину грозен. Со всех сторон, грузовикам нарастили брони из стальных листов, создавалось впечатление, что автомобили были помещены в некие бронежилеты, сшитые под заказ сумасшедшим портным. Листы металла разного размера были приварены везде, по бокам будки имелись узкие бойницы, а также горизонтальные смотровые прорези, располагались на съемных ставнях, что закрывали стекла кабин. Георгий поймал себя на мысли - 'будь на будке крупнокалиберные пулеметы, машины были бы даже красивыми'. Еще одному КАМАЗУ, что стоял на яме приваривали что-то внизу. По правую сторону ангара, на длинном столе, рядком лежало разное оружие, преимущественно СКСы, но попадались и Калашниковы. Все в ряд. Вообще при поверхностном осмотре обстановки в ангаре, появлялось, так не привычное для больших помещений чувство порядка, этому весьма способствовало еще и то, что праздно шатающихся людей не было, каждый из присутствующих был чем-нибудь занят.
  К Вячеславу Егоровичу, подбежал молодой совсем парень, в спецовке, весь перемазанный копотью и маслом. Не придавая значения тому, что руки парня были черными от грязи, Вячеслав Егорович поздоровался с ним за руку, его действие повторил его помощник Антон, приветствия с Петровичем и Георгием, ограничилось лишь кивками.
  -Ты вижу, Михаил весь в трудах. - Улыбнувшись, сказал лидер 'базарных'.
  -Так точно Вячеслав Егорович, однако после меня машинам ремонт уже не понадобится. Вы меня знаете. - Парнишка улыбнулся, своими белыми зубами, которые казались еще белее, на фоне измазанного лица.
  -Молодец. Скажи Олегу, пусть собирает бойцов в 'инженерке'. - Холодно велел Вячеслав Егорович.
   'Инженеркой' называлась площадь ангара в левом дальнем углу, отгороженная стенкой из покрытых лаком досок. Раньше в этом помещении располагался ИТР, сейчас же эта большая комната больше походила на аудиторию в старом ВУЗе. Вдоль стены выстроились бойцы, Вячеслав Егорович и Петрович встали перед строем, Георгий с Антоном держались в стороне. Первое что сразу бросалось в глаза, это возраст бойцов, он был очень разным, в рамках от двадцати до сорока пяти лет. Почти все бритые под ноль, что, в общем-то, правильно, в походе очень гигиенично. В целом впечатление было хорошим, вид у мужиков был довольно бравым, но без показухи, было видно к отбору личного состава лидер 'базарных' подошел серьезно.
  -Здорово мужики. - Совсем не по-армейски поздоровался Вячеслав Егорович.
  -Здравия желаем. - Почти в голос ответили двадцать один человек.
  -Хочу представить вам вашего командира. - Лидер 'базарных' выдержал паузу. - Подполковник Грец. Вы все о нем уже слышали. - На лицах бойцов явно читалось любопытство. - Подполковник, вам слово.
  -Всех приветствую. Ну нехер так стоять, не на расстреле. Рассаживайтесь, будем знакомиться. - Распорядился Петрович. Любопытство переросло в удивление даже у лидера 'базарных', никто не ожидал такого, неуставного общения от закостенелого вояки.
  Все собравшиеся уселись вокруг трех составленных вместе столов, на одном из низ лежала большая карта города, со множественными пометками 'от руки'.
  -Миша что у нас с нивами? - Петрович посмотрел на чумазого механика.
  -К утру будут готовы товарищ подполковник, также установим усиленные пружины, правда, в скорости они здорово потеряют, когда железо на них наварим, возиться с движками времени нет....
  -Хорошо Михаил, за язык тебя никто не тянул, я очень огорчусь, если машины будут не готовы.... - Петрович очень умело балансировал на границе дружелюбия и диктатуры. Поэтому даже при самом панибратском общении, никто и не думал ставить себя наравне с ним. - Значит так, выезжаем завтра в восемь утра. Мне нужно отобрать из вас четверых человек, имеющих хоть какой-то опыт командования в армии. - Петрович тяжелым взглядом обвел окружающих.
  Первое хорошее впечатление, произведенное бойцами, укреплялось с каждой минутой. Без споров, и лишних пререканий, группа бойцов вычленила из себя четверых человек. Всем уже далеко за тридцать, двое из них Бойко и Литвин, ветераны первой Чеченской. Другие двое, Ковальчук и Петров, бывшие контрактники.
  -Слава, что с оружием? - Петрович намеренно при подчиненных, так по-свойски назвал их лидера.
  -Олег с оружием не все просто, пойми меня правильно нам тут еще воевать. - Подыграл Вячеслав Егорович Петровичу. - Можем смело отдать десять АКМов, к каждому АКМ еще по полторы сотни патронов. Остальных вооружим СКСами, к каждому карабину дадим по восемьдесят патронов, есть четыре СКСа с оптикой, и один СВД еще в масле....
  -Не так уж и плохо. - Подумав, ответил Петрович. - Значит так. Делимся на шесть групп. По числу машин, соответственно. Разведгруппы на нивах возглавят Бойко, Литвин и Ковальчук. Позывные соответственно первый, второй, третий. Группы на грузовиках, возглавляют Лейтенант Топоев, Петров. В третьем грузовике штаб. Позывные большой один, большой два, большой три. Вопросы по организации?
  Бойко и Литвин переглянулись. Ветераны чеченской имели очень разную внешность - худой, даже тощий Бойко, здорово контрастировал с полноватым Литвиным, глядя на них, создавалось ощущение, что мужчины являются старыми друзьями. Почесав свой двойной подбородок, Литвин спросил:
  - Товарищ подполковник, какой состав разведгруппы?
  -Правильный вопрос. - По-отечески улыбнулся Петрович. - Помимо командира в состав разведгрупп войдет один автоматчик и один снайпер. К сожалению, у нас нет времени провести стрельбище и по результатам отобрать бойцов, придется исходить из личного опыта присутствующих. Во-первых, Калашниковы помимо меня и лейтенанта Топоева, достанутся только тем, кто имеет значительный опыт стрельбы из них, другими словами только те кто служил. - Петрович оглядел бойцов, и удовлетворенный тем, что в грудь себя бить никто не стал, продолжил. - На роль снайперов подойдут люди имеющие опыт охоты, из находящихся здесь, это вероятно все. - Половина бойцов заулыбалась.
  -Прошу прощения. - Встрял парнишка механик. - Товарищ подполковник, не подумайте, что хвастаюсь, но в стрельбе на меткость я добился хороших результатов.
  -Чистая правда. - Сказал Антон Топоев. - Мишка в стрельбе просто дьявол, природное это у него.
  -Отлично, значит у нас на одного бойца больше.- Сказал Петрович под тяжелый вздох Вячеслава Егоровича. - Итак, девять бойцов в разведгруппах, оставшиеся равномерно распределяются по грузовикам. Теперь о маршруте выезда из города, как вы знаете, проехать нужно через территорию 'центровых'.... - Петрович замолчал, глядя на карту.
  -Разрешите обратиться, товарищ подполковник. - Пробурчал чернобородый Ковальчук, командир третьей разведгруппы. Петрович разрешил легким кивком. - Самый короткий путь от базы до 'ничейной земли' лежит через улицу набережная, всего четыре километра по - прямой. Однако ехать по ней нельзя.
  -Это я понимаю, наверняка улица заминирована и хорошо охраняется. - Сказал Петрович, не отрываясь от карты. - Твое предложение?
  -Можно поехать по улицам Транспортная - Лазо - Набережная - Начал Ковальчук, левой рукой приглаживая короткую бороду. - Путь самый длинный. Однако противник меньше всего ожидает нас там увидеть.
  - Не пойдет. - Отрезал Петрович. - Маршрут озвучу утром....
  Планерка длилась еще около трех часов, Петрович поговорил лично с каждым бойцом, лично распределил оружие и боеприпасы, проверил запасы продовольствия и ГСМ. По прошествии второго часа, создавалось ощущение, что он всегда командовал этими людьми. А те, казалось, уже начинали на него смотреть, как на нового вождя. Георгий понял, что если кому-то и вести людей через вражескую территорию, в неизвестность, то только Петровичу. Среди довольно дружных бойцов, Георгий чувствовал себя чужаком, да и со стороны ребят, когда те узнали что Георгий человек Петровича, веяло некой настороженностью. Однако с механиком Мишкой он как-то быстро сдружился. Как выяснилось, Михаил был восемнадцати лет от роду, из них последние десять лет, им владели две страсти, автомобили и охота, привитые отцом, всю жизнь проработавшим на СТО, и дедом, заядлым охотником.
  -Понимаешь, все, как Топоев сказал, природное это у меня. - Рассказывал все еще чумазый Мишка. - В одиннадцать лет я уже с полутора сотен метров в дно бутылки из- под уксуса попадал. Ну, это с оптикой, правда.
  -А в человека сможешь стрелять? - Глядя в глаза, спросил Георгий. - Это не дно бутылки, и даже не косуля.
  -Думаю, смогу. - С сомнением ответил Миша. - Это же на расстоянии, оно как-то не страшно....
  За спиной раздался голос, подошедшего Петровича:
  - Гоша, ты съезди домой. Попрощайся со своими, и давай назад. - В голосе Петровича явно слышались заботливые интонации. - Сегодня все ночуем здесь. Рядовой тебя отвезет. Ты с оружием определился?
  -Да, определился. - Сказал Георгий. - Возьму трофейную, 'сайга мк' и обрез двенадцатого, кстати, тоже трофейный. - Георгия это почему-то развеселило. - Что сделать с твоим СКСом?
  -Оставь дома, а лучше скажи Захару пусть Ленку обучит стрелять, нехер просто так сидеть. Ну, давай у тебя на все про все полтора часа, я не могу машину долго держать.
   Во время поездки Георгий мысленно приготовился к тому, что весть об отъезде в мертвый город Абакан, через территорию 'центровых', вызовет истерику у женщин, которые были не в себе только от одного похода с Петровичем в центр. Однако они сумели его удивить, особенно мама....
  Молчание. Ничего больше, просто тишина. Взгляд направлен в пол. Слезы.
  -Зачем ты так с нами? - Без истерики, очень спокойно спросила мама. - Ты же все что у меня осталось. Неужели не ясно?
  -Мам, давай разумно. - Георгий все же попытался убедить. - Если 'центровые' берут верх, то все. Самый простой выход пустить себе пулю в голову. Жизни все равно не будет. Согласна?
  -С этим еще можно поспорить. - Не сдавалась Нина Викторовна.
  -Будем считать, что согласна. - Продолжил Георгий. - Однако если будущее за 'базарными'.... Георгий выдержал паузу. - Лично у меня складываются очень неплохие отношения, с этой группировкой. О чем свидетельствует представленный к вам охранник, на период моего отсутствия. И в случае удачного похода, наша жизнь станет по- настоящему спокойной и стабильной. Все что я делаю, я делаю для блага своей семьи. - Георгий и сам начал верить в свои слова, не мог же он поведать маме, что идти в отказ, нормальному мужику западло.
  -А когда ты приедешь? - Спросила все время молчавшая Ленка. - Ты же недолго? День, может быть два? - В ее глазах был ненормальный, дрожащий блеск.
  -Лена, это до войны, что бы съездить в Абакан и назад мне требовалось пять часов. - Терпеливо начал Георгий. - Сейчас дорога неизвестно сохранилась ли вообще. Поедем медленно, разведывая каждую кочку, ямку, каждый участок дороги. Еще раз повторюсь, повода для переживания нет, Всегда буду рядом с Петровичем, с нами еще двадцать бойцов, едем на натуральных броневиках. На дорогу уйдет где-то две недели. - Георгий специально назвал большой срок, делая скидку на возможный форс-мажор. - Вот увидите, как вернусь, отлично заживем.
  -Это все твой Петрович. - Злобно проговорила Ленка. - Это он тебя все время в свои авантюры втягивает. Ему-то, старому пердуну, уже нечего терять. Но тебе-то!?
  -Петрович в этом мероприятии, фигура ключевая. Если вам интересно, для себя он не просил ни чего. Только для нашей семьи. - Георгий вдруг почувствовал, что начинает нервничать, из-за обвинений в сторону Петровича.
  Женщины молчали, спорить не хотелось. Георгий захотел поскорее уйти, смотреть, как горюет мама не было никаких сил. Обнявшись, он попросил не провожать его до калитки. Около выхода курил шофер, рядом с ним, молча стоял Захар. Дед был грустным, сутулым и каким-то совсем стареньким.
  -Значит решили? - Задал глупый вопрос Захар.
  -Да решили. И это.... Ты кончай уже такую мину строить. - Георгий был предельно раздражен. - Ладно они, бабы, ну ты- то, чего как на похоронах?
  -Да.... Просто я.... Да ладно, молод ты еще, не поймешь. Езжайте, не трави душу....
  -Присмотри за мои... - Георгий осекся. - За нашими. Тебе помощника пришлют где- то через час. И это, ты Ленку подучи из СКСа стрелять. Все польза будет, нечего оружию просто так лежать. Ты же от своего двадцать восьмого, не перейдешь на СКС?
  -Стар я уже, что бы привычки менять. А девку твою научу стрелять. Не переживай. Когда приедешь, будет бить уж точно не хуже тебя. - Разговор об оружии несколько взбодрил Захара.
  -Ну все. Пора. - Георгий обнял деда, а тот как будто всхлипнул.
  Отъезжая от дома Георгий специально не смотрел на окна, на душе было очень погано. И что самое паршивое он до сих пор не понимал, зачем он едет в это путешествие. Но не ехать он уже не мог....
  
  
   Глава 6
   В последний момент, Петрович изменил время выезда. Общий сбор был назначен уже на четыре утра в 'инженерке'. Сонных не было, все бойцы предельно собраны и внимательны. Предстоящие события к этому располагали. Что касается Георгия, то он не спал вовсе, в голове вертелось всякое.... Мама, Ленка, путешествие в мертвый город, Петрович, все вместе и ничего конкретно. Проведя на границе яви и забытья, отведенное на сон время, Георгий даже с удовольствием воспринял сигнал к подъему. Встал, оделся, оружие уже готово, кобура с обрезом, разгрузка. На сборы ушло не более пары минут.
   Командиры групп, склонились над картой. Остальные бойцы поблизости, чтобы не упустить ни одного слова.
  - Прорываться будем через центральную дорогу, - Петрович обвел всех взглядом. - Сквозь самое сердце территории 'центровых'. Едем без разведки, работаем на скорость.
   Такого решения не ожидал никто. В комнате на некоторое время воцарилось молчание. Первым нашел в себе силы заговорить лейтенант Топоев:
  -Товарищ подполковник, это же самый центр территории врага.... - в полголоса сказал Топоев, словно Петрович мог этого не знать.
  -Настал момент истины мужики, - серьезно начал Петрович. - Кто из вас сомневается в адекватности командира, может отказаться от операции сейчас. Репрессий не будет. Даю слово. Это первый и последний раз, когда я вам даю право выбора. В дальнейшем, в полевых условиях, за сомнение или неповиновение буду расстреливать.
   Слова о расстреле, как-то отрезвляюще подействовали на бойцов, наваждение как рукой сняло. Страх и сомнение исчезли. Вопрос задал худощавый командир разведгруппы Бойко:
  -Товарищ подполковник, каким образом построим колонну?
  -Во главе колонны пойдет КАМАЗ Топоева. Сразу за ним две нивы Бойко и Литвина, далее Урал Петрова, затем нива Ковальчука и замыкает штабной КАМАЗ. Логично предположить, что прохода через центр, враг ожидает менее всего. Путь следования - улицы Ленина-Лазо-Набережная, продолжительность маршрута шесть километров. Половину всех автоматчиков размещаем в штабной машине, так как на нее ляжет задача избавиться от преследования. Наша задача - пройти через территорию врага максимально быстро. Затяжного огневого контакта быть не должно. Остановок тем более. Об экономии патронов напоминать я думаю излишне. Вопросы?
  -Товарищ подполковник, какая роль разведгрупп в прорыве? - Подал голос второй ветеран чеченской, Литвин.
  -Во время прорыва, ваша основная задача выжить, и сохранить машины, так как в дальнейшем вы будете моими глазами и ушами. Перестроение колонны произойдет уже на 'ничейной земле', как только отобьемся от преследователей. Нивы Бойко и Литвина впереди, машина Ковальчука в хвосте. Осмотр транспорта, на перевале. Наиболее удобном месте для обороны. Еще вопросы?
   Бойцы молчали, вопросов было много, но все на уровне эмоций. В сложной ситуации всегда проще быть ведомым, нежели ведущим. С Петровичем они общались лишь второй день, но уже было видно, что их чувства к своему командиру близки к обожанию. Твердый, опытный, сильный. Каждого бойца он уже знал поименно. Каждому знал, что сказать. Несмотря на свой возраст, лучший из всех, как в качестве воина, так и в качестве командира. Настоящий средневековый вождь. За таким хоть в ад, с таким ничего не страшно.
  * * *
  -Большой три, это большой один, прием, - лейтенант Топоев заметно нервничал.
  -Большой один это большой три, слушаю тебя, прием, - Петрович не отрываясь смотрел в бойницу, твердо стоя в покачивающейся кабине КАМАЗа.
  -Подъезжаем к границе. Предельная готовность. Прием.
  -Вас понял. О любых маневрах противника докладывать сразу. Конец связи.
   Георгий ехал в штабном КАМАЗе, сначала хотел в головную машину, но Петрович распорядился иначе. Место занял у одной из пяти бойниц расположенных в правой стороне будки, три задние бойницы заняли автоматчики. Пока все было тихо, не смотря на то, что по территории врага они уже проехали почти километр. Георгий поймал себя на мысли, что он прощупывает взглядом некогда родные и от того хорошо знакомые улицы. 'Из того бывшего цветочного магазина, уже не выйдет красивая и счастливая девушка, а скорее выползет пьяный ублюдок с обрезом в руках. А в подвальном кабаке, где так весело гулял с друзьями, скорее всего штаб лидера ячейки, или быть может вот-вот выкатится пацнчик с дробовиком. О! Здание сбербанка! А ныне 'блядюшник' с кучей обколотых головорезов. Наверняка увидев в окно автоколонну, повыбегают на улицу. Но почему так тихо? Да ну их! Сраные наркоманы, тоже мне угроза'. - В тот момент, когда уже начало казаться что они просто проедут без происшествий, где-то впереди раздались множественные выстрелы. Рация Петровича отозвалась мгновенно.
  -Большой три это большой один. Мы атакованы со стороны пятиэтажного дома, по правую сторону, продвигаемся дальше. Прием.
  -Вас понял, отвечайте на огонь противника одиночными. Конец связи.
  Выстрелы учащались с каждой секундой, уже все машины сообщили о том, что подверглись обстрелу. По глухим ударам внизу, становилось понятно, что атакующие пытаются пробить пластины закрывающие колеса. Пока наваренная на машины сталь вполне неплохо защищала от пуль. Обстрел носил стихийный характер, чувствовалось, что враг не готовился к таким событиям. Машины, где было возможно, разгонялись, где необходимо, притормаживали. В будке качало немилосердно, вести прицельный ответный огонь было практически невозможно, однако это не помешало Георгию расстрелять уже второй десятизарядный магазин по огневым точкам, расположенным в придорожных пятиэтажках. Результативность такой стрельбы из движущегося автомобиля, не выдерживала никакой критики. Практически одновременно раздались короткие очереди автоматчиков, стоящих в конце будки. В кабине стало тяжело дышать от пороховых газов. Что-то впереди хлопнуло.
  Словно в замедленной съемки Георгий увидел как в сторону их КамАЗа из двора пятиэтажки выехал мотоцикл с коляской, в которой сидел автоматчик. Петрович, словно знал об этом заранее, отодвинув соседнего парня с СКСом, в сторону, он занял место у бойницы рядом с Георгием. Удивительно кучной очередью, словно будку и не качало вовсе, он прошил как водителя, так и не сделавшего ни оного выстрела стрелка.
  - Товарищ подполковник, за нами погоня. Один газик, и две восьмерки, у газика морда бронированная. - Прокричал среднего телосложения парень одних с Георгием лет.
  Посмотрев на преследователей в заднюю бойницу и чуть не словив пулю, Петрович скомандовал:
  -Стреляйте по восьмеркам, газик пока не трогать.
  Вдруг, всех кто был в будке резко отбросило на левую сторону, водитель круто повернул вправо. Петрович же каким-то чудом устоял на ногах.
  -Большой один, это большой три, как обстановка прием.
  -Это большой один, вышли на прямую 'ничейной земли', потери - один человек. Прием.
  -Молодцы. Лейтенант если со штабной что-то произойдет, твоя машина не должна нас выручать, продолжать выполнение задания несмотря ни на что. Как понял? Прием.
  -Вас понял. Конец связи. - Не раздумывая, ответил Топоев.
  Позади прогремел взрыв, после чего, сразу последовал доклад:
  -Один из преследователей гото.... - Парень, занимавший центральную, из трех задних бойниц, не договорил. Сразу две пули пробили его голову, к запаху пороховых газов, мгновенно добавился запах крови.
  -Гоша давай на его место! - Рявкнул Петрович.
  Подобрав автомат, и едва не запнувшись об труп, Георгий встал возле бойницы. Вдали, на обочине возле бывшего продуктового ларька горела почему то взорвавшаяся восьмерка. Из кузова газика палили четверо, один из них, был вооружен автоматом. Кабина грузовика вся обвешана мешками, предположительно с песком. В некоторых местах штабной будки, виднелись пулевые отверстия, все же от Калашникова наваренная сталь спасала не всегда.
  -Третий это большой три, как ты? Прием.
  -Большой три это третий у нас все отлично. Прием.
  Георгий завистливо подумал 'ну хоть у кого-то все отлично'.
  -Ковальчук, твоя задача выйти из строя и, сдав назад, поравняться с газиком, стреляй по колесам, мы будем прикрывать. Как понял, прием.
  -Вас понял. Прикрывайте. Конец связи.
   Дальнейшие события напомнили Георгию сцену из фильма 'Бешеный Макс'. Сначала дружным огнем из трех автоматов, была разнесена вторая восьмерка, которая и без того уже заметно отставала. Взрыва не последовало, машина резко, словно наткнувшись на невидимую преграду, перевернулась через себя несколько раз. В следующий момент, сбавив скорость, с газиком поравнялась нива Ковальчука, взяв на себя огонь двух из четырех стрелков, ехавших в кузове. Георгий ясно видел, как из кузова на крышу нивы упал какой-то мешок. Автоматчик, находившийся на заднем сиденье нивы, дал очередь по задним колесам грузовика, прикрыть которые листом железа бандиты не удосужились. Колеса лопнули, газик сразу повело в сторону нивы, затем последовал взрыв, разметавший машины в разные стороны. Георгий готов был поклясться, что взорвалась именно нива Ковальчука.
  -Второй, это большой три как слышишь меня? Прием. - Со стороны Петрович выглядел так, как- будто ничего непредвиденного не произошло.
  -Большой три, это второй. Слышу вас хорошо. Прием.
  -Перестраивайся в конец колонны, и держись на расстоянии пятисот метров. О любых действиях противника докладывать немедленно. Конец связи.
  
  
   Подъем в перевал, отделяющий Абазу от внешнего мира, занял около двух часов. Благо снег, был рыхлым, и 'обутые' в цепи автомобили буквально протаранили себе путь наверх. Из радио-переговоров выяснилось, что потери составили семь человек, включая группу Ковальчука. Раненых не было, итого численность личного состава была равна семнадцати бойцам, включая Петровича, Георгия и мобилизованного в последний момент механика, а по совместительству и снайпера Михаила.
  
   На перевале остановились для осмотра транспорта. Густо покрытый снегом, он очень не дружелюбно встретил путников промозглым ветром. Высота была господствующей, бойцы из групп Бойко и Литвина заняли позиции для обстрела возможной погони. Механики без всяких распоряжений принялись за осмотр своих машин. Мишку сразу позвали к КамАЗу Топоева, который последние десять километров дымил как настоящий паровоз. Выстроившихся бойцов Петрович проверил лично на предмет отсутствия повреждений, и эмоционального состояния, все-таки многие даже в армии не служили, а по людям стреляли впервые почти все. Все были в норме, спасибо лидеру 'базарных' за нормальные кадры. Командир группы - ведущей Урал, Алексей Петров задал вопрос, который беспокоил всех:
  -Товарищ подполковник разрешите обратиться. - Своим видом Петров напоминал парней с агитационных плакатов в военкомате, так как имел абсолютно славянскую внешность.
  -Говори Леха. - Нахмурившись, разрешил Петрович.
  -Товарищ подполковник.... А с убитыми что будем делать? - Спросил Петров, опустив взгляд.
  -Бросит нельзя. Похоронить невозможно. Возьми пару бойцов и нарубите дров....
  К Петровичу со спины подбежал Мишка, но обратиться все не решался.
  -Говори. - Не оборачиваясь, велел Петрович.
  -Товарищ подполковник. - Начал бубнить Мишка. - КамАЗ лейтенанта Топоева не сможет двигаться дальше.... Он был первым в колонне и несколько пуль все же пробили нашу обшивку кабины.... Короче, в существующих условиях, я не смогу его отремонтировать.
  -Очень плохо. Антон. - Обратился Петрович к лейтенанту Топоеву. - Возьми шестерых человек и перегрузите запасы на Урал и КамАЗ, слейте горючку, как закончите, перегороди своим КамАЗом дорогу и подожги его.
   Несмотря на большой объем работы, осмотр техники, перегрузка, сооружение погребального костра и баррикадирования дороги, на все ушло не более тридцати минут. В принципе, вскорости покидать перевал, можно было не торопиться. В случае погони, здесь с высоты, дорога просматривалась на километры, и можно было бы держать оборону хоть от сотни наступающих бойцов. Однако погони не было....
   Погребальный костер еще во всю пылал, а Петрович уже собрал в своем КамАЗе командиров групп.
  -Гоша, подкинь немного. - Петрович кивнул в сторону 'буржуйки', установленной в углу будки.
  Командиры, а именно ветераны Бойко и Литвин, Петров и лейтенант Топоев, были серьезны и собранны. Георгий предвидел возможный конфликт между Петровичем и Топоевым, который у 'базарных', судя по всему, был, вторым человеком. Однако пока противостояния лидеров не наблюдалось.
  -Значит так. Спуск с перевала займет около часа, хотя расстояние и составляет десять километров, из-за снежного завала идти надо будет очень осторожно. Далее, после спуска, через пятнадцать километров будет село Таштып. Его обойдем по объездной, которая проходит в километре от деревни. После перевала, в степи снега почти не будет, все-таки уже конец февраля. Обойти Таштып можно будет побыстрее. В двадцати километрах от Таштыпа, уже пойдет зона затопления, - Петрович обвел всех присутствующих взглядом. Со стороны могло показаться, что командиры даже не дышат. - А вот там по обстановке, - Петрович оскалился железными зубами, наверно он думал, что улыбается. - На ночь остановимся уже на неизвестной земле. Вопросы?
  -Известно ли хоть что-нибудь о Таштыпе? - вопрос задал Литвин, его круглое лицо было бардовым, видимо сказывалась высота перевала.
  -Ничего, - коротко ответил Петрович. - До войны население около восьми тысяч человек, сколько осталось и как настроены к пришельцам неизвестно. Но мы будем воспринимать любую группу людей как враждебную. Еще вопросы? - Все молчали.
  -Хорошо, на спуск пойдет мой КамАЗ и нива Литвина. Далее по моей команде выйдут Топоев и группа Бойко. Если связи не будет- выход через тридцать минут после нашего отъезда. Все, время. Выезд через пять минут.
  Из штабной все вышли, Георгий остался один возле такой теплой 'буржуйки', протирая свое новое оружие 'АКС74У'. Автомат наполнял его некой силой, уверенностью. Напряжение последних часов, отступало перед красотой и магией нового оружия. 'В армии не служил, работал по молодости в оружейном магазине, продавцом, но такой любви у меня не просыпалось.... Может, я с ума схожу? А даже если схожу, мне-то какая печаль? Психи вроде не жалуются на свое самочувствие. Ну вот, всякая хрень в голову лезет. Но все-таки сойти с ума, наверное, не страшно'. Размышления прервал Мишка, опять чумазый.
  -Гоша ну выйди, посмотрим тайгу на перевале, - и весело добавил: - Быть может в последний раз.
   А тайга была хороша! Чистая, снежная. На восемьдесят процентов состоящая из хвойных деревьев. Великая и суровая. Противный ветер уже почти перестал дуть, кругом царила свежесть морозного воздуха. Даже не верилось, что таким может быть мир после ядерной войны.
  Минутную эйфорию прервал Идущий к машине Петрович: - Гоша, хорош балдеть, давай в машину.
   ***
   В кабинете Ореха был только Финка, разговор длился уже около двадцати минут. Против ожидания Финки, утренние новости не возбудили в лидере 'центровых' приступ психоза. Он был тих и задумчив.
  -А, быть может, их лидер удрал? - Орех не отрывал своего взгляда от Финки - Больно уж машины серьезно оборудованы.
  -Ну не знаю, от чего ему бежать? - Финка закурил уже четвертую, папиросу. - Их положение еще не настолько критично. Однако если допустить смену лидера.... - он опасливо покосился на Ореха, но тот оставался спокоен. - То может и сбежал, с верными людьми. Но я в это не верю. Не дали бы ему сбежать. Здесь другое. Может разведка?
  -Какая разведка? Что там, за перевалом можно разведывать? - Орех потихоньку начал накаляться, непонимание действий противника его бесило. - В Таштыпе анархия. За ним ничего. Просто степь с мертвыми деревушками, и мертвой же столицей. Даже техникой никакой не поживиться, что не унесла вода- то уже сгнило. Это путь в никуда. Зачем они отрядили такой караван? С автоматчиками в каждой машине. Да если.... - приступ боли в области живота прервал речь Ореха. Немного подождав когда боль утихнет, он продолжил уже спокойнее. - Если бы мне было известно о прорыве.... Никто бы не ушел....
  -А может, настало время для наступления? - Вкрадчиво начал Финка. - Шесть машин с бойцами ушли. Без ущерба для обороны, такое не проходит. Орех, что-то произошло у них. Что-то, что заставило шесть машин, напичканных бойцами вывести из города.... Быть может, они не так уж и сильны, как мы полагали?
  -Я еще не решил, - отрезал Орех. - Приведи ко мне Кастета и Мясника. Быстро.
   Через десять минут, два лучших бойца из личной охраны Ореха прибыли в кабинет своего хозяина. Два брата были одного роста и схожего, крепкого телосложения. Старший, Кастет, был КМС по боксу, со сломанным многократно, кривым носом. Младший, Мясник, резко выделялся своей белесостью. Он был альбиносом. Мясника Орех знал еще по психбольнице, где оба были частыми посетителями.
  -На вас выпало особое задание, - по-отечески заговорил Орех. - Вы моя гордость, моя опора. Но вам я и поручаю самые непростые дела, - Орех замолчал.
  -Приказывай хозяин, - басом проговорил Кастет. - Мы не подведем. - Оба охранника смотрели глазами преданных собак.
  -Финка проведет вас на склад, - сурово продолжил лидер 'центровых'. - Возьмете еды на неделю, оружие любое. Ваша задача следить за караваном 'базарных'. В бой не вступать. Открыто себя не проявлять. Просто наблюдайте. Через семь-десять дней жду с отчетом. Если приведете языка, вознаграждение будет особым. Возьмете мой Уазик. Приступайте немедленно.
   ***
   Спуск с перевала прошел относительно легко, в течение часа все машины уже спустились и продолжали путь по степи. Время поездки у многих вызывало грустную улыбку. Ведь от Абазы до Таштыпа тридцать километров, до войны по прочищенной дороге ехать, ну от силы двадцать пять минут. Автоколонна шла уже полные четыре часа, и только сейчас начало виднеться село Таштып.
  Правда, после спуска в скорости можно было прибавить, в степи в конце февраля снега уже почти нет. Но Петрович предпочел более спокойный темп езды, не смотря на хорошую трассу и отличный обзор. В километре впереди шныряли нивы разведгрупп Бойко и Литвина. В полукилометре позади шел Урал Петрова. На объездную, огибающую Таштып дугой, выехали в полной тишине. Георгий приник к боковой бойнице и жадно разглядывал Таштып, в котором он бывал сотню раз. Что поразило сразу, так это общий обгорелый вид деревни. Создавалось впечатление, что она сгорела процентов на шестьдесят, среди черных останков домов выделялись кирпичные здания школы, больницы и немногих жилых трехэтажек. Люди попадались на глаза крайне редко, увидев машины, они сразу прятались. Из одного шлакоблочного дома, расположенного на самой окраине, по КамАЗу кто- то произвел несколько выстрелов. Но дружный залп с пяти боковых бойниц быстро охладил пыл неизвестного стрелка. На одной из дорог, ведущей от Таштыпа к объездной, показались две легковые машины, они остановились, видимо рассматривая караван.
  -Товарищ подполковник, - нарушил тишину механик Мишка, смотревший в соседнюю бойницу. - Если они подъедут еще метров на сто, я уверенно могу снять водителей.
  -Стрелять только по моей команде, - процедил Петрович.
  Однако стрелять не пришлось, оценив состояние каравана, и видимо поняв, что Таштып не является его целью, местные жители предпочли лишь проводить взглядами автоколонну, направляющуюся в мертвые земли.
   В пяти километрах от Таштыпа, начиналась граница зоны затопления. Здесь же сделали небольшой привал. Георгий вышел из будки КамАЗа, с уже знакомым чувством безумия. Сердце колотилось бешено. В памяти на всю жизнь отпечаталась картина потопа, бескрайнего серого моря, на фоне свинцовых туч. Моря, которого не должно было существовать. Море, которое очень долго снилось каждую ночь.
   Степь изменилась, в какой-то степени даже оправилась от противоестественного события. В первую очередь бросались в глаза множество относительно небольших озер, которых раньше никогда не было. При полном отсутствии снега, на фоне серо-черной степи, озера напоминали беспорядочно разбросанные разных размеров огромные стекла. Федеральная трасса, ведущая в Абакан, была по большей части уничтожена потоком воды. Общую безумную картину дополнял неуместный для степи мусор, в виде мотоциклетной коляски или оборванных сидений автомобиля. Не изменилось только небо, все такое же свинцовое....
  -Да уж, хорошо, что морозы еще прижимают, - сказал сухой, а теперь еще и бледный Бойко. - Через пару недель начнется оттепель, тогда вообще караул. Вся степь раскиснет.
  -Через сорок километров будет улус Полтаков, можно там поискать что-нибудь полезное, - вставил в свою очередь Мишка.
  -Ну, нахер, лучше заночевать в степи, чем в деревне с мертвецами, - боязливо сказал Георгий.
  -Все, хорош болтать попусту, по машинам, - скомандовал Петрович.
   Дальнейшее передвижение давалось очень нелегко, так как большую часть пути приходилось ехать по бездорожью. С машин разведгрупп пришлось перегрузить все лишние вещи, даже запасной бензин, оставив лишь по одной канистре. Обваренные железом нивы шли на пределе своих возможностей. КамАЗу, а тем более Уралу было, конечно, полегче. Проехав таким образов еще двадцать километров, командирам групп была дана команда, остановиться.
  На стоянку расположились в углублении, по какой-то причине не занятом водой, периметр лагеря обозначили машинами. Группа лейтенанта Топоева, принявшая на себя основной удар при прорыве, в караул пошла первой. Остальные же расположились у большого костра, сооруженного из порубленного столба линии электропередачи.
  
  -Товарищ подполковник, а может, все-таки пошарим в деревушках? - не унимался Мишка, воюя ножом с банкой тушенки. - Вдруг что полезное найдем, еды, например.
  -Если уж мародерствовать, то лучше в Аскизе, - довольно жуя свою тушенку оживился Литвин. - Село очень большое, поди продуктовые магазины не смыло.
  -Нет, мужики, - оборвал мечтания масс Петрович. - На нашем пути есть две угрозы, это как раз улус Полтаково и село Аскиз. Часть местных жителей могли укрыться в горах, которые конечно далеко, но все-таки. А потом вернуться. И вступать с ними в бой из-за банки тушенки считаю не целесообразным. Пойдем мимо и очень осторожно, это в первую очередь касается разведки, - Петрович выразительно посмотрел на Бойко с Литвиным, которые враз перестали жевать.
  -Петрович, я вот все думаю о военной части, - Георгий единственный называл Петровича не по званию. - А вдруг она уже занята кем-нибудь. Ну, из местных, выживших. Что тогда?
  -Гоша, позволь тебя обрадовать, - Петрович злорадно улыбнулся. - То, что военная часть кем-то занята, я даже и не сомневаюсь. И если кто-то думает, - Петрович чуть повысил голос, - что прорыв это самое трудное, то он очень заблуждается. - Все сидящие у костра, казалось, даже не дышали, жадно слушая своего командира, иные заметно хмурились.
  -Петрович, а вдруг там.... - Георгий не знал, как выразиться помягче. - Ну... не те кому удалось выжить. А другие....
  -Вероятный противник, - буркнул Литвин, сидящий рядом с ним пожилой мужик, понимающе закивал.
  -Да чушь все это, - возразил Бойко, любивший поспорить с Литвиным. - Если бы те же китайцы и дошли бы до Хакасии, то уже давно были бы в Абазе. Единственный чистый город, с работающей шахтой.
  -Нас теперь везде ждет война, - строго проговорил Петров, в наступивших сумерках его славянское лицо походило на древний идол. - В Абакане будем бороться за оружие, в Абазе нас наверняка ждут 'центровые'. Только в одном я уверен - без серьезного оружия, домой уже дороги нет. Так что кто бы там не был, военную часть должны взять. Должны и все тут. Это теперь наша самая важная, цель в жизни.
  - А у меня в Абакане, бывшая жена жила, с бывшей тещей. Как подумаю об этом, сразу тепло так на сердце, - мечтательно сказал Бойко, чем вызвал взрыв смеха.
  - Да ты особ-то не радуйся, - мгновенно отреагировал Литвин. - По поводу жены вопрос, а теща наверняка выжила, 'оно' не тонет!
  - А у вас, товарищ подполковник, есть семья? - весело спросил Петров.
  - Все, - Петрович в момент сделался злым. - Отбой. Топоева в 23-00 сменит группа Петрова, - даже сидя, Леха умудрился вытянуться в струну. - В 3-30 Петрова сменяют группы Бойко и Литвина. Подъем в 6-00. Гоша, ты в группе Петрова.
   Несмотря на шерстяной свитер и почти новый пуховик, Георгий заметно подмерзал на постоянном степном ветре. Он любовался ночной степью, она давала ощущение космической невесомости, когда под ногами огромная черная дыра, а над головой еще более огромное, звездное небо. И тьма вокруг почему-то не пугала, а скорее наоборот успокаивала. Завершив очередной обход, Георгий еще раз посмотрел на звезды и глубоко вздохнул 'как хорошо'. Вдруг, откуда-то из темноты раздался шорох, его можно было спутать с дуновением ветра, но Георгий готов был поклясться, что это не ветер.
  -Эй, Мишка! - Георгий в полголоса окликнул снайпера, лежащего на будке КамАЗа.
  -Что? - мгновенно отозвался тот.
  -Направление одиннадцать часов, просмотри через ПНВ. Там шум какой-то.
   В течение пяти минут висела напряженная тишина.
  -Чисто, - не особо уверенно промямлил Мишка. - Если честно, этот ПНВ такая херня. Может модель старая или че....
  - Я пойду, посмотрю, прикрой меня. - Сказал Георгий, включая фонарь.
   'Земля, кочки, яма, тьма рассеянная фонарем сразу смыкается за спиной. Страх, ничем не объяснимый, но постоянно увеличивающийся. Сухая трава, опять кочка, небольшой овраг. Стоп. Кочка пошевелилась? Луч фонаря замер на большой куче сухой травы, или не травы? Правая рука, вцепившаяся в рукоять автомата, сильно вспотела. Все как во сне, очень похожее состояние'. - Наваждение мгновенно пропало, когда из тьмы за спиной выросли две сильные руки. Схватив висевший на ремне автомат, некто, начал проводить удушающий. Некто очень сильный, а может быть просто шок от внезапности всего происходящего забрал все силы. Практически безнадежную ситуацию выправила кисть руки, по-прежнему сжимавшая автомат. Казалось, все оставшиеся силы Георгий израсходовал на то, чтобы выстрелить. Раздавшиеся выстрелы взорвали ночную тишину. Вылетевшие гильзы больно и горячо ударили в лицо. Руки, что выросли прямо из тьмы, словно испарились. Секунду спустя после выстрелов мощный фонарь осветил Георгия, уже одного. Отдышаться времени не было, при ярком свете фонаря он ясно еще раз увидел, как подозрительная куча травы пошевелилась. Следующая очередь пришлась по ней, одновременно степь наполнил человеческий крик....
  
  Допрос Петрович откладывать не стал. Поставив всех в ружье, он приказал Георгию и лейтенанту Топоеву, приволочь пленного в центр лагеря. Топоев лично связал короткостриженого здоровяка одним ремнем, неестественно загнув руки и ноги за спину.
  Петрович некоторое время просто смотрел на лежащего на правом боку пленника. Он производил впечатление человека умеющего терпеть боль. Несмотря на простреленное в двух местах бедро, не издал ни звука, пока Топоев его связывал. Вероятно, в прошлом он активно занимался боксом, о чем свидетельствовал многократно переломанный и неправильно сросшийся нос.
  -Антон сделай что-нибудь, - предложил Петрович Топоеву. Раскосые глаза лейтенанта стали еще уже, из-за свирепой улыбки, больше напоминающей оскал.
  Топоев отлучился секунд на двадцать, и вернулся с самым обычным молотком. Не долго думая, он с размаху ударил по коленной чашечке, как раз той ноги, которая уже была простреляна Георгием. Звериный крик вырвался из пленного. Ни один мускул не дрогнул на лице Топоева, Петрович лишь слегка поморщился. Георгию хотелось убежать, но ноги его не слушались, он как завороженный смотрел на пытку. Тем временем, не задав ни одного вопроса, Топоев размозжил второе колено. Георгий поймал себя на мысли, что крик жертвы становиться привычным. По-прежнему ничего не говоря, лейтенант уже нацелился на локоть, но пленный, наконец, сломался.
  -Не надо прошу вас. Я все расскажу, только не мучьте, - на лице парня была непонятная смесь из слез, соплей и грязи.
  -Кто твой хозяин? - властно спросил Петрович.
  -Орех, - быстро ответил пленник и продолжил. - Он отправил меня, следить за вами, просто следить.
  -Ты один? - 'удивился' Петрович.
  -Да. Зачем для слежки толпа? - отхаркиваясь, сказал пленник.
  -Петрович да он врет! - Георгий почти закричал. - Нагло врет! Да в то время как я на него смотрел, на меня напали со спины! Их как минимум двое!
  Петрович лишь с сожалением посмотрел на жертву: - Не хочешь ты с нами нормально разговаривать. Жаль. Антон, вырежи ему глаз, для начала....
  Дальнейшую пытку Георгий смотреть уже не мог. Ему не было противно или неприятно, он просто не мог на это смотреть, в отличие от равнодушного Петровича, или явно получавшего удовольствие от пытки, Топоева. Отойдя в сторону на пару метров, он отвернулся и просто слушал. Слушал, как обреченный человек, рассказал все о своем брате, о задании, о вооружении брата, количестве патронов и продовольствия. Затем Топоев его подробно расспросил об организации охраны Ореха, доверенных людях, местах ночлега, любовницах, и о местах нахождения схронов с оружием, одним словом обо всем, что мог знать приближенный. Когда беседа подходила к концу и пытки завершились, Георгий обернулся на хрип. В свете костра лицо Топоева напоминало довольную маску шамана, он не спеша перерезал горло пленному....
   В шесть тридцать утра, автоколонна тронулась в дальнейший путь по мертвой земле. Георгий был очень рад поскорее уехать с того места где был до смерти замучен пленник. Мысль о том, что где то рядом за ними следит жаждущий мести, брат замученного, постоянно крутилась в голове. Он обращался к Петровичу с просьбой, отыскать второго 'ореховского' боевика, но Петрович, к великому сожалению Георгия, отказал, мотивируя отказ нехваткой времени.
  -Я знаю, что творится у тебя в голове, - вспоминал слова Петровича Георгий. - Ты наверняка думаешь, что до тех пор, пока жив второй брат, тебе не будет спокойного сна. И скорее всего в этих мыслях ты прав, ведь это ты взял пленного. Однако не расстраивайся, у тебя еще будет шанс закрыть этот вопрос. - 'Обнадежил' Петрович.
  Георгий ехал, стоя у боковой бойницы штабного КамАЗа, смотрел на серо-черную степь, про себя рассуждая: 'Что это вообще значит? 'у тебя еще будет шанс'. Не нужно мне никаких шансов, и честных поединков мне тоже не нужно. Раз уж так сложилось, второго необходимо просто убить, желательно издалека. И я тогда буду жить чуточку комфортнее. Чего тут непонятного!? Эх, Петрович.... Дал бы мне группу Бойко или Литвина.... Ведь делов-то на час...'. На Петровича Георгий затаил обиду: 'я же ему жизнь спас!' - с таких вот не веселых мыслей начался второй день экспедиции.
  
  Глава 7
   Из мысленного ступора, который обычно возникает в дороге при рассеянном взгляде в никуда, вывел голос Бойко из рации Петровича.
  -Большой три, Полтаково в трех километрах от нас прямо по курсу. Прием.
  -Вас понял, первый, держи в курсе каждой мелочи. Конец связи.
   Расстояние в три километра преодолели примерно за тридцать минут, улус просматривался уже достаточно хорошо. Полтаково до войны- то выглядел не особенно хорошо, как впрочем, и большинство деревень, в период демократических преобразований, практически полностью утративших сколько-нибудь цивилизованный вид. Всеобщее обнищание, разруха, и поголовное пьянство жителей, еще до войны создали 'послевоенный' вид улуса. Так что складывалось впечатление, что прошедший потоп особенно ничего не изменил. Те же старые покосившиеся избушки, иные, правда смыты под корень, те же полуразрушенные и превращенные в помойку бывшие зернохранилища. Сразу привлек внимание большой флаг, установленный на крыше одной из избушек в центре деревни. В бинокль можно было разглядеть выведенные углем на грязной простыне три буквы 'SOS'. 'Еще до войны, над каждой деревней можно было вешать такие флаги'. - Невесело подумалось Георгию. Словно разделяя возникшую жалость, в рации возник голос Бойко.
  -Большой три, это первый, как слышите. Прием.
  -Говори. - Было видно, Петровичу все это не нравится.
  -Товарищ подполковник, разрешите глянуть, что там. - Бойко практически умолял. - Понимаю что глупость, но все же.
  - Не глупость а хронический идиотизм. - После секундного раздумья Петрович сказал. - Хорошо. У вас двадцать минут.
  Георгий подбежал к нему и шепотом очень активно начал напрашиваться: - Меня, меня, пусть возьмут меня!
  -Первый, забери и Гошу, а то он аж ссытся, как хочет в этот улус, идиотия заразительна. Прием.
  -Вас понял. Конец связи. - Бойко заметно повеселел.
   Спрыгнув с будки штабного КамАЗа, на слегка мягкую землю предвесенней степи, и вдохнув полной грудью холодного воздуха. Георгий закурил взятую у Мишки папиросу, ожидая ниву Бойко. Ребята подъехали через четыре минуты, в составе трех человек. Помимо старшего группы Бойко, вооруженного калашниковым, снайпер вооруженный СКСом с оптикой, по прозвищу 'очкарик'. Прозванный так из-за своей любви к солнцезащитным очкам, и автоматчик вечно хмурый и крайне не разговорчивый тип по прозвищу 'молчун'. Георгий не особо контачил с ребятами из разведгруппы, именно этим и объяснялось, то что двух из трех ее членов, он запомнил лишь по прозвищам. Поздоровавшись со всеми и усевшись на заднее сиденье нивы, Георгий был подвергнут краткому допросу со стороны Бойко.
  -Гоша, ты конечно к командиру человек приближенный. - Худое лицо Бойко сделалось наигранно суровым. - Но пока ты в моей группе, ты должен подчиняться мне. С этим будут проблемы?
  -Никаких проблем Жень. Ты старший. - Георгий отметил некоторое облегчение на лице Бойко.
  - Большой три, это первый выехали к деревне. - Сообщил по рации Бойко.
   Страшно было ехать по мертвой деревне, и больше всего пугало не общий разрушенный вид домов и надворных построек, а полное отсутствие какой- либо жизни. Не было ни птиц, ни собак, ни даже крыс. Проезжая по единственной главной дороге в Полтаково, на которой еще сохранилось, нечто напоминающее асфальт, группу начал охватывать некий мистический страх.
  -Как- будто из фильма ужасов декорации. - Заговорил 'Очкарик'. - Кажется, что вот-вот зомби со всех домов полезут.
  -Тебе никогда не говорили, что ты порой ведешь себя, как мудак? - Пробурчал 'Молчун'.
  -По фильмам мы знаем, что зомби надо убивать выстрелом в голову. - С видом эксперта, сказал Георгий. Чем вызвал ухмылку 'Молчуна'.
  -Хорош базарить, уже подъезжаем. - Бойко был крайне напряжен, сказывалась командирская ответственность.
   До большого одноэтажного дома оставалось не более двухсот метров, было видно, что дом расположен на центральной площади, видимо раньше в нем располагался сельсовет. В сорока метрах от сельсовета стоял дом культуры, который выделялся из общей массы избушек, своими размерами. Объединяло же все постройки общий крайне обветшалый вид.
  -Большой три, подъезжаем к зданию с флагом, пока никого не видим.
  -Первый, не задерживайтесь, если даже крыса подозрительно пискнет - сразу назад. Конец связи.
  -А может, слегка в домах пошарим? - Предложил 'Молчун'.
  -Ты хотел сказать помародерствуем. - Прошипел Георгий.
  -Не, я между трупаками лазить не собираюсь. - Брезгливо сказал 'Очкарик'
  -Хорош пиздеть, я сказал. - Бойко весьма разнервировали эти разговоры. - Все приехали, 'Молчун' в машине за рулем, 'Очкарик' и Гоша, со мной на выход.
   Машину остановили в двадцати метрах от сельсовета. Как только троица вылезла из машины, двери сельсовета медленно открылись. При виде вышедшего из здания мужчины, все трое мгновенно вскинули оружие, но открыть огонь так и не решились, в глазах каждого читался ужас, от увиденного. Мужчина стоял на крыльце и просто смотрел, единственным левым мутным глазом, вся правая половина лица, представляла собой, непонятную смесь из грязи и оголенного мяса и гноя, его руки были неестественно большие как будто из-за отека. Из стоящего недалеко здания ДК, вышли еще четверо людей, с признаками гниения в разных местах тела. Движения у всех были заторможенные, что будило в мозгу очень неприятные и конкретные ассоциации.
  - Неужели зомби? - Голос 'Очкарика' заметно дрожал.
  -Попробует подойти, открываем огонь. - Неуверенно сказал Бойко.
  Подняв разбухшие руки, 'зомби' спустился с крыльца, и сделал пару шагов в сторону троицы.
  -Стоять на месте! - Бойко сорвался на крик. - Еще шаг и мы открываем огонь!
  -Не стреляйте. - Устало сказал 'зомби' - Нам просто нужны медикаменты. Но как я понимаю вы - не МЧС?
  -Правильно понимаешь. А что с вами? - Уже спокойнее, но все же не опуская оружия, спросил Бойко.
  -Чума. - Просто и страшно ответил 'зомби'. - Или, какая-то из ее разновидностей. Нас осталось около двадцати пяти человек. Да, утром было двадцать пять. Вы не знаете, помощь придет?
  -Нет, мужик, помощи ждать неоткуда. - Честно ответил Бойко. - Зараженные покидали эту деревню?
  -Нет. - После непродолжительного ступора, ответил 'зомби'. - Никто не уходил, мы ни кого не выпускали.
  -Когда это началось? И откуда вы здесь вообще? - Автомат в руках Бойко подрагивал.
  -Первые заболели около трех недель назад.... - Обреченно начал было рассказ больной, но сразу замолчал.
  -Что мы можем для вас сделать? - Спросил Георгий.
  'Зомби' задумался, его нисколько не смущало направленное в его сторону оружие, остальные зараженные смотрели в его сторону, видимо он был старшим в этом сообществе.
  -А нормальная жизнь еще где-то осталась? - Спросил он, наконец.
  -Да, - Коротко ответил Георгий, глядя ему в единственный пока не сгнивший глаз. - Есть места, где люди выжили, и родили здоровых детей.
  -Оставьте нам как можно больше бензина, если можно. А сами уезжайте, вы не могли заразится, болезнь передается при контакте.
   Не ожидая решения командира группы, Георгий направился к машине и вытащил из нее полную двадцатилитровую канистру с бензином. Вопреки ожиданиям, Бойко нисколько не сопротивлялся, даже понимающе кивнул.
  -Что-нибудь еще? - Спросил уже Бойко.
  -Нет. Уезжайте. - Голос больного приобрел твердость. - Мы все сделаем сами...
   Уезжали из деревни при полном молчании, каждому было о чем задуматься. Лишь, когда проехали деревенские постройки и вышли напрямую к своим, Бойко нарушил молчание.
  -Большой три, это первый. Едем к вам. Прием.
  -Что там было, первый? Почему не выходил на связь? - Требовательно спросил Петрович.
  -Чума, товарищ подполковник, остатки людей... Они все больны чумой.
  -Контакт с зараженными был?. - Мгновенно отреагировал Петрович.
  -Никак нет, товарищ подполковник. - Торопливо заговорил Бойко. - Ближайший зараженный стоял от нас на расстоянии не менее двадцати метров. - В эфире повисло молчание. Раздавшийся голос Петровича заставил всех вздрогнуть:
  -Это точно?
  -Так точно товарищ подполковник. - Бойко побледнел.
  -Женя если выяснится, что ты соврал мне, а в случае вашего заражения это выяснится. Лучше застрелись прямо сейчас, это будет самый легкий выход.
  -Я не вру товарищ подполковник, если бы сомневались хоть на процент, мы бы не вернулись.
  -Это все?
  Георгий взял рацию из руки Бойко: - Петрович, канистру с бензином оставил зараженным лично я, с Бойко не спрашивай. - Георгий в очередной раз поймал себя на мысли что Петрович ему не страшен. Ну, не так страшен, как другим.
  -Зачем?
  -Если мы правильно друг друга поняли, скоро в деревне будет пожар.
  -Ладно, подъезжайте. Конец связи.
   Пока Бойко подробно пересказывал все произошедшее Петровичу, Георгий просто смотрел на мертвую деревню, он знал, что этот эпизод из его жизни отпечатался в памяти навсегда. 'А ведь там были настоящие люди, во всяком случае, их лидер настоящий мужик, даже в подобной ситуации, сумел сохранить в себе твердость и человечность'. В разных местах деревни, появился дым, как и предполагал Георгий, жители сжигали свою деревню. Команду к отъезду Петрович не давал, поэтому все как зачарованные смотрели на маленькую деревушку. Через некоторое время, когда огонь уверенно охватил уже треть деревушки, начали раздаваться выстрелы. Георгий их считал, он уже знал, сколько их будет. После двадцать пятого, выстрелы стихли. Все. Зародившаяся эпидемия, уничтожена руками больных. Георгий не сразу понял, что смотрел на улус, не дыша и не шевелясь. Подошедший Петрович предложил папироску.
  -Вот на таких и держалась наша страна. - Сочувственно сказал Петрович.
  -Черт, Петрович. Ведь лучшие люди уходят. - Георгия терзало чувство бессилия.
  -Так происходит очень часто. - Грустно, по-отечески сказал он. - Все, соберись. Нужно ехать. Что бы спасти других, не всегда нужно умирать самому. Зачастую нужно, во чтобы- то ни стало, остаться в живых. Любая война рождает героев. Впрочем, как и предателей. - Затем громко скомандовал. - По машинам!
  
  Следующий населенный пункт, село Аскиз, находился в сорока километрах от Полтаково. Расстояние смешное если ехать на легковом автомобиле по асфальтированной трассе. Скорость же автоколонны местами падала до десяти километров в час. Георгий для себя открыл другую степь, коварную и далеко не всегда открытую. Удивительно, но порой на идеально просматриваемом поле, попадались такие незаметные овраги, в которых запросто можно было бы укрыть до тридцати вооруженных головорезов. И заметить их можно было бы, лишь подойдя на расстояние десяти метров. 'Молодец Петрович, правильно решил по поводу разведки, дело нужное'. - В душе похвалил боевого офицера, бывший продавец бытовой техники.
  Во второй половине дня появилось столь редкое солнце, и воздух стал пахнуть совсем по-весеннему. Во время пути Петрович запрещал разговоры, а Георгию просто страсть как хотелось с кем-нибудь порассуждать про жизнь после ядерной войны, на первый взгляд мир не особенно-то и изменился. Разве что привычная для февраля-марта оттепель все ни как не приходит, да и небо почти всегда затянуто облаками. 'Хотя с другой стороны, ну что я вообще знаю о мире? Только догадки, основанные на личных наблюдениях. Я знаю, что Хакасию уже скоро год как затопило. Факт. На помощь выжившим, никто не пришел, тоже факт. Можно сделать вывод, что отсутствие помощи говорит о том, что помогать некому. А раз помогать никто не спешит, значит такие структуры как МЧС и Министерство Обороны, либо заняты чем-то более важным, подумать страшно, что может быть важнее спасение целого региона, либо просто уже не существуют. Вроде логично. Однако если государства Российского более не существует, тогда где оккупанты? А вот отсюда делаем следующий вывод, потенциальный противник либо катастрофически ослаб, либо тоже уже не существует. А кто у нас потенциальный противник? Американцы. Хотя нет, это за Уралом противник Америка, а у нас Китай. Противник самый что ни на есть реальный и очень коварный. Не уж- то полтора миллиарда человек угробили!? Хорошо бы если так. Если нам жизни не дали, то и им не хер процветать'. Георгий попробовал нарисовать в своем воображении крупнейшие города мира, лежащие в руинах, Нью-Йорк двадцати пяти миллионный город превращенный в радиоактивную помойку, или, например, некогда красивый Сочи, с удушающим запахом миллиона разлагающихся тел. Воинственный Тегеран, вымерший от новой, неизвестной миру инфекции. 'Если где-то и осталась жизнь, то только в таких медвежьих углах, как наш. Ну, или где-нибудь, в африканской глубинке, там, где упасть до каменного века никому не страшно....' Тяжелым камнем навалился новый пласт депрессии, хотелось выть от тоски и безысходности, а еще очень хотелось домой, но в этом он точно никому не сознается: не по 'пацански' это. 'А что нас ждет в будущем? Изменения климата? Или новые болезни? Мутации? Все. Хорош. Лично меня ждет отличное будущее, вот только за оружием метнусь, и все, домой на печь, командовать домашними'! Тяжелый дружеский удар в плечо моментом вывел из мира мечтаний, а громкий голос Петровича, мгновенно настроил на реальную жизнь: - Хорош мечтать, через пять километров Аскиз.
  
   ***
   Аскиз, большое село, находящееся в самом центре Хакасии, вполне приличное, по Российским меркам, конечно. В центре села, это было видно даже не заезжая в село, стояли два пятиэтажных дома, десятка три кирпичных двух и трех этажных здания, и конечно, девяносто пять процентов построек составлял, так называемый частный сектор. Здесь стихия оставила более весомый след, нежели в Полтаково. Первое, что резало глаза, это покореженные словно ударной волной, пожалуй половина сельской застройки, та что первой встретила воду. Два пятиэтажных дома, напоминающих печально известных 'близнецов', каким-то чудом выстояли, но надежными они конечно совсем не выглядели. Во всем чувствовался хаос и ужас пронесшейся стихии. В бинокль уже можно было разглядеть вещи совершенно немыслимые, такие как японский грузовик пятитонник, лежавший вверх колесами на крыше трехэтажного дома, или поле на котором словно зерно россыпью валялись легковые автомобили. В некоторых местах просматривался дымок, что говорило о наличии живых людей. К Аскизу подъезжали готовые принять бой в любой момент, дело в том, что большую часть населения села составляли хакасы, представители коренного населения, народность, в общем-то, обычная для степей Хакасии, но порой очень уж агрессивная, быть может, на генетическом уровне сказывались тысячелетия кочевой жизни. Георгию вдруг во всех красках вспомнилась, картина пытки, лейтенантом Топоевым, у которого в роду, вне всякого сомнения, тоже были хакасы. Разведгруппы Бойко и Литвина выходили на связь с докладами каждые пять минут. Прикрывающий сзади Урал Петрова, ощетинившись, стволами тяжело и грозно следовал за КамАЗом.
  Спокойно пройти мимо не получилось, когда было пройдено уже половина, того, что раньше было объездной дорогой. Бойко доложил: - Большой три, на 'три часа' вижу две нивы, направляются в нашу сторону. Из одной нивы кто-то усиленно машет белым флагом. Прием.
  -Да первый, вижу. - Сказал Петрович, не отрываясь от бинокля. - Останавливаемся. Значит так, слушаем все. - Обращаясь ко всем сразу, продолжил Петрович. - Двигатели никому не глушить. Петров, останавливаешь свой Урал сразу за КамАЗом. Бойко и Литвин зайдете к подъехавшим в тыл. Всех кто подъедет взять на прицел, открывать огонь только по моей команде. Топоев, давай на выход. - Последнюю команду Петрович отдал, будучи уже на улице. Георгий без всяких приказов выпрыгнул следом. Чувствуя во всем теле уже хорошо знакомое напряжение, мобилизующее все ресурсы организма, в экстремальных ситуациях. Подошедший Топоев закурил сигарету! И где только достал!? От предложения закурить, пока 'послы' едут, не отказался никто.
  -Товарищ подполковник. - Потирая скудную растительность на скуластом лице начал Топоев. - Если у них окажется хорошее оружие можно будет отобрать. - Затем, с видом озаренного необыкновенной идеей, добавил. - Да и машины заберем! С нашей-то огневой мощью!
  -И как же это ты лейтенант, со своими навыками и моралью, оказался среди 'базарных'? - Петрович явно надсмехался. - Не думал группировку сменить?
  -Да ладно вам! Товарищ подполковник. - Обиделся без всякой наигранности Топоев. - Здесь же все другое. Здесь территория врага.
  -А было подумал, что здесь территория России. - Грустно сказал Георгий.
  -Мы с вами это позже обсудим. - Тяжело вздохнув, сказал Петрович. - Вот они.
   На расстоянии десяти метров, остановились две до безобразия гнилых нивы, из них вышли три человека, в каждом автомобиле остались сидеть водители. Троица выглядела весьма колоритно, один из троих, видимо старший, был одет в некий национальный хакасский костюм, который выделялся пестротой красок, на вид мужчине было около пятидесяти, но может быть и существенно больше, у представителей монголоидной расы зачастую после пятидесяти внешность уже не меняется. Из вооружения был только висевший на поясе кривой нож. Двое других, по- видимому охранники, молодые парни, оба тоже хакасы, одеты в армейский камуфляж, вот только оружие было совсем не армейское, у одного тозовка, а второй держал в руках вертикалку двенадцатого калибра. На слегка хрипящем русском старик поздоровался: - Добрый день путники, рад приветствовать вас на нашей земле.
  -То есть как это, на вашей? - Не стерпел Георгий, и был награжден свирепым взглядом Петровича.
  -Могу ли я вас пригласить к себе в дом? Или оказать какую либо услугу? - Старик смотрел только на Петровича, сразу угадав в нем лидера.
  -Ничего не нужно, благодарю. Мы проездом.
  -Проездом? - Удивился старик. - Но, куда? Неужели в мертвый город?
  -А что в этом такого удивительного? - Пренебрежительно бросил Георгий, он понимал, что начинает открыто нарываться. И теперь помимо свирепого взгляда Петровича, уловил веселый взгляд Топоева.
  -Прошу прощения за тон моего человека, он просто молод и слишком много пережил за последний день. - Было видно, как Петровичу трудно держать себя в руках. - Однако и мне хочется узнать, что такого удивительного я сказал.
  -Просто.... Мы уже отправляли две группы всадников в Абакан, и никто из них не вернулся. - Старик с интересом смотрел на обшитые железом машины. - А вы откуда? Если не секрет?
  - Из Абазы. Нас совсем не задело, а вы? Сколько вас здесь?
  -Около двух сотен человек, те, кто успел убежать в горы, - Старик сказал это без эмоций. - Вы пойдете на нас войной?
  -Нет, старик, у нас своих войн хватает, новые - не нужны. - Покровительственно сказал Петрович.
  -В таком случае, если вам ничего не нужно, мы удаляемся. Если вдруг случиться вернуться, для нас будет честью оказать вам гостеприимство, и быть может, вы расскажите нам, какого в городе? - Старик явно повеселел.
  -Договорились. - Глядя в глаза старику, ответил Петрович.
  
  Дождавшись, когда местные отъедут, Петрович спокойно спросил: - Гоша, что с тобой?
  -Да ничего. - Зло ответил Георгий. - Я вот почему- то уверен, что везде, где осталась хоть горстка живых, в самых ярких красках процветает национальное самосознание. Нет, ну ты же сам слышал это его: 'Рад приветствовать вас на нашей земле'. А с какого вообще хера эта земля стала принадлежать им? Петрович даже года не прошло с начала войны, а о Российском государстве уже все позабыли!
  -Интересно как. А ты, стало быть, помнишь о государстве. Или еще надеешься? - Петрович не издевался, спрашивал совершенно серьезно.
  -И помню, и надеюсь. - Георгий сам удивлялся, откуда в нем проснулся, всегда спящий патриотизм. - Россия возродится. Может не скоро, но обязательно возродится. И начало возрождению положат такие люди, как Вячеслав Егорович. Я искренне надеюсь, что наведя порядок в Абазе, он возьмется и за Таштып, и за Аскиз, и даже, за чумное Полтаково. А то смотреть противно, двести человек с двухстволками, а уже 'наша земля'. Да ты со своими шестнадцатью людьми хоть сейчас можешь захватить это село! Че выебываться?
  -Да, ты прав! - У Топоева как-то странно заблестели глаза. - Во всем с тобой согласен. Более того, могу сказать, что в перспективе, примерно так и планируется. Бог даст наш подполковник еще поведет нашу армию на покорение Хакасии!
  -Ну все, хорош базарить, стратеги блядь, - Петрович грустно улыбался. - Пора в путь. Глядишь, завтра уже в Абакане будем.
   ***
   Отъехав от Аскиза около двадцати километров, автоколонна уперлось в громадное озеро, которого раньше никогда не было. Петрович, как и все его подчиненные, захотел поближе рассмотреть столь дивное изменение степи. Своим размером озеро больше напоминало море. Зеркальная поверхность льда, сливающаяся с линией горизонта, гипнотизировала, не отпускала взгляд.
  - Наверно в нем и рыба есть. - Заворожено сказал Мишка, держась за СВД двумя руками.
  -Давай подойдем поближе к берегу. - Предложил Георгий. - Просто невозможно интересно.
  -Пошли.
  
  С каждым шагом реальность отступала, давая место приятному безумию. Казалось, что внезапно грязную действительность, сменила вдруг детская сказка. Хотелось идти все дальше и дальше. Это так прекрасно, когда под ногами и над головой висело зеркальное небо. И еще прекраснее было то, что границ у этого зеркала не существовало. Георгий и не заметил, что уже тридцать метров идет по льду. Из мира грез его вывел панический крик Мишки.
  -Блядь! Что это? Мерзость, какая!
  -Ты че разорался? - Георгий был недоволен, что его вырвали из сказки.
  -Да ты под ноги посмотри!
  -Ну и чт.... - Слова застряли в горле. Подо льдом, прозрачным как стекло было натуральное кладбище. Около сотни тушь разномастной скотины, находились под ним. Отдельные экземпляры практически полностью лежали в толще льда, при этом прекрасно сохранившись. Те же что плавали на дне, были в разной степени разложения, иные порядком объедены рыбой. Георгий как загипнотизированный не мог оторвать взгляда от ужасной картины, он очень не хотел увидеть это, но все-таки увидел: среди трупов, коров и овец, просматривались и трупы людей. Они были одеты по-летнему, на лицах без глаз, не было ни тревоги, ни паники, что пугало еще больше.
  -Гоша надо назад. Гоша, а вдруг провалимся? Гоша что делать? - Мишка почти запаниковал.
  -Так, Миха, давай тем же путем как пришел назад, к берегу. Только не беги, и не смотри вниз! Слышишь?
  -Да, слышу. Я уже иду. - Мишка был неестественно бледным.
  'Только бы в обморок не грохнулся'. - Подумалось Георгию.
   До берега, вопреки опасениям Георгия дошли без происшествий. Стоявшие на берегу бойцы, почти все ехидно улыбались, не исключая Петровича.
  -Ну и что же вы там увидели? - Смешливо спросил Петрович. - А? Покорители льдов.
  -Трупы Петрович. Все дно в трупах, коровы, овцы.... Люди. Блядь, жесть какая-то. Самое мерзкое, что видел в жизни.
  -Хм. Значит, к лету можно ожидать в здешних местах новой эпидемии. - Задумчиво вставил Топоев.
  Стоявший рядом Бойко, спросил: - Товарищ подполковник, поедем в обход?
  -Конечно. Не по льду же ехать на обваренных железом грузовиках. По машинам!
   Остаток дня ушел на объезд так не к месту возникшего озера. На протяжении поездки по безжизненной степи с одной стороны, и озера-могильника с другой. Георгий неотрывно смотрел на озеро. Оно пугало и, соответственно, притягивало больше. Почти как в детстве, ребятишек тянет по вечерам в самые страшные и мрачные сараи или стройки, окруженные детскими легендами. Возможно поэтому, так хотелось увидеть мертвый город, так как само это словосочетание уже несло в себе некую страшную тайну, почти смертельную и от того особенно притягательную.
   Когда озеро осталось позади, Петрович дал команду на остановку. Местом для лагеря, был выбран средних размеров холм. О том, что это мог быть древний курган, оставшийся от кочевников, думать не хотелось. Расставив машины по периметру и выставив дозорных, путники оживленно, готовились к ужину.
  -Ух, хорошо-то как! Прямо настоящий поход! - Сказал Мишка, подкидывая дров в костер.
  -Миха, тебе никогда не говорили, что порой ты ведешь себя как настоящий мудак? - Мгновенно ответил жующий тушенку Петров. Раздавшийся смех стал ему поддержкой.
  -Товарищ подполковник, а можно по сто грамм врезать? У меня есть! - Осмелев, задал вопрос Петров.
  -За нарушение сухого закона во время экспедиции - расстрел. - Просто ответил Петрович. Но от этого ответа у Петрова кусок тушенки застрял в горле, что вызвало новый приступ смеха.
  -А вообще-то не такое уж и трудное задание. - Взял слово Бойко. - Завтра уже будем в Абакане. Выбьем ту сволочь, которая засела в части. Грузимся, и домой! Делов то!
  -Ага, а в Абазе тебя Орех с хлебом и солью ждет. - Тут же проснулся Литвин, всегда споривший с Бойко. - 'Когда же Женечка мой приедет, гранатометиков мне привезет'? - Под всеобщий смех, полное лицо Литвина расплылось в улыбке.
  -Да пошел ты в жопу! - Завелся Бойко. - Что нам Орех, если мы военную часть возьмем? На каждую машину по пулеметчику с гранатометчиком, и все дела! Да 'центровых' завалим просто по пути! Это я вам, как доктор говорю!
  -Женя, а ты сегодня ничего не употреблял? - Заботливо спросил Литвин. - А то есть различные средства, способствующие расширению сознания...
  -Товарищ подполковник, а расскажите, каково в афгане было? - Словно ребенок спросил Мишка. - А то я эту войну знаю только по фильмам, типа девятая рота.
   Услышав название фильма, по которому молодежь узнает об афганской войне, Петрович поморщился: - И что же ты узнал из этого фильма?
  -Ну.... Тяжело было, советское командование бросало солдат на убой, потери были колоссальные, да и интересов у нашей страны там по большому счету не было. Примерно так. Если коротко.
  -Миша, буквально каждое слово, сказанное тобой, есть полнейший бред. И я это очень мягко сказал.
  -Я же говорю, ведешь себя порой, как мудак. - Повторил свое гениальное изречение Петров.
  -Из всех войн, в которых я участвовал, афганская самая организованная, и бескровная. - В полной тишине сказал Петрович. - И за каждого погибшего советского солдата, умирала сотня афганцев. И это НЕ преувеличение.
  -В Чечне было иначе.... - Начал было Бойко.
  -Я знаю, какого было в Чечне. - Оборвал Петрович. - По-разному было. А то, что вещала всякая либеральная пидоросня, забудь. Там правды, ровно столько, сколько и мозгов.
  -Петрович, а как думаешь, можно было ли войны избежать? - Подключился к разговору Георгий. - Ну, этой, последней войны.
  -Нет. - Задумчиво ответил Петрович.- Или война, или оккупация. По мне так лучше война, и я даже рад, что у наших правителей, хватило смелости и безумия, на такой шаг. Я знаю, что такое оккупационные войска, уж лучше так, как есть. Главное врага уничтожить, пусть даже ценой своей жизни.
  -Но если бы пришли американцы, было бы хоть какое-то общество. Электричество, телевидение, магазины, главное, люди остались бы живы. И всякой сволочи типа Ореха точно не было бы. Для обывателя наверно это важнее. - Вставил Мишка.
  -Блядь, да ты в натуре мудак! - Прорычал Георгий. - Миха, лучше молчи. В твоем случае это полезно для здоровья.
   -Товарищ подполковник, а если все пройдет гладко, можно я в Абакане по одному адресу метнусь? - Спросил Бойко. - У меня там брат родной, жил.... Глянуть охота.
  -Посмотрим, посмотрим.... - Неопределенно проговорил Петрович, не моргая, глядя на огонь.
   ***
   Георгий стоял во дворе девятиэтажного дома, в этом доме по улице Пушкина, он снимал квартиру, когда учился в Абакане. День был солнечный и вся растительность вокруг слепила кислотно-зеленым цветом. Осмотрев себя, Георгий понял, что одет совсем не по сезону, зимняя обувь, короткий грязный пуховик, и.... автомат. Немного легче стало, когда он оглянулся вокруг, и понял, что на улице кроме него никого нет. Несмотря на яркое солнце, жарко не было. Из кустов вынырнула и побежала к нему немецкая овчарка, черная, лоснящаяся, и несколько больших размеров, чем обычно. Георгий присел на корточки начал гладить, подбежавшего к нему, красивого пса, явно дружелюбного. Вдруг стало резко темнее, словно чья-то невидимая рука, выключила свет. Небо закрыли черные, тяжелые тучи, пошел обжигающе холодный дождь, пес заскулил и прижался плотнее к Георгию. Вместе с раздавшимся громом, пространство заполнил собачий вой, издаваемый, тысячью псами.
  Они бежали отовсюду, из подъездов, кустов, из-за углов дома, Георгий оглянулся на дом за спиной и с ужасом смотрел, как псы вываливаются из окон дома. Они направлялись к нему, псов были сотни, но казалось, он видел оскалы каждого из них. Прижимавшаяся к Георгию красивая собака, вцепилась в левую руку, но больно не было, был шок от того, что она, такая ласковая, вдруг вместе со всеми так озлобилась. Достав из кобуры на правой ноге обрез двенадцатого, он выстрелил ей в грудь. Собака с визгом отлетела. Бросив обрез и перехватив автомат, Георгий выпустил длинную очередь от бедра по мчавшимся на него псам. Хотя с десяток псов были скошены первой очередью, основная масса собак, слившаяся в единую волну, с усиленной яростью бросилась на Георгия.... Он отстреливался до последнего патрона, как вдруг острая боль пронзила его ступни. Сразу несколько собак, подбежавших со спины, вцепились в ноги. Георгий упал, и еще десяток собачьих рыл начали рвать его тело....
   Он проснулся от звука выстрелов, вокруг оживленно бегали люди, кабина Урала горела, впрочем, к нему уже подбежали два человека с огнетушителями. Схватив автомат, Георгий побежал искать Петровича, которого нашел рядом с горящим Уралом. Окрестности уже прочесывали лучи мощных фонарей.
  -Что произошло?
  -Напарник замученного товарища проявился. - Глядя во тьму 'стеклянными' глазами, сказал Петрович.
  -Это он сделал? - Георгий указал на затушенный уже грузовик.
  -Да. Коктейль Молотова. Очень талантливый молодой человек. - Петрович был как- то, по нехорошему спокоен.
   В центр лагеря на носилках принесли парня, из группы Петрова. Глядя на него уже было ясно - не жилец. Из-под короткой куртки наружу вывалился кишечник. За секунду, прежде чем его чуть не вырвало, Георгий даже успел удивиться как много кишков в человеке,. 'Надо же уже удержался, чтобы взблевнуть, наверно привыкать стал....' - Грустно подумалось ему. Подойдя к носилкам вместе с Петровичем, он осмотрел парня, тот был еще жив, но уже не говорил, просто хватал ртом воздух.
  Взяв его за руку, Петрович сказал: - Прости друг, это моя вина. Не думал, что у одиночки хватит смелости атаковать лагерь. Через пару часов ты увидишь своего убийцу. - Парень явно хотел что-то ответить, но так и не смог, его взгляд стал мутным, а через минуту уже безжизненным.
  -Еще потери? - Спросил Петрович, у стоявшего рядом Топоева.
  -Нет, все целы. И Урал особо не пострадал. Чуток патрубки обгорели, но это на час ремонта. - Ответил лейтенант.
  -Без Мишки справитесь?
  -Да, а что с ним. - Непонимающе спросил Топоев.
  -Ничего. Хочу проверить какой из него снайпер.
   Дав указания о ремонте грузовика и похоронах погибшего бойца, Петрович, оставил за старшего, лейтенанта Топоева. Сам же он решил выследить ночного диверсанта. Лично.
  -Товарищ подполковник, ну возьми с собой хоть одну разведгруппу, всем ребятам спокойнее будет, да и вам, подмога. - Уговаривал Петровича лейтенант Топоев. - Не дело командиру одному идти.
  -Не ссы лейтенант, делов то, одного щенка поймать. И иду я не один, возьму с собой Мишку, вашего хваленого стрелка, которого я в деле так ни разу и не увидел. И, пожалуй, Гошу заберу, не хер ему в лагере сидеть, и так весь ночной налет проспал.
  -Но они же.... Они даже не служили! - Воскликнул Топоев. Пренебрежение престарелого человека к сопернику, не побоявшемуся в одиночку атаковать лагерь его пугало. - Про Гошу промолчу, но Мишка так тот вообще еще салаженок!?
  -Вот и натаскаю, заодно, пацанов. Все. Поговорили. Если не вернусь через шесть часов, значит, что-то случилось. Рацию с собой не беру. Иди, скажи пацанам, чтобы через пять минут были готовы, уже скоро рассвет.
  
  Идти пешком по степи всегда мягко, в любую погоду, даже в самый лютый мороз. На первый взгляд может показаться, что почва, как- бы, не промерзла. Однако, когда наклонишься и потрогаешь землю руками, понимаешь, что все как обычно, нормальная замерзшая земля. И еще в степи по утрам дует пронизывающий ветер, тоже, кстати, в любую погоду. Георгий старался весь вжаться в пуховик как черепаха в панцирь, несмотря на быстрый шаг, стремящийся к бегу, холодно было ужасно. А, может, морозило не от холода, а от непрекращающегося чувство страха, который не отпускал с того момента как Георгий проснулся. Мишка шел, держа СВД в руках на уровне груди, боясь даже дыхнуть в сторону штатной оптики, и неотрывно следил за Петровичем. Георгий не понимал даже половины ориентиров, которые Петрович принимал за след диверсанта. Нет, конечно, еле заметные очертания ботинка или пучок переломанных сухих травинок на небольшой кочке, опознавал даже Георгий. Но случалось и так, что при самом пристальном осмотре он не видел абсолютно ничего, в то время как Петрович после секундного размышления уверенно указывал направление. Так они шли-бежали около часа. И в тот момент, когда задыхающийся Георгий поклялся себе более никогда не курить, Петрович дал команду остановиться.
  -Он в одном из оврагов, в полукилометре от нас. - Сказал Петрович, нисколько не запыхавшись за время перехода.
  -Почему ты так уверен, не видно же ничего. - Георгий усиленно вглядывался.
  -Потому что мы прошли уже около восьми километров, и оптимальное место, где можно залечь, вон те неглубокие овраги, содержимое которых отсюда не видно. Так, дальше перемещаемся короткими перебежками. После каждого отрезка пути залегаем и осматриваемся, затем опять перебежка и так далее.
   Таким образом, было преодолено еще около двухсот метров. Короткие перебежки, между которыми нужно быстро упасть на землю и еще быстрее подняться выматывали просто бесчеловечно. Георгий уже проклял все табачную промышленность в целом, и каждую сигарету в частности, когда залегший в небольшой ямке Мишка призывно замахал руками. Перебежав к нему, Георгий грохнулся на землю, и некоторое время просто лежал, давая себе возможность отдышаться.
  -Что там? - Выдохнул он.
  -Вижу Уазик, направление десять часов. Но людей не вижу. - Мишка словно приклеился к оптике СВД.
  -Он один. Спит, поди. Когда- то же он должен спать!?
  Петрович упал рядом, словно с небес.
  -Че лежим? Устали? Так могу помочь, пинком под жопу.
  -Петрович, Мишка нашел его, вернее машину.
  -Угу. Отлично. Гоша, сейчас ползком заходи справа. Ползком! Ясно?
  -Да ясно, уж ползать- то с детства практика.
  -Я захожу слева. Приближаемся на расстояние пятидесяти метров и ждем. Миша, твоя задача постоянно следить за машиной, как только увидишь его, стреляй по ногам, исключительно по ногам! Мне он нужен живой. Ясно? - Мишка кивнул. - Все, хорош, отдыхать, Мишка мы берем сразу после твоего выстрела.
  -Я понял товарищ подполковник, постараюсь не подвести. - Лицо Мишки стало каким-то, совсем детским.
  -Уж постарайся. - Прошипел Петрович.
  
  Заняв наиболее удобную позицию для быстрой атаки, Георгий не отрываясь, смотрел в бинокль. Рядом с машиной, прямо на земле, в спальнике лежал человек, его зеленый спальник выделялся на черно-коричневой почве степи. В голове мелькнула мысль 'подползти и прирезать, пока спит'. Однако эта мысль, при воспоминании об указании Петровича, в истерике забилась в самую дальнюю мозговую извилину. 'Раз так приказал, видать на Мишку посмотреть хочет. Да и действительно, быть может, уже сегодня будем в Абакане, непонятно с чем столкнуться придется, а он особо то ни чем и не выделился! Назвался стрелком? Вот и покажи, каков ты!'. В голове возникла неприятная ассоциация с бандитами, проверяющих зрелость бойца, через убийство человека. Впрочем, мысль была мимолетной. 'Здесь все другое, здесь стоит вопрос нашего физического выживания, нельзя, чтобы в стае был человек не способный к решительным действиям. В стае. Вот уж деградация общественного устройства! Еще чуть-чуть и наверно вождя выберем'. - Поток мыслей прервал 'зашевелившийся' спальник.
  Человек встал, потянулся, собрал спальник и закинул его в машину. Затем прошел, осмотрел колеса, открыл капот. Слева сзади раздался выстрел, в тот же момент человек рухнул как подкошенный. Вскочив на ноги, Георгий, на полусогнутых побежал к вошкающемуся на земле противнику, постоянно держа его на прицеле. Боковым зрением он увидел фигуру слева - Петрович. Подбежав к альбиносу, Георгий ударом ноги выбил нож, из руки подранка. Петрович ловко перевернул его на живот и быстро обыскал, удовлетворенный результатом поисков, а точнее отсутствием результата, оттащил на пару метров от машины. Подбежавший Мишка выглядел перепуганным, свой вопросительный взгляд, он переводил то на Гошу, то на Петровича.
  -Ну, че встал? Заняться нечем? - Рявкнул Петрович, связывая пленного. - Иди, обыщи машину, а заодно проверь ее состояние.
  Георгий не мог оторвать своего взгляда от подранка, не так уж и часто в жизни встречаются альбиносы, а этот был, вне всякого сомнения, особенным. И в первую очередь внимание приковывал взгляд. В бесцветных глазах, полностью отсутствовал страх, и это почему-то пугало, находящегося в безопасности Георгия. 'Как он может не бояться? Бежать он не может, помощи ждать неоткуда. Он находится в руках мучителей и убийц его брата. Почему он не боится?' Однако одно чувство в его глазах все же читалось: ненависть, сжигающая, животная, отодвигающая любую боль на задний план. Вселяющая страх всему живому. Ненависть, замещающая собой любую цель в жизни, желания плоти, саму личность человека. Стало немного легче, когда Георгий перевел взгляд на Петровича, тот не поддавался зловещей энергии пленника, скорее, его это даже немного веселило.
  -Ух, какие мы злобные! Что в детстве одноклассники часто обижали? Или девки не давали? Или.... Воспоминания о замученном брате мучают? - Петрович напоминал кота все еще играющего с полудохлой мышью. - А когда моему парню кишки выпускал, кончал наверно? Кстати, тот кого ты хотел взять в плен, перед тобой. Можешь ему рассказать о своих планах на счет него. - Петрович указал на Георгия.
  -Сссуки! Поиздеваться решили? Ну, давайте, давайте. Лучше вам меня здесь и кончить. - Альбинос смотрел прямо в глаза Георгию. - Я тебя узнал, ты жил в пятиэтажках, а потом вроде в затон удрал, с двумя сучками, мамочкой и подружкой. Очень жаль, что я не доберусь до них, но кто-нибудь из наших обязательно доберется. Знаешь как здорово оттрахать девку и тут же вспороть ей брюхо? А потом смотреть на ее агонию. Ни че, твои это скоро узнают. Их будут иметь пооче.... - Удар прикладом по лицу оборвал начавшую уже бушевать фантазию. Георгий даже не осознал, что это он ударил, все произошло на 'автомате'. Верхняя губа оторвалась, нос неестественно прилип к скуле, под правым глазом, практически оторвавшись. После нескольких секунд молчания, альбинос засмеялся, искренне, весело, кровь вперемешку с соплями, при этом, отвратительно пузырились.
  -Товарищ подполковник, тут это.... - Подошедший Мишка, выглядел виноватым.
  -Говори.
  -Все полезное я собрал в один рюкзак, один калаш, несколько ножей, патроны, консервы.... - Мишка пустил взгляд.
  -Миша я сейчас тебя ударю....
  -Двигатель Уазика пробит, на нем не получиться уехать. - Взяв себя в руки, сказал Михаил.
  -Миша, да ты и впрямь отличный снайпер! - Петрович был очень весел. - Один выстрел и столько всего загубил! Ну что же, весь хабар тащить тебе, раз машину в негодность привел. Кстати, машину сожги, прямо сейчас.
  -Есть товарищ подполковник! - Чуть не подпрыгнул Мишка, и помчался выполнять приказ.
  -Петрович давай я пристрелю его и покончим с этим.
  -Какой ты милосердный. - Петрович издевательски улыбнулся. - Он рассказывал, как будут твою мать насиловать, а ты за это его просто пристрелить решил? Интересно.... Ты точно этого хочешь?
  Слова Петровича легли на очень благодатную почву, конечно Георгий не хотел просто убить альбиноса, им всегда овладевал безудержный гнев при словах оскорбляющих его мать. Но ему все не приходило в голову, что же можно сделать с ним еще более страшное? Может быть.... Взгляд задержался на перебитых ногах. Оставить в живых....
  За спиной уже заполыхал Уазик.
  -Я оставлю его в живых. - Твердо сказал Георгий.
  -Хм, с перебитыми ногами в безжизненной степи? Это мысль! - Одобрительно кивнул Петрович. Альбинос, дьявольски улыбнулся, решив, что у него появился шанс: - Ну, вы хоть руки мне развяжите. Дольше мучиться буду....
  -Конечно. - Вытащив нож, сказал Георгий.
  Альбинос лежал на правом боку, со связанными за спиной руками, с простреленными ногами, и разбитым лицом, но глаза по-прежнему горели. Горели ненавистью и жаждой жить. Георгий вдруг почувствовал, что если его оставить в таком виде.... Он выживет. Никто бы другой не выжил, но этот выживет точно. И оставив его так, он уже никогда не уснет спокойно. 'Радостная' идея возникла у него в голове.... Подойдя, к все еще ухмыляющемуся подранку, Георгий с замедлением резанул ножом по глазам, отчетливо услышав как те лопнули. Крик боли был оглушительным. Освободив руки узника, он отошел от него не несколько шагов. Наблюдая за тем как несостоявшийся насильник, извивается в муках на холодной земле...
  
  Назад шли без спешки, молча. Лишь спустя полчаса Петрович сказал, ни к кому не обращаясь: - И это он еще меня называл психом!?
  - Не одобряешь? - Угрюмо спросил Георгий.
  - Почему же, вполне одобряю. Просто не думал, что у тебя хватит на это смелости. - По интонации Петровича можно было сделать вывод: действительно одобряет. - Учитывая твой более чем скромный боевой опыт.
  - Да не смелость тут Петрович. А обычная трусость. Страх того, что кто-то более сильный чем я, хочет навредить близким мне людям. - Честно сказал Георгий. - Паршиво как-то на душе. Вроде нужное дело сделали, а все равно как то не по себе. Ведем себя как бандиты какие-то. Знаешь, как я сам перед собой оправдался за то, что глаза альбиносу порезал?
  - И как же? Думаю, Михе тоже будет интересно узнать. На будущее.... - Слова Петровича заставили Мишку побледнеть.
  - Успокаиваю себя мыслями, что парень легко отделался. Если бы с нами был Топоев, все сложилось бы иначе.... - Георгий еще хотел что-то добавить, но был прерван взрывом громоподобного смеха со стороны Петровича. Его очень развеселили слова Гоши.
  -Ну, прости, без обид друг. Просто, не в бровь а в глаз. Уж кто-кто, а лейтенант отвел бы душу. Факт.
  Остаток пути шли молча, когда до лагеря оставалось не более километра, их встретили машины Бойко и Литвина. Нарушив приказ Петровича, Топоев все же отправил их на поиски. Оставалось проехать около шестидесяти километров до мертвого города, столицы Хакасии, Абакана.
   ***
   За десять километров до Абакана, по краям неплохо сохранившейся дороги, располагались дачные участки. Восемь из десяти дачных домиков, являли собой последнюю стадию разрушения. Привычный уже хаос, колоритно дополняли раскиданные по участкам автомобили, вырванные с корнем деревья и опоры ЛЭП. Сразу насторожило полное отсутствие трупов, что косвенно указывало на наличие живущих здесь людей, пока себя никак не проявлявших. До военной части оставалось одиннадцать километров. Несомненным плюсом было то, что часть была расположена на самом краю города, и пока не было необходимости соваться, в скорее всего, враждебный город. Когда территория дач закончилась, до части оставались какие-то три километра. Петрович дал команду к остановке. Выставив машины прямоугольником, командиры групп вышли на планерку.
  -Бойко и Литвин, ваша задача максимально близко подобраться к части, и все рассмотреть. Пойдете вдвоем, пешком. А вернее ползком. Ваша задача наблюдать и докладывать. В конфликты не вступать, не при каких обстоятельствах. Вопросы есть. - Петрович спрашивал скорее для формы, по нему было сразу видно, что вопросы он слушать не хочет.
  - Товарищ подполковник. - Вклинился Топоев. - Может, лучше я пойду, пользы будет больше.
  - Нет, лейтенант, ты самый наш ценный кадр. Тобой я рисковать не буду, тем более сейчас, когда мы так близки к цели. - Топоев хотел что-то возразить, но был тут же прерван. - Все. Остаешься здесь. Это приказ.
  -Разрешите выполнять? - Спросил сосредоточенный Бойко.
  -Выполняйте.
   В ожидании разведчиков Георгий вышел из машины, под неодобрительные взгляды бойцов. Впрочем, никто ничего не сказал, все уже привыкли, что очень многие приказы подполковника, на Гошу не распространяются. Хмурый Топоев предложил сигаретку, от которой Георгий тут же отказался. Поймав заинтересованный взгляд Петровича.
  -Петрович. - Обратился Георгий полушепотом. - Знаю, звучит глупо, но если все пройдет хорошо, можно я прогуляюсь по Абакану. Просто страсть как охота. Наверно пост апокалипсических фильмов в свое время пересмотрел. - Георгий виновато улыбнулся.
  - На счет глупо ты не прав. - Невозмутимо сказал Петрович, глядя на часы. - Это просто юношеский идиотизм, то, что ты говоришь. Ты этого у Бойко нахватался? Или охота по завалам между трупов побегать? А? Че молчишь? Гоша, ты вроде умный парень, но, как сморозишь че.... - Стоявший вблизи Петров ухмыльнулся.
  - Просто.... - Не сдавался Георгий. - Может больше и не случится здесь побывать.... Это в какой то степени мой город...
  - Гоша. Ты не о том думаешь. Я тебя по-хорошему прошу постой молча.
  Пауза порядком затянулось, разведчики молчали около часа, уже все заметно нервничали, кроме Петровича. Этот твердо стоял на одном месте и просто смотрел в землю, сложив руки на висевший на шее автомат. Раздавшийся звук рации заставил Георгия вздрогнуть.
  -Большой три, это первый как слышите? Прием. - Голос Бойко был весьма расслабленным.
  - Первый, слышу хорошо, докладывай. Прием.
  - Товарищ подполковник нечего докладывать, часть пуста, как после уборки. Мы обшарили казармы, столовую, административное здание, по боксам пробежались, ничего и никого. Даже ни одного сгнившего Уазика не стоит. Прием.
  -Как интересно. - Глядя на Топоева, задумчиво произнес Петрович. - Оставайтесь на месте, мы выезжаем к вам. И не расслабляйтесь там! О любых изменениях докладывать сразу. Конец связи.
   Ехали очень медленно, почти ползли. Все, до единого были напряжены и внимательны. Георгий, не отрываясь, смотрел на показавшуюся территорию части. Часть ЖДВ не отличалась циклопическими размерами, но и маленькой назвать ее никак было нельзя. Условно ее территорию можно было разделить на два сектора. В первом, открывшемся взору, располагались различного размера боксы, предположительно для техники. Большая их часть выстояли, но надежный вид имели лишь единицы, один из таких стоял у самой дороги, выделялся своей высотой, с трехэтажный дом, и полным отсутствием повреждений. Почему-то создавалось ощущение, что боксы специально подрывали в спешке при эвакуации, уж очень основательный вид имели строения, чтобы быть разрушенными водой. Ограждение части, состоявшее из бетонных плит, полностью повалено. Далее, во втором секторе, располагались в ряд бараки, п-образная четырехэтажная казарма, и, похоже, административное здание. Если территория боксов и складов имела более-менее приличный вид, учитывая бушевавшую здесь стихию, то второй сектор воинской части выглядел уничтоженным процентов на восемьдесят. Но при всем плачевном и хаотическом виде, не покидало ощущение некоего армейского порядка, о чем косвенно свидетельствовало полное отсутствие трупов и какой-либо техники. Чем-то зловещим, веяло от этого места, хотелось поскорее уехать отсюда, а точнее убежать....
   Свернув с главной дороги, автоколонна остановилась возле того, что раньше было административным зданием. Когда Георгий вышел из машины, на какое- то время он казалось, забыл, как дышать, странная судорога вызванная удивлением пронзила его. Та часть Абакана, которую можно было увидеть из стоявшей на окраине города воинской части, очень изменилась за последний год. Почти все пяти и девятиэтажные дома были порушены, иные были сметены по вертикали на половину или на треть, обнажая свои внутренности, бывшие когда-то уютными квартирами. Уходящая в город улица Аскизская, представляла собой огромную вытянутую свалку автомобилей, строительного мусора, и столбов ЛЭП, разбросанных в самых нелепых положениях. Но в целом город отсюда разглядеть не представлялось возможным, а то, что открывалось взору, весьма красноречиво говорило о произошедшем здесь....
  - А ведь в каждой машине походу трупы. - Словно читая мысли Георгия, сказал Мишка. - И в каждом доме, и в каждом....
  -Все Миха, хватит! Молчи! - Георгий едва не сорвался на крик, но взяв себя в руки, замолчал.
   Топоев гипнотизировал взглядом административное здание, подошедший к нему Петрович мягко сказал: - Ну что, лейтенант, твой выход. Какие наши действия?
  -Нам нужно в подвал этого здания взять в убежище, два ключа, один без другого бесполезен. А потом в тот большой бокс, стоящий у дороги, под ним находится резервное хранилище.... - Голос Топоева с каждым словом терял уверенность.
  -А ты уверен, что ключи еще есть в убежище?
  -Да. Почти уверен. Согласно предписанию, ключи могли увезти только в случае полной эвакуации, вода от СШГЭС до Абакана шла около часа, за это время вывезти все не представлялось возможным. Ключи должны находиться в штабном убежище, на случай возвращения федеральных войск. Вроде так. Да, должно быть так.
  - А доступ в штабное убежище? - Петрович был удивительно спокоен.
  - Коды доступа у меня есть. Мы их получили от предыдущего начальника ГОМ, ну.... Когда он.... Передал свои полномочия.... Товарищ подполковник, давай не будем сейчас об этом. - Топоев заметно нервничал.
  - Антон, откуда у начальника ГОМ могут быть коды доступа в штабное убежище? Ты че меня совсем за идиота держишь? - Голос Петровича начал преобретать зловещие вибрации.
  - Товарищ подполковник, я никого за идиота не держу. - Топоев понемногу тоже начинал раздражаться. - Просто у него здесь служил его родной брат, в звании полковника, вот видимо и передал как-то коды брату. Пока еще связь хоть немного работала.
  -Дайка глянуть писульку. - Потребовал Петрович.
  - Держи, только не спрашивай, почему она такая, ответ, я думаю, сам знаешь. - Поморщившись ответил Топоев и пронянул Петровичу лист формата А4 на треть перепачканный кровью. Петрович пару минут изучал содержимое в полной тишине.... После чего некоторое время демонстративно смотрел на Топоева.
  - Ну что ж лейтенант, веди. - Сделав приглашающий жест, сказал Петрович. Затем, дав распоряжения касательно обороны Бойко и Литвину, направился за Топоевым, приказав Георгию и Петрову, идти за ним.
  Дверь, а точнее герметичный люк, ведущий в убежище, находился на первом этаже, что очень радовало, так как все подвалы были затоплены. Электронный замок, судя по внешнему виду не раз подвергавшийся попыткам взлома или уничтожения, с первого раза принял введенный двенадцатизначный код. После щелчка, похожего на выстрел из пистолета, массивный люк приоткрылся. Буквально через секунду, в нос ударил сильный трупный запах, побудивший всех кроме Топоева прикрыть органы дыхания, респираторами, полученными еще в Абазе. Открыли дверь настежь, включили фонари, начали спускаться по длинной, метров пятнадцать, бетонной лестнице вниз. Внизу единственная дверь, ведущая в помещения убежища, была открыта. В убежище трупный запах был поистине нестерпим, но трупов, источающих эту вонь, пока видно не было. Зайдя в небольшой коридор, который слабо освещала красным аварийная лампа, Петрович с командой оказались на развилке, с которой можно было идти в четыре разных помещения. Жестами Петрович распределил для осмотра комнаты между Топоевым, Петровым, Георгием и соответственно собой. Георгию досталась крайняя правая комната, дверь в которую была слегка приоткрыта, в самой же комнате царил непроглядный мрак.
   Сердце колотилось с запредельной частотой, в подсознании вдруг совершенно не к месту, всплыли самые мерзкие моменты из когда-то просмотренных фильмов ужасов. Казалось полусгнивший зомби вот-вот нелепо и отрывисто бросится из темноты. Из мифического ступора вывел вполне реальный удар локтем в плечо, и лаконичный вопрос Петровича.
  -Гоша, хули встал?
  -Да ниче, нормально, иду. - Забабашенно ответил Георгий.
   Комната была небольшая квадратов двадцать, не более. Три разностоящих письменных стола, за одним из них сидел, мумифицировавшийся труп.... Именно сидел, откинувшись на спинку стула. На стене за его спиной находились засохшие следы крови, остатки мозга и костей. Развороченная нижняя челюсть и валявшийся рядом ПМ не оставляли сомнений в способе самоубийства. Георгий осторожно, словно боясь разбудить спящего, подошел к столу, на котором лежала одна единственная большая тетрадь, больше напоминающая журнал. Немного подумав, Георгий все же решился взять журнал, бегло пролистав его, он увидел, что исписано в нем буквально пара страниц. Странное чувство, возникло внутри, Георгию казалось что его прямой долг, прочитать последнее что написал покойник, словно эти записи могли его как-то реабилитировать, за самоубийство, и еще его не покидало чувство, что этот уже иссохший труп, некогда был хорошим человеком....
  -Гоша! Что у тебя? - Спросил заглянувший Топоев.
  -Чисто тут, ну, в смысле ничего интересного. - Смущенно ответил Гоша.
  -А что за журнал?
  -Да так. Дневник покойника, почитаю на досуге. - Георгий плотнее прижал журнал к себе, словно боясь, что его могут отобрать.
  -Ключи у нас, пора идти. - Лейтенант показал два неправдоподобно длинных, около сорока сантиметров, ключа. - А журнальчик, как изучишь сразу мне, как вещдок. - Улыбнувшись добавил он.
  - Вам что, поговорить больше негде? - В комнату вошел Петрович. - О! и здесь то же самое....
  - А что есть еще? - Удивленно спросил Георгий.
  -Угу, еще двое, в жилом отсеке, тоже застрелились, но этот, как я понимаю, еще что-то написал. - Полуутвердительно сказал Петрович, лучом фонаря указывая на тетрадь.
  - Да написал! - Почти закричал Георгий. - Че вообще до меня доебались? Проблемы с чтивом? Сразу говорю, журнал не отдам! - Георгий вдруг понял, не отдаст точно. Ни за что!
  -Да ты не кипятись, Гога, никто его не заберет. Что-то ты нервный какой-то, наверно трупными газами отравился, давай наверх. Уже скоро темнеть начнет, а мы еще до хранилища не добрались.
   Когда Георгий вышел из комнаты он сразу встретил скучающего Петрова. Петрович с Топоевым еще что-то искали в кабинете, так что у него было некоторое время, чтобы спросить у Петрова.
  - Слушай, а что в остальных комнатах?
  - Жилой отсек, столовая, и радиорубка. Даже не понимаю, зачем они так? - Петров пожал плечами.
  - Что ты не понимаешь?
  -Дело в том, что в столовой полугодовой запас еды на восьмерых, в жилом отсеке десяток огромных кислородных баллонов, вообще все это убежище оснащено замкнутой системой подачи воздуха. Они могли жить тут еще несколько месяцев точно. Зачем они себя перестреляли? Не понимаю. - Петров округлил свои и без того большие глаза. - А что это у тебя? Дневник? - Ответить не дал, вышедший из комнаты Петрович: - Нет, это что такое? Хлебом не корми, дай попиздеть! А ну быстро на выход!
   Путь к боксу, расположенному на окраине воинской части, половина бойцов преодолела пешком, в их числе также был и Георгий. Обойдя десяток полуразрушенных, складов и гаражей, вышли на довольно большую асфальтированную площадь перед необходимым боксом. Вблизи он казался еще более фундаментальным, чем с дороги. В основании лежали, массивные железобетонные блоки, блоки поменьше продолжили стены, на уровне третьего этажа, если проводить аналогию с жилым домом, располагались узкие окошки-бойницы. Горизонтальная крыша бокса по краям была обложена большим кирпичом.
  -Крууто. - Протянул идущий рядом Мишка. - Это же настоящая крепость!
  -Думаю, с этим расчетом и строили боксы и склады, в военных частях. Каждый склад можно превратить в крепость. - Проговорил Георгий не менее впечатленный.
  - А тут уже до нас кто-то хозяйничал. - Кивнул Мишка на явно разорванные взрывом, большие металлические ворота.
  - Миша, да ты, чертовски наблюдателен! - 'Похвалил' Георгий. Ну что, пошли вовнутрь?
   Внутри, как и ожидалось, бокс был разгорожен на две части. Сразу открывалось обширное помещение, около двухсот квадратных метров. Судя по наличию смотровых ям по левую сторону, явно предназначенное для транспорта. По всему внутреннему периметру, на уровне окон-бойниц, шел сплошной металлический помост, крепившийся прямо к стене, и имевший несколько спусков, в разных частях бокса и пару выходов на крышу. Далее, за трехметровой кирпичной перегородкой, находилось несколько кабинетов в одном из них, крайнем правом, и обнаружили дверь с кодовым замком, как две капли воды похожая на вход в убежище.
   Кодовый замок находился в ужасном состоянии, создавалось впечатление, что его несколько раз пытались взрывать, однако все безуспешно. Пол, стены, и сама дверь, обильно покрыты давно высохшей кровью. Код был принят с первого раза, к немалому облегчению Топоева, который направился открывать дверь, настояв на том, что бы все держались от двери на расстоянии не менее двадцати метров.
  -Отлично, все просто отлично. Код принят! - Топоев всем своим видом напоминал сумасшедшего.
  - Опасался что сработает защита? - Не хорошо усмехнулся Петрович.
  - А как же? В армии устойчивости к паралитическому газу как-то не привили... Впрочем как и к кислоте...
   Спуск в подвал, был такой же длинный, Георгий готов был поспорить, что лестница здесь и лестница в убежище имела одинаковое количество ступенек. Однако вместо коридора, с четырьмя дверями, внизу ожидали огромные стальные ворота, не менее двух метров высотой, и четырех шириной.
  Топоев бежал вниз, как ужаленный, Петрович же имел вид человека, которому и не особенно- то тут и интересно. Один из необычных, ребристых ключей он отдал Петровичу.
  - Вон там, в стене, есть ниша. В нее вставляем ключи. - Лицо Топоева покрылось потом. - Нужно повернуть их одновременно. Ну, на счет один. Внимание.... Один. - Два ключа синхронно провернулись, раздался щелчок, и ворота сами начали расползаться в разные стороны....
   ***
  -Мнда, однако! - Довольно выдал Петрович.
  -Ебануться! - Максимум что смог сказать Топоев.
  Остальные же просто молчали, так как, то что открылось взгляду поглощало все силы. Подземный склад, площадью около семисот квадратных метров, был сплошь заставлен стеллажами, с самым разнообразным вооружением. На первый взгляд здесь было все, что только способна родить человеческая фантазия. Самые разнообразные модификации автомата Калашникова, СВД, всевозможные гранатометы, бросился в глаза даже револьверный гранатомет, гранаты, и.... боеприпасы, которые проще было пересчитать в ящиках или даже в стеллажах с ящиками, нежели в единицах каждого калибра. Помимо всего прочего, также была в наличии различная амуниция, ПНВ, бинокли, каски, бронежилеты, сапоги одним словом все. Так же склад терпимо освещался, красными лампами аварийного освещения, что говорило о наличии источника электричества. Георгий не сразу осознал, что все кто вошел в склад, стоят словно окаменевшие. Первым с места сдвинулся Петрович, неспеша подойдя к ящику с РПК - 74, и взяв его на руки, нежно как ребенка, некоторое время смотрел на него. Затем перевел взгляд на бойцов, которые смотрели на своего командира как на Бога. Улыбнувшись своей самой хищной из улыбок сказал :
  - Ну что, бойцы? За работу. Нам здесь пару дней жить, нужно обустроиться по - уютнее....
  
   Глава 8
   К одиннадцати вечера, пустой бокс на окраине части удалось превратить в самую настоящую крепость. По углам на крыше здания, были установлены пулеметные гнезда, а также малой мощности прожектора, питающиеся от дизельного генератора. Возле каждого окна-бойницы стояло по два автомата рядом с ящиком патронов. Вынесенные взрывом неизвестных железные ворота, заменил обваренный железом Урал, пока еще не груженный. Запас еды, бывший в убежище, перевезли в бокс, так как на складе съестных припасов не было вообще. Впервые за долгое время, находясь внутри крепости, Георгий почувствовал себя в полной безопасности....
  Он улучил момент, когда Петрович, дав указания о загрузке КамАЗа, остался один, что бы задать мучавший его вопрос.
  -Петрович, а зачем мы так укрепляемся? Мы тут что, надолго? - Осторожно спросил Георгий
  - А ты полагаешь, что с найденным оружием мы теперь можем спокойно лечь спать?
  - Конечно, нет, но.... А пулеметы то зачем? Ну.... Блядь! Петрович, ну ты же понял, о чем я спрашиваю! Как я понимаю завтра мы в Абазу еще не едем? Почему?
  - Гоша, ну а сам-то ты как думаешь? - Насмешливо спросил Петрович.
  - Думаю, нет. Собрался обстановку разведать? Так? А зачем это нам? - Георгий сделал ударение на слове 'НАМ'.
  - Гоша. - С видом воспитателя в детском саду, начал Петрович. - На двух грузовых машинах, мы увезем, пожалуй, лишь тридцатую часть имеющегося вооружения. Склад придется запереть, что бы открыть его вновь, в следующей экспедиции. - Петрович выразительно подмигнул. - Я не тешу себя мыслью, что наша деятельность здесь осталась незамеченной, и хочу знать, с кем нам предстоит столкнуться в следующий раз, а может уже и в этот. Так понятно?
  - Понятно. - Буркнул Георгий. - Вроде дураком не был.
  - Вот и отлично, ты дежуришь в первой смене. Потом постарайся хорошенько выспаться, завтра, возможно, придется пробежаться по Абакану. Ты же вроде этого хотел? - Петрович, совсем по-дружески хлопнул Георгия по плечу.
  - Да уж хотел....
   На ночь все заперлись в боксе. Дежурили в две смены по восемь человек каждая. В первой смене, Георгий выпросил у Петровича пост на крыше возле РПК-74, который Георгию пришелся очень по душе. Прожекторы включать не стали, но каждый дозорный имел ПНВ. На воздухе было хорошо, спать совсем не хотелось, тревогу внушал лишь поистине мертвый ночной город, город без звуков, город без огней, совсем не тот, что был знаком Георгию. Неслышно подошел Мишка, дежуривший за соседним РПК.
  -Гоша. Ты меня слышишь? - Шепотом спроси Мишка.
  -Конечно. Или ты думал, я сплю? Я не враг своему здоровью. А ты что пост оставил?
  -Да я на пять сек, вопрос у меня.
  -Ну?
  -Гоша у тебя никогда не бывало неприятных предчувствий? - Через взгляд ПНВ глаза Мишки демонически блестели.
  - Да у меня уже скоро как год, одно сплошное неприятное предчувствие. Ты конкретней говори. Че у тебя?
  -Понимаешь, не вернусь я отсюда. Просто знаю, что не вернусь. Бывало в детстве, на дискотеке, ходят два десятка 'реальных пацанчиков', и ты знаешь какой именно из них до тебя, докапываться начнет. - Мишка утер нос. - Вот и сейчас у меня тоже самое, знаю, что не увижу больше мамку и все тут. И от этих думок, аж дрожь внутренняя пробивает. Ну, вот, так.
  -Миха, да все это херня. - Соврал Георгий, так как сам всю жизнь привык полагаться больше на предчувствия. - Не серьезно это, ты просто еще молодой, вот и лезет всякая дурь в голову. Забей.
  -Думаешь? - Голос Мишки был полон сомнений.
  -Знаю. А теперь давай на место, а то проглядишь свой сектор, все тут останемся. А если Петрович нас спалит, то лучше сразу пулю в лоб, безболезненно будет. - Последнее предложение Георгий сказал уже в спину, убегающему Мишке.
   В три утра пришли сменщики, Георгий спустился вниз, и сразу, не раздеваясь, закутался в спальник, но сон все никак не шел. Немного поворочавшись, он вдруг вспомнил о журнале, взятом со стола покойника, и сон ушел окончательно. Достав из вещмешка журнал, и маленький диодный фонарик, который можно повесить на лоб, Георгий принялся за чтение текста, написанного большими размашистыми буквами.
   28 июня.
   Я ждал до последнего, сколько мог. Моя жена, моя любимая Светка. Не успела, не доехала. Лучше бы я бросился на поиски, лучше бы я утонул, ища ее. Чувствую себя куском дерьма, зачем я выжил? Стыдно признаться, но тот факт, что лейтенант Журов, и капитан Кривощапов, тоже не дождались своих, немного успокаивает. Было бы больно смотреть на их счастье...
   29 июня
   В эфире молчание, как- будто некому принимать сигнал. Неужели все? Я не верю. Такого не может быть. Журов, похоже, сходит с ума, сегодня предложил открыть двери убежища и всплыть на поверхность. Кривощапов ни с кем не говорит, что еще хуже, я не знаю, что творится в его голове.
   30 июня
   Мысль о том, что над головой семнадцать метров воды, сводит с ума. А в самом деле стоит ли ждать того момента как вода спадет? Что будет дальше? Я не знаю, я один, у меня не осталось никого, и при выходе на поверхность меня встретят лишь мертвецы, с распухшими и объеденными рыбой лицами. Наверное, хорошо быть мертвецом, легко, беззаботно.
   04 июля
   Несколько дней пили с Кривощаповым спирт, он рыдал как ребенок, говорил одно и тоже, обречены жить, обречены жить, обречены жить. Журов, похоже, окончательно рехнулся, уже третий день просто смотрит в одну точку. На разговор не идет. Мне бы хоть одну ядерную боеголовку, поздравил бы еще от себя лично, наших американских партнеров с днем независимости....
   08 июля
  В эфире молчание.
  10 июля
  Проснулся от звука выстрела, Журов не говоря не слова, пустил себе пулю в лоб, Кривощапов, попрощавшись со мной, сделал то же самое, предварительно извинившись за два трупа. Ничего мужики скоро свидимся.
  12 июля
  Журов просто сошел с ума, Кривощапову незачем было жить. А зачем живу я? Вода спадет и что я буду делать? Я словно завис в космосе, я могу стать Адамом.... Светка если бы ты была со мной, я бы был так счастлив.... Нет никого, ни родных, ни друзей, ни родственников, и страны моей тоже нет. Только что смотрел календарь с видами Абакана, хочу запомнить его солнечным и красивым. Если кому- то доведется читать эти записи, знайте. Капитан Кривощапов и майор Сизой, поступили так не из-за малодушия. В бою мы бы показали себя достойно, но так сложилось, что врагов на нас уже не осталось, как и друзей....
   Георгий еще долго смотрел, на нехитрые записи, они давили, от них веяло безысходностью. Но что-то внутри словно взорвалось, что-то животное, первобытное. Георгий как никогда ясно осознал, как сильно он хочет жить! Пусть в замкнутом убежище, или в омерзительном мире после ядерной войны, или даже в пятиэтажках, на территории 'центровых', но жить! Жить это главное, жить любой ценой, жить, несмотря ни на что. И пусть он понимал, что любая жизнь конечна, его это нисколько не смущало. Мир стал прозрачным и понятным. Не нужен никакой смысл жизни, нужна только жизнь. Тем более уж кому-кому, а Георгию точно есть ради кого жить.
   Утром, все бойцы экспедиции, были бодры и воодушевлены. С таким боезапасом, и с таким командиром, казалось, проблем не может быть в принципе. У людей было стойкое и, безусловно, ошибочное убеждение, что самое тяжелое уже позади.... Прервать завтрак, и бежать к окнам-бойницам и на крышу, заставил хорошо слышимый рев десятков, а возможно и сотен, моторов....
   Георгий в числе первых выбежал на крышу, то, что он увидел, вызвало нервный смех, за который, в последствии, ему было очень стыдно. Со стороны разрушенного города, к ним направлялись не меньше сотни самых разных автомобилей, от Жигулей до японских грузовичков. Очень неприятен был тот факт, что ехали они как-то уж очень организованно, словно на параде, не смотря на захламленные улицы. Петрович мгновенно дал команду к бою, это касалось всех, за исключением Георгия, у которого с Петровичем были все же особые отношения. Лавина машин, окружила территорию части, не доезжая до бокса, около трехсот метров. Георгий пытался рассмотреть в бинокль вероятного противника, и что сразу отметил, это бритые головы. Все, абсолютно все, кого он смог увидеть были бриты, как говориться под ноль. От общей массы автомобилей отделился один черный джип, из люка на крыше, торчал белый флаг. Подъехав к боксу на пятьдесят метров, джип остановился, из него вышли два бритоголовых с поднятыми руками, и не спеша пошли в направлении бокса. Они остановились в двадцати метрах, после предупреждения об открытии огня. Один из бритоголовых, отличавшийся прямо богатырским телосложением, сильным басом прокричал: - Мы пришли с миром! Пока! Кто у вас старший? Мы просто хотим поговорить. Мы безоружны!
   Оставив за старшего Топоева, и дав указания Бойко принести на крышу пару десятков гранатометов, Петрович решил спуститься вниз, взяв с собой только Георгия, разумеется, в полном вооружении. Вблизи бритый здоровяк выглядел очень колоритно, не меньше двух метров роста, широкоплечий, молодой мужик. Чисто выбритая голова, была покрыта аккуратными, параллельными шрамами в количестве пяти штук, у его напарника, на голове шрам имелся, только один. Не дойдя до бритых четыре метра, Петрович остановился, свесив руки на висевший на шее автомат. Георгий же без всяких, стеснений, снял автомат с предохранителя, и направил на гостей, тех, впрочем, это ничуть не смущало.
  -Ну что же? Расскажите, будьте добры, вы всех гостей города таким парадом встречаете? - Петрович намеренно говорил высокомерно.
  - Ну что вы! Только долгожданных! - Расплылся в улыбке бритоголовый. - Вы, как я понимаю, открыли ту дверь.... - его взгляд пробежал по РПК, установленным на крыше и застыл на Бойко, державшим их джип на прицеле гранатомета. - РПГ-32 'Хашим', какая красота. - Взгляд загорелся.
  -Ну, ты излагай дальше, а то, что-то наш разговор не особо-то клеится. - У Петровича был скучающий вид.
  - Наше предложение следующее. - Жестко проговорил, бритый. - Вы берете то, что сможете увезти в одном грузовике. Остальное наше. Если вы согласны мы вас выпускаем, хоть сейчас.
  - Просто разбирает любопытство спросить. А что будет, если мы не согласны? - По улыбке Петровича становилось уже ясно, какое решение он принял.
  - Это было бы крайне не разумно с вашей стороны. - Умные глаза бритого, с сочувствием осмотрели Петровича. - Никто нам не может противостоять. Сколько вас? Шестнадцать человек. Я Прав? - Ответом было напряженное молчание. - Значит прав. Нас же только вооруженных мужчин четыре тысячи. Зря погибните.
  - Дорогой друг, мы, может быть, и погибнем, но ваших здесь ляжет никак не меньше двух, а может быть и трех тысяч. И последний выживший из нас все равно подорвет все имеющиеся вооружение и боеприпасы, так что ты нам условий- то не ставь. Молодой еще, чтобы дедушку пугать.
  -Это ваше последнее слово? - Холодно процедил бритый.
  - Иди-ка ты от сюда на хуй, пока тебе твою лысую башку не снесли, вот мое последнее слово. - Прорычал Петрович, лысый в ответ лишь улыбнулся.
  -А вопрос можно? - Крикнул уже в спину Георгий. Бритый обернулся. - А что за шрамы у тебя и у твоей подружки? - При этих словах напарник бритого, чуть не бросился на автомат, сдержавшись в последний момент.
  - Это количество людей которые были мной убиты голыми руками. - Подмигнул бритый. - Думаю, скоро шрамов станет больше, до встречи...
   В боксе на Петровича все смотрели глазами самых преданных собак, почти все слышали диалог в мельчайших подробностях. Наверху осталась дежурить группа Петрова. Остальные ждали указаний внизу. Совершенно ошалевший Мишка, совсем по-детски спросил:
  - Это что же товарищ подполковник воевать будем?
  - Бойко! А ну быстро со своей группой тащите наверх четыре 'Печенега', и еще восемь РПК! Литвин! Ты со своими тащи КПВТ, да стволов побольше. - Вместо ответа выпалил Петрович.
  - КПВТ!? - Ошарашено спросил Литвин.
  - Крупнокалиберный пулемет Владимирова танковый, что блядь, в этом непонятного? - На повышенных, 'пояснил' Петрович. После таких пояснений, Литвин буквально испарился.
  - Миша, твоя задача следующая. Ты должен искать цель очень избирательно, твоя задача выявлять и убирать командиров групп. Задача ясна?
  -Так точно! - Выдохнул Мишка, и сразу побежал на крышу.
  - Ты лейтенант, проследи, чтобы каждый мой боец, был в бронежилете и в каске. С КПВТ знаком?
  - Да. - Уверенно и несколько радостно ответил Топоев. - В армии изучил его очень подробно.
  - Отлично, теперь это твое вооружение. Давай, давай, лейтенант не стой на месте, выполняй.
  -Гоша? Ты как, готов стрелять с 'Печенега'?
  - Наверно нет Петрович, с РПК легко, так как тот же калаш, а 'Печенега' даже не видел никогда.
  -Да 'Печенег' собственно с калаша то и слизан.... Ну ладно, давай за РПК, выполняй.
   На бегу застегивая каску, Георгий выбежал на крышу. Обстановка была в общем то пока спокойная, но враг явно перестраивался для атаки. Группу Петрова, как самую многочисленную, переместили в бокс, к бойницам. Наверху остались группы Бойко, Литвина, лейтенант Топоев, Георгий, Мишка и сам Петрович. Таким образом, на крыше размещалось десять бойцов, еще шестеро заняли бойницы. Все залегли в ожидании атаки, которая началась уже через полчаса....
   ***
   Как ожидалось, Первая волна атаки пошла со стороны административного здания, на территории военной части. Наличие полуразрушенных зданий давало возможность укрыться пехоте, а иногда и легковому автомобилю. На эту сторону смотрел КПВТ Топоева, но сам лейтенант стоял на одном колене с 'Хашимом', не далеко от него 'Молчун', из группы Бойко открыл огонь из РПК.
  'Ухнул' гранатомет, снаряд которого разнес в клочья ехавший Уазик. За спиной заработал 'Печенег', что говорило о начале атаки с других сторон. Пространство вокруг наполнилось звуками выстрелов, преимущественно очередями. Пули забили об бетон, свистели над головой, они сыпались, словно смертоносный град, но пока бетонный, отделанный кирпичом, козырек крыши от них вполне надежно защищал. Всю страшную мощь пулемета Владимирова Георгий оценил, когда на площадь, перед воротами бокса на полном ходу въехали пять небольших грузовичков противника, с боевиками в кузове. Пока Георгий сосредоточил огонь своего РПК на крайнем левом, размолотив кабину грузовика, Топоев буквально одной очередью из КПВТ разнес в 'хлам' два идущих один за другим грузовика, патроны калибра 14,5 прошивали грузовики насквозь, превращая их в бесполезную кучу железа вперемешку с мясом. Те из боевиков, что все же успели выпрыгнуть, были добиты, бойцами, стрелявшими из бойниц, уж чего-чего, а патронов они точно не экономили, как и любой из тех, что бился на крыше. За спиной 'забухали' гранатометы, Георгий вопросительно посмотрел на Топоева, встретив в свою очередь его вопросительный взгляд.
  -Гоша, метнись, глянь, че там. Я тут пока справляюсь! - Проорал Топоев, по-другому услышать его в общей канонаде было не возможно.
  -Я быстро!
   В полуприседе, держась центра, Георгий добежал до противоположного края крыши. Тут, без перерыва палили три РПК, и 'Печенег' из которого стрелял Петрович, четвертый РПК лежал без стрелка. Литвина нигде не было видно, сразу за Петровичем лежало тело, практически без головы и левого плеча. Двое бойцов непрерывно давали залпы из гранатометов. То, что увидел Георгий, подойдя к козырьку крыши, на короткое время повергло его в ступор. Со стороны дороги, ведущей в город, по которой они приехали в Абакан, шла настоящая лавина разнообразных автомобилей вперемешку с идущими на приступ пехотинцами. Пожалуй, с десяток автомобилей были уже подорваны из гранатометов, но оставшиеся в количестве около двадцати, продолжали свой путь. Петрович не стрелял, он, словно метал молнии, каждая очередь, выпущенная им, поражала какую-нибудь цель, будь то пехотинец, или нелепо забронированный автомобиль. Множество сраженных пехотинцев, почему-то сразу загорались.
  -Гоша давай за пулемет! - Заорал Петрович, меняя коробку с лентой. - Бей пехоту, у них коктейли Молотова, их нельзя подпустить к нам!
   Сменив магазин в РПК, Георгий начал палить по редеющим пехотинцам, реально поражая трех из пяти, сказывалось отсутствие практики. Гранатометчики свое дело знали, били как в последний раз в жизни. Георгий только теперь заметил, что один из бойцов, постоянно подтаскивает, все новые РПГ различных модификаций. Внезапно Георгий понял, что грохот КПВТ пропал, обернувшись, он увидел, как за него встал, непонятно откуда взявшийся Литвин, Топоев же, лежал на крыше, схватившись за плечо.
  - Гоша, давай на свое место, этих мы сдержим! - Прокричал Петрович, и вновь принялся за стрельбу.
   Когда Георгий подбежал к своему месту, на КПВТ как раз закончилась очередная лента патронов. Топоев худо-бедно, пришедший в себя, не стал мешать Литвину с заменой ленты, а принялся яростно палить с РПК. Одного взгляда хватило, чтобы понять насколько обстановка ухудшилась. В двухстах метрах, врассыпную, в атаку бросилась группа пехотинцев, численностью никак не меньше ста пятидесяти человек. Выстрелы производимые Топоевым, лишь притормозили наступающих, не причиняя им вреда. Однако пауза была весьма кстати. Плотный огонь трех РПК, вынудил противника, продвигаться короткими перебежками, прячась за руинами более мелких складов. И вновь КПВТ показал свою разрушительную мощь, когда довольно большая группа врага, укрылась за кирпичной стеной, оставшейся от какого-то склада. Литвин, ничуть не сомневаясь в своих действиях, сосредоточил огонь крупнокалиберного пулемета на данной стене, которая разлеталась буквально по кирпичикам под кинжальным огнем. Не было никаких сомнений в том, что прятавшиеся за стеной пехотинцы, более никогда уже, никого не атакуют. КПВТ резко замолк, повернув голову в сторону, Георгий увидел, как рядом с пулеметом, лежит мертвый Литвин, буквально секунду назад, бывший еще живым. На его место вновь встал изрядно побледневший после ранения лейтенант Топоев, этот человек, с наклонностями садиста, явно умел терпеть боль.
   Счет времени потерялся, весь мир Георгия сузился до сектора обстрела, он не помнил никого, он не знал ничего, он просто стрелял. Стрелял по всему, что проявляло хоть какой-то признак жизни, забыв и себя и окружающих. Один РПК уже валялся рядом, бесполезным куском железа, благо после распоряжений Петровича пулеметов на крыше, было в избытке. В какой-то момент, когда Георгий уже решил, что окончательно оглох от грохота пулеметных выстрелов, и глазу все сложнее было выделить противника на усеянном трупами и раскуроченном автомобилями поле сражения, натиск резко прекратился. Георгий был уверен, что враг именно бежит с поля боя, а не отступает по команде, паникой просто 'пахло' в воздухе. Оглядев в бинокль окружение, которое противник выставил на расстоянии пятисот метров, Георгий не без удовольствия отметил весьма поредевший автопарк врага. В звенящей, резко наступившей тишине, через равный промежуток времени 'хлестал' СВД Мишки, продолжающего стрелять по убегающему противнику.
   ***
   Костер разожгли прямо посреди бокса. Оставшиеся в живых, за исключением дозора, выставленного на крыше, жадно поглощали тушенку. В результате отражения первого приступа, потери составили четыре человека убитыми, еще трое получили легкие ранения, включая Топоева, которому на вылет пробило левое плечо, каким-то чудом не задев кость. Затянувшееся молчание первым нарушил Георгий.
  - Я думаю, больше такой атаки уже не будет. Не погонят они своих, так глупо на пулеметы. - Георгий бросил пустую банку прямо в костер. - Их же человек четыреста полегло не меньше!? А машин? Тридцать четыре машины размолотили! Не, дело дрянь, больше не сунутся. - Выйдя из боя без единого ранения, а теперь еще и поев, Георгий чувствовал себя всесильным.
  - Следующая атака будет ночью. - Коротко сказал Петрович. - Но это не страшно....
  - А что страшно? - Спросил Георгий.
  - Осада. Они не уходят. Жаль, что они через два часа боя все разбежались, я рассчитывал на большее.... - Задумчиво сказал Петрович, глядя на огонь.
  -Прорыв? - Безразлично спросил Бойко. Он почти все время молчал, потеря Литвина, с которым он не только часто спорил, но и успел хорошо сдружиться, что-то надломила в нем.
  - Нет. - Решительно ответил Петрович. - О прорыве говорить еще рано. Пока....
  - Будем ждать парламентеров? - Выдвинул версию Топоев.
  - Если только поржать над ними. - Отозвался Георгий. - Мы тут столько их боевиков положили, такое они нам точно не простят, что бы они там не говорили.
  - Лейтенант, что с пулеметами? - Спросил Петрович, не слушавший никого.
  - А что с ними? - До Топоева не сразу дошел смысл вопроса. - А! Все четыре 'Печенега' уже на крыше, РПК-74 только на складе восемьдесят семь штук еще лежит. И еще два КПВТ тоже на складе. И все. Ну о том, что калашей без числа я не говорю.
  - Прямо закон подлости в действии. - Усмехнулся Георгий. - Огромный склад, забитый оружием и боеприпасами, а того что реально нужно - в количестве трех штук! Ну, разве не обидно?
  - Ну, ладно. Хорош отдыхать. - Сказал Петрович вставая. - Тащите оба КПВТ на крышу, и все боеприпасы к нему. Нехер ждать атаки....
   ***
   Уже шла вторая половина дня, когда на крыше крепости были установлены еще два КПВТ, таким образом три стороны крепости были надежно прикрыты крупными калибрами. Противник пока не проявлял никакой инициативы, видимо практически полностью уничтоженная ударная группа, заставила все-таки подойти к вопросу взятия склада оружия более разумно. Петрович явно не собирался просто сидеть и ждать новой атаки. Вообще Петрович всем своим видом, внушал твердую веру в разгром противника, с точки зрения разума, дело совершенно безнадежное. Этот уже старый и седой воин, не утративший однако крепость тела и ясность ума, просто фонтанировал энергией, вызывая у порядком уставшей молодежи искреннее восхищение, и веру в своего вождя. Сейчас Георгий ясно осознавал, что весь боевой дух, окруженного отряда держится на командире, и случись выбраться отсюда, каждый из выживших, будет по настоящему предан лично подполковнику. А еще Георгия не покидала мысль, что их отряд превратился в некое подобие дикого народа, во главе которого по праву стоит самый сильный, умный и опытный воин.
  -Лейтенант ты как? Стрелять сможешь? - Спросил Петрович оглядывая окрестности в бинокль.
  - Да. После принятых обезболивающих, чувствую себя еще лучше чем до ранения. - Бодро ответил Топоев.
  - Хорошо. Ну что ж мужики. - Бойко и Топоев невольно вытянулись в струну. - Боеприпасов у нас много. Противник в полукилометре от нас. Что еще нужно? - Петрович требовательно осмотрел бойцов. - Вперед.
  - Мне точно больше ничего не нужно. - Зло сказал Бойко, создавалось ощущение, что он не особенно-то себя контролирует.
   Загрохотали пулеметы, били короткими очередями, по местам наибольшего скопления противника, не ожидавшего атаки со стороны осажденных. КПВТ уже третий раз за день произвел на Георгия, сильнейшее впечатление. Не отрываясь от бинокля он с нескрываемым удовольствием наблюдал, как те пули которые достигали цели, прошивали вражеские автомобили и буквально разрывали по кускам, тела людей. Складывалось стойкое убеждение, что главарь столь многочисленной банды в вопросах войны не смыслил ничего, ибо человек хоть раз столкнувшийся с КПВТ, должен бы знать что полкилометра от такого пулемета, вовсе не является безопасным расстоянием. И это внушало надежду. Буквально после пятиминутного обстрела, ряды врага вновь спешно отступали на более дальние рубежи. Когда обстрел противника, перестал быть эффективным из-за большого расстояния, осада уже не выглядела столь страшной.
   Георгий с Петровичем спустился вниз, к обедавшей возле костра, группе Петрова. Эти на обстреле не присутствовали. Петрович им разрешил отдохнуть, если это конечно возможно, под звуки выстрелов крупнокалиберного пулемета. Когда те увидели Петровича все как по команде встали.
  -Да сидите. Кушайте. - Махнул рукой Петрович, ни сколько, однако не смутившись.
  - По-моему херня все это, про четыре тысячи вооруженных мужчин. - Взяв чайник сказал Георгий.
  - Да. - Более чем лаконично согласился Петрович. - Сейчас это ясно видно.
  -А что видно? - Спросил краснощекий Петров. - Ну, в смысле как?
  -Кольцо осады уж больно дохленькое. - Взялся рассказывать Георгий, с видом человека, лично проредившего врага. - Бреши порой в сто метров. Там у них патрули пешие.
  - Отлично! Можно прорваться! - Радостно сказал Мишка.
  - Миха, без обид, но ты все-таки мудак. - Сказал бородатый мужик, бывший в группе Петрова снайпером. - Один только плюс, стреляешь неплохо, ну и в машинах разбираешься, а в остальном....
  - Да вы че заладили мудак, мудак! - Возмутился Мишка. - Че объяснить трудно?
  -Леша объясни бойцу. - Попросил Петрова Георгий.
  - Миха, у них машин и людей больше чем у нас? - Нудно начал Петров, закуривая.
  - Ну, больше. - Мишка демонстративно на всех обиделся.
  - Значит на открытом пространстве они нас смогут остановить? Ценой нескольких автомобилей.
  -Ну, может быть смогут.
  - Вот и думай дальше сам. - Петров скорчил безразличное лицо. - Не знаю как тебе, а мне в этой крепости, гораздо комфортнее.
  -Это не все. - Глядя на огонь, сказал Петрович. - Мы не можем, оставить склад с боеприпасами, местным бандитам.
  - Так его же можно в случае чего закрыть. - Осторожно полушепотом, сказал Мишка, вызвав своим видом, взрыв смеха. - Ну че вы? Вы же все видели какие там ворота! Да им ядерный удар не страшен!
  - А когда мы вернемся за следующей партией оружия, ты наверное первый на штурм пойдешь. Или ты думаешь, это здание ни кто не займет? - Сказал Петрович, не отрывая взгляда от костра. Его слова, заставили всех посмотреть на него. Все кто жевал в это время тушенку, в миг прекратили это делать.
  - Товарищ подполковник, ну вы даете.... Ну вы это.... - Восхищенно сказал парнишка двадцати двух лет отроду. - Вы правда уже думаете как сюда вернуться?.
  - А ты что, здесь умирать собрался? - Петрович посмотрел на парня с интересом.
  -Ну, нет. Не знаю. Как получится. - Стушевался парень.
  - Пока посидим, подождем. - Подвел черту Петрович. - Как сказал товарищ Петров, здесь пока вполне комфортно. - По интонации Петровича было понятно, что говорит он далеко не все, о чем думает.
   При словах о комфорте, взгляд Георгия невольно переместился на пять трупов, лежащих в дальнем левом углу бокса.
  -Товарищ подполковник, но у нас же не выйдет уйти не оставив за спиной врага. - Вкрадчиво сказал Петров. На его слова Петрович ни как не отреагировал.
  - А я вот о чем подумал.... - Как можно тише, что бы привлечь больше внимания начал Георгий. - Неужели в Абакане, только одна банда? Что-то не особенно в это вериться. Даже в Абазе, которая в общем то и не почувствовала на себе войны, банд по началу были десятки.... - Он с удовольствием оглядел смотрящих на него людей. - Готов спорить на свой обрез, что у бритых, и кроме нас, имеются враги.
  - А я у них ни одной собаки не видел. - Зачем то сказал Мишка.
  - Вот именно. - Неожиданно для Мишки, поддержал его Георгий. - Очень полезное наблюдение.
  - Гоша, а ты меня очень удивил. - Предельно серьезно сказал Петрович, глядя в глаза. - Не ожидал от тебя такого предложения.
  - Какого предложения? Я вообще ни чего не понял. - Искренне признался Мишка, но в этот раз никто не смеялся.
  - Разведка. - Понимающе сказал бородатый.
  - Нужно взять языка. - Добавил Петров, в полной тишине.
  - Сказать по чести, у того кто пойдет, шансов вернуться немного. - В голосе Петровича улавливалось сожаление. - И в случае сигнала бедствия, оставшиеся здесь, на помощь не придут. В общем, приказывать кому то идти у меня пока нет желания. - Петрович окинул взглядом сидящих у костра людей, затем командным голосом спросил. - Есть добровольцы?
   Правую руку подняли все, давая понять, что готовы рисковать своей жизнью ради удачного исхода предприятия. Но Георгия словно пронзило насквозь длинной раскаленной иглой. Предчувствие, опять неуместное предчувствие. В памяти всплыли воспоминания из школы, когда он не подготовленный, как скотина на убой, шел на урок, будучи твердо уверенным в том, что спросят именно его. И что было самым отвратительным, его предчувствие ни когда не подводило. Вот и сейчас, он самым последним из всех, поднял руку, обреченно осознавая, что пойдет за языком именно он. Георгий не мог объяснить причину внезапного 'озарения', он просто ЗНАЛ это. И этого ему не хотелось больше всего на свете.
  - Ну что ж. Иначе и не могло быть. - Удовлетворенно сказал Петрович. - Значит пойдут....
  -Петрович оставь это! - Рявкнул Георгий, впервые перебив Петровича прилюдно. - Пойду я и Топоев. Я учился и долго жил в этом городе, знаю каждый двор, каждый ларек и колодец, одним словом знаю все. А Топоев нужен для эффективного допроса, у него это не плохо получается. Если дело выгорит, то мы герои. Если нас поймают и убьют, значит отряд потеряет всего лишь парня который даже не служил, и уже итак подраненного бойца. Не такая уж и страшная потеря.
   На короткое время дружная команда бойцов, сплоченная в бою, напоминала грызущихся псов. Основной гнев был направлен на Георгия, молчал лишь Петрович.
  - Не, как будто кроме тебя никто Абакан и не знает!? - Сказал бородатый.
  - Ага, такой за всех, все решил!? - Поддержал парень с перевязанной ногой.
  - Гоша, че ты выебываешься? Не один ты тут между прочим яйца носишь. - Вставил Петров.
  - Ты думаешь раз ни одного ранения не получил, значит бессмертный? - Беззлобно спросил очкарик из группы Бойко.
  - Да скажите же ему товарищ подполковник! - Прикрикнул Мишка. - Тов... ар.... ищ... Подполковник? - Мишкин крик упал до шепота.
  На лице Петровича, играли желваки, глаза буквально стали красными, не произнося ни одного слова одним своим горящим взглядом, он заставил заткнуться сразу всех. В воздухе повисла напряженная тишина, прервать которую имел право только Петрович.
  - В час ночи выходите. - Сказал он одними губами. - А пока отдыхайте....
  
   Топоев принял новость о грядущей вылазке даже радостно. Перед тем как немного вздремнуть до задания, Топоев и Георгий направились на склад, того чтобы закрыть вопрос по экипировке.
  - Взять нужно необходимый минимум. - Говорил Топоев, идя вдоль стеллажей с оружием. - Так как нам предстоит перемещаться максимально быстро и не заметно. Много на себе не потащишь, брякнувший об асфальт приклад автомата только демаскирует. Так, ну где же они? - Он искал конкретный стеллаж. - А! Вот они! Красавцы. - Воскликнул Топоев, подойдя к полке с пистолетами.
  - Это, мой юный друг. Автоматический бесшумный пистолет, если коротко АПБ. Полезнейшая вещь! Магазин на двадцать патронов, огнь ведется как очередями, так и одиночными, съемный глушитель, приклад, на расстоянии двадцати пяти - сорока метров, штука вообще не заменимая! Вот эти красавцы и будут нашим основным оружием в вылазке! Я настаиваю.
  - И что он действительно бесшумный? - Заворожено глядя на пистолеты, спросил Георгий. - Можем бить врага, а он об этом и не узнает?
  - Ну.... Не совсем так. - Поморщившись, ответил лейтенант. - Честно уж сказать данная модель пистолета, не нова. Но он вполне надежен. А по поводу звука.... Звук все же есть, как будто с мелкашечки стреляешь, только чуть приглушеннее. В любом случае более тихого оружия у нас нет. С 'ВАЛом' конечно было бы ловчее, но за ни имением горничной...
  -Короче лишний раз и из него стрелять не стоит. - Грустно сказал Георгий, влюбившись в это оружие с первого взгляда.
  - Гоша, в идеале, нам вообще стрелять не стоит. Но если придется, лучше АПБ нет. Да ты так не расстраивайся. Если возникнет заварушка, по звуку выстрела из АПБ вычислить стреляющего весьма проблематично, так что эти игрушки очень повышают наши шансы на выживание. - Топоев расплылся в довольной улыбке, от чего его раскосые глаза, превратились в маленькие прорези. - И уясни главное! В случае огневого контакта, у нас с тобою главная задача удрать. А то у тебя сейчас очень опасный период: ты вышел из боя абсолютно без повреждений, и можешь впасть в заблуждение, что ты бессмертен. А это очень опасно, для тебя. Ты понимаешь меня?
  - Возьму два! И патронов побольше! Они же маленькие. - Вместо ответа выпалил Георгий.
  - Ага, возьми, только пушку свою оставь. - Топоев показал на обрез. - Лишний вес тебе ни к чему.
  - Не оставлю, исключено. Это трофей, Петрович подарил. - Гордо поведал Георгий.
  - Любопытно. Расскажешь потом? Ну все пошли, попробуем поспать, через шесть часов выход.
   Поднявшись из склада в бокс, Георгий с удовольствием отметил тишину пропитывающую воздух. Враг после столь кровопролитного боя, с последующим обстрелом идти в новую атаку не спешил. Когда Георгий укутался в спальник, словно по щелчку пальцев, на него навалилась вся усталость, накопленная за последние сутки, не смотря на волнение, перед выходом за территорию крепости, он уснул практически моментально.
   ***
   Родной двор, чистый, летний двор. Георгий, одетый в грязный камуфляж, держал в руках РПК, и не понимал как он здесь оказался. На подъездах, сидели пенсионеры, мирно и лениво ведя беседы. На детской площадке весело резвилась детвора. На многих балконах пятиэтажки напротив, сушилось белье. И ни какого мусора, ни каких трупов, чистота и покой. Георгий присел на лавочку и у него на коленях тут же появился нелепого окраса мурлыкающий кот. 'Блин, я же сегодня должен быть на работе!' Георгию вдруг стало как-то неприятно, вот так в 'наглую' он на работу никогда не забивал.
   Солнце скрылось за тучами. 'Неужели опять?' Он уже знал, что за этим последует. Вой. Многотысячный вой собак, готовых атаковать. Сидящий на коленях кот с немыслимой для столь маленького зверя яростью, зашипел.
   Их были тысячи, волна псов, слившаяся в единую черно-серую лоснящуюся массу, хлынула из-за дома стоящего напротив пятиэтажки Георгия. Он открыл огонь с РПК, по несущимся на него собакам. Уже знакомая отдача пулемета внушала оптимизм. Первые ряды псов были буквально разорваны на части, но натиска это не остановило. Рядом с права загрохотал, не понять откуда взявшийся 'Печенег', стрелял с него Петрович. С двух пулеметов, они довольно уверенно проредили первую волну псов, но те что шли следом, спотыкаясь и поскальзываясь на внутренностях своих сородичей с утроенной яростью бежали на людей.
  - Гоша уходи, я их на какое то время сдержу! - Петровичу удалось перекричать свой пулемет.
   Георгий уже хотел скрыться в подъезде дома, но обернувшись, своей пятиэтажки не обнаружил. За спиной была лишь степь, черно-серая степь.... На линии горизонта что-то пошевелилось. Достав бинокль, Георгий с ужасом смотрел как со всех сторон света к ним несутся собаки.... Миллионы озлобленных, лающих и рычащих собак. Бежать было просто не куда, весь мир превратился в кишащее псами море....
  -Гоша. Гоооша. Гоша блядь!
  -А! что? - Георгию понадобилось некоторое время, что бы понять, где сон а где явь.
  - Что с тобой? - Возле его спальника сидел Топоев.
  - А что со мной? - Тупо глядя на Топоева, переспросил Георгий.
  -Ты выл.
  -Выл?
  - Да, как собака. Кошмар?
  - Да Антон кошмар, и причем всегда один и тот же. - Георгий впервые назвал лейтенанта по имени.
  - Ну расскажи, до выхода еще пол часа, время есть.
  - Собаки сняться каждую ночь, тысячи миллионы злых собак. И всегда они мчаться на меня. - Вот собственно и весь сказ.
  - Вроде говорят злая собака это к предательству друга. - Задумчиво пояснил Топоев. - А если их миллионы, то дело совеем херово. Но мы же не верим снам. Так? - Спросил Топоев поднявшись, и подавая руку Георгию.
  - Да. Так. - С тяжелым вздохом ответил Георгий.
   Урал, выполняющий роль ворот, был уже отодвинут. На выходе лазутчиков ждал Петрович с парой бойцов. Что-то прощальное читалось в этих лицах, с такими лицами обычно провожают людей, с которыми уже не придется свидится.....
  - Ну как, готовы? - Спросил Петрович.
  -Да. - В один голос ответили, Георгий с Топоевым.
  - Антон как твое плечо?
  - В норме, армейские стимуляторы творят чудеса. - Топоев и правда выглядел очень бодро.
  - Не злоупотребляй ими. Гоша, тогда у костра, когда ты меня перебил.... А ведь я хотел именно тебя отправить в разведку.... Ты как будто знал это.... - Петрович не спрашивал, а скорее размышлял вслух.
  - Да, Петрович, знал. Я не верю в свободу выбора, все, что с нами происходит - все суждено.
  - Ну об этом мы поболтаем у костра, когда вернетесь. На связь мы не выходим, что бы вас не демаскировать, но рация будет всегда включена. Так что как сможете, докладывайте. Ну все, с Богом. - Обняв обоих, Петрович развернулся и пошел к лестнице ведущей на крышу.
   Было принято решение, брать языка за линией оцепления, в одном из многочисленных дворов города. Для этого необходимо было, ползком преодолеть около восьмисот метров. Через брешь в осаде проникнуть в город, а далее по обстоятельствам....
   Уже через пятьдесят метров, началось настоящее испытание для психики. Ползти пришлось буквально по вражеским трупам и их оторванных частям. Картина местности через ПНВ, передавалась во истину демоническая. Мертвецы в обилие лежали повсюду, и обползти их, зажатых между порушенными боксами, и раскуроченными автомобилями, порой не представлялось возможным. Приступ паники овладел Георгием, когда он правой рукой, по локоть провалился в разорванный живот покойника, вонь внутренностей ударила в нос, рука ощутила скользкое холодное месиво. В воображении очень реалистично начали всплывать самые ужасные картины, которые способен породить переутомленный мозг. Казалось, покойники вот-вот оживут, с целью пожрать того кто осмелился потревожить их сон. Георгию даже показалось, что кто-то во тьме укусил его за сапог. Когда он увидел, что один из лежащих впереди покойников начал шевелиться, лишь навалившееся сзади тело удержало его от того что бы вскочить и убежать куда угодно, хоть на вражеские автоматы, лишь бы отсюда. Георгий был в миллиметре от сумасшествия: 'Мертвые, они навалились на меня! Сейчас начнут жрать. Пистолет! Да застрелиться! Я не смогу терпеть боль от десятков впившихся в мое тело челюстей!' Но он не мог пошевелиться, совершенно неизвестный ранее страх парализовал тело, он не мог даже кричать....
   Резкий, короткий и удивительно тяжелый удар в челюсть помог немного придти в себя.
  - Гоша блядь! Хули ты делаешь? Из-за тебя, долбоеба, нас убьют! - Шепот Топоева, был соткан из чистейшей злобы.
  - Антон как я рад тебя слышать. - Блаженно ответил Георгий, начавший понимать, кто на него навалился.
  - Ты че, жмуров испугался?
  - Да.... Че то.... В голову лезет всякое.... - Промямлил Георгий, затем с вновь просыпающимся ужасом сказал. - Вон, один оживает! - Он пальцем указал на шевелящийся в метре от него труп.
  Топоев врезав еще раз, Георгию по лицу, пополз к 'живому' трупу. Пробитый в трех местах в районе грудной клетке мужик, был все еще жив. Не долго думая Топоев достал нож, и заткнув бедняге рот его же рукой, перерезал подранку горло.
  - Так лейтенант, хорош уже бить меня! А то сам по ебальнику отхватишь. - Удивительно, но проснувшаяся злоба, вернула ясность мысли.
  - Воот, уже лучше, на человека походить начал. Еще приступы паники будут?
  - Нет. Паники больше не будет. - Огрызнулся пристыженный Георгий. - Двинули дальше.
   Дальнейшее передвижение по трупам далось заметно легче, все стало проще, покойники стали лишь кусками мяса, развалины лишь кирпичом и бетоном, остовы автомобилей, уже не казались силуэтом адского демона. Словно дикий парализующий тело и разум ужас, уничтожил какую-то часть души, и отчасти разучил чувствовать страх.
   Пока доползли до линии патрулирования, вывалялись в крови и грязи настолько, что практически сливались со здешним ландшафтам. Пролежав около пятнадцати минут, и дождавшись когда патруль из трех человек пройдет мимо, лазутчики короткими перебежками направились в сторону города.
  
   Глава 9
   Район города называемый МПС, не являлся центром Абакана, но застроен был довольно плотно. Сейчас же, даже в ночной тьме, улицы данного района напоминали, как бы это абсурдно не звучало, беспорядок в детской комнате. Словно все из чего состоял район, хорошенько встряхнули и беспорядочно разбросали. Большая часть домов была снесена, единицы уцелели. Во дворах и на дорогах творился немыслимый хаос: опоры ЛЭП, торчали из окон дома, строительный мусор перемешан с автомобилями, в некоторых местах, там где раньше были дороги, образовались небольшие озера, с грязной, замерзшей водой. И давящая на уши тишина.
   Осторожно, что бы не нарушить тишину, лазутчики прошли уже семь дворов, больше напоминающих заброшенные стройки. При более подробном взгляде на руины домов, можно было заметить, окоченевшие трупы людей, людей одетых совсем по-летнему....
  - Они что, с лета лежат? - Шепотом задал идиотский вопрос Георгий.
  - Нет, блядь, их сегодня утром разложили! Ну что? Куда дальше?
  - Ну, наверное в центр. - Неуверенно проговорил Георгий. - Знаешь ли, город за последний год несколько изменился. А ты заметил, что на улице ни кого?
  - А какой идиот ночью по городу среди окоченевших трупов шататься будет?
  - Да ты не понял меня, я в том смысле что безлюдно тут, понимаешь? Мы прошли уже семь дворов, а следов жизнедеятельности нет. Не живет здесь никто. Пошли брать языка, а людей то нет.
  - Да все логично. - Отмахнулся Топоев. - Выживших, успевших сбежать в горы, сколько? Пять, ну десять тысяч. Не могли они равномерно расселиться в городе, где жило сто восемьдесят тысяч человек.
  - Вроде сто шестьдесят.
  -Да какая разница! Не о том речь. Просто мы еще не дошли до территорий врага, которые он всегда занимает и идти видимо и вправду нужно в центр. Кстати ты как? Покойники не мерещатся? - Топоев спросил совершенно серьезно, без подколок.
  -Антон, давай забудем тот эпизод. - Смутившись сказал Георгий. - Ну было, дал слабину. Ну сейчас все в порядке ты же по мне видишь. Прошел тот страх, и я чувствую что больше он уже не вернется. Договорились?
  -Договорились, уже забыл. - Топоев посмотрел на часы. - Через три часа рассвет, нужно спешить. Двинули.
   Нельзя сказать, что разрушенный город был абсолютно уродлив. Что-то красивое и даже завораживающее было в апокалипсических руинах, некогда огромных домов. Сожаление об утраченных достижениях цивилизации, странным образом смешивалось с какой-то нездоровой радостью. Радостью от того, что ты жив, и стал свидетелем столь стремительного упадка. 'Все мы в какой-то степени, стали психами. - Мысленно рассуждал Георгий. - Скорее всего, в таком мире только безумец, сможет выжить, и еще быть счастливым от такой жизни'.
   Спустя полтора часа перебежек от развалин к развалинам, они вышли на длинную и прямую улицу Пушкина, вдоль которой стояли порядком обвалившиеся панельные, реже кирпичные многоэтажки. Здесь уже явно чувствовалось пребывание человека. Главная дорога, каким-то чудом почти не размытая, была расчищена от всевозможного мусора, наваленного кучами по краям дороги. В некоторых местах, лежали уже остывшие угли от костров. Очень редко, на этажах, можно было увидеть свет от огня. Становилось ясно, что люди уже довольно близко.
  - Кажется я знаю где их база. - Уверенно сказал Георгий.
  - И где же?
  - На перекрестке Пушкина и Щетинкина, самый центр, Из любого дома прекрасный обзор. А так же.... Там расположен единственный в городе, подземный переход! - Для весомости своих слов Георгий поднял к верху указательный палец. - Объект, между прочим, стратегической важности.
  - Хм.... Вполне логично. Если переход.... При нормальной доработке, можно занять сразу несколько зданий. - Топоев рассуждал вслух. - Ну что? Нужно проверить.
   Держась правой стороны улицы, и прячась то за кучами мусора, то за развалинами зданий, лазутчики короткими перебежками, направились дальше. Георгий с грустью для себя отметил, что периодически встречающиеся окоченевшие трупы, зажатые между развалинами и кузовами автомобилей, уже даже не приковывают взгляд. Для этого города такие виды были частью местного колорита. Даже думать не хотелось, что будет здесь твориться, когда начнется оттепель, если конечно вообще начнется.... Через четыре километра таких перебежек, они наконец вышли на искомую базу.
   Зрелище было впечатляющим, на т-образном перекрестке, образуемом улицей Пушкина и Щетинкина, во всю кипела жизнь, не смотря на столь ранний час. Три совершенно целых здания, две пятиэтажки, стоявшие напротив друг друга, на упершейся в Пушкина улицу Щетинкина, и одно двухэтажное стоящее во главе т-образного перекрестка, были очень плотно заселены. Буквально из каждого второго окна, выглядывала наружу труба печи. Многие окна двухэтажного дома, светились электрическим светом, что наводило на мысль о том, что в нем располагается лидер, и ближайшее окружение банды. На крышах домов, сидели наблюдатели, территорию жилого комплекса, огороженную баррикадой из пришедших в негодность автомобилей, постоянно патрулировали боевики, разбитые на пары.
  -Да уж. - Неопределенно сказал Топоев. - Какие мысли?
  - У них есть враги. - Уверенно сказал Георгий. - Только наличие сильного противника, может побудить, к таким мерам безопасности.
  - Это понятно, и безусловно радует. Но как нам незаметно хлопчика умыкнуть? - Спросил Топоев, рассуждающей интонацией, не требующей ответа.
  - По-моему нам остается только ждать, идти туда это самоубийство. Спалят еще на подходах.
  - Да это как пить дать. Хорошо, действуем по стандартной схеме.
  - Какой? Стандартной?
  - Эх Гоша, Гоша. Тебе бы пару лет армии, цены бы тебе не было. - С наигранным сожалением сказал Топоев. - Ждем когда мимо нас, пойдут патрульные, думаю здесь, они ходят часто. Твоя задача отвлечь их каким-либо звуком, когда вражина, рефлекторно повернется в сторону странного звука, у него за спиной и появляюсь я. Все просто как велосипед.
  - Хм.... И на допрос у нас наверняка будет около часа времени, пока, как ты говоришь, вражину, свои не хватятся.
  - Да около того. Но в случае 'замеса' в разрушенном городе думаю уйти от преследователей, у которых даже собак нет, труда не составит.
  - Ну что ж, тогда нам остается только ждать. Нужно определиться с местом засады. И это.... - Нерешительно добавил Георгий. - Лейтенант, допрос ведешь ты. Договорились?
  - Конечно! - Топоев расплылся в наидобрейшей улыбки. - Только ради этого я и пошел с тобой.
  - Какая мерзость. - Георгий сплюнул. - Могу тебя порадовать, только ради этого я и попросил, что бы тебя отправили со мной.
   Для засады выбрали небольшую закусочную, расположенную в пятнадцати метрах от дороги. Внутри закусочной была одна большая комната плюс две смежных маленьких, ранее использовавшихся как помещения для готовки. Из плюсов говорящих в пользу именно этого места, были сохранившаяся крыша здания, наличие трех выходов, и натоптанная в закусочную тропа. Минус же был только один, но очень жирный: данное место судя по всему давно уже стало общественным туалетом для путников, однако и это было скорее плюсом говорившем о посещаемости этого заведения. Несмотря на температуру ниже нуля, вонь стояла адская, без взятых с собою респираторов пришлось бы совсем туго. Уже начало рассветать, а на дороге так и ни кого не появлялось. Неожиданно, со стороны покинутого лагеря, стали раздаваться звуки выстрелов из пулемета. Отголоски пальбы не оставляли сомнений в том из какого оружия производились выстрелы.
  - КПВТ. - Глядя на Георгия сказал Топоев.
  Георгий в тот же момент, достал рацию.
  - Большой три это крот, как слышите меня прием.
  - Крот! Слышу вас хорошо. Есть новости? - Голос Петровича был очень весел.
  - Пока нет. А что у вас происходит? Шум по всему городу стоит.
  - Да так, ни чего серьезного, просто не даем о себе забыть.
  - Да уж, забудешь о вас. Конец связи.
  - Походу как чуть светлее стало, наши по позициям противника решили еще разок пройтись. - Решил пояснить очевидное Георгий.
  - Это хорошо, может быть хоть какое-то движение начнется. А то уже сил нет в гавнище сидеть.
   Реакция противника последовала незамедлительно. Буквально через десять минут, на улице Пушкина началось весьма оживленное движение. В основном ехали автомобили из вражеского лагеря в сторону осажденных, реже пешие группы по пять восемь человек. Заманить, а уж тем более нейтрализовать столь большой отряд вдвоем не представлялось возможным. Так что оставалось лишь ждать более подходящего момента. Ждали еще около часа, в лагерь со стороны осады, шла большая группа боевиков, одиннадцать человек. Вдруг, что-то крикнув своим, от группы отделились двое, и направились в сторону придорожного сортира. Основная же группа, пошла дальше не дожидаясь своих.
  - Приготовься. Все складывается идеально. - На скуластом лице Топоева выступили капельки пота. - Берем обоих. Поссать можно и у дороги, значит эти идут срать. Повяжем как только обосрутся. Самый лучший вариант, они расслаблены, оружия в руках нет. Выходишь после меня.
  Топоев с Георгием спрятались в двух маленьких комнатах. Так как они были предельно загажены, и у постоянных посетителей интереса вызывать не должны. Буквально в следующий момент вошли двое, и судя по шагам остановились в центре комнаты. Брякая ремнями и испуская газы, они не прерывали своей беседы.
  - Да ни хуя их не взять! Ты же видел во что первая атака превратилась. Не знаю как ты, а я точно больше на пулеметы не полезу, пусть лучше сразу пристрелят. - Прокуриным голосом, сказал один из зашедших.
  - А я тебе говорю как не хер делать. Просто нужно сначала святош потрепать, а если удастся изъять у них гранатометы, то это все упрощает. - Ответил второй, могучим басом.
  - Ну-ну, святош потрепать.... Уж лучше я на пулеметы полезу. - Хохотнув сказал прокуренный. - Кстати дайка закурить, после обсера не покурить грешно просто.
   Вышедший, по кошачьи бесшумно, Топоев молча направил ствол АПБ на мирно надевающих штаны мужиков. Следом вышел Георгий, крепко сжимая в руках свой АПБ.
  - Если кто из вас хоть пернет, сразу получит пулю. - Ровно сказал Топоев.
  - Вы че мужики. - Взял себя в руки низкий паренек с густой щетиной, обладатель так не шедшего его телосложению баса. - Я же бригадный. Не узнали? - Он медленно снял вязанную шапку, показав на бритой голове три ровных шрама.
  - А ну ка уткнули ебала в пол. - Уже прорычал Топоев.
  Мужики быстро поняли, что больше просьб не будет и оба легли на многократно обоссаный пол. Пока Георгий держал их на прицеле, Топоев одел на басистого наручники и заткнул рот кляпом. Он уже было начал вязать второго как вдруг резко замер. Немного подумав, он вытащил кляп изо рта связанного и спросил: - Значит ты бригадир?
  - Да. - Спокойно ответил коротышка, за ту минуту что его связывали, шок от произошедшего уже проходил.
  - А этот кто? - Почти вежливо, опять спросил Топоев.
  - Мой боец. Вы эт.... - Помещенный на прежнее место кляп не дал возможности говорить.
  - Знаешь как мы поступим? - Топоев посмотрел на Георгия, и не дожидаясь ответа продолжил. - А вот так мы поступим.
   Лежащему рядом бойцу, он вставил в рот еще один заготовленный заранее кляп. Затем достав нож, с явным удовольствием начал перерезать ему горло. Георгий мрачно для себя отметил, что даже к такому уже начал привыкать.
  - Гоша че уставился? Оттащи его в комнату.
   Взяв труп за ноги, Георгий волоком оттащил его в маленькое, до невозможности загаженное помещение. Маскировка была так себе, любой зашедший в закусочную, сразу наткнется на огромную лужу крови, и забьет тревогу.
  - Слышь Антон уходить надо. Здесь нельзя оставаться.
  - Да уходим. - Наклонившись к пленнику, Топоев сказал. - Если будешь выполнять все, что я тебе скажу, то я тебя отпущу. Даю слово. - Правдоподобно так сказал. Ошарашенный увиденным пленник, в ответ кивнул.
  - Лейтенант, а ты это, ну прямо настоящий специалист по бандитам. - Георгий сам от себя не ожидал этих слов. - Следуешь заветам: 'мочишь в сартире'.
  - Ага. - Энергично закивал головой Топоев. - Гога, а ты мне все больше начинаешь нравиться. Ну, пошли.
   Выйдя из здания в проем противоположный от дороги, они все такими же короткими, но частыми перебежками, направились в сторону частных домов. Тройка прошла через четыре полуразрушенных пятиэтажных дома, миновала гаражный массив, быстрым бегом пересекла железнодорожные пути, и еще долго плутала по частному сектору, тщательно заметая за собой следы, благо отсутствие снега эту задачу упрощало. Когда отошли от места похищения около пяти километров, приняли решение о поиске места для допроса. Поиск занял еще пол часа, пока не нашли почти развалившийся деревянный домик, с погребом без воды. По внутреннему убранству было видно, что здесь пытались обжиться, но ушли.
  - Гоша. Ты поглядывай в окна. - Сказал Топоев, скидывая пленника в неглубокий, около полутора метров погреб.
  - Я везде буду поглядывать. - Георгий занял место, возле спуска, так что было видно происходящее внутри, и за окнами дома.
  - Ну что ж, дружок. - Плотоядно начал Топоев, спустившись к пленнику. - Для того что бы ты осознал всю серьезность ситуации, я для начала, переломаю тебе пальцы на руках. Договорились? - Пленник протестующее замычал, но Топоев и не думал вытаскивать кляп, что бы прослушать ответ. Не без труда разжав сжавшуюся в кулак левую руку пленника, он медленно, смакуя каждый хруст, переломал каждый палец в двух-трех местах. Пленник побледнел, его лицо и голова сплошь покрылись потом. Георгию стало немного жаль мужика, появилась мысль даже прекратить все это. Но.... Но он не прекратил, ясно осознавая что от полученных сведений, зависит его жизнь, и даже более того жизнь его родных, находящихся сейчас на расстоянии двухсот километров от него.
  Что-то надломилось в нем за последние несколько дней, погружаясь в себя, Георгию все сложнее становилось найти другого, довоенного Георгия. Даже более того, тот Георгий, сейчас, казался ему в чем-то слабаком, а где-то ничтожеством. Толи дело Георгий сегодняшний! Оставляющего противника жить в безжизненной степи, предварительно его ослепив, и совершенно спокойно смотрящего на то, как Топоев медленно, наслаждаясь чужой болью начинает ломать человеку локтевой сустав. 'Достойнейший' гражданин нового мира, нечего сказать. Впрочем, гуманистов он давненько не встречал, не особенно-то популярны сейчас их идеи.
  - Слушай может ты его о чем-нибудь спросишь!? - Все же подал голос Георгий.
  - Думаю уже можно. - Устало согласился Топоев, оглядывая изможденного пленника. - Веди себя тихо, а то начну пытать по-настоящему. Ясно? - Получив в качестве ответа короткий кивок, Топоев вытащил кляп.
  - Начнем сначала, сколько банд в городе? - До тошноты вежливо спросил лейтенант.
  - Три. Нет две. - Испуганно ответил бритый, и торопливо начал пояснять. - Кроме нас еще святоши, но есть еще каннибалы, но их очень мало человек двадцать, и у них нет постоянной базы, все время кочуют по руинам.
  - Мо-ло-дец. - Похвалил Топоев. - А сейчас подробнее кто такие святоши? Не подведи....
  - Улица Щетинкина упирается в нашу базу. - Угодливым голосом затараторил пленник. - Так вот если идти вдоль нее, через пяток километров наткнетесь на их базу, расположенную в бывшей гостинице. Численность банды около двух сот человек, но вооружены отлично, кроме калашей, есть даже гранатометы и гранаты. Мужики отпустите меня, пожалуйста, у меня баба недавно ребенка родила, не губите кормильца.
  - Так завали ебало. Не в ту сторону тебя понесло. - И куда только делся еще недавно такой вежливый лейтенант? - Почему святоши?
  - У них это.... Все бригадиры попы бывшие, и главный у ник тоже поп.
  - Хм.... Любопытно. Чего же вы воюете? Поди десятину в церковь носить перестали? - Неудачно, пытался пошутить Топоев.
  - Да нет, они особо-то по началу нас не трогали, выпотрошили все магазины в округе, собрали оружие которое удалось найти, вот здание МВД тоже они обчистили, и засели в бывшей гостинице. Войну начали мы, думали попов легко будет нагнуть, ошиблись.... Не убивайте меня пожалуйста, у ме.... - Удар по лицу заставил пленника сразу умолкнуть.
  - Давай не будем отвлекаться. - Невероятно вежливо попросил лейтенант. - Откуда вы пришли то? Город ведь затоплен был?
  - Здесь все те, что успели убежать в горы, мы со святошами на разных горах пережидали, а когда спустились, уже общего языка найти не смогли. Не пытайте меня пожалуйста. - Некрупный от природы пленный весь сжался в комок.
  -Какое вооружение есть у вас? Калибры, примерное количество?
  - В здании Адольфа, это наш пахан, есть четыре РПК. Калашей, около двухсот автоматов, почти все на руках, у бойцов. СКСов и дробовиков, никто не считал, на складе валяются кучами. Патронов особо тоже не жалеем.
  -Адольфа говоришь. - Усмехнулся Топоев. - Херовый из него Адольф, две войны ведет, и не в одной успеха не добился. Как он вообще уверенно власть держит?
  -Не простое сейчас у него положение, если победы над пришлыми не будет, завалят его, как пить дать завалят. - Деловым тоном ответил бритый.
  -Как одолевать-то собираетесь? За первые полтора часа боя, несколько сотен потеряли! Что дальше?
  - Я не знаю, в такие вопросы меня не посвящают.
  -Хорошо, что за каннибалы? И почему сами по себе?
  - Да беспредельщики местные, нападают на маленькие группы людей, что бы свежечка поесть, как будто мало жмуров по городу лежит. Адольф предлагал войти в наши ряды, но те отказались, а у святош они по морально-этическим соображениям не проходят.
  - А у вас стало быть проходят? - Спросил Топоев, явно теряя интерес к беседе.
  - Да нет, ну, вы не так поняли! Лично я их вообще презираю, я...
  - А ну заткнись! - Гаркнул лейтенант, доставая из ножен нож.
  - Вы же.... Вы же мне пообещали! - Запричитал бритый.
  - Почему у вас собак нет? - Неожиданно спросил сверху Георгий.
  -Так ведь сожрали всех, еще в горах. - Радостно ответил пленник, вероятно почувствовавший надежду. - Собаки есть у святош, так что если будете там, поосторожнее.
  - Ладно, засиделись мы тут, пора заканчивать. - Голосом палача сказал Топоев.
  - Но как вы можете, у меня же жена, ребенок, да вы же спать по ночам не будете, я вам во сне являться буду! Нельзя же так! Как скотину прирезать! - Пленник говорил очень жизненно, правдоподобно. Его действительно становилось жаль.
  - Как душевно ты излагаешь. - С издевкой начал Топоев. - Жена! Ребенок! Кормилец! Все бы ни чего, да только шрамы твои тебя выдают всего. Три шрама, это что же, ты троих только голыми руками убил? А у тех троих были жены? А дети? Может быть мамы? - Топоев не на шутку начинал заводиться. - А! Че молчишь?
  Пленному нечего было ответить, он лишь сказал: - Сделайте это быстро, не мучьте больше.
  - Да легко! - Сказал Топоев, и со звериной яростью всадил свой нож в живот пленнику, и глядя ему в глаза, медленно начал резать....
   Топоев уже вылез из погреба, на дне которого стонал еще живой, противник. Увидев осуждающий взгляд Георгия, он раздраженно спросил: - Че, не одобряешь? Считаешь меня ненормальным?
  - Антон если честно, то ты просто псих и садист. - Спокойно отвечал Георгий. - И если ты вдруг умрешь, мир станет чуточку добрее и безопаснее. Честно. Но порой определенным сообществам нужны такие психи на службе.... Так как за их работу никто из нормальных людей не возьмется. Типичный пример такой работы: палач. Как раз для тебя. - Георгий только сейчас осознал, что говоря это Топоеву, все крепче сжимает рукоять пистолета.
  - Это что же получается? - Зарычал Топоев. - Я выступаю в роли сумасшедшего ублюдка, а ты тут такой моралист, с чистыми ручонками, стоишь и рассуждаешь, о необходимости психов на поводке?
  - Лейтенант, ты прекрасно меня понял.
  - А по ебалу за такие слова не боишься получить? - С угрозой спросил Топоев.
  - А ты попробуй. - Направив пистолет в сторону Топоева, и глядя прямо в глаза, ответил Георгий.
  - Интересно как... А ведь ты и впрямь готов меня завалить. - Топоев, хохотнул. - Да ты успокойся, Гоша! Я же так, на нервах поиграть хотел. Ты че?
  - Да нормально все, забей. - Сказал Георгий доставая из нагрудного кармана рацию.
  - Большой три, это крот, как слышите, Прием.
  - Крот, это большой три, слышим хорошо что у вас?
   Георгий максимально подробно пересказал услышанную от пленника информацию. Петрович слушал неперебивая, и не задавая ни каких вопросов, когда Георгий закончил, в эфире повисло продолжительное молчание. Выждав несколько минут, Георгий все же спросил: - Петрович, как понял?
  - Да понял я, понял. Топоев слушает?
  -Да, он рядом.
  -Хорошо. Значит так мужики, назад не возвращайтесь. Ставлю вам новую задачу. Необходимо дойти до базы этих святош, и встретиться с их руководством.
  -И всего-то!? - Психанул Георгий. - Петрович, что ты говоришь? Даже если мы дойдем до базы живые, где гарантия что нас не пристрелят эти святоши? Насколько я понял, ребята они решительные. А как потом назад? И зачем нам вообще туда переться?
  - Все сказал? - В голосе Петровича заиграла сталь.
  - Все. - Рявкнул Георгий.
  - Когда дойдете до святош, ваша задача договориться о союзничестве против бритых. - Как ни в чем небывало продолжал Петрович. - Идеальный вариант если удастся уговорить их ударить в тыл врага, вынудив его пойти на нас, а уж мы то их встретим пулеметами. В качестве платы за союзничество, пообещайте триста Калашниковых, и по сотне патроном к каждому. Как понял?
  - Понял. - Обреченно ответил Георгий. - Как вы там?
  - Нормально, но они что-то затевают, уже пригнали пару бульдозеров, так что не затягивайте.
  - Нет блядь, мы еще в пару кабаков сначала заглянем! - Не сдержался Георгий.
  - И еще, мужики. - Проигнорировав выпад Георгия, совсем по дружески сказал Петрович. - Берегите себя, очень хотелось бы свидится, как что-то прояснится, выходите на связь, рация думаю возьмет. Все. Конец связи.
   Георгий вопросительно посмотрел на Топоева. Тот был даже весел, подойдя к краю погреба, восхищенно сказал: - Ты глянь, он еще жив! Во дела! Весь пол в кишках, а он еще жив.
  - Рад что в этом мире, у тебя остаются маленькие радости. - Недовольно сказал Георгий.
  -Да ладно, не будь занудой. Я если честно так и знал, что подполковник прикажет что-то подобное, мы реально полезнее здесь. Ну сам подумай, зачем мы нужны на базе? Что бы вместе со всеми, сидеть в бетонной коробке и ждать когда кончится еда? А что дальше? А хочешь правду? Если мы в ближайшие две недели не уедем, то до июля и соваться уже не стоит. Вся степь превратиться в сплошное болото. Ну? Поправь меня если я не прав.
  - Да, пожалуй прав. Если лето вообще наступит...
  -Что значит 'если наступит'? А куда оно денется?
  -А ты разве не заметил, что солнечных дней, за последний почти уже год, на пальцах одной руки пересчитать можно? Не наталкивает ни на какие мысли? Причем осадков не так уж и много!
  - Хочешь сказать, что мы являемся свидетелями ядерной осени? - Топоев казалось, даже обрадовался этим мыслям. - Круто! Мы живы, и теперь история - дело наших рук.
  - Да уж, круче уже не куда, - Грустно улыбнулся Георгий. - Ну что пошли?
  - А как же перекусить? - Удивленно спросил Топоев. - Уже скоро полдень, а мы не жрамши.
  - Не ну ты все таки во всю голову ненормальный! Кишками уже вся хата провоняла, в погребе недобиток стонет, и ты думаешь о еде?
  - Ну ведь жрать охота!? - Немного виновато сказал Топоев.
  - Я в шоке.... - Сказал Георгий, доставая из кармана упаковку галет, и садясь прямо на пол.
   ***
   В пасмурную погоду, в грязных камуфляжах, среди серых руин, они почти сливались с окружающей средой. Частный сектор преодолели быстро, перебегая он постройки к постройке.
  Немного понаблюдав за открытой местностью железнодорожных путей, и убедившись, что никого нет, пересекли их. Когда добежали до первого подъезда бывшей девятиэтажки, психологически стало намного легче. Даже полуразрушенные, но все еще большие дома вселяли уверенность.
  - Слышь, у этого дома выстояло пять этажей, может поднимемся, посмотрим вокруг? - Запыхавшись спросил Георгий.
  - Да как то страшно, не обвалился бы.... Хотя.... Давай осторожно, вдоль стенки. - Одобрил идею Топоев.
   Осторожно, и практически бесшумно, они поднялись на второй этаж. Все двери на площадке были выбиты, а квартиры разграблены. Осматривали каждую комнату, что бы не оставлять за спиной, возможного противника. Внутри квартиры, были все какие то одинаковые, везде царил бардак и разруха: результат активной деятельности мародеров. Во многих комнатах, отсутствовали даже деревянные полы, а все что осталось, представляло собой кучу разномастного мусора, что порой, смотрелось особенно дико на фоне совершенно целого пластикового окна. И трупы.... Они были везде, разных возрастов и на разных стадиях разложения, вздувшиеся, и обветренные, одетые и совершенно голые.... Сейчас бродя по этому аттракциону ужасов и мерзости, Георгию казалось что жизнь в Абазе это просто рай, предел мечтаний и стремлений. Цель всего его существования.
   Третий этаж, по сути, ни чем не отличался от второго, а вот на четвертом было чему удивиться. Поднявшись на площадку, они услышали чье-то бормотание. Смотря на мир через прицел АПБ, Георгий первым вошел в квартиру, Топоев прикрывал сзади. До этого момента, Георгий думал что уже не удивиться ни чему, но увиденное в очередной раз его шокировало. В большей чистой комнате, аккуратно за столом с прессой, сидели восемь порядком разложившихся мертвецов, все дети. Вокруг них ходил тощий мужик в очках, постоянно что-то бормоча, увидев вошедших он даже обрадовался.
  - О! Гости, а мы уже и не ждали. Правда дети? А у вас есть видеокамера? А то я все обыскал, ничего не смог найти. - Первого взгляда хватало что бы понять: безумец.
  - Гоша глянь. - Топоев кивнул в сторону смежной комнаты.
  Лучше бы он не смотрел. В спальне, а судя по большой кровати это была именно она, весь пол, был завален трупами женщин в ночнушках. На кровати же лежал труп старухи, голый. Потеряв самообладание, и забыв о маскировке, Георгий развернувшись начал всаживать в улыбающегося мужика пулю за пулей, пока обойма на двадцать патронов не опустела. После этого Георгий прислонился к стене и обессиленный сполз по ней, сев на корточки. Глаза остекленели, он ни чего не видел, в пустоту произнес вопрос: - Антон, а это уже ад?
  - Гоша, ты все таки излишне впечатлительный. Зачем так шуметь? Я конечно понимаю что пистолет у тебя с глушителем, но все же. Как то ты не интеллигентно поступил. Спрашивается, зачем тебе нож? А? Да-а-а! Что толку с тобой говорить псих он и есть псих. - Топоев открыто издевался.
  - Извини старик, - Серьезно сказал Гоша, - Нервы совсем сгорели, все эти покойники.... Антон они повсюду! Весь город завален трупами, и еще находятся безумцы, которым в этом городе комфортно. Разве это нормально? Антон! В этом городе я мертвецов встречаю, чаще чем живых!
  - Что то мне твой настрой совсем не нравиться. - Сказал Топоев, шарясь в аптечке. - Ага, вот, самое оно. - Он взял небольшой шприц, больше похожий на пипетку. Сейчас я тебя вылечу.
  - Что это?
  - Да не ссы ты. Просто стимулятор, витаминчики там.... Все дела.... - Через пять минут все станет просто и ясно. И болевой порог понижается. - Топоев сделал укол в бедро, прямо сквозь штаны. - Ладно ты пока посиди, а я осмотрю пятый этаж.
   Через пять минут как и говорил Топоев, Георгий почувствовал себя совсем по-другому. От бывшей только что усталости и депрессии не осталось и следа. Овладевшие было пораженческие настроения, сейчас казались глупыми, и беспочвенными. Сменив обойму в пистолете, и немного попрыгав на месте, Георгий почувствовал семя всесильным.
  - Во! Другое дело! Человека вижу, а не бабу плаксивую. - Прокомментировал вошедший Топоев.
  - Слушай, а что ты мне вколол? Витамины так не действуют. Мне кажется я могу железобитонные стены крушить!
  - Не надо тебе знать что это. В твоей аптечке, тоже такой шприц есть, он красным помечен. В ближайшие сутки пользоваться им не рекомендую, если конечно у тебя нет с собой запасного сердца. Но мы отвлеклись, подойди к окну, глянь в сторону базы бритых.
   Едва не поскользнувшись, на луже крови, Георгий подошел к окну. Даже в бинокль, рассмотреть базу с такого расстояния в подробностях, не представлялось возможным. Но общая картина вызывала тревогу. По центральной улице, вдоль которой еще несколько часов назад, они пробирались к базе, шло непрерывное движение. Гнали в сторону осады преимущественно строительную технику, некоторые ехали самостоятельно, иных тащили на сцепке. Да и сама база, из далека напоминала разворошенный муравейник.
  - Да уж, нужно спешить. - Не отрываясь от бинокля сказал Георгий. - А ведь город все равно красив, даже сейчас.
  - Ты уже определись какой город. Ужасный заваленный трупами, или красивый не смотря ни на что.
  - Красивый Антон. Красивый. Все эти частично порушенные многоэтажные дома, покореженные, беспорядочно валяющиеся машины. Черт, мне нравиться вид отсюда! Как в компьютерных играх, раньше, еще до войны.
  - Говоришь, сумасшедшие тебя раздражают? - Выгнув бровь, ехидно спросил Топоев.
  - Да пошел ты, лейтенант. - Добродушно сказал Георгий. - Путь уточнять надо?
  - Не, не надо. Сам знаю, к святошам.
   ***
   Базу бритых решили обойти по широкой дуге. Справедливо рассудив, что в придорожном кафе-сартире труп уже обнаружен, и наверняка часть бойцов уже ищет диверсантов. Движение перебежками на полусогнутых, стало даже привычным. Пройдя с десяток дворов, и все плотнее приближаясь, к прямой улице Щетинкина ведущий от базы бритых к базе святош, лазутчики почувствовали себя спокойнее. Когда до святош оставалось всего лишь пара километров, от куда-то со стороны потянуло жаренным мясом. Первым запах почуял Топоев, и как по команде замер.
  -Чуешь?
  -Нет. Хотя.... Ага, че то жарят.
  -Это кирпичный дом, направление на два часа.
  -Понятно, тихонечко уходим....
  -Давай вдоль стены дома, где жарят. Меньше шансов что заметят.
   Перебегая от машины, к дереву, от дерева, к куче мусора, от мусора к дому, они оказались у торцовой части, четырехэтажки из красного кирпича. Прижавшись спиной к стене, Топоев жестом дал знак остановиться. За углом здания, по левую сторону, раздались шаги. Два ствола АПБ ожидали того кто покажется из-за угла. Показался бородатый мужик, одетый во все черное с висящей на плече двустволкой. Вероятно он даже не успел понять что его убило, четыре выстрела отбросили его на два метра назад. Приглушенное бухание выстрелов, показалось нереально громким, Топоев моментально шепотом скомандовал: - Давай в подъезд, нельзя допустить что бы кто-то из них пальнул из своего оружия.
   В подъезде все было тихо, Георгий осторожно поднимался на второй этаж, сзади прикрывал Топоев. Вдруг с одной из квартир, раздался голос: - Серый че там за буханье? Иди посмотри.
  Обогнув Георгия, Топоев пулей влетел в квартиру, сам же Георгий осторожно пошел следом. В комнате с выставленными окнами, вокруг костра, горящего прямо на полу, сидели три крайне удивленных человека. Все очень заросшие, всем своим видом напоминали бродяг.
  -Никому не двигаться. - Приказал Топоев. - Сколько вас?
  -Ч-четреро, еще один вышел. - Заикаясь ответил один из них.
  -Вы чьи? Из какой банды?
  - Мы сами по себе. - Спокойно ответил другой. - Идите своей дорогой мужики, нам нечего делить.
   Не сразу бросился в глаза труп мужчины лежащий в углу без ноги. Георгий сразу спросил: - Где его нога?
  - В - вот. - Показывая большие куски жаренного мяса, разложенные рядом с костром на целлофане. Ответил заика. - Х-х-хотите?
  - Антон, валим всех. - Сказал Георгий, открывая огонь. Топоев подключился, в следующую секунду.... Когда все закончилось, некоторое время стояли молча. Нарушил молчание как всегда лейтенант.
  -Гоша, тебя просто хлебом не корми, дай кого-нибудь безоружного расстрелять. Психопат, одним словом. - Как всегда после убийства, Топоев был на эмоциональном подъеме.
  - Пошел ты в жопу. Как думаешь, нас услышали? Не так уж они и глушат, эти глушители.
  - Думаю, что все-таки нет, раз даже эти увальни ни чего не поняли, но все равно задерживаться не стоит.
   Не тратя время на обыск убитых, они торопливо выбежали на улицу. В спешке, на мгновенье забыв об осторожности, помчались к следующему зданию, а вернее груде строительного мусора, с немного уцелевшим первым этажом. За спиной раздалось громовое: - Эй, двое, стоять!
   Топоев уже скрылся в руинах, когда Георгий обернулся. За ними бежали трое бойцов, по отсутствию головных уборов, определить принадлежность не составило труда - бритоголовые. Загремели выстрелы, но Георгий успел добежать до единственного уцелевшего входа в здание.
  Осмотревшись в помещении, он быстро понял, что находится в бывшем магазине, зал которого занимал весь первый этаж. В пяти метрах от него в окно отстреливался Топоев, успевший прицепить к своему АПБ приклад. Георгий быстро занял позицию у соседнего окна, и увидел что вражеские бойцы, попрятались за различные укрытия. 'Что ж, им торопиться некуда, нужно просто дождаться своих'. - Прострелила быстрая мысль.
  - Гоша, я оставляю свой пистолет. Стреляй непрерывно, не давай им высунуться. Я пока поищу выход. - Не дожидаясь ответа, Топоев, включив фонарь, побежал во тьму на половину обвалившегося зала.
   Кузов Уазика, небольшая канавка, и бывший ларек. Три объекта которые Георгий, обстреливал одиночными. По неприцельной стрельбе врагов, можно было сделать вывод о том, что противники не могут вычислить огневую точку. Георгий с новой силой, влюбился в АПБ, решив более никогда не расставаться с этим оружием. Из канавки раздались два выстрела, пули пролетели совсем рядом, пока Георгий посылал в сторону стрелявшего короткую очередь, из-за ларька другой перебежал чуть ближе, спрятавшись за кузовом Жигулей. В голове промелькнуло предательское: 'Дело дрянь, возьмут в окружение'. Появившийся Топоев весело скалился.
  - Нашел, можно пролезть сквозь окно, там почти все завалено, пошли.
   Всадив всю обойму в сторону Уазик, Георгий услышал как кто-то вскрикнул. Топоев достал гранату, и еще раз повторил: - Пошли!
  Углубившись в темный зал, не заметить луч света было не возможно. Судя по всему здание рухнуло по течению воды на ту сторону, завалив все выходы. Однако через полузасыпанное окно вполне можно было пролезть.
  Когда Георгий вылез на улицу он оказался среди огромных куч раздробленных бетонных плит, шифера и кусков дерева. Сразу за ним вылез Топоев.
  - Ну держите. - Сказал он, кидая в окно гранату. - Че встал? Бежим.
   Раздался взрыв. Взрыв оправдавший самые радужные надежды.... С невообразимым грохотом, полностью обрушился остаток здания. Сложившись словно карточный домик.
  Они успели пробежать немногим более двадцати метров, как сразу обернулись.
  - Что это ты туда бросил? - Восхищенно спросил Георгий.
  - Да я сам в шоке, от своей крутизны! Ну ладно дружок, нужно бежать.
  - Блядь, не называй меня дружок! Я тебе че? Собака? - Взорвался Георгий.
  - Ладно, ладно. Ты не нервничай, много нервничать вредно для сердца. Я что хочу сказать. Времени у нас от силы минут десять. Так что тактику перебежек нужно забыть. Короче побежали как можно быстрее, а там как карта ляжет....
  
   Глава 10
   Бежали на свой страх и риск, ясно осознавая, что являются прекрасными мишенями для случайного стрелка, засевшего на каком-либо из верхних этажей. Улица, ведущая к разрушенной гостинице, явно не использовалась как транспортная артерия, завал здесь царил всеобъемлющий. Приходилось оббегать перевернутые, уже порядком заржавевшие автомобили, пласты вывернутого асфальта, и уже ставший совсем привычным, вездесущий строительный мусор. Но они все же бежали. Бежали с риском быть пристреленными, едва не ломая себе ноги, бежали на автоматы святош....
   Резко сменившаяся обстановка, вынудила остановиться. Беглецы вышли на огромный и тщательно расчищенный перекресток, на котором не было ни единого предмета, за которым можно было бы укрыться человеку. Гостиница, а вернее три уцелевших этажа от нее, находилась прямо по курсу, через триста метров. Место расположения для своей базы, святоши выбрали почти идеальное. Гостиница хоть и находилась в центре города, все же не имела рядом с собой, сколько-нибудь значительных построек, что давало прекрасный обзор в радиусе полукилометра. Части разрушенного здания, были собраны в некое подобие даже не баррикады, а скорее стены. Одного взгляда хватало, что бы понять то, какую колоссальную работу, проделали обитатели этой крепости, больше походившей на некий скалистый остров.
  -Ну что? Поднимаем руки вверх, и потихонечку идем? - Нерешительно спросил Георгий.
  -А что нам остается? Поди перед тем как пристрелить захотят спросить о чем-нибудь, я бы на их месте точно захотел. - Топоев злобно сплюнул.
  -Ни сколько в этом не сомневаюсь. - Усмехнувшись сказал Георгий, и первым сделал шаг, в сторону крепости.
   Приблизиться позволили да двести метров. На КПП, собранному из бетонных блоков, в громкоговоритель прокричали: - Стоять на месте, еще шаг и по вам будет открыт огонь!
  Путники остановились, навряд ли можно в словах описать все разнообразие чувств и эмоций, которое испытывает человек, стоящий на ровной открытой площади, во враждебном городе, где даже уличные бомжи - людоеды. Вот и Георгий сейчас хотел лишь одного, что бы те трое, высланные на встречу, увели бы их поскорее со столь открытой местности, хоть куда, только бы от сюда. Уж очень не хотелось, дойдя до базы святош, получить пулю в спину. Двое из подошедших, мужиков, вооруженных карабинами 'сайга' двенадцатого калибра, сразу зашли за спину и взяли пришельцев на прицел. Тот, что стоял к ним лицом, некоторое время разглядывал их, в свою очередь Георгий тоже не мог оторвать от него взгляда. Внешне человек которому предстояло вести допрос, чувствовалось что он лидер, выглядел очень колоритно: камуфляжные штаны, заправлены в армейские берцы. Поверх еще казалось советской фуфайки, одет массивный бронежилет, в руках АК-47, бритая 'под ноль' голова резко контрастировала с густой черной бородой.
  - Кто? - Громко, и в то же время лениво, озвучил он свой вопрос.
  - Мы с осажденной военной части, пришли поговорить с вашим лидером. Это важно. Для всех. - Сразу откровенно сказал Георгий, поймав боковым зрением неодобрительный взгляд Топоева.
  - С части говорите? А че с пистолетиками бегаете? Кстати, очень медленно кладем ка их на землю. Одно резкое движение и заряды картечи, выпущенные моими людьми, очень весело взорвут ваши головы.
  - Дык, а с чем же нам бегать, по городу? Что тише всего то и взяли. - Пробурчал Топоев, выполняя команду бородатого.
  - И что, там даже ни 'ВАЛов' ни 'Винторезов' не оказалось? На складе я имею ввиду. - Недоверчиво спросил бородатый.
  - Нет, ни одного! - Как можно тверже постарался ответить Георгий. - Зато калашей полно, а патроны вообще в ящиках считаем. Мы не врем, и мы вам не враги. Мы тебя очень просим, дай нам поговорить с вашим лидером, времени очень не много. Пока мы тут стоим, там наши свою кровь в войне с бритыми проливают.
  - Я доложу о вас, а пока посидите в клетке....
   Еще раз подвергнувшись обыску, путники под прицелом дробовиков, пошли на территорию базы. Первое впечатление, от лагеря святош можно было выразить одним словом: порядок. Порядок везде и во всем. Ни одного курящего, ни одного праздношатающегося. На обширной территории базы, ровно в три ряда стояли порядка сорока, автомобилей, преимущественно японские джипы пикапы. Почему то в голове возникла уверенность, что все машины на ходу. Вдоль крепостной стены, шел металлический помост, через каждые полсотни метров была установлена металлическая бочка, с горящим внутри костром. Асфальтовое покрытие на восемьдесят процентов уцелело, и выглядело как-то уже непривычно чисто. Вокруг уцелевших трех этажей гостиницы, не осталось и следа от бывшей разрухи, создавалось впечатление, что несколько верхних этажей просто бесследно испарились. Семь из десяти людей, находящихся на крепостных стенах были вооружены Калашниковыми.
  - Ну что? Солидная организация? - В полголоса спросил Топоев.
  - Еще бы! - Вполне искренне ответил Георгий.
  - Хорош пиздеть! Вот ваши апартаменты. - Бородатый указал на три пустующие, грубо сваренные клетки, стоящие в тридцати метрах, не доходя до гостиницы.
  - Да они даже без крыши!? Ты че, издеваешься? - Возмутился Топоев.
  - Послушайте мужики, - Беззлобно объяснил бородатый. - Если главный, захочет с вами пообщаться, это будет быстро. Если не захочет, не переживайте, долго вы в этих клетках, вы все равно не пробудите.... Все закончится быстро и не больно. Я понятно излагаю?
  - Вполне. - Буркнул Георгий, Топоев же предпочел промолчать.
   Их посадили в рядом стоящие клетки. Топоев сразу уселся прямо на землю и о чем-то сосредоточенно думал. Георгий же не мог просто ждать, и начал приставать с расспросами к приставленному охраннику.
  - Скажи, добрый человек, а нас что, правда могут расстрелять? Вот так не за что?
  - Я не могу с вами разговаривать. - В полголоса пробормотал часовой.
  - Ну ты скажи да или нет? - Не унимался Георгий.
  - Если честно, ваши шансы пятьдесят на пятьдесят, но если вас помилуют, то можете уже точно быть спокойными, отец Герман своего решения никогда не меняет. А теперь все, не компрометируй меня.
  - Все. Отстал. - Георгий почувствовал в себе какую-то нездоровую веселость: нервы все же порядком сдавали.
  - Антон, а ты че, медитируешь что ли? Вспомнил традиции своих монголоидных предков? Или решил открыть клетку силой мысли?
  - Пошел ты в жопу. - Ровно и без эмоций ответил лейтенант.
  - Отправляешь меня в жопу? - Удивился Георгий. - А ты стало быть сам то где? В уютной квартирке? Дурак ты Топоев, изредка нормальный, а в основном мудила. - Георгий резко замолчал, поняв, что ведет себя как мудак именно он.
  - Гоша, у тебя просто нервы сдают, - Очень по-дружески сказал Топоев. - Это нормально, скоро пройдет.... - Топоев злобно улыбнулся.
  - Да пошел ты сам в жопу. - Сказал Георгий и сразу замолк.
   'Это что же? Все? Вот так просто, сейчас придет бородатый и пристрелит? И обо мне ни кто даже знать не будет? Мой труп с разнесенной дробовиком башкой, выбросят на помойку, его еще месяц будут есть крысы и бомжи?' - Георгий вдруг со стыдом для себя понял, что боится исключительно за себя. Он опасливо осмотрелся, словно кто-то мог услышать его мысли. 'Нет, так не пойдет. Веду себя как чмо позорное, там пацаны за наш город бьются, а я тут себя любимого уже оплакиваю, так нельзя. Я должен выручить ребят, помочь своим'. В сознании возникло лицо мамы, в груди, в области сердца, нестерпимо заболело. Завалившись на бок, Георгий некоторое время лежал, ждал когда 'отпустит'. 'Главное не умирать, ну хотя бы еще часик, я обязан поговорить с этим отцом Германом, обязан перед всеми'. Боль потихоньку отпускала, Георгий смог сесть.
  - Ты истощен сильнее, чем я думал, - Сказал Топоев. - Если в ближайшую неделю примешь еще хоть один стимулятор, проживешь от силы часа два, имей ввиду.
  - Все ясно, - Ответил Георгий, грустно улыбнувшись. - Сердце?
  - Да, реакция на.... - Топоев замолчал, увидев как возвращается из гостиницы бородатый.
   Он медленно шел в сопровождении троих человек, одетых в камуфляж 'березка'. Самое пугающее в этих людях было то, что на их лицах не было ни каких эмоций. 'Это конец' - Мелькнуло в голове Георгия. Но подошедший бородач усмехнувшись сказал: - Сейчас я вас отведу к отцу Герману, ведем себя прилично, вопросов не задаем, говорим только тогда когда спрашивают. Это понятно?
  -Да.- В голос ответили пленники.
   Когда, они зашли в гостиницу, Георгий в очередной раз поразился всеохватывающему порядку. Помещение внутри было полностью отремонтировано! Мраморные полы восстановлены, новые подвесные потолки, аккуратно выкрашенные в золотистый цвет стены. Возле трех дверей стояли по два неестественно чистых, огромных, и неподвижных часовых. В одном из этих кабинетов и ожидал лидер группировки.
   Кабинет средних размеров напоминал скорее часовню, или маленькую церквушку. Стены кабинета, на семьдесят процентов завешаны, разных размеров иконами. Горело множество свечей, однако таинственный полумрак сохранялся. Но самое удивительное, что во главе т-образного стола, сидел батюшка! Самый настоящий батюшка, длинные с проседью волосы, и почему-то гораздо более седая борода, в полумраке карие глаза казались черными, на вид от пятидесяти до семидесяти лет, в черной чистой рясе. Он откинулся на спинку стула и молча рассматривал пришельцев. Помня совет бородатого, который с автоматом стоял позади, пленники молчали.
  Громоподобный, совершенно неожидаемый от батюшки голос сказал: - Ты, молодой человек, расскажи с самого начала откуда вы, и зачем пришли.
   Георгий честно рассказал все. Поведал о группировках, об обстановке в Абазе. О цели экспедиции, о столкновении с бритыми. Скупо описал допрос пленного, из числа бритых, и некрофила. Умолчал лишь о количестве оружия на складе. Отец Герман слушал, не перебивая и не задавая уточняющих вопросов.
  -.... А после этого Антон гранатой подорвал уцелевший этаж, после чего мы уже не таясь на прямую помчались к вашей базе.... - Закончил Георгий.
  - Значит Абаза совсем не пострадала. - Толи спросил, толи повторил Герман.
  - От войны нет, от бандитов страдает и по сей день. - Решился ответить Георгий.
  - Ну это как везде. - Затем словно опомнившись, отец Герман сказал. - Да что вы стоите то, словно чужие, присаживайтесь. Отдохните. - Когда пленные сели он сказал. - Рация то ваша не принимает сигнала....
  - Отец Герман, просто... Вероятно далеко. В паре километров от вас точно брала, - Торопливо затараторил Георгий. - Только не подумайте что мы от бритых, мы правда те за кого себя выдаем.
  - Да верю я вам, верю. - Успокоил отец Герман. - Одеты вы во все новое, аптечки у вас интересные, сроду таких не видел. Оружие опять же редкое. У местных бандитов сроду ни чего подобного не было. Кстати, Гоша, а где в Абазе церковь находиться? Напомни мне, пожалуйста. - Отец Герман, буквально прожигал своим взглядом.
  - На улице Ленина, как раз возле ЖД вокзала. Службы там до сих пор проводятся. Территория контролируется 'базарными', так что с церковью все в порядке.
  - Это хорошо.... Ну ладно, допустим, я вам поверил.... От меня-то вам что нужно?
  - Помощь, - Сразу ответил Георгий.
  - Сотрудничество, - С задержкой в доли секунды сказал Топоев.
  - Как говорила Алиса в стране чудес: 'Все чудесней и чудесней'. - Хохотнул отец Герман. - Так помощь или сотрудничество? Если вы, друзья мои не в курсе, то это совершенно разное.
  - Антон, давай я буду говорить, - На ухо сказал Георгий. - Мент с попом не смогут договориться, тут мягкость нужна. - Вместо ответа Топоев лишь пожал плечами.
  - Отец Герман, нам нужна именно помощь. Разумеется не за так.... Вы уже наверняка знаете что наши находятся в осаде.
  - Мальчик мой, я не 'наверняка' а абсолютно все, знаю, что происходит в городе.... И не только.
  - И как там? Наступления не было? - Резко отвлекся от темы Георгий.
  - Нет, можешь быть спокойным. Но техники понагнали много, так что большой атаке быть. - 'Успокоил' Герман.
  - Ясно.... Так вот, предложение нашего командира такое: Вы своей самой боеспособной группой ударите в тыл нашего общего противника, задача вынудить как можно больше бойцов, выбежать на дистанцию, простреливаемую нашими пулеметами, а дальше КПВТ и 'Печенеги' сделают свое дело.
  Это конечно очень грубый план, требует еще отточки, но суть примерно такая. Нужно объединиться. Если все проходит благополучно, вам остается город без врагов, а мы сможем вернуться домой. Плюс от нас еще пару сотен Калашниковых, и несколько тысяч патронов к ним.
  - Вот так у тебя все просто. Выбить на пулеметы. - Усмехнулся Герман. - Значит, ты говоришь от имени твоего командира?
  - Да, если бы рация брала, он бы подтвердил каждое мое слово.
  - Значит нужно прогуляться туда, где рация будет брать! - Безапелляционно, заявил Герман. - Борода, как стемнеет, пойдешь с ними в центр, там прием должен быть хорошим, поговоришь с их командиром. Потом будем решать...
  - А можно вопрос не по теме? - Георгий осмелел, поняв что результат разговора скорее положительный. - А вы не знаете, что случилось с ближайшими городами? Ну Черногорск или Минусинск?
  - Черногорск совершенно пуст. От туда люди в массовом порядке, бежали в Красноярск, но в Красноярске наших разведчиков не было.... - Отец Герман казалось заволновался. - Находясь на горах, мы видели как над Красноярском вырос огромный ядерный гриб, те из нас которые посмотрели на него без солнцезащитных очков, сразу ослепли.... Черногорск же.... Туда никто не вернулся. Наши разведгруппы много раз ходили туда и ни разу ни кого не встретили. А Минусинск.... Плохо там все.... Вода полностью так и не ушла. На месте города образовалось огромное и очень страшное озеро. Лишь в редких местах торчат верхние этажи многоэажек. Сейчас прозрачная гладь воды заледенела. И можно подробно рассмотреть весь ужас, находящийся на дне этого адского озера. Автомобили, люди, магазины, все на дне, и все движется в подводных течениях. Мы посылали туда троих разведчиков, из них один сошел с ума, психика не вынесла увиденного, сломалась.
  - Я очень хорошо понимаю о чем вы. - Сказал Георгий, вспомним аналогичное озеро возле Аскиза.
  - Мы в силу своих скромных возможностей, пытаемся наладить быт, сохранить цивилизованное общество, и если бы не столь многочисленная банда мародеров, наши успехи были бы значительнее, - На суровом лице аскета, появилась неожиданная и очень добрая улыбка. - У нас есть четыре родившие женщины.... Знаете, мы очень переживали о том, какими будут послевоенные дети. Но Бог миловал, детишки здоровенькие. Значит, есть надежда на нормальное будущее....
  - У вас я заметил много автомобилей, - Заговорил Топоев. - Быть может вы захотите отправиться с нами? В плане экологии Абаза довольно чиста. Вместе нам будет легче.
  - Нет. Об этом не может быть и речи. Вы, молодые люди, мыслите очень узко. Вам бы запереться в своей горной котловине, и отстреливаться от всего мира из своих пулеметов. А дальше? Что будет через десять лет? А через двадцать?
  -Возрождение, - Понимающе кивнул Георгий. - Вы думаете о масштабном возрождении?
  - Да. Я твердо верю, что таких островков выживших в России тысячи. И это хорошо, что они раскинуты по всей территории нашей страны. И однажды, быть может очень скоро. Появиться новый Иван Калита, или Иван третий, который объединит оставшихся, в единое государство. Да поможет ему Бог.
  - Да будет так, - Воодушевленно согласился Топоев. - Если бы везде группы выживших возглавляли такие люди как вы, уже бы через десяток лет мы бы вновь стали едины.
  - Вы не согласны молодой человек? - Спросил отец Герман, заметив на лице Георгия грустную улыбку.
  - Вы же прекрасно понимаете как воссоединяются государства, - С плохо скрываемой усмешкой сказал Гергий. - Железом и кровью, другого пути нет. Что-то мне не очень нравиться перспектива, валяться с пулей в животе, где-нибудь в угольном разрезе, в Кемеровской области. По мне так, первое по важности это мой дом, второе мой город, а дальше.... - Георгий брезгливо сморщился. - Уж простите за откровенность.
  - В Аскизе ты говорил по-другому.... - Презрительно заметил Топоев.
  - Погорячился. - С улыбкой ответил Георгий.
  -Вот почему воссоединить людей должен человек из старого поколения, если такого не появиться в ближайшие десять лет, значит, еще сотню лет, мы так и будем жить в средневековье. - Вдруг, голос отца Германа вновь стал деловым. - Что-то мы отвлеклись. Если ваш командир, подтверждает ваши слова, мы поможем вам. Но в качестве благодарности, нам необходимо двести Калашниковых, к каждому по двести патронов, десяток РПК.... И еще, каждый гранатомет, который мы используем в бою, вы нам возместите тремя, аналогично с гранатами. Согласны?
  - Сорок тысяч патронов?! - Смуглое лицо Топоева, аж побелело.
  - Мои люди, за вас, умирать под вражескими пулями пойдут, - Отчеканил отец Герман. - А ты еще хочешь поторговаться?
  - Нет не хочет, - Быстро сказал Георгий. - Скажу честно, нам без вас, отсюда не выбраться. Так что торг конечно не уместен. Мы согласны на ваши условия. Сколько человек вы поведете в бой?
  - Сто-сто двадцать автоматчиков, все обстреляны, свое дело знают. Среди них с десяток, с гранатометами.
  - Какими? - Спросил все еще бледный Топоев.
  - РПГ-18, 'Муха'.
  - Хорошо. Когда выходим в центр, для связи? - Георгий очень торопился закончить этот разговор.
  - В полночь. Пойдете как я уже сказал с бородой, и бойцом из его группы. Как действовать решите на месте. Бороде, я доверяю во всем. А пока у вас есть несколько часов для отдыха, борода вас проводит. - Отец Герман взял в руки лежащую на столе большую книгу, и неторопливо взялся ее пролистывать, полностью игнорируя посетителей. Стоявший все время за спиной Борода, уже другим, более дружественным голосом сказал: - Пойдемте мужики, отдохнете.
   Борода провел их на второй этаж гостиницы, проходя по длинному коридору, Георгий сразу понял, что почти все номера жилые, иногда из номера в номер как то уж наигранно расторопно перебегали женщины, с повязанными на голове платками. В коридоре пахло готовящейся едой, человеческим потом, и.... ладаном. Борода остановился около номера 228, дверь оказалась не запертой.
  - Заходите, располагайтесь. Еды вам принесут, на отдых у вас пять часов. - Борода нахмурился, и как то замялся. - И это.... Мужики без обид, но.... Мой боец постоит у дверей, так, для порядка....
  - Мы все понимаем, - Неожиданно мирно сказал Топоев. - Если бы ты не выставил охрану, то грош тебе цена как безопаснику.
  - Вот и прекрасно, - Борода улыбнулся здоровыми, хотя и слегка желтоватыми зубами. - Ну все, отдыхайте. - Он увидел что в коридоре уже показался боец, и пошел ему на встречу. Ненадолго задержавшись около охранника, и шепнув что-то на ухо, пошел к лестнице.
   Гостиничная комната, площадью квадратов шестнадцать, и заклеенная, похоже, еще советскими обоями, показалась очень уютной. Вдоль стен стояли две кровати, между кроватями грубо сваренная из железной бочки 'буржуйка' с выведенной в форточку трубой. Присев на кровать, Георгий сразу почувствовал как на него единым мощным ударом обрушилась вся накопленная за несколько дней усталость. Будучи вполне бодрым еще минуту назад, сейчас же он не узнавал сам себя.
  - Однако как взгляды меняются со временем, - Растянувшись на своей кровати, блаженно заговорил Топоев. - В довоенное время, будучи в командировке, я бы и посрать в этом гадюшнике не согласился. А сейчас? Более уютного места для отдыха, даже придумать невозможно!?
  - Звучит наверно глупо, но здесь я чувствую себя в полной безопасности, - Проговорил погружающийся в сон Георгий. - Интересно, в каждом городе есть такие.... правильные группировки? Ты глянь, эти еще и верующие. А как там наш, абазинский батюшка поживает?
  - Да нормально, наверное. Паствы у него заметно прибавилось, налогом мы его не облагали. А если честно особо в его жизнь не вникал. Что-то меня в сон начинает срубааать. - Широко зевая, сказал Топоев.
   Через пять минут, совсем древняя бабушка принесла кастрюлю с вареной, еще 'дымящейся' картошкой, соли, и две уже вскрытых, консервных банки кильки в томатном соусе. Это был настоящий пир. Топоев с Георгием были едины в том, что более вкусной картошки с килькой ранее не ели никогда. Сознание покинуло Георгия уже через секунду, после того как он прилег на кровать...
   ***
  
   После увесистого удара в плечо, Георгий все же проснулся. Казалось в теле болела каждая мышца, после проведенной в бездействии зимы, организм болезненно воспринял непрерывные физические нагрузки в течении целого дня. Прилагая титанические усилия к тому, что бы открыть глаза, он сел на край кровати. Топоев с Бородой, сидели на кровати лейтенанта и оба скалились.
  - Завидую такому крепкому сну, - Восхитился Борода.
  - А как тебя звать то? - Спросил Георгий, пытаясь в то же время настроить в глазах 'фокус'.
  -Нико... Да зовите Борода. Я уже к этому привык. Все так зовут.
  - Слушай Борода, а правда что ваши бригадиры все попы бывшие? - Георгию хотелось беседой, оттянуть время похода.
  - Не бывшие, а действующие пастыри овец православных, - ОЧЕНЬ серьезно ответил Борода. - Во главе нашего сообщества, стоит три рукоположенных священника. И благодаря той мудрости, которую им дал Господь, мы живы, и вполне счастливы.
  -Понял. Все понял, ты прости меня, если я что-то не то сказал. - Не понимая, за что извиняется, сказал Георгий. - Какой план действий? Как я понимаю теперь ты командир нашей группы?
  - С нами пойдет еще один мой боец, Степан. Он уже ждет нас в низу. Наша задача выйти к точке, где с наибольшей степенью вероятности будет брать ваша рация. Задача, надо сказать и простая.... И в то же время не очень. Пойдем вдоль улицы Крылова, - Борода некоторое время помолчал, словно подбирая правильные слова. - Есть у этого направления очень весомый плюс, а именно: на окраину города, выйдем уже через четыре километра, и ваша рация там наверняка заработает....
  - А минус? - Не моргая, глядя на Бороду, спросил Топоев.
  - Минус выражается в том, что на Крылова, частенько мелькают каннибалы.... Так что вести себя надо будет потише....
  -Численность каннибалов?
  - От двадцати до тридцати человек. В этой сумке, - Борода пнул ногой, лежащую на полу, видавшую виды сумку. - Все ваше снаряжение. Сразу посоветую ПНВ не брать, сегодня полнолуние, все прекрасно видно.
  - Еще раз уточню, - Глядя в глаза Бороде, сказал Георгий. - Выходим на связь с нашими, получаешь подтверждение моим словам, и назад, готовиться к атаке. Так?
  - Да, так. К четырем утра как раз наши разведчики вернуться. Уже будем планировать детально. Если честно, эта вылазка она так, для галочки. Уже наличие АПБ, спец аптечек и рации, говорит о том, что вы не из Абакана. Да и ваш рассказ о ходе боя, когда вас атаковали, полностью совпадает с данными наших разведчиков. И самое веское, что говорит в пользу того что отец Герман вам поверил, это тот факт что вы еще живы. Если бы он хоть на секунду в вас усомнился, вы были бы мертвы, - Борода улыбнулся, самой наидобрейшей улыбкой.
  - Здорово, внушает оптимизм, - Георгий криво улыбнулся. - А еще вопрос можно?
  - Конечно, только не требующий развернутого ответа. Уже пора бы выходить.
  - Что вы не поделили с бритыми? Что случилось такого, что жители одного города спустившись с гор, начали стрелять друг в друга?
  - Понимаешь Гоша, - Борода, говорил медленно, старательно подбирая слова. - Поначалу, и войны то ни какой не было. Просто две группы людей, почти в одно время вернулись в город, и продолжали выживать, кто как мог. Того что оставалось в городе вполне хватало, для жизни без войны. Мы даже одно время с открытым непониманием, наблюдали за политикой отца Германа.... Ну посудите сами, вокруг тишина, покой, к нам ни кто не ходит, а он дает команду обыскивать как можно больше помещений с целью поиска оружия. И это не смотря на то, что у нас уже был груженный оружием армейский Урал! Один смышленый сержантик, все же решил в нарушении приказа, в горы свалить. - Борода грустно улыбнулся. - Уже через четыре дня после спуска, когда люди только начали отъедаться найденными консервами, поступает распоряжение строить крепостную стену... Не понимали одним словом. Зачем все это? Пока к нам не перебежал от них, Степан. Тот, что пойдет с нами. Он то нам поведал об идеологии и образе жизни бритых, его слова моментально расставили все на свои места. Все пересказывать времени нет. Однако один момент озвучу, наиболее ярко характеризующих этих людей: из поверженных в кулачном бою противников, победителю изготавливают чучело, которое устанавливается в семейном зале славы. Так сказать украшает свой дом... - Борода, явно получал удовольствие, от того что его слушают, буквально раскрыв рот. - Ну какое общество можно построить с этими животными!? До сих пор не понимаю, как они на нас сразу не напали? Видимо Господь слышал молитвы отцов наших, и оградил нас от ворогов. - Едва шевеля губами, борода перекрестился. - Слава Всевышнему, что нами правит столь мудрый и дальновидный муж. Ну что с Богом?
  - Да, с Богом. Пойдем. - Ответил Георгий.
  - Без обид, молитвы это конечно хорошо, но грузовик с оружием, пожалуй, повесомее были... - Не удержался от колкости Топоев.
   Обрез, два АПБ, разгрузка. Ощущая все это на себе, Георгий почувствовал себя существенно бодрее, словно чашку кофе выпил. Своими глазами он поймал взгляд Топоева. Оба улыбнулись, как улыбаются друг другу, старые проверенные друзья. Что не говори, а ни что так не сближает как чужбина. Жестокий садист Топоев, совершенно не скрывающий своей болезненной страсти к пыткам, и вызывающий у Георгия лишь отвращение, сейчас казался ему практически родным братом.
   Проходя по коридорам гостиницы, создавалось впечатление, что находишься в средневековом замке. Во многом это ощущение, возникало от скудного света свечей, расположеных в небольших нишах в стенах через каждые пять-семь метров. Когда спустились на первый этаж, как будто послышалось церковное пение, однако внятно прислушаться не дал Борода, задавший быстрый темп ходьбы. Возле дверей, ведущих в кабинет отца Германа, по-прежнему неподвижно стояли охранники. От куда-то из вне, пришло неприятное предчувствие, что из этого похода вернуться не все....
   ***
   Степан стоял спиной возле широкого крыльца гостиницы. Стоял неподвижно, смотря перед собой в одну точку. Со спины, он не выглядел могучим воином, скорее наоборот, могло показаться, что стоит излишне высокий, сутулый подросток. Услышав шаги, Степан обернулся. Его лицо, заставило Георгия схватиться за рукоять, расположенного на правом бедре обреза. Причудливо сломанный когда то нос, вовсе не смущал, не вызывал удивления и давно заживший ожог по всей правой стороне лица. Но, короткий 'ежик' волос совершенно не скрывал, два очень ровных шрама, прямо на голове. Увидев реакцию Георгия, Степан сразу одел старенькую вязанную шапочку, после чего снял с плеча и взял в руки потертого вида полуавтоматический гладкоствольный карабин МР-153.
  - Не надо. Я свой. - Бесцветным голосом сказал Степан. - Меня зовут Степа.
  - Георгий. - Натянуто улыбнулся Гоша.
  - Лейтенант. - Выпендрился Топоев.
  - На службе был? - Спросил Борода у Степана, игнорируя остальных.
  - Да, конечно. Получил благословление от отца Германа. - Затем тяжело вздохнув, добавил. - Вот только исповеди он у меня не принял.... Сказал, что обсудим это при возвращении.
  - Хорошо. - Понимающе кивнул Борода. - Двинули, я впереди, Степан замыкаешь. Расстояние между нами два метра.
  
   Борода оказался прав, в эту на удивление безоблачную ночь, полная луна прекрасно справлялась с освещением. Пожалуй столь качественный свет не особенно то был и нужен. Максимально быстро пробежали открытую площадь перед крепостью. Достигнув первой девятиэтажки, Борода дал возможность немного отдышаться.
  - Будем продвигаться по левой стороне улицы, - Прекрасно слышимым шепотом сказал Борода. - Здесь почти все девятиэтажки уцелели, но во дворах бардака не меньше чем везде. Следуйте за мной след в след. И самое главное! Слушайте. На зрение особо не полагайтесь, главное слушать. Погнали.
   Боль и онемение в мышцах, как будто прошли. Борода задавал неожиданно быстрый темп перемещения. Один захламленный двор, сменялся другим. После каждой перебежки, протяженностью от пятидесяти до ста метров, прятались в руинах домов, либо за завалами из автомобилей, а то и вовсе падали на землю. И слушали.... Слушали все. Слушали весь мир. В ночной тишине мертвого города, слух казалось, обострился многократно. Можно было определить на каком этаже очередной девятиэтажки, копошиться выводок крыс или узнать еле ощутимый скрип покосившейся оконной рамы, на четвертом этаже. Пока все было спокойно. Они двигались словно призраки, наслаждаясь своей невидимостью, и радуясь новым, ранее не известным способностям слуха.
  Из сказки резко выбило доносящиеся из далека, эхо от выстрелов двух крупнокалиберных пулеметов. Сомнений в источнике звука и быть не могло: наши. Георгий, огорченный тем, что враз утратил столь ценные слуховые способности, подбежал к Бороде.
  - Слышь, давай на ближайшую девятиэтажку, попробуем на связь выйти? Наши в беде! - Получив в ответ утвердительный кивок, Георгий сиганул в первый подъезд 'панельки'.
   Четыре этажа он преодолел на одном дыхании, не смотря на кромешную тьму подъезда, и бардак на площадках. Через пять секунд его догнал Борода: - Гоша, на хуя так шуметь!?
  - Извини, но там...
  - Хули там? - Зло перебил Борода. - Давай в ту квартиру, попробуем связаться. А ты, - Борода обратился к бесшумно подошедшему Степану. - Проверь верхние этажи, если кого найдешь... Короче реши все вопросы.
   Дождавшись Топоева, Георгий включил рацию, ко все общему удивлению, связь была почти идеальной.
  -Большой три, это крот. Как слышите меня? Прием. Большой три вызывает крот, ответьте. Прием.
  -Слушаю крот, как у вас дела? - В бесцветном голосе, все же улавливалась некоторая напряженность.
  - Хорошо. Мы слышим выстрелы. Что случилось? Штурм? - Георгий и не пытался скрыть своего волнения.
  -Нет. Пока нет. Группа бритых, пыталась скрытно подойти, вот мы обозначаем свое жизненное пространство. Хорош уже о нас. Докладывай. - Приказал уже командирский голос.
  -Враги наших врагов готовы помочь нам, но разумеется не за так. Поговори с человеком отца Германа, он уполномочен вести переговоры. - Георгий передал рацию Бороде.
  - Здравия желаю подполковник. Зови меня Борода.
  - Здорова Борода. Ну, порадуй старика. Что скажешь?
  - Твой парень, со славным православным именем Георгий, очень по сердцу пришелся отцу Герману. Так по сердцу, что решили помочь вам в вашем благочестивом деле. - По заросшему лицу Бороды, не возможно было понять, серьезно говорит или кривляется.
  - Та-а-ак. А дальше?
  - Но пойми нас правильно, наша помощь будет сопряжена людскими и материальными затратами...
  - Я правильно все пойму, скажи что вам нужно, мои бойцы сразу начнут откладывать ваше.
  - 'Абаканы', 'ВАЛы', есть? - Взглянул на Георгия, спросил Борода.
  - Нет, чего нет того нет. Калашниковых много, всяких. Борода, без обид ну давай к делу, я не торгаш, перечислять ассортимент не буду. Я слушаю.
  - Хорошо. Нам нужно двести пятьдесят АК-74, восемьдесят тысяч патронов, 'пятерок'. Пятнадцать РПК... Как мне уже сказал Георгий, у вас только 74-е?
  - Угу. - Рыкнул Петрович.
  - Жаль. Так вот, РПК нужны в количестве 15 штук... И к каждому еще добавим по сотне 'пятерок'.
  - Это все?
  - Почти. Каждый использованный нами гранатомет или гранату, вы должны возместить тремя. Согласны?
  - Прежде чем я тебе отвечу, расскажи за что, я плачу такую цену.
  - За сто двадцать, не робкого десятка, сработанных и обстрелянных автоматчиков. Без лишнего бахвальства скажу, мужики дело знают. Так как?
  - Договорились. Через час все ваше будет готово. Слово офицера. Ваша задача, зайти в тыл основной ударной группе. Детальная координация действий, при следующем сеансе связи.
  - Отлично. Свяжемся через несколько часов. Конец связи.
  - Не спеши отключаться Борода. - Голос Петровича приобрел угрожающие интонации. - На первый взгляд, может показаться, что наше положение безвыходное. Однако выбор есть всегда... Если я почувствую гнильцу с вашей стороны, сделки не будет. И даже если в живых останусь я один, забудь о том, что бы спать спокойно. Мы понимаем друг друга?
  - Я думаю, хорошо понимаем. Товарищ подполковник, мне не нужно грозить. Пройдет немного времени, и мы еще станем добрыми друзьями. Да поможет нам Бог, в нашем общем деле.
  - Хорошо бы если так. Конец связи.
   Борода отдал рацию Георгию, а сам прямо светился от радости. Топоева же раздирала на куски внутренняя борьба эмоций, впрочем, ему удалось удержать ураган страстей внутри, но в сторону Бороды он старался не смотреть. Неожиданно появился из тьмы Степан, и очень спокойно сказал: - Их трое, один минуту назад зашел в подъезд. Двое на улице, держат выход на прицеле.
  - Они услышали... - Поникнув предположил Георгий. - Их так и было трое? Ни кто не уходил?
  - Трое, - Глядя только на Бороду, подтвердил Степан. - Будем дальше базарить?
  -Степа, встреть того что в подъезде, дай нам пять минут, будем атаковать нижних по твоему сигналу, - Шепотом, но очень резко сказал Борода. - Вы двое, за мной. И чтоб тихо.
  - Есть, тихо. - Сплюнув под ноги Бороде, сказал Топоев. При этом смотря ему в глаза, явно вызывающе. Выяснять отношения Борода не собирался. Он направился следом за исчезнувшим во тьме Степаном.
   Они вышли на площадку подъезда максимально тихо. Даже не шли а аккуратно переставляли ноги, с последующим переносом массы тела. Степан растворился в темноте, где то на лестнице ведущей в низ. Борода же, уверенно шел к противоположной квартире, благо все двери уже были выбиты. В помещении уже привычный и какой-то одинаковый бардак. Прошли на кухню, окно которой выходило на противоположную от подъезда с засадой сторону. Перешагнув через окоченевший трупп мужика, Борода снял прикрепленную к снаряжению веревку, один конец которой, привязал к чугунной, еще советской батареи.
  - Спускаемся, максимально тихо, - Еле слышным шепотом сказал борода. - Я ухожу на право, вы на лево. Окружаем их, и мочим. Степа просигнализирует время атаки, он увидит когда мы займем позиции. Гоша дай один АПБ.
  - Только с возвратом. - Георгий передал, запасной АПБ изо всех сил подавляя в себе внезапно проснувшуюся 'жабу'.
  - Ну все. - Борода махнул рукой, и пошел на спуск.
   Дождавшись пока Борода достигнет земли, Топоев жестом дал понять Георгию, что он следующий.
  -По веревке то спуститься сможешь?
  -Я тебе че, девочка из пансионата? - Рыкнул Георгий, забирая из рук Топоева веревку.
   Вспомнив кадры из фильмов про спецназ, Георгий уперся ногами в стену, и осторожно пошел на спуск. 'Блядь, опять пацанский гонор все портит! Даже перчатки не догадался попросить... Руки-то как режет! И вообще... Тяжело как-то. Хорошо хоть этаж четвертый.' Затратив на спуск минуту времени, Георгий все же спустился на долгожданную землю. Где принялся разминать, 'горящие' руки. Словно тень, за спиной возник Топоев. На жестах дав понять, что бы Георгий следовал за ним, направился вдоль стены, в обход дома. 'Ночь, сухая трава, кустарники, прямо как в детстве когда в войнушку играли'. - Все же успела промелькнуть идиотская мысль.
   Перенос ноги, установка стопы на твердую опору, перенос массы тела. При этом, ни каких резких движений, и желательно не дышать. Следуя таким не хитрым правилам, они обогнули один угол дома, и приблизились к тому, за которым размещалась засада. Топоев осторожно присел на корточки и выглянул за угол. Оценив обстановку, он жестом дал знак, что бы Георгий приблизился.
  - Гоша передвигаемся ползком, вдоль кустов у дома и куч мусора. - Топоев говорил даже не шепотом, а буквально вдыхал слова в ухо Георгия: - Бьем по сигналу Степана. - Георгий в ответ коротко кивнул.
   Дальнейшее передвижение ползком, судя по ощущениям, заняло ни как не меньше пары часов. Но к чести крадущихся, ночная напряженная тишина, не нарушалась ни одним посторонним звуком. Сигнал к атаке, поданный Степаном, балансировал на грани идиотизма и гениальности. Георгий даже вздрогнул, от нежданного крика Степана доносящегося из дома: - Твою мать, они в доме! Борода, давай к выходу я их задержу!
   Георгий с Топоевым, даже не подпрыгнули. Презрев закон притяжения, они буквально взлетели. То что произошло дальше был вовсе не бой. Двое стрелков, взор которых был направлен на проем подъезда, вероятно даже не поняли что их убило. Девять приглушенных хлопков, издаваемых АПБ, поставили точку, в столь непродолжительном, противостоянии. Пока Топоев, всаживал убитым по пули в голову, как он сказал : 'Для душевного равновесия и успокоения нервов', Борода направился в подъезд. Через минуту из дома вышли трое: Борода, Степан, и пленный со связанными за спиной руками. Что сразу бросилось в глаза, так это напряжение Степана, он словно чего-то стеснялся, или стыдился.
  - А пленный то зачем? - Задал идиотский вопрос Георгий.
  - Это не пленный, - Твердо сказал Степан. - И пытать его никто не будет.
  -Это почему же? - Со всей серьезностью, поинтересовался Топоев.
  - Степа, ты что несешь? - Поддержал Борода.
  Пленник, коренастый мужик возраст которого колебался между двадцати пяти-сорока годами, вел себя удивительно спокойно. Два заживших шрама на голове, красноречиво говорили о его положении, в новом обществе. Он медленно закивал головой, и с уважением произнес: - Молодец, Степан. Я всегда знал, что ты мужик. Наших патрулей по близости нет. Мы можем все решить здесь.
  - Вы о чем вообще? - Георгия бесило полное непонимание разговора.
  - Борьба за лидерство. - Словно находясь под гипнозом произнес Степан.
  - Ты уже убежал однажды от боя со мной, - Пленник дьявольски улыбнулся. - Что, святоши научили тебя не бояться?
  - Да, именно этому они меня и научили. - Степан освободил пленному руки.
  - Степа, ты совсем ебанулся? Что за цирк? - Борода был просто взбешен.
  - Вам ни когда не понять всю сладость борьбы за право называться мужчиной. - Сказал пленный, раздеваясь до пояса.
  - Влад, я не могу пообещать тебе жизнь в случае твоей победы. Ты, вероятно, слышал наш разговор, и ты должен умереть.... - Степан обратился к пленному по имени, с очень теплой, дружеской ноткой в голосе.
  - Я все понимаю, и я благодарен тебе за бой перед смертью. - Влад протянул руку Степану, и они обменялись крепким рукопожатием.
  - Еб твою мать, Степа. Да я ему прямо сейчас башку снесу. - Ствол АПБ, борода направил на Влада. - Но цирка точно не будет.
  - Он прав Борода, ты ни поймешь этого. Но я должен сразиться с ним в рукопашном поединке. Влад, мой старый соперник, мы должны закончить, начатое очень давно.
   Борода уже было опустил пистолет, словно поняв что то сокровенное. Тем временем Степан и Влад начали готовиться к поединку, которому все же не суждено было состояться. Когда Влад уже занял боевую стойку, за его спиной раздался негромкий хлопок. В тот же момент, лицо пленного как будто лопнуло, упав на землю, он конвульсивно перевернуться на спину. Левая половина лба, представляла собой сплошное выходное отверстие. Произведя выстрел, Борода отдал пистолет Георгию. Затем подошел к Степану и провел резкий и очень профессиональный хук справа. Степан хотел было увернуться, но не успел. Удар пришелся на стык челюстей, и моментально отправил несостоявшегося бойца в нокдаун. Секунд двадцать Степан приходил в себя. Стоявший рядом Борода, спокойным ровным голосом сказал: - Собирайся, пора идти. Еще раз ослушаешься меня в походе, биться до смерти в рукопашном бою, будешь со мной.... Ебучий фанатик.
   Возвращались на базу, другим маршрутом, что бы избежать возможной засады. Пришлось здорово отклониться в сторону базы бритых. Во время монотонных перебежек, Георгий думал лишь ободном: 'Лишь бы не нарваться на бритых, только не на них. Пока все складывается очень удачно, не загубить бы'. И эта мысль оказалась материальной, бритых они не встретили....
  До базы оставалось не более полутора километров, они уже вышли на центральную улицу Щетинкина, и держались дворов на правой стороне. Идти было интересно, вид открывался достойный кисти Сальвадора Дали. Слева остатки некогда больших девяти и двенадцати этажных домов, огромные и несколько вытянутые курганы. Справа частный сектор, неестественно равномерно посыпанный кирпичом и прочими мелкими обломками строительного мусора. Когда позади, остался двухэтажный, сложенный из бруса особняк, а до развалин многоэтажки расстояние составляло около пятидесяти метров, случилось непредвиденное. Что-то за спиной Георгия отчетливо и очень громко щелкнуло. Стон Степана, прилагающего титанические усилия, для того что бы сдержать крик боли, звучал нестерпимо громко. Запоздало увидев ловушку, Степа почти успел выдернуть ногу из захлопывающегося капкана, почти.... Клешни сомкнулись практически отрубив одну треть от стопы. Топоев и Борода, даже не подумали помогать Степану. Спрятавшись за ближайшие укрытия, они приготовились отразить нападение. Степан с помощью Георгия, разжал капкан на медведя, коротко прокомментировав: - Все. Пиздец. Потерял стопу.
  Затем достал из нагрудного кармана, упаковку 'нурофена' и проглотил сразу четыре таблетки. По виду раненого, можно было подумать, что не особенно то и огорчен, словно такое бывало уже не раз. Перехватив поудобнее свой дробовик, очень буднично сказал Георгию. Приготовься, скоро каннибалы атакуют. - В тишине ночи, возникли едва слышимые шорохи, и они перемещались. От куда-то сзади прокричали: - Один из вас уже попался, нам его хватит! Мы дадим вам уйти! - Короткая очередь из Калашникова Бороды, прозвучала вместо ответа.
  -Степа. Идти сможешь? - Спросил Борода.
  -Да.
  - На одиннадцать часов, куча мусора. Ты и Гоша, вперед. Мы прикроем. - Едва Борода закончил говорить как тут же дал короткую, в три патрона очередь куда-то в перед.
   Перемещались быстро, на удачу. Будь капканы установлены чаще, переломались бы все. В свете луны и суматохи боя, враг виднелся везде. По пути к груде из обломков строительных панелей, Георгий уже расстрелял принятое за врага дерево, и остатки мотоцикла. Степан же проявлял чудеса самообладания: шел довольно шустро, совсем чуть-чуть прихрамывая. Его дробовик пока молчал. Когда добрались до места, расположение противника прояснилось. Били с четырех стволов, два спереди в направлении двенадцати часов, и два сзади, на пять часов соответственно. Но полагаться на то, что стрелка именно четыре, все же не стоило. Заняв оборону за кучей мусора, Георгий со Степаном принялись палить в обе стороны, стараясь прикрыть своих. Прикрытие было скорее психологическим, на расстоянии более пятидесяти метров, картечь дробовика, или патрон АПБ, если и могли сразить противника, то только по чистой случайности. Однако противник вдогонку особо не спешил, что являлось не очень хорошим признаком, говорящим об окружении. Когда Борода и Топоев достигли временного укрытия, Борода мгновенно выдал: - Через сотню метров, на десять часов, стоит здание с уцелевшим первым этажом, бежим туда, занимаем оборону и ждем наших, выстрелы они слышали, наверняка выслали разведчиков. Все ходу!
   Рассыпавшись цепочкой, и периодически стреляя в сторону противников, которые заметно попритихли, они побежали к большому кургану. Который как оказалось является еще и частично уцелевшим зданием. Подобравшись ближе к руинам, отчетливо увидели вход, больше похожий на нору зверя. Георгий включил небольшой фонарь, и держа его в левой руке подпирающей правую с пистолетом, прошмыгнул первым. Оказавшись в просторной, квадратов семьдесят, комнате, огляделся и прокричал: - Чисто!
   Буквально в следующий момент все оказались в так называемом здании. Из захламленной торговым оборудованием комнаты два проема вели вглубь строения.
  - Степан и Гоша, проверьте смежные комнаты. - Скомандовал Борода, из которого природные задатки к лидерству просто выпирали наружу.
   Георгий кинулся к правому проходу, и с облегчением обнаружил тупиковую комнату. Тот факт, что в ней валялся полуистлевший труп, нисколько не напрягал. В соседней же комнате, подряд прогремели несколько выстрелов МР-153. В голове мелькнуло: 'четыре выстрела, почти вся обойма'. Георгий подбежал к косяку проема, и не выглядывая крикнул: - Степа! Живой?
  -Да, давай сюда, пойдем дальше! - Наигранно спокойно ответил Степан.
   В комнате зачищенной Степаном, лежали два трупа. Оба в потертых кожаных куртках. И оба.... Практически без голов.
  - Это ты так проконтролировал? - Спросил Георгий.
  - Ага, уж как умею, - Степан дослал патрон, и дозарядил еще один. - Ты слева, я справа, и не спеша.
   Перемещаясь в полуприсяде, заняли позицию по краям, возле входа в следующее помещение. Таким образом, Георгий находясь по левую сторону, от прохода, как бы из укрытия просматривал правую сторону комнаты, а Степан соответственно наоборот. Следующее помещение, представляло собой довольно большой торговый зал. Раньше здесь располагался продуктовый магазин, сейчас же об этом напоминали лишь перевернутые и разбросанные морозильные лари, холодильники, торговое оборудование. Почти весь пол был усыпан битым стеклом, поэтому бесшумное передвижение, становилось проблематичным. Когда прошли половину зала, в одном из двух проходов впереди что-то мелькнуло. Реакция Степана оказалась молниеносной, заряд картечи, посланный в проем нашел свою цель. Последовал вскрик, и быстрые удаляющиеся шаги. Подбежав к проему, Степан произвел еще два выстрела в темноту, наугад. Георгий тем временем проверил соседний дверной проем, помещение с обвалившимся потолком оказалось тупиковым.
  - Гоша, что там? - Спросил Степан, готовый продвигаться дальше.
  - Ничего, обвал. Ну то есть тупик.
  - Везет тебе на тупики, в отличии от меня. Давай за мной.
   Следующее помещение, представляло собой коридор ведущий на улицу. Не добежав до выхода буквально пары метров, на полу валялся стенающий подранок. Облегчив страдания выстрелом картечи в голову, Степан спокойно сказал: - Гоша, скажи нашим, что второй выход мы контролируем. По крайней мере пока.
   Не успел Георгий сделать первого шага, как со стороны, где остались Топоев и Борода, раздались выстрелы. Через мгновенье прогремел взрыв. Взгляды Георгия и Степана пересеклись.
  - Держи, обойма полная, - Сказал Георгий, отдавая Степану АПБ. - Бог даст, не пригодиться.
   Получив в ответ, кивок головой. Георгий побежал в сторону боя. Когда Георгий оказался на месте, интенсивность стрельбы, стала на порядок ниже. Противостояние перешло позиционную стадию. По обе стороны от выхода на улицу, стояли Борода и Топоев. Но 'говорил' чаще Калашников Бороды, ибо - повесомее. Гоша подбежал к Топоеву сразу выпалил: - На противоположном конце здания еще один выход, там Степан. Что мне делать?
  - Вот, держи, - Сказал Топоев, передавая две 'эфки'. - Возвращайся к Степе, нам остается только ждать помощи. Ориентируйтесь по обстановке. Если будет совсем горячо, взрывайте выход к ебеням, и дуйте к нам. Все. Пошел.
   Георгий немного заторможено взял гранаты, приятная тяжесть от которых, как будто придавала сил. Затем опомнившись, рванул к Степану. Тишина, стоявшая возле выхода подконтрольному Степану, была какой-то нехорошей, не предвещающей ни чего доброго. Добежав до места, Георгий выдохнул: - Вот. Гранаты. Две. Антон говорит если что, взорвать проход, и идти к ним. Вчетвером-то полюбому их сдержим.
  - Здесь стены несущие, - Сказал Степан, не отрывая взгляда от выхода. - Даже с учетом обветшалости здания, не факт что 'фками' сможем порушить. А просто так просрать гранаты, жалко очень.
  - Ну и что ты предлагаешь? Сидеть здесь? Ждать когда они нас коктейлями Молотова закидают? - Спросил Георгий, пряча одну гранату в карман, а вторую отдав Степану.
  - Именно это и предлагаю, - Процедил Степан. - А твой лейтенант хуйню сморозил, посоветовав обрушить потенциальный путь отхода. Хотя что еще ждать от мента!? Ждем наших. Все.
   Георгий занял место для обороны, и проверил АПБ. В голове крутился ворох мыслей: 'Ага, ваших ждем. Кого это ваших? Да у тебя наши, сегодня одни, а завтра совсем другие. Эх, занесло же меня. И все-таки как же прекрасно было зимой. Лежал себе с подружкой возле печи, изредка гопоту постреливал. Красота! А сейчас? Один сплошной головняк, ждем подмоги, для того что бы через несколько часов снова в бой кинуться! Да уж, не так я себе все представлял... Даже завидую тем, что с Петровичем, возле пулеметов сидят. Дожился'. Вслух же Георгий только спросил: - А че так тихо? - В ответ, Степан лишь приложил указательный палец к губам.
   Через несколько минут, активного прослушивания. Георгий уже отчетливо различал звуки шагов, противник как бы перестраивался для новой атаки. Однако против ожидания, выстрелы раздались, в тылу врага. То как дружно ударили автоматы, придавало некую демоническую радость. Сомнений не было, помощь пришла.
  - Будь внимателен, - Крикнул Степан. - Кто-нибудь обязательно попытается здесь скрыться.
   Едва он успел договорить, как в проход ворвался мужик. Он бежал по коридору, и одновременно стрелял в пространство перед собой. Георгий со Степаном, на выстрелы не отвечали, разумно решив не раскрывать своих позиций. Когда отчаянный мужик, пробежал в комнату у него кончились патроны. После нескольких щелчков, он отпрыгнул в сторону, и принялся перезаряжать оружие. Луч от фонаря Степана, осветил беглеца: среднего телосложения, мужчину в годах, слегка трясущимися руками пытающегося перезарядить СКС.
  - Хороший карабин, - Спокойно сказал Степан. - Один недостаток - перезаряжать долго...
  - Мужики, я вам не... - Договорить беглец не смог. Заряд картечи пробил грудную клетку.
   Погасив фонарь, и дослав патрон, Степан занял прежнюю позицию. Скоротечный бой на улице, шел к завершению. Когда умолкли последние выстрелы. С улицы раздался голос: - Степан, Борода! Это свои, не стреляйте!
  - Фин? Это ты? - В свою очередь окликнул Степан.
  - Ну а кто ж еще? - Уже заметно веселее крикнул человек с фонарем, появившийся в проходе. - Ты же, как ребенок маленький, обязательно на улице в говно какое-нибудь наступишь.
  - А ты почти прав, только не в говно, а в капкан попался. - Степан осторожно, встал в полный рост. - Ну что, пошли домой?
  - Сейчас пойдем, ребята еще пошарят хорошенько. - Приблизившись, Фин крепко обнял Степана. Георгий сразу понял почему этот мужчина носит такое странное прозвище. Внешне, Фин как две капли воды походил на одноименного персонажа фильмов про охоту и рыбалку.
  - Как трогательно. - Сказал появившийся из тьмы Борода. - Вот-вот заплачу. Че так долго?
  - Почему долго? Как обычно... - Поникшим голосом ответил Фин.
  - Как обычно. - Передразнил Борода. - Пленные есть?
  - Нет. Мы всех перебили. - Фин бурчал, опустив голову.
  - Отвратительная работа. - Голос раздался из далека. Спустя несколько секунд, в сопровождении двух бойцов появился Топоев. - Ночью ударить в тыл, и не взять пленного!? Ну я не знаю!
  - Слушай, друг. - Фин, начинал накаляться от того что им все не довольны. - Мы, между прочим, ради вас жизнями рисковали. Мог бы спасибо сказать.
  - Вот взял бы пару пленников, из тех, что по мне стреляли, я бы тебя просто расцеловал. - Топоев имел очень не довольный вид. - А так... Слушай, а тебе ни когда не говорили, попробовать в комедии сняться? Про охоту? - Один из бойцов рядом с Топоевым, с трудом подавил смешок.
  - Да пошел ты в жопу. - Глядя в глаза процедил Фин.
  - Ну все-все. Горячие... - Георгий осекся. - Кхм. Ребят, давайте дружно пойдем на базу. Ну вот между собой еще драки не хватало. Антон, это в первую очередь тебя касается. Если ты ни кого не убил и не замучил, это не значит что виной тому Фин. Ну честное слово! Борода ну скажи что-нибудь.
  - Некогда разговаривать. Выходим.
  
   Глава 11
   В кабинете отца Германа как обычно царил полумрак. Шестеро человек, а именно: Георгий, Топоев, Борода, Фин, Отец Герман и его ближайший сподвижник Отец Алексей, вот уже пол часа как активно обсуждали план наступления.
  - И все же повторюсь, - Не унимался Топоев. - Выступать нужно немедленно. Чего ждать? Нам все известно: численность противника, расположение ударных групп, время патрулей. Одним словом - все. Чего вы еще хотите ждать?
  - Атаки. - Коротко ответил, огромный, медведеподобный, Отец Алексей. В черной рясе, он казался просто невообразимо большим.
  - Атаки? - Непонимающе спросил Георгий.
  - Ты все слышал парень. Когда начнется наступление бритых, у нас еще будет приличный запас времени. С наскока, ваших не взять. - Отец Алексей медленно потирал набитые казанки. - И когда, бритые целиком и полностью, будут поглощены битвой... Вот тут-то мы и ударим в тыл, по наиболее сильной группе. А может быть и по нескольким группам. В этом сражении, как вы понимаете, у нас свой интерес. А именно: истребить максимальное количество живой силы бритых. А оставшихся в живых, уже перевоспитать будет намного проще.
  - Я просто в восторге от братьев христиан!? - Воскликнул Топоев.
  - А вот этого не надо. - Огромные руки, сжались в кувалдободобные кулаки. - Очень прошу тебя лейтенант, следи за словами. Оскорбление в свой адрес я прощу, но оскорбление церкви...
  - Пока мы будем готовиться к бою, там наши на себя основной удар возьмут... Хорошая помощь, нечего сказать. - Глядя на отца Германа, проговорил Георгий. - Вы уж скажите прямо, нас-то выпускать собираетесь? Думаю уже можно сказать правду. Меня и Топоева, вы убиваете прямо сейчас. Когда разобьете бритых, нас легко можно списать на боевые потери. Наши открывают вам склад, и вы перебьете всех. Так? Угадал?
   Вместо ответа отец Герман медленно встал из-за стола, подошел к Георгию, и совсем не по-стариковски, быстро и мощно, ударил тыльной стороной ладони Георгия по лицу. От чего тот часто заморгал. Сидящий рядом Топоев, уже сжал руку в кулак, но Георгий не дал ему ни чего сделать. Крепко сжав левой рукой его плечо. Тем временем отец Герман вернулся на свое место. Сидящие рядом Фин, Борода, и отец Алексей, упорно делали вид что ни чего не замечали.
  - Ты, юноша, очень многое себе позволяешь. - Заговорил отец Герман. - И очень многое путаешь. Мы - не бандиты какие то. И грабежом, сроду не занимались. Я бы тебя попросил. Не рассуждать вслух, в меру своей испорченности. Я думал ты умнее и... чище. Но все же повторюсь. Это ваш склад оружия. Вы - представители легитимной власти в Абазе. И я очень надеюсь на союзнические отношения с вашим городом. А это гораздо важнее, чем сиюминутная прибыль. Ясно?
  - Все ясно отец Герман, - Ответил Георгий потирая щеку. - Простите, просто на выручку нашим никто особо не рвется... Вот и лезет в голову всякое...
  - Отец Герман, Позволите? - Кивком головы, Борода получил разрешение говорить. - Антон, вот ты говоришь выступать немедленно. Ну, выступили мы. А дальше что? Мои ребята конечно хороши. Но не столько, что бы в количестве ста двадцати человек, идти на семь сотен. Как ты видишь дальнейшее развитие событий?
  - Семь сотен говоришь? - Презрительно сказал Топоев. - Звучит конечно жутко. Но! Ты как то упустил, что эти семь сотен, рассредоточены по кругу три километра в диаметре. А непосредственно ударная группа насчитывает четыреста человек. Я правильно говорю?
  - Я понимаю, к чему ты клонишь. - Вставил Борода. - Но в прочем, не перебиваю.
  - Так вот, имея в распоряжении сто двадцать автоматчиков, плюс гранатометы. И умело используя фактор внезапности... - В глазах Топоева явно читалась жажда битвы. - Мы легко сможем разбить основную ударную группу. А также рассеять остальных, которые сейчас сидят на своих постах, и прибывают в спокойствии от того, что они на приступ не пойдут. А когда вы получите гранатометы от нас, в том количестве что вы у нас запросили. - Топоев многозначительно посмотрел в сторону Бороды. - Истребление бритых станет вопросом двух-трех дней. И все. Город ваш. Если конечно какие-нибудь тувинцы не захотят к вам перекочевать. Но опять же при наличии пулеметов и это не проблема. Ну что? Где я сказал хоть одно неразумное слово?
  - И тот факт, что во время боя нас будут поддерживать крупнокалиберные пулеметы, весьма повышает наши шансы на победу. - Вставил Георгий.
  - Риск. Очень большой риск. - Начал громыхать своим голосом, отец Алексей. - Антон, твое видение боя наполнено верой в везение, и опирается на героизм. А ты подумал что будет, если мы не разобьем бритых? Увязнем в бою. Это будет крах. Для всех. Ваши, рано или поздно перемрут с голоду. Наших, перебьют уже на следующий день, когда поймут что лучшие бойцы уже мертвы. Я тебя прошу. По-товарищески прошу, будь разумным.
  - А идти убивать вооруженного человека, всегда рискованно и довольно опасно. - Отчеканил Топоев. Отец Алексей на это высказывание лишь скорчил траурное выражение лица и развел руки в стороны.
  - Отец Герман, как я понимаю последнее слово за вами? - Глядя в одну точку, спросил Георгий.
  - Ты все правильно понимаешь. - Задумчиво сказал отец Герман, смотря на настольные часы. - Уже пять утра. Алексей, возьмешь Фина с Бородой, и проконтролируете готовность парней к выступлению. Как убедишься что все в порядке, дай время отдохнуть. Предположительно до заката. Пусть поспят.
  - Но так нельзя! - Гневно возразил Топоев.
  - Не тебе решать как можно и как нельзя. - Прорычал отец Алексей.
  - Значит так вы соблюдаете договоренности? - Взгляд Топоева впился в Алексея.
  - А вот этого не надо! - Запротестовал Борода. - С подполковником мы договаривались о том, что ударим в тыл противника. И мы ударим!
  - С вашего позволения, я продолжу, - Мрачно сказал отец Герман. - Если приступ начнется днем, мы выступим на помощь в следующий момент... В случае же тишины, выдвигаемся после заката. Алексей, поведет вас лично. Так как в вопросах войны, он наиболее искусен. Координацию действий с осажденными, произведете на месте. Пока все. Да поможет нам Бог.
  - Ну что ж... - Топоев медленно растирал виски. - Все плохо, но выбора похоже нет.
  - Да и еще, - Отец Герман продолжал смотреть на часы. - В двенадцать дня, состоится молебен, о даровании победы нашим войнам. Я вас больше не задерживаю.
   ***
   Большой танцевальный зал гостиницы, представлял собой причудливое сочетание складского помещения, СТО, и производственного цеха. Причем если склад, хоть как-то обозначался стенкой, собранной из торгового оборудования, СТО и цех имели границу чисто символическую. К примеру, рядом с разобранным японским микроавтобусом, стоял токарный станок. В пяти метрах от станка, полным ходом шли сварочные работы, и совсем рядом мужчина с грязнущим лицом, увлеченно возился с небольшим генератором. Но Георгия с Топоевым интересовало другое, а именно большая группа людей, находящаяся с самом конце танцевального зала. Когда они подошли к толпе поближе, стало ясно, что с этими людьми им предстояло идти в бой, и вполне возможно умереть.
  Каждый человек возился возле своей кабинки, Георгий отметил, что замки на них отсутствуют. Около половины бойцов, положили у своих ног бронежилеты. Многие снаряжали магазины, иные, разложившись на табуретках, чистили и без того вычищенное оружие. И абсолютно всех объединяла, некая неестественная серьезность. Георгий хорошо запомнил сборы ребят в Абазе, когда многие пытались разрядить напряжение кто шуткой, кто анекдотом. У многих нервозность преобразовалась в восхищение Петровичем. А тут, даже разговоров нет. Все просто заняты своим делом. Но в воздухе все же витала некая напряженность. Вот уже около часа они бродили по территории верующих, но на них абсолютно никто не обращал внимая. Их игнорировали все. Первым не выдержал Топоев, он подошел к коренастому мужчине средних лет, который внимательно перебирал в руках пластины к бронежилету.
  - Уважаемый, а чего тут у вас все такие серьезные? Если не секрет конечно.
  - Времена нынче особые, несерьезные долго не живут. - Ответил мужик, даже не взглянув на подошедших.
  - Хорошо, задам вопрос по-другому. - Топоев понемногу заводился. - А че это на нас, даже не смотрит никто? Неужели рожами не вышли?
  Мужик оторвал свой взгляд от пластин, и внимательно посмотрел сначала на Топоева, потом на Георгия. После секундной паузы лаконично ответил: - Не вышли.
  - Может обсудим этот вопрос подробнее? - Взгляд Топоева начал темнеть.
  - Антон уймись. - Процедил Георгий. - Не хотят с нами разговаривать, это их право. Никто нас тут развлекать и не должен.
  - Не должен. - Согласился Топоев.
  - Извините. Просто нервы уже лечению не поддаются. - Георгий с усилием улыбнулся наблюдающему за ними мужику.
  - Меня Николаем зовут. - Неожиданно потеплел мужик. - Я в группе Фина состою. Знаете такого?
  - Ага, уже познакомились. - Топоев просиял. - По-моему мы не очень друг ругу понравились.
  - Так вот, - Усмехнувшись, продолжил Николай. - Тут дело не в симпатиях, и даже ни в том что вы чужие для нас. Просто наличие многолюдного сообщества, представители которого находятся рядом, несколько напрягает. Уж извиняюсь за откровенность. Сейчас нам с вами по пути, а что будет дальше? Поймите правильно мужики, о вас пока плохо ни кто не думает, однако из оставшихся в живых, приличных людей очень мало, критически мало. Так что уж не обессудьте.
  - Это мы как раз хорошо понимаем, - Быстро согласился Георгий. - Просто... Как то стремно внутри. Дело в том, что с того момента как мы вышли из Абазы, не покидает чувство... Ну... Короче, словно в тылу врага находимся. Ни одного дружественного контакта не было. Как по щелчку пальцев все вдруг в момент одичали. И вот, когда у нас наконец появились вменяемые союзники... В общем, и тут нам не рады. Грустно все это.
  - Я сожалею, что так все сложилось. - Смуглое лицо Николая, и правда помрачнело. - Но помочь ни чем не могу. Вы сами себе такой путь избрали. Может в нашем общем будущем, если таковое все же будет, мы станем гораздо ближе. А сейчас... Так как есть. Но в одном можете быть уверенны, в бою, каждый наш воин, будет вам как за брата.
  - Ты это... Уж извини если я как то не так с тобой разговаривал. - Топоев достал из нагрудного кармана пачку папирос.
  - Да нормально все. - Быстро ответил Николай. - А как пачку назад спрячешь, все станет просто отлично. Не курят у нас.
  
  Бывший малый зал для банкетов, а ныне действующая церковь, внутренним убранством больше походил на сельскую часовенку. Иконы самых разных размеров, полностью закрывали стены и потолок. Свет исходил лишь от свечей и лампад. Несмотря на то, что подавляющее большинство прихожан были мужчины, церковь словно разделилась на две половины, правую - мужскую, и левую - женскую соответственно. И эту невидимую грань, ни кто не смел нарушать. Первое чувство неловкости овладевшее Георгием, когда он вошел, быстро улетучилось. Находясь здесь, в этом теплом помещении, среди мужчин с которыми ему предстояло идти в бой, ему показалось что он вот-вот поймет нечто, что то такое, о чем раньше даже и не задумывался никогда. И еще это блаженное, и такое редкое чувство безопасности. Он знал, что в ближайшие тридцать сорок минут, никакого ЧП точно не произойдет, может быть глупость, но он в это верил. Молитв, которые отец Герман читал на церковнославянском, Георгий не понимал. Но ему хотелось их слушать. 'Странно, раньше как то не заморачивался по религии, а сейчас... Хотя, это все наверное объяснимо. Когда кругом тысяча возможностей умереть, вера в защиту свыше, просто необходима. С ней легче выжить... Да и умирать, вероятно тоже полегче. И вообще все это действо, какое-то... Правильное что ли. Ну просто я же это чувствую, что помолиться перед боем, это правильно. Возможно поможет, но не навредит точно.' Георгий огляделся вокруг, все очень серьезные, в передних рядах стоящих, находился Борода, рядом Фин, чуть в стороне мужик с которым они с Топоевым недавно беседовали, Николаем зовут. Отец Алексей помогал во время молебна отцу Герману, который рядом с ним казался совсем маленьким, словно подросток. Топоева Георгий так и не обнаружил, тот наотрез отказался идти на молебен заявив: 'Извиняй Гоша, но вера в бронипластины, и автомат Калашникова, у меня все же побольше чем... Ну, ты меня понял.' После крестоцелования, Георгием завладело некоторое унынье, понять что-то очень важное так и не удалось...
  После молебна Георгий поднялся в комнату, что выделили им с Топоевым. Физические нагрузки вкупе с психологическими выматывали невероятно. Георгий прилег на кровать, хотелось немного передохнуть. В голове мелькнула предательская мысль о том, что ему бы очень не хотелось выступать в бой прямо сейчас. 'Ну хоть пару часов отдохнуть... Прости Петрович, очень устал, просто до смерти. Черт! Как же я далеко от дома!? Бросить все и удрать? - Георгий невольно осмотрел пространство в комнате, словно кто-то мог услышать его мысли. - Во бред. Как? До Абазы добираться пешком придется не меньше недели, а если реально, то не меньше двух. И даже если доберусь, что я скажу нашим? А вопросов будет много, ой как много. Нет! - Он с усилием начал растирать глаза. - Нельзя так. Стремно, да и... Блядь! Да как такое, вообще могло в голову придти!? Надо будет опять вколоть себе этой херни, что мне Топоев давал. Очень способствует ясности мысли...' - Георгий даже не понял, где была граница между его мыслями и полусонным бредом.
  Из темного пространства вывел удар в плечо. Топоев сидел на кровати рядом и пребывал в крайней степени раздражения.
  - Вставай уже! Македонский, блядь! - Разместив АПБ в кабуре, он принялся проверять АКС74У.
  - Почему Македонский? - Спросил Георгий, процесс приведения мозга в рабочее состояние, давался с трудом.
  - Бестолочь необразованная! - Рыкнул Топоев. - Тот говорят тоже, если бы его не разбудили, сражение с персами проспал.
  - Слышь, а ты че так базаришь?
  - Ни че, - Он вручил автомат Георгию. - Пошли к отцу Герману. Похоже наши набожные друзья все же решились выступать. Вот тебе еще три рожка.
  -А почему только три? - Георгий взял из рук Топоева три снаряженных магазина.
  - А сколько блядь, их должно быть!? - Взбесился Топоев. - Может тебя еще оружие чем-то не устраивает? Или ты еще хочешь маленько поспать? И вообще, нахуя ты меня достаешь?
  - Да какая муха тебя укусила? - Ошарашено спросил Георгий. Затем придя в себя, спросил уже более уверенным тоном. - А ты че так со мной разговариваешь? Хули ты вообще тут разорался? Я, между прочим, здесь для тебя самый близкий и родной человек. Единственный кому ты можешь доверять. Что с тобой вообще происходит?
  - Да ладно, пустое. - Бешенство Топоева перешло в умеренное кипение. - Пошли, господа офицеры уже в сборе.
  
  
   В кабинете отца Германа, кроме хозяина находились: отец Алексей, Борода, Фин, Георгий и Топоев. Все присутствующие, за исключением отца Германа, одеты в камуфляж, оружие на плече, бронежилеты кучей свалены у стены. Дюжина свечей стояла на столе, освещая карту города. Внимание всех, было приковано лишь к одному исчерченному пометками участку - воинской части.
  - Это кольцо осады. - Отец Алексей показал мясистым пальцем на очерченный вокруг части круг. - Как доложили наши разведчики, основная ударная группа располагается на Аскизской, то есть практически в городе. Молодцы, очень удобно. Осажденные думаю и не догадываются о количестве личного состава. По нашим данным ударная группа, численность которой триста пятьдесят-четыреста человек, уже вовсю готовиться к выступлению.
  - Опять скажешь надо ждать? - Бесцветным голосом спросил Топоев.
  - Совершенно верно. - С готовностью ответил Алексей, словно именно этого вопроса и ожидал. - Так как в нашем распоряжении сто двадцать бойцов, вести бои в условиях городской застройки, мягко говоря, не разумно. Двумя группами мы ударим в правый фланг, как только бритые выступят и вступят в бой. Так будет оптимально, только в городе или руинах мы сможем укрыть восемьдесят человек.
  - Восемьдесят!? - Воскликнул Георгий. - Секунду назад было же сто двадцать?
  - Ах да, на счет этого... - У Алексея был удивленный вид, словно Георгий не знал очевидного. - Сто двадцать бойцов это три группы, так сказать взвода. Первую веду я, вторую и третью Борода и Фин соответственно. Ты и лейтенант состоите в моей группе.
  - Алексей, ну почему мы, вынуждены из тебя все вытягивать? - Топоев выглядел неестественно спокойным. - Выкладывай общую картину, вероятно Фин будет прохлаждаться?
  -Прохлаждаться? - Алексей перевел свой взгляд на ухмыляющегося Фина. - Есть еще одно крупное скопление противника порядка ста семидесяти человек. Чуть северо-восточнее от города, на расстоянии двух километров от основных сил. Ее задачи нам не ясны, наши взяли языка но он не владеет информацией...
  - Хорошо допрашивали? - Перебил Алексея Топоев.
  - Нормально, - С хитрой улыбкой ответил Алексей. - Я думаю он нам не врал.
   Красноречивое 'не врал' прозвучавшее в прошедшем времени говорило лишь ободном. Из присутствующих Фин весело хохотнул.
  -Вот собственно группе Фина и выпадает вспомогательная роль. Задействовать в бою сразу всех считаю глупостью.
  - Как же нас мало... - Обреченно сказал Георгий.
  - Очень кстати ты об этом сказал. - Взял слово Борода. - Так как противник превосходит нас численно, мы не можем допустить позиционного боя. Если таковой случиться, нас просто возьмут в окружение и уничтожат. Наша задача подобраться к врагу максимально близко. Ударить должны, практически в штыки. Если в первые минуты боя, каждый из нас положит троих, можно считать что победа в наших руках. Это конечно в идеале. Гоша, ты должен быть со своими постоянно на связи, необходимо что бы ваши КПВТ работали очень осторожно. Фин как дела с собаками?
  - Так еще и собаки будут? - Повеселевшим голосом спросил Топоев.
  - А как же без них!? - Наигранно удивился Фин. - Пятнадцать кобелей, одиннадцать из них ротвейлеры отобрал самых послушных, жаль конечно их будет терять надеюсь не все полягут.
  - Когда их последний раз кормил? - Задал вопрос Борода.
  - Позавчера, злые как дьяволы. Прости господи. - Фин торопливо перекрестился.
  - Борода, Фин. - Алексей встал со стула, давая понять что брифинг подходит к концу. - Вопросы?
  - Нет. - Ответил Борода.
  - Возникнут на месте. - С улыбкой ответил Фин.
  - Хорошо, идем в большой зал. Наши братья нас уже ждут.
   Сто двадцать человек, это совсем немного. Да что уж там говорить, откровенно мало. Однако когда Георгий увидел в помещении большого зала, неподвижно стоящих вооруженных мужчин, он был очень впечатлен. Георгий не сразу понял, что же такое... одинаковое, читалось в этих людях? 'Одеты практически все в камуфляж, но это не то. Оружие. Да, точно, у всех калаши, но это тоже не то. Все не подвижны, почти все с растительностью на лице, но все же не то. - Озарение пришло мгновенно, словно кто-то внутри дал подсказку. - Страх. Никто из них не испытывает этого липкого чувства. Они же совершенно не бояться! Стоят себе словно на молебне. Страшное спокойствие. Хорошо что я с ними за одно.' - Только сейчас нотки обреченности стали меняться на некое подобие надежды. Отец Алексей забрался на капот полу разобранного джипа и начал говорить.
  - Братья! Вы все знаете, с кем мы идем биться. - Голос Алексея, буквально сотрясал пространство вокруг. - Вам хорошо известны деяния и помыслы наших врагов. И я очень рад, что иду в бой вместе с вами - настоящими мужчинами, достойнейшими из людей. Как говорил Благоверный святой, великий воитель, Александр Невский: 'Не силе Бог, а в Правде!'. Твердо знайте, наше дело - правое! И разя наших врагов, вы делаете дело богоугодное. Сегодня будет не рядовое столкновение, но последнее крупное сражение с бритыми. Если мы не одержим победу сегодня, завтра они придут сюда, к нашим братьям и сестрам. Допустим ли мы это?
  - Нет! Никогда! Костьми ляжем! Война на истребление! Не умрем пока не победим! - Десятки, мужских голосов звучали как сотни. Алексей поднял правую руку и гомон сразу стих.
  - Апостол Павел говорил: 'Если с нами Бог, то кто против нас?'. - Продолжил речь Алексей. - Твердо знайте, Бог с нами! И нет у нас непобедимого врага! Более того, вскоре у нас появятся верные союзники, и наша обороноспособность возрастет многократно! Только за тройной стеной штыков, мы сможем обеспечить безопасность нашим женщинам и детям! Сражайтесь храбро! И помните! Нет больше той любви как если кто положит душу свою за друзей своих! Мы вернемся только в одном случае... Когда победим! Да будет так! Аминь.
   После речи Алексея, его место занял отец Герман: - Дети мои, благословляю вас на подвиг ратный. Будьте храбры! Оставшиеся, за исключением охраны, будут непрестанно молиться о вас. И ни кто не прекратит свой пост пока вы не вернетесь! - После столь непродолжительной речи, отец Герман осенил собравшихся крестным знаменем, и коротко добавил: - Храни Вас Господь.
  - Разбиться по отрядам! Выходим! - Прогремел Алексей.
  
   Георгию был поражен тем, как сотня человек может раствориться в мертвом городе, словно вода в песке. В каждом движении бойцов, чувствовался опыт скрытного передвижения. Алексей задал довольно высокий темп перемещения, и что более всего удивляло это тишина. Практически не нарушаемая сотней с лишним бойцами. Георгий знал, что в сто метрах правее, идет группа Фина, а чуть позади группа Бороды. Но когда он вглядывался по правую сторону от себя, ему попадались лишь редкие человеческие фигурки. Даже не верилось в то, что рядом идет отряд численностью сорок человек. Густые сумерки, обещающие перейти в непроглядную ночь, весьма способствовали маскировке. Час спустя отряды остановились, не дойдя до осады каких-то пятисот метров.
   В сердце защемило, когда Георгий увидел очертания бокса, в котором находились осажденные. Алексей разослал разведчиков к предполагаемым ударным группам противника.
  -Большой три, это крот. Как слышите меня. Прием. - Приглушенным голосом вызывал Георгий.
  - Крот. Слышу тебя хорошо. Где вы? - Голос Петровича был демонстративно спокойным, словно именно сейчас он и ждал выхода на связь.
  - Недалеко. Петрович поговори с Отцом Алексеем. Он нас ведет. - Георгий отдал рацию Алексею.
  - Здравия желаю товарищ подполковник. Как вы? - Спросил Алексей тоном старого приятеля.
  - Да собственно так же как и пару дней назад. Замечали какое то движение противника, но ни чего конкретного не подскажу.
  - О противнике мы знаем все. С этим порядок. - Приглушенным басом продолжал Алексей. - Слушай Петрович, к началу приступа, один КПВТ должен быть направлен в сторону улицы Аскизская. Но. Работать им вы должны очень, очень, и еще раз очень аккуратно. Понимаешь меня?
  - Да, понимаю. Пойдешь через брешь? - Судя по вопросу, Петрович действительно все понял.
  - Пока план такой. Дождусь разведчиков, может быть что-то измениться.
  - Когда основная группа противника пойдет в наступление, совсем явной бреши в кольце осады не будет. - С сомнением в голосе сказал Петрович.
  - Знаю. Это наша забота. - Отрезал Алексей. - Когда зайдем в тыл противнику, ударим практически в упор. Тот кто будет у КПВТ, должен знать свое дело.
  - Понял тебя. У КПВТ буду я, пару раз стрелять приходилось. - Серьезно сказал Петрович.
  - Пару раз... Кхм. Ну ладно подполковник, до связи. А если Бог даст то и до встречи. Конец связи.
  
   ***
   Большая восьмиместная палатка, неприметного серого цвета, была разбита прямо на крыше уцелевшего пятиэтажного дома на Аскизской. При свете дня, Адольф подолгу разглядывал в потертый бинокль пришельцев. Но сейчас уже почти стемнело, и он в одиночестве сидел в палатке. Его взгляд был приковал к горящей свече, правой рукой он слегка потрагивал две свежие раны на голове, которые в будущем станут шрамами, восьмым и девятым по счету. 'За два дня, два вызова... Давненько такого не было. Чертовы пришельцы! Это все из-за них! Столько моих людей положили. Хотя... Может оно и к лучшему, собранной еды по расчетам хватило бы на три месяца...Сейчас хватит на дольше. - Его мысли вернулись к последней схватке. Он с удовольствием вспомнил, как ему удалось точным ударом в печень, парализовать противника. А потом, череп этого глупца, который возомнил себе, что сможет занять место вождя, буквально лопнул в руках Адольфа. И рев толпы. Совершенно обезумевшей от запаха пота и крови. - Да-а-а. Добрый был бой. Нет ничего прекраснее борьбы за лидерство. Во главе стаи зверей, всегда должен стоять зверь, самый опасный'. - От созерцания пламени свечи оторвал вошедший в палатку здоровяк.
  - Адольф все готово. Мы ждем лишь твоей команды.
  - Присядь Дима. - Адольф жестом указал на стоящий рядом раскладной стул. - Расскажи мне еще об их лидере.
  - Да собственно добавить то мне нечего. - Начал Дмитрий присаживаясь. - Старый дед, сто к одному что бывший военный. Реальный военный, а не кабинетный. Но не смотря на возраст, физическую форму и ясность рассудка не растерявший. Ублюдок! Нахуй меня послал!? Представляешь?
  - Вот об этом ты мне уже раз десять говорил. - Улыбнулся Адольф. - Ну ладно. Сменим тему. Много еще желающих оспорить мое лидерство?
  - Думаю, нет. - Дмитрий провел ладонью по голове, в том месте, где у него были нанесены пять шрамов. - Тем более после твоего последнего боя... Одним словом ты заслуженный вождь.
  - Ну а как на счет тебя? - Адольф смотрел прямо в глаза. - Когда ты мне бросишь вызов?
  -Не скоро. - Спокойно ответил Дмитрий. - Брошу тогда когда буду уверен в победе. Наверное лет чрез пятнадцать, когда состаришься.
  - Хм. Ну-ну. Жди. Как дела со святыми? - Опять сменил тему Адольф.
  - А вот непонятно как сними дела. Как то странно себя ведут. Вчера ночью в одной части города с каннибалами сцепились, в другой же нашу тройку положили. Уж больно активные стали. И еще... - Дмитрий замолк.
  - Говори.
  - Человек двадцать или тридцать, час назад покинули лагерь святых. Все вооружены.
  - Сукины дети, думают что пока мы заняты здесь смогут щипать нас. - Лицо Адольфа было преисполнено презрением. - Ничего. Когда у нас будут те игрушки что у пришельцев, быстро все вопросы урегулируем. Что с техникой?
  - Четыре бульдозера, три из них Т-170 еще один Т-330. Даже не берусь сказать сколько мы на них мешков с песком навешали. Один асфальтоуклачик. Три газика и пять КамАЗов. Все обвешаны мешками с песком по самое не могу. Наверняка КамАЗы не переживут этого боя. А вот на бульдозеры особая надежда. Пойдем за ними.
  - Хорошо. И еще Дима. Постарайся взять их лидера живым. Хочу дать ему шанс оспорить мое лидерство.
  - Постараюсь. - Кивнул Дмитрий.
  - Выступайте.
  - Слушаюсь. - Ответил Дмитрий и выскочил из палатки.
   Он стоял на самом краю крыши, и с удовольствием наблюдал как сотни людей пошли на штурм. Почему они пошли? Все очень просто. Потому что Он так сказал. 'До последнего вздоха буду стоять за лидерство. И умру лишь от рук более достойного чем я'. Бой еще не завязался, но вот-вот должен. Еще каких-то десять минут. Ради этого боя он пожертвовал даже личной охраной, сейчас там... вне всякого сомнения лучшие. 'Что это? - Человек насторожился. - Хлопок. Ага, глухой такой. И еще. Каково!?' Из люка на крашу выскочил неестественно большой мужик в камуфляже, и еще какой-то азиат... За ними еще трое.
  - Лицом в пол! Быстро. - Скомандовал Алексей.
  - Ах вы суки! Как всегда со спины. Что ж вы, выблядки, честного боя то боитесь? - Адольф был на удивление спокойным.
  - А ну ебало в пол! Руки за спину! - Скомандовал Топоев. - Считаю до одного и стреляю по яйцам.
   Адольф медленно лег лицом в низ. В следую секунду его руки сковали наручники. Перед тем как его вырубили, он успел расслышать: - Ты глянь сколько шрамов. Не иначе главный их.
  - Какие же вы все дураки! - Спокойно сказал Адольф. - Общество которое я создал, никогда не останется без лидера! Ни... - Он не успел договорить, весь мир превратился во тьму.
  
   ***
   Вернувшиеся из разведки бойцы, ничего кардинально нового не сообщили. Сказали лишь, что техника уже прогревается, и скорее всего, бритые выступят уже с минуты на минуту.
  - Сколько бойцов останутся охранять данный участок осады? - Задавая вопросы, Алексей все сильнее сжимал рукоять армейского ножа, словно кто-то мог бы его украсть.
  - Трудно сказать. Но судя по приготовлениям идут почти все. И Еще. - Измазанное углем лицо разведчика блеснуло улыбкой. - Там уцелевшая пятиэтажка. И на самом верху похоже штаб...
  - Все понятно. - Оборвал разведчика Алексей. - Беги к Фину. Скажи что б ни чего не предпринимал, и ждал дальнейших указаний. Как сделаешь сразу ко мне.
  - Понял. - Уже уходя, ответил разведчик.
  - Борода, поднимай своих. Когда Основная группа уйдет, работаем только ножами. Штаб лучше взять живым, на всякий случай. Вперед.
   И вновь перебежки. Между руинами зданий, небольшими торговыми павильонами. Окоченевшие, грязные трупы людей, одетых совсем по-летнему, уже совсем не трогают. А изуродованные автомобили, даже радуют. Укрытие. Хорошо в городе. Даже мертвом. Всегда есть где укрыться. Зайти в тыл ударной группе бритых, мешало очень жиденькое кольцо осады. Четыре патрульных группы, численностью по три человека, контролировали участок в двести пятьдесят - триста метров. Также стоящая у проезжей части пятиэтажка, охранялась двумя бойцами у подъезда. С высокой долей вероятности можно было утверждать, что в самой 'штабной' пятиэтажке, также находились боевики. Борода как всегда незаметно появился возле Алексея. Оперативное совещание проходило за перевернутым газиком с желтой бочкой.
  - Слушай очень внимательно. - Алексей буквально гипнотизировал взглядом Бороду. - развей своих на четыре группы. Твоя задача убрать патрульных. Убрать ТИХО! Понимаешь?
  - Понимаю отец Алексей, хорошо понимаю.
  - Выполняй, времени в обрез. Мы же займемся штабом. Лейтенант.
  - Слушаю. - От недавней раздражительности Топоева не осталось и следа.
  - Борода хорошо отзывался о тебе. Пойдешь со мной в авангарде. На нас ложиться вся грязная работа. Мои бойцы пойдут следом, буду подчищать. Выходим.
   Георгий отрегулировал ремень автомата, и закинул его за спину. 'Прилегает хорошо' Взял в руки АПБ. Появилось уже ставшее знакомым чувство силы и собранности. 'Ну что ж, делов-то! Взять штаб бритых, да разбить небольшую армию!' С трудом подавив нервный смех, Георгий двинулся в след за Топоевым.
   Люди бороды растворились в руинах. Георгий же, с пятью бойцами Алексея, лежал за кучей нанесенной течением мебели, в сорока метрах от входа в пятиэтажку. Он видел лишь тени, что подбирались к охранникам. Первым напал Топоев, как раз в тот момент когда нерадивый страж подкуривал папиросу. Зажав рот рукой, Топоев нанес один удар в область груди. Тело противника сразу обмякло. Интуитивно Георгий понял, что напарник только что убитого было дернул оружием... Но закончить задуманное не дала огромная тень отца Алексея, буквально поглотившая бойца. Быть может Георгию показалось, но он был уверен что отчетливо слышал хруст множества переломанных костей. Алексей два раза чиркнул зажигалкой, едва-едва, только искры видны. Знак к дальнейшему продвижению.
   Охрана не ожидала нападения на этом участке осады. Видимо огромная масса бойцов, находившаяся здесь еще десять минут назад, исключала даже мысль о возможной атаке. Первый этаж охранялся тремя бойцами. Хотя сказать охранялся было бы неправильно. В угловой комнате справа, судя по бликам пламени горел костер. Алексей и Топоев сразу направились туда. Георгий же как само собой разумеющееся двинулся в след за ними. Трое горе-охранников стояли вокруг железной бочки в которой горел костер, и в пол голоса о чем то переговаривались. Как по команде, Топоев и Алексей пошли в атаку. Вынырнув из тьмы Алексей со всего маху ударил ножом одного охранника, пробив ему череп сверху в низ, затем не прерывая движения левой рукой схватил автомат второго бойца, и сразу мощнейший хук справа. Противник выключился, но упасть на пол ему Алексей не дал. Поймав падающее тело, он быстро сломал ему шею. Тем временем Топоев неслышно положил тело третьего стража, с ножом в сердце. В комнате показался чумазый мужик, один из бойцов Алексея. Он показал сжатую в кулак ладонь с поднятым большим пальцем. Алексей жестом указал на лестницу ведущую на второй этаж.
   Второй, третий и четвертый этаж оказались свободными. Но когда блики от огней стали видны уже на лестничном пролете. Стало ясно, пятый очень даже заселен. В трех из пяти квартирах горели костры. Жестами Алексей дал понять своим что зачищать будем все одновременно. Топоев с Георгием направились в крайнюю правую. Как на зло, в двухкомнатной квартире из обеих комнат виднелся свет. Осторожно, вдоль стены, Топоев направился в первую комнату, Георгий ждал в коридоре. На этаже в целом тишина. Но вдруг Георгий ясно услышал звуки борьбы. Забыв об осторожности он влетел в комнату. Один боевик лежал на полу с ножом в горле. Второй в это время проводил удушающий на Топоеве. Одним выстрелом с АПБ в голову, Георгий успокоил разбушевавшегося боевика, и сразу лег на пол, ожидая гостей. Из соседней комнаты послышалось: - Вы че опять из-за дробовика бучу подняли? - Спустя секунду вошел пожилой мужик. 'В валенках' - Зачем то отметил Георгий посылая еще два выстрела. Тем временем Топоев пришел в себя и бросился в соседнюю комнату. Все чисто. Резко в дверном проеме появился один из бойцов Алексея. Очень резко, Георгий чуть-чуть не открыл по нему огонь.
  - На крышу, быстро! Отец Алексей уже там.
  
  
   Когда Георгий подошел к лежащему лицом в низ крепышу, его сразу поразила выбритая, сплошь покрытая шрамами голова.
  - Ты глянь сколько шрамов. Не иначе главный их. - Георгий на всякий случай сделал шаг назад.
  - Какие же вы все дураки! - Спокойно сказал пленный. - Общество которое я создал, никогда не останется без лидера! Ни... - Удар прикладом автомата, нанесенный Топоевым, не дал пленному закончить речь.
   С крыши только что захваченного дома, прекрасно просматривалась боле битвы. Загрохотали пулеметы осажденных. Георгий медитативно сказал: - Отец Алексей, там наши.
  - Иван, Саня, Денис. - Алексей обратился к двум бойцам. - Остаетесь с бритым. Оттащите его в низ, и глаз с него не сводите! Остальные за мной! - С этими словами, медведеподобный Алексей, прыгнул в люк, на пятый этаж.
  
   Глава 12
   Брешь в кольце осады, пока оставалась не замеченной врагом. Отец Алексей дал команду к выступлению, строго настрого запретив открывать огонь, на дистанции далее сорока метров. Впереди уже вовсю гремел бой, один из КамАЗов бритых уже подбит с гранатомета. И множество огненных вспышек.... Церковники шли не спеша, но все же уверенно. Перемещались как всегда короткими перебежками, постоянно за что-то прячась. Благо было за что, после первого приступа покореженной либо брошенной техники валялось всюду в избытке. Вот уже видны бойцы бритых и они... Продвигаются. Почему то Георгия это шокировало. 'Почему они движутся? Неужели кто-то достигнул стен, и они желают закрепить успех?' Отец Алексей взял у Георгия рацию: - Большой три, как слышишь меня? Прием.
  - Слышу хорошо. Где вы черт возьми? - Властно спросил Петрович.
  - Мы в тылу противника. Сосредоточь весь огонь на головной части наступающих! Сейчас мы ударим в тыл. Подполковник, не задень нас!
  - Понял тебя Леха. Не ссы, мои вас не заденут.
  - Конец связи. - Алексей привстал из укрытия и зычно скомандовал: - Огонь!
  - Практически одновременно ударили несколько десятков автоматов. С задержкой в секунду 'ухнули' гранатометы. И ночь окончательно перестала быть темной...
  Автомат Калашникова. Такой притягивающий, даже красивый. При виде данного оружия, его сразу хочется взять в руки. А когда он в руках, мужчина словно наполняется особой мощью. В этот автомат вполне можно влюбиться. Влюбиться серьезно - насмерть.
  Георгием охватило совершенно не здоровое ликование. На мгновенье он почувствовал себя всемогущим, им всецело овладело опьянение своим превосходством. Дружный залп десятков автоматов в купе с гранатометами, унес жизни по меньшей мере сотни бритых. Автоматный патрон, легко прошивал насквозь противника и вырвавшись из людского тела нередко находил на своем пути следующую жертву. Десятки бритых, были буквально скошены первыми выстрелами. К чести бритых, добрая их половина, не запаниковала. Быстро поняв, что произошло, бойцы попадали на землю и сосредоточили огонь на напавших в тыл церковников. В суматохе боя, Георгий все же отметил, что характер стрельбы несколько изменился. Пулеметы осажденных, уже не захлебывались в непрерывной перестрелке а били короткими очередями. Из довольно богатой картины звуков, выделялись 'хлестания' винтовки. 'Мишка! Сукин сын! Живой! Наверняка каждым выстрелом минусует бритых'. - Георгий явственно представил себе, как совсем молодой парнишка, с вечно перемазанным лицо и откровенно мудацкими суждениями о жизни, сосредоточенно стреляет по противнику.
   Положение бритых можно было охарактеризовать как незавидное. Но время играло против церковников. Наверняка резервная ударная группа бритых уже выступила на выручку своим. Да и характер боя все более сводился к позиционному. Георгий ползком перебрался к отцу Алексею, который в свою очередь давал распоряжение своему бойцу: - Дуй к Фину! Резервная группа пойдет в атаку на нас с правого фланга! Его задача ударить им в тыл и уничтожить всех! Это трудно, но сделать необходимо. Сам останься с ними! Пошел!
  - Отец Алексей что дальше? - Спросил Георгий стараясь перекричать звуки пальбы.
  - А дальше война сынок! - Алексей безумно хохотнул. - Жди приказа.
  
   Синий сидел у костра со своим лучшим другом Игорьком. Спать было нельзя, а очень хотелось. Весь день, с утра и до самого вечера он и его бойцы таскали мешки с песком, для укрепления техники. Видите ли Главный решил что основным силам требуется отдых перед боем. А вот вспомогательная группа должна потрудиться! Все равно мол, нихера не делают. Но вообще то, положа руку на сердце, сетовать на начальство Синему не стоило. Ведь еще не успел зажить третий шрам у него на голове, как его уже поставили командующим резервной группой! А это дорогого стоит. Тем более ранее судимых особо то не жаловали, а у Синего в наколках пожалуй большая часть кожного покрова. Словно прочитав его мысли, Игорек спросил: - Ну как тебе чувствовать себя командиром?
  - Прекрасно Игорек. И без лишней скромности скажу, я это право своими кулаками себе пробил.
  - Базара нет. Тут все по чести. - Игорек со вздохом потрогал свой единственный шрам. - Быть может со временем, ты станешь управлять всеми нами.
  - Посмотрим дружище, посмотрим. - В паре километров слева раздались выстрелы КПВТ. - Во! Наши поперли.
  - Ага, началось. - Игорек задумчиво смотрел на Синего. - Как думаешь нас задействуют?
  - Трудно сказать... Дима вроде качественно к атаке подготовился. Ну а сколько песка и железа на технику навешали ты и сам знаешь. О! Слышишь? - Даже с такого расстояния, было хорошо слышно, как буквально захлебываются пулеметы пришельцев.
  - Да. - Игорек просиял. - Как говориться: пиздец подкрался незаметно. - Сидевшие неподалеку бойцы дружно засмеялись.
   Следующие десять минут, разговоры среди бойцов резервной группы, сводились лишь к обрывистым фразам. Абсолютно все были поглощены звуками далекого боя. Но вдруг звуки резко изменились. Казалось что в один момент, количество автоматных очередей удвоилось. Прогремели взрывы. И прогремели они среди своих...
  - Че за хуйня? - Изрек Игорек. - С тыла по нашил саданули? Или че?
  - Всем боевая готовность! - Скомандовал Синий, и его команда сразу передавалась по цепочке.
  - Выступаем? - Спросил один из бойцов.
  - Пока нет. Ждем. - Ответил Синий не отрывая взгляда от места боя.
   Ждать долго не пришлось, буквально через пятнадцать минут к Синему прибежали два бойца из основной ударной группы. Не теряя времени даже для того что бы отдышаться один из них сразу выпалил: - Синий, нас атаковали сзади! Походу святоши. Много. Дима сказал, что бы ты со своими выступал немедленно. Сейчас они завязли в бою. А ты заходи справа.
  - Ну что же, это пожалуй и к лучшему. - В полголоса сказал Синий. - В одном бою, все вопросы закроем. - Затем громким басом скомандовал: - Бойцы! Выступаем!
   Бежали быстро, не таясь. На бегу Синий даже успел про себя порадоваться столь удачному стечению обстоятельств. 'Надо же как все в 'елочку'! Димкину группу видать здорово тряханули, если его уже нет в живых, то это вообще прекрасно. И тут я со своими! Крошим святош, и мощным напором берем базу пришельцев! И в одно мгновенье я стану правой рукой! Правда наверняка придется пару раз отстоять это право в бою... Но не беда, дело привычное'. Не добежав до места боя каких-то пятисот метров, группа Синего залегла, с целью дать отдышаться бойцам. Спустя минуту к нему подбежал Игорек.
  - Все наши здесь, ждем твоей команды.
  - Хорошо. - Синий не отрывал взгляда от происходящего боя. - Еще минутку передохнем.
   Залп автоматных очередей раздался откуда совсем не ждали. Справа сзади, загрохотали десятка три Калашниковых. Несколько взрывов вспахали ряди бойцов. Это был какой-то кошмар. Блестящие планы Синего рухнули в одну секунду. 'Кто? Да как такое возможно? Что происходит?' За долю секунды возникла масса вопросов. Но внешне лидер группы оставался спокоен.
  - Игорь, дуй на левый фланг. Пусть заходят им тыл. Возьмем их в окружение! - Проорал Синий. Но Игорь успел сделать лишь десяток шагов. Сразу несколько пуль пробили тело друга, но Синего это уже не заботило.
  
  -А! Блядь! Что это?
  -Да пристрели же его! - Со стороны левого фланга, сначала послышались крики ужаса, после чего последовала беспорядочная пальба.
  Когда Синий лично прибежал к своим бойцам он увидел причину паники. Собаки. Несколько десятков огромных псов, сеяли хаос и смерть. Благодаря внушительной массе, в прыжке они всегда сбивали человека с ног, после чего перегрызали горло. Те же, кто успел выставить руку вперед, защищаясь от собак, безнадежно проигрывали поединок со звериной яростью. От помощи братьев по оружию было больше вреда, чем пользы. Прицельно стрелять, в обстановки хаоса и полутьмы очень сложно. А очередь автомата, или выстрел с дробовика произведенные наугад, зачастую помимо пса, забирали жизни своих....
  Это была катастрофа, он еще не вступил в бой, а уже растерял большую часть своих бойцов, и руководить оставшимися уже не возможно. Разбившись на небольшие группы, они практически все заняли круговую оборону. Раздались взрывы гранат. В голове лишь мелькнуло: 'Это не бой, это уже зачистка'. Сначала одна пуля прошила живот, но боль почему-то была тупой, как от удара. Он смотрел на окровавленные руки. 'Неужели все?' Еще одна пуля пробила грудную клетку. 'А ведь совсем не больно'. Синий выронил автомат. 'Уже не нужен'. Стало вообще очень легко и спокойно, все, что казалось важным минуту назад, потеряло всякий смысл. 'Я умру легко'. Но перед смертью, все же реальная жизнь напомнила о себе. Совершенно взбешенный зверь бежал прямо на него. Куски рваного мяса болтались из пасти у ротвейлера. Но вопреки инстинкту, он не стал вгрызаться в горло. Со всей имеющейся яростью он начал рвать кровоточащий живот....
  
  
  Позиционный бой явно затянулся, но Алексей упорно не давал команды к наступлению. Бритые предпринимали попытку контратаки, но были отброшены. Где-то в полукилометре справа шла непрекращающаяся пальба. 'Фин, это он должно быть сцепился со второй группой. Даже представить страшно, что там твориться, превосходство противника четырехкратное! Все, отвоевались походу'. - Темп стрельбы пошел на убыль. Однако один за другим начали раздаваться взрывы. А это уже вселяло оптимизм. Всем было известно, что гранат у бритых нет. 'Значит еще бьются, наши'.
  Патронов оставалось мало, церковники уже давно стреляли одиночными. Пространство вокруг осветилось красно-желтым светом от запущенной в небо ракетницы. То был сигнал от Фина. Алексей словно пробудился из спячки. По цепочке прокатилась команда к готовности продвигаться дальше. Сам же Алексей, включив рацию, вызывал Петровича.
  - Подполковник. Как слышишь меня. Прием.
  - Слышу хорошо. Леха, как вы?
  - Выступаем к вам. Огонь по наступающим прекратите. Врубайте прожектора и прочесываете наш тыл. Как понял?
  - Сделаем. В полукилометре от вас, как я понял твои бойцы? - Спросил Петрович, и сразу в полголоса что-то сказал своему человеку.
  - Да, там наши, и они разбили группу в сто пятьдесят человек. Их тоже прикрой. Все. Отворяй ворота, сейчас придем. Конец связи.
   Прозвучала команда к атаке. Десяток гранатометов дали залп, и цепь церковников двинулась вперед. Вражеские ряды дрогнули. В свете взрывов можно было увидеть как внушительная группа людей, уходила в сторону осады. Оставшиеся, заняли оборону в многочисленных углублениях. Патронов не жалели, словно решив перед смертью растерять все имеющиеся боеприпасы.
  - Подполковник. Как слышишь меня. Прием.
  - Слышу хорошо. Говори.
  -На десять часов от нас, уходит большая группа противника. Пройдись ка по ним с пулемета.
  - Хорошо, - Весело ответил Петрович. - Считай уже сделано.
   Бой с оставшимися, длился не более получаса. Имея в руках гранаты, и исполняя грамотные распоряжения Алексея и Бороды, подчистили с минимальными потерями. Один бульдозер даже остался цел. База осажденных находилась уже совсем рядом. Что удивило Георгия, так это то, с каким хладнокровием бойцы церковников добивали раненых врагов. В плен не взяли ни одного. Да и сдаваться то особо никто и не хотел.
  
   Когда церковники дошли до бокса абазинцев, Георгий держался в числе первых. Увидев Петровича, стоящего в проеме, Георгий едва удержался от того чтобы радостно заорать. 'Получилось! Это было невозможно, немыслимо, но все получилось!' Однако вместо дружеских объятий Петрович лишь гаркнул: - Явился! Блудный сын. Не стой, иди помоги Бойко оружие выдать!
  - Ну, ты, пиздец! - Максимум что смог выдавить из себя Георгий. После чего подбежал к Бойко, который, с двумя товарищами снаряжали автоматные магазины.
  Наскоро обнявшись со своими, Георгий занялся магазинами. Петрович уже о чем-то беседовал с отцом Алексеем, попутно направляя церковников в сторону Бойко. Почти каждому бойцу, сразу выдали по-новому АК-74М, и восемь магазинов к нему. Некоторые взяли РПК-74. Гранаты раздавали без счета. Перевооружение бойцов заняло совсем немного времени. Вместе с прибывшей группой Фина, Георгий насчитал держащихся на ногах бойцов, включая раненых, семьдесят шесть человек.... Пятерых раненых не способных ходить, разместили в боксе, недалеко от места перевооружения. Но судя по характеру ранений, эти уже не жильцы. Закончив с выдачей, Георгий побежал к Петровичу. Который увидев его рядом, улыбнулся и крепко пожал руку: - Молодец. Тебе мужик, мы все обязаны очень многим. Тебя я вижу опять не задело.
  - Ага, бог миловал. Как у нас дела?
  -Нормально. - Петрович говорил сдержанно, во всем его внешнем виде читалась предельная собранность и готовность ко всему. - Пока ты там с Бойко прохлаждался, Топоев с Бородой уже внешнее кольцо обороны создали.
  - Как обороны? Мы что, сюда обороняться пришли?
  - Какой у тебя боец пылкий. - Усмехнулся Алексей. - Дальше будем действовать с так называемым восходом солнца, кстати, до него пара часов осталась.
  - А почему КПВТ не смолкает? - Георгий жестом указал на крышу, где 'бухтел' пулемет.
  - Да это Петров лютует. - Петрович усмехнулся. - Безопасную зону создает.
  Прихромал Борода. Хотя сказать прихромал, это было бы слишком лестно. Левую ногу, он тащил за собой, словно заклинивший протез. В широком проеме бокса показался Топоев.
  - Бойцы на позициях. Их бы... Покормить чем. Устали просто до смерти. - Лицо Бороды стало бледным, сплошь покрыто потом.
  - Бойко! Иди сюда! - Прокричал Петрович. - Возьми пару человек и разнесите еды и воды бойцам. Живо!
  - Ты приляг брат, - Сказал Алексей обращаясь к Бороде. - Еле на ногах держишься. Давай глянем что с тобой.
  
   Остаток ночи прошел в тишине. Глаз ни кто не сомкнул, ждали атаки противника. Как только начало немного светать, дозорные сразу увидели что осады больше нет. Вернувшиеся разведчики только подтвердили увиденное. Остатки группировки бритых покинули место осады. Совет держали в боксе, расположившись вокруг костра.
  - Ну что ж, брат. - Сказал Алексей обращаясь к Фину. - Возьми сорок человек, и выходи в наш лагерь. Теперь начинается самая ответственная фаза операции. Нужно к ней качественно подготовиться. Оружие берите побольше, как доберетесь, просигналишь ракетницей. Пару часов на отдых и высылай разведку к базе бритых. Вроде все.
  - Пару часов на отдых!? - Фин неестественно округлил глаза. - Алексей, да мужики просто с ног валяться! Дай хоть часа четыре на сон. И еще. Если я выберу сорок бойцов, здесь останутся только раненые...
  - Ты чего-то опасаешься? - Задал вопрос Петрович, глядя Фину в глаза. - Или намекаешь?
  - Да не на что я не намекаю, - Раздраженно ответил Фин.
  - Оставь это. - Алексей пренебрежительно махнул рукой. - Тут все нормально. Да и ранения в основном у людей легкие. Так сказать без потери боеспособности. Да чуть не забыл, вышли еще пару-тройку разведчиков за пределы города. Давно окрестности не просматривали, мало ли, может к нам уже орда тувинцев собирается, или монголов.
  - Сделаем. Нам еще бронники понадобятся... - Фин многозначительно посмотрел на Петровича.
  - Получишь.
  - Петрович, а мы вообще здесь надолго? - Наконец встрял Георгий.
  - Еще погостим пару дней. Нужно познакомиться с Германом, дождаться данных разведки. А что ты так заторопился? Мы боялись не успеть до оттепели, но ее похоже не будет вообще.
  - Да уж похоже, - Подключился к разговору Топоев. - В связи с этим может возникнуть масса проблем с продуктами питания. Как вернемся, нужно будет ставить вопрос ребром. Неизвестно сколько времени придется ждать потепления. Фин, у меня к тебе просьба.
  - Говори.
  - Позволь мне поговорить с Адольфом. Пусть подождет нас с подполковником.
   О дальнейшее развитие событий, Георгий узнавал лишь со слов церковников, возвращавшихся на базу для отдыха, с места боя. Петрович таскал Георгия за собой везде. Георгию было уже подумалось что в качестве телохранителя, но сия бредовая мысль быстро улетучилась при воспоминании о деяниях Петровича в Абазе, которым Георгий был свидетель. К тому моменту как Петрович, прибыл на базу церковников, те уже полным ходом штурмовали укрепления бритых. Взять в осаду, довольно большую по площади базу не представлялось возможным, из-за небольшой численности ударных отрядов. Поначалу бритые бились очень отважно, и стояли буквально за каждый кирпичик своей разрушающейся от взрывов базы. Однако превосходство в огневой мощи церковников сыграло решающую роль. Спустя сутки непрерывного обстрела, ситуация во вражеских рядах изменилась кардинально. Когда около половины базы бритых была уничтожена огнем гранатометов, в стане врага вспыхнула перестрелка. Отец Алексей, лично возглавлявший штурм, счел наиболее разумным не вмешиваться в создавшийся конфликт. И спустя пару часов непрекращающейся пальбы, внушительная группа людей, около шестидесяти человек, осторожно вышла на центральную площадь своей базы, с поднятыми руками. Шествие возглавлял мужчина преклонных лет, грузного телосложения. Поняв, что расстреливать их никто не спешит, он осторожно приблизился к вышедшему из укрытия Алексею.
  - Мы сдаемся. - Крикнул он. - Дмитрий со своими бойцами ушел в город.
  
  Отношения Петровича с отцом Германом и отцом Алексеем сложились практически приятельские. Даже удивительно как порой абсолютно разные люди, могут легко найти точки соприкосновения. Четверо мужиков из числа церковников изъявили желание отправиться в Абазу, так как имели в этом городе родственников. В связи с этим отец Герман выделил в распоряжение Петровича, небольшой японский грузовичок. Петрович сознательно откладывал срок отъезда, совершенно не обращая внимание на настроения своих людей, которые были готовы выдвинуться даже пешком. Он ждал разведчиков посланных церковниками за черту города. Ждал уже два дня...
  К утру третьего дня, у ворот лагеря появился один из них. Молодой парень, грязный, оборванный, совершенно без оружия и каких либо подсумков. Первым делом его доставили в кабинет отца Германа, в котором тут же собрались Алексей, Топоев, Петрович, Георгий, и сам отец Герман.
  - Где твое оружие боец? - Задал вопрос Петрович.
  - Бросил. - Испуганно ответил изможденный парень. - Вернее спрятал, чтобы не нести на себе лишнего груза. Все оставил в тайнике, кроме ножа и фляги с водой. Торопился очень...
  - Рассказывай все по порядку сынок. - Вежливо, но требовательно сказал Герман.
  - Мы с братом отправились на восток. Как подошли к Минусинску, увидели остатки от недавно горевшего костра. Угли уже остыли, мы было подумали что это бритые тут сидели или там каннибалы какие. Но Иван нашел несколько банок из-под тушенки, которые были хорошенько прикопаны в паре метров от кострища. Это были странные банки, вернее банки то обычные. Но не слова по-русски на них не было, все иероглифы какие-то. Короче приняли решение идти дальше, на восток. Прошли около тридцати километров и увидели их... - Парень примолк, словно собираясь с силами.
  - Говори брат, скоро помоешься, поешь и отдохнешь. А сейчас к делу. - Поторопил отец Алексей.
  - Их несколько тысяч, в основном какие-то оборванцы. Но большая часть, похоже, военные. Во всяком случае лагерь разбит не стихийно. А вполне грамотно.
  - Кого их? - Взревел Топоев. - Почему из тебя все вытягивать надо!?
  - Китайцы, - Вздрогнув, выпалил парень. - Или может кто другой, я не смог понять. Но почему-то мне подумалось, что это китайцы.
  - Какая форма была на солдатах? Знаки отличия? - При упоминании о китайцах, взгляд Петровича вспыхнул.
  - Да я как то не разглядел особо. Обычный камуфляж, на левом рукаве какие-то блямбы бурого цвета. А! На технике звезды красные у них.
  - Да, похоже, и вправду китайцы. - Мелко закивал Петрович. - Какую технику успел рассмотреть? Пушки? Вертолеты? Танки?
  - Ни вертолетов, ни танков я не видел. Грузовики, джипы есть, но опять же не много. БТРы видел, но они какие то другие, отличные от наших. Даже совсем чудные есть такого морского цвета, чем-то лодку напоминают. Сразу оговорюсь, я рассматривал их лагерь из далека, так что много увидеть не удалось. И повторюсь, какие-то они совсем бичеватые. Видать потрепало их в свое время.
  - Лодку говоришь напоминают. - Петрович явно озадачился. - Наверное какие-нибудь плавающие БМП для морпехов.... Сынок, а ты в армии то служил? Доклад у тебя больно нелепый.
  - Не служил, мне же всего четыре месяца назад восемнадцать исполнилось. Не успел.
   В кабинете повисло молчание. Вести, которые принес разведчик, подавляли. Георгий, уже было думавший, что самое тяжелое позади, находился в состоянии ступора. 'Несколько тысяч.... Подумать только! Откуда? Как? Почему именно сюда? - Внутри некий внутренний голос твердил лишь одно: Беги! Беги как можно дальше! В этом бою вы не выстоите. Враг слишком силен'.
  - Нужно всем уходить. - В повисшей тишине голос Георгия прозвучал громче обычного. - Абсолютно всем. Техники полно, грузим всех людей, оружие, еду, и в Абазу. Только там можно дать отпор. По другому - никак.
   К удивлению Георгия, его высказывание ни кто не оспорил, и не прокомментировал. Вновь повисшая тишина явно давала понять, что похожие мысли крутятся в головах многих из присутствующих.
  - Я сам отправлюсь в разведку немедленно. - Заговорил Петрович. - Нужно знать, с кем мы имеем дело. А ты, Герман, подумай над тем, что сказал Гоша. Если намерения пришедших агрессивные, а лично я в этом не сомневаюсь. Все, кто останется здесь - умрут. Пока я нахожусь в рейде. Лучше бы вам собраться.
  - У нас места всем хватит, - Поддержал предложение Петровича Топоев. - Пустых домов навалом, а как с бандитами покончим, так вообще с жизненным пространством проблем не будет. Да и может не пойдут они до Абазы.... В любом случае шанс только один, это полное переселение к нам. Решайте.
  - Кого возьмешь с собой? - После минутного молчания спросил Герман у Петровича.
  - А вот хлопец меня и отведет. - При этих словах, парень который только что вернулся из рейда, испуганно отшатнулся. - Не переживай боец, Топоев над тобой поколдует и еще пол дня пробегаешь как сайгак. Не время отдыхать. До Минусинска проедем на машине, а там уже пешком.
  - Давай так. - По виду отца Германа стало ясно, что решение он уже принял. - Алексей, собирай народ. Выбери наиболее надежную технику. Грузовики гоните в военную часть.
  - Сделаем.
  - Я займусь погрузкой на складе. - Вставил Топоев. - Что бы вывезти все подчистую, необходим десяток грузовиков.
  - Найдем. - Вновь лаконично ответил Алексей.
  - Тогда за дело. Не будем терять времени. - По виду отец Герман, как будто бы резко постарел. - Кстати, а где твой брат?
  - Т-там, смотреть остался. - Ответил разведчик, совершенно ошарашенный тем, к каким действиям отцов, подтолкнул его доклад.
  
   Мятежный генерал-майор Гун Минсун, вот уже вторые сутки не выходил из своей палатки. Он как никогда был близок к своей цели. Он практически находился в Хакасии.
   За несколько часов до мировой катастрофы, он в нарушение всех приказов, повел своих людей на север. На руку сыграло и то, что командованию НОАК, не было дела до мятежной дивизии. Когда по крупнейшим городам поднебесной наносятся ядерные удары, кого заботят, какие-то двадцать тысяч человек. И он начал отход. При полной поддержке своих офицеров, под ликование своих солдат. Ни кто не хотел сгореть в ядерном бою, а о дезертирстве в его дивизии, даже думать боялись. Пройдя через провинцию Хэбэй, и Внутреннюю Монголию, к ним присоединилось порядка пятнадцати тысяч гражданских, и две тысячи военных - также дезертировавших в свое время. Отбор из среды гражданских, проводили самые доверенные офицеры, стариков и детей не брали. Отбирали лишь молодых мужчин и женщин, способных трудиться и воевать. Женщин отбирали особо тщательно, ведь в будущем, когда они доберутся до чистой земли, они должны будут родить здоровое потомство. К сожалению, количество защитных комплектов было ограничено, а какой смысл вести за собой миллион человек, если они все равно умрут от голода или болезней. Когда территория КНР осталась позади, пришли в негодность большая часть комплектов химической, биологической, и противорадиационной защиты. На монгольскую землю ступила едва ли две третьих, от ведомого им народа. Зимовать встали недалеко от Улан-Батора. Мировая война, на прямую, Монголию не задела. Однако массированные бомбардировки южного соседа очень скоро дали о себе знать. Государственность рухнула под натиском эпидемий, большая часть населения страны вымерла в первые месяцы после катастрофы. Те же что выжили, вели непрерывную войну за более чем скудные ресурсы. Монгольская зима поставила жирную точку в противостоянии людей. В семидесяти градусные морозы, умер даже привычный ко всему монгольский скот. Банды людоедов, по численности сопоставимые с небольшими армиями, постоянно терзали людей генерала. На офицерском совете, все пришли к единому мнению: здесь воевать и держаться просто не за что. Нужно идти дальше. Наиболее привлекательной для поселения виделись практически не заселенные до войны просторы Сибири. Было вполне логично предположить, что если где и остались не загрязненные земли то только там.
   И они выступили. Каждый день, теряя людей, если не от пули врага, так от неведомой ранее болезни. Находясь в Туве, Генерал принял нелегкое решение. Всех больных, и тех у кого есть подозрение на болезнь расстрелять. Дальше отправились только чистые. Спустя месяц после расстрела, в котором погибло более шести тысяч соотечественников. Переписали выживших. Их осталось девять тысяч сто пятнадцать человек. До чистой земли не дошло даже двадцати пяти процентов вышедших из Китая....
   И вот они в Сибири, в каких-то сорока километрах от Хакасии. Земля здесь чистая, воздух прозрачен, могучая тайга даст еду и материалы. А счетчики Гейгера если и напоминают о себе, то вполне в пределах допустимого. Оставалось выбрать место для поселения и обустройства. Но как доложила разведка, в этой местности постоянно велись военные действия между местными. И что характерно, с применением крупнокалиберных пулеметов и гранатометов. А на юге Хакасии, если верить карте, даже находился городок, совершенно не тронутый мировой катастрофой. А это говорило лишь об одном: война. Снова война. Он не желал зла русским. И не испытывал к ним ненависти, все же воевали практически на одной стороне. Целых два часа, а то и все три.... Но генерал ясно осознавал, что мириться с появлением девяти тысяч пришельцев никто не будет. Его люди здесь чужие. И как это всегда бывает, наиболее жизнеспособное сообщество, должно завоевать себе жизненное пространство. Да и для полноценного возрождения, необходимо больше женщин, которых только предстояло захватить. Но он уже знал точно, его люди более не будут скитаться, с этой земли они уже не уйдут.
  
  
  
  
Оценка: 6.72*15  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Елка для принца" В.Медная "Принцесса в академии.Драконий клуб" Ю.Архарова "Без права на любовь" Е.Азарова "Институт неблагородных девиц.Глоток свободы" К.Полянская "Я стану твоим проклятием" Е.Никольская "Магическая академия.Достать василиска" Л.Каури "Золушки из трактира на площади" Е.Шепельский "Фаранг" М.Николаев "Закрытый сектор" Г.Гончарова "Азъ есмь Софья.Царевна" Д.Кузнецова "Слово императора" М.Эльденберт "Опасные иллюзии" Н.Жильцова "Глория.Пять сердец тьмы" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Фейри с Арбата.Гамбит" О.Мигель "Принц на белом кальмаре" С.Бакшеев "Бумеранг мести" И.Эльба, Т.Осинская "Ежка против ректора" А.Джейн "Белые искры снега" И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Телохранительница Его Темнейшества" А.Черчень, О.Кандела "Колечко взбалмошной богини.Прыжок в неизвестность" Е.Флат "Двойники ветра"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"