Кошка. Три вороны

'Она смеялась так заразительно,
что волей-неволей начинали смеяться
ее близкие и дальние родственники,
подружки, друзья, сослуживцы, знакомые,
едва знакомые, незнакомые вовсе.
Безудержно смеяться.
До слез'.

Сергей Малицкий 'Слезы'

'Двухэтажный особняк прятался в остриженном парке.
У дверей стояли два деревянных солдата
и отдавали ружьями честь всем, кто проходил мимо.
Вика зажмурилась, часовые послушно исчезли'.

Вадим Субботин 'Кубики изо льда'

Жарким июльским днем к маленькому фонтану в городском парке прилетели три вороны: ворона-мама, ворона-тетя и большой, но еще заметно желторотый ворона-сын. Фонтан вот только что был выключен экономным техником-смотрителем, и потому вода в круглой емкости-ампир была еще очень холодной и оттого исключительно приятной в этот очень жаркий день любому живому существу. Вороны были живыми.

Вороны-дамы осторожно пробовали воду на вкус и пили ее, очень холодную, маленькими глотками, опасаясь, видимо, простудиться. Ворона-сын, насытившись быстро фонтанным холодом, обнаружил ломкий подростковый баритон, требуя желтым ртом мухи, и поминутно цеплялся то к тетке слева, то к матери справа. Мух у фонтана не было, ворона-сын капризничал, вороны-дамы устало уворачивались от его уже большого, но еще очень бестолкового клюва, поглядывая все же заботливо, чтобы не свалился в фонтан.

Фонтан не был самостоятельным парковым явлением, а всего лишь являлся ампирной частью ландшафтного дизайна территории, прилегающей к зданию кафе. Кафе, впрочем, тоже к парку отношения не имело - просто находилось внутри общего забора с классическими бетонными столбами и чугунными решетками. Чтобы ярче обозначить собственную непричастность к излюбленному месту мамаш с колясками и бестолковых городских гуляний, кафе имело собственный, правда не такой монументальный, забор и сторожа. Сторож гордо носил на бедре выразительную кобуру и строго смотрел на входящих в ворота посетителей, подозревая во всяком вполне нормальном человеке пиромана. Подозрения входили в круг его должностных обязанностей: лет много назад первое здание кафе, выполненное a la Russ из цельных бревен и почти уже открытое, было безжалостно сожжено злоумышленниками. Отдышавшись от потрясения, хозяин все же выстроил на месте пепелища новое, попроще, теперь уже разумно кирпичное здание, дал заведению говорящее имя "Феникс" и приставил к нему сторожа с кобурой и обязанностью вычислять пироманов.

Со временем обустроилась и прилегающая территория: появилась невзрачная, будто побитая молью, бильярдная, легкомысленный пивняк, прикрытый веселеньким блестящим тентом, чахлая клумба со стандартными петуньями и ампирный фонтан, на который в жаркий июльский полдень прилетели освежиться три вороны.

По странному совпадению именно в это самое время на открытом балконе "Феникса" над фонтаном сидели три литератора, двое из которых виделись первый и возможно последний раз в жизни, а еще двое - сидевшие тут традиционно четвертый год подряд. Впрочем, от звонкого звания литераторов все трое испуганно открещивались, забывая кокетливо, что двое из них непростым писательским ремеслом что-то зарабатывают, а третий и вовсе имеет профильное образование. Литераторы беседовали традиционные беседы о судьбах русской и прочей словесности, обменивались автографами и любезностями и несколько раздраженно реагировали на отвлекающие звонки мобильных телефонов.

Как и вороны, литераторы были разнополы. Но в отличие от ворон, женщина среди литераторов была одна. Она была красива, а потому капризна и кокетлива, и требовала прямо посреди умных бесед о судьбах то фруктового салату, то двойного эспрессо без сахара, то новых бусиков. Это несколько мешало содержательным беседам о русской словесности, но двое других литераторов были при всех своих писательских интересах в первую очередь мужчинами и потому относились к прихотям дамы снисходительно и немедленно их исполняли. Заминка вышла лишь с бусиками, которые невозможно было предоставить немедленно по причине полного отсутствия бусиковых магазинов в окрестностях парка, но дама совершенно успокоилась клятвенными заверениями о первой возможности и попросила чаю. С сахаром.

Скоро вороны улетели - на палящем июльском солнце им было жарко, и вода в ампирном фонтане быстро нагрелась, и ворона-сын уже совершенно истерично требовал мух. Чуть позже разошлись и литераторы, обремененные чаем, эспрессо без сахара, судьбами русской словесности и бусиками. У кафе остался только сторож в убедительной кобуре да вялые от жары петуньи.

18 июля 2009 г.

Комментарии: 83, последний от 16/11/2009. © Copyright Кошка Размещен: 18/07/2009, изменен: 08/10/2009. 5k. Статистика. Миниатюра: Проза, Мемуары, Мистика художественный свист
Аннотация: Все мы немножко... вороны. А действующие лица мне простят.

Кошка: другие произведения.

Три вороны