Маргарита: другие произведения.

Полет "Ласточки"

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
  • Аннотация:
    Не так давно отгремела Третья Вселенская. Чарис Берг, наемный солдат, осталась без работы и пытается найти средства к существованию. Здесь выложена только часть истории, продолжение здесь: https://www.starywriting.com/novel/qo6R8TL%2FXlR%2F2K8kc5Y5kw%3D%3D.html

  

Настоящее 1. Безумный рейс

  
  'Если безумие нельзя остановить, его нужно возглавить' No
  
  'Госпожа Чарис Берг, фирма "Кондоминиум-инкорпорейтед" приветствует вас! Спешим сообщить, что ваш счет за текущий месяц составляет 5000 кредитов. Электронный чек прилагается к письму. Настоятельно рекомендуем оплатить его в ближайшие три дня, иначе за каждый просроченный день вам будет начисляться 13% неустойки.
  
  Желаем вам приятного дня!'
  
  Чарис дочитала письмо, нажала кнопку 'Оплатить' и выругалась сквозь зубы. Ей не нужно было заглядывать на страницу своего счета, она и так помнила, что у нее осталась только тысяча кредитов. Значит, если она не найдет работу в следующем месяце, платить за комнатушку в жилищном кондоминиуме номер двести тридцать семь будет нечем.
  
  Нужда в специалистах с навыками Чарис была немалая. Недавно отгремела Третья Вселенская, и на космических трассах развелось несметное число бандитов, жаждущих ограбить честных торговцев. А кто лучше справится с подавшимися в разбойники бывшими солдатами, кроме других солдат? Вроде отставного майора наемного флота Хвана Чарис Берг.
  
  Вот только предложение превышало спрос, толпы бывших солдат, которые умели лишь убивать, наводнили все планеты. Конкурентов у Чарис было хоть отбавляй.
  
  'Если в ближайшую неделю не найду работу, придется записаться на бои без правил, - хмуро подумала Чарис. - Платят там, конечно, хорошо, вот только опасность, что тебе вышибут мозги, на ринге едва ли не больше, чем в драке с пиратами. А если проиграл бой, могут и в открытый космос вышибить. Без скафандра'.
  
  В индустрии боев всем заправляла мафия, связываться с которой Чарис совершенно не хотелось.
  
  Она зашла на сайт биржи труда, отправила свое резюме еще по нескольким объявлениям, но уже без особой надежды.
  
  'Похоже, все-таки придется размазывать мозги по рингу. Уж в каком-нибудь шоу вроде "Галактическое мочилово" меня с руками оторвут, как же настоящая барсианка, да еще и безумная, наверняка, после Даниба-3 то'.
  
  Конечно, был еще один вариант: устроиться на службу к центаврианам. Империя даже в мирное время держала большую армию, и барсианца бы там с руками оторвали. Но Чарис предпочитала бы умереть от голода, но не наниматься к этим ублюдкам, которые поломали ей и ее товарищам жизнь.
  
  Пришла мысль, что как раз стоит обратиться к одному из таких товарищей. Брату, пусть и не родному по крови. Он как раз недавно после долгого перерыва прислал письмо, в котором хвастался, что нашел неплохую работенку в космическом патруле Эспесеса. Но Чарис, прекрасно зная, что друг испытывает те же проблемы с поиском места, что и она сама, не хотела навязываться. Да и не уверена была, что сможет смотреть ему в лицо после Даниба.
  
  Прошло три года, кровь на ране в душе запеклась, превращаясь в броню. Но защита наверняка треснет, разлетится на осколки, стоит Чарис увидеть старого друга. Его знакомое до малейшей родинки лицо, в котором будто отпечатались черты других.
  
  Тех, кого уже нет.
  
  Но возможно как раз было бы лучше встретиться с другом, снова стать семьей? Ведь тогда получится разделить с кем-то поселившуюся в сердце тупую боль. И одиночество. Однако может получиться и наоборот: на двоих у них станет еще больше страдания.
  
  Чарис уже совсем собралась отправить письмо, но в последний момент все же нажала на кнопку, переводящую комм в режим ожидания.
  
  Резко поднявшись из-за стола, она тряхнула головой. Хватит изводить себя раздумьями!
  
  Комната, которую Чарис снимала в кондоминиуме, была не слишком большой, зато удобной и функциональной. Кровать и стол, когда нужно, прятались в стену. Маленький кухонный комбайн занимал немного места в углу. А посреди комнаты стояла гордость Чарис - супертренажер для солдат МАК-3. На нем в виртуальном режиме можно было отрабатывать приемы борьбы, стрелять из различного вида оружия. Все ощущения очень реальные - отличная тренировка. После окончания службы Чарис могла себе позволить такую игрушку, в отличие от товарищей по оружию, она не просаживала зарплату в забегаловках портов и казино, а тщательно копила, понимая, что война не вечна.
  
  Однако сегодня Чарис обошла тренажер стороной. Техника техникой, но и о занятиях 'вживую' не следует забывать.
  
  Под потолком висел турник. Чарис надела на ноги хомуты с крюками, ухватилась за перекладину и, подтянувшись, зацепилась крюками. Затем она разогнулась и, повиснув вниз головой, принялась методично качать пресс. Чарис особо любила это упражнение, как позволяющее хоть частично воспроизвести условия невесомости, не прибегая к дорогостоящей технике.
  
  Чарис уже успела досчитать до пятнадцати, когда комм мелодично пропел: 'Входящий звонок!'. Она едва не свалилась перекладины от волнения.
  
  'Неужели работодатель?!'
  
  Чарис перекувыркнулась через голову, приземлилась на пол и прошла к комму. Мельком глянув на свое отражение в маленьком зеркале на стене, Чарис утерла со лба пот, поправила выбившуюся из хвостика темную прядь и, решив, что выглядит достаточно презентабельно, включила связь.
  
  На экране появился весьма колоритный мужчина. Таких иногда называют 'сверхновая'. Голубые, как луна Тарала, глазища, сверкают. Желтые волосы стоят торчком. Физиономия того и гляди треснет от белозубой улыбки. Ну настоящее маленькое солнце.
  
  'Мда... Это точно не капитан звездолета. Наверняка какой-нибудь рекламщик или того хуже, сектант. Они всегда так лыбятся, когда пытаются уговорить тебя удалить половые признаки и отправиться в паломничество к центру Вселенной'.
  
  - Здравствуйте! - с энтузиазмом настоящего сектанта выпалил мужик-сверхновая. - Госпожа Чарис Берг, полагаю?
  
  Чарис сухо кивнула, решив не отключать незнакомца сразу. А вдруг?
  
  - Верно. С кем имею честь?
  
  - Меня зовут Луиджи Феррара, можно просто Лу. Я капитан грузового корабля 'Ласточка' и хочу предложить вам должность специалиста по безопасности в моей команде.
  
  'Етить твою налево!'
  
  Чарис сохранила свое обычное выражение лица под кодовым обозначением 'каменная морда', но ее внутреннее 'я' залилось истеричным смехом и захлопала в ладоши.
  
  - Куда именно направляется ваше судно? - ровным тоном осведомилась Чарис.
  
  - Мы везем электронное оборудование в пояс Ориона, на Оксар.
  
  'Ого, путь не близкий'.
  
  - И во сколько вы оцениваете мои услуги?
  
  Улыбка Луиджи стала даже слишком широкой и радостной.
  
  - Зачем обсуждать такие тонкости по комму? Лучше встретиться лично. Мой звездолет стоит в Восточном доке, ангар триста-семнадцать.
  
  - Договорились. Буду у вас через пятнадцать минут.
  
  - До встречи! - Луиджи так и лучился довольством.
  
  Чарис отключила комм.
  
  'Что-то тут не так, - настороженно подумала она, - уж больно рожа у него счастливая, и эта лыба...'
  
  Но с другой стороны - первое предложение работы за год, прошедший после неудачного рейса с 'Черной звездой'. Тогда наниматель Чарис оказался контрабандистом, пришлось улепетывать от галактического патруля - не самое приятное времяпровождение. Но Феррара на контрабандиста походил мало.
  
  - Есть, живем! - Чарис ударила кулаком по ладони и усмехнулась.
  
  Она быстро переоделась: сменила домашние штаны на черные брюки, накинула поверх обычной белой майки темно-синюю куртку из всепогодного материала с подогревом и охлаждением (а также бронированной прокладкой), на ноги натянула тяжелые ботинки с металлическими носами. Машинально прихватив бластер и засунув его за пояс брюк, Чарис покинула квартиру.
  
  На улице она быстро поймала робо-такси и доехала до Восточного дока за десять минут, еще пять минут ушло на то, чтобы найти ангар триста-семнадцать. И ровно в назначенное время Чарис стояла перед серой дверью с черными цифрами '317' и жала на пульте связи с ангаром кнопку вызова. Пришлось позвонить три раза, прежде чем из динамика донесся голос Луиджи.
  
  - Император Великой Бретани на связи, кто говорит?
  
  Чарис потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что Луиджи изволит шутить.
  
  - Отставной майор Берг прибыла, - четко доложила она, рука сама собой потянулась отдать честь.
  
  Привычки умирают только вместе с нами.
  
  - Заходите. Я сейчас проверю контейнер и выйду к вам.
  
  Вслед за этими словами Луиджи створки двери бесшумно разъехались в стороны, и Чарис шагнула в ангар.
  
  Взгляду открылось просторное помещение, тридцать на десять метров, у одной стены аккуратными рядами высились пластиковые контейнеры, наверняка с тем самым грузом электроники. Большую часть ангара занимал двадцатиметровый звездолет. При виде его Чарис едва сдержалась, чтобы не выругаться во всю мощь легких.
  
  'Ласточка' оказалась настоящей развалиной. Легкий грузовой звездолет типа ЭМКТ-5020. Такие перестали выпускать еще до войны.
  
  'Теперь понятно, почему засранец Лу так радовался, когда я согласилась прийти на встречу! Да его послали в пешее путешествие в задницу черной дыре все солдаты, к которым он обращался раньше!'
  
  Возле звездолета на приставной лестнице суетилась какая-то худенькая фигурка, выводя на корпусе буквы красной краской. Но Чарис уже не было дела ни до 'Ласточки', ни до ее команды.
  
  Чарис резко развернулась и собралась покинуть ангар, разговаривать о чем-то с капитаном ТАКОГО звездолета не имело смысла, еще заразишься безумием. Но далеко уйти ей не удалось, из-за пластиковых коробок вынырнул Луиджи и пошел на перехват.
  
  - Чарис! Привет-привет!
  
  Вживую он производил еще более сильное впечатление, чем на экране комма. Высокий, ростом с Чарис, в которой были все метр девяносто. Плечи широченные, на ручищах бугрятся мышцы, ладони - настоящие клешни эскалатора. Луиджи мог бы внушать страх, если бы не добродушное, даже наивное лицо. Большой, сильный, веселый увалень - вот что можно было сказать о капитане 'Ласточки' с первого взгляда.
  
  - Рад встрече.
  
  'Гад, специально заманил меня в ангар, чтобы уболтать'.
  
  Луиджи схватил руку Чарис и с жаром затряс. Он не сжал ее пальцы в стальной хватке, а сдавил лишь чуть-чуть, очень бережно. Обычно сильные люди стремятся показать свою силу даже в рукопожатии, чуть ли не ломая другому человеку кости. Луиджи Феррара был не из таких.
  
  'Хотя к чему мне все эти наблюдения? - зло подумала Чарис. - Я же собираюсь уходить! Тьфу, дерьмо, уже успела подпасть под его обаяние'.
  
  - Наша встреча будет недолгой, - холодно произнесла Чарис. - Я не буду у вас работать. Прощайте.
  
  На широком лице Луиджи отразилось такое жалобное недоумение, какое больше подошло бы пушистой домашней шинхе, чем здоровенному мужику с квадратной челюстью.
  
  - Но почему? Мы даже не поговорили! Пожалуйста, задержись ненадолго. Я покажу тебе 'Ласточку' и...
  
  - Давайте не будем тратить время друг друга, - отрубила Чарис. - Я не полечу на этой развалюхе. Разговор окончен.
  
  - 'Ласточка' не развалюха!!!
  
  От визгливого вопля у Чарис заныли зубы. Перед ее лицом вдруг появился баллончик с краской, угрожающе надвинулся.
  
  Рука молниеносно метнулась к бластеру за поясом, и только огромным усилием воли Чарис удалось подавить желание схватиться за оружие.
  
  'Это баллончик, а не атомная граната. Успокойся. Успокойся, я сказала!'
  
  Чарис расслабилась и только теперь разглядела, что красящее оружие сжимает человеческая рука. Пальцы, запястье... Предплечье уходило Чарис за спину.
  
  Обернувшись, Чарис увидела, что длинная рука растянулась на несколько метров и заканчивалась в рукаве футболки хрупкой девушки. Она стремительно шагала от звездолета к Луиджи и Чарис.
  
  Мутация - удлиняющиеся конечности.
  
  Чарис несколько раз встречала таких генетически модифицированных людей, кто-то из них умел видеть в инфракрасном свете, кто-то - плеваться кислотой, а кто-то - удлинять конечности и изгибать тело под немыслимыми углами, чтобы пролезть в напичканные приборами внутренности звездолетов для ремонта.
  
  - 'Ласточка' не развалюха! - снова выкрикнула девушка. Ее рука, словно резиновая, устремилась назад и вскоре приобрела обычные размеры.
  
  - Знакомься, это Келли-Келли, наш бортовой инженер, - представил девушку Луиджи. - Она может быть эм... немного резкой. Просто она очень привязалась к 'Ласточке'. С инженерами такое бывает.
  
  'Да уж, и они начинают разговаривать с каким-нибудь плазменным двигателем как со старым другом. Летали, знаем'.
  
  Келли-Келли являла собой зрелище не менее интересное, чем капитан-громила. Худенькая, очень бледная. В ушах несколько металлических клепок - наверняка непростых. Короткие волосы раскрашены во все цвета радуги. На рубахе - пестрые непристойные надписи. Верх от ярко-оранжевого комбинезона спущен и замотан вокруг талии. Из кучи карманов на широких штанинах торчат различные инструменты, назначения большинства из которых Чарис не знала.
  
  Келли-Келли подошла к Чарис, грозно ткнула ее в грудь баллончиком.
  
  - 'Ласточка' может и старый кораблик, но надежный. Она движется медленнее современных, зато их новые двигатели более аварийноопасны.
  
  - Верно, верно. - Луиджи покивал головой.
  
  - Хорошо, допустим, это корыто взлетит, - нехотя согласилась Чарис. - А как у вас обстоят дела с вооружением? Много пушек на ЭМКТ-5020 не навесишь.
  
  Келли-Келли сразу потеряла агрессивный настрой и увяла, Луиджи нервно почесал щеку.
  
  - Вообще-то у нас одна плазменная пушка, - признался он и добавил совсем тихо. - И для нее есть только три заряда. Больше мы купить не смогли.
  
  Чарис закатила глаза.
  
  - Звезды космоса! И как вы собираетесь отбиваться от пиратов с одной плазменной пушкой и тремя зарядами? Да вас обчистят после первого же гиперперехода!
  
  - 'Ласточка' очень маневренная и быстрая, - запальчиво возразила Келли-Келли. - Звездолеты этого типа строили специально для быстрой перевозки легких грузов. А с таким крутым пилотом, как Лу, мы сможем убежать от любых пиратов.
  
  Луиджи заметно смутился.
  
  - Не то, чтобы крутой...
  
  Чарис скептически выгнула бровь.
  
  - Крутой пилот? И на чем вы летали раньше, господин Феррара? Может быть, вы даже служили?
  
  - А сама-то? - мгновенно взбеленилась Келли-Келли и попыталась наступать на Чарис. - Пришла тут значит такая крутая, всех критикует...
  
  Чарис уже собралась поставить наглую девицу на место, но вмешался Луиджи. Он успокаивающе положил руку Келли-Келли на плечо.
  
  - Ну-ну, успокойся. Я же давал тебе почитать резюме Чарис. Она с Барсы, служила в наемном флоте Эртана, затем Хвана, прошла всю войну.
  
  - Да я забыла прочитать этот файлик, - проворчала Келли-Келли.
  
  Вдруг ее будто током ударило, она вся подобралась, глаза вспыхнули жутковатым блеском.
  
  - Барса? Так ты барсианка? Самый настоящий барсианский суперсолдат?
  
  Келли-Келли едва ли слюной не захлебывалась от восторга.
  
  - Да, я с Барсы, - скупо ответила Чарис. От энтузиазма Келли-Келли ей стало не по себе.
  
  Барса, заштатная планета в туманности Андромеды не могла похвастаться богатыми ресурсами и большими посевными площадями. Много столетий назад совету старейшин пришла в голову мысль, что раз родной мир не может экспортировать ни металлы, ни зерно, то почему бы не поставлять в Галактике другой продукт, которого на планете с суровыми природными условиями было в избытке. Сильных людей. Натренированных солдат.
  
  Каждому выращенному государством солдату находили место в наемной армии, а затем он был обязан первые десять лет службы возвращать родной планете половину жалования. А так как войны ведутся всегда со времен появления во Вселенной людей, то доходы Барсы оставались стабильными.
  
  Келли-Келли аж подпрыгивала от возбуждения.
  
  - Правда, что в твоей крови есть специальные наномашины, которые могут увеличивать скорость реакции и мускульную силу? - протараторила она на одном дыхании.
  
  - Правда. - Чарис неохотно кивнула.
  
  Келли-Келли протянула к ней дрожащие руки.
  
  - Можно... Можно... - От волнения она задыхалась. - Можно я возьму у тебя анализ крови? Исследую твои органы! Они наверняка тоже модифицированы!
  
  - Нет!
  
  Чарис подалась назад, вновь с трудом подавив желание схватиться за бластер.
  
  'Команда безумцев! Эта еще более чокнутая, чем Лу!'
  
  - Нано-машины - секретная разработка Барсы, я не могу позволить тебе исследовать их. В наниты заложена программа самоуничтожения на случай моей смерти или попыток без моего разрешения брать пробы моей крови.
  
  Келли-Келли сникла.
  
  - Жа-а-аль, - протянула она. - Как же тогда, если твоя кровь случайно прольется?
  
  - При попадании на воздух наниты погибают, - тут Чарис спохватилась. - Не уводи меня от темы. Мы обсуждали боевые качества 'Ласточки'.
  
  - И пришли к выводу, что они не так уж плохи, - ввернул Луиджи с самым честным лицом.
  
  - Мы пришли к выводу, что вооружение никуда не годится, - с нажимом произнесла Чарис.
  
  - Внутри еще есть встроенные лазерные пулеметы, на случай абордажа, - заметила Келли-Келли.
  
  - Я в восторге, - с усталой иронией сказала Чарис. - Ладно. С оружием разобрались. Сколько вы намереваетесь мне платить, господин Феррара?
  
  - Всего за рейс компания-наниматель обещала выдать нам двести тысяч кредитов, сто сейчас, сто после возвращения, - сообщил Луиджи и замялся.
  
  - И? - подтолкнула его Чарис.
  
  - Эта сумма на все расходы, на топливо, на оплату возможного ремонта корабля, на питание в дороге и на зарплату команде.
  
  - Потрясающе! - застонала Чарис. - Значит ни о какой фиксированной оплате речи не идет, и я могу вообще остаться без денег.
  
  Луиджи и Келли-Келли потупились, как нашкодившие дети.
  
  - Выходит, что так, - промямлил Луиджи.
  
  - Больше говорить не о чем. Ищите другого безопасника.
  
  Чарис обогнула застывшего Луиджи, сделала два шага к двери, но тут на ее руке повисла Келли-Келли.
  
  - Не уходи, - чуть не плача залепетала она. - У нас вылет завтра, а мы до сих пор не нашли безопасника! Ты наша последняя надежда! Ну пожалуйста... Хочешь я смастерю для тебя какой-нибудь супергаджет?!
  
  Чарис попыталась скинуть Келли-Келли, но та вцепилась мертвой хваткой и продолжала голосить. Повернувшись к Луиджи, Чарис потребовала ледяным тоном, от которого вздрагивали даже тертые жизнью ветераны:
  
  - Сделайте что-нибудь со своей невменяемой подчиненной, капитан.
  
  Луиджи ее слова будто вывели из транса, он вздрогнул, поспешно подошел к Келли-Келли.
  
  - Отпусти госпожу Берг, - ласково проговорил Луиджи, осторожно разжимая своей лапищей тонкие пальчики Келли-Келли. - Ничего страшного, мы сможем полететь и без безопасника.
  
  - Нас всех убьют пира-а-аты! - взвыла Келли-Келли.
  
  Луиджи принялся шептать ей что-то успокаивающее, так нежно, будто она была его маленькой сестренкой или дочерью.
  
  'Без грамотного военного на борту их действительно перебьют, как лирских ящеров', - вдруг осознала Чарис.
  
  Она почувствовала себя последней сволочью. Бросить на произвол судьбы гражданских, разве так должен поступать настоящий солдат?
  
  'Но они сами решили лететь, я их в звездолет силой не пихала, - резонно возразила Чарис самой себе. - Хотят рисковать жизнью - вперед. Я забесплатно подставляться не собираюсь'.
  
  Вот только на счете осталась тысяча кредитов, а предложение Луиджи было первым за целый год. И капитан-недотепа обратился к ней, не побоявшись славы данибского психа.
  
  'Если меня до конца месяца не возьмут на работу придется все равно рисковать жизнью, только уже не ради защиты людей, а ради потехи толстосумов на ринге...'
  
  Чарис сжала губы, посмотрела на Луиджи и Келли-Келли. Оба выглядели такими несчастными, подавленными, даже несмотря на внушительные габариты Луиджи. Сущие дети, за которыми нужен глаз да глаз.
  
  Придется рискнуть.
  
  - Хорошо, я полечу с вами, - сказала Чарис.
  
  Келли-Келли тут же прекратила причитать, словно кто-то выключил звук. Полминуты она и Луиджи таращились на Чарис так, будто она только что прошлась по вакууму без скафандра и вернулась живой. Затем Келли-Келли снова подняла крик, но уже от радости.
  
  - Ура! Ура!
  
  Она принялась выплясывать вокруг Чарис некий замысловатый танец, делая волнообразные движения гибкими руками и вопя.
  
  Луиджи стиснул Чарис в объятиях, на радостях едва не задушив.
  
  - Спасибо. Ты спасла нас! Добро пожаловать в команду.
  
  Чарис высвободилась из хватки огромных рук.
  
  - Пока еще рано радоваться, - строго произнесла она. - Покажите мне корабль. Если внутри он окажется еще хуже, чем снаружи, я точно никуда не полечу, - и добавила хмуро. - Также впредь попрошу воздержаться от неуместных прикосновений.
  
  Луиджи виновато поник.
  
  - Прости. Я не очень хорошо знаю барсианские обычаи. У вас не приняты обнимашки?
  
  - Не приняты, - сквозь зубы процедила Чарис.
  
  'Вон из моей зоны комфорта'.
  
  - Не злись, пожалуйста, я не хотел тебя обидеть. - Луиджи обезоруживающе улыбнулся. - Впредь буду аккуратнее.
  
  Чарис пожала плечами, как бы говоря 'я не обидчивая'.
  
  - Мне вроде бы обещали показать звездолет.
  
  Луиджи хлопнул себя по лбу.
  
  - Совсем забыл: мне еще нужно проверять груз. Келли-Келли, покажешь Чарис 'Ласточку'?
  
  - Есть, капитан! - Та шутливо отдала честь. - Устрою незабываемую экскурсию.
  
  'Слово "незабываемая" в ее устах звучит угрожающе, - кисло подумала Чарис. - И во что только я ввязалась? Возможно, тузить дюжих мужиков на ринге было бы безопаснее...'
  
  Но тревоги оказались беспочвенны: Келли-Келли просто показывала Чарис звездолет, треща, как лучемет, но, хвала Космосу, не пыталась больше брать клянчить на анализ.
  
  Внутри 'Ласточка' оказалась презентабельнее, чем снаружи. Ржавчины нет, пластиковые плиты на полу и стенах вымыты, приборы весело поблескивают кнопками. О звездолете явно заботились. Конструкция - стандартная для ЭМКТ-5020. В носовой части - рубка с двумя креслами и панелью управления. Дальше коридор по обеим сторонам которого - четыре каюты для команды. Дальше - камбуз, медотсек, технический отсек и занимающий половину корабля грузовой отсек. И в кормовой части - отделение с двигателями: позитронным для гиперпрыжков и двумя маневренными атомными для внутрисистемных перелетов.
  
  - Какой у 'Ласточки' налет? - Чарис с трудом смогла втиснуть вопрос в монолог Келли-Келли.
  
  Та немного замялась перед ответом.
  
  - Пятнадцать лет.
  
  - Немало.
  
  - Наших с Лу денег не хватало на что-нибудь поновее, - огрызнулась Келли-Келли.
  
  - Наших с Лу?
  
  Чарис удивилась, она не ожидала, что чокнутая девчонка, которой на вид не больше двадцати лет, один из собственников корабля.
  
  Келли-Келли смутилась.
  
  - Правильнее было бы сказать 'денег Лу'. Моя доля совсем маленькая. Ему не хватало денег для покупки 'Ласточки', и я отдала свои сбережения. Мы летали вместе на транспортнике концерна 'Перевозки-Плюс', оба мечтали о своем звездолете, вот и решили объединиться.
  
  В конце коридора, перед грузовым отсеком, в стене обнаружились перекладины, по которым можно было забраться в стрелковую башню. Эта часть звездолета интересовала Чарис в первую очередь. Келли-Келли выбросила руки вверх, схватилась за самую верхнюю перекладину и подтянула хрупкое тело наверх. Чарис пришлось забираться обычным способом.
  
  В малюсенькой стрелковой башне они едва помещались вдвоем, большую часть места занимало кресло артиллериста с рукоятками управления огнем. Сама плазменная пушка располагалась на корпусе звездолета.
  
  - Я немного усовершенствовала систему наведения, - гордо заявила Келли-Келли. - И еще добавила механизм, который позволяет уменьшить перегрев ствола при высокой частоте стрельбы.
  
  - Всего с тремя зарядами высокая частота нам не грозит, - хмыкнула Чарис.
  
  - Это сейчас у нас три заряда, но в будущем мы сможем купить больше!
  
  'Оптимизма ей не занимать... Вам повезет, если живы останетесь после этого полета, ребята. Стоп. Нам повезет. Мы теперь в одном звездолете'.
  
  Чарис не поленилась выбраться из стрелковой башни через люк на корпус 'Ласточки' и осмотреть пушку. Конструкция ствола ее насторожила, но вспомнились россказни Келли-Келли о модификациях.
  
  Оставалось надеяться, что пушка не взорвется при первом же выстреле.
  
  Затем Чарис осмотрела лазерные пулеметы, предназначенные для ведения огня внутри корабля: особая система наведения реагировала на тепло человеческого тела, а лазеры отражались от обшивки звездолета - вред кораблю был сведен к минимуму. Пулеметы тоже оказались старой конструкции, но модель надежная, во многом лучше современных новинок.
  
  После осмотра оружия Чарис проинспектировала технический отсек, особое внимание уделив скафандрам. Хвала Космосу, один боевой скафандр старого образца на 'Ласточке' обнаружился и достаточно большой, чтобы Чарис могла в него влезть.
  
  В конце экскурсии Келли-Келли провела Чарис в двигательный отсек.
  
  Помещение было разделено на две части металлической стеной, за которой располагались сами двигатели. Попасть туда можно было через дверь, при штатном режиме работы намертво закрытую. На стене располагалась панель с кучей разнообразных датчиков, рядом застыл невысокий мужчина в оранжевом комбинезоне.
  
  - Это наш второй инженер, - пояснила Келли-Келли и гаркнула. - Эй, Тоби!
  
  Мужчина вздрогнул, обернулся. В нем без труда угадывался выходец из Империи Трех Солнц: узкие глаза-щелочки, флегматичное лицо неопределенного возраста, черные, прилизанные волосы, собранные в странный пучок на затылке.
  
  Чарис шагнула к нему, протягивая руку.
  
  - Отставной майор Чарис Берг, претендую на место безопасника в вашей команде.
  
  Инженер остался невозмутим, только сузил глаза так, что они почти потерялись за тяжелыми веками. По тому, как он поколебался, прежде, чем протянуть руку, Чарис все поняла.
  
  'А он, в отличие от Келли-Келли, внимательно прочитал мое резюме. Что, боимся безумного солдата, да?'
  
  Чарис не пыталась скрыть свое участие в Данибской операции, написала о нем в резюме, хотя это и отпугивало работодателей. Но они бы все равно рано или поздно узнали, и за обман пришлось бы расплачиваться.
  
  Инженер наконец-то пожал протянутую руку.
  
  - Тобимароноске Юигахамагирикоси, - степенно произнес он.
  
  - Можешь звать его просто Тоби, - вставила Келли-Келли, хлопнув товарища по плечу.
  
  Тоби недовольно нахмурился.
  
  - Если не возражаете, я тоже буду звать вас 'Тоби'.
  
  Чарис изобразила вежливую улыбку. Он страдальчески вздохнул.
  
  - Называйте, как хотите.
  
  - Как дела с двигателями? - перешла на деловой тон Чарис. - Мы сможем взлететь?
  
  - Если бы не могли взлететь, меня бы тут не было, - резонно заметил Тоби. - Один из пары маневренных барахлил, я его почти починил. Остальные в порядке.
  
  Похоже, в безумной команде нашелся хоть один нормальный человек.
  
  - Спасибо за информацию, - проговорила Чарис.
  
  Келли-Келли вдруг вытянула обе руки и... растрепала обоим волосы.
  
  - Ребята, вы прямо как два робота. Больше жизни!
  
  Чарис и Тоби обменялись усталыми, понимающими взглядами, и Тоби отвернулся к панели, погружаясь в неведомый язык мерцающих сигналов.
  
  На выходе из звездолета Чарис встретил Луиджи.
  
  - Не передумала лететь с нами?
  
  - Оформляем договор на один рейс, - коротко ответила Чарис.
  
  - Отлично. - Луиджи довольно потер руки. - Тогда отправимся к юридическому автомату.
  
  - Я с вами, - вызвалась было Келли-Келли, но Луиджи впервые взглянул на нее строго.
  
  - По-моему кто-то еще с утра обещал вывести на корпусе гордое имя нашего корабля, но пока я вижу только странную надпись 'Ласт'. Не хочу бороздить космос на звездолете с таким дурацким названием.
  
  Келли-Келли надулась, но пошла за баллончиком с краской.
  
  - Кстати, вы уже определились с курсом? - поинтересовалась Чарис.
  
  - Конечно. Наш гипердвигатель не сможет работать без отдыха, поэтому у нас не получится сделать прыжок до Оксара без остановок. Придется прыгнуть до системы Дайта, подрейфовать там три часа, затем прыгнуть до Сайруса, там еще три часа. И уже оттуда к Оксару, - с готовностью выдал Луиджи. - Три дня в первом гиперпрыжке, три дня во втором и того шесть дней на полет.
  
  Мысленно Чарис прикрыла лицо ладонью. Это ж надо быть таким наивным!
  
  - И вы так легко выложили мне весь ваш маршрут? А что если я шпион пиратов?
  
  Луиджи захлопал глазами.
  
  - Но ты же член команды.
  
  - Договор еще не подписан, я не член команды, - раздельно произнесла Чарис. - Если вы хотите успешно вести свое дело, то должны научиться осторожности.
  
  - По-моему у тебя просто профессиональная паранойя. - Луиджи весело рассмеялся. - Какие шпионы? Кому мы нужны? Если всего бояться, то можно всю жизнь провести на ферме на заштатной планетке.
  
  Чарис все же позволила себе едва слышный вздох.
  
  'И как этого субъекта еще никто не убил?'
  
  Чарис и Луиджи вышли из ангара и направились по широкому, освещенному белым светом коридору в сторону лифтов. Ушлые предприниматели расположили юридический автомат прямо на пятом уровне доков, рядом с клиентурой: капитанами, которые принимают в свои команды новых членов.
  
  - Как тебе 'Ласточка'? - спросил по дороге Луиджи. Похоже, подолгу молчать он просто не мог.
  
  - Внутри лучше, чем снаружи, - честно ответила Чарис. - Келли-Келли рассказала, что вы вместе купили ее.
  
  - Да, я много лет пилотировал чужие звездолеты и всегда мечтал о своем.
  
  - При таком халатном отношении к делу, вы даже со своим звездолетом много не заработаете, - не удержалась от едкого замечания Чарис.
  
  Луиджи улыбнулся, загадочно и чуть снисходительно, будто знал что-то, неведомое ей.
  
  - А разве я что-то говорил о бизнесе? Деньги - звездная пыль. Я мечтал летать свободно, а не зашибать кредиты.
  
  Луиджи на мгновение замолчал, затем продолжил совершенно другим голосом, глубоким и мягким, будто рассказывал древнюю легенду.
  
  - В детстве я очень любил истории о старой Земле. Она ведь не всегда была безжизненным куском камня, когда-то на ней зеленели леса, плескались моря и жили люди. Они грезили о звездах, мечтали оторваться от земной тверди. Обрести крылья. Тогда космос был чем-то волшебным, сказочным. Но прошли столетия, и за бесконечными войнами, в погоне за прибылью и роскошью мы забыли о сказке. Вместе с уничтоженной в одной из войн Землей ушел дух приключений, который жил в людях. Космос стал обыденностью. Я не хочу так жить, не хочу летать ради денег. Я хочу вернуть тот дух свободы и приключений. Понимаешь?
  
  'Романтическая чушь! Больший бред я слышала только от сбредившего капрала Райли!'
  
  Но что-то в устремленном на Чарис взгляде Луиджи помешало ей цинично высказаться вслух. Что-то такое от чего сердце щемило в груди и хотелось плакать, хотя слезные железы Чарис давно атрофировались. Наверное, это была искренняя вера в чудо, которой так не хватало людям третьего тысячелетия.
  
  - Я понимаю, что вы хотите сказать, - наконец выдавила Чарис. - Но это... глупо. В наш век рассуждать о сказке...
  
  - По мне так глупо как раз не рассуждать о ней, - парировал Луиджи. - Если никто не будет верить в мечту, люди превратятся в бездушных роботов. Ведь в современном обществе все к тому и идет... В моей команде все, кто так или иначе не вписывается в общество. Келли-Келли поменяла множество звездолетов, отовсюду ее прогоняли, считали чокнутой, однажды даже пытались положить в лечебницу. Тоби, ты не поверишь, сын высокопоставленного генерала из древнего рода Империи Трех Солнц. Он должен был служить в армии, продолжить семейное дело, но он ненавидит все, что связано с оружием, не хочет убивать людей. Он хочет просто заниматься техникой, создавать мирные механизмы, поэтому сбежал из дому. С тех пор перебивается случайными заработками. Со мной похожая ситуация - я родился на сельскохозяйственной планете, помогал отцу в поле, следил за робо-комбайнами, но всегда мечтал о звездах. Закончил в тайне от родителей курсы пилотов, нанялся на внутрисистемный транспортник. Потом и до звездолетов очередь дошла. Родные порвали со мной все связи, батя сказал, что его сын умер...
  
  - И четвертый член команды, суперсолдат, переживший Даниб-3, - закончила Чарис. - Вы еще скажите, что решили меня нанять, потому что я подхожу вашей безумной компании.
  
  Луиджи широко улыбнулся, столько в его улыбке было искреннего тепла и света, что на мгновение Чарис забыла обо всех сомнениях и просто порадовалась, что три часа назад не отключила комм.
  
  - Вполне возможно, вполне возможно, - только и сказал Луиджи.
  
  ***
  
  Звездолет едва ощутимо вздрогнул, надежно прижатая ремнями к противоперегрузочной койке Чарис ощутила легкую тошноту. Она так соскучилась по полетам, что даже дурноту, вечную спутницу гиперпрыжка, воспринимала с радостью.
  
  'Фух, мы вошли в гиперпространство и все еще живы. Хвала Космосу!'
  
  Чарис до последнего момента опасалась, что двигатели старушки 'Ласточки' откажут, и звездолет пополнит ряды затерявшихся в изнанке Вселенной кораблей. Келли-Келли перед отлетом бодро заявила, что в этом случае они смогут узнать, что же происходит с застрявшими в гиперпространстве людьми - но Чарис научной лихорадкой не страдала, и ее такая перспектива совсем не радовала.
  
  'Надеюсь, из прыжка мы тоже выйдем благополучно', - Чарис нажала кнопку, ремни с шипением скрылись внутри койки, и удалось сесть, расправить затекшие плечи.
  
  Вдруг в воздухе затрещало, и по звездолету разнесся веселый голос Луиджи:
  
  - Ребята, поздравляю с успешным стартом! Начало нашим звездным приключениям положено! Предлагаю собраться на камбузе и отметить!
  
  Чарис не слишком-то хотелось идти и что-то отмечать, она бы предпочла остаться в своей каюте. Она с тоской взглянула на коробочку из противоударного пластика, примостившуюся на столе. Среди немногих пожиток Чарис та занимала особое место. Под серой крышкой хранилось десять настоящих сигар с Нью-Кубы, начиненных табаком, листья которого вручную собирались живыми людьми, а не роботами. Длинных, толстых, с терпким запахом. Чарис не пожалела на них всех премиальных за успешное взятие центаврианского флагмана. Это была ее единственная крупная трата. Чарис любила посидеть в тишине, пожевывая кончик сигары, вдыхая приятный запах. Раз в месяц она позволяла себе раскурить одну. Сейчас самое время попыхтеть сизым дымом, чтобы вместе с ним улетели тревоги последних дней. Но...
  
  Надо общаться с товарищами по команде.
  
  Чарис пружинистым движением встала с кровати, накинула поверх майки любимую синюю куртку и направилась на камбуз.
  
  Там уже собрались все остальные члены команды. Луиджи демонстрировал Келли-Келли и Тоби самую настоящую стеклянную бутылку.
  
  'Белая лошадь', - прочла на этикетке Чарис и мысленно присвистнула. Больше половины населения обитаемой Вселенной даже не знало, как выглядит эта самая 'лошадь', но марка виски осталась неизменной еще со времен старой Земли.
  
  - Ого-го, дорогая выпивка, - протянула Чарис. - Где вы ее достали, сэр?
  
  - Я же просил, просто Лу, мы не в армии, - уже в которой раз с момента их знакомства поправил Луиджи.
  
  - Предпочитаю соблюдать субординацию, - все также упрямо возразила Чарис.
  
  - Чари, ты зану-у-уда, - протянула Келли-Келли, которая уже успела наградить Чарис дурацким прозвищем.
  
  Та придерживалась иного мнения: субординация позволяла легко ориентироваться в мире человеческих отношений, благодаря ей Чарис точно знала, как с кем разговаривать. Очень удобно.
  
  Тоби тем временем разглядывал бутылку.
  
  - Самая настоящая 'Белая лошадь', - вынес вердикт он. - Видите вот этот блестящий круг на этикетке? Фирменный знак компании 'Старые вина', его невозможно подделать.
  
  - Давайте пробовать, давайте пробовать! - по вытянутым рукам Келли-Келли побежали волны, признак крайнего возбуждения.
  
  - Я не буду, - поспешила вставить Чарис.
  
  Остальные озадаченно воззрились на нее.
  
  - Не люблю пить, - пояснила она.
  
  'А еще есть мнение, что алкоголь в крови вредно влияет на наниты, но вам это знать необязательно'.
  
  - Скукота, - фыркнула Келли-Келли. - Хоть каплюшечку выпей.
  
  Ее физиономия стала хитрой-хитрой.
  
  - Нет, - отрезала Чарис. - Ты ведь хочешь увидеть меня пьяной, верно?
  
  Келли-Келли принялась невинно насвистывать.
  
  - Ладно, тогда нам больше достанется, - ухмыльнулся Луиджи и достал из шкафчика три пластиковых стакана.
  
  - Прежде чем все напьются до непотребного состояния, я бы хотел кое-что показать, - с ноткой торжественности произнес Тоби.
  
  Чарис давно заметила, что он прячет одну руку за спиной.
  
  'Интересно, что там? Надеюсь, не магнитная бомба'.
  
  Тоби медленно водрузил на стол вазу с композицией из пластиковых цветов и веточек. На полминуты повисла тишина.
  
  - И что это значит? - в своей обычной грубоватой манере спросила Келли-Келли.
  
  - Это икебана, - выпятив грудь, объявил Тоби.
  
  - Ике... чего?
  
  - Вроде бы это вид искусства в Империи Трех Солнц, - неуверенно проговорил Луиджи, потирая подбородок.
  
  Чарис, склонив голову на бок, скептически осматривала композицию: тонкие коричневые ветки, белые цветы с желтыми прожилками, синие цветы, зеленые листочки.
  
  - Икебана - не просто искусство, она несет в себе сакральный смысл, - наставительно изрек Тоби и принялся объяснять. - Синие ирисы символизируют удачу, белые лилии - достаток, зелень - деньги.
  
  - То есть ты желаешь нам удачи и денег, - попыталась расшифровать послание загадочной имперской культуры Келли-Келли.
  
  - На общегалактическом это звучит грубо, но да, - согласился Тоби.
  
  - А те деревца, которые ты держишь в каюте, тоже приносят удачу?
  
  - Бонсай приносят эстетическое наслаждение, - в голосе Тоби прорезалось раздражение. - Вообще откуда ты знаешь о них, ты без спросу входила в мою каюту?
  
  - Да просто увидела, когда мимо проходила, нечего дверь распахивать.
  
  - Не вздумай их трогать! Они очень хрупкие! И это настоящие деревья, не пластик!
  
  - Ого, настоящие деревья?! Тогда я точно их потрогаю! Никогда не видела настоящих деревьев!
  
  Тоби и Келли-Келли затеяли спор: знаменитое спокойствие жителей империи, которое непонятно почему называли восточным, мгновенно слетело с лица Тоби. Чарис наблюдала за перепалкой, мысленно ухмыляясь.
  
  'Как же давно я не летала в команде, уже забыла, каково это, когда вокруг много людей, они разговаривают, смеются, спорят'.
  
  Луиджи, как заботливая мамаша, полез разнимать инженеров, Тоби грозил достать некую 'катану' и нашинковать Келли-Келли, та показывала ему кукиш.
  
  Рейс обещал быть веселым...
  
  Полет в гиперпространстве длился три дня, Чарис использовала это время для отдыха и тренировок. Ее работа начнется, когда они выйдут в обычный космос и будут дрейфовать три часа, ожидая, пока остынет гипердвигатель. А пока майор подтягивалась на перекладине, которую собственноручно установила в своей каюте, читала, слушала перепалки инженеров и болтовню Луиджи. С каждым днем она все больше привыкала к команде, и идея выйти в рейс с таким странным экипажем уже не казалась безумной.
  
  Сразу же после второго гиперпрыжка Чарис отправилась в рубку. Сидящий в кресле пилота Луиджи обеспокоенно взглянул на нее.
  
  - Ты такая сосредоточенная. Что-то случилось?
  
  - Просто готовлюсь к выполнению своих обязанностей. Мы в открытом космосе, значит, пираты могут появиться в любой момент.
  
  Луиджи беззаботно улыбнулся.
  
  - Будем надеяться, что икебана Тоби действительно принесет нам удачу, и мы не встретим бандитов.
  
  - Не стоит рассчитывать на пластиковые цветы, сэр, - буркнула Чарис и села в кресло напротив радара.
  
  Ее опасения оказались не напрасны, всего через полчаса после того, как 'Ласточка' вынырнула из гиперпространства, на радаре замигала красная точка. Чарис вызвала по внутренней связи ушедшего спать Луиджи. С ним притащились инженеры.
  
  - Может быть, патруль? - с робкой надеждой спросила Келли-Келли, вглядываясь в экран радара.
  
  - Буду рада, если это так, - обронила Чарис. - Но стоит готовиться к худшему. Если они сохранят текущую скорость, то будут на расстоянии выстрела из пушки через полчаса. Мы сможем к этому времени прыгнуть?
  
  Покачав головой, Тоби принялся теребить в руках кусок тонкого пластика.
  
  - Нет, двигатель просто разорвет от перегрева.
  
  Запищал внешний комм, Луиджи потянулся, чтобы включить связь, но Чарис перехватила его руку.
  
  - Лучше с ними поговорю я, кто бы они ни были. Вы не против, сэр?
  
  Луиджи неуверенно кивнул, было видно, что он нервничает, но пытается это скрыть.
  
  Чарис села в кресло, включила связь. На экране комма появился загорелый мужчина.
  
  'Он точно не патрульный'.
  
  У галактических патрульных не бывает такого обилия микрочипов в ушах и колец с искусственными алмазами в носах.
  
  - Привет, крошка. - Загорелый игриво подмигнул Чарис. - Ты капитан этой развалюхи?
  
  - Допустим, - ровно произнесла она.
  
  - Тогда не будем тянуть и перейдем к делу. Эта зона принадлежит мне, и за перелеты здесь следует платить. Треть вашего груза придется отдать.
  
  Чарис придала лицу каменное выражение. С такой физиономией она убеждала сержанта Штайнера, что это вовсе не она треснула подносом по голове Хайнца, доставшего ее глупыми подколками. Он же сам поскользнулся и ударился. Честное слово.
  
  - У меня есть идея получше, - отчеканила Чарис. - Если ты через пять минут не уберешься куда подальше, я приставлю генератор антиматерии к твоей заднице.
  
  Пират ответил ей сальной улыбочкой.
  
  - Звучит заманчиво, крошка, но мужеподобные накачанные бабы не в моем вкусе... И не вешай мне лапшу на уши, нет у тебя никакого генератора.
  
  Его улыбка превратилась в хищный оскал.
  
  - Даю тебе пять минут на раздумья. Если не отдашь треть груза, я заберу все, вместе с вашим вшивым корытом.
  
  Экран погас.
  
  Повисшую в рубке вязкую тишину можно было резать квантовым ножом.
  
  - Что будем делать? - нарушил молчание голос Луиджи.
  
  Чарис обернулась к команде. Бледный Тоби машинально сворачивал из листа тонкого пластика какую-то фигурку, Келли-Келли кусала губы, Луиджи смотрел на Чарис растеряно, почти с мольбой.
  
  Она перевела взгляд на приборную доску, покрутила колесико возле радара, просматривая собранные компьютером сведения о вражеском судне.
  
  - У пиратов боевой крейсер класса ДКЦ-2390. Он медленнее нас и менее маневренный, но лучше вооружен. Я считаю, не стоит рисковать. Лучше отдать им то, что они хотят.
  
  - Да ты просто трусишь! - взорвалась Келли-Келли. - Ты же спец по безопасности, ты должна решать такие проблемы. А ты что - сразу в кусты?
  
  Чарис захотелось ей врезать.
  
  'Трусость, говоришь? И что же хорошего в том, чтобы героически погибнуть, поперев на врага во много раз сильнее тебя? Это только по головидению называется героизмом, деточка, а в армии такое зовут дурью!'
  
  Но Чарис не ударила Келли-Келли и ничего не сказала в ответ на оскорбления, а повернулась к Луиджи.
  
  - Как нам поступать, решать вам, сэр. Вы капитан.
  
  Луиджи ссутулился под ее тяжелым взглядом, но затем расправил плечи, упрямо вскинул голову.
  
  - Мы не в армии, я не могу вам приказывать. Нужно провести голосование.
  
  Мысленно Чарис схватилась за голову.
  
  'Голосование! Черные дыры и сверхновые!'
  
  - Кто за то, чтобы драться с пиратами? - вопросил Луиджи.
  
  Келли-Келли замахала обеими руками.
  
  - Я! Я! Надерем им зад!
  
  - Храбрая, как космический десантник, - хмыкнула Чарис.
  
  'И такая же отчаянная и тупоголовая, как многие из них'.
  
  - Я своего мнения не меняю, нужно отдавать часть груза и не лезть на рожон, - твердо проговорила Чарис.
  
  Все взгляды обратились к Тоби, который уже успел сложить из пластика птичку.
  
  - Чего молчишь? - подтолкнула его Келли-Келли.
  
  Инженер помялся, уставился на птичку, избегая взгляда коллеги.
  
  - Я воздерживаюсь, - пробурчал он.
  
  - Так не честно! - заорала Келли-Келли.
  
  Чарис посмотрела на Луиджи.
  
  - В итоге все равно решать вам, сэр. Я подчинюсь любому вашему приказу.
  
  Луиджи сжал огромные кулаки. Он молчал долго, очень долго. Время, отведенное пиратом, утекало. Чарис стало жаль Луиджи, она понимала, каково это - принимать решение, которое может изменить судьбы людей. За двадцатилетнюю военную карьеру она успела покомандовать и десантным взводом, и артиллерийской группой, и малым боевым крейсером. Чарис могла бы снять с Луиджи груз ответственности, надавить на него, заставив принять ее точку зрения - тогда он будет как бы и не причем. Или вообще взять руководство на себя. Но иерархию необходимо соблюдать. Луиджи - капитан, Чарис - его подчиненная. Таков порядок.
  
  - Если мы отдадим треть груза, то можем остаться совсем без прибыли, - заговорил Луиджи. - Так нельзя. Мы будем драться!
  
  - ДА! - рявкнула Келли-Келли, потрясая кулачками.
  
  Тоби скорбно вздохнул и смял фигурку птички.
  
  - Так точно, сэр, - отбарабанила Чарис и щелкнула армированными каблуками ботинок, отдавая честь. - Теперь, как специалист по безопасности, я беру руководство операцией в свои руки.
  
  - Чего? - Келли-Келли набычилась. - А кто только недавно хотел поджать хвост перед пиратами? Теперь уже, значит, командовать будешь?
  
  - Да буду, потому что я единственная, кто имеет военный опыт, - отрезала Чарис. - И если не хочешь сдохнуть, будешь мне подчиняться.
  
  - Все верно, ты босс. - Чарис показалось, в голосе Луиджи прозвучало облегчение, он с радостью передавал ей командование.
  
  - Итак, наша задача: продержаться два с половиной часа, пока не остынет гипердвигатель, - принялась излагать план операции Чарис.
  
  Она не волновалась, чувствуя себя в родной стихии.
  
  - Все это время мы должны будем маневрировать, чтобы не подпустить крейсер близко и уйти от его огня. Капитан - вы главное звено операции, пилотирование на вас. Я буду в стрелковой башне, попробую подбить нашего преследователя.
  
  - А я? Что делать мне? - Келли-Келли, казалось, вот-вот взорвется от нетерпения.
  
  - А вы с Тоби будете лежать в антиперегрузочных койках в своих каютах.
  
  Келли-Келли поникла.
  
  - И все? Скушно.
  
  - А по-моему, совсем не скучно, - веско возразил Тоби.
  
  - Если всем все ясно, то по местам, - объявила Чарис.
  
  Келли-Келли, ворча, вышла из рубки. Направившегося следом Тоби Чарис перехватила за локоть.
  
  - Заблокируй дверь каюты Келли-Келли, - прошептала она. - А то еще вылезет, выкинет чего-нибудь...
  
  Тоби понимающе кивнул.
  
  Когда за инженерами закрылась автоматическая дверь, Чарис окликнул Луиджи.
  
  - Кресло стрелка почти не защищено от перегрузок, - тихо произнес он. - Когда я буду крутить 'Ласточку', чтобы не попасть под огонь...
  
  - Не волнуйся, мое тело приспособлено к большим перегрузкам. - Чарис посмотрела прямо в глаза Луиджи. - Я не вру, я же супер
  солдат. Поэтому крути звездолет как угодно.
  
  Луиджи через силу улыбнулся.
  
  - Ты забыла добавить 'сэр'.
  
  Чарис хмыкнула и вышла в коридор, вслед ей донеслось: 'Удачи'.
  
  Она бегом добралась до лестницы в стрелковую башню, взлетела по перекладинам и упала в кресло. Пять минут, отведенные 'Ласточке' пиратом, уже истекли. Чарис застегнула ремни и, взявшись за ручки управления пушкой, нажала кнопку запуска. На голову ей опустился тактический шлем, перед глазами появился экран с координатами вражеского корабля. Чарис велела компьютеру пушки вывести более подробную информацию, и тот с готовностью сообщил все данные звездолета пиратов вплоть до расположения орудийных портов, а также изобразил на экране его хищно вытянутый корпус.
  
  Келли-Келли действительно очень хорошо поработала с компьютером пушки. Обычно у таких орудий системы наведения слабенькие, а тут на большом расстоянии звездолет сканируется на раз-два.
  
  'Ласточку' тряхнуло, и началась безумная пляска.
  
  На экране Чарис видела красные точки - выстрелы крейсера. Луиджи уходил от них, совершая немыслимые виражи. 'Ласточка' крутилась по спирали, ухала вниз, взмывала верх, двигалась по параболе. Чарис мотало из стороны в сторону, ее то вдавливало в кресло, то швыряло вперед, и если бы не ремни безопасности, она бы врезалась головой в стену. В один миг на тело наваливалась немыслимая тяжесть, в другой становилось легко-легко. Из-за резких перемещений звездолета скачки искусственной гравитации колебались в опасных для организма обычного человека диапазонах, но модифицированное тело Чарис выдерживало перегрузки.
  
  И не такое бывало.
  
  Чарис следила за перемещениями крейсера, терпеливо выжидая удобного момента. Заряды следовало экономить, стрелять только наверняка.
  
  Она расслабилась и принялась мысленно повторять заученную еще в Военной Академии мантру.
  
  'Я камень на берегу кристально-чистого ручья. Я спокойна и сосредоточена. Ну, иди к мамочке, кораблик. Иди к мамочке'.
  
  'Ласточка' перевернулась, Чарис повисла вниз головой, но даже не заметила этого. Она нажала пусковую кнопку точно в нужный момент. Позитронный заряд со скоростью света пронесся сквозь пространство и ударил в двигатели пиратского крейсера.
  
  На экране расцвел огненный цветок, появилось сообщение о повреждениях врага, препятствующих дальнейшему преследованию.
  
  'Получи, сука', - Чарис победоносно ухмыльнулась.
  
  'Ласточка' вернулась в нормальное положение, и Чарис отстегнула ремни безопасности.
  
  Не верилось, что удалось отделаться от пиратов с минимальными потерями.
  
  'Я недооценила экипаж, моя ошибка. Луиджи действительно отличный пилот, а Келли-Келли гениальный техник'.
  
  В коридоре Чарис разблокировала дверь каюты Келли-Келли, затем постучалась к Тоби.
  
  - Выходите, опасности больше нет.
  
  Келли-Келли вихрем вылетела из каюты.
  
  - Мы победили? Победили?
  
  - Да, мы победили, - с усталой улыбкой ответила Чарис.
  
  Тоби не спешил покидать каюту, он осторожно выглянул в коридор, подозрительно осмотрелся.
  
  - Безопасно? Точно?
  
  - Я подбила один из их двигателей, - пояснила Чарис. - Если они не хотят распылить себя по космосу, то прекратят преследование. Кстати, хочу отметить, что улучшенная система наведения работает отлично. Благодаря ей я попала с первого выстрела, сэкономила снаряды. Келли-Келли, отличная работа.
  
  От похвалы безумная любительница техники просияла, затем залилась пунцовым румянцем, особенно заметным на бледной коже.
  
  - Да я что, я ничего. Из подручных средств соорудила, - промямлила она, смущенно скрутив руки в узлы.
  
  Чарис решила, что похвалы с Келли-Келли хватит, а то возгордится, и прошла в рубку. Инженеры потянулись следом. Луиджи встретил их широкой улыбкой.
  
  - Черные дыры, Чарис, это было потрясно! Как ты их подбила!
  
  - С одного заряда, - вставила довольная Келли-Келли.
  
  - В нашей победе больше вашей заслуги, сэр, - заметила Чарис, стараясь соблюдать справедливость и заоднаким отвести от себя лишнее внимание. - Прошу прощения, что сомневалась в ваших способностях пилота. У вас талант. Даже не верится, что вы не служили в армии, такие навыки можно приобрести только в бою...
  
  'Хотя с чего я взяла, что он не воевал? Если он не рассказывает, это еще ничего не значит'.
  
  - Я просто родился со штурвалом в руках. - Луиджи весело рассмеялся, потирая темечко.
  
  Чарис показалось, он чего-то не договаривает. Чтобы так уворачиваться от огня крейсера, одного таланта мало.
  
  Вдруг запищал комм.
  
  Члены команды недоуменно переглянулись.
  
  - А вдруг они уже починили двигатель, и теперь снова будут требовать треть груза? - упавшим голосом спросил Тоби.
  
  - Невозможно, - отрезала Чарис.
  
  Она сделала шаг к комму, но Луиджи ее опередил.
  
  - Все-таки я капитан, - заметил он. - Пора мне сказать пару ласковых нашему приятелю.
  
  Он включил связь. На экране появился все тот же загорелый мужик. Он опять улыбался, но уже не хищно, а с какой-то бесшабашной удалью. Так люди смеются над не фатальными, но все же неприятностями.
  
  - Вы хороши, засранцы, - заявил пират, но тут же удивленно вскинул брови. - А где бой-баба?
  
  - Я за нее, - с ухмылкой ответил Луиджи.
  
  - Не смей оскорблять нашу Чари! - взлезла в разговор Келли-Келли, она поднырнула под локоть Луиджи и показала экрану комма язык. - Это она вас подбила!
  
  Чарис осталась невозмутимой, в свое время ее как только не называли, 'бой-баба' по сравнению с руганью Штайнера - ласковое прозвище.
  
  Луиджи слегка отпихнул Келли-Келли и погрозил ей пальцем так, чтобы не было видно с экрана. Чарис поймала ее за ворот рубахи и оттащила в сторону.
  
  - Спасибо, конечно, что заступилась, но лучше не лезь в разговор старших по званию, - проворчала Чарис.
  
  - Бу-бу-бу, - передразнила Келли-Келли, но хотя бы замолчала.
  
  - Что ж тогда ваша Чари отличный стрелок, - сказал тем временем пират так непринужденно, будто это не он несколько минут назад палил по 'Ласточке' из всех стволов. - А ты сам кто, чувак?
  
  - Я - капитан этого звездолета. - Луиджи подбоченился.
  
  - Тогда поздравляю, у тебя отличные стрелок и пилот. Не ожидал от вашей развалюхи такой прыти.
  
  Пират зычно расхохотался.
  
  - Вы прикольные, чуваки.
  
  Луиджи ответил задорной улыбкой.
  
  - Да ты тоже классный парень, жаль, что пират.
  
  - Будете еще в нашем секторе - полетаем. - Загорелый отсалютовал.
  
  - Обязательно, - пообещал Луиджи.
  
  Пират отключился.
  
  Чарис мысленно взвыла.
  
  'Похоже, не один Луиджи грезит о космических приключениях. Е-мое, загорелый придурок ведет себя так, будто мы тут дуэль устроили. Прямо как в голокино про пиратов! Меня окружают одни психи: команда - психи, бандиты - психи'.
  
  Рядом с Чарис 'психи' отплясывали победный танец и орали во всю мощь легких. Луиджи подхватил обоих инженеров, по сравнению с ним казавшихся совсем детьми, и закружил по рубке.
  
  - Победа! Победа! - кричал он.
  
  Келли-Келли визжала, Тоби глупо улыбался от уха до уха.
  
  Чарис фыркнула, подавляя смех, и уже собралась ретироваться, но Луиджи ее засек.
  
  - Чарис, можно нарушить твою зону комфорта? - весело вопросил он.
  
  Она уже хотела вежливо послать его, но передумала.
  
  Ладно, один раз можно.
  
  - Нарушай, - разрешила она.
  
  Луиджи протопал к ней, и Чарис оказалась зажата в кольце его ручищ, вместе с Келли-Келли и Тоби.
  
  - Мы сделали это. Мы победили все вместе, - значительно проговорил Луиджи. - Помните, мы работали вместе.
  
  - Лу, задушишь ведь, - прохрипел Тоби.
  
  - Победа! Победа! - кричала Келли-Келли.
  
  'Может быть, они и психи, но психи славные', - подумала Чарис.
  
  Когда через два часа 'Ласточка' нырнула в гиперпространство, и опасная зона осталась далеко позади, Луиджи предложил отметить победу над пиратами. Виски не осталось, поэтому пили обычный напиток звездолетчиков - 'тормозную жидкость'. На самом деле это был почти чистый спирт. Чарис как обычно отказалась, и остальные члены команды накачивались за нее. Луиджи, напрочь лишенный слуха, начал выводить 'В космические дали мы летим!', Келли-Келли аккомпанировала ему, отбивая такт ложками по бутылке. Тоби повязал на голову тряпку, прыгал на столе и орал 'Банзай!'. Чарис поймала себя на том, что умиляется, глядя на них. Такие забавные, такие простые и добродушные.
  
  Келли-Келли быстро развезло, она стала воинственно размахивать стаканом и толкать грозные речи.
  
  - Мы всех победи... ик... им! Мы лучшие солдаты во Вселенной! Организуем свою армию!
  
  - Угомонись, угомонись, - увещевал ее более трезвый Луиджи.
  
  - Воевать не так легко, как тебе кажется, - резче, чем следовало, сказала Чарис.
  
  Стоило бы промолчать, но она не сдержалась: ее раздражало, когда гражданские начинали рассуждать о войне, когда на самом деле даже близко настоящего сражения не видели.
  
  - П-ф-ф, тоже мне, самая умная выискалась, - мгновенно завелась Келли-Келли. - Госпожа 'я крутой суперсолдат'. Ха, как будто это так сложно, палить по крейсеру из пушки, небось, не ты это оружие делала в поте лица, ты только кнопки нажимаешь.
  
  - Келли-Келли! - на памяти Чарис Луиджи впервые повысил голос.
  
  Хмель с него мгновенно слетел, лицо стало строгим, даже суровым.
  
  - Келли-Келли, извинись.
  
  - Не буду, - уперлась та. - Где она вообще воевала, чтобы так выпендриваться?
  
  - Келли-Келли!
  
  В душе Чарис поднялась холодная ярость, попытка ее подавить успехом не увенчалась.
  
  - Рассказать, где я воевала? - опасно тихим голосом спросила Чарис.
  
  - Не надо, - в разговор влез Тоби, переводя взволнованный взгляд с Чарис на Келли-Келли и обратно. - О таком не надо вспоминать во время полета, еще накличем беду.
  
  - Келли-Келли, поговорим, когда протрезвеешь, а сейчас просто извинись. - В тоне Луиджи было столько льда, что Чарис даже забыла о своей злости.
  
  'Умеет, когда нужно, приструнить, подчиненных'.
  
  Проняло даже пьяную Келли-Келли, она поникла, с минуту посидела молча, потом зыркунла на Чарис исподлобья. Ну прямо провинившаяся пушистая шинха. Все раздражение тут же ушло, и Чарис захотелось ласково растрепать Келли-Келли волосы.
  
  - Прости, Чари, я часто не думаю, что говорю. Я не со зла... Не понимаю, чего все так всполошились-то? Ты участвовала в каком-то жутко важном сражении?
  
  - Данибской мясорубке, - коротко пояснила Чарис.
  
  Тоби втянул голову в плечи.
  
  - Давайте не будем об этом, пожалуйста.
  
  Келли-Келли сложила руку в знак вопроса.
  
  - Что за Данибская мясорубка такая?
  
  Чарис изогнула бровь.
  
  - Ты не знаешь?
  
  - Неа, во время войны я жила на дальней станции. Да и вообще не интересуюсь я всем этим: сражения, тактика... Скукота.
  
  - Я же просил! - взывал Тоби.
  
  - Действительно, давайте не будем об этом, - поддержал его Луиджи. - Мы собрались отпраздновать победу, а не говорить об ужасных сражениях прошлого. Ты потом сможешь найти информацию в комм-сети. Хорошо, Келли-Келли?
  
  - Я могу рассказать, - с каким-то мстительным удовлетворением произнесла Чарис. - Из первых уст будет познавательнее.
  
  Она снова ощутила легкую злость, что-то подталкивало ее изнутри, слова сами срывались с губ.
  
  - Расскажи. - Еще не до конца протрезвевшая Келли-Келли не понимала, о чем просит.
  
  Луиджи озабоченно взглянул на Чарис, похоже, что-то заметил в ее глазах и нехотя кивнул.
  
  - Если ты, правда, хочешь рассказать, то рассказывай.
  
  Чарис набрала в грудь побольше воздуха и заговорила.
  
  - Во время сражения у Даниба-3 Центаврианская Империя применила новейшую разработку - психолуч. Как мне позже объяснили, это оружие создает колебания в темной материи или что-то подобное. Я ни хрена не поняла, да и подробности уже засекречены, а психолуч вошел в список запрещенного оружия. Центавриане ударили по трем кораблям наемного флота Хвана, и примерно две трети команды, те, у кого психика была чуть послабее, спятили. Они начали убивать своих, а трупы... пожирали. Представляете, вот сидишь ты с другом в стрелковом отсеке, вы готовитесь стрелять... И тут бац - он бросается на тебя, впивается зубами тебе в руку и отрывает шмоток мяса... Центавриане даже не пытались сбить наши оставшиеся без управления звездолеты, решили подождать, пока мы друг друга перебьем, и потом захватить неповрежденные корабли. Суки. В общем, мы, те, кто не сошли с ума, стали пробиваться к рубке. Отстреливаясь от орды брызжущих слюной безумцев, которые совсем недавно ели с нами в одной столовой, смеялись, играли в карты... Оставшиеся в живых забаррикадировались в рубке. Появившийся центаврианский десант добил уцелевших каннибалов, а нас взял в плен.
  
  Чарис говорила монотонно, как робот-уборщик. Но, похоже, от ее тона членам команды стало только еще более жутко. Тоби придвинулся к Келли-Келли, Лу насупился и буравил пол мрачным взглядом.
  
  Сама Чарис давно привыкла к страшным воспоминаниям, она уже не просыпалась от кошмаров, и лишь боль тупой иглой застряла в сердце. Окровавленные лица друзей останутся с Чарис до самой смерти.
  
  - На нашем корабле в живых остались только пятеро, с остальных кораблей выжило еще примерно столько же. В итоге двенадцать человек - все, что осталось от трех лучших кораблей флота Хвана, - продолжила Чарис после минутного молчания. - Нас исследовали психологи, нашли абсолютно нормальными. Но...
  
  Она криво ухмыльнулась.
  
  - Врачи могут говорить все, что угодно, но звездолетчики люди суеверные. Многие считают, что мы можем съехать с катушек в любой момент, и боятся брать тех, кто пережил Даниб-3, на работу.
  
  Вдруг послышалось всхлипывание. Келли-Келли утерла нос тыльной стороной ладони, снова всхлипнула.
  
  - Какой ужас, - выдавила она. - Но так же нельзя! Нельзя так поступать с людьми!
  
  Чарис риторически пожала плечами.
  
  - Все можно.
  
  Келли-Келли еще раз всхлипнула, яростно тряхнула головой.
  
  - Прости меня, Чари, вот правда, прости, - пылко воскликнула она. - Я же не знала, что у тебя такое было.
  
  - Надо читать резюме новых членов экипажа, - пробурчал Тоби.
  
  Луиджи молчал, изучая взглядом свои руки.
  
  - Вы ведь тоже воевали, сэр? - обронила Чарис.
  
  - Просто Лу, - поправил он ее с мягкой улыбкой. - Я не люблю обращение 'сэр', оно напоминает о войне. Так ко мне обращались погибшие товарищи. Не хочу его слышать.
  
  - Ясно, - Чарис не знала, что еще сказать.
  
  'А я-то думала, он просто не любит формальностей'.
  
  - Е-мое, - охнула Келли-Келли. - Лу, так ты тоже воевал? А почему никогда не рассказывал?
  
  - Потому что о таком не рассказывают за кружкой пивка в баре. - Луиджи продолжал улыбаться, все так же мягко, светло и грустно.
  
  - Ты потому принял меня в команду, не побоявшись славы данибского психа? Чтобы поддержать товарища-ветерана? - Чарис сама удивилась своему вопросу.
  
  Луиджи взглянул на нее необычно серьезно.
  
  - Да, раз власть и общество выбрасывают искалеченных войной людей, кто-то должен им помогать.
  
  Его улыбка стала искристой, задорной.
  
  - А еще потому, что ты была идеальным дополнением к нашей безумной команде!
  
  Келли-Келли и Тоби облегченно рассмеялись, Чарис почувствовала, как отлегло от сердца. Она ведь никому кроме психологов не рассказывала о Данибе-3, считала, что ей это не нужно. 'Выговориться' - это отдушина для слабаков, думала она.
  
  Оказалось, нет.
  
  - Выпьем за нашу безумную команду! - возвестила Келли-Келли.
  
  Чарис плеснула себе немного 'тормозной жидкости' и чокнулась вместе со всеми. Не для того, чтобы выпить, а просто чтобы что-то в этот момент объединило ее с командой.
  
  ***
  
  Перед выходом из гиперпрыжка Чарис устроилась во втором кресле в рубке.
  
  - Отдохнула бы лучше в своей каюте, - сказал Луиджи. - Неужели ты думаешь, что на нас нападут прямо на выходе?
  
  - Лучше быть осторожными, мы чудом смогли отделаться от пиратов в первый раз, боюсь, на этом призванная икебаной удача закончится, - заметила Чарис, пристегивая ремни безопасности.
  
  Луиджи не стал ее уговаривать, занялся многочисленными кнопками на приборной доске.
  
  'Ласточка' вышла из гиперпространства, Чарис уставилась на радар, Луиджи выключил гипердвигатель, звездолет начал дрейф.
  
  - Вот видишь, ничего страшного.
  
  Луиджи сладко потянулся.
  
  - Эх, вот как доставим груз, получим остаток платы, сможем модифицировать двигатель. Купим необходимые детали прямо на Оксаре, оттуда уже полетим с одной остановкой. Я проложил курс через систему Цереры, там патрульные кишат. И никаких пиратов.
  
  - Угу, - поддержала беседу Чарис, не отрывая взгляда от радара.
  
  - Можно будет заглянуть в Нью-Вегас по дороге. Будет весело... Чарис, ты ведь останешься в команде после этого рейса?
  
  Луиджи иногда любил задавать внезапные вопросы.
  
  - Возможно, - неопределенно ответила Чарис. - Мы пока еще не добрались до Оксара, рано загадывать.
  
  - Да ладно, отбились от одних пиратов, отобьемся и от других. У нас уже есть выработанная тактика.
  
  - Она сработает, только если у пиратов не будет быстрого и маневренного звездолета, - возразила Чарис. - Или кью-захвата.
  
  - Да ладно тебе, кью-захват такая дорогущая штука, разве могут простые пираты ей разжиться? Ты слишком пессимистична.
  
  - Угу.
  
  - А когда заработаем еще больше денег, можно будет полететь в Райский уголок. Всегда мечтал там побывать. На трехмерных голофото лазурная вода здорово смотрится, так и хочется искупаться.
  
  - М-м-м...
  
  - Похоже, 'м-м-м' и 'угу' твои любимые слова. Любишь мычать по-коровьи?
  
  - Что такое по-коровьи?
  
  Чарис даже оторвалась от экрана.
  
  - Ты не знаешь? Вот что значит человек с технологической планеты. Корова - такое животное с рогами.
  
  Луиджи приставил два пальца к голове и сделал вид, что пытается боднуть Чарис.
  
  - Му-у-у!
  
  Майор с трудом подавила улыбку.
  
  - Я не мычу, я просто даю знать, что я тебя слушаю.
  
  - Вот как... А я думал, ты так угукаешь, лишь бы отделаться.
  
  - Нет, я не знаю, что сказать, но показываю собеседнику, что я внимательно его слушаю.
  
  Луиджи озадаченно почесал темечко.
  
  - Как все сложно.
  
  На несколько минут они замолчали, Чарис снова сосредоточилась на радаре.
  
  - Я никогда не устаю смотреть на звезды, - произнес Луиджи совсем другим тоном.
  
  Чарис оторвала взгляд от экрана, посмотрела в иллюминатор: на черном бархате космического пространства блестели бриллианты. Двойная звезда системы Сайруса, синий и фиолетовый шар, на таком расстоянии казалась драгоценным камнем в роскошном ожерелье.
  
  Чарис замерла, захваченная прекрасной картиной.
  
  'Как же давно я не смотрела на звезды просто так'.
  
  - Пожалуй, вы правы, сэр. Мы стали забывать, насколько чудесна Вселенная, - проронила она.
  
  И тут радар запищал, на экране замигала красная точка.
  
  'Ласточку' тряхнуло, Чарис вдавило в кресло. Луиджи, легкомысленно отстегнувший ремни безопасности, шлепнулся на пол и кубарем покатился к стене. На мгновение все лампочки на приборной панели вспыхнули тревожным алым цветом, освещение мигнуло и погасло, затем вспыхнуло вновь. Чарис не нужно было смотреть на строчки информации, побежавшие по радару, все признаки и так были налицо.
  
  - Мы попали в кью-захват, - сообщила она поднимающемуся с пола Луиджи.
  
  - Но откуда у простых пиратов кью-захват? - ошарашено выдавил он.
  
  - Видимо, мы напоролись на один из подавшихся в разбой тяжелых крейсеров.
  
  В этот момент в рубку ворвались инженеры.
  
  - Что за дерьмо?!
  
  - Мои бонсай!!!
  
  Орали они поразительно синхронно.
  
  - Какого хрена творится, я чуть башку не расшибла! - Келли-Келли показывала здоровенную шишку на лбу. - Лу, ты чего решил покрасоваться и показать чудеса пилотажа?!
  
  - Мои бонсай! Они упали! Ветки сломались! - причитал Тоби.
  
  - Тихо. Оба. - Чарис умела говорить негромко, но так, что ее сразу слышали и подчинялись.
  
  Инженеры мгновенно смолкли.
  
  - Противник взял 'Ласточку' в кью-захват, - произнесла Чарис.
  
  - Кью-чего? - переспросила Келли-Келли.
  
  - Кью-поле позволяет сцепить два звездолета вместе, так что они не могут отдалиться друг от друга, как бы ни работали двигатели. - Луиджи избавил Чарис от необходимости давать объяснения. - Тут как-то замешана теория относительности, больше сказать не могу.
  
  - Ну так давайте вдарим по этим засранцам из пушки. - Келли-Келли тут же загорелась боевым азартом.
  
  - Мы не можем вдарить, - с неожиданной злобой проговорил Тоби. - Поведение заряда в кью-поле невозможно предсказать, он вполне может изменить траекторию и ударить по нам самим. Стрелять ни в коем случае нельзя.
  
  - Но тогда пираты тоже не могут стрелять... - начала Келли-Келли.
  
  - А им и не нужно, они просто отправят к нам десант и смогут захватить звездолет неповрежденным, - сказала Чарис.
  
  Команде потребовалась минута, чтобы осознать сказанное.
  
  - Десант... То есть сюда ворвутся вооруженные до зубов головорезы и начнут палить, - упавшим голосом проговорила Келли-Келли.
  
  По стремительно бледнеющим лицам товарищей Чарис видела, как до них доходит весь ужас происходящего. Это тебе не лихой загорелый пират, который давал время подумать, и от которого можно было откупиться частью груза. Теперь 'Ласточка' столкнулась с жестокими профессионалами, для которых перебить маленькую команду транспортника - раз плюнуть. Противник был не где-то далеко, он вот-вот появится здесь.
  
  - Без паники, - твердо произнесла Чарис. - У нас еще есть шанс. В десантный катер помещается не более двадцати человек, а часто и меньше - зависит о модели. Половину или даже больше нейтрализую я, вы запритесь в рубке и сможете отстреляться от остальных с помощью бортовых лазеров.
  
  - Чари, но ты же... - жалобно прошептала Келли-Келли.
  
  - Нет времени на разговоры. - Чарис бросила взгляд на радар. - Десантный катер уже движется к нам.
  
  Чарис быстро прошла к двери, спиной она чувствовала взгляды команды. На пороге она все же остановилась, обернулась, собираясь еще раз подбодрить товарищей. Ей вспомнился суровый сухой старик, который вел в Академии военную историю. На первой лекции он сказал: 'Запомните, настоящий солдат не тот, кто убивает. Настоящий солдат тот, кто защищает. Спасти гражданских - вот ваш долг. И пока вы способны дышать, ни один гражданский не должен пострадать'.
  
  - Не волнуйтесь, ребята. Я защищу вас, - сказала Чарис. - Ведь для этого я здесь.
  
  Они смотрели на нее со страхом, надеждой, болью. Первым не выдержал Луиджи, подошел, пробурчал 'к черным дырам зону комфорта', стиснул Чарис в объятиях. Подлетела Келли-Келли, повисла на руке, бормоча что-то бессвязное. Подошел и Тоби, сунул Чарис в руку какой-то кусочек пластика.
  
  - Это талисман, мне подарили на первый день рождения, он приносит удачу, - едва уловимый шепот.
  
  - Ты только не вздумай помирать, - пробормотал Луиджи, разжимая руки.
  
  - Не вздумай. - Келли-Келли погрозила кулачком.
  
  - Я постараюсь, - только и смогла выдавить Чарис.
  
  Она со всей ясностью осознала, что готова с радостью отдать жизнь за этих людей.
  
  Покинув рубку, Чарис положила талисман Тоби в карман брюк и прошла к техническому отсеку, облачилась в боевой скафандр и, сняв верный бластер с предохранителя, заговорила во встроенную рацию.
  
  - Как слышно, прием?
  
  - Слышим хорошо, - ответил Луиджи. Его голос звучал спокойно и сосредоточенно, он отбросил страх.
  
  - Сообщайте мне о передвижении противника за бортом.
  
  - Катер приблизился к нам. Из него вышло десять человек в скафандрах, они собрались у люка. Взламывают его.
  
  - Вас поняла.
  
  Люк они взломают примерно через пятнадцать минут.
  
  За это время Чарис успела перетащить из технического отсека несколько ящиков и устроила посреди коридора возле люка баррикаду. Она спряталась за импровизированной стеной, заняла позицию для стрельбы.
  
  Люк распахнулся, по коридору ударили выстрелы.
  
  Теперь пришло время нанитов.
  
  'Активировать нано-машины. Уровень синхронизации - сорок процентов', - отдала мысленную команду Чарис.
  
  Сорок процентов - стандартный боевой режим нанитов. Он позволял барсианцам двигаться быстрее, чем обычные люди, увеличивал силу. Использовать более высокий уровень синхронизации было чревато.
  
  Мир для Чарис замедлился, зеленые дорожки от лучей бластеров ползли по воздуху, как червяки, от них легко было уклоняться. Чарис высунулась из-за баррикады, метким выстрелом сняла одного из пиратов. Пригнулась, уходя от зеленого червяка, наклонилась вправо, затем влево. Выстрелила снова. Еще одно прямое попадание.
  
  Нужно положить как можно больше, пока они не поймут, что имеют дело с барсианцем.
  
  Волнения не было, Чарис действовала, как идеально настроенный механизм. Коим она и являлась - машина, заточенная для войны.
  
  Чарис выстрелила в третий раз, но очертания фигуры пирата неожиданно размазались, черный скафандр превратился в кляксу.
  
  Барсианец!
  
  Темная туша упала на Чарис сверху, мощный удар едва не пробил лицевую пластину шлема. Чарис изогнулась, попыталась выстрелить. Пират поймал ее руку, вывернул. Бластер со стуком отлетел куда-то за ящики.
  
  Двое барсианцев сцепились, покатились по полу, осыпая друг друга ударами.
  
  Краем глаза Чарис успела заметить, что остальные семеро пиратов пробежали мимо них дальше по коридору.
  
  'Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Слишком много. Семь профи против троих не умеющих стрелять наивных мечтателей'.
  
  А Чарис никак не могла избавиться от барсианца. Силы были равны. Одинаковая подготовка. Одинаковый уровень синхронизации нанитов.
  
  'Уровень'.
  
  Чарис решилась.
  
  'Уровень - девяносто процентов', - отдала она мысленный приказ.
  
  Это было самоубийство.
  
  'Пока вы способы дышать, ни один гражданский не должен пострадать'.
  
  Мир замер, а на краю зрения Чарис появились ярко-алые цифры: 00:30.
  
  У нее было ровно тридцать секунд до того, как кровяные сосуды не выдержат перегрузки и лопнут.
  
  00:29
  
  Черная фигура барсианца застыла с занесенным кулаком. Чарис свернула ему шею, легко, словно сломала прутик.
  
  00:27
  
  Чарис отпихнула обмякшее тело, поднялась и побежала по коридору длинными прыжками. В голове осталась только одна мысль - убить.
  
  00:15
  
  У входа в рубку Чарис увидела шестерых. Еще один лежал на полу неподвижно. На потолке дымились две дыры - все, что осталось от лазеров.
  
  00:10
  
  Обогнув застывших пиратов, Чарис вынула из рук одного из них бластер.
  
  Шесть выстрелов. Шесть трупов.
  
  00:02
  
  'Отключение', - отдала Чарис мысленную команду.
  
  Все вокруг закружилось, Чарис покачнулась и рухнула на пол.
  
  'Уложилась. Повезло'.
  
  Барсианцы использовали уровень синхронизации девяносто процентов только в экстренных случаях. И не только из-за опасности разрыва сосудов. Но этим прелести такого режима нанитов не ограничивались. Чарис ощутила, как начали неметь ноги.
  
  - Пираты уничтожены, - флегматично сообщила она в рацию. - Меня нужно в течение пяти минут перенести в медотсек, иначе нервная система отключится уже навсегда.
  
  Чарис ожидала, что товарищи вызовут ей робоносилки, но дверь в рубку открылась, и в коридор ворвался Луиджи. Он сгреб Чарис в охапку и, грохоча, как бронетанк, пронесся по коридору к медотсеку.
  
  Луиджи сунул Чарис в прозрачную капсулу, к тому времени торс Чарис полностью потерял чувствительность. Постепенно начали неметь руки и шея. Луиджи буквально сорвал с Чарис скафандр.
  
  - Нужно впрыснуть мне гемаглохронит, - быстро сказала Чарис.
  
  Луиджи лихорадочно осмотрелся, нажал нужные кнопки, и выдохнул только тогда, когда тонкие иглы шприцов сквозь одежду вошли в тело Чарис.
  
  - Ты... ты... - заикаясь, начал Луиджи. - Ты чего с собой сотворила?!
  
  - После гемаглохронита меня нужно будет заморозить до Оксара, - так же спокойно проговорила Чарис. - Там в госпитале должны быть более сложные аппараты, которые приведут меня в порядок.
  
  Луиджи на мгновение спрятал лицо в ладонях, затем посмотрел на Чарис тяжелым взглядом.
  
  - Спасибо, - уронил он, но тут же ухмыльнулся. - Мне конечно и раньше доводилось срывать с женщины одежду, но чтобы так поспешно, никогда.
  
  Чарис хотелось бы поддержать его шутку, но...
  
  - Рано расслабляться. Пираты еще могут доставить нам неприятностей.
  
  - Они пошлют новый десант. - Рука Луиджи скользнула к бластеру на бедре.
  
  - Если бы я была их командиром, я бы не стала рисковать людьми, посылая новую команду. Я бы, пользуясь, кью-захватом, подошла ближе к 'Ласточке' и расстреляла ее двигатели из пушек. А затем предложила бы команде сдаться.
  
  Луиджи нервно хохотнул.
  
  - Хорошо, что ты на нашей стороне.
  
  Топот, шипение, будто кто-то тормозит на скользком полу.
  
  - Катер! Еще один десантный катер!
  
  Бледная Келли-Келли ворвалась к медотсек.
  
  Чарис выругалась сквозь зубы.
  
  - Быстро в рубку.
  
  Луиджи упрямо свел брови.
  
  - Мы тебя тут не оставим.
  
  - Выдерешь медкресло и потащишь меня в рубку? Не глупи. Действие гемаглохронита пройдет через полчаса, и без заморозки я умру.
  
  Луиджи хмуро смотрел в пол и молчал, Келли-Келли всхлипнула.
  
  - Я - солдат, я готова к смерти, - с нажимом произнесла Чарис. - Позаботьтесь о себе.
  
  - Но мы не готовы к твоей смерти! - рявкнул Луиджи.
  
  Вдруг 'Ласточку' тряхнуло, свет мигнул. Луиджи не удержался на ногах и повалился на пол, Келли-Келли удачно приземлилась сверху.
  
  - Опять? - всполошился Луиджи.
  
  Чарис скрипнула зубами от досады.
  
  'Что там еще выкинули долбаные пираты?'
  
  - Я пойду проверю радар! - Келли-Келли выбежала в коридор.
  
  Несколько напряженных минут Чарис и Луиджи вслушивались в ее шаги. Затем раздались приглушенные голоса. Вдруг Келли-Келли завизжала. Если бы Чарис могла двигаться, то мгновенно слетела бы с койки и бросилась на помощь.
  
  Луиджи напрягся, но тут же расслабился, ободряюще погладил Чарис по руке.
  
  - Не волнуйся. Это она от радости. Но с чего? Неужели пираты передумали и отозвали катер?
  
  Через мгновение Келли-Келли втащила в медотсек взъерошенного Тоби.
  
  - Мы их сделали! - заорала Келли-Келли. - Тоби их подстрелил!
  
  - Он что? - не веря своим ушам, переспросила Чарис.
  
  - Мы подбили пиратов, - гордо выдала Келли-Келли, но тут же смущенно поправилась. - Вернее, Тоби подбил.
  
  - Они сломали мои бонсай, - процедил тот.
  
  - Так. Стоп. Ты стрелял по пиратам в кью-поле? - Чарис очень пожелала, что не может двигаться, руки так и чесались отвесить Тоби затрещину.
  
  Пришлось вложить всю свою ярость в голос.
  
  - Чем ты только думал! Повезло, что снаряд не попал в нас! Или все же попал?!
  
  - Не попал, я все точно рассчитал, - проворчал Тоби. - Я прикинул искажение и вложил в компьютер пушки точную траекторию снаряда.
  
  - И мы их подбили! - выпалила Келли-Келли, но под пылающим взглядом Чарис сникла и попыталась спрятаться за Тоби.
  
  - Каков был риск? - встрял Луиджи.
  
  - Эм... ну... - Тоби замялся. - Пятьдесят на пятьдесят.
  
  Чарис не сдержалась и цветисто выругалась.
  
  Глаза Келли-Келли стали похожи на два блюдца.
  
  - Я даже таких слов не знаю...
  
  Сделав глубокий вдох, Чарис пригвоздила Тоби взглядом к полу.
  
  - Ты избавил нас от угрозы пиратов. Молодец. Хвалю. Но. Никогда. Больше. Так. Не. Рискуй. Без. Моего. Ведома. Ясно?
  
  - Ясно!
  
  На тонких губах Тоби расцвела улыбка.
  
  - Это им за мои бонсай!
  
  И команда дружно рассмеялась. Чарис тоже попыталась улыбнуться, но мышцы лица ей уже не подчинялись. Гемаглохронит делал свое дело, Чарис чувствовала, как расслабляется тело, превращаясь в жидкое желе. Сознание затуманивалось, мысли текли вяло.
  
  - Сигару бы... - сумела выдавить Чарис прежде, чем провалилась в черноту.
  
  ***
  
  Открыв глаза, Чарис увидела белоснежный потолок. Комнату заливал яркий свет, пахло цветами.
  
  Чарис осторожно села на кровати, осмотрелась. Да, точно, вон окно: легкий ветерок развевает тонкую занавеску, шуршат фиолетовые листья, в форточку заглядывают зеленые цветочки.
  
  'Или я еще сплю, или это больница на Оксаре. Скорее все-таки второе'.
  
  Скептический голос в душе отметил, что команда 'Ласточки' все-таки довезла ее до больницы, не бросила. Причем больницы явно не самой дешевой. Рядом с кроватью Чарис мигал огнями здоровый ящик, тоненький провод тянулся от него к запястью. Аппарат диагностики и искусственного питания. Сама палата была чистенькой, на стене висело несколько картин с видами природы Оксара. Мило.
  
  Чарис помотала головой, согнула и разогнула руку. Чувствовала она себя отлично: отдохнувшей и посвежевшей. Удобно устроившись на подушке, Чарис подхватила с тумбочки свой комм.
  
  'Ребята даже позаботились принести мои вещи'.
  
  Чарис зашла на свой счет.
  
  'Пятнадцать тысяч кредитов. Хм, странно. Лечение должно было обойтись в кругленькую сумму. Неужели фирма заплатила нам больше?'
  
  Дверь палаты распахнулась, и в комнату вплыл поднос. За подносом показались три счастливые физиономии.
  
  - Чари, наконец-то ты проснулась! - воскликнула Келли-Келли.
  
  - Вы что, под дверью дежурили? - Чарис не смогла скрыть изумления.
  
  - Почти. - Луиджи улыбнулся. - Врачи сказали, что сегодня ты должна очнуться, и мы с утра ждали в холле. Робо-сестра только что сообщила, что датчики зафиксировали твое пробуждение.
  
  - Вот, это тебе пожелания здоровья. - Тоби чуть приподнял с подноса вазу.
  
  Новая икебана состояла из настоящих цветов: оранжевых, пышных и ярких.
  
  - А вот и твои сигары! - возвестила Келли-Келли, тыча пальцем в пластиковую коробку.
  
  Чарис уставилась на свое главное сокровище. Она бы никогда не призналась в этом команде, но сейчас все бы отдала за одну затяжку.
  
  - Но как вы...
  
  - Перед тем, как отключиться, ты просила сигару, - заметил Луиджи.
  
  - И вы запомнили...
  
  - Конечно, запомнили. - Луиджи застенчиво потупился. - Ты извини, когда тебя перевозили в больницу, нам пришлось собирать твои вещи. Тогда-то мы нашли сигары и поняли, о чем ты говорила. Мы старались быть осторожными, мы понимаем, тебе, как барсианцу, неприятно, когда копаются в твоих вещах.
  
  Чарис махнула рукой.
  
  - Да ладно тебе. Лучше скажи, фирма выделила нам дополнительный бонус за риск? У меня на счете аж пятнадцать тысяч кредитов, хотя все деньги должны были уйти на лечение.
  
  Теперь уже смутились все трое, отводили взгляд, стараясь не смотреть на Чарис. Майор нахмурилась.
  
  - Эй, что случилось? Выкладывайте.
  
  - Мы скинулись тебе на лечение из наших зарплат, - проронил Луиджи.
  
  Чарис ошалело заморгала.
  
  - Но...
  
  - Ты рисковала жизнью ради нас, - произнес капитан.
  
  - Мы команда, - добавил Тоби.
  
  - Ты - наш друг, Чари, - закончила Келли-Келли необыкновенно серьезно.
  
  Чарис молча смотрела на них, а потом поняла, что нужно сказать.
  
  - Где тут ближайший робот-юрист? Будем заключать долгосрочный контракт.
  
  И специалист по безопасности 'Ласточки' улыбнулась впервые за долгие годы.
  
  - Обнимашки! - громогласно объявил Луиджи.
  
  Все трое набросились на Чарис, но она не стала возражать и говорить о своей зоне комфорта. Потому что чувствовать рядом тепло других людей было так чудесно...
  
  - Чари, а теперь я могу взять твою кровь на анализ?
  
  - Нет.
  
  - О, смотрите, Чарис улыбается!
  
  - Нет.
  
  - Я же вижу.
  
  - Ну, капельку...
  
  - Улыбается, улыбается.
  
  - Нет, я сказала!!!
  
  
  

Прошлое 1. Дитя человеческое

  
  И кто только придумал эти учения в горах? Чарис не сомневалась: лично сержант Штайнер. Только в его садистском мозгу могла зародиться идея заставить курсантов лезть по отвесной скале с семидесятикилограммовым грузом за спиной. И без использования нанитов! Глупо.
  
  Чарис могла бы лезть по стене, используя только мускульную силу, а уставая, переходить на наниты. Так она осуществила бы подъем легко и быстро. Вот он, рациональный подход. Но нет. Нужно, видите ли, тренировать выносливость. Тренировка выносливости, как же! Они прекрасно тренируют выносливость и в зале на виртуальных тренажерах.
  
  Остановившись для краткого отдыха, Чарис сделала пару глубоких вдохов и выдохов.
  
  Вдруг рядом раздался шелест, и она, резко обернувшись, увидела гравимобиль Штайнера, спускавшийся вниз по отвесной траектории. Ага, сам-то никуда не лезет. У-у-у, жопа с усами. Занятая прожиганием дырки в сержанте Штайнере, Чарис не сразу заметила, что в кабине мобиля тот не один. На заднем сидении в лучах солнца полыхнула рыжая шевелюра сгорбившегося Хайнца.
  
  Если бы Чарис не боялась сбить дыхание, то выругалась бы в голос.
  
  Раз Хайнц со Штайнером, это означает только одно: идиот нарушил правило и, не сумев побороть искушение, включил наниты. Как похоже на Хайнца! 'Давайте сделаем, никто ж не заметит. Мы ненадолго'. Вечно из-за его раздолбайства весь отряд влипает в неприятности.
  
  Иногда Чарис была готова оторвать Хайнцу голову или избить до полусмерти, настолько он ее бесил. Но все же он был членом отряда, а отряд - семья. Значит Хайнц - ее брат. А разве можно всерьез ненавидеть брата?
  
  Однако сейчас был один из тех моментов, когда Чарис с удовольствием растерзала бы дурака-Хайнца. Ведь из-за него их отряд потерял баллы. И если в других отрядах не нашлось тех, кто пытался нарушить правила, то они займут последнее место. Тогда прощай праздничный парад и привет дополнительные тренировки.
  
  Гнев придал Чарис сил, и последние десять метров подъема она преодолела с такой скоростью, словно врубила наниты.
  
  Чарис схватилась за край выступа, за которым, как она знала из вводной к тренировке, была ровная площадка - финиш. Сверху показался Лео, протянул широкую ладонь, но Чарис гордо проигнорировала предложение помощи. Сама подтянется, не маленькая.
  
  Забравшись на площадку, она пару минут просто глубоко вдыхала и выдыхала. Потом прохрипела:
  
  - Хайнца поймали.
  
  - Точно? - недоверчиво спросил Лео.
  
  - Точнее некуда, - буркнула Чарис, сбрасывая с плеч рюкзак. - Я видела, как Штайнер спускал его вниз.
  
  Лео разразился потоком брани, использовав парочку особо убойных выражений, явно подслушанных у старшекурсников.
  
  - Не ругайся, - строго одернула его Хелен, в точности копируя тон преподавательницы по культуре.
  
  Она пересела поближе к Чарис, заботливо протянула бутылку с водой. Чарис тут же жадно присосалась к горлышку.
  
  - Мы ведь не знаем, как справились с заданием другие отряды, - рассудительно сказала Хелен. - Может быть, у кого-то правила нарушили сразу двое, трое или даже весь отряд. У нас все еще не так плохо.
  
  - Если Дерек не проштрафится. - Лео был настроен пессимистично.
  
  Будто в ответ на его слова над краем уступа появилась рука. Лео подполз туда и помог Дереку забраться.
  
  - Там... Хайнца... - с трудом выдохнул Дерек, плюхаясь рядом с Чарис.
  
  - Знаем уже, - бросил Лео.
  
  Дерек тоже выругался. Вот ведь дурная у них с Лео привычка появилась - показывать заковыристой руганью свою крутость, точно герои голофильмов про древние войны. По мнению Чарис в крепких словечках не было ничего крутого, но оба парня ее нравоучения игнорировали...
  
  Уже немного успокоившаяся Чарис теперь была скорее согласна с Хелен: нечего пока обвинять Хайнца во всех грехах, нужно дождаться результата соревнования.
  
  Протянув Дереку бутылку, Чарис заметила:
  
  - Наверняка в пятом отряде все сдулись, так что они и займут последнее место.
  
  - Точно! - Лео немного взбодрился. - Они же там все слабаки.
  
  Пятый отряд чаще всех проигрывал соревнования, и другие отряды за глаза считали, что в развитии всех его членов произошел какой-то дефект еще в маточном репликаторе. Конечно же, и в этот раз они не выдержат нагрузок, включат наниты и все провалятся.
  
  - Жалко их, - проговорила сердобольная Хелен.
  
  - Да ладно тебе. - Дерек погрозил ей пустой бутылкой. - Всех жалеть жалелки не хватит.
  
  - Нет такого слова, - дотошно заметила Чарис.
  
  - Теперь будет, - с улыбкой заявил Дерек.
  
  Чарис не стала с ним спорить, отвернулась, чтобы проверить рюкзак, и на миг застыла. Она только сейчас заметила, какой с площадки открывается шикарный вид.
  
  Всюду - куда ни кинь взгляд: поросшие темно-зеленым ковром леса горные склоны. Вдалеке - заснеженный пик, чья вершина скрыта облаками, будто шапкой. И лазурная синева небесного купола.
  
  Такой простор, что аж дух захватывало.
  
  - Красота. - Чарис и не заметила, как произнесла это вслух.
  
  - Да, сюда стоило залезть, чтобы это увидеть, - неожиданно тихо проговорил Дерек.
  
  Чарис бросила на него быстрый взгляд, и ей показалось, что у него даже глаза на мокром месте. Возможно, они просто слезились из-за яркого солнца. Хотя Дерека иногда пробирало на бурные эмоции. Чарис отлично помнила, как во время первого похода в музей он надолго завис возле какой-то светокартины - чуть ли не силой пришлось оттаскивать.
  
  - Ой, смотрите, а вон то облако возле Пика Победы похоже на истребитель ИД-3. - Хелен показала пальцем.
  
  - По-моему это просто клякса, - прищурившись, возразил Лео.
  
  Хелен надула розовые губки.
  
  - Ни грамма фантазии.
  
  - Да нет, реально похоже на истребитель, - решила поддержать ее Чарис. - Только не ИД, а Каратель.
  
  - Не, тяжелый крейсер 'Разрушитель', - вставил свое веское слово Дерек. - Хотя какая разница, главное, что красиво.
  
  - На все это можно и по головидению посмотреть, - практично возразил Лео. - И лезть никуда не надо будет.
  
  - Тут все настоящее, - горячо заспорила Хелен. - Может, Штайнер поэтому и выбрал такое место для тренировки - чтобы мы прониклись красотой родной земли накануне Дня Основания.
  
  - Сволочь он, поэтому и выбрал такое место. - Лео опять набычился.
  
  Крыша гравимобиля этой самой сволочи как раз показалась за краем площадки. Все курсанты вскочили и поспешили встать в ряд по росту.
  
  Мобиль завис возле края уступа, Штайнер открыл окно и высунул наружу свою усатую физиономию. Лео, как командир отряда, сделал шаг вперед и, отдав честь, доложил:
  
  - Третий отряд восхождение закончил, сэр.
  
  Штайнер осмотрел всех цепким взглядом, но, вопреки опасениям Чарис, воздержался от едких комментариев по поводу Хайнца.
  
  - Садитесь, - коротко скомандовал он, и задняя дверь мобиля отъехала в сторону.
  
  Ребята набились на сиденье - военный мобиль был значительно больше гражданских и смог вместить всех, хотя спрессовались они так, что рукой пошевелить невозможно. Благо лететь было недолго: сначала вниз, потом над деревьями к широкому лугу. Там под руководством командира первого отряда Хельги Свенсон кадеты дружно отжимались.
  
  - Смотрите-ка, пятый отряд в полном составе, - шепнул Дерек.
  
  - А вон Хайнц, - тихо проговорила Хелен.
  
  Хайнц тоже отжимался, но держался в стороне от остальных и выглядел каким-то пришибленным. В душу Чарис закрались подозрения, но она все еще не хотела верить. Не могло такого быть, чтобы вечно пребывающий в аутсайдерах пятый отряд вдруг обогнал третий. Не могло, и все тут.
  
  Мобиль плавно опустился на поляну, ребята по очереди выпрыгнули в траву. Вышел Штайнер и тут же рявкнул:
  
  - Стройся!
  
  Пять отрядов быстро выстроились в линии: друг за другом, впереди - командир. Чарис стояла второй, смотрела в белобрысый затылок Лео.
  
  - Смирно!
  
  Штайнер прошелся перед кадетами туда-сюда, заложив руки за спину. Так он всегда делал, когда нужно было объявить что-то неприятное, возможно, подыскивал слова, но, скорее всего, просто нагнетал атмосферу.
  
  - Итак, учения показали, что без нанитов вы ни на что не способны, - наконец, резко произнес он. - Вы слишком привыкли полагаться на них во всем, недостаточно внимания уделяете тренировкам. Сколько бы вам не вбивали в головы, что никогда нельзя полностью полагаться на технику, до вас не доходит. Наниты не панацея от всего. Ваша собственная физическая сила - вот самое надежное подспорье. Поэтому тренировки в спортзале будут усилены.
  
  Чарис уловила едва слышный стон Дерека, а затем шепот:
  
  - Да когда же он заткнется и перейдет к результатам?
  
  Штайнер не мог его слышать, потому что, как и все сержанты Военной Академии, не был суперсолдатом и не мог похвастаться улучшенным слухом, но, тем не менее, он повысил голос и заговорил о том, чего так ждали Дерек, и Чарис, и все остальные.
  
  - Теперь к результатам. Лучший результат у первого отряда, худший - у третьего.
  
  У Чарис живот скрутило тугим узлом, в горле защипало от горькой досады.
  
  - Более того, Хайнц ванн дер Меер из третьего отряда стал единственным, кто нарушил главное правило и использовал наниты, - безжалостно продолжил Штайнер.
  
  Да уж, мало того, что унижение от поражения, так еще и при всех. Чарис казалось, что остальные пялятся на них пятерых. Насмешливые взгляды, словно выстрелы. Хотя наверняка никто не смотрит, попыталась она успокоить себя логичными рассуждениями, Штайнер ведь не давал команду 'Вольно'. Все стоят навытяжку и таращатся только вперед или в затылок соседу. Но рациональные рассуждения не очень-то помогали. Чарис хотелось крикнуть: 'Мы не виноваты, это все Хайнц, наказывайте только его!'.
  
  Чарис мысленно обругала себя последними словами. Хайнц - член отряда. Они - единое целое. Значит, в его ошибке есть для их вины. Их всегда учили, что с товарищами надо разделять и успехи, и неудачи. Но как же просто, когда есть, на кого свалить вину. Кажется, это называется 'козел отпущения'. Хотя что такое 'козел', Чарис, ни разу не бывавшая на фермах, понятия не имела.
  
  - Как я и обещал в начале тренировки, отряд, показавший худший результат и нарушивший при этом правила, завтра останется на базе, пока все остальные отправятся на Парад Основания. А теперь - в транспорт шагом марш! - пролаял Штайнер.
  
  На краю лужайки стоял большой грузовой мобиль. Отряды двинулись к нему по порядку номеров. Чарис машинально шла, но мысли ее были далеко. Она думала о Параде Основания. В этом году на нем обещали продемонстрировать новейшую технику. Еще будут показательные полеты авиации. И лазерно-световое шоу. Но главное не это, а чудесное ощущение счастья и беззаботности. Чарис отлично помнила его по прошлым годам. Но в этом году снова окунуться в атмосферу праздника не удастся. И все из-за дурня Хайнца.
  
  Отряды погрузились в транспорт, и тот оторвался от земли, управляемый роботом. Остальные кадеты шумно обсуждали учения, но третий отряд хмуро молчал. Между ними повисло напряжение, густое, как мерзкое витаминное желе, которым их иногда пичкали в столовой. Чарис ненавидела желе.
  
  - Ребята, но я же хотел как лучше, - промямлил Хайнц.
  
  Замахнувшись рукой будто бы для удара, Дерек шикнул:
  
  - Вот щас я тебе дам 'как лучше'.
  
  Надувшись, Хайнц сумрачно сказал:
  
  - Мы бы проиграли, даже если бы я не использовал наниты. У нас все равно самый худший результат по времени.
  
  - Штайнер наверняка врал, когда говорил, что отряд с плохим результатом не пойдет на парад, - Чарис очень старалась говорить спокойно, хотя хотелось орать. - На самом деле он наказал нас за твой промах. Идиот.
  
  Лео тоже что-то сказал, но его слова заглушил насмешливый голосок язвы-Миклоша из пятого отряда.
  
  - Чего скуксились, третий? Фигово быть проигравшими? То-то, а то все время 'пятый-лохи', 'пятый-лохи', вот побудьте в нашей шкуре.
  
  Он начал придумывать ужасно обидную песенку-дразнилку, некоторые его поддержали.
  
  - А ну заткнись, или я тебя заткну! - Хайнц вскочил, сжимая кулаки.
  
  Он явно хотел хоть как-то реабилитироваться за промах, но лично Чарис его порыв не оценила. Сейчас-то он горазд кулаками махать, лучше бы эту энергию во время учений использовал.
  
  - Ну и заткни! - запальчиво предложил Миклош, тоже вставая.
  
  - Я вас всех сама сейчас заткну! - гаркнула вдруг Хельга. - Совсем дебилы. Если тут сейчас будет драка, со Штайнера станется наказать всех без разбору. И тогда не видать нам парада, как своих задниц.
  
  Хельгу, чье фото уже который год попадало на доску почета Академии, уважали во всех отрядах, поэтому прислушались. Миклош замолчал, остальные тоже, и в салоне грузовика повисла мрачная тишина.
  
  Чтобы не смотреть на поникшего Хайнца, Чарис отвернулась к окну. За ним словно повесили зеленый экран: кругом сплошное море леса, из которого, словно острова, поднимаются горы. Затем лес сменился полями, с высоты казавшимися удивительно ровными, будто их по линейке нарисовали.
  
  Минут через двадцать полета вдалеке заблестели небоскребы столицы. А оттуда уже рукой подать до базы Академии. Чарис постаралась думать о сытном обеде и отдыхе. После подъема на скалу здорово ныли мышцы, она бы сейчас с удовольствием развалилась на кровати и поспала. В грузовике даже ноги не вытянешь - кругом чужие коленки.
  
  Но мечты Чарис с треском разбились о жестокую реальность. Когда грузовик опустился на парковочной площадке перед главным зданием базы, Штайнер сразу же объявил:
  
  - Все - на обед. Третий отряд - на стадион. Сто кругов.
  
  Рядом с Чарис почти в унисон застонали Дерек и Хелен. Лео выругался сквозь зубы. Как будто они были недостаточно наказаны!
  
  Но пришлось бежать. Мимо трех корпусов базы, через парк и прямо к большому стадиону. Потом там нарезать круги. И ведь филонить нельзя - везде установлены камеры. Да и никому не хотелось усугублять проступок Хайнца.
  
  Мышцы ломило, но Штайнер не зря столько лет служил сержантом в Академии - знал передел возможностей суперсолдат в любом возрасте. Конечно же, каждый из них вполне мог после восхождения на гору и получасового отдыха пробежать сто кругов. Скверным были не нагрузки, а сам факт наказания. Унизительно.
  
  - Вот Штайнер садюга, - проворчал Хайнц, когда ребята только начали бежать.
  
  Он явно приглашал остальных вступить в разговор, пытался объединиться с отрядом с помощью привычного промывания косточек сержанту.
  
  - Да, - неловко обронила Хелен. - Но мы сами тоже виноваты.
  
  Лео предупреждающе зыркнул на нее, и она поспешила слегка обогнать Хайнца. Чарис и Дерек хранили презрительное молчание. Хайнц попробовал еще немного поругать Штайнера, но теперь его уже игнорировали все.
  
  Пробежав ровно сто кругов, вспотевшие и усталые курсанты всполоснулись в стоящих у стадиона ионных душевых, высушили одежду, а затем побрели в столовую. Там уже, что неудивительно, почти никого не осталось. Только за столами преподавателей сидели несколько человек.
  
  - Ух ты, сегодня была жареная картошка. - Дерек ткнул пальцем в висевшее на стене меню. - Надеюсь, еще осталась.
  
  - Наверняка все слопали, - хмуро процедила Чарис.
  
  Ее ожидания оправдались. Картошки не оказалось. Кухонный робот плюхнул каждому на тарелку зеленую кашу из бобов, несколько кусков мяса, поставил стаканы с витаминными коктейлями.
  
  - Шоколадный торт тоже закончился? - робко спросила Хелен.
  
  - Последний кусок, - механическим голосом объявил робот.
  
  Хелен покосилась на Хайнца, тот тоже обожал сладкое. Заметив этот жалостливый взгляд, Чарис поспешно взяла из манипулятора робота тарелку и поставила на поднос Хелен с такой силой, что кусок торта упал на бок. Хайнцу сладкое не полагалось - не заслужил.
  
  Усевшись за стол, курсанты сперва набросились на еду. Когда немного насытились, начали переговариваться, но Хайнца в общий разговор не включили, будто окружив невидимым коконом.
  
  Тот, наконец, не выдержал. Бросил на тарелку ложку, встал, с вызовом расправив плечи. Свет ламп в этот миг как-то по-особенному упал на его волосы, и показалось, что они вспыхнули яростным пламенем.
  
  - Ребята, ну хватит уже! Да, я виноват. Мне очень стыдно. Но что же теперь меня за это убить?! Или вы решили всю жизнь со мной не разговаривать? Тогда действительно лучше убейте.
  
  - И убьем! - рявкнул Лео.
  
  Скопившееся напряжение прорвалось наружу.
  
  Лео вскочил, отвесил Хайнцу оплеуху. Тот не растерялся, попытался двинуть Лео по зубам, но Чарис была начеку. Она перехватила руку Хайнца, заламывая.
  
  Началась свалка. Лео и Чарис лупили Хайнца, нанося удары, куда попало. Он отчаянно отбивался. Во все стороны полетели тарелки и еда. Половинка торта, который не успела доесть Хелен, оказалась у Хайнца в волосах, он в отместку ткнул в пространство вилкой, особо не целясь, но угодил в плечо Лео. За что тут же получил зуботычину от Чарис. После этого Хайнц стал двигаться заметно быстрее, похоже, включил наниты, зараза.
  
  - Хватит! Прекратите! - плаксиво кричала Хелен.
  
  Но ее голос перекрывало подбадривающее улюлюканье Дерека.
  
  - Врежь ему! Осторожно, справа!
  
  - СМИРНО!
  
  Инстинкт, выработанный за десять лет обучения в Академии, сработал быстрее разума. Чарис сама не заметила, как успела вытянуться и замереть. Рядом также застыли остальные.
  
  Только выполнив команду, Чарис смогла увидеть, кто же ее отдал. Нет, хвала космосу, не Штайнер.
  
  Возле их столика стояла Солнышко.
  
  Нет, конечно, главного психолога Академии на самом деле завали Светлана Соколова, но все курсанты за глаза называли ее 'Солнышко'. И за пушистые светлые волосы, которые окружали голову, точно светящаяся солнечная корона. И добродушный нрав.
  
  Правда, сейчас Солнышко выглядела далеко не добродушной. Обвела ребят строгим взглядом, сухо спросила:
  
  - Что здесь происходит?
  
  Вот и как на такой вопрос ответить. Не скажешь же: 'Мы бьем Хайнца, потому что не попадем из-за него на парад'. Поэтому курсанты молчали, старательно глядя прямо перед собой.
  
  - Я задала вопрос.
  
  - Мы поссорились, госпожа, - выдавил Лео, который на правах командира мог говорить за весь отряд.
  
  - Это я и так вижу. - Солнышко устало вздохнула и, поставив на стол свой поднос с едой, велела. - Вольно. Рассказывай все по порядку, Лижевски.
  
  Но Лео не успел ничего рассказать. К ним подошел Штайнер. Окинув цепким взглядом сначала ребят, потом перевернутые тарелки и покрытый остатками еды стол, он сразу все понял.
  
  - Др-р-раку устроить вздумали! - Его голос аж вибрировал от бешенства, а усы будто встопорщились. - Вы у меня не только парад не увидите, но и...
  
  Солнышко положила руку его на плечо и мягко, но настойчиво проговорила:
  
  - Отто, на два слова.
  
  Штайнер сразу же растаял. Чарис даже показалось, что у него слегка порозовели щеки. Он подкрутил ус, промямлил 'Да, да, конечно' и вместе с Солнышко отошел в сторону. Они стали о чем-то шушукаться. Чарис напрягла слух и разобрала 'воспитательный процесс', 'не тот метод'. Услышала бы еще больше, если бы Дерек не отвлек ее внимание, прошептав:
  
  - Похоже, Штайнер к Солнышко неровно дышит.
  
  - С чего ты взял? - одними губами спросила Чарис.
  
  Дерек хихикнул.
  
  - Вон как усы-то приглаживает.
  
  - Он всегда усы приглаживает, - недоверчиво заметил Лео.
  
  - Нет, только когда сильно волнуется или злится, - обронила Хелен.
  
  - Если он в Солнышко втюрился, то это хорошо, - подвел итог Лео. - Она наверняка уговорит его нас не наказывать.
  
  Он оказался прав.
  
  - Возвращайтесь в свою комнату, - велел Штайнер уже далеко не так грозно. - Завра в два явитесь к Светла... кхм... госпоже Соколовой на сеанс.
  
  - Есть, сэр, - дружно гаркнули ребята и промаршировали к выходу из столовой.
  
  Роботы уже убирали остатки еды. Хелен тихонько вздохнула, проводив грустным взглядом недоеденный кусочек торта, который отправился прямиком в контейнер для мусора на пузе робота. Получалось, что именно робот и съел желанное лакомство.
  
  Остаток дня третий отряд провел в своей комнате. Курсанты сделали уроки, под вечер поиграли в стрелялку на виртуальном тренажере. Хайнца все по молчаливому согласию продолжали избегать. Он сидел отдельно от остальных на своей кровати, сначала пытался читать что-то в личном комме, потом улегся и просто таращился в потолок.
  
  - Долго мы будем его наказывать? - спросила Хелен, когда Хайнц ушел в туалет.
  
  - Пока не искупит вину, - мгновенно ответил Лео.
  
  - И когда это? - Хелен озадачено затеребила кончик пшеничной косы.
  
  Чарис поняла, что она, как и остальные, как-то не задумывалась, сколько же они не будут разговаривать с Хайнцом.
  
  - Неделю, - заявил Дерек, но несколько неуверенно.
  
  - Это слишком долго, мы столько не выдержим. Да и не заслужил он такого игнора. - Чарис хотела, чтобы все было по справедливости.
  
  - Тогда еще два дня. - Лео говорил тем тоном, каким ставят точку в разговоре.
  
  Чарис и Дерек кивнули, соглашаясь. Хелен, немного поколебавшись, тоже кивнула.
  
  Хотя под вечер Чарис уже была не уверена, что им удастся придерживаться плана. Хайнц печальной тенью маячил рядом, отравляя настроение и вызывая чувство вины. Чарис каждый раз подавляла эмоции, напоминая себе, что Хайнц сам виноват и должен понести наказание. Остальные явно ощущали то же самое, по крайней мере, никто не улыбался и не шутил, даже во время игры. В комнате повисла гнетущая, тяжелая атмосфера. Так что все радостью встретили сигнал к отбою.
  
  Забравшись в постель, Чарис мгновенно провалилась в сон без сновидений, которые ей, как и другим генномодифицированным солдатам, не снились никогда.
  
  Следующий день начался как обычно с утренней тренировки. Вопреки опасениям Чарис ребята из остальных отрядов почти не зубоскалили над третьим, возможно, Хельга сделала всем внушение. А может и сам Штайнер.
  
  После завтрака прошло несколько уроков, затем обед. Дальше все отряды Академии на колонне грузовых мобилей отправились в город. Их ждал праздник. А третий отряд потащился на встречу с психологом.
  
  Удивительно, что Солнышко не поехала в город в такой день. Дерек предположил, что она осталась ради них. Но Лео возразил, справедливо заметив, что нельзя бросать базу пустой. Штайнер и еще несколько преподавателей тоже остались.
  
  Психологическая консультация как всегда была занудной. Сначала Солнышко поговорила с ними со всеми о том, как важно прощать, особенно друзей, и как нехорошо решать проблемы с помощью насилия. Затем каждого ждала отдельная беседа. Чарис старательно кивала, говорила 'да-да', хотя почти не слушала. Они ведь в отряде уже все решили: помурыжат Хайнца еще два дня, потом простят и будут впредь следить, чтобы он их больше не подвел.
  
  Отпустила их Солнышко ближе к ужину, а после весьма скудной трапезы (еще одно наказание!) Штайнер погнал ребят в спортзал.
  
  - Эх, в городе сейчас как раз, наверное, летчики показывают фигуры высшего пилотажа, - мечтательно обронил Дерек.
  
  ***
  Теория взаимовлияния гравитационных и гиперпространственных полей гласит, что нельзя выходить из гиперпрыжка слишком близко от планет и других крупных космических тел.
  
  Легкий разведывательный звездолет 'Беспощадный' был оснащен новейшим гипердвигателем. Поэтому смог выпрыгнуть настолько близко к Барсе, что системы ПКО обнаружили его на две минуты позже, чем засекли бы любой другой появившийся рядом с планетой звездолет. Но все же они обнаружили 'Беспощадного' очень быстро и послали в полет десятки ракет.
  
  Через пять минут после своего появления в системе 'Беспощадный' превратился в решето. Он разваливался на куски, каждый из которых сотрясался от взрывов. Прекрасный звездолет, недавно сошедший с верфей Центаврианской Империи, вскоре перестал существовать.
  
  Однако ему хватило времени, чтобы выполнить свою миссию.
  
  Как только звездолет оказался в системе, с него тут же стартовало сто десантных капсул. Они были настолько малы, что системы ПКО не могли их обнаружить. Сенсоры радаров были настроены на большие тела. Да и зачем? Ведь малые просто сгорят в атмосфере планеты.
  
  Но капсулы - самая новая засекреченная разработка военных лабораторий - были оснащены надежной защитой и сгорать не собирались...
  
  По крайней мере, так утешала себя младший лейтенант Джейн Бэнкс, пока ее, зажатую в плотной оболочке капсулы, точно в коконе, несло к планете.
  
  Ощущение было чем-то похоже на то, что чувствуешь, прыгая с реактивным ранцем из десантного катера. Но тогда полет длится всего несколько секунд, теперь же минуты тянулись бесконечно. Джейн чудилось, что прошло не меньше часа.
  
  Несмотря на защитный слой капсулы и боевой костюм Джейн не могла избавиться от ощущения, будто на нее что-то давит. Словно сам воздух вдруг стал тяжелым и густым. В ушах шумело, кишки спрессовались. Джейн то и дело казалось, что она задыхается, хотя индикаторы, которые компьютер капсулы проецировал ей прямо в глаза, показывали, что воздух поступает равномерно.
  
  Джейн старалась не думать о температуре за стенками капсулы. Не думать о скорости, с которой она летит. Но разум то и дело подсовывал образы горящего камушка, который несется в безжалостной атмосфере. И сгорает, сгорает...
  
  На самом деле система отсчитывала время, и с момента старта прошло всего десять минут. До приземления оставалось еще три, две, одна...
  
  Джейн тряхнуло так, что она точно откусила бы себе язык, если бы не фиксаторы головы в шлеме. В глазах потемнело, и на краткий миг Джейн потеряла сознание.
  
  Когда она очухалась достаточно, чтобы осознавать окружающее, крышка капсулы уже автоматически открылась. Джейн медленно села и ее вырвало желчью. Забрызгало щиток шлема и подбородок, потекло дальше по шее. Гадость. Ну, благо системы боевого костюма очистили все очень быстро.
  
  Держась за край капсулы, Джейн встала на еле шевелящихся ногах и осмотрелась. Рядом виднелось еще несколько капсул - уже хорошо, значит, ей не одной повезло выжить. Они приземлились в поле. Невдалеке, всего в четырех километрах, как услужливо сообщил компьютер, находилась их цель - база барсианцев.
  
  В ухе защелкало, а потом прозвучал голос командира, капитана Лестера:
  
  - Всем построиться.
  
  Джейн, которую все еще слегка мутило после полета через атмосферу, покачиваясь, выбралась из капсулы на землю. Пока она шла к остальным, собравшимся в группу, компьютер ее боевого костюма успел всех идентифицировать и высветить над головой каждого буквы фамилии. Джейн скрипнула зубами, только теперь поняв, что из ста человек до планеты добралось чуть больше половины. Что ж, поэтому их и было так много, командование ожидало, что часть десантников погибнут, новая техника, как-никак. И хотя потери при операциях были обычным делом, все равно Джейн ощутила жгучую обиду за товарищей, которые умерли даже не успев сделать ни единого выстрела. Она не нашла в списке фамилий некоторых знакомых, с которыми еще вчера обедала за одним столом на корабле и перешучивалась. Все они сгорели живьем при полете в атмосфере или разбились о землю. Погиб лейтенант-зубоскал, обувший Джейн в карты три дня назад. Можно было порадоваться, теперь не придется экономить, чтобы вернуть долг. Но почему-то облегчения Джейн не ощутила.
  
  Сраные барсианцы, все из-за их нанитов.
  
  Многие государства пытались повторить это изобретение, но так и оставшийся безымянным барсианский ученый, похоже, был гением, рождающимся раз в столетие - его открытие никому повторить не удалось. Конечно, существовали и другие суперсолдаты, но именно барсианские считались лучшими - самыми сильными, выносливыми и, к тому же, не отупевшими от наращивания мускулов. А еще только барсианцам удалось решить проблему ускоренного метаболизма, которые всегда возникал у людей, которых модифицировали таким образом, чтобы они стали сильнее и быстрее. Обычные суперсолдаты буквально сгорали к пятидесяти годам, а барсианские доживали до восьмидесяти и девяноста, сохраняя боевые возможности до глубокой старости. При стандартной продолжительности жизни в сто двадцать - сто пятьдесят лет, это, конечно, выглядело не ахти, но все же.
  
  Поэтому за нанитами охотились многие, в том числе Центаврианская Империя. В прошлом, как знала Джейн из секретных документов, с которыми ознакомились офицеры перед операцией, все попытки проваливались. Но теперь были все основания надеяться на успех. То, что десантникам удалось высадиться на Барсу, уже большая победа.
  
  План состоял в том, чтобы напасть на одну из баз Военной Академии, где готовились курсанты и выкрасть всю доступную информацию о нанитах, а если получится - нескольких учащихся. В большой праздник охрана будет ослаблена, к тому же барсианцы, полагающиеся на свои мощные ПКО, наверняка не ожидают удара с земли.
  
  Джейн скривилась. Ей не очень нравилась роль похитителя детей. Но с приказами не спорят, их выполняют. Однако гораздо сильнее боевой задачи ее бесил сам факт того, что делают с детьми на Барсе. До этой миссии Джейн как-то не особо задумывалась об особенностях воспитания барсианских солдат, ее гораздо больше волновали способы борьбы с ними. Когда барсианский монстр несется на тебя, размахивая только что вырванной из стены переборкой, и уворачивается от выстрелов, точно текучая ртуть, нет времени на сантименты.
  
  Теперь же Джейн с трудом подавляла бешенство, вспоминая о том, что прочитала в докладах шпионов.
  
  Суперсолдат растят в маточных репликаторах, из генетического материала, который ежегодно сдают в общую базу все жители Барсы. Эти дети никогда не узнают своих родителей, никогда не будут играть с другими ребятишками, никогда не пойдут за руку с отцом в парк аттракционов. С трех лет их начинают муштровать, учить равнодушно отнимать чужую жизнь...
  
  Разбившись на небольшие группы, десантники двинулись через поля к базе. У каждого имелась карта местности, предоставленная жившими на Барсе шпионами. Но вот на саму базу соглядатаям попасть не удалось и внутри продеться заниматься поисками вслепую.
  
  Джейн вела свой отряд среди высокой травы, тщательно следя за показаниями следящих приборов, которые проецировались на щиток ее шлема. Тепловые датчики обнаруживали только мелких зверей, которые разбегались при приближении людей. Но от места приземления капсул до базы было несколько километров, так что не удивительно, что охранные посты пока не попадались.
  Когда до базы оставался километр, Джейн приказала всем пригнуться и начать движение ползком, также наверняка поступили другие командиры.
  
  На четвереньках - словно хищники - солдаты бесшумно двигались вперед, лишь слабо колебались стебельки травы на их пути. Но ветер, дувший в конце лета на северном континенте Барсы, не давал возможным соглядатаям понять, какие травинки колеблются просто так, а какие указывают на приближение врагов.
  
  Первого часового Джейн засекла за двадцать метров до базы и успела его снять прежде, чем он открыл огонь. Оставалось лишь гадать, успел ли часовой поднять тревогу. В любом случае, как только десантники разнесут ворота базы, все сирены взвоют, катастрофически уменьшая время операции.
  
  Когда Джейн вывела свой отряд к краю поля, откуда открывался вид на базу, здесь уже обнаружились несколько других отрядов. Они начали собирать Т-пушку из деталей, которые были закреплены на их боевых костюмах.
  
  Базу защищала от мира стена, прикрытая сверху силовым куполом. Возиться с ним было слишком долго, так что единственной возможностью войти оставались ворота, сделанные из сверхпрочного сплава. Обычным оружием их было не пробить, но Т-пушка нарушала сами связи между молекулами, а визуально казалось, будто она просто заставляет вещество испаряться. Пушка была слишком громоздка и долго перезаряжалась, поэтому в боевых действиях ее использовали редко, но для данной операции она подходила идеально - один выстрел и с воротами будет покончено.
  
  Десантники действовали быстро и сноровисто, хотя модель пушки была новой, на учениях каждый из десантников разобрал и собрал ее не меньше сотни раз.
  
  Когда двухметровая конструкция была готова, прицел навели на ворота базы. Выстрел был невидим глазу, зато образовавшаяся в центре серых створок ровная дыра не оставляла сомнений в успехе.
  
  Со стороны базы тут же раздался вой сирен тревоги, давая десантникам понять, что стоит поторопиться. Но оставалось еще преодолеть пустое пространство, отделяющее базу от поля. Пока десантники перебегали его, лазерные автоматы, установленные над воротами, поливали их выстрелами. Пока их не уничтожили, подстреленными оказались двое, благо боевые доспехи защитили их от тяжелых ран.
  
  Наконец, десантники пробрались через дыру в воротах внутрь базы, наверное, первыми из иностранцев увидев сердце Барсы, место, где готовили несокрушимых суперсолдат.
  
  База выглядела непритязательно: три серых, трехэтажных здания посреди пустой площадки, которая хорошо простреливалась. С одной стороны от зданий располагался стадион с беговыми дорожками и спортивными снарядами, с другой - небольшой парк или скорее сквер.
  
  Командир отдал приказ разделиться. Двое легкораненых и один полностью готовый к бою десантник остались у ворот, в их задачу входило взломать сеть базы, чтобы отключить системы наблюдения и сигнализацию. Остальные разделились на три группы по восемнадцать человек в каждой для обследования зданий.
  
  Джейн повела свою группу к правому строению, в любой миг ожидая, что из окон откроют огонь, но пока не было никаких признаков барсианцев.
  
  Десантники успешно преодолели пустое пространство и застыли перед дверями, ведущими в здание. Естественно на них был кодовый замок, времени разбираться с которым не было. Поэтому несколько солдат просто направили на двери пучки лазерных лучей максимальной мощности. Створки здесь были не такими прочными, как на воротах, и вскоре поддались.
  
  Джейн осторожно заглянула внутрь. Ее глазам открылся пустой холл, из которого вправо и влево вели коридоры. Два прямоугольных контура на противоположной стене, скорее всего, были лифтами, рядом с ними располагалась дверь с табличкой, изображающей ступеньки. Помещение выглядело аскетично: никаких украшений, вроде ковров, картин или ваз с растительностью, стены покрашены в бежевый цвет, прямо как в госпитале. Или в казарме.
  
  Следовало решить, как поступать дальше. Двигаться всем вместе безопаснее, но если разбиться на небольшие отряды, то удастся быстрее обследовать здание. А время дорого, в любой момент из города могли прибыть основные силы охраны Академии.
  
  Джейн решила выбрать золотую середину. Она разделила свой отряд всего на две группы по девять человек. Одна под командованием ее заместителя, сержанта Паркса, пошел направо, а сама Джейн во главе другой группы - налево.
  
  Они методично открывали каждую встречавшуюся на пути дверь, благо на них уже не было кодовых замков. Но в небольших комнатах обнаруживались лишь мебель и характерные для школьных классов предметы, вроде интерактивных досок или 3Д-проекторов. Похоже, отряд оказался в учебном крыле.
  
  От вида всех этих пустых классов Джейн стало жутковато. Представились дети, которые занимаются здесь, учатся собирать и разбирать оружие, бить по уязвимым точкам на человеческом теле, минировать помещения.
  
  Когда отряд подошел к двери очередного кабинета тепловые сенсоры показали, что за ней кто-то есть. И действительно, в тот же миг дверь открылась и в коридор вышла женщина, бормотавшая себе под нос:
  
  - Ох, Отто на этот раз явно перестарался, тревога в такой час...
  
  Один из десантников выстрелила сразу же. Женщина наверняка даже не успела понять, что происходит, как в ее голове появилась ровная черная дырка.
  
  Конечно, ее можно было бы поймать и допросить, чтобы узнать, где находится информация о нанитах, но на инструктаже Джейн предупредили, и она передала своим подчиненным, что любых встреченных на базе взрослых следовало уничтожать. На Барсе всем людям, хоть как-то связанным с выращиванием и обучением суперсолдат, вживляли чип, который взрывался, если человек мысленно произносит определенную фразу. Барсианцы были достаточно фанатичными и преданными своей планете, чтобы убить себя, лишь бы не выдать информацию врагу - Центаврианская Империя, как и другие государства, давно в этом убедилась.
  
  И хотя у самой Джейн был точно такой же чип, которым она собиралась воспользоваться в безвыходной ситуации, барсианцы все равно казались ей слишком жестокими. Маньяки нашпиговывали чипами всех, вплоть до таких вот явно гражданских служащих, как убитая женщина! Если бы не чип, ее оставили бы в живых... Или нет.
  
  Проходя мимо трупа, Джейн мельком отметила пушок золотистых волос женщины, напомнившей ей о цветах с ее родной планеты. Кажется, их название пришло еще со Старой Земли.
  
  Одуванчики.
  
  Но через несколько шагов Джейн уже забыла о мертвой женщине.
  
  ***
  
  Едва закончился прием у психолога, Штайнер принялся нещадно гонять провалившийся на учениях отряд. После часовой интенсивной тренировки на спортплощадке курсанты притащились в комнату, едва шевеля ногами. Чарис рухнула на кровать, ощущая, как по мышцам растекаются гудящие волны, словно где-то внутри ее тела бьют в огромный гонг. Не хотелось ничего: ни двигаться, ни говорить, ни даже думать.
  
  - Штайнер, сволочь, совсем озверел, - зло бросил усевшийся на свою кровать Хайнц.
  
  Этим привычным замечанием он, видимо, хотел вовлечь товарищей в разговор, разрушить стену молчания, стоявшую между ними весь день. Но добился только то, что остальные разозлились, и начавшая поддергиваться пеплом обида вспыхнула с новой силой.
  
  - Так ведь из-за тебя Штайнер нас всех гоняет до усрачки! - рявкнул Дерек, вскочил с кровати, подхлестнутый злостью, но тут же снова плюхнулся обратно - усталость взяла свое.
  
  - А хрен с тобой! - Он махнул рукой и принялся демонстративно взбивать подушку.
  
  Остальные молчали. В темнеющем небе за окном полыхнули оранжевые точки. Наверняка на празднике уже началось световое шоу, хотя вроде бы столица находилась в другой стороне. Но Чарис была слишком утомлена и отбросила последнюю мысль. Мало ли, что может мерцать в ночном небе, кроме звезд. Спутники, корабли системы ПКО. Выбирай, что хочешь.
  
  Отвернувшись к стене, чтобы не видеть хмурого лица Хайнца, Чарис сама не заметила, как задремала...
  
  Ее разбудил надрывный звук сирены.
  
  - Внимание! Вражеское проникновение! Внимание! Это не учебная тревога!
  
  Чарис подбросило на кровати точно пружиной. Резко сев, она замерла, оглядываясь и оценивая обстановку.
  
  Лео стоял возле своей кровати, напряженно прислушиваясь к тревоге. Хелен, похоже, тоже только что проснулась, она терла глаза и старалась подавить зевоту.
  
  - Вот Штайнер гад, мало ему было, что мы час как идиоты бегали по спортплощадке, так теперь еще и тревогу для нас врубил, - проворчал Дерек, который даже не стал вставать с кровати, а просто перевернулся на бок.
  
  Хайнц открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыл его, видимо, вспомнив о недавней безуспешной попытке начать нормальный разговор.
  
  - Даже если учебную тревогу устроил Штайнер, чтобы нас помучить, мы все равно должны действовать по уставу, - рассудительно заметила Чарис.
  
  Любой из них с детства знал, что является уникальным продуктом генной инженерии и лакомым куском для военных лабораторий других государств. Поэтому пока юные курсанты еще не стали полноценными солдатами, при тревоге им надлежало проследовать в убежище - подвал с особо прочными дверями.
  
  - Может ну его, устав? - Дерек с хрустом потянулся. - В жопу Штайнера и тревогу...
  
  - Если не пойдем в убежище, то не отделаемся жесткими тренировками и запретом на посещение праздника, а угодим прямиком на гауптвахту, - кисло проговорил Лео и добавил командирским тоном. - Подъем!
  
  Нехотя встав с кровати и одернув кофту пижамы, Чарис вместе со всеми вышла в коридор. Продолжавшая надрываться сирена вдруг замолкла, фраза о вражеском вторжении оборвалась на полуслове. Видимо, Штайнер решил, что шума достаточно, и выключил надоедливые завывания. Хоть за это ему спасибо.
  
  Отряд двигался по коридору цепочкой: впереди Лео, за ним Чарис, Дерек, Хелен и замыкающим - Хайнц. Согласно инструкции в случае тревоги нельзя было пользоваться лифтом, пришлось спускаться с третьего этажа до первого по лестнице. Лео считал, что Штайнер вполне может наблюдать за ними через камеры, поэтому настоял, чтобы они все двигались осторожно, как если бы на Академию действительно напали.
  
  Они медленно крались вперед, ступая неслышно и стараясь даже дышать как можно тише. Здание Академии казалось вымершим, все ученики и большинство преподавателей отправились на праздник в столицу. На базе остался только охранный отряд из двадцати человек да несколько упертых преподавателей, вроде Штайнера.
  
  Чарис старательно прислушивалась, со Штайнера вполне станется устроить какую-нибудь пакость, например, подговорить оставшихся в Академии охранников изобразить тех самых врагов, о которых вещал сигнал тревоги. Обостренный слух суперсолдата позволял слышать на больших расстояниях, и если помощники Штайнера будут недостаточно осторожны, то им не удастся застать курсантов врасплох.
  
  Когда отряд остановился на площадке между вторым и первым этажом и Лео выглядывал за угол, демонстративно проверяя, что пусть свободен, Чарис различила отдаленное шипение. Звук выстрела из бластера она бы не спутала ни с чем.
  
  - Выстрел, - коротко прошептала Чарис.
  
  Обернувшийся Лео недоверчиво вскинул бровь.
  
  - Неужели Штайнер решил устроить тренировку с оружием? - изумленно спросила Хелен.
  
  - Это было похоже на выстрел из боевого бластера, - произнесла Чарис, еще сама не до конца осознавая, что значит ее заявление. - Тренировочный шокер звучит по-другому.
  
  Все пятеро курсантов переглянулись, и Чарис ощутила, как внутри разливается холод. На лицах остальных отразился тот же вопрос, который она задавала себе: 'А что если тревога действительно не учебная?'.
  
  Что если на Академию на самом деле напали?
  
  - Да быть не может! - выпалил Дерек. - Не одному постороннему кораблю не пробиться через ПКО! А в космопорту все звездолеты едва ли не в труху измельчаются проверяющими! Штайнер просто решил нас доконать и устроил максимально приближенные к реальному бою учения!
  
  Чарис очень хотелось с ним согласиться, система безопасности Барсы была идеальна, в голове не укладывалось, чтобы кто-то смог через нее прорваться, а затем еще и проникнуть на базу Военной Академии.
  
  Но в любой, даже самой надежной, системе возможен сбой.
  
  - Я вообще ничего не слышала, - каким-то ломким голосом проговорила Хелен. - Может, тебе показалось, Чарис?
  
  - У меня не бывает глюков, - огрызнулась Чарис и тут же отругала себя за резкий ответ, ведь сейчас не время выяснять отношения.
  
  - Нужно просто проверить систему наблюдения, - впервые подал голос Хайнц.
  
  Чарис покосилась на него, недовольная тем, что сама не додумалась до такого простого решения, досада увеличивалась еще и оттого, что здравую мысль подсказал именно раздолбай Хайнц. Но, так или иначе, а он был прав.
  
  На всей территории базы были размещены камеры наблюдения, передающие данные в закрытую сеть, которая обычно была недоступна для курсантов. Но при тревоге запрет автоматически снимался, чтобы все в Академии могли наблюдать за перемещением врагов.
  
  Быстро открыв на наручном комме нужную программу, Чарис попыталась подключиться к сети наблюдения под напряженными взглядами товарищей. Бесполезно, сеть была заблокирована. У Чарис отлегло от сердца, однако Хайнц тут же снова пробудил в ней беспокойство, тихо обронив:
  
  - Враги уже могли заблокировать сеть.
  
  - Чушь! - рыкнула Чарис.
  
  - Нечего умничать, пытаясь завоевать прощение, - одновременно с ней буркнул Дерек.
  
  - Ребята, не ругайтесь, - мягко вклинилась Хелен, она слегка побледнела и то и дело опасливо косилась на лестничный пролет внизу, будто оттуда могли выскочить неведомые враги.
  
  - Бессмысленно гадать, - веско произнес Лео, принимая решение на правах командира. - Напали на базу в самом деле или все лишь проделки Штайнера, в любом случае нам нужно двигаться в убежище.
  
  Они снова пошли по лестнице, Чарис продолжала прислушиваться и по напряженным лицам остальных поняла, что они тоже начеку.
  
  Ответы на свои вопросы они нашли, когда спустились на первый этаж и свернули в боковой коридор.
  
  Лео вдруг резко остановился, так что Чарис едва не налетела на него.
  
  - Ты чег... - начала она, но когда выглянула из-за его широкой спины, слова застряли в горле.
  
  Солнышко сидела у стены, словно устроилась отдохнуть. Вот только черная дыра от выстрела посреди лба не оставлял никаких сомнений в том, что Солнышко вовсе не отдыхает.
  
  Тоненько вскрикнув, Хелен лазерным пучком пронеслась мимо застывших Чарис и Лео, рухнула на колени возле Солнышко, стала проверять пульс. Хотя это было совершенно бесполезно - с такой раной невозможно выжить. Но все же на долю секунды в душе Чарис вспыхнула надежда: возможно, Солнышко подыгрывает Штайнеру и просто изображает труп.
  
  Но запах опаленной выстрелом плоти трудно подделать, да и не моргать так долго невозможно.
  
  - Гражданских... с-с-суки, - прошипел Дерек.
  
  И Чарис впервые не хотелось отругать его за сквернословие. Потому что сейчас подходили только такие слова.
  
  Их, как солдат, учили не бояться смерти. На медицинских курсах они препарировали трупы. По головидению смотрели хронику из настоящих зон боевых действий. И все же там все было не так. Трупы в морге и мертвые люди на экране были для Чарис никем, но Солнышко... Всего несколько часов назад они с ней разговаривали, она убеждала быть добрее к близким... И вот теперь лежит здесь, неподвижная, холодная.
  
  Чарис поняла, что сжимает кулаки, только когда ощутила боль в ладонях от впившихся в кожу ногтей.
  
  Неизвестные враги стреляли в Солнышко так, чтобы убить наверняка. Если попасть в любую часть тела, даже в сердце, человека всегда можно заморозить в криогенной камере и потом реанимировать. Но если поврежден мозг, то все - смерть. Значит, неизвестные враги целенаправленно зачищают базу, избавляясь от любых свидетелей.
  
  Настоящие профессионалы, а не голограммы или учителя, игравшие роль противников на учениях.
  
  Те, кто не жалеют гражданских.
  
  Убийцы.
  
  Хелен, прекратив прощупывать пульс, попыталась сделать массаж сердца.
  
  - Ну же, бейся, ну, - как заведенная повторяла она, давя Солнышко на грудь.
  
  Лео шагнул вперед, присел рядом на корточки и, удивительно нежно для парня таких габаритов обняв Хелен за плечи, шепнул:
  
  - Бесполезно, она мертва.
  
  Вздрогнув всем телом, Хелен вдруг спрятала лицо на плече Лео и тихонько заплакала.
  
  Слезы в среде курсантов всегда считались чем-то позорным. Плачут слабаки, а они - солдаты. Но, глядя на всхлипывающую Хелен и ласково гладящего ее по волосам Лео, Чарис ощутила, как запершило в горле. Стоящий рядом с ней Хайнц тоже начал шмыгать носом, и даже зубоскалящий в любой ситуации Дерек остервенело тер глаза.
  
  - Мы не пойдем в убежище, - неожиданно для самой себя процедила Чарис, и собственный хриплый голос показался ей чужим. - Мы найдем ублюдков, которые это сделали с Солнышко, и прикончим их.
  
  Хелена вскинула голову, ее щеки все еще были мокрыми от слез, но взгляд покрасневших глаз стал жестким. Лео плотно сжал губы и свел густые брови, став казаться старше своих тринадцати лет. Дерек обнажил в хищном оскале ровные белые зубы.
  Хайнц вдруг сделал пару шагов вперед и закрыл Солнышко глаза. Пока это было все, что курсанты могли для нее сделать.
  
  - Мы отомстим, - прошептал Хайнц, положив руку на плечо той, которая еще недавно дышала и улыбалась им.
  
  Чарис встала рядом с ним и накрыла его руку своей, будто подтверждая клятву. Через миг к ней присоединился Дерек, затем Хелен и Лео. Общее горе стерло прошлые обиды, которые теперь казались детскими и глупыми. Они пятеро снова были командой. Чарис подумала, что Солнышко была бы рада. В горле тут же встал ком, и Чарис поспешила отогнать все посторонние мысли, сосредоточившись на одной цели: найти врагов.
  
  Солнышко погибла рядом с дверью, ведущей в один из классов. Отряд со всей возможной осторожностью переместился труда, и Лео на всякий случай велел передвинуть к двери несколько тяжелых парт.
  
  - Нужно разработать план, - объявил он, когда безопасность была более-менее обеспечена.
  
  - Почему бы просто не связаться с Штайнером? Он даст нам распоряжения, - предложила Хелен.
  
  - Если враги сумели заблокировать сеть наблюдения, то и сигналы связи они, скорее всего, глушат, - возразила Чарис.
  
  Пока они говорили, Хайнц уже набрал на своем комме номер Штайнера. Как и предполагала Чарис ответом была глухая тишина.
  
  - Значит, мы предоставлены сами себе, - подвел итог Дерек.
  
  Однако никто не предложил спрятаться в убежище. Чарис не сомневалась, что остальные, как и она сама, не испытывают страха. Когда прошло первое изумление, растерянность и горе, а ситуация прояснилась, многочисленные тренировки помогли совладать с эмоциями. Курсантов готовили для войны, и сейчас пришло время применить навыки на практике.
  
  - Если сеть наблюдения недоступна, как нам найти врагов и оценить их численность? - Хелен буквально сорвала вопрос с языка Чарис.
  
  - Ну, в реальной боевой ситуации у нас бы тоже не было никакой сети наблюдения. - Дерек пожал плечами.
  
  - Тело Солнышко... - Хайнц на миг замолчал, сглотнул и продолжил, - ...было еще теплым, значит, ее убили совсем недавно. Если мы не столкнулись с врагами, пока шли по коридору, значит, они отправились в противоположную сторону.
  
  - Возможно, - пробурчал Лео и в сердцах стукнул кулаком по стене. - Дерьмо, почему у нас нет доступа в арсенал?! Сейчас вооружились бы как следует и показали этим сволочам!
  
  - Штайнер вечно талдычит, что мы сами как живое оружие, - заметила Чарис. - Нужно просто осторожно двигаться дальше в это крыло. Мы сможем расслышать врагов задолго до того, как они заметят нас.
  
  - Ну, найдем мы их, а что дальше? - скептически осведомился Дерек. - Нападающие явно профи, какие-нибудь десантники из секретной службы. Их броню мы со всей своей силой не пробьем.
  
  - Есть идейка. - Хайнц неприятно усмехнулся. - Слушайте...
  
  Едва он закончил говорить, Лео отрубил:
  
  - Слишком опасно!
  
  - А по-моему может сработать, - тут же возразила Хелен, которой по плану Хайнца отводилась одна из главных ролей.
  
  - Да они просто прикончат тебя и Хайнца!
  
  - Мертвые мы им бесполезны, - вступила в разговор Чарис. - Они же наверняка пришли за секретом нанитов, а если умрем мы, наниты самоуничтожатся.
  
  Чарис в целом не нравился рисковый план Хайнца, но сама она не могла придумать ничего другого, а время уходило. Пока они сидят в пустом классе, неизвестные враги хозяйничают на базе, убивая учителей. Чарис невольно задумалась о Штайнере, хоть они все дружно и ненавидели его, но почему-то при мысли о его гибели сжималось сердце. Пусть Штайнер нещадно гонял курсантов на тренировках, но, сказать по правде, он никогда не наказывал без причины и всегда справедливо разрешал возникающие между ребятами споры. А главное - Штайнер был своим.
  
  'С ним все в порядке, - попыталась убедить себя Чарис. - В отличие от Солнышко, старина Штайнер - солдат и может за себя постоять'.
  
  Тем временем подал голос Дерек:
  
  - Я согласен с планом Хайнца, все равно ничего лучше мы придумать не сможем.
  
  Все они уставились на Лео, который как командир, должен был принять окончательное решение.
  
  - Хорошо, - неохотно проговорил он. - Но пусть вместо Хелен пойдет Чарис.
  
  Хайнц насмешливо улыбнулся так, что его веснушки, казалось, на миг сверкнули, и время словно бы отмоталось назад, вернувшись в дни до злосчастных учений в горах и нападения на базу.
  
  - У Чарис не получится прикинуться беззащитной.
  
  Чарис беззлобно отвесила Хайнцу легкий подзатыльник, но согласилась:
  
  - У меня не выйдет состроить невинную мордашку.
  
  - Я справлюсь, - твердо произнесла Хелен, с вызовом взглянув на Лео. - Я ведь тоже солдат.
  
  Тот вздохнул и кивнул.
  
  Еще несколько минут ушло на проработку плана и прикидку по карте базы возможного направления движения врагов. Наконец, отряд покинул свое убежище и цепочкой двинулся по коридору.
  
  Ребята медленно шли вперед, прислушиваясь к каждому шороху. Царившая в здании тишина пугала, наводила на мысли о том, что враги настолько же хороши в бесшумном перемещении, как и напичканные нанитами суперсолдаты. Чарис успокаивала себя тем, что один раз уже слышала выстрел, значит, услышит вновь. От напряжения постепенно начало ломить виски, а любой посторонний звук воспринимался как угроза. Однажды Дереку почудился шорох в одном из помещений, чьи двери выходили в коридор, но это оказалось лишь шелестом раздуваемой на ветру занавески в открытом окне. В другой раз Хелен заявила, что различает шаги, но остальные ничего не расслышали.
  
  Отряд прочесал на первом этаже все правое крыло, но здесь было чисто, ни врагов, ни новых трупов. Возможно, нападающие не задержались здесь потому, что тут находились одни классные комнаты, а им наверняка нужна была лаборатория или жилые помещения курсантов.
  
  По боковой лестнице отряд поднялся на второй этаж и тут же почти сразу все услышали едва различимые шаги, приближающиеся из левого коридора.
  
  Пришло время действовать.
  
  ***
  
  Тоненькие всхлипы было последним, что ожидала услышать Джейн при проверке базы.
  
  Отряд закончил прочесывать одно ответвление коридора и теперь возвращался, чтобы осмотреть другое, когда из-за поворота донесся жалобный плач.
  
  Дав команду всем быть начеку, Джейн первой повернула за угол, держа лучемет наготове. Но тот не понадобился.
  
  Посреди коридора сидели, обнявшись, мальчик и девочка.
  
  - Двигайтесь осторожно, не испугайте их, - дала по связи команду Джейн. - И ни в коме случае не стрелять!
  
  Она поверить не могла в улыбнувшуюся им удачу. Дети с нанитами (а других здесь быть просто не могло)!
  
  Одной из целей операции было по возможности взять в плен хотя бы одного курсанта Академии, но все понимали, что, скорее всего, дети будут в столице на празднике.
  
  И вот теперь перед Джейн целых два ребенка.
  
  У нее защемило сердце при виде того, какие они юные. Совсем еще дети. Рыжий веснушчатый мальчик напомнил Джейн младшего брата, с которым она не виделась уже несколько лет, мотаясь по миссиям. Возможно, поэтому она ослабила бдительность.
  
  Включив в шлеме динамик, Джейн осторожно шагнула вперед и как можно ласковее произнесла:
  
  - Привет, ребята! Не бойтесь, я пришла вам помочь.
  
  Девочка со светлыми волосами, уложенными в косу вокруг головы, вскинула голову, посмотрела на Джейн кристально-чистыми голубыми глазами, которые из-за дрожащих на темных ресницах слез казались светящимися изнутри.
  
  - Кто вы? - спросила она дребезжащим голосом.
  
  - Я ваш друг. - Джейн говорила тихо и спокойно, как разговаривала со своим ручным зверем скарфом, когда он бесился.
  
  - Вы не враги? - спросил мальчик, утирая нос.
  
  - Конечно, нет. - На мгновение Джейн стало стыдно за свою ложь, но лишь на мгновение. - Нас послали, чтобы защитить вас от злодеев. Пойдемте с нами.
  
  Джейн и еще двое солдат сделали несколько шагов вперед, собираясь оглушить детей, если они не захотят пойти добровольно. Джейн не сомневалась, что это получится легко, все-таки хоть дети и напичканы нанитами, они всего лишь дети.
  
  - А я думаю, вы... Враги! - последнее слово мальчик выкрикнул очень громко.
  
  Дальнейшее произошло за один удар сердца. Златовласая девочка с чистыми глазами вдруг превратилась в размытую тень и рядом с ней словно из ниоткуда появились еще четыре тени. Джейн успела ощутить, как чудовищная сила рванула из ее рук лучемет. Она кинулась в сторону, но выстрел в плечо на максимальной мощности отбросил ее к стене. Боль раскаленным прутом пронзила сознание, все вокруг почернело - Джейн потеряла сознание.
  
  Когда она пришла в себя, боли уже не было. Встроенная в защитный костюм аптечка впрыснула Джейн обезболивающее, и, судя по тому, что правая рука не ощущалась, система костюма остановила в ней кровообращение. Если вообще не ампутировала.
  
  Стараясь не шевелиться, чтобы не привлечь к себе внимания, Джейн осмотрелась.
  
  Открывшаяся картина ее ужаснула.
  
  Ее отряд, все восемь человек, лежали на полу. Система костюма сообщила, что пятеро из них мертвы, еще двое - тяжело ранены, и только рядовой Декстер был способен двигаться. Но он пока лежал, прикидываясь мертвым, как и сама Джейн.
  
  Но самым жутким был вовсе не вид расстрелянных товарищей, в конец концов, это война и на войне гибнут.
  
  Джейн ужаснул вид детей, держащих в руках оружие.
  
  К мальчику и девочке присоединились еще трое. Крепкий высокий парень со светлым ежиком волос, выглядящей постарше остальных. Девочка с черным хвостиком и тяжелым строгим взглядом. Темноволосый мальчик, улыбающийся злой, довольной улыбкой.
  
  Все они держали лучеметы уверено, как профессионалы, привыкшие с ними обращаться. И они подтвердили первое впечатление Джейн, начав методично расстреливать лежащих на полу десантников. Боевые костюмы не давали им определить, мертвы враги или нет, поэтому дети их добивали. Джейн продрал мороз. Нужно было что-то предпринять пока ее и Декстера не прикончили.
  
  - Не двигайся, я их отвлеку, - велела она Декстеру по внутренней связи, а затем включила динамик.
  
  - Пожалуйста, подождите!
  
  Ее крик заставил детей остановиться, рыжий мальчик, теперь уже не прикидывающийся испуганным, подошел к ней ближе.
  
  - Почему это мы должны ждать?
  
  - Нечего с ней трепаться, Хайнц! - зло бросил другой, темненький мальчик. - Бей уже!
  
  На самом деле он был прав, профессионалы не стали бы тратить время на разговоры с Джейн, а прикончили бы ее или оглушили, чтобы потом допросить в спокойной обстановке. Но как бы этих детей не натаскивали, они оставались детьми, и этим следовало воспользоваться. Теперь все взгляды были устремлены к Джейн, и она мягко проговорила:
  
  - Мы вам не враги.
  
  - Ага, как же. Вы убили Солнышко! - выплюнул названный Хайнцом.
  
  На несколько секунд Джейн растерялась, пытаясь сообразить, о каком солнце он говорит. Затем вспомнила застреленную светловолосую женщину. Возможно, имеют в виду ее?
  
  - Мы никого не убивали, - спокойно проговорила Джейн, в конце концов, сеть наблюдения была заблокирована, так что дети никак не могли знать, что произошло на самом деле. - Возможно, смерть женщины, о которой вы говорите, подстроило руководство Академии, чтобы представить нас злодеями. Мы же пришли с мирными намерениями и лишь хотим забрать вас в безопасное место, где вы сможете жить, как нормальные дети, без оружия. Дети не должны сражаться.
  
  - Сражаться, наш долг, - сумрачно сказала черноволосая девочка. - И мы не дети.
  
  Покачав головой, Джейн села и открыла шлем, так что он сложился у нее за спиной, обнажая голову. В конце концов, выстрел в упор из лучемета все равно убьет ее, а открытое лицо повысит степень доверия. У Джейн даже мелькнула слабая надежда, что, возможно, удастся уговорить детей пойти с ней добровольно.
  
  - Руководство просто промыло вам мозги, а теперь боится, что вы узнаете правду о настоящем мире за стенами вашей Академии. Или тюрьмы. Вам наверняка говорили, служить в армии - ваш долг? Чушь! Дети не должны учиться убивать. У меня на родине такие ребята, как вы, живут с родителями, ходят в школу, играют и веселятся. Они окружены теплом и заботой. Их не муштруют, точно боевых роботов!
  
  Темненький мальчик навел на нее ствол лучемета и буркнул:
  
  - Нечего ее слушать.
  
  Джейн напряглась, готовясь уклониться от выстрела, но тут вмешалась черноволосая девочка.
  
  - Погоди, Дерек, не надо ее убивать.
  
  Джейн приободрилась, но следующие слова девочки спустили с небес на землю.
  
  - Нам нужно взять языка, которого смогут допросить старшие.
  
  - Верно, - тяжело сказал доселе молчавший высокий мальчик.
  
  То, как спокойно они рассуждали, заставило Джейн усомниться: а дети ли перед ней вообще? Может быть, барсианские суперсолдаты только выглядят, как люди, а на деле их мозг настолько изменен, что они уже потеряли все человеческое.
  
  Мальчик, названный Дереком, фыркнул.
  
  - Такие крутые шпионы, как она, не раскалываются. Пускай заплатит за Солнышко.
  
  - Мы возьмем языка и точка, я приказываю, как командир, - с нажимом произнес высокий мальчик.
  
  - Ишь, раскомандовался, возомнил о себе невесть что, - бросил Хайнц.
  
  - Не ругайтесь, ребята! - вступила до сих пор молчавшая светленькая девочка с прекрасными синими глазами.
  
  Они принялись спорить, позабыв о Джейн и она дала команду Декстеру, который до этого притворялся трупом. Декстер мгновенно взвился на ноги и схватил ближайшего к нему ребенка, рыжего Хайнца, так похожего на братишку Джейн. Вырвал из рук мальчика лучемет и приставил к виску, где под светлой кожей билась синяя жилка.
  
  - Бросайте оружие или я снесу ему голову.
  
  ***
  
  Когда незнакомая женщина начала говорить и, открыв шлем, показала честное лицо с убежденным взглядом, Чарис, хотевшая сперва просто перебить всех врагов, заколебалась. Жажда мести в ней немного улеглась, уступив место рассудительности, которая подсказала, что хотя бы одного врага стоит оставить в живых. Они пятеро нарушили устав, согласно которому в случае чрезвычайной ситуации должны прятаться в убежище. Штайнер их за такое по головке не погладит, но добытый язык может его смягчить. Однако за этими рассуждениями крылась и неуверенность, порожденная словами женщины. 'Вам врут'. 'Дети не должны убивать'. 'Любовь и забота'. 'Жизнь без муштры'. Чарис никогда не встречала своих родителей, даже не знала, как они выглядели и как их звали. Вся ее жизнь прошла в Академии. На миг Чарис задумалась, а любил ли ее вообще кто-нибудь, кроме других членов отряда?
  
  Но тут вспомнилась ласковая улыбка Солнышко, ее мягкий голос.
  
  Она любила их всех, а враги убили ее. Эта женщина, которая так уверенно рассуждает об их неправильной жизни, убила.
  
  Чарис вновь окатила горячая волна ненависти, но она усилием воли подавила желание нажать на курок и снести женщине голову. Нет, нужно отдать ее старшим. В душе мелькнуло мстительное удовлетворение: пытаясь вытянуть из врага информацию, в контрразведке самоуверенную женщину наверняка подвергнут таким пыткам, какие сама Чарис не способна даже вообразить.
  
  Однако остальные, похоже, не смогли смирить гнев. По крайней мере, не все. В том, как Дерек настаивал на убийстве женщины, Чарис видела отчаяние. Она слишком хорошо его знала, чтобы не заметить, что он разрывается между яростью и неуверенностью, зароненной словами врага, поэтому кричит громче, чтобы поддержать самого себя.
  
  На сторону Дерека встал Хайнц и они заспорили с Лео, а Хелен, как всегда, пыталась всех унять.
  
  - Эй, хватит припираться перед врагом! - рыкнула Чарис, пиная стоящего ближе всех к ней Дерека пониже спины. - Пока мы болтаем, она может что-нибудь выкинуть.
  
  Но ее предупреждение запоздало.
  
  Один из врагов, до этого лежавший неподвижно, вдруг пружиной взвился на ноги и схватил Хайнца прежде, чем тот успел отскочить.
  
  - Бросайте оружие или я снесу ему голову.
  
  На миг все застыли, и Чарис ощутила, как вспотели руки, сжимающие лучемет. Успеет ли она выстрелить раньше врага? Если врубить наниты, то она его опередит... Но вдруг нет? Он ближе к Хайнцу...
  
  - Да стреляйте прямо через меня! - зло выкрикнул Хайнц, и в его голосе звенела обида. - Вы же меня ненавидите.
  
  - Дурак, - буркнул Лео и первым положил лучемет на пол.
  
  Остальные последовали его примеру, и Чарис ощутила позорное облегчение, поняв, что ей больше не надо делать мучительный выбор. Что ж, они, по крайней мере, убили семерых из врагов, значит, отомстили за Солнышко.
  
  - Ну, вот и все ваши бла-бла про освобождение, - выплюнул Дерек, презрительно глядя на говорившую с ними женщину.
  
  Та покачала головой.
  
  - Мы вам поможем, даже если вы сами этого не хотите.
  
  Она собиралась сказать что-то еще, но резкий свист разрезающего тело лазерного луча заглушил ее слова. Мужчина, державший Хайнца, несколько секунд еще стоял с дырой в груди, но затем начал заваливаться вперед. Хайнц проворно отскочил, чтобы оказаться подальше и от трупа, и от женщины. Та дернулась было, но сразу замерла, а из-за ее спины раздался знакомый голос:
  
  - Не делай резких движений.
  
  Сержант Штайнер чуть сместился, так что стал виден всем ребятам. От облегчения Чарис ощутила позорную слабость в ногах.
  
  - Сэр, - выдохнул Лео, потом взял себя в руки и, отдав честь, продолжил более уверенным голосом. - Сэр, мы уничтожили семерых врагов.
  
  - Вижу, - сухо проговорил Штайнер, не спуская глаз с женщины, которую держал под прицелом своей лазерной винтовки. - Но что-то не припомню, чтобы устав приписывал вам драться с нападающими на базу...
  
  Переступив с ноги на ногу, Чарис нервно обменялась взглядами с остальными. И Дерек вдавил:
  
  - Они убили Солнышко.
  
  Лицо Штайнера застыло, а сжимающая оружие рука дрогнула. Чарис с запозданием подумала, что он вполне мог попасть в здание через черный ход и не видел труп Солнышко. Если Дерек и Хелен правы, и Штайнер действительно в нее влюблен...
  
  - Все проникшие на базу враги были уничтожены, - безо всякого выражения произнес Штайнер. - Идем.
  
  И ткнув застывшую женщину дулом винтовки, он буркнул:
  
  - Чтобы без глупостей.
  
  Чуть обернувшись к нему, она прошипела:
  
  - И это все, что вы можете сказать детям, которые только что убили семерых человек? Вы - чудовища! Нельзя бросать детей во взрослую жизнь! Вы воруете у них детство!
  
  Штайнер скривился, и его губы растянулись в ядовитой усмешке.
  
  - Ну да. А в ваших лабораториях, где ученые препарируют их, как крыс, у них точно будет отличное детство.
  
  В следующий миг он то ли заметил что-то в лице женщины, то ли просто почувствовал опасность, потому что вдруг рявкнул:
  
  - Ложись!
  
  Чарис полетела на пол прежде, чем до разума дошел смысл приказа: натренированное тело реагировало само. По пути она свалила замешкавшегося Хайнца и успела заметить, как падают Дерек и Лео, причем последний прикрывает собой Хелен.
  
  А затем громыхнуло. Чарис ощутила, как затылка коснулось что-то влажное. Они пролежали еще полминуты, и Штайнер дал команду:
  
  - Поднимайтесь.
  
  Вставая, Чарис потрогала затылок и увидела на пальцах красные капли, но кровь была не ее. В этом Чарис убедилась, как только осмотрелась. Рядом лежал безголовый труп, все стены были измазаны кровью и чем-то серым, видимо ошметками мозгового вещества.
  
  - Взорвала себя, чтобы в контрразведке из нее ничего не вытянули, и надеясь задеть кого-то из нас, - бесцветным голосом пояснил Штайнер, хотя и так было понятно.
  
  ***
  
  Нападение на Академию стоило жизни десяти сотрудникам, в том числе Солнышко, но все враги были уничтожены, а найденные в лесу капсулы, на которых они прибыли - отправлены на исследование ученым.
  
  Отряду юных суперсолдат пришлось выслушать часовую нотацию от полковника - начальника Академии - и отработать наказание: дополнительные тренировки без нанитов на спортплощадке. Но несмотря на все наказания Чарис в глубине души считала, что на этот раз стоило нарушить устав.
  
  А уж какая буча поднялась среди остальных курсантов, когда они обо всем узнали. Члены третьего отряда стали звездами Академии. Как же, побывали в настоящем бою! Уничтожили противников! Им завидовали, ими восхищались и постоянно просили снова пересказать события того памятного вечера. И если Чарис навязчивое внимание лишь раздражало, то вот Хайнц буквально лопался от гордости. В его пересказе та, в общем-то, короткая драка с врагами обрастала все новыми фантастическими подробностями, слушая которые, Чарис иногда очень хотела снова его побить.
  
  Когда пытались расспрашивать саму Чарис, она говорила все как есть, поэтому ее скучный рассказ быстро всем надоел и ее оставили в покое. Лео старался сохранять подобающую взрослому воину невозмутимость, но Чарис прекрасно видела, как его распирает от гордости. Хелен постороннее внимание смущало.
  
  Чарис ожидала, что Дерек, как и Хайнц, будет самозабвенно трепаться, приписывая себе несуществующие подвиги. Но он, как ее удивлению, вообще не любил говорить о бое и огрызался каждый раз, когда его спрашивали. Все три дня прошедшие после тех событий он ходил задумчивый и хмурый.
  
  Однажды, после дополнительных занятий по рукопашному бою, на которые из их отряда ходили только они двое, Чарис решилась спросить Дерека:
  
  - Чего ты все время такой кислый? Вспоминаешь Солнышко?
  
  Дерек заметно смутился, даже слегка покраснел.
  
  - Да, я грущу о Солнышко, но дело не только в этом... Пообещай, что не скажешь остальным!
  
  Чарис нахмурилась.
  
  - Если это что-то опасное, я не могу пообещать, что не скажу Штайнеру.
  
  Дерек усмехнулся.
  
  - Чарис такая Чарис. Но ладно, не такой уж это секрет, да и опасного ничего нет... - Он вздохнул. - Я просто часто думаю над словами той тетки, ну, которая себя взорвала.
  
  Его заявление озадачило Чарис. Она уже давно забыла о том, что там несла женщина. Враг просто пыталась заговорить им зубы, чтобы создать удобный момент для нападения. Наверное, недоумение слишком явно отразилось на лице Чарис, потому что Дерек зачастил:
  
  - Она говорила о том, что дети не должны сражаться. Ты ведь тоже видела в голофильмах и читала, что обычные дети не живут так, как мы...
  
  - Мы не обычные дети, - поправила Чарис, но Дерек ее как будто не услышал.
  
  Все больше распаляясь, он начал размахивать руками. В глазах появился странный блеск, Дерек будто захлебывался словами.
  
  - Я стал думать о нашей жизни, сравнивать ее с жизнью детей из кино. Они не учатся стрелять, их не гоняют по плацу... И я стал думать, может, наша жизнь неправильная? Может, та тетка была права? И все командиры, Штайнер, полковник... Плохие?
  
  Действительно, такие мысли не стоило пересказывать остальным. Лео за сомнения в командовании мог Дереку и вломить, если бы рядом не оказалось Хелен, чтобы его удержать, а Хайнц бы только посмеялся. Но с другой стороны и держать сомнения в себе тоже не нельзя, не то они начнут отравлять изнутри.
  
  Пару лет назад Чарис сильно сомневалась в одном из барсианских законов, он казался ей несправедливым, но она боялась задать вопрос преподавателю по правоведению и получить обвинение в непочтении к власти. Чарис отлично помнила, как мучилась, пока все-таки не выложила все, вот только не чопорному преподавателю, а Штайнеру. Тот не стал ругаться, объяснил все дельно и на примерах, так что Чарис успокоилась.
  
  Сейчас Чарис понимала чувства Дерека и видела, что ему самому скверно от того, что его вера в правильность жизни барсианских суперсолдат поколебалась. Но помочь ему Чарис никак не мола. Как можно поделиться своей собственной уверенностью? Она ведь не кровь, которую переливают от одного человека другому.
  
  - Тебе надо рассказать все Штайнеру, - решительно заявила Чарис.
  
  Дерек уставился на нее округлившимися глазами.
  
  - Ни за что! Он мне влепит за такое три часа бега по стадиону без остановки!
  
  Чарис прикусила язык, чуть было не предложив пойти к Солнышко, уж она-то выслушает и поддержит, а если что, смягчит сурового Штайнера.
  
  - Пойдем вместе, - после секундного размышления, сказала Чарис. - Я тебя подстрахую. Да и Штайнер на самом деле не такая уж и скотина, ты сам это знаешь. Уж лучше сказать ему, чем сидеть молча и мучиться.
  
  Дерек неохотно кивнул.
  
  Они застали Штайнера у самой двери его кабинета. В парадной белоснежной форме, с букетом живых желтых цветов, которые Чарис опознала как импортированные, а значит очень дорогие. Штайнер явно куда-то собирался, и Дерек, придержав Чарис за руку, шепнул:
  
  - Он уходит, давай в другой раз.
  
  Чарис подозревала, что в следующий раз ей уже не удастся уговорить Дерека, поэтому, продолжая тащить его на буксире, смело шагнула к Штайнеру.
  
  - Здравствуйте, сэр! Прошу прощения, мы видим, что вы собираетесь уходить, но, возможно, у вас получится уделить нам несколько минут.
  
  - Добрый день, Берг, Харрис...
  
  Штайнер недоуменно посмотрел сначала на Чарис, которая прямо встретила его взгляд, затем - ей за спину, на Дерека.
  
  - И о чем же вы хотели поговорить?
  
  - О недавнем нападении на базу, - твердо произнесла Чарис.
  
  Штайнер на некоторое время задумался, и Чарис уже решила, что он им откажет, сославшись на дела. Но он сказал:
  
  - Хорошо, только не здесь. Я шел в одно место, можете присоединиться - там и поговорим.
  
  И он, не оборачиваясь, зашагал по коридору, Чарис и Дерек двинулись следом. Когда они вышли на улицу и обогнули главный корпус, стало понятно, куда направляется Штайнер и кому предназначен роскошный букет.
  
  На территории Академии находилась Аллея Почета, вдоль нее тянулась гранитная стена с вмурованными табличками, на которых значились имена тех сотрудников или выпускников Академии, которые заслужили особую память. Несколько дней назад все курсанты присутствовали на торжественной церемонии добавления на Аллею Почета табличек с именами погибших при нападении.
  
  Штайнер молча пошел вдоль стены, Чарис и Дерек - за ним, не решаясь нарушить торжественную тишину. На темном граните в лучах солнца сияли золотые буквы, казалось, духи тех, чья память здесь увековечена, смотрят на сержанта и его подопечных.
  
  Остановившись возле таблички с надписью 'Соколова Светлана. 3201-3236 пк. ', Штайнер положил букет на небольшой выступ в стене, предназначенный для таких даров.
  
  Несколько минут Штайнер стоял, устремив невидящий взгляд на табличку. Чарис не решалась нарушить тишину, а когда Дерек завозился и попытался что-то ей шепнуть, она цыкнула на него.
  
  Ветер шумел в кронах высоких деревьев, высаженных вдоль аллеи. Несколько синевато-золотистых листьев плавно спикировали сверху, точно в замедленной съемке. У Чарис появилось странное ощущение: на Аллее Почета время словно остановилось, заледенело, потеряв всякую жизнь. Чарис невольно вздрогнула, но решила, что это просто от холода, на Барсе погода никогда не баловала жителей теплом. Внезапно Дерек взял Чарис за руку, крепко пожал, и от его теплого прикосновения стало легче, будто рассеялось наваждение.
  
  Наконец, Штайнер отвернулся от таблички и, пройдя немного, сел на одну из лавок, стоящих вдоль аллеи.
  
  - Вот теперь давайте поговорим, - предложил он, похлопывая по месту рядом с собой.
  
  Склонившись к самому уху Чарис, Дерек шепнул:
  
  - Как же теперь-то рассказывать? Прямо здесь...
  
  Чарис тоже сообразила: затеяв разговор о сомнениях Дерека в месте скорби и памяти, они запросто могут разозлить Штайнера. И за этот гнев его нельзя будет винить. Но с другой стороны, если сейчас они просто уйдут, промямлив какие-нибудь невразумительные объяснения, будет еще хуже.
  
  - Давай. Или ты зассал? - шепнула Чарис, зная, что обвинение в трусости раззадорит Дерека.
  
  Тот действительно сразу же принял серьезный вид и демонстративно сел на лавку прямо возле Штайнера. Чарис примостилась рядом.
  
  И Дерек заговорил сразу, словно прыгнул из десантного катера с реактивным ранцем за спиной:
  
  - Сэр, я никак не могу перестать думать о том, что говорила та женщина из отряда, напавшего на нас...
  
  Штайнер нахмурился.
  
  - Что она успела вам наплести?
  
  Дерек как-то сразу стушевался, и Чарис решила перевести огонь на себя, она ведь обещала, что поможет.
  
  - Она пыталась заговорить нам зубы, сэр. Утверждала, что мы живем ненормально, дети не должны учиться сражаться.
  
  - Понятно. - Протянул Штайнер.
  
  Он больше ничего не сказал, достал из кармана брюк портсигар с зажигалкой и, вынув длинную сигару, неторопливо закурил. Сероватое облако дыма с приятным, терпким запахом медленно потянулось от его губ к мемориалу, и дальше в ярко-синее небо.
  
  Дерек, видимо, почувствовал в молчании Штайнера осуждение, потому что попытался оправдаться:
  
  - Я не хочу предавать наши принципы, наш Родину. Но ведь возникающими сомнениями надо делиться с наставниками, так говорила Сол... госпожа Соколова.
  
  Чарис покосилась на Штайнера, ожидая, что упоминание о погибшей вызовет у него гнев или наоборот огорчит настолько, что он прекратит разговор. Но его лицо превратилось в ничего не выражающую маску, а глаза стали каким-то тусклыми, стеклянными. Штайнер еще раз затянулся сигарой, затем сказал:
  
  - Понимаю, что у вас могли возникнуть сомнения, особенно если учесть, что вы можете сравнить свою жизнь с жизнью других детей. Но вы должны помнить, что напавшие на базу могли верить, что делают для вас как лучше, однако на самом деле вас бы передали ученым государства, которое их послало. Вы бы просто стали их подопытными крысами.
  
  - Мы понимаем, сэр, - вставил Дерек, когда Штайнер сделал паузу, но тот, похоже, уловил неуверенность в голосе подопечного, потому что продолжил говорить.
  
  - Тем не менее, во многих культурах наша Академия считается аморальной. Собственно война вообще аморальна. - Штайнер криво усмехнулся. - Вот только люди не прекращают воевать и убивать друг друга. Это двойная мораль: учить детей сражаться - плохо, но украсть этих детей и препарировать, чтобы добыть супероружие для своей страны - как бы уже не так плохо. Где ложь, где правда? Каждый должен решить для себя сам и твердо держаться выбранного пути.
  
  Помолчав секунду, он добавил:
  
  - Войны будут всегда, пока существует во Вселенной человечество, и кто-то должен сражаться.
  
  Чарис кивнула, она прекрасно поняла, что имеет в виду Штайнер, ведь им тоже на уроках говорили, что в войне нет ничего хорошего, а получать удовольствие от убийств - это первый признак безумия. Поэтому настоящий воин никогда не поднимет оружие просто так, никогда не будет стрелять в гражданских, что сделали напавшие на базу.
  
  Но Дерек все еще выглядел сомневающимся.
  
  Штайнер положил руку ему на плечо и произнес неожиданно мягко:
  
  - Ты и остальные - дети Барсы, планета потратила на вас большие деньги, но, когда ты станешь взрослым и вернешь их, ты сможешь делать что хочешь. В том числе бросить военную службу и стать... Например, актером. А пока мой тебе совет - не забивай голову ненужными раздумьями, от них только хуже станет.
  
  Дерек кивнул, и Чарис мысленно вздохнула с облегчением, неприятно было видеть, что друг так мучился из-за ерунды. Штайнер вдруг взглянул на нее и подмигнул.
  
  - А если в будущем возникнут новые сомнения, всегда держись Берг. Она у нас - кремень.
  
  Чарис невольно улыбнулась, польщенная комплиментом.
  
  Они еще некоторое время сидели втроем, слушая шелест ветра и наблюдая, как растворяется в воздухе дым от сигары. И Чарис решила, что больше никогда не будет ругать Штайнера, даже если он загоняет их на тренировках.
  
  
  

Настоящее 2. Когда Келли-Келли скучно

  
  В рубке 'Ласточки' было тихо, только едва слышно гудели старые компьютеры, да временами попискивал радар.
  
  - Скукота-а-а-а!
  
  Келли-Келли удлинила руки и сплела их над головой, изобразив символ бесконечности.
  
  - Я скоро сдохну от скуки! Напал бы на нас кто-нибудь, что ли?
  
  Отвернувшись от экрана радара, Чарис наградила Келли-Келли убийственным взглядом.
  
  - Ракету тебе в глотку. Очень надеюсь, полет в кои-то веки пройдет спокойным, без погонь и перестрелок. Нам остался всего один гиперпереход до рекорда, так что не сглазь.
  
  На Келли-Келли суровая отповедь впечатления не произвела. На нее вообще мало что могло подействовать, кроме хорошего подзатыльника. Чарис уже смирилась.
  
  - Последний переход. Последний переход, - Келли-Келли принялась раскачиваться в кресле. - А что толку? Мы летим до этой занюханной планетки уже третью неделю, наверняка там будет такая же скучища. У нее даже название скучное. Бара-Бара... Нет. Боро-Боро... Опять не то... Да как же ее...
  
  - Барбадос, - подсказал Тоби.
  
  По расфокусированному взгляду Чарис поняла, что он рассматривает невидимый для других экран своего нового компьютера. Последнее слово техники. Суперсовременная модель, представляющая собой всего лишь маленький серый диск. Он крепился на висок и проецировал виртуальный экран и клавиатуру непосредственно в мозг, поэтому никто, кроме Тоби, их не видел, если он сам того не пожелает. Очень удобно, особенно когда рядом крутится любопытная Келли-Келли, так и норовящая залезть в твой компьютер и прочитать личные файлы.
  
  Тоби потратил на новый гаджет всю зарплату и теперь собственноручно латал свой единственный комбинезон, но зато мог покрасоваться классной техникой.
  
  - Между прочим, Барбадос не такая уж и скучная планета, - важно произнес Тоби. - Три пятых его суши заняты тропическими джунглями. В них есть растения и животные, которых нет больше ни на одной исследованной планете. На сайте одного космобиолога выложены голографии...
  
  - Ух ты! - Келли-Келли мигом оказалась рядом с Тоби. - Покажи! А что такое джунгли?
  
  - Грубо говоря, это лес, который произрастает в жарком климате.
  
  - Живой лес! Супер-пупер! Получается, в нем растут какие-то особенные деревья?
  
  Обожающий демонстрировать свою эрудицию Тоби с радостью пустился в объяснения. Он перевел компьютер в общий режим и начал показывать восторженно попискивающей Келли-Келли голографии. Чарис украдкой обернулась, чтобы посмотреть. Все-таки в нынешнем веке настоящий дикий лес - редкость. Большинство планет давным-давно укутались в сталь и бетон, а на аграрных планетах вся растительность стандартизирована и временами кажется искусственнее, чем собственно искусственная.
  
  - Что-нибудь еще о Барбадосе ты узнал? - спросила Чарис, когда Тоби замолчал, чтобы перевести дух. - Цветочки и пальмы, конечно, хорошо, но меня гораздо больше интересует криминальная обстановка в местном космосе.
  
  Тоби недовольно поджал губы, упоминание преступности и пиратства его всегда расстраивало. Будто если о них не говорить, они разом исчезнут. Ага, как же.
  
  - Об этом я ничего в сети не нашел. О Барбадосе вообще мало информации. Он расположен на краю галактики Тау, вдали от основных космических путей.
  
  - Захолустье, - подсказала Келли-Келли.
  
  - Угу, - Тоби кивнул. - Кроме восторгов космобиологов я нашел только репортаж столетней давности о местной гражданской войне.
  
  Чарис вздохнула. Ей очень не нравилось, что пришлось лететь на далекую планету, о которой почти ничего не известно. Но деваться некуда, ведь для того они и работают, чтобы доставлять грузы в такие вот дыры.
  
  - Не куксись, Чар, - Келли-Келли уже подбежала к ней и хлопала по плечу. - Похоже, на Барбадосе будет не так уж скучно. Посмотрим настоящие джунгли. Тоби говорит, там есть цветы в человеческий рост. Правда, круто?
  
  Чарис затрясла головой.
  
  - Никаких джунглей. Мы приземлимся в космопорте, передадим груз, получим бабки и свалим. Все.
  
  - Зануда, - Келли-Келли сложила губы трубочкой и закатила глаза. - Неужели тебе совсем не интересно посмотреть что-то новое и необычное?
  
  - Я предпочитаю быть живой занудой, чем мертвой исследовательницей нового, - отпарировала Чарис. - В джунглях наверняка водится много хищников, которые не прочь закусить космолетчиками.
  
  - Чарис права, - вставил Тоби и нервно поерзал на стуле, видимо он вслед за Чарис представил в красках, как Келли-Келли потащит их исследовать джунгли.
  
  - Лучше посмотрим голографии. Вот, например, зеленый леопардикус. Полтора метра в холке.
  
  Тоби спроецировал в центр рубки трехмерное изображение зверюги с темно-зеленой шерстью, покрытой причудливыми черными пятнами. Клыки у леопардикуса были что надо. Тоби добавил звуковых и видео эффектов: зверь раскрыл пасть, угрожающе зарычал.
  
  На такое представление Келли-Келли только презрительно фыркнула и прошла через голограмму.
  
  - Подумаешь, леопардикус. Пара выстрелов из бластера - и готово. Вы оба - перестраховщики. Лу бы наверняка пошел со мной исследовать джунгли.
  
  Вспомнишь патрульный крейсер - вот и он.
  
  Дверь отъехала в сторону, в рубку вошел Луиджи, почесывая живот под футболкой и насвистывая песенку.
  
  Келли-Келли мгновенно забыла о джунглях, демонстративно зажала уши.
  
  - Нет! Опять эта песня! Лу-у-у! Ты достал!
  
  Чарис насмешливо фыркнула, но была согласна с Келли-Келли. Луиджи начал насвистывать мелодию или напевать слова на незнакомом языке сразу же, как только они вылетели из космопорта Хальвицы. Признаться честно, слушать одну и ту же песню несколько недель - испытание даже для железных нервов барсианца.
  
  - Прости, - Луиджи виновато почесал темечко. - Знаешь же, как это бывает. Привяжется мелодия и не отвяжется.
  
  - Ты хоть знаешь, на каком языке поешь? - с заинтересованностью человека, в котором никогда не умрет ученый, спросил Тоби.
  
  Луиджи развел руками.
  
  - Без понятия.
  
  - Слова звучат довольно странно. Может ты их сам придумал? - с улыбкой предположила Чарис.
  
  - Ничего подобного! Я не знаю, что они значат, но это точно какой-то старый язык... Вот, послушайте...
  
  И Луиджи, страшно фальшивя, пропел сочным басом.
  
  - Мы рождены, чтоб сказку сделать былью,
  
  Преодолеть пространство и простор,
  
  Нам разум дал стальные руки-крылья,
  
  А вместо сердца - пламенный мотор.
  
  - Ничего не поняла, но звучит очень воодушевляющее. Похоже, на военный марш, - заметила Чарис.
  
  - Я поняла! - Келли-Келли ударила кулачком по ладони. - Очень похоже на славский!
  
  Остальные удивленно вытаращились на нее.
  
  - Ты знаешь славский? - Тоби недоверчиво прищурился, от чего его и без того узкие глаза, совсем исчезли за тяжелыми веками.
  
  Келли-Келли постучала себя по лбу пальцем.
  
  - Я записала в подкорку мозга порядка ста разных языков, в том числе редких.
  
  - А смысл? Все равно все говорят на стандартном, - Чарис пожала плечами.
  
  - Так интересно же!
  
  Для Келли-Келли это был самый весомый аргумент и объяснение для любых безумств. 'Давайте полезем в кратер вулкана с кипящей лавой, ведь интересно, что там!'.
  
  - Вдруг я попаду в какую-то глушь и окажется, что я говорю на местном языке.
  
  - О чем песня-то? - Луиджи плюхнулся в кресло пилота и с надеждой уставился на Келли-Келли. - Мне самому интересно узнать.
  
  - Ну-у-у... - она скорчила умную мину. - На самом деле это очень древний диалект современного славского, поэтому я поняла только пару слов. На слух очень трудно воспринимать. Да ты еще, наверняка, половину слов неправильно произнес. В общем, там что-то про крылья и мотор.
  
  - Ого, похоже, песня про пилотов! - обрадовался Луиджи.
  
  - Не зря ты ее выбрал, - сказала Чарис. - Как жопой чуял.
  
  Луиджи гордо подбоченился и шутливо отдал честь. Но въедливый Тоби не дал ему долго торжествовать.
  
  - Не факт, что там поется именно про пилотов. Крылья и мотор могут относиться к любой теме, - занудно проговорил он. - Например, к какому-то устройству.
  
  Келли-Келли рассмеялась.
  
  - Зачем петь про устройство? Совсем не прикольно. Вот помню, у нас на станции были такие песенки...
  
  Она прокашлялась и, залихватски притоптывая ногой, пропела, старательно хрипя.
  
  - Вернулся пораньше с работы домой.
  
  Взял бутылку вина и букет большой.
  
  Открываю дверь в спальню ногой.
  
  В позе 'Слияние лун' жена и андройд.
  
  Эх, секси-андроиды фирмы 'Факенвер'
  
  У них большущий пребольшущий х***.
  
  И так далее в том же духе с россыпью крепких словечек. История оказалась трагичной. Разъяренный муж попытался сломать андройда битой, но получил от жены кухонным автоматом по голове. В итоге обоих супругов увезла полиция, а хитрый андроид сбежал к соседке.
  
  Каждый раз, заводя припев, Келли-Келли пританцовывала, хлопая себя по бедрам и приседая. Когда она закончила, Луиджи разразился бурными аплодисментами. Чарис тоже хлопнула пару раз, позволив себе отвлечься от радара. Келли-Келли церемонно раскланялась в разные стороны. Только Тоби не разделил общий восторг.
  
  - Пошлый юмор дальнобойщиков, - проворчал он, слишком явно пытаясь скрыть смущение. На его бледных щеках был заметен даже легкий румянец.
  
  - Да ладно, как будто ты ни разу не пользовался секси-андройдами 'Факенвера', - Келли-Келли панибратски хлопнула его по плечу.
  
  Тоби покраснел еще сильнее и мягко, но настойчиво отстранился от Келли-Келли.
  
  - У нас в Империи не принято обсуждать такие вещи в обществе, - он зыркнул на нее исподлобья. - В приличном обществе.
  
  Тоби выглядел таким смущенным, что Чарис прониклась сочувствием, обычно ей не свойственным. Видимо, правду говорят, что в Империи Трех Солнц до сих пор существуют строгие нормы поведения. Бедный Тоби, и как он терпит Келли-Келли с ее полным отсутствием такта?
  
  - Тогда расскажи, какие песни поют в Империи, - ловко перевел разговор на другую тему Луиджи.
  
  - Ага, у вас наверняка тоже пошлятины навалом! - усевшись в кресло, Келли-Келли крутанулась в нем. - Я как-то раз видела мультики из Империи... то ли оняме, то ли аняме. Там у женщин такие буфера! И все бегают без трусов.
  
  Тоби страдальчески закатил глаза.
  
  - Нашла на примере чего знакомиться с нашей многотысячелетней культурой. Это же ширпотреб! Настоящее искусство Империи - стихи! Вот послушайте хайку...
  
  Он встал в красивую позу, откинул голову назад и начал выразительно декламировать.
  
  - В черном космосе.
  
  Пауза.
  
  - Звезды сияют.
  
  Пауза. Напряжение нарастало.
  
  - Кончилось топливо.
  
  Пуза.
  
  Все затаили дыхание, требовательно уставились на Тоби, ожидая, что будет дальше с несчастным экипажем корабля, который застрял в дальнем космосе без топлива. Луиджи аж закусил нижнюю губу от волнения. Но Тоби хранил торжественное молчание.
  
  - Все? - Чарис не выдержала первой.
  
  - Все, - Тоби благоговейно вздохнул и уставился в иллюминатор, будто звезды там вдруг превратились во что-то совершенно необыкновенное.
  
  - Как это 'все'? - Келли-Келли подпрыгнула в кресле.
  
  - Я ничего не понял, - пожаловался Луиджи. - Причем тут топливо? Где поэзия? Рифмы же нет.
  
  - Лабуда какая-то, - буркнула Чарис. - Лучше уж пошлые частушки Келли-Келли.
  
  Тоби гневно всплеснул руками.
  
  - Естественно при переводе на стандартный все очарование хайку пропадает. В них не должно быть рифмы, главное философская глубина! В эти три строки вмещается вся бездна одиночества человека, который остался один на один с холодным космосом!
  
  Он пустился в пространные объяснения. Келли-Келли тут же заспорила, хотя в поэзии ничего не смыслила. Луиджи вошел в привычную роль няньки и пытался не дать инженерам передраться. Чарис отвернулась к радару и, тихо хихикая в кулак, слушала перепалку. Одним из немногих плюсов службы на 'Ласточке' было то, что с такой придурошной командой никогда не соскучишься.
  
  - Чарис, а какие песни поют на Барсе? - вдруг спросил Луиджи, похоже, надеясь отлечь поклонников поэзии от придумывания новых высокохудожественных оскорблений.
  
  Вопрос застал Чарис врасплох. Она крепко задумалась. Песни Барсы? Какая-нибудь местная музыка? На ум кроме маршей ничего не приходило. Ну, еще оставались солдатские песенки, но они были еще пошлее куплетов про андройдов, Чарис не хотелось опять вгонять трепетного Тоби в краску.
  
  Не дождавшись от нее ответа, Луиджи принялся фантазировать.
  
  - Наверное, вы поете что-то вроде... Мы всех замочим! Всех замочим! Круши-ломай! Круши-ломай! Кровища! Кровища! Кишки-и-и-и!
  
  Он выводил все это самым зверским и пугающим тоном, в конце зарычал. Чарис бы оскорбиться таким высмеиванием Барсы, но в этот момент Луиджи скорчил рожу и стал настолько похож на сержанта Штайнера Ночного Кошмара Военной Академии, что Чарис не выдержала и рассмеялась.
  
  Келли-Келли присоединилась к ней, даже Тоби заулыбался.
  
  - Нет, мы поем другие песни, - сказала Чарис, переведя дыхание. - Например... Розовые шинхи прыгают по радуге. Прыгают по радуге, сволочи пушистые. Ля-ля-ля.
  
  Они снова дружно грянули хохотом. Чарис ощутила в теле странную легкость, на душе - тепло и покой. Она давно не смеялась ни с кем вместе. Наверное, с тех пор, как после войны распался их барсианский отряд. Она тогда думала, что ледяной осколок в глубине сердца останется навсегда. Но теперь он постепенно таял. Глупые, легкомысленные, совершенно несносные психи из команды 'Ласточки' смогли его растопить.
  
  Чарис утерла выступившие на глазах от смеха слезы. Луиджи и Келли-Келли в два голоса распевали песенку о приключениях розовых шинх на радуге, на ходу придумывая новые куплеты. Тоби отбивал ритм на ручке кресла. И тут в мелодию вплелся писк радара. У Чарис холодок пробежал по спине, настолько неожиданно раздался этот звук. Хотя ей-то как раз следовало его ожидать.
  
  'Черные дыры, отвлеклась! Вот так всегда бывает, отвернешься от радара на секунду, и обязательно что-нибудь случится'.
  
  Остальные еще ничего не заметили и продолжали петь. Чарис склонилась над экраном радара, защелкала кнопками, выводя информацию о звездолете, который приближался к 'Ласточке'.
  
  Легкий крейсер типа 'Стрела', маневренный и быстрый, с орудиями малого калибра. Такой предназначен в первую очередь для преследования, а не для атаки.
  
  Пока Чарис читала информацию, собранную компьютером, радар продолжал надрывно пищать. Теперь его услышали все. Луиджи заглянул Чарис через одно плечо, Келли-Келли и Тоби - через другое.
  
  - Хотела приключений на пятую точку? Получите и распишитесь, - едко заметила Чарис, покосившись на Келли-Келли.
  
  - Может, патруль? - без особой надежды спросила та.
  
  - Мы уже три месяца развозим грузы по Вселенной, и ни разу не встретили патруль в открытом космосе, - процедил Тоби. - Полицейские предпочитают отсиживаться на планетах или в развитых системах, где уж точно не натолкнутся на пиратов.
  
  Все с тревогой смотрели на радар, на котором красной точкой мигал чужой корабль, быстро приближающийся к зеленой точке - 'Ласточке'.
  
  - Как скоро мы сможем уйти в гипер? - спросил Луиджи у инженеров.
  
  Тоби пощелкал кнопками в левой части приборной панели, беззвучно пошевелил губами и ответил:
  
  - Через полчаса минимум, двигатели еще не остыли.
  
  - Взрыв сверхновой! Когда мы уже сможем купить нормальные двигатели! - страдальчески взвыла Келли-Келли.
  
  - Когда получим деньги за этот долгий рейс, - попыталась приободрить ее Чарис.
  
  Раздался сигнал комма, Луиджи включил связь. На экране появилось знакомая загорелая физиономия, украшенная очень знакомыми пирсингом. Особенно вон то кольцо в носу с черепушкой, ну о-о-очень приметное.
  
  - Ты! - одновременно воскликнули Луиджи и пират, тыкая друг в друга пальцами.
  
  Да, это был тот самый загорелый урод, который пытался их обчистить в первом полете. Или его брат-близнец. Чарис поспешила стереть с лица удивленное выражение и натянуть привычную маску невозмутимости.
  
  Как тесен космос.
  
  - Увертливая развалюха! - крикнул пират, пуча глаза. - Вы что меня преследуете?!
  
  - Это ты нас преследуешь! - Луиджи затеял соревнование 'Самая удивленная морда'.
  
  Пират откинулся в своем кресле и заржал, сверкая белоснежными зубами. Через мгновение Луиджи к нему присоединился. Они заливисто смеялись, как мальчишки, провернувшие особо удачную шалость. Чарис только сокрушенно покачала головой. Если бы загорелый не был пиратом, он бы отлично вписался в команду 'Ласточки'.
  
  Келли-Келли подскочила к монитору и помахала пирату.
  
  - Приветик, давно не виделись.
  
  Он послал ей воздушный поцелуй.
  
  - Привет, шумная девочка. И бой-баба тоже здесь?
  
  - Ага, - Келли-Келли указала пальцем на Чарис, но та уже вышла из области обзора экрана и не собиралась вновь показываться.
  
  Пират продолжал задорно скалиться, Чарис только сейчас заметила, что часть его зубов наращена до клыков.
  
  - Раз уж мы так часто сталкиваемся, надо познакомиться. Меня зовут Джо. Джо Дредноут.
  
  - Очень приятно, Лу, - любезно отозвался Луиджи и даже сделал движение, чтобы протянуть к экрану руку, но вовремя остановился.
  
  - Келли-Келли! Чар ты знаешь, а еще у нас есть...
  
  Чарис успела наступить ей на ногу, прежде чем она назвала имя Тоби. Еще того гляди устроит для Джо экскурсию по 'Ласточке', с нее станется.
  
  Тоби, предусмотрительно державшийся в тени, благодарно кивнул. Знакомиться с пиратским капитаном он точно не хотел.
  
  - Раз уж мы теперь друзья, уступите мне по-дружески часть своего груза? - с самой обворожительной улыбкой предложил Джо.
  
  - Что-то не хочется, он нам самим пригодится, - Луиджи зеркально отобразил его улыбку.
  
  Джо сокрушенно покачал головой.
  
  - Жаль, жаль. Может, подумаешь получше? В этот раз вам легко не сбежать. Мой крейсер такой же маневренный, как и ваш. Я вас легко догоню.
  
  В глазах Луиджи вспыхнул слишком хорошо знакомый Чарис озорной, полубезумный огонек.
  
  - Еще посмотрим!
  
  Он потянулся, чтобы отключить связь.
  
  - Не спеши, Лу! - то ли обращение по имени, то ли властный тон Джо заставили Луиджи замереть с пальцем, занесенным над кнопкой.
  
  - У меня есть для вас еще один сюрприз.
  
  На лице Джо появилось торжествующее выражение. Он наставил на Луиджи два указательных пальца, точно дула бластеров.
  
  - Та-да! Самонаводящаяся ракета!
  
  'Ого! Действительно, сюрприз. Неприятный', - Чарис вгляделась в лицо Джо, пытаясь понять, врет он или нет.
  
  Сложно было поверить, что какой-то пиратишка (а судя по виду и поведению Джо был скорее мелким жуликом и ворюгой, чем настоящим космическим волком) смог достать самонаводящуюся ракету. Хотя чем космос не шутит, ведь попались же им на пути пираты, разжившиеся кью-захватом.
  
  - Брехня! - уверенно заявил Луиджи.
  
  - Не советую проверять на деле, - Джо скорбно покачал головой. - От самонаводящейся ракеты уже не уйти, а я не хочу лишний раз убивать. Я не какой-нибудь кровожадный психопат, просто выживаю, как могу. Всем кушать охота, а у меня жена, дети.
  
  - Ага, семеро по каютам, - проворчал Тоби.
  
  Чарис не исключала, что у Джо действительно есть семья. Но прокормить их можно и честным путем.
  
  - Подумай хорошенько, друг Лу, - вкрадчиво проговорил Джо.
  
  - Я уже решил. Не видать тебе нашего груза, как своей задницы, - объявил Луиджи и отключил связь.
  
  - Неразумно, - хмуро сказала Чарис, скрестив руки на груди. - Если у Джо есть ракета - нам крышка.
  
  - Если бы у него была ракета, он бы не заливался диктором головиденья, а просто пальнул в нас, - заявила Келли-Келли. - Весь его треп - сплошной блеф. Где ему достать самонаводящуюся ракету?!
  
  - Может и не блеф, - Чарис очень не нравилась угроза Джо. - Мы уже один раз напоролись на кью-захват... Странно, что у пиратов появляется мощное оружие военных. Такое ощущение, что кто-то им приторговывает.
  
  Но сейчас не время рассуждать о нелегальной продаже оружия с армейских складов. К тому же этим должен заниматься патруль, а не простые дальнобойщики.
  
  Задумавшись, Чарис принялась машинально поглаживать подбородок. С одной стороны, Джо действительно мог вешать им лапшу на уши. Если они ему поверят и отдадут груз без борьбы... Мда, получится конфуз. Но если у него есть самонаводящаяся ракета, конфузиться будет просто некому, потому что атомы не конфузятся.
  
  - Один раз мы от Джо ушли, уйдем во второй! - бодро сказал Луиджи.
  
  Его уверенности хватило бы на целый взвод десанта.
  
  Чарис проследила, чтобы инженеры заняли места в антиперегрузочных креслах в своих каютах. Келли-Келли порывалась остаться в рубке, но Чарис пригрозила, что привяжет ее к креслу силиконовыми ремнями и заткнет рот кляпом из грязных носков Луиджи. Угроза подействовала, Келли-Келли присмирела, и Чарис отправилась в стрелковую башню.
  
  Она привычно разместилась в кресле, на голову ей опустился тактический шлем, и перед глазами появился знакомый вид: космос и красный прицел.
  
  Чарис защелкала кнопками на подлокотнике кресла, увеличивая обзор. Ага, вот и корабль Джо.
  
  - Ну, привет, засранец.
  
  У нее в запасе было целое богатство - аж семь снарядов, но осторожная Чарис не собиралась тратить их зря. Она надеялась, что оставшиеся полчаса до охлаждения гипердвигателя, Луиджи сможет уворачиваться от выстрелов пиратов. Убегай, сверкая дюзами - эта их обычная тактика срабатывала всегда.
  
  'Ласточка' начала набирать скорость, и Чарис слегка вдавило в упругое кресло. Пиратский звездолет полетел следом. Чарис наблюдала за ним, держа руку на кнопке запуска снаряда, готовая выстрелить в любой момент.
  
  Вот от пиратского звездолета отделилась яркая желтая точка - там открыли огонь. Луиджи легко увел 'Ласточку' с линии обстрела и желтый кружок пролетел мимо.
  
  Развернулся и полетел обратно.
  
  Внутренности Чарис свернулись ледяным узлом.
  
  Безобидный на экране желтый кружок на деле был пятидесятикилограммовой неминуемой смертью.
  
  Джо не врал про самонаводящуюся ракету.
  
  'Если выживем, я всегда буду верить любой брехне пиратов!'
  
  - Лу! - рявкнула Чарис в микрофон, встроенный в шлем. - Это...
  
  - Вижу! - раздалось в ответ. - Попытаюсь уйти!
  
  Голос Луиджи звучал напряженно, но он старался подавить панические нотки. Молодец. Настоящий командир никогда не должен показывать команде свой страх.
  
  Ракета летела навстречу 'Ласточке', Чарис с тревогой наблюдала, как система наведения пушки отсчитывает расстояние. Километр, полкилометра.
  
  Когда до столкновения оставалась лишь сотня метров, Луиджи резко увел 'Ласточку' вертикально вверх.
  
  У Чарис зашумело в ушах, желудок сделал кульбит и сжался в дрожащий комок. Но экран показал, что ракета пролетела мимо.
  
  'Что это за модель? - рассуждала Чарис, не обращая внимания на физический дискомфорт. - Если "Эмка", то она не сможет долго за нами гоняться, пять минут - и у нее кончится топливо. Если "Блондинка", то после такой резкой смены курса она не скоро нас обнаружит'.
  
  Но экран показал, что ракета уже развернулась и вновь весит у 'Ласточки' на хвосте.
  
  'Не "Блондинка", жаль. Попробую ее подбить, тогда выбор моделей останется минимальным'.
  
  - Лу, держи ровнее, - попросила Чарис. - Я буду стрелять.
  
  - Принято.
  
  Чарис навела прицел на ракету и плавно нажала кнопку. Один из драгоценных снарядов 'Ласточки' вылетел навстречу самонаводящейся убийце. Чарис смотрела на экран, судорожно сжимая пальцы.
  
  'Только бы попасть. Только бы...'
  
  За миг до столкновения ракета ушла с траектории движения заряда.
  
  Чарис выругалась так, что Луиджи завистливо присвистнул.
  
  - Судя по забористому барсианскому фольклору, дела у нас совсем плохи.
  
  - Да уж, ничего хорошего. У нас на хвосте 'Ассасин' или 'Прилипала'. Две модели, которые не только находят цель, как бы она ни петляла, но и умеют уклоняться от снарядов.
  
  - В общем, мы в жопе, - подвел мрачный итог Луиджи. - Но, может быть, получиться побегать? На сколько у них хватает топлива?
  
  - У 'Ассасина' максимальный запас - час, у 'Прилипалы' примерно столько же. Более того, по слухам недавно появилась новая модификация 'Ассасинов', которые могут прыгать за целью в гипер.
  
  - Ёб твою...
  
  Некоторое время в эфире царила тишина. 'Ласточка' на максимальной скорости летела вперед. Когда ракета догоняла, Луиджи менял курс, швыряя корабль то вверх, то вниз. Так же вверх и вниз швыряло желудок Чарис, и она порадовалась, что не успела пообедать.
  
  - Я думаю, вряд ли у пиратов есть новая модификация 'Ассасина'. Это уж слишком, - нарушила молчание Чарис. - Нам просто нужно уклоняться, пока не пройдут полчаса, а потом валить в гипер.
  
  Луиджи ничего не ответил, он был слишком занят маневрированием, и Чарис решила больше его не отвлекать. Она задумалась, прикидывая шансы.
  
  'Может быть, попробовать выстрелить еще раз? Нет, заряды нашей пушки слишком медленные'.
  
  - Эй, что происходит? - в эфир ворвался звенящий голос Келли-Келли. - Наш плющит, как дерьмо в гипере! Лу, когда ты успел надраться? Я тоже хочу!
  
  - У нас на хвосте самонаводящаяся ракета, - отрубила Чарис.
  
  Келли-Келли замолчала только затем, чтобы через секунду разразиться ругательствами. Тут 'Ласточка' ушла в особо крутое пике, и ругань Келли-Келли перешла в сдавленное оханье.
  
  - Думаю, нам стоит сдаться, - тихо и спокойно проговорил Тоби. Слишком спокойно. За таким спокойствием обычно следует истерика.
  
  - Джо наверняка предпочтет захватить 'Ласточку' неповрежденной.
  
  - Если бы у ракеты была система возврата, Джо бы давно вышел с нами на связь и предложил сдаться, - возразила Чарис. - Но он не зря уговаривал нас подумать, понимал, что если запустит ракету, то звездолет точно станет грудой металлолома. Да еще и груз может повредиться. Хотя, скорее всего, ракета нацелена на рубку.
  
  - Что же делать? - упавшим голосом спросила Келли-Келли.
  
  Чарис плотно сжала губы. Было два выхода. Либо продолжать играть со смертью и уворачиваться от ракеты, но в таком случае любая ошибка Луиджи будет стоить всем жизни. Был и второй вариант. Ей очень не хотелось говорить о нем, но иного выхода она не видела.
  
  - Мы должны погрузиться в спасательную капсулу и покинуть звездолет. Будем надеяться, что нас кто-то подберет. Тот же Джо, например. Лучше быть в плену у пиратов, но живыми, чем плыть ошметками в вакууме.
  
  Послышался слабый всхлип, затем тяжелый вздох.
  
  - А как же 'Ласточка'? - жалобно спросила Келли-Келли. - Как же наша мечта о полетах?
  
  Наверное, сейчас следовало сказать что-то ободряющее и ласковое. Но Чарис всегда считала, что подслащать пилюлю глупо. Лучше говорить правду, какой бы горькой она ни была.
  
  - Ракета подорвет 'Ласточку'.
  
  - Тогда я взорвусь вместе с ней! - выпалила Келли-Келли, в ее голосе звенели слезы.
  
  - Чарис права, - попытался увещевать ее Тоби.
  
  - Да пошел ты...
  
  Куда именно следует направиться Тоби, Келли-Келли сообщить не успела, потому что Луиджи опять заложил крутой вираж. Чарис бросило вперед, ремни, удерживавшие ее в кресле, опасно натянулись, но выдержали.
  
  - Никому не надо взрываться, - вдруг прозвучал в эфире задорный голос Луиджи. - У меня есть идея получше. Помните, бортовой компьютер зафиксировал в этой системе пояс астероидов? Я взял курс на него.
  
  Чарис не сразу поняла, что он задумал, а когда поняла, мысленно взывала. Луиджи собирался, лавируя между астероидами, заставить ракету врезаться в один из них. Но с таким же успехом с огромной каменной глыбой могла столкнуться 'Ласточка'.
  
  - Ты спятил, Луиджи Феррара! - заорала Чарис. - Ты полный псих!
  
  - Йа-ху! - радостно взвизгнула Келли-Келли. - Полный вперед!
  
  - О, Аматерасу таскете кудасай, - шепот Тоби был едва слышен, и Чарис не понимала ни слова, но была готова поставить свою печень на то, что он молится.
  
  - То, что я собираюсь сделать, очень опасно, - с какой-то странной мягкостью проговорил Луиджи. - Если кто-то из вас не хочет рисковать, самое время воспользоваться спасательной капсулой. Но я не брошу 'Ласточку'.
  
  - Я тоже! - рявкнула Келли-Келли.
  
  - И я, - неожиданно заявил Тоби, прекратив бормотать молитву.
  
  Чарис подавила желание обругать их всех последними словами. Она знала: если Луиджи что-то решил, то его уже не уговорить - он упрется, как робот-погрузчик, и чем сильнее давишь, тем тверже он будет стоять на своем. Остальные тоже. Конечно, можно было вырубить всех этих идиотов, запихать в спасательную капсулу и оставить 'Ласточку' на произвол судьбы. С минуту Чарис прокручивала в голове такой вариант, наблюдая, как быстро приближаются астероиды. Болезненный свет белого карлика высвечивал темные, покрытые рытвинами глыбы. Сможет ли Луиджи провести 'Ласточку' между ними? Наверное, это знает только тот, кто создал Вселенную. Если Он вообще существует. Хочется надеяться, что да. Сейчас его помощь бы здорово пригодилась.
  
  Чарис откинулась на спинку кресла. Несмотря на то, что она недавно сказала Келли-Келли, ей вовсе не хотелось сдаваться в плен. Джо не производил впечатления безжалостного ублюдка, но пират есть пират. Ничто не помешает ему продать пленников в рабство на одной из планет Сицилийского союза, где правят бал мафиози. Или разделать на органы, что еще выгоднее. Нет, уж лучше рискнуть и воспользоваться мизерным шансом на спасение. Чарис слишком часто смотрела в лицо смерти, чтобы бояться ее.
  
  - Покажи класс, Лу, - просто сказала она.
  
  - Готовьтесь увидеть чудеса на виражах, - посулил он, и Чарис была готова поклясться, что сейчас он улыбается.
  
  Луиджи еще раз чуть изменил курс, уходя от столкновения с ракетой. И вот 'Ласточка' оказалась совсем рядом с поясом астероидов. Чарис не стала снимать тактический шлем, поэтому она отчетливо видела узкий проход между двумя каменными глыбами, куда Луиджи направил звездолет, перевернув его вертикально. Чарис изменила угол обзора и убедилась, что ракета полетела следом. Все-таки хорошо, что еще не разработали искусственный интеллект равный человеческому: любой пилот догадался бы, что если преследуемая жертва летит в пояс астероидов, тут что-то не чисто. Или она решила совершить самоубийство - тоже вариант.
  
  Но электронный мозг ракеты не смог разгадать хитрый маневр.
  
  Чарис снова посмотрела на камни, Луиджи как раз провел звездолет между первыми двумя. Дальше на полкилометра путь был открыт, но впереди неспешно плыла здоровенная глыбища, на которой бы поместилось с десяток 'Ласточек'. К ней и направился Луиджи.
  
  Испещренная воронками поверхность стремительно приближалась. Если Луиджи ошибется хотя бы на пару метров, на такой скорости 'Ласточку' просто расплющит. Чарис с силой вцепилась в подлокотники кресла так, что они затрещали. За себя она не волновалась, но ей не хотелось, чтобы трое смешных мечтателей вот так погибли.
  
  Астероид заполнил весь экран, у Чарис возникло ощущение, будто он нависает прямо над ней и вот-вот рухнет. Но она не стала снимать шлем. Настоящий воин должен смотреть смерти в глаза.
  
  Вдруг Чарис вдавило в кресло с такой силой, будто на нее действительно упала каменная глыба. Изображение на экране изменилось с такой быстротой, что у Чарис закружилось голова. Астероид исчез, уступив место черному космосу.
  
  В последний момент Луиджи избежал столкновения, уведя звездолет строго перпендикулярно предыдущему курсу. Теперь 'Ласточка' летела над поверхностью астероида.
  
  Чарис быстро сменила угол обзора, как раз вовремя, чтобы увидеть яркую вспышку возле поверхности астероида. В правом верхнем углу засветилась надпись 'Чар крута, все ракеты уничтожены!'. Чарис улыбнулась: она просила Келли-Келли не добавлять в системные сообщения отсебятины, но как же приятно сейчас было видеть такую чушь.
  
  План Луиджи увенчался успехом, искусственный интеллект ракеты не смог достаточно быстро среагировать на изменившуюся обстановку. Вокруг, помимо основной цели, было слишком много других крупных объектов. Компьютеру пришлось потратить лишние секунды, чтобы вновь обнаружить 'Ласточку' и просчитать новый курс, поэтому ракета не успела свернуть и врезалась в астероид.
  
  - Все в порядке, - сообщила Чарис в эфир. - Луиджи, это было потрясающе. Ты действительно гений пилотирования.
  
  - Да ладно, - смущенно раздалось в ответ. - Мне просто повезло.
  
  - Ура! - от крика Келли-Келли закладывало уши. - Я говорила, я говорила, что все получится. А ты, Чари, как всегда, предлагала трусливо бежать, поджав хвост!
  
  Чарис не стала отвечать на наглый поклеп, она научилась не залиться на Келли-Келли, которая могла в сердцах ляпнуть все, что угодно.
  
  - Лучше больше так не рисковать, не то я поседею раньше времени, - проворчал Тоби.
  
  - Да ладно тебе, это же настоящее приключение! - возразила Келли-Келли. - Жаль, у меня в каюте не было обзорного экрана, чтобы наблюдать за шоу. Надо обязательно его приделать.
  
  - А вот я рад, что у меня экрана не-е-е-е...
  
  'Ласточку' тряхнуло, и голос Тоби сорвался. Раздался тревожный звон, свет в стрелковой башне замигал, окрасившись кроваво-красным.
  
  'Эй, лохи, у вас маневровый двигатель горит', - сообщил бесстрастный металлический голос.
  
  Теперь Чарис не улыбнулась шуткам Келли-Келли с системными сообщениями.
  
  - Похоже, мы задели один из мелких астероидов, - убитым тоном сообщил Луиджи. В его словах легко можно было прочесть: 'Я слишком расслабился и не уследил, простите'.
  
  Он выключил двигатели, и звездолет начал постепенно замедлять ход. Чарис выбралась из кресла, спустилась в коридор. Там она едва не столкнулась с Тоби. Он быстро побежал мимо, фигурка Келли-Келли маячила невдалеке у люка в двигательный отсек. Чарис поколебалась, но потом решила не следовать за ними. О конструкции двигателей у нее было самое поверхностное представление, вряд ли она чем-то могла помочь двум опытным инженерам.
  
  Она направилась в рубку.
  
  Луиджи печально вглядывался в экран, где была выведена информация о диагностике систем звездолета.
  
  - Если наши платиновые умы ничего не придумают, придется нам садиться на Барбадос с одним маневренным двигателем, - сказал он, не поворачиваясь к Чарис.
  
  - Ты с этим легко справишься, - уверенно сказала она и сжала его плечо. - Благодаря тебе мы спаслись от ракеты. Не вини себя за такую глупую ошибку. Лучше подумай о том, как Джо Дредноут сейчас бесится и рвет волосы.
  
  Луиджи рассмеялся.
  
  - Знатная картина, даже жаль, что я не могу увидеть. Что-то он не выходит на связь. Совсем в депрессию впал, бедняга.
  
  Будто в ответ на его слова раздался сигнал комма. Чарис ничуть не удивилась, увидев на экране физиономию Джо.
  
  Кисло улыбнувшись, он отсалютовал двумя пальцами.
  
  - Признаю вашу неимоверную крутость, чуваки. Если наши трассы в космосе еще когда-нибудь пересекутся, клянусь вакуумом, я вас отпущу.
  
  Луиджи по-дружески улыбнулся.
  
  - Извини, мне жаль твою ракету, но нам тоже хочется кушать, да и детей надо кормить.
  
  Джо осклабился, явно поверив в детей Луиджи так же, как и Луиджи верил в его большое семейство.
  
  - Тогда удачи. Качественного топлива и крепкой обшивки.
  
  - И тебе точно проложенного курса.
  
  Джо отключился, и Чарис покрутила пальцем у виска.
  
  - Даже не знаю, кто из вас более шизанутый, ты или он.
  
  Луиджи пожал плечами.
  
  - У нас просто разные взгляды на жизнь, ты - барсианка и привыкла видеть в каждом потенциального врага. А я - неудавшийся фермер и чуть более удавшийся пилот и думаю, что большинство людей не злые по природе, чем бы им ни приходилось заниматься.
  
  - Да ты философ, - Чарис хмыкнула, но не стала спорить. Пусть каждый останется при своем мнении.
  
  Через несколько минут инженеры сообщили, что для починки маневренного двигателя нужны запчасти, которых у них нет.
  
  - Опять одни расходы, - пожаловался Тоби.
  
  Зато нашлась и хорошая новость, можно было прыгать в гипер. Что Луиджи и проделал.
  
  'Ласточка' провела в гиперпространстве еще несколько дней, которые сопровождались жалобами Келли-Келли на скуку и все той же песенкой Луиджи, доводившей всех до белого каленья. Тоби снимал напряжение, трепетно ухаживая за своими бонсай, Чарис тренировалась или читала. Тянулась обычная корабельная жизнь.
  
  Наконец, звездолет вышел из гипера в космическом пространстве Барбадоса. Казалось бы, все приключения уже позади, что очень расстраивало Келли-Келли и грело сердце Чарис. Но не тут то было.
  
  Едва в иллюминаторе появился зеленовато-синий шарик планеты, как радар тревожно запищал, сообщая, что совсем рядом находится ни много ни мало - линкор класса 'Разрушитель'.
  
  'Ну и рухлядь, - Чарис мысленно присвистнула. - Еще большая развалюха, чем "Ласточка". Такие выпускали лет пятьдесят назад'.
  
  Но даже старый ржавый линкор мог легко справиться со звездолетом, у которого сломан один из маневренных двигателей - 'Ласточка' просто не смогла бы уклониться от обстрела, и древние пушки изрешетили бы ее за минуту. Судя по помрачневшим лицам команды, они, как и Чарис, это поняли.
  
  - Когда же мы сможем летать спокойно! - взывал Тоби. - Кругом одни пираты! Все время тебя хотят убить, ограбить или продать в рабство!
  
  'Если пропадут пираты, я останусь без работы', - с мрачной иронией подумала Чарис.
  
  - Похоже, сейчас придется договариваться, - пробормотал Луиджи. - И пожертвовать частью груза.
  
  Комм запищал: после включения связи на экране появился мужчина с тонкими усиками и бородкой клинышком. Чарис сразу поняла, что он военный, хотя ни разу прежде не видела его мундира и знаков отличий. Просто есть нечто в лицах всех военных, что сразу выдает их, как бы они ни выглядели. Возможно, это слишком плотно сжатые губы. Или настороженность в глазах. Или чуть нахмуренные брови.
  
  В любом случае, Чарис не удивилась, когда мужчина произнес:
  
  - Я - полковник космических сил Королевства Барбадос, Сантьяго Мигель Фердинанд Рауль-де ла Корданос де Сильва.
  
  - Язык сломаешь, - шепнула Келли-Келли, и Чарис порадовалась, что у полковника не такой тонкий слух, как у нее. Обернувшись, она прижала палец к губам, призывая Келли-Келли к молчанию.
  
  - Приветствую, полковник, - Луиджи принял законопослушный вид. - Чем мы обязаны встрече с вами?
  
  - Все неопознанные звездолеты, входящие в систему Барбадоса, подлежат проверке, - монотонным голосом сообщил полковник. - Какова цель вашего визита?
  
  Чарис насторожилась.
  
  'Военный звездолет, патрулирующий пространство вокруг планеты... Похоже, у них тут неспокойно. Проблемы с пиратами? Но этим обычно занимается патруль. Неужели все так серьезно, что пришлось привлечь армию?'
  
  - Мы грузоперевозочная компания 'Лу и Ко', - ответил Луиджи. - Осуществляем доставку лекарственных препаратов и медицинского оборудования для Министерства здравоохранения Королевства Барбадос.
  
  - Вышлите соответствующие документы, - потребовал полковник. - Договор на перевозку, опись груза, а также информацию о вашей компании и лицензию вашего пилота.
  
  - Через несколько минут все будет у вас, - Луиджи был сама покладистость.
  
  Полковник отключился без прощания.
  
  - Фух, я уж думал, нам конец, - Тоби вытер тыльной стороной ладони вспотевший лоб
  
  - Не нравится мне это, - поделилась опасениями Чарис. - Если в космосе появляются военные, значит, намечается большая заварушка.
  
  - Ничего страшного! - Келли-Келли махнула рукой. - Зато, если неподалеку будет линкор, на нас точно не нападут никакие пираты.
  
  - А кто-то недавно жаждал приключений, - ехидно заметил Тоби.
  
  - Так нападение пиратов уже не приключение, а рутина, - парировала Келли-Келли.
  
  - Эй, куда ты положила мою пилотскую лицензию? - Луиджи прервал их разговор грозящий перерасти в очередной спор.
  
  - В папке 'Порно'.
  
  - Там я уже смотрел.
  
  Келли-Келли заглянула через плечо Луиджи на экран бортового компьютера, потыкала пальцем в кнопки. Несколько минут она открывала одну папку за другой, тихонько ругаясь сквозь зубы. Потом ей на помощь пришел Луиджи. Лицензия все-таки обнаружилась в папке с какими-то старыми глографиями.
  
  - Может, переложить ее в папку 'Документы'? - с усмешкой предложила Чарис.
  
  - Ага, отличная мысль, - согласился Луиджи, но даже не подумал это сделать и начал собирать письмо для отправки полковнику.
  
  Чарис мысленно сделала пометку в свободное время разобраться в бардаке, царящем в корабельном компьютере, а то другой, менее терпеливый, чем полковник Сантьяго, военный уже давно бы их расстрелял.
  
  Луиджи отправил полковнику документы и скрестил пальцы.
  
  - Надеюсь, он не заметит, что лицензия поддельная.
  
  - Что-о-о? - у Чарис глаза на лоб полезли.
  
  Ответом ей была особая умильно-виноватая улыбка Луиджи, которая как бы говорила: 'Я же душка, я совсем немножко напутал, простите меня, такого больше не повторится, мур-мур-мур'.
  
  - Я состряпала для Лу лицензию, - с гордостью заявила Келли-Келли.
  
  - Просто я никак не мог сдать экзамен, - оправдывался Луиджи.
  
  - Ты и не мог сдать экзамен? После твоих недавних пируэтов в поясе астероидов тебе положена должность инструктора в летной академии, а не какая-то там протухшая лицензия, - возмутилась Чарис.
  
  - Экзаменаторы наверняка хотели взятку, - с видом оскорбленного достоинства произнес Тоби. - Знаем мы этих чиновников, лишь бы побольше денег с честных граждан содрать.
  
  Пока они обсуждали пилотскую лицензию Луиджи, военные закончили проверку документов. Полковник связался с 'Ласточкой' и сообщил, что все в порядке.
  
  - Ваши данные подтверждены. Я буду сопровождать вас до планеты, следуйте рядом с линкором.
  
  Чарис поняла, что он опять собирается отключиться без прощания, и поспешила заговорить.
  
  - Господин полковник, сэр, разрешите обратиться! - она привычным жестом отдала честь.
  
  - Разрешаю.
  
  - Майор в отставке, Чарис Берг, специалист по безопасности фирмы 'Лу и Ко'. Я хотела бы узнать, почему военный звездолет сопровождает нас до планеты. Пожалуйста, разъясните, сэр, чего нам следует опасаться.
  
  Казалось, полковник хотел ответить, но вовремя спохватился, сообразив, что перед ним не офицер его армии, а всего лишь отставной военный неизвестно откуда.
  
  - Не могу ничего вам сообщить, майор, - отчеканил он. - Следуйте за моим кораблем. Конец связи.
  
  И отключился.
  
  Подозрения Чарис только окрепли. Раз полковник молчит, значит, дело точно нечисто. Луиджи сразу заметил ее беспокойство.
  
  - Почему ты так нервничаешь? - мягко спросил он. - Если нас будет охранять линкор, нам точно не страшны никакие пираты.
  
  - Раз нас встречает целый линкор, то тут наверняка водится кое-кто опаснее пиратов, - хмуро заметила Чарис.
  
  - Например, космический леопардикус! - Келли-Келли заржала, вспомнив их недавние исследования животного мира джунглей.
  
  Чарис не ответила на шутку, она оставалась настороже и внимательно следила за экраном радара.
  
  Луиджи повел 'Ласточку' рядом с линкором, и оба звездолета полетели к планете. Наверное, если бы космический леопардикус действительно существовал и сейчас наблюдал за ними, он бы посмеялся забавному зрелищу. Огромный линкор с десятками орудийных башен и здоровущими дюзами, изрыгающими огонь. В его тени притаился малюсенький потрепанный кораблик. Как мамочка с ребенком. Но в вакууме никто не жил и не мог оценить веселой картины.
  
  Чарис тоже было не до созерцания линкора, она не отрывала глаз от радара. Остальные болтали и шутили, вспоминая сурового полковника с непроизносимым именем. Подозрения Чарис редко заставляли команду беспокоиться. Иногда она бесилась, а иногда думала, что так даже лучше. Пусть друзья остаются веселыми и беззаботными. Пусть расслабляются, пока могут, ведь опасность всегда успеет вернуть их в жестокую реальность. Так случилось и сейчас.
  
  Не прошло и получаса после встречи 'Ласточки' с линкором, как радар зафиксировал быстро приближающиеся легкие истребители. Два звена по десять машин.
  
  - Истребители справа по боту! - рявкнула Чарис и перекинула информацию с радара на экран главного компьютера.
  
  Луиджи среагировал мгновенно. Он попытался увести 'Ласточку' с линии огня, нагло спрятавшись за линкор, но не успел. Истребители набросились на звездолеты, как рой рассерженных насекомых. От дождя выстрелов не смог бы уклониться даже Луиджи.
  
  'Ласточка' затряслась под ударами, на экране компьютера замигали тревожные сигналы, сообщающие о повреждениях обшивки.
  
  Линкор ответил на огонь противника. В его бортах открылись люки, выпуская корабельные истребители. Начинался настоящий космический бой.
  
  Чарис будто снова вернулась на войну. Вот только она находилась не на надежном военном судне за толстой броней, а на хлипкой скорлупке, которая даже летать толком не могла.
  
  Луиджи растерялся, беспомощно глядя на мигающий экран. Тоби судорожно тыкал в кнопки, пытаясь оценить повреждения, его руки тряслись, лицо заливала мертвенная бледность. Келли-Келли неподвижно застыла в кресле, широко раскрытыми глазами уставившись в иллюминатор, за которым разворачивалась картина сражения. И она, и Тоби никогда не бывали в настоящем бою, неудивительно, что они перепугались. А вот Луиджи вроде бы служил в армии, но, похоже, не слишком долго. Или, что более вероятно, война не успела стать ему привычной.
  
  - Лу, валим отсюда! - рявкнула Чарис, выводя его из ступора. - Пусть линкор сам разбирается! Выводи нас из-под огня.
  
  Луиджи встрепенулся, схватился за рычаги управления. Он направил 'Ласточку' прочь от разгорающегося сражения. Обогнув линкор по широкой дуге, он вновь взял курс на планету.
  
  Чарис надеялась, что истребители сосредоточатся на линкоре, и оставят грузовой корабль в покое. Но не тут то было. Один истребитель отделился от звена и начал преследование.
  
  Он стремительно настигал 'Ласточку', без второго маневренного двигателя увернуться от его огня не было никакой возможности.
  
  Вдруг раздался сигнал комма, Луиджи поспешил его включить.
  
  'Наверняка сейчас прозвучит предложение сдаться', - решила Чарис и опять ошиблась.
  
  Экран остался черным, зазвучал только голос на незнакомом языке. Чарис не поняла ни слова, но по агрессивному тону догадалась, что к экипажу 'Ласточки' адресованы угрозы. Неизвестный быстро замолчал и отключил связь.
  
  - Тарабарщина, - сквозь зубы процедил Луиджи.
  
  - Это эсперанто, - слабым голосом проговорила Келли-Келли. - Он сказал: 'Смерть королевским собакам! Да здравствует Республика!'.
  
  Чарис вспомнились те скудные сведения о Барбадосе, которые выскреб из сети Тоби. Сто лет назад прошла гражданская война. Но она не закончилась. Она продолжается, и простые дальнобойщики оказались в ее эпицентре.
  
  'Если мы выживем, я будут проверять каждый заказ, который найдет Лу. Если выживем...'
  
  - Подстрелю его! Оставайтесь в рубке.
  
  Чарис отстегнула ремни безопасности и понеслась в стрелковую башню. Маловероятно, что она сможет подбить легкий, маневренный истребитель из их дрянной пушки, но стоит попробовать.
  
  Луиджи выжимал из двигателей максимальную скорость, слабые системы 'Ласточки' не справлялись и сила ускорения давила на Чарис, пока она упорно продвигалась по коридору. Наконец, она добралась до стрелковой башни, заняла привычное место в кресле.
  
  Тактический шлем.
  
  Поиск цели.
  
  Прицел.
  
  Чарис выстрелила.
  
  Истребитель плавно ушел вниз с линии огня, и заряд бестолку улетел в черноту космоса. Сразу последовал ответный выстрел, но истребитель пока не вошел в зону поражения своей пушки и его заряд просто не долетел до 'Ласточки', давая Чарис шанс.
  
  Второй раз она целилась очень тщательно, понимая, что от этого выстрела зависит многое.
  
  Залп!
  
  Юркий истребитель увернул в последний момент. Можно было подумать, что пилот играет, дразня стрелка и призывая в ярости потратить все боеприпасы. Но Чарис не поддалась на провокацию. Было понятно, что неведомый пилот истребителя также хорош, как Луиджи. Значит, палить в него с такого расстояния бессмысленно.
  
  Оставалось только подпустить его ближе и успеть выстрелить раньше него.
  
  Чарис проверила по компьютеру модель истребителя, прикинула, какое оружие можно на него навесить. Она помнила наизусть зоны поражения всех типов ракет, и могла, не прибегая к помощи техники, определить, когда истребитель начнет стрелять.
  
  Ей нужно просто его опередить.
  
  Чарис терпеливо ждала, опустив палец на кнопку пуска снаряда и внимательно следя за расстоянием до цели, которое бесстрастно отсчитывал компьютер пушки.
  
  Барбадос был уже совсем рядом, можно было разглядеть выступающие из-за пелены облаков зеленые континенты и ярко-синие моря. Еще чуть-чуть и 'Ласточка' нырнула бы в атмосферу, тогда удалось бы затеряться среди облаков и оторваться преследователя.
  
  Но истребитель настигал, шансы на бегство таяли с каждой секундой. Чарис сверилась со счетчиком расстояния и решила, что пора.
  
  Она выстрелила.
  
  На миг ей показалось, что она попадет. Но нет. Истребитель развернулся, уходя от снаряда, и выстрелил сам.
  
  'Ласточку' тряхнуло так, что Чарис швырнуло вперед в кресле. На этот раз ремни не выдержали и порвались. Чарис полетела на пол, но успела сгруппироваться и защитить голову от удара.
  
  Свет в стрелковой башне приобрел знакомый красный оттенок.
  
  'Эй, лохи, у вас накрылся последний маневровый двигатель. Начинайте молиться!', - объявил механический голос.
  
  Ругаясь сквозь зубы, Чарис поднялась с пола и проверила положение противника.
  
  Истребитель, сделав свое черное дело, смылся.
  
  Еще бы, зачем тратить снаряды? Звездолет без маневренных двигателей просто разобьется при посадке.
  
  Посылать заряды вслед улепетывавшему истребителю - пустая трата денег, но вот парочку проклятий Чарис ему вдогонку швырнула. Гад наверняка догадался, что раз 'Ласточка' не уклоняется от его огня, то с одним из маневренных двигателей все хреново, и просто выстрелил по второму.
  
  Гребанный революционер.
  
  По залитому тревожным красным светом коридору Чарис вернулась в рубку и застала там одного Луиджи. Инженеры убежали в двигательный отсек, но Чарис не сомневалась: провести ремонт подручными средствами не получится.
  
  - Мы уже в гравитационном поле планеты, - не дожидаясь вопроса Чарис, сообщил Луиджи. Его обычно веселое лицо помрачнело, тревога состарила его, стали заметны морщины на лбу и возле губ.
  
  Чарис все же проверила все по компьютеру. Да, они в гравитационном поле планеты и без маневренных двигателей просто не могут развернуться и улететь обратно в космос. Теперь план пилота истребителя стал понятен, он специально дождался, пока они поделят к планете достаточно близко, и выстрелил наверняка. 'Ласточка' не сможет дрейфовать в космосе в ожидании помощи, если они выключат главный двигатель, то просто рухнут на Барбадос. Можно было бы удерживаться на обратной тяге, зависнув над планетой, но такой маневр жрет массу горючего. Безжалостные цифры на мониторе показывали, что топлива в этом случае хватит только на час.
  
  Чарис перебрала в уме всевозможные варианты действий. Если каким-то чудом инженеры не починят двигатель, оставалось только одно.
  
  - Мы направим 'Ласточку' к планете, а когда будем достаточно близко к земле, воспользуемся спасательной капсулой, - сказала Чарис самым равнодушным голосом, на какой была способна. - Будем надеяться, что груз не пострадает.
  
  Луиджи как-то странно взглянул на нее, кивнул и обронил: 'Хорошо'.
  
  Если бы Чарис лучше разбиралась в чужих эмоциях, то заметила бы в его голосе неестественные нотки.
  
  - Только не говори пока о нашем плане Келли-Келли и Тоби, - с печальной улыбкой попросил Луиджи.
  
  - Конечно, нет, - Чарис хмыкнула. - Если Келли-Келли узнает, что мы собираемся бросить 'Ласточку', она приварит себя к переборке.
  
  Вскоре появились инженеры, оба понурые, с покрытыми копотью лицами. На их одежде кое-где виднелись подпалины, а разноцветные волосы Келли-Келли еще дымились.
  
  - В двигательном отсеке начался пожар, насилу залили пеной, - доложил Тоби.
  
  - Я давно говорила, что нашу пожаротушительную систему пора обновить, - привычно проворчала Чарис.
  
  - Да, надо будет после этого рейса заняться, - поддержал ее Луиджи.
  
  В воздухе повисло невысказанное: 'Если этот рейс не станет для нас последним'.
  
  'Ласточка' приближалась к планете, работавший на обратной тяге двигатель удерживал ее от падения. В иллюминаторе проносились пушистые облака, похожие на сладкую вату. Вскоре внизу показалась земля, точнее зелено-синий лес.
  
  Чарис сверилась с компьютером.
  
  - К космопорту мы свернуть не сможем, придется садиться в джунгли, - она специально использовала слово 'садиться', а не 'падать'. И специально упомянула 'джунгли'.
  
  Эффект был достигнут, глаза Келли-Келли мгновенно вспыхнули азартом.
  
  - Значит, мы все-таки побываем в джунглях! Я знала, что если чего-то сильно захотеть, это обязательно случиться! - она заерзала в кресле от нетерпения.
  
  Но Тоби не так легко было сбить с толку, он тревожно посмотрел на экран, потом на Чарис и Луиджи. Вздохнул и прикрыл глаза, покоряясь судьбе с истинной философской отрешенностью жителей Империи.
  
  Море деревьев внизу медленно надвигалось, словно не 'Ласточка' летела к нему, а оно поднималось к ней, желая схватить жадными руками.
  
  Чарис, внимательно следившая за счетчиком топлива и расстояния до земли, решила, что пора. Она отстегнула ремень безопасности и встала с кресла.
  
  - Погружаемся в спасательную капсулу. Берите с собой самое необходимое, но малогабаритное.
  
  - Чего-чего?! - всполошилась Келли-Келли. - Опять капсула? А как же 'Ласточка'?
  
  - Она разобьется, - бесцветным голосом сообщил Тоби. - Неужели ты так замечталась о джунглях, что до сих пор не догадалась?
  
  Келли-Келли насупилась и упрямо выпятила подбородок.
  
  - Я не брошу ее...
  
  Чарис надоело с ней спорить, она сделала то, о чем в тайне давно мечтала: сгребла Келли-Келли в охапку и потащила прочь из рубки. Тоби поспешил следом, хвала Космосу, хоть его не надо было уговаривать.
  
  Келли-Келли верещала так, будто ее пытают, грязно ругалась, существенно расширив словарный запас Чарис, брыкалась и пробовала кусаться. Но Чарис не обращала на нее никакого внимания. Она донесла свою ношу до спасательной капсулы, грубо запихала Келли-Келли внутрь и тщательно связала ремнями так, чтобы она не могла высвободить руки.
  
  - Что тебе принести из твоей каюты?
  
  - Ничего! - бросила Келли-Келли.
  
  - Как скажешь, - Чарис флегматично пожала плечами и собралась уйти.
  
  - Контейнер с реактивами и образцами, - донеслось ей в спину тихое бормотание. - На нем написано 'Штучки-дрючки', не перепутаешь. Комбинезон и универсальный детектор.
  
  Келли-Келли назвала еще несколько вещей, с каждым словом успокаиваясь. Чарис кивнула ей и ушла. Нужно было торопиться. До столкновения с землей оставалось не больше двадцати минут.
  
  Навстречу Чарис попался Тоби, он тащил свои драгоценные бонсай, оригами и еще кучу всяких непонятных вещей. После непродолжительного, но жаркого спора, Чарис отобрала у него кое-что. Отправив расстроенного Тоби к спасательной капсуле, Чарис прошла в свою каюту. Собиралась она спокойно и не торопясь, судорожные метания только зря переводят драгоценное время.
  
  В медблоке Чарис взяла аптечку. На большинстве заселенных людьми планет бактериальная среда была примерно одинаковой, но кто знает, какие микроорганизмы водятся в диких джунглях, лучше иметь под рукой лекарства. Не забыла она заглянуть и в кубрик, где прихватила десять полевых рационов. Нет никакой гарантии, что при падении 'Ласточка' не взорвется. В таком случае команда рискует остаться без еды в диких джунглях.
  
  Собрав все необходимое, Чарис вернулась в спасательную капсулу. Там Тоби успокаивал Келли-Келли в своей обычной манере, приводя неопровержимые логические доводы о том, что гибелью 'Ласточки' их жизнь не закончится. Но вот кресло Луиджи оставалось пустым.
  
  По часам у них в запасе было еще семь минут.
  
  'Неужели он забыл о времени или...'
  
  Чарис вспомнила его печальный взгляд, и ее осенила запоздалая догадка.
  
  'Благородный идиот!'
  
  - Если я не вернусь через пять минут, стартуйте! - бросила она опешившим инженерам и, не отвечая на их испуганные вопросы, понеслась к рубке.
  
  'Придурок! Дебил! Тоже мне, звездный рыцарь!'
  
  Чарис влетела в рубку на полном ходу и едва не врезалась в кресло Луиджи. Конечно же, этот дурак сидел на месте и не думал идти к капсуле. Затуманенным взглядом он смотрел на приближающуюся землю, его руки с удивительной нежностью поглаживали рычаги управления, словно это были вовсе не безжизненные куски пластика, а тело любимой женщины.
  
  - Живо в капсулу, - рыкнула Чарис, выводя Луиджи из сладких грез.
  
  Он помотал головой.
  
  - Нет. Капитан должен погибнуть со своим кораблем. 'Ласточка' слишком дорога мне, возможно, я еще смогу ее посадить.
  
  - Без маневренных двигателей? Ха!
  
  - Все же я попробую...
  
  'Меня окружают одни идиоты', - эта мысль уже стала для Чарис привычной.
  
  Одним быстрым движением она надавила на сонную артерию Луиджи. Скорее всего, он даже не понял, что произошло, когда уже обмяк и закрыл глаза.
  
  Чарис дала автопилоту команду отключить двигатель через три минуты, вытащила Луиджи из кресла, закинула себе на плечо и понесла в капсулу. Здоровый бугай для нее был не тяжелее комнатной шинхи, каких богатые дамочки на зажиточных планетах носят в сумочках.
  
  Появление Чарис с Луиджи на плече инженеры встретили разинутыми ртами. Келли-Келли попыталась что-то вякнуть, но Чарис взглядом заставила ее замолчать. Сгрузив Луиджи в кресло, она пристегнула его, затем задраила люк спасательной капсулы.
  
  - Стартуем, - объявила Чарис.
  
  Тоби быстро нажал несколько кнопок на панели управления. В капсуле не было иллюминаторов, поэтому пассажиры могли только воображать, как открывается шлюз, но зато старт почувствовали все. На старой 'Ласточке' и спасательная капсула была древней. Трясло немилосердно. Голова еще не пришедшего в себя Луиджи моталась из стороны в сторону. Келли-Келли, которая просто не могла молчать, прикусила язык и замычала от боли. Тоби мертвой хваткой вцепился в бонсай, чтобы они не разбились. Несколько коробок, которые не успели закрепить в скобах на стенках, летали по капсуле, норовя угодить кому-нибудь промеж глаз.
  
  Капсула разгонялась, перегрузка была такой, что даже у Чарис покраснело в глазах, все кости в теле, казалось, вот-вот превратятся в труху. Рядом кто-то застонал. С другой стороны раздались звуки рвоты.
  
  'Хорошо, что наша одежда рассчитана на защиту от перегрузок', - почему-то это мысль крутилась и крутилась в голове Чарис, слова менялись местам и скакали.
  
  Вдруг капсулу тряхнуло особо сильно. Ощущение столкновения дало понять, что она приземлилась.
  
  С полминуты Чарис сидела неподвижно, приводя в порядок мысли. Она несколько раз закрыла и открыла глаза, пошевелила руками, глубоко вдохнула и выдохнула. Только убедившись, что организмом в порядке, Чарис отстегнула ремни и посмотрела на товарищей.
  
  Тоби расширенными от ужаса глазами таращился на бонсай. Рвота попала точно на изящные деревца, создав необычную картину.
  
  'Кто-то ел пончики', - подумала Чарис.
  
  Келли-Келли, двигаясь рывками, как сломанный робот, выбиралась из своего кресла. Заметив 'украшенные' бонсай, она начала истерично смеяться.
  
  Луиджи держался за голову и жалобно стонал.
  
  На негнущихся ногах Чарис пробралась к нему.
  
  - Ты как? Что-то повредил?
  
  - Я - нет, но 'Ласточка'...
  
  - Хватит по ней убиваться. Она - груда металла и пластика, а ты - живой человек.
  
  Луиджи промолчал, только поднял голову, и от страдания в его глазах даже у Чарис дрогнуло сердце. Но она тут же одернула себя. Нельзя позволять другим впадать в уныние, сейчас не время сидеть и рыдать.
  
  - Ты целилась специально в мои бонсай! - тем временем возмущался Тоби. - Ты всегда пыталась их повредить!
  
  Пожалуй, если бы Келли-Келли стошнило ему в лицо, он бы даже не заметил, но бонсай - святыня.
  
  - Я не нарочно!
  
  - Снаружи будете драться, - одернула их Чарис. - Вылезаем.
  
  Ей пришлось помогать остальным выбираться из капсулы. Выросшая на космической станции Келли-Келли оправилась быстрее и шла сама, но вот Тоби Чарис почти несла. Да и Луиджи пришлось опираться на ее плечо, он пытался бодриться, отказывался от помощи, но заметно дрожал и едва переставлял ноги.
  
  Кое-как они все же вылезли наружу. Чарис начала вытаскивать те немногие вещи, которые уместились в капсулу, а остальные расселись на земле и тяжело дышали.
  
  - Эй, смотрите! - крикнула вдруг Келли-Келли.
  
  Чарис обернулась и посмотрела туда, куда указывал тонкий палец. В ясном голубом небе показалась темная точка, он все увеличивалась и вскоре приобрела знакомые очертания. Раздался грозный гул, он нарастал по мере того, как 'Ласточка' приближалась к земле.
  
  Вся команда молча наблюдала за ее падением, будто смотрела голофильм. Зрелище было одновременно страшным и величественным.
  
  Воздух у носа звездолета нагрелся и сверкал нестерпимым белым светом. Из дюз поврежденных двигателей валил густой черный дым, и тянулся за 'Ласточкой' будто шлейф платья принцессы королевского дома Бретани.
  
  Вскоре рев рассекаемого кораблем воздуха стал настолько громким, что все зажали уши. Тоби даже зажмурился. Но вот остальные не спускали глаз с 'Ласточки'. Лицо Луиджи исказилось мукой, словно у него на глазах умирал дорогой человек.
  
  Звездолет рухнул в джунгли метрах в ста от капсулы. Раздался оглушительный треск ломаемых деревьев, в воздух взлетел ворох листьев, веток и даже несколько тоненьких стволов. Земля ощутимо содрогнулась, а затем наступила тишина. Такая же тишина бывает после боя на захваченном корабле, чья команда перебита.
  
  Чарис пришла в себя первой.
  
  - Надо осмотреть звездолет, - деловито проговорила она. - Возможно, его удастся отремонтировать.
  
  Она сказала это скорее для того, чтобы подбодрить остальных и отвлечь от мрачных мыслей. Луиджи так мечтал о собственном корабле, для него потеря 'Ласточки' станет сильным ударом, Келли-Келли и Тоби тоже расстроятся. Даже Чарис, которая не успела еще привязаться к 'Ласточке', ощутила смутную тоску, наблюдая ее падение. Всегда было тяжело видеть, как разрушается творение человеческих рук, на которое было потрачено много усилий.
  
  - Пошли! - с наигранной бодростью сказал Луиджи. - Чарис права, нужно осмотреть 'Ласточку' и проверить груз.
  
  Спасательная капсула при приземлении сломала несколько деревьев и выжгла в траве большой круг. Дальше за ним начинались джунгли. Свисающие с веток лианы переплетались между собой, создавая настоящую стену. Луиджи начал мужественно через нее продираться, могучими руками раздвигая лианы. Остальные шли за ним.
  
  Чарис чувствовала себя странно, шагая по настоящей земле. Она привыкла, что под ногами гладкая, искусственная поверхность. Бетон, пластик, сталь - все это было родным и привычным. Но вот земля и трава - что-то новенькое. Новое всегда настораживало Чарис, заставляло опасаться подвоха.
  
  Джунгли были наполненными незнакомыми запахами и звуками. Пение птиц, шелест ветра в ветвях деревьев. Чарис невольно вздрогнула, когда раздался визгливый крик какого-то животного. Задрав голову, она увидела сидящее на ветке существо телосложением, похожее на человека: две руки, две ноги и голова, только кожа покрыта густой коричневой шерстью.
  
  - Это мартышка, - проследив за взглядом Чарис, сказал Тоби. - Они не опасны.
  
  'Надеюсь'.
  
  Чарис сняла с пояса квантовый нож и помогала Луиджи бороться с лианами, но все равно маленький отряд продвигался медленно. Под ногами постоянно мешались узловатые корни и низкие кусты. Наверное, прошло не меньше получаса прежде, чем команда вышла на просеку, которую проложила при падении 'Ласточка'. Пробираться между поваленных стволов деревьев оказалось едва ли не сложнее, чем через густо переплетенные лианы. Приходилось то залезать вверх, то спускаться вниз, прямо как на полосе препятствий в Военной Академии. Неудивительно, что Чарис обогнала нетренированных товарищей и первой оказалась возле звездолета.
  
  'Ласточка' пропахала землю так, что едва не зарылась в нее. Носовой отсек, естественно, пострадал сильнее всего. Обшивка спереди смялась, как будто была сделана из бумаги, но стекло с титановыми волокнами в иллюминаторе рубки не разбилось, так что можно было надеяться, что аппаратура внутри несильно пострадала.
  
  Чарис прошла к главному люку и набрала открывающий код. Ничего не произошло. Она на всякий случай набрала цифры еще раз. Никакого результата.
  
  - Похоже, перемкнуло какие-то цепи в автоматике, - сказала Чарис подошедшему Луиджи. - Придется открывать вручную.
  
  Она хрустнула пальцами, готовясь возиться с замками шлюза, но тут подоспели запыхавшиеся инженеры.
  
  - Погодите, тут есть одна фишка, - Келли-Келли с гордым видом дотронулась раскрытой ладонью до казалось бы обычной панели обшивки. Раздался щелчок, и на панели вспыхнули синим края прямоугольника размером как раз с руку Келли-Келли. Прямоугольник отъехал в сторону, открывая взгляду клавиатуру.
  
  - Резервная цепь, - тоном 'что бы вы делали без моей изобретательности' заявила Келли-Келли.
  
  Она набрала код, и через мгновение шлюз с шипением открылся. Из недр звездолета в лицо команде ударило облако пара, отчетливо запахло горелым.
  
  - Я зайду одна, - объявила Чарис, - все осмотрю, и если опасности нет, сообщу.
  
  Остальные запротестовали, напирая на то, что подвергаться опасности надо вместе, но Чарис отмела все их возражения, просто шагнув во мрак коридора и заблокировав за собой шлюз. В темноте она видела неплохо, но все же включила фонарик на поясе.
  
  Чарис стала медленно и осторожно продвигаться вперед, обследуя каждый угол звездолета. Осмотр маленькой 'Ласточки' не занял много времени. Чарис обнаружила, что запах гари вызвал начавшийся в кухонном отсеке пожар, но системы корабля успели его потушить. В двигательном отсеке случилось несколько взрывов, но, хвала Космосу, гипердвигатель уцелел, не зря Чарис в свое время заставила Луиджи раскошелиться на усиление его защитной оболочки.
  
  Маневровый двигатель, в который выстрелил барбадосский партизан, пострадал сильнее всего: многие части оплавились, кое-какие детали просто отвалились. Чарис подозревала, что ремонту он уже не подлежит, но кто знает, возможно, золотые руки инженеров его возродят. Второй маневровый
  двигатель выглядел получше. Если на Барбадосе найдутся нужные детали, наверняка удастся его раскочегарить.
  
  Один из взрывов оплавил стену, отделяющую двигательный отсек от грузового. Еще чуть-чуть - появилась бы дыра и груз пострадал. Но, видимо, какая-то высшая сила хранила бедовый экипаж 'Ласточки' и, обрушивая на их головы несчастья, всегда оставляла лазейку для спасения. Контейнеры только разметало по отсеку, но лежащее внутри медицинское оборудование было надежно упаковано в амортизирующую пену, а лекарства в пластиковых пробирках и коробках разбиться просто не могли.
  
  Чарис облегченно вздохнула и направилась в каюты команды. Там царил полный бардак, что не удивительно - все не закрепленные вещи разлетелись. В каюте Келли-Келли пролился какой-то реактив, прожег ее подушку и матрас. Сама виновата, надо надежнее закрывать такие опасные жидкости в колбе.
  
  Через несколько минут Чарис добралась до рубки, за которую волновалась больше всего. Если повреждены навигационные компьютеры, то даже с деньгами за доставку груза их не починишь. Слишком дорогое оборудование.
  
  Повозившись у приборной панели, Чарис запустила резервную цепь и, о радость, главный компьютер натужно загудел. Бортовая система тут же вывела на единственный не разбитый экран кучу таблиц и графиков, тревожно запищала и выдала пару матерных сообщений о неполадках. Но раз система загрузилась, значит не все так плохо. Теперь можно было впустить в звездолет инженеров, чтобы они провели более детальный анализ. Чарис так и сделала: открыла шлюз и сообщила остальным, что можно заходить.
  
  - Наконец-то! - нетерпеливо воскликнула Келли-Келли. Она просочилась мимо Чарис и побежала вперед.
  
  - Эй, не расшибись! - крикнула Чарис, но с запозданием вспомнила, что у Келли-Келли модифицированное зрение, и она видит в темноте также хорошо, как при свете.
  
  Тоби вошел в звездолет осторожнее, помялся и попросил у Чарис фонарик.
  
  - Бери, я все равно собиралась остаться снаружи.
  
  Вооружившись фонариком и почувствовав себя увереннее, Тоби пошел по коридору, бурча что-то себе под нос. Чарис подумала, что Луиджи отправиться за ним, но тот задержался.
  
  - Спасибо, что вытащила меня из рубки, - тихо проговорил он и посмотрел ей прямо в глаза с необычной серьезностью. - Я был дураком. Так волновался за 'Ласточку', что совсем сбрендил. Тогда мне казалось, что погибнуть с кораблем все, что я могу. Но сейчас, походив по земле, подышав воздухом, я понял - жизнь прекрасна. И надо держаться за нее до конца.
  
  Чарис не знала, что ответить. Подумав, она усмехнулась, сводя все к шутке.
  
  - Не за что. Когда в следующий раз захочешь покончить с собой, позови меня.
  
  Луиджи заулыбался.
  
  - И ты мне поможешь?
  
  - Обязательно. Сверну шею, чтоб не мучился.
  
  Инженеры быстро закончили осмотр корабля. Дотошный Тоби составил подробный анализ повреждений и высчитал примерную стоимость ремонта. Луиджи непечатно высказал общее мнение об этой цифре.
  
  - Даже оплата за груз не покроет всех расходов.
  
  - Мы можем заставить заказчика заплатить компенсацию, - заметила Чарис. - Он ведь не предупредил нас о боевых действиях, чем нарушил Конвенцию о грузоперевозках.
  
  - На такой захолустной планете всем наверняка начхать на Конвенцию, - пессимистично предсказал Тоби.
  
  - Судя по тому, что нас сопровождал целый линкор, наш груз очень важен для Министерства Здравоохранения, значит, можно их шантажировать, - с нехорошей улыбкой предложила Келли-Келли.
  
  - В любом случае, нужно сначала доставить груз, - подвела итог Чарис.
  
  Это будет весьма проблематично. Сейчас они стоят посреди диких джунглей рядом с разбитым звездолетом на планете, где бушует гражданская война. Чарис нутром чуяла неприятности. И приключения.
  
  - Нужно связаться с заказчиком и объяснить ситуацию. Наверняка он пришлет за нами корабль, - бодро сказал Луиджи.
  
  Он включил наручный комм. Система долго не могла подключиться к местному спутнику. Кто с надеждой, кто с опаской, а кто с обреченностью смотрел на мигающий на экране прогресс-бар. Все же, комм достучался до спутника. Луиджи набрал контактный номер заказчика, чиновника из Министерства Здравоохранения. Снова потянулись минуты ожидания. Чиновник не отвечал на вызов.
  
  - Может быть, он обедает? - предположила Келли-Келли.
  
  - Попадись мне этот сукин сын, я его обед ему в жопу по гланды засуну, - Чарис бы с удовольствием намяла бока чиновнику, который их обманул, подставил под огонь пушек партизан и не заплатил за риск ни гроша.
  
  И, когда на экране все же появилось холеное лицо чиновника, злость Чарис только усилилась. Типичная сыта рожа столичного бюрократа. Так и хочется по ней съездить пару раз.
  
  Наверняка, Луиджи посещали такие же мысли, но он хорошо владел собой и обратился к чиновнику подчеркнуто вежливо.
  
  - Добрый день, дон Херассилдо. Это Луиджи Феррара из грузоперевозочной фирмы 'Лу и Ко'. Вы заказывали нам доставку медицинского оборудования и лекарственных препаратов.
  
  Чиновник помолчал перед ответом, делая вид, что вспоминает.
  
  - Если груз доставлен, я вышлю своих представителей для проверки, - вальяжно проговорил он, растягивая слова.
  
  - Груз доставлен, но не совсем. На орбите на нас напали партизаны. С вашей стороны было очень некрасиво не предупредить нас о ведении боевых действий.
  
  Лицо дона Херассилдо стало абсолютно непроницаемым.
  
  - Все гражданские суда, прибывающие в нашу систему, охраняют линкоры космического флота.
  
  - Плоховато охраняют, - оборвал его Луиджи. - Наш звездолет подбит, и мы упали в джунгли.
  
  - Груз пострадал? - от волнения чиновник даже подался к экрану, так что стала видна седина в его бородке.
  
  - Груз не пострадал. Поэтому пришлите, пожалуйста, за нами катер.
  
  - Где вы находитесь?
  
  Луиджи пришлось запустить навигатор, и минут двадцать спутник определял их положение, затем пересылал данные чиновнику. Когда дон Херассилдо увидел координаты, его брови взлетели вверх.
  
  - Да вы шутите! Это же другой континент! В самой глубине сильвы! Я не могу выслать за вами катер! И не обязан. Я плачу вам хорошие деньги за доставку груза, как вы это сделайте, меня не волнует.
  
  Чарис посмотрела на Луиджи, без слов предлагая: 'Дай-ка я с ним поговорю'. Она подошла к экрану комма, так, чтобы ее видел чиновник.
  
  - Дон Херассилдо, вы нарушили Конвенцию о грузоперевозках, - спокойно и весомо заговорила она, - не предупредив нас о том, что в вашем секторе ведутся боевые действия.
  
  - Наша планета не подписывала Конвенцию, - мгновенно отпарировал чиновник.
  
  - Верно, - согласилась Чарис. - Но раз вы не подписывали конвенцию, мы тоже не обязаны ее соблюдать. Значит, мы можем продать ваш груз другим покупателям, если они заплатят больше. Думаю, партизанская армия не откажется от медицинского оборудования и лекарств.
  
  - Вы не сможете с ними связаться, - чиновник усмехнулся.
  
  Чарис прищурилась.
  
  - Вы уверены? Истребитель, который нас подбил, вышел на связь и предложил отдать груз. Мы, конечно, отказались, но он оставил нам частоту для связи. Пожалуй, стоит воспользоваться его предложением...
  
  Чиновник сжал губы, подумал, и когда заговорил, его голос уже не был таким вальяжным.
  
  - Я действительно не могу послать за вами катер, сейчас у нас каждый корабль на счету. Я могу организовать для вас транспортное средство в Касадоре, это ближайший к вашему местоположению населенный пункт. Но добираться до него вам придется самостоятельно.
  
  - Нам проще будет добраться до партизан, - ледяным тоном сказала Чарис.
  
  - Я заплачу вам сверх оговоренной в контракте суммы, - процедил чиновник сквозь зубы.
  
  Вот это был уже совсем другой разговор. Некоторое время Чарис и дон Херассилдо ожесточенно торговались, пока не сошлись на оплате.
  
  - Половину суммы вы положите на счет фирмы прямо сейчас, - встрял Луиджи, опередив Чарис, которая собиралась потребовать то же самое.
  
  - Чтобы вы потом продали груз партизанам? - едко осведомился чиновник. - Ни за что.
  
  - Нам не выгодно обманывать вас, - сухо сказала Чарис. - Мы бы предпочли иметь дело с вами, а не с партизанами. Можете не волноваться о доставке груза, мы захотим получить вторую половину суммы, и выполним свои обязательства. Но один раз вы нас уже обманули, поэтому мы требуем часть денег авансом. Обычная предосторожность.
  
  Чиновник еще немного поспорил для проформы, затем согласился.
  
  - Учтите, если груз пострадает, вы не получите ничего.
  
  Чарис поняла, что он собирается отключиться, и поспешила спросить.
  
  - Сообщите нам, пожалуйста, все сведения о дислокации партизан, которые у вас имеются. Не хотелось бы встретиться посреди джунглей с толпой вооруженных головорезов. Тогда ваш груз точно достанется им.
  
  - Я скину вам информацию, - чиновник принял важный вид. - Желаю удачи.
  
  Чарис не сомневалась, что информация будет малополезной. Она прекрасно представляла, что такое партизанская война. Официальным властям очень трудно отследить перемещения армии повстанцев. Особенно в джунглях. Но даже такие сведения пригодятся.
  
  Дон Херассилдо не обманул, он быстро выслал и деньги, и нужную информацию, доказывая, что медооборудование и лекарства нужны ему позарез.
  
  - Отлично! - Луиджи довольно потер руки. - Теперь у нас хватит денег на ремонт 'Ласточки'.
  
  - Ага, но тогда есть нам будет не на что, - констатировал Тоби.
  
  - Вытрясем из этого хлыща еще тугриков, когда доберемся до него, - предложила Келли-Келли.
  
  - Будем решать проблемы по мере поступления, - сказала Чарис. - Для начала нам надо пройти через джунгли. Касадор находится примерно в недели пути от нашего текущего положения.
  
  До остальных только сейчас дошло, что их ждет дорога через настоящий дикий лес. Тоби с опаской осмотрелся, по лицу было не трудно прочесть его мысли: одно дело разглядывать всяких диковинных зверей на картинках в сети и совсем другое - встретиться с ними вживую. Келли-Келли ожидаемо просияла.
  
  - Все-таки мы побываем в джунглях! Хо-хо! - она состроила Чарис рожицу.
  
  Стоящий за ее спиной Луиджи развел руками, как бы говоря: 'Ты уж прости ее, что взять с ребенка?'.
  
  - Итак, нам нужно подготовиться к длительному путешествию, - объявил он. - Мы с Чарис уложим весь груз и съестные припасы на гравииплатформу. Тоби, Келли-Келли соберите разные необходимые мелочи, но не переусердствуйте.
  
  Все принялись за работу. Чарис вывела гравииплатформу из грузового отсека. Она работала на солнечных батареях, значит, не разрядится посередине дороги. Если, конечно, не наступят пасмурные дни. Чарис взглянула на небо: пока что солнце припекало. Даже слишком. Жаркий воздух забивал легкие, сама-то Чарис могла вынести любую погоду, даже сорокаградусный мороз, но вот ее товарищам наверняка будет тяжело идти по лесу.
  
  'Деваться некуда. Если что - посидят на платформе. Главное, чтобы в пути нам попался ручей или река'.
  
  Вспомнив о воде, Чарис поспешила проверить карту местности. Неподалеку протекал приток местной большой реки, правда, чтобы дойти до него, пришлось бы свернуть с прямого пути к Касадору.
  
  'Надо взять больше емкостей для воды. Жажда - самый опасный враг. Без еды еще удастся продержаться. В конце концов, можно охотиться... Охота... Да уж, ну и вляпались мы', - у Чарис голова шла кругом.
  
  Она и раньше бывала на диких планетах, но это были заранее продуманные миссии, когда снабжением и экипировкой отряда занималось начальство, а солдатам оставалось только пойти, куда скажут, и убить, кого велено. Сейчас же Чарис приходилось все продумывать самой, на товарищей было мало надежды. У Келли-Келли голова забита мечтами о диковинках джунглей, Тоби нервничает. Разве что Луиджи поможет: когда дело касалось еды, он становился жутко запасливым и практичным. Он точно возьмет с собой кучу жратвы.
  
  Чарис напряженно думала, в комме она составила список необходимых вещей, проложила по карте маршрут. Особое внимание она уделила сбору оружия. У нее в каюте хранился неплохой арсенал, Чарис с удовольствием взяла бы его весь, но гравиплатформа имела ограничения по массе, поэтому пришлось расстаться с частью нежно-любимых смертоносных игрушек. В итоге, Чарис оставила четыре бластера по числу членов экипажа, контейнер с зарядами, несколько магнитных и газовых гранат, ручной лучемет и холодное оружие.
  
  В последние двести лет квантовые клинки вытеснили оружие из титана и суперстали, но Чарис уважала старое оружие. Может квантовый клинок и режет титан, но заряд у него может кончиться в самый неподходящий момент, а сталь не подведет. Как показал недавний переход через лес, резать придется много.
  
  Среди коллекции Чарис был клинок старинной конструкции - мачете. Он и должен был стать звездой грядущего путешествия.
  
  Когда сборы закончились, и вся команда собралась возле гравиплатформы, Чарис взяла слово. Она прошлась перед товарищами, заложив руки за спину, словно командир перед строем солдат.
  
  - Нас ждет опасное путешествие. Как специалист по безопасности, я беру командование на себя. Мои распоряжения выполнять беспрекословно, сейчас не время для вашей любимой демократии.
  
  Луиджи шутливо отдал честь.
  
  - Так точно мэм, есть сэр.
  
  Келли-Келли рассмеялась, Тоби едва заметно улыбнулся. Чарис только хмыкнула. Она понимала, что Луиджи просто пытается разрядить обстановку.
  
  - Двигаться будем друг за другом. Впереди идет Лу. Ты будешь расчищать нам путь вот этим, - Чарис торжественно протянула ему мачете.
  
  Луиджи сделал пробный замах и испустил воинственный рык.
  
  - Ух, чувствую себя настоящим дикарем.
  
  - Следом - Тоби, ты будешь следить по карте за тем, чтобы мы не сбились с дороги. Далее гравиплатформа, Келли-Келли будет ее толкать. Я - замыкающая. Идем аккуратно, смотрим под ноги, а не по сторонам. И помните, это не увеселительная прогулка.
  
  Судя по счастливой физиономии Келли-Келли, она пропустила последние слова Чарис мимо ушей.
  
  'Эх, чую, с ней будет куча возни в пути. Хотя за Тоби тоже нужен глаз да глаз, если его захватит интерес ученого, ему снесет крышу не хуже, чем Келли-Келли'.
  
  Раздав указания, Чарис еще раз проверила по списку, все ли они взяли. Убедившись, что ничего не забыто, она коротко велела: 'Пошли'.
  
  Луиджи двинулся к джунглям, воинственно помахивая мачете. Следом пошел Тоби, судя по тому, что его правый глаз едва заметно светился, он включил в своем навороченном компьютере камеру. Дальше вприпрыжку скакала Келли-Келли, толкая перед собой платформу. Чарис шла последней, сжав пальцы на рукояти бластера.
  
  Они продвигались вперед медленно, под ногами путались корни, дорогу преграждали лианы. Луиджи напевал под нос свою любимую песенку и размахивал мачете, освобождая команде путь. Работал он сноровисто, делал широкий замах и за один удар срубал лианы, будто сносил головы врагам. Чарис припомнила, что Луиджи родом с аграрной планеты. Ее смутное представление о сельском хозяйстве подсказывало, что там вроде бы надо что-то рубить. Или косить? А может, и то и другое.
  
  Тоби больше смотрел по сторонам, чем под ноги, поэтому часто спотыкался. Чарис несколько раз окликала его и советовала быть аккуратнее, он соглашался, некоторое время шел осторожно, но потом опять забывался. Неудивительно. Для человека, который почти всю жизнь проводит в тесных помещениях звездолета, джунгли - нечто чудесное.
  
  Никогда еще Чарис не видела таких насыщенных красок, как здесь. Листья деревьев поражали разнообразием оттенков синего и зеленого от ярко-салатового до темно-сапфирового. К тому же они оказались разной формы. Какие-то длинные и узкие, точно лезвия. Другие широкие, с забавными дырками. Третьи походили на веера.
  
  На лианах распустились яркие цветы: розовые, фиолетовые, голубые. От их приторного аромата текли слюнки, хотелось сладостей. Чарис некстати вспомнилось ее любимое желе 'а-ля тоньер'.
  
  Животные и птицы, сначала скрывшиеся при появлении людей, вскоре вернулись. Пестрые попугаи (правда, Чарис была не уверена, что это именно они) хрипло кричали вслед команде и махали крыльями. По веткам ловко скакали мартышки, визжа и бурно жестикулируя.
  
  Чарис старалась не терять бдительности. В лесу много всего необычного, красивого и интересного, но даже красота может быть опасной.
  
  Келли-Келли и Тоби полностью перешли в режим исследователей. Они крутили головами, восторженно охали, обсуждали увиденное и уже начали спорить.
  
  У Луиджи, занятого расчисткой пути, особо не было времени восторгаться природой. Но он старался не рубить лианы с цветами и часто вместо того, чтобы использовать мачете, просто раздвигал могучими руками упругие ветви и держал их, дожидаясь, пока пройдет отряд.
  
  Все шло спокойно, и Чарис уже начала надеяться, что первый день в джунглях пройдет без сюрпризов, как вдруг одна из мартышек швырнула в людей коричневый шар. Чарис едва успела оттолкнуть зазевавшуюся Келли-Келли.
  
  Раздавшийся радостный визг мартышек был очень похож на смех.
  
  - Ты же говорил, они не опасны! - Чарис с укором взглянула на Тоби.
  
  - Мартышки склонны пошали...
  
  Договорить Тоби не успел, на отряд обрушился целый дождь из коричневых шаров. Мерзкие зверюги швырялись прицельно!
  
  Келли-Келли и Тоби юркнули под платформу, Луиджи спрятался за деревом. Чарис уклонилась от нескольких снарядов и выстрелила, целясь в ветку, на которой сидели мартышки. Она с хрустом сломалась, звери посыпались вниз, но успели ухватиться за другие ветки.
  
  Мартышки забрались повыше, оттуда стали грозить Чарис кулаками и делать разные знаки, наверняка на их языке жестов о-о-очень оскорбительные. Келли-Келли высунулась из-под платформы и в свою очередь показала мартышкам кукиш.
  
  - Бе-бе-бе! Пошли прочь, хвостатые! Не то Чари вас зажарит!
  
  'Вот и кто после этого главная обезьяна?' - с усмешкой подумала Чарис.
  
  Мартышки ответили на оскорбления Келли-Келли взрывом режущего слух визга, бросили еще несколько снарядов, но они сидели слишком далеко, чтобы попасть.
  
  Осмелевшая Келли-Келли влезла из-под платформы и исполнила что-то вроде победного танца, подражая крикам мартышек.
  
  - Между прочим, по одной старой теории люди произошли от вот этих самых обезьян, - сказал Тоби с прозрачной улыбкой.
  
  - Да ладно?! От этих? - Луиджи ткнул пальцем в мартышек, соревнующихся с Келли-Келли в умении гримасничать. - Не верю!
  
  - А я, глядя на кое-кого, верю, - хмыкнула Чарис.
  
  - Ась? - Келли-Келли обернулась.
  
  - Ничего. Идемте, - велела Чарис.
  
  Когда отряд двинулся дальше, мартышки не стали их преследовать, только верещали вслед.
  
  - Эге, да это же кокос! - воскликнул Луиджи, взвешивая на руке один из коричневых шаров. - Его можно есть, он вкусный.
  
  Остальные скептически взглянули на снаряд мартышек, он больше походил на гранату или шар для боулинга, чем на еду. Не обескураженный недоверием товарищей Луиджи размахнулся мачете и легко разрубил кокос на две половинки. Внутри плод оказался белым и мясистым, на пальцы Луиджи накапал сок, похожий на молоко.
  
  - Попробуйте, - Луиджи протянул одну половинку друзьям.
  
  Келли-Келли - самый отчаянный первооткрыватель - схватила угощение. Она подняла кокос, как чашку, и выпила белый сок.
  
  - Действительно вкусно! Такой сладковато-горький вкус, - Келли-Келли попыталась съесть мякоть со стенок, но только бесполезно клацала зубами и перемазалась в соке.
  
  Порывшись в вещах на платформе, Чарис нашла ложку и впихнула Келли-Келли в руку.
  
  - Держи, любительница экзотики. Хотя я бы не рекомендовала есть всякую подозрительную дребедень, выросшую космос знает где. Мало ли, какие там бактерии.
  
  - Я уже съела кусок, так что в любом случае помру, - беззаботно заявила Келли-Келли.
  
  - Давайте я его проверю, - Тоби забрал у Луиджи второй кусок кокоса и достал из кармана комбинезона анализатор.
  
  Чарис в который раз подивилась привычке Тоби таскать с собой кучу приборов, но сейчас его любовь к технике пригодилась.
  
  С минуту Тоби водил над кокосом анализатором, затем положил в диагностическую капсулу прибора кусочек мякоти.
  
  - Смотри, не облучай его, а то точно нельзя будет есть, - шутливо заметил Луиджи.
  
  - Анализатор не использует радиацию, - серьезно возразил Тоби.
  
  На приборе вспыхнули три зеленые лампочки.
  
  - Все хорошо, кокос абсолютно безвреден, - объявил Тоби.
  
  - Офлифно, - радостно прочавкала Келли-Келли, выскребая последнюю мякоть из своего кокоса.
  
  Ободренные положительным анализом, Тоби и Луиджи принялись за еду. Чарис от предложенного угощения отказалась, натуральная пища вызывала у нее не меньше подозрений, чем натуральный лес, населенный натуральными животными.
  
  - Похоже на коктейль 'Райское наслаждение', - сказал Тоби, облизывая ложку.
  
  Луиджи рассмеялся.
  
  - Неудивительно, в коктейль же входит синтезированный сок кокоса. Но настоящий гораздо вкуснее. Ты точно не хочешь, Чарис?
  
  - Нет, спасибо, - с кислым видом отказалась она. - Ешьте быстрее и пойдем.
  
  Закончив лакомиться кокосом, они снова двинулись в путь. Мартышки больше не тревожили отряд, и только птицы 'услаждали' слух голосами, похожими на скрип заржавевших петель шлюза. По сравнению с ними даже пение Луиджи казалось гениальным.
  
  Проходили часы. Под сводами леса было душно и жарко, как в печке. Заложенная в наниты программа регулирования теплообмена защищала Чарис, но вот ее спутники заметно устали. Тоби уже не смотрел по сторонам, он опустил голову и плелся вперед, медленно переставляя ноги. Келли-Келли тяжело опиралась при ходьбе на ручку платформы. Более выносливый Луиджи держался бодрячком, напевая песенки и махая мачете. Но ему тоже приходилось трудно. Он снял футболку, пот градом струился по его широкой спине.
  
  Всем было тяжело, но никто не жаловался и не ныл. В глубине души Чарис, ожидавшая худшего, гордилась своими товарищами.
  
  - Привал, - объявила она, когда настроенный на местное время комм показал, что уже полдень.
  
  Это слово словно нажало кнопку 'Выкл.'. Все тут же рухнули там, где стояли.
  
  Келли-Келли уселась на выступающий из земли корень и обмахивалась широким листом. Луиджи лег прямо на землю, раскинув руки и тяжело дыша. Тоби облокотился на платформу, взял бутыль с водой и принялся жадно пить.
  
  - Обедаем и отдыхаем час, - сказала Чарис.
  
  - Прямо как в армии, - простонал Луиджи. - Смилуйся, генерал!
  
  Чарис вздохнула.
  
  - Я не собираюсь вводить армейские порядки. Просто нам нужно пройти джунгли как можно скорее, не хватало еще напороться на партизан или каких-нибудь жутких хищников.
  
  - Ну, ты ведь справишься с любым хищником. Да и партизан раскидаешь одной левой! - Келли-Келли взмахнула листом, как оружием.
  
  - Если партизан будет много, даже я с ними не справлюсь, - сухо сказала Чарис.
  
  Она оставила товарищей обедать, забрала у Луиджи мачете и полезла на дерево.
  
  В джунглях деревья росли слишком густо, под их переплетенными ветвями царили вечные сумерки, а гравиплатформе нужен был солнечный свет для подзарядки.
  
  Усевшись на крепком суку, Чарис начала срывать или срезать с веток листья. Она хотела проделать в густой кроне дерева просвет, чтобы лучи солнца падали на батареи платформы.
  
  - Давай помогу, - предложил снизу Луиджи.
  
  - Под тобой любая ветка сломается. Лучше подвинь платформу под отверстие в листве, которое я сделала.
  
  - Лады.
  
  Давая указания сверху, Чарис добилась того, чтобы Луиджи поставил платформу в нужное место. Только убедившись, что батареи начали заряжаться, она слезла с дерева и присоединилась к обеду.
  
  Они взяли с собой полевые рационы: брикеты серовато-бурого цвета, жутко полезные и питательные, но совершенно безвкусные. Келли-Келли морщилась, то и дело вспоминая сладкий кокос.
  
  - Если проверим по сети местную фауну и убедимся, что она съедобна, я могу поймать дичь, - предложила Чарис.
  
  У Луиджи загорелись глаза.
  
  - О, я приготовлю для вас настоящую отбивную...
  
  Он пустился в подробные гастрономические описания, чем вызывал у слушателей еще большую ненависть к безвкусным брикетам.
  
  - Хватит издеваться! - первой не выдержала Келли-Келли. - Я теперь так хочу мяса, что полевой рацион в глотку не лезет.
  
  - Тогда отдай свою долю мне, - шутливо предложила Чарис и протянула руку, скрючив пальцы.
  
  - Ага, щас! - Келли-Келли закрыла надкусанный брикет ладонями.
  
  Обед продолжался с шутками и обсуждением грядущего блюда из дичи. Пока что для команды 'Ласточки' поход в джунгли был скорее интересным приключением. Возможно, только Луиджи, как старший и опытный, понимал, что они попали в переплет. Но он хорошо скрывал волнение и казался таким же веселым, как остальные.
  
  'Даже лучше, что они так все воспринимают. Если начнут нервничать и бояться, будет только хуже', - подумала Чарис.
  
  Страх - палка о двух концах. Некоторых людей он заставляет собраться и быстрее соображать, других вынуждает делать глупости. Пусть друзья расслабляются и отдыхают, Чарис проследит, чтобы с ними ничего не случилось.
  
  После обеда отряд снова тронулся в путь, но шли они уже медленнее. Отдых не слишком помог. Когда к концу дня они остановились на ночлег, и Чарис сверилась с картой, оказалось, что пройдено гораздо меньше, чем она запланировала.
  
  - Выбиваемся из графика? - тихо спросил ее Луиджи.
  
  - Ничего не поделаешь, у наших светлых умов ноги слабоваты, - шепотом ответила Чарис. - Завтра во второй половине дня посадим их на платформу, и я буду толкать.
  
  Тем временем инженеры успели набрать топлива для костра, и Келли-Келли осторожно подносила к груде сухих веток зажигалку. Пламя отражалось в ее зрачках золотыми искрами, бросало на лицо причудливые блики, и казалось, что Келли-Келли совершает какое-то таинственное, магическое действо.
  
  Тонкий язычок пламени побежал по ветке, перескочил на следующую. И вот уже костер пылает, весело потрескивая и разгоняя сгущающийся мрак.
  
  Усталые путешественники поели, и Чарис объявила:
  
  - Я дежурю половину ночи, вы оставшуюся половину по очереди.
  
  - Так нечестно! - возмутился Луиджи. - Тебе тоже нужно отдыхать. Мы будем дежурить по очереди, равные промежутки времени.
  
  Чарис покачала головой.
  
  - Вам отдых нужнее, чем мне.
  
  На самом деле она просто опасалась надолго доверять Келли-Келли охрану лагеря. С нее станется увлечься разглядыванием какого-нибудь кустика и не заметить приближения хищника. Усталый Тоби может просто заснуть.
  
  - Мне не нужно много времени на сон, - пояснила Чарис.
  
  Остальные нехотя согласились.
  
  - Обязательно разбуди меня после полуночи, - настойчиво потребовал Луиджи. - Я ведь тебя знаю, просидишь всю ночь.
  
  Чарис улыбнулась.
  
  - Я лучше разбужу Тоби, он так старательно кутается в спальник, что его очень хочется растормошить.
  
  Тоби расстелил свой спальный мешок и теперь пытался в него залезть. Со стороны это выглядело очень комично, он явно раньше ни разу не пользовался спальником и не знал, с какой стороны к нему подступиться.
  
  - Ты же в нем спечешься, ляг сверху, - заботливо предложил Луиджи.
  
  - Лучше зажариться, чем умереть от змеиного яда, - заявил Тоби. - Я залезу в спальный мешок с головой и вам советую, тут водятся ядовитые змеи.
  
  - Змеи? - Келли-Келли нервно оглянулась на чащу. - Они большие?
  
  - Змеи сами не приползут к лагерю людей, они испугаются, - авторитетно сказал Луиджи: он по праву выходца с аграрной планеты считался за специалиста по всякой живности. - Да и хищники тоже вряд ли появятся, огонь отпугнет их.
  
  Подумав, Келли-Келли все равно залезла в спальник. Но сам Луиджи предпочел лечь сверху на одеяло.
  
  Чарис присела возле костра, положила на колени бластер и приготовилась караулить. Она вслушивалась в звуки леса, вглядывалась в окружающий лагерь мрак. Чарис оставалась расслабленной, но была готова к нападению в любой момент. Она привыкла ничего не бояться, уверенная, что сможет справиться с любой физической опасностью.
  
  В ночи раздавались неясные шорохи, свист, далекий вой, крики. Однажды прозвучал детский плач, Чарис вздрогнула, но подавила первый порыв броситься на помощь. Вряд ли в джунглях на самом деле заблудился ребенок, а даже если так, она его ни за что не найдет. Но скорее всего это крик какого-то зверя, возможно, он специально имитирует человеческий голос, чтобы заманить жертву.
  
  Луиджи заснул сразу, едва лег, и через пару минут захрапел, как ракетная дюза. Инженерам не спалось. Келли-Келли ворочалась с боку на бок, ища удобное положение. Тоби лежал неподвижно, но Чарис по его неровному дыханию могла понять, что он не спит.
  
  - Черные дыры, Лу, ляг на бок! - крикнула Келли-Келли, вытащила руку из спальника и, удлинив ее, шлепнула Луиджи по щеке. Тот даже не вздрогнул. Тогда Келли-Келли зажала ему нос. Луиджи замычал и резко сел, ошалело озираясь.
  
  - Что? Где? Кто напал? - он сжал кулачищи, принял боевую позу.
  
  - Ляг на бок! - буркнула Келли-Келли. - От твоего храпа у меня уши болят.
  
  - Звиняй, - Луиджи потупился. - Прямо как в старые-недобрые времена, когда мы ночевали всем экипажем в трюме транспортника.
  
  - Ох, не напоминай.
  
  Луиджи улегся на бок, и на некоторое время на поляне воцарилась тишина. Но отсутствие храпа не особо помогло Келли-Келли, она продолжала ворочаться.
  
  - Блин, визги в лесу такие жуткие, - пожаловалась она, покосившись на Чарис. - Детский крик вообще ужасть, хорошо, я знаю, что это кричит пантера, не то ломанулась бы спасать.
  
  - Хватит трещать, спи уже, - пробухтел из-под клапана своего спальника Тоби.
  
  - Сам ведь нифига не спишь.
  
  - Я медитирую.
  
  - Ага, как же.
  
  - Тише, - одернула их Чарис. - Если будете болтать, я не расслышу шаги хищника.
  
  На самом деле при своем тонком слухе она бы прекрасно все услышала, но хотелось урезонить инженеров. Через час они все-таки уснули, и кроме треска пламени ни один инородный звук не вплетался в мелодию тропической ночи.
  
  Ближе к полуночи Чарис расслышала мягкие шаги в зарослях слева от лагеря. Ее нос уловил слабый запах мускуса, она не знала, как пахнут здешние звери, но сделала пометку: вполне возможно, это аромат хищника. В листве вспыхнули два изумрудных огонька. Чарис пристально посмотрела в глаза неведомого зверя, давая ему понять, что она прекрасно осведомлена о его присутствии.
  
  Несколько томительных мгновений хищник и барсианка смотрели друг на друга, воздух между ними будто сгустился и звенел, как тревожный сигнал бортовой системы звездолета с подбитым двигателем.
  
  Зеленые огоньки исчезли, раздались удаляющиеся шаги. Сегодня зверь решил поискать другую добычу.
  
  Остаток ночи прошел спокойно. После полуночи Чарис разбудила Луиджи, затем дежурил Тоби и уже под утро - Келли-Келли.
  
  С восходом солнца отряд двинулся в путь. Инженеры не выспались, под глазами у Тоби лежали серые тени, Келли-Келли то и дело зевала. В конце концов Чарис заставила обоих сесть на платформу, сама принялась ее толкать. Инженеры задремали.
  
  Зато Луиджи был свеж, словно только что вышел из-под ионного душа. Он лихо прорубал путь, мучил всех песенкой про летчиков и радостно вещал о том, как полезен свежий воздух для здоровья.
  
  После привала инженеры немного оклемались и пошли пешком. Внезапно Келли-Келли изумленно воскликнула и свернула со звериной тропы, по которой шел отряд.
  
  В переплетении лиан на одном из деревьев распустился поистине необыкновенный цветок. Огромный, размером в половину роста Келли-Келли. Ярко-розовые лепестки украшал причудливый узор из лиловых линий. Пахло это чудо природы просто умопомрачительно: как гора ванильных пирожных с клубникой.
  
  Искрящаяся восторгом Келли-Келли трогала цветок, присоединившийся к ней Тоби делал фото с разных ракурсов.
  
  - Я должна взять его с собой. Такой образец! - Келли-Келли наклонилась вперед, пытаясь найти, как цветок крепиться к лиане.
  
  - Ты его не утащишь, - скептически заметила Чарис.
  
  - Оставь растение в покое, - попросил Луиджи. - Не порть красоту.
  
  Но оказалось, что цветок мог сам за себя постоять. Безжизненно висевшие лианы неожиданно взвились, как щупальца осьминога.
  
  Тоби пригнулся и неловко откатился в кусты, но Келли-Келли не повезло. Когда она попыталась бежать, две лианы обвились вокруг ее запястий и потянули назад к цветку. Келли-Келли уперлась ногами в землю, тогда две другие лианы оплели ее лодыжки.
  
  Сердцевина прекрасного цветка изменилась, желтые тычинки раздвинулись, открывая влажную, алую пасть. Келли-Келли, увидев, что ее ждет, забилась, как муха, пойманная в паутину, и испуганно закричала на одной ноте. Луиджи бросился к ней на помощь, со страху забыв о мачете, отбросил его и голыми руками вцепился в лианы. Он рванул их на себя, оттаскивая Келли-Келли от хищного цветка. Но со всех сторон появились новые лианы, оплетая руки и плечи Луиджи.
  
  Чарис схватила упавшее мачете в одну руку, в другую - свой нож и поспешила к друзьям.
  
  - Не трогай лианы! - закричал из кустов Тоби. - Они покрыты прозрачным клейким составом! Ты прилипнешь!
  
  'Тогда и клинок прилипнет?', - Чарис поспешила сменить нож на бластер и выстрелила в лиану, которая оплелась вокруг запястья Луиджи.
  
  Энергетический луч прожег ее насквозь, уцелевшая половина лианы отползла в сторону, а тот кусок, что держал Луиджи, стремительно скукожился. Чарис выстрелила в другую лиану, освободив вторую руку Луиджи. Оказавшись на свободе, он сразу же отбежал подальше от цветка и тоже выхватил бластер.
  
  Келли-Келли продолжала вопить, цветок уже подтащил ее к себе и теперь разворачивал. Похоже, он собирался запихать ее в пасть головой вперед. Келли-Келли удлинила руки и ноги, прогнулась и прижалась к земле. Лианы замерли. Раздался странный булькающий звук. Если у цветка были мозги, то сейчас он был удивлен поведением жертвы.
  
  Когда Келли-Келли поменяла положение туловища, сердцевина цветка оказалась открытой для выстрела. Чем Чарис поспешила воспользоваться. Она послала усиленный заряд бластера прямо в разверстую пасть.
  
  Цветок разлетелся на множество склизких ошметков, заляпавших траву и деревья вокруг. Как только главное тело было уничтожено, лианы безвольно повисли, будто у них сели батарейки. Правда, Келли-Келли они так и не выпустили.
  
  Друзьям пришлось повозиться, освобождая ее. Чарис распирало от желания выдать сакраментальное: 'Я же говорила!'. С большим трудом она сдержалась, Келли-Келли и так досталось, сейчас не время читать ей нотации. Она была бледной, как мел, то и дело икала. Луиджи заботливо поднес к ее губам флягу с водой. Тоби принес из аптечки мазь и принялся растирать ее запястья.
  
  - Надо было мне внимательнее читать статьи в сети, - сокрушался он. - Там ведь была информация об этом плотоядном цветке. Была! Но я нашел ее только сейчас!
  
  - Главное, все обошлось, - успокаивающее проговорил Луиджи. - Теперь, прежде чем подходить близко к каким-то растениям, стоит поискать о них сведения в сети.
  
  - А лучше вообще не подходить, - добавила Чарис.
  
  До вечера пострадавшая Келли-Келли ехала на платформе, хотя оклемалась она быстро. Всего через полчаса после нападения цветка она уже снова пыталась лезть смотреть растения. Но Чарис хватала ее за шкирку и усаживала назад на платформу.
  
  Когда отряд устраивался на ночь, инженеры, в прошлый раз упревшие в спальных мешках, теперь легли на них сверху, решив, что змеи змеями, а лучше выспаться.
  
  Чарис караулила, как и в прошлую ночь. Она вслушивалась в звуки леса, в мерное дыхание спящих товарищей. Все было спокойно. Чарис ожидала, что вчерашний зверь вернется, но она не слышала шагов и не чувствовала мускусного запаха. Ничего.
  
  Тихо шелестят листья от легкого, жарко ветерка. Хрипло кричат ночные птицы.
  
  Вдруг Чарис ощутила чужое присутствие. Вдоль позвоночника пробежал холодок, и чей-то взгляд будто прожег спину.
  
  Чарис резко обернулась.
  
  Никого.
  
  Но все же Чарис знала, что в кустах кто-то притаился. Во только где именно? Она подняла бластер, приготовилась.
  
  Когда у нее за спиной из зарослей выскочила огромная тень, Чарис проворно обернулась и выстрелила. Одновременно она перекатилась через руку, уходя с траектории прыжка зверя.
  
  На то место, где секунду назад сидела Чарис, опустилось гибкое тело. В пламени костра сверкнули знакомые изумрудные глаза, свет озарил лоснящуюся зеленую шерсть с черными пятнами.
  
  Зверь стремительно развернулся к Чарис, хлестнул по бокам хвостом с кисточкой. Будто ожившее трехмерное изображение из сети.
  
  'Леопардикус', - всплыло в голове название.
  
  Хотя какая разница, как зовут того, кто собирается вцепиться тебе в горло?
  
  'Он очень быстрый, успел уйти от моего выстрела', - подумала Чарис, стреляя вновь.
  
  Но леопардикуса уже не было там, куда попал луч из бластера. В один удар сердца зверь оказался рядом с Чарис, она инстинктивно выставила вперед руку, и он вцепился зубами прямо в дуло бластера. Увы, поперек, а не вдоль, так что Чарис не могла выстрелить ему в пасть.
  
  Леопардикус ударил могучей лапой, когти сверкнули в миллиметре от груди Чарис, она едва успела отскочить, выпустив из рук бластер.
  
  Нужно было вернуть оружие и убить зверя за один раз. План созрел в одно мгновение.
  
  Чарис бросилась вперед, схватила леопардикуса за челюсть сверху и снизу, одновременно переводя наниты в десятипроцентный режим. Она рывком развела руки в стороны, напряглись стальные мышцы на предплечьях.
  
  Хруст костей.
  
  Тело леопардикуса конвульсивно дернулось и застыло.
  
  Чарис разжала руки, вытащила из вялой пасти бластер и, выпрямившись, взглянула на распростертую на земле тушу.
  
  Могучий зверь, который мог одним движением челюстей сломать ей шею, лежал мертвой грудой костей и мяса у ее ног.
  
  В голове что-то замкнуло.
  
  Адреналин смел все слои культуры, будто и не было тысячелетий цивилизации. Проснулась память предков, которые давным-давно выбрались из пещер на Старой Земле. Выбрались и показали зверям, что могут быть не только дичью, но и охотниками.
  
  Чарис мучительно захотелось поставить на труп поверженного врага ногу и издать рев победителя. Но тут перед мысленным взором возникло искаженное безумным голодом лицо с покрытыми пеной губами, в ушах зазвенел визг. Чарис передернуло, она тряхнула головой и сильным движением вогнала бластер в кобуру.
  
  Она обернулась и увидела, что разбуженные шумом выстрелов Келли-Келли и Тоби таращатся на нее. В их широко распахнутых глазах застыл такой же первобытный, как и ярость Чарис, страх. Причем она не была уверена, кого же они испугались: леопардикуса или ее саму. Тоби обнял Келли-Келли и пытался заслонить собой. Из этого тщедушного умника защитник как из пенопласта доспехи, но Чарис оценила порыв.
  
  - Он мертв. Все хорошо, - сказала она.
  
  Звук ее голоса убедил их, что она вовсе не какой-то монстр. Келли-Келли сразу же высвободилась из объятий Тоби, который смутился и спрятал руки за спину, будто это они были во всем виноваты.
  
  Келли-Келли подбежала к леопардикусу, но рядом с ним остановилась, с опаской рассматривая огромного зверя. Затем присела и осторожно коснулась ладонью шести.
  
  - Мягонький. Красивый. Даже жалко.
  
  - Этот красивый собирался тобой закусить, - заметила Чарис.
  
  - Его надо закопать, - сказал подошедший Тоби. - Чтобы не привлекать падальщиков.
  
  - Сначала я его освежую, - возразила Чарис.
  
  - Чего свежуешь? - не поняла Келли-Келли.
  
  - Сниму с него шкуру. Наверняка на Белтании или на какой-нибудь еще богатой планете за такую экзотику отвалят неплохие деньги.
  
  Инженеры дружно отшагнули от нее, Тоби наморщил нос.
  
  - Фу-у-у, какая гадость. В джунглях ты определенно деградируешь.
  
  - Уж извините, - огрызнулась Чарис.
  
  - Тогда давайте его и съедим заодно! - предложила Келли-Келли с самой жуткой улыбочкой. - Сырым! Му-ха-ха! Хрум-хрум!
  
  Она стала пританцовывать и бить себя кулаками в грудь.
  
  Вдруг раздался свист. Все, даже Чарис, вздрогнули и обернулись.
  
  Луиджи перевернулся на спину, снова присвистнул, всхрапнул и принялся выводить такие рулады, что они испугали бы даже леопардикуса.
  
  - Давайте его пнем? - процедила сквозь зубы Келли-Келли.
  
  - Наверняка он бы не проснулся, если бы леопардикус начал его есть, - предположила Чарис.
  
  Келли-Келли собралась потрясти Луиджи за плечо, но Тоби ее удержал.
  
  - Не буди его, ему еще рано заступать на дежурство.
  
  - Но он наверняка захочет посмотреть на всамделишного леопардикуса!
  
  Келли-Келли все-таки растолкала Луиджи. Тот осмотрел зверя, цокая языком.
  
  - Здоровый. Ловко ты сломала ему шею, Чар.
  
  - Поможешь его освежевать? - спросила Чарис.
  
  На самом деле она весьма смутно представляла, как снимают шкуру с животных, и надеялась на фермерский опыт Луиджи.
  
  - О, хочешь продать его мех? - сразу догадался он. - Отличная идея! Модницы на столичных планетах заплатят за него больше, чем стоит вся 'Ласточка'.
  
  - Вы - прагматичные капиталисты, - заявил Тоби.
  
  - Попрошу при дамах не выражаться, - с пафосом сказал Луиджи, вызвав у Келли-Келли сдавленный смешок.
  
  Привычка Тоби использовать заумные, непонятные слова здорово всех раздражала. Хотя было ясно, что 'капиталисты' по простому 'жадины'. Неужели нельзя сказать на понятном языке?
  
  - Нужно пожертвовать шкуру леопардикуса в музей, - гнул свое Тоби.
  
  - Неплохая идея. Космобиологи тоже хорошо за него заплатят, - Чарис сделала вид, что не поняла намека.
  
  Тоби поморщился, но спорить не стал, демонстративно улегшись на спальник и отвернувшись. Даже его спина излучала презрение и недовольство истинного ученого. Келли-Келлли хоть и любила науку, ученым себя не считала и с любопытством наблюдала, как сдирают шкуру с леопардикуса. Но скоро ей это неаппетитное зрелище надоело, она тоже отправилась на боковую.
  
  Луиджи в очередной раз доказал, что не зря ел хлеб на агарной планете. Ловко орудуя ножом, он умело освежевал 'добычу' Чарис, сама же великая охотница больше мешала ему, чем помогала. В конце концов она решила не лезь в дело, в котором мало что понимает, и просто следила за работой Луиджи.
  
  - Вот и готово! - объявил он.
  
  Чарис подставила пустой контейнер, Луиджи аккуратно сложил туда шкуру и тщательно запечатал крышку.
  
  - Еще парочка таких кисок - и мы разбогатеем, - заявил он с тихим смехом.
  
  Чарис ответила серьезно:
  
  - Он напал на меня - я защищалась. Но я бы никогда не стала убивать животных ради наживы.
  
  - Шутка-шутка, - Луиджи ей подмигнул. - Животные убивают только ради пищи и никогда не мучают свою жертву. Не то что люди...
  
  На этой мрачной ноте они замолчали и закопали тушу леопардикуса.
  
  Путешествие продолжалось. Следующий день прошел без приключений, что расстроило Келли-Келли, уже забывшую о том, что ее чуть не съел цветок. На четвертый день пути отряд вышел к реке и наполнил водой несколько емкостей.
  
  Когда Луиджи грузил их на платформу, он пошатнулся и рухнул на землю, как раскачанный фонарный столб. Чарис бросилась к нему, решив, что с ним приключился солнечный удар. Но тут упала Келли-Келли, а через миг Тоби.
  
  'Какого...'.
  
  Чарис ощутила легкий укол в шею. Перед глазами тут же все поплыло, голова закружилась, но Чарис удержалась на ногах. Она выхватила бластер, крутанулась на месте, ища противника.
  
  Последовал новый укол в шею, по телу разлилась слабость, колени подогнулись, и Чарис неудержимо потянуло к земле. Она успела увидеть, как из-за деревьев вышли трое мужчин. Из одежды на них были только набедренные повязки из звериных шкур. Загорелую кожу покрывали рисунки в виде переплетающихся спиралей, на груди у каждого была выведена ярко-красная звезда. Эти звезды замелькали перед глазами Чарис в безумном хороводе, затем наступила чернота.
  
  Когда Чарис очнулась, первым, что она ощутила, была дикая головная боль. Так у нее голова не болела даже на утро после первой и последней в жизни попойки. Казалось, череп раскалывают на части, как недавно Луиджи расколол кокос.
  
  Некоторое время Чарис лежала с закрытыми глазами, пытаясь отвлечься от боли и понять, нет ли других повреждений. Руки-ноги целы. Ран нет. Хоть на этом спасибо.
  
  Чарис медленно открыла глаза и сразу зажмурилась, свет показался ей нестерпимо ярким.
  
  - Хвала космосу, очнулась! - взволнованное восклицание Луиджи прозвучало чудовищно громко.
  
  - Я же говорил, что из-за генных модификаций на нее яд подействовал иначе, - даже тихий голос Тоби прозвучал для Чарис слишком громко.
  
  - Ты как? - теплая, шершавая ладонь Луиджи легла ей на лоб.
  
  Чарис приоткрыла глаза и увидела его лицо, склонившееся над ней. В горле пересохло, губы едва шевелились, но все же Чарис смогла выдавить: 'Пить'.
  
  Луиджи исчез, и через миг Чарис почувствовала возле своего рта край бутылки из странного материала. Но сейчас ей было не до разбирательств, она просто начала жадно глотать воду с горьковатым привкусом.
  
  Напившись, Чарис почувствовала себя немного лучше и смогла сесть. Тело было вялым и затекшим, двигалось с трудом, так что пришлось принять помощь Луиджи, заботливо поддержавшего ее за плечо.
  
  - Я скоро приду в норму, - проговорила Чарис сиплым голосом.
  
  Она приказала себе не обращать внимания на головную боль. Один раз она несколько часов шла со сломанной ногой по радиоактивной пустыне, оставшейся после бомбежки одной из планет, и ничего. Боль лишь порождение мозга, и если о ней не думать, то ее не будет.
  
  - Вы все как?
  
  - Мы немного повалялись без сознания, но никто не ранен, - сказал Луиджи.
  
  - Бодрячком! - Келли-Келли сделала волнообразное движение вытянутыми руками.
  
  Тоби промолчал и вытер лоб тыльной стороной ладони. Чарис мельком отметила, что он бледен, но не придала этому значения, списав на волнение и последствия нападения. Сейчас ее больше занимало окружающее.
  
  Чарис осмотрелась. Они находились в комнатушке со стенами, сложенными из каменных блоков. На земляном полу была накидана засохшая трава. Свет в помещение проникал через малюсенькое окошко под самым потолком. Глаза Чарис привыкли к освещению, и она поняла, что уже вечереет. Значит, прошло часов пять или шесть после того, как на отряд напали.
  
  В одной из стен оказалась дверь из незнакомого коричневого материала. Чарис пододвинулась к ней, потрогала.
  
  - Я уже проверял, она заперта снаружи, - заметил Луиджи.
  
  Он сидел, прислонившись к стене. Рядом полулежала Келли-Келли, перебирая сухие травинки. Тоби уселся, поджав под себя ноги, и, судя по выражению лица, о чем-то глубоко задумался.
  
  Чарис продолжала исследовать дверь.
  
  'Похоже, это дерево. Надо же, из него, оказывается, можно делать двери. Видимо, у местных нет пластика'.
  
  Мысли о местных жителях воскресили воспоминаниях о тех, кто на них напал.
  
  - Вы знаете, что произошло? - спросила она.
  
  Луиджи пожал плечами.
  
  - Не больше твоего. Последнее, что я помню - боль в шее. Потом я отрубился и очнулся уже здесь.
  
  - Наверное, на нас напали партизаны, - предположила Келли-Келли.
  
  - Я успела их разглядеть. Больно странно они выглядели для партизан, - возразила Чарис. - Так и представляю, как разрисованный мужик в набедренной повязке управляет истребителем.
  
  - Я тоже их видел. На нас напали самые настоящие дикари. Наверняка они потомки первых поселенцев, - Тоби говорил медленно, будто ему приходилось вспоминать каждое слово, то и дело поглаживал лоб. - Барбадос находится далеко от основных космических путей и густонаселенных систем. Вполне возможно, что первые колонисты долгое время были отрезаны от цивилизации и деградировали.
  
  - Мне плевать, кто они. Гораздо важнее, как им удалось нас вырубить, - хмуро сказала Чарис.
  
  Ее злило, что с ней так справились так легко. Что за хитроумное оружие используют дикари?
  
  - Ощущение такое, будто в кожу впилась игла, - Луиджи машинально потер шею. - Но если бы это был игольник, то мы давно были бы мертвы.
  
  - Парализующий яд, - авторитетно сообщил Тоби. - Похоже, он наносится на маленькие дротики. Я пока не понял, как они их в нас кинули с большого расстояния, но дротик попадает в артерию, оттуда яд проникает в кровь. Он оказывает воздействие на синапсы...
  
  - Пожалей мои синапсы! - взмолился Луиджи. - Попроще!
  
  - Синапсы... Парализует нервную систему... - слова Тоби превратились в неразборчивое бормотание, он прижал руку к голове и вдруг покачнулся. - Что-то мне нехорошо...
  
  Келли-Келли подползла к нему, прижалась лбом к его лбу.
  
  - Да ты весь горишь! - вскрикнула она.
  
  - Лихорадка... - пробормотал Тоби.
  
  Вот это было настоящей катастрофой. Чарис заметила ужас, отразившийся в глазах Луиджи. Даже когда 'Ласточка' неслась навстречу планете, он не был так напуган. Сама Чарис ощутила, как сердце сжимают ледяные когти страха.
  
  Все медикаменты остались в контейнере на платформе. Даже миниаптечка, которую Чарис всегда носила с собой, пропала. Как и все оружие, и прочие мелочи. Наверняка дикари обобрали пленников, прежде чем запереть в камере.
  
  - Тебе надо лечь и расслабиться, - Луиджи говорил уверенно и спокойно.
  
  Он устроил подушку из травы, уложил на нее Тоби.
  
  - Лихорадка может пройти сама собой, - приговаривал Луиджи.
  
  - Да, да, организм наверняка поборет микробы, которые занесла в твою кровь проклятущая дикарская игла, - поддержала его Келли-Келли.
  
  Чарис не стала возражать, чтобы не волновать Тоби, но она догадывалась, что ему не справиться с болезнью. Он родился на стерильной, цивилизованной планете. Его организм не сможет выработать антитела.
  
  'Кстати, об антителах'.
  
  За себя Чарис не волновалась. Наниты уничтожат любые инородные бактерии в ее крови. С Луиджи тоже, скорее всего, все будет в порядке. А вот Келли-Келли, выросшая на космической станции, в опасности.
  
  Нужно срочно достать контейнер с лекарствами.
  
  Чарис подползла к товарищам и прошептала:
  
  - Как только стемнеет, попытаемся удрать. Я вышибу дверь.
  
  Луиджи кивнул и бросил обеспокоенный взгляд на Тоби. Тот сильно потел, на его посеревшей коже вспыхнули красные пятна.
  
  - Надо проверить, что снаружи, - сказала Келли-Келли.
  
  Она удлинила руки, уцепилась за край окна и, подтянувшись, выглянула.
  
  - Блин, ничего не видно. Какая-то площадь. И дома из камня. Похоже, мы в городе. Я вижу чьи-то ноги. Ой...
  
  В окно ткнули кончиком копья, Келли-Келли едва успела увернуться, иначе оружие попало бы ей прямо в глаз. Она разжала руки и спрыгнула в низ.
  
  - Хреново, - пробормотала Чарис. - Через поселение, полное людей, будет сложно пробраться незаметно.
  
  Она посмотрела на Тоби, который закрыл глаза и, похоже, впал в забытье.
  
  - Но придется попытаться.
  
  За дверью послышались голоса и шаги, затем раздался звук отодвигаемого засова.
  
  Луиджи покосился на Чарис, спросил почти одними губами: 'Может, сейчас?'. Она быстро покрутила головой. Днем не стоит даже пытаться сбежать, их точно поймают.
  
  Дверь медленно отворилась, в комнату вошли трое стариков весьма странного вида. Все абсолютно лысые, из растительности на лицах остались только жиденькие бородки. Одеты старики были в серые юбки, расшитые какими-то непонятными изображениями. На плечах у них лежали шкуры леопардикусов. Чарис обратила внимание на обилие украшений. Широкие браслеты на запястьях и лодыжках, ожерелья, кольца в ушах. Во всех украшениях прослеживалась тема пятиконечной звезды, и все они, вот так диво, были сделаны из золота.
  
  Один из стариков чуть выступил вперед и заговорил хорошо поставленным, зычным голосом оратора. Он держался властно, как человек, привыкший повелевать. Возможно, он был местным правителем.
  
  Чарис, Луиджи и Келли-Келли встали, машинально загораживая от врагов Тоби.
  
  Старик выдал длинную тираду и выжидающе замолчал.
  
  - Мы не понимаем, - ответил на стандартном Луиджи.
  
  - Я, кажется, кое-что поняла, - Келли-Келли прищурилась. - Это какой-то странный диалект славского. Я разобрала не все слова, но суть уловила.
  
  - И что же он вещал? - спросила Чарис.
  
  - Ха! А вы говорили, зачем мне знать другие языки! Вот и пригодился славский!
  
  - Просто. Переводи. Живо.
  
  - Он сказал, что мы, злобные капиталисты, поплатимся за то, что проникли на их земли. На рассвете нас казнят.
  
  - Здорово, - процедила Чарис. - И он предлагает нам покаяться перед смертью?
  
  - Он нас с кем-то спутал. Мы не капиталисты, что бы это ни значило, - сказал Луиджи. - Попробуй объяснить ему, что мы просто случайно забрели на его территорию и готовы уйти. Попроси, чтобы нам выдали хотя бы медикаменты для больного друга.
  
  Келли-Келли медленно заговорила, задумываясь перед каждым словом. Луиджи дружелюбно и невинно улыбался. Чарис тоже попыталась принять мирный вид, хотя понимала, что наметанный глаз все равно признает в ней солдата.
  
  Старик внимательно выслушал Келли-Келли, но в его карих глазах не появилось и тени сочувствия. Он что-то коротко ответил.
  
  - Он сказал, что все капиталисты лицемеры, - понуро перевела Келли-Келли. - Вот уж не знаю, чем им так насолили 'капиталисты'. Эх, если бы Тоби был в сознании, он объяснил, что это слово означает.
  
  Старик достал из-за пазухи бластер и снова заговорил.
  
  - Он обещает, что если мы объясним ему, как действует палка-изрыгающая-молнии, то нас ждет легкая и быстрая смерть, - сказала Келли-Келли.
  
  Чарис посмотрела на бластер, потом на стариков. В голове созрел план. Она не любила действовать наобум, не продумав все до мелочей, но была дорога каждая секунда, нужно было действовать быстро.
  
  - Атакуем сейчас, - сохраняя на лице отстраненное выражение, проговорила Чарис. - Лу, тот, что слева - на тебе, я разберусь с остальными. Хватаем Тоби и бежим. Келли-Келли, скажи им, что я покажу, как пользоваться бластером.
  
  Луиджи кивнул, продолжая улыбаться.
  
  Чарис сделала шаг вперед, протягивая руку. Старик вручил ей бластер, похоже, он ее не опасался или думал, что у нее не хватит решимости бежать.
  
  Что ж, он ошибся.
  
  Перехватив бластер, Чарис направила его на врага и спустила курок. Одновременно Луиджи бросился на старика слева.
  
  Главарь упал, прижимая руку к плечу и дико вереща. Чарис не стала тратить время на то, чтобы добить его. Она размахнулась и рубанула краем ладони старика слева по шее. В проходе образовалась груда тел. Чарис стремительно перепрыгнула через нее и оказалась в полутемном коридоре.
  
  Сбоку вынырнул воин. Экономя заряды бластера, Чарис уклонилась от нацеленного ей в грудь копья и вырубила воина мощным ударом в челюсть.
  
  За ее спиной из камеры выбрался Луиджи, неся на плече Тоби. Следом показалась Келли-Келли.
  
  - Куда теперь? - она завертела головой.
  
  Коридор освещал огонь, который горел на конце палки, вставленной в кольцо на стене. И справ и слева виднелись такие же примитивные светильники. Чарис на миг замерла, прислушиваясь и принюхиваясь. Ее щеки коснулось легко дуновение.
  
  - Туда, - уверенно сказала она и побежала в ту сторону, откуда прилетел свежий воздух.
  
  Остальные поспешили следом.
  
  Но далеко они не ушли. Сзади раздался топот. Чарис успела только обернуться, когда ощутила знакомое покалывание в шее. Рядом охнул Луиджи.
  
  'Дерьмо! Опять!'
  
  Перед глазами все поплыло. Ноги подкосились. Чарис заметила двух воинов. К губам они прижимали длинные тонкие трубки. Видимо из них и вылетали дротики.
  
  Чарис выстрелила, но яд уже начал действовать, и она промахнулась. Один из воинов всадил вторую иглу точно ей в шею.
  
  Каменный пол стремительно полетел навстречу Чарис. Темнота приняла ее в свои объятия.
  
  'Дежавю', - было последней мыслью.
  
  Возвращение в реальность опять сопровождалось дикой головной болью. Но на этот раз Чарис хоть смогла открыть глаза: на землю опустилась ночь. Она попробовала сесть и поняла, что-то не так.
  
  Дикари решили не рисковать и для надежности связали ей руки и ноги. Веревки были очень крепкими и разодрали кожу до крови, но Чарис не чувствовала боли. Она вообще не чувствовала рук и ног, путы нарушили кровоток.
  
  Чарис выругалась и, напрягая мышцы, все-таки села.
  
  - Чар, - слабо раздалось поблизости.
  
  Она обернулась и увидела грузную фигуру Луиджи.
  
  - Тебя тоже связали?
  
  - Ага. Теперь я понимаю, что чувствовали наши свинки на скотобойне. Но я-то ладно, а вот Келли-Келли...
  
  - Что с ней?
  
  Чарис насторожилась: удивительно уже то, что она не слышит ее обычной болтовни. Келли-Келли давно должна была громко вещать что-нибудь о веревках или о славском. Но раздавалось только тяжелое дыхание Тоби и шорох травы, по которой он метался лихорадке. Еще чуткое ухо Чарис уловило слабые, прерывистые вздохи. И тогда она все поняла.
  
  - Келли-Келли тоже заболела.
  
  Тяжелое молчание Луиджи ответило лучше всяких слов.
  
  - Она оба умрут, если мы не раздобудем лекарства, - проговорил он. - Хотя какая разница, если на рассвете нас все равно казнят. Может быть, им даже лучше, что они в беспамятстве... Эх, вот уж не думал, что наше путешествие закончится так.
  
  - Мы все знали, на что идем, - твердо сказала Чарис. - Даже люди, живущие на развитых планетах, не застрахованы от опасностей. Любого из них может застрелить на улице бандит или он может отравиться некачественными лекарствами. Или поскользнуться в ванной на пролитом шампуне и сломать шею. Это судьба.
  
  Чарис старательно приводила разумные доводы, но знала: Луиджи все равно будет винить себя. В том, что не уберег. В том, что вообще принял двух инженеров на свой звездолет. Чарис, несмотря на всю рассудительность, тоже терзало чувство вины.
  
  Она не хотела просто сидеть и ждать, пока ее друзья умрут.
  
  - Надо добраться до нашей платформы.
  
  - Если она вообще в поселении. Дикари могли бросить ее в лесу, - заметил Луиджи.
  
  - Стоит попытаться.
  
  Чарис напрягла мускулы, собираясь порвать веревки. Но не тут-то было. Они оказались на диво прочными. Тогда Чарис попробовала запустить наниты на самом низком режиме. Здесь ее тоже ждало разочарование. Маленькие машинки передали в ее мозг неутешительную информацию: пока они заняты очисткой ее крови. Видимо, в Чарис для надежности всадили еще несколько дротиков с ядом, когда она уже потеряла сознание.
  
  - Лу, придется подождать полчаса, - и Чарис нехотя добавила. - Или ты можешь порвать веревки.
  
  - Если бы мог, давно порвал бы. Но они крепкие. Да еще эта слабость после яда. Даже шевелиться тяжело.
  
  Раздался жалобный стон, затем послышалось бормотание. Луиджи с трудом поднял связанные руки и попытался погладить по голове Келли-Келли, которая лежала рядом. Она снова застонала и сбивчиво заговорила:
  
  - Па... па... смо... три... я собрала... робота... Па... па...
  
  По брошенным тут и там словам Чарис давно догадалась, что отец Келли-Келли умер, когда ей было лет десять. А матери у нее, скорее всего, не было вовсе. Генетически-модифицированный человек, рожденный в пробирке.
  
  - Я здесь, малышка, - прошептал Луиджи. - Твой робот замечательный.
  
  Ему все-таки удалось положить руки на голову Келли-Келли. Чарис слышала, как он шевелит немеющими пальцами, перебирая ее волосы. В этой отчаянно попытке приласкать была доброта и любовь брата. Пожалуй, Луиджи так и воспринимал своих инженеров: как младшего братика и сестренку. Или как детей. У Чарис запершило в горле, и она прокашлялась. Пожалуй, она впервые в полной мере осознала, насколько привязалась к бедовой команде 'Ласточки'.
  
  Луиджи тихо запел. Все ту же песню про летчиков, но на сей раз она звучала, как печальная колыбельная. В мелодию вплеталось тяжелое, прерывистое дыхание Тоби и тихие всхлипы Келли-Келли.
  
  Постепенно больные затихли, но это спокойствие вполне могло быть предвестником конца.
  
  Чарис проверила наниты: еще чуть-чуть и их можно будет запускать.
  
  В этот момент за дверью раздались шаги. Затем все смолкло. Похоже, кто-то встал возле двери и прислушивался. Луиджи, не обращая ни на что внимание, продолжал петь. В окно пробились первые серые лучи рассвета и выхватили из мрака его лицо. Чарис вздрогнула, увидев, как блеснула слеза, скатившаяся по его заросшей щетиной щеке.
  
  Отодвинулся засов, дверь распахнулась. На пороге показался воин с копьем. Чарис собралась включить наниты. Порвать веревки, броситься на воина и убить его - дело нескольких секунд. Но в этот момент дикарь сделал шаг, и Чарис увидела выражение благоговения, застывшее на его лице. Это удержало ее от прыжка. А воин так никогда не узнал, что был на волосок от смерти.
  
  Дикарь не спускал с Луиджи восторженных глаз. Тот заметил появление нового лица, прекратил петь, удивленно покосился на Чарис.
  
  - Уже пора на казнь?
  
  Воин быстро что-то проговорил и вдруг, пав ниц, уткнулся лицом в пол. Чарис окончательно перестала что-либо понимать.
  
  - Похоже, ты его чем-то удивил. Или у них просто принято так обращаться с приговоренными к смерти.
  
  Луиджи задумался.
  
  - Вроде бы я такой же, как обычно... Понял! - озарило его. - Песня! Она же на славском!
  
  И чтобы проверить свою догадку, он принялся во все горло распевать: 'Мы рождены, чтоб сказку сделать былью! Преодолеть пространство и простор!'
  
  Дикарь задрожал всем телом. В дверях появился второй воин, на его лице удивление мешалось с недоверием. Первый выпрямился, начал что-то говорить приятелю, указывая пальцем на Луиджи. Тот старался вовсю, пару раз у него даже получилось попасть в ритм. Хотя на взгляд Чарис песня в его исполнении все равно оставалась пыткой для ушей. Но дикарям нравилось.
  
  Первый поклонник таланта Луиджи бросился его развязывать. Второй куда-то убежал, как подозревала Чарис - звать начальство.
  
  Едва его освободили, Луиджи властно кивнул на Чарис. Дикарь понял и поспешил развязать 'друга звезды'. Пока он возился с веревками, из коридора донесся топот. Как Чарис и ожидала, другой воин вернулся в сопровождении двух стариков, бегущих весьма прытко для своего возраста. В одном из них Чарис узнала того самого, которому она недавно заехала по шее. У другого под глазом виднелся свежий синяк - работа Луиджи. А вот их третий товарищ, видимо, погиб от выстрела. Чарис ни на секунду его не пожалела. Дикари напали первыми. Пусть пеняют на себя и свою глупость.
  
  Луиджи, который старательно растирал затекшие запястья, при виде стариков снова затянул песню. Их реакция была не такой бурной, как у воинов. Несколько мгновений они просто изумленно таращились на певца, затем обменялись короткими фразами и пришли к какому-то решению. Не теряя достоинства, они опустились на колени и коснулись лбами пола.
  
  Один из них поднял голову и обратился к Луиджи на славском. Чарис услышала знакомое слово 'капиталисты', но больше не поняла ничего.
  
  Луиджи принял суровый вид, грозно свел брови и, подняв дрожащую руку, указал на Келли-Келли.
  
  - Освободите моих друзей!
  
  Старик понял, отрывисто приказал что-то воинам. Те живо развязали Келли-Келли и Тоби.
  
  Чарис, успевшая за это время размять руки и ноги, стразу вскочила и подхватила Тоби. Его кожа была горячей, будто раскаленная обшивка звездолета. Нужно было торопиться. Луиджи поднял Келли-Келли и уверенно пошел к выходу. Чарис ожидала, что его схватят, но дикари почтительно расступились, пропуская его.
  
  Луиджи и Чарис быстро прошли по коридору, в конце которого оказалась ведущая вверх лестница. За ними следовал почетный эскорт.
  
  - Не знаю, кем они меня считают, но нужно этим воспользоваться, - прошептал Луиджи.
  
  Чарис сомневалась, что новый статус Луиджи поможет им уйти из селения. Но хотя бы они получат медикаменты.
  
  Наверху лестницы обнаружилась деревянная дверь. Она вела на широкую, вымощенную каменными плитами площадь. Едва Чарис вышла на улицу, как сразу же заметила гравиплатформу. Она стояла возле стены какого-то здания, и все контейнеры были на месте! Не обращая внимания на окружающее, Чарис ринулась туда. Луиджи побежал с ней наперегонки.
  
  Но Чарис оказалась возле платформы первой. Она бережно уложила так и не пришедшего в сознание Тоби на контейнеры и принялась искать медикаменты. Белая коробка с красным крестом сразу попалась ей под руку. Чарис открыла ее, схватила первую попавшуюся ампулу с антибиотиком, но тут же отложила ее и взяла прибор для анализа крови.
  
  Подоспевший Луиджи устроил Келли-Келли рядом с Тоби. Она бредила и повторяла слова на разных языках, перемежая их техническими терминами. В любой другой ситуации это звучало бы смешно, но сейчас у Чарис от ее бессвязной речи мурашки пробегали по коже.
  
  - Вот амформатрим, давай вколем его! - воскликнул Луиджи.
  
  - Нет! - Чарис перехватила его руку. - Сначала нужно сделать анализ крови. Если мы введем им не тот препарат, будет только хуже.
  
  Она вязла у Тоби кровь и перелила в анализатор: небольшую белую коробочку с отверстиями для иголок шприцов и дисплеем. Прибор тихонько защелкал.
  
  Луиджи нервно переминался с ноги на ногу, перебирая упаковки с лекарствами.
  
  - Скоро?! Вдруг он сломался?!
  
  - Успокойся, - цыкнула на него Чарис.
  
  Анализатор пискнул, и на экране вспыхнули названия нужных лекарств. Луиджи опередил Чарис, стремительно выхватил из контейнера коробку с ампулами и набрал шприц. Секунду он колебался, решая, кому сделать инъекцию первым и все же выбрал Тоби, которого болезнь захватила раньше. Чарис в свою очередь ввела препарат Келли-Келли.
  
  - Теперь остается только ждать.
  
  Луиджи шумно выдохнул.
  
  Позаботившись о друзьях, Чарис позволила себе немного расслабиться и заняться своими ранами. От веревок остались кровавые полосы на запястьях. Чарис натерла их антисептической мазью с заживляющим эффектом. Попутно она отметила, что контейнеры на платформе передвинуты, некоторые покрыты царапинами. Похоже, их крышки пытались открыть, поддевая ножом.
  
  - Эй, смотри, - Луиджи подергал Чарис за край куртки.
  
  Она оглянулась, и у нее перехватило дыхание. Только теперь она увидела поселение, куда их занесло, во всей красе.
  
  Они стояли на краю площади, и прямо перед ними высилась огромная ступенчатая пирамида. В жемчужно-сером утреннем свете она казалась чем-то нереальным, призраком далекого прошлого. За громадой пирамиды поднимались темные вершины гор, подсвеченные алой кромкой зари.
  
  - Ух ты! - вырвалось у Луиджи. - У меня аж мороз по коже. Небоскребы на Белтании и рядом не стояли.
  
  Сложно было поверить, что живущие в джунглях дикари сумели построить такое. На другой стороне площади стояла пирамида поменьше, а напротив нее...
  
  - Звездолет! - изумленно воскликнул Луиджи. - Здоровый!
  
  Чарис только присвистнула. Тщетно она пыталась распознать модель корабля. Она точно раньше никогда не видела таких махин, он был даже выше пирамид. И, судя по отсутствию оружейных башен, не военный. На его обшивке виднелись вмятины и черные следы копоти, а кое-где даже ржавчины. Звездолет был не просто стар, а очень стар.
  
  Луиджи звонко хлопнул себя по лбу.
  
  - Я видел такие в учебнике истории. Это звездолет-ковчег. Ну, ни хрена себе!
  
  Чарис с трудом вернула на место отвисшую челюсть. Барбадос не прекращал ее удивлять.
  
  Ковчеги использовали для колонизации планет до изобретения гипердвигателя. Цензурные слова у Чарис кончились. Да этому звездолету тысяча лет!
  
  - Такое ощущение, что мы попали на машине времени в прошлое, - сказал Луиджи. - Девственный лес, дикари, здания из камня, а теперь еще и ковчег.
  
  - Я не удивлюсь, если скоро появятся мобили на бензине, - хмыкнула Чарис.
  
  Она продолжила осмотр местности. За ее спиной обнаружился привычный, прямоугольный дом. В проходах между зданиями виднелись мощеные дорогие ведущие вглубь... нет, не поселка... целого города.
  
  'Мда, выбраться отсюда незаметно будет сложно. Пробраться через город, где живет куча народу - та еще задачка', - разочарованно подумала Чарис.
  
  - Похоже, они вовсе не дикари, раз смогли построить такие дворцы, - заметил Луиджи. - Наверняка, они сумели создать развитую, пусть и странную цивилизацию.
  
  - Но, тем не менее, бластерами они пользоваться не умеют и даже обычный контейнер открыть не смогли.
  
  Чарис было наплевать дикари их пленители или нет, главное - смыться от них поскорее. Но заболевшим инженерам понадобиться не меньше суток на выздоровление. Мысли о том, что они могут не поправиться, Чарис даже не допускала. Конечно, современная медицина их спасет. Обязательно. Вон с лица Тоби понемногу сходят красные пятна, Келли-Келли перестала бредить.
  
  Два старика, которые до этого стояли на почтительном расстоянии, рискнули приблизиться. Луиджи знаками показал им, что неплохо бы обеспечить 'великому певцу' кров и пищу. Сложив пальцы щепоткой, он прижал их ко рту несколько раз, затем показал интернациональный жест 'я в домике'. Один из стариков кивнул и предложил им следовать за собой.
  
  Луиджи поднял на руки Келли-Келли, Чарис - Тоби, и они двинулись за провожатым. Он повел их в то самое прямоугольное здание. Вблизи Чарис заметила на стенах барельефы, изображающие разные, не всегда понятные сцены. На одной люди несли контейнеры с едой. На другой - сражались. На третьей - поклонялись какому-то символу: скрещенному молоту и непонятной загогулине. Стиль у барельефов был помпезный и суровый, они напомнили Чарис барсианское искусство. Фигуры людей крепкие, мощные и надежные, хоть сейчас надевай на них тяжелый боевой скафандр. Мускулистые мужчины с тяжелыми челюстями. Пышногрудые женщины с широкими бедрами. Гимн физической силе.
  
  Но Чарис заметила, что многие барельефы пострадали от времени, тут и там у фигур были отколоты кусочки, особенно забавно выглядели выбитые носы.
  
  Внутри здания картина запустения стала еще заметнее. Здесь стены тоже украшали вырезанные в камне композиции, когда-то их покрывала краска, но теперь она почти совсем облупилась.
  
  - Похоже, здания выстроили давно и местные совсем за ними не следят, - скорее для себя проговорила Чарис.
  
  Она вспомнила предположение Тоби о постепенной деградации колонистов. Возможно, он был прав.
  
  Эх, Тоби и Келли-Келли пришли бы в восторг от древних зданий, носились бы сейчас тут, фотографировали и все щупали.
  
  'Ничего, еще побегают'.
  
  Кожа Тоби уже была не такой горячей, как раньше. Постепенно жар спадал, лекарство начинало действовать. Через два часа нужно будет сделать повторную инъекцию. Браслеты с коммами с пленников сняли, но Чарис полагалась на свое внутреннее чувство времени. Хотя потом нужно будет заставить дикарей вернуть все вещи. Скорее бы Келли-Келли очнулась и могла с ними разговаривать...
  
  Они шли за стариком по длинному коридору, на пути изредка встречались другие люди: женщины и дети. Все они при виде старика низко кланялись, а когда он что-то им говорил, изумленно таращились на Луиджи и бухались на пол.
  
  - Не знал, что у меня столько поклонников, - с натянутой улыбкой заметил он. - Думаю, стоит дать концерт.
  
  - Вполне возможно, придется, - сказала Чарис. - Подбирай репертуар.
  
  - А вы будете подтанцовкой!
  
  Они прошли по коридору, поднялись по лестнице, и старик, наконец, остановился перед деревянной дверью. Распахнув ее, он почтительно пропустил Чарис и Луиджи вперед.
  
  В такой комнате отказался бы спать даже какой-нибудь безголосый певец из бара на заштатной планете. Кровать у стены, сделанная из каких-то подозрительного вида хлипких палок. На нее даже дышать было боязно, не то, что садиться. И накрыта она была какой-то пестрой тряпкой. В углу примостился деревянный стол, рядом - табурет. Больше мебели в комнатушке не наблюдалось. Зато на стенах висели выцветшие ткани с рисунками, которых уже не разобрать, и голография, почему-то плоская. Она изображала лысого мужика с точной такой же бородкой, как у старика-провожатого. Чарис отметила этот факт и положила на воображаемую полочку в мозгу.
  
  Немного поколебавшись, Луиджи прошел к кровати, аккуратно уложил на нее Келли-Келли. Чарис устроила рядом Тоби. Даже худосочные инженеры едва-едва помещались на этом жалком ложе.
  
  Луиджи грозно свел брови, топнул ногой.
  
  - Звезда в шоке! Где моя джакузи с радужной пеной? Где кровать с массажем? Где роботы-слуги?
  
  Старик ничего не понял, но от сурового тона Луиджи здорово струхнул, залепетал что-то, принялся кланяться.
  
  Луиджи показал четыре пальца, затем кивнул на кровать. Потом снова продемонстрировал, как ест. Старик, продолжая кланяться, попятился к двери и исчез. Чарис надеялась, что он отправился за едой и запасными койками.
  
  Они с Луиджи осмотрели комнату. За одной из 'занавесок' на стенах обнаружилась дверка, ведущая в некое подобие туалета. По крайней мере, древние строители подразумевали, что здесь будет уборная. На что указывала разбитая раковина, заржавевший унитаз и мерзкий запашок. Больше в комнате ничего интересного не нашлось.
  
  Луиджи присел на табуретку, которая жалобно скрипнула под его весом, и коснулся тыльной стороной ладони лба Келли-Келли.
  
  - Жар спал, она идет на поправку.
  
  Чарис оперлась плечом о стену и сложила руки на груди.
  
  - Чем быстрее они поправятся, тем быстрее мы сможем свалить отсюда. Восхищение дикарей твоими вокальными талантами слишком подозрительно.
  
  - Если без шуток, как думаешь, что их так во мне впечатлило?
  
  - Твоя песенка на славском. Хотя из-за какой-то песни простить убийство своего...
  
  - Но Келли-Келли тоже говорила с ними на славском, однако у нее они в ногах не валялись.
  
  - Ты выглядишь более внушительно.
  
  - Кто... выглядит... внушительно? - вдруг прохрипели с кровати.
  
  Келли-Келли приоткрыла глаза и пыталась скривить губы в улыбке.
  
  - Я тут... самая... внушительная...
  
  - Конечно, ты, - ласково сказал Луиджи. - Как самочувствие?
  
  - Пить охота...
  
  Луиджи беспомощно огляделся. Они с Чарис нашли в комнате кувшин с водой, но она настолько протухла, что выпить ее означало подцепить новые микробы. Их спас робкий стук в дверь.
  
  - Не заперто! - крикнул Луиджи.
  
  Никто не вошел. Тогда Чарис с запозданием вспомнила, что местные не понимают стандартного и поспешила открыть дверь. В комнату робко просеменили две девушки, несущие подносы с едой. На золотых тарелках лежали какие-то круглые розовые шарики, видимо, фрукты, расколотые кокосы и плоские лепешки из теста с кусками мяса сверху. Главное, на одном из подносов стоял золотой кувшин и четыре чаши.
  
  Опустив очи долу, девушки мелкими шажками прошли к столу и водрузили на него подносы. Одна из них стрельнула глазами на Луиджи, он ободряюще улыбнулся, но девушка поспешила отвести взгляд и так низко склонила голову, что темные кудрявые волосы совсем закрыли ее загорелое лицо.
  
  - Спасибо, - добродушно проговорил Луиджи.
  
  Девушки ничего не ответили и быстро юркнули назад в коридор.
  
  - Какие стесняшки, - протянул Луиджи.
  
  - По-моему, они тебя немного побаиваются, - сказала Чарис, разливая жидкость из кувшина по чашам.
  
  Это была не вода, а что-то желтоватое. Чарис подозрительно принюхалась.
  
  'Похоже, сок. Надо бы вернуть анализатор Тоби, а пока придется пить так'.
  
  Чарис передала чашу Луиджи, тот приподнял голову Келли-Келли и поднес напиток к ее губам. Она пила жадными глотками, потом попросила еще.
  
  - Чувствую себя младенцем, - пожаловалась Келли-Келли, когда вдоволь напилась. - Не надо со мной нянчиться, Лу, я сама могу держать чашку.
  
  - Ты еще слишком слаба, - строго возразил Луиджи.
  
  - С твоими инстинктами мамочки тебе пора клонировать себе ребенка, - пробурчала Келли-Келли.
  
  Попивая сок, Чарис молча наблюдала за ними. Как бы ни раздражала ее временами Келли-Келли, снова слышать ее звонкий голос было замечательно.
  
  Тоби пока спал, но его дыхание стало ровным и спокойным. Чарис вколола ему и Келли-Келли еще одну дозу лекарства.
  
  - С какого перепугу в нашей тюрьме появилась кровать и такая вкусная жратва? - спросила Келли-Келли, вонзая зубы в розовый плод.
  
  - Мы больше не в тюрьме. Дикарей так впечатлило мое пение, что они предоставили нам лучшие апартаменты в городе, - с наигранной гордостью объявил Луиджи.
  
  Келли-Келли недоверчиво прищурилась.
  
  - Твое пение? Кончай врать. Давай, рассказывай, что случилось на самом деле. Вы их подкупили?
  
  - Лу не врет, дикарям действительно понравилось его пение, - встряла Чарис. - Или песня.
  
  Келли-Келли задумчиво постукала испачканным во фруктовом соке пальцем по лбу.
  
  - Хм... странно.
  
  - Мы надеялись, что ты сможешь расспросить местных вождей, - сказал Луиджи и добавил льстиво. - Ведь только ты знаешь славский.
  
  - То-то же! Теперь будете знать, как говорить, что я зря записала языки в подкорку мозга!
  
  - Мы это уже слышали, - устало бросила Чарис. - Если ты так хорошо знаешь славский, переведи песню Лу полностью. Возможно, в тексте ключ к разгадке.
  
  - Да раз плюнуть!
  
  Луиджи продекламировал песню, на этот раз медленно. Келли-Келли смогла распознать еще пару слов: 'полет', 'атом', 'флот' и 'ультиматум'. Перевод остальных она попыталась придумать на ходу, но Чарис раскусила ее уловку. Однако те слова, что они уже знали, придавали песне какой-то воинственный смысл.
  
  Вскоре очнулся Тоби. Заботливая мамочка Лу отпаивал его соком и кормил фруктами, хотя гордому сыну Империи такое воркование было явно не по нутру. Келли-Келли потешалась над его постной миной и сама пыталась кормить его с рук, приговаривая: 'Тоби, малыш, открой ротик!'. Ее насмешки взбодрили Тоби гораздо лучше лекарств, он принялся швыряться в Келли-Келли фруктами. Луиджи пришлось их растаскивать и спасать остатки еды. Чарис посмеивалась, подливая топлива в двигатель меткими комментариями.
  
  Веселье прервал очередной стук в дверь. На сей раз явились знакомые старички. Один из них толкнул пространную речь. Келли-Келли предприняла героическую попытку перевода.
  
  - Они эм... председатели. Видимо, что-то вроде правителей. Они просят прощения у Великого Коммунизма за то, что не узнали его сразу и заточили в тюрьму.
  
  - Великий Коммунизм это я, что ли? - удивился Луиджи. - Меня, конечно, по-всякому обзывали, но так еще никогда.
  
  - Мы знаем, что капиталисты коварны и могут притвориться друзьями, чтобы втереться к нам в доверие и украсть плоды народного труда, - продолжала переводить Келли-Келли. - Поэтому мы приняли вас за них, но теперь мы понимаем нашу ошибку... В общем, как-то так. Не ручаюсь за точность, но смысл такой.
  
  - Они постоянно говорят о каких-то капиталистах, интересно, кто это? - спросила Чарис, скорее рассуждая вслух.
  
  Ответил Тоби.
  
  - Нечестные предприниматели, которые наживаются на чужом труде. Всякие межгалактические корпорации и прочее.
  
  - Мы очень похожи на корпорацию, о да, - проворчала Чарис.
  
  - Скажи им, что я не гневаюсь, - предложил Луиджи. - Они выглядят такими несчастными.
  
  Келли-Келли открыла рот, но Чарис успела закрыть его ладонью.
  
  - Нет-нет. Нам выгоднее, если они будут думать, что ты в гневе.
  
  Луиджи похлопал наивными глазами, взъерошил волосы.
  
  - Ну ладно... Хотя мне не очень хочется их запугивать.
  
  - Запугивать не надо. Надо сказать, что ты недоволен их поведением, и они могут загладить свою вину, если вернут нам все наши вещи, и не будут препятствовать, когда мы соберемся уйти.
  
  Келли-Келли перевела ее слова старикам. Они заволновались, заговорили быстро, наперебой. Келли-Келли нахмурилась, пытаясь разобрать их лепет.
  
  - Они говорят, что вернут нам все, но просят Великого Коммунизма не покидать их. Они ждали тебя тысячу лет, Лу. Во какая трагедия.
  
  - Надо же, - протянул Луиджи.
  
  - Просто супер, - прошептал Тоби. - Значит, теперь нам придется остаться здесь навсегда.
  
  Все призадумались, пытаясь решить, что бы ответить председателям. Просто так заявить им, что Великий Коммунизм должен уйти - нельзя. Еще чего доброго на маленький отряд набросятся все жители города и закуют бедного Луиджи в цепи, лишь бы он их не покидал.
  
  - Спроси у них, что они ждут от Великого Коммунизма, - предложил Тоби.
  
  - Не стоит, - возразила Чарис. - Подразумевается, что раз Лу этот самый Комму-как-его-там, он должен все знать.
  
  Луиджи ударил кулаком по ладони.
  
  - Идея! Скажи им, что я не могу задержаться у них надолго, ведь Великий Коммунизм нужен и другим людям. И еще скажи, что я должен сражаться с капиталистами.
  
  Чарис согласно кивнула: действительно хорошая отмазка. Иногда Луиджи становился удивительно пронырливым, особенно когда надо было запудрить кому-то мозги.
  
  Председателей ответ Луиджи, казалось, немного успокоил, один из них заговорил снова.
  
  - Он понимает долг Великого Коммунизма и просит его остаться на завтрашний праздник единства пролетариата, - сообщила Келли-Келли.
  
  - Ого, вечеринка в мою честь, - Луиджи заулыбался. - А выпивка и девочки будут? Если что, я люблю ликер 'Звездный свет'.
  
  - Только не вздумай это переводить, Келли-Келли, - Тоби поморщился. - Просто скажи, что Лу с удовольствием останется на праздник.
  
  Председателей удовлетворил такой ответ, и они с поклонами удалились. Чарис проводила их настороженным взглядом.
  
  - Так просто нас отсюда не выпустят, - уверенно сказала она.
  
  - Ага, не думаю, что они нам поверили, - поддержал ее Тоби. - Нужно стартовать, и побыстрее.
  
  - Вы двое точно никуда не сможете стартовать сегодня, - твердо проговорил Луиджи.
  
  - Лично я уже в полном порядке, - бодро объявила Келли-Келли, усевшись на кровати и размахивая руками.
  
  Луиджи опустил широкие ладони ей на плечи и мягко уложил ее обратно на подушку.
  
  - Больным нужен покой.
  
  - В любом случае, нам так просто не сбежать, даже когда нам вернут оружие, - сказала Чарис. - Вспомните о дротиках с парализующим ядом. Наша прошлая попытка побега провалилась из-за них.
  
  Тоби встрепенулся и чуть приподнялся на кровати.
  
  - У меня есть идея. Необходимо закрыть все тело плотной тканью, думаю, их примитивные иглы не смогут проткнуть современные материалы. Для надежности можно как бы невзначай попросить осмотреть их оружие.
  
  - И как ты собираешься закрыть все тело? Сошьешь нам маски и рукавицы? - Келли-Келли прыснула. - Ты в последнее время научился здорово штопать.
  
  Но Тоби остался невозмутим.
  
  - И сошью. Распорю твою безвкусную куртку с блестянками.
  
  - Хорошая идея, - поспешил вмешаться Луиджи, предваряя очередной спор.
  
  - В масках мы будем как идиоты, - проворчала Келли-Келли.
  
  - Между прочим, в Республике Кайтарн бойцы антитеррористического отряда Бета носят маски, - заметила Чарис.
  
  Она не стала уточнять, что их маски сделаны из гибкого пластика и снабжены кучей прибамбасов, от приборов инфракрасного зрения, до оружия, которое стреляет при моргании.
  
  Келли-Келли слова Чарис успокоили, она перескочила на другой предмет, попросив рассказать о борцах с терроризмом. Чарис не слишком-то любила просто так болтать, но если это поможет удержать неугомонную Келли-Келли в постели, почему бы не поведать ей страшную сказку о благородных бойцах Беты и злобных психопатах из секты 'Вселенский Джихад'. Луиджи тоже слушал с интересом. Тоби, не выносивший всякую чернуху, прикрыл глаза и задремал, убаюканный низким, глубоким голосом Чарис.
  
  Рассказ на самом напряженном месте прервало появление председателей. Их сопровождал воин, держащий в руках объемистый мешок. Среди председателей Чарис заметила того старикана, в которого стреляла при попытке побега. У него было перевязано плечо, при ходьбе он опирался на локоть могучего воина, но несмотря на восковую бледность, явно не собирался умирать.
  
  Бластер стоял на минимальной мощности для экономии заряда, да и Чарис не целилась в сердце. Скорее всего, у старика просто ожог.
  
  'Хорошо, что дедок выжил. Кровная месть нам сейчас ни к чему', - с облегчением подумала Чарис.
  
  Старика представили как Первого председателя, именно он тут всем заправлял. Имечко у него было под стать должности: длинное и пафосное - Интернационал. Чарис мысленно окрестила его 'Интером' и вскоре пожалела, что не пристрелила. Хотя он и кланялся, но уж больно подозрительно зыркал на Луиджи глубоко посаженными черными глазками.
  
  Чарис и раньше отмечала это краем сознания, а теперь обратила пристальное внимание: у всех дикарей наблюдались явные признаки вырождения. Очень маленькие лбы. Тяжелые надбровные дуги. Туповатое выражение лиц. Только в глазах Интера светился ум. И это было скверно.
  
  Отряду придется туго, если он поймет, что Луиджи вовсе никакой не Коммунизм.
  
  В мешке, принесенном дикарями, оказались бластеры, наручные коммы и разные мелочи, которые отобрали у бессознательных пленников. Пока они разбирали свои вещи, Интер внимательно наблюдал, затем почтительно что-то спросил. Келли-Келли быстро ответила.
  
  - В чем дело? - насторожилась Чарис.
  
  - Ему интересно, для чего предназначены браслеты, мой униключ и всякая мелочевка. Я сказала, что это украшения.
  
  В подтверждение своих слов Келли-Келли взяла униключ за шнурок и подвесила на ухо. Интер подозрительно воззрился на нее, дотронулся до сережки в своем ухе - здоровой золотой звезды. Подумал и кивнул, видимо, поверив.
  
  - Отлично придумала, - вполголоса одобрила Чарис.
  
  Келли-Келли выпятила грудь колесом.
  
  - Давайте подарим им какие-нибудь безделушки, - предложил Луиджи, кивая на председателей, которые горящими глазами смотрели на блестящий униключ на ухе Келли-Келли.
  
  Они даже не подозревали, что эта штука предназначена для откручивания заклепок, разрезания металла, может служить фонариком и кувалдой. Еще Келли-Келли иногда лупила униключом по башке тех, кому не повезло ее прогневить.
  
  Немного посовещавшись со своими товарищами, 'Великий Коммунизм' торжественно вручил каждому председателю по болту, которые нашлись среди вещей Тоби. Старики пришли в восторг, рассматривали подарки горящими глазами. Только подозрительный Интер продолжал коситься на Луиджи. Он что-то спросил у Келли-Келли, та раскрыла рот, чтобы переводить, да так и застыла.
  
  - Ну что там? - нетерпеливо спросил Тоби.
  
  Келли-Келли наморщила лоб, раздумывая. Чарис заметила, как уголки губ Интера чуть приподнялись. Старый пердун специально пытался их подловить, задал какой-то сложный вопрос, который Келли-Келли не могла понять.
  
  Наконец, Келли-Келли неуверенно заговорила.
  
  - Он спросил, как произойдет переход от социализма к коммунизму, через диктатуру пролетариата или полное уничтожение буржуазного государства.
  
  - А теперь переведи, - потребовала Чарис.
  
  - Это и есть перевод.
  
  Даже всезнайка Тоби был поставлен в тупик. Чарис честно попыталась напрячь мозги и поискать в своем словарном запасе значение непонятных слов 'коммунизм', 'пролетариат' и 'социализм'. Она знала названия разнообразного оружия, тактик боя, моделей звездолетов, но не одно из них близко не напоминало 'социализм'.
  
  Старики зашептались, двое других были недовольны тем, что Интер задает такие провокационные вопросы. Но тот, на правах старшего, быстро заткнул их, бросив несколько резких слов и красноречивым кивком указав на Луиджи.
  
  - Братва, наш легенда стремительно трещит по швам, - прошептал 'Великий Коммунизм', сохраняя милейшую улыбочку. - Есть идеи?
  
  - Может, сказать, чтобы они отстали от тебя со всякими дурацкими вопросами? - предложила Келли-Келли.
  
  Чарис только пожала плечами, нам у ничего не приходило.
  
  - Хорошо было бы узнать, что это за таинственные 'коммунизм' и 'социализм', а потом уже придумать ответ.
  
  Луиджи решительно сжал губы, величественно выпрямился на табурете и смерил Интера презрительным взглядом с макушки до пят. Ему не сложно было это сделать, мелкий старикашка едва дотягивал сидящему на табурете Луиджи до уха.
  
  - Келли-Келли, скажи, что мы будем использовать оба способа, потому что путь к коммунизму нелегок. И спроси, какие шаги они уже успели предпринять в этом направлении. Ведь не сидели же они, сложа руки, в ожидании великого меня.
  
  Келли-Келли передала его слова, добавив в голос гневных ноток. Хитрый Интер смутился, но быстро вернул на лицо невозмутимое выражение.
  
  - Мы старались построить диктатуру пролетариата, и надеемся, что Великий Коммунизм поможет нам в этом, - сказал он.
  
  Лучезарная улыбка Луиджи могла убедить любого скептика.
  
  - Конечно, помогу.
  
  Дальнейший разговор был похож на беседу космического десантника и профессора из Космонерса, когда один совершенно не понимает, что говорит другой, но с умным видом отвечает. Причем было неясно, кто же из собеседников профессор, потому что Интер сыпал такими терминами, что у Чарис уши в трубочку сворачивались.
  
  Интер задавал каверзные вопросы, как на игре 'Кто хочет стать биллионером?', Луиджи на ходу придумывал уклончивые ответы, остальные пытались помогать ему по мере сил. Наконец, опасный разговор закончился. Судя по блестящим глазкам Интера, он был не до конца убежден, но решил поддерживать уверенность своих подчиненных, что Луиджи и есть настоящий Великий Коммунизм.
  
  - Интеру невыгодно нас разоблачать, - сказала Чарис, когда дикари удалились, и дверь за ними была надежно закрыта на щеколду.
  
  - С чего такое глубокомысленное умозаключение? - осведомился Тоби.
  
  - Похоже, Великий Коммунизм очень важный символ. Возможно, какое-то божество в местной религии. Они долго его ждали, люди стали разочаровываться, сомневаться в председателях. Появление Коммунизма укрепит их власть. Но боюсь, они попытаются удержать Лу здесь навсегда.
  
  Луиджи передернуло от такого предположения.
  
  - Ничего, как только я сошью для нас защитную экипировку, нам не будет страшно их оружие, и мы сможем сбежать, - уверенно заявил Тоби.
  
  Луиджи принес ему кое-что из одежды, и Тоби, вооружившись молекусвязывающим сшивателем, принялся создавать шедевры дизайнерского искусства. Он обращался со швейными принадлежностями на диво ловко, его тонкие пальцы так и мелькали, водя сшивателем по ткани. Чарис, привыкшая чинить одежду с помощью восстанавливающих аппаратов, невольно залюбовалась быстрыми, плавными движениями Тоби.
  
  Скучающая Келли-Келли, которую так и не пустили на осмотр города, стала ему помогать, хотя получалось у нее далеко не так хорошо. Чарис и Луиджи тоже готовы были заняться шитьем, но для них не нашлось оборудования. Поэтому Чарис решила немного отдохнуть, она все еще чувствовала легкую слабость от парализующего яда.
  
  Она плотно поела, не обращая внимания на насмешливые замечания друзей о барсианском аппетите, затем растянулась прямо на полу и погрузилась в полудрему. Чарис разбудил приход дикарей, которые принесли матрасы. Лежать что на них, что на каменном полу было одинаково неудобно, но ожидать других удобств не стоило.
  
  День клонился к вечеру. Были уже готовы три маски и пара перчаток. Уставшие инженеры уснули. Луиджи собрался завалиться спать, но Чарис окликнула его.
  
  - Будем дежурить, - сказала она. - Половину ночи ты, половину - я.
  
  Луиджи недоуменно изогнул брови.
  
  - Ты же говорила, что все в порядке.
  
  - Лишние предосторожности никогда не помешают. Кто знает, что придет в голову дикарям.
  
  По губам Луиджи скользнула слабая улыбка.
  
  - Ты неисправимый параноик, Чар.
  
  Но он честно отдежурил половину ночи, хотя ничего не нарушило покой Великого Коммунизма и его товарищей. Через окно доносились только отдаленные звуки джунглей, а вот шума города слышно не было. Казалось, здесь вообще не живут люди, и черные громады пирамид населяют лишь призраки былого величия.
  
  Утром, подкрепившись очередной порцией фруктов и жареного мяса, Чарис отправилась на разведку. Она хотела провести рекогносцировку местности: узнать, как расположены здания в городе, сколько людей здесь обитает. Она сомневалась, что ей позволят свободно разгуливать, но никто не пытался ее остановить.
  
  Чарис пошла по одной из улиц, радиусами расходящихся от центральной площади. По обеим сторонам от мощенной камнями дороги высились одно и двух этажные здания. Чарис сразу бросилась глаза запущенность. Стены оплели вьющиеся растения, между плит на дороге пробивалась трава. Город явно построили давным-давно. Оно и понятно, если он был творением рук колонистов, прилетевших сюда на ковчеге. С тех пор местное население постепенно деградировало. Это было заметно не только по зданиям, но и по людям, которые изредка встречались на пути Чарис или робко выглядывали из окон домов. На всех лицах лежала печать дикости и умственной неполноценности, у многих были физические дефекты. Даже взрослые казались детьми, они смотрели на Чарис с наивным любопытством пополам со страхом и восхищением.
  
  Гнетущее ощущение не покидало Чарис во время прогулки. Ее особенно неприятно поразил дурачок, сидящий на пороге одного из домов. Он сосал палец и смотрел в одну точку пустым взглядом. Чарис передернуло. Невольно снова всплыли воспоминания о безумии, которое когда-то уничтожило наемный флот Хвана. Но Чарис подавила желание вернуться в отведенный команде 'Ласточки' дом. Ей нужно было изучить город.
  
  Несколько часов она бродила по улицам. Город по меркам человека, видевшего планеты, чья поверхность полностью покрыта тысячиэтажными высотками, казался маленьким. Но даже так он был заселен едва ли наполовину, многие дома стояли пустыми.
  
  Чарис прикинула, что местное население составляет человек сто, не больше. Из них сорок-пятьдесят воинов, вооруженных копьями и длинными деревянными трубками. Чарис сумела жестами попросить одного из мужчин показать ей такую. Именно из нее посылались дротики с ядом. Воин делал глубокий вдох, прикладывал трубку к губам и выдыхал. Забавное оружие. Вроде бы примитивное, но эффективное даже против барсианца, напичканного нанитами.
  
  'Если они нападут всей толпой, даже я с ними не справлюсь', - раздумывала Чарис, возвращаясь к центральной площади.
  
  Простая и понятная планировка города и врожденное чувство направления помогли ей не заблудиться.
  
  Лучше всего попробовать удрать на сегодняшнем празднике. В суматохе можно легко затеряться в толпе. К тому же, какой праздник без выпивки? Дикари наверняка надерутся в хлам.
  
  Чарис ускорила шаг, спеша поделиться планом с остальными. Она вышла на площадь и... затормозила так, что у него из-под ступней едва не повалил пар. Ей открылось зрелище, достойное войти в голофильм про времена древних Галактических Империй.
  
  Посреди площади на деревянном троне, обильно украшенном потускневшим от времени золотом, восседал Луиджи. Его голову венчала невообразимая корона из ярких перьев (наверняка выдранных из хвостов попугаев), на груди покоилось массивное золотое ожерелье. Возле трона стояли две девушки. Одна держала над головой Луиджи большой пальмовый лист, защищая его от солнца. Другая обмахивала божество опахалом, которое представляло собой длинную палку с закрепленными на конце пушистыми розовыми перьями. Третья девушка массажировала босые ступни Луиджи, возлежащие на скамеечке для ног. Еще одна дама устроилась у подножия трона и выводила с помощью дудки ужасающую скрипучую мелодию, призванную усладить слух Великого Коммунизма.
  
  Неподалеку на деревянном столе лежал разомлевший Тоби. Девушка делала ему массаж спины, и, судя по блаженному выражению на вечно кислой физиономии Тоби, очень профессионально.
  
  Чарис стремительно подошла к Луиджи и нависла над ним, как карающий судья.
  
  - Что за хрень тут твориться?
  
  Луиджи широко улыбнулся и раскинул руки, будто пытаясь обнять свой гарем.
  
  - Девчата решили немного послужить великому мне, я просто не смог отказать. Знаешь, мне уже начинает здесь нравиться. Бесплатная еда, массаж...
  
  - ...И чудесная музыка.
  
  - Не куксись. Хочешь, я попрошу девочек размять тебе плечи. Отлично расслабляет. Тебе не помешает.
  
  - Нет, спасибо. Лучше скажи, куда делась Келли-Келли. Местные мужчины делают ей приватный массаж?
  
  Луиджи обеспокоенно повертел головой.
  
  - Пять минут назад она была здесь! Черные дыры! Только отвернулся, а ее уже и след простыл!
  
  Чарис закатила глаза.
  
  - Кажется, я знаю, куда понесло нашу горе-исследовательницу.
  
  Она решительно направилась к возвышающейся возле площади громаде ковчега. За спиной у нее послышался шум. Луиджи пытался вырваться из цепких ручек поклонниц, но это оказалось не так-то просто. Девушки повисли на нем и голосили, видимо, умоляя не покидать их. Чарис решила не вмешиваться. Пусть звезда сполна насладиться популярностью.
  
  Келли-Келли, как и ожидала Чарис, обнаружилась возле ковчега. Она не могла упустить возможность осмотреть такую древнюю технику, хотя на ногах ее наверняка удерживало только упрямство и азарт первооткрывателя. С помощью своих удлиняющихся рук Келли-Келли забралась к одному из шлюзов ковчега, находящемуся метрах в десяти над землей, и теперь пыталась его открыть. Но заржавевшие за тысячелетия замки не поддавались даже ее униключу.
  
  - Живо слезай! - крикнула Чарис, сложив ладони рупором.
  
  Келли-Келли обернулась и помотала головой.
  
  - Не раньше, чем попаду внутрь!
  
  - Слезай или я стяну тебя на землю!
  
  В ответ Чарис получила только насмешливое хихиканье.
  
  - Нам не страшна злая барсианка, нам не страшна злая барсианка, - принялась напевать Келли-Келли, возясь с замком шлюза.
  
  Чарис задумалась, как поступить: стянуть Келли-Келли вниз или плюнуть на все и отправиться на сеанс массажа. Но ведь идиотка может сорваться и разбиться. Едва Чарис подумала об этом, что-то громко хрустнуло. От ржавого замка отвалился кусок. Келли-Келли потеряла равновесие, опасно балансируя на ободке шлюза. Секунда, и она полетела вниз.
  
  Чарис бросилась вперед, вытянув руки. Но ей не пришлось ловить Келли-Келли. Та успела уцепиться пальцами за наполовину оторванную панель обшивки и повиснуть в нескольких метрах над землей.
  
  - Отпусти! Я тебя поймаю! - крикнула Чарис.
  
  Келли-Келли не спешила подчиняться. Она подтянулась, перекинула худенькое тело через край металлической панели. Она двигалась с проворностью робота-ремонтника и распласталась на поверхности ковчега, как амеба.
  
  - Дурища. А если бы ты не удержалась? Твои гениальные мозги размазались бы по камню, - прокричала снизу Чарис. - Спускайся.
  
  - Неа!
  
  Келли-Келли, цепляясь за какие-то незаметные выступы в обшивке, полезла назад к шлюзу. Со стороны казалось, что у нее на руках перчатки-прилипалы.
  
  - Ладно, мое дело предупредить!
  
  Чарис плюнула на упрямую девчонку и пошла назад. В конце концов, Келли-Келли уже совершеннолетняя и должна сама отвечать за свои поступки. Надо быстрее убираться из города, не то она свернет себе шею.
  
  Когда Чарис вернулась обратно к центру площади, Луиджи все еще пытался отбиваться от настойчивых девушек. Он показывал жестами, что должен идти, пытался мягко увещевать, но куда там.
  
  - Спокойствие. Только спокойствие, - объявила Чарис.
  
  Луиджи, к радости поклонниц, плюхнулся назад на кресло. Тоби чуть приподнял голову, взглянул на Чарис и спросил:
  
  - Келли-Келли еще не залезла в ковчег?
  
  - И не залезет, - Чарис устало воздохнула.
  
  - На самом деле было бы неплохо исследовать корабль. Может быть, там найдется что-нибудь ценное. Металлы, приборы, топливо, - Луиджи небрежно взвесил на руке ожерелье. - А то у местных одно золото. Они готовы мне его подарить, но толку-то с него. Разве что продать историкам.
  
  - Что я слышу? Наш капитан собирается обчистить древний ковчег? - саркастично осведомилась Чарис.
  
  Луиджи сделал большие глаза.
  
  - Обчистить? Нет-нет, только кое-что позаимствовать. В качестве компенсации морального ущерба.
  
  Жестоко травмированному Луиджи как раз в этот момент начали разминать плечи, и он блажено застонал.
  
  Послышался тысячиэтажный мат, от ковчега бежала Келли-Келли. Как скоростной экспресс она пронеслась мимо Чарис и подлетела к платформе с контейнерами, которая все еще стояла на краю площади.
  
  - Поганый шлюз не открывается! Нужен квантовый резак!
  
  Келли-Келли открывала контейнеры, рылась в них, кое-что выкидывая прямо на мостовую.
  
  - Старсионный детрибель, - комментировал Тоби, чуть приподняв голову. - Универсальный детектор излучений. Заклепщик... Интересно, кто его положил?
  
  Определенно в джунглях без заклепщика не обойтись.
  
  Вещи продолжали лететь на мостовую, но квантовый резак не находился. Возможно, Келли-Келли забыла его положить, увлеченная упаковкой заклепщика и детрибля.
  
  - Может, свяжем ее опять? - флегматично предложила Чарис.
  
  Луиджи смотрел на Келли-Келли с умилением, на его лице без труда можно было прочесть радость от того, что с ней все в порядке. Пусть бегает, кричит, совершает глупости. Главное, что она жива и здорова.
  
  - Не поможет. Лучше сразу залить в сталепластик.
  
  Девушки изредка отвлекались от ублажения божества и поглядывали на устроенный Келли-Келли погром со смесью туповатого любопытства и страха.
  
  Пожалуй, не стоило им демонстрировать содержимое багажа визитеров из будущего.
  
  Чарис неспешно подошла к Келли-Келли, которая распотрошила очередной контейнер, и осведомилась:
  
  - Груз тоже будешь выбрасывать?
  
  - Чари, похоже, я забыла квантовый резак, - упавшим голосом сообщила Келли-Келли, не обратив внимания на ее вопрос.
  
  - Вот и хорошо. Теперь сложи-ка все на место, а то еще дикарям взбредет в голову поиграть с детриблем и кто-нибудь из них отрежет себе ногу или голову.
  
  Бормоча под нос что-то про другой способ открыть шлюз, Келли-Келли начала собирать разбросанные вещи. Чарис помогала ей и пыталась придумать, как бы отвадить ее от ковчега, не прибегая к насилию. Неожиданно помощь пришла со стороны. Из незаметной двери у основания пирамиды показались председатели во главе с Интером. Они почтительно приблизились к трону Луиджи, и Келли-Келли пришлось волей-неволей выполнять обязанности переводчицы.
  
  Интер сообщил, что скоро начнется торжественное шествие Великого Коммунизма по городу. Из прохода в основании пирамиды вышли друг за другом десять воинов. Их загорелые тела блестели на солнце, на груди каждого горела нарисованная красным звезда.
  
  Четыре воина несли носилки с троном, куда пересадили Луиджи. Девушки-массажистки оперативно разбежались. Тоби, кряхтя, поднялся со своего ложа и подковылял к Луиджи. Тот через Келли-Келли пытался добиться от Интера кресел для своих друзей, но старик вежливо возражал. Пока происходила вся суматоха, Чарис незаметно достала из контейнера газовые гранаты и спрятала их во внутренних карманах своей куртки.
  
  Воины подняли носилки с Луиджи на плечи и потащили к самой широкой улице, ведущей от площади. Вернувшиеся девушки принесли странные, сплетенные из веток контейнеры. Они были наполнены лепестками цветов, источавших удушающий, приторный аромат. Девушки принялись бросать лепестки под ноги воинам, несущим носилки. Еще несколько девушек совершали причудливые движения, похожие на танец. Следом за ними двигались воины, они высоко держали копья, изредка громко вскрикивая.
  
  Возглавляли процессию председатели, впереди всех шел Интер. Он достал откуда-то два непонятных предмета, Чарис вспомнила, что видела их на барельефах. Молот и... пожалуй это можно было считать ножом, только он был изогнут, как полумесяц.
  
  'Похоже на оружие', - Чарис насторожилась.
  
  Вполне возможно, что у этих молота и ножа не только символический смысл.
  
  Команда 'Ласточки' шла возле носилок. Луиджи держался молодцом, совершенно не растерялся и напустил на себя величественный вид. Хоть сейчас сажай его на трон Бретани или еще какой-нибудь империи. Келли-Келли помахала ему рукой и отпустила пару шуточек, но Луиджи остался невозмутим.
  
  - Не отвлекай его, если во время церемонии что-то пойдет не так, толпа нас растерзает, - прошептал Тоби.
  
  Процессия вышла на широкую улицу, по обеим сторонам которой толпился народ. Люди махали красными флагами и скандировали какие-то лозунги. Цепочка воинов удерживала особенно ретивых, которые рвались к носилкам Великого Коммунизма.
  
  Луиджи махал толпе, поворачиваясь туда-сюда. На лицах людей читалась искренняя радость.
  
  - Они так счастливы, - шепнул Тоби. - Даже совестно их обманывать.
  
  - Ага, жалко бедняжек, - поддержала его Келли-Келли.
  
  Чарис недоуменно покосилась на них. Ей даже в голову не пришло жалеть дикарей.
  
  - Для справки: эти бедняжки хотели нас казнить, - сухо заметила она.
  
  - Все равно как-то неудобно, - пробормотал Тоби.
  
  - Неудобно ходить в туалет в вакууме, все остальное - удобно.
  
  На грубую отповедь Чарис Тоби изволил наморщить нос, но замолчал.
  
  Процессия медленно двигалась по улице. Луиджи старательно махал и улыбался, как будто всю жизнь только этим и занимался. Приветствовавшие его люди пристраивались за носилками. В их выкриках Чарис расслышала знакомые слова 'коммунизм', 'капиталисты' и 'пролетариат'. Интересно, они хоть сами знали, что это значит?
  
  Вся процессия чем-то напомнила Чарис праздничные военные парады на Барсе, разве что там обходились без цветочков, да и толпа была не такой дикой. Но ассоциация все равно была неприятной. Чарис уже заметила достаточно мелких сходств с басрианской культурой. В древних хрониках говорилось, что часть первых колонистов Барсы были выходцами из Великой Славии, и мысль о том, что ее связывает пусть и дальнее, но родство с дикарями, удовольствия не доставляла.
  
  Процессия прошла по нескольким улицам и вернулась назад на площадь, к этому времени в нее влилось все население города.
  
  Когда носилки поставили у подножья главной пирамиды, Луиджи улучил минутку и шепнул друзьям:
  
  - У меня сейчас рука отвалиться и рожа треснет. Теперь я верю в россказни о том, что всех политиков на церемониях заменяют андроиды...
  
  Келли-Келли прыснула.
  
  - Секси-андроиды фирмы 'Факенвер'? О-о-о, они наверняка заменяют этих развалин, держащихся на нестарине, не только на церемониях!
  
  У Чарис желания поддержать шутку не было, она резко сказала:
  
  - План прост. Как только вся эта толпа напьется, мы делаем ноги. Дымовые гранаты скроют нас, если понадобится. Вы залезете на платформу, и я вывезу вас вместе с грузом в джунгли.
  
  - Главное, чтобы до этого Интер не принес меня в жертву богу Коммунизма, - Луиджи криво ухмыльнулся.
  
  Интер отдал команду воинам, те с дружным 'ух!' вновь подняли носилки на плечи. Тяжело шагая, они начали подниматься по лестнице, ведущей на вершину пирамиды. Команде 'Ласточки' ничего не оставалось, как брести следом. Чарис никогда прежде не поднималась по такой длинной лестнице, но, привычная к физическим нагрузкам, шагала легко. Недавно выздоровевшие инженеры быстро выдохлись и остановились передохнуть.
  
  - Почему они не простроили лифт? - сокрушалась Келли-Келли, с завистью поглядывая на сидящего на троне Луиджи.
  
  - Лучше спроси, почему они вообще построили такую громадину, - пропыхтел Тоби. - Это же нецелесообразно.
  
  - Нашел где искать целесообразность.
  
  Как ни странно, три старика-председателя давали инженерам фору и бодренько поднимались по ступенькам, словно только недавно прошли процедуру омоложения на планете Генного Синдиката. Хотя если пирамида культовое сооружение, то старички наверняка поднимались на ее вершину настолько часто, что успели натренироваться.
  
  Минут через двадцать кряхтения, сопения, уханья и жалоб Келли-Келли вся компания поднялась на верхнюю площадку пирамиды. Здесь располагалось маленькое, одноэтажное здание без окон, за его дверным проемом притаился густой мрак. Стену строения украшал всего один, зато крупный барельеф - профили троих мужчин: бородатого, усатого и уже знакомого по голографии лысого с бородкой.
  
  С площадки открывался вид на город и обступающие его джунгли. С такой высоты было не видно следов запустения и разрухи, город казался величественным и даже красивым, особой, мрачной красотой. Сгущающиеся сумерки окутывали древние дома, последние лучи заходящего солнца отбрасывали темно-алые блики на серую каменную кладку. Атмосфера немного зловещая. Но не отличавшаяся чувствительностью Чарис едва отметила необычный пейзаж. Она внимательно наблюдала за тем, что происходит на площади. Народ поджог несколько костров, начиналось буйное веселье. Наверх долетали визгливые крики, нестройное пение. Тонкое обаяние Чарис уловило запах алкоголя и жарящегося мяса.
  
  Носилки поставили на краю площадки. Как оказалось, возле маленького здания все уже было приготовлено к пиру: несколько больших кувшинов из материала, который Тоби окрестил 'глиной', зажаренная туша какого-то зверя, корзина с фруктами. Воины зажгли огонь в факелах (это мудреное слово тоже вспомнил Тоби) по четырем сторонам площадки и удалились вниз.
  
  Интер поднес Луиджи золотой кубок с местным пойлом, и тени, упавшие на его лицо, придали ему жутковатое выражение. Чарис не нравился хитрый старик, она подозревала, что он задумал гадость. Но вот какую?
  
  Один из кувшинов поставили возле товарищей Великого Коммунизма и всем вручили кубки. Чарис зачерпнула немного напитка. Золотистая жидкость пахла странно, мятой и еще чем-то незнакомым.
  
  - Эй, не вздумай это пить, пока Тоби не проверит анализатором! - рявкнула Чарис Луиджи, который уже собрался опрокинуть в себя кубок.
  
  Председатели подозрительно смотрели, как Тоби вылил немного жидкости в емкость анализатора. Когда вспыхнула зеленая лампочка, они дружно попятились назад, а один скрестил два пальца - наверняка жест, отгоняющий зло.
  
  - Можно пить, - сообщил Тоби и строго взглянул на Луиджи. - Только не налегай особо.
  
  Луиджи сделал большие, честные глаза.
  
  - Налегать? Да никогда!
  
  Он тут же залпом осушил кубок и закусил куском жареного мяса, которое дотошный Тоби тоже проверил на анализаторе. Председатели окружили трон Луиджи и наперебой предлагали ему разные местные яства, старательно подливали выпивку.
  
  Команде 'Ласточки' тронов не предложили, им пришлось расположиться прямо на голых каменных плитах, которыми была вымощена площадка. Инженеры дегустировали местную кухню, пытаясь угадать, что едят. Чарис тоже не брезговала едой, практично рассудив, что бесплатная жратва никогда не бывает лишней. Вскоре она заметила, что Интер бросает на них взгляды исподтишка. Тогда она взяла свой кубок и демонстративно погрузила в кувшин. На самом деле Чарис не наполнила его, но сделала вид, что пьет.
  
  Когда Интер отвернулся, Чарис дернула Келли-Келли за рукав и прошипела:
  
  - Делай вид, что пьешь. Передай Тоби.
  
  Что-что, а соображала Келли-Келли быстро. Не задавая лишних вопросов, она кивнула и подошла к Тоби. Теперь все трое топтались возле кувшина, изображая любителей дармовой выпивки. Келли-Келли даже умудрилась пару раз зачерпнуть напиток и незаметно выплеснуть его через край площадки.
  
  - Думаешь, они пытаются нас споить? - тихо спросил Тоби.
  
  - Не знаю, но в любом случае лучше иметь трезвый рассудок, - ответила Чарис.
  
  - Как же Лу? - забеспокоилась Келли-Келли. - Его тоже надо предупредить!
  
  - Председатели все время крутятся возле него, он не сможет незаметно выливать выпивку. Если он не будет пить, это вызовет подозрение, - задумчиво сказал Тоби.
  
  Чарис усмехнулась.
  
  - За него не стоит волноваться.
  
  Стремительно темнело, и с темнотой гуляние набирало обороты. Загрохотали барабаны. На площади оказалась прекрасная акустика, звук казался настолько плотным, что его можно было потрогать рукой.
  
  Ритмичные удары походили на стук гигантского сердца или на грохот двигателя древней машины. Мощный. Монотонный. Отдающийся дрожью во всем существе.
  
  Под звуки барабанов дикари начали танцевать. Вокруг костров извивались темные фигуры. Свет очерчивал алыми контурами вскинутые руки, взъерошенные волосы, неестественно изогнутые спины. Все это действо казалось сюрреалистичным сном, какие продают в фирмах сновидческих путешествий.
  
  Грохот барабанов, дикая пляска, иступленные вскрики - все сливалось в причудливый хоровод, который был готов подхватить четырех представителей космической цивилизации и унести с собой в первобытную эру мрака и крови. Но Чарис была слишком хладнокровна, чтобы поддаваться общему настрою. Сперва она почувствовала легкий всплеск незнакомых эмоций, но рассудок легко скомкал их и отбросил. Чарис отрешенно наблюдала за дикарским празднеством и выжидая удобного момента для побега.
  
  Ее спутники не могли похвастаться такой невозмутимостью. Келли-Келли вскочила и стала кружиться, резко вскидывая руки каждый раз, когда кто-то в толпе на площади громко кричал 'Хэй-я!'. Тоби притоптывал ногой и странно смотрел на нее. В темноте его глаза блестели, на губах блуждала загадочная полуулыбка.
  
  Луиджи неожиданно спрыгнул со своего трона, звонко хлопнул себя по коленям и пустился в пляс вокруг Келли-Келли. Он приседал и выкидывал коленца, председатели радостно хлопали.
  
  В первое мгновение Чарис просто обалдела, наблюдая за сбрендившими друзьями, захваченными первобытными инстинктами. Сдержанная от природы она подсознательно считала, что и другие могут легко себя контролировать. Просто должны! Ведь это естественно.
  
  'Мда, опять забыла что-то, что естественно для меня, но не естественно для других'.
  
  Она поймала Луиджи за плечи и хорошенько встряхнула так, что его голова замоталась из стороны в сторону.
  
  - Эй! Очнись! Или ты собрался напялить набедренную повязку и прыгать в джунглях по деревьям?
  
  Луиджи удивленно уставился на нее, словно только что проснулся. Председатели, вопя, как разъяренные коты, бросились на защиту Великого Коммунизма. Интер вцепился Чарис в руку, но она легко отбросила его, чуть поведя плечом. Луиджи пришел в себя и начал успокаивать свою свиту.
  
  - Все в прядке. Это было просто дружеское объятие.
  
  Прекратившая доисторические танцы Келли-Келли поспешила перевести его слова. Председатели успокоились, но старый говнюк Интер продолжал подозрительно зыркать на Чарис.
  
  - Великий Коммунизм не может позволить себя веселиться, пока вся Вселенная не будет очищена от злобных капиталистов, - с пафосом объявил Луиджи. - Я полон тяжких дум о будущем, но когда я наблюдаю, как радуется народ, мое сердце наполняется счастьем.
  
  - Во загнул, - пробормотала Келли-Келли, но старательно перевела.
  
  Такое объяснение окончательно умиротворило председателей. Луиджи вернулся на трон, и пиршество продолжилось.
  
  Тоби схватил здоровый кусок мяса и молча вгрызся в него, стараясь ни на кого не смотреть. Даже в полумраке было заметно, как горят его щеки. Чарис усмехнулась, представляя, какие мысли блуждают в голове этого чопорного скромника.
  
  Когда взошла полная луна, празднество достигло кульминации. Умолкли барабаны, прекратились танцы. В наступившей тишине раздался сильный голос Интера.
  
  - Плетет что-то о воцарении коммунизма, светлом будущем и еще какую-то лабуду, - сказала Келли-Келли.
  
  Похоже, дикари понимали его гораздо лучше или просто привыкли воспринимать речь Первого Председателя, как глас свыше, хотя и не знали значения сложных слов. Когда Интер замолчал и высоко поднял молот и изогнутый нож, они разразились бурными криками.
  
  Интер обратился к Луиджи, прося его спеть. Тот с готовностью затянул 'Мы рождены, чтобы сказку сделать былью'. Дикари подхватили, и над площадью загремела песня.
  
  Келли-Келли цокнула языком, глядя на беснующуюся в экстазе толпу.
  
  - Я такого даже на концертах Вилли-Сладкой-Боли не видела.
  
  - По сравнению с ним даже Лу поет гениально, - заметил Тоби.
  
  - Эй, Вилли крут!
  
  Чарис шикнула на них.
  
  - Будьте наготове.
  
  Отзвучал последний куплет, толпа закричала в едином порыве: 'Коммунизм! Коммунизм!'.
  
  - Да придет коммунизм! - объявил Интер.
  
  И со всего размаху полоснул Луиджи ножом по горлу.
  
  Видимо, Интер рассчитывал на силу местного пойла. Бедняга не знал, что для того, чтобы довести Луиджи Феррара до состояния нестояния, нужно что-то посильнее желтенькой водички с запахом мяты.
  
  Луиджи перехватил руку Интера, сжал его запястье в стальных тисках своих пальцев и легко, словно мягкую игрушку, перебросил Интера через трон. Чарис понадеялась, что мерзкий старикашка сломал шею. Сама она прыгнула вперед и сшибла второго председателя. Третий кинулся к ней, размахивая ножом, но Чарис встретила его ударом в солнечное сплетение. Старик согнулся пополам и осел на каменные плиты.
  
  На площади пока не поняли, что произошло, толпа неистовствовала в ожидании крови жертвы. То, что Луиджи собирались принести в жертву, теперь было очевидно.
  
  Дикари-психопаты.
  
  Чарис кинула на лестницу газовую гранату, и облако сизого дыма на время скрыло площадку от глаз толпы.
  
  - Пора валить! - рявкнула она.
  
  Луиджи о чем-то пошептался с Келли-Келли и объявил:
  
  - Есть идея! Напугаем их!
  
  Он нажал на своем комме кнопку, приблизил губы к динамику и заговорил. Его голос гулко разнесся над площадью, Чарис не поняла ни слова, но по тону догадалась, что Луиджи грозит дикарям страшными карами за покушение на священную особу Великого Коммунизма.
  
  Келли-Келли тем временем что-то подкрутила на своем комме. В воздухе над площадкой появились сияющие всеми цветами радуги голограммы, призванные устрашить толпу. Судя по донесшимся снизу волям ужаса, ее затея удалась.
  
  Тоби достал из-за пазухи маски и перчатки и раздал друзьям. Взявшись за руки, они цепочкой вошли в дымовую завесу. Чарис шла впереди, ее чувство направление позволяло найти дорогу даже при нулевой видимости, но пока этого и не требовалось: на прямой лестнице было трудно сбиться с пути.
  
  Дым постепенно рассеивался. Вот уже стала видна площадь и мечущиеся на ней фигуры. Кое-кто из дикарей упал на землю, будто пытаясь зарыться в нее. Другие бегали, размахивали руками и кричали. Несколько воинов опасливо поднимались по лестнице. Завидев команду 'Ласточки', они сначала застыли, удивленные их новыми нарядами. Еще бы, на каждом была маска с узкими прорезями для глаз и перчатки. Для дикарей они наверняка выглядели как монстры.
  
  Воспользовавшись замешательством противников, Чарис прыгнула сверху прямо на них. Одному из воинов повезло меньше всех, Чарис приземлилась коленями прямо ему на физиономию. Предсмертный крик потонул в треске ломающихся костей. Воин упал, Чарис воспользовалась им, как подушкой, и еще полулежа на его трупе, сделала подсечку, отправляя на встречу с камнями лестницы второго воина. Третий замахнулся на нее копьем, но она легко вырвала у него оружие и заехала древком по шее.
  
  Вдруг Чарис ощутила легкий толчок в шею. Скосив глаза, она увидела торчащий из ткани маски дротик с белым оперением.
  
  'Ага, вот и супероружие. Привет-привет, давно не виделись'.
  
  Трое воинов, прижимая к губам длинные трубки, отправляли в Чарис дротик за дротиком. Но плотная ткань одежды принимала на себя удары, дротики застревали в ней и не касались кожи. Чарис врезалась в ряды воинов и за пару секунд раскидала их, наградив переломами разной степени тяжести.
  
  Рядом Луиджи сцепился с двумя дикарями. Поняв, что дротики не помогают, они напали на него с копьями. Луиджи обхватил оба древка, зажал их под мышками и закружился на месте, устроив воинам карусель-тошнилку. Они разжали руки и разлетелись в разные стороны. Луиджи с видимым трудом остановился, покачнулся, его повело в сторону, но он уперся одним из копий в стык между камней и удержался на ногах. Заметив Чарис, он лихо подмигнул ей.
  
  Но времени на отдых не было. Со стороны площади уже бежали новые воины. Чарис швырнула в них дымовую гранату и обернулась, проверяя, где инженеры. Келли-Келли и Тоби, вот умницы, воспользовались суматохой драки и просочились вниз по лестнице. Они бочком-бочком пробирались в тени пирамиды к платформе.
  
  Луиджи поспешил за ними, Чарис, чтобы усилить панику, кинула в толпу еще одну газовую гранату и побежала следом.
  
  Дым, берущийся непонятно откуда, совсем напугал дикарей. Воздух звенел от криков и ругани, которую можно было без труда распознать, на каком бы языке ни изрыгали проклятия. Под эту свистопляску команда 'Ласточки' без помех добралась до платформы.
  
  - Покатаемся на аттракционе 'Это Барса!', - объявила Чарис. - Все - на платформу.
  
  Остальные не стали возражать. За последнее время они привыкли к тому, что в опасных ситуациях Чарис берет командование на себя. Даже Келли-Келли не спорила, хотя наверняка ей просто хотелось покататься.
  
  Когда все устроились на платформе, Чарис взялась за ручки и крикнула:
  
  - Держитесь!
  
  Она перераспределила наниты, переместив большую их часть в кровяные сосуды в ногах. Затем перевела их в тридцатипроцентный режим. Сила наполнила ее мышцы, и Чарис сорвалась с места, как кар на знаменитых гонках Туманности Андромеды.
  
  Она бежала с такой скоростью, что древние плиты под ее ногами трескались, а ветер бешено свистел в ушах. Чарис неслась по главной улице, оставляя позади сумасшедших дикарей, их кровавые ритуалы и деградирующую культуру. В вое ветра она слышала визг Келли-Келли, веселые ругательства Луиджи и причитания Тоби. Но вдруг раздался другой звук. Чарис узнала голос Интера.
  
  'Да когда же ты сдохнешь, старый пердун! Ты что, бессмертный?!'
  
  Наверняка Интер пытался успокоить свой народ и созывал воинов в погоню. И точно, вскоре позади и сбоку зазвучал топот множества ног. Копье с хищно сверкающим наконечником просвистело в опасной близости от щеки Чарис так, что она ощутила запах стали, жаждущей теплой крови.
  
  С крыши одного из домов, стоящих по обеим сторонам улицы, на платформу прыгнул полуобнаженный воин. Свет луны высветил налитые силой бицепсы и лезвие меча. Луиджи сцепился с ним в ломающих кости объятиях.
  
  Миг было непонятно, кто же возьмет верх. Но вот Луиджи взревел не хуже любого дикаря и, подняв воина над головой, скинул его с платформы.
  
  Чарис наблюдала за схваткой, не в силах помочь. Сейчас ей нужно было бежать как можно быстрее. Стальные накладки на подошвах ее ботинок высекали искры из камней. Мышцы на бедрах напрягались, точно титановые тросы в погрузочном цехе.
  
  С боковых улиц выпрыгивали дикари, стреляли в платформу из трубок, метали копья. Команда 'Ласточки' в ответ палила из бластеров, прячась за ящиками, как солдаты за щитами-отражателями. Даже пацифист-Тоби жал на курок без колебаний. Сейчас не время для высоконравственных рассуждений. Келли-Келли нашла лучемет и принялась палить из него, жутко хохоча.
  
  Одно из копий скользнуло по плечу Чарис, прорвав ткань куртки и расцарапав кожу до крови. Другое едва не попало в голову.
  
  Джунгли стремительно приближались. Еще чуть-чуть, и платформа окажется под спасительной сенью деревьев, там можно будет легко затеряться.
  
  'Пора поднажать'.
  
  Чарис дала нанитам мысленную команду, включая пятидесятипроцентный режим.
  
  Окружающее слилось для нее в сплошную черную массу, от ускорения зазвенело в ушах, и заныли зубы. Она уже не видела ни воинов-дикарей, ни своих друзей. Она просто бежала вперед.
  
  - Дерево! - раздался вдруг полный страха крик. - Сворачивай вправо! Вправо!
  
  Чарис подчинилась и только потом поняла, что раз появились деревья, значит, они уже в джунглях. Она уменьшила процент использования нанитов. Мышцы противно ныли, но Чарис продолжала бежать, привычно игнорируя боль. Теперь она видела деревья и старалась лавировать между ними, хотя это было непросто с большой платформой. Сзади раздавались крики и стоны.
  
  - Похоже, нас не преследуют, - обернувшись, Луиджи тщетно пытался вглядываться во мрак.
  
  Чарис тоже обернулась. Стволы деревьев и густые кусты уже заслонили от них роковой город.
  
  - Давайте постараемся уйти как можно дальше, - сказала она. - Сверьтесь с навигатором, чтобы я не сбилась с пути.
  
  Еще полчаса они двигались на север, пока Чарис не убедилась в отсутствии погони. Только тогда она остановилась, выключила наниты и позволила своему уставшему телу рухнуть прямо на землю. Спрыгнувший с платформы Луиджи подбежал к ней, заботливо расстелил спальный мешок и помог ей перебраться на это жесткое ложе. Чарис двигалась с трудом, все тело ныло - обычное состояние после долгого использования нанитов. Сейчас ей хотелось просто полежать неподвижно, а потом наесться до отвала, восстанавливая потраченную энергию.
  
  Луиджи занялся устройством лагеря.
  
  Отряд отделался на диво легко. Кроме Чарис только Тоби был ранен в руку, но Луиджи еще во время бега через джунгли остановил ему кровь. Он, как настоящая медсестра, обработал раны товарищей и даже вызвался подежурить ночью.
  
  Еды у них не было, и Келли-Келли залезла на одно из деревьев, набрав желтых мясистых плодов. Почти все съела Чарис, остальные были не голодны после обильного пиршества.
  
  - Мне кусок в рот не лезет, как подумаю, что меня хотели принести в жертву, - пожаловался Луиджи.
  
  - А может, еще и съесть, - вставил Тоби. - Я читал о культах каннибалов.
  
  Луиджи передернуло, и он опасливо покосился на джунгли.
  
  - Они могли отправиться за нами в погоню.
  
  - Могли, - согласилась Чарис, отрываясь от сочного плода. - Поэтому мы не будем снимать маски и перчатки, как бы ни было жарко. Без парализующего яда дикари нам не страшны.
  
  Но то ли потомки колонистов побоялись преследовать Великого Коммунизма в полном хищников лесу, то ли не нашли следов отряда, но за все время пути до Касадора они больше не видели ни одного дикаря.
  
  - Может быть, нам сообщить о них правительству Славии? - предложил Луиджи. - Мне, если честно, немного совестно бросать этих людей в джунглях вдали от цивилизации. Они ведь вымрут.
  
  Чарис могла только в который раз подивиться его благородству и наивности.
  
  - Если бы они хотели, они бы давно вступили в контакт с властями Барбадоса, - практично заметила она. - Не стоит вмешиваться в их жизнь.
  
  - Им просто мешают предрассудки, - запальчиво возразил Тоби. - Мы должны помочь им вернуться в лоно цивилизации!
  
  - Дело ваше, - Чарис пожала плечами.
  
  Отряд без приключений (если не считать, что Келли-Келли чуть не стала жертвой очередного плотоядного растения) добрался до Касадора. В городе стоило большого труда получить катер. В местной администрации справедливо не хотели давать его каким-то ободранным, грязным придуркам. Пришлось звонить дону Херассилдо, который в весьма крепких, эмоциональных выражениях посоветовал местным снабдить отряд катером, иначе 'я буду медленно поджаривать на атомной горелке ваши ступни!'.
  
  В Касадоре отряд наконец-то смог воспользоваться благами цивилизации: ионным душем, синтезированной едой и пеноматрасами. Чарис была рада вернуться к комфорту, хотя она не слишком страдала от отсутствия удобств: во время военных операций иногда приходилось спать в невесомости вверх ногами. Но непривычная обстановка нервировала ее, а Касадор, пусть и выглядел как города в голофильмах об эпохе первых колоний, казался родным и знакомым. Затянутые в бетон улицы, здания из стали и пластика, аэромобили и только кое-где хилые деревца. Вот только в Касадоре, в отличие от передовых миров, они были настоящими, а не искусственными.
  
  - Эх, я немного скучаю по джунглям, - сказал Луиджи, глядя через иллюминатор катера на удаляющийся город. - Там так красиво и воздух особенный. Дышится легко.
  
  - И там столько всего необычного, - поддакнула Келли-Келли. - Надо было задержаться подольше. Помните тех лиловых бабочек? Я так и не поймала ни одной.
  
  - Я бы тоже не отказался еще побродить по джунглям, если бы не было опасности наткнуться на дикарей, - Тоби поморщился. - И на леопардикуса.
  
  - С нами же Чари, так что все будет тип-топ. Давайте когда поднакопим деньжат, сюда вернемся? А, Лу? А?
  
  Сама Чарис уже слишком привыкла к чудачествам друзей, чтобы чему-то удивляться и даже не стала возражать. Она откинулась на сидение и прикрыла глаза.
  
  - Если будут деньги, - донесся до нее голос Луиджи. - Все же в этот раз приключений было слишком много, сомневаюсь, что после ремонта 'Ласточки' у нас останется хоть одна лишняя кредитка.
  
  Его опасения оправдались. Из дона Херассилдо шантажом и уговорами удалось выбить не слишком много. На Барбадосе не нашлось некоторых деталей, и только изобретательность инженеров помогла залатать звездолет. Чарис ожидала, что 'Ласточка' развалится в пути на винтики, но героический кораблик кое-как дотащился до более развитых систем, и команда продолжила ремонт на Белтании.
  
  Вот тут то и пригодилась шкура леопардикуса. Чарис продала ее на черном рынке за сумму почти равную цене всего их груза. Даже осталось для нового визита в джунгли, но Чарис предусмотрительно не сообщила об этом остальным, отложила часть денег про запас, а часть отдала Луиджи. Их как раз хватило на ремонт 'Ласточки' и кое-какие полезные апгрейды.
  
  Через несколько дней команда отмечала в баре окончание ремонта и новый контракт на перевозку грузов, на сей раз на Цертанию, обычную планету в развитых системах.
  
  - Все-таки хоть и было интересно, я бы больше не хотел таких приключений, - сказал Тоби.
  
  - Тогда давайте выпьем за то, чтобы их не было! - Луиджи поднял свой бокал.
  
  Он, Тоби и Чарис дружно повернулись к Келли-Келли.
  
  - Больше никогда...
  
  - ... не жалуйся...
  
  - ... на скуку!
  
  Келли-Келли мило улыбнулась, в ее хитрых глазах читалось что угодно, но только не раскаяние.
  
  
  

Настоящее 3. Осторожно! Экстрибас!

  
  Васка переливалась всеми оттенками изумрудного в свете неоновых огней. Чарис еще немного полюбовалась, затем взяла бокал и одним махом осушила. Васка лавой протекла по горлу, фейерверком взорвалась в желудке. Чарис довольно крякнула и закусила куском синего мяса.
  
  - Как ты можешь это пить?
  
  Сидящий рядом за барной стойкой Тоби с сомнением посмотрел на пустой бокал. Чарис закатила глаза.
  
  - Почему все так удивляются, что я пью васку? Она отлично согревает. И вкусная.
  
  - Считать вкусным сочетание лимонов, мяты, имбиря и перца могут только славы... и ты.
  
  Чарис улыбнулась.
  
  - Ты забыл про корицу и сладкий сироп.
  
  Тоби передернуло.
  
  - Повтори, - велела Чарис роботу-бармену, вгоняя Тоби в еще больший шок. Бедняга пока не привык к тому, что она всегда пьет много самой ядреной васки.
  
  Бармен одной из своих многочисленных рук подхватил пустой стакан и укатил к другим выпивохам, облепившим стойку.
  
  - Ну и вкусы у вас, барсианцев, - проворчал Тоби.
  
  На самом деле любовь Чарис к такому непопулярному напитку объяснялась просто: несмотря на термоядерный вкус, алкоголя в нем почти не содержалось. Чарис не любила состояние опьянения, но сходить за компанию в бар всегда была не против. Да и отбиваться от коллектива не годится.
  
  - Сам-то, что пьешь? - Чарис кивком указала на малюсенькую стопочку Тоби. - Да тут же и на один глоток не хватит.
  
  Горделиво приосанившись, Тоби ответил чуть снисходительным тоном:
  
  - Саке нужно пить маленькими порциями. Это благородный напиток, а не какая-то там васка, которую ты глушишь бутылками.
  
  Чарис подперла щеку кулаком и приготовилась к длиннющей лекции. Саке, если она правильно помнила, напиток из Империи Трех Солнц, а о своей родине Тоби мог трепаться часами. Особенно, если примет на грудь.
  
  - На столичной планете сакэ принято распивать ночью, медленно потягивать из чарки, наслаждаясь видом выплывающих из-за горизонта лун...
  
  Ну, точно, Тоби сел на любимый звездолет и полетел в далекие дали.
  
  - ... Или в беседке в саду, среди цветущих глициний, слушая пение птиц.
  
  - Нам, грубым плебеям, недоступны высокие радости жителей Империи, - не без иронии заметила Чарис. - Почему же ты таскаешься с нами, а не попиваешь сакэ в саду под глициниями?
  
  - Так получилось, - уклончиво ответил Тоби и одним махом осушил чарку.
  
  Он почти не рассказывал о своем прошлом и причинах, заставивших его покинуть Империю. Узкоглазые снобы, как их прозвали в остальной части космоса, редко надолго покидали свой сектор, а уж переселялись из него единицы. Видимо, у Тоби на Родине были о-о-очень серьезные проблемы. Чарис все хотела расспросить о прошлом Тоби Луиджи, но за повседневными заботами забывала.
  
  'Стоит устроить допрос сейчас, под выпивку хорошо пойдет, - решила она. - Где кстати наш бедовый капитан?'
  
  Чарис обвела взглядом зал. В такой толпе сложно было кого-то найти. Здесь как всегда собралось множество космолетчиков, в глазах пестрело от ярких комбинезонов и светящихся в полумраке эмблем грузоперевозочных компаний. Кто-то сидел за столиками, кто-то прыгал на танцполе вокруг постаментов, на которых извивались прекрасные, обнаженные андроиды. С десяток здоровых бородачей, явно выходцев с Ориона, оккупировали барную стойку так плотно, что Чарис и Тоби едва нашли место (кое-кому пришлось показать крепкий барсианский кулак).
  
  Наконец, Чарис заметила знакомую грузную фигуру. Луиджи вальяжно развалился на уютном диванчике в дальнем конце зала, обнимая обеими руками пышногрудых девиц. И, похоже, что-то им вдохновенно вещал. Наверняка, очередную из многочисленных саг о приключениях бравого Луиджи Феррара и его крутого экипажа.
  
  В каждом порту, куда залетала 'Ласточка', у Луиджи находились знакомые дамочки. Именно во множественном числе. Если же он был на планете впервые, то со скоростью света обзаводился нужными для приятного времяпровождения связями.
  
  Чарис несколько раз краем уха слышала байки, которыми он щедро потчевал девиц. Оказывается, Луиджи в одиночку голыми руками расправился с бандой пиратов, пытавшихся захватить 'Ласточку', а потом еще и подбил их корабль. Чарис не стала говорить, что вообще-то пиратов перебила она. И злиться тоже не стала. На Луиджи вообще было невозможно по-настоящему разозлиться. К тому же почти в каждой истории он упоминал, что научился драться у 'могучей Чарис' и постоянно нахваливал своих 'умнейших инженеров'.
  
  С Луиджи все ясно, он нашел развлечение на всю ночь. Чарис покрутила головой в поисках последнего и самого проблемного члена экипажа. Ее привычка всегда следить за товарищами ей самой напоминала материнскую опеку. Как бы глупо это ни звучало.
  
  'От майора до няньки, крутое понижение в звании, однако... Ага, вон и Келли-Келли'.
  
  Точнее Чарис увидела ее удлиненные руки, вытянувшиеся над толпой, которая окружила уголок с игровыми автоматами. Келли-Келли наверняка опять на радость публике покоряла танцевальную игру. Оставалось надеяться, что в этот раз она не сломает автомат.
  
  - Ваша васка, - приятным баритоном сообщил робот-бармен, опустив на стойку бокал с изумрудной жидкостью.
  
  Чарис потянулась к напитку, но передумала и вместо этого достала из нагрудного кармана пластиковый портсигар. Если уж отдыхать - то по полной программе. Чарис бережно достала сигару, закурила и с наслаждением втянула ноздрями терпкий дым. Затем отпила васки. Жить, как говорится, хорошо!
  
  - Ты выглядишь такой довольной, - задумчиво проговорил Тоби, поигрывая пустой чаркой. - Пожалуй, я тоже попробую васку. Может быть, она не такая уж противная, как о ней рассказывают.
  
  Прищурившись, Чарис посмотрела на него сквозь сизый дым.
  
  - Ты уверен? Васка очень острая и...
  
  - Если не пробовать новое, то будешь всю жизнь топтаться на месте, - судя по тону Тоби, это был одна из цитат его любимого философа Мацубасэ, которым он сыпал к месту и не к месту.
  
  Он решительно махнул рукой, подзывая бармена.
  
  - Эй, мне стопку васки!
  
  Когда в Тоби просыпался исследователь, его было не удержать. Через полминуты бармен уже принес васку.
  
  - Лучше пей залпом, - посоветовала Чарис.
  
  Тоби так и поступил, одним махом опрокинул стопку. Он вздрогнул всем телом, лицо перекосилось.
  
  - Ну и гадость эта твоя васка, - прохрипел он, грохнув стопкой о стойку. - Горькая... Острая... Фу...
  
  - Закуси.
  
  Чарис подвинула к Тоби свою тарелку с жареным мясом. Он сгреб сразу несколько кусков, запихал в рот и проглотил, почти не прожевывая.
  
  - У-у-у, мерзкий привкус ничем не перебить! У меня весь рот горит!
  
  Тоби высунул язык, казалось, он вот-вот начнет выдыхать огонь. Сочувствующая Чарис подозвала бармена и попросила воды.
  
  - Зато теперь ты можешь похвастать перед Келли-Келли, что пробовал васку, - попыталась она приободрить Тоби.
  
  Даже при слабом освещении было заметно, как он побледнел.
  
  - Похоже, мне нехорошо, - слабым голосом сообщил он.
  
  Тоби выскочил из-за стойки и с завидной скоростью припустил в уборную. Чарис потушила сигару в пепельнице, аккуратно положила обратно в контейнер и направилась следом. Она прислонилась плечом к косяку возле двери с набором треугольников и кружков, призванным изобразить фигуру мужчины. До нее доносился шум воды, перемежаемый характерными хрипами.
  
  Чарис сняла с пояса мини-аптечку и перебрала капсулы. Найдя нужную, постучала в дверь.
  
  - У меня есть таблетка от отравления. Дать?
  
  - Да-а-ать, - жалобно донеслось в ответ.
  
  Дверь чуть-чуть приоткрылась, оттуда показалась дрожащая рука и быстро схватила капсулу с раскрытой ладони Чарис. Плеск воды и чмоканье возвестили о том, что Тоби проглотил таблетку, запив водой из-под крана.
  
  - Ты всегда берешь с собой в бар набор таблеток? - судя по голосу, он почувствовал себя немного лучше.
  
  - Бери выше. Я всегда ношу с собой мини-аптечку. Мало ли что может случиться.
  
  Раздался едва слышный смешок.
  
  - Знаешь, на моей родной планете водятся такие запасливые зверюшки...
  
  - Белки? - подсказала Чарис.
  
  - Нет. Мы называем их дороборы. У них сумка на животе, в которой они носят собранные ягоды и орехи.
  
  Чарис грустно улыбнулась. Сравнение Тоби напомнило ей о прошлом. Сердце кольнула тоска.
  
  - Один друг всегда дразнил меня запасливой белкой, - тихо проговорила она.
  
  - А где он сейчас? - спросил Тоби.
  
  Как бы он ни старался разыгрывать невозмутимость, на самом деле он был жутко любопытным.
  
  - Мертв, - коротко ответила Чарис.
  
  За дверью повисла тишина.
  
  - Извини.
  
  Выглянув наружу, Тоби виновато посмотрел на Чарис.
  
  - Ничего страшного, - самым беззаботным тоном ответила она.
  
  Чарис сама бы не могла сказать, чего в воспоминаниях о старых друзьях было больше: радости или боли. Наверное, и того и другого.
  
  - Ты иди, развлекайся, - сконфужено сказал Тоби. - Я тут еще немного... кмх... побуду.
  
  - С тобой точно все нормально?
  
  - Да. Умоюсь, прополощу горло, и все будет отлично. Спасибо большое за таблетку.
  
  Чарис усмехнулась.
  
  - Обращайся.
  
  Она пошла назад к стойке, но на полпути что-то мягкое врезалось ей в спину и тонкие руки обхватили талию. Первым порывом Чарис было нагнуться, перекинуть возможного противника через себя и повалить на пол. Но она почувствовала знакомый запах смазки.
  
  - Поймала! - весело объявила Келли-Келли.
  
  Она отпустила Чарис, оббежала вокруг и заглянула ей в лицо.
  
  - Я тебя везде ищу. Я выиграла в диско сто кредитов!
  
  Келли-Келли гордо продемонстрировала кусочек красно-зеленого пластика.
  
  - А сколько кредитов ты до этого потратила на жетоны? - устало спросила Чарис.
  
  Состроив невинную мордашку, Келли-Келли высунула язык и стукнула себя кулачком по макушке.
  
  - Вроде бы триста, а может и пятьсот. Я не считала. Зато все мне так аплодировали! Новые денс-денс игры очень навороченные! Дико сложно победить! Кстати, где Тоби? Он же был с тобой.
  
  Келли-Келли сыпала словами, как лазерный пулемет. До Чарис даже не сразу дошел смысл последнего вопроса.
  
  - У Тоби свидание с раковиной, - ответила она.
  
  Поставить Келли-Келли в тупик было не так-то легко, но чертовски приятно. Она глуповато захлопала глазами, соображая, что к чему.
  
  - Ему поплохело от сакэ? Но он вроде бы никогда не пьет много.
  
  - Он попробовал васку, - пояснила Чарис.
  
  Келли-Келли издала не поддающийся описанию звук, одновременно и восхищения, и изумления, и зависти.
  
  - Всегда знала, что Тоби отчаянный малый! Пожалуй, я тоже попробую.
  
  - Не надо, - с нажимом произнесла Чарис. - Я скормила Тоби единственную таблетку для желудка. Не хватало еще открывать госпиталь отравившихся.
  
  Но если Келли-Келли что-то втемяшится в голову, ее нелегко переубедить.
  
  - Со мной все будет окей. Подумаешь, какая-то васка! Когда мы с Лу летали на старом корыте 'Победа' вместе со славами, я пила самогон, который гнал первый помощник прямо в корпусе сломанного двигателя. Вот это реальная жесть, не то, что васка! Подайте ее сюда!
  
  Келли-Келли раздухарилась и побежала к стойке, громко требуя у бармена васки и побольше. Робот, в чью программу было заложено распознание степени опьянения клиентов, решил, что Келли-Келли упилась в дупель, и не стал ей ничего наливать. Подоспевшая Чарис подтвердила, что заказ отменен.
  
  - Тупая железяка, налей мне самую большую кружку васки! - требовала Келли-Келли, стуча по стойке.
  
  - Не наливайте ей ничего, - твердым голосом парировала Чарис.
  
  Робот мигал сенсорами на голове и натужно гудел, в его позитронном мозгу, грозя его взорвать, столкнулись два противоположных приказа. Выпивохи дружно ржали, кое-кто предлагал 'налить девочке ракетного топлива'.
  
  Положение спасло появление Луиджи. Неожиданно он нарисовался возле стойки в сопровождении высокого, худощавого мужика. Чарис едва рассмотрела его лицо, все ее внимание привлекла прическа незнакомца. На его выбритой голове остался пучок стоящих дыбом волос, которые дугой тянулись от затылка до середины лба. Высотой этот хохолок был примерно с предплечье Чарис, да еще и покрашен в кричащий оранжевый цвет. Чарис припомнила, что такая прическа называется то ли 'ирокез', то ли 'энурез'.
  
  - Келли-Келли, смотри, кого я нашел! - воодушевленно объявил Луиджи, хлопая по плечу мужика с энурезом (или все же ирокезом?).
  
  Келли-Келли стремительно обернулась и, позабыв о васке, восторженно взвизгнула:
  
  - Челентано!
  
  Она повисла на шее у мужика. Он широко улыбнулся и закружил Келли-Келли, как будто она была его маленькой дочкой, с которой он давно не виделся.
  
  - Ты подросла, Келли-Келли, - со смехом заметил Челентано, поставив ее на пол. - И похорошела с тех пор, как мы летали вместе.
  
  - Да ладно тебе, старый брехун. - Она ткнула его локтем под ребра.
  
  - Он говорит чистую правду, - вставил довольный Луиджи.
  
  Они стали болтать наперебой, вспоминая совместные полеты на каком-то грузовом корабле.
  
  Чарис молча наблюдала, терпеливо ожидая, когда ее представят. Наконец, Луиджи спохватился и повернулся к ней.
  
  - Познакомься, это мой старый друг и сопланетник - Адриано Муцио.
  
  - Можно просто Челентано. - Он протянул Чарис руку. - Кличка уже заменила имя. Ты, значит, и есть знаменитая барсианка? Лу мне все уши о тебе прожужжал, едва мы встретились.
  
  Челентано перешел на 'ты' так непринужденно, будто они были знакомы уже лет сто.
  
  - Чарис Берг, - отрывисто представилась Чарис и крепко стиснула ладонь Челентано.
  
  Что-то в нем ей не понравилось, она затруднялась сказать, что именно. Возможно, просто все дело было в обычной барсианской подозрительности, когда все незнакомые люди воспринимаются как потенциальные враги.
  
  - Впервые вижу настоящего барсианца. Ты выглядишь еще круче, чем о вас рассказывают. - Челентано подмигнул Луиджи. - Лу, тебе очень повезло заполучить ее в свою команду. Завидую-завидую. Если с нами будет Чарис, я даже не сомневаюсь, что наше маленькое дельце выгорит.
  
  - Конечно, выгорит, - уверенно произнес Луиджи. - С Чарис мы точно победим!
  
  - Что за дельце? - почти в один голос спросили Келли-Келли и Чарис, первая с кипучим энтузиазмом, а вторая настороженно, печенкой чуя проблемы.
  
  Челентано небрежно махнул рукой.
  
  - Не делай такое лицо, Чарис, будто я предлагаю вам всем прыгнуть в космос без скафандров.
  
  - Старый друг всего лишь попросил меня и мою команду помочь ему в матче, - вставил Луиджи.
  
  После такого заявления, Чарис растерялась. Она ожидала услышать что-нибудь о перевозке опасных грузов или крупной сумме денег, которую Челентано задолжал гангстерам.
  
  - Матч? - Глаза Келли-Келли загорелись, она подпрыгивала на месте от возбуждения. - Не томите! Требую подробностей.
  
  - Мне нужна команда для матча по экстрибасу, - без экивоков и уверток выложил Челентано. - Я пришел в бар, чтобы подыскать кого-нибудь, и фортуна мне улыбнулась: я встретил Лу.
  
  - А у меня как раз есть команда отчаянных ребят! - вторил ему Луиджи.
  
  Он сиял так, будто речь шла о свидании с красотками, а не об опасном спорте.
  
  Экстрибас. Спорт, где правилами разрешено отбирать мяч у противника любыми способами. Бить можно куда угодно. Даже между ног. И, будто, этого мало, на площадке постоянно случаются неприятные неожиданности - то из пола ударит столб огня, то неизвестно откуда на большой скорости вылетит тяжелый мяч.
  
  'Я так и знала, что здесь что-то нечисто', - мрачно подумала Чарис.
  
  - Ух ты! - Келли-Келли, как и следовало ожидать, была от предложения Челентано в полном восторге. - Сыграть в настоящем матче по экстрибасу! Я в деле!
  
  - Я даже не сомневался. - Луиджи по-отечески ласково потрепал ее по разноцветным вихрам. - Тогда мы соглас...
  
  - Ну-ка стоп, - отрубила Чарис. - Я ни на что не соглашалась.
  
  Она угрожающе надвинулась на Челентано.
  
  - Рассказывай. Что за матч? Где проходит? Кто соперники? И самое главное - что ты с этого будешь иметь? Здорово сомневаюсь, что ты играешь в экстрибас из любви к спорту.
  
  Челентано не выглядел испуганным, что прибавило ему очков в глазах Чарис. Совсем чуть-чуть.
  
  - Боюсь, боюсь. Не бейте меня, суровая сеньорита. - Паясничая, он поднял руки, будто сдавался на ее милость. - Все расскажу, не волнуйся. Я поспорил с приятелем на миллион кредитов, что выиграю у него матч по экстрибасу. Он пройдет через неделю. Обычный матч с обычными правилами. Ничего особенного. Для барсианки так вообще не проблема. Приятель тоже будет набирать команду по барам, вряд ли у него будет кто-то, кто сможет соперничать с тобой. Отличный способ легко заработать. Выигрыш, конечно же, пополам.
  
  - Каждому по двести тысяч, - с детской наивностью произнесла Келли-Келли.
  
  По лицу Челентано было видно, что он хотел предложить другой расклад, но возражать не стал.
  
  - Неплохой куш, не находите?
  
  - Не настолько большой, чтобы рисковать сломанными конечностями и разбитой башкой, - сухо проговорила Чарис.
  
  Келли-Келли попыталась возразить, но Луиджи жестом велел ей помолчать. Он повернулся к Челентано и мягко сказал:
  
  - Ты всегда можешь рассчитывать на меня, но я не могу заставлять свою команду. Нам нужно обсудить твое предложение между собой. Я отвечу завтра.
  
  Челентано усмехнулся и отсалютовал ему двумя пальцами.
  
  - Окей. В любом случае спасибо, ты отличный друг. Оставляю вас совещаться.
  
  С этими словами он скрылся в толпе танцующих.
  
  Чарис наградила Келли-Келли и Луиджи хмурым взглядом.
  
  - Я против.
  
  - Ты всегда против. - Келли-Келли вытянула губы трубочкой и нахмурилась. - Но ты мне не указ, и я сыграю в экстрибас. Даже в рифму вышло. Во как.
  
  Она показала Чарис язык. Луиджи отвесил ей легкий подзатыльник.
  
  - Хватит придуриваться. - Он заговорил непривычно серьезно, посмотрел на Чарис в упор тем особым честным и открытым взглядом, каким он мог расположить к себе любого.
  
  - Когда-то Челентано помог мне выйти в открытый космос.
  
  Чарис недоуменно выгнула бровь, и Луиджи пояснил.
  
  - Помнишь, я рассказывал, что летал на грузовом корыте в своей системе? Никто не хотел меня брать в настоящие, дальние рейсы. Я был привязан к планете. Челентано уговорил капитана своего звездолета взять меня вторым пилотом. И потом мы вместе устраивались на разные корабли. Благодаря ему, я могу летать, где хочу. Могу увидеть всю обитаемую Вселенную!
  
  Луиджи широко развел руки, будто обнимая мироздание. Для него возможность свободно летать действительно была очень важна, Чарис было трудно понять насколько.
  
  - Я перед ним в неоплатном долгу. Игра в экстрибас - самое малое, что я могу для него сделать. Я даже не сомневаюсь, что он показался тебе ненадежным, Чарис, но на самом деле он хороший парень. Понимаю, что не могу тебе приказывать, даже если ты иногда обращаешься ко мне 'сэр' и называешь командиром. Нет. Я не приказываю, я прошу. Помочь нам. Для тебя экстрибас будет веселой прогулкой.
  
  - Там можно использовать наниты и вообще любые модификации тела, - влезла Келли-Келли. - Ты раскатаешь наших противников по площадке.
  
  - К тому же деньги нам сейчас не помешают, - подкинул еще один аргумент Луиджи.
  
  Чарис задумалась. С одной стороны для нее в игре действительно не было ничего опасного. Со своей скоростью она быстро наберет очки, сможет уйти и от ударов противников, и от ловушек на площадке. А если она отпустит Келли-Келли и Луиджи, да наверняка еще и Тоби, одних, их изобьют.
  
  - Кстати, где Тоби? - спросил Луиджи, будто прочитав ее мысли. - Без его согласия у нас не наберется пять человек для команды.
  
  - Тоби в нужнике, выблевывает васку, - сдала его Келли-Келли.
  
  Луиджи озадаченно почесал темечко.
  
  - Зачем он пил эту отраву?
  
  - Затем, что в жизни надо попробовать все, - сообщил знакомый голос.
  
  Тоби подковылял к ним. Его волосы намокли, изо рта очень сильно пахло освежителем дыхания, но выглядел он получше - пребывание в туалете оказалось продуктивным.
  
  - Ты как? - заботливо спросил Луиджи.
  
  - Нормально, - буркнул Тоби. - Никогда больше не притронусь к этому зелью. У Чарис титановый желудок.
  
  Келли-Келли поспешила поделиться новостями.
  
  - Представляешь, кого мы встретили? Челентано!
  
  - Этого пронырливого кицунэ?! - В отличие от друзей, Тоби был невысокого мнения о Челентано.
  
  Чарис припомнила, что кицунэ - лисы-оборотни из старинных имперских легенд. Келли-Келли и Луиджи просто обожали их слушать. Когда во время гиперперехода все умирали со скуки, в рубке вокруг Тоби собирался кружок, и он часами рассказывал о веселых проделках лиса.
  
  Кицунэ - не злые, но хитрые и озорные создания.
  
  Теперь Чарис получила исчерпывающую характеристику Челентано.
  
  - Что он затеял на этот раз? - недовольно спросил Тоби.
  
  Келли-Келли с готовностью выложила историю о матче и ставках.
  
  - Ты с нами? - Луиджи прищурился. - Ведь в жизни надо попробовать все.
  
  Но теперь Тоби засомневался в мудрости изречения, которое полчаса назад цитировал Чарис. Он задумался и по привычке принялся крутить в пальцах первое, что подвернулось под руку. Этим первым оказалась пустая стопка с барной стойки, которую Тоби машинально выхватил прямо из-под протянутого манипулятора бармена.
  
  - Не знаю. Мне не нравится эта затея, - проговорил Тоби. - Челентано один раз уже втянул нас в неприятности...
  
  - Какие? - живо спросила Чарис.
  
  - Мы вчетвером работали на грузоперевозочную фирму 'Бобдер и сыновья'. Челентано подбил нас вместе с грузом перевезти контрабандой редкие фрукты. Нас едва не поймали.
  
  - Но ведь не поймали же, - беззаботно возразил Луиджи.
  
  - Но я всю дорогу был на нервах и глотал успокоительные таблетки! - обвиняюще воскликнул Тоби.
  
  - Да ты просто трепетный цветочек. Все время трясешься из-за всяких мелочей, - с обычной для нее грубой прямотой сказала Келли-Келли. - Ничего страшного не случилось. Зато мы неплохо заработали.
  
  Тоби еще немного помялся и выдал:
  
  - Если Чарис согласится, я тоже соглашусь.
  
  Три пары глаз с мольбой уставились на Чарис.
  
  'Шинхи, как есть шинхи', - в который уже раз со времени первой встречи с командой 'Ласточки' подумала она.
  
  - Такие вопросы с кондачка не решаются. Нам всем стоит хорошенько обмозговать предложение Челентано. - Она наградила друзей красноречивым взглядом. - На трезвую голову. Завтра с утра обсудим еще раз.
  
  Чарис надеялась, что с утреца, протрезвев, Луиджи передумает и обуздает Келли-Келли. Мечты-мечты.
  
  Проспавшись, Луиджи не изменил своего решения. Келли-Келли, конечно, тоже. Чарис раздумывала над матчем по экстрибасу, просмотрела несколько записей игр, почитала правила. Профессиональные игроки имели самые разнообразные генные модификации или механические имплантаты. Но где на такой дыре, как Энтея, откопать профи? Команда противников будет состоять из любителей, и для Чарис матч будет простым способом заработать. Но Чарис бы послала Челентано с его легкими деньгами десятой дорогой, если бы не друзья-подопечные, которых она не могла бросить.
  
  - Хорошо, я согласна, - обреченно сказала Чарис, когда все собрались на кухне 'Ласточки' завтракать.
  
  - Ты - супер! - По лучащейся счастьем физиономии Луиджи было ясно, что он ни на миг не сомневался в ее ответе.
  
  - Вечно я вливаю с вами во всякую хрень, - пробурчала Чарис и со злостью откусила кусок от здоровенного бутерброда.
  
  - Но без нас твоя жизнь была бы очень скучной, - заметил Луиджи.
  
  Келли-Келли поддержала его громким чавканьем.
  
  - Я тоже часто утешаю себя этой мыслью, - проговорил Тоби. - Раз Чарис согласилась, то и я буду играть.
  
  После завтрака Луиджи связался с Челентано и сообщил решение команды. Тот, похоже, ожидал, что они согласятся. По крайней мере, Челентано уже арендовал зал для тренировок. Там они и встретились.
  
  Зал выглядел весьма неплохо для спортивного клуба на захолустной планете. Здесь был искусственный паркет и автоматика для управления различными спецэффектами полосы препятствий, вроде пламени. Келли-Келли сразу же прилипла к контрольному пульту, исследуя кнопки, она за пару минут успела вызвать огонь, воду, ветер и бешеные летающие мячи. Тоби едва смог оттащить ее от пульта, чтобы она не разнесла весь зал.
  
  Пока инженеры игрались с автоматикой, Чарис осматривалась и прикидывала, во сколько могла обойтись аренда. Наверняка сумма не маленькая. Похоже, у Челентано водятся деньжата. Ведь собирался же он отдать противнику миллион кредитов в случае проигрыша.
  
  А может и не собирался.
  
  - Вот наша форма, - объявил Челентано.
  
  Он извлек из рюкзака пять пакетов с чем-то ярко-красным. Когда Чарис распечатала свой, оказалось, что это комбинезоны из специальной амортизационной ткани, в которых выступали игроки в профессиональной лиге экстрибаса. Такой комбинезон смягчает удары, защищая игрока. Еще в пакете обнаружился шлем с забралом из прочного пластика и защитой для подбородка, а также кроссовки. И пластиковый гульфик.
  
  - По-моему это лишнее, - процедила Чарис, подкидывая на ладони гульфик.
  
  Луиджи расхохотался.
  
  - А, по-моему, очень полезная вещь! Закрепи ее на груди.
  
  - На мою грудь она не налезет, - невозмутимо парировала Чарис.
  
  Теперь уже Луиджи ржал на пару с Келли-Келли. Даже сдержанный Тоби хмыкнул. Челентано усмехнулся и пояснил:
  
  - Извиняй. В ткань комбинезонов вшиты особые волокна, которые позволяют им подстраиваться под фигуру надевшего, но они не могут удлиняться до бесконечности, поэтому продаются под разный рост. На рост от метра девяносто были только мужские модели.
  
  Келли-Келли забрала у Чарис гульфик.
  
  - Я хочу надеть эту фиговину! Пусть все думают, что я - мужик.
  
  Чарис вежливо промолчала, хотя на язык просилась фраза о том, что плоская Келли-Келли и без гульфика похожа на мальчишку.
  
  Они разошлись по раздевалкам, переоделись в форму. Чарис чувствовала себя в ней непривычно, казалось, комбинезон везде жмет и в нем трудно дышать, почти как в старых моделях боевых скафандров. Но Чарис понимала, что это чувство пройдет, когда она начнет двигаться по площадке.
  
  Келли-Келли, не заметив скептического взгляда Чарис, выполнила свою угрозу и гордо щеголяла в гульфике. Тоби смотрелся в форме комично: комбинезон подчеркивал худосочность его тела. Жилистый Челентано выглядел посолиднее, плотная ткань обрисовывал узлы мышц на его руках. Чарис было очень интересно, как он умудрился засунуть свой роскошный ирокез под шлем. Он у него что, складной?
  
  Больше всех форма шла Луиджи. С его могучей фигурой он выглядел как настоящий экстрибасец из Космической Лиги.
  
  - Кстати, у нас будут противники на тренировке? - спросила Чарис. - Нам нужно попробовать поиграть против другой команды.
  
  - Все схвачено. - Челентано как-то странно осклабился. - Они появятся через часик, а мы пока потренируем основы.
  
  - Может быть, сначала обсудим стратегию? - предложил Тоби.
  
  Все удивленно уставились на него.
  
  - Зачем нам стратегия? - выразил общее недоумение Луиджи.
  
  - Просто порвем их, - грозно заявила Келли-Келли.
  
  Тоби возвел очи горе.
  
  - Эй, вы хоть правила-то знаете?
  
  - У экстрибаса есть правила? - Луиджи пораженно уставился на него.
  
  - Элементарные. Правило одно - положи мяч в корзину, снеся всех на своем пути, - уверенно сказала Чарис.
  
  - Да не, правила посложнее, - возразил Челентано. - Правда, я помню не все.
  
  Тоби прикрыл лицо рукой, тяжко вздохнул.
  
  - Все с вами ясно. Я, в отличие от некоторых, полночи изучал правила. Ладно, слушайте внимательно. - Он принял важный вид и начал вещать. - Экстрибас очень древняя игра, он зародился еще на Старой Земле. С тех пор сложились определенные принципы, которые сохранились до наших дней. У каждого из пяти игроков своя позиция на площадке. Например, центровой. Он большую часть времени находится возле кольца и защищает его. Это высокий, крупный и сильный игрок. Я думаю, с этой позицией лучше всего справится Лу.
  
  Луиджи попытался озадаченно почесать темечко, но натолкнулся на шлем и постучал по нему.
  
  - Звучит разумно. Ты всегда такой предусмотрительный.
  
  Тоби скорчил кислую мину.
  
  - Кому-то же надо быть предусмотрительным.
  
  Чарис мысленно отвесила себе пинка. Ей тоже следовало получше изучить правила экстрибаса, но она не стала углубляться в тему и больше внимания уделила просмотру матчей. Судя по ним, экстрибас был похож на большую драку. Единственная сложность, которую Чарис заметила - ведение мяча. Поэтому Чарис и согласилась - драка для нее дело привычное, а если играешь не против профи с супермодификациями, то волноваться не о чем. А оказывается, даже у драки есть сложные правила.
  
  - Итак, следующая важная позиция - тяжелый форвард, - продолжал говорить Тоби, наслаждаясь всеобщим вниманием. - Этот человек отвечает за силовое нападение, используя мускулы для прорыва линии защиты противника. Он должен быть и быстр, и силен. Чарис - это позиция специально для тебя.
  
  - Я должна просто забивать в корзину? - уточнила Чарис.
  
  - Грубо говоря, да. Далее - легкий форвард. Прорывается через ряды противника скорее с помощью ловкости, чем силы. Думаю, им вполне можешь быть ты, Челентано. Я помню, как проворно ты удирал от полиции.
  
  - Заметано. - Толстый намек Тоби Челентано нисколько не смутил.
  
  - Шутер - тот, кто бросает с дальней дистанции. Кстати, такие броски дают больше всего очков - три. Они называются бросками от щита. Броски из-под корзины дают два очка. Шутером будет Келли-Келли. Удлиняя руки, ты можешь забивать из любой точки поля.
  
  - Получается, я самый ценный игрок, - обрадовалась Келли-Келли.
  
  Тоби снисходительно улыбнулся.
  
  - А я - буду разыгрывающим защитником. Человеком, который разработает стратегию игры, передает пасы, помогая остальным забивать. Мозгом команды.
  
  'Ну-ну, мега-мозг', - ехидно подумала Чарис, но вслух ничего не сказала.
  
  - Ты здорово распределил роли, Тоби, - чуть более восхищенно, чем следовало, сказал Челентано. - Похоже, ты хорошо изучил экстрибас.
  
  Тоби, гордый похвалой, продолжал рассказывать. Но несмотря на его обещания, оказалось, что в экстрибасе не так уж много правил. Матч разбит на четыре периода по двенадцать минут, между вторым и третьим периодом перерыв пятнадцать минут. За время матча можно брать дополнительные таймауты по две минуты, но не больше пяти раз. Если команда, владеющая мячом, не сделала попытки ударить по кольцу в течение тридцати секунд, то мяч переходит к сопернику. И самое главное - отбирать мяч можно любыми способами. Тоби обмолвился, что лет двести назад правила были жестче, бить соперников запрещалось. Но затем изобрели защитные костюмы, уменьшающие травмы, и было решено для привлечения зрителей добавить зрелищности. А что может быть зрелищнее мордобоя? Да еще с ловушками на поле.
  
  Закончив объяснения, Тоби предложил потренировать ведение мяча. Чарис освоилась быстро. Нужно было просто следить за мячом, чтобы он не ускакал. Непривычно, конечно, но на тренировках скорости реакции в Военной Академии бывало и не такое. Челентано, как оказалось, в школе играл в экстрибас и до сих пор не растерял навыки. Тоби и Келли-Келли справлялись хуже. Но сложнее всех пришлось Луиджи, который не отличался ловкостью и гибкостью. Оранжевый мяч постоянно выскальзывал у него из рук.
  
  - Центровому ведь не обязательно уметь вести мяч, - утешила его Чарис. - Ты должен блокировать броски противника. Давай, попробуй, останови меня.
  
  Луиджи встал перед корзиной в позу, которую ему показал Тоби: расставив ноги и разведя руки. Чарис подпрыгнула, держа мяч и нацелившись на корзину. Она сделала бросок, но мяч отскочил от кольца и, едва не угодив Чарис в лицо, запрыгал по полу. В его ударах ей почудилась насмешка.
  
  'Мда... В бросках надо потренироваться'.
  
  Тут Чарис сообразила, что Луиджи остался на месте.
  
  - Ты почему не прыгнул? - спросила она, не сумев сдержать в голосе суровых ноток, которые бы сделали честь сержанту Штайнеру.
  
  Луиджи заморгал.
  
  - Ой... Я не успел среагировать. Ты кинула очень быстро.
  
  - Противники тоже будут кидать быстро, - наставительно проговорила Чарис и добавила менее строго. - Давай попробуем еще раз.
  
  - Я буду очень-очень стараться, - с жаром выпалил Луиджи, сжимая пудовые кулаки.
  
  Они попробовали еще раз, и еще. У Луиджи никак не получалось вовремя прыгнуть, чтобы перехватить Чарис. Странное дело, когда он управлял звездолетом, с реакцией у него был полный порядок. Чарис даже считала, что за штурвалом сама справилась бы гораздо хуже. Но вот с мячом у Луиджи ничего не получалось.
  
  - Представь, что ты управляешь 'Ласточкой', - предложила ему Чарис после n-ой неудачной попытки.
  
  Дело пошло лучше. Теперь Луиджи прыгал одновременно с Чарис и со всей силы лупил по мячу. Пару раз ему даже удалось выбить мяч у нее из рук.
  
  У другого кольца Келли-Келли, Тоби и Челентано тренировали броски. Точнее бросали только мужчины. Келли-Келли нагло пользовалась своими генными модификациями. Она встала на границе трехочковой зоны, вытягивала руки и легко опускала мяч в корзину. Отличная стратегия, беда только в том, что защитный костюм не мог растягиваться так далеко, и руки Келли-Келли оставались открытыми.
  
  Чарис дала запыхавшемуся Луиджи передышку и подошла к Келли-Келли.
  
  - Брось-ка еще раз. Я буду в защите.
  
  Чарис встала под кольцо. Келли-Келли каверзно ухмыльнулась и, удлинив руки, поднесла мяч к корзине. Она уже собралась, как обычно, плавно опустить мяч в кольцо, но Чарис подпрыгнула и, схватив Келли-Келли за запястья, потянула вниз.
  
  - Ой-ой-ой! Больно, Чари!
  
  Келли-Келли выпустила мяч, Чарис сразу же разжала пальцы.
  
  - Хочешь мне руки сломать? - заныла Келли-Келли.
  
  Она вернула рукам обычную длину и принялась растирать запястья.
  
  - Наши противники могут точно также блокировать твою атаку, - заметил Челентано. - Постарайся забивать быстрее.
  
  Тренировка продолжалась. Постепенно выяснилось, что даже без использования удлиняющихся конечностей Келли-Келли чаще других попадает в кольцо. Челентано тоже оказался весьма неплох. Тоби не мог похвастаться хорошей физической подготовкой, он скверно бросал, неточно пасовал, зато сыпал разнообразными идеями по улучшению игры и придумывал стратегии. Луиджи ни разу не попал в кольцо, но делал успехи в блокировке бросков других. Он подпрыгивал и опускал сверху свои большущие ладони, точно пресс. При этом Луиджи еще и ревел, как прогревающийся ракетный двигатель. Жуткое зрелище.
  
  Чарис лучше всего удавались броски из-под кольца или броски в корзину сверху, 'слэм данки', как назвал их Тоби. А вот броски издалека не получались. Попасть в корзину оказалось не так-то легко. Чарис всегда считала себя довольно меткой, когда дело касалось стрельбы из разнообразного оружия. Но одно дело жать на кнопку пульта пушки или курок бластера, и совсем другое - кидать круглый мяч в кольцо.
  
  Через час, как и обещал Челентано, пришли их противники на время тренировки: пять мужиков весьма потрепанного вида. На покрытых щетиной лицах застыли недовольные гримасы.
  
  - Салют! - Челентано приветствовал их улыбочкой, которая больше походила на кровожадный оскал. - Вот ваша форма. Быстренько переодевайтесь и вперед на площадку.
  
  - Парни будут нашими запасными игроками во время матча, - пояснил он.
  
  - Мы о таком не договаривались! - выкрикнул один из 'помятых'. Товарищи поддержали его нестройным хором.
  
  - Не договаривались? Да ну-у-у. - Челентано сделал удивленные глаза. - Значит ты, Тони, хочешь, чтобы твоя жена увидела те самые фотки?
  
  Названный Тони сразу стушевался и отвел глаза.
  
  - Кстати, Майк, я тут недавно встретил твоих кредиторов. Совершенно случайно, конечно. - Челентано нехорошо улыбнулся. - Думаю, они будут рады узнать, где ты сейчас обретаешься, чтобы заскочить в гости на чашечку кофе.
  
  Он сделал многозначительную паузу. Мужики присмирели, перестали возмущаться и уныло поплелись в раздевалку.
  
  Склонившись к уху Луиджи, Чарис шепнула:
  
  - Кто такой Челентано на самом деле?
  
  - У него немного странное хобби, - с натянутой улыбкой сказал Луиджи.
  
  - Шантаж?
  
  Луиджи виновато развел руками.
  
  - На самом деле он отличный парень.
  
  Чарис скептически выгнула бровь, но тут к ним подошел Челентано, и она не стала продолжать разговор.
  
  Запасные игроки переоделись на диво быстро. Келли-Келли и Тоби запустили систему препятствий. Команды встали друг напротив друга, и игра началась.
  
  Робот-судья, которых можно было найти в любом спортивном центре, подкинул высоко к потолку мяч.
  
  Чарис подпрыгнула и отбила мяч в сторону своей команды прежде, чем игрок соперников вообще начал движение. Она не использовала наниты, даже без них барсианец быстрее и сильнее обычного человека.
  
  Мяч поймал Тоби и кинул его обратно Чарис. Она побежала к кольцу. Один из противников бросился ей наперерез, вскинул кулак для удара. Чарис не стала его бить. Зачем попусту калечить мужика? Они же не на войне. Она легко обогнула его, воспользовавшись преимуществом в ловкости и скорости. Пока он разворачивался, Чарис была уже рядом с кольцом. Почти.
  
  Прямо перед Чарис из пола ударила струя пламени.
  
  Она видела такое в записях матчей. Но одно дело смотреть на экране, а другое - испытать на своей шкуре. Только улучшенная скорость реакции спасла Чарис от превращения в экзотическое блюдо 'Жаренная барсианка'.
  
  Хотя комбинезон бы защитил ее от ожогов, а экране шлема сработало защинтное покрытие, спасающее лицо, нр несколько жарких секунд Чарис были бы обеспечены.
  
  Чарис успела затормозить перед пламенем, подалась назад. Но от неожиданности и с непривычки выронила мяч. Упругий оранжевый шарик весело запрыгал прочь, прямо в руки к игроку соперников.
  
  Тот поспешил воспользоваться ситуацией и резво побежал к кольцу, под которым неуверенно переминался с ноги на ногу Луиджи. Чарис ринулась следом, но дорогу ей преградил другой игрок. Невысокий, но крепко сбитый. Он ухмыльнулся и бросился вперед, намереваясь обхватить Чарис поперек туловища. Пришлось ему врезать.
  
  Чарис старалась не бить сильно, но сдерживаться она не привыкла.
  
  Мужичка отбросило на несколько метров.
  
  'Ничего, не помрет. Шлем крепкий', - Чарис не стала больше тратить на него время и попыталась сориентироваться в ситуации на площадке. Забили им или нет? Долго разбираться не пришлось.
  
  - Йа-ху! Выкусите! - Келли-Келли приплясывала на месте, потрясая зажатым в руках мячом. Как она отобрала его у соперника, оставалось только гадать.
  
  - Пасуй сюда! - кричал Тоби, делая Келли-Келли беспорядочные знаки руками. - Пасуй, дура!
  
  - Сам дебил, - огрызнулась Келли-Келли, в отместку за оскорбление кинув мяч Челентано.
  
  Но промахнулась, и мяч попал точно в руки обалдевшего соперника. Чарис мгновенно оказалась рядом и схватилась за мяч с другой стороны. Игрок потянул на себя, Чарис - на себя и одновременно сделала шаг назад, начиная разворот. Она крутанулась на месте, увлекая невезучего игрока за собой - этакая мини-центрифуга. Мужик заорал, разжал руки и полетел. Куда Чарис смотреть не стала. Заполучив мяч в свое безраздельное владение, она сразу же побежала к кольцу.
  
  - Чари, сюда!
  
  На линии трехочковых бросков стояла Келли-Келли. Она вытянула руки, и Чарис сочла за лучшее отдать мяч ей. Все-таки три очка лучше, чем два.
  
  Келли-Келли легко положила мяч в корзину. Робот-судья засвистел, возвещая о том, что набраны первые очки.
  
  С другого конца площадки донесся радостный крик Луиджи.
  
  - Отлично! - подошедший Челентано показал большой палец. - С твоими чудо-руками мы точно выиграем, Келли-Келли. Чарис, у меня просто нет слов. Я много слышал о барсианцах, но слышать и видеть вас в деле - совершенно разные вещи.
  
  - Барсианец?! - раздался рядом возмущенный крик.
  
  Мужик, которого Чарис недавно отбросила, ковылял к ним, демонстративно потирая спину.
  
  - Челентано - говнюк! Ты не говорил, что против нас будет играть настоящий барсианец! Он мне чуть позвоночник не сломал!
  
  - Не он, а она, - невозмутимо поправил Челентано.
  
  - Да насрать! Я сваливаю!
  
  Мужик стянул с головы шлем и швырнул на пол.
  
  - А-а-а. - Челентано покачал пальцем у него перед носом. - Не так быстро, Тони. Забыл про фото?
  
  - В жопу фото, - огрызнулся Тони. - Пусть лучше Паола изобьет меня кухонным агрегатом, чем играть с барсианцем.
  
  - Я постараюсь бить полегче, - пообещала Чарис.
  
  Соперники для тренировки им нужны, лучше лишний раз не выпендриваться и пойти на компромисс.
  
  - Окей, - неожиданно согласился Челентано. - Можешь уходить.
  
  Тони с победным видом пошел к раздевалке, его товарищи по несчастью зашушукались, решая, последовать его примеру или не рисковать.
  
  Челентано небрежно стянул с руки защитную перчатку, под которой на запястье обнаружился браслет с коммом. Он набрал номер и в луче, ударившем из центра браслета, появилось лицо полноватой, чернокожей женщины.
  
  - Паола, дорогая, ты, как всегда, прекрасна! Просто цветешь! - Челентано мило улыбнулся.
  
  Услышав это, Тони застыл, так и не донеся ногу до пола.
  
  - Хэй, засранец, - приветствовала Челентано Паола сочным басом. - Что, мой придурок опять парит тебе мозги?
  
  - С чего ты взяла?
  
  - Иначе бы ты не позвонил. Эх, вспоминаешь о старушке Паоле, только когда тебе что-то надо. Продувная бестия.
  
  - Сдаюсь, ты меня поймала. Я хотел тебе кое-что показать... Это касается твоего мужа...
  
  Со скоростью профессионального экстрибасца Тони рванулся к сиротливо валяющемуся на полу шлему, нацепил его на голову.
  
  - Чего встали, остолопы?! - заорал он на своих приятелей. - Матч в самом разгаре! Вперед!
  
  - О, там мой Тони? - Паола повернула голову.
  
  - Ага, именно это я тебе и хотел показать, - подтвердил Челентано. - Как видишь, он занимается спортом, а не надирается в баре. Больше не говори, что я на него плохо влияю.
  
  - Ого, да это никак форма экстрибаса. Ну, пусть лучше играет в экстрибас, чем ходит по бабам. Не давай ему там спуску, Челентано.
  
  Чарис и Луиджи обменялись понимающими взглядами. Пожалуй, можно было больше не бояться, что их запасные игроки разбегутся. Для каждого у Челентано найдется своя 'Паола'.
  
  Тренировка продолжалась с переменным успехом. В процессе выяснилось, что игроки из команды 'Ласточки' не ахти. Даже Чарис признала про себя, что экстрибас - не простая прогулка. Если бы не спецэффекты на площадке, проблем бы не было. Но когда у тебя в любую секунду из-под ног может ударить струя пламени или фонтан воды, это здорово осложняет игру и нервирует.
  
  В итоге за весь матч новоиспеченная команда набрала всего пятнадцать очков, тогда как обычно в экстрибасе набирали больше пятидесяти. Хотя команда соперников тоже не блистала.
  
  После матча, усталые и потные, все уныло поплелись в раздевалку.
  
  Чарис стянула форму и убрала ее в закрывающийся на кодовый замок шкафчик, где встроенная автоматическая мойка все выстирает. Затем с удовольствием ополоснулась под ионным душем, который отлично очищал кожу.
  
  'Да уж, давненько я так не потела. Все же занятия на тренажерах далеки от настоящего спорта. Даже хорошо, что мы согласились на матч. Я немного разомнусь', - подумала она, ощущая усталость в мышцах.
  
  Когда Чарис вышла из душевой кабины, стремительная Келли-Келли уже успела переодеться. Ее личико так и лучилось от удовольствия.
  
  - Похоже, я буду главным... как там говорил Тоби... забивающим команды.
  
  Чарис отсалютовала двумя пальцами.
  
  - Уступаю тебе эту честь.
  
  - Ну, так совсем не интересно. Возмутись хотя бы для виду.
  
  - Лень, - бросила Чарис, застегивая замки на ботинках.
  
  Келли-Келли надулась и вышла из раздевалки. Накинув куртку, Чарис последовала за ней. Снаружи их уже ждали мужчины. Запасные игроки успели разбежаться. Видимо, боялись надолго задерживаться рядом с Челентано.
  
  - Как вам игра? - с самой серьезной миной спросил Тоби. - По-моему, так себе. Нам нужно больше тренироваться.
  
  - А, по-моему, не так все плохо, - возразил Челентано. - Не забывай, что наши противники тоже не профессиональные спортсмены.
  
  - Вдруг тот, с кем ты поспорил, наймет местную команду? - Тоби, похоже, сам испугался своего предположения.
  
  - Даже если наймет, это ему не поможет. Ты же не думаешь, что я согласился на пари, не узнав ничего о местных?
  
  Чарис мысленно хмыкнула. Она тоже предусмотрительно проверила клуб экстрибаса на планете. Если бы команда оказалась хотя бы в премьер-лиге, черта с два Чарис бы согласилась на матч.
  
  - У местных 'Воинов Энтеи' только и есть, что громкое название, - словно озвучил ее мысли Челентано.
  
  Луиджи вдруг изменился в лице и схватился за голову.
  
  - Мы забыли о самом главном!
  
  Остальные недоуменно уставились на него.
  
  - О деньгах на жратву? - предположила Келли-Келли.
  
  - Мы до сих пор не придумали название нашей команды! - объявил Луиджи так, будто сообщал о поистине вселенской трагедии.
  
  Прикрыв глаза рукой, Чарис тихонько вздохнула.
  
  - Хм, ведь верно. - Челентано склонил голову к плечу, и его здоровый ирокез уткнулся прямо в нос Чарис.
  
  Она поморщилась и отвела в сторону яркие волосы, которые еще и пахли убойными мужскими духами. И почему их рекламируют, как аромат, привлекающий женщин?
  
  - Название не так уж и важно, - заметила Чарис. - Зачем оно нам, мы же не собираемся вступать в Космическую Лигу.
  
  - Нет-нет, без названия никак нельзя, - с жаром возразил Луиджи. - Оно должно быть пафосным и крутым.
  
  - Тогда давайте назовемся 'Излучатель тахионов Йошимото', - предложил Тоби.
  
  - Это что за хрень? - в один голос спросили Чарис и Челентано.
  
  - Поклонники не смогут такое произнести! - сказал Луиджи одновременно с ними.
  
  - Какие еще поклонники?! - возопила Чарис.
  
  - Излучатель тахионов используется в гипердвигателе, - с готовностью пустилась в объяснения Келли-Келли.
  
  - Да пофиг, что это, нужно другое название, - перебил Челентано.
  
  - По-моему, нет ничего круче излучателя тахионов. Это величайшее изобретение человечества, - гнул свое Тоби.
  
  Все заговорили наперебой, причем каждый о своем. Парочка инженеров предлагали одно заумное научное название за другим, Челентано с ними спорил, Луиджи пытался их утихомирить.
  
  - Так. Говорим по одному, - командирским голосом рявкнула Чарис, от шума у нее уже звенело в ушах.
  
  - Лу, ты предложил идею с названием, вот и придумывай.
  
  Луиджи, похоже, только этого и ждал.
  
  - 'Дикие быки', - с апломбом объявил он.
  
  - Не вижу, чем оно отличается от 'Излучатель тахионов как бишь там его', - сказала Чарис. - И то, и то хрен поймешь.
  
  - Отличное название, - вставил Челентано. - Может не всем понятное, зато звучное.
  
  - Хм, 'Дикие быки'... Кажется, это что-то брутальное, хотя я понятия не имеют, что такое 'быки'. Какое-нибудь оружие? - Келли-Келли сложила руку в знак вопроса.
  
  Луиджи рассмеялся.
  
  - Животные. Помните, я рассказывал про коров? Рогатые такие. - Он приставил два пальца ко лбу. - Быки - самцы этого вида.
  
  - Самцы, - с подозрением повторила Чарис. Что-что, а биология никогда не была ее сильной стороной.
  
  Тоби недоверчиво сощурился.
  
  - Как всегда, вешаешь нам лапшу на уши, Лу. Самцы. Ха! Все животные давно выводятся клонированием.
  
  Теперь уже Луиджи и Челентано смеялись вместе.
  
  - Сразу ясно, что вы не с фермерских планет, - сказал Челентано. - В бедных мирах, вроде нашего, просто нет денег на клонирование, и домашний скот размножается естественным путем. Да что там на клонирование. Даже не простого робота-рабочего и то не наскребали тугриков. В детстве мне приходилось пасти стадо коров самому.
  
  Келли-Келли и Тоби округлили глаза, даже Чарис не смогла подавить любопытство. Фермерские занятия, тем более такие, почти первобытные, казались ей чем-то таинственным и странным. Хотя Барса была частично фермерской планетой, Чарис, с рождения не покидавшая столицу, имела весьма смутное представление о сельском хозяйстве. В Военной Академии такому не обучают.
  
  - Да, да, пас коров с электрохлыстом, - подтвердил Луиджи. - И я тоже. Коров с окрестных ферм собирали в большое стадо, и мы, мальчишки, за ними следили. Помню, у семьи Челентано был здоровущий бык с ветвистыми рогами и шкурой черной, как космос. Злющий-презлющий. Но коровы были от него без ума.
  
  - Ага, его звали Сеньор Хрен, - поддакнул Челентано.
  
  Чарис невольно улыбнулась, представив себе такую зверюгу. Келли-Келли захихикала.
  
  - Тогда нам точно нужно назвать команду 'Дикие быки'. С намеком.
  
  - Все шутки об одном. - Тоби закатил глаза.
  
  - Не ворчи, ханжа. - Челентано панибратски хлопнул его по плечу. - Может быть, такое название принесет тебе удачу. - Он многозначительно подвигал бровями.
  
  - Не, даже бык не поможет Тоби кадрить девчонок. - Келли-Келли была сама тактичность и понимание.
  
  Луиджи поспешил замять неприятный для друга разговор.
  
  - В общем, все согласны вступить в команду 'Дикие быки'?
  
  Чарис пожала плечами.
  
  - Мне все равно, хоть 'Излучателем тахионов' назовемся.
  
  Остальные были не так равнодушны и горячо поддержали название 'Дикие быки'.
  
  - Предлагаю отметить образование новой команды, - предложил Луиджи, которому только дай повод что-нибудь отметить.
  
  - Мы теперь спортсмены, нам противопоказан алкоголь, - напомнил Тоби не без ехидства, но его комментарий не смутил Луиджи.
  
  - Тогда просто наедимся до отвала. Спортсмен ведь должен хорошо питаться.
  
  - Чур ты угощаешь! - заявил Челентано.
  
  Шумной гурьбой они вывалились из зала и направились в ближайшую закусочную - робо-бистро с полностью автоматизированным обслуживанием.
  
  Недавно закончился рабочий день, в зал набилась куча народу, так что команда 'Дикие быки' с трудом нашла свободный столик.
  
  Чарис нажала кнопку под столешницей, и в воздухе возникло сенсорное меню. Она выбрала себе тройной стейк с овощами и сок. Сидящий рядом Тоби тыкал пальцем в меню и ворчал, что в дешевых забегаловках нет традиционных имперских блюд.
  
  - Попробуй рыбу, - предложил Челентано. - Я тут обедал, когда ходил осматривать зал, рыба что надо, хотя и синтезированная.
  
  Тоби с сомнением уставился на фотографию с зеленой рыбой. Келли-Келли перегнулась через стол и нажала кнопку 'Заказ' за него.
  
  - Эй!
  
  - Ты бы три часа выбирал, так что считай это моей дружеской помощью.
  
  Нетерпение Келли-Келли было понятно. В любом кафе или закусочной Тоби придирчиво изучал меню и часто делал заказ, когда остальные уже давно заканчивали есть.
  
  - Что-то долго не появляется еда. - Луиджи жалобными глазами голодной шинхи взглянул на круг на столе, который должен был отодвинуться, пропуская тарелку с едой.
  
  - Народу много, даже роботы не справляются с потоком заказов. - Осмотрев зал, Челентано вдруг со смесью удивления и восхищения уставился на что-то.
  
  Чарис проследила за его взглядом. Да, посмотреть было на что. Через зал, лавируя между столиками, как легкий истребитель между линкорами, плыла шикарная белокурая дама. Про таких говорят: 'фигура как Колба Стайна'. То есть сверху широко, в талии узко, а внизу опять широко.
  
  'Вот так орудия!' - Чарис мысленно присвистнула, глядя на ее грудь.
  
  Женщина заметила Челентано, и на ее пухлых розовых губах расцвела ядовитая улыбка.
  
  - Знакомый ирокез, - мелодичным голосом проговорила она, подходя ближе.
  
  Теперь на нее обратили пристальное внимание и остальные представители сильного пола за столом. Луиджи уставился на женщину с откровенным восхищением. Тоби принял подчеркнуто равнодушный вид и уткнулся в тарелку, которая как раз появилась перед ним, но все же украдкой бросал на красотку жадные взгляды. Даже Келли-Келли посмотрела на женщину с интересом, но это был интерес космобиолога, увидевшего неизвестную науке яркую бабочку.
  
  Челентано ответил красотке такой же злорадной улыбкой.
  
  - Знакомые... глаза. Давненько не виделись, Лукреция.
  
  Воздух между ними сгустился, в нем будто проскакивали искры.
  
  - Что ты здесь забыл? Неужто снял соседний спортзал?
  
  - Прямое попадание! Твоя интуиция на высоте, впрочем, иного я от тебя и не ожидал.
  
  - Ха, только не говори, что тебе есть с кем тренироваться! Нашел-таки команду?
  
  - Ты думаешь, я побился бы с тобой об заклад, если бы у меня уже не было на примете команды?
  
  'Значит, сногсшибательная красотка Лукреция и есть тот самый соперник Челентано по пари, - поняла Чарис. - Хотя зачем ей с ним спорить? С такими "ракетами" можно найти крутого качка, который выбьет из Челентано и миллион, и два миллиона'.
  
  Лукреция окинула сидящих за столом 'Диких быков' оценивающим взглядом, под которым Чарис почувствовала себя несколько неуютно, словно ее взвесили и поставили ценник, как на товар.
  
  - И это все, кого ты смог найти? - Лукреция презрительно фыркнула. - Лучше зацени моих молодчиков.
  
  Она махнула рукой, указывая на соседний столик. Чарис посмотрела туда, радуясь возможности приглядеться к будущим соперникам. Со стороны Лукреции было не слишком разумно демонстрировать игроков до матча. Хотя возможно это была лишь уловка, чтобы запутать.
  
  'Я уже начинаю воспринимать матч как сражение. Какие еще уловки и сложные стратегии? Это же просто спорт...', - мысль Чарис резко оборвалась, а волосы чуть не встали дыбом.
  
  За соседним столиком сидели двое аль-хазарцев!
  
  Здоровенные, под два метра ростом и такой же ширины в плечах, они походили на две квадратные груды мышц. Лица казались вырубленными из камня простым долотом. Под тяжелыми надбровными дугами прятались маленькие черные глазки. Большие челюсти воинственно выдавались вперед.
  
  Чарис едва не зарычала от отвращения и досады. Невероятно, что целых два аль-хазарца объявились в этом секторе Галактики М42! И вдвойне невероятно, что Лукреция зазвала их в свою команду.
  
  Шанс победить в грядущем матче резко устремился к нулю. Но дело было не только в этом. Чарис просто не могла смотреть на мерзкие рожи аль-хазарцев и не знала, чего ей хочется больше, поблевать на них или избить.
  
  Аль-Хазард - извечный конкурент Барсы. Там разработали свою технологию выращивания суперсолдат с помощью клонирования. Поэтому не удивительно, что аль-хазарцы были похожи, как братья-близнецы. К тому же в их концепции суперсолдат уделяли гораздо больше внимания мускулатуре, чем интеллектуальному развитию. Ужас же! Пощечина всем военным! Именно из-за аль-хазарцев по космосу гуляют байки о тупых генномодифицированных солдафонах.
  
  'Выводить людей как животных, отвратительно', - такую истину Чарис вдалбливали с первых дней в Академии.
  
  Хотя самим аль-хазарцам наверняка было глубоко плевать на способ, каким они появились на свет.
  
  - Эй, Бад, я чую отвратную вонь, - прогудел один из них, почесывая нос.
  
  - Где-то рядом барсианское дерьмо, Боб.
  
  Они дружно, как по команде, обернулись к Чарис.
  
  - Ба, смотри, Бад, барсианочка вышла погулять совсем одна. - Боб (или как там его звали) попытался добавить в голос ехидных ноток, но при генетическом программировании клонов над голосовыми связками явно не особо заморачивались. - Тебе не страшно, малышка?
  
  Чарис высокомерно вскинула голову и наградила парочку дебилов самым ледяным взглядом в своем арсенале ледяных взглядов. Мысли о матче, соседях по столу и Лукреции мгновенно вылетели у нее из головы. Зато кулаки зачесались.
  
  - Что за звуки я слышу? - с ленцой проговорила она. - Неужели аль-хазарцы разговаривают. Я думала, что с вашими маленькими мозгами вы не в состоянии выдавать членораздельную речь.
  
  Братья переваривали эту фразу почти полминуты.
  
  - Эй, Бад, кажется, она только что назвала нас идиотами?
  
  - Точняк, Боб.
  
  Бад (или все же Боб?) хрустнул костяшками так громко, что даже на мгновение перекрыл шум в бистро.
  
  Аль-хазарцы с поразительной синхронностью поднялись из-за стола и направились к Чарис. Она встала им на встречу и небрежным кивком указала на дверь, без слов предлагая: 'Выйдем, разберемся'.
  
  Драки было бы не миновать, если бы между непримиримыми противниками не вклинилась нескладная фигура Луиджи. Пританцовывая на месте, он покрутил ладонями с растопыренными пальцами.
  
  - Любовь и мир! Мир и любовь!
  
  Бад (или все же Боб? Как же трудно различать этих гребаных клонов!) попытался отодвинуть Луиджи с дороги, но тут раздался такой вопль, что даже аль-хазарцы слега вздрогнули.
  
  - ОПЯТЬ ВЫ!!!
  
  Из-за столика, за которым расположилась команда Лукреции, вскочил высокий, загорелый мужчина и указал на Луиджи обвиняющим перстом.
  
  Чарис, признаться честно, была так поглощена аль-хазарцами, что даже не обратила внимания на других членов команды-соперника. Теперь она пригляделась к ним.
  
  За столиком сидел еще один мужчина. Но о нем сложно было что-либо сказать. Весь какой-то блеклый, будто выцветший.
  
  А вот крикливого Чарис узнала. Сложно не вспомнить такой пирсинг.
  
  - Привет, Джо! - Луиджи помахал рукой так, будто встретил старого друга.
  
  - Приветик! - Келли-Келли радостно улыбнулась.
  
  Только Тоби промолчал.
  
  Джо Дредноут разразился смехом. Вроде бы веселым, но истеричных ноток в нем хватало.
  
  - Вы что, чуваки, преследуете меня? Признайся, бой-баба, ты на меня запала и выследила?
  
  Чарис даже не стала отвечать на такой глупейший вопрос.
  
  - Это нам впору решить, что ты за нами охотишься. - Луиджи хитро прищурился. - Никак не ожидал увидеть тебя в команде по экстрибасу, зная твой кхм... род занятий.
  
  Джо ничуть не смутился и философски сказал:
  
  - Все течет, все изменяется. Я решил припланетиться и попробовать что-нибудь новенькое.
  
  - Ты умеешь играть в экстрибас? - с искренним интересом спросил Луиджи.
  
  Но тут аль-хазарцам надоело слушать мирную беседу. Они взяли Луиджи с двух сторон за плечи, подняли и переставили, как грузчики какой-нибудь контейнер.
  
  - Харе болтать, барсианка. Или она трусит, Бад?
  
  - Барсианцы горазды нападать только толпой, Боб.
  
  - Это вам пора бежать на Аль-Хазард, поджав хвосты, - огрызнулась Чарис.
  
  Главное не начинать драку в заведении. Оплата ремонта сожрет всю ее зарплату. Но намечающуюся потасовку снова прервало вмешательство неожиданной силы.
  
  - Аль-Хазард?!
  
  Чарис слишком хорошо знала этот тон голоса Келли-Келли.
  
  Все признаки налицо: и нездоровый блеск в глазах, и извивающиеся пальцы на руках. Ноздри раздуваются, жадно втягивая несуществующий запах.
  
  Келли-Келли почуяла нечто необычное.
  
  - Настоящие аль-хазарцы! - в экстазе воскликнула она.
  
  - Ату их, Келли-Келли! - подстегнул ее Луиджи.
  
  Аль-хазарцев воспитывали в жестких условиях. Им генетически прививали храбрость, стойкость и несгибаемую силу воли.
  
  Но когда на Бада и Боба набросилась пылающая научным энтузиазмом Келли-Келли, Чарис увидела невероятное - страх на каменных мордах. Братья подались назад и побледнели. Келли-Келли носилась вокруг них электровеником, счастливо попискивая и сыпля нанобиологическими терминами. Она щупала рельефные мышцы на их предплечьях, вытягивала руки и проверяла зубы. Неизвестно откуда у нее в ладони появились шприц и колба.
  
  - Я возьму у вас пробу крови? Можно-можно-можно?!
  
  Наблюдавшая за чудесными зрелищем Чарис почувствовала, как ее лицо расплывается в довольной улыбке. Ничего прекраснее, чем испуганные аль-хазарцы, она не видела с тех пор, как они всем отрядом измазали усы спящего сержанта Штайнера суперклеем.
  
  - Кончай балаган!
  
  Да-да, именно так и рявкал сержант... Стоп, это не он. Это Лукреция. По дамочке плачет армия!
  
  Чарис удивилась, что Лукреция не вмешалась раньше. Неужели не замечала намечающегося мордобития? Или не боялась, что ее игроков покалечат?
  
  Оказалось, Лукреция успела сесть за стол рядом с Челентано. Похоже, именно задушевная беседа с ним отвлекала ее от игроков. Но теперь она решила взять аль-хазарцев в железные рукавицы.
  
  - Я нанимала вас не для того, чтобы вы устраивали драки, - холодно проговорила Лукреция. - По крайней мере, до игры. Вы - мои подчиненные. Или дисциплина уже ничего не значит для славных воинов Аль-Хазарда?
  
  Против такого братьям возразить было нечего. Прямой приказ нанимателя - закон. И его нарушение позор для любого наемного солдата. Чарис впервые подумала, что ей, пожалуй, повезло с Луиджи, который просто не умел приказывать.
  
  - Вижу, ты тоже нашел сильных игроков, Челентано. - Лукреция снова посмотрела на Чарис тем неприятным, оценивающим взглядом.
  
  - Барсианка, значит... Что ж, посмотрим, так ли вы хороши, как о вас говорят.
  
  С этими словами Лукреция встала плавным, удивительно грациозным движением и с королевским величием проследовала к своему столику. Мужчины проводили ее покачивающиеся бедра горящими взглядами, лишь Тоби не поднял головы и еще старательнее принялся ковырять рыбу, которая и так уже превратилась в пюре.
  
  'Знатная стерва', - подумала Чарис.
  
  Луиджи оттащил упирающуюся Келли-Келли от вконец растерявшихся аль-хазарцев, которые тут же поспешили ретироваться, и вернул ее за стол.
  
  - Какая женщина, - выдохнул он, садясь на свое место. - Челентано, хитрый хрен, почему ты нас раньше не познакомил?
  
  - Чтобы она тебя не окрутила. С Лукрецией надо держать ухо востро. Не ведись на ее буфера и задницу.
  
  - Уже повелся. - Чарис хмыкнула.
  
  - Я могу ценить красоту чисто платонически, - возразил Луиджи.
  
  - Платонист, чтоб тебя. Почему ты не дал мне взять анализы у аль-хазарцев?! Они же согласились. - Келли-Келли выглядела как обиженный ребенок, у которого отобрали любимую игрушку.
  
  - А, по-моему, они уже собирались упасть в обморок. - Чарис специально произнесла это достаточно громко. - То-то было бы зрелище. Жаль, что я не записала на видео.
  
  Из-за соседнего столика донеслась неразборчивая брань.
  
  - Между прочим, ничего забавного тут нет, - мрачным шепотом заметил Тоби. - Если в команде соперника целых два суперсолдата, то нам нечего надеяться на победу.
  
  - Ты такой пессимист. Зато у нас есть Келли-Келли и Чарис. И твои платиновые мозги! - Луиджи всегда умел польстить.
  
  Обед продолжался мирно. Из-за соседнего стола не доносилось никаких звуков, кроме стука вилок и чавканья аль-хазарцев.
  
  'Дикие быки' обменивались только незначительными замечаниями о скверном качестве еды в робо-бистро, негласно отложив любые обсуждения матча.
  
  Покончив с обедом, все потянулись к выходу. Когда Чарис проходила мимо столика соперников, до нее долетел шепот, который смогло бы расслышать только чуткое ухо барсианца.
  
  - Готовься. Во время матча мы тебя раскатаем.
  
  - Кишка тонка, - ответила Чарис также тихо.
  
  Теперь грядущий матч приобрел для нее особую важность.
  
  Как только они оказались на улице, Луиджи сразу же набросился на Чарис с вопросами.
  
  - Что с тобой? В тебе как будто стартовую кнопку нажали. Никогда не видел тебя такой взбешенной.
  
  - Я думал, ты тех двоих на месте задушишь, - поддакнул Тоби, укоризненно покачав головой.
  
  Чарис даже не знала, что внятного им ответить.
  
  - Но они же аль-хазарцы, - только и сказала она, для нее это уже было достаточным оправданием.
  
  - Ну, зато теперь Чарис точно не откажется от матча. - Челентано ей подмигнул.
  
  Чарис ответила мрачным взглядом.
  
  - Я бы в любом случае не отказалась от матча, раз уже согласилась.
  
  - А следовало бы. - Тоби скорчил недовольную мину. - Если бы я знал, что против нас будут играть два аль-хазарца, не за что бы не согласился. Еще не поздно одуматься.
  
  Он остановился и указал пальцем на Челентано.
  
  - Ему, - это слово Тоби выделил особо, - мы ничего не должны.
  
  Челентано встретил его слова на диво спокойно, только пожал плечами.
  
  - Вы не подписывали со мной контракт. Я не в праве вас заставлять. Если хотите - можете соскочить.
  
  В его голосе проскользнули нотки горечи, Чарис не могла понять, фальшивые они или нет.
  
  - Я не собираюсь тебя бросать. - Луиджи хлопнул его по плечу и залихватски улыбнулся. - Хазарцы не хазарцы, мне все равно.
  
  - Мне не все равно, - заявила Келли-Келли и мечтательно возвела глаза к темнеющему небу. - Настоящие аль-хазарцы! Я смогу их еще раз увидеть и, может быть, все же возьму кровь на анализ. Кстати, я слышала, что они не используют нанотехнологии, значит, нам не стоит опасаться сверхскорости, похожей на барсианскую. Верно ведь, Чари?
  
  Все повернулись к ней, как к главному специалисту по суперсолдатам.
  
  - Верно, на Аль-Хазарде нанотехнологиям предпочитают направленные мутации и клонирование, - подтвердила она и нехотя добавила. - Но аль-хазарцы и без нанитов гораздо сильнее нормальных людей.
  
  'И сильнее меня в обычном состоянии', - мысленно добавила она.
  
  Но вслух Чарис признаваться в своей слабости не стала. Во-первых, потому что рядом Челентано, а ему она не настолько доверяла, чтобы откровенничать. Во-вторых, из-за банальной гордости.
  
  На самом деле справиться с двумя аль-хазарцами ей будет трудновато. С нанитами она их раскидает, но даже десятипроцентный режим нельзя использовать в течение всего матча. Но отступать Чарис не собиралась.
  
  - Аль-хазарцев оставьте мне, - весомо проговорила она.
  
  Челентано покосился на нее и ухмыльнулся.
  
  - Я им не завидую.
  
  Оставшуюся до матча неделю 'Дикие быки' усиленно тренировались. За такое короткое время невозможно было сколотить настоящую команду по экстрибасу, оставалось только надеяться, что соперники - в такой же ситуации. В конце концов, даже аль-хазарцы не смогут забить в корзину, пока не получат мяч.
  
  В день игры нервничали все, даже Чарис ощутила легкий мандраж, напомнивший ей волнение перед первым сражением. Келли-Келли скакала на одной ножке, безостановочно размахивала руками и корчила рожи. Тоби сложил несколько победных оригами, а Луиджи шутил не к месту. Только Челентано внешне оставался абсолютно спокойным, как будто это не ему в случае проигрыша придется отвалить миллион кредитов.
  
  'За ним нужен глаз да глаз, с него станется удрать, оставив все долги Луиджи', - решила про себя Чарис.
  
  'Дикие быки' добрались до зала в центре города, где должен был проходить матч, в большом мобиле, рассчитанном на двадцать человек.
  
  На парковке почти не было свободных мест. Странно. Неужели в команде соперников столько народу, что пришлось арендовать аж десяток тачек?
  
  Пока Чарис переодевалась, ее не покидало чувство тревоги, но Келли-Келли отвлекла ее от дурных предчувствий, когда от волнения запуталась в форме. Пришлось ее выручать. А затем еще уговаривать не надевать гульфик. Но Келли-Келли была непреклонна, и Чарис махнула на нее рукой.
  
  Наконец, все были готовы и собрались вместе
  
  - Вперед к победе! - зычно объявил Луиджи.
  
  Выход 'Диких быков' на площадку был встречен ревом трибун...
  
  Ревом?!
  
  - Жители Энтеи, приветствую вас на суперматче! - несся из динамиков громогласный вопль комментатора. - На кону миллион кредитов! Кто же победит в этой борьбе?! Сегодня вы увидите настоящую схватку не на жизнь, а на смерть!
  
  На миг у Чарис просто отвисла челюсть. Она ожидала ловушки мафиози, заложенной бомбы, ядовитого газа. Но не такого!
  
  Она словно вошла в экран головизора и оказалась на финале Космической Лиги. Зал сиял огнями. Трибуны были битком набиты орущим народом, который временами даже перекрикивал голос комментатора. Над головами многих зрителей висели голографические тексты весьма азартного содержания, вроде 'Вперед Быки!' или 3D-изображения рогатых голов. На противоположной стороне зала виднелись эмблемы команды-соперника: скрещенные плазмометы.
  
  Возле скамейки запасных 'Быков' прыгали девушки в коротеньких красных юбочках и облегающих красных топиках. Размахивая светящимися помпонами, они выкрикивали: 'Быки, быки, ура! Насадите их на рога!'. Некоторых из девиц Чарис видела в баре с Луиджи.
  
  У скамейки соперников не менее активно прыгали и кричали девушки в синем.
  
  Оправившись от шока, Чарис сграбастала Челентано за грудки.
  
  - Это... это еще что за хе... - цензурных слов не нашлось, и она просто указала свободной рукой на беснующиеся трибуны.
  
  Челентано невинно захлопал глазками.
  
  - Зрители.
  
  - Вижу, что зрители, а не шинхи. Я спрашиваю, какой сверхновой, на нашем матче зрители?! И комментатор, мать его за ногу?!
  
  - Такой, что они заплатили по тысячу кредитов за вход. За места в первых рядах - три тысячи.
  
  Чарис выпустила Челентано и перевела бешеный взгляд на Луиджи.
  
  - Ты ведь все знал, почему не предупредил?!
  
  - Я не знал, клянусь 'Ласточкой'!
  
  - Но болельщиц притащил ты!
  
  Луиджи не стал отпираться и обезоруживающе улыбнулся.
  
  - Я подумал, что нам не помешает группа поддержки. Играть с пустым залом совсем скучно. Но я понятия не имел, что Челентано обеспечил нас такими замечательными болельщиками.
  
  - Не ворчи, Чари. - Келли-Келли ткнула ее кулаком в бок. - Круто же. После матча у нас наверняка появятся фанаты.
  
  Насчет фанатов Чарис здорово сомневалась. Жители захолустной Энтеи просто рады были любому развлечению, будь то бои без правил или матч по экстрибасу. Они наверняка и команду, за которую болеть, выбирали по принципу 'Ух ты, какой прикольный рогатый зверь у них на эмблеме'.
  
  Чарис терпеть не могла сюрпризы, но деваться некуда, придется играть при зрителях. В этом есть и свои плюсы. Поймав Челентано за шкирку и притянув к себе, Чарис наклонилась так, чтобы ее губы почти касались его уха.
  
  - Мы ведь получим часть выручки за билеты, - опасно мягко прошептала она. Это был не вопрос, а утверждение.
  
  - Конечно-конечно, - выпалил Челентано.
  
  Мысленно Чарис решила, что как только закончится матч, она схватит его и будет выкручивать ему одну руку, пока другой он будет набирать на клавиатуре комма номер счета компании 'Лу и Ко'.
  
  Чарис ожидал еще один неприятный сюрприз: комментатор начал представлять игроков команд.
  
  - На поле выходят неукротимые 'Дикие быки'! Их капитан - король дриблинга Челентано!
  
  Луч прожектора осветил его фигуру, и Челентано послал аплодирующим зрителям воздушный поцелуй.
  
  'Вот же устроил шоу, придурок. - Чарис прикрыла глаза рукой. - И он наверняка подсказал комментатору, как нас представить. Он и стерва-Лукреция'.
  
  - Центровой, поднимающий одной рукой робота-погрузчика! Луиджи Феррара!
  
  Луиджи помахал толпе рукой и принял позу культуриста, демонстрируя стальные бицепсы и улыбаясь во все тридцать два зуба. Вот уж кто точно наслаждался вниманием к своей персоне.
  
  - Гений тактики и стратегии! Мозг команды! Разыгрывающий - Тобимароноске Юигахамагирикоси!
  
  Комментатор был настоящим мастером своего дела: произнес заковыристое имперское имя без запинки. Это немного подняло настроение Тоби, который, как и Чарис, был не рад толпе. Но, услышав свое имя, он даже слегка улыбнулся и церемонно поклонился трибунам. Как только луч прожектора переместился на Келли-Келли, Тоби склонился к Чарис и шепнул:
  
  - Не нравится мне все это.
  
  - Поздно заливать топливо, когда двигатель сломан, - в тон ему ответила Чарис.
  
  - Шутер, который никогда не промахивается! Келли-Келли! - продолжал вопить комментатор.
  
  - И наконец... Барсианский зверь! Тяжелый форвард, давящий все на своем пути - Чарис Берг.
  
  Стараясь сохранить на лице невозмутимое выражение, хотя после такого горячего представления это было ой как сложно, Чарис помахала 'фанатам'.
  
  'Ну, Челентано, погоди! Вот закончится игра, и я тебе припомню "барсианского зверя"'.
  
  - О-о-о, я вижу, на поле выходят 'Безумные десантники'! - объявил комментатор. - Их капитан, чья красота ослепляет, как взрыв сверхновой, Лукреция Борджэ!
  
  Из дверей в противоположной части зала показалась команда соперников, облаченная в синюю форму. Чарис с удивлением отметила, что сама Лукреция тоже будет играть. Вроде бы она не слишком спортивная, тогда как собирается тягаться со здоровыми мужиками? Или она в команде просто так, для ровного счета?
  
  Представление продолжалось:
  
  - Два тяжелых форварда: титановые братья Бад и Боб, прибывшие к нам с самого Аль-Хазарда! Ультразвуковой разыгрывающий Джо Дредноут! И... - тут комментатор слегка запнулся. - Ян Джеймс.
  
  Так звали невзрачного мужика, неудивительно, что даже комментатор про него ничего не сказал: зацепиться попросту не за что. Чарис даже черт его лица никак не могла запомнить, настолько они были обычными.
  
  - У-у-у, у них классное название, даже лучше нашего, - жалобно заметил Луиджи. - Почему я до него не додумался?
  
  - Хорошо, что не додумался. Пусть лучше братья-дебилы зовут себя 'безумными', им больше подходит, - проворчала Чарис.
  
  - Вижу, ты в боевой готовности. - Челентано хлопнул ее по плечу. - Будет жаркая битва.
  
  И тут же комментатор объявил:
  
  - Сегодня на площадке столкнутся могучие воины Барсы и Аль-Хазарда! Конкурирующие организации суперсолдат, наконец-то выяснят, кто же сильнее! Грядет эпохальное сражение!
  
  Эти вопли раздражали, и Чарис применила натренированный годами принцип 'отключись': не стала обращать на посторонние звуки внимания, для нее и рев трибун, и назойливые комментарии перестали существовать. Остались только сокомандники и соперники. В чем-то комментатор был прав, сегодня она и аль-хазарцы решат, чьи кулаки тяжелее.
  
  'Дикие быки' собрались в кружок.
  
  - Итак, начинаем, как договаривались, - проинструктировал всех Тоби. - Чарис ловит мяч на розыгрыше, передает его Келли-Келли, и она забивает трехочковый.
  
  - Так точно, сэр! - Келли-Келли отдала честь.
  
  Остальные только кивнули.
  
  Команды вышли на середину площадки, выстроились друг напротив друга, Чарис и один из братьев-дебилов (Чарис запомнила номера братьев и решила называть этого, под номером пять, Бобом) выступили вперед. Боб осклабился, демонстрируя ровные белые зубы. Чарис не стала строить угрожающих рож, просто спокойно следила за его движениями.
  
  Один из выкрашенных в черно-белые полосы роботов-судей выкатился к ним, держа в манипуляторах мяч. Подкинул его высоко под потолок и быстро откатился. Чтобы не затоптали.
  
  Чарис и Боб прыгнули почти одновременно, взвиваясь в воздух, как ракеты земля-космос. Только дымящихся хвостов не хватало. Но Чарис все же была легче здоровенного Боба, поэтому ее подбросило выше, и она успела перехватить мяч под самым носом противника.
  
  Они оба с грохотом опустились на площадку и наверняка оставили бы на полу вмятины, если бы он не был сделан из прочных сталепластиковых плит. Боб и его сокомандники сразу же ринулись к Чарис, надеясь отобрать мяч. Но она уже сделала пас Келли-Келли. Та мгновенно удлинила руки на несколько метров и положила мяч в корзину.
  
  Все действо заняло не больше тридцати секунд.
  
  Судья засвистел и на табло высветлись набранные 'Быками' очки.
  
  - Вы это видели, дорогие зрители! В первые же секунды игры трехочковый! Потрясающе! Неожиданная генная модификация! Смогут ли 'Десантники' справится с мощнейшим оружием 'Быков'?!
  
  Судя по злобным выражением на физиономиях братцев, они уже придумали план мести, благо мяч под их кольцом подобрал Джо и теперь 'Десантники' могли атаковать.
  
  Джо, надо отдать ему должное, ловко вел мяч и увернулся от бросившегося ему наперерез Челентано, затем обошел зазевавшегося Тоби. Чарис попыталась включиться в погоню, но пол у нее под ногами задрожал, и вдруг в нем открылась дыра. На одну мучительно долгую секунды Чарис зависла в пустоте, а затем стремительно полетела вниз. Она успела ухватиться за край дыры, подтянулась и мощным рывком выбросила тело на твердую поверхность. За спиной с подозрительным чавкающим звуком захлопнулся люк. Чарис краем глаза уловила рядом движение и отскочила в сторону. Туда, где она только что лежала, рухнула огромная туша аль-хазарца.
  
  - Барсианцы ловко уклоняются! Трусы! - проревел он.
  
  Чарис не поддалась на провокацию и побежала к своему кольцу, туда, где кипела схватка за мяч. Проклятущий оранжевый шарик переходил из рук в руки. Джо кидал его Лукреции, Лукреция обратно Джо. Между ними метались 'Быки', пытаясь отобрать мяч.
  
  Келли-Келли удлинила одну руку, оплела колени Джо, он потерял равновесие и упал. Потерянный мяч поймал Тоби, перекинул Келли-Келли. Она собралась опять провернуть финт с трехочковым.
  
  - Нет! - заорала Чарис. - Давай мне!
  
  Но было поздно. Второй аль-хазарец уже был рядом с Келли-Келли, клешнеподобной лапищей он сгреб ее запястья и как пушинку оторвал от пола. Келли-Келли героически не выпускала мяч, но тут аль-хазарец принялся раскручивать ее над головой, точно пращу. Затем размахнулся и швырнул Келли-Келли в сторону скамеек. Она врезалась прямо в кучку запасных игроков 'Быков', которые сработали как подушка безопасности.
  
  С трудом подавив желание побежать на помощь, Чарис ринулась за улетевшим мячом.
  
  'Форма защитит ее от такого падения, ничего страшного', - убеждала она себя.
  
  А вот Луиджи справится с инстинктом мамочки не смог и, скорее всего, даже не пытался. Забыв про свое место под кольцом, он побежал к Келли-Келли, крича на бегу что-то про врача и извергов аль-хазарцев.
  
  Завладевшие мячом 'Десантники' воспользовались отсутствием центрового.
  
  Чарис с обеих сторон обступили братья, не пуская к кольцу. Они размахивали кулаками, и ей оставалось только уклоняться.
  
  'Пора включить наниты? Или еще рано?'
  
  Пока Чарис принимала решение, Джо подбежал к кольцу 'Быков', обогнав Тоби. Челентано преградила путь стена огня, так что защищать кольцо было некому. Джо подпрыгнул и мягко, даже с долей грации, опустил мяч в корзину.
  
  - А вот и ответ! Джо показывает отличную игру и приносит команде два очка! Он - таинственная личность! Возможно, когда-то он играл в экстрибас на профессиональном уровне!
  
  'Звездолеты он потрошил на профессиональном уровне', - зло подумала Чарис.
  
  - Таймаут! - прокричал Тоби, делая роботу-судье знаки.
  
  Тот распознал условные жесты, засвистел. Команды поплелись к своим скамейкам.
  
  Келли-Келли уже встала на ноги, Луиджи поддерживал ее под руку, взволнованно причитая:
  
  - С тобой точно все хорошо? Жуткий был удар, ты могла запросто сломать шею!
  
  - Все пучком, - убеждала его Келли-Келли. - Это ж экстрибасовская форма, чтобы сломать в ней шею, надо постараться.
  
  Стремительно подойдя к ним, Чарис набросилась на Луиджи с упреками.
  
  - Ты почему оставил свой пост?! В сражении нечего распускать слюни! Если полезешь спасать товарища и подставишь врагу тыл, сдохните оба.
  
  Вспылив, она не заметила, что перешла на военные термины. Давненько она так не злилась: самый разгар боя с аль-хазарцами, а этот мягкотелый придурок всех подставил, не выполнил свою задачу, нарушил ряды...
  
  - Опомнись, мы же не на войне! - Луиджи редко повышал голос, поэтому, когда такое случалось, то оказывало сильное воздействие.
  
  Спохватившись, Чарис проглотила новые упреки - точно комок зачерствевшего хлеба.
  
  'Это же не война... Просто мачт... Спорт'.
  
  - Эй, эй, полегче, - подчеркнуто будничным тоном произнес Челентано. - Нужно драться не друг с другом, а с соперниками.
  
  - Верно, со мной же ничего не случилось, - поддакнула Келли-Келли.
  
  - Амортизационный материал костюма, сделанный из специальных волокон... - Тоби быстро толкнул лекцию о защите экстрибасцев, чем окончательно разрядил обстановку.
  
  Чарис сняла шлем, провела рукой по лицу. Пота вытирать не требовалось, в шлем была встроена система, которая осушала кожу, но все равно этот жест помог сосредоточиться.
  
  - Извини, Лу, - проговорила она. - Что-то на меня нашло.
  
  - Бывает, - миролюбиво согласился он. - Я тоже хорош.
  
  - Лады, раз все успокоились, возвращаемся на поле, время перерыва закончилось, - заметил Челентано и вдруг протянул сжатую в кулак руку.
  
  Чарис не поняла, чего он хочет, Келли-Келли сориентировалась быстрее и прижала свой маленький кулак к кулаку Челентано. Ее примеру последовали остальные.
  
  Челентано набрал в грудь воздуха и взревел:
  
  - Порвем их!!!
  
  'Вот и боевой клич, - с усмешкой подумала Чарис. - Как там говорили в каком-то журнале: спорт родился, как альтернатива войне? Вроде на Старой Земле придумали проводить состязания вместо сражений'.
  
  Она нахлобучила шлем, тщательно застегнула ремень под подбородком и уверенным шагом вышла на поле, где ее поджидали скалящиеся аль-хазарцы.
  
  Судья встал в одном из углов площадки, держа в манипуляторах мяч, игроки столпились напротив. Едва судья швырнул мяч, как образовалась свалка. Чарис ударом ноги в солнечное сплетение вывела Бада из строя на пару секунд, но подоспевший Боб мощным хуком в челюсть отшвырнул ее на пару метров в сторону. В полете Чарис заметила, что Боб тут же получил свое: Келли-Келли сделала ему удачную подножку. На фоне тузили друг друга Джо и Челентано. Во всей этой суматохе, Тоби как-то смог поймать мяч и побежал с ним к кольцу 'Десантников'.
  
  Вскочив пружинистым движением, Чарис бросилась следом. Тоби отдал ей пас и кивнул, предлагая забить.
  
  Обойти маячившую под корзиной Лукрецию было как два пальца. Чарис подпрыгнула, держа мяч в обеих руках и собираясь сделать красивый данк.
  
  - Бутерброд!
  
  Пресс сдавил Чарис с двух сторон, она даже не сразу поняла, что вовсе не перенеслась на конвейер завода по переработке мусора. Просто Бад и Боб навалились на нее одновременно. Вот уж действительно бутерброд. А Чарис в нем котлета. Или даже кусочек сыра. Тоненький такой.
  
  Воздух в груди превратился в стальные иглы, ребра ощутимо затрещали, а в глазах потемнело. О мече думать было невозможно.
  
  Когда давление прекратилось, Чарис рухнула на пол. Но сумела сгруппироваться и не плюхнуться уж совсем позорно, как мешок с дерьмом.
  
  Она перекатилась по руке, приземлилась на корточки и вскинула голову. С двухметровой высоты на нее уничижительно смотрели черненькие глазки аль-хазарцев, будто спрашивая: 'Ну как, понравилось?'.
  
  Выпрямившись демонстративно вальяжно, Чарис едва удержалась от презрительного плевка. Нечего казенный пол пачкать.
  
  - И это, по-вашему, прессинг? Да одна затрещина нашего сержанта покруче будет.
  
  Тут прозвучал свисток судьи, и комментатор зашелся в восторженном крике:
  
  - Какой красивый мяч! Как точно и просто положил его в корзину... эм... Ян Джеймс!
  
  Пока аль-хазарцы пытались сделать из Чарис сэндвич, их сокомандник успел завладеть мячом и даже забить. Луиджи поскреб верхушку шлема, подобрал пролетевший через корзину мяч и кинул его обратно на поле, прямо в растопыренные пальцы Келли-Келли.
  
  - Давайте ответим! - зычно воскликнула она и удлинила руки.
  
  Аль-хазарцы затрусили к ней, но на этот раз Чарис была наготове и жаждала мести: побежав следом, она подпрыгнула и врезала коленом по шлему Бада. Он остановился, потеряв ориентацию от мощного удара.
  
  Чарис бросилась за Бобом, он уже был в опасной близости от Келли-Келли, когда из пола под углом ударила мощная струя воды. Боб не удержался на ногах, полетел назад, едва не сбив Чарис, отскочившую в последний момент.
  
  Келли-Келли протянула руки почти через все поле и положила мяч в корзину 'Десантников'.
  
  - Йа-ху! Так вам! - Она принялась двигать тазом, демонстрируя прикрытое гульфиком несуществующее достоинство.
  
  Вот этого делать не стоило.
  
  Злобную, черную ауру, окружившую аль-хазарцев, можно было увидеть невооруженным глазом. Они забили на матч и объявили охоту на Келли-Келли. Оглушительно топая, аль-хазарцы гонялись за ней, Келли-Келли улепетывала от них с не менее оглушительным визгом. Остальные несколько минут таращились на это зрелище. Зрители, похоже, тоже подзабыли о матче и принялись выкриками поддерживать бегущих.
  
  Комментатор не отставал, строча в микрофон:
  
  - Какая опасная ситуация! Бад настигает Келли-Келли, он протягивает руки и... но нет! Она пригибается, проскальзывает прямо у него между ног! Какое потрясающее проворство!
  
  Зрители разразились аплодисментами.
  
  - Нам нужно ей помочь! - взволнованно, но немного неуверенно проговорил ушедший от кольца Луиджи.
  
  - Зачем? Она же так здорово отвлекла братцев-амбалов. - Челентано усмехнулся. - Давайте воспользуемся шансом.
  
  - Ага. - Чарис кивнула, - ничего с ней не случится. Я буду наблюдать краем глаза и, если что, вмешаюсь.
  
  - Хватит болтать! Они в атаке! - крикнул Тоби. - Лу, возвращайся под кольцо!
  
  'Десантники' уже наступали дружным строем, в центре шел Джо, отбивающий мяч. Однако их атака чуть не захлебнулась, когда мимо пробежала Келли-Келли и ее преследователи. Лукреция сделала Келли-Келли подножку, но та ловко перепрыгнула через изящную ступню Лукреции. Зато Боб споткнулся и растянулся на полу. Сверху на него рухнул не успевший затормозить Бад.
  
  Пока Джо засмотрелся на кучу малу, Челентано увел у него мяч, перекинул Тоби. Чарис побежала за ними к кольцу противников, приготовившись получить пас. Но Тоби решил покрасоваться и забить сам. Он был уже под самым кольцом, когда дорогу ему преградила Лукреция.
  
  'Она еще никак себя не проявила. Сейчас и узнаем, какие у нее суперспособности, - подумала Чарис. - Надеюсь, она хотя бы не стреляет лазерами из глаз'.
  
  Лукреция оказалась совсем рядом с Тоби, он остановился, отбивая мяч и готовясь ее обойти. Но тут Лукреция склонилась к нему, что-то шепнула, и Тоби застыл, будто парализованный. Лукреция легко забрала у него мяч и побежала к кольцу 'Быков'.
  
  - Не стой столбом! - рявкнула Чарис, пробегая мимо Тоби.
  
  Только тут она заметила, что под шлемом он покраснел так, что его лицо сравнялось цветом с формой 'Быков'.
  
  - Я же говорил, Лукреция та еще стерва, - вставил Челентано.
  
  Тоби что-то пробормотал, но Чарис не слушала, устремившись за Лукреций. Догнать ее было не трудно, вот только, когда Чарис оказалась рядом, мяча у Лукреции уже не было.
  
  Чарис завертела головой, ища Джо. Кому же еще Лукреция могла отдать пас? Но руки Джо были пусты.
  
  На миг Чарис растерялась. Где мяч? Не мог же он исчезнуть? Или суперспособность Лукреции в этом и стоит? Да невозможно!
  
  И тут раздался свисток судьи, возвещающей о набранных 'Десантниками' очках.
  
  Чарис удивленно уставилась на кольцо своей команды. Сетка, через которую только что пролетел мяч, все еще трепетала. Под ней стоял Луиджи, в который раз за игру почесывавший шлем.
  
  - Какой изящный трехочковый забил... - комментатор запнулся, -... Ян Джеймс!
  
  Только теперь Чарис заметила этого игрока. И как она могла о нем забыть?
  
  Чарис подошла к Луиджи и, прежде чем она успела задать вопрос, он заговорил:
  
  - Не понимаю, как он смог забить. Я его не заметил. Его присутствие совсем не ощущается. Будто пустое место.
  
  И тут Чарис осенило.
  
  'Пустое место! Точно'.
  
  - Таймаут! - крикнула она судье, показывая специальный знак.
  
  Обе команды, не считая все еще играющих в догонялки Келли-Келли и аль-хазарцев, собрались у своих скамеек.
  
  Тоби сразу напустился на Чарис.
  
  - Не разбрасывайся так таймаутами! У нас их мало!
  
  - Не, Чарис верно взяла таймаут, - возразил Челентано.
  
  Он снял шлем и шумно выдохнул. Его ирокез действительно оказался складным и сейчас превратился в низкий хохолок.
  
  - Нам нужно обсудить стратегию... Тот парень... Как бишь его?
  
  - Ян Джеймс, - подсказала Чарис. - Ты тоже заметил? Он из Серого Корпуса.
  
  У Тоби и Луиджи отвисли челюсти.
  
  - Того самого... центаврианского? - выдавил Тоби.
  
  - Ага, - кивнула Чарис. - Ошибиться невозможно: он настолько незаметен, что его присутствия не ощущаю даже я.
  
  Знаменитый Серый Корпус - особое подразделение разведки Центаврианской Империи. В нем служили люди, подвергшиеся генетической мутации, которая делала их в прямом смысле слова незаметными. Чарис много о них слышала, но видела впервые. Неудивительно, ведь серые и должны быть невидимыми.
  
  - Спец-агенты. Аль-хазарцы. Барсианцы. Пираты. Кого только не встретишь на захолустной планете, на границе освоенной Вселенной, - задумчиво протянул Луиджи. - Я не удивлюсь, если Лукреция окажется сбежавшей принцессой Бретани.
  
  - Поверь мне, она гораздо хуже, - хмыкнул Челентано. - Постарайтесь не подходить к ней близко. Вон, Тоби подтвердит, как это опасно. Что она там тебе сказала?
  
  - Ничего. - Тоби шумно прокашлялся и продолжил подозрительно быстро. - В общем, нам нужно помнить, что Ян Джеймс на площадке. Еще лучше выделить игрока, который будет персонально его опекать.
  
  - Вот ты этим и займись, - предложил Челентано.
  
  Рядом остановилась Келли-Келли, продолжая бежать на месте.
  
  - Эй, помогите мне!
  
  - А волшебное слово? - не удержалась от шпильки Чарис.
  
  - Задница! - рявкнула Келли-Келли.
  
  - Это не волшебное слово...
  
  На самом деле Чарис заметила, что Лукреция остановила аль-хазарцев и отчитывает их. Но стоявшая к ним спиной Келли-Келли пока ничего не видела.
  
  - Дерьмо? - предприняла Келли-Келли новую попытку.
  
  - Холодно. - Луиджи включился в игру.
  
  От перебора всех известных ей ругательств Келли-Келли спас свисток судьи, призывавший команды на площадку.
  
  - В общем, действуем, как договорились, - подытожил Челентано. - Тоби держит этого... блин, уже забыл имя...
  
  - Яна Джеймса, - подсказала Чарис.
  
  - Да, его. Лу, ты под кольцом и постарайся не пропускать мячи. Келли-Келли пытается забивать терхочковые. На тебе, Чарис, оба брата-акробата.
  
  Все кивнули, подтверждая свои позиции. Судя по суровым физиономиям, 'Десантники' тоже выработали новую стратегию. Обе команды вернулись на площадку, и игра возобновилась.
  
  Боб тут же насел на Чарис, едва она получала мяч, он бросался на нее, и начиналась потасовка. Они хорошенько намяли друг другу бока, и Чарис бы даже гордилась тем, что согнула его пополам ударом в солнечное сплетение, если бы из-за этого ей не пришлось выпустить мяч.
  
  Бад в свою очередь опекал Келли-Келли. Разумная стратегия: поставить самых сильных игроков 'Десантников' против основных забивающих 'Быков'.
  
  Тоби усердно держал Яна Джеймса, Луиджи не отходил от кольца, и в итоге до конца первой четверти игра свелась к противостоянию Джо и Челентано, да еще мельтешившей между ними Лукреции. Сначала 'Десантники' немного вырвались вперед, затем 'Быки' догнали, и дальше игра перешла в догонялки. На каждое попадание противники отвечали попаданием.
  
  'Нам бы оторваться, чтобы поднять боевой дух', - подумала Чарис, бросая взгляд на таймер, который отсчитывал последние секунды первой четверти.
  
  - Кидай сюда! - крикнула она Челентано, одновременно врубая двадцатипроцентный режим нанитов.
  
  Боб попытался помешать передаче, но Чарис обогнула его и, приняв мяч, рванула к кольцу. Бад оставил Келли-Келли и бросился ей наперерез.
  
  - Давай мне! - закричала Келли-Келли, отчаянно размахивая руками.
  
  Но Чарис решила не рисковать и забить самой. Она обошла Бада, затем ускользнула от Джо и оказалась рядом с кольцом. Подпрыгнув, Чарис опустила мяч в корзину. Свисток, возвещавший попадание, ознаменовал одновременно и конец первой четверти.
  
  - Мы тебе еще покажем! - хором пообещали Чарис аль-хазарцы.
  
  Она презрительно фыркнула, не удостаивая идиотов ответом.
  
  Команды направились к скамейкам. Тоби, не дойдя всего полметра, рухнул на пол, растянувшись во весь рост. Луиджи и Чарис кинулись к нему, подняли, держа с двух сторон за плечи.
  
  - Сейчас помру, - трагично возвестил Тоби.
  
  - Что, уже сдулся?! - фраза Келли-Келли прозвучала бы гораздо брутальнее, если бы она не дышала так тяжело.
  
  - На себя посмотри, - пропыхтел Тоби, пока Луиджи усаживал его на лавку.
  
  - Хватит вам силушкой меряться, лучшей выпейте энергетика, - посоветовал Челентано.
  
  Он достал из стоящего рядом с лавкой контейнера-холодильника несколько банок, кинул одну Тоби. Но тот не смог ее поймать, и банка угодила прямо в физиономию одному из запасных игроков, которого все называли Петрович.
  
  Разразившись славской бранью, Петрович накинулся на Челентано с кулаками. Чарис едва успела поймать его за запястье, осторожно заломила руку за спину, стараясь не повредить.
  
  - Чувак, не горячись, - принялся увещевать его Челентано. - Я ж не специально, прости.
  
  - Остынь, мужик, - добавила Чарис, слегка надавив на руку Петровича, давая понять, что если он не пожелает успокоиться, то получит по полной.
  
  - Как тут успокоиться, - пробухтел он, - когда вокруг такие...
  
  Петрович кивком головы указал на аль-хазарцев, затем бросил красноречивый взгляд на Чарис.
  
  - Тони правильно говорил: нечего было связываться с тобой, Челентано. Вечно ты втравливаешь нас во всякое дерьмо.
  
  Началась очередная серия мыльной оперы под названием 'Не дай запасным игрокам разбежаться'. Чарис выпустила Петровича и чуть отошла, предоставив Челентано самому разбираться. Как и следовало ожидать, в ход пошли угрозы, которые не раз раздавались во время тренировок. Чарис невольно бросила взгляд на скамейку запасных 'Десантников', занятую сплошь крупными, на вид сильными мужиками. Интересно, чем подкупила их Лукреция? Чарис подозревала, что не деньгами, а кое-чем другим, более соблазнительным.
  
  - Выпей немного. - Луиджи заботливо протянул Чарис банку с энергетиком, но она покачала головой, такие напитки ей были противопоказаны.
  
  Однажды, еще во время обучения в Академии, Хайнц подлил всем друзьям по отряду в сок немного энергетика. Плющило их знатно, Чарис едва по потолку не бегала, так разбушевались в крови наниты. Зато через час жутко болела голова, и ломило все тело.
  
  Взяв из холодильника бутылку воды, Чарис присела на лавку, сняла шлем и покрутила шеей, разминая мышцы. Она чувствовала легкое утомление, не более. Но и прошла-то всего первая четверть. Главное сражение с аль-хазарцами еще впереди.
  
  - Нам бы надо выработать новую тактику, - заметила она.
  
  Тоби промычал что-то утвердительное, но членораздельных звуков издать не смог и присосался к банке с энергетиком.
  
  - Главный мозг не в форме, - заметил Луиджи.
  
  - Я в форме! - заявила Келли-Келли. - Предлагаю мега-стратегию: Чарис вынесет обоих аль-хазарцев! Сломает им что-нибудь важное, и они не смогут играть.
  
  Прикрыв глаза ладонью, Чарис с трудом подавила отчаянный стон.
  
  - Защитный костюм не даст мне сломать им кости, даже если я очень захочу.
  
  - Жа-а-аль, - протянула Келли-Келли.
  
  Вдруг подал голос Тоби.
  
  - Мы должны... построить игру... вокруг Келли-Келли, - проговорил он, делая большие промежутки между фразами. - Чарис должна сдерживать обоих братьев.
  
  'Тебе-то легко говорить', - мысленно ответила ему Чарис.
  
  - Я буду опекать Яна Джеймса, а Челентано будет стараться передавать мячи Келли-Келли. Как-то так, - подвел итог Тоби.
  
  Перерыв закончился гораздо быстрее, чем хотелось бы. Началась вторая четверть.
  
  - Отдохнули? - осведомилась Чарис у аль-хазарцев, стараясь придать голосу развязный тон. - Хотя отдыхай не отдыхай... все равно получишь в рожу.
  
  Она надеялась их разозлить и отвлечь внимание на себя, что с успехом удалось. Вот и не верь после такого в тупость аль-хазарцев. На такие простые провокации ведутся только малые дети да дебилы.
  
  Братья едва дождались свистка судьи и, не обращая внимания на розыгрыш мяча, ломанулись к Чарис. Она пригнулась, пропуская над головой пудовый кулак Бада. Поднырнув по его руку, Чарис вывела его из равновесия и толкнула, заставив приземлиться задницей на пол. Боб уже спешил на помощь братцу, Чарис едва успела увернуться от его удара. Следующие несколько минут ей упорно казалось, что она попала в огромный вентилятор в воздухоочистительной системе звездолета. Кулаки аль-хазарцев мелькали с бешеной скоростью, точно лопасти, Чарис оставалось только уворачиваться. Несколько раз ей повезло ударить в ответ, но и только.
  
  Следить за происходящим на поле Чарис не удавалось. Только однажды она получила краткую передышку, когда между ней и аль-хазарцами встала стена воды. Тогда Чарис бросила взгляд на табло и присвистнула: 'Десантники' обогнали 'Быков' на пять очков.
  
  'Чем эти лоботрясы занимаются?!' - раздраженно подумала она и пропустила удар под дых.
  
  Сила удара была такой, что голову едва не оторвало. По крайней мере, Чарис так показалось. Но она удержалась на ногах и ударила в ответ...
  
  К концу второй четверти Чарис и аль-хазарцы стояли друг напротив друга, тяжело дыша и уливаясь потом, с которым уже не справлялись системы костюмов. Чарис размахнулась, но вместо удара в плечо Бада у нее скорее получился шлепок, от которого тот только слегка покачнулся. Боб в свою очередь отвесил Чарис едва ощутимую оплеуху. Затем все трое снова застыли.
  
  На изможденных лицах обоих братьев читался искренний детский восторг и удовольствие людей, которые пробежали стометровку за пять секунд.
  
  - А ты... ничего, - прохрипел Бад.
  
  - Вы тоже, - выдавила Чарис.
  
  - Но мы тебя... все равно... прибьем, - добавил Боб.
  
  - Кишка... тонка... - выдохнула Чарис.
  
  Раздался свисток, только после этого Чарис позволила себе взглянуть на табло. Разница в пять очков сохранилась.
  
  После второй половины начинался большой перерыв, который команды проводили в раздевалках. Уходящим с поля игрокам неслись вслед вопли новоприобретенных фанатов и претендующие на остроумие замечания комментатора. Этого балабола Чарис очень хотела найти после матча и запихать микрофон ему в... рот.
  
  В раздевалке 'Быков' царила атмосфера усталости, даже сам воздух будто бы стал вязким и тягучим. Присев на скамейку, Чарис принялась делать себе массаж голеней. Девушка из группы поддержки попыталась к ней подсесть и помочь, но Чарис вежливо отказалась, уж больно подозрительно девушка на нее поглядывала. С огоньком в глазах.
  
  Зато Луиджи наслаждался массажем от одной из дам, блаженно прикрыв глаза и попивая энергетик. Тоби тоже налегал на энергетики, выглядел он неважно: будто его пропустили через систему отжима белья. Келли-Келли, закатав рукава, разминала руки. На ее предплечьях выделялись красные пятна, грозящие вскоре превратиться в синяки.
  
  - Похоже, тебе часто мешали забить. - Чарис кивком указала на ее руки.
  
  Келли-Келли раздраженно зашипела, за нее ответил Челентано.
  
  - Когда она удлиняла руки, Джо прыгал и бросался на них плашмя всем весом.
  
  - Больно, вашу мать! - заныла Келли-Келли. - Чтоб его черная дыра засосала.
  
  - Поэтому мы отстаем на пять очков? - спросила Чарис.
  
  Ей было обидно: она старательно удерживала аль-хазарцев, исполняя общий план, а остальные, пока она мучилась, продули. Хотя рациональная, не захваченная азартом матча часть ее сознания понимала, что злиться - глупо.
  
  - Не только поэтому, - покачала головой Челентано. - Еще и из-за... да как же его...
  
  - Яна Джеймса, - закончила Чарис.
  
  - Ага. Все же он тренированный спец-агент, Тоби его не удержать.
  
  Последовал утвердительный стон со стороны Тоби.
  
  - Надо сделать перестановку и вывести запасных игроков, чтобы дать Тоби передохнуть, - предложил Луиджи.
  
  Находившиеся в раздевалке запасные все, как один, побледнели. Чарис с усмешкой взглянула на них.
  
  - Да не волнуйтесь, мужики, аль-хазарцами буду заниматься я.
  
  - Ты на что это намекаешь? - набычился задиристый Петрович.
  
  Чарис пожала плечами.
  
  - Просто сообщаю.
  
  - Решено, ты выйдешь вместо Тоби. - Челентано ткнул пальцем в Петровича, который уже успел пожалеть, что открыл рот. - Будешь держать этого...
  
  - Яна Джеймса! - хором произнесли остальные игроки.
  
  - В остальном стратегия без изменений, - продолжал Челентано.
  
  На том и порешили.
  
  Вторая половина началась с того, что 'Десантники' быстро перехватили мяч и провели стремительную атаку. Похоже, во время перерыва Лукреция времени даром не теряла и как следует промыла мозги аль-хазарцам. Они больше не велись на детские провокации и не нападали на Чарис вдвоем. Один из них всегда крутился возле нее, другой же опекал Келли-Келли. Хотя у такой стратегии были свои слабые места, что Чарис доказала, пару раз обойдя караулившего ее аль-хазарца и забив. Правда, стоило ей это включения нанитов. По мышцам растекалось знакомое, похожее электрические разряды покалывание. Пока это было просто мерзкое, раздражающее ощущение, но если продолжать использовать наниты, постепенно начнется онемение. Чарис старалась лишний раз их не включать, в конце концов, она и без них могла наподдать Баду или Бобу, когда каждого из них не поддерживал братец. Несколько раз на протяжении третьей четверти Чарис удалось нейтрализовать их обоих, дав Келли-Келли шанс забить трехочковые. За полминуты до конца четверти 'Быкам' улыбнулась удача. Над площадкой пролетел один из неуправляемых мечей-убивцев, и угодил Баду по голове, отправив его в отключку. Это позволило Келли-Келли забить еще один трехочковый.
  
  На перерыв команды ушли с разницей в два очка, на этот раз в пользу 'Быков'.
  
  Измотанный Петрович растянулся на скамейке запасных, его печаль скрашивала девушка из группы поддержки, обмахивавшая его полотенцем.
  
  - Тони, замени его, - распорядился Челентано.
  
  - А почему я?! - возмутился тот.
  
  - Я могу выйти, я уже отдохнул, - сказал Тоби, выпячивая хилую грудь.
  
  Луиджи с беспокойством взглянул на него.
  
  - Ты уверен?
  
  - Да!
  
  - Нет.
  
  Чарис и Тоби произнесли это почти одновременно.
  
  - Ты еще не отдохнул, только все испортишь, - прямо заявила Чарис.
  
  - Выйди лучше ближе к концу матча, - смягчил ее резкое высказывание Луиджи. - Возможно, твое появление в критический момент нам поможет.
  
  - Ладно, - нехотя согласился Тоби. - Но вы хоть стратегию продумайте.
  
  - У тебя есть идеи, мега-мозг? - спросил Челентано.
  
  Тоби наморщил лоб в напряженных раздумьях, но затем виновато покачал головой.
  
  - Чего вы такие кислые? Мы же впереди! - Келли-Келли была полна энтузиазма. - А благодаря кому? Кто молодец? Кто?
  
  - Разница в два очка - ничто, - наставительно произнес Тоби. - О победе можно говорить, когда разница очков в двадцать и до конца игры осталась минута.
  
  Чарис размяла руки, хрустнула костяшками пальцев и веско проговорила:
  
  - Главное сейчас - как раз не отстать на эти двадцать очков. За три минуты до конца я наберу нам очки.
  
  - Наконец-то мы увидим легендарную барсианскую силищу, - с насмешливым прищуром обронил Челентано.
  
  - О-о-о, девяносто процентов? - у Келли-Келли загорелись глаза.
  
  - Девяносто процентов чего? - быстро спросил Челентано.
  
  - Силы, - твердо сказала Чарис, перебивая Келли-Келли, уже готовую выложить все, что она знала о нанитах.
  
  От дальнейших расспросов Чарис спас свисток судьи. Команды вышли на поле: их ждала последняя решающая четверть. 'Десантники' добавили свежих сил, Джо заменил какой-то крупный мужик, габаритами он мог соперничать с Луиджи. Другой громила вышел на смену Лукреции, она явно решила не переутомляться.
  
  'Нам бы тоже стоило сделать замены, - подумала Чарис. - Но наши запасные плохо играют, да и страх не лучший двигатель. То ли дело мужики Лукреции'.
  
  По пылающим взглядам, брошенным на Лукрецию, было понятно, что они живота не пожалеют ради нее. Они сразу же начали играть жестко, в первые минуты так долбанув Челентано, что он пролетел через половину поля и, если бы его не поймала Чарис, долетел бы до стены и пробил бы ее насквозь. Луиджи тоже пришлось несладко: каждый раз, когда кто-то промахивался по кольцу 'Быков' и нужно было делать подбор, у Луиджи начиналась потасовка с вышедшим на замену крупным 'Десантником'. Чаще всего мяч не доставался никому, потому что оба валились на пол, отчаянно дубася друг друга.
  
  Аль-хазарцы продолжали опекать Чарис и Келли-Келли, не давая им получить мяч. Чарис несколько раз нейтрализовала их, чтобы дать Келли-Келли забить трехочковый, но старалась экономить силы до решающих минут в конце игры.
  
  'Десантники' вышли вперед на пять очков, 'Быки' догнали и счет сравнялся. Затем впереди оказались уже 'Быки', но и 'Десантники' быстро сравняли счет.
  
  - Какая жаркая борьба! Никто не уступает! Их силы равны! - захлебывался комментатор. - Кому же достанется денежный куш?!
  
  Теперь каждый бросок зрители приветствовали ревом: восторженным или разочарованным, в зависимости от того, на чьей стороне были симпатии болельщиков. Один раз, когда Луиджи особо удачно врезал своему сопернику под кольцом, какой-то раздраженный зритель кинул в него гнилой фрукт. Краем глаза Чарис заметила, что из-за этого броска на трибунах даже началась драка, которую покатили разнимать два робота-судьи.
  
  'Челентано продешевил, надо было брать за вход побольше', - мельком подумала она и снова сосредоточилась на игре.
  
  До конца оставалось две минуты, 'Быки' отставали на семь очков.
  
  'Пора', - решила Чарис.
  
  Она перешла на двадцатипроцентный режим и, ускользнув от Бада, пошла на перехват Яна Джеймса, который как раз завладел мячом. Он собирался забросить, пока остальные игроки были заняты в образовавшей под кольцом свалке. Выхватив мяч прямо у него из рук, Чарис развернулась и побежала к кольцу 'Десантников'. Дорогу ей преградил Боб, она не стала с ним бороться и, на миг увеличив использование нанитов до тридцати процентов, обогнула его. Оказавшись рядом с кольцом, Чарис легко забросила мяч.
  
  - Быстро! Она двигалась со скоростью света! Я даже ничего не смог рассмотреть! - объявил комментатор.
  
  Аль-хазарцы наградили Чарис мрачными взглядами.
  
  - Только на своих нанитах и можешь выехать, - буркнул Боб, видимо, надеясь ее уязвить, но Чарис его проигнорировала.
  
  Во время следующей атаки она опять включила наниты и, отобрав мяч у 'Десантников', набрала еще два очка. Аль-хазарцы побагровели от злости, что было заметно даже через щиты их шлемов.
  
  - Остановите ее! - сложив руки рупором, прокричала со скамейки Лукреция.
  
  Челентано, злорадствуя, показал ей кукиш, за что тут же получил оплеуху от одного из 'Десантников'.
  
  Чарис взглянула на табло: осталось набрать еще три очка, в запасе минута и двадцать секунд. При этом нужно не оставить противнику времени на контратаку. Хорошо бы подгадать время и забить на последних секундах игры. Мышцы покалывало все сильнее, правую голень на пару мгновений свела судорога, но пока неприятные ощущения можно было терпеть.
  
  'Десантники' начали следующую атаку, дриблинг Бада был настолько мощным, что мяч мог взорваться от любого удара об пол. Чарис пошла на перехват, но рядом с ней оказались сразу трое игроков 'Десантников'. Они стояли так плотно, что обойти их на высокой скорости не получалось, поэтому пришлось прорываться силой. Пока Чарис разбиралась с ними, Бад оказался совсем рядом с кольцом, по пути отшвырнув пытавшегося помешать Челентано, как выкидывают соломинку из коктейля. Келли-Келли удлинила руку и обвила запястье Бада, но тот заломил ей пальцы, и Келли-Келли с визгом разжала захват.
  
  Раскидав противников, Чарис бросилась к Баду, и тут удача отвернулась от 'Быков'. Из пола ударил мощный фонтан воды, подбрасывая Чарис под потолок. Пока она сориентировалась и спрыгнула вниз, Бад уже успел бросить мяч.
  
  'Космические дыры! Если он сейчас забьет, мы не сможем отыграться!'.
  
  Мяч попал в ободок кольца, подпрыгнул и закрутился. В головах всех 'Быков' наверняка не осталось ни одной мысли, кроме: 'Не попади'. А в головах 'Десантников' - 'Попади'. Даже зрители притихли.
  
  Несколько томительных мгновений мяч кружил по ободку кольца, и... отскочил!
  
  - Подбор! - взревели трибуны, комментатор и все игроки.
  
  С жутким, звериным воем Луиджи и центровой 'Десантников' бросились ловить мяч. Чарис побежала к ним, но чувствовала, что не успевает.
  
  Луиджи устал, центровой 'Десантников' наверняка его передавит и отберет мяч. Но тут случилось то, что комментаторы любят называть чудом. Каким-то немыслимым образом Луиджи оказался перед своим противником, закрывая его спиной. Затем подпрыгнул и перехватил мяч. Изогнувшись прямо в воздухе, Луиджи кинул мяч в сторону Чарис. Пас был ужасным, но она поймала, по дороге отпихнув прыткого Яна Джеймса.
  
  Забрав мяч, она добежала до кольца 'Десантников' и снова забила, хотя аль-хазарцы пытались ей помешать.
  
  - Потрясающе! Среди 'Быков' не только Чарис Берг показывает класс! Боевой дух Луиджи Феррара несокрушим! - возвестил комментатор. - Но до конца матча осталось всего десять секунд! И следующая атака за 'Десантниками'! 'Быки' в опасности!
  
  Чарис выругалась сквозь зубы, из-за проклятого столба воды она потеряла драгоценное время.
  
  - Сможешь отобрать у них мяч? - спросил подбежавший Челентано.
  
  - Смогу, - твердо проговорила Чарис. - Положитесь на меня.
  
  - Они попытаюсь протянуть время.
  
  - Знаю.
  
  Последнюю атаку опять повел Бад, как и предсказывал Челентано, 'Десантники' тянули время. Бад шел к кольцу нарочито медленно. Когда Чарис двинулась к нему, у нее пути опять возникли трое игроков.
  
  'Ну все, баста карапузики, кончилися танцы', - со злостью подумала она и врубила наниты на пятьдесят процентов.
  
  Всю троицу она снесла с одного удара, почти впечатав их в пол. Секунда - и Чарис уже рядом с Бадом. Она ухватилась за мяч, но Бад вцепился в него мертвой хваткой. Чарис потянула мяч на себя, Бад уперся ногами в пол, и его потащило следом. Половое покрытие противно заскрипело, одна из плиток прогнулась под весом Бада. А драгоценные секунды уходили.
  
  Тогда Чарис рванула мяч на себя и подняла его в воздух вместе со всей тушей Бада. Подпрыгнув прямо с того места, где стояла, Чарис полетела к кольцу, как реактивная ракета.
  
  Она опустила мяч в кольцо, он прошел через сетку. Следом потащился и Бад, все еще не выпускавший мяча из рук. С жутким грохотом вся его туша обрушилась на кольцо, сминая сталепластик. Штанга закачалась и накренилась вперед. Чарис едва успела отскочить, прежде чем вся конструкция обрушилась, погребая под собой и кольцо, и мяч, и Бада.
  
  Прозвучавший свисток судьи потонул в неистовом реве толпы, комментатор истерично вопил, но его почти не было слышно.
  
  'Это зачтут?' - с запозданием подумала Чарис.
  
  Ей вдруг стало все равно, азарт матча ушел, уступив место усталости. В конце концов, ей-то какое дело, выиграли они или нет? Бабло все равно придется отстегивать Челентано, а не ей.
  
  - Со счетом семьдесят восемь - семьдесят девять побеждает команда 'Дикие Быки'! - металлическим голосом возвестил судья.
  
  Вопли трибун доносились до Чарис как сквозь толстое стекло, она так устала, что готова была сесть прямо на пол, а еще лучше лечь и уснуть. Мышцы ныли и настоятельно требовали отдыха. К Чарис подбежали остальные 'Быки', Челентано принялся ее обнимать. Это привело Чарис в чувство, и она грубо отпихнула его. Челентано не обратил на это внимания, полез с обнимашками к Луиджи, который был только рад.
  
  Из-под обвалившейся штанги выбрался Бад. Его шлем треснул на макушке, но в целом Бад не выглядел пострадавшим.
  
  - Неплохо, барсианочка, - прогудел он.
  
  - Но без своих нанитов ты бы не справилась, - добавил подошедший Боб.
  
  Чарис слишком утомилась, чтобы продолжать вечный спор.
  
  - Да ну вас, - бросила она и потопала в сторону раздевалки.
  
  Но спокойно удалиться с поля боя игрокам не дали: на выходе с площадки их уже поджидала толпа журналистов. Чарис сунули под нос с десяток микрофонов и засыпали вопросами один тупее другого. Луиджи, Келли-Келли и Тоби тоже получили свою порцию славы. Даже запасные игроки удостоились внимания. Тони рисовался перед объективами головидеокамер, в красках описывая трудности борьбы с Яном Джеймсом. Петрович на дикой смеси стандартного и славского пытался что-то втолковать хорошенькой журналистке.
  
  Отделаться от прессы оказалось непросто. Угрозы насилия на них не действовали, уговоры и просьбы - тем более. Наконец, Чарис просто подняла двух журналистов, загораживавших ей путь, отставила в сторону и вошла в раздевалку, закрыв за собой дверь на замок. Попутно она успела сграбастать за шиворот Келли-Келли и втащить ее с собой. Не оставлять же подругу на растерзание журналистам.
  
  - Эй, меня как раз хотели сфоткать для журнала 'Гламурная киса', - недовольно протянула Келли-Келли. - Обещали, что снимок будет на обложке.
  
  - Я думала, ты хочешь на обложку 'Чокнутого гения'. - Чарис усмехнулась и добавила серьезнее. - Нам нужно побыстрее одеться и найти Челентано. Я что-то не видела его рядом с журналистами. Как бы он не сбежал с нашими деньгами...
  
  - Это он может, - беззаботно заявила Келли-Келли. - Но нафига нам деньги, главное, что было весело.
  
  У самой Чарис деньги тоже не стояли на первом месте, но она не любила, когда ее пытались обдурить. Поэтому, хотя она зверски устала и жутко хотела есть, Чарис быстро переоделась и вышла в коридор с твердым намерением найти Челентано. Даже если для этого придется наподдать нескольким особо настырным журналистам.
  
  Калечить никого не пришлось, журналисты уже успели облепить 'Десантников'. Да и запасные игроки 'Быков' все еще продолжали раздавать интервью направо и налево. Хоть на что-то они сгодились.
  
  Чарис прошла по коридору, ведущему от раздевалки на площадку. Осмотрелась. Журналисты, игроки, девушки из группы поддержки... Нигде не видно знакомого ирокеза. Возможно, Челентано еще переодевается?
  
  Заметив Луиджи, Чарис поспешила к нему.
  
  - Челентано не видел?
  
  - Неа, в раздевалке его не было. - Луиджи приложил руку козырьком ко лбу. - Может, дает интервью?
  
  Мимо стремительно прошел Джо, бросив на ходу:
  
  - Лукрецию не видели?
  
  Чарис и Луиджи покачали головами.
  
  - Как в черную дыру провалилась, - пробурчал себе под нос Джо и поспешил дальше.
  
  Чуткое ухо Чарис уловило: 'Провалилась вместе с нашими деньгами'.
  
  - Чую нас надули, - заметила она мрачно.
  
  Луиджи невинно захлопал глазами.
  
  - Точно надули! - заявил подошедший Тоби. - Что еще ожидать от кицунэ? Смылся с деньгами, и теперь ищи-свищи. Небось, еще и счет за аренду зала на нас повесил.
  
  Чарис уже не удивлялась тому, как спокойно они об этом говорят.
  
  'И что бы они без меня делали?'
  
  Включив комм, она обнажила в хищном оскале белоснежные зубы. Луиджи слегка отшатнулся от нее и опасливо спросил:
  
  - Ты чего, Чари?
  
  - Не уйдет, - прошипела она, запуская программу слежения.
  
  Тоби догадался первым.
  
  - Ты поставила на Челентано жучок! Но когда успела?
  
  - Во время одно из таймаутов, - небрежно ответила Чарис. - Прилепила за ухо. Жучок крепко держится и не ощущается на коже... Вот и наш кицунэ! Драпает в космопорт. Не удивлюсь, если компанию ему составляет прекрасная Лукреция.
  
  Красная точка на карте двигалась по Млечному проспекту в сторону космопорта.
  
  - Погнали. - Чарис стремительно зашагала по коридору к главному выходу.
  
  - Скажем им? - нагнавший ее Луиджи кивком головы указал на 'Десантников'.
  
  - Еще чего! Не хватало, чтобы аль-хазарцы попытались отжать нашу долю. Я, конечно, их прибью, но мне уже надоело сегодня бить людей. Кулаки устали.
  
  По пути к ним присоединилась Келли-Келли, новость о предательстве Челентано ее не слишком расстроила, зато идея охоты на беглеца воодушевила
  
  На улице они поймали робо-такси, которое на максимально допустимой правилами скорости понесло их к космопорту. Всю дорогу Чарис внимательно следила за красной точкой на карте. Челентано двигался быстро, на трассе его поймать не удастся. Значит, остается одно - перехватить его в порту. Если он взлетит, то пиши пропало. Даже гений Келли-Келли и Тоби не смог еще создать прибор, отслеживающий гиперпереходы, так что Челентано скроется в безбрежных просторах космоса.
  
  И оставить Чарис Берг с носом? Ну, нет.
  
  Едва робо-такси затормозило перед главным входом в огромное здание космопорта, Чарис выпрыгнула на тротуар и побежала изо всех сил. Каждая клеточка организма протестовала против таких нагрузок, но Чарис привычно игнорировала боль в мышцах. Остальные за ней не поспевали, поэтому возле двери ангара, где стоял звездолет Челентано, Чарис затормозила в одиночестве.
  
  Она с полминуты колебалась, раздумывая, что лучше сделать: связаться с Челентано и потребовать открыть дверь или перевести бластер на режим максимальный огня и попробовать прожечь в двери дыру. Второй вариант требовал много времени, а первый вряд ли приведет к чему-то: взывать к совести Челентано явно бесполезно. От мучительного выбора Чарис спасло появление запыхавшейся Келли-Келли. Она достала из одного из многочисленных карманов на штанах какой-то прибор и принялась взламывать панель доступа. Хорошо, когда в команде есть технический спец. Там, где Чарис провозилась бы минут десять, Келли-Келли управилась за три. И без порчи имущества космопорта.
  
  Дверь с шипением отъехала в сторону и взорам команды 'Ласточки' предстал изящный, серебристый катер с хищным носом и обтекаемыми формами. Быстроходная, спортивная модель. Не дешевая.
  
  Над носом Чарис заметила стрелковую башню, также несколько едва различимых окружностей на корпусе выдавали наличие ракетных шахт. Чарис бы не удивилась, если бы оказалось, что Челентано еще и пиратствует на досуге.
  
  Но из всего этого можно было стрелять только по дальним мишеням, так что Чарис спокойно повела всю компанию к главному люку.
  
  - Свяжись-ка с Челентано, - попросила Чарис Луиджи.
  
  Он набрал на своем комме номер. Сначала шли длинные гудки, затем раздался веселый голос:
  
  - Приветик, Лу! Что стряслось?
  
  - Приветик, - так же весело ответил Лу. - Мы вот тут к тебе в гости пришли.
  
  - В гости? Куда?
  
  - Да на твой чудесный звездолет. Я и не знал, что ты обзавелся таким красавцем. Модель 'Звездный серфер', я бы печень продал, лишь бы таким порулить.
  
  - Ага, крутой корабль. Я бы с радостью тебя пригласил, но тут такое дело... У меня не прибрано совсем...
  
  Обмен любезностями продолжался, и Чарис сказала так громко, чтобы ее услышал Челентано:
  
  - Тоби, сгоняй на 'Ласточку' за плазмометом. Помнишь, где он лежит?
  
  - Думаешь, до этого дойдет? - ужаснулся Тоби.
  
  - Да. Мне надоел этот треп, - небрежно бросила Чарис. - Снесем люк и делов.
  
  - Давайте я его лучше взломаю. - В руках Келли-Келли хищно, будто ножи, сверкнули инструменты.
  
  Челентано сообразил, что дело пахнет керосином и пошел на попятную.
  
  - Лу, почему же ты не сказал, что с тобой вся компания? Как я могу заставлять стольких людей топтаться у люка? Проходите.
  
  Люк медленно распахнулся и образовал трап, по которому все и поднялись. Но Чарис все же послала Тоби за плазмометом. Так, на всякий случай.
  
  Луиджи собрался было зайти в ярко освещенный коридор, начинавшийся за шлюзовой камерой, но Чарис оттеснила его и вошла первой, держа бластер наготове. Она сомневалась, что Челентано нападет, такие аферисты обычно не марают руки, но кто знает.
  
  Остальные прониклись ее серьезностью и держались у нее за спиной. Сверяясь с данными жучка, Чарис довела всех до рубки.
  
  Челентано встретил честную компанию радушной улыбкой, от которой его лицо, казалось, вот-вот треснет. Чарис бы с удовольствием врезала по его довольной физиономии, но пока рано было переходить к рукоприкладству.
  
  - Проходите, располагайтесь, - любезно предложил Челентано, будто не замечая бластера в руках Чарис. - Что будете пить? У меня есть почти полная бутылка 'Жидкого электричества'. Или хотите что-нибудь покрепче?
  
  - Мы хотим наши деньги, - заявила Чарис.
  
  - А я бы и от 'Электричества' не отказался, - добавил Луиджи.
  
  - Текилы хочу, - потребовала Келли-Келли. - И для Тоби сакэ припасите, он скоро придет.
  
  - Дорогая, принесешь гостям выпить? - светским тоном произнес Челентано.
  
  С одного из кресел, стоящих рядом с панелью управления, поднялась ранее скрытая широкой спинкой Лукреция. Она одарила гостей сладчайшей улыбкой.
  
  - 'Дорогая'?! - изумился Луиджи. - И ты ничего не сказал? Вот проныра!
  
  - Мы хотели сделать сюрприз, - проворковала Лукреция.
  
  - За такое точно надо выпить, - объявила Келли-Келли.
  
  - Выпьем. Но сначала деньги. - Чарис не разделяла общего веселья и нацелила бластер точно промеж глаз Челентано.
  
  - Ну что ты все о деньгах, да о деньгах. Неужели все барсианцы такие скупые?
  
  Тяжко вздохнув, Чарис проговорила доверительным тоном:
  
  - Слушай, я не требую у тебя всей суммы. Честно отдай нашу долю. И за билеты на игру тоже.
  
  - Действительно, не жадничай, - заметил Луиджи. - Мы заслужили. К тому же не сдали тебя и твою женушку 'Десантникам', которых вы тоже хорошо нагрели.
  
  Вдруг откуда ни возьмись, будто выросли прямо из пола, перед Чарис появились трое мальчишек лет пяти-семи. На вид - точные копии Челентано, такие же худые и курносые, только без ирокезов.
  
  - Не убивай папу! - дружно заголосили они, да так громко, что у Чарис заложило уши.
  
  Челентано опустился на колени и, обняв детей, трагическим шепотом произнес:
  
  - Ничего не поделаешь, мои милые, папа очень обидел этих людей и должен заплатить по счетам. Такова жизнь. Рано или поздно вам пришлось бы начать изучать ее суровые законы. Я лишь жалею о том, что они настигли вас слишком рано...
  
  Дети завыли еще громче, вырвались из объятий Челентано и бросились к Чарис. Они повисли у нее на руках, причем двое на той, которая сжимала бластер. Чарис растерялась. В свое время ей приходилось иметь дело с соломейскими террористами, с кришнаитскими фанатиками, с пьяными славами, а недавно еще и со жрецами Великого Коммунизма. Она могла справиться с чем и с кем угодно. Кроме плачущих детей.
  
  Луиджи попытался помочь.
  
  - Ребята, никто не собирается обижать вашего папу! - дружелюбно произнес он. - Мы просто хотим с ним поболтать о своем, о взрослом. Это очень скучно.
  
  Но мальчишки его не слушали, один из них вдруг начал визжать на такой высокой ноте, что ему бы позавидовали двигатели некоторых звездолетов.
  
  - Эй, отзови свое оружие массового поражения! - крикнула Чарис, метая в Челентано угрожающие взгляды, но они отлетали от него, как положительные заряды от отрицательных.
  
  - Малыши просто волнуются обо мне, - с умильной улыбкой сказал он. - Неужели твое каменное сердце не трогают их мольбы?
  
  - Это не мольбы, а издевательство над слухом!
  
  Келли-Келли тем временем попробовала оторвать одного из мальчишек от Чарис, ухватив за плечи и потянув. Но мелкий паршивец прилип, точно клеем намазанный. Чем сильнее тянула Келли-Келли, тем крепче он вцеплялся в руку Чарис. Кажется, когда-то она слышала сказку о некоем овоще, который никак не могли вытянуть из грядки...
  
  За всей этой суматохой Чарис не заметила, как Лукреция оказалась совсем рядом. Ее алые губы задвигались удивительно быстро, слов Чарис не разобрала и собралась переспросить, как вдруг ее окружила тьма. Будто кто-то выключил свет или Чарис просто моргнула очень-очень медленно.
  
  Когда Чарис снова смогла видеть мир, то уперлась взглядом в серый потолок. С полминуты она соображала, где находится. На краткий миг ее охватил совершенно иррациональный страх, что она снова на корабле 'Черное солнце' и вот-вот на нее набросятся визжащие каннибалы. Но хаос мыслей в голове упорядочился, и все встало на свои места, Чарис поняла, что находится в космопорту, а кровавая вакханалия на флагмане наемного флота Хвана осталась в прошлом.
  
  Только вот какого хрена она лежит на полу?!
  
  Чарис села и осмотрелась. Рядом с ней валялся Луиджи, он как раз открыл глаза, в которых отразилось непонимание и удивление только что проснувшегося человека. За спиной Луиджи лежала Келли-Келли. Прямо перед собой Чарис увидела закрытую дверь ангара.
  
  Картина начала вырисовываться. Лукреция каким-то образом вырубила Чарис, затем они с Челентано парализовали Луиджи и Келли-Келли, и выкинули их всех из ангара. Теперь они уже наверняка прыгнули в гипер. Вместе с деньгами.
  
  - Твою мать! - Чарис изо всех сил шарахнула кулаком по полу и разразилась потоком брани. Ругалась она самозабвенно и страстно, ни разу не повторившись.
  
  Она-то думала, что смогла прищучить Челентано, и вдруг такой провал. Самым обидным было даже не то, что они лишились денег, самым обидным было то, что ее, Чарис Берг, обвели вокруг пальца.
  
  На ее плечо опустилась широкая ладонь Луиджи.
  
  - Ну-ну, не переживай так, - благодушно проговорил он. - Ничего страшного ведь не случилось.
  
  - Ничего страшного?! Нас поимели! - Чарис вскочила и в сердцах пнула дверь ангара.
  
  Выпустив пар, Чарис немного успокоилась, на место раздражению пришла угрюмая досада.
  
  - Злиться бесполезно, только нервные клетки сожжешь, - философски заметил Луиджи. - Лучше подумай о том, что благодаря Челентано, ты смогла навалять аль-хазарцам.
  
  - И ему наваляю, если он еще раз нам попадется, - мрачно посулила Чарис. - Башку оторву, его несносных детей-мошенников выпорю, а его женушке - смазливую мордашку разукрашу.
  
  - Да Лукреция вообще крута, - сказала очухавшаяся Келли-Келли. - Похоже, она использует кратковременный гипноз, с Тоби во время игры она тоже что-то подобное провернула. Интересно, она произносит кодовые слова или у нее встроен какой-то прибор в глотку?
  
  - Какая, блин, разница, - устало прошипела Чарис.
  
  - Большая! Когда мы в следующий раз пересечемся, не убивай ее, пока я не узнаю, в чем секрет гипноза.
  
  Вдруг комм Луиджи мелодично запищал.
  
  - Ого, Челентано кинул нам на счет сто штук!
  
  - По моим подсчетам должен был миллион, - проворчала Чарис.
  
  - Сто штук лучше, чем ничего, - примирительно сказал Луиджи.
  
  Из-за поворота коридора, ведущего к лифтам, показалась гравиплатформа, на которой лежал, угрожающе сверкая полметровым дулом, плазмомет. Платформу старательно толкал Тоби.
  
  - Уже не нужно, - бросила ему Чарис.
  
  - Судя по твоей кислой мине, Челентано вас надул, - сделал вывод Тоби. - Я предупреждал...
  
  - Он заплатил нам сто штук, - поспешил сообщить Луиджи.
  
  - Все лучше, чем ничего. - Тоби не выглядел особо расстроенным, похоже, то, что его прогнозы подтвердились, порадовало его гораздо больше, чем провалившееся выбивание из Челентано миллиона кредитов.
  
  Чарис ощутила, как заражается пофигизмом от всей компании. И в самом деле, что попусту переживать?
  
  Луиджи одной рукой обнял за плечи ее, другой - Келли-Келли.
  
  - Двинем в бар! Нашу победу стоит отметить!
  
  - Плазмомет мне, что теперь, обратно везти?! - возмутился Тоби.
  
  - Пойдемте прямо с ним. - Чарис хищно усмехнулась.
  
  - А что? Это идея! Тогда нас напоят и накормят бесплатно!
  
  
  

Прошлое 2. О чудовищах и людях

  
  Десантники наемной армии Хвана рассаживались по местам в катерах, как обычно перед высадкой балагуря, чтобы снять напряжение. Барсианцам подобное не требовалось, они никогда не волновались перед боевыми операциями, но Хайнц всегда с удовольствием включался в общий обмен черными шутками.
  
  - Добро пожаловать на наш роскошный межзвездный лайнер! - вещал он на весь катер, пользуясь громкоговорителем пилотской кабины. - Нас ждет увлекательное путешествие на планету Цайше с экскурсией по ее столичному городу! Особый бонус - можно стрелять по всему, что движется.
  
  Многие десантники заржали, но Чарис скривилась: в изложении Хайнца их боевая задача по захвату столицы планеты - Цайше звучала, как веселая прогулка.
  
  Конечно, город подвергся мощному обстрелу, да и местные должны понимать, что глупо сопротивляться, когда их космический флот полностью уничтожен. Но как раз в подобных ситуациях многие военные подразделения начинали сражаться до конца, не думая о собственном выживании. Значит, будет сложно. Возможно, осознавая это, все и острили, отгоняя страх?
  
  - Комфорт в пути вам обеспечат мои очаровательные стюардессы, - продолжал разглагольствовать Хайнц.
  
  - А как же очаровательный стюард? - прошептал Дерек так, чтобы его услышали только другие барсианцы.
  
  - Не вижу тут таких, - саркастично заметила Чарис.
  
  Хелен хихикнула, а Лео закатил глаза и кивнул Чарис:
  
  - Заткни там, в кабине этого недоделанного комика.
  
  - Да ладно, всем весело, пускай. - Хелен мягко улыбнулась.
  
  Она, Лео и Дерек уселись на амортизационные кресла и начали пристегиваться ремнями. Чарис продолжила протискиваться мимо других десантников к кабине пилота, где располагался пульт управления огнем. Сегодня Чарис была приставлена к пушке катера, а Хайнцу поручили пилотирование. Собственно эту работу всегда выполнял кто-то из барсианцев, их улучшенная скорость реакции и меткость использовались руководством наемной армии Хвана на полную катушку.
  
  Пройдя в кабину и проверив за собой герметичность двери, Чарис присела за пульт управления огнем. Хайнц отсалютовал ей двумя пальцами. Скорчив зверскую мину, Чарис сообщила:
  
  - Лео просил предупредить, что если ты еще раз назовешь Хелен очаровательной, он вырвет тебе ноги.
  
  Хайнц только шире улыбнулся обычным для их отряда шуточкам.
  
  - А если я назову ее уродиной, он оторвет мне не только ноги, но и голову. Тогда уж лучше буду молчать.
  
  Собственно ему как раз пришло время заняться делом: на панели пилота загорелся сигнал, сообщающий о том, что все места в катере заняты и можно задраивать люки. Через минуту вспыхнула другая лампа, разрешающая взлет.
  
  - Господа и дамы, мы отправляемся, - объявил Хайнц. - Не забудьте проверить, что система вывода отходов в ваших боевых костюмах работает без сбоев.
  
  Он покосился на Чарис, ожидая смеха, но она оставила хохму без внимания, сосредоточившись на своем пульте. Конечно, предполагалось, что у противника не осталось зенитных установок, но Чарис всегда предпочитала рассчитывать на худшее.
  
  По катеру пробежала легкая дрожь - Хайнц включил двигатели. Затем Чарис на несколько секунд вжало в кресло, на экране ее пульта замелькала информация о расстоянии, оставшемся до земли и о положении других катеров. Корабли флота Хвана зависли над планетой на минимально возможном расстоянии, и десантным катерам нужно было пролететь несколько тысяч километров в атмосфере.
  
  Управляя катером, Хайнц умудрялся продолжать свое шоу, в красках описывая достопримечательности, которые пассажиры 'лайнера' якобы могут лицезреть за иллюминаторами. Хотя на самом деле никаких иллюминаторов у катера не было, а если бы и были, то большую часть полета десантники смогли бы там увидеть только белую облачную муть.
  
  Пока катер находился вне зоны действия любых возможных зенитных установок, Чарис позволила себе расслабиться. Прикрыв глаза, она постаралась воспринимать голос Хайнца как далекое бормотание и погрузилась во что-то вроде медитации, готовясь к грядущему сражению.
  
  Чарис открыла глаза за миг до того, как система писком сообщила о том, что катер входит в зону обстрела. Хайнц сразу же прекратил балагурить, его руки на рычагах управления слегка напряглись. Чарис внимательно следила за своим экраном. Прошла минута, вторая, пять.
  
  - Да не осталось у них зениток, - бодро произнес Хайнц.
  
  Чарис покачала головой, сомневаясь, но, словно в подтверждение его слов, еще пару минут катер снижался без помех. И именно тогда, когда сама Чарис начала верить в спокойное приземление, начался обстрел.
  
  На экране появилось сразу с десяток красных точек, обозначающих энергетические пучки выстрелов.
  
  'Ждали, пока мы подлетим ближе, - догадалась Чарис. - Видимо мощных, дальнобойных пушек у них не осталось'.
  
  Хайнц бросил катер в сторону, совершая маневр уклонения, и даже сквозь толстую обшивку стен чуткий слух Чарис различил ругань, донесшуюся из отсека, где сидели десантники. Экран показал, что несколько энергетических лучшей пролетели мимо, но не у всех катеров были пилоты с такой идеальной реакцией. Значок, обозначающий на экране один из катеров, замигал и померк, сообщая либо о полном уничтожении, либо о тяжелых повреждениях. Простая картинка, за которой скрывались жизни ста людей, которые мгновенно превратились в пепел. Или, попав в железный гроб еще до смерти, несутся в неуправляемой стальной скорлупке для последней встречи с поверхностью планеты.
  
  Последовал новый залп, Чарис сделала несколько выстрелов навстречу потоку вражеского огня, на экране вспыхнули маленькие звездочки, показывающие, что пучки энергий столкнулись, уничтожив друг друга. От выстрелов, с которым не смогла разобраться Чарис, Хайнц успел уклониться.
  
  Так они и продолжали полет: цайшенские зенитки поливали катера огнем, их пилоты старались увернуться, а артиллеристы - обезвредить вражеские залпы. Компьютерам стандартных десантных катеров требовалось всего пять минут, чтобы провести анализ и определить местоположение орудий противника, но за это время еще один катер оказался подбит.
  
  Едва на экране Чарис появилась информация о координатах целей, она открыла огонь. Попадание! Еще попадание! По снизившейся плотности вражеских залпов стало ясно, что Чарис точно не промахнулась. Остальные катера тоже подключились к уничтожению зениток, но те все же смогли напоследок захватить с собой на тот свет еще одну машину с десантниками.
  
  Дальше катера снижались уже в спокойной обстановке, но Чарис оставалась настороже до тех пор, пока тряска не сообщила о том, что они приземлились.
  
  - Выгружайся, братва, - весело произнес Хайнц. - Пришло время и вам пострелять.
  
  Переключившись на другую систему наблюдения, Чарис следила за тем, как десантники, открыв люк, выпрыгивают из катера. Конечно, все зенитки были уничтожены, но стоило оставаться на чеку.
  
  Они приземлились на окраине Цайше, город отсюда казался сплошной серой массой, из которой, точно гнилые зубы, торчат остовы разбомбленных небоскребов. Там и тут в грязно-лиловое небо поднимались столбы сизого дыма.
  
  Ступив на землю последней, Чарис увидела на широкой каменистой равнине остальные катера. На обшивке некоторых виднелись черные подпалины, один сильно пострадал при посадке и люди разбегались от горящего корпуса, который мог взорваться в любой момент.
  
  Майор, командовавший взводом, в котором состояли барсианцы, уже начал раздавать приказы.
  
  - Лижевски, раздели своих людей: двое пойдут с пятым отрядом, двое - с десятым, еще один останется охранять катер.
  
  Чарис с досадой отметила, что барсианцев опять поставили в отряды, где были новобранцы. Вечно из них пытаются делать нянек, которые бы прикрывали плохо обученных молодых солдат.
  
  - Так точно, - коротко ответил Лео и заговорил уже по внутренней связи, настроенной только на боевые доспехи барсианцев. - Чарис, Дерек, вы с пятым, я и Хелен - с десятым. Хайнц - ты у катера.
  
  Последний проворчал, что будет подыхать со скуки, но чисто для проформы: теперь не время было шутить.
  
  Чарис вывела на экран шлема карту города, на которой отобразился маршрут их отряда и важные точки, которые необходимо было зачистить от вражеских солдат: вокзал, электростанция, оружейный завод.
  
  - Удачи, - пожелала Хелен, прежде чем барсианцы разделились.
  
  - Удача пригодится нашим врагам, - дал обычный ответ Дерек.
  
  Отряды начали рассредоточиваться, впереди большинства из них катили танки с лазерными пушками, но отрядам, в которые входили барсианцы, таких машин не досталось. С одной стороны, один из транспортных катеров, везший танки, был подбит, с другой - считалось, что суперсолдаты могут заменить собой любые бронемашины.
  
  Вот и теперь Чарис с Дереком, подчиняясь приказу командира, двигались впереди, готовые отразить первую атаку.
  
  Окраины Цайше встретили отряд разрушенными домами и заваленными обломками улицами. За одной из таких куч камней пряталась небольшая горстка вражеских солдат, открывших пальбу. Под прикрытием огня своих Чарис и Дереку не составило труда, уклонившись от выстрелов с помощью нанитов, подобраться к позиции противников и перебить всех.
  
  С солдатами, засевшими на вокзале, тоже удалось разобраться без потерь, правда, здесь не обошлось без курьеза. Новобранец замешкался, подставился под атаку противника. Совсем еще салага. Чарис даже в детстве бы такой ошибки не допустила. Но деваться некуда, надо было выручить идиота. Тут как назло заклинило лучемет, не зря на оружейных сайтах ругали эту новую модель, но руководству наемников главное не качество, а дешевизна. Времени на раздумья не было, и Чарис пошла на врага врукопашную. Просто подлетела сзади, обхватила за торс и швырнула на несколько метров влево. Там из развороченного пола как раз торчала арматура, на которую враг насадился, как мясо на шампур. Сила удара была слишком большой и доспех не смог защитить человека. Как Чарис и рассчитывала.
  
  Еще пару секунд цайшенец подергался, а затем затих.
  
  А новобранец, вместо того, чтобы поблагодарить и извлечь урок, сорвал шлем и с полминуты блевал.
  
  - И где их таких берут? - проворчал Дерек по закрытому каналу связи, наблюдая, как одна из женщин отряда помогает новобранцу.
  
  Чарис знала, что новобранцу двадцать лет, но сейчас он выглядел сущим мальчишкой: дрожащий и бледный, с испачканным лицом.
  
  Когда новобранец, наконец, пришел в себя, отряд смог двинуться дальше.
  
  Опасность ждала за разрушенным домом на проспекте, который вел от вокзала к центру города.
  
  Откуда ни возьмись, на дорогу вылетел маленький серебристый шарик.
  
  'Бомба?' - молнией промелькнуло в голове Чарис.
  
  Но шарик не взорвался, а превратился в черную круглую кляксу. Ветер взревел вокруг нее, точно двигатель гоночного кара, кусочки камней взвились в воздух, уносясь в черноту. Еще до того, как начал трескаться асфальт, Чарис сообразила, в чем дело.
  
  Ходили слухи о недавно разработанных бомбах, которые могут создать черную дыру, но все считали, что подобное оружие еще находится на стадии разработки.
  
  Оказалось, нет.
  
  Чарис схватила тех, кто подвернулся под руку. Сжала под мышками двух товарищей, точно два стальных бруска для стройки. Перераспределив наниты в ноги, перевела в пятидесятипроцентный режим и рванула прочь от черной дыры на полной скорости. Краем глаза Чарис заметила на экране три почти слившиеся точки: это Дерек улепетывал, подхватив еще двоих солдат.
  
  Сзади ревело и грохотало, не нужно было оборачиваться, чтобы представить, как вздыбливается асфальт, как дрожат уцелевшие стены домов, не в силах сопротивляться тяге черной дыры.
  
  Чарис ощущала себя так, будто ее схватила поперек тела гигантская рука и пытается тянуть к себе. Людоед хотел ей полакомиться, но барсианца не так-то просто было поймать. Увеличив процент использования нанитов до семидесяти, Чарис продолжила бежать вперед, и ее мощные шаги оставляли на асфальте вмятины. Мышцы икр и бедер напрягались, точно натянутые стальные канаты. Казалось еще чуть-чуть, и они прорвут кожу.
  
  Мало того, приходилось уклоняться от летевших к черной дыре кусков бетона, вырванных с корнем фонарных столбов и, космос знает, чего еще.
  
  Все закончилось внезапно. Еще секунду назад вокруг ревет ураган, разваливая мир на куски, а затем вдруг наступает звенящая тишина, какая бывает только после грохота канонады.
  
  Остановившись, Чарис сгрузила на землю тех, кого смогла спасти, только сейчас поняв, что одним из них был тот самый новобранец, рядовой Мандела. Везучий засранец, однако!
  
  - Ты как? - раздался в коммуникаторе прерывающийся голос Дерека.
  
  - В норме, только ноги болят. А ты?
  
  - Аналогично. Еще бы чуть-чуть и нам хана.
  
  Оглянувшись, Чарис увидела, что Дерек сидит неподалеку и, открыв щиток шлема, жадно глотает воздух, точно пьет воду. Рядом с ним на асфальте лежали двое десантников, компьютер боевого доспеха услужливо сообщил Чарис их фамилии (Пападокулос и Гарден), а также бесстрастно высветил информацию о потерях.
  
  Из двадцати человек их отряда выжило только семь, причем четверых из них вытащили из задницы барсианцы. Погиб и командир, так что теперь старшим по званию был лейтенант Раткович. Он обнаружился в десяти метрах над землей - смог подняться на антигравах достаточно высоко, чтобы выйти из зоны действия черной дыры.
  
  С большим трудом, но Чарис все-таки заставила себя посмотреть туда, где сработала бомба. Страхи нужно было встречать лицом к лицу.
  
  Местность выглядела так, будто неизвестные высшие силы вырвали из мироздания шарообразный кусок. В асфальте зияла огромная яма с идеально ровными краями, от домов отрезали части, точно ножом. Но самым жутким оказался вид человеческих остатков. Кого-то не успело затянуть в черную дыру полностью и возле ямы валялись ноги без туловища или наоборот - торсы без ног. Один из таких человеческих обрубков еще пытался ползти. Судя по отсутствию брони и характерным чертам лица, это был один из мирных жителей, обитавших в покалеченных домах. Мысленно Чарис понадеялась, что дыра забрала с собой и тех идиотов, которые используют опасное экспериментальное оружие в жилых кварталах.
  
  Чарис хотела бы облегчить страдания раненого, но ноги, после использования нанитов на семидесяти процентах, просто отказывались двигаться. Она стояла-то с трудом.
  
  - Нужно помочь раненому. - Чарис отправила это сообщение по общему каналу.
  
  Ей тут же возразил спустившийся на землю Раткович:
  
  - Сначала нужно разобраться со своими ранеными. Всем доложить о состоянии!
  
  - Мы с Чарис еще семь-десять минут не сможем нормально ходить, - сообщил Дерек за них двоих.
  
  - У меня, похоже, сломана рука, - хрипло доложил Гарден. - Попал камень.
  
  Остальные были в порядке, если не считать того, что новобранца Манделу трясло от запоздалого ужаса.
  
  По тому, как замолчал Раткович, стало ясно, что он перешел на канал связи с командованием.
  
  - Надо помочь раненому, - снова напомнила Чарис, на этот раз произнеся это с нажимом.
  
  - Вот еще, помогать этим ублюдкам, - проворчал кто-то. - Они нас чуть не прикончили.
  
  - Это явно не военный, - заметил Дерек, демонстративно приложив руку козырьком ко лбу, хотя острое зрение суперсолдата и так позволяло ему хорошо разглядеть раненого.
  
  Но все равно никто не спешил подниматься и шагать на помощь. Все думали только о своих переживаниях, о том, что спаслись. А человек с захваченной планеты, какая разница, что с ним будет?
  
  Наконец, одна из десантников, единственная кроме Чарис женщина, рядовой Пападокулос, поднялась и, не особо торопясь, пошла к раненому. Остальные вскинули лучеметы, готовясь ее прикрывать.
  
  Остановившись возле раненого, Пападокулос нагнулась над ним и сразу же объявила:
  
  - Он мертв.
  
  - Если бы кое-то поторопился, он бы выжил, - едко проговорил Дерек.
  
  Готовый возникнуть спор прервало сообщение Ратковича:
  
  - Нам приказано пойти на соединение с седьмым отрядом. Берг, Харрис, вы уже можете двигаться?
  
  - Да, - тоном Дерек передал все, что думает о произошедшем.
  
  Чарис просто кивнула, старательно подавляя возникшее в душе поганое чувство. Война есть война, а помогать раненому гражданину вражеской страны они были не обязаны.
  
  Десантники поднялись и пошли на соединение с другим отрядом.
  
  До конца дня город Цайше был захвачен.
  
  ***
  
  Патрулирование улиц - одно из наискучнейших заданий, которое только может получить солдат.
  
  Когда Чарис и Дерек заступили на дежурство, первое солнце Цайше только-только поднималось из-за горизонта, заливая землю мягким голубоватым светом. Лео и Хелен еще не вернулись с ночного патрулирования, а Хайнц, везучая зараза, дрых без задних ног.
  
  Дерек и Чарис методично двигались по улицам в отведенной им части города. Любоваться здесь было нечем, кругом однотипные серые здания с маленькими окнами, смотрящими на барсианцев, как метко выразился Дерек, точно пустые глаза трупа. Но уж лучше эти коробки, чем развалины домов, разрушенных при бомбардировке, которые напоминали обглоданные скелеты или оскаленные пасти (Дерек был мастер изобретать яркие метафоры, которыми щедро снабжал Чарис).
  
  Город казался вымершим, за час патрулирования барсианцам не встретилось ни одного прохожего или гравимобиля. Можно было списать все на ранний час, но в больших городах жизнь обычно не утихает даже ночью, так что становилось ясно - горожане не выходят на улицу из-за страха.
  
  - Ненавижу быть в оккупационных войсках, - проворчал Дерек, когда они брели по очередной улице, похожей не предыдущую как две капли воды.
  
  Если бы не карта, здесь было бы легко заблудиться.
  
  - Ну да, нудная работа, - вяло поддержала его Чарис, не испытывая особого желания разговаривать.
  
  - Да я не только о работе. - Из-за защитного шлема Чарис не могла видеть лицо Дерека, но по тону было ясно, что он морщится.
  
  - Просто мерзко ощущать, как тебя ненавидят местные. Кажется, будто вот сейчас они все затемнили окна и пялятся на нас оттуда, посылая проклятия.
  
  Чарис фыркнула.
  
  - У тебя воображение разыгралось. Вечно загоняешься по поводу всякой ерунды.
  
  - А разве тебе не мерзко? - хмуро спросил Дерек. - Одно дело встретиться с врагом лицом к лицу в бою, когда он такой же солдат, как ты, и знает, что идет на смерть. Другое дело - запугивать гражданских. Отвратно это.
  
  Теперь Чарис поняла, о чем толкует Дерек. Конечно, она тоже предпочла бы обычные сражения бесконечному патрулированию улиц и демонстрации гражданским своих больших пушек. Хотя последнее было гораздо безопаснее, как болтали некоторые из десантников их роты.
  
  - Кое-кому оккупация даже нравится, - продолжал тем временем говорить Дерек со странной яростью. - Тут недавно Раткович хвастался, как стрельнул над головами двух гражданских, которые недостаточно быстро выполнил его приказ очистить территорию, и один из бедолаг обмочился.
  
  - Старший лейтенант Раткович? - переспросила Чарис, хотя и так было понятно, о ком речь, других солдат с такой фамилией в их роте не было.
  
  Теперь пришел черед Чарис кривиться. Надо же, вроде бы хороший боевой офицер, отлично проявил себя в недавней операции, а позволяет себе такие глупые выходки. На Барсе ее приучили уважать офицеров и воспринимать их как образец для подражания. Несмотря на то, что Чарис уже пять лет как закончила Академию и поступила в наемную армию Хвана, она все еще не могла привыкнуть, что офицеры могут демонстрировать весьма неприглядное поведение. Но приходилось смириться, что в остальной части Вселенной никто не придерживается жесткого барсианского кодекса чести.
  
  - Забей, - устало проговорила Чарис, обращаясь к Дереку. - Только мозги себе изъешь раздумьями, а Раткович будет делать, что хочет.
  
  - Если он будет творить такое у меня на глазах, я молча стоять в сторонке не буду, - буркнул Дерек.
  
  - Лучше не нарываться, он все-таки офицер, - предупредила Чарис.
  
  - Ха! Он не офицер, если позволяет себе такое.
  
  - Лучше давай поговорим с Лео, пусть он похлопочет о переводе нас на другой участок фронта.
  
  Вдруг Дерек поднял руку в жесте, означавшем 'Внимание, опасность'. Чарис тут же замерла, осматривая окрестности и снимая лучемет с предохранителя.
  
  - Я что-то слышал, - неуверенно произнес Дерек. - Как будто бы женский крик. Вот опять!
  
  Теперь и Чарис различила слабый вскрик, который прервался так резко, будто неизвестной женщине заткнули рот или прострелили голову.
  
  Махнув рукой в сторону поворота на соседнюю улицу, Чарис побежала, Дерек - за ней. Крик больше не повторялся, но любой суперсолдат с первого раза мог бы определить направление, откуда донесся звук.
  
  Барсианцы легко пробежали улицу, затем пересекли сквер, где когда-то росли деревья и была оборудована детская площадка, но теперь остались лишь покореженные металлические остовы да груды пепла.
  
  - Мы вышли из нашей зоны патрулирования, - сообщил Дерек, скидывая Чарис карту местности, где точкой обозначил примерное место, откуда донесся крик.
  
  - И что теперь, забить? - бросила Чарис.
  
  - Нет, конечно. Но эту зону патрулирует отряд Ратковича, - многозначительно проговорил Дерек.
  
  Совпадение Чарис очень не понравилось, хотя она не могла бы объяснить, чем вызваны ее дурные предчувствия.
  
  Она и Дерек свернули в переулок, заваленный мешками с мусором и заканчивающийся тупиком. Именно отсюда и доносился звук, и сразу стало понятно, что слух барсианцев не подвел.
  
  В дальнем конце переулка собрались все пять человек из отряда Ратковича во главе с командиром, и каждого из них Чарис прекрасно помнила по недавней операции. Как же, сама ведь вытаскивала из зоны поражения бомбы.
  
  Пападокулос, прислонившись к стене чуть в отдалении от остальных, курила, откинув щиток шлема. А мужчины собрались вместе, от их группы доносились смешки, бормотание и какое-то сопение. Когда трое, закрывавшие обзор, расступились, Чарис, наконец, разглядела, чем они там занимаются вместо того, чтобы патрулировать.
  
  Один из десантников был без боевых доспехов, в нем Чарис узнала того самого молоденького новобранца Манделу, влипавшего в переделки. Он прижимал к груде мешков отчаянно извивающуюся девушку, которой затыкал рот рукой. Желтоватая кожа, чуть приплюснутое лицо и узкие глаза выдавали в ней жительницу Цайше. Еще один десантник держал за руки вторую девушку с разбитым губам и синяком под глазом.
  
  Происходящее понять было не трудно.
  
  Чарис расслышала, как выругался Дерек. Сама она ощутила прилив отвращения, смешанный с гневом. Конечно, она не была наивной идеалисткой, знала, что во время войны случается всякое, в том числе жесткое насилие над мирными жителями. Но одно дело слышать, а другое дело - видеть самой, как подобное творят товарищи, с которыми недавно сражалась плечом к плечу. А еще Чарис просто не могла логически осмыслить: зачем насиловать врывающихся, кричащих женщин, когда всегда можно получить в отделе снабжения бесплатных андроидов для удовлетворения сексуальных потребностей. На главной базе наемной армии Хвана вообще находилась куча публичных домов с разнообразными услугами. Глупо и нелогично насиловать каких-то случайно попавшихся женщин. Но люди редко поступают логично.
  
  Похоже, датчики в боевом костюме сообщили членам отряда о появлении барсианцев, сам Раткович повернулся к ним, поднятый щиток шлема позволял хорошо разглядеть его лицо, на котором отпечаталось какое-то странное выражение. Чарис почудилось в его заострившихся чертах что-то звериное, нечеловеческое. Остальные десантники тоже постепенно стали оборачиваться, только Пападокулос у стены продолжала курить, будто ее отгораживала от мира непроницаемая стена.
  
  На физиономиях мужчин не отражалось ничего, кроме тупого равнодушия или легкого раздражения, но вот Мандела, оседлавший девушку, выглядел по-детски растерянным. Его губы в обрамлении пушка только что начавших появляться усиков беспомощно задрожали, он забыл прикрывать девушке рот и та, изловчившись, укусила его за палец. Не глядя, Мандела отвесил ей оплеуху и снова закрыл рот ладонью.
  
  - Харрис, Берг, какого хера вы делаете на нашем участке? - грубо осведомился Раткович.
  
  Чарис растерялась, не зная как реагировать на тон Ратковича и спокойное поведение остальных десантников. Они выглядели так, будто их оторвали от важного занятия, а вовсе не застукали за нарушением устава и морали! Зато Дерек сориентировался быстро.
  
  - Услышали крик, сэр, решили проверить, в чем дело, не нужна ли кому-то из гражданских помощь, - произнес он, как ни в чем не бывало.
  
  - Этим сучкам ваша помощь точно не нужна. Они собирались подложить бомбу рядом с казармой, - жестко произнес Раткович.
  
  Чтобы проверить его слова, Чарис поспешила вызвать на щитке своего шлема карту. Действительно, слава располагалось одно из зданий, которые заняли оккупационные войска. Что ж, Раткович не врал, но у Чарис было что возразить.
  
  - Значит, эти девушки - военнопленные. - Она сама удивилась, как глухо, угрожающе прозвучал ее голос. - А Эйзенский договор запрещает любое насилие по отношению к пленным.
  
  Ее заявление встретил нестройный смех, снова выбив Чарис из колеи.
  
  - Договор! - Раткович произнес это таким же тоном, каким комик в головизоре слово 'жопа'. - Ладно, Берг, ты вроде совсем недолго служишь, тебе еще можно верить во всякие договоры. Но, послушай старшего по званию: все договоры - полная хуйня. Никто их не соблюдает. Так что можете к нам присоединиться, на всех хватит...
  
  Он кивком головы указал на вторую пленную. Обе цайшенки теперь смотрели на барсианцев, и от страха их узкие глаза стали казаться больше.
  
  - Боюсь, они не в моем вкусе, - процедил Дерек.
  
  - Тогда валите, - бросил Раткович, демонстративно отворачиваясь.
  
  Но Чарис уже поняла, что нужно делать. И была уверена: Дерек ее поддержит.
  
  - Мы обязаны эскортировать пленных в тюрьму, - четко проговорила она.
  
  В атмосфере сразу же появилось напряжение. Пападокулос бросила сигарету, мужчины подняли лучеметы. Только Мандела все еще продолжал прижимать к мешкам девушку, хлопал глазами и выглядел дурак-дураком.
  
  - Мы сами разберемся с пленными, проваливаете, - процедил Раткович и добавил с нажимом. - Я приказываю.
  
  - Боюсь, мы не сможем подчиниться... сэр, - с ехидством произнес Дерек, делая красноречивую паузу перед обращением 'сэр'.
  
  В первый миг лицо Ратковича исказилось гневом, но он быстро овладел собой и зло прищурился.
  
  - Неподчинение старшему по званию, - прошипел он и вдруг рявкнул:
  
  - Да я вас обоих под трибунал!
  
  Чарис очень захотелось сказать в ответ что-то вроде 'Ха, напугал шинху голым задом', но она сдержалась, а Дерек все тем же насмешливым тоном сказал:
  
  - Похоже, ребята хотят траха. Изнасилуй их уставом, Чарис.
  
  Предложение было дельное, устав Чарис знала наизусть, даже не нужно было обращаться к памяти компьютера боевого костюма. Нудным голосом она процитировала слово в слово:
  
  - Раздел пять, параграф два точка десять. Если старший офицер демонстрирует явные признаки безумия, то младшие по званию имеют право не подчиняться его приказам.
  
  Все озадаченно переглянулись, никто явно не помнил устав, а судя по сосредоточенной физиономии Пападокулос, она вообще полезла в свой компьютер - проверять. Чарис только усмехнулась: она прекрасно знала, что не могла ошибиться.
  
  Первым оправился от удивления Раткович.
  
  - Но я-то не безумен и у вас не получится это доказать, - произнес он, пародируя насмешливый тон Дерека. - Зато я легко докажу, что вы не подчинились приказу.
  
  Мысленно Чарис злорадно хмыкнула. Формально и она, и Раткович были правы и в трибунале каждый из них смог бы доказать, что действовал верно. Но дело не дойдет до трибунала. Проступок Чарис и Дерека, отбирающих у старшего офицера военнопленных, не настолько серьезен, чтобы руководство наемной армии Хвана решилось бы сурово наказывать барсианцев. Они стоили даже не пяти, а двадцати обычных солдат. И при угрозе трибунала просто уволятся из армии, устелив себе дорогу искалеченными бывшими сослуживцами. С барсианцами лучше не ссориться. Простой циничный расчет.
  
  Но даже если бы ей грозил трибунал, Чарис бы не отступила и знала, что Дерек - тоже. Потому что понятия воинской чести, привитые курсантам в Военной Академии Барсы, были выше уставов, которые различались у разных наемных армий и могли подгоняться под ситуацию.
  
  Будто прочитав ее мысли, Дерек спокойно произнес:
  
  - Мы забираем пленных. Для вашего же блага, не советую мешать.
  
  Но Раткович был то ли глуп, то ли излишне самоуверен, а может быть и то, и другое.
  
  - Арестовать их, - рыкнул он.
  
  Его подчиненные явно были умнее, потому что заколебались, понимая, что барсианцы могут очень болезненно надрать им задницы. Но затем все, кроме застывшего статуей Манделы, вскинули лучеметы.
  
  Чарис с трудом удержалась от того, чтобы не прикрыть лицо ладонью. Наверное, при наличии шлема, это бы смотрелось комично. Но времени для шуток не было. Не сговариваясь, а действуя, как единый отлаженный механизм, они с Дереком рванулись вперед. Переведенные в двадцатипроцентный режим наниты замедлили время и Чарис вырвала из рук Пападокулос лучемет прежде, чем та успела нажать на курок. Затем, уклонившись от медленно ползущего в воздухе пучка энергии, Чарис сбила с ног Ратковича. Тем временем Дерек раскидал двух других мужчин, точно кегли в боулинге.
  
  Убедившись, что никто не выстрелит ей в спину, Чарис переместилась к Манделе. Дернув его за шкирку, точно домашнюю зверюшку, подняла его в воздух и безжалостно швырнула на мусорную кучу. В полете с него сползли штаны, открывая вид на тощий зад. Чарис подхватила на руки девушку, которую Манделе так и не удалось изнасиловать. Дерек успел вырвать вторую девушку из рук державшего ее десантника, попутно эти самые руки сломав.
  
  Когда барсианцы вместе с пленницами переместились обратно в конец переулка, десантники начали только приходить в себя. Первый очухался Раткович. Пережитое, похоже, ничему его не научило, потому что, вскочив на ноги, они навел на Чарис и Дерека лучемет.
  
  - Под трибунал! Ублюдки! Куски дерьма! - брызгая слюной, орал он.
  
  Он бы, наверное, выстрелил, но вмешались его более сообразительные подчиненные. Пападокулос и один из мужчин схватили его за плечи, зашептали наперебой:
  
  - Не надо, сэр, эти чудища же нас прикончат...
  
  - Лучше накапаем полковнику, по трибуналу их точно расстреляют...
  
  Но все же Чарис держала всех на прицеле, пока Дерек уводил пленных девушек. Затем она сама вышла из переулка, двигаясь спиной вперед и не выпуская из поля зрения тех, кто, по сути, был ее товарищами по оружию. В устремленных на нее взглядах читалась лишь ненависть, а у подтягивавшего штаны Манделы еще и злая обида. Чарис пожалела, что он, похоже, не извлечет из произошедшего никаких уроков, а значит в банде 'Ратковичей' станет на одного больше и ведь не всегда рядом смогут оказаться барсианцы.
  
  Дерек отвел пленных девушек подальше, ласково приговаривая:
  
  - Не волнуйтесь, девчата, теперь все будет хорошо, мы вас не обидим. Придется отвести вас в тюрьму, но там не так уж плохо, кормят хорошо и есть удобные койки.
  
  Девушки его как будто не слышали, по крайней мере, на их плоских лицах нельзя было ничего прочесть. Та, с которой Чарис сняла Манделу, механически шаркала ногами, глядя прямо перед собой пустым взглядом. Она даже не пыталась прикрыть остатками порванной кофты голую грудь. Вторая девушка, с разбитой губой, казалась поживее, посматривала на барсианцев странным взглядом, то и дело утирая со рта кровь. Но обе двигались очень медленно, едва переставляя ноги, и Чарис решила, что лучше их нести на руках. Мало ли, может Раткович и компания, как бы глупо это ни было, все-таки попытаются осуществить месть. Стоило побыстрее добраться до тюрьмы.
  
  - Бери вторую, будем их нести, - попросила Чарис у Дерека по внутренней связи боевых костюмов.
  
  - Может сначала обезболивающе им впрыснуть? - сочувственно предложил Дерек.
  
  Чарис такое бы даже в голову не пришло, они ведь и так спасли девушек, но, пожалуй, Дерек был прав. Причем, пригодится не только обезболивающее, но и успокоительное, судя по тому, как одна из цайшенок начинает мелко дрожать.
  
  Нажатием кнопки на поясе боевого костюма, Чарис открыла одно из отделений на мощной броне плеча, где хранилась портативная аптечка. Именно в этот момент девушка с разбитой губой рванулась вперед и, ловко выхватив из кобуры на поясе Дерека бластер, попробовала выстрелить. Конечно, попытка была заранее обречена на провал. Реакция барсианца даже без использования нанитов была гораздо быстрее, чем у обычных людей, тем более у избитой, пережившей шок девушки. Дерек легко перехватил ее руку, отводя вверх, и алый луч улетел в лиловое небо, растаяв в вышине.
  
  Но упрямая девушка не сдавалась, пыталась ударить Дерека кулаком. Голым кулаком! По броне! Видимо, совсем от произошедшего умом тронулась. Чарис ощутила острую жалость пополам с брезгливостью к чужой слабости.
  
  Дерек перехватил вторую руку девушки, попытался ее увещевать.
  
  - Ну, ну, тихо, я ведь могу тебя и покалечить случайно.
  
  Но его ласковый голос не помогал, девушка билась в его руках, точно пойманный зверь, выкрикивала что-то на цайшенском. Затем вдруг перешла на стандартный и, плюнув в щиток шлема Дерека, прошипела:
  
  - Чудовища!
  
  Чарис явственно расслышала тяжелый вздох Дерека, прежде чем она вырубил девушку, надавив на точку на ее тонкой шее. Поймав обмякшее тело, Дерек закинул девушку себе на плечо.
  
  Вторую пленницу тоже стоило привести в бессознательное состояние, мало ли что. Пусть она и простояла все время краткой потасовки неподвижно, глядя остекленевшим взглядом прямо перед собой, словно робот. Всего на миг, но Чарис поколебалась, остановив руку возле тонкой шеи цайшенки, но потом пришла мысль, что, пожалуй, погрузить девушку в беспамятство будет даже милосерднее.
  
  Взяв потерявшую сознание девушку на руки, Чарис удивилась, какая та легкая, почти невесомая. Подумала, и решила нести ее так, а не на плече. Через миг Дерек последовал ее примеру.
  
  Быстрым шагом они в молчании дошли до тюремного блока, располагавшегося в нескольких кварталах. Сдали пленниц дежурному сержанту, заполнили нужные бумаги.
  
  Уже когда они возвращались обратно в свою зону (патрулирование ведь никто не отменял), Дерек поднял щиток на шлеме, так что Чарис смогла видеть его мрачное лицо.
  
  - Как-то фигово себя чувствую.
  
  - Еще бы. - Чарис тоже открыла щиток, чтобы Дерек посмотрел ей в глаза. - Вроде бы мы и не при чем, а будто заодно с Ратковичем и его бандой дерьмом вымазались.
  
  - Да я не только об этом...
  
  С беспокойством Чарис заметила в глазах Дерека знакомое ей тоскливое выражение, какое появлялось всегда, когда он начинал задумываться о сложных моральных вопросах. По мнению Чарис, иногда Дерек слишком много думал.
  
  - Мне кажется, что в этой истории мы - злодеи. Чудовища, как сказала эта девушка.
  
  Чарис пожала плечами.
  
  - Она пережила нехилый стресс, для нее все вражеские солдаты - монстры.
  
  Но синие глаза Дерека оставались затуманены серой дымкой печали.
  
  - По-моему, под чудовищами она имела в виду нас, не Ратковича и компанию, от которых мы спасли ее с подружкой, а именно нас...
  
  Хотя ощутить прикосновение через боевой доспех Дерек не мог, Чарис все равно положила руку ему на плечо и твердо произнесла:
  
  - Мы все сделали правильно, а об остальном не беспокойся.
  
  Дерек криво улыбнулся.
  
  - Как же я завидую твоей непробиваемой уверенности!
  
  Чарис весело хмыкнула.
  
  - Учись, салага.
  
  По возвращении в казарму, Чарис и Дерек пересказали историю остальным барсианцам. Солировал Дерек, у него лучше получалось передать эмоции от произошедшего, в лицах показывая всех участников действа, а Чарис только кивала и поддакивала.
  
  - Мерзость какая. - Хелен скривилась. - Отвратительно от одной мысли, что мы служим с такими людьми.
  
  - Может, поймать их и поучить уважать соглашение о военнопленных? - предложил Хайнц, хищно скалясь.
  
  Лео резко взмахнул рукой.
  
  - Нет, мы уже достаточно проблем нажили.
  
  При этих словах Чарис нехорошо сощурилась.
  
  - Считаешь, что мы не должны были вмешиваться?
  
  - Конечно, должны! - Лео, похоже, возмутился тем, что она заподозрила его в отсутствии воинской этики. - И если командование начнет вонять, я вас прикрою. В крайнем случае, мы можем просто уволиться. Новое место найдем легко.
  
  - А можно уволиться и просто так, - заметил Дерек. - Наймемся в одну из союзных армий. Или даже вступим в войска Центаврианско-Бретанской коалиции. Тогда получим возможность прикончить Ратковича на законных основаниях.
  
  Какой бы соблазнительной не казалась такая идея, Чарис понимала, что толку в такой смене работы будет мало, поэтому сказала:
  
  - В другой армии будут свои Ратковичи. Этого мы хотя бы достаточно проучили, чтобы он десять раз подумал, прежде чем опять насиловать пленных.
  
  - Да и вообще последнее дело - служить Центаврианской империи. - Лео сморщил нос так, будто почувствовал отвратительную вонь. - Ее спецслужбы ведь организовали тогдашнее нападение на Академию.
  
  - Мы точно не знаем, - возразила Хелен.
  
  - Тогда пока остаемся здесь, а там видно будет, - подвел итог Дерек. - Но если Раткович с компанией нам еще раз попадутся, так легко не отделаются.
  
  На том барсианцы и согласились.
  
  Как и ожидала Чарис, они с Дереком просто получили устное порицание и удержание из жалования определенной суммы в качестве наказания за неподчинение приказу старшего по званию. После этого случая по роте с подачи Ратковича и его дружков поползли жуткие слухи. Многие сослуживцы стали смотреть на барсианцев косо, шепчась за спиной, что всяким 'генным уродам' закон не писан.
  
  Конечно, не писан.
  
  Ведь они всего лишь чудовища.

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"