Энша - она осколочница. Ну, живёт она этим. Ходит по всему миру и собирает разные обрезки, обрывки, кусочки... Нет, ключи или часы Энша не найдёт. Она частички разные видит, понимаете? И всегда знает, откуда тот клочок взялся, а откуда - этот...
Вы не подумайте чего, Энша у нас порядочная! Она найденное возвращать пытается. Приходит к человеку или, там, к чайнику и спрашивает: "Это от вас крышка?"
Неживые, как правило, рады. А вот с людьми - вечные проблемы. От них ведь не просто так осколки отрываются, у них же на этом месте что-то новое вырастает. Или просто зарубцовывается рана. А тут - Энша. Приносит, скажем, много лет назад потерянную любовь. А оно человеку надо? У него жена, дети...
Некоторые, впрочем, и рады бы вставить осколок на прежнее место - да не выходит. И сидит такой вот страдалец, вертит в руках забытую дружбу и не знает, что с ней делать. И сам он не тот, и друг давно изменился - а выбрасывать жалко. И бередят, бередят душу воспоминания...
Словом, на первый взгляд, пользы от Энши никакой, один только вред.
Ну, если честно, осколок на место приделать можно. Имеются такие специалисты. Я вот, к примеру. Больше скажу: можно и чужой осколок вживить так, чтобы родным казался. Обман - ну и что? Зато всем хорошо.
Только Энша, противная девчонка, зачем-то суетится. "Неправда, - кричит, - твоё счастье ещё ждёт, все глаза проглядело!" Впрочем, Эншу не все и видят, а кто видит - по большей части, отмахивается. Осколочница - что взять?
Глупая.
И возвращать людям их осколки не умеет. Только ищет.
Мы, Мастера, свои секреты храним.
А однажды смотрю - идёт Энша. И плачет. И в руках что-то светлое такое, переливающееся вертит. Осколок, ясное дело. Увидела меня - руку вперёд протянула.
- Вот, - говорит, - ни к чему совершенно людям души продавать. Они их просто теряют. Просто теряют, просто...
И голову опустила, чтобы я слёз не видел. Думала, смеяться буду. Говорю же - глупая.
А я вижу - красивая она, Энша. И несчастная. И больно ей... ой, как же больно!
Вот только не спрашивайте, что на меня тогда нашло. Жалко девчонку стало, наверное. Я ей отвечаю:
- Знаешь, если один идиот эту красоту выбросил, так может статься, что она другому пригодится. Дай сюда.
Энша от неожиданности ресницами пару раз хлопнула, но осколок мне в руку положила. А он тёплый, щекочется слегка...
Вот я себе этот осколок и приделал. Неподалёку от места, где душа расположена.
Энша, бедная, и не знала, что сказать. Она забавная такая, осколочница наша. А я улыбнулся, "спасибо" сказал и пошёл себе.
Чужой обломочек прижился - а чего ему сделается? Ладно, выболтаю ещё одну тайну - есть такие осколки, про которые сразу знаешь, что они и твоими могли бы быть. Но вот не сложилось. А теперь всё на месте.
Бывает.
А на днях вот мне срочно понадобилось частичку себя потерять. Я постарался, аккуратно отколол, что надо, но не до конца - а иначе какая же это потеря? И ходил дня три по всяким буреломам-буеракам да астральным возмущениям. Вру, не ходил - бегал. Продирался на всех парах. Наконец, получилось.
День жду, два - не идёт Энша. Тут меня страх и скрутил. Думаю, неужто не нашла? Неужто насовсем потерял и всё впустую?
Нет, через неделю я красавицу мою увидел. Идёт, как тогда, робкая, несчастная. В пальцах - блеск серебра и перламутровые переливы. Я аж дыхание затаил. И сам не думал, что так красиво получится.
- Вот, - несмело протягивает, - твоё... Ты потерял...
А я улыбаюсь. И хорошо мне - не пересказать.
- Не потерял, - ласково так говорю, - а подарил. Тебе. Это мой подарок, маленькая. Хочешь?
Растерялась, бедняжка.
- А ты как же?
- Радость моя, солнышко моё, так ведь оно всё заново отрастает! Ну, почему мне нельзя подарить кусочек любви?
... Энша до сих пор с моим подарком не расстаётся. Говорит, греет он её.