![[]](/img/k/kondratenko_e_w/ikonaiznanta/poslednieparohody.jpg)
|
||
Икона оказалась в Нанте и была передана в русскую церковь ещё в годы первой эмигрантской волны. Не сохранилось в памяти прихожан, кто именно привёз её. Одинокий ли старик, одинокая ли женщина, израненный офицер? Передача иконы в церковь означала пресечение ещё одного русского рода. Все эти десятилетия она бережно хранилась, и в дар я получил её после того, как потомки князей Гагариных прочли мой текст "Жила-была учительница" в авторском экземпляре православного журнала "Фома" и отнесли его в приход Церкви Иверской Иконы Божией Матери. Для меня это самое трогательное, обязывающее признание в моей литературной жизни. | ||
Бросая всё, икону с Русскiмъ Богомъ В безвестность увезли, в безбожный год. В туман ушёл последний пароход. И вот теперь обратная дорога. Икону эту, с верой и тревогой, Из Нанта эмигрантский шлёт приход. Молитвой говорить с ней - мой черёд. Она вернётся - к моему порогу. Ах, что ж ты натворил-то, мой народ? Не мне судить, сколь злобен, в чём убогий. Во все века достойнейших премного. Трагичен из России был исход, Оставшимся - безличье, окорот. Но вот ведь, все мы вновь под Русскiмъ Богомъ!
|